Часть первая
Требуется Темный Властелин
Вместо пролога
– Ну и где я???
– В ПЛЕНУ.
– …Замечательно… А конкретнее?
– В МОЕМ ПЛЕНУ.
– Спасибо за разъяснение… Люблю оперировать точной информацией… А я могу рассчитывать на более детальные пояснения, или пленнику этого не полагается?
– РАССЧИТЫВАТЬ МОЖЕШЬ. ЭТИМ ТЫ И ДОЛЖЕН ЗАНИМАТЬСЯ.
– И это меня считают занудой?.. Ну-ну. Хорошо. Начнем еще раз и по порядку: где я?
– В ПЛЕНУ.
– !.. Проехали… Кто ты?
– МИР.
– А что так скромненько-то? Не царь, не бог, не Темный Властелин, а сразу Мир?
– Я – МИР. А ТЕМНЫЙ ВЛАСТЕЛИН – ЭТО ТЫ. ПОЭТОМУ ТЫ ЗДЕСЬ.
– Э-э-э… Уважаемый, а вы адресом не ошиблись случайно?
– НЕТ.
– Ну да… Считаем себя всем миром, самокритикой не страдаем, ну и не ошибаемся, само собой… Изумительно… Я-то тут при чем?
– ТЫ МНЕ НУЖЕН.
– Так-так… Если ты – мир, а я, по-твоему, Темный Властелин (кстати, спасибо, мне таких комплиментов еще не делали… До сих пор я выше циничной сволочи не поднимался…), то тебе, наоборот, не рекомендуется со мной связываться… Темные властелины вроде как поголовно настроены на порабощение или уничтожение мира.
– ТЫ МНЕ НУЖЕН ДЛЯ РАЗВИТИЯ. ТЫ САМ МОГ БЫ ЭТО НАЗВАТЬ СКАЧКОМ, РЫВКОМ, НОВОЙ ЭПОХОЙ.
– Эпохой Темного Властелина?
– НЕТ. ЭПОХОЙ, КОТОРАЯ НАСТАНЕТ ПОСЛЕ ПОБЕДЫ НАД ТЕМНЫМ ВЛАСТЕЛИНОМ…
– Ну спасибо…
– ПЕРЕРОЖДЕНИЕМ…
– Фиг тебе, а не перерождение! Где я нахожусь вообще?
– В ПЛЕНУ.
– !.. Ты знаешь, что касается желания тебя уничтожить, то оно у меня уже такое сильное, что дальше некуда. Давай обговорим некоторые несущественные детали… Во-первых, почему я ничего не вижу? Во-вторых, почему я не могу пошевелиться? В-третьих, не мог бы ты указать географически место моего плена? Если уж ты и вправду Мир (хорошо, что хоть не Труд и не Май…), то каким боком ты относишься к тому месту, где я пребывал до этого?
– ТЫ ЗАТОЧЕН В КРИСТАЛЛ УДЕРЖАНИЯ…
– Недержания…
– В КРИСТАЛЛ УДЕРЖАНИЯ В ОДНОЙ ИЗ ПЕЩЕР ГОРНОГО РАЙОНА ПОД НАЗВАНИЕМ, КОТОРОЕ ТЕБЕ НИЧЕГО НЕ СКАЖЕТ…
– Ну-ну… Может, проще меня сразу пристукнуть? И будет тебе победа над Темным Властелином… Трубите в трубы, победители… Прыгайте в новую эпоху, только штаны не потеряйте по дороге… Если я – Темный Властелин, то где мои орды нежити, крепость, окруженная рвом с кипящей лавой, несметные сокровища на мелкие расходы и темная магия для полного кайфа?
– У ТЕБЯ БУДУТ СЛУГИ. ВСЕ ОСТАЛЬНОЕ ТЫ ДОЛЖЕН ПОЛУЧИТЬ САМ. ТЫ ПО ХОДУ УЗНАЕШЬ КАК. ИЛИ НЕ УЗНАЕШЬ. ТОГДА ТЫ ПРОИГРАЕШЬ. ЭТО ИСПЫТАНИЕ ДЛЯ ТЕБЯ. ЕСЛИ ТЫ НЕ СПРАВИШЬСЯ С ТЕМ, ЧТО ЕСТЬ, ЗНАЧИТ, НЕ ГОДИШЬСЯ НА РОЛЬ ТЕМНОГО ВЛАСТЕЛИНА. КАК И ТЕ, ЧТО БЫЛИ ДО ТЕБЯ.
– И сколько их было до меня?
– МНОГО.
– Ну я и влип… Во всех смыслах слова… Кстати, а что стало с моими предшественниками?
– БОЛЬШИНСТВО ДАЖЕ НЕ СМОГЛИ ВЫБРАТЬСЯ ИЗ КРИСТАЛЛА. ИХ СЛУГИ ПОГИБЛИ, А ОНИ НЕ СМОГЛИ СКОПИТЬ ДОСТАТОЧНО СИЛ, ЧТОБЫ ДОСТАТЬ НОВЫХ… ИЛИ НЕПРАВИЛЬНО ЭТИ СИЛЫ ИСПОЛЬЗОВАЛИ. ДРУГИЕ ПОТЕРПЕЛИ ПОРАЖЕНИЕ В ПРОЦЕССЕ. САМЫЕ СПОСОБНЫЕ ИЛИ УДАЧЛИВЫЕ ОСТАЛИСЬ В ИСТОРИИ КАК КРОВАВЫЕ ТИРАНЫ.
– А тебя не смущает, что ты хочешь, чтобы я… ну или не только я, как выяснилось, тебя уничтожил? Как-то это непоследовательно… Суицидальный мир, развитие через разрушение… Кстати, если уж ты такой откровенный, скажи – у меня хоть какие-то шансы есть? На победу… И если уж на то пошло… Что есть для меня победа?
– СВОБОДА. Я УДЕРЖИВАЮ ТЕБЯ В ПЛЕНУ. ЕСЛИ ТЫ ПРАВИЛЬНО БУДЕШЬ ДЕЙСТВОВАТЬ, ТО СТАНЕШЬ ПОЛУЧАТЬ СИЛУ. И САМ РЕШАТЬ, КАК И НА ЧТО ЕЕ ТРАТИТЬ, ЧТОБЫ ПОЛУЧИТЬ ЕЩЕ БОЛЬШЕ СИЛ. ВОЗМОЖНО, СО ВРЕМЕНЕМ ТЫ СОБЕРЕШЬ ДОСТАТОЧНО СИЛ, ЧТОБЫ ВЫРВАТЬСЯ ИЗ-ПОД МОЕЙ ВЛАСТИ. ТОГДА ТЫ СМОЖЕШЬ ОТПРАВИТЬСЯ КУДА ПОЖЕЛАЕШЬ. НО ДЛЯ ЭТОГО ТЕБЕ ПРЕДСТОИТ СДЕЛАТЬ ОЧЕНЬ МНОГО. НАМНОГО БОЛЬШЕ, ЧЕМ СМОГЛИ ТВОИ ПРЕДШЕСТВЕННИКИ.
– А ты?
– ТО, ЧТО ОСТАНЕТСЯ ПОСЛЕ ТЕБЯ, БУДЕТ ЛУЧШИМ. ОНО ЛЯЖЕТ В ОСНОВУ НОВОГО МИРА.
– Ага, то есть ты сам как бы в безопасности, да? Умирать и страдать будет расходный материал… А ты станешь совершенствоваться… Ну и кто ты после этого?
– МИР.
– Чудак!
– ТЕБЕ НЕ ПОНЯТЬ.
– Знаешь, я часто слышал этот аргумент раньше… Не скажу, чтобы он производил на меня впечатление…
– ЭТО НЕ АРГУМЕНТ. Я НЕ СПОРЮ С ТОБОЙ. ТЫ МОЖЕШЬ ДЕЛАТЬ ВСЕ, ЧТО УГОДНО. В ТОМ ЧИСЛЕ И НИЧЕГО. РЕШАТЬ ТЕБЕ. ПОСЛЕДСТВИЯ ТВОИХ РЕШЕНИЙ ЛЯГУТ ТАКЖЕ НА ТЕБЯ ВНЕ ЗАВИСИМОСТИ ОТ ТОГО, ЧТО ТЫ РЕШИШЬ. Я ОТВЕТИЛ НА ТВОИ ВОПРОСЫ. ДАЛЬШЕ ОТВЕТЫ ПРИДЕТСЯ ДОБЫВАТЬ САМОСТОЯТЕЛЬНО.
– То есть технического консультанта по вопросам организации конца света тоже не предвидится? И почему я не удивлен?..
– У ТЕБЯ ЕСТЬ РЯД ОГРАНИЧЕНИЙ. ТЫ НЕ СМОЖЕШЬ ВОСПОЛЬЗОВАТЬСЯ НЕКОТОРЫМИ ЗНАНИЯМИ ТЕХНИЧЕСКОГО ХАРАКТЕРА, КОТОРЫЕ У ТЕБЯ ЕСТЬ… У ТЕБЯ ИХ НЕ ТАК МНОГО, КАК ТЕБЕ КАЖЕТСЯ. ДО ТЕБЯ БЫЛИ И БОЛЕЕ СВЕДУЩИЕ ПРЕТЕНДЕНТЫ. ОНИ НЕ ДОБИЛИСЬ ЗНАЧИТЕЛЬНЫХ УСПЕХОВ.
– Какие еще ограничения? Тоже мне Темный Властелин – компактный вариант, замкнутый и ограниченный…
– УЗНАЕШЬ. ИЛИ НЕ УЗНАЕШЬ. ЖЕЛАЮ УДАЧИ.
– Тебя туда же! А где хоть мои слуги? И сколько их? Ау! Ты тут?
М-да-а-а… А вот теперь пора паниковать!
1
Бывали у меня глюки и раньше. После очередной порции какого-нибудь сложнопроизносимого лекарства меня честно предупреждали: будет плющить… И колбасить… Голосов с манией величия еще не было, но ведь все бывает в первый раз… Да и тело вроде не сковывало… И не должно было вроде… В побочных действиях не указано… Наверно… Дискомфорта вроде тоже нет… Пока, но это скорее радует! В целом похоже на бредовый сон после тяжелого лекарства. До знакомства на своем опыте с этим явлением я снисходительно относился к таким байкам – всегда хочется приукрасить, а на больничной койке и делать-то нечего по большому счету: лежи, мечтай, фантазируй, короче – развлекайся как знаешь. А позже узнал, что галлюцинации от лекарств – штука серьезная и гадкая. И простой силой воли от нее не отделаться. Вроде и не спишь, а вокруг творится такое, что иначе как бредом не назовешь. Это знание, кстати, и спасает! Это бред, это все бре-э-эд! Лежи, стиснув зубы, и ничего не предпринимай, иначе проснешься в смирительной рубашке! Остальные органы чувств или дружно подают в отставку, или опять-таки дружно сговариваются против тебя. В прошлый раз в палату заходил Дарт Вейдер и похищал телевизор… Трижды… причем ветерок, поднимаемый полами его длинного развевающегося плаща, холодил кожу оч-ч-чень реалистично… И вибрация от хлопка дверью заставляла дрожать кровать и воду в стакане на тумбочке. А потом я вроде как просыпался, телевизор, будь он неладен, стоял на месте (я, кстати, был очень благодарен тогда Лорду за изъятие техники – ящика терпеть не могу), ме-э-э-эдленно, со скрипом открывалась дверь, и процесс повторялся… На третий раз стало скучно! Сложнее было, когда в другом глюке однопалатнички, насмотревшись криминальных сериалов, друг друга пытались прирезать (в позапрошлый раз). Хорошо, что не хватило тогда сил подняться и разнять… узнал бы много о себе нового и непечатного… Ну и так далее…
Одним словом, я очень сочувствую тем, кто вынужден это «удовольствие» испытывать, и совершенно не понимаю наркоманов, которые окунаются в это добровольно, да еще и с такими последствиями. Вот и Голос мне сказал, что я ничего не понимаю… Надо постараться не забыть этот глюк – посмешу завтра своих. До сих пор работу приходилось искать самостоятельно, а тут – мало того что приглашают на этакую должность, так еще и предложение делают такое, от которого невозможно отказаться… Кстати, неплохой пример для подражания начинающему Темному Властелину.
Странно, что тело совсем не слушается… Но и так бывает… Был у меня период, когда лежал на койке – обе руки в гипсе… Желание почесать нос сводило с ума, а летающая над головой муха была эталоном вселенского зла – пожужжит, сядет на нос – сдуешь, опять пожужжит, опять сядет на нос, опять сдуешь… И так целый день.
Тело не затекло, и никакая вредная пружина не впивается в свежепрооперированный бок – хоть отдохну от этих неземных наслаждений, а что темно, тихо и пусто – так тоже отдохну! А то вечный туман в голове заставляет чувствовать себя идиотом. Жалко, что Голос исчез, с ним веселее было.
2
Кто-то идет. Прошло довольно времени с момента исчезновения Голоса. Достаточно и для того, чтобы похихикать над предложением, и для отдыха, и даже для обдумывания каких-то конкретных шагов. Не, а что делать-то, если больше ничего делать нельзя – только думать. Ну а тема для размышлений не самая плохая, хотя и не слишком оригинальная, – можно вводить в средней школе наравне с сочинением «как я провел лето».
Приближение неведомого гостя, точнее, гостей я почувствовал задолго до их прибытия. Не услышал, не увидел, а просто понял, что приближается некто важный, не опасный, а скорее дружелюбный (это к Темному-то Властелину… Дружелюбный… Ага, а еще миролюбивый, жизнерадостный, веселый, преданный… В общем, явно что-то не то…), да не один, а с сопровождением. Пока гости добирались, я вовсю размышлял о природе нового способа познания мира – шестое чувство, оно же предвидение, оно же Сила Джедаев, дар пророчества… Прошу любить и жаловать… А что, полезно, если не свихнуться. Чувствовать приближение врага или друга на расстоянии хорошо, а вот чувствовать перемещение всего живого вокруг тебя на большом радиусе… Надо бы поэкспериментировать, но успею… А может, и не успею, как говорил Голос…
– О Вели-и-икий, наконец мы обрели тебя!
Сей вопль я услышал прежде, чем что-либо увидел. Через пару мгновений я стал различать приближение какого-то совсем неясного светового пятна. Ничего нельзя разобрать… Но на лексикон врачей явно не похоже… Интонации тоже настораживают… Восторг вперемешку с истерикой, приправленный благоговением и страхом. Запивать чем-нибудь крепким. Представление тем временем продолжалось:
– Наконец-то! Наконец-то! Как долго мы этого ждали!
Стоп… а вот это уже интереснее… Надо бы попробовать пообщаться с этим восторженным почитателем пока неизвестно чего…
– К-ы-ык-к-кт-т-то ты-ы-ы-ы…
Это оказалось сложнее, чем я думал… Намного сложнее. Речь, как и зрение, конкретно сбоили… Плохо… С Голосом общаться проблем не составляло – он звучал в голове, я отвечал, в смысле тоже думал ответ, и Голос меня слышал… Тут процесс был похож – язык, губы и прочее в нем не участвовали, но направить вопрос по адресу было очень сложно, да и «качество воспроизводства» оставляло желать лучшего. Тем не менее меня явно услышали:
– Я – Салкам! Ваш верный слуга! Я так долго искал вас, Повелитель, но я знал, я верил, что найду! И вот я здесь! А это мои сыновья – Фалиб и Рамус! На колени, дурни! Пред вами Повелитель!
Дурни явно повалились на колени, хотя особой уверенности не было. Видел я по-прежнему смутное световое пятно и какие-то тени. Со звуком дела обстояли несколько лучше, но ненамного – как будто до вас пытаются докричаться через несколько стен. Но понять, что и, главное, как мне говорят, можно. Нельзя только догадаться, какого лешего… Это явно продолжение глюка, но пора бы ему уже и закругляться… Глюк же закругляться явно не желал:
– Сейчас! Сейчас! Мы проведем первый обряд! Да скорее ж вы распаковывайте все! Господин ждет! Сейчас. Сейчас! – Глюк суетился, кажется, пинался, а потом вдруг резко остановился, бухнулся на колени и взвыл совсем уж как-то не по-человечески: – Пр-р-р-р-рости-и-и-и-и нас, Повели-и-и-ите-э-эль!
– ??? – На формулировку вопроса сил тратить не хотелось, да и не пришлось.
– Недостойную же-э-эртву собрать мы суме-э-эли для первого обря-а-ада! Вели-и-икой кары досто-ойны мы-ы-ы! Ве-э-эдомо мне, что лучшей кро-о-овью окропить темницу Владыки надобно, чтобы отве-э-эрзлась она, но не сопу-у-утствовала удача нам в пути-и-и на-а-ашем!
Кто б этому дедуле валерьянки вкатил! Дозу лошадиную… А лучше две. Для гарантии! Может, меня уже в дурку перевели? А это местные так встречают? Да его ж сейчас удар хватит! Дедуля явно ловил кайф и останавливаться не собирался!
– Не нашли-и-и мы де-эвы досто-о-ойной, чтоб себя в же-э-эртву принесла! Гнали камнями нас отовсю-у-уду! Пытались похи-и-итить, но еле но-о-оги унесли! Думали зверя благородного какого Господи-и-ину преподнести, но не охотники мы, о Вели-и-икий! Добыли лишь кровь коровы с пастбища да собак бродячих несколько… – Старик явно скис к концу своего монолога. Но стоило мне так подумать, как он явно приободрился и продолжил уже веселее: – Но теперь ты с нами! Ты поведешь и направишь нас! Вели-и-икие жертвы нашему Повелителю мы принесем!.. – Последнюю фразу дедуля пропел в совсем каком-то экстатическом восторге!
Приготовления явно прекратились… Сыновья, похоже, вновь бухнулись на колени, а старик, что-то взяв, принялся громко петь и чем-то размахивать в воздухе. Разбирать текст песни мне не хотелось… Признаться, я уже начал скучать по недавней тишине. Уж больно темпераментный дед попался.
Темпераментный дед тем временем приблизился вплотную и, кажется, стал чем-то протирать пространство прямо перед моим носом. Это здорово улучшило изображение и звук. Я разглядел бойкого седого старичка с совершенно безумными глазами. По бокам от него на коленях стояли два простоватых увальня. Действие происходило в небольшой пещере, освещенной масляным светильничком, принесенным гостями. Сами гости были одеты в какие-то серые хламиды. Я находился в центре пещеры… Только сейчас я осознал, что пребываю в сидячем положении внутри чего-то… Кристалл удержания, так, кажется, назвал это Голос… Лучше бы это была дурка.
– Мой господин, вы слышите меня?
Дедушка желал общаться. У меня тоже накопилось несколько вопросов…
– Да.
– Повеэ-эли-ите-эль!
Радости дедули не было предела…
– Где мы находимся?
– В пещере Повелителя! – Еще один любитель точных ответов на мою голову…
– Ты можешь объяснить, что это за место? Где ближайший город?
– Пещера в горах Ревалена! Довольно далеко от торговых путей… Ближайший город – Мартис… но называть его городом можно только в самом Мартисе – уж больно жители обижаются, когда их спрашивают: «Что это за деревня?» До столицы или крупных городов далеко, но от Мартиса есть дорога, по которой можно выйти на торговый тракт через пару дней, а оттуда – куда пожелаете…
«Мартис» и «Ревален» – названия совершенно мне незнакомы… И «отлично» по географии не поможет… Какие-то «не наши» названия… Да и словосочетание «торговый тракт» заставляет задуматься о гужевых повозках… Но больше в этот момент меня волновал другой вопрос:
– Ты сказал, что долго ждал… Объясни-ка поподробнее: чего ты ждал, что значит «долго» и как ты понял, что ожидание окончено?
Старик выпучил на меня свои водянистые глаза и пару раз моргнул… Мой вопрос явно поставил его в тупик. Похоже, он считал, что мне ведомо если не все, то уж это – точно! Тем не менее он ответил:
– Я всю жизнь готовился к приходу Повелителя. Мне были Сны, были Видения! Со мной говорил Голос.
«Голос, да… Ох, доберусь я до этого Голоса…»
– Во Снах я был посвящен в различные таинства и обряды во имя служения Повелителю! Постигал Знания и Мудрость, дабы помочь господину в Пути его! А две луны назад ко мне снова явился Голос и сказал, что долгое ожидание окончено, и повелел идти сюда. И вот я здесь!
«Эх ты, заготовочка моя ненаглядная, шаблончик мой влюбленный, лекальчик звезданутый… Сколько ж, интересно, у этого предусмотрительного Голоса таких вот марионеточек… И все-то он заранее подготовил… Причем прилично заранее… И вовремя запустил… Ну хоть технический консультант какой-никакой, а есть… Все проще. Хотя… это уже даже не напоминает игру краплеными картами – это игра по неизвестным правилам, с неизвестными инструментами, с невидимым противником, которому принадлежит не только все казино со всеми средствами слежения, но и такая ерунда, как управление временем и возможность достать любые карты в любом количестве… Ставки сделаны, и ваша ставка – жизнь, притом ваш ход далеко не первый и уж точно не оригинальный… Вы в восторге? Вот и наслаждайтесь…»
– Ты говорил про первый обряд и достойную жертву…
– Да. ДА! Жертву. Прости меня, Повелитель! Для освобождения вашего много крови надобно! Всю, что добыли, использовали мы! Теперь можем мы слышать тебя, значит, правильно обряд проведен, но недостаточно крови! Достанем еще! Сей же час отправимся…
– Погоди, не спеши… ты упоминал дев, коров и собак, а также добровольное жертвоприношение и похищение… Разница в эффективности большая?
– Ну деву и впрямь необязательно. Сколько сил в ней… Хотя девы разные бывают. Иная так огреет ухватом, что спины не разогнешь… Любой человек сгодится, но чем жизни в нем больше – тем лучше! Повелителю жизненная сила нужна. Она от жертвы к Повелителю переходит и в нем копится! В людях ее больше, в животных меньше, в растениях – еще меньше, но тоже есть! А что до добровольности… Из добровольного больше сил в Повелителя перейдет, из просто убитого – меньше. Коль специальный обряд провести, на алтаре, под песни, ножом церемониальным, – глаза старика опасно заблестели: он явно затронул любимую тему, – то почти вся сила жертвы Повелителю достанется! А если на улице кого простым ножом пырнуть во славу Повелителя, то толку мало. Хотя если нож заговоренный будет, то и ничего…
– А кровь?
– Кровью надобно кристалл поливать. Он от нее трескаться начнет и разрушится. Пока ни одной трещинки не видно, значит, совсем мало кровь подействовала… Так кровь для заклинаний и обрядов нужна, для зелий, заговоров и проклятий. Кровь – оружие Повелителя! А для жизненной силы она не нужна, нет… Трудно ее было бы на поле боя собирать… некогда, а сила Повелителя в великих битвах растет, когда именем его врагов на тот свет толпами отправлять, и особенно после битв, когда пленных на алтарях в жертву приносить! Тогда и крови много заготовить можно… А сейчас кровь нужна, да! Много еще надо! Совсем не потрескался кристалл.
3
Дедуля умолк. Во время лекции его настрой менялся от восторга к трауру и обратно. Сама лекция меня не сильно озадачила… К чему-то такому я уже был морально готов… С инструментами грубо разобрались… Концепция Темного Властелина – кровавого лорда, стремящегося к тотальному разрушению, – оригинальностью не страдала… Интересно, на чем погорели мои предшественнички? На неуемном усердии последователей? Или на неумении заметать следы на первых порах? Судя по их виду, а также сведениям, приобретенным благодаря свежеобретенному шестому чувству, я знал, что ребята явно собирались прямо сейчас отправиться с мечами наголо прямо на штурм столицы, рубя и круша все на своем пути… Проблема как раз была в том, что мечей у них не было, – сыновья носили деревянные дубины на поясе, а отец вообще был безоружен. К тому же обращению с оружием их явно не учили… Далеко бы они не ушли, в общем… Странно, что сюда вообще добрались… «Гнали камнями», – так, кажется… Интересно, это тоже «подарок» Голоса – вводное условие и «оберег» до начала кампании? Срок действия которого только что истек? «Потеряли своих слуг, а новых не обрели… Самые удачливые становились кровавыми тиранами…» Мне явно нужен экскурс в историю!
– Скажи, приходили ли Повелители до меня?
– Как же такое возможно, Повелитель?! – Старик от удивления был на грани обморока. Похоже, я здорово его шокировал своим вопросом. Выводы напрашивались сами собой, но уточнить детали все-таки надо…
– Кто-нибудь из правителей объявлял себя властелином всех земель? Организовывал большие войны, приносил жертвы?
– Да все этим только и занимаются… – Вновь тотальное удивление… Ну несведущий тебе достался Повелитель, дедуля, привыкай! – В жертвы, правда, редко приносят – чаще в рабство угоняют, на работы или на продажу… Да и большими эти войны не назовешь… А так, набеги друг на друга… Бывали и большие войны! Тогда и жертв много было. Гхак Огнеметатель – так тот вообще вон скока земель объединил. Большой был любитель жертв! И алтари знатные строил! Кирим Кровавый Топор тоже повоевал много! Фениамин Жестокий воевал мало, но в своей стране на дыбу за любую провинность или даже подозрение отправлял…
– А почему первого прозвали Огнеметателем?
– А он придумал, как простое масло гореть лучше заставить. И машину специальную, чтоб огонь далеко кидала. У него этих машин много в войске было, оттого он и завоевал много. И города быстрее всех брал… Ну или то, что от них оставалось! Ему поначалу сдавались все, а как поняли, что он всех на алтарь отправляет, так старые распри забыли, объединились и навалились со всех сторон.
– И что с ним самим стало?
– А его живым взять хотели – чтоб самого на алтарь! Но он такой сильнющий оказался, что прям жуть. В одиночку столько положил, сколько полк не кладет! И стрелы его не брали, и копья…
– Ну и?
– Так его с евоной машины маслом и закидали! Даже гореть не хотел поначалу! Но когда несколько машин жахнули, то и он поджарился!
– А второй?
– У Кирима войско было даже больше, чем у Огнеметателя! Машин там, правда, не было – не признавал он их! Зато большим любителем сечи сам был! И воинов сам в войско отбирал, и тренировал, и за оружием следил! Никогда такого войска не было на земле огромного да умелого…
– Огромного – это сколько? И сколько машин было у Огнеметателя? И войско какое?
– Точно неведомо мне, давно это было, да и далеко… Поговаривают, что у Огнеметателя тридцать тысяч войска было, а у Топора аж под восемьдесят. Про машины не знаю, простите, Повелитель!
– Ничего, продолжай. Что с Топором стало?
– Странная история приключилась. Шел он войной на очередного соседа, войско выстроилось уже… Да какое там войско – смех, а не войско, особенно если с Киримовым сравнивать. И вдруг выходит на поле юнец какой-то! И давай звать на бой самого Кирима! Киримовы воины как услышали, так со смеху падать начали: Кирим не зря Кровавым Топором именовался! Он в каждой битве участвовал, не то что Огнеметатель – тот все прятался где-то. Сам на передовую никогда не лез, но топором своим размахивал как никто! Могучий воин был и очень умелый! Столько поубивал, что легенды слагать устали, да и сравнивать его не с кем было! А юнец вышел такой, что соплей перешибешь! Да еще меч тащит, двуручник! И как поднял? Поединков Кирим всегда опасался, а тут, говорят, вообще помрачнел, как небо перед грозой… Как знал чего. Не хотел выходить! Но то ли передумал, то ли перед войском стыдно стало, то ли услышал, как его командиры зашептались… Вышел все-таки. А дальше что случилось – вообще непонятно, хотя и с той и другой стороны столько глаз смотрело, и все одно и то же говорят – боялся Кирим, как хищный зверь крался. А юнец – не боялся! Стоял спокойно и ждал. А как сошлись – взмахнул мечом, и упал Кирим! Да как упал! Топор его пополам перерубило, доспех, от всех бед заговоренный, как тряпку, да и самого почти пополам! Войско застыло, глотки, что от смеха надрывались, онемели! А юнец развернулся и пошел обратно… А потом как сквозь землю провалился! Ладно, никто не знал, когда пришел и кто таков, хотя пеших юнцов с двуручниками часто не встретишь… Ну мало ли! А как возвращался – должны бы на руках поднять да в город нести, а он в палатку зашел и пропал вместе с мечом своим! Так даже имени его и не знают!
– А третий?
– Фениамин умен был да хитер! Говорят, как хорек хитер, но куда там хорьку. И очень подозрительный! Как к власти пришел – никто не знает, вроде простой человек, да как-то враз в советники попал, а потом и главным советником короля сделался, а потом и самим королем, как старый вдруг умер! У старого вроде и наследник был, но вся знать вдруг как-то собралась и говорит – пусть-де Фениамин королем будет! Мудрый он и справедливый и что да как знает! Чтоб они раньше такое единодушие проявляли! Ну наследник и струхнул да убрался втихаря… Хотя до этого ни мозгов, ни трусости не проявлял! Поначалу вроде все и неплохо было. Законов хороших наиздавал, ворье переловил да по тюрьмам! С соседями договорился хорошо… Вот кто слов не понимал или договора не уважал, с теми повоевал немного, но не сильно. Мелкие соседи – так вообще добровольно к Фениамину присоединялись – под светлую руку, так сказать… Грамоту повсеместно вводить стал! А потом, поговаривают, магией темной увлекся шибко! Люди пропадать стали… Но это уж совсем потом! До этого слухи пошли, что мрут в тюрьмах много, что в замок много преступников свозят, да никто не возвращается! Прислуга замковая стала молчаливой да запуганной. Потом законы злые пошли… Чуть что – в тюрьму! За что раньше только плетей давали – в кандалы и в темницу! А потом и совсем худо стало – народ-то возвращаться уже должон был… Ну сколько там за кражу кошелька давали? А не возвращаются. Помер, говорят! И тот помер, и этот… А тело? Так похоронили уже давно в общей могиле. Какой? А не знает никто! А много могил-то общих? А кто его знает. А будешь много вопросов задавать – сам в одной и окажешься! Бояться люди стали, шептаться! Но и сам Фениамин редко выходить стал! Тоже, говорят, всего бояться стал, всех подозревать, заговоры вокруг видеть. Тайную службу создал, да не одну, а несколько: чтоб друг за другом тоже присматривали! Вот тогда уже и люди пропадать начали! А коли спросишь – так по подозрению в заговоре! Да только спрашивать не стоило – сам в подозренье тут же попадешь!
– Ну а с ним как справились?
– Да вот служб тайных много было, перехватали народу тьму, а реальный заговор-то проморгали… Озлился народ сильно. В одну ночь перед дворцом вдруг собрался да штурмом взял. Ни войска не помогли, ни стража, ни службы. Уж до чего Фениамин все предусмотреть пытался, а не помогло. И оба моста опустились, и через стену народ как-то перебрался, и охрану верную да заговоренную перебил! Сам Фениамин молниями швырялся да проклятиями страшными, но и его как-то утихомирили. Как – не знаю, правда, по-разному говорят! Кто-то говорит, что одним из евойных приспособлений магических, другие говорят, что дева непорочная в одеждах белых, которую проклятия не брали, третьи – что скинули его куда-то… В общем, муть какая-то… Уж деву наверняка запомнили бы…
– Так, интересненько… А скажи, были еще кто-нибудь – не только короли, – кто еще жертвоприношениями увлекался? Какие-нибудь тайные общества, культы?
– Бывало и такое у нас! Вот Черный Паук такой был. Самый известный из всех. Очень большое тайное общество создал! Во многих государствах действовало. Сколько людей входило – неизвестно, тайное ведь общество было, но святилища много где находили… Потом! Говорят, и простой крестьянин мог быть его членом, и аристократ из самой знати… Так что сила у Паука была невероятная! Его потому Пауком и прозвали, что он такую как бы паутину сплел, что все вокруг покрывает, нити повсюду тянутся, чуть тронешь где – вся сеть задрожит, а сам вляпаешься. А паук уже тут как тут! Вот они много людей в жертву принесли! Но никто толком не знает сколько – они хорошо прятались и следы заметали, а стража да власти их покрывали!
– Ну а этого славного господина…
– Прирезали. – Старик сказал это таким будничным тоном, что даже обидно как-то стало за коллегу…
– Как прирезали? Кто? Какая-нибудь очередная дева непорочная в одеждах светлых или юнец безусый со взором горящим? Пылкий возлюбленный, спасающий невесту из объятий Паука, или отчаянный мститель за гибель родных?
– Да нет, вроде кто-то из приближенных, не знаю толком.
– А чем? Неужели обычным оружием? По логике, оно ему уже должно было быть не страшно?
– Мало ли заговоренных клинков на свете! Этого добра где угодно полно. В любую лавку зайти можно – там сразу шепотом расскажут, что только у них, только сегодня, вот уже тысячу лет специальный кинжал, великим темным магом из упавшей звезды выкованный, в крови дракона закаленный, семь дюжин смертоносных чар на него наложено, а что поржавел слегка, так вы не смотрите, это он так замаскирован!
4
Ясненько… Что-то мне после такой лекции даже из кристалла вылезать не хочется… Подведем итоги… Разные люди в разное время разными способами пытались обрести силу и одинаково не преуспели. Не помогала ни техника, ни грубая сила, ни паранойя, ни заклятия, ни конспирация… У противника в любой момент оказывался не просто козырь в рукаве – у него было готовое каре тузов, да с джокером в придачу… А в кармане небось еще и наборы на флеш-роял любой масти… То, что кто-то сумел обойти запрет на технологию, очень радует… Не потому, что я планирую собрать атомную бомбу, а потому, что правило Голоса оказалось хотя бы относительно условным… Плохо иметь дело с совсем уже совершенным противником. Общие черты – ребят били их же оружием. Совпадение?.. Или так удобнее? Или, может, еще интереснее – каждый шаг очередного Темного Владыки был своеобразным спусковым крючком для цепочки действий, которые неизбежно приведут к его гибели… Как там Голос говорил про последствия? Во-во! Все равно что начинать партию с опытным шахматистом, для которого все ваши потуги просчитаны наперед. Кстати, интересно… Этого юношу с мечом на битву тоже Голос подговаривал? Может, это он просто так развлекается, сволочь нематериальная, пылесосом его за обертоны… Кто-то в солдатиков на ковре играет, а кто-то в натуральную величину… Скучно ему. А Темные Властелины сиди тут, придумывай зловещие планы… А как же развитие, скачок и прочее… Или это он мне так наврал для поддержания духа? Спешите видеть – Властелин Тьмы обнадеженный, одна штука… в упаковке! И старик-фанатик в придачу… И два дурня в довесок, в качестве бонуса! Трепещи, Вселенная, мы идем… Точнее, меня можно толкать на тачке, для пущего величия…
Ладно, хватит ерничать! А про скачки мы сейчас и спросим:
– Скажи, а машины этого Огнеметателя в войнах после него применяли?
– Нет, Повелитель! Боялись их! Да и как кто пытался такую соорудить, так на него сразу всем скопом и наваливались, а потом уж и забыли, как машины делать, да и с маслом что.
– Так, а подготовку воинов по методу Топора?
– Тоже нет! Тот знал, тот чувствовал, кого куда надо, кому с чем лучше будет! Да и слушались его во всем и сразу! Ну а так – по старинке: или у кого что есть, если ополчение какое, а если дружина князя какого – то как князь решит.
– А законы Чернокнижника?
– Да кто ж их после такого чтить-то будет?! Если даже с мудрым и добрым такое делается! Не, уж лучше как обычно! Хоть и несправедливо где, а все спокойней! А книжки его потом хорошо горели. Говорят, пламя фиолетовое до небес прыгало!
М-да… Теория «Темный Властелин – двигатель прогресса» провалилась… Не очень-то нашему Голосу скачок нужен… Или он что-то другое под скачком имел в виду? Точно не технологию. Точно не социологию… Про эволюцию не скажу…
– А сколько вообще ваша история лет насчитывает?
– Не знаю, Повелитель! Много тысяч – так точно, а раньше как – не знаю. Люди по-разному верят и считают по-разному! Те от одного сотворения, другие от другого! Записывают редко, а горит все часто. Как один сосед другого завоюет, так и попалит все записи – чтоб неповадно было и чтоб считали как завоеватели!
– А про большие завоевания, я так понимаю, ты мне уже рассказал…
– Да, Повелитель! Огнеметатель да Топор самые великие завоевания совершили! А так – поженят соседи своих детей – вот и страна в два раза выросла, и войско в два раза! И вот уже на остальных соседей, с кем раньше дружились да мирились, косо смотрят да слюни пускают! Если те не сообразили вовремя, то и завоюют парочку… Вот вам и готовое королевство, большое завоевание! А там и дети меж собой передерутся да поотделяются друг от друга… И все начинается заново!
Мамочка, заберите меня в дурку! Буду сидеть на пару с Наполеоном и в картишки лениво перебрасываться!
5
Старик молчал – явно жаждал продолжения беседы… Мне же очень хотелось все обдумать… Услать бы его куда, но страшно… Тюкнут его при очередной попытке найти добровольную жертву – и останусь я без консультанта! Сыновья во время лекции сидели с отсутствующим видом – на разговор им было начхать, они как бы и так при деле, а история и образование их не касаются. По крайней мере, так мне подсказывало новое чувство… А как же Паук, прирезанный кем-то из своих? Нестыковка? Мало информации?.. Я этих красавцев насквозь видел! Может, там кто покруче был? Какой-нибудь Назгул Снейпович? Ох-хо-хо! Так, решаем вопросы по мере их поступления… Вопрос первый: это глюк? Как бы ни хотелось верить в положительный ответ, надежды на него все тают и тают… Слишком много подробностей, имен, названий… Непохоже это на обычные глюки! На необычные тоже… Так, ладно, если это все-таки глюк, то он закончится… А пока будем исходить из того, что это все вокруг – новая реальность, данная нам в ощущении. Вопрос второй – из кристалла выбираться будем? С одной стороны, стремно… Тут только высунься – сразу все напасти обрушатся на маленького Темного Владыку! Срам, да и только! Выбираться надо однозначно, даже если потом не светиться… Забавный термин для Темного Властелина! Вопрос третий: как??? Кровушка, значит… И явно не коровья… кстати, в корове крови много должно было быть… меня, конечно, хорошо потерли, но на ведро не тянет!
– Эй, Салкам, скажи, кровь жертвы вся нужна или можно символично?.. Да, и еще: убивать обязательно – или жертву можно оставить в живых?
– Чтоб жизненную силу получить, жертву надо убить – как иначе сила перейдет? Про кровь не знаю… Может, можно и частью обойтись… Мы вон курдюк один по дороге потеряли, а все равно подействовало!
М-да-а… Традициями не разбрасываемся – если положены Темному Владыке приспешники-идиоты, то так тому и быть… Курдюк они потеряли! А на поблажку особенно можно не рассчитывать – бескровный вариант не пройдет, похоже… Не то чтобы меня очень пугала или отвращала мысль о массовых убийствах на алтарях, но удовольствия и восхищения она явно не приносила. К тому же все «кровавые» варианты просчитывались наперед достаточно легко… С печальным финалом. Похоже, нужно придумать что-нибудь совсем оригинальное, чтобы хоть протянуть подольше…
– Много крови для обряда надо?
– Сила и кровь пятнадцати сме-э-эртных нужна, чтоб оковы Влады-ы-ы-ыки сокрушить и на во-о-о-олю вышел он! – Когда речь заходила про кровь и жертвы, старик начинал говорить высокопарно, да еще и гласные растягивал. Историю он рассказывал, как простой любитель сплетен.
– Тут в округе зверье водится какое?
– Водится мелочь всякая… Недостойная быть в жертву Повелителю принесенной! – Старик понял, куда я клоню, и его этот вариант не устраивал – ему уже виделись кровавые оргии!
– А собаки бродячие годятся?
Старик бухнулся на колени и взвыл:
– Прости-и-и меня, о Повелитель! Спешили мы к пробуждению твоему!
– Значит, годятся! – Слушать вой еще раз не хотелось. – Значит, сгодится и мелочь… Так, дальше. – Деньги у вас есть при себе?
– Мало, Повелитель! Почти все сбережения на дорогу ушли!
Идея с закупкой откладывалась до лучших времен…
– Значит, так, орлы, слушай мою команду. Один отправляется наружу и организует охоту на местную фауну… Второй занимается добычей материала для строительства алтаря и подготовки лагеря… Вы ж небось еще и жрать хотите все трое, а припасов нет!
– Проницательность твоя достойна легенд, Повелитель! Так спешили мы, что не заготовили еды в достатке!
– А сопли вам не вытереть случайно? А одеялом не укрыть? Колыбельную не спеть на ночь? – Был бы пистолет – застрелился бы!
6
План созрел довольно быстро. Но был в нем ряд нюансов: я не знал этого мира, соответственно я не знал обычаев его жителей, их привычек, повадок, фольклора и так далее… Как правило, даже в другой стране у туриста возникает масса забавных казусов – особенно если человек неопытен и стремится выдавать себя за местного. Любая его невинная шутка может обернуться оскорблением, сравнение может быть непонятым, а простой интерес – поводом для разборки… Сам факт, что человек «не свой», – уже достаточный повод для проблем, особенно если культурный уровень народа невысок, а основной способ решать проблемы – силовой… А тут явно такой случай… С их-то культурной революцией…
Рисковать не хотелось, пускать все на самотек – вообще исключено. Надеяться на проницательность старика – а именно ему предстояло сыграть главную роль – было, прямо скажем, мало поводов. Значит, моя основная задача – четкие инструкции. С одной стороны – чтобы не перепутал, а с другой – чтобы действовал исходя из ситуации! Тоже мне первая заповедь Темного Властелина. Можно сразу сформулировать еще одну – кадры решают все… Но ее уже и так выводили, а выбирать пока не из чего.
– Салкам, я хочу, чтобы ты отправился в город. Не в эту ближайшую деревушку, а покрупнее… Туда, где много проезжих. Найди человека… Какого-нибудь громилу-бугая-дебошира… Думаю, по трактирам таких полно, но не спеши – понаблюдай немного. Он должен быть не местным – компания нам не нужна пока, лишние слухи и воспоминания тоже. Постарайся на глаза не попадаться, но если заметит – ничего страшного. Подкатись к нему с историей о тайнике – дескать, ты знаешь, где в горах есть тайник с награбленным каких-нибудь разбойников… Кстати, у вас такое практикуется?
– Конечно, мой господин! Разбойников на дорогах всегда много, особенно если год неурожайный выпал. Но тут их мало – торговцы почти не ездят, а с тех, что ездят, – брать нечего!
– А тайники и истории про них любят?
– А то как же! Пожалуй, самые любимые! Да и сами разбойники их любят рассказывать – особенно если на патруль нарвутся!
– Ну вот и замечательно. Расскажешь, что вход завален здоровым камнем, – тебе одному не справиться. Добро пополам, и молчок. Если посчитаешь нужным, можешь придумать и более оригинальную историю про сокровища – что тебе из них одно кольцо нужно фамильное или свиток какой… А все ценности может себе оставить – если вдруг у нашего гостя компания образуется или приступ паранойи, а то и жадности, по дороге скрутит. Когда доберетесь до места, угости его снотворным. Прими противоядие заранее и сербай из общего котла, если у вас так принято. Снотворное сможешь сам приготовить? Или купить надежнее?
– Не надо, Владыка! Зелья разные варить обучен! Как надо, все сделаю! – В глазах старика засветилось понимание и азарт. Похоже, мой план был достаточно коварен для Темного Владыки, так что очередного приступа разочарования не последовало.
– Будь осторожен. Не спеши. Сам понимаешь, цена ошибки высока, а время вполне терпит! Твои сыновья сами в состоянии закончить алтарь и проводить обряды?
– Да, господин! Я их обучил! Они, может, не шибко сообразительные, но старательные. Все помнят и как надо сделают!
– Хорошо. Тогда отправляйся, как будешь готов! – Последние слова старика меня изрядно порадовали – если сорвется первый «залп», есть еще запасные «патроны».
Старик ушел. Время от времени появлялся один из сыновей с грудой камней или какой-то большой миской со скрепляющим раствором – глиной или илом, – мне было не видно, да и без разницы… работа идет, и ладно. Ночлег себе старик с сыновьями организовали ближе ко входу – моего «царственного уединения» старались не нарушать. Там же они готовили еду. Больших успехов в охоте братья не добились, но и с голоду, похоже, не помрут. Какие-то крупные грызуны (мелкие шли как приманка для более крупной добычи), реже – мелкие хищники. Один раз – крупная птица. Похоже, ребята уставили силками и ловушками всю округу. Добычу старались брать живьем и в максимально неповрежденном состоянии. Ее торжественно доставляли ко мне и проводили обряд. Смотреть на это было неприятно, но отвернуться не было возможности. К тому же надо было понять суть и особенности обряда, а также оценить «потери от некачественного проведения». После каждого ритуала я чувствовал, как в меня поступает капелька силы, капелюшечка. Разобраться в нюансах при такой микропорции было невозможно, но процесс шел. Кровью жертв окропляли кристалл. Каких-нибудь трещин в нем я не заметил, но четкость зрения и острота слуха еще немного выросли.
Времени я не чувствовал и мог легко уходить «в себя», пока вокруг не происходило ничего интересного. Один раз пообщался с кем-то из братьев. История, которую мне рассказал немолодой уже мужчина, трудно назвать интересной. Росли в небольшой деревне. Чудаковатый отец их в глаза почти не видел… Он никого и ничего в глаза почти не видел – все носился со своими снами или возился с зельями. За зелья его в деревне и ценили – не колдун, конечно, но отвар от живота сделает или что приворотное. Таким вот зельем его самого и приворотили да женили на третьей дочке кузнеца, от которой шарахались в стороны даже выпивохи! Жили бедно, работали много. Если неурожай, то на отцовы зелья одна надежда. Могли бы на них и получше жить, но отца это не интересовало. Потом заболела мать. Отец многих в деревне вылечил, а ее не смог… или не захотел. Остались втроем. Отец учил понемногу зельям и заклинаниям. Рассказывал про приход и что случится потом. В деревне их сторонились, но не трогали. А потом, «в один прекрасный день», отец вдруг объявил, что «день настал», они пособирали вещи и отправились в путь. Такая вот нехитрая история. Я подумал, что из подобных историй состоит вся жизнь если не всех, то многих… очень многих людей как в этом мире, так, похоже, и в других. Родился, рос, учился, женился, работал, умер. Одна строчка… Вся жизнь для кого-то…
7
Они пришли дней через десять. Точнее не скажу, да и не надо. Вернее, не пришли, а пришел. Старик пришел. Его спутника сыновья внесли и взвалили на алтарь. Вот и ты, мой первый. Кровавое крещение? Парадное блюдо на столе в честь дня рождения Владыки? Бе-э-э-э! Дать «задний ход»? Здоровый мужик явно уголовной наружности спал как убитый. Тем не менее и его я видел насквозь… Его история тоже не блистала оригинальностью, а подробности и имена были мне неинтересны. Я прекрасно чувствовал ту злость и обиду на весь мир, которую всю жизнь испытывал этот тип. То, как он мстил всему миру, а точнее, всем, кто под руку попадался, кто был слабее. Как сформировалось его жизненное кредо – лучше бить, чем получать, лучше отнимать, чем работать, и прятаться, если идет кто-то сильнее. Скажете, оригинально? Увы… Облава, тюрьма, боль, унижение, еще больше обиды и желания расквитаться со всеми. Мой старик был для него подарком судьбы: громила даже и не думал с ним делиться – он вообще не знал такого слова, – он собирался пристукнуть его прямо тут, на месте тайника, притом считал такой исход настолько нормальным, что даже искал повода за что-то на старика обидеться, а то как-то нехорошо получается… Ну не в плане нехорошо, что пристукнул за клад – клад-то и так его, это ж понятно, – а что пристукнул без повода… Приступайте, господа…
Все прошло как по маслу. Особых эмоций в процессе не возникло – зверюшек было жаль намного больше, просто мы с этим громилой поменялись местами в пищевой цепочке. Его сила хлынула в меня приятным потоком. Да, это было очень приятно. В этот раз порция силы позволила «распробовать» некоторые нюансы – далеко не все, конечно. Но я уже понял, что эта сила имеет много составляющих, количественное выражение которых напрямую зависит от типа жертвы. Моя первая жертва имела ярко выраженную физическую доминанту, в ущерб, скажем, интеллектуальной. Соответственно я получил от нее больше физических возможностей. Вроде логично, но нуждается в уточнении.
Наконец появилось что-то, напоминающее трещины. Реальное начало моего пути было положено, и назад дороги не было… Впрочем, ее и так нет, этой «дороги», – никогда и ни для кого.
– Молодец, Салкам! Ты славно все организовал!
– Наивысшее счастье служить Повелителю! – Старик был по-настоящему счастлив и горд. Сбылось наконец его предназначение… Как мало надо кому-то для счастья…
– Когда отдохнешь, продолжай. Как думаешь, ты не привлек внимания?
– Нет, Повелитель! Этот тип убил бы любого, если б заподозрил, что за нами следят.
– Хорошо. Но на всякий случай отправляйся в другой город.
– Как прикажете, Владыка!
Старик ушел. Тело жертвы сыновья закопали в одной из соседних пещер – благо их было много. Имущество – жилет из грубой кожи и что-то напоминающее шестопер – достался старшему из братьев. Хотя одежонка была явно великовата, это было значительно лучше, чем серая хламида.
8
Вторая жертва, с одной стороны, была совсем не похожа не первую – маленький и юркий мужичок совсем не напоминал того громилу, что был первым. Их можно было сравнить, как крысу и быка. А вот с точки зрения «облико морале» номер два мог спокойно переплюнуть первого. Крыса – она и есть крыса. «Мокрых» дел за ним, кстати, тянулось побольше. Я каким-то образом мог уже и это чувствовать. Мокрых, грязных, кровавых… преимущественно в спину и ночью. Одно существенное отличие все-таки было – он не просто нашел повод для расправы над стариком, он таких поводов нашел сразу два: во-первых, старик был выше на полголовы – непростительное оскорбление, которое ему наносило почти все человечество! Во-вторых, он крайне негодовал из-за нечестного дележа добычи. Делить-то он тоже не собирался, но это была хитрость, а вот предложить старик обязан был девять десятых – ведь всю работу предстояло делать ему! Впрочем, за это он собирался использовать старика как тяглового мула до ближайшего населенного пункта – и прирезать того уже у ворот, а то в это время года можно легко простудиться, если вспотеешь. А ты непременно вспотеешь, если будешь переносить тяжести (его воображение рисовало целые сундуки ценностей), ну а старика и не жалко – все равно помирать! Такой вот субчик.
А вот с номером третьим вышла загвоздка. Третьим в мои покои был доставлен достаточно невзрачный юноша. Впрочем, это по нашим меркам его можно было так назвать. По местным же (по логике, опирающейся на законы этнографии нашего мира, – не уверен, что они действуют и тут) он вполне тянул на молодого мужчину, по крайней мере очень хотел за такового сойти.
Я не очень терзался совестью после первого… После второго подумал, что мне еще спасибо сказать должны за подобную дератизацию, а вот тут сразу скомандовал: «Отставить!» Старик удивился, но, разумеется, даже не подумал возразить.
– Развяжите его. Пусть пока полежит на алтаре, ничего. Принесите еды, воды и его вещи. Сон скоро пройдет?
– Через десять – двенадцать часов, Повелитель, не раньше – я клал большую дозу зелья.
– Хорошо. Ждите дальнейших инструкций, а пока отдохни. Как его зовут?
– Айрин, Повелитель!
Передо мной лежал юноша, не так давно ушедший из дома. Можно было бы сказать – сбежавший, но нет. В его возрасте человек давно в состоянии просто уйти. Но для себя самого, в своей голове, он явно сбегал. Деревня, работа, строгий отец, постоянно обвиняющий в слюнтяйстве, старшие братья, шпыняющие младшего, мать, запрещающая мечтать, и большая тяга к чуду. Ты пробовал драться – и тебе сломали нос. Ты тайком стрелял из лука – и был не раз наказан за то, что взял без спроса чужую вещь. Ты убегал из дома в лес, где срубал одуванчикам головы саблей из прутьев, – и был осмеян сверстниками, которые уж конечно намного серьезнее и больше понимают в премудростях деревенской жизни. Ты ушел из дома, когда ровесники уже переженились и обзавелись детьми, а ты сам был по-прежнему младшим-на-побегушках. Ты не собирался грабить моего старика, ты просто хотел ему помочь… Мальчик, ты хотел приключений – ты их получишь. Будешь ли ты мне потом благодарен, вот в чем вопрос…
Я сомневался в первом случае. Я не сомневался во втором. Не сомневался я и сейчас! Темный Властелин, говорите? Так вот, на правах Темного Властелина чхал я на все правила и образы, вместе взятые.
– Давай, парень, просыпайся. Впрочем, если хочешь, вполне можешь и немного поваляться – я не спешу. – Я почувствовал, что юноша проснулся, но показывать это явно не торопится – он уже понял, что его опоили, и надеялся изучить текущую обстановку, прикинувшись спящим. Услышав мое предложение «поваляться», парень слегка покраснел и поднялся. Не знаю, что он рассчитывал увидеть и сказать увиденному прямо в лицо (как и должно поступить храброму юноше), но его заготовленная фраза застряла в горле и вырвалась удивленным покашливанием – здоровенный прозрачный кристалл с сидящей внутри фигурой в стандартный список возможных похитителей явно не входил. Начала беседы этот факт явно не изменил:
– Кто ты?
– Тот, кому служит Салкам.
– Так история про тайник – это выдумка?
– Отчасти. Тайник, как видишь, есть. В некотором роде есть и камень, который преграждает путь… И ему действительно нужна была твоя помощь, чтобы этот камень убрать.
– Зачем вы меня усыпили?
– Чтобы тебе не было больно.
– Вы хотели меня убить???
– Если бы я хотел тебя убить, ты бы уже был мертв. Ты свободен, можешь идти куда пожелаешь.
– В смысле?
– Все твои вещи при тебе, руки и ноги не связаны, путь наружу не охраняется, еды и воды на дорогу хватит…
Парень торопливо похлопал по карманам своей куртки, что-то явно проверяя, осмотрел следы от веревок на запястьях и как-то недоверчиво покосился на еду. Затем он поднялся и внимательно осмотрел алтарь. Следы крови на нем не оставляли возможности каких-либо иных толкований его использования. Затем он еще раз внимательно осмотрел меня и нерешительно сделал несколько шагов к выходу – словно проверяя, не наврал ли я насчет охраны. Признаться честно, наврал. У входа караулил один из братьев, и я легко мог до него «дотянуться» и приказать остановить мальчика, в случае чего… Но любопытство все-таки одолело испуг, и он спросил:
– А почему вы меня не убили?
– Потому что ты не хотел смерти моего старика. Те, кто были тут до тебя, желали смерти и легкой наживы… Они получили смерть… А ты хотел приключений… И получил. По-моему, вполне… Закономерно.
– А зачем вам это нужно?
– Чтобы освободиться. Я, как видишь, нахожусь в несколько скованном положении…
– А кто вас так?
– Ты не представляешь, как я хочу сам это узнать… И сказать этому шутнику пару ласковых слов, будучи не заточенным в кристалл…
– И что вам надо для освобождения? Кровь?
– Да. Тот, кто меня сюда заточил, явно гуманизмом не увлекался… Лепестками роз тут делу не поможешь…
– Так, а кто вы все-таки такой?
– Я – это я. У того, кто меня сюда заточил, были определенные планы по моему использованию – не скажу, что они меня сильно вдохновляют и я собираюсь им следовать… А вот выбраться отсюда и попробовать во всем разобраться было бы очень неплохо…
– А чего хотел ваш пленитель?
– Хм, сущего пустяка – чтобы я залил землю кровью и устроил конец света.
– А вы?
– А я начну с него! Другое дело, что я совершенно не представляю, с чего начать.
Воцарилось некоторое молчание. Ситуация представлялась мне достаточно забавной. Я уже мог немного замутить ему мозги – на таком расстоянии это уже было можно, хотя бы отчасти. Но я не пытался. Более того, говорил я ему правду, опять-таки немного откорректированную и с учетом его представлений о морали. Они, кстати, не были такими уж рафинированными – парень достаточно хлебнул дерьма в жизни, чтобы хотеть хлебнуть крови. Я его зацепил, но он и так готов был зацепиться за что угодно – самостоятельный полет ему явно не подходил. Он уже хотел остаться, но не знал, как это сформулировать… Но и с мечом наголо в драку юноша лезть не собирался, это уж точно. Рыбка на крючке, теперь необходимо подсечь:
– Давай, Айрин, топай, малыш, ты же хотел уйти. – Как я и предполагал, парень сразу набычился – никому не нравится, когда его отправляют, а уж младшему-то и подавно…
– Откуда вы знаете, чего я хотел? – Вопрос прозвучал вполне-таки с вызовом. Небольшим, но для начала сойдет.
– Ну дай-ка догадаюсь, чего ты хотел. Ты хотел вернуться в свою деревушку на тяжелом боевом скакуне, укутанным в плащ благородных оттенков (чуть было не ляпнул «пурпурный» – а вдруг он тут цвет позора или еще чего-нибудь в том же духе… Все-таки деталей пока лучше избегать). Желательно также, чтобы тебя сопровождала прекрасная дама – не такая, как те девушки, что остались в деревне, а такая, как ты (опять-таки чуть не ляпнул про воительницу: а если ему нежную принцессу подавай?)! Кинуть на стол перед отцом тяжелый кошель с золотом и двинуть в челюсть того верзилу, что тебя так доставал в детстве, – как его, кстати, звали?
– Джером… Но откуда?.. – Парень был явно шокирован. Было бы от чего. Подобные желания испытывают все молодые люди… Уточните марку скакуна, тип валюты и параметры красотки… Тоже мне бином Ньютона.
– Ты можешь остаться. Но ты не сможешь уйти… Еще раз. – Вот теперь мне удалось его зацепить по-настоящему.
– Да, господин! Позвольте мне остаться и служить вам! – Дело было сделано. Парень раскрылся, и я каким-то образом мог принять его. Ключевым моментом было его искреннее желание – обязательное условие, без которого я не мог полностью подчинить его себе. Разумеется, никто не отменял таких возможностей, как деловое сотрудничество на базе общих интересов, работа за деньги, из страха или обмана. Но тут устанавливалась мощная связь, разорвать которую не так-то просто… По крайней мере, тем же деньгам или страху это не под силу. Ценный навык, очень ценный… Теперь мальчик служил мне.
9
Я приказал Салкаму обучить Айрина необходимым ритуалам. Юноша оказался весьма способным и быстро все усвоил. Кроме того, он явно превосходил братьев в ловкости и очень прилично владел пращой. Так что после «курса молодого Назгула» и юноша, и старик отправились на охоту – каждый на свою дичь. Я сначала хотел приказать старику привезти лук из города – парень им неплохо владел, – но пока раздумал: средств, оставленных нам нашими гостями, было не так уж и много. У громилы имелось несколько медных монет, а вот у ворюги нашлось и серебро… А мне бы еще обзавестись хоть каким-нибудь транспортом на момент освобождения. Да и старика гробить этими дальними походами не хотелось. На лошадь денег пока явно не хватало, на приличный лук, думаю, тоже. Хотя идея переключить парня на более крупную дичь меня очень прельщала – жизненная сила животных, потиху вливаемая в меня братьями, постепенно накапливалась, и ее не стоило сбрасывать со счетов. Появление в «рационе» крупной дичи могло значительно ускорить процесс освобождения и разнообразить мои возможности. До сих пор самым крупным успехом в охоте у братьев была большая хищная птица – что-то вроде орла. После нее я однозначно могу сказать, что улучшилось мое восприятие в целом и зрение в частности (что было очень неплохо – раньше я носил очки). Опять-таки – ненамного, но ощутимо. Я очень рассчитывал на то, что смогу перенять некоторые возможности и способности животных в той или иной степени – я пока не знал в какой, но очень хотел поэкспериментировать! Усиленное зрение, слух, обоняние и осязание, ускоренная реакция, а там и, чем черт не шутит, может быть, общение или трансформация… Одним словом, помечтать было о чем.
Следующие две жертвы ненамного отличались от первой. Здоровые, тупые и злые. А вот потом старик здорово меня удивил. То ли у него прорезалось актерское мастерство, то ли азарт взыграл, то ли удача иногда улыбается и Темным, но однажды ночью в мои покои ввалилась целая процессия – сыновья несли одного гостя, а старик с юношей – другого. Свалив свою ношу, сыновья отправились за кем-то еще, а Салкам принялся рассказывать.
Оказалось, что ему своей байкой удалось заинтересовать трех наемников. Причем, судя по их виду, далеко не новичков. Наемники (двое мужчин и одна женщина – первая представительница «слабого» пола, встреченная тут) были настолько заинтересованы в деле, что даже купили старику лошадь – дескать, потом отдашь. Лошадь отдашь, ибо оставлять свидетелей ребята не собирались. Похоже, их интересовал больше сам тайник, чем возможные «сокровища». Как я понял, глядя на наемников, они собирались разделаться с хозяевами тайника и завладеть «жилплощадью» – им как раз нужен был перевалочный пункт и возможный схрон на случай непредвиденных обстоятельств. Данная местность подходила им как нельзя кстати – некоторая удаленность от тракта, много пещер, относительно безлюдно, а наличие уже облюбованного и оборудованного кем-то места позволяла надеяться, что других «соседей» поблизости не водится. Так что мы обзавелись транспортом, деньгами и очень прилично экипировались – каждый наемник имел приличный лук, меч (два палаша и более легкая сабля) и кинжал. В качестве защиты господа и дама носили доспехи типа бригантины (когда стальные пластины приклепываются к многослойной тканевой основе – надежно, дешево и сердито, – стальные пластины и заклепки мог сделать любой кузнец, защиту это давало хорошую – лучше кольчуги, и при этом такой доспех сохранял подвижность). У нас такие были популярны до шестнадцатого века. Такие же юбки, имелись шлемы с бармицами, наголенники – в общем, нормальный комплект защиты воина, уже не раз побывавшего в бою и представлявшего, что полезно иметь, а что – выпендреж. Имелся также набор метательных ножей и довольно тяжелый цепной моргенштерн[1]… Понятно, тут это все имело свои названия, но это-то как раз менее всего меня заботило. Есть – и хорошо!
Рекордная порция силы влилась в меня, и я с удовольствием отметил – теперь уже точно вместе с силой воинов я приобрел часть их навыков. Раньше холодное оружие я видел только в музеях и на иллюстрациях различных справочников. Знал о нем в теории достаточно, чтобы не пытаться размахивать, изображая рыцаря или самурая, если уж мне доводилось взять его в руки. Был, правда, в детстве изрубленный декоративной катаной[2] старый диван и пара шишек, полученных при знакомстве с эбонитовыми нунчаками. Воспоминания об этом приятно грели и предостерегали от излишне бурных экспериментов впоследствии. Сейчас я получил то, что при обращении с оружием необходимо превыше всего: навык и опыт. И опять подчеркну – не много, далеко не все… Но это немного, да помноженное на три, – это уже кое-что, а такое кое-что, помноженное, в свою очередь, на чуток возросшую физическую силу, да на реакцию, да на восприятие, давало очень интересный результат. А главное – возможность интенсивного наращивания в будущем. Впрочем, про разных юношей с двуручниками забывать тоже не следовало. Можно вывести третье и четвертое правило Темного Властелина – не выпендриваться и не зарываться!
Кристалл покрылся настолько густой сетью трещин, что я уже подумал: а вдруг все? Но нет. Облом! Пока недостаточно.
– Салкам, сколько, по-твоему, еще крови надо?
– Совсем немного, мой Повелитель! Совсем немного! Прикажете отправляться за следующей жертвой?
– Нет. Отправляйся в деревню. Купи еще одну лошадь, хлеба и всего, что надо для большой поездки в город. Купи также животное, которого хватит для моего освобождения. Особо не привередничай: у нас теперь три лука, так что остаток доберем быстро. Да, кстати, зачаровать стрелы сможешь?
– Да, Владыка… – В голосе старика было такое недоумение, что я насторожился:
– Что-то не так?
– Правильно ли я понял, вас, Владыка, вы хотите купить что-то?.. У крестьян? – Проблема была ясна – несоответствие выбранных методов образу Темного Властелина. С этим следовало разобраться, и поскорее:
– Тебе жалко монет, Салкам? Или ты рассчитываешь, что мы пойдем на столицу с огнем и мечом, впятером вырезая все деревни по ходу? Я даже не знаю, что в данном случае глупее – первое или второе…
Кажется, до него дошло:
– Простите, Великий!
– Ничего, успеем еще! А что касается денег, это будет наше главное оружие, ну или одно из главных…
– Да, Владыка, как прикажете!
10
Вот он! Долгожданный момент пробуждения! На освобождение из кристалла мне понадобилось несколько месяцев, семь человеческих жертв из предполагаемых пятнадцати, множество мелких животных, птиц, а также корова и бык. Особенно символично было, что эта парочка парнокопытных открывала мой путь и закрывала его. Быка в пещеру тянуть не стали: к моменту его прибытия братья собрали «походный алтарь» – можно было и вообще без него обойтись, но пусть будет, не пропадать же силе попусту…
Кровь полилась на кристалл, раздался явный треск, нехорошее предчувствие запоздало проникло мне в голову, и я заорал:
– Быстро все вон! – Внезапное подозрение, подкрепленное треском кристалла, так поразительно похожего на треск льда под ногами, оказалось очень своевременным – не успели все сломя голову «очистить помещение», как кристалл разлетелся тысячами мелких осколков. Отброшенная взрывом лампа полыхнула в темноте и погасла. Думаю, всех, кто стоял бы рядом в этот момент, нашпиговало и инкрустировало бы так, что любая хоррор-выставка признала бы этот «шедевр» центром экспозиции. И не дай бог, такое приснится ночью – неделю спать не сможете. Вдоволь насладившись зрелищем, которое мое услужливое воображение уже нарисовало перед моим внутренним взором, я подумал: уж не маленький ли это «подарочек» от Голоса?.. Уж больно гадко выходит – старик-то явно был не в курсе относительно техники безопасности… Теоретически я должен был враз лишиться своей свиты и главного технического консультанта – и ступить на новую для себя территорию мало того что голый, так и совершенно один! Безрадостная перспективка…
Я наконец смог встать и всласть потянуться. За время моего заточения тело не онемело, мышцы не атрофировались, даже ноги не дрожали – хотя, по логике, вообще не должны были слушаться. Напротив, возможности моего тела значительно выросли – я никогда не был силачом, так что разница была весьма ощутима.
Я еще раз потянулся и позвал несостоявшихся кандидатов на фарш. Моя свита зашла в комнату и испуганно осмотрела следы от шрапнели на камнях. Масляная лампа, которую они оставили тут, превратилась в дуршлаг, но у братьев были факелы, так что света хватало. Более того, в их свете комната выглядела невероятно красиво – мелкие осколки кристалла, застрявшие в стенах, отражали свет факелов, создавая потрясающую красоту. Эта красота и натолкнула меня на следующую мысль:
– Салкам, а ты, часом, не в курсе, что это был за кристалл, в котором я был заточен?
– Боюсь, я не понял вас, Повелитель?
– Ну алмаз, топаз, хризолит или еще что?
– Простите, Повелитель, я не знаю этого.
– Дайте-ка мне кинжал.
Мне тут же протянули все кинжалы, что были в наличии. Один из них вызвал мой интерес – он явно принадлежал наемнице, кстати, лидеру тройки. Ничего особо примечательного – прямое лезвие, около тридцати сантиметров длиной, неплохая сталь, удобная костяная рукоятка – функциональное, удобное и достаточно качественное оружие. Именно то, что надо: никогда не был фанатом шипов, волнистых или сильно изогнутых клинков. Я выковырял из стены осколок и попробовал осмотреть грани – столкновение со стеной им не повредило, но большего я сказать не мог. Тут нужен специалист посерьезнее…
– Так, ребята, соберите, по возможности, все осколки. Если что не выковыривается – не мучайтесь. Возможно, это наш стартовый капитал… Обидно будет, если он ничего не стоит, но надо попробовать.
Пока ребята подметали пол импровизированным «веником» и выковыривали из стен осколки, я наконец оделся и прошел к выходу. Солнечный свет после месяцев, проведенных в темноте, неприятно резанул глаза. Я в который раз хмыкнул относительно собственной «темной» природы (вот уже и солнышко не радует), проморгался и огляделся. Назвать эту местность «горной» можно было с большим натягом… Опять-таки это скорее плюс – заниматься альпинизмом мне совсем не улыбалось! Незнакомые деревья и мелкая растительность в очередной раз напомнили мне, что я здесь совсем чужой, хотя я уже знал, какие из трав условно съедобны, а какие лучше не трогать. Интересно, сказать «спасибо» за это следует людям или животным? Или и тем и другим? Или их знания противоположны (лечатся же звери мухоморами)?
Наконец моя свита закончила сбор осколков. Я к этому времени успел помыться и поесть – словом, почувствовал себя живым человеком. Поверхность воды была плохим зеркалом, но меня не покидало ощущение, что моя внешность претерпела изменения вслед за сущностью. Я и раньше был вполне невзрачным человеком, теперь же мои черты стали настолько расплывчатыми, что составить фоторобот не взялся бы и опытный следователь. Запомнить мое лицо вряд ли представлялось возможным.
Походный лагерь был собран, и следы нашего долгого пребывания более-менее замаскированы – мало ли что… Ну параноик – согласен! Поклажа распределена по сумкам, благо пять лошадей – это достаточно, чтобы перевезти наши пожитки. Пора было трогаться в путь. Основную «ударную» силу представляли собой братья и Айрин – именно они нацепили на себя доспехи и большую часть оружия. Я предпочел ограничиться длинным кожаным плащом с капюшоном (ну хоть тут все по канону) и кинжалом. Несолидно? Может быть. Но я не герой компьютерной игры, в которой главное – навесить на себя побольше железа и побрякушек. Эта игра велась на другом уровне и по другим правилам.
– Внимание! Отныне и на будущее: у нас серьезный противник – он невидим и неосязаем, он почти всемогущ… Но он может ошибаться… Помните, я новичок в этом мире, поэтому любую странность, которую вы заметите вокруг, вы должны немедленно сообщить мне. Возможно, в этом заключаются наши немногочисленные шансы – распознать те ловушки, которые наш любезный друг расставил, чтобы нам скучно не было… Никуда не суйтесь, никакой самодеятельности, бравады и благих побуждений… Никаких авантюр и поиска приключений на свои задницы – думаю, они нас сами найдут… Более того… Они небось уже в очередь выстроились!
11
«Вдохновленные» моей речью попутчики молчали. Они все еще пребывали в легком шоке после взрыва кристалла (видно, воображение у них тоже услужливое), так что мое напутствие возымело действие и прочно засело у них в головах. До этого они были достаточно уверены в своей исключительности и неуязвимости – по принципу старого анекдота: «А нас-то за что?» А тут оказалось, что не просто есть «за что», а есть «кто-то», который очень хочет сделать с ними это самое «что» именно потому, что они такие исключительные, но вот только совсем не неуязвимые… Одним словом, моя «армия Тьмы» впала в уныние.
Пребывание в седле тоже не стало для меня проблемой – с одной стороны, сработал свежеприобретенный навык (до этого я на лошади катался всего несколько раз), с другой – лошадям, так же как и мне, было глубоко наплевать на каноны жанра – от меня они не шарахались и вообще проявляли полное безразличие. Такое «единство душ» меня очень радовало – не очень-то хотелось топать пешком по причине истерики гужевого транспорта, а совместно оплеванный канон может и потерпеть.
В целом наша поездка проходила очень спокойно. Не так много желающих останавливать процессию из пятерых вооруженных мужчин… Несколько раз встреченные патрули косились на нас подозрительно, но в рамках «служебного». Иногда на границе моей зоны восприятия я различал какое-то копошение господ-разбойничков, но те однозначно не собирались с нами связываться – есть клиенты и попроще, и пожирнее.
Лично для меня поездка была очень полезной и продуктивной. Порядком намаявшись бездельем за время моего заточения, я буквально накинулся на Салкама с целью получения новых знаний. Колдовать-то я мечтал всегда, а вот получаться начало только тут, и мне было очень интересно разобраться в самой механике процесса… Этакий теормаг для начинающих Темных Властелинов.
– Колдовство есть процесс преобразования внутренней энергии, маной называемой. Отдельно следует выделить процессы накопления, рафинации, концентрации, перемещения и связи внутренней энергии. Такая энергия есть во всем, что нас окружает, во всех живых существах и неживых предметах, только в разном количестве и разных типах. Поэтому разные типы колдунов из разных источников силу обыкновенно потребляют – это называется накоплением. Хороший колдун из любого источника силу способен накопить и в чистую ману преобразовать – это рафинацией называется. Говорят, настоящий некромант и на цветочном лугу погост организует (мне очень понравилась двусмысленность этого выражения)! У любого существа есть граница насыщения – естественный порог накопления маны. Порог этот не окончательный есть и при постоянной тренировке «растягивается». Энергию, или ману, можно передавать, перемещать, отделять, концентрировать и сохранять. Для некоторых заклинаний маны очень много требуется. Ее в заклинание можно частями вносить. Это значительно растягивает процесс, но открывает доступ к колдовству, намного возможности человеческие превосходящему. В процессе такого колдовства важная задача колдуна уже сделанное не растерять – не дать распасться или измениться той мане, которую колдун уже слой за слоем (ну или порцию за порцией) в заклинание внес. Это концентрацией маны называется.
Не следует ее путать с концентрацией самого колдуна, который заклинание накладывает, то есть ману трансформирует. Такая концентрация контролирует сам процесс трансформации маны – во что именно колдун хочет оную ману преобразовать, – ошибется немного, и вместо боевого топора букет цветочков призовет – аккурат себе на могилку… Ману передавать можно – такое обычно зачарованием зовется. Хочет колдун придать человеку или предмету какому свойства дополнительные – вот и передает ему ману, закрепляет ее, так сказать, на объекте. Мана закончится – и предмет зачарованным быть перестанет. Маны в зачарованный предмет подбавить можно – это много проще, чем заново зачаровывать. Можно, правда, так сделать, чтобы предмет навсегда зачаровать, – для этого кроме самой маны источник ее подпитки нужен: сердце, душа, искра – по-разному называют, но суть одна – то, где у человека или другого существа живого мана хранится и накапливается. Сущность эту изъять можно, как можно руку отнять, сохранить, – для этого кристаллы обычно специальные нужны, думаю, как те, в котором Повелитель заточен был. Но не знаю – сам таких не видел никогда, только слышал, да и то в байках в основном. Для того чтобы сделать это, бо-о-ольшим мастером надо быть – не встречал таких никогда. Слышал, что можно и без кристаллов обойтись, но тут уж совсем не знаю как. Чем больше сущность эта, тем больше сил в ней накапливается – до естественного предела, о котором я уже упоминал. В предмете растянуть его нельзя, изъятая сущность не «растягивается», хотя слышал я опять-таки, что можно для подпитки одного заклинания не одну сущность использовать…
Сущность эта, в предмет «подсаженная», сама энергию копит и заклинание в предмете питает. Предметы такие – большая редкость, потому как сделать их очень сложно, а колдуны, которые такое могут, в деньгах уже, как правило, давно не нуждаются, потому на продажу их не делают, для себя разве что… Но попробуй у такого отними – сам в предмет попадешь… И будешь чайник какой магический кипятить… – Старик явно увлекся своими мыслями, ушедшими с тропы образования куда-то далеко и надолго. Мое хмыканье вернуло его из нерадостной перспективы кипячения чужих чайников на землю, чему он явно обрадовался и продолжил: – Само же колдовство есть суть преобразование накопленной рафинированной маны по воле колдуна в концентрированную форму, или образ. Производится это путем заклятия – как бы формой или шаблоном магическим, на котором колдун концентрируется. Заклинание есть воздействие маны колдуна на ткань Мироздания. От силы и концентрации воздействия разные следы бывают – широкие, глубокие, ну это так, образно. Сконцентрированное сильное заклинание ткань Мироздания вообще прорвать может… Но о таком только легенды слагаются, а так этого не случалось никогда. Формы заклинаний разные бывают – устные, письменные, пассы. Иногда – вообще без дополнительных воздействий, но такое труднее всего. Форму каждый маг сам выбирает в каждой конкретной ситуации, или что кому привычно. В сложных заклинаниях обычно все формы используют – уж больно сложные и многослойные преобразования нужны. Заклинание произнесенное или начертанное, пассами подкрепленное, ткань Мироздания колеблет, и от этого по ткани волны расходятся, ну опять-таки образно. Результатом этого воздействия в мире изменения и происходят. Могущественнейшие из магов так ловко заклинания накладывать могут, чтобы волны от них друг на друга накладывались…
– Резонанс?
– Не знаю слова такого, Повелитель, вам виднее.
– Извини, продолжай.
– Когда волны заклинаний друг на друга накладываются, самая мощная магия рождается, самая сильная – такая, что все на пути своем сметает, и нет защиты от нее. Но очень это сложно так колдовать – таких колдунов за всю историю по пальцам одной руки пересчитать можно, да и то пальцы небось лишние останутся…
– А среди этих колдунов не было таких, которые жертвоприношениями увлекались?
– Неведомо мне… Мне о них вообще почти ничего не ведомо. А все, что ведомо, – вздор один, что неучи на базарах пересказывать любят. Я слабый колдун, Повелитель, но все же кой-чего могу… Может, и остались от них записи какие, так небось в глубоких тайниках или сокровищницах каких… – Старик какое-то время помолчал и потом добавил: – Сила Повелителя в том и заключается, что он сущности в себе накапливать может. Благодаря этому он может любых магов древности превзойти!
12
Следом за теорией пошла практика. Меня больше всего интересовал процесс зачарования – в первую очередь зачарования оружия, чтобы сила убитых им существ передавалась мне. Это оказалось несложно, если речь шла об одном или нескольких убийствах. Чтобы зачарования хватило на большее, заклинание следовало усовершенствовать. Вообще сама возможность усовершенствования заклинаний показалась мне очень логичной, особенно в свете той общей теории, которую поведал мне старик. К сожалению, углубить собственные магические знания в будущем у меня будет не так много возможностей – никаких магических учебных заведений в этом мире не было и в помине (а я, признаться, уже раскатал губу на очередное «высшее» образование). Люди со способностями к магии встречались редко. Еще реже их находили уже что-то умеющие колдуны и брали в ученики. Колдунов охотно брали на службу любые монархи – это считалось и престижным, и полезным. А вот переманить, убить или, на худой конец, скомпрометировать такого колдуна у соседа – так вообще задача первостепенной государственной важности. Ну и в случае войны на колдунов возлагались особые надежды, чаще всего необоснованные, так как при приеме на работу колдуны, как и всякие специалисты, проверить квалификацию которых невозможно, здорово набивали себе цену. Конкуренции боялись как огня.
А вот для устранения вражеских колдунов отряжались, как правило, лучшие специалисты… Так что о всеобщем магическом образовании или хоть о какой-то системе речи быть не могло. Деревенских колдунов и отшельников было совсем мало (Салкам – скорее исключение из правила, ведь к его подготовке «приложил руку» Голос… Интересно, какая «рука» может быть у «голоса»…). Да и специфика у них была своя – травы, настои, циклы роста, изредка – погода в простейших пределах. В общем, вариантов было немного – проситься в ученики к какому-нибудь магу, будучи инкогнито (крайне нерационально: делиться своими знаниями «учителя», как правило, не собирались, используя учеников в качестве подмастерьев), убивать этих самых магов (более полезно с точки зрения получения их сил, способностей и сущностей, но крайне опасно, особенно на ранних этапах моего развития) и добывать то, что осталось от магов прошлого (то же самое – такие сокровища хранились ныне живущими магами и правителями пуще всего золота казны). Короче, хорошо, что у меня есть Салкам! Для начала вполне хватит, а там – посмотрим. В любом случае до выхода на уровни королей и магов мне было ой как далеко!
Остановились на привал. Пока мои попутчики отдыхали и готовили еду (мне отдых от многочасовой скачки почему-то не требовался), я практиковался в нескольких простых заклинаниях на всем, что под руку подвернется: двигал камушки, заставлял летать перья, сжег какой-то маленький кустик и устроил настоящий террор небольшой группе симпатичных желтых цветочков, растущих недалеко от места стоянки. Интересовала меня жизненная сила растений и сроки действия зачарования моего кинжала (ничего я тогда толком не выяснил). Закончив расправу над ни в чем не повинной растительностью, я скептически хмыкнул – тоже мне картина маслом «Отдых Темного Властелина». Если когда-нибудь обзаведусь замком – непременно потребую нарисовать это эпическое батальное полотно и повешу над камином!
13
Вторую половину дня в пути я посвятил географии. Среди имущества наемников был приличный набор карт – карта королевства, в котором мы сейчас находились, карта материка в целом и, что особенно привлекло мое внимание и порядком удивило, – карта судоходных маршрутов с течениями. В целом карты были похожи на наши древнеримские – упор в них делался не на ландшафт, а на дороги и полезную информацию типа расстояний и важных объектов. Тут моим помощником и консультантом стал Айрин. До этого юноша возглавлял наш отряд, пока мы с Салкамом обсуждали магию. Фалиб и Рамус выполняли роль замыкающих. Ребятам очень нравилась их новая роль – доспехи, оружие и скачка пришлись им по душе больше, чем хламиды и охота на грызунов. Они даже улыбаться начали иногда. Сейчас старик возглавил процессию, а мы углубились в карты. Королевство, в котором мы сейчас находились, называлось Синдария – в честь ее основателя Синдара Великого, почившего лет эдак сто тридцать назад. Дядя успел неплохо повоевать, за что его Великим и прозвали. Вообще, как рассказал мне Айрин – а юноша неплохо знал и историю и географию, результат его увлечений романтикой, – «Великих» королей тут каждый второй, большинство из них уже и не вспомнит никто.
В нашей истории ситуация примерно такая же, насколько я помнил. А вот потомки Синдара умудрились наследство папеньки не разодрать и не упустить – большая редкость по здешним меркам! Так что королевство это считалось крупным, старым и сильным. С соседями серьезных войн довольно давно не было – нынешний король Рамзон пребывал в крайне преклонном возрасте, так что времена его боевой славы (не слишком громкой) прошли лет двадцать назад. Соседние королевства, а их было аж семь, понимали, что в случае большой войны с Синдарией они один на один не выстоят, поэтому вовсю старались дружить между собой (что получалось плохо, но более-менее – три военных блока вокруг было) и всячески демонстрировали свое дружелюбие по отношению к большому соседу. Результатом этого стала неплохо развитая торговля и весьма длинный период мира. Столица государства город Синдар (господин король оказался большим скромником, однако) был крупнейшим городом королевства и, по совместительству, крупнейшим портом. Сам город был очень старым – его основали в очень удобном месте на берегу морского залива, имеющего выход в океан, более тысячи лет назад, но после объединения страны и переименования столицы король повелел уничтожить всякие вещи, имеющие упоминание старого названия, и повелел пользоваться новым под страхом пыток и смерти – упоминание старого названия приравнивалось к государственной измене и неуважению короля. Таким образом, прошла очередная «культурная революция» – ведь уничтожены были все карты, летописи, хроники, которых было и так немного, – а народу повелели радоваться. Кто радовался недостаточно сильно, потом достаточно сильно жалел… Залив давал прекрасные условия для развития морского дела – судостроения, торговли, рыбного промысла – и естественную, хоть и неполную, защиту от пиратов.
Пираты были тут большой проблемой – множество островов (точнее, несколько архипелагов) давало им чудесную возможность спрятаться и отсидеться. Мягкий климат не усложнял и без того непростой жизни морских волков, а отсутствие стабильного «хозяина морей» делало морской разбой не то чтобы безопасным, но весьма привлекательным делом для утомленных тяжелым трудом крестьян или недовольных службой солдат. Единства среди самих пиратов тоже не было (на счастье небольших прибрежных государств). Сферы их влияния четко ограничивались территориями вокруг архипелагов. Далеко от своих островов пираты побаивались соваться – и суда не те (как и везде, пираты делали упор на скорость и маневренность, чтобы догнать нужное судно и уйти от возможного неприятеля), и риск нарваться на более серьезных противников или конкурентов велик. Пираты охотно нападали друг на друга и брали в плен – живой товар тут был весьма в ходу – и сбывали коллег по сходной цене в «своих» портах, где их ну в упор не узнавали и не признавали за пиратов местные власти и даже обычные моряки, за что в свою очередь пираты как бы не замечали кораблей этих портов, маршрутов и даже стран. Таким образом, пираты получали тройную выгоду – и деньги за рабов, и новые суда (ну не новые, но тоже сойдет), и уменьшение количества конкурентов, так что регулированием численности пиратов занимались больше сами пираты, чем королевские корабли, от которых корсары просто удирали (за редкими исключениями). Изредка организовывались карательные экспедиции, но опять-таки пираты узнавали о них раньше, чем каратели, и успевали благополучно смыться из региона «зачистки», прихватив все самое ценное. Особо сильно пираты тоже не наглели – с одной стороны, понимали, что если сильно безобразничать, то опасный участок маршрута будут просто обходить стороной, а с другой – основных торговых маршрутов было не так уж и много, и купцы предпочитали сбиваться в караваны сами или присоединяться к королевским караванам или флотилиям за умеренную плату – тут уж захочешь, да зубы обломаешь, а пираты самоубийцами не были и жизнь свою ценили. Морская карта наемников очень точно обрисовывала ситуацию, так что разобраться в ней было несложно.
Само государство можно было условно разделить на пять частей – столичная область (крупнейшая и центральная) и четыре области вокруг. Столицами областей были также крупные города, два из которых были портами. Городами управляли знатные потомки Синдара Великого. Как оригинально: господин король не только повелел забыть прошлые времена, но и позаботился о том, чтобы те, кто об этих временах мог тосковать, больше его не беспокоили, – большой гуманист, одним словом. Так что нынешняя знать была между собой в родстве и тихо ждала естественной смены власти, до которой тут осталось недолго… Смуты, впрочем, тоже не намечалось – у нынешнего короля был наследник, да и период стабильности всех устраивал больше, чем сомнительные шансы на престол. Такая вот география…
14
К тому моменту, как начало темнеть, мы подъезжали к постоялому двору. Еще завидев данное заведение издали, я отчетливо почувствовал – тут нас ожидают неприятности. Не очень серьезные, но и не ерунда… Подобная «телеграмма сверху» была очень кстати – я как раз раздумывал о нашей дальнейшей судьбе. С одной стороны, до главного тракта было не очень далеко – вполне бы добрались за пару часов, а на тракте постоялые дворы встречаются почаще, да и поприличнее. С другой – мы вполне были в состоянии переночевать, как раньше, под открытым небом – погода была хорошей, спальных мешков было в избытке. Третий вариант – встреченный нами постоялый двор вроде был самый лучший, но предстоящая опасность буквально махала нам из его окон, приглашая в гости.
– Салкам, что это за место?
– Не очень хорошее, мой Повелитель, – комнаты маленькие, еда плохая. Сюда заезжают только с главного тракта те, кому важнее сэкономить пару лишних монет, ну и из окрестных деревень иногда забредают. Что-то вроде нейтральной территории, где можно выпить и помутузить друг дружку без последствий. Иногда захаживают разбойники – пропить или сбыть втихаря награбленное.
Я попытался сосредоточиться на своих ощущениях. Предчувствия надо, во-первых, опробовать, во-вторых – «заострить». Не ерунда, типа обсчета или плохой пищи… Не драка в баре – что-то более… Узкое… Попробуют ограбить. Кажется, так. Я еще раз сосредоточился на здании… Нет, серьезных противников я не «нащупал». Ну что ж… Проверим предчувствие на точность… А может, и еще чего опробовать получится…
Подъезжая к зданию, спешиваясь и забирая вещи, я размышлял о законах жанра – интересно, может ли быть хоть какая-то история, в которой не будет мордобоя в трактире или еще чего-нибудь в том же духе? Просто классика какая-то! Мы явно не станем исключением из общего правила…
Постоялый двор полностью оправдал мои ожидания: большой, грязный, шумный зал, грубая деревянная мебель, голые бревенчатые стены, деревянные столбы, поддерживающие потолок, он же пол второго этажа, где предположительно находятся комнаты. Мощная стойка – этакий бастион, из которого хозяин наблюдает за своими владениями. Пара хмурых громил – явно охрана правопорядка – и несколько групп посетителей разной степени наклюканности… Дракой пока не пахло – и время не то, и компании подходящей еще нет.
Сказать, что мы стали сразу всеобщим центром внимания, – значит, очень поскромничать. Нас буквально просветили рентгеном насквозь. Судите сами: входят пятеро мужчин – один старый в синей мантии, один в черном плаще с капюшоном и трое в доспехах и увешанные оружием – двое побольше да посильней и один помоложе да пошустрей… Все что-то несут. Особенное внимание приковали к себе мешки с осколками. Кристалл-то был немаленький – я в нем целиком помещался. Собрали не все, но очень много: получилось семь хороших мешков (плюс пыль и грязь – времени промыть не было, да и необходимости пока тоже). На эти мешки и уставились все обитатели зала.
– Договорись об ужине и комнатах. Бери две комнаты – на троих и двоих, если есть, – шепнул я Салкаму.
– Да, Повелитель, – так же тихо ответил мне старик и направился к стойке. Там он быстро переговорил с трактирщиком – тот был сама любезность, хотя эта роль была ему явно в новинку. Подниматься в «номера» сразу мы не стали – не хотелось оставлять вещи без присмотра, а вот перекусить было самое время.
Мы оккупировали один из столов – в основном столы были большие: на компании, а не на одного-двух посетителей. Соваться в этот трактир одному человеку явно не следовало. Нас продолжали буравить жадными взглядами все без исключения. Ситуация начала меня забавлять – я уже представил, что они сами подерутся за право нас грабить. Притом хозяин со своими вышибалами пока представлял более грозную силу, чем подвыпившие постояльцы. Впрочем, я уже чувствовал, что наших «клиентов» тут пока нет, но они скоро заявятся. Мы наскоро перекусили – похлебка и тушеная капуста с чем-то похожим на мясо – дешево, сердито, не очень вкусно, но выбирать было не из чего, так что не будем особо привередничать, успеем еще! От дегустации местного алкоголя я воздержался и остальным не велел. Остальные взгрустнули немного, но, разумеется, возражать не стали.
Я хотел дождаться наших «клиентов». Через какое-то время – мы как раз заканчивали ужин – они появились: трое явных головорезов зашли в зал с видом если не хозяев здешних лесов, то, по крайней мере, «смотрящих». Они увидели нас, они увидели мешки. Я расслабился: вот и долгожданные неприятности! Мы с демонстративным видом спокойно поднялись, забрали наше имущество и направились на второй этаж.
Второй этаж представлял собой узкий коридор с дверями в одну сторону и грязненьким оконцем в конце. В коридоре ошивалась какая-то девица с веником. Судя по виду половика у входа на этаж, с веником его знакомили заочно при рождении половика лет эдак двадцать назад. Пол тоже не производил впечатления прибранности. Тем не менее девица была тут давно – она поднялась наверх, как только старик отошел от стойки: трактирщик ненадолго заходил на кухню «распорядиться насчет ужина», по его собственному выражению. Через несколько минут оттуда выскользнула втихаря данная девица и с веником наперевес прошмыгнула на лестницу. При нашем появлении она принялась вовсю имитировать бурную деятельность, но то ли сочла нас зрителями непритязательными, то ли у нее были твердые жизненные принципы, но веник с полом так и не соприкоснулись. Не судьба…
Я громко велел заносить мешки во вторую комнату – на двоих. Ребята оставили свою часть ноши и вышли. Я подумал, что Айрину лучше спать с братьями, – те представлялись мне более серьезной силой, чем паренек. Я сам собирался остаться с Салкамом – прикрыть его, в случае чего, проще было мне. Дальнейшее развитие событий представлялось как на ладони: девица (она, кстати, уже обратно ушмыгнула) сообщает информацию о местоположении таинственных мешков и ночью – думаю, часа через два после полуночи, – мы ждем гостей. А пока можно спокойно отдохнуть. Я рассчитывал справиться с гостями самостоятельно – на моей стороне был эффект внезапности (они думали, что на их), я легко чувствовал наших «клиентов» даже сейчас – они были в зале и уже обсуждали предстоящую «работенку» со странными «хмырями». К тому же коридор был настолько узким, что все равно работать предстояло один на один. И все-таки я решил сказать братьям, чтобы они меня подстраховали, – наши комнаты были рядом. Моя – дальше от входа. Полезут прямо в нее. Следовательно, вышедшие из второй комнаты братья преградят путь к отступлению. Отпускать гостей мне по понятным причинам не хотелось. Еще предстояло подготовиться к схватке. Недолго думая я опять решил ограничиться кинжалом – насколько я успел заметить, гости были вооружены довольно широкими саблями, ну или чем-то в таком роде – достаточно длинными, широкими и изогнутыми, так что им будет весьма неудобно, если они полезут в бой именно с ними, а они так и сделают, потому что в комнате размахнуться ими наискось вполне можно. А вот в коридоре…
Можно было на некоторое время расслабиться и выспаться. Предстоящая схватка меня не беспокоила – впрочем, на нервы я никогда не жаловался. Я не стал раздеваться и ложиться; как был, в плаще, так и сел посреди комнаты в ту позу, в которой просидел все время в кристалле, и «ушел в себя», ну или, скорее, наоборот – распахнул свой разум и оглядел все пространство вокруг: радиус моего восприятия изрядно вырос, так что охватывал весь постоялый двор и прилегающую территорию. Сам я пребывал в такой полудреме, при которой тело вроде отлично отдыхало, но и возможность проснуться оставалась в любой момент.
Они пришли точно по расписанию. Трое. Со своими громоздкими и неудобными железяками. «Добро пожаловать, ребята», – подумал я, вставая и снимая плащ: он все-таки мог помешать. Тихо стукнул условным стуком в разделяющую наши комнаты стену и стал у двери. Света не было, но мне он был и не нужен. Гости принесли с собой лампу – ее свет пробивался сквозь щели. Лампу явно оставили на полу, чтобы не занимала рук и не мешала. «А как же противопожарная безопасность, господа, – подпалите ж здание», – успел я подумать, а потом сделал свой ход.
Теоретически дверь открывалась внутрь комнаты – чтобы не перегораживать весь коридор в случае чего. Практически же эта дверь висела на таких хлипких петлях, что ее вышиб бы даже ребенок, а дверные коробки отсутствовали как класс. Так что когда господа грабители стали один прямо напротив входа и два по сторонам, я со всей силы пнул дверь. Та влетела прямо в нос ничего не ожидающего центрового – один временно пас. Пока двое оставшихся пытались сообразить, что произошло, и поднимали свои сабли, мой кинжал уже двигался к горлу того, что был по правую руку, ближе к лестнице (в случае боя у него было бы преимущество руки – он держал оружие в правой, и ему не мешал дверной косяк ткнуть острием прямо вперед, но он не успел этого сделать). Один поворот корпуса – и мы остались с третьим один на один. Шаг вперед – и все. «Путь к сердцу человека лежит через его желудок» – так, кажется? Мой учитель рукопашного боя был бы доволен. Когда дверь соседней комнаты только распахнулась и Фалиб вылетел в коридор с мечом наперевес (еще один любитель длинного оружия в узких местах), я уже ставил точку в этой истории и в жизни первого налетчика.
– Гляньте, чего у них есть интересного, – они явно не собирались возвращаться в свои комнаты. И попросите хозяина убрать помещение. Думаю, гостей сегодня больше не будет, – сказал я самым спокойным тоном, на который был в этот момент способен. Это все-таки было мое первое «личное» убийство. Ничего особого по этому поводу я не испытывал, да и учащенное сердцебиение быстро приходило в свой обычный ритм. Думаю, что никаких душевных терзаний у меня не предвидится.
– Да, господин!
Все произошло так быстро, что Салкам не успел даже вскочить. Пока Фалиб осматривал тела, а Рамус бегал за хозяином, старик смотрел на побоище и на меня.
– Мы уезжаем, Повелитель?
– Зачем? Смысл был тут оставаться на ночь, если мы не собираемся ночевать? Ложись спать, Салкам.
– Да, Повелитель! – Старик сказал это с изрядным удивлением.
Айрин стоял в проеме своей комнаты и восхищенно на меня таращился. Ему явно было жаль, что он не поучаствовал в сражении, но он понимал, что в этой ситуации только бы мешал.
Пока амбалы хозяина выносили тела, сам хозяин косился на нас с изрядным испугом – я прекрасно чувствовал, что, если бы на постоялый двор не заявилась эта троица, он бы сам попытался нас обобрать. Вид троих местных заправил, уложенных прямо у входа в комнату, без драки, с одним ударом на каждого, заставил его задуматься о собственной судьбе в схожей ситуации. Похоже, он даже дал зарок больше никогда никого не грабить, а только обсчитывать и разбавлять вино. Я так растрогался, что даже похлопал его по плечу, из-за чего дядя чуть в обморок не грохнулся.
Сила троих грабителей (разумеется, я зачаровал свой кинжал, как и все остальное наше оружие) стала прекрасной подпиткой для меня в конце этого долгого дня. Богатой духовно эту троицу не назовешь, но кое-какой опыт поножовщины у них был, да и силушки немерено. Что касается богатства мирского, то мы неплохо пополнили свои капиталы – ребята явно шли обмывать хорошее дело или скинули хозяину кое-какое добро… Похоже, именно второе, судя по тому, как хозяин косился на главаря, – ну извини, дорогой, не судьба!
15
Проснувшись наутро, мы не торопясь привели себя в порядок и позавтракали. За ужин и комнаты нам пришлось платить вперед. В этот раз про деньги никто даже не заикнулся. Вообще за все утро мы не видели ни одного постороннего человека, кроме хозяина и той девицы, что «готовила нам комнаты», и не слышали ни одного слова – только судорожные поклоны от хозяина и девицы на прощанье. Наши лошади были вычищены и накормлены (в отличие от других лошадей, стоящих в конюшне). Мы погрузили наше имущество и отправились дальше.
К полудню выбрались на основной тракт – широкую, хорошо утрамбованную, хоть и немощеную дорогу. Трасса была вполне загруженной – телеги и верховые, едущие в разных направлениях. Конные патрули встречались довольно часто. Внешний вид солдат меня вполне удовлетворил – неплохие латы, копья, на поясах прямые мечи. Все как положено. Пеших странников было немного. Вся эта информация накапливалась у меня в голове – что везут, насколько накормленные лошади тащат повозку, чем отличаются лошади патрульных от тягловых, во что одеты встреченные нами люди – все это полезно. А уж в той игре, в которую нас втянуло, – и подавно мелочей нет и быть не может.
Пообедали мы в придорожном трактире – куда более приличном, чем наша «ночлежка». В этот раз обошлось без приключений, да и еда была значительно лучше: я умял половину запеченного цыпленка и подумал, что жизнь вполне налаживается.
После обеда двинулись дальше. Моим собеседником вновь был Салкам – мы продолжали наши занятия по базовой магии.
К вечеру мы подъехали к городку под названием Гарак (тоже какой-то завоеватель, только совсем древний, так что его переименование не коснулось, а может, потому что городок был небольшим). Тут мне предстояла некоторая практика – у ворот города стояла стража и досматривала всех въезжающих и выезжающих на предмет контрабанды и сбора пошлин. Мне совершенно не улыбалось объяснять стражам правопорядка, которые, думаю, везде одинаковы, что за камни мы везем, откуда они у нас и прочее: слишком необычный груз. А необычный груз, как правило, означает, во-первых, повышенное внимание, а во-вторых, заоблачные пошлины (то, что груз не подлежит идентификации, как правило, никого не смущает – плати, и все). Короче, мне предстояло отвести глаза страже у ворот. Нужное заклинание я уже освоил и последние пару часов практиковался в нем на моих попутчиках. Попутчики стоически терпели мои издевательства, но зато в город мы прошли без приключений, заплатив только за лошадей. Я мог бы попробовать сделать так, чтобы стража на нас вообще не обратила внимания, но тогда бы это заметили другие путники, а накрывать заклинанием большую площадь мне не хотелось – тяжело, да и смысла нет.
В городе было много проезжих, и внимания мы не привлекали. Остановились на ночь в средненькой гостинице и опять-таки без приключений переночевали (я уже начал было беспокоиться о законах жанра). Я никак не мог решить для себя один вопрос – отправляться в столицу или попробовать разнюхать тут что-нибудь полезное, а то и побезобразничать? В любом случае следовало избавиться от лишнего груза – оружия наших ночных гостей и некоторого имущества моих первых жертв. Этим мы и занялись наутро. В городе был неплохой рынок, и мы довольно быстро нашли торговца «подержанным снаряжением», который не задавал лишних вопросов относительно происхождения наших трофеев. Разгрузившись и пополнив кошелек, я все-таки решил прогуляться как следует по рынку – посмотреть товары, цены, понять, чем и как тут живут люди, в конце концов. Люди тут жили неплохо (относительно, конечно), перевалочный пункт на тракте между двумя большими городами обеспечивал постоянный поток клиентов. Особого «производства» в городе не было, так что торговля и услуги постоялых дворов были главными источниками дохода, а рынок – душой и сердцем города. Я довольно долго шатался между рядами и палатками. Слушал сплетни и ворчанье стариков, приценивался к копченому окороку, отбивался от продавца сукном (он почему-то решил, что мне непременно надо приодеться, притом обязательно в одежду из его уникального сукна, – помогло только некоторое магическое вмешательство, так бы не отстал). Кроме всего прочего, я учился управлять своим восприятием – постоянно ловил какие-то обрывки мыслей, разные эмоции (причем плохие – типа страха и алчности – ловились намного лучше: профессия обязывает), пытался понять намерения и предугадать различные мелкие события типа исхода сделки или попытки облапошить очередного клиента. Неплохой полигон для испытаний и никакого лишнего внимания.
Хотя насчет «внимания» я поспешил. Когда уже собирался закругляться, я почувствовал на себе некоторый подозрительный интерес. Остановившись и прикрыв глаза, попытался, пользуясь новым умением, определить источник этого интереса. Источник находился сзади, и то ли моя остановка посреди прохода, то ли «исследование» заставили «источник» сдвинуться с места и пойти на сближение. По мере его приближения я сделал однозначный вывод: «исследования» мои тут ни при чем – меня банально собрались малость «пощипать», притом не в одиночку, а в небольшой компании. Я выдохнул, отклонился вбок, пропустив мимо летевший в меня полусгнивший помидор, который должен был заставить меня полуобернуться и таким образом заставить полы моего плаща распахнуться, давая обзор всем желающим, и ухватил уже стремящуюся к наиболее предполагаемому месту расположения моего кошелька детскую руку. Руку эту я сразу немного завернул, а заодно состроил жуткую гримасу номеру два, бежавшему с другой линии (на случай, если я обернусь в другую сторону). Номер два и три (бросавший снаряд) дали стрекача, а я полюбовался на свой улов.
– Ай, отпусти!
– Правда? А с чего бы это?
Мальчишка лет двенадцати, такой же, как и его «собратья по оружию». Светловолосый, веснушчатый, одетый в лохмотья базарный воришка. Нахальный и испуганный одновременно. Я развернул «злодея» так, чтобы его коленка не могла причинить мне известного беспокойства, и на всякий случай «просканировал» округу – вдруг его дружки намереваются отбить своего попавшего в беду товарища. Но операции по спасению, похоже, не планировалось.
– Я тебе ничего не сделал!
– Не сделал или не успел?
– Не сделал!
– Да неужели! – Я состроил самую удивленную рожу и проникновенно заглянул в глаза своему пленнику – а давай пройдемся во-о-он к тому большому стражнику на площади, – парень проследил мой взгляд и перепугался не на шутку. – Да-да, к тому самому, с плеткой за поясом!
На площади с видом сурового надзирателя стоял большой стражник. Его можно было бы назвать пожилым, если бы не цепкий взгляд слегка раскосых серых глаз. Седина волос и изрядное брюшко не могли создать впечатления неповоротливости или дряхлости – это был очень серьезный дядя. И тут он действительно следил за порядком, и если бы была необходимость – навел бы его незамедлительно. Признаюсь, я несколько раз издали уже внимательно изучал этого господина, как бы отдыхающего в теньке какой-то колонны в центре площади. С ним уважительно здоровались все прохожие, и он степенно кивал им в ответ. Изучал я его с мыслями вполне практическими: было бы очень неплохо подкатиться к нему с каким-нибудь пустяком и попробовать «взять», ну или хотя бы закинуть удочку. Но здраво рассудил, что лучше не нарываться, – эта рыбка мне пока явно не по зубам.
– Ой, господин, не надо, пожалуйста! Сержант Нойон сказал, что спустит с меня шкуру своей плеткой-семихвосткой, если еще раз поймает! – От былой наглости парнишки не осталось и следа – никакая угроза или кара в мире не напугала бы его больше!
– Так чего же ты шалишь?
– Ой, господин, пощадите, пожалуйста, я больше не буду, обещаю! Честно-пречестно!
– Обещаешь? Если обманешь – заберу тебя к себе! – Я вновь состроил зверскую гримасу.
– Да, господин, обещаю! – Парень явно увидел надежду на спасение и сейчас был готов на все на свете.
– Ну смотри у меня, – сказал я и отпустил этого «грабителя». Мальчишка дунул со всех ног подальше от меня и стража правопорядка. Я удовлетворенно хмыкнул и посмотрел на небо с невинным вопросом: «Ну и кто я после этого?» Ответа не дождался и только собрался пойти дальше, как вдруг понял, что появилось какое-то новое ощущение. Я опять остановился и попытался разобраться: похоже, между мной и юным вором установилась какая-то связь. Не такая, как с моими спутниками, а какого-то иного рода. Проанализировав наш разговор и инцидент в целом, я пришел к странному выводу – похоже, что в шутку истребованное обещание (ну не подзатыльник же ему в воспитательных целях было давать) и его обет, стоивший, как ему казалось, не больше чиха, связали нас вместе. Теперь, если парень нарушит свое слово (не думаю, что он продержится хотя бы до заката), он все же попадет ко мне… Я вновь посмотрел на небо и извинился за нераспознанный сразу ответ, принял к сведению, а затем побрел в гостиницу – пора было ехать дальше.
До заката парень не продержался. Уже где-то после полудня, когда мы только выехали за ворота, мне пришел «сигнал» – парень мой. «Постарайся не вляпаться в передрягу», – мысленно пожелал я ему, и мы поехали дальше.
16
Через пару дней мы наконец добрались до столицы. Отпраздновать это событие не хотелось, а желалось просто нормально помыться и отдохнуть. Стражу у ворот прошли без проблем (кто такие – путники – что везем – ничего – плати пошлину и проходи). А вот теперь встал вопрос: дальше куда? Никто из моих спутников в столице не бывал, что здесь и как, не знает, ну и так далее. Нужно обзавестись временным жилищем, и не просто комнатой, а желательно найти целый дом, который станет и нашим укрытием, и лабораторией, и складом… В общем, трудно Властелину без темной башни, но губу раскатывать будем постепенно. Синдар достаточно большой город – не думаю, что найти дом станет проблемой. Финансы нам позволяют снять дом сразу и на достаточно большой срок, тут скорее важно выбрать место получше. Город можно разделить на несколько частей: центральная – сам дворец, дворцовая площадь – и район дорогих домов – жилье знати, придворных и военных. Не подходит – не сможем аккуратно вписаться, трудно поддерживать маскировку, много стражи, ну и так далее… Большой порт и прилегающие к ним трущобы – тоже не стоит. А вот большой район купцов и лавок следует изучить.
Вообще все эти вопросы я продумывал по ходу нашего пути – просто на месте было удобнее ориентироваться. Я рассчитывал приобрести (со временем) дом, желательно трехэтажный, с большим подвалом, в торговом районе. Открыть на первом этаже что-то типа магазинчика зелий (пусть Салкам любимым делом занимается). Для меня это было хорошее прикрытие – по легенде мы все одна семья: я – племянник Салкама, как и Айрин. Мало ли какие ингредиенты нужны для зельеварения, так что собирать можно все, что угодно. Это же основание для приобретения и установки любого нужного нам оборудования (скажем, понадобились нам концентрированные слезы девственницы), ну и так далее. Легальное предприятие – это способ и легализовать доходы (я собирался познакомиться с криминальным миром несколько позже), и пристроить к делу всех остальных (фактически на этом этапе мне их помощь уже не нужна, но пусть будут под рукой и без дела не слоняются).
Мы сняли комнату в гостинице, оставили там вещи (и Фалиба, чтобы за ними присматривал) и отправились на поиски. Гуляли мы долго и безрезультатно, если считать результатом нахождение жилплощади. Но мы кроме этого знакомились с городом, а заодно я присматривался к разнообразным ювелирным и оружейным мастерским. Начать свою активную столичную жизнь я собирался именно с реализации части осколков кристалла (если они все же хоть чего-то стоят). Наметив пару мест для посещения, мы вернулись в гостиницу, с тем чтобы назавтра начать все сначала.
Следующий день принес нам удачу – мы относительно быстро нашли нужный нам дом. Достаточно большое трехэтажное здание на пересечении трех улиц, образовывавших небольшую площадь. В доме был занят один этаж. Я довольно легко убедил жильцов в желании сменить место жительства (некоторая сумма наличности была очень кстати). Они же свели нас и с владельцем дома. Я договорился о долгосрочной аренде с возможным последующим выкупом (дом был в плачевном состоянии, поэтому владелец был очень рад от него избавиться – он даже сдать его целиком никогда не мог) и предупредил о своих намерениях заняться там алхимией и торговлей. Это было сделано еще и затем, чтобы ненавязчиво осведомиться о правилах регистрации в городе, бюрократии, документообороте и прочей дребедени, которую совершенно необходимо знать, если не хочешь выделяться.
Оформление бумаг, получение разрешения и лицензии на торговлю заняли чертову уйму времени и сил, а также некоторую сумму взяток. Мне было интересно пройти этот путь без применения моих способностей, чтобы понять, с чем приходится сталкиваться обычным горожанам и приезжим типа нас. Под конец я проклял (в переносном смысле, хотя до прямого было ну совсем чуть-чуть) всех городских бюрократов и мздоимцев, пообещав себе навестить их со временем уже в своей «официальной должности». Я всегда считал, что порядок необходим для любого дела, но бюрократия – вот имя настоящего вселенского зла, куда уж мне…
Переезд отнял последние силы и съел все наши финансы. Нам так и не хватило средств на обустройство лаборатории и на открытие магазина. Пора было прогуляться! Как-то ближе к вечеру я оставил всех дома (хорошо-то как, когда есть дом) и пошел по направлению к порту и трущобам. Для накопившегося зла срочно требовалась разрядка. Я собирался самым натуральным образом нарваться на неприятности и спустить пар! К тому же надо было продолжить знакомство с городом – не такой уж я любитель пеших прогулок, но досконально знать основное место проведения всех активных действий в будущем просто необходимо. Меня интересовало все подряд: кабаки, лавки, площади, улицы, тупики и закоулки – словом, все! И вновь я смотрел и изучал людей, их нравы, привычки, лексикон – ох как в порту виртуозно бранятся, не передать! Дело даже не в употребляемых словах – их набор достаточно стандартен, – а в их совершенно невозможной комбинации.
Меня особенно проняло обещание одного боцмана… Э-э-э… Как бы это так помягче выразиться… Намотать кишки провинившегося матроса на ржавый корабельный якорь, который для этой цели будет введен противоестественным способом в оного матроса, провернут там некоторое количество раз, а затем извлечен обратно, с тем чтобы вышеупомянутый матрос – нежеланный результат мезальянса альбатроса и каракатицы, вскормленный навозными жуками, а воспитанный вообще непонятно кем, – оказался подвешен за собственные кишки вниз головой на якоре и в таком виде помещен на борт корабля в назидание остальным лоботрясам. Цветистые эпитеты, указывающие на крайне необычную и непостоянную сексуальную ориентацию (куда уж там некро-, зоо– и прочая – такая ерунда бывалых морских волков не трогает, а вот гигантские ядовитые морские медузы – это уже серьезнее), добавьте по вкусу.
Назвать эту прогулку приятной рискнул бы только совсем законченный мазохист. В одной книге я вычитал, что широкополые шляпы городские жители носили для защиты от выливаемых с верхних этажей помоев и отходов жизнедеятельности. Наиболее просвещенные монархи вводили законы, обязывающие, перед тем как выливать, пардон, ночной горшок на улицу, смотреть, куда льешь, и громко оповещать о своих намерениях. Так хорошо известное нам по фильмам о мушкетерах приветствие, когда кавалер снимает перед дамой шляпу и виртуозным жестом прячет ее за спину, есть не более чем попытка скрыть состояние оной шляпы, которой после пары-тройки «попаданий» не помогут уже никакие перья. Учитывая, какой «аромат» стоял здесь (помои и отходы всего города, стекающие естественным путем из более престижных районов, сложите с запахом огромного количества сырой и тухлой рыбы и отходов большого количества ее переработки и умножьте на вечер очень жаркого дня конца лета… да, похоже, недалеко еще были кварталы мясников и кожевников), странно, что местные жители еще не изобрели костюм полной химической защиты. Нет, я мыслями понимал, что человек ко всему привыкает и обоняние отключается, но мой нос категорически возражал против такого издевательства и обещал написать на меня жалобу и отправить в соответствующие инстанции.
За время моей прогулки я очень хорошо спустил пар – меня трижды пытались прирезать и ограбить (с летальным исходом для грабителей, разумеется), и я дважды поучаствовал в хороших кабацких драках (тоже с серьезной поножовщиной). Так что домой вернулся под утро, усталый и расслабленный. Мне также удалось немного поправить наше материальное положение игрой в кости (правда, вторая драка вышла как раз из-за того, что проигравшие отказались платить и решили, что дешевле меня прирезать). Но это был так, побочный эффект моих похождений.
Но главное, что во время этой прогулки я стал по-настоящему благодарен Голосу. Не знаю, входило ли это в его планы, но он подарил мне настоящую свободу – совершенно особое, щемящее, пугающе пустое ощущение покоя внутри. Когда тебя ничто не связывает, ни к чему не обязывает, когда только ты сам решаешь, что тебе делать и куда идти. И только ты сам столкнешься лицом к лицу с тем, что выберешь. Нет никаких обстоятельств, никаких дядь-теть-начальства-расписания-знакомых-приятелей. Ничего лишнего. Тебе решать, что важно, а что шелуха. Тебе с этим жить.
17
Пора было уже заняться и осколками. И не только. Примеченный во время моих скитаний ювелир вызывал очень много вопросов. У него была слишком большая лавка для этой части города, слишком ценные вещи лежали на витринах внутри, слишком мало охраны для подобного заведения и слишком много разнообразных посетителей слишком разных мастей. Просканировав его поближе, я утвердился в сделанном прежде выводе: я случайно нащупал одного из заправил местного криминала. Не знаю, насколько большого, но не мелкого – это точно. Поэтому, заходя к нему в гости на «консультацию», я распланировал множество вариантов развития дальнейших событий. Но для начала всем своим видом дал понять, что желаю посекретничать. Мой намек был понят правильно, и сомнительному посетителю, что-то тихо рассказывающему хозяину, было кивком указано на дверь. Посетитель с поклоном испарился, а я подошел поближе к стойке и чрезвычайно аккуратно выложил на бархатную подушечку несколько осколков. Вообще-то они все были мелки и по виду напоминали то, что остается от разбитого закаленного стекла: небольшие «кубики» с достаточно тупыми гранями. Вот только этот осколочек невозможно было повредить с помощью хорошей кувалды (сам долбал минут пять), да и никакие другие придуманные нами способы идентификации и разрушения не помогли – мы уже провели с ними все возможные опыты, которые позволяла наша мини-лаборатория.
– Не поможет ли уважаемый мастер правильно идентифицировать данный минерал и назвать его приблизительную стоимость?
Я постарался говорить достаточно вкрадчиво, но в то же время спокойно. Впрочем, на мои ухищрения внимания особо не обратили: ювелир – высокий худощавый лысеющий джентльмен с орлиным носом – нахмурился, взял щипчиками осколок, повертел его на свету то так, то эдак, посмотрел через свое увеличительное стекло и равнодушно уточнил:
– Вы уверены, что это камень?
– Минерал. Добыт в шахте в том виде, в котором он у вас. Устойчив к механическим, температурным и кислотно-щелочным воздействиям высокой интенсивности. – Мой лексикон был явно не самым популярным среди его посетителей. Он сощурился и на этот раз очень внимательно, даже придирчиво меня осмотрел:
– А вы сами кто будете?
– Владелец.
– Камней или шахты?
– Камней.
– И много их у вас? – В голосе ювелира проскользнули тщательно скрываемые нотки любопытства – он всем своим видом показывал, что камни ему неинтересны, а спрашивает он так, от скуки, но в его глазах появился тухлый огонек алчности, а у меня уже было выработано чутье на это качество.
– Это зависит от цены, которую вы мне назовете.
– А вы еще к кому-нибудь обращались?
– Нет, мне порекомендовали вас! – Вот тут я постарался подпустить в голос типичную провинциальную самоуверенность, хотя, сказать по правде, всегда был посредственным актером. Может, лучше не выпендриваться? Тем не менее ювелир моей репликой остался крайне удовлетворен.
– Замечательно. Могу сказать вам так: по другим ювелирам можете и не ходить – они вам вряд ли помогут и, скорее всего, отошлют вас обратно ко мне. Это не совсем обычный драгоценный камень, в классическом понимании этого слова. Вы, я вижу, человек весьма образованный и, конечно, поймете меня правильно (в камнях я не понимаю вообще ничего, а вот то, что дядя начинал врать безбожно, было очевидно), этот камень используется в чародейском искусстве. – Он сказал это так загадочно и проникновенно, что хотелось зааплодировать и пустить слезу. – Поэтому он не продается и не покупается ни в ювелирных магазинах, ни где-нибудь еще. И цену назвать на него я не могу, но, на ваше счастье, среди моих клиентов есть одна очень могущественная чародейка (ой, врет, ой, врет), которая наверняка очень заинтересуется вашими камнями и предложит отличную цену. Чародеи – они, знаете ли, в деньгах не нуждаются (ох, если бы). Давайте сделаем так – вы приносите все свои камни, а я организую вам встречу. Я сейчас же отправлю к ней гонца с письмом, а вы приходите, скажем, часам к восьми вот по этому адресу. – Ювелир написал на аккуратном кусочке пергамента адрес. – Уверен, вы не пожалеете!
– Простите, уважаемый, а как вас зовут? Мне же надо будет представиться и сказать, от кого я.
– Да, конечно, скажите привратнику, что вы от мастера Андреаса!
– Благодарю вас, мастер!
И мы церемонно раскланялись.
До восьми оставалась куча времени, и у меня было предостаточно возможностей все обдумать и подготовиться. Похоже, меня будут брать за жабры. Притом жестко! Я уточнил у проходящих мимо людей, где же искомая улица. Улица находилась в престижной части города, в одном из тихих кварталов – самое место для чародеек и резиденций криминала, но совершенно недоступная роскошь для нас, бедных Темных Властелинов! Я невольно улыбнулся, представив себе всю компанию известных мне Владык, дружно стоящих на паперти и клянчащих милостыню на разные темные дела:
– Пода-а-айте, люди добрые, на новую палочку волшебную…
– Помоги-и-ите, люди добрые, орки не уродились нынче, совсем без слуг остался…
– Люди добрые, подайте на техосмотр и починку системы дыхания…
М-да…
Была еще одна причина, по которой я откладывал до этого момента посещение «ювелира»: я занимался совершенствованием привязывающего заклятия – хотел быть уверен, что мои «слуги», вне зависимости от способа, по которому они таковыми стали, действительно не смогут мне навредить прямо или косвенно (ну это я уже загнул – защиты от старательного дурака еще не придумали), не смогут (а главное – не захотят) обмануть, утаить что-либо, да и вообще – будут тщательно печься о моем благополучии (в разумных пределах, разумеется). Обязательное условие «добровольного сотрудничества» осталось, но оно меня совершенно не смущало – есть много отмычек к темной душе человеческой (ой, что-то меня опасно заносить в поэзию стало). Полевые испытания заклятия я провел – на ком бы вы думали? Правильно: на канцелярских крысах городской бюрократической машины, выпившей много моей крови еще совсем недавно. Господа чинуши «сотрудничать», разумеется, не рвались – они привыкли на всех смотреть с высоты своих бумажных гор, но, когда я назвался сотрудником королевской ревизионной комиссии при казначействе (и слегка магически подправил какой-то клочок бумаги, чтобы он выглядел как свиток с гербовой печатью) и напомнил им о моих недавних страданиях и суммах взяток с указанием получателей, они стали такими готовыми, что хоть на стол подавай. Клятва верности в устах взяточника – забавная штука. При этом каждый считал, что еще легко отделался! Так что эксперименты были проведены, результатами я остался более чем доволен (мне даже вернули мои взятки и втихаря предложили еще – управление недвижимостью во все времена и в любом из миров от безденежья, прямо скажем, не страдает). Теперь пришло время заклеймить бычка покрупнее.
К назначенному времени я прибыл по указанному адресу. Начиналась довольно сильная гроза, так что немногочисленные прохожие стремительно разбегались по домам, хотя на этой улице и в час пик можно было никого не встретить – пожалуй, это одно из самых тихих и безлюдных мест столицы. Тем лучше: я чувствовал, что тут сегодня будет жарковато. По дороге я вовсю экспериментировал со своим костюмом – после первой драки в кабаке пришлось наложить на одежду набор защитных заклинаний, так что теперь мог особо не бояться как колюще-режущего, так и ударно-дробящего оружия. Вообще поначалу я старался менять костюмы для своих ежевечерних «выходов в свет» – так и привлечь внимание потенциального грабителя проще, и показания свидетелей не наведут на мысль о серийной работе. Но со временем я освоил еще и ряд маскирующих заклятий, так что мог одновременно создать образ подвыпившего и заблудившегося купчины, и при этом, произойди разборка даже посреди толпы, мало кто смог бы вспомнить, как я выглядел хотя бы приблизительно. По-моему, очень удобный набор заклинаний. В этот раз я добавил к нему чисто бытовых удобств – не хотел промокнуть и замерзнуть. Не то чтобы это представляло для меня какую-то опасность, но согласитесь, комфорт и уют моей «темной мантии» тоже не помешает.
Указанный дом представлял собой запущенный особняк в конце тихого тупикового переулка – лучше не придумаешь. На крыльце меня поджидало особо пикантное зрелище: представьте себе гориллу, напялившую на себя ливрею явно не соответствующего размера и тщательно старавшуюся следовать полученным от начальства инструкциям – сохранять на лице, по возможности, хотя бы условно приветливое выражение. Получалось, прямо скажем, не очень. Его ухмылка балансировала на грани между глумливой и презрительной. Да уж, что поделать: грозным я никогда не выглядел. Не старался выглядеть грозным и сейчас – мне это было уже ни к чему.
Понять намерения привратника было нетрудно – он должен был оглушить меня, как только я войду в дом. Сам дом я прощупал еще на подходе, и тут было шесть человек. Все довольно серьезные противники, если исходить из чисто физических возможностей, и у всех за плечами немало крови.
Ювелира среди них не было, но я без проблем нащупал бригадира – явно доверенного помощника «мастера Андреаса» и очень интересную личность саму по себе. По сравнению с ним все остальные обитатели особняка выглядели птенчиками. Что ж, тем лучше. Я решил особенно комедию не ломать, так что, подходя к «лакею», «приморозил» того взглядом (не слишком сложное заклинание, сковывающее любые движения) и тихо «упокоил» навеки при помощи своего зачарованного кинжала. Его тело, без заморочек, я оставил на месте – ну плохо стало человеку, все равно под таким дождем и на таком расстоянии от дороги его никто не увидит.
Через внушительный вестибюль я прошел в холл, где меня поджидали еще двое громил (при необходимости помочь доставить на место допроса) и осмотрелся. Местечко мне нравилось все больше и больше. Было видно, что тут особо не живут – скорее, место для тихих встреч или операций типа сегодняшней.
Роскошной отделкой дом не отличался, но я и не был любителем вычурности и показухи. Умиротворенная тишина не давила, а скорее рассказывала о днях своего былого величия, но и не с гордостью или вызовом, присущим бывшим фаворитам, а как полузабытую странную историю. Этот безмолвный шепот было приятно послушать, но пока что я был еще занят.
Привратники удивились, не увидев за мной первого, и подошли посмотреть, в чем дело. Этого было достаточно – не люблю лишних движений. Минус три. Все тихо и спокойно. Остальные трое поджидают внизу. Интересно будет взглянуть на подвалы этого дома. Кажется, не все замки Средневековья могут такими похвастаться. Как ни смешно, у меня могла бы возникнуть серьезная проблема найти вход в эти самые подвалы. К счастью, дом особенно не убирали, так что я просто прошел по следам в пыли до одного из небольших гобеленов. Вход был замаскирован мастерски – никогда бы ни подумал, что тут можно что-то спрятать, – отнюдь не в массивной сплошной каменной стене, а с внешней стороны небольшого углового пролета лестницы на второй этаж. Притом даже не спрятанным под лестницей – наоборот, выходящим в небольшой закуток, в котором были симпатично расставлены вазоны с древовидными папоротниками.
Получив двойное удовольствие от созерцания этой картины (всегда восхищался мастерством в любом его проявлении, а тут прямо произведение декоративно-маскировочного искусства), я решил вниз пока не соваться – они ведь выйдут рано или поздно, чтобы посмотреть, почему так тихо. А в этом месте так удобно напасть на противника сверху – прямо с небольшой площадки пролета. Она, конечно, тоже была заставлена вазонами – вообще весь дом напоминал уснувшую оранжерею. Но у меня было время, чтобы аккуратно и без шума занять позицию. Я не торопясь поднялся на пролет и аккуратно осмотрел предполагаемое место для прыжка. Старался не зря – не одному мне это место показалось подходящим для засады. Во-первых, среди вазонов меня поджидало сразу две ловушки (растяжка с самострелом и капкан), а во-вторых, деревянные перила, что казались таким удобным местом для ожидания, были аккуратно подпилены в нескольких местах с наружной стороны. Мысленно сняв шляпу перед неведомым автором (тут эстетика всей композиции также не была нарушена – даже капкан вписывался в нее как экзотическое растение), я магически укрепил перила (чтобы временно выдержали мой вес) и стал ждать.
Ждать пришлось около часа, но я с удовольствием провел это время – с высоты пролета зеленый закуток выглядел просто превосходно, и я к тому же получил возможность послушать безмолвный шепот этого дома. Мы явно пришлись друг другу по вкусу. Беспокойство внизу нарастало, и наконец бригадир отправил двух своих помощников выяснить, в чем дело. Они вышли из потайного хода, выглядевшего как старая резная панель, и я аккуратно спрыгнул прямо им за спины. Все было кончено очень быстро и тихо, и мне даже удалось не повредить зеленую композицию. Когда я спустился в подвал и вошел в комнату для допросов, главарь моментально понял, что дело его совсем плохо: если всю его матерую бригаду, готовую на захват, положили без единого писка, то ему одному уж точно ничто не светит. Эта грустная мысль мигом отразилась на его страшноватом лице – дядя был весьма сообразительным и достаточно опытным, чтобы не выпендриваться.
– Будем сотрудничать по-хорошему, – я спокойно посмотрел в глаза бригадиру, – или по-плохому? – Опустил взгляд на приготовленную для меня дыбу и стоящий рядом столик, полный всевозможных инструментов. Он еще раз быстро проанализировал сложившуюся ситуацию – с одной стороны, выглядел я, как ни крути, несолидно, особенно по сравнению с ним – почти двухметровым и атлетически сложенным и очень опытным бойцом. А с другой, – как раз благодаря своему немалому опыту дядя знал, что не все в этом мире решается мускулами, и его умолкнувшие соратники – отличное тому подтверждение.
– По-хорошему… Господин.
Вот так я приобрел еще одного, надо сказать, очень ценного помощника. Мы очень долго и плодотворно побеседовали. Звали бригадира Шрам (как оригинально), он являлся правой рукой одного из главарей криминального синдиката столицы – моего доброго знакомого мастера Андреаса. Его заданием было выпотрошить меня насчет источника камней. Относительно стоимости самих камней Шрам тоже не был в курсе – его задачей было выжать меня насквозь и спрятать концы в воду. Когда я сделал замечание насчет «грубой» зачистки концов – ведь адрес мне указали заранее, я бы обязательно рассказал кому-нибудь о том, куда я направляюсь, зачем светить точку? – меня «успокоили»:
– Мастером Андреасом давно куплены все представители правопорядка и предупреждены загодя.
Как только завтра кто-либо обратился бы к любому стражнику насчет моей пропажи, его бы обязательно препроводили в одно из отделений стражи, откуда этот самый «кто-либо» уже не вышел бы, а всех оставшихся информированных людей (список которых дал бы и я, и мой потенциальный спаситель) пригласили бы в скорейшем времени для «дачи показаний». Так что концы были бы зачищены на «отлично». Задачей Шрама было именно взять меня и получить основную информацию – всей операцией командовал сам Мастер. Кроме этого, Шрам любезно ввел меня в курс относительно всей криминальной жизни столицы, которая бурлила не переставая. После длинной и интересной лекции я собрался уходить – зайти в гости к любезному Мастеру, ожидающему новостей от своего верного сотрудника. Место встречи Шрам описал мне во всех подробностях – одна из конспиративных квартир недалеко от крытого театра в центральной части города. Мастер пожелал обеспечить себе алиби на всякий случай, так что должен был выйти навстречу во время одного из перерывов в представлении, а так все время планировал быть на виду. Я попросил Шрама остаться в доме и разрядить остальные ловушки и средства сигнализации, попутно уточнив, что дом принадлежит самому Мастеру и используется именно так, как я и предполагал.
– Позвольте мне сопровождать вас, господин! В месте встречи наверняка поджидает достаточно охраны Мастера – меня они знают и не забеспокоятся, к тому же я достаточно опытный боец (это парень поскромничал – его подготовка была выше всяческих похвал).
Я призадумался – с одной стороны, он прав: у меня не было ни малейшей гарантии, что все пройдет так же гладко, как и в особняке. С другой стороны, я еще не был до конца уверен в преданности моего нового помощника, хотя чувствовал, что усовершенствованное заклинание работает отлично и Шрам действительно готов всем сердцем меня защищать от любой опасности и даже закрыть грудью, но «полевые испытания на верность в критических условиях» я еще не проводил – жалко ребят было, – а остаться с кучей противников один на один, да еще и с потенциальным противником экстра-класса за спиной было стремно. Но, похоже, надо было разобраться с этим раз и навсегда. Такие вопросы лучше решать сразу. Если уж Шрам останется мне верным даже при «взятии» своего бывшего босса (которому он служил действительно верой и правдой), то испытания можно считать успешными.
Шрам предупредил меня, что на квартире, скорее всего, будет Башня – второй доверенный помощник Мастера – левая рука, так сказать, – и было бы очень полезно «взять» и его тоже, потому что его очень уважают в криминальном мире столицы и его опыт и авторитет будут очень полезны. Получив подробное описание Башни (прозвище очень точно описывало суть), я скорректировал наши дальнейшие планы. Заодно по дороге зачаровал оружие Шрама (и убедился, что оно даже в зачарованном виде моего «плащика» не берет).
Дверь на конспиративную квартиру – на самом деле обычный дом в квартале от оперы – нам открыл сам Башня. Я «приморозил» его взглядом, и мы со Шрамом быстро прошли (точнее, протиснулись – Башня был чуть ниже Шрама, но еще шире в плечах, а его палицей небось корабли топить можно было) мимо него прямо внутрь дома. Кроме Башни в доме было еще три охранника босса. С ними разобраться пришлось быстро и резко. Без магии мне бы в одиночку ничего не светило против таких ребят. Но я все-таки не зря каждый день выбирался «на промысел» в неблагополучные районы города. За время моего пребывания в столице моя сила изрядно возросла – как физическая, так и магическая. Я не смог бы оглушить всех троих так же, как и Башню, и держать их «на поводке», но вот замутить им мозги, ослабив реакцию, скорость и точность, было мне вполне под силу. И все равно это были профи. Шрам взял на себя одного, я – двоих. Моя парочка подходила ко мне слаженно с боков – они понимали, что поодиночке шансов у них меньше. Я не стал ввязываться в «танцы на троих» и сильно магически толкнул одного из своих противников. Тот отлетел к стенке, а я остался один на один с охранником. Одного «парализовать» было несложно, поэтому миг – и противников у нас осталось двое, затем один, и наконец мы остались в доме втроем, если считать и «примороженного» Башню.
Мы усадили Башню в большое глубокое кресло (из которого так трудно резко встать) так, чтобы ему были видны рядком уложенные трупы охранников, но сам он не видел тех, кто стоит у него за спиной. Руки его привязали к подлокотникам кресла, достаточно массивным и надежным, чтобы даже такой здоровяк, как Башня, не смог сразу их сломать, а к его горлу на момент снятия «заморозки» был приставлен очень острый кинжал – достаточно безнадежная ситуация.
– Ты присоединяешься к ним или к нам? – Я в который раз подумал, что безразличие тона намного больше действует на собеседника, чем превосходство, шипение или злобный смех.
– К вам, – произнес он после непродолжительной паузы. – Кто вы и что мне необходимо сделать?
– Для начала тебе необходимо очень сильно захотеть мне служить, – с этими словами лезвие кинжала слегка надавило ему на горло, – и поклясться мне в верности.
– Поклясться в верности? – Башня был изрядно удивлен. В общем-то могу его понять – вряд ли можно всерьез доверять клятве, полученной таким образом, тем более от матерого головореза, да еще и на пороге капитального передела власти в криминальном мире. Он-то не знал о моих «методах работы с подчиненными».
– Ну клянусь отрезанной башкой моей бабушки, с такими ребятами, как вы, лучше не ссориться. – Произнесено это было искренне, и клеймо, ну или знак – называйте как хотите – отлично легло (я позаботился распознать искренность клятвы – в противном случае знак бы просто не лег).
– Достаточно. Добро пожаловать, Башня!
– Да, мой господин! – Вообще, к счастью, точность формулировки особого значения не играла. Важна была искренность и признание меня своим повелителем, а уж какое именно слово будет при этом использовано, не имело значения.
Башня был освобожден, они переглянулись со Шрамом и как бы заново раскланялись. Я чувствовал, что новое положение их абсолютно устраивает.
– Мастер придет один?
– Нет, господин, его сопровождает телохранитель под видом племянника.
– Хорошо. Когда они придут, Башня, проводи Мастера ко мне сюда в это же кресло, а ты, Шрам, займись телохранителем.
– Как прикажете.
Все прошло как по маслу, впрочем, на этой стадии оно по-другому уже и не могло пройти. Я сидел в глубоком кресле и слышал, как открылась дверь, как гости прошли в зал, как тихо осел на пол телохранитель, а на плечо Мастера легла тяжелая рука его бывшего доверенного помощника. Мастеру помогли пройти на негнущихся ногах к креслу, а его невезучий телохранитель занял свое место в строю своих коллег.
– Добрый вечер, мастер Андреас!
К сожалению, у Мастера отнялись не только ноги, но и речь. А я-то уж наделся услышать что-нибудь типа «для кого добрый, а для кого не очень». Мастер переводил взгляд с убитых телохранителей на обоих доверенных помощников и пытался понять – как же это он так лопухнулся и где недоглядел, чтобы оказаться в настолько проигрышной ситуации. Я спокойно ждал, пока он просчитает все варианты и сдастся. Ждать пришлось недолго.
– Чего вы хотите?
– Назовите мне хотя бы одну причину, по которой мне следует оставить вам жизнь.
– Я могу быть вам очень полезен! Я всех знаю, меня все знают, у меня куплены все городские власти – вам не придется все это делать заново. – Меня порадовало, что Мастер понимал, что людей, провернувших с ним такой гамбит, простыми угрозами о мести не впечатлишь.
– Вы готовы мне служить, мастер Андреас?
– Да, господин!
Дело было сделано!
– Да, кстати… Так что вы мне можете рассказать про мои камушки?
– Я сказал вам почти правду, господин, – я действительно много не знаю. Но когда-то встречал такие камни в украшениях, изготовленных магами… И они занимали там центральное место, будучи окруженными поистине бесценными произведениями ювелирного искусства… И подобные изделия я видел несколько раз – все они принадлежали разным мастерам, но неизменно подчеркивалось мистическое значение этих камней… А вот когда я пытался узнать их источник, то все будто бы воды в рот набирали! Вот почему я так насторожился, когда вы сказали про шахту. Не устоял перед искушением получить эксклюзивный доступ к месторождению, а уж на чародеев рассчитывал выйти в будущем.
– Ясно…
18
Следующие дни прошли достаточно напряженно – я брал под свой контроль весь криминальный мир столицы (кому сказать – не поверят, раньше я был таким законопослушным). Мастер Андреас (звали-то его по-другому, но меня этот его «псевдоним» устраивал) действительно знал всех более-менее влиятельных людей города. Он организовывал встречу, на которой я делал «предложение, от которого невозможно отказаться» (не зря же я вспоминал Дона Корлеоне во время своего заточения – вот и пригодилось). Переговоры проходили по-разному: чаще – с кровью, реже – без. Иногда ко мне присоединялись вообще добровольно – среди бригадиров давно ходили разговоры о том, что лучше создать единую организацию и не тратить столько сил на борьбу друг с другом. Проблемы, как всегда, начинались, когда дело доходило до реального передела власти. Особых сложностей не возникало – на верхушке криминала собираются, как правило, люди практичные и не склонные к геройству или сантиментам, понимающие силу и ценящие собственную жизнь. Так что через какое-то время я оказался тайным лидером всего криминального мира столицы. Почему тайным? Потому что меня меньше всего интересовало создание и возглавление какой бы то ни было суперорганизации.
– Господин, что мы должны делать дальше? – Разговор происходил вечером в каминном зале того самого тихого дома, в котором меня собирались пытать, – я сделал его своей резиденцией. Об этом знали только несколько человек, да и то все были клейменными мною людьми. Я сидел у камина и потягивал гранатовый сок (никогда не любил алкогольных напитков, какими бы шикарными они ни были, чем приводил в изумление всех своих знакомых). Кроме меня в зале были Салкам, мастер Андреас и Шрам. Мастер Андреас только закончил доклад, суть которого сводилась к тому, что все готовы идти дружно вперед и с песней во славу темных дел.
– Вы, наверно, будете очень удивлены, Мастер, но НИ-ЧЕ-ГО!
Воцарилась совершенно недоуменная пауза, Салкам даже чем-то поперхнулся.
– Простите, господин, я вас не понял…
– Если вы думали, что как только мы объединим весь криминал столицы, то отправимся завоевывать мир и ставить на колени высшую власть, то вы ошибались. Я не хочу, чтобы кто-либо, кроме посвященных, знал об объединении. Пусть все идет как шло раньше. Только можете меньше ссориться по пустякам и чуть больше наведите порядка, а так – НИ-ЧЕ-ГО, каждый продолжает заниматься своей сферой влияния и не высовывается. Воры – воруют. Убийцы – убивают. Если вдруг кому-то потребуется общая координация и руководство – пусть обращаются к вам: отныне вы старейшина синдиката. Для всех! Все посвященные уже проинструктированы. Я буду время от времени контактировать с кем надо и передавать текущие задания. Да, кстати про задания. Вы не подскажете, где можно найти… Мм… Толкового кузнеца?
Недоумение продолжало витать в воздухе. Только Салкам немного расслабился – он уже привык к моим мысленным кульбитам и потому не удивился, а вот Мастер и Шрам, еще не отошедшие от грандиозности моих планов, были вконец ошарашены переходом на другую тему.
– Какого кузнеца?
– Вдохновенного! – Я решил совсем добить моих собеседников. Судя по их лицам, мне это удалось – Шрам уже собирался бежать за доктором! – Короче, мне нужен очень хороший и толковый кузнец, разбирающийся в стали. Найдите мне такого, пожалуйста.
– Да, господин! – произнес Мастер. – У вас будут еще какие-нибудь пожелания?
– Пока нет. Откуда в столицу поступают качественное железо и уголь?
– Из разных мест… Часть привозится гужевым транспортом, часть – кораблями. Месторождений и того и другого хватает. Вас интересует что-то конкретное?
– Пока нет, но скоро заинтересует. Пожалуйста, найдите мне человека, который сможет дать полную консультацию по данным вопросам, и проверьте, чтобы никаких перебоев с поставками не намечалось. Скажу больше: в скором времени понадобится увеличить эти поставки.
– Как пожелаете!
Мастер Андреас удалился. Салкам тоже засобирался к своим зельям (они с сыновьями остались в том доме). Шрам уходить не хотел. С момента нашего знакомства и совместного похода «против всех» Шрам старался под любым предлогом оставаться рядом. Головой он понимал, что редко когда сможет мне помочь, но ему было очень приятно чувствовать себя моим телохранителем и помощником. Его общество было мне вполне по душе – несмотря на свою специфическую внешность (рост метр девяносто с гаком, мощнейший торс тяжелоатлета, бритая голова, глубоко посаженные ярко-голубые глаза, шрам через все лицо, общее выражение которого можно охарактеризовать знаком «не влезай – убьет»), он был весьма интересным собеседником. В целом его характер можно было бы назвать спокойно-рассудительным, вот только ни один рассудительный человек никогда не подойдет на расстояние выстрела к тем делам и вещам, которыми всю жизнь занимался этот своеобразный боец.
Большую часть жизни он воевал в качестве наемника. Сначала, еще мальчишкой, простым солдатом. Потом – капитаном небольшого отряда, но вскоре понял, что, каких бы подвигов на поле боя он ни совершал, пробиться в старшие офицеры ему не суждено: ни происхождения, ни связей. А вот поймать стрелу рано или поздно придется. И уже не столь важно – в лицо от противника или в спину от очередного завистника, конкурента или не желающего расплачиваться нанимателя. После чего перебрался в Синдарию – одну из немногих стран, против которой он не воевал по причине отсутствия войн в этом регионе, – и занялся криминалом. Тут он карьеру сделал очень быстро, но выше бригадира ему не светило. Став моим помощником, он очень явственно ощутил, что это его единственный шанс занять свое место в жизни. Не лучше или хуже, а именно свое.
– Слушай, Шрам, а какое оружие ты предпочитаешь?
– Ну смотря где, Босс! На поле – двуручный меч или алебарду, а в переулке лучше кинжалом или кастетом орудовать.
– Ясненько. Насколько я понял, ты отлично управляешься и тем и другим.
– Конечно, Босс, фиг бы я столько прожил, если б не умел этими железками вертеть, вот только вы-то покруче будете – я так не умею…
– А так и не надо. Поможешь мне в одном деле? – Я мог и не спрашивать: на лице Шрама отразилось столько энтузиазма, словно я приглашал его в поход по кабакам.
– Конечно, Босс, что надо делать?
– Ничего. Просто сиди и расслабься. Я попытаюсь тебя немного усыпить и познакомиться с твоими воспоминаниями и умениями. Постарайся не закрываться, но если станет неприятно – сразу скажи, и я прекращу.
– Хорошо, Босс, действуйте! – Его решительность меня немного смутила – вряд ли я сам спокойно отнесся бы к просьбе расслабиться, когда кто-либо будет пробовать копаться у меня в мозгах, притом заранее не зная, чем это может обернуться. Мне и так было весьма не по себе – я не хотел ему навредить. Но что-то подсказывало, что его готовность сотрудничать и расслабленность мне помогут и все обернется благополучно.
Так все и вышло. Я без труда усыпил своего помощника и проник сначала в его сновидение, а потом и в память. Если бы я просто хотел получить сведения, мне бы не понадобилось много времени – я мог листать его память почти как книгу с картинками. А вот перенять навыки оказалось намного сложнее. Если уж пользоваться аналогиями, то это было похоже на чтение со словарем инструкции на малознакомом языке – некоторые слова и предлоги (в данном случае движения и позы) были мне знакомы. Большая часть – нет, но я мог получить подробное их описание. А вот связать все вместе в изящную стройную композицию было очень сложно. Но тем не менее что-то у меня все же получилось. Когда я понял, что мой помощник стал уставать, я аккуратно прекратил процесс. Шрам благополучно дрыхнул в кресле. Я убедился, что с ним все было в порядке, и сам отправился спать. За окнами уже рассвело (неплохо посидели).
По дороге в спальню я предупредил дворецкого, что мой гость спит в каминном зале и будить его не следует, а вот большой обед будет весьма кстати. Хальдера – настоящего потомственного дворецкого – мне порекомендовал мастер Андреас. Он же подобрал остальную прислугу. Уже после обряда посвящения (не стану же я допускать к себе в дом неконтролируемого человека) я убедился, что для него верность своему хозяину – это такое же естественное дело, как необходимость делать вдохи и выдохи, нечто намного глубже понимания или размышления – что-то на уровне инстинкта. Хальдер упорно напоминал мне различные образы из английской литературы, эдакая помесь Бэримора и Дживса, только постарше. Я все время улыбался, глядя на него, ожидая услышать незабываемое: «Овсянка, сэ-э-эр!»
Я благополучно проспал до самого вечера. Проснувшись и спустившись вниз, обнаружил в гостиной что-то уплетающего Шрама.
– Как спалось? – Я устроился с другой стороны стола и поискал взглядом, что бы пожевать. Видимо почуяв мое пробуждение, Хальдер буквально материализовался рядом (впрочем, сделал он это очень солидно – мне самому еще учиться и учиться) с большим подносом, полным разной гастрономии. «Не овсянка, слава богу!» – подумал я и принялся за еду.
– Отлично, Босс! Снилось, что я учу вас обращению с оружием. У вас все хорошо получалось!
– Да? Было бы интересно проверить на практике. Мне тоже кажется, что я немало усвоил за эту ночь, но кажется – это одно, а вот что я могу на самом деле – другое.
Сначала я собирался устроить тренировку сразу после еды, но, во-первых, после такого плотного завтрака (ну или ужина) тренироваться не стоило, а во-вторых, тренироваться было нечем. У меня был мой кинжал (я его пока так и не сменил на другое оружие), и все. У Шрама имелись хороший палаш и кинжал. Мы, конечно, могли потренироваться и в ножевом бою, но мне казалось, что усвоенный мною материал относился больше к длинному оружию. Вообще-то при моем среднем росте и несерьезной комплекции брать двуручный меч противопоказано из соображений безопасности, но я, с одной стороны, уже был значительно сильнее физически, чем аналогично сложенный человек, а с другой – мне было очень любопытно. Выслушав проблему, Шрам отправился за оружием, а мне пока было о чем подумать – как ни странно, тоже об оружии. Достаточно четкое «ограничение на технологию», о котором меня в самом начале предупредил Голос, не давало мне, скажем, смешать порох или сконструировать лазер (даже если бы я знал, где взять ксеноновую лампу и рубиновый стержень с десятипроцентным содержанием хрома… Про неодимовое стекло или углеводородные варианты даже мечтать не приходится). У меня не получалось нарисовать схему двигателя внутреннего сгорания или построить модель самолета с правильной аэродинамикой крыла – все мои начинания буквально рассыпались в прах, а собеседники воспринимали четкие инструкции как беспорядочный набор звуков. Тем не менее из курса истории Салкама я помнил, что обойти этот запрет хотя бы отчасти возможно. Более того, запрет не мешает успешному применению полученных агрегатов на практике (хотя это и не гарантирует долгой жизни).
Я уже отказался от сложных технических тем – Голос был прав: я не слишком силен в инженерии. Но вот кое-что я сделать хотел, а именно – организовать производство качественной оружейной стали. Я в общих чертах представлял себе основные процессы рафинации, сварки и дифференцированной закалки, но не взялся бы объяснить это у школьной доски. Я также знал, чем отличается клинок из дамаска от композитного клинка японских мечей. Вопрос был в том, что из этого было проще «донести» до местных мастеров. Так и не решив вопроса, что лучше, я переключился на вопрос «как». Не устно, не письменно. Идеи будут? Идея была. Бредовая, не спорю, но авось сработает. Если не сработает – буду думать дальше.
Вернулся Шрам с кучей оружия. Не знаю, какой арсенал он обобрал, но как-то ухитрился приволочь два клеймора, несколько одноручных мечей – я их определил как спату и палаш, – и даже глефу[3].
– Ты где все это набрал, металлист?
– Дома взял! У меня этого добра много – ностальгия!
– Ясно все с тобой! Какой ты чувствительный, однако! Слушай, пока не забыл: найди мне завтра утром двух красивых девушек!
– Так!
– Не так! У одной из них должны быть совершенно роскошные волосы – это главное. Вторая должна уметь эти волосы отлично заплетать!
Судя по выражению лица Шрама, он не отказался от первоначальной мысли об ожидаемом использовании девушек, а дальнейшие инструкции счел моими предпочтениями – кому что нравится.
– Девушки должны быть полностью готовы к небольшому представлению и ждать меня недалеко от той кузницы, которую порекомендует мастер Андреас. Приставь к ним ненавязчивую охрану – я хочу быть уверен, что никакая жаждущая познакомиться сволочь не спутает мои планы.
Шрам начал понимать, что это начало очередной непонятной ему операции, и погрустнел.
Тем не менее мы отлично потренировались – оказалось, я действительно освоил ряд приемов работы с глефой и двуручным мечом. Без магии против такого противника, как Шрам, мне, конечно, ничего не светило, а вот против обычного воина я мог смело выходить даже с таким нетипичным оружием. Кроме того, я явно перенял часть его уверток и ухваток – этот здоровяк был невероятно подвижен, что при его комплекции почти невозможно. Подозреваю, что эта кажущаяся неповоротливость стала причиной смерти очень многих его противников.
Назавтра мы отправились в ремесленный район. По дороге я дал указания девушкам и их сопровождению – тем предстояло еще договориться насчет нескольких деталей операции и подготовить площадку. После этого я постучался в дверь указанной мне кузнечной мастерской.
Открыли мне почти сразу. На пороге стоял дородный седой кузнец и недобро на меня щурился.
– Прошу прощения за беспокойство, мне нужен мастер Тобиас.
– Это я. Что вам от меня нужно? – Это было выпалено с таким агрессивным напором, словно я пришел выгонять его из дома. Интересно, чего это он так переполошился?
– Вы всегда работаете с подобной страстью или заказ непокорный попался? – Мне все-таки немного удалось сбить его с толку. В противном случае он бы уже набросился на меня с кулаками.
– Да чего вы все от меня хотите? Вчера вваливается вся местная шайка разбойников, и старший говорит, что завтра бугор зайдет перетереть и чтобы я был паинькой. Сейчас вы еще пришли, будто мне первого мало, я повторяю и им, и вам и повторю этому бугру: я не собираюсь ни под кого подстраиваться ни сегодня, ни завтра, никогда. Я работаю так, как я считаю нужным, и вы мне не указ! А если попытаетесь угрожать, то я вам покажу, на что еще кузнечный молот годится! – Дядя бушевал, как вулкан. Учитывая его профессию, это сравнение показалось мне особенно удачным.
– Успокойтесь, мне порекомендовали вас как лучшего специалиста по стали, и я хотел у вас проконсультироваться…
Дядя немного успокоился. К тому же ему явно польстило, что его считают лучшим.
– Да! Я лучший! И поэтому мне постоянно докучают эти проклятые рэкетиры и хотят, чтобы я работал под ними. Уже дважды из-за них кузница горела, но я говорил и буду говорить… – Дядя явно пошел на новый виток извержения.
– Вы поможете мне?
Кузнец снова неодобрительно прищурился:
– Вообще-то я занят, молодой человек. Если вам нужна просто консультация, приходите попозже.
– Во-первых, я готов хорошо заплатить за консультацию. Кроме того, если меня удовлетворят полученные сведения (на этом месте кузнец побагровел и выпучился так, что я собрался отпрыгивать в сторону), то сделаю несколько очень больших и дорогих заказов. А что касается бугра и рэкетиров, то не беспокойтесь – речь шла именно обо мне, но господа разбойники несколько неточно выразились: я, скорее, иностранный купец, а не бугор. И меня интересуют различные изделия из стали самого высокого качества.
Теперь дядя насупился и смотрел на меня не только неодобрительно, но и настороженно.
– А откуда вы?
– Издалека. И я не знаю, на каком уровне качества производятся ваши изделия…
Договорить мне не дали. Я планировал ввернуть еще несколько сомнительно-высокопарных фразочек относительно качества, но чаша терпения господина кузнеца разлетелась вдребезги!
– Уровне?! Качества?! Да я вам покажу, что такое качество! Да ни одна иностранная задница мне еще про уровни не втирала!
И меня буквально сграбастали в охапку и потащили внутрь. Хотелось заорать «банзай!».
19
М-да… Ну что, малоуважаемый Темный Властелин… Получили вы щелчок по носу? Получи-и-или! Ибо нечего выпендриваться и считать себя самым умным и образованным, а всех вокруг – неумехами. Ведь если б то же самое произошло в бою, то лежали б вы уже где-нибудь в ямке, и изумленное выражение лица не помогло бы сшить распоротое брюхо. Стыдно? Сты-ы-ыдно! Ибо понимал уважаемый Тобиас Вулканович в стали намно-о-ого побольше вашего, и не вам его учить!
Оказалось, что кузнецу прекрасно известна технология рафинации, сварной проковки и ступенчатой закалки. И еще много такого, чего я не знал. Когда я под конец изумленно спросил: «Так что же вы не делаете хорошую сталь?» – кузнец стыдливо насупился и сказал: «Дорого». По-настоящему высококачественная сталь – дорогое удовольствие, а конкуренция жесткая. Мало кто станет покупать меч в десять раз дороже, чем в соседней лавке, хотя он и намного лучше. Не так много специалистов, чтоб прочувствовать разницу. Еще меньше специалистов, у которых есть столько денег. И уж совсем мало тех, кому действительно такой меч необходим. А делается такой меч долго. Вот и приходится искать какой-то компромисс.
Все это Вулкан (буду называть его так – прилипло, хоть убейте) рассказал мне, пока мы медленно брели вдоль по улице по направлению к пивной – после продолжительной и темпераментной лекции про перековку я предложил ему пройти и промочить горло, а заодно обсудить предстоящую работу. А предстояло ему много – начать массовое производство разнообразных изделий из высококачественной стали.
– Вам не надо будет опасаться за цену – вам будут платить столько, сколько вы скажете, и брать на корню все, что произведете. Вам не нужно будет опасаться конкуренции – наоборот, в скором времени к вам будут проситься все ваши «коллеги» (я специально подчеркнул это слово так, чтобы Вулкану стала понятна его превосходящая роль в намечаемом процессе и право самому определять профпригодность коллег). Вам не нужно опасаться рэкетиров – они будут с вас пылинки сдувать и преданно заглядывать в глаза. Вам не нужно будет беспокоиться насчет сырья – у вас будет столько сырья, сколько вы затребуете, и того качества, которое вам понадобится. Ваша работа, если вы согласитесь, – наладить именно массовое производство и постоянно поддерживать высокое качество продукции.
– Это как-то слишком похоже на сказку! И что для этого нужно?
– Согласиться на меня работать. Все остальное я организую так быстро, что вы и пикнуть не успеете.
– Не люблю пищать… – Сказано это уже было несколько отстраненно – его внимание переключилось на что-то еще.
– Вы согласны служить мне?
– Да, господин! – сказал кузнец, усаживаясь на удобно подставленный стул на открытой веранде трактира. Напротив, через дорогу, на крыльце дома удобно расположились две девушки. Одна из них заплетала другой волосы. Кузнец сидел так, что ему был хорошо виден весь процесс.
Девушка переплетала волосы своей подруги, чередуя разные ленты и цветные шнуры, получая в итоге тугой жгут.
Заранее подготовленный пучок проволоки с разным содержанием углерода скручивался и проковывался. Комбинируя железо и высокоуглеродистую сталь, получали материал, который дополнял недостатки обеих исходных сталей. Так возникало чередование слоев металла с очень высоким и очень низким содержанием углерода. Первые при закалке приобретали большую твердость, а вторые, напротив, не закаливались вовсе и служили амортизирующей подложкой. Мягкие железные слои не давали металлу быть слишком хрупким, а высокоуглеродистые слои придавали нужную упругость и остроту. Диффузия углерода также усредняла в какой-то мере его распределение в заготовке.
И все-таки я позабочусь, чтобы вам, уважаемый Вулкан, сегодня приснилась эта завораживающая картина – красивые девушки, тугой жгут переплетенных волос, шнуров и лент, постепенно превращающийся в то, что вы любите больше всего на свете, – высококачественную сталь.
20
Вечер того же дня. Каминный зал, та же компания.
– Вы нашли человека, который может отвечать за поставки сырья, мастер Андреас?
– Да, господин!
– Хорошо, завтра приведу его к присяге – и за дело. Кто отвечает за рэкет в этом районе?
– Господин Занзак.
– Хорошо. Передайте ему, чтобы отныне сдувал все пылинки с мастера Тобиаса. Пусть наведет порядок в районе. Там скоро произойдут большие изменения.
– Какого плана, господин?
– Скажем так… мастер Тобиас немного спутал мне карты. Я изначально планировал, что ему понадобится больше времени на освоение новых технологий, но это не так. Похоже, он уже готов приступить к работе. А вот я не готов. Поэтому даю такую вводную – скоро будет создана, назовем ее так, «королевская кузнечная гильдия», к которой будут постепенно присоединяться все более-менее серьезные кузницы. Мастер Тобиас возглавит ее. Гильдия получит королевский заказ на производство высококачественного оружия для своей гвардии, а в последующем армии и стражи. Дополнительно к этому заказу мастер Тобиас получит… Ряд привилегий… Основное условие вступления в гильдию – возможность производства высококачественной продукции. Все остальное – площади, деньги, сырье, инструменты – будет предоставлять гильдия. А также ряд привилегий своим членам. Скоро работать кузнецом гильдии станет очень выгодно и престижно. Кроме заказа на оружие будет размещен еще один королевский заказ – заказ на производство большого количества хозяйственного инвентаря – кос, пил, топоров, ножей – королевский подарок своему народу. Новые короли любят делать широкие жесты.
– Новые короли, Владыка? – хором спросили мои помощники.
– Да, господа. Новые. Я же сказал, что не готов. Но эту последовательность действий можно и поменять, главное – тихо. Пусть мастер Тобиас разворачивается, но чтобы это не привлекало особенного внимания. Я продолжу. После перевооружения армии – кстати, старое оружие надо пустить на сырье – оно не должно попасть на рынок. Никаких фокусов с интендантством и разворовыванием складов! Мастер Андреас, вы за это отвечаете головой. Ни один клинок не должен пройти мимо плавильни.
– Да, господин.
– После перевооружения армии гильдия продолжит производство оружия и инвентаря – на продажу, только по исключительно бросовым ценам… Относительно качества, разумеется. Назовем это завоеванием рынка. Кроме совершенно бросовой цены и исключительно высокого качества каждое изделие гильдии будет маркироваться особым образом – эдакий «знак качества» – обязательный атрибут и символ гильдии.
– Символ?
– Да, Салкам. Ты все правильно понял. Это будет мой знак – модифицированное заклинание, передающее мне часть силы убитого. Не суть важно, воина или срезанного колоса. Мне пригодится и то, и это. Наша с тобой задача – модифицировать и дополнить заклинание так, чтобы кровь жертвы восполняла силу заклинания без нашего участия. Скажи, как по-твоему, много есть в мире чародеев, способных распознать такое заклинание?
– Не знаю, Владыка. Думаю, что немного. В любом случае это можно было бы проверить на придворном чародее – прославленный Манапах Черный Гром по праву считается одним из самых сильных чародеев мира. Если не сможет он, то не смогут и другие.
– Черный Гром, да? Грозный дядя. И очень скромный, как я погляжу. Мастер Андреас, вы что-нибудь знаете о нем?
– Очень мало. Крайне нелюдимая и необщительная личность. Очень старый. Он является придворным чародеем уже больше восьмидесяти лет, и поговаривают, что именно он неоднократно удерживал страну от распада. Но что он представляет собой в магическом плане, я вам сказать не могу. И думаю, никто реально не сможет – разве что кроме придворных чародеев других королевств, с которыми он иногда общается. Но и на них у меня выхода нет – они мне не по зубам.
Ясно. Подозреваю, что мне рановато соваться к господину придворному чародею. Пока. А вот с другой аристократией надо будет скоро познакомиться.
– Так, господа, наши дальнейшие действия: мы с Салкамом делаем знак. Пусть мастер Тобиас начнет производство ножей, применяемых для забоя скота. Когда они будут готовы и должным образом промаркированы… Возможно, знак следует наносить еще во время производства. Это надо выяснить и отработать технологию нанесения и закрепления. Это самое важное сейчас. Так вот, когда ножи будут готовы, я хочу, чтобы их подарили всем, кто занимается заготовкой мяса. Можно в обмен на старые. Не думаю, что господин Черный Гром ходит по животноводческим фермам на окраинах города и мясным лавкам. Так что процесс пойдет, и мы сможем все проверить.
Ну а затем мне следует нанести визиты вежливости и «засвидетельствовать свое почтение»… Ох, много же их будет, мама дорогая. Но этого тоже лучше не откладывать.
21
Конструирование знака и его нанесение прошли успешно. Знак действительно следовало наносить еще во время ковки. Притом не просто наносить, а окроплять кровью. Поскольку мое личное присутствие во время производства всех изделий было невозможно, мы вновь принялись за модификацию знака. В конечном итоге мы добились, чего хотели, и даже больше – присутствия заклинателя при производстве не требовалось. Сам знак мог быть нанесен кем угодно (кузнецом, разумеется, – это был не рисунок, а гравировка). После нанесения знак следовало активировать – напоить специальным «коктейлем», основным ингредиентом которого была кровь. Эксперименты показали, что кровь крупных животных – свиней, коров – для этого вполне годится. «Коктейль» мог быть приготовлен заранее и в любых количествах – для этого как раз сгодится лаборатория Салкама. Знак работал отменно – часть силы убитого моментально перетекала в меня. А кровь подзаряжала знак. Кроме всего прочего, мы сделали так, чтобы знак немного светился, когда на него попадает кровь, – с одной стороны, это гарантировало подлинность его, а с другой – защищала нас от нежелательного внимания. Распознать в знаке магию мог и менее сведущий специалист. А так – качество, гарантированное короной и магически засвидетельствованное (при самом благоприятном развитии событий я рассчитывал «повесить» это все на Черного Грома, сам оставаясь в тени).
Все это было краеугольным камнем моего плана, который я придумал еще в заточении. Я не собираюсь вести захватнических кровопролитных войн. Зачем? Мне не нужна территория. Мне безразлично, кем будет убитый солдат. Сила срезанного колоса ничтожно мала, но сколько таких колосьев на поле? А сколько полей в стране? А кто сказал, что я собираюсь ограничиваться одной страной? А сколько сил в одном дереве, и сколько деревьев рубится каждый день? Господа, воюйте себе на здоровье (мрачноватый каламбурчик) между собой. Живите, умирайте, ведите хозяйство, растите, грабьте, убивайте – вот только все без меня: я совершенно не собираюсь вмешиваться в вашу жизнь, в жизнь вашего мира. Меня тут вообще как бы нет. Я просто получу дивиденд от каждого вашего действия – того или иного. Мирного или военного. Небольшой, незаметный, но капли образуют ручьи, ручьи сольются в реки, реки напитают море, а моря образуют океан. Я не спешу. Что скажешь, Голос? А ведь и это не конец. Это всего лишь подготовка.
22
Время шло. Мастер Андреас подробно рассказывал мне обо всей государственной элите – аристократии и высших чиновниках. Их всех со временем предстояло обработать. Только мягко и не торопясь. С одной стороны, конечно, можно было провернуть все точно так же, как и с криминальным миром, но я все еще опасался Черного Грома и понимал, что аристократы – не криминал. Там практичность далеко не всегда присутствовала, а понятия чести, гордости и вассалитета могли быть здорово перекручены и извращены, – мне ничего не стоило нарваться на человека, для которого проще умереть, чем преклонить колено перед кем угодно, просто потому что он так воспитан и прожил с этим всю жизнь. Тут надо было работать тоньше. Намного тоньше.
Конец ознакомительного фрагмента. Купить полную версию книги.
Примечания
1
Бригантина – суконно-пластинчатый доспех. Бармица – доспех, защищающий нижнюю часть лица и шею. Моргенштерн – бронзовый шар с ввинченными в него стальными шипами. Средневековое оружие на прочной цепи.
2
Длинный японский меч (дайто).
3
Клеймор – шотландский меч, чаще двуручный. Спата – рубяще-колющий меч, чаще обоюдоострый. Глефа – древковое оружие с заточенным односторонне металлическим наконечником.
