Константин Игнатов

Расплавленный жемчуг галактики

Глава 1

Наступивший вечер показался Стрельцовым изумительным. Им вообще последние дни везло с погодой. Тихий, безоблачный закат не предвещал никаких атмосферных катаклизмов. Такое на Ночихе бывает не часто.

Место для лагеря Иван умело выбрал в стороне от троп, проложенных в джунглях динозаврами. Стрекот ночных тропических насекомых не раздражал, наоборот, сливаясь со стройным хором гигантских лягушек, обитающих в недалеком озере, мягко убаюкивал. Натруженные тела просили отдыха. После тяжелого, но интересного дня, заполненного переходом по девственному лесу, восхождением на небольшую гору, переправами через многочисленные водные преграды, на душе было спокойно и хорошо. Впечатлений – масса: удивительные пейзажи, необычайные растения, диковинные зверушки… Да что говорить! Вот она, романтика неосвоенных планет, – живьем, без прикрас и недомолвок.

Молодые супруги сами не заметили, как усталый обмен восхищенными отзывами перешел в невнятное бормотание и тихое здоровое посапывание…

…Катерина проснулась посреди ночи. Что-то не так. Она перекатилась на бок, оперлась на локоть, замерла, настороженно вслушиваясь в происходящее за тонкой стенкой походной палатки. В слабом мерцании светильника, расположенного у изголовья, девушка растерянно разглядела скомканный спальный мешок Ивана.

Снаружи доносились дикий рев, визг и топот. Земля часто вздрагивала под мощными ударами столбообразных ног громадных чудовищ. Ужас! Вероятно, совсем рядом, в нескольких шагах от лагеря, в яростной схватке сцепились саблезубые ящеры! «Но где же Иван?..»

Катя осторожно освободилась от теплого спальника и… тут же предусмотрительно замерла, так как в этот момент прочная палаточная ткань с оглушительным треском лопнула, обнажив пугающую черноту ночихинского неба, усыпанного яркими бусинками звезд. Свет их удивительно усиливался из-за загадочного оптического эффекта горного воздуха Заповедника Динозавров.

Буквально в десяти метрах от себя изумленная девушка увидела извивающиеся в смертельном противоборстве тела, вернее, многотонные туши, отсвечивающие ороговевшими пластинами, огромными костяными панцирями, кинжалоподобными зубами, рогами длиной до полутора метров. Иногда свалка гигантов с шумом распускалась, словно огромный уродливый пупырчатый цветок. Ящеры на мгновение расступались, с ревом загребая когтистыми ножищами землю, разбрасывая камни и выворачивая деревья. Конечности размером с колонну беспорядочно топтались перед самым носом затаившей дыхание гринчанки[1]. Затем исполинские существа вновь бросались в бой, казалось, с еще большим исступлением.

Джунгли вокруг этой колыхающейся массы живо наполнились пронзительным свистом, охами, гиканьем, вскриками каких-то зверей и прочих тварей. Не случайно первооткрыватели первопроходцы, словно посмеявшись, назвали эту планету Ночихой, как бы в отместку за опасный нрав, соединив в странном имени небесного тела два понятия: ночь и мачеха. А ведь и вправду: оказавшись здесь в темное время суток, действительно чувствуешь себя бедным сиротинушкой, отданным на длительное подневолье-воспитание (в данном случае, наверное, на растерзание) чужой злой воле. Потому что приветливые, в общем-то, днем джунгли ночью превращаются в кошмарную смертельную ловушку, «по уши» заполненную неведомыми опасностями. Почти все хищники в этом мире ведут ночной образ жизни. Даже холоднокровные динозавры – и те ничуть не утрачивают в прохладных сумерках свою дьявольскую жизнеспособность. Напротив, огромные ящеры ночью охвачены сумасшедшей жаждой убийства… и не уступают друг другу ни в силе, ни в жестокости, ни в первородном упрямстве.

Не отстают от древних исполинов (как тут же убедилась Катюша) в стремлении к крови и еще более экзотические хищники…

Страшный темный силуэт кросдиона медленно закрыл собой рваный проем в стене, заслонил звезды. Большие фосфоресцирующие глаза уставились внутрь палатки, изучая ее содержимое. Мощный самец, размером со взрослого человека, тихонечко, словно ребенок, причмокивал клювом, издавая при этом характерный цокот. От такого звука у местных индейцев волосы встают дыбом. Цокот означает – чудовищный хищник вышел на охоту. А крос «освежевывает» человека за несколько секунд, превращая тело в окровавленную тушку.

Катя напряглась всем телом, замерла, стараясь не шевелиться, не издавать ни единого звука. Кросдионы реагируют на движение жертвы. «Если не шелохнуться, то, может, и останешься живым».

Девушка ощутила под босой ногой пультик дистанционного управления портативного переносного галограммприемника. «Будь что будет!» Неуловимым движением гринчанка вдавила кнопку запуска аппарата. Проектор включился, в дальнем углу палатки повисло изображение диктора одиннадцатого канала. Шли новости из Ин-Дука – у них там полдень в самом разгаре.

Хищник грациозно щелкнул хвостом с тяжелым набалдашником на конце, увенчанным ороговевшим острием. Одним ударом живого кнута кросдионы запросто сносят людям головы.

Вот и сейчас, увидев диктора, нападающий монстр в вихревом выпаде, как молнией, перерезал когтем-бритвой телеведущего и, разворачиваясь, отточенным движением совершил бросок к жертве, чтобы воткнуть страшный клюв в раскромсанную шею в том месте, где только что находилась голова, и напиться свежей крови. Но невозмутимый мужчина в строгом смокинге спокойненько, как ни в чем не бывало, продолжал читать новости. Обалдевший крос ничего не понимающим взглядом уставился на бодренького гуманоида. Надо было видеть в этот момент растерянную морду хищника – нашла коса на камень. В его понимании, наверное, ломались законы природы, рушилась сама вселенная: вместо фонтана крови ночного вампира ожидала бесстрастная речь неуязвимой человеческой головы. Фосфоресцирующие глаза от удивления выкатились из орбит еще больше.

Разъяренный хищник мощным толчком мгновенно прыгнул прямо на изображение ведущего одиннадцатого канала. Приземляясь, ночихинская особь раздавила галопроектор, свечение погасло, из-под когтистых лап с треском вырвался сноп искр. Ошарашенный кросдион, спотыкаясь, доковылял до выхода, завалился навзничь. Вероятно, схлопотал удар током.

Катя облегченно вдохнула, с удивлением взглянула на свои мелко трясущиеся руки. А впрочем, что тут такого? С перепуга всякое бывает.

Катерина, оставшись один на один со страшным хищником, почему-то не догадалась позвать Ивана на выручку телепатически. А ведь она инфохомос (их еще называют Чтецами). Для нее это пара пустяков.

Палатка, словно клетка, сковывала маневр. Девушка кинулась наружу.

Неожиданно скальный выступ сбоку от Катерины оплавился аккуратными штришками, будто кто-то бросил на стену пригоршню горящей лавы. Мгновенно накалившаяся порода местами потрескалась, лопнула, с шумом разбросала вокруг себя осколки. Несколькими мелкими камешками гринчанке посекло лицо. «Кто-то стреляет из ручного лучемета!» – догадалась девушка. Катерина бросилась на землю, выполнила кувырок, пытаясь уйти с линии огня. Целились именно в нее. Огненный луч прошипел над головой. Вершинка скалистого выступа натужно хрястнула, покачнулась, свалилась вниз, вздымая клубы пыли. Внушительный отколовшийся кусок породы с лету ударил лежавшего у подножия кросдиона. От чего тот болезненно вздрогнул, выпучил глаза, угрожающе зацокал клювом. Из чащи леса выбежал человек в традиционном, хорошо узнаваемом комбинезоне с блеклой стрекозой на рукаве и направил на Катерину дымящийся ствол «РДЛ-2». Незнакомец ощерился в улыбке-гримасе, обнажил нездоровые, прокуренные зубы, поднял ствол, прицелился прямо в лицо гринчанке.

– Ваня, здесь браконьеры! – успела взвизгнуть через технополе Катюша.

Хлесткий щелчок со свистом рассек воздух, и… голова агрессивного незнакомца покатилась по траве. Придерживая обезглавленный труп передними конечностями, пришедший в себя кросдион (как ни странно – очень кстати) резко воткнул массивный клюв в обрубок шеи, начал жадно всасывать оттуда содержимое. Катя отчетливо видела, как нетерпеливо передвигается на шее у ночного вампира пупырчатый бугорок, при этом в горле хищника что-то глухо булькает. Крос злобно вращал во все стороны фосфоресцирующими глазами, осматривая поле битвы. Наверное, прикидывал, кого бы еще сожрать. Девушка в ужасе кинулась в сторону от этого кошмара.

В свете звезд за палаткой мелькнула еще одна тень. Катя закатилась в удобную ложбинку, спряталась. Появившийся бандит достал из кармана портативную рацию, что-то сказал в нее. Очевидно, вызывал подмогу.

Из-за палатки полыхнул выстрел. Это браконьеры выпустили ловчую сеть из специального оружия в детеныша динозавра. Несколько возбужденных охотников подскочили к маленькому ящеру, опутанному нитями, стали торопливо закреплять на его теле специальные захваты. Собственно, браконьеров не очень интересовали крупные, многотонные особи, по крайней мере, целиком. Бандиты варварски отсекали у убитых исполинов рога, шипы, клыки, выворачивали гигантские зубы и когти, замысловатые пластины от панциря и так далее. То есть брали то, что можно продать на черном рынке. В неофициальную столицу подпольной торговли динозаврами – Ин-Дук – со всей галактики съезжались толстосумы, обуреваемые навязчивой идеей – украсить свой изысканный интерьер диковинными останками древних гигантов. Но самым шиком, если можно так выразиться, считались детеныши динозавров. Чучела, изготовленные из них, украшали холлы самых-самых богатых и самых-самых тщеславных «ценителей» экзотики. Поэтому бандиты с радостными возгласами столпились вокруг малыша, восторженно осматривали удачный улов. Человек в шлеме связи со «Стрекозы» – бесшумного воздушного грузовика, обычно используемого браконьерами, – отдавал какие-то распоряжения в эфир. Очевидно, вызывал воздушное судно под погрузку.

Катерина вдруг представила себя чучелом. В ее душе вспыхнула жгучая ненависть к этим жалким, бессовестным людишкам, способным ради наживы опустошать целые планеты.

Кто-то осторожно дернул Катю сзади за штанину. Она оглянулась. Подползший сбоку Иван кивнул головой: «Уходим». Покидая поле битвы, супруги заметили, как хищный силуэт «Стрекозы» бесшумно завис над лесом. Этот летательный аппарат, по всей видимости, получил свое название благодаря внешнему виду. От обтекаемого круглого фюзеляжа, как у самолета, в стороны нависали четыре плоскости, похожие на крылья, на которых закреплялись переносные антигравитаторы, совмещенные с двигателями продольной и поперечной тяги. Плоскости также были снабжены множеством специальных зацепов – для внешней подвески крупногабаритных грузов (например, детенышей динозавров). «Стрекоза» отличалась довольно приличной скоростью и грузоподъемностью. Относительно небольшие размеры летательного аппарата вкупе со складной конструкцией поперечных плоскостей позволяли быстро спрятать воздушный грузовик в чаще леса. За многие годы эксплуатации «Стрекоза» подтвердила высокую надежность. Отсутствие массивных деталей облегчало опытным пилотам маневрирование и уход из-под огня легкого оружия в случае погони. Аппарат настолько полюбился галактическим браконьерам – охотникам на экзотических животных, – что они даже поместили его на свою эмблему.

Муж и жена Стрельцовы переговаривались телепатически через технополе.

– Ваня, надо срочно вызвать охрану Заповедника, – скороговоркой выпалила Катерина. – Бандиты сейчас, наверное, начнут без разбору убивать динозавров. А они, бедненькие, скучились в кашу-малу… Стреляй – не хочу.

– Уже вызвал, – откликнулся Иван. – Перекачал координаты через Галактическую Сеть. Думаю, через несколько минут рейнджеры будут здесь.

Иван поднялся на ноги, схватил жену за руку, потащил к кромке леса. Отбежав на несколько шагов, путешественники упали в траву. Дальше они продолжили движение ползком. Вслед за ними устремилась «Стрекоза». Супруги замерли в ожидании.

Воздушный грузовик шел на малой высоте. Гринчане даже разглядели за лобовым стеклом силуэт стрелка, взявшего на изготовку лучемет. У безоруженных беглецов сердце ушло в пятки. Летательный аппарат заскользил в сторону джунглей. Над чащей поднялся шум и гвалт потревоженных обитателей леса.

«Стрекоза» вернулась на поляну, где зависла над телом обезглавленного, обглоданного бандита. Браконьеры были просто обескуражены подобным завершением охоты. Как правило, вылазки за динозаврами обходятся им без потерь. Чего проще – дави с воздуха на гашетку лучемета, как в компьютерной игре, затем спускайся, собирай «поджаренные» трофеи. Главная трудность всего живодерского промысла – как проникнуть в тахионовый канал с контрабандным грузом, чтобы доставить товар заказчику на другую планету, перебросить на черный рынок. Все приемные и подающие тахиотамбуры хорошо охраняются, контролируются самыми различными службами. Но… как известно, большие деньги решают если не все, то уж почти все – это точно. Пока что ни полиции, ни Галбезу, ни мощной Экологической инспекции не удалось полностью пресечь торговлю динозаврами.

В общем, если повезет – не попасть под руку разгневанным рейнджерам да не подцепить в джунглях ядовитый укол или укус какой-нибудь неведомой твари, – то незаконный лесной бизнес вовсе не угрожал браконьерам прямым физическим уничтожением. А здесь… Жуть…

Воздушный грузовик плавно опустился на поляну. Из него быстро выскочили четыре фигуры в одинаковых комбинезонах со стрекозой на рукаве. Двое из бандитов – по давно отработанной схеме – сразу разбежались в противоположные стороны, вскинули оружие, прикрывая погрузку. Оставшиеся двое быстрыми движениями небрежно забросили в салон труп, скрылись в фюзеляже следом. Еще через мгновение «Стрекоза» взмыла вверх.

Летательный аппарат поравнялся со скоплением динозавров и открыл по ящерам беспорядочный огонь. Изумленные гринчане гадали, что это – месть за погибшего товарища или обычный в таких случаях забой? Некоторые ящеры, недовольно рыча, устремились к лесу. Но большинство гигантов либо вообще не обращало на «Стрекозу» никакого внимания, либо, раскрыв пасть, угрожающе мотали многотонными головами. Самые энергичные хищники даже пытались подпрыгивать вверх – за добычей. Надо полагать, не очень-то развитое зрение лесных страшилищ затрудняло им правильное определение расстояний. Страха они просто не испытывают. Ученые утверждают, даже самые громадные динозавры имеют мозг размером не более грецкого ореха. В этом биологическом микрочипе просто не предусмотрено места для эмоций и чувств, в том числе страха. Динозавры, грозные с виду, на самом деле беззащитны перед браконьерами, как дети. Они даже не пытаются скрыться, когда их убивают. Ну не кощунство ли – такая охота? Гигантский тир с живыми мишенями.

Безнаказанный расстрел прервал появившийся на фоне звезд тяжелый типолет – «летающая тарелка», аппарат гораздо массивней бандитской «Стрекозы». Солидная грузоподъемность машины позволяет установить на ее борту высокоточное тяжелое вооружение. Короче, «Стрекоза» против типолета – просто жалкая мелюзгавка. Если браконьерам не посчастливится втиснуться в какое-нибудь узкое место в горном ущелье, уйти от погони у них практически нет шансов.

Браконьерский аппарат панически дернулся, набирая скорость, попытался уйти в глубь леса. Но массивный типолет одним невидимым прыжком настиг «Стрекозу», завис над маленькой машиной, придавливая ее своим корпусом к земле. Воздушный грузовик медленно вернулся к месту преступления. Пилот послушно приземлил аппарат на поляну. Мощная летающая тарелка не спеша приблизилась следом.

В это время Стрельцов услышал невдалеке от себя в траве какую-то возню. Иван пополз в сторону шума. Через несколько метров он уткнулся головой в небольшого зверька размером с кошку. Обитатель леса пятился задом, пыхтел, напрягался, вцепившись зубами в здоровый кусок мягкой синтетической ткани. Кусок показался Стрельцову подозрительно знакомым. «Ха-а! – поразился Иван. – Да-к это ж мой спальный мешок». Зверек, почуяв незнакомца, выпустил добычу, резко оглянулся назад, уставился на человека. «Ну и рожи у этих ночихинских тварей!» Лупастый, зубастый. Гринчанин потянулся рукой за своей вещью. Дракончик угрожающе зашипел, ощетинился, не желая расставаться с находкой. Иван легонько врезал наглецу промеж глаз. Тот отпрыгнул в сторону, схватил зубами спальник, потянул к себе. Пришлось, не вставая, дать ему пинка. Дракоша нерешительно остановился, видимо, соображая, стоит ли продолжать дальнейшую борьбу или нет.

– П-шел вон, – зашипел парень. Он выставил зубы и зарычал, как собака. Это подействовало – зверек тут же скрылся в траве.

Иван ползком вернулся к жене.

– Не пойму, откуда здесь взялся типолет, – тихо вымолвил он.

– Ты же сам вызвал через Галактическую Сеть рейнджеров.

– А что, у рейнджеров есть на вооружении типолеты?

– Почему бы и нет? – удивилась девушка.

– Не знаю. Я лично так не думаю, – неуверенно прокомментировал Иван.

– Может быть, Галбез прислал на Ночиху БП? – предположила гринчанка.

– Что здесь делать Боевому Патрулю без согласования с местным Правительством? Насколько я знаю, в режимной карте БП Ночиха не числится.

– Да мало ли… Вон, хотя бы браконьеров гонять. Плохо, что ли? Они тут уже пообнаглели, сволочи.

– Посмотри, Кать. На тарелке нет никаких эмблем – ни рейнджеров, ни БП. Что-то тут не так…

– Да ладно тебе, Иван. Я лично не собираюсь тут сидеть посреди ночи возле порванной палатки, как у разбитого корыта.

– Погоди, Кать. Видишь специальный люк на корпусе в виде восьмерки?

– Ну и что?

– Это ПИИ – протонно-ионный излучатель. На стандарт-тарелке БП такого нет.

– А что, Галбез не может позволить себе комплектацию по спецзаказу? Иван, ты что-то сильно такой подозрительный стал – жуть, – тихо рассмеялась девушка.

– Зато ты, Кать, демонстрируешь вопиющую безалаберность.

– Вань, планерки будем устраивать после отпуска. Хорошо? – супруга укоризненно покачала головой. – Кто б там ни был, до ближайшего егерского поста нас подбросят. Для обвинения браконьеров лишние свидетели им не помешают.

Стрельцов с силой схватил жену за рукав:

– Катя, тихо. – Пригнул ее голову к траве.

Дальнейшие события разворачивались с небывалой скоростью… 8-образный люк на альфаметаллическом корпусе мгновенно сдвинулся в сторону – растаял, будто его и не было вовсе. Одновременно из освободившегося отверстия словно бы вырос сдвоенный ствол ПИИ. Орудие в упор дуплетом ударило по грузовику лесных потрошителей. Через секунду на месте «Стрекозы» пылала груда металла. Из огня выскочил горящий человек, – видимо, одному из браконьеров удалось спастись. Пугающую темноту ночи прорезал мощный луч прожектора, нависающий сверху, от типолета. Луч спокойно догнал беглеца. В ярком свете было хорошо видно, как бедолага падает, настигнутый «плевками» лучеметов, конвульсивно дергается в мучительных предсмертных судорогах.

Иван многозначительно кивнул супруге «Вот видишь…» и приложил палец к губам «Тихо, сидим не высовываемся…».

Глава 2

– Ты не знаешь, почему закрыли все туалеты? – жалобно спросил заключенный № 3-0081.

Номер Восемьдесят Первый был немного придурковатым от рождения. Поэтому его сокамерник, № 7-0385 по кличке Жожик, на людях с блаженным не общался, чтобы не прослыть в тюрьме «минёром». То есть человеком, совершившим недопустимую глупость (что может повлечь переход на более низкие уровни уголовной иерархии). Семерка, открывающая пятизначный код Жожика, придавала его цифрам солидность, со стороны узников – скрытое уважение. Дань традиции. Семерка причисляла № 385 к когорте отпетых рецидивистов, так называемых «полосатиков». Но это лишь условность, поскольку право на голос в преступном сообществе необходимо доказывать каждодневно. Былые заслуги здесь – не аргумент. Однако Жожика зэки уважали. Тем более что в последний раз он «завалился» напрочь. Теперь мрачные стены грозили стать «полосатику» родным домом до скончания века. Рецидивист с раздражением посмотрел на № 3-0081, ответил:

– Охранник во втором отделении разбил ногой печень такому же дебилу, как ты. В наказание, как обычно, захлопнули «толчок».

– Интересно. Коп – садист. А наказывают нас, – выразил вполне здравую мысль несчастный. – Какая тупость!

– Дубина. – Жожик легонько постучал сокамерника по лбу. – Они-то у себя записали, что заключенный предпринимал опасные действия. Понятно?

– А-а! – произнес парнишка с таким видом, будто только что решил сложнейшую задачу из области высшей математики. – На Галере и не такого можно ожидать. На то она и планета четвертой категории. IX Протекторат – это вам не парламентская республика.

«Полосатик» удивленно уставился на разговорчивого «коллегу», с любопытством отслеживая его интеллектуальные излияния.

В этот момент вдоль решетки, отделяющей камеры от коридора, под конвоем провели Колдунью из четвертого отделения. Девушка получила свое необычное прозвище благодаря тому, что владела сильным даром гипнотизера. Например, недавно она вылила на голову самому зловредному охраннику ведро воды. А пострадавший мирно отправился сушить волосы. При этом он попросил обидчицу подержать пока пистолет… Сейчас глаза у конвоиров остекленело, бессмысленно смотрели вдаль. Рецидивист взглянул на часы. «Все по графику». Он подошел к решетке, отстучал условный код. Стук, продублированный соседями, словно эхом прокатился по длинному коридору.

Колдунья с «эскортом» скрылась в помещении центрального поста. Через несколько минут все решетки одновременно открылись, и толпа арестантов вполне организованно хлынула к выходу. Трюк с гипнозом сработал. Охрану у ворот тоже удалось быстро нейтрализовать. Зэки брызнули врассыпную по старинной площади, прилегающей к тюрьме.

Тем временем на дальнем конце широкой каменной поляны появились большие полицейские фургоны. На подмогу тюремщикам оперативно подоспели городские копы. Они спешно организовывали оцепление, решительно продвигаясь к воротам, отлавливали среди невинных горожан сбежавших зэков.

Жожик грубо схватил за воротник испуганного мужичка средних лет. Таких справедливо называют «гражданским лицом». Интеллигентная наружность прохожего всем своим видом выражала возмущение подобным хамством и неприятие насилия как метода разрешения проблем вообще.

– Что вам угодно, уважаемый?

– Жуй опилки, гнида! – ругнулся «полосатик». Плотно сжатый кулак с силой ударил Гражданское Лицо прямо в зубы.

Ошарашенный интеллигент сразу сник. Рецидивист бесцеремонно затащил свою жертву в пустой вагончик пневмотрамвайчика, где отобрал одежду. Еще один удар в зубы (для профилактики), сопровождаемый идиотскими угрозами, надолго пригвоздил раздетого прохожего к сиденью.

Переодевшись, Жожик выскочил из пассажирского салона и не спеша, чтобы не привлекать внимания, направился к голоновым кустарникам. Большинство зэков, как и полицейских, не рискнули прорываться сквозь эти заросли от тюремных ворот к реке. Потому что голоны кишмя кишели страшными насекомыми – корястыми клопами. Смертельно опасные букашки водились только на указанном кустарнике, и выкурить их оттуда было почти невозможно даже самыми сильными химикатами. Наверное, не случайно муниципалитет оставил густые ряды экзотического растения со стороны заднего фасада окружной тюрьмы – куда праздных прохожих не допускали. Чтобы заключенным мысль о побеге через реку и в голову не приходила. Кстати, несколько прецедентов, окончившихся смертельным исходом, подтвердили тупиковость данного направления.

Но Жожику терять было нечего. Сегодняшний побег – один шанс из тысячи. Другой возможности может не представиться до самой смерти. «Полосатик» высоко поднял воротник, натянул рубашку на голову по самые уши, смело шагнул в опасные заросли. Как только он скрылся в кустарнике, сразу бросился на землю, пополз по-пластунски. Потому что листва, засиженная корястами, смыкалась где-то на уровне груди, а внизу вероятность подцепить клопа была значительно ниже. Минут через двадцать Жожик выполз к реке. Он поднялся, одним рывком скинул с себя рубаху. Затем пинком отправил ее в воду. Туда же полетели брюки – корястые клопы в прохладной воде почти сразу погибают. Беглый заключенный нырнул следом. Вроде пронесло. Выдержав несколько контрольных минут, Жожик поймал в тихом потоке брюки. Он торопливо извлек из кармана непромокаемый бумажник, озираясь, вышел на берег. Со стороны тюрьмы доносились яростные крики возбужденной толпы. Вероятно, сражение между зэками и полицейскими разгоралось с новой силой. «Все-таки зря копы закрыли сегодня туалеты. Не говоря уж о том, что это вообще свинство. Братва от возмущения взвинчена до предела».

«Полосатик» с удовольствием подставил лицо солнцу, счастливо зажмурился. «Свобода! Адвокаты – кровопийцы! Деньги выкачивают – будь здоров. А толку – ни на грош. Только хитро подмигивают: мол, если б не мы, было б еще хуже. А куда хуже-то? Жизнь, она ведь – не резиновая, на сто двадцать лет не растянешь. Рецидивист с отвращением вспомнил елейную физиономию последней адвокатши: «Вот язва-то! Так и дал бы в харю! А ее помощничек, толстопуз… да он сам мошенник. Штампы ставить некуда. Нет, покуда существуют адвокаты, порядка в мире не будет. Они же напрямую заинтересованы в преступлениях. Стригут с них купоны похлеще самих исполнителей. А чем рискуют, еноты вонючие?.. Сидят себе в теплых кабинетах и ждут, пока какой-нибудь уголовничек наклюнется. И чем хуже – тем лучше. А у самих от счастья в кишках аж все перемалывается. – Бывший № 7-0385 безнадежно махнул рукой. – Да, ладно… Чтоб им там провалиться, козлам».

Беглец осторожно осмотрел на песке то место, куда сначала сбросил рубашку, удовлетворенно покачал головой, побрел по берегу, осматривая землю. Через минуту Жожик вернулся с листом лопуха в руках. Уголовник что-то аккуратно поднял, завернул в лист, оборвал лишние концы, опустил узелок в бумажник. Больше здесь делать было нечего.

На том берегу реки, где-то в километре вниз по течению, виднелся шумный городской пляж. Ширина водной преграды – метров 400–500. Вполне по силам здоровому, крепкому мужчине, каковым и был Жожик. Рецидивист, не теряя времени, плюхнулся в воду, поплыл к пляжу.

«Все-таки физкультурой надо заниматься систематически», – недовольно констатировал беглый арестант, добравшись к месту массового отдыха. Сильная одышка и озябшая, посиневшая «куриная» кожа безошибочно указывали окружающим, что симпатичный молодой мужчина с непромокаемым бумажником в руках только что совершил порядочный заплыв. Жожик быстро двинулся подальше от воды с целью затеряться в толпе отдыхающих. Вскоре «полосатик» согрелся и, осматривая пляж, непринужденно прибился к группе девушек, выстроившихся в какую-то странную очередь. Ожидая, что будет дальше, зэк мирно встал в конец живой змейки. Неожиданно девицы, как по команде, начали грациозно скидывать с себя купальники, оставаясь в чем мать родила. Обалдевшему уголовнику пришлось снова прыгать в воду. Во-первых, потому что острый физиологический интерес, возникший совершенно спонтанно (после нескольких месяцев очередной отсидки), проявился через тонкую ткань плавок, пожалуй, слишком уж неприлично и бестактно. А во-вторых, праздно шатающиеся вокруг фотографы сразу поспешили к компании нудистов. На Галере это было еще в новинку. Раздосадованному Жожику пришлось немедленно покинуть соблазнительный ряд, дабы не подвергнуться провокационной съемке. «Черт-те что творится в общественных местах! И это называется движение к демократии», – недовольно буркнул он, вылезая на берег метрах в пятидесяти от «шоу» и следуя прямиком к одежде, оставленной впопыхах на песке одним из папарацци.

«Полосатик» подошел к раскиданному на земле гардеробу, уверенными движениями быстро оделся и направился в сторону шоссе. По пути он купил в пляжном киоске большую плитку шоколада.

Солнце по небосводу неумолимо скользило к зениту. Потихоньку наступала жара. Над трассой уже несмело задрожала еле заметная пленка расплавленного воздуха. Благодаря безветренной погоде запах машинной смазки и придорожной пыли, казалось, застыл над креосфальтовым покрытием. Духота заметно утяжеляла дыхание. Немного узковатая чужая одежда неприятно давила под мышками. Но везучий уголовничек голосовал на дороге таким уверенным, отточенным жестом, словно всю жизнь провел, путешествуя на случайных попутках. И первый же экстрамобиль подобрал бывалого дорожного бродягу. В салоне работал кондиционер. Желанная свежесть сразу принесла облегчение. На переднем сиденье оказались два приветливых молодых человека в форме космодесантников. Жожик сходу рассказал новым знакомым парочку дежурных анекдотов. Приятели весело, непринужденно рассмеялись, радуясь веселому попутчику.

Развлекая владельцев «экстра», пассажир достал из своего бумажника зеленый узелок, осторожно развязал его и незаметно бросил в волосы водителю живого коряста. Клоп тут же скрылся в глубине шевелюры. Парень, сидевший за рулем, ничего не заметил, как и его спутник. Но через несколько минут шофером овладел приступ бешенства. Неожиданно на полном ходу он резко остановил машину, накинулся на сидящего рядом товарища. Обезумевший водитель, подобно дикому зверю, буквально перекусил зубами шею своему спутнику, хищно обернулся к заднему сиденью. Этого Жожик и ждал. Он невозмутимо протянул берсеркеру раскрытую плитку шоколада. Инфицированный шофер жадно схватил угощение, почти целиком запихнул в рот.

Дело в том, что укушенного клопом человека можно временно вывести из буйного состояния чем-нибудь сладким, особенно шоколадом. Увидев лакомство, несчастный на время забывает обо всем на свете, как завороженный. Сидя в тюрьме, Жожик вдосталь наслушался страшилок и баек о местных достопримечательностях и сейчас использовал приобретенные знания на практике. Рецидивист стремительно выскочил из кабины, раскрыл переднюю дверь, рывком выдернул наружу заторможенного десантника, прыгнул за руль, быстро вытолкнул в противоположную сторону парня с перекушенной шеей – и был таков.

Арестант сверил с экстракомпьютером маршрут, свернул на узкую заброшенную дорогу. До уютного домика с резным фасадом, в котором Жожика всегда ожидают друзья, оставалось еще километров шестьдесят. Поэтому, несмотря на сопутствующую удачу, расслабляться не стоило. Уголовник нажал на педаль, прибавил ходу.

Друзья-подельники предложили запутанный сценарий с целью вытащить «полосатика» из-за решетки отнюдь не из чувства товарищеской солидарности. Только Жожик знал, где спрятан контейнер с контрабандной партией дорогостоящего войтека, добываемого на Галере. Поэтому о рецидивисте, как могли, позаботились (копы перевели Колдунью в соседнее отделение вовсе не случайно). Но сотрудничество представлялось взаимовыгодным. Без влиятельных друзей Жожик навряд ли сможет покинуть эту негостеприимную планету.

Внезапно экстрамобиль остановился как вкопанный. Компьютер сообщил, что данная дорога заблокирована из главного диспетчерского пункта (водитель может продолжить путь, сняв в ручном режиме блокировку, но дальнейшее движение, по данным Центра, таит потенциальную опасность). Датчик на панели рекомендовал включить радиосвязь. Жожик небрежно щелкнул тумблером.

Из динамиков донеслось официальное сообщение IX Протектората. На территории Галеры в связи с активизацией подрывной деятельности сепаратистов объявлялось чрезвычайное положение. Диктор монотонным голосом сообщил, что комендатуре предложено в 24 часа срочно эвакуировать весь персонал, так как после указанного срока тамбуры тахиоканалов будут законсервированы. Иными словами, впускные и выпускные шлюзы окажутся втянутыми, словно гигантским насосом, в субпространство канала. Через мгновение ничто не будет напоминать на их месте, что когда-то там располагался вход в систему галактического транспорта. Ни сверхчувствительные анализаторы, ни даже собаки-ищейки не смогут почувствовать затаившийся в данной точке канал, который, в принципе, по приказу из центрального офиса Тахиогалактсети, может в любое время открыться и заново приступить к работе. Но когда это будет? Кошмар!!!

Местные власти под давлением сепаратистов, требующих немедленного выхода из состава IX Протектората, и так постоянно нарушали Соглашение о разделе продукции с метрополией. А сейчас полностью отказались от выполнения своих обязательств. Злобные аборигены непостижимым образом гнали Великие Живые Болота к местам дислокации служб IX Протектората. Буквально через сутки все подразделения комендатуры могли в прямом смысле очутиться под вязкой слизью. В порыве гнева радикальная оппозиция не щадила и своих соплеменников. ВеЖиБолы пожирали целиком города и поселки, транспортные узлы и развязки, промышленные и сельскохозяйственные предприятия.

Это может показаться невероятным, но тем не менее местные шаманы, владеющие языком горлового пения, умеют разговаривать с Великими Живыми Болотами. Факт! И, что еще более немыслимо, ВеЖиБолы их слушаются. Например, слизь освобождает те территории, о которых ее просят колдуны, или, наоборот, поглощает земли, указанные шаманами. ВеЖиБолы даже могут поднимать по заказу на поверхность любые предметы из затопленных поселков. Независимо, будь то легкая деревянная ладья либо тяжеленный металлический контейнер. Колечка со дна морского, как в сказке, они, конечно, не найдут. А вот технику, крупные промышленные и гражданские сооружения – запросто. Галерские легенды олицетворяют Живую Слизь с душами предков. Обо всем этом Жожик неоднократно слышал в тюрьме из рассказов сокамерников.

Исходя из полученной по радио информации, рецидивист сделал очень невеселый вывод. Пока не улягутся страсти, IX Протекторат, не желая развязывать гражданскую войну и разрушать существующую инфраструктуру, в которую вложены огромные деньги, решил на время удалиться. По мнению аналитиков, население, привыкшее ко всем благам, поступающим извне, с других концов галактики, само потребует от властей возобновления переговоров. А метрополии в данный момент, наверное, важно оставить планету в рамках своего юридического поля.

Официальное сообщение заканчивалось обращением к населению с просьбой сохранять спокойствие и выдержку. На самом деле это означало, что колонизация планеты на сегодняшний день полностью провалена. Комендатура трусливо сбегает. А гражданских лиц, добрую треть из которых составляют граждане Конгломерата, а не Галеры, бросают на съедение сепаратистам. Жертвы большой политики…

В свете последних событий вся контрабанда вмиг показалась Жожику ненужной, досадной мелочью. Он рванул экстрамобиль назад, дал компьютеру задание немедленно проложить курс к ближайшему тахиотамбуру. Надо немедленно любым способом выбираться из этой вонючей дыры. В галактике есть десятки миров, гораздо более привлекательных для бизнеса. А друзья-подельники со своими связями среди гражданского руководства навряд ли сейчас чем-то помогут. Им надо спасать прежде всего свои задницы.

Глава 3

Иван, не поднимая головы, одними глазами следил за боевым типолетом, расстрелявшим браконьеров. Ему удалось разглядеть неприметную литеру «Т» на днище тарелки. «Ё-моё! – мысленно обратился к супруге Чтец. – ТАРАНТУЛ!!!». Интересно, кто их пропустил через тахиоканал? Впрочем, детские вопросы… деньги, кто ж еще… большие… универсальный пропуск… А про себя подумал: «По наши души прибыли ребятки…»

«Тарантул» всегда выполняет поставленную задачу до конца. Стрельцов прислушался. Где-то далеко-далеко еле-еле просвистел знакомый звук. Опа-а! Это ж «мигалка» (летательный аппарат рейнджеров – охранников заповедника). Прибыли наконец-то. Боевой типолет покинул место побоища, заскользил над лесом. Разумеется, «Тарантул» мог бы запросто уничтожить егерей. Но зачем ему «светиться» перед местными без особой надобности? Какой резон? Его цель – Стрельцовы. Все остальное – побоку. «Может, действительно рвануть с рейнджерами? А? Крикнуть, позвать на помощь? Ребята доставят куда надо. Тьфу ты! – Гринчанин зло сплюнул в сторону. – Чушь собачья, полная чушь! «Тарантул» не ушел, а отвалил на пару километров и заэкранировался. Минутка – и он здесь. Лучше не рисковать. Стоит только высунуться – всем конец. «Зажарят» сначала егерей, потом нас. Нет! Такой вариант отпадает. Ну браконьеры – еще куда ни шло (хотя тоже беспредел), а рейнджеров жалко. Не стоит даже и рыпаться. Надо ждать. Даже через технополе вызвать-то некого. Рейнджеры на Ночихе – самая грозная сила».

Да и в целом планета динозавров – территория, весьма изолированная от других миров. Местные власти вкупе с Правительством Лиги Планет очень ревностно блюдут девственность знаменитых на всю галактику джунглей, населенных ящерами. Попасть сюда можно либо по исследовательской линии в группе ученых-природоведов, либо имея на руках индивидуальную одноразовую туристическую лицензию, стоящую сумасшедших денег. Но одних лишь денег мало. Претендент обязан заручиться негласной поддержкой общественных экологических фондов (по крайней мере, отсутствовать в их черных списках). На счастье или на беду, но Стрельцовы смогли позволить себе такую роскошь. В итоге сейчас здесь, в уединенном галактическом заповеднике, ждать помощи им, по большому счету, было неоткуда. Во всяком случае, помощи быстрой, экстренной…

Чтец планировал отползти подальше, переночевать в лесу. А на следующий день, когда «Тарантул», возможно, закончит свои поиски и покинет джунгли, вызвать рейнджеров. Сейчас этого делать нельзя.

Глава 4

Перед выездом на центральную трассу Жожик в задумчивости остановил экстрамобиль. Решил определиться, стоит ли поменять машину. На дороге, ведущей к тахиотамбуру, обязательно расположен контрольно-пропускной пункт внутренних войск. Может, убитых космодесантников уже обнаружили, и их транспортное средство объявлено в розыск. Но, взвесив возможные «за» и «против», бывалый уголовник пришел к выводу, что не стоит волноваться. Офицеры Комендатуры IX Протектората сейчас озабочены скорее всего лишь одной проблемой: как унести ноги с Галеры в объявленные 24 часа. Можно себе представить, что сейчас творится у тахиотамбура. Наверное, всем хочется улизнуть побыстрее, пока паника не захлестнула планету. А тахиотамбур между тем – не бездонная яма. У галактического транспорта тоже есть своя пропускная способность. И, по всем прикидкам, переварить за одни сутки весь личный состав метрополии он просто физически не в состоянии. Масса неудачников неизбежно останется за бортом. Вряд ли кого-то сейчас интересует судьба погибших. Надо спасать собственные шкуры! Двумя людьми больше, двумя меньше – какая разница?

Небрежным жестом Жожик вскрыл бардачок под панелью управления. Оттуда вывалилась служебная планшетка космодесантника. «Полосатик» внимательно осмотрел находку, с удовольствием вытащил из сумочки индивидуальную контрольную карту (ИКК) офицера. Видимо, водитель экстрамобиля являлся довольно важной персоной. Потому что его ИКК имела посадочный талон категории «А». Это же прямой пропуск на тахиотамбур! Рецидивист прищурился, изучая мелкие надписи на электронной карте: космическая разведка… беспрепятственный допуск к объектам 8-й группы секретности. Уголовник хищно улыбнулся. Ничего не скажешь, редкий подарок судьбы. Осталось этот подарок лишь слегка подредактировать. Но как это сделать? Жожик аккуратно вставил индивидуальную контрольную карту в прорезь аппарата спецсвязи. Небольшой дисплей высветил указание: «Положите правую ладонь на панель идентификации». Рецидивист послушно опустил руку на прозрачную пластину. Как только на экране загорелась надпись «Опознание», преступник свободной рукой с силой ударил металлической монтировкой по пульту спецсвязи. Из-под ломика во все стороны брызнули искры. Внутри аппарата что-то тихо пшикнуло. Датчик на панели уловил слабый дымок. Тут же сработала пожарная система – на брюки экспериментатора вывалилась пышная шапка едкой пены. Чертыхаясь, рецидивист вылез из экстрамобиля, раздраженно отряхнулся какой-то грязной тряпкой. После этого он осторожно вытянул ИКК из прорези аппарата. Жожик внимательно осмотрел подредактированную карту офицера. Для верности даже взглянул через пластину на солнце. Афера вроде бы удалась! Так как пульт вывели из строя в тот момент, когда ИКК только «ожила», то голографическая фотография и данные дактилоскопии расплылись в непонятное пятно. Зато можно было отчетливо разобрать звание капитана и частично фамилию десантника. Отлично! Лучшего результата опытный мошенник и не ожидал. Рецидивист прыгнул за руль, врубил скорость на полную катушку. Экстрамобиль выскочил на трассу.

Через каких-то полчаса на обочине промелькнул указатель «500 м КПП тахиотамбура. Остановка обязательна». Но остановиться пришлось бы и без требования дорожного знака. Потому что по направлению к КПП выстроился полукилометровый хвост из разнообразных транспортных средств. Ясное дело, официальное сообщение IX Протектората слышал не один Жожик.

Машины все прибывали и прибывали. Сзади уголовника уже подперли несколько массивных экстрамобилей. Спереди почему-то не намечалось ни малейшего движения. «Полосатик» разочарованно поскреб в затылке. Вдруг на его лице отразилась какая-то догадка. Жожик уверенной рукой резко вывернул руль до предела вправо. Десантный джип-внедорожник грозно взревел, легко перескочил через водосточную канаву, плавно взобрался по откосу и полем помчался к тахиотамбуру вдоль застывшей колонны машин. А почему бы и нет? Посадочный талон категории «А» офицера космической разведки что-нибудь да значит, в конце концов.

Дерзкий бросок по бездорожью сначала внес замешательство в ряды беженцев. С трассы донеслись проклятия. Но затем многочисленные последователи, оценив преимущества обходного маневра, устремились к высоким откосам выемки, в которой проходила дорога. Часть из них застряла в кюветах. Часть неуклюже карабкалась вверх на своих шикарных экстрамобилях, совершенно не приспособленных для движения по грунту, затем скатывалась вниз. Один из неудачников несколько раз перевернулся. Водитель чудом не пострадал, когда его машина кувыркалась под горку. Сработала дорогостоящая аварийная система. Зрители на дороге взирали на потерпевшего с явным злорадством: поделом ему. Одним выскочкой-конкурентом меньше… Хотя бы на время.

Вскоре Жожик затормозил непосредственно перед погрузочной площадкой. Вернее, перед толпой, окружившей погрузочную площадку. Рецидивист вытащил из широкого кармана, расположенного за чехлом соседнего сиденья, форменную пилотку десантника. На ней, словно опознавательный знак, вызывающе красовалась огромная парадная кокарда космической разведки. «Полосатик» с важным видом натянул головной убор, повернул зеркало заднего вида, придирчиво себя осмотрел. Затем он сбил пилотку немного вперед, на глаза, как это делают крутые парни в звездных боевиках. Остался доволен. Уголовник выскочил из экстрамобиля, решительным шагом направился к впускным шлюзам галактического транспорта.

Так как Галера – планета четвертой категории, то на ней не размещались специализированные пассажирские тахиотамбуры, способные напрямую, без вспомогательных посадочных средств, переправлять в другие миры людей. Для переброски личного состава IX Протектората и населения здесь применялись грузовые тамбуры.

Собственно, какими-то явными неудобствами космическим путешественникам такой способ вовсе не грозит. Просто при транспортировке в данном случае нельзя обойтись без спецконтейнера-вагончика. Вместимость типовой пассажирской капсулы (прозванной по всей галактике почему-то понтоном) составляет 42 посадочных места. Управляется она пилотом-навигатором, чья кабина находится в головной части салона. Точнее говоря, пилот лишь дублирует команды, поступающие из центрального диспетчерского пункта Тахиогалактсети. Сам он, естественно, не может войти в канал без санкции сверху и выбрать произвольное направление. Навигатор подает в диспетчерскую соответствующие запросы, следит за техническим состоянием капсулы и отвечает за порядок в салоне. В чем-то его можно сравнить с древним вагоновожатым.

По стандартным звездным маршрутам ежесекундно курсируют миллионы понтонов, принадлежащих непосредственно Тахиогалактсети (точно так же, как раньше по железным дорогам во всех направлениях мчались пассажирские вагоны). Капсулы обслуживают постоянно действующие станции по утвержденному расписанию. На понтоне даже в пределах одной планеты можно практически мгновенно переместиться в заданную точку – от одного входа в канал к другому.

Кроме того, на межзвездных маршрутах постоянно находятся сотни тысяч частных понтонов, а также принадлежащих Правительству, спецслужбам и военным. Точное их количество назвать, наверное, толком не сможет никто. Капсулы настолько прочно вошли в современный бешеный ритм жизни, что воспринимаются как само собой разумеющееся явление. В принципе, любой грузовой тахиотамбур оборудован специальным причалом для обслуживания понтонов. И, Бог ты мой, это очень удобно. Например, не будет же мультимиллионер, имеющий финансовые и производственные интересы в разных мирах, решать проблемы своего бизнеса, путешествуя по галактике пассажирским тахиотамбуром в общей массе людского потока, словно в метро. Толстосумы, тузы делового и подпольного мира предпочитают комфорт и безопасность во всем. Каждый из них имеет личный понтон, оборудованный под передвижной офис. Частный вагончик, помимо всего прочего, решает еще и представительские функции. Он служит, так сказать, показателем благосостояния владельца. Это можно сравнить с позолоченной каретой средневекового вельможи.

Но если нет личного вагончика – не беда. Всегда можно заказать через диспетчерский терминал Тахиогалактсети чартерный рейс. Компьютер тут же проверит факт оплаты, найдет в любом месте звездного пространства свободную капсулу, переправит ее в указанную точку. Далеко не всем, конечно, такие услуги по карману. Но бизнесменов средней руки это не смущает. Что касается военных, за них платит Правительство. Поэтому они не очень-то стараются экономить. Наоборот. Надо же отрабатывать заложенные в бюджет суммы. А то на следующий год конгрессмены, не приведи Господь, урежут ассигнования по данной статье расходов.

Капсулы, принадлежащие непосредственно Министерству обороны, имеют существенные конструктивные особенности. Понтоны военных оборудованы устройством быстрой разгрузки. Иначе говоря, бомболюками. То есть пилот капсулы может мгновенно сбросить содержимое салона в заданной точке пространства. Навигатор вагончика Минобороны подчиняется только своему командованию. А оно уже решает все вопросы по эксплуатации понтона с диспетчерами Тахиогалактсети. Те, в свою очередь, в соответствии с действующим положением, как правило, дают армии зеленый свет на любой запрос.

Жожик внимательно осмотрел столпившийся у погрузочной площадки народ. От цепкого взгляда уголовника не ускользнул тот факт, что военные деловито создали отдельную колонну. Вероятно, надеялись, что их обслужат, как всегда, вне очереди.

Галеру отнюдь нельзя назвать сколь-нибудь значимым транспортным центром в своей области галактики. В частности, официальный график движения пассажирских капсул на данной станции не отличался особой плотностью. «Интересно, после объявления чрезвычайного положения кто-нибудь из чиновников позаботился о том, чтобы заказать хотя бы несколько чартеров для подшефного ведомства? Или они сломя голову кинулись к тамбурам, полагаясь на свои посадочные талоны с категорией не ниже «В»?» Стоило Жожику об этом подумать, как к причалу пришвартовалась капсула с опознавательными знаками Генштаба Министерства обороны. Очевидно, предусмотрительные золотопогонники заказали-таки под свое бегство индивидуальные транспортные средства. Рецидивист тут же счел за благо присоединиться к колонне военных. Вернее, вклиниться в нее.

Как только появился армейский понтон, охрана тахиотамбура с трудом оттеснила в сторону толпу штатских, освобождая дорогу офицерам. Первыми на посадку ринулись, естественно, генералы, выкрикивая напоследок какие-то ценные указания провожающим их мелким сошкам. Высокие чины до последнего момента делали вид, что они очень озабочены сложнейшей обстановкой на Галере. Из их отрывистых реплик подчиненные могли сделать утешительный вывод, что как только начальство покончит с неотложными делами в метрополии, то сразу же, не медля, поспешит вернуться к своим родным войскам. Чтобы вместе выправлять положение.

Разочарованные отказом в посадке, мощные телохранители счастливчиков-боссов с хмурыми физиономиями ожесточенно пробивались назад – против шерсти, – к выходу. При этом доставалось всем подряд, независимо от званий, пагонов и должностей. Следуя примеру громил, Жожику, хоть он пробивался вперед по течению, тоже пришлось несколько раз заехать по физиономии больно уж разволновавшимся офицерам. Чем меньше оставалось до капсулы, тем плотнее смыкалась толпа, тем яростней становилось сопротивление.

Наверное, каждый человек хотя бы раз в жизни испытывал, стоя в бесконечной очереди среди возбужденных людей, особую нервозность, наэлектризованность, когда на возню затрачено много сил и времени и кажется, что заветная дверь вот-вот захлопнется. Проскользнуть почему-то удается только отъявленным наглецам и негодяям. То же самое творилось сейчас на посадочной площадке. Все стремились попасть именно в этот вагончик. Неизвестно, когда подадут следующий, и будет ли он к тому же военным. Напряжение возросло до предела. Сквозь людскую стену уже нельзя было протолкнуться, работая только локтями. Жожику пришлось внаглую хватать за рукава и воротники отцов-офицеров, с силой оттягивать их, отбрасывать назад, чтобы расчистить себе дорогу. После очередного борцовского приема и визга потерпевшего сбоку от рецидивиста возникла могучая фигура телохранителя. Видимо, у парня в толкучке, что называется, сорвало тормоза. И он, обидевшись за своего поверженного шефа, схватился за нож. Жожик, сосредоточившись на борьбе с очередной преградой, заметил нападение в самый последний момент и лишь чудом увернулся. Лезвие проскользнуло возле самой шеи. «Полосатик» отнюдь не растерялся. В ответном выпаде он коротким, точным ударом правой руки сломал противнику переносицу. И не просто сломал, а буквально вбил, как гвоздь в стену, носовой хрящ в черепную коробку. Профессиональный удар убийцы!!! И надо же… как ни казалось тесно вокруг… толпа все же уплотнилась, попятилась, пропустила уголовника вперед. Телохранители больше не пытались остановить крепкого парня с десантной пилоткой на голове. Да и зачем?! Посадка в офицерский вагончик этим ребятам все равно не светила. А положить свою жизнь за босса, бегущего с планеты, как крыса с тонущего корабля, – не самая лучшая перспектива. Применять оружие в битве за место никто не решался. Потому что на рукопашные разборки охрана тахиотамбура еще как-то закрывала глаза. В случае перестрелки вполне могла поднять тревогу. А законсервировать тахиотамбур можно за считанные мгновения. Не успеешь рта раскрыть, как шлюзы уже втянутся внутрь канала вместе со всеми службами. И тогда… прощай до следующего благоприятного сезона…

Наконец Жожик пробился к пропускному турникету. Именно в этот момент, как назло, турникет захлопнулся перед самым носом. Дежурный объявил об окончании посадки, попросил всех сохранять спокойствие и выдержку. Служащий тахиотамбура уверял, что на сегодняшний день заказано рекордное число вагончиков, все желающие непременно покинут Галеру, если не будут создавать панику и толчею. Подобные увещевания, как водится, лишь подлили масла в огонь. Погрузочная площадка уже давно превратилась в беспорядочную людскую свалку. Ситуация грозила от нетерпения и злобы вскоре окончательно взорваться, выйти из-под контроля. Бегущий с планеты гражданский и военный люд, похоже, решительно созрел для штурма тахиотамбура. Если бы каждый из потенциальных пассажиров не опасался, что в случае беспорядка транспортный цикл вообще замрет, такой штурм наверняка бы уже и состоялся.

Жожик подозвал жестом охранника с эмблемой внутренних войск на рукаве. Грозный вояка прохаживался с той стороны турникета с оружием на изготовку. Унтер-офицер ВВ нехотя подошел к перегородке. Рецидивист издалека показал военному «свою» индивидуальную контрольную карту, выразительно постучал по ней пальцем:

– У меня срочное предписание, связанное с обеспечением жизнедеятельности объекта восьмой группы секретности!

– А может, с обеспечением безопасности собственной задницы? – ехидно переспросил охранник.

– По законам чрезвычайного положения ты обязан предоставить мне беспрепятственный пропуск.

– Да тут таких, как ты, – тысяча. Всем не предоставишь, – усмехнулся унтер.

– Как хочешь, приятель. – Уголовник постарался изобразить безразличие. – Ты препятствуешь выполнению важной государственной миссии. Это равносильно диверсии. – «Полосатик» уверенным жестом ткнул указательным пальцем в сторону закрытого турникета. – Будь покоен, дружище. Я запомнил твой личный номер. И, поверь, по прибытии в IX Протекторат тебя ожидают наручники с пожизненной перспективой.

– Да пошел ты… – охранник раздраженно махнул рукой. – Если хочешь, иди сам договаривайся с пилотом. Там уже полная капсула генералов. Высадить кого-то ради тебя – у меня нет никаких полномочий.

– Вот это уже другой разговор, – удовлетворенно хмыкнул Жожик.

Унтер протянул руку:

– Давай свою ИКК.

«Полосатик» с готовностью сунул подпорченную карту офицера. Военный непонимающе уставился на пятно в центре пластины:

– Это что?

– По дороге к тамбуру на меня напали сепаратисты, – попытался оправдаться рецидивист. – В ИКК угодили из лучемета.

Кислая физиономия охранника выразительно указывала на то, что он заколебался и явно начал терять к шустрому десантнику всякий интерес. Жожик с невозмутимой улыбкой предложил:

– Можешь проверить мою дактилоскопию через центральную базу данных. Ведь по прибытии на Галеру я зарегистрировался в комендатуре.

– Ах, да, – облегченно вздохнул унтер. – Давай пройдем к идентификационному пульту.

– Всегда пожалуйста, дружище, – обрадовался хитрый зэк.

Военный открыл турникет, пропустил уголовника за ограду. Жожик проследовал через специальный портал, где его просветили на предмет наличия оружия, в том числе холодного. Табло над проверочным устройством высветило результат – все в порядке. Охранник одобрительно улыбнулся, кивком головы указал на дверь, ведущую в помещение поста. Рецидивист послушно двинулся в указанном направлении. При этом он незаметно сунул руку в карман и зажал между пальцами увесистую галерскую монету, один край у которой был предварительно остро-остро отточен умельцем-зэком, словно лезвие бритвы. В помещении больше никого не оказалось. И уже через минуту унтер-офицер ВВ с перерезанным горлом мирно покоился в одной из ячеек раздевалки.

В приподнятом настроении Жожик выскочил наружу, легкой походкой через служебный вход устремился к причалу с пришвартованным понтоном. У входного люка стоял дежурный смотритель, руководивший посадкой. Он видел, как недавно десантник проломил нос одному из телохранителей. Поэтому неловко поежился под колким взглядом уголовника. Псевдокапитан космической разведки заявил, что унтер-офицер из охраны тахиотамбура проверил его предписание, дал добро на посадку. Смотритель неуверенно пожал плечами, после чего предложил Жожику занять резервное выдвигающееся ремонтно-монтажное сиденье возле кабины пилота. Рецидивист быстро прошел по салону, уверенно отлепил от стены раскладное кресло, сел, с наслаждением вытянул вперед ноги. Все-таки фортуна сегодня была к нему благосклонна!

Посадочные места внутри капсулы занимали сплошь грузные, одутловатые генералы и старшие офицеры с подчеркнуто командными лицами. Вернее, физиономиями повелительно-начальственного типа. Все они дружно уставились на молодого мужчину в пилотке десантника, видимо, недоумевая, как он умудрился затесаться в их высокую компанию. Впрочем, незнакомец вполне мог оказаться близким родственником какой-нибудь влиятельной фигуры из руководства IX Протектората. Поэтому вслух выразить протест никто не решился. С другой стороны, каждого из пассажиров по большому счету интересовала лишь собственная плацкарта (даже если соседнее кресло смотритель предоставил бы хоть черту лысому). Не отменили б только рейс.

Дабы не раздражать своим видом невольных попутчиков, «полосатику» ничего не оставалось, как повернуться к ним боком и заглянуть через прозрачный пластик в кабину пилота, делая вид, что это ему очень интересно. В отличие от сидящих на стационарных креслах, Жожик мог видеть панель управления и пространство командной рубки. Навигатор, наполовину спрятанный за массивной спинкой, раздраженно вел с кем-то переговоры. Рецидивист непроизвольно вслушался, прижавшись ухом к тонкой стенке.

– Куда ты прешь этих толстозадых придурков? – тихо донеслось из динамиков. – Я же тебе сказал, через два часа. Чего непонятного? Аппаратура сто восьмого внутреннего маршрута закрыта на профилактический осмотр.

(Видимо, это был руководитель полетов из армейской диспетчерской.)

– Но здесь беспорядки. Поймите. Через два часа, может быть, уже разнесут капсулу в щепки. Да и все мои высокопоставленные пассажиры уже объявили своему руководству, что отправляются. Я получил разрешение из Центра Управления Полетами непосредственно от генерал-полковника Дудкина.

– Ладно, – согласился диспетчер минуту спустя. – Скинь их в дрейфующем узловом пункте при выходе на пятую трассу МО.

– Как это скинь? – не понял пилот.

– Очень просто. Бомболюк у тебя для чего? Узел номер два миллиона триста двадцать шесть тысяч двести пятнадцать нашел?

Навигатор пробежал рукой по панели управления. Включился боковой дисплей.

– Нашел.

– Вот там и скидывай.

– Не понял.

– Там сейчас как раз нужна биомасса для дозаправки локаторов, – пояснил диспетчер.

– А как же указание генерал-полковника из ЦУПа?

– Чудак ты, парень. А мной кто, по-твоему, командует?

Пилот пораженно раскрыл рот:

– Что, он самый?

– Конечно. Кто же еще? Дудкин. Можешь проверить.

Навигатор машинально вывел на экран полетную карту:

– Все правильно.

– А что тут удивляться? – продолжил голос в динамиках. – Кому они нужны, твои толстозадые? Они завалили дело в одном месте. Что ж, им дать волю еще в другом? Чтоб и там завалили? Если их будут судить, то по суровым законам IX Протектората скорее всего объявят государственными преступниками. Конгломерат Внешних Миров смотрит на такие вещи сквозь пальцы. А если боевые командиры погибнут в катастрофе, то, глядишь, еще и героями окажутся. Семьям хоть компенсацию кой-какую выплатят. Понятно?

– Так точно.

– Куда приписана твоя капсула, знаешь? – с иронией спросил диспетчер.

– Так точно. Пятая закрытая эскадрилья, – отчеканил навигатор.

– Вот видишь. Закрытая. Зачем, по-твоему, командование пригнало сюда именно секретчиков?

Пилот не ответил.

– Вопросы есть? – уточнил руководитель полетов.

– Никак нет.

– Старт через пять минут. Конец связи.

Динамики спецсвязи затихли. Видно было, как навигатор вытирает рукавом со лба пот (совсем еще молоденький – переволновался). Щелкая тумблерами, он со злостью выпалил:

– Армия есть армия! Недаром еще мой дед говорил: «Как надену портупею, все тупею и тупею».

В заторможенном (от услышанного) состоянии Жожик с вытаращенными глазами плавно повернулся лицом к пассажирам. В салоне царило радостное оживление. После удачной посадки вояки-счастливчики воодушевлено похлопывали друг друга по плечам, перебрасывались дежурными шутками, подковырками. Офицеры посмеивались, довольные скорым возвращением в метрополию. Опасность осталась где-то там, за бортом. Пришло время расслабиться. Задеревеневшие поначалу от переживаний лица попутчиков разгладились, излучая умиротворенность.

Лишь одному Жожику сразу расхотелось составить путешественникам компанию. Да и вообще пользоваться сегодня тахиотамбуром. Ведь и у гражданского начальства могли оказаться претензии к своим подчиненным на планете. А нравы в IX Протекторате, как видно, весьма крутые. Сколько протоплазмы понадобится тому самому биолокатору – одному богу известно. «Не так страшен черт, как его малюют, – с энтузиазмом прошептал рецидивист. – Вряд ли путч сепаратистов продлится слишком уж долго. Можно пересидеть и здесь. Есть миры и похуже Галеры…»

В этот момент за входным люком вагончика возникла шумная суета. Пользуясь чрезвычайно высоким положением в иерархии местной комендатуры, вплотную к понтону удалось пробиться еще одному генералу – начальнику тыла. Но тем не менее смотритель неумолимо отдал приказ охране тахиотамбура выпроводить золотопогонника через турникет за пределы стартовой площадки. Потому что, как ни крути, а капсула – не резиновая. Инструкцией по технической эксплуатации категорически запрещено принимать на борт людей сверх посадочных мест. Сотрудники транспортного узла, не особо церемонясь, потащили начтыла за стартовую черту. Уязвленный службист, сопротивляясь, громко изрыгал проклятия, грозил унтерам ВВ, что всех сгноит на войтековых рудниках. Офицеры в салоне тут же узнали зычный голос высокопоставленного коллеги. Грузный тыловик традиционно служил объектом насмешек. В адрес неудачника со всех сторон посыпались колкие шуточки. Сосед Жожика крикнул на весь вагон:

– Старый козел Альберт, как всегда, опаздывает.

Салон ответил дружным хохотом.

– Жирный бегемот не в силах оторвать от стула свою задницу… – поддержал другой пассажир.

– Даже если на него натравить все ВеЖиБолы, вместе взятые… – выдавил сквозь смех третий.

Жожик быстро вскочил, обратился к смотрителю:

– Пропустите его. Я уступаю свое место старшему по званию.

От неожиданности в салоне воцарилась тишина. Как и в момент посадки, офицеры дружно уставились на молодого человека в пилотке десантника. В глазах командиров уголовник не прочитал одобрения своего поступка. В их взглядах сквозило скорее сочувствие. На рецидивиста смотрели, как на дурака. По самодовольным ухмылочкам пассажиров «полосатик» представил, какие реплики полетят ему вслед. Смотритель послушно окликнул охранников, приказал им пропустить начтыла на посадку.

Генерал с видом победителя ввалился всей своей многопудовой тушей в салон, где его встретил одобрительный хор приветствий. Сосед Жожика, назвавший недавно тыловика козлом, радушно развел руками:

– Альберт, дружище, а мы тут за тебя уже переживали, дорогой. Хотели приостановить отправку. Иди ко мне. Присаживайся.

Глядя на попутчиков, бывалый уголовник непроизвольно вспомнил притчу, в которой Господь постарался собрать на одном корабле побольше проституток, чтобы утопить всех разом.

Проходя мимо своего спасителя, тучный военный сначала хотел обнять благородного молодого человека на прощание – в знак благодарности. Но потом передумал, холодно отстранился, даже не взглянув в сторону десантника. В честь чего, собственно, он должен изгаляться перед младшим по званию? Тот просто выполнил свою обязанность. По-хорошему, так вообще надо разобраться, как молодой наглец оказался здесь, на борту, вместе с высшим командным составом.

Перед выходом Жожик обернулся.

– Счастливого пути, – пожелал он офицерам.

Ответом ему послужили лишь смешливые взгляды. Через пару шагов рецидивист услышал за своей спиной звук закрывающегося люка и взрыв хохота. Наверное, это была палка в его огород. «Хорошо смеется тот, кто смеется последним», – хитро, по-кошачьи улыбнулся «полосатик».

Солнце уже палило во всю силу. А дел впереди – по горло. Жожик вздохнул полной грудью, уверенным шагом направился к десантному джипу-внедорожнику.

Глава 5

Гиптехнология – уникальная разработка инженеров-генетиков для целей продуктивного животноводства в условиях неблагоприятных в сельскохозяйственном отношении планет (впоследствии засекреченная, но поздно…). Например, таких, как Голд. У животного форсировался мышечный рост. В среднем опытные экземпляры достигали размеров взрослой особи в восемь раз быстрей, чем в контрольной группе. При этом дальнейший рост не прекращался. Хотя развитие несколько замедлялось. Животные продолжали интенсивно набирать вес до достижения половой зрелости. В итоге получившаяся особь превосходила классический материнский прототип как минимум в три-четыре раза.

Но взращивание гиперов абсолютно не было приспособлено к воспроизводству людей. Система кормления и выхаживания в гипинкубаторе не позволяла вклинить в процесс развития интенсивное обучение, которое требуется человеческому детенышу для гармоничного вхождения в социальную среду.

Уникальная технология попала в руки биопиратов, которые использовали ее совершенно не по назначению… Им удалось вырастить человекоподобных громадин-дебилов весом в триста пятьдесят килограммов. Но с интеллектом пяти-семилетнего ребенка. Трудовыми навыками, приемами владения разнообразным оружием гиперы овладевали сравнительно легко. В итоге черный рынок дешевой рабочей силы, как и подпольные пункты по вербовке наемников, пополнились ходовым товаром.

Межпланетное сообщество, перепуганное появлением в своих мирах чудовищных созданий, единогласно подписало Конвенцию о запрете выращивания гиперов. Спецслужбам удалось накрыть и разорить наиболее крупные гипинкубаторы. Но время от времени ценный живой товар нет-нет да и всплывал на подпольных торгах. Предполагалось, что небольшие фермы по производству гиперов действуют на планетах, подконтрольных Тарантулу. Куда ни Лига Планет, ни альтернативный ей Конгломерат Внешних Миров практически не имели доступа.

Кроме недюжинной силы и дьявольской трудоспособности, покупателей привлекала в гиперах предрасположенность к быстрому и прочному восприятию действительности в заданном свете. Иначе говоря, к воспитанию в каком угодно духе (хоть гуманизма, хоть фашизма и т. д.). Монстры отличались сильно развитым инстинктом следования. Они готовы были идти за хозяином повсюду, как птенцы за квочкой, с радостью выполнять его поручения.

Преданность владельцам у гиперов граничила с собачьей. Настойчивость в достижении поставленной цели переходила в слепую упертость. Пользуясь повышенной внушаемостью здоровяков, их подпольные создатели закрепляли, как правило, в мозгу подопечных, условно говоря, жесткие «плюс» и «минус».

«Плюс» – это, естественно, хозяин, чьи приказы следовало выполнять и которого предписывалось оберегать от всяческих опасностей. Обычно «плюс» обозначался определенной униформой. Униформу чаще всего дополняла кодовая фраза – своеобразный пароль. Здоровяки постоянно ее выкрикивали, увидев друг друга или хозяев. Словесный пароль как бы доставлял им удовольствие (ну что возьмешь с малолетних детей).

«Минус», закрепляемый в мозгу гипера, зависел от характера его деятельности. Если это работник какого-либо производства, то в «негатив» уходили нарушения техники безопасности; нежелательные приемы труда, снижающие производительность и т. д. Если это наемник, участвующий в боевых операциях, то «минус» обозначался прежде всего образом врага – человека или группы людей, которых следовало уничтожить…

…Стрельцов проследил взглядом заходящую на посадку летающую тарелку. Из нее, словно бусинки, высыпали фигуры гиперов, растворились в лесу.

Когда последний исчез из виду, гринчанин, извиваясь ужом, пополз к типолету. Вскоре Чтец лежал в кустарнике метрах в двадцати от летательного аппарата. Снаружи ничего подозрительного, никакого движения. Иван подобрался к тарелке вплотную, заглянул внутрь. Тишина. Стрельцов неплохо знал устройство стандартного типолета. Осмотр не занял много времени. На борту никого не оказалось.

Чтец телепатически позвал Катерину. Через пару минут она появилась в проеме входного люка.

Иван мысленно (через технополе) задействовал автоматику, дал старт. Массивная альфаметаллическая тарелка бесшумно поднялась в воздух. Киберчтец поставил пилотажному комплексу первоочередную задачу – на малой скорости, на небольшой высоте скрытно удалиться от на несколько километров.

Глава 6

Мощный джип-внедорожник, как послушный конь, ожидал Жожика там, где он его и оставил. Рецидивист с удовольствием протер своему четырехколесному другу лобовое стекло, осмотрелся по сторонам. Экстрамобилей вокруг стояло хоть отбавляй. Владельцы, в спешке побросав машины, столпились вокруг погрузочной станции тахиотамбура. В другой обстановке для угонщиков богатых «экстра» здесь было бы настоящее раздолье: бери – не хочу. Но сейчас столь дорогостоящий на Галере транспорт не привлекал ничьего внимания. Все надежды на будущее люди, прибывшие к единственному на всю округу входу в галактический канал, связывали с очередным понтоном.

Уголовник окинул еще раз спокойным философским взглядом толпу беженцев, усмехнулся, не спеша взобрался на водительское сиденье. Рецидивист театрально помахал остающимся ручкой. К сожалению, этого даже никто не заметил.

Джип взревел, резко развернулся и по бездорожью на полном ходу помчался назад, вдоль колонны экстрамобилей, подальше от вавилонского столпотворения. Жожик заказал экстракомпьютеру музыку в любимом стиле. Тотчас динамики «взорвались» ревущим роком семидесятых годов двадцатого столетия. Непроизвольно подпрыгивая в такт энергичному ритму, уголовник выскочил на центральную трассу, повернул направо, в сторону широкого горного хребта. Навряд ли Великим Живым Болотам заблагорассудится карабкаться вверх по крутым откосам. Значит, первое убежище (пока не утихнет волна беспорядков) следует искать именно там.

«Интересно, какова скорость передвижения ВеЖиБолов? Наверное, с десяток километров в сутки. Ну, может, два. Не больше, – подумал Жожик. – Надо уточнить оперативную обстановку». «Полосатик» запросил у компьютера копию дорожной схемы из центральной диспетчерской со всеми последними изменениями. «Ё-хо-хо! – вырвалось у бывшего зэка, когда он взглянул на дисплей. – Эти Болота, оказывается, прут на полных парах, как реактивные; появляются, будто из-под земли». Перекрыто уже большинство дорог к тахиотамбуру. По направлению к горному хребту остался лишь небольшой узкий коридор. Да и тот, видимо, скоро захлопнется, точно горловина мешка. Рецидивист почувствовал себя жалкой рыбешкой, плюхающейся в садке опытного промысловика. Если продолжать путь по дорожной сети, то пока доберешься до перешейка, еще не перекрытого ВеЖиБолами, ловушка уже может захлопнуться. Надо гнать напрямую. Жожик круто вывернул руль. Джип, подпрыгивая на ухабах, резко соскочил с дорожного покрытия, рванул к далеким холмам по пересеченной местности. Благо оврагов, рек, лесов и других труднопреодолимых препятствий впереди не наблюдалось. «Полосатику» повезло, что под рукой у него оказался десантный внедорожник, а не какая-нибудь щегольская спортивная модель, на которой можно колесить только по зализанным трассам, привлекая дизайном и шиком глуповатых девиц, падких на техническую роскошь.

Где-то через час сплошной тряски бойкий экстрамобиль рецидивиста снова выскочил на дорожное покрытие, удачно срезав громадный участок пути. Жожик сверился с компьютером. Прекрасно! Можно сказать, из вражеского окружения выскочил. Уголовник с удовлетворением стукнул кулаками друг об друга, добавил уровень звука в колонках. Бешеные децибелы ударили по ушам, будто наркотик. Жожик даже вспотел от возбуждения. Расслабляться было пока еще рано. Он выжал скорость до предела, словно профессиональный гонщик. Километровые столбики проносились за окном один за одним.

Почти у самого подножия хребта джип стремительно влетел в плотное молочное облако неизвестного происхождения. Видимость – нулевая. Экстрамобиль, казалось, полностью потерял управление. Сначала пришлось сбросить скорость, потом и вовсе остановиться, включив аварийные огни. «Что за черт! Галерские дороги с их дурацкими туманами ничем не лучше галерских тюрем, галерских ВеЖиБолов и тупых галерских правителей. – Жожик выключил двигатель, с раздражением стукнул по рулю обеими руками. – Недаром в древности на галерах в тяжком труде за веслами заканчивали свои дни несчастные рабы. – Зэк сплюнул. – Кто-то ж придумал такое название для планеты. Идиоты!»

Даже с выключенным двигателем машину продолжало как бы болтать и раскачивать. Будто расплывшийся вокруг туман превратился, точно в сказке, в небесное облачко, подхватил десантный джип и без спросу понес его куда-то, изредка западая в воздушные ямы. При этом разглядеть что-то сквозь белесую пелену даже на расстоянии вытянутой руки не представлялось возможным.

Вскоре молочная дымка стала понемногу рассасываться. Обрадованный Жожик уже приготовился запустить мотор, когда сквозь редеющий туман увидел за бортом – далеко внизу — поросшие кустарником горы. От неожиданности рецидивиста словно током трахнуло. Он, как заводной, мгновенно опустил боковое стекло, высунулся наружу, ошалело посмотрел сначала вниз (высота километра полтора), потом вверх. Изумленный взгляд бывшего зэка уперся в серое днище массивного типолета без опознавательных знаков. От него к экстрамобилю Жожика на толстых стальных тросах тянулись специальные захваты, похожие на клешни экскаватора. Обалдевший Жожик медленно втянулся в салон, откинулся на спинку сиденья. Вот тебе и сказочное облачко! «Умыкнули, точно кошелек на базаре. Да еще вместе с джипом. Подметки на ходу режут. Кошмар!»

Уже через секунду мимолетное замешательство Жожика отступило вглубь подсознания, освободив дорогу трезвому, логическому, мышлению. Занятно, прикидывал в уме «полосатик», что больше интересует похитителей: он сам или дорогостоящий десантный джип? Хотя никогда ранее Жожик не слышал, чтобы для угона экстрамобилей, пусть даже самых «навороченных», применялся бы типолет. Летающая тарелка – не игрушка. Иметь в своем распоряжении типолет здесь, На Галере, может, помимо спецслужб, только какая-нибудь мощная организация с обширными связями. Но она, конечно же, не станет использовать воздушный супераппарат для мелких сомнительных операций, вроде присвоения экстрамобиля. Да еще в то время, когда вся местная верхушка пытается убежать с планеты. Тогда кто же? Может, подельники? Скорее всего нет. Они не знают, что беглый зэк здесь. Да и откуда у них типолет? Сплошные загадки.

Однако Жожик с детства слыл неутомимым оптимистом и не собирался отдавать инициативу в руки неизвестным злоумышленникам – ведь хорошие люди не хватают с дорог экстрамобили. Тертый жизнью парень ни в одной сложной ситуации не считал себя до конца проигравшим. Наверное, поэтому никогда по большому счету им и не был. Уголовник высунулся в боковое окно, внимательно осмотрел тросы и какие-то шланги, ведущие к типолету. По ним вполне можно добраться до входного люка. Конечно, вычислить код проникновения, управляющий электронной задвижкой, довольно сложно (практически невозможно). Но все же любое действие дает хоть какую-то надежду на освобождение. И это гораздо лучше, чем сидеть сложа руки в салоне плененного экстрамобиля.

Жожик, словно альпинист, приготовился к рискованному восхождению. Но вдруг на него нахлынула необъяснимая волна безразличия. Он мягко откинулся на спинку сиденья. Будь что будет. Зачем суетиться? В это же время как бы невзначай, краешком сознания, уголовник почувствовал горьковатый привкус во рту, который показался ему подозрительно знакомым. Где-то когда-то Жожик уже с ним сталкивался. Смутная догадка всплыла в опустевшей голове… Точно такой же запах и привкус «полосатик» чувствовал, когда по приезде на Галеру посещал одно из подпольных заведений, типа курильни опиума – там у него была назначена встреча с нужным человеком. Так вот зачем от типолета к экстрамобилю тянутся шланги. «Это ж дурман-трава! Вот сволочи. Пытаются усыпить своей гадостью!» От злости Жожик напрягся, как пружина, мгновенно стряхнул усталость, прогнал безразличие и почему-то решительно вцепился в руль. Потому что было уже поздно… Одурманенный рецидивист погрузился в радужный мир галлюцинаций – для чего, собственно, любители и курят редкостную галерскую травку. Бывший зэк позабыл обо всем на свете. Его посетили гениальные мысли…

Говорят, один ученый случайно испытал на себе действие этого наркотика. В результате он постиг необычайно глубокую истину. Однако когда пришел в себя, то все позабыл. На следующий раз заинтересованный исследователь уже специально погрузился в безумное состояние – в качестве эксперимента. Но перед этим положил перед собой ручку и бумагу, чтобы успеть записать величайшее, как ему казалось, научное открытие текущей исторической эпохи. Каково же было удивление ученого, когда, очнувшись, он прочитал: «Чай в термосе остается горячим очень долго. А если вода кипит на плите, то она еще горячей»…

Глава 7

Правильно говорят – за удовольствие надо платить. «Отход» от действия дурман-травы – процедура традиционно тяжелая. Впечатление такое, будто человека, свободно парящего в мире грез, резко выхватывают из чудесной сказки; сначала душат; затем зашвыривают в безвоздушное пространство. Где-то в области Луны громадный космический великан с ходу поддает несчастному чудовищного пинка. После чего наркоман стремглав летит к Земле, где втыкается головой в грунт по самые уши. В итоге голова звенит, будто наковальня. Позвонки кричат и вопиют так, что по болевым сигналам можно сосчитать каждую косточку хребта. Смягчить пренеприятную ломку быстро и кардинально можно, только выкурив настоящую галерскую сигару. Производят их аборигены на таинственных южных плантациях, отгороженных от любопытных глаз ползучими ВеЖиБолами. (Рассказывают, будто группа экологов как-то сунулась по воздуху в заповедную зону. Но через некоторое время большинство исследователей подцепило непонятную редкую болезнь. Перепуганные ученые бросились к индейцам, чтобы попросить травы-противоядия. Но местные жители в тех областях не любят чужаков. Племя дружно свернуло становище, удалилось вглубь бескрайних степей. А исследователей предупредили, что если они будут еще без спросу бродить по землям аборигенов, то вскоре все погибнут страшной смертью. Ученым, дабы не испытывать более судьбу, ничего не оставалось, как спешно покинуть заповедный район. Геологические разработки на территории плантаций до сих пор ни разу не производились. Одним словом, IX Протекторат пока еще не успел запустить туда свои промышленные щупальца.)

Жожик как раз только что «приземлился» с Луны на Землю. Уголовник мучительно подсчитывал количество иголок в собственном позвоночнике, когда увидел перед собой высокое массивное кресло. На нем величественно восседала человеческая фигура с накинутым на голову широким капюшоном. Незнакомец привлек внимание «разбитого» «полосатика» повелительным аристократическим жестом. Изящная рука грациозно поднялась к капюшону, тихо щелкнула двумя пальцами возле уха. Тотчас из-за кресла, напоминающего позолоченный трон, появился здоровенный гипер в дорогой ливрее и протянул Жожику то, о чем он сейчас мечтал больше всего, – первоклассную галерскую сигару ручной закрутки. Подарок – поистине щедрый. Упаковка из двух таких ароматных курительных трубочек равняется по ценам черного рынка среднемесячной зарплате галерского чиновника. В свободной продаже данных сигар нет вообще (если не считать жалких подделок, годных разве что для «ароматизации» воздуха в туалетах).

В предупредительных руках огромного слуги мягко щелкнула перламутровая зажигалка. Жожик с жадностью затянулся и сразу почувствовал, как атомы в его голове стройными рядами занимают положенные им от природы места. А электроны внутри мозговых скоплений начинают вращаться по своим родным орбитам со стандартной скоростью, добросовестно обслуживая процесс мышления. Позвонки в спине тут же взялись за ручки, вытянувшись, образовали прочный становой хребет здорового молодого человека в полном расцвете сил. Жизнь вновь показалась заманчивой и прекрасной. Но лишь на мгновение… Так как первыми мыслями ожившего уголовника были: «Кто они такие? И что им нужно?» Зэк отлично понимал, что его сюда притащили не чаи гонять. А в воображаемый счет за предоставленные услуги «гостеприимные» хозяева наверняка уже вписали стоимость и дурман-дозы, и диковинной сигары. Именно поэтому Жожик постарался на время отогнать тревожные мысли, чтобы насладиться чудодейственным дымком. Ведь если за это заплачено (или придется платить), то, по крайней мере, стоит «оттянуться» по полной программе.

Таинственный собеседник также не спешил пока прерывать радостного блаженства пленника. Одобрительно кивая скрытой под капюшоном головой, он как бы предоставлял «полосатику» законное право на полновесное завершение приятной процедуры удачного «приземления» с наркотических небес.

После затянувшейся паузы неизвестный тактично кашлянул, показывая, что подготовка к серьезному разговору завершена:

– Ну-с, приступим…

И он кратко, тезисно изложил Жожику всю его собственную жизнь. Начиная с трудного, волнительного возраста, когда у будущего уголовника еще только проклевывался над губой первый пушок, и кончая сегодняшним побегом из тюрьмы. Осведомленность – поразительная. Такой полной биографии Жожика, наверное, не найти ни в одном личном деле. «Полосатик» даже и не подозревал, что умудрился «наследить» на стольких планетах галактики.

Таинственный собеседник обладал приятным голосом. Но в его уверенных интонациях явно ощущался властный, непоколебимый характер, несгибаемая воля. В обществе странного типа Жожик чувствовал себя уютно, комфортно, безбоязненно. Как бы то ни было, но всегда хочется посидеть рядом с крупной личностью, незримо подпитаться чужой силой. Жожик достаточно повидал на свете за свою короткую, но бурную жизнь. И сейчас мог бы со стопроцентной уверенностью сказать, что перед ним находится безусловный общественный лидер. Возможно, вождь какого-то народа. Либо правитель планеты или даже звездной системы. С одной стороны, беглому зэку льстило, что он попал в поле зрения людей такого масштаба. С другой стороны, знакомство с власть имущими по опыту ничего хорошего не предвещало.

Жожик отвлекся от разговора, стал украдкой осматривать помещение, оценивая свои шансы на побег в данной ситуации. Собеседник сразу же почувствовал перемену в настроении «гостя», угрожающе наклонился вперед. Капюшон немного оттянулся к затылку. Мельком выглянуло точеное лицо. Очень правильные, красивые черты. Властное выражение глаз и губ. Но самое главное – какая-то мистическая неуловимость облика. Жожик видел его, но описать никогда бы не смог.

Незнакомец только чуть наклонился к парню, и тот ощутил нестерпимый страх. Матерому рецидивисту захотелось вскочить и бежать куда глаза глядят от этого приятного, интересного, но невыразимо страшного человека. Однако зэк, словно раздавленный, не мог не то что приподняться, даже зад оторвать от скамьи – словно врос в жесткое сиденье. Раньше с неунывающим «полосатиком» такого никогда не случалось.

Фигура в капюшоне потянулась к Жожику. Парень вздрогнул, непроизвольно отклонился. Стул опрокинулся. Уголовник в униженной позе застыл на коленях. Чья-то чудовищная сверхъестественная гипнотическая воля ввергла молодого человека в такое жалкое, аномальное состояние, когда он боялся себя, словно самого злобного хищника; боялся своих мыслей; боялся того, что будет через секунду… И это ужасно… Это выворачивало наизнанку всю человеческую сущность; давило неимоверной тяжестью; превращало Жожика в безмозглую тварь; стирало личность; лишало всякой воли…

– Ну? – елейно произнес Хозяин. – Ты хотел со мной поиграть?

Хотя, по большому счету, ничего из ряда вон выходящего с уголовником-то вроде не происходило. Но ему казалось – нет, он реально ощущал! – что если что-то произойдет, то это будет поистине страшнее смерти. В нетерпении, когда невидимая пытка окончится, Жожик боязливо вздрагивал, как испуганный козленочек перед волком; дрожал, словно голодный узник на лютом холоде. Закаленный космосом мужик мог вот-вот расплакаться, точно ребенок. Лишь бы только это больше не продолжалось.

Довольный незнакомец неторопливо откинулся на спинку кресла. Жожику чуть-чуть полегчало.

– В твоем положении, дорогой друг, – с увлечением продолжил Хозяин, – сегодняшний побег из тюрьмы равносилен пожизненной каторге на галерских рудниках. Но «пожизненной» – это только так говорится. Там надсмотрщики-то не живут более пяти лет. А о каторжанах и упоминать не приходится. Добываемый в этом аду войтек незримо «пробивает» своим излучением простецкие защитные спецкостюмы, которые выдают работникам. Почему, собственно, редкий минерал и требуется военным в таком количестве.

Жожик уныло свесил голову.

– Если ты не хочешь служить мне, – мягко продекламировал приятный, доброжелательный голос, – будешь служить им. Доставку прямо к месту работ я организую по высшему классу. Можешь не сомневаться.

– Только с тобой, Владыка, – радостно вскричал уголовник.

Повелитель продолжал что-то гам говорить. Но смысл его слов не совсем доходил до свернувшихся в смятении мозгов Жожика. С одной стороны, «полосатику» непроизвольно хотелось слушать и слушать неторопливую речь Хозяина. Но, с другой стороны, еще больше хотелось сбежать от этой загадочной личности куда подальше, служить ей только на расстоянии. Постепенно страх уступил место решительности и чувству преданности Властелину. В душе разгорелся огонь фанатика, слепо следующего к поставленной цели, как мотылек на свет. Время от времени рецидивист неожиданно для самого себя радостно, с благоговейными нотками в голосе выкрикивал:

– Я согласен, Владыка, согласен!

Хотя с чем согласен, сам пока еще толком не понимал. Голова словно наполнилась вязким туманом. Хозяин в ответ одобрительно кивал капюшоном.

Наконец, когда Жожик несколько поостыл, успокоился, босс более-менее внятно изложил суть дела:

– У тебя будет очень щекотливое задание. Если справишься, по гроб жизни будешь купаться в счастье и роскоши. Провалишь дело – пеняй на себя. Твоя физическая оболочка и душа превратятся во вселенские вместилища ужасной боли. Потом не говори, что я тебя не предупреждал…

«Полосатик» понимающе кивнул головой. К этому времени он вновь обрел себя в полной мере. Это был хитроумный, изворотливый галактический авантюрист и мошенник. Сейчас он спокойно, взвешенно обсуждал с Хозяином детали предстоящей операции, как деловой партнер.

– И запомни, – предупредил напоследок Владыка, – в твоем распоряжении не так уж много времени. Скорее всего ВеЖиБолы на Галере через недельку-другую взбесятся. Поскольку нельзя было будить в них злобу. Вместить столько ненависти, сколько в них впихнули глупые галерские колдуны, может только одно разумное существо во вселенной – человек… к сожалению… И это не делает ему чести… – Босс язвительно улыбнулся. – Ты так не считаешь?

Уголовник неопределенно пожал плечами. Шеф рассмеялся и продолжил свою мысль:

– А когда это произойдет, те самые шаманы взвоют в первую очередь. Потому что Болота будут охотиться на них самих! – Владыка выдержал небольшую паузу и спросил. – Ты все понял?

«Полосатик» утвердительно кивнул головой, немного подумал, затем поинтересовался:

– А почему я?

– Ты мне нравишься.

И Жожика не стало. Он растворился… Вернее, телепортировался. Приступил к выполнению задания. Что ж, значит, его Хозяин действительно обладал небывалым могуществом, если мог запросто вскрывать тахиоканал в любой точке пространства…

Глава 8

Не известно, какими путями Тарантул гнал боевую тарелку на Ночиху. Вероятно, долгими. Стрелка топливного датчика застыла на нуле. Иван чертыхнулся. Через пару километров типолет пришлось посадить. Дальше на своих двоих. Для Стрельцовых в данный момент главной задачей было надежно спрятаться в чаще леса. Отбросив ненужный оптимизм и рассуждая здраво, Чтец пришел к выводу, сделать это скорее всего не удастся. Слишком опытные следопыты находились в группе диверсантов. Не отправит же Тарантул в межпланетную экспедицию со спецзаданием сборище профанов. Поэтому вперед, не стоять на месте.

Внезапно лес закончился, супруги оказались на краю огромного озера. Бежать дальше было некуда. На многие километры и влево, и вправо простирался заросший камышом пологий берег водоема.

Вскоре крупные пернатые хищники, которые парили высоко в небе, стали проявлять повышенную нервозность. Они громкими криками подавали какие-то знаки своим сородичам. Иван понял, Тарантул с облавой не заставит себя ждать. Идут по следу безошибочно, как гончие псы.

К счастью для беглецов, на джунгли опустились сумерки. Темнеет в Заповеднике Динозавров всегда быстро.

В полночь хищники, блуждающие вокруг озера, заметно оживились. Ящеры группами и поодиночке выходили из леса на водопой. Оставаться на берегу было небезопасно. Стрельцовы решили подняться на небольшой холм, силуэт которого просматривался на фоне ночного неба где-то в полукилометре.

Господствующая высотка по внешнему виду напоминала почему-то рукотворный курган. Возможно, странная зрительная иллюзия являлась следствием низкой видимости в темноте. Как бы то ни было, но лучшего места, чтобы осмотреться на несколько километров вокруг и организовать в случае необходимости круговую оборону, не нашлось.

Гринчане двинулись в путь. Путешествие по ночным джунглям никак нельзя назвать приятной туристической экскурсией. То тут то там из охающего, ухающего, скрипящего, шуршащего, кишащего ночного мрака неожиданно выскакивали опасные хищники, страшные загадочные существа – прыгающие, ползающие, летающие, свистящие, шипящие… короче, всякие. Впрочем, у страха глаза велики. Быть может, при дневном свете все эти твари показались бы молодым путешественникам вполне сносными и даже приятными зверушками. Но сейчас супруги непроизвольно вздрагивали, столкнувшись с очередным обитателем леса, постоянно ожидали нападения.

Когда гринчане взошли наконец-то по пологому склону на холм, Катюша первым делом устремилась к небольшому дереву, поваленному ветром на самой вершине, присесть, отдохнуть. Но, не доходя до него шагов пяти, с треском провалилась под землю. Иван сначала от неожиданности опешил. Затем лег на траву, быстро подполз к темнеющему отверстию, заглянул в провал. Там он, естественно, ничего не увидел. Стрельцов крикнул:

– Катюша! Катя!

Из расщелины повеяло сыростью, холодом. Эхо негромко ответило:

– …Атя… атя… атя…

Судя по раскатам отражающегося звука, ямища довольно глубокая.

Иван окликнул Катю в киберпространстве. Тишина! Чтец в течение нескольких минут не оставлял попыток достучаться до аналоговой личности жены. Бесполезно! Если сравнить технополе с радиоприемником, то складывалось впечатление, будто его отключили. Стрельцов, как ни прислушивался, не почувствовал в киберпространстве даже слабого сердцебиения супруги-инфохомоса… Что-то тут не так!

«Главное сейчас – не спешить», – подумал молодой человек. Он медленно поднялся. Путешественник стоял на самом краю пропасти, внимательно всматривался в глубину природной шахты. Если и он провалится в черную дыру, тогда кто ж им поможет? Нужно с предельной осторожностью потихоньку спуститься вниз; внимательно оглядеться, предпринимая все меры безопасности, разобраться на месте, что к чему. «Ох уж эти пещеры! Придется, наверное, переквалифицироваться в спелеологи…»

В этот момент Иван, как назло, поскользнулся и полетел вниз…

Бывает же такое!

Глава 9

Иван камнем летел вниз внутри глубокого подземного ствола. Он непроизвольно сжался в комочек, чтобы ударом о какой-нибудь случайный выступ не повредить конечности еще до падения на дно. В ушах тихо свистел воздух. Глаза застилал сплошной мрак. Гринчанин со страхом ожидал сильного удара, зажмурив глаза.

Но падение странно затянулось. Казалось, Стрельцов пересек невидимую черту реальности. Внезапно он ощутил невыразимую свободу, словно бы навсегда избавился от бренной телесной оболочки. Сознание плавно перевернулось, точно самолет, выполняющий фигуру высшего пилотажа. Все гадкое, черное, злое, опасное осталось внизу, под воображаемой плоскостью крыла. А впереди, вверху, с боков зияла прекрасная зовущая голубая даль. Чистая и безмятежная, легкая, как чудесный сон.

Некоторое время Чтец в восхищении, словно ребенок, тайком пробравшийся в пилотскую кабину сверхзвукового лайнера, наслаждался открывшейся взору картиной (в которой, собственно, ничего не было – просто завораживающая пустота). Но затем восторг потихоньку начал вытесняться какой-то смутной тревогой, безотчетным подозрением. Иван вдруг понял, что неведомая внешняя сила искусно его одурманивает; пытается якобы добровольно оставить в калейдоскопе радужных иллюзий…

Стрельцов сконцентрировал внимание исключительно на собственном кибердвойнике, попытался через инфополе определить свои координаты в пространстве. Однако очень скоро убедился: сделать это практически невозможно! «Что за черт?!» И тут до Ивана дошло: его биологическое тело, будто блуждающая в просторах космоса неугомонная комета, пульсировало внутри тахиоканала. Оно носилось по всей галактике, находясь, по сути, везде одновременно. Стоит заметить, что, как правило, путешествие по тахионовому каналу занимает в секундах не более единицы, умноженной на десять в минус семнадцатой степени. То есть само перемещение в заданную точку происходит практически мгновенно. Гораздо больше времени уходит на процедуру корректного входа и выхода из субпространства канала. Другими словами, на процесс разложения и синтеза органики. А в настоящий момент неестественно затянулся именно процесс космической транспортировки (да еще неизвестно куда!). Субстанция его тела в виде мельчайших всепроникающих частиц – тахионов – на сверхсветовых скоростях разнеслась по межпланетному вакууму. Осталось только сознание кибераналога в технополе. Если бы Иван не был инфохомосом, то растворился бы в межзвездном пространстве полностью, без следа.

Кибердвойник Чтеца предпринимал отчаянные попытки, чтобы вызволить биологическое «Я» из коварного плена. Но какие-то сверхсилы упорно блокировали тело гринчанина в тахиоканале.

Самым нелепым, быть может, в этой ситуации явился исследовательский азарт, неожиданно охвативший Стрельцова, вернее, отголосок или, лучше сказать, отпечаток его сознания в технополе. Парня вдруг осенила интересная мысль, что, в принципе, он стоит на пороге разгадки феномена телепортации, известного на Земле задолго до изобретения тахиоканалов. Наука еще на заре современной цивилизации зафиксировала массу примеров неконтролируемого перемещения людей в пространстве. Но сделать этот процесс управляемым никому не удалось. По крайней мере, публично. Хотя, по слухам, издавна существовали некие религиозные секты, владеющие тайным знанием, позволяющим контролировать механизм переноса тел.

Иван подумал, что в данный момент он, очевидно, находится как раз в состоянии спонтанной телепортации (только это состояние почему-то затянулось!). Но, в принципе, перемещение можно произвести и без технической составляющей, то есть тахиоканала.

Иногда во время сильных подсознательных переживаний душа как бы покидает тело. Случаи наблюдений «за собой со стороны» вполне здоровыми людьми во множестве зарегистрированы и описаны медиками в самых разных странах. Личностное «Я» отслаивается от тела, которое по своей природе способно разложиться на мельчайшие частицы и как бы следовать за сознанием. А потом вновь воссоединиться.

Бедственное положение собственной биологической оболочки, говоря точнее, ее полное отсутствие, заставило Чтеца отвлечься от решения загадки контролируемой телепортации (но когда-нибудь он к ней все равно вернется) и вновь призадуматься о своем состоянии.

Гринчанин сделал однозначный вывод: всё, что с ним происходит, – отнюдь не самообман, а чья-то коварная задумка. Хотя… хотя… почему «чья-то»? Свободно работать за пределами реальности могла, пожалуй, лишь одна из его «знакомых»… Как только спасительная догадка посетила Стрельцова, прекрасное видение сразу же погасло. Зовущая голубая даль превратилась в непроглядную черноту. Ну, конечно, это Она!.. Зловещая Тень, кто же еще? Дьявол имеет свое отражение во всех измерениях. Это вовсе не выдумки церковных апологетов, а реально существующий факт. Иван услышал в глубине космоса знакомый идиотский смех, подтверждающий, что он не ошибся. По коже пробежали мурашки…

И все-таки Чтец вырвался!!! Он не позволил замариновать себя в закоулках галактических тоннелей, словно селедку в банке. Реальность неожиданно превратилась в острую физическую боль (какое счастье!).

Внезапно в голове послышался приятный голос Старолюба[2]. Далекий фантом, мелодично растягивая слова, пропел:

– Не горюй, Ваня. Сейчас я помогу тебе покинуть галактический канал… в секторе Д-342… планете МХ-747. Она в данный момент не контролирует выброс в указанном месте. Мне из Ноосферы это хорошо видно. Приготовься.

Стрельцов любил в шутку повздорить и позубоскалить со своим потусторонним другом:

– Слушай, где тебя носило? Ты что, ждал, пока из моих атомов сложат электрический столб?

– Не сердись, Ваня. Ты же знаешь – мне нельзя напрямую вмешиваться в жизнь людей. Впрочем, Зловещей Тени подобные выверты тоже запрещены.

– Почему? – переспросил молодой человек.

– Это как в футболе, знаешь? – не без иронии объяснил фантом. – Можно выкручивать с мячом самые невероятные финты. Можно даже нарушать правила, изменять их по договоренности и т. д. Нельзя только ломать футбольное поле. Иначе не будет самой игры. Понятно?

– Насчет футбола понятно. А насчет…

– В мироздании действуют те же законы. Зловещая Тень не имеет права воздействовать на людей физически. Я думаю, она предприняла отчаянную попытку вывести вас с Катюшей из игры – как это делают защитники-костоломы в футболе, ломая опасным нападающим ноги. Но в следующий раз действовать открыто она вряд ли рискнет. Иначе окажется «на скамейке штрафников»…

– То есть потеряет больше, чем выиграет?

– Да. Извини, Ваня. Мне пора. Приготовься. Удачи! – приятный баритон стих, а Иван вывалился на планете МХ-747.

Тело облегченно покинуло субпространство тахиоканала – парень глухо шмякнулся на каменистый грунт, больно ударив коленки.

Инфохомос мгновенно подключился к технополю, опоясывавшему данную планету, убедился, что попал именно туда, куда добрый фантом и обещал его «высадить». Однако сие подтверждение ничуть не обрадовало Ивана. Старолюб, как всегда, «удружил». Ведь МХ-747 контролируется Тарантулом! Это называется: «Из огня да в полымя!» Дружище-призрак выкинул здесь Чтеца, словно свежую, еще не продырявленную мишень в тире. Дескать, дорогие боевики, зачем вам тратиться на опасные межпланетные экспедиции? Вот же он, Стрельцов, у вас под боком. Ату его, ребята!

Как бы Иван ни злился на Старолюба, в глубине души парень все же понимал, хитрый старик ничего не делает просто так, случайно. Раз фантом лично вмешался в ход событий, чтобы высадить своего протеже именно в этой дыре, значит, здесь его ожидает какая-то разгадка… например, с чего это вдруг Тарантул открыл «сезон охоты» на инфохомосов? Если чета Стрельцовых где-то и перешла ему дорожку, то лишь случайно, косвенно, вероятно, по линии службы в Галбезе. Хотя Иван, будучи полковником БГБ, не припоминал в своей практике заданий, связанных непосредственно с Тарантулом. «Ладно, разберемся», – с оптимизмом подытожил гринчанин.

Литера «X» в аббревиатуре «МХ-747» означала, по общепринятой межзвездной классификации обитаемых планет, что данный мир признан, с точки зрения массовой колонизации, бесперспективным. Икс, по шуткам космодесантников, – официальный крест на планете. Но только лишь официальный. На практике зачастую указанная литера использовалась влиятельными галактическими кругами в качестве удобной вывески, этакого незримого шлагбаума, запрещающего свободный въезд на конкретную планету. Поэтому, как офицер БГБ, Стрельцов относился ко всей серии «МХ» с нескрываемым подозрением и предубеждением. Зачем понадобилось отгораживать вполне пригодный для жизни мир от любопытных глаз в данном случае – это еще предстояло выяснить… несмотря на литеру «М» в названии, обозначающую, как правило, «химическую опасность». Для проверки на органолептику Иван шумно втянул ноздрями воздух. Никаких явных примесей чужеродных химикатов он, к своему удовлетворению, не почувствовал.

Гринчанин осмотрелся по сторонам. Судя по всему, он очутился в большом городе с многочисленными высотными административными зданиями и обширными жилыми кварталами. Однако выглядело все вокруг как-то странно. Не город, а сплошная новостройка. Дома, громоздящиеся вдоль ровных улиц, с одной стороны, создавали впечатление вроде бы законченных архитектурных сооружений. Но, с другой стороны, на широких проспектах не было видно ни одного человека, ни машин, ни каких-либо вещей, ни даже просто случайно оброненных бумажек или окурков, другого бытового, производственного мусора и т. д. Из окон не выглядывали лица хозяев; не лилась музыка, не слышалась болтовня дикторов телевидения и радио; не чувствовался запах приготовления пищи или, наоборот, зловоние отходов. В общем, вся городская панорама необъяснимым образом напоминала огромный склеп, в котором иногда кто-то появляется, но никто не живет. Для чего же тогда понадобилось выстраивать шикарные с виду кварталы и потом не жить в них? Или даже не заселять? Кто ж это вдруг спугнул потенциальных горожан?

Тут, словно в ответ на свои вопросы, Иван увидел, как из-за крыши ближайших домов медленно выплыла огромная туша орбитального стратегического крейсера. Пожалуй, для корабля такого класса он шел на слишком уж низких высотах. Неожиданно массивный ракетоносец начал обстрел города. Но делал это как-то «лениво», используя лишь легкие орудия. Может быть, пытался избежать крупных разрушений. Тем не менее, «легкие» орудия вызвали довольно «тяжелый» эффект. Верхушку соседнего высотного дома окутали клубы дыма. На улицу с грохотом рухнула часть фасада, подняв целое облако пыли. Тут же зазвенели стекла, заскрежетали провода; завыли пронзительные сирены гражданской обороны.

К удивлению гринчанина, с крыши ближайшего дома ракетоносцу ответила искусно замаскированная зенитная установка. Но для мощного крейсера такие укусы – что слону дробина.

Обстановка накалялась. Времени на раздумья у Стрельцова не оставалось. В качестве бомбоубежища, вероятно, можно было использовать систему канализации, проложенную, как понял Иван, под улицей. Чтец быстро подбежал к ближайшему люку, ухватился за ручку массивной крышки. Но перед этим буквально на мгновение гринчанин застыл. Потому что приблизительно в ста метрах от него, на просторной городской площади, медленно раздвинулось дорожное покрытие, и из шахты показалась противовоздушная ракетная установка. Правда, смотрелась она несколько старовато. Но, как и все древнее оружие, очень грозно – одним только видом нагоняла страх. Вероятно, местные жители вели с кем-то войну. Но не успели перевооружиться и пользовались старыми запасами, сняв с консервации арсеналы предков. Право же, картина боя выглядела от этого невероятно устрашающе и эффектно!

Не дожидаясь развязки, Иван прыгнул в щель подземелья. Земля под ним тут же содрогнулась. Непонятно, что это было: отдача от залпа противовоздушной установки либо, напротив, точное попадание в открывшуюся шахту с крейсера.

С трудом ориентируясь в подземных каналах, гринчанин выбрал (по памяти) направление к тому дому, с крыши которого вела огонь зенитка. Иван хотел посмотреть, кем же все-таки являются защитники города. Через систему сливных колодцев Стрельцов проник в подвал искомого здания. Вывозился в грязи, как чушка. Лифты, конечно, не работали. Иван, воровато оглядываясь по сторонам, мелкими перебежками вдоль лестничных маршей устремился наверх.

На крыше Чтец обнаружил, что установка ПВО управлялась автоматически. Вокруг не было никаких следов пребывания обслуживающего персонала.

Крейсер к этому времени уже отошел километра на два в сторону и, словно грозовая туча, поливал огнем обширные городские кварталы. Посреди площади, на месте пусковой установки, которую видел Иван, зияла огромная воронка. Видимо, все-таки стратегический ракетоносец всадил в шахту прямой наводкой мощный заряд… Уничтожить мелкую зенитную установку крейсер даже не удосужился.

Тем временем на краю города разразилось, по всей видимости, нешуточное сражение сухопутных войск. Надрывный вой древних реактивных минометов, сопровождающий взлет каждого снаряда, с интервалом где-то в полсекунды неустанно бил по ушам. Иван подумал, что если здесь, на достаточном расстоянии от обстреливаемого района, смертельный визг мин наводит такой ужас, то что же тогда творится там, куда эти мины падают?

Мысли гринчанина прервал быстро приближающийся прерывистый, как автоматная очередь, шум вертолетных лопастей. Стрельцов скользнул за какую-то полуразрушенную надстройку на крыше здания, залег, притаился. Через минуту массивный геликоптер, на удивление скрипя и свистя лопастями, словно несмазанная телега, поставил рядом с Иваном большой металлический контейнер, отцепил толстый трос и улетел в том же направлении, откуда появился.

Странно, но кибераналог Стрельцова чувствовал в инфополе непонятный свист, исходящий от здоровенного железного ящика. Дождавшись, пока вертолет скроется из виду, гринчанин подошел к контейнеру, натужно повернул массивный запор, со скрипом отворил тяжелую створку.

От представшего взору зрелища Чтец буквально оторопел… Раньше Иван никогда не видел живых пиндальбоков. Но, как и всякий человек, а тем более высокопоставленный сотрудник Галбеза, конечно же, много о них слышал. И тут… на тебе… полный контейнер загадочных тварей. Как только в народе их не называют: остроголовы, червиголовы, червихвосты, страхобои и многое другое…

Чем же привлекли к себе столько внимания эти, в общем-то, небольшие, размером с волейбольный мяч, создания? О! Как говорится, мал, да удал. Пиндальбок представлял собой автономный мозг необычного инопланетного существа (либо необычное инопланетное существо как таковое в виде автономного мозга!). По форме страхобои напоминали больших гусениц с острыми концами и толстым-толстым гребнем посередине, как если бы обрубить два крокодильих хвоста и составить их вместе, соединив по граням среза. Противный и скользкий червиголов постоянно извивался. При этом на сгибах то там, то тут появлялись десятки хрящевидных уплотнений, словно округлые грани шарикоподшипника, которые напоминали вспухшие чирьи-гнойники. Это были, образно говоря, места подсоединения «внешней периферии» (т. е. наружного физического тела), своеобразные «штепсельные разъемы» для будущих нервных окончаний. Дело в том, что пиндальбоки – изощренные паразиты. Они не имеют собственных тел. Поэтому внедряются в других существ, как правило, гуманоидов самых различных типов. Причем делают это невероятно проворно. Остроголовы обладают феноменальной способностью контактного гипноза. Данная способность, вероятно, на ранних стадиях эволюции играла защитную роль. Но впоследствии постепенно переродилась в средство нападения. Контактный гипноз основан на выделении червихвостами таинственных химических реагентов – гормонов мгновенного воздействия. Стоит только человеку прикоснуться к пиндальбоку, как он тут же непроизвольно подпадает под влияние страхобоя (откуда и отпугивающее название). Навряд ли у кого-то возникнет желание добровольно прикасаться к этим отвратительным тварям. Когда к остроголову приближается чужак, существо враждебно выгибает спину, как это делают коты при виде собак, и угрожающе шипит. Если в этот момент все же находится смельчак, которому удается погладить жирную мозговую гусеницу, то под его рукой скользят прохладные и одновременно энергонасыщенные, словно под током, твердые-твердые шарики. Существо изгибается и переливается из одной твердой формы в другую, будто цельнолитой кусок живой мускулатуры. При этом безрассудному храбрецу кажется, что в глаза ему заглядывают одновременно десятки неведомых тварей, тело цепенеет от страха, будто парализованное, по коже пробегают мурашки – контактный гипноз в действии. Именно в момент, когда потенциальная жертва находится в таком беспомощном состоянии, пиндальбок и совершает «внедрение». Проще говоря, впрыскивает «клиенту» анестезирующую сыворотку, прогрызает череп, вышвыривает наружу мозг «донора» (или, как его еще называют, «подвоя»), сам забирается в голову. А затем изнутри залепляет «шрам внедрения» специально выделяемой биомассой, которая со временем выравнивается, затвердевает и зарастает. Вот и все! Но даже если пиндальбок раздумает по каким-то причинам внедряться в смельчака, решившего его потрогать, все равно гладить дважды маленького монстрика обычно никому уже не хочется. У человека возникает какая-то непреодолимая боязнь червихвостов. Короче, страхобои они и есть страхобои – живые персонажи фильмов ужасов.

«Прививаются» пиндальбоки, как правило, на дисковиков – низкоразвитых, по их понятиям, животных. Это как если бы человек взял тело обезьяны. Дисковики – приземистые, метра полтора, гуманоиды. Их необычный череп напоминает по внешнему виду метательный диск, то есть сплющен с боков. Шея, в нашем понимании, отсутствует. Ярко выраженного носа как такового тоже нет. Вместо носа – острая грань диска с еле заметными дырочками-ноздрями по бокам. Сверху диск как бы вмят. Наверное, таким образом освобождено место для самого пиндальбока (поговаривают, будто страхобои специально вывели дисковиков и выращивают их, чтобы использовать в качестве «подвоя»). Ушки у сплющенных гуманоидов маленькие, подвижные; по форме точь-в-точь улитки. Вращаются во все стороны, словно мини-локаторы. Низкорослые гуманоиды неуклюжи и малоподвижны. Поэтому остроголовы зачастую совсем не прочь внедриться и в более высокоразвитое существо.

Надо сказать, что «подвой» интересует пиндальбока лишь как своеобразный «живой футляр». Страхобои своим невидимым излучением подавляют в теле донора половую функцию. Поэтому вновь образованное создание, так называемый «гибрид», т. е. «пиндальбок-привой плюс донор-подвой», является (наверное, к счастью) бесплодным.

Сами червихвосты размножаются отдельно от своих приобретенных тел-жилищ. За время жизни страхобои меняет обычно восемь-десять тел. В принципе, если внешняя форма не нравится, то остроголов может отбросить ее, как ящерица хвост. В перерывах между созданиями «гибрида» пиндальбоки спариваются друг с другом, чтобы продолжить собственный род. Одним словом, довольно необычные паразиты.

При виде отвратительного скопища мозговых гусениц в голове у Ивана вихрем пронеслись самые жуткие страшилки, которые он во множестве слышал еще до поступления на службу в Галбез. Вздутые червиподобные особи, в свою очередь, при появлении гринчанина подозрительно закопошились. Загадочные существа с помощью эхолокации отлично «осматривали» окружающее их пространство. И сейчас они увидели чужака. Страхобои начали быстро-быстро, как в цепной реакции, соединяться друг с другом острыми концами, выстраиваясь в ряд. Это означало подготовку к нападению. Пиндальбоки объединяли свои химические и электрические потенциалы, чтобы нанести незнакомцу единственный, но смертельный удар. Иван отпрянул и захлопнул дверь.

В это время Стрельцов услышал внизу, у подъезда, человеческую речь. Он быстро перегнулся через парапет, чтобы оценить обстановку. По тропинке к дому не спеша шли два гипера с развороченными и распухшими, как ведра, синюшными головами. Очевидно, их тела уже использовали пиндальбоки, предварительно выпотрошив мозги. Волос на макушках не было. Отверстия в черепах залеплены как попало биомассой. Ее страхобои вырабатывают, точно паук паутину. Впоследствии, конечно, «шрамы внедрения» затянутся, но сейчас вскрытые черепа выглядели жутковато.

Выражения лиц у обоих гиперов носили откровенно придурковатый отпечаток. Может быть, сами червихвосты и умные, но управлять мимикой «подвоя» они явно не умели. Либо не придавали таким пустякам значения. Между собой остроголовы общались при помощи невидимого излучения. Поэтому их, вероятно, устроили бы и тела в виде бревен, пусть даже без головы. Красота как самостоятельное явление страхобоев, похоже, тоже не интересовала. Всеми помыслами мозговых гусениц безраздельно и безэмоционально владела целесообразность, на которой колония инопланетных существ и строила все свое бытие.

Гиперы чудаковато, как дети, напевали:

– Пиндаль… пиндаль… пиндальбок. Пиндаль… пиндаль… пиндальбок. – Наверное, заучивали, как их название звучит на человеческом языке.

Иван понял – ему нужно срочно сматываться. Червихвосты в теле гиперов, изощренное коварство плюс сила и рефлексы – гибрид поистине бронебойный! Вероятно, мозговые гусеницы недаром прибыли на эту планету. Кому война, кому мать родная. Пока города бомбят, подсчитать точные потери среди защитников – задача довольно сложная. В этом «бардаке» можно под шумок набрать сколько угодно подходящих «внешних форм». Например, запросто умыкнуть сотню-другую тел покрупней и поздоровей, чем у дисковиков. Нет, разводить их у себя пиндальбоки скорее всего не собираются. Просто используют где-нибудь на тяжелых работах. Так что над горожанами нависла реальная угроза с тыла. А их мысли, по-видимому, заняты сейчас лишь борьбой с воздушным противником. Надо срочно переориентировать местных жителей на уничтожение этого гадюшника – Иван выразительно взглянул на объемистый контейнер.

Однако ситуация резко усложнилась. Надо полагать, запертые в металлическом ящике страхобои передали сигнал тревоги своим «гибридам». Гиперы внизу резко вскинули головы, увидели Ивана, дружно ринулись в подъезд.

Стрельцов поспешил в обратном направлении, вниз, по пожарной лестнице, подвешенной вдоль внутреннего фасада. Гринчанин быстро спустился, спрыгнул на крышу одноэтажной пристройки к зданию. Пристройку огораживали строительные леса – пластиковые щиты, которые опирались на легкие трубы-столбики. В это время Иван услышал над головой крики. Он быстро оглянулся. На краю здания с мощными пистолетами в руках стояли гиперы. Громилы, опершись ботинками на парапет, целились в беглеца. Иван в два прыжка перескочил строительные щиты, кубарем скатился вниз, чудом не сломав шею, замер. Сердце гулко отдавалось в висках. Не успел Стрельцов отдышаться, как услышал сверху шум шагов. Гринчанин тут же заметил прогибающиеся под тучным весом противника легкие щиты, выложенные по периметру парапета. Видимо, гипер заранее засек местоположение Ивана и сейчас потихоньку подбирался к жертве. Парень, стараясь не шуметь, осторожно взял свободно стоящий у стены столбик. Стрельцов подождал, пока монстр приблизится. Затем неожиданно выбил своим орудием ближайшую опору. Гипер всей тушей обрушился на землю, с грохотом ломая пластиковые щиты. Иван, словно из-под лавины, успел в последний момент выскочить и нанес противнику сокрушительный удар трубой по голове. Труба со звоном задрожала, словно ударилась о пустое место (ну ни дать ни взять – безмозглое создание). Оглушенный верзила в глубоком нокауте уткнулся лицом в землю. Гринчанин, пользуясь моментом, кинулся добивать гиганта. Он быстрыми круговыми движениями, словно молодой кузнец, орудующий молотом, успел несколько раз садануть неподвижного противника по синюшному черепу и по шее. Неожиданно «шрам внедрения» на голове гипера расклеился, будто лопнувший пузырь. Из него, кряхтя и извиваясь, выбрался пиндальбок. Иван ударил по жирной гусенице с особым остервенением. Парню даже показалось, что из-под трубы, как от наковальни, брызнул яркий фонтанчик искр. Клочья инопланетного мозга грязными ошметками разлетелись во все стороны.

В этот момент у плеча Стрельцова просвистела огненная дуга. Гринчанин понял, стреляет второй гипер, находящийся еще наверху. Пришлось бросить первого, вновь укрыться под парапетом. Противник не спеша ходил с пистолетом по перекрытию. Заметив маневр Ивана, он издевательски крикнул:

– Мальчик, ты – мой!

Правда, вместо «мальчик» гипер произнес почему-то «малчык», отрывисто и глухо, будто гавкал, как собака. Молодой человек, ступая одними носками, быстро пробежал вдоль стены к двери, резко дернул ее на себя. Но за внешней дверью находилась еще одна, внутренняя, которая оказалась запертой. Таким образом, парень попал в небольшой коридорчик, как бы в глубокую нишу. Он кинулся назад. В это время тень гипера, блуждающего по крыше пристройки, поравнялась с дверью. Иван немного отступил внутрь тамбура, приготовился сбить с ног преследователя, как только он спрыгнет вниз. У Стрельцова была, пожалуй, лишь одна возможность сделать это, пока противник полностью не обретет равновесие после прыжка. Но верзила не стал спрыгивать, а перегнулся с пистолетом через парапет и пальнул в Ивана (рост под три метра свободно позволял гиперу такой маневр; вероятно, он зацепился наверху ногой за какой-то выступ). Гринчанин удачно увернулся, схватил монстра за руку и, чутко прислушиваясь к чужому телу, потянул здоровяка вовнутрь. Хотя выполнить такое движение оказалось очень трудно – то же самое, что ребенку тянуть взрослого мужчину, который по весу в три-четыре раза больше мальчика. «Гибрид» попытался, в свою очередь, выдернуть Стрельцова наружу, словно кролика из норки. Иван уперся изо всех сил, точно бурлак. Здоровяк свисал вниз головой и находился все-таки в неудобной позе. Через некоторое время Гринчанин почувствовал слабую свободу движения. Это означало, гипер освободил наверху ноги и потерял опору. Иван дернул на себя массивное тело, и, когда огромный противник был уже в воздухе, парень, удерживая вражескую руку, мгновенно повернулся вокруг своей оси, как юла, выворачивая гиганту сустав и подставляя под удар вражескую спину. А затем вместе с зажатой рукой-кувалдищей бросился на пол и придавил коленями здоровенный кулак. В результате трехсоткилограммовый монстр приземлился крайне неудачно – об порог сломал при падении позвоночник и правую руку.

Глаза у здоровяка ошарашенно выкатились из орбит и безвольно, как у быка на бойне, уставились на Ивана. Знакомый фермер рассказывал Стрельцову, что быки перед забоем каким-то непостижимым образом чувствуют, что сейчас их будут убивать. Стоя в тесной камере, не имея свободы движения, они обретают невыразимую кротость поведения и выражение смущенного смирения в выпученных глазах. Взгляд их как бы говорит: «Пожалей меня». Но, может быть, быки ведут себя так перед смертью только на Грине? Молодой человек отбросил мимолетные философские размышления. Он с силой ухватился за большую голову противника, потерявшего в шее твердость в результате перелома спины. А затем свернул ее резким круговым движением, как это делают с гусями, если хотят их быстро умертвить. Гипер напоследок несколько раз дернулся всем телом. А Стрельцов, обхватив монстра за толстую шею, словно близкого друга на прощанье, так и лежал на здоровенной тыквине-голове, чувствуя своим корпусом конвульсии гиганта. Парню казалось, будто он только что забил голыми руками мамонта. В душе его поднималась мутная волна кровавой радости дикаря. Наверное, это были позывы древних животных инстинктов (генетическая память предков), запрятанных с самого рождения в дальних уголках человеческого сознания.

Немного погодя Иван поднялся, небрежно ткнул мертвого гипера – скорее для того, чтобы проверить наличие рефлексов.

В ответ из расколупанного «шрама внедрения» показался извивающийся пиндальбок.

– Ах, вот и ты, красавчик, – подбодрил гринчанин и схватил страхобоя за вздувшийся хребет, вернее, за мускулистое утолщение.

Ладонь обдало невыносимым жаром контактного гипноза, словно Иван держал в руках странного энергетического ежа или кусок высоковольтного кабеля, в котором бушевало сильное остаточное напряжение. Видимо, червихвост тоже был не в духе – решил завалить парня без лишних пререканий, одним мощным ударом. Ведь ему хотелось срочно переселиться в здоровое молодое тело.

Но не тут-то было! И на старуху бывает проруха! Инфохомос – противник действительно достойный. Это не гипер с доверчивым сознанием маленького ребенка. Кибердвойник Ивана мгновенно «нащупал» в технополе болевой канал пиндальбока и телепатически передал ему свои ощущения. Как только гусеничный мозг начинал жалить Чтеца, так тут же страдал, в первую очередь, сам. И, по всей видимости, сильно! Потому что вскоре Иван заметил, как хваленый остроголов начал транслировать ему положительные эмоции. Вероятно, хитрая тварь догадалась, что здесь замкнутый круг… Во рту у Ивана сразу будто расцвел ландыш, заполняя цветочным запахом всю носоглотку; в ушах зазвучала чудная музыка; по телу растеклось приятное тепло. У Стрельцова даже проскользнула на мгновение дикая мысль: «А не оставить ли милую зверушку себе?» Вот так станет дурно на душе, подсоединишься к извивающемуся мозгу, и полный кайф… Да нет, конечно, все это глупости. Кайф тот продлится, вероятно, лишь до первого ночлега. Ляжешь спать человеком, а проснешься «гибридом». Страхобой своего не упустит, только расслабься… Но все равно Иван решил пока что пленного червихвоста не убивать. Авось да пригодится – точно в сказке.

Конец ознакомительного фрагмента. Купить полную версию книги.

Примечания