Пурпурные всполохи взрывов озарили отдалённые сопки Венеры. Голубая планета, поддавшаяся терраформированию многие годы назад, сотрясалась от сотен ног людей и тысяч лапок местных тараканов – Сарсуров. Огромные твари никак не давали человечеству покорить новые просторы космоса, своими усиками щекоча наши пятки и затормаживая технологический прогресс. Битва за битвой, затянувшаяся война с безмозглыми насекомыми превратила общество в фанатичных воинов Бирюзовой Армии, и слава Солнцу, что я – одна из них.
Мимо трусливых Снайперов, щуплых Разведчиков и тупоголовых Бомбардиров, я провела свой личный отряд ближе к границе основного столкновения. Оставив позади смешавшуюся и смердящую страхом людскую массу, мы заняли одну из сторон огромного кратера, отрезав небольшой группе насекомых путь к отступлению. Сарсуры тут же смекнули, что деваться больше некуда, и мигом ринулись к нам. Вся заляпанная синеватой кровью тараканов, я сделала выстрел из сигнального огня, давая метку для артиллерии. Достала личный меч серии B SC120. Усики шестилапых мразей задрожали, они на секунду встряли на месте. Вот тут всем стало понятно, кто именно выберется из передряги живым.
Я выпустила скопившуюся энергию из голеней костюма WV01, оказавшись в прыжке намного выше насекомых, и одним ударом рассекла таракана пополам. Даже в относительно тёплой атмосфере Венеры, где человек может дышать без полноценного скафандра, внутренности Сарсура дымились как молодой костёр. Мои плечи шипели, удерживая на себе тонкие нити кишок и сухожилий сдохшего насекомого. Меч набирает новый заряд, пульсируя меж пальцев и приятно щекоча каждый мускул руки. Я словила себя на мысли, что не могу сдержать улыбку.
Оставшиеся тараканы не сразу, но двинулись к нам, уже лениво передвигая конечностями. Глупые насекомые смирились с участью, под действием первородных инстинктов желая надкусить перед жестокой смертью человечьего мяса. Мои напарники не дали Сарсурам приблизиться ко мне, и несколько залпов жёлтого цвета из орудий класса А размазали по земле тройку незадачливых уродливых созданий. Я глянула в небо, там уже группировались линии полёта ракет, следующих ровно в точку моего сигнала. Как я и предполагала, другая часть стада тараканов, куда большая по размерам, проглотила наживку и помчалась к нам – самым наглым представителям людского рода на Венере. Я махнула своим, мы рванули что есть сил обратно к позициям Снайперов, в этот раз отлично отбивающих нас от судьбы быть сожранными сотнями жвал Сарсуров.
Мощные взрывы дали такую встряску под ногами, что я чуть не потеряла равновесие. Новая волна безумного веселья накатила на мой разум. Позади к небу взмывали разорванные в клочья тельца насекомых, целый град их конечностей толстым слоем завалил условную границу между ещё живыми тараканами и нами. Я вглядывалась в пустые взгляды насекомых, ища там хотя бы животный страх, если уж проблески интеллекта так и не удалось обнаружить. Но тупые зенки Сарсуров отражали обыденную реальность – колоссальные потери среди насекомых против минимальных среди людей. Я готова была пировать прямо сейчас, раздираемая изнутри ощущением превосходства, однако поставленная задача была выполнена только наполовину, и я махнула своим двинуться к следующей точке зачистки. Обменявшись полными пламени взглядами, мы оставили после себя маленькое голубое облачко пыли.
– Брис! – я крикнула так, что сама чуть не оглохла.
– Пира? Слушаю!
Моя правая рука. Где бы ни находился этот словно высеченный из камня Техник первой категории, он ответит на мой зов за доли секунды.
– Просканируй соседнюю сопку. Нутром чую, там ещё один улей.
– Принято!
Брис отделился от нас. В полусогнутом состоянии и провожаемый залпами за нашими спинами, он занял позицию повыше, чтоб ни одна лишняя волна связи не помешала ему идеально отследить местоположение и количество Сарсуров.
– Крин!
– Да?
– Пройди чуть вперёд и поставь датчики. Заранее заряди секиру – первый залп пустишь ты.
– Принято!
Крин, самый рослый и могучий среди нас. Двухметровый великан, предпочитающий дальнему бою исключительно ближний. Настоящий бог грома, превращающий насекомых в поджаренные угольки своей секирой серии BB02.
Я дала сигнал Брису, тот ответил готовностью. Крин впереди тоже показал жестом, что готов начать наступление. Тут остался последний штрих –мои верные Валькирии. Троица совершенно безумных девушек, сплочённых как звенья в прочнейшей цепи, всегда покрывали плотным залпом из орудий BT33 каждого Сарсура, что умудрялся выжить после первичной атаки Крина.
– Грет! Мета! Илма! – наводящий жути вопль трёх женщин прозвучал в ответ зову ровно в тот момент, когда я его и ждала. Фланги прикрыты, отступление тараканам тоже отрезано. Брис связал наши позиции с невидимыми Снайперами, а шпиль атаки уже пышет жаром, сжимая секиру всё сильнее с каждой секундой. Впереди всего одной действие – мой сигнал к наступлению.
– Звук!
Брис пустил по земле Венеры и её недрам тонкие волны, неуловимые для человеческого уха, но приводящий каждого таракана в состояние между сильнейшем страхом и буйством гнева. Как и предполагалось, перед нами поверхность голубой планеты начала заполняться сбивающимися в кучу насекомыми. Они прыгали на месте, скакали друг через друга и шипели, порой кусая сами себя. Завораживающее зрелище, опьяняющее донельзя и заставляющее низ живота томиться в приятном зуде.
Не успела я дать сигнал, как нетерпеливый Крин пустил электрический разряд, связав Сарсуров в общий ком подгорающего мяса. Насекомые шкварчали и шипели ещё громче. Хрустели лапки, отламывались усики, жвала Сарсуров становились красными, готовые вот-вот осыпаться на землю тонким слоем праха – лучшее доказательство превосходства людей над тараканами Венеры.
Горизонт до сих пор переливался под светом Солнца. Спинки живых Сарсуров метались из стороны в сторону. Общий разум тараканов давал сбой, и армия насекомых начала делиться на отдельные группы, более слабые по сравнению со своими предшественниками. Всё мельче и мельче, пока перед нами не предстали десятки жалких горсток Сарсуров.
– Огонь!
Три сестры близняшки – Грет, Мета и Илма – дали такой залп по открытой площади, что воздух наполнил звук раздираемой плоти. Поддеваемый запахом горелых насекомых, оркестр расчленяющийся тараканов превращал эту битву в прекрасную симфонию. Я ловила и жадно впивалась всеми органами чувств в эту картину. Плевать на тела убитых Рядовых, на обглоданных неудачников из отрядов Бомбардиров. Я со своими верными воинами наверху пищевой цепочки, готовая доесть каждое живое существо, что осмелилось на моих глазах трепыхаться после отлаженной схемы уничтожения тараканьего отребья. Я довольна, возбуждена и пьяна войной, ведь сегодня напилась сполна. Остался десерт.
Если вспоминать несколько лет кратких курсов в Академии, то можно выудить из неликвидных программ несколько полезных вещей. Одна из них связана с Альфа-тараканом. Ни один улей или армия Сарсуров не обходится без Альфа-таракана. Это самый слабый и маленький из них, но внутри у этого паразита находится самый что ни на есть настоящий аналог человеческого мозга. Карлик-командир, обычно прячущийся подальше, чтоб миллионная армия насекомых не превращалась в бесцельно бродящее по Венере скопище.
И вот теперь нам предстоит отследить последнего Альфу в этой битве. Я чую его страх, слышу, как в ужасе трепещут его тонкие лапки, издавая характерный стрекочущий звук. Самый вкусный тараканчик, и с его помощью сделаю новую засечку на плече Крина, где лично мной в виде головы с двумя огромными чёрными глазами вытатуирован каждый освежёванный нами Альфа-таракан. Кожа Брина отпразднует юбилей – десятый по счёту раз, когда я привела человечество к ещё одной ступени в сторону победы над Сарсурами.
– Брис! Отследи Альфу, ориентируйся на холмики, бери ближе к левому флангу. Там слишком плотный отряд тараканов.
– Принято!
Брис и без моих указаний отлично знает, что от него требуется. Опытный воин, опасный как в ближнем, так и дальнем бою, безупречен в знании самой передовой техники на этой планете. Пластичный мужчина скользнул по сопке чуть ниже, скатившись вальяжно ближе к нам и подмигнул мне. Я послала ему воздушный поцелуй и следом отправила средний палец. Знак любви на всех планетах, так нежно и мирно вращающихся вокруг Солнца.
Крин грузно притопал ко мне. Гремит доспехами и наблюдет, как Брис корректирует датчики, без погрешностей определяя местоположение Альфы. Крину осталось лишь отдыхать, а вот сёстрам достанется почти ювелирная работа. Близняшкам, как искусным скульпторам, следует отделить плотную массу вокруг Альфы от него самого мощными залпами из ракетниц. Одна из любимых частей каждой битвы – салют моих Валькирий, с такой точностью окружающий в огненное кольцо Альфа-таракана, что тот пожелал бы умереть с собратьями, нежели остаться в оплавленном одиночестве. Я облизываю губы в предвкушении разделки малютки насекомого, который всегда пищит одинаково, но совершенно не так, как обычные тараканы. Вопль проигравшего, умоляющего на неведомом человеку языке пощадить его, вздумавшего своим недалёким умишком наслать на нас новую порцию Сарсуров.
– Всё готово! Грет, – Брис махнул главной из сестёр, передав информацию о положении Альфы. – Покажите мне фейерверк!
Грет быстро скорректировала между Метой и Илмой показания Бриса и для наглядности ткнула пальцем в то место, которое сейчас превратит в настоящий насекомий Ад. Три ракеты под вопль близняшек устремились в небо, уже опустевшее и утихомирившееся. Все в Бирюзовой Армии знали, что мой личный отряд заслужил главный трофей, и ни один Рядовой, если ему дорога его нищенская должность, не посмеет и выстрела сделать. Несколько секунд тишины заставили поверить, что я оглохла, но затем мощнейший взрыв с предельной точностью отрезал Альфу от остальной армии, окружив его горящими и бурлящими телами обычных Сарсуров.
Я проверила статус и инвентарь:
Состояние здоровья – 90%
Ментальная устойчивость – 91%
Целостность костюма WV01 – 86%
Заряд клинка SC120 – 71%
Количество патронов ПП HA55 – 130
Количество патронов автомата MB32 – 450 (полный боезапас)
и чуть ли не с закрытыми глазами ринулась к огненному колечку, где метался из стороны в сторону последний на этих окроплённых сопках Альфа-таракан. Даже за сотню метров слышу его жалобные мольбы о пощаде, но чем ближе, тем тише просьбы. Словно наши головы тоже слились в ментальную связь, и оба практически одновременно понимаем, что выживет лишь один.
Армия Сарсуров растворялась, тараканы убегали кто-куда, спеша спрятать свои задницы поглубже в улей, скрыться до рождения следующего Альфа-таракана и, как следствие, нового призыва среди насекомых. По пути я лёгким движением убивала попадавшихся под руку Сарсуров. Словно почести моей персоне – внутренности тараканов летали вокруг как световые гирлянды, особенно красивые в голубом закате Венеры.
Альфа-таракан зажался подальше от меня, будто думая, что труп его подопечного сможет скрыть вонь проигравшей стороны. Я, напевая старые песенки из детства, кроткими шагами приближалась к Альфе, теряя рассудок от количества страха, издаваемого последним живым насекомым в радиусе метров тридцати. Маленькие глазки скользили по моему костюму, усики прижались в треугольной голове, больше и не пытаясь призвать кого-нибудь на помощь. Я приложила указательный палец к своим губам, тут же узнав на вкус, каковы были сегодняшние тараканы.
Альфа совсем стих и словно умер, прекратив двигаться. Рык из моего рта выскочил сам по себе, ладонь, плотно сжимавшая клинок SC120, свистнула в атмосфере Венеры и отделила голову Альфы от его трусливого тельца. И уже знакомые зенки несколько секунд искали в моих глазах хотя бы каплю сострадания, но, встретившись с полным разочарованием, потухли. Я дала себе времени глубже вглядеться в суть побеждённого таракана. Он проиграл как физически, так и умственно. Ни с кем не собираюсь делиться этим чувством, поэтому машинально отвернулась, когда меня настигли Брис с Крином. За ними поспели и сёстры. Я бросила Крину голову таракана, тот уже заученным движением ноги отправил её на добрые пятьдесят метров за мою спину. Там что-то шмякнулось и чуть прокатилось. Снова полная тишь.
Поле боя остывает, приходит в состояние покоя. Земля под ногами перестала пульсировать, огни больше не блестят в небе, и сама звезда почти спряталась за голубыми горами. Последние нити дыма растворились, на ВЕРИ-СМАРТ пришли указания командования о возвращении в казармы с конкретным приказом – отпраздновать очередную победу.
Недалеко, буквально за соседними холмами, артиллерия посадила воздушный транспорт и разбила огромный лагерь. Некоторые казармы были двухэтажными, только бы никакой Рядовой не остался спать снаружи. Развели огонь между двумя штабами связи. Перед пиршеством мы выждали время, пока Связисты не выйдут с добрыми новостями. Как и предполагалось, на сегодня все задания выполнены. Несколько Разведчиков встали на посты вокруг лагеря, мельком поглядывая, как у воинов Бирюзовой Армии начался грандиозный пир. Сегодня четверть равнины Навки полностью перешла во владение человечества. Через несколько дней тут начнётся массовая застройка, и к началу нового периода боевых действий развернётся огромная военная база. Я в очередной раз подам заявку, чтоб её назвали в мою честь.
Сёстры быстро оставили наш отряд, забежав в открывшийся бар. Как обычно будут соревноваться, кто выпьет больше страута, после которого даже замасленные Бомбардиры еле выползают на улицу, не желая блевать внутри. Уверена, в очередной раз победит Грет, по факту являющаяся старшей сестрой, пусть разрыв и составляет всего минуту. Брис опять ехидно мне подмигнул и, схватив за бёдра двух Связисток, потащил хохочущих дурочек в свою личную палатку. Её он всегда ставил сам, и ставил заранее, согласовав предварительно с артиллерией будущее расположение лагеря. Вечно буду удивляться его уверенности в победе, но никогда не дам знать, что тень сомнения всегда трепещет где-то у висков.
Крин легко толкнул меня плечом и пригласил, не сказав ни слова, зайти в тот же бар, где сёстры уже устроили свой личный фестиваль с криками и песнями на языке, который до сих пор не знаю. Я отказалась, мотнув головой, а здоровяк поник, опять молча отправившись упиваться до отключки самым крепким пойлом в лагере – настойки его отца, до сих пор производящиеся в Городе с разрешением Совета. Может, присоединюсь потом к Крину, но сейчас жуть как хочу растянуться в гамаке и сомкнуть веки хотя бы раз. Ощущение, будто я вообще не моргала за всё время битвы. Глаза стонут от боли и сухости. Уверена, они красные, как свежие кровоподтёки.
Под вопли из соседних палаток и стоны как мужчин, так и женщин, слившихся в сексе после битвы, я закрылась в своей коморке из плотного тента. Тут мой гамак, тумбочка и стойка для оружия. Я скинула автомат, ПП, вынула меч и сняла шлем. Проверила статус:
Состояние здоровья – 87%
Ментальная устойчивость – 56%
Целостность костюма WV01 – 85%
Как обычно, ВЕРИ-СМАРТ зафиксировал ментальный провал. Каким бы ни был итог битвы, я тону в тоске после убийства Альфа-таракана. И ничто не может этого изменить. Стоит всё-таки выпить настойки Крина, может, так усну быстрее, не пытаясь в очередной раз определить источник подобной колоссальной грусти. А Солнце прекрасно знает, как я устала.
Не успела я развалиться и забыться сном, как ко мне ворвался Брис. Полуголый, с блестящим торсом от пота и смазки костюма, где каждый кубик сечётся с такой чёткостью, что верить в это невозможно. И только сейчас осознала, что боролась с подступающей истерикой, заставив слёзы застрять в уголках глаз в последнюю секунду. Брису подобное никогда не стоит видеть.
– Пира, пойдём с нами, – Брис кивнул на таких же обнажённых Связисток, стоящих рядом со своим кумиром с плакатов и глупо хихикая. Я понимаю их, ведь им довелось прикоснуться к телу и возможно даже отсосать у одного из самых популярных воинов Бирюзовой армии. Окружённый культом вокруг своей персоны, Брис никогда не прекратит пользоваться подобным стечением обстоятельств. – Там привели совсем молодых Рядовых. Прям как ты любишь. Они тебе ноги оближут и спасибо скажут, если ты их ещё помыть не успела. Что думаешь?
Отличный вопрос, улетевший в пустоту моей головы. Я знала, что если откажусь, то вызову тонну подозрений, да и блестящие красные глаза уже практически выдали меня. Я вспомнила, как в последний раз измывалась над новобранцами, и приятный азарт скользнул от шеи к лобку. Кажется, сегодня необязательно напиваться, чтоб сбежать от самой себя. Я искренне улыбнулась и поняла по взглядам Связисток, что слишком уж жутко это сделала. А Брис знал, что значит подобный взгляд, и сам ощерился как самый опасный хищник в округе.
Я на ходу расстегнула костюм, кожу груди приятным слоем покрыл воздух Венеры. Звезда оставила нас без своего света, погрузив в искусственные цвета неона – зелёного и синего. Под нарастающий гул музыки, попадающей в такт сердцам каждого в лагере, я уверенным шагом добралась до казармы Рядовых, где у входа стояла пьяная вдрызг Грет, держащая на своих плечах по разные сторону Мету и Илму, уже совершенно утративших связь с нами из-за слишком большого количества страута. Под кивок одобрения своей главной Валькирии, я вошла в казарму, где пахло потом и девственностью. Один из самых вкусных ароматов на свете.
Я вглядывалась в глаза зелёным бойцам, вот-вот закончившим обучение в Академии. В поисках самого молодого, мои зрачки скользили тут и там, пока несколько рядов юношей не рисковали и пикнуть. Возбуждение сквозило в моём животе, я еле держала руки у бёдер, что бы не начать трогать себя за грудь и желая одного – чтоб все они легли лицом вверх, на каждое из которых я смогла бы сесть.
– Смотри, – Брис протянул мне свой ВЕРИ-СМАРТ, еле отбившись от раздурившихся Связисток, желающих во что бы то ни стало ещё получить немного тела моего главного помощника. Он бы и сам рад, еле прячущий огромный стояк в штанах, да не может меня оставить без удовольствия после удачной битвы. Ха, словно иные были хоть раз. – Вот этот. Как тебе?
– Слишком низкие оценки.
– Понял. Этот? – Брис смахнул страницу одного Рядового и переключился на следующего. Я приходила в восторг от того, что у меня столь огромный выбор, можно и привередничать.
– Ему уже девятнадцать.
– Самый молодой нужен?
– Именно так.
Я мельком заметила, как в глубине казармы дёрнулось моложавое тело. Я быстрым, но бесшумным шагом приблизилась к нему. Светловолосый, щетина ещё не проглянула на его андрогинном лице. Мышцы рук словно из стали, а взгляд как у запуганного таракана.
– Он? – Брис кивнул на новобранца, и я попросила проверить.
Прямо при Рядовом мы вслух зачитывали его резюме перед вступлением в Бирюзовую армию. «Прилежный ученик. Закончил Академию со средним баллом 4,95. Беспрекословно выполнит любые задания. Имеет личную рекомендацию от одного из самых уважаемых профессоров».
– Сколько ему?
Рядовой не посмел ответить, хотя его губа заметно дрогнула. Наши взгляды пересеклись, и юный боец потупил глаза в пол. Это хорошо, всё идёт как надо.
– Исполнилось восемнадцать на прошлой неделе. Я уверен, что моложе ты…
– Этот подойдёт.
Брис кивнул нам обоим и прошептал что-то на ухо Рядовому передо мной. У того словно сердце перестало биться, мальчик побледнел, но теперь ровно смотрел в мои глаза, ища там то ли пощады, то ли что-то ещё.
– Развлекайся.
Брис ушёл, оставив меня наедине с полусотней девственных Рядовых. Часть из них сегодня и автоматов не подержала, ожидая сигнала подкрепления за позициями Бомбардиров. Я оглядела остальных, скомандовала им встать в круг. Своего мальчика провела внутрь и уложила на спину. Тот как стоял руки по швам, так и лёг, плотно прижимая ладони к поясу. Его дыхание участилось, в глаза ему били фонари сверху, от чего юноша сощурился и сжал губы так, словно его сейчас бить начнут. Но мне плотность его губ ни к чему, уж пусть лучшее расслабится насколько возможно. Со мной надо нежно – я женщина, всё-таки!
Я расстегнула костюм и осталась нагишом перед Рядовыми со взрывающимися от гормонов яйцами. Они облизывались, начали перешёптываться, возможно желая оказаться на месте парня, что, полностью замерев, лежал между моих ног и ожидал самый вкусный паёк на сегодняшний вечер. Я села ему на лицо, ощущая собственный запах пота и возбуждения.
Скольжение было поначалу неприятным, плотно сжатые губы Рядового доставляли дискомфорт, пришлось шлёпнуть его по щеке и приказать расслабиться. Подействовало, и дальше всё пошло просто идеально. Я плавно, двигаясь с постепенно нарастающим темпом, ездила по лицу юноши, принёсшему из Академии Бирюзовый, – самый почётный, – диплом. Оргазм клубком сформировался в животе и рухнул к ногам. Конвульсии в голенях заставили чуть подняться, от радости и одновременного оргазма я нассала в рот парнишке. Тот от удивления открыл рот, тут же проглотив мой подарок. Такой почести мало кто удостаивался среди моих постоянных мужчин, если их таковыми можно назвать.
Я села на грудь Рядового, собирая кожей вожделенные взгляды остальных жителей казармы. Пальцем провела вокруг клитора и собрала немного своей жидкости, поднесла к носу юноши. Тот не дёрнулся, облизнул и кивнул. Такое «спасибо» меня устроит. Довольная донельзя, я поднялась и надела костюм, приказав рядовым выстроиться в шеренгу как было при моём приходе. Того же счастливчика я подозвала к себе, схватила его за пах. Специально так сильно, чтоб тот взвизгнул, оставив свой рот беззащитным. Я сунула свой язык ему чуть ли не до гланд, сильнее сжимая небольшой член юноши, чуть напрягшийся, но недостаточно, чтоб я захотела продолжения. Насытившись молодым телом, находящимся на границе между мальчиком и мужчиной, я покинула казарму под нарастающий гогот.
Лагерь затихал, на улице никого. Фонарики Разведчиков большими кругами елозили по земле. Слышен храп пьяных солдат, кто-то ещё допевает военные песни, перебиваемый редкими возгласами с капающей блевотиной наперевес. Я глубоко вдохнула и выдохнула, ощутив в голове огромную тяжесть. В сон не клонит, но с подобной усталостью бороться бесполезно. Пиная по пути пустые бутылки из-под страута, я вернулась в палатку.
Словно всё это было паузой, лёгкой отсрочкой от мыслей и чувств, что всегда меня ждут под удушливым тентом. Гамак как ловушка, стойка с оружием – напоминание, зачем я каждые два месяца открываю глаза по утрам, желая встретить Солнце в этот 3003 год от Земного исчисления. В следующий раз звезду увижу через 59 Отсчётов по 24 часа. Мучительно долго, и не хочу ложиться, цепляясь за уходящий день, но уже с ног валюсь, еле держа веки разомкнутыми. Я снова оголилась, на сей раз это далось сложнее, а иначе на зарядку WV01 не поставить. Услышав характерный писк, я позволила себе завалиться в гамак, пахнущий дымом неизвестно почему. Его мягкая ткань всё равно обжигала, колола и резала мою кожу. У меня выступили слёзы, пришлось стиснуть зубы, чтоб не выпустить стон, и плотно закрыть руками лицо. Рыдания вырывали из меня еле слышные всхлипы, грудь сотрясалась, сжавшаяся от сквозняка. Планета остывала, и я вместе с ней, утопающая в пустоте своих скромных пожитков.
«Пира, твоё эмоциональное состояние достигло критической точки. Это третий раз за последние шесть Отсчётов. Рекомендую обратиться к дежурному психиатру и увеличить дозу Ламо».
Я потянулась рукой к виску, чтоб отключить Элис, всегда не вовремя вползающую в мои мысли, но на последнем сантиметре зависла с поднятой рукой. Моя личная помощница, которая слышна только мне. Сколько приносит пользы, так столько же и вредит. Никогда не останешься в одиночестве, если в твою голову с начала обучения в Академии вживлён чип АИ с постоянной функцией сканирования.
– Элис, не сейчас.
«Тогда отключи меня, Пира»
Электронный голос научился дразнить и провоцировать, зная, что я всё равно поступлю так, как он твердит. Не желает погибнуть вместе с моим мозгом, решившим пустить себе разряд в лоб из какого-нибудь FC43.
– Не хочу.
«А чего бы ты хотела, Пира?»
Моё имя в её воображаемых устах часто звучит, и я свыклась, что это лёгкая манипуляция с целью привлечения моего внимания.
– Хотела бы быстрее уснуть.
«Повышенная доза Ламо может помочь, но потребуется три дня на полную реабилитацию».
– Я не могу этого позволить. Послезавтра…
«Знаю. Ты спросила, я – ответила».
– Вот и поговорили.
…
«Пира?»
Элис выдержала минуту, прежде чем снова зазвучать в моей голове и перебить настоящие человеческие мысли, а не их электронную имитацию.
– Что?
«Мне позвонить доктору Синявскому?»
– Нет, как-нибудь потом.
«Выписать заранее повышенную дозу Ламо?»
– …
«Пира?»
– Да.
«Принято».
Запрос отправился в Совет, и коллегия из нескольких психиатров ещё раз решит, как необходимо корректировать мою медикаментозную терапию, чтобы я с наступлением новых боевых действий смогла делать то, что делала раньше. До того, как пустота внутри перестала заполняться, превратившись в настоящую чёрную дыру. Я горевала по утраченной эмпатии, по влюблённости и грусти. Осталась одна непреодолимая тоска, которая…
«Пира?»
– Да, Элис.
«Я слышу, о чём ты думаешь. Хочешь поговорить об этом?»
– Спокойной ночи, Элис.
Я выключила АИ лёгким нажатием на висок. Тихий звук, словно еле слышный разряд тока хлопнул где-то вдалеке, и голова моя стала более необитаемой, чем была до этого. Всё такое плоское, безвкусное, и слёзы засохли. Я открыла рот, глотая больше воздуха, и наконец-то расслабилась. Ломота в мускулах постепенно растворялась, сама я медленно улетучивалась прочь от гамака, тента и лагеря. Подальше от Венеры, солнечной системы. Где-то там, быть может, я найду покой, но послезавтра у меня новое задание, которое никто не выполнит без меня, а сейчас пора спать. Спокойной ночи тебе, Пира. Сладких снов.
Глава 2
Горн Бирюзового гимна всегда поднимал меня из любого состояния после самых глубоких пьянок и безумно тяжёлых доз Ламо. Как бы я ни уставала в прошлые дни, Горн из земли вынет да отправит нести службу. Так и в этот раз я разомкнула глаза, только спустя пару минут осознав, что стою уже в костюме и держу перед лицом ВЕРИ-СМАРТ. С трясущимися от волнения пальцами поставила прибор на диагностику.
Состояние здоровья – 97%
Ментальная устойчивость – 89%
Целостность костюма WV01 – 96%
Неплохо. Сон чуть исправил ситуацию, но всё равно ощущаю себя убитой. Благо, сегодня отгул, и не придётся автомат держать в руках. Весь Отсчёт займёт дорога до следующей Зоны Зачистки, и у меня есть шанс быть более готовой к нему, нежели сейчас.
Брис в очередной раз ворвался ко мне под тент. Его вульгарность слегка поутихла, и вчерашние спутницы, я уверена, мирно сопят, покрытые спермой Бриса, в его палатке. У него взволнованные глаза, но лицо не выражает тревоги. Быстро подступивший страх тут же рассосался в крови, приведя меня в более адекватное состояние.
– Приветствую, Брис. Что-то случилось?
– У тебя надо спросить, Пира. Что ты сделала с парнем вчера?
– Ничего такого. Как обычно пометила молодое личико.
– Он написал заявление об отставке. Пошли слухи, что он пригрозил подать на тебя рапорт за домогательства.
– Так скажи…
– Уже попросил Крина провести разъяснительную беседу для Рядового. Ничего, уже знаем, как поступать в таких ситуациях. Но… Пира?
– М?
Я чуть рыкнула, уже теряя терпение. Начало нового Отсчёта превращалось в пытку, и польза сна почти нивелировалась новостями о мальчишке с хрупким эго.
– Ты точно ничего с ним не делала, кроме…
– Нет, Брис. Говорю как есть. А теперь посоветуй Крину быть жёстче. Я не желаю выслушивать подобные обвинения в очередной раз. За кого ты меня принимаешь?
Я повысила голос, желая, чтоб Брис ощутил совершенно незнакомое ему чувство – стыд. Свои позиции сдавать не собираюсь, и помощнику уж лучше не нарушать границы и оставаться при должности. Мы не друзья, мы…
«Пира, как ты?»
– Отстань, Элис! И Брис…
Но тент уже опустел, если не считать меня, глупо вертящейся по своей оси и не имеющей пространства сделать что-либо. Брис молниеносно покинул мой тент. Волна успокоения перемежалась со страхом и обратно. Так несколько раз, пока я не убедила себя окончательно, что подобные истории уже случались, и никаких санкций ко мне применено не было. Я не вижу насилия, и если Совет считает так же, то моя совесть чиста. Веру в Совет нельзя попрекать, а я не дура, чтоб становиться первой среди безумных, кто покинет Бирюзовую армию с позором после разбирательств по делу о домогательствах.
Я полностью экипировалась, проверила статус на всякий случай ещё раз.
Состояние здоровья – 97%
Ментальная устойчивость – 82%
Целостность костюма WV01 – 96%
Заряд клинка SC120 – 100%
Количество патронов ПП HA55 – 130
Количество патронов автомата MB32 – 450 (полный боезапас)
Разговор с Брисом стоил мне 7% ментального здоровья. Мстить не буду, но как-нибудь напомню уж точно. Проверенные дыхательные упражнения вернули ровность в сердцебиение, и я покинула тент. Небо густо чёрное, Солнце выглянет нескоро, и опять придётся свыкаться с гнетущей тьмой. Одни только мысли, что звезда непременно вернётся, вселяют в меня надежду. Что бы ни случилось, и даже моя смерть не предотвратит новый Восход. Это лучшее, на что стоит уповать, залезая в транспорт для главнокомандующих.
– Ожидание тридцать минут. – Голос из кабины оповестил собравшихся. Весь мой отряд уже тут, пусть и слегка болезненного вида. Крин пахнет рвотой, пряча потное бледное лицо в своём шлеме. Брис сел подальше от меня, специально не награждая и кротким взглядом. Отлично знает, что этим выводит из себя, но иначе он не способен показать своё недовольство. Сёстры сгрудились на противоположной лавке. Илма и Мета уложили свои головы на плечи Грет и громко храпят, пока старшая Валькирия смотрит сквозь меня, сверлит взглядом металл за моей спиной.
Снаружи топчутся на месте Рядовые, уже свернувшие лагерь и готовые двинуться следом за транспортом Разведчиков – передвижным огромным радаром, нацеленным на Сарсуров. С его радиусом действий мы никогда не будем застигнуты врасплох. От этого и командование сладко спит в своих машинах – они прикрыты как по сторонам, так снизу и сверху. Хотя Сарсуры не умеют летать, как Ингулы с Марса, сожравшие всё человечество на красной планете. Уму непостижимо, и зачем люди сначала сунулись на Марс, когда есть умиротворённая Венера? Тупее идеи точно не услышишь в пределах солнечной системы, а более смехотворного факта, как проигрыш мухам, не представишь.
Транспорт аккуратно сдвинулся с места. Общий экран оповестил всех, что дорога займёт восемь часов, затем привал и развёртка действий. Недавно Разведка доложила об образовании нового улья, и стоит как минимум проверить достоверность отчётов. Тряска на неровностях Венеры доставляла неслабый дискомфорт, словно весь позвоночник ссыпается к пояснице. Я концентрировалась на одной точке, ощущая жуткие бурления в желудке. Прям кожей чувствую, что Элис готова вот-вот разродиться новыми советами, но пока молчит, ожидая самого сладкого момента – когда я задремлю.
Брис написал сообщение. Я краем глаза заметила на ВЕРИ-СМАРТ, как его иконка мелькнула среди активных контактов. Меня затрясло, я изо всех сил сопротивлялась желанию сразу открыть, да и Брис явно увидел, что сообщение принято, пусть и пока не прочитано. Чувство мерзости, словно я проиграла кому-то, обязана чем-то, но не знаю наверняка, что случилось. Груда эмоций и мыслей, не имеющих очевидной связи. Стыд – это, наверное, самое близкое, что клокочет в груди. Стыд за слабость, безволие, за истерику…
Я открыла сообщение.
«Прошу прощения, Пира. И кстати, мы всё уладили с Крином и тем парнишкой. Будь спокойна».
Снова мелкие нажимы, я знаю Бриса как никто другой. Его подбор слов искусен, и каждая буква стоит там, где надо, чтоб внушить именно то, что необходимо. Я собралась, сжалась посильнее и проглотила всю ситуацию целиком. Чуть в горле не застряло, но уже не впервой. Всё ещё не глядя на первого помощника, напечатала ответ и отвернулась в сторону, где несколько главнокомандующих, еле выглядящих живыми после вчерашней попойки, не подавали вида, что вот-вот отключатся. Они проектировали новый лагерь и план развёртки войск, с трудом концентрируясь на своих ртах, чтоб речь была связной и различимой. Один из них участвовал в обсуждении исключительно через ВЕРИ-СМАРТ. Умно.
Я отвернулась к шлюзам, открыла свой, полностью отгородившись от остальных. Спину жгут несколько взглядов, но это можно стерпеть. Фонари нашего конвоя покрывают синюю почву Венеры кроткими островками света. Звёзд почти не видно из-за угла обзора, но я нарисовала их для себя сама. Тут так душно и тесно, и пусть меня никто не касается, но жутко неуютно. Хочется под свой маленький тент, там мой воздух и мои два квадратных метра, которые знаю наизусть.
Мимо прошмыгнули два лёгких SB48. Разведка чуть обогнала нос конвоя, чтоб отследить Сарсуров, но наши датчики молчали. Я откалибровалась на всякий случай повторно, результаты те же – тараканов нет в радиусе метров двухсот, а дальнейшее уже зависит не от меня. После таких мыслей и одолевает дрёма, от которой ноги немеют, а голова так и норовит упереться в плотный плексиглас, чтобы держаться ровно на уставшей шее. От дороги мутит, и я вернулась в прежнее положение, встретив уже надоевшие лица. Надеюсь, что к началу новой битвы подобные ощущения покинут меня, ведь я не встречала лучше напарников, чем эти приевшиеся пятеро людей. С ними сложно, а без них практически нет шансов провести успешные военные операции. Тупик, если поразмыслить. Остаётся уповать на скорую отставку, а вот что на ней делать, если оружие давно возвращено Совету – вопрос открытый. Погибнуть в бою незазорно, но и просто именем в списке быть не желаю. Возглавлю что посмертные награды, что прижизненные почести. Иначе нельзя.
Транспорт резко затормозил. Меня невольно прижало к Крину, тут же зардевшемуся, и глупая улыбка скользнула на его мокрой морде. Я тут же отпрянула и проверила ВЕРИ-СМАРТ. Сигнатура Сарсуров крайне слабая и больше похожа на погрешность, но ради такой мелочи конвой бы не встал. Что-то случилось снаружи, и мне не терпится узнать.
Один из главнокомандующих поднялся с места и оглядел всех так, словно провёл диагностику каждого по отдельности. Особо он заострил внимание на Брисе, и тот моментально вперился в меня. Не успели мы связаться по ВЕРИ-СМАРТ, как общее сообщение появилось на экране над входом в кабину.
«Зафиксирована активность тараканов в радиусе трёхсот метров. Разведка докладывает о нахождении под нами огромной почвенной полости, что может являться бывшим ульем, но до сих пор заселённым насекомыми. Совет требует проверки и зачистки при наличии Сарсуров под конвоем».
– Мне нужен кто-нибудь из отряда «Неро» для сопровождения.
Я тут же подняла руку, хотя всё тот же главнокомандующий прожигал на лбу Бриса дыру своим пытливым взглядом. Чтобы не оставаться здесь, я готова встретиться с Сарсурами хоть с голыми руками. Не дожидаясь жребия, я подскочила на месте и самолично прошла к выходу. За руку меня схватил главнокомандующий и прильнул к моему уху. Имени его не знаю, а он себе позволяет подобное поведение в присутствии моих подопечных. Я ему не прощу.
– Не торопись. Есть менее значимые кандидаты, ты…
– Не обсуждается, иду я.
Пришлось дёрнуть плечом, чтоб высвободиться и покинуть транспорт. А снаружи так легко дышится, что я чуть в обморок не упала. Более тёмная пелена, чем небо Венеры без Солнца, охватило голову, и я опёрлась ладонью о заднюю шину, чтоб устоять на месте. Сладостное чувство свободы и мерзкое ощущение, что меня по сути оставили без выбора, борются между собой за первенство где-то в районе лба. Я сжала покрепче рукоять SC120, это всегда успокаивало и придавало немного уверенности. Работает безотказно.
Буровая установка расположилась недалеко, там Разведчики подрядили небольшой отряд Рядовых выполнять тяжкую физическую работу. Наст Венеры туго поддавался, заставляя бур кряхтеть и перегреваться на каждом сантиметре плотной почвы. Военным девственникам приходилось работать лопатами, чтоб продолбить верхний слой и достигнуть первых участков пустот. Шириной минимум в метр, заваленный вход в длинные и глубокие лабиринты оказался перед нашими глазами. Леденящее кожу эхо и тихий скрежет лапок Сарсуров донеслись из глубин Венеры. Их узнаю среди тысяч иных звуков, ведь практически каждую ночь они являются мне во снах.
Рядовые оттащили бур и вперились в тоннель, боясь и шагу ступить ближе к бывшему улью. Он точно больше не выполняет функцию кладки, как было раньше, но всё ещё может являться домом для заплутавших тараканов. Я дала сигнал Разведке, чтоб они пустили дрона по этому желобу и отправили отчёт лично на мой ВЕРИ-СМАРТ. После одобрительно кивка главнокомандующего, не отходящего от меня ни на шаг, ленивые поискуны занялись делом. Небольшой ромбик устремился в темноту и духоту, составляя точную карту подземного улья. Моментально я получала информацию на приборах, заранее заучивая наизусть будущие способы покинуть улей, если придётся это делать в спешке, и времени постоянно сверяться с ВЕРИ-СМАРТ никто не предоставит.
Главнокомандующий выбрал нескольких Рядовых, двух Разведчиков и троих Бомбардиров, чтоб провести зачистку улья. Он сразу заметил мой настрой, ведь я больше не позволю лапать меня так же, как в транспорте. Более скромно, но высокопоставленная задница приблизилась и опять же шёпотом предложила выбрать другую кандидатуру.
– Нет, я займусь этим лично. Не обсуждается.
– Пира, я могу дать прямой приказ, и ты не имеешь права отказаться.
– Так дайте его…
Я тоже могу действовать как Элис. Если имитации человека можно поступать подобным образом, то и мне разрешено. Отвернувшись от главнокомандующего, я первой зацепилась крюком за поверхность Венеры и принялась спускаться по узкому проходу в улей, погружённая в удушливый затхлый воздух её нутра.
На голову сыпется плотный кусковой грунт, Рядовые последовали за мной. Я чуть ускорилась, чтоб не быть засыпанной землёй. Чем ниже, тем шире становился проход, и уже через несколько минут я оказалась у потолка огромной пещеры, как и предполагала Разведка. Фонари не особо помогали, тонкими лучиками разрезавшие гигантскую плотную тьму. Пришлось спуститься на самое дно, чтоб отцепиться и подождать, когда прибудет трясущийся от страха маленький отряд Рядовых. У каждого из них имеется мощный световой FD78. Я приказала четыре штуки распределить по разным сторонам пещеры, чтоб тут основать точку сбора.
Разведчики держались от меня в стороне, постоянно бросаясь трусливыми взглядами. Прячут от меня данные, но мне плевать, ведь их показания автоматом принимает мой ВЕРИ-СМАРТ. Отсюда есть три выхода, и придётся проверить каждый, чтоб улей можно было пометить как «зачищенный» и отправить донесение в Совет. Бомбардиры стояли рядом и бездумно вертели головами, опасения по поводу возможного обвала можно понять, ведь их оружие способно превратить эту пещеру в нашу братскую могилу. Я не дала точный приказ, но посоветовала пока опустить их BD21 к земле и поставить на двухступенчатую систему предохранения. Как подмога пусть имеются в отряде, но прибегать к их помощи я не собираюсь в любом случае. Уж лучше быть переваренной Сарсурами, чем догнивать под завалом Венеры.
– Генерал Пира, каковы дальнейшие действия? – представляю, каких сил далось надменному Разведчику выдавить почести, чтоб соблюсти субординацию со мной. Я невольно ухмыльнулась и подошла ближе, чтоб не кричать на всю пещеру.
– Три тоннеля, больше не зафиксировано?
– Так точно. Второй и третий соединяются в большой бочке чуть дальше к северу от нас. А первый…
– Через первый и идём. Если после кладки что-то и осталось, то по направлению через первый путь.
– Вы уверены? – второй разведчик больше боялся меня, чем ненавидел. Хотя и его, даже минимальные, заслуги всегда забирала я, как обладательница голов Альфа-тараканов, которых отслеживает изначально исключительно Разведка.
– Абсолютно. Трёх Рядовых пускаем вперёд, – я обратилась ко всем, по очереди вглядываясь каждому в глаза. – Затем Разведчики и я, следом Бомбардиры, замыкают строй оставшиеся Рядовые. Сколько вас вообще отправили?
– Пятерых. – Тонкий голосок отскочил от стен и вернулся ко мне в удвоенном количестве.
– Отлично. Двое на хвосте, и следите за нашими спинами. Вперёд.
Ровно в обозначенном порядке мы двинулись по первому пути, и стойкое наитие мне подсказало, что следует поступить именно так. Нет точных данных, и это частая ситуация. В таком случае остаётся уповать на мифическую интуицию и идти на самый отвратный запах в пещере, где каждый уголок и изгиб воняет дохлым разложившимся тараканом.
Судя по карте, над нами тянется конвой, и мы словно нарочно расположились ровно над полостью, ни вправо, ни влево. Испытываем судьбу, дразним смерть, вставая именно там, где военная операция внезапно может приобрести статус «подземной зачистки». Я предвкушала битву, близость шанса погибнуть, бурлящий кровь и не дающий скучающему мозгу впадать в забытье. Все мысли отступают, включается свод правил, мелькающий перед глазами списком, словно высеченным на сетчатке. Мышцы сделают всё сами, главное не давать им расслабиться, и приятным стоном отзовётся каждое волокно. На животном уровне ощущаешь, что живёшь именно ради того, зачем появился на этот свет.
– Впереди ещё одна полость, – обиженный до этой поры Разведчик резко изменился в голосе, и его ВЕРИ-СМАРТ принялся мигать. Это ни что иное, как сигнал Сарсуров. Я сглотнула слюну, ощущая жжение на губах. Уже не терпится превратить каждого таракана в кучу тлеющего мяса. – Замечена сигнатура минимум двух десятков насекомых. Каковы действия?
– Используем приманку, расставляем парочку по разные стороны у выхода и отстреливаемся, если что – отступаем в проход к точке сбора и сваливаем за подкреплением. Это вас устроит?
Никто не подал голоса, хотя у каждого нашлось бы по комментарию. Я отлично знаю, что при количестве тараканов более пятнадцати штук в отряде должно иметься не менее десяти Рядовых. Простые формулы, выведенные Советом и лично профессором Никифоровым, определившим коэффициент успешности каждого столкновения с Сарсурами для достижения положительных результатов. Трату времени на запросы по отправке дополнительных Рядовых я посчитала нецелесообразной. Тылы прикрыты, фанги защищены плотной почвой Венеры. Узкий проход не даст застать нас врасплох, и я уверена в себе настолько, что в животе приятно свербит. Мы достигли конца желоба, перед нами открылась ещё одна пещера, бо́льшая по размеру, чем предыдущая. Там и правда ползали тараканы, но уже старые и явно ослепшие. Они не реагировали на наши фонари, бегающие по бордовым хитиновым спинкам. Я дала сигнал Рядовым поставить звуковые приманки у входа и приготовиться вести огонь.
Двое Рядовых расположили приманки и активировали их. Дряхлые Сарсуры нехотя двинулись к нашим позициям, но распределяясь примерно пополам в стороны от нас. Первый ряд быстро полёг от коротких залпов, не привлекая новые порции тараканов из других тоннелей, если они есть. Насекомые дохли, наваливаясь в кучу и тут же начиная смердеть. Коэффициент Никифорова оказался непригоден, и я приказала прекратить огонь, когда последние сигнатуры перестали мозолить глаза. Всё стихло, одна Венера урчала, словно кто-то в её желудке устроил знатное несварение. Разведка проверила данные ещё раз.
– Имеется погрешность, слишком глубоко мы находимся. Также тут наблюдаются магнитные аномалии.
– Вас не учили калибровать так, чтоб они не мешали показаниям? – я искренне удивилась. Не ожидала, что мне подсунут неопытных бойцов, не знающих, как отсеивать лишнюю информацию на ВЕРИ-СМАРТ.
– Да, сейчас.
Два Разведчика сгрудились чуть подальше от меня, и это не могло не вызвать усмешку у Бомбардиров. Обожаю их, лучшие среди специальных войск Бирюзовой армии. Думаю, стоит одного такого взять себе, если командование даст согласие на расширение слотов отряда.
– Сарсуры под нами…
– Там ещё ходы?
Не успела я дождаться ответа, как подошвами ощутила дрожь. Она шла из глубин, прорывалась сквозь камни и слежавшийся грунт. Я толкнула Рядовых обратно, и прямо на том месте, где они были, разверзлось отверстие. Оттуда высунул голову Сарсур-бурильщик. Крайне редкая особь, и я вживую вижу такого второй раз за всё время службы. Трусливые, но до ужаса сильные твари с мощными жвалами, способными размельчать грунт перед собой до состояния трухи. Бурильщик пропал в темноте, из дыры полезли Сарсуры поменьше и устремились к нам. Я замкнула наш строй, спиной подгоняя отряд к точке сбора.
– Не стрелять! – я на всякий случай предупредила идиотов Рядовых, чтоб те не начинали вести огонь. Так и меня зацепят или друг друга перестреляют. Пользы от них в этом узком коридоре ноль.
Я тратила патроны без жалости, растрачивая боезапас так, словно он не имеет конца. Энергозаряд HA55 со 130 быстро упал до 56. Половина ушла всего на двух тараканов, не желавших дохнуть. Они всё ползли и ползли, своими телами как пробкой забивая тоннель. Я не отследила, когда закончился жёлоб, и спиной свалилась на землю, меня тут же подняли Бомбардиры, и я сделала контрольные выстрелы по тараканам. За ними есть ещё, но путь им преграждён трупами собратьев. У нас есть время свалить, и хуй с ними с коэффициентами.
– Быстро, рассредоточились вокруг точки сбора. Бомбардиры – завалите входы номер «два» и «три».
– Принято!
Два слабых выстрела отправились по разные стороны и сократили количество путей возможного нападения тараканов. Теперь их наступление будет происходить исключительно оттуда, откуда мы выползли, и осталось только ждать, когда молодняк прорвётся к нам.
– Рядовые – встать шеренгой перед нами. Разведка – вести постоянное сканирование местности. Мне нужна обновлённая карта и точное число Сарсуров, приближающимся к нашим позициям!
Молчание меня устроило, я увидела, как приказ принят в исполнение, и их писк в ответ уже не так обязателен. Я убрала ПП, вынула из-за спины MB32. Полутысячи патронов должно хватить, чтоб отбиться от небольшого стада тараканов, но вот для большего числа понадобится тяжёлая артиллерия, тут и Бомбардиров одних не хватит.
К нам рванули тараканы, еле успела я навести прицел на валявшиеся трупы подбитых Сарсуров. Несколько Рядовых, вздрогнув, открыли огонь по целям. Вполне удачно, и это приятно удивило меня. Они как по учебнику валили насекомых, чтоб те успевали попадать под мушку, не сподобляясь добираться до наших позиций.
Прикрытая со всех сторон, я вела крайне прицельный огонь. Медленно, но каждый выстрел выводил из строя по таракану. Ножки летели в разные стороны, лишая Сарсуров прыткости. Головы взрывались, покрывая стены пещеры голубоватой жижей. Фонарики больше не нужны, всполохи огня от выстрелов превратили пещеру в самое освещённое место на Венере, хоть глаза закрывай и стреляй наугад. Уши забивал оглушительный звон выстрелов, попадание снарядов в тараканью плоть полностью скрылось за общим шумом. Я пьянела от такого, и тело двигалось само, стараясь урвать себе новую порцию живых Сарсуров. Словно соревнование, и победитель получает абсолютно всё, что сможет придумать.
Сбоку от единственного тоннеля мелькнуло нечто. Движение во вспышках света заметить крайне трудно, и я его скорее ощутила, нежели отметила зрением. Ещё один Бурильщик прорвался к нам, сделав новый ход. Таракан тут же скрылся, выполнив своё простое природное назначение, но в этот раз новым ходом насекомые не воспользовались. Тут же возник сквозняк, подсказавший, что связь с заваленной пустотой снова налажена. Пора менять позиции, иначе нас возьмут числом, не успеем мы подняться по тросам. Тараканы усилили напор, и дело резко приобрело скверный оборот.
– Брис!
«Да, Пира».
Его голос немного успокоил, но всё равно не сгладил ситуацию. Я просто хотела услышать знакомый тембр, не более.
– Передислоцируй наш транспорт по координатам, которые я тебе скину.
– Принято.
Пришлось прекратить огонь, чтоб сориентировать Бриса. Я дала ему наводку на другой подземный зал, настала пора действовать решительно и крайне опрометчиво. Азарт, который я словила, может стоит жизни и мне, и моим временным подопечным. Именно в такие моменты я ощущаю всё то, что толкает жить дальше.
– Меняем позицию! Двигаемся через ход слева от источника наступления тараканов!
Я метнулась первой, чтоб не дожидаться вопросов, а уверен ли Генерал в своих словах и действиях? Краем глаза заметила, как выстрелы сменили свой угол, а это значит, что остальные последовали моим командам. Приблизившись вплотную к жёсткой стене наступающих Сарсуров, я одного за другим в жёлоб впихнула сначала Разведку, за ними Бомбардиров и следом отправила четырёх Рядовых, одного оставив при себе. Когда другая часть отряда уже пропала во тьме нового хода, я прижалась грудью и бёдрами к молодому парню, что без устали поливал огнём наступающих Сарсуров.
– Тебе нравится?
– Что?
Я схватила его за пах, защищённый ракушкой, и сдавила достаточно сильно, чтоб добраться до взбухшего пениса. Ни у одного Рядового не может не быть эрекции на поле боя, если от природы он здоров. Я дыхнула в ухо Рядовому, и тот чуть сместил направление выстрелов.
– Неа, стреляй как надо! Иначе я тебя отправлю в штрафбат!
Мальчишка повиновался, покрытый по́том обильнее, чем был до моего появления в его социально-приемлемом радиусе. Я гладила юношу по паху, по накаченной груди и облизывала шею, глядя, как Сарсуры превращаются в кашу, в такое огромное решето, среди которого движущихся тараканов всё меньше и меньше. Ещё раз отведав на вкус молодого мокрого тела, я шлепком по заднице отправила его к остальным, желая сию секунду остаться одной, когда опасность снова снижена до минимального уровня. На всякий случай проверила статус.
Состояние здоровья – 97%
Ментальная устойчивость – 98%
Целостность костюма WV01 – 94%
Заряд клинка SC120 – 100%
Количество патронов ПП HA55 – 56
Количество патронов автомата MB32 – 237.
Сигнатура Сарсуров заметно ослабла, и уже знакомые расплывчатые точки мелькнули с пометкой «погрешность». Я расстегнула костюм и привалилась боком к своду пещеры.
– Брис?
Я сняла перчатки и сунула ладонь между бёдер.
«Да, Пира?»
Провела пальцем по клитору.
– Что там с перемещением транспорта?
Чуть запустила кончик внутрь.
«Как ты и приказала, мы сменили позицию».
Там очень влажно, и я принялась двигать пальцем так аккуратно, как удалось бы только мне и никому в этом мире.
– Сигнатура тараканов?
Чуть усилила нажим, достав до верхней стеночки.
«Снижена, и очень значительно».
Тонкая ниточка соединила мои пальцы и мозг, пронзив живот словно пуля прошибла таракана. Слабый оргазм распределился по телу, и я чуть приободрилась, до этого заскучав от однообразного отстрела насекомых. Застегнула костюм, надела перчатки и проверила статус повторно за последние пару минут.
Состояние здоровья – 99%
Ментальная устойчивость – 100%
Целостность костюма WV01 – 94%
Заряд клинка SC120 – 100%
Количество патронов ПП HA55 – 56
Количество патронов автомата MB32 – 237.
Стала здоровее, чем была. Более удачной зачистки и представить нельзя. С клокочущим довольством от самой себя я двинулась вслед за остальными. Они стояли посреди пустой пещеры, елозя фонариками по уродливым сводам.
– Брис?
«Пира?»
– Мы ровно под вами. Нужен бур и несколько тросов. Поднимайте нас, этот улей оказался куда глубже, чем мы ожидали.
«Принято»
Сиюминутный скрежет над нашими головами порадовал всех. Приказ отправился в исполнение, и скоро я окажусь на поверхности, но что-то было не так. Предчувствие? Опыт? Всё не могло так быстро закончится, и Венера не позволит выбраться из её кишок подобным образом – без потерь.
Новый источник света проник к нам сверху, буровая установка проделала достаточно огромную дыру, чтоб туда влез хоть Крин, лёгший поперёк в переноске для раненых. Несколько тросов протянулись к нам и повисли, ожидающие, когда ими воспользуются. А всё мы стояли.
– Генерал Пира. Сигнатура Сарсуров становится плотнее. Кажется, под нами есть ещё один улей, и он вполне функционирующий. Каковы будут приказы?
Хорошо, что я не открыла рот, чтоб ответить, иначе новое стадо тараканов перебило бы меня самым неприятным способом. Насекомые хлынули отовсюду, начали валиться с потолка, видимо до этого выжидавшие момента непонятно зачем. Их плотный хитин похож на окаменевшую глину, что сильно сливается с почвой. Под градом Сарсуров я схватила трос и чуть ли не за шею отправила нескольких Рядовых на поверхность. Мальчишки взвизгнули и рванули вверх, пока я с Бомбардирами и Разведкой принялась отбиваться от превосходящего количества тараканов. Это не просто улей, это свежая кладка. Да, тараканы маленькие, но их количества хватит, чтоб сожрать половину конвоя, если тот разделится на несколько частей. Одной из них была я со своим отрядом, резко сократившимся в числе.
– Брис! Спускай тросы!
– Я здесь, Пира.
Меня подхватили за бёдра и тут же подкинули кверху. Брис спустился за мной лично, поднял в первую очередь. Я своими глазами наблюдала, как оставленных Бомбардиров, Разведчиков и пару Рядовых накрыло телами молодых тараканов. Мужские крики перебили выстрелы, те слились с эхом пещеры, наполненной шипением Сарсурьего молодняка. Не успела я ощутить сожаление за потерю в отряде, как оглушительный треск заставил сомкнуть глаза. В желудке всё перевернулось, ведь после резкого подъёма я стремительно отправилась вниз, обратно.
Венера всегда так поступает. Манит, завлекает, но никогда не отпустит, когда ей этого не хочется. Тонкий слой почвы над полостью улья не выдержал веса транспорта и буровой установки. Он проломился, и мы с Брисом, связанные тросом, свалились в островок между насекомыми, а рядом грузно приземлился наш транспорт. Оттуда мигом выскочили Крин и сёстры, принявшиеся уничтожать тараканов с таким остервенением, будто и не падали до этого момента с высоты метров пятнадцати.
Мелкие Сарсуры было отступили, но быстро вернули свои позиции. Я ударилась головой при падении, и дальше всё представало перед глазами отдельными сценами. Брис отволок меня на плече и уложил рядом с Метой и Илмой, пока Грет превращала тараканов в отборный мелко нашинкованный фарш.
«Пира, ваше состояние здоровья упало за одну минуту на тридцать процентов. Я включаю автоматическую подачу медикаментозного купирования».
Забавно, что обычно такие сообщения слышат уже трупы, а я была в сознании. Всё прояснилось, когда первые дозы витаминов, обезболивающего и энергетических капсул поступили в кровь через кожу. Костюм меня поднял на ноги, хотя сделал бы то же самое, если бы я уже была мертва. Я вынула ПП и начала отстреливать Сарсуров, целясь непозволительно долго. Мою медлительность компенсировали с лихвой Брис и Крин. В густом мраке огромная секира мелькала так резво, будто в пещеру впустили молнию, бьющую исключительно по тараканам. Ножи Бриса и его личный автомат менялись местами, приводя в ужас неокрепших насекомых, хитин которых хрустел громче криков Валькирий.
– Забирайте нас отсюда! – я связалась с командованием, ощутив прилив страха, ведь ответ заставил себя подождать.
«Воздушный транспорт не дотянется, и риск повторного обвала не позволяет подтянуть тросы от соседних машин. Вам придётся проехать по желобам до выхода. Координаты и направление передадим на ВЕРИ-СМАРТ. Удачи!»
И всё, связь оборвалась. Я запрыгнула в кабину, уже зная, что она пуста. Командование в полном составе и пилоты смылись, как только поступили первые сообщения о трещинах под конвоем. Я подозвала транспорт, так сама и буду выкручиваться. Не ощущаю обиды, но вот злость рвётся аж из ушей. Я запустила двигатели и развернулась, мощными фарами осветив себе полный горизонт занятий. Сарсуры так заполонили пещеру, что всё вокруг превратилось в плотный слой, движущийся и скрежещущий. Сотни усиков мелькали поверх переливающихся хитиновых покровов, особо блестя под светом фонарей транспорта.
– Все на борт! – я крикнула так, что даже без внутренней связи была бы услышана. Мой преданный отряд, готовый прыгнуть в голодные пасти Сарсуров, отступил к транспорту и по очереди забрался внутрь, пока Крин окружал нас электрическим кольцом, на время задержавшим тараканов. Брис заскочил ко мне и уселся рядом, тяжело дыша и вертя головой. В беспокойном уме уже есть план, но эмоции захлестнули и его.
– Я поведу, – он не спросил разрешения и не предложил. Брис ставит перед фактом, пусть и порой заворачивает подобные утверждения в обёртку из вопросов. – Ты следи за картой и направляй меня. Желательно постреливай из окна хотя бы для вида, ага?
Я злобно улыбнулась и пустила Бриса за руль. Пришлось подняться, чтоб он своим мощным торсом пролез подо мной, и само собой он не преминул погладить меня по бёдрам, зная, что за это его бы давно разжаловали и лишили любых почестей, не будь я собой. Брис порой кичится тем, что может свободно лапать Генерала.
– Туда! – крикнула я и указала пальцем направление.
Транспорт рванул с места, чуть забуксовав на тараканьих трупах, и не сразу, но пробился сквозь свод пещеры. Он продолжился огромным ходом, куда мы влезли без проблем. По стенам всё так же сновали Сарсуры, и остальной отряд отстреливал их из открытого люка сзади. Приходилось постоянно сверяться с ВЕРИ-СМАРТ, чтоб внезапно плашмя не прилететь в плотное тело Венеры. Поворот за поворотом, мы постепенно поднимались к поверхности. Тряска приводила мои кишки в состояние, близкое к опорожнению. Изо всех сил я сдерживала обе стороны пищевода, чтобы не отвлекаться от карты.
– Пятьдесят метров до выхода из желоба! Жми!
Брис что есть сил вдавил педаль, и я прижалась спиной к сидению, еле цепляясь взглядом за экран с картой. Тараканов не становилось меньше, они обязательно последуют за нами. Что-то их привело на наши позиции и не отпустит. Ещё один Альфа рядом, но вот найти его в данных условиях практически невозможно. В этот раз останусь без трофея, и это прискорбно.
Тяжёлым бампером мы прорвались к воздуху, сопровождаемые самыми отчаянными тараканами. Они увязались за нами и теперь хрустели под огромными колёсами. Брис развернулся, встал кабиной к жёлобу. Не успела я выскочить, как Крин пробежал по крыше и прыжком отправился вперёд. Могучий воин одним заряженным ударом завалил вход в улей. Это если не спасло нас, то точно подарило достаточно времени, чтоб сориентироваться и придумать дальнейший план действий.
– Пира?
– Да, Брис, я вижу.
Не сразу поверила тому, что предстало передо мной. А точнее, пустота, образовавшаяся вокруг, не могла ни о чём ином говорить. Нас оставили, конвой двинулся дальше.
– Говорит Генерал Пира, запрашиваю связь с Советом. Приём?
Я связалась по ВЕРИ-СМАРТ с верхушкой напрямую, не желая проходить через промежуточные этапы запроса подмоги. Тем более сейчас мне остро необходимо знать, почему всё случилось именно так. Мой отряд бросили позади, словно мы не имеем значимости для будущей победы над Сарсурами. Уму непостижимо и до гнева неприятно.
«Совет вас слышит, Генерал Пира. Каков ваш вопрос?»
– Конвой оставил мой отряд и двинулся дальше, – мне пришлось сомкнуть губы, чтоб не начать кричать от гнева. – Каковы дальнейшие действия?
«Вы зачистили улей, обнаруженный под конвоем?»
– Нет. Он оказался более глубоким. Скорее всего под заброшенными пещерами расположилась новая кладка. Предлагаю…
«Спасибо за службу. Мы отправим воздушный транспорт, чтоб с воздуха завалить улей. Вам приказываем настичь конвой и продолжить выполнение операции. Благодарим за доблестное несение службы»
Связь оборвалась с того конца. Мне ничего не осталось, как прекратить попытки добиться чего-либо от Совета. Щёку жжёт пристальный взгляд Бриса, но он молчит. Продолжит держать рот закрытым, пока я не дам знать, что думаю и чувствую. Заученный паттерн, пусть всё так и остаётся. К окну с моей стороны подошёл Крин, его лицо густо покрыто пылью и ошмётками Сарсуров. Тоже молчит, ждёт, что я буду делать. Слышу, как сёстры сгрудились сзади и прижались к стеклу отсека для перевозки пассажиров.
– Нам поручено догнать конвой и продолжить выполнение операции.
Брис кивнул и выпрыгнул из транспорта, тяжело приземлившись ногами из высокой кабины. Крин так же не стал долго пялиться, отошёл от окна. Сёстры лишь остались, помимо меня, внутри гробовозки для главнокомандующих. Огромная махина с восемью колёсами, а толку не особо много, если оружие у нас осталось только личное. Следующее столкновение с Сарсурами может выйти не таким удачным.
Панель управления в кабине мигала красным, тихо пища и давя на виски. Я приблизилась к рулю, еле передвигая уставшими донельзя ногами. На руки опираться приходилось из последних сил. Зачистка улья забрала больше энергии, чем я ожидала. Промах, который может стоит мне жизни.
Датчик первой оси колёс выявил повреждения. Двигатель имеет небольшую протечку. Шасси правой стороны смещают нагрузку на одну сторону, что может привести к разрыву шин. Работы по горло, а без транспорта не догнать конвой. Я шлёпнула себя по щеке, ощущая подступающие слёзы, и выскочила наружу. Знаю, что в присутствии своей команды капли не посмеют покинуть уголков моих глаз.
– Надо произвести починку. Крин, займись шасси. Правая сторона перевешивает. Брис – на тебе двигатель. Грет?
– Да, Пира?
Сёстры выскочили наружу и одновременно подошли ко мне, общаясь через старшую сестру за всех троих.
– Когда Брис и Крин закончат, то помогут вам с передней осью. Вашими горелками необходимо залатать трещины. Потом двинемся в путь. Всем ясен приказ?
– Так точно!
Пять голосов, и каждый отличу от другого. Меня удовлетворил ответ, и со спокойно совестью я отлучилась к завалу. Всё ещё слышу, как за грудой камней копошатся тараканы, зачем-то до сих пор пытающиеся прорваться наружу и догнать нас. Они не могут знать, здесь ли мы или уже давно покинули этот улей, но, движимые неведомыми силами, грызут почву. Видимо, им достался особо неутомимый Альфа, неспособный отпустить добычу, даже если та положила треть улья.
Скрежет жвал тараканов стихал, сигнатура так же ослабевала. Боюсь смотреть на статус. Вдруг, я осталась ни с чем? Но инструкции обязывают делать это каждые несколько часов. Я нехотя подняла руку и запустила тщательную проверку.
Состояние здоровья – 71%
Ментальная устойчивость – 48%
Целостность костюма WV01 – 85%
Заряд клинка SC120 – 100%
Количество патронов ПП HA55 – 38
Количество патронов автомата MB32 – 237.
Лучше, чем ожидала, но хуже, чем того требуют условия успешного выполнения операции. И тут начинается неизвестность, которую часто на лекциях в Академии называли «Позицией Васильева», когда события могут привести с одинаковым шансом к совершенно противоположным результатам. Остаётся везение, воля случая – самые отвратительные вещи, на которые можно надеяться на этой планете.
– Пира? Я закончил с двигателем. Там были совсем незначительные поломки. – Брис крикнул так, что я вздрогнула, но содержание новостей приободрило. Я чуть выдохнула. На ВЕРИ-СМАРТ пришёл отчёт Крина, который так же вслух мог сообщить о продвижении починки транспорта, но решил поступить иначе.
«Я отрегулировал и уравновесил обе стороны. Без проблем нагоним конвой».
Поставила плюсик и сердечко на его отчёт. Услышала за спиной тихий смешок и возню. Весь мой отряд принялся за устранение поломки передней оси. Видимо, машина совершенно не была подготовлена к пробитию плотных почв, и буквально пошла трещинами. Сёстры тщательно отсканировали ось и попросили Крина приподнять автомобиль. Усиленные экзо костюмом мускулы Крина с лёгкостью справились с задачей, Валькирии быстро залатали прорехи в металле. Транспорт снова на ходу, но это с виду. Осталось проверить датчики в кабине, а для этого необходимо самолично туда залезть. Все ждут одну меня, и я сама в том числе, боящаяся и шагу ступить. Кажется, всё-таки стоит повысить дозировку Ламо.
Всё стало в разы проще, когда перед лицом предстала светящаяся зелёным панель. Повреждения так и числятся, но не считаются критическими, что позволяет управлять транспортом без дополнительных операций с системой машины. Я запустила двигатель и дождалась, пока остальные заберутся внутрь. Рядом устроился Брис, теперь не желающий садиться за руль. ВЕРИ-СМАРТ отследил направление и траекторию конвоя, мы двинулись за ним.
Глава 3
Через равнину Навки мы мчались к каньону Деваны. Огромный разлом на теле Венеры станет отличной границей, за которую мы выгоним Сарсуров, постепенно по две стороны планеты зажимая тараканов в кольцо. Если прогнозы Совета верны, то через лет шесть, максимум восемь, Венера полностью будет очищена от насекомых и перейдёт в руки человечества. На одном из зданий в Городе в честь этого вывесили огромный баннер, на котором идёт обратный отсчёт. Подобная уверенность руководства вселяет надежду, что всё это закончится на моём веку, и мне доведётся оказаться на рубеже двух эпох существования людей. Огромная честь и великая ответственность. Нет более сладкого чувства, чем подобная ноша.
Хруст камней под массивными колёсами звучит монотонно, вгоняя в глубокий транс. Ночная Венера гипнотизирует, не позволяя задерживать взгляд на одной точке и размазывая внимание по всей голубой поверхности. Горизонт сливается с небом, стирается грань между землёй и воздухом. Потными пальцами я сжимаю руль и везу свой отряд на встречу с конвоем, думая совершенно о другом.
Знакомые запахи сгущались у ноздрей. Полумрак и ломота в мускулах. Страх перед неизвестностью и влажные глаза. Я отлично помню день, когда случился первый надлом. Предпосылки стирались, но сам момент высечен так ярко, что забыть невозможно…
Я включила воду в ванной и попыталась зарыдать, но не смогла. Он находился в другой комнате, неистово крича. Посуда билась об пол, он стучал кулаками по стенам. Голосовой помощник был отключен, иначе автоматически вызвал бы Стражей во главе с Ликтором. Я держалась за голову, поджав колени ближе к груди. Дыхание сбивалось всё сильнее, и трудно было понять, что именно происходит. То состояние настигло меня впервые, и как с ним справляться – неизвестно. Даже по прошествии нескольких лет я понятия не имею, порой переносясь в тягучие, мерзкие воспоминания.
Стук в дверь заставил вздрогнуть. Одиночный звук и тишина, словно я должна поверить, что мне показалось. Но его дыхание было слишком громким, чтоб я не смогла догадаться, что он упёрся лбом и ждёт, пока я сама всё сделаю – успокоюсь и выйду к нему. Но не в этот раз. Мне не становилось легче или тяжелее, мне стало по-другому. Он знал, с чем мы оба имеем дело, и одному ему известно, как этим можно воспользоваться. В тот день я была уязвима так, как только возможно представить. Загнанная в кафель, в маленькую комнату, из которой всего один выход, и ведёт он прямо к нему в руки.
– Дыши глубже, не верти головой, – он начал первым. В его голосе больше не сквозил гнев, который выплеснулся несколько минут назад. – Концентрируйся на одном, потом собирай общую картинку. Я свяжу твою Элис с моей и…
– Нет.
Думала, что крикну в ответ, но обошлось. Слишком боюсь его провоцировать, и это не самое худшее. Если бы он дополнительно получил доступ к моему ВЕРИ-СМАРТ, то я бы проиграла окончательно. Дозу Ламо он бы отрегулировал собственноручно, сделав меня самой податливой на планете. Лёгкая добыча, каковой я была по факту, но всё ещё огрызалась, надеясь, что смогу выйти хотя бы в ничью.
– Я подожду тебя здесь.
– Нет.
Иного ответа у меня не было, и само собой это не устраивало нас обоих.
– И всё? Я и так стою тут как идиот, жду непонятно чего. Что же мне делать тогда прикажешь, м?
– Ничего. Просто дай мне время.
– Как обычно, ну ага.
Громкие шаги. Специально, чтоб мурашки по шее пробежались. Так он точно даёт понять, что оставил меня хотя бы на пару минут. Собраться с мыслями или снова погрузиться в глубокое одиночество – это он уже решит в единоличном порядке. Думаю, у него оба варианта просчитаны с полным развитием сценария. Он всегда готов абсолютно ко всему, что я скажу и сделаю. Хочется его удивить.
Само собой, я подумала о лезвии, но ВЕРИ-СМАРТ на полном автоматизме отправлял данные о сердцебиении в Совет, где я уже числилась как новобранец. Моё имя в списке, ему предстоит долго гулять под гербом Бирюзовой армии. По крайней мере, я тогда надеялась на долгосрочную службу, лишь бы подальше от всего, что меня связывало с Городом. Хуже тюрьмы и самого кровожадного Сарсура – жить под кубическим прозрачным полимером, защищающим каждого Гражданина от звезды, что изначально помогала зарождать жизнь. Душно, тесно, и сколько бы ни было вокруг людей и пустых улиц – я задыхалась там, не найдя иных путей покинуть Город, кроме как поступить на службу в армию. Подальше от него.
– Ну, как ты там?
Подкрался на цыпочках, да так тихо, что я в очередной раз дёрнулась, ощущая стыд за свой детский страх. Чудовища больше не прячутся под кроватями и в шкафах – они ждут за дверью, знакомыми голосами умоляя выйти к ним по собственной воле.
– Уже лучше. – И самой непонятно, вру или правда ощущаю себя увереннее. Хотя в ногах такая гнетущая слабость, что не хочу и пробовать подняться.
– Тебе принести воды?
– Нет.
Он начал колотить в дверь, при этом сохраняя тишину в своём голосе. Не ругался, не пыхтел и не рычал, но бил так, что плотный металл звенел, а неоновые линии вдоль косяков дребезжали, гасли и зажигались вновь. Страх подступил с новой силой. Вот тут я разрыдалась, не справившись с тем грузом, что резко возник в груди. Удары не прекращались, пусть они физически не достигали меня, я ощущала каждый на коже. Фантомные синяки расползались по плечам, ногам. В боку закололо, шея стала недвижимой. Кровь словно перестала поступать к голове. Полный ступор, холодный, как и дно ванной, в которой всё ещё лилась вода, неспособная перебить звуки мужчины в неконтролируемом гневе.
– Давай поговорим? – он завернул вопрос между несколькими партиями ударов, но потом прекратил. Не устал, нет, ни в коем случае. Он предпринял попытку доказать, что я якобы в безопасности за перегородкой между нами, и прорываться ко мне с боем смысла нет – я закрыта изнутри.
Я не рискнула вновь провоцировать, промолчала, хотя самое напрашивающееся «нет» скользнуло по языку и ударилось в зубы, оставшись по итогу во рту. Я прижалась подбородком к коленям и постаралась поверить, что всё это сама себе выдумала.
– Если хочешь обижаться, то обижайся, твоё право. Но я сделал всё, что мог, и не смей потом меня упрекать, что я не стараюсь ради нас двоих. Ты как обычно не пошла…
Его голос растворился в коридоре. Заранее продуманный трюк, приманка для наивной и глупой. Лишь бы я вышла дослушать, что он подразумевал под последними словами, прежде чем я бы в одежде залезла в ванную и включила душ, уж было подумав, что решусь.
– Пира?
…
Их тембры голоса очень похожи, и я вздрогнула прямо как в тот день. Брис окликнул меня. Как обычно обеспокоен, но не выдаёт ни одним движением на лице. Как камень сидит рядом и смотрит вперёд, еле заметно шевеля губами.
– Ты как?
Стандартный вопрос, но над формулировкой ему бы поработать. Я скинула данные статуса на ВЕРИ-СМАРТ Бриса. Он тут же принялся его изучать, открыв дополнительные строки, в которые я практически никогда не лажу. Помимо общего состояния здоровья и запаса патронов там искать нечего. Мне уж точно.
– У тебя гипоталамус слегка разгулялся. Работает на износ, нарушает работу гипофиза.
Брис почти шептал, словно и сам не понимал, что несёт.
– Понятия не имею, о чём ты.
– У тебя мозг пытается сожрать сам себя. В переносном смысле, но именно в такой формулировке. Давно корректировала Ламо?
– Не помню уже. А что?
– Стоит подать заявку на обследование. Если так пойдёт и дальше, то у тебя случится огромный провал в функциональности на фоне ментального выгорания.
– Звучит как диагноз для подростка.
– Зато отлично отражает суть. Я могу подать за тебя, если позволишь.
Не хотела дослушивать, но решила проявить уважение к Брису. Он в очередной раз показал себя с той стороны, из-за которой я его держу так близко. Какими бы мы ни были отличными воинами Бирюзовой армии по отдельности, нам бы никогда не удалось совместить наши достоинства в отряде, если б не Брис. Как клей, проводник между состояниями, вечно бдит за каждым, ничего не упускает. С ним не успеешь загрустить, без него невозможно веселиться. Такие качества не всегда в смешении присущи хорошим людям, но с Брисом мне безумно повезло.
– Хорошо, отправь.
– Принято.
– И спасибо.
– Ага.
В его интонации просквозило самодовольство, но упрекать Бриса не стану. Он заслужил больше почестей, чем имеет при жизни, так пусть хотя бы радуется, что начальство одобряет большинство его действий и решений.
Ощущения такие, словно Солнце вот-вот взойдёт из-за горизонта, чтоб пролить тёплые лучи по Венере, но этот обман будет преследовать меня очень долго. Фантомные рассветы, а каждый закат превращается в наказание, лишая света звезды практически на два земных месяца. Терраформирование перекрасило планету и превратило её в удобное жильё для человечества с пригодной для дыхания атмосферой, но не заставило кружиться быстрее. Как по мне, так звучит бредово, и ничего с этим поделать не могу.
Я чуть ускорилась, желая быстрее настичь конвой. Не выношу тишину. И спать не могу, если рядом что-то не взрывается. Тишина убивает, заставляет думать, решать задачи, решения у которых и нет вовсе. Тишина лишает любой возможности размышлять о том, о чём хочешь только ты. Как угодно, но я избегаю безмолвия, и сегодня мне предстоит пересилить саму себя, чтобы не утопать в воспоминаниях, хлынувших огромными волнами, стоило мне сесть за руль и убрать руки от автоматов, которые уже гудят в изнеможении без выстрелов. Транспорт затрясло, мотор взревел, хотя обороты в приемлемом диапазоне. Встать посреди пустынь Венеры совершенно не планирую, и экзистенциальный ужас не заставит меня поступать как идиотка.
Впереди зажигаются огни, протыкая туманное небо до самого космоса. Прожекторы конвоя шныряют от облака к облаку, давая сигнал разным военным базам сконцентрироваться на новой точке военных действий. Подобные опознавательные сигналы видно за сотни километров. Если правильно помню, то на зов должны прибыть новые отряды Бомбардиров с базы «Блау». Говорят, там готовят лучших воинов с ракетницами. Надеюсь, буду впечатлена теми, кого всё-таки отправят.
– До конвоя тридцать километров.
Брис постоянно сверялся с картами и прокладывал путь, хотя нам не приходилось петлять между болотами или лесами, быстро выросшими в благоприятных условиях. Юг планеты густо зарос кустарниками, восток покрылся тонкими длинными стволами, у которых листьев было по пальцам сосчитать, но они такие огромные, что тень под ними как под целой эскадрильей. Тут же, почти на экваторе, сплошные пустыни, изредка разреженные оазисами с ядовитыми растениями. Ни травинки, и пыль из-под колёс вздымается за нами огромными клубами. В зеркалах вижу, как движение нашего транспорта бередит кожу Венеры, поднимая к небу слежавшуюся грязь и останки убитых за десятки лет Сарсуров.
Дорога пролегла через возвышение, и вот тут транспорт взревел на повышенных оборотах. Уверена, Крин ощущает вину по этому поводу, якобы его тушу невозможно завести на небольшой пригорок. Сопка оказалась пологой, а вот за ней открылась совершенно неожиданная картина. Тысячи горелых Сарсуров до сих пор дымились. Я не увидела ни одной дырки от выстрелов, пока хрустела колёсами по накипи из тараканов. Наверное, поэтому звуки битвы до нас не дошли – всё решилось исключительно огнём, а это значит, что по пути к конвою прибился отряд с базы «Бранд». Отборные любители поджечь всё, на что указала длань Совета. Люблю огонь, и только сильнее распаляюсь в желании быстрее начать новый этап операции, превращая трупы Сарсуров в труху.
Уже виднеется новая вышка связи. Она торчит на самом краю каньона Деваны. Вокруг металлической доходяги собрался транспорт, который разгружали Рядовые. Они побросали свои автоматы в одну кучу, засучили рукава костюмов и принялись вытаскивать всё содержимое из огромных траков. Провиант, палатки, стойки оружия более полезных подразделений войск. Я напугала нескольких рядовых, на скорости влетев в растущий на глазах новый лагерь, и ошарашенные мальчишки прыжками разлетелись в стороны. Хохоча, затормозила у самого штаба главнокомандующих. Их палатка – первое, что возводится на новых точках. Уже через пару часов немалый участок каньона будет переоборудован в военное скопище человеческих сил, и я со своим отрядом успела практически к началу развёртки. Над нашими головами уже протягивались толстые канаты, соединяющие каждую казарму друг с другом.
Я покинула транспорт, тут же и Брис выскочил наружу. Остальные подтянулись сзади. Крина опять укачало. Сёстры держались от него подальше, боясь, что тот изрыгнёт остатки прошлых ужинов. Меня окутал бешеный шум. Везде свёрла, буры, звуки отбойных молотков и бесконечные искры разрезаемого металла. Каждая база – образец искусства нового времени, идеально ложащийся на любую поверхность планеты. Командование выбрало самый узкий участок каньона, соединяя два края огромной дамбой и тем самым перекрывая тараканам ходы для отступлений. Сегодня эскадрилья занята исключительно постройкой, снуя туда-сюда со шпалами и металлическими конструкциями. Своды уже торчат из земли на высоте пары километров, развернувшиеся на пружинных механизмах. Они будут принимать нагрузку, пока прочные канаты не сомкнутся на той стороне каньона. Завораживающее зрелище, но невольно задумываешься, почему за сотни лет на Венере мы всё ещё сражаемся с еле интеллектуально одарёнными насекомыми.
– Пира, приветствую.
За спиной стоял тот же главнокомандующий, что отправил меня в улей. Итоговый результат вполне успешен, но вот промежуточные достижения были под огромным вопросом. Уверена, мне не придётся садиться на чьё-нибудь лицо, чтоб мне вылизали жопу за сокрытие просчётов с определением количества Сарсуров в улье. Я кивнула, сдерживая ухмылку что есть сил. Прям кожей чувствую, как ВЕРИ-СМАРТ производит корректировку ментальной устойчивости.
– Могу поговорить с тобой наедине?
– Нет.
Любимый ответ с давних времён. И не моя проблема, если он всегда подходит как ничто иное.
– Пира, мне…
– Весь мой отряд был там, так что секретов быть не может. Что вы хотели?
Главнокомандующий резко вспотел, начал теребить фрак и крутить глазами. Больше всего он концентрировал взгляд на мне, но не преминул скользнуть и по остальным, кого подверг смертельной опасности. И это не говоря о тех, кто не вернулся с нами. Их имена в списках мёртвых появятся крайне нескоро.
– Необходимо составить полный отчёт о вылазке в улей. Само собой, с определёнными изменениями в фактах.
Последнее он сказал так тихо, что я только по губам догадалась, что от меня требуется. Не впервые сделаю, но как же сладок момент, который следует за подобными просьбами.
– Мне нужны военные прототипы 5-го поколения вооружения. Конкретные модели отправлю на вашу личную почту.
Новая порция искр над нами заставила главнокомандующего зажмуриться от страха и волнения. Он не сразу разомкнул веки, надеясь, что я несерьёзно. Но я была настроена твёрдо, отлично понимая – я получу, что хочу, иначе без прилизанного отчёта кто-то лишится титула и посмертных почестей. Вернётся с позором в Город и в лучшем случае будет улицы мыть, вспоминая, как было приятно носить чистый выглаженный фрак с отличительными знаками военной знати.
– Будет сделано. Жду доклад к началу нового Отсчёта. А теперь отдыхайте. Вольно.
А никто руку к голове и не прикладывал. Таким людям нужен хотя бы запах власти, чтоб чувствовать себя нужными обществу, иначе зачем вообще идти в Бирюзовую армию? Напускная важность, выглядящая совсем смехотворно на фоне подобных мне и моему отряду. Плевать, что их лицо мелькнёт на будущих учебниках, зато моё имя станет во главе списков людей, принёсших победу, и Бриса, Крина и сестёр я утащу с собой в вечность. Марс отдали, а вот за Венеру вцепимся зубами. Корка уже треснула, осталось сжать челюсти чуть сильнее, и потом проглотить. Вкусная, терпкая победа. Она уже на кончике языка. Поджилки даже трясутся в ожидании, поддеваемые оркестром металлического лязга вокруг.
Брис не стал дожидаться разрешения уйти в загул, и главнокомандующий отвернулся от нас, как мой главный помощник умыкнул нескольких девушек Снайперов в сторону, где ему впервые придётся собирать палатку вручную. Крин в этот раз не стал предлагать выпить с ним и последовал примеру Бриса, хоть и не взял с собой спутниц. Я осталась с сёстрами разглядывать возводящуюся дамбу. Грет и Мета встали по одну сторону от меня, Илма – по другую. Я не видела, чтоб сёстры когда-либо ругались, но что-то произошло, и это не объяснить словами. Чутьё, на которое стоит полагаться хоть изредка.
Не прошло много времени, как Грет утащила Мету в возведённый бар. Страут не ждёт, в первые минуты разлетающийся с молниеносной скоростью между оголодавшими до пойла воинами. Тут надо толкаться, чтоб отхватить себе порцию. Благо, Грет никогда не позволит себе остаться без выпивки и ни за что не будет пить в одиночку. Непреложное правило, одно из самых непоколебимых в нашем отряде. Илма же осталась со мной, поникла, пряча лицо. Я понимала, что грядёт беседа, которая нам обоим не понравится, но инструктаж о ментальном равновесии должен быть произведён. Придётся обратиться за помощью к Элис, иначе всё будет выглядеть как похлопывание мертвеца по плечу, чтоб тот не расстраивался лишний раз из-за своей смерти.
– Наша мама умерла сегодняшним утром, – Илма начала первой, и я подавилась на вдохе, уже собираясь отправлять запрос Элис. – Грет сказала, что это к лучшему, ведь мама сильно болела в последнее время. А я не считаю, что смерть, это хорошо. Уж точно не такая.
Я знаю сотни утешительных фраз, которые можно бы произнести, но ни одна из них не звучит правдоподобно, когда действительно нужно кого-то приободрить в случае смерти близкого человека. Бутафория общей скорби, искренней поддержки. Я переживаю за каждый неудачный день сестёр, что вместе, что по отдельности, хоть и всегда на первом месте будет способность держать в руках автомат. Что бы ни случалось в их личной жизни – пусть там и остаётся. Я решила, что просто дам ей немного свободы на следующие пару Отсчётов, пока база принимает итоговый вид.
– Как я могу помочь справиться с этим?
– Пойду поставлю нашу с сёстрами палатку…
Илма сделала шаг от меня, но явно не хотела уходить. Она ждала, что её остановят, и я это и сделала.
– Илма, чего ты на самом деле хочешь? – я взяла её нежно за запястье и развернула. – Я дорожу твоим нахождением в отряде, и мне важно, чтоб ты была в порядке.
Она вздохнула, словно готовится попросить что-то из ряда вон. Или же я перегнула, заставляя бедную девочку выдумывать на ходу в стрессовой ситуации то, что хотя бы примерно облегчит её боль. Скорее всего, она и сама не знает, что способно помочь, поэтому предложила самый очевидный и проверенный вариант.
– Выпей с нами. Думаю, сёстрам это тоже нужно.
– А тебе?
…
– Илма? – пришлось использовать требовательный тон, иначе вся ситуация грозила перетечь в размазывание драгоценного времени.
– И я тоже.
Тут я не стала выяснять по третьему кругу о чужих желаниях и просто зацепилась за прозвучавшее предложение. Так же, держась за руки, мы с Илмой зашли в бар. Там нас встретили громкие возгласы Бомбардиров, Снайперов. Ни одного Рядового, они все заняты сборкой лагеря. Посреди всеобщего гама разместились сёстры Илмы. Обе во хмеле, заливающие скорбь что есть сил. Каждый справляется по-своему, и Солнце знает, что мне куда проще дался бы разговор с Грет или Метой.
Я присоединилась к празднованию развёртки базы. Страут слегка противен на вкус, но чем больше пьёшь, тем слабее его мерзость. После третьей бутылки он уже сладок, совсем не горчит, и чуть стонущее горло просит ещё выпивки. Приходилось мельком следить за Илмой, при этом самой не впадая в пространные состояния. Моей единственной собеседницей в самые тёмные часы всегда была и будет Элис, но бестелесный голосовой помощник в голове не всегда понимает, что приводит к сбоям в человеческой психике.
Грет заливала страут бесконечно, словно и не пьянея больше, чем когда я зашла в бар. Мета же еле стояла на ногах, во всём стараясь копировать старшую сестру, но в силу физических способностей, от природы чуть заниженных, не поспевала за примером для подражания. Илма же по глоточку приканчивала первую бутылку, и когда ловила мой надзирательский взгляд, то наивно делала вид, что пьяна и ей лучше. Вымученная, чуть во хмелю, улыбка вызывала лёгкое отвращение. Губы девушки изгибались, да, но вот глаза были стеклянные, влажные. Во взгляде не было смысла и цели, там паттерны действий, свод правил поведения в обществе. Уж лучше так, чем стоять на краю обрыва, ворочая в голове вопросы от смерти. Что своей, что чужой.
Всё закончилось достаточно быстро. Имея общую причину скорбеть, сёстры напились практически одновременно, пусть и каждой для этого понадобилось абсолютно разное количество алкоголя. Грет, впавшая в задорное безумие и с мокрыми от слёз глазами принялась бегать вокруг бара. Она кричала что-то о том, что всегда нужно быть в форме, поскольку Сарсуры прячутся за каждым камнем. Она в каком-то роде права, но настолько пьяная Валькирия для таракана не опаснее, чем другой таракан. Мета кружилась на месте и напевала мелодии с вкраплениями того же неизвестного мне языка, от которого Илме становилось хуже. Та, что решилась открыть причины своей глубокой печали, забилась в клубок у лестницы бара и зарыдала, прижав колени к подбородку. Сёстры словно внезапно вспомнили, что они три разных человека, и решили вести себя так, как требует того их нутро. Общий знаменатель дал несколько разных результатов, и с каждым надо будет работать по-своему.
Первой пришлось отловить Грет. Она как увидела, что я за ней бегу, так добавила в прыти, намереваясь прыгнуть в палатку командования. Еле успела её поймать и зажать рот ладонью, иначе та бы высказала, что думает о каждом, кто носит столько медалей на сердце. Я с приложением огромных сил оттащила её в палатку, которую подготовил Крин по заранее отправленному приказу. Сам великан где-то ошивался сам по себе, но за него я никогда не волновалась. Как бы далеко он не уходил, так всегда к началу нового Отсчёта будет рядом. Ни одного промаха.
За второй сестрой, Метой, я вернулась чуть погодя. Дала себе время отдышаться после беготни за Грет. Девушка всё так же пела, вот только голос сильно дрожал, будто не до конца натянутые канаты между двумя краями каньона. Я нежно обняла Мету за плечи и тихонько, небольшими шагами, отвела в палатку, где уже храпела старшая сестра. Мета сипела и продолжала петь именно ту песню, что причиняет ей особенную боль. Я не сказала ни слова, чтобы не перебивать. Лишь аккуратно уложила двух девушек рядом.
Я знала, что после пьянки с Илмой будет сложнее всего. Пусть та и не наворачивает круги по базе, но её ментальная устойчивость на критически низком уровне, и изменения поведения предсказать практически невозможно. Илма сидела на прежнем месте, пусть уже не заливая слезами поверхность Венеры и всё время следя за моим приближением. Я шагала так, словно боялась спугнуть младшую из сестёр, и той дай повод, так она не раздумывая прыгнет в каньон. По итогу всё обошлось, и она поднялась сама, когда между нами осталось не больше пары метров.
– Мне уже лучше. Спасибо, Пира.
От неё пахло страутом больше, чем от Грет, но Илма хотя бы на ногах стояла увереннее. Я предложила взять меня за руку, та отказалась, и мы всё равно вместе двинулись по лагерю. Он затихал, скрежет железа прекратился, редкие стуки по металлу долетали откуда-то из темноты каньона. Я довела последнюю из сестёр до их палатки. Она улеглась на свободную руку Грет, вторую заняла Мета. Старшая Валькирия словно мать оберегает двух сестриц, и с этого дня её ноша станет куда тяжелее. Услышав храп всех троих, я отправилась к себе.
Меряя шагами землю, я старалась не издавать ни звука. Делая перебежки между кругами фонарей, сновала у палаток и казарм. Вдоль линии выстроенного транспорта, сквозь лес балок и канатов-лиан. Ночное небо испещрено чужими звёздами, а моя прячется на другой стороне планеты. Я б всю жизнь гналась за Солнцем, не давая ночи и шанса, но Совет решил иначе. В своей родной палатке, так же возведённой Крином, включила УФ лампочку с таймером на десять минут и завалилась в гамак. Спина застонала, получившая крупицу расслабления, и кровь чуть отступила от ног. Вены до этого были словно из того же металла, что и дамба, а теперь стали достаточно эластичными, чтоб без проблем перегонять кровь по телу. Всё зудит и чешется, особенно на предплечьях и шее. Я сняла костюм, поставила на зарядку оружие и вернулась в гамак, заранее обработав потную кожу кремом. Зуд чуть поутих, но недостаточно, чтоб я перестала на этом заострять внимание.
И всё знакомые мысли. Они скребут виски, не дают уснуть спокойно. Скрежещут, стонут и извиваются у ушей, я их чувствую, но смахнуть не могу. Томительное ощущение западни, и во всём виновата пресловутая тишина. Удушливая, издевательски насмехающаяся, ебучая тишина, ненавистная каждой по́рой. Она знает, что мне больно, и всё равно продолжает убивать меня. Ей плевать на Ламо. Ничто не перебьёт мысль, связавшую сознание таким тугим узлом, что только выстрел в голову поможет нити разорваться.
Я сжала лицо руками, выдавив воздух изо рта с тихим писком. Надавила подушечками пальцев на глаза, чтоб боль сместилась на другие органы, но прежние ощущения окольными путями находили дорогу назад. Я щипала себя за бёдра и специально вскрикивала, чтоб вокруг звучало хоть что-то, но результата ноль, мысль уже проникла сквозь уши и чужим голосом шепчет, что я недостойна того, что имею. Что родители не просто так оставили меня в интернате в раннем возрасте, что мой любовник заслуженно кричал на меня за любой проступок. Я достойна исключительно смерти в канаве, разрываемая Сарсурами на уродливые части, которые никто не станет собирать, чтоб в почётном гробу отправить в космос под Бирюзовый гимн. И то, что я ещё жива – исключительно везение, просчёт Совета. Когда-нибудь придётся отдать долг Солнцу за то тепло, что я нагло считала данностью и пользовалась как попало. Наступит день расплаты, и очень скоро. Вот тогда простых извинений не хватит.
«Пира. Я тебя слышу»
– Я тебя тоже, Элис.
Очень хочу с ней поговорить, но боюсь, что даже мысленно не смогу рассказать, что со мной не так. Со мной всё неправильно и не как у остальных. Неликвидный человек, случайный Гражданин.
«Брис отправил заявку на корректировку доз Ламо. Вижу, его запрос уже на рассмотрении. Со Отсчёта на Отсчёт станет лучше. Ламо модернизировали, и специально для тебя будет лучший Ламо, изобретённый в Городе. Ты слышишь меня, Пира?»
– Слышу.
«Но не веришь?»
– Нет.
Элис вычислила по интонации, что конкретно это «нет» на сегодня поставило точку. И если и можно восхищаться искусственным интеллектом, то в этом конкретном случае, когда ненастоящая девушка поняла меня лучше живых. Пошевелив губами, я произнесла «спасибо», и тихий щелчок выключения Элис засчитала как принятие моих скупых благодарностей. Ухудшение замедлило ход, пусть и лучше тоже не стало. Не верю, что новый Ламо пустит назад это колесо самоуничижения, но может заставить его остановиться. Хотя бы до полной победы на Сарсурами. Прошу у Солнца одного – пусть не позволит мне убить себя прежде, чем поднимется флаг Бирюзовой армии над последним убитым тараканом Венеры. Я на скорую руку заполнила отчёт и оправила командованию. Само собой, опустила подробности о смерти нескольких Рядовых и пропущенном подземном улье, затем закрыла плотно глаза.
Глава 4
Похмелье было скорее социальным, нежели физическим после крепкого страута. Приемлемое самочувствие, и вчерашние события наслоились, перебивая и нивелируя друг друга до достаточно мелких крупиц, чтоб о них можно было не переживать. Я проверила статус:
Состояние здоровья – 96%
Ментальная устойчивость – 89%
Целостность костюма WV01 – 98%
Заряд клинка SC120 – 100%
Количество патронов ПП HA55 – 130
Количество патронов автомата MB32 – 450 (полный боезапас)
Могла и не ставить ПП с автоматом на зарядку, но хочу со спокойной совестью отдать его командованию и взамен получить совсем новое вооружение. Уже ладони чешутся подержать самые современные модели, произвести пробные выстрелы, ощутить слабую дрожь в пальцах, когда орудия накапливают и отпускают заряд по твоей команде.
Я надела костюм, нацепила экипировку и покинула палатку, в которой уж слишком пахло сном. Лязг продолжался, и фонари били ярко. Я на секунду подумала, что Солнце снова взошло. Не расстраиваюсь, уже привыкла, ведь столь мимолётная вера щёлкает периодически по носу – не забывай, где ты и ради чего рискуешь жизнью.
Дамба на две трети была готова, и наземный транспорт заменил воздушный, который до этого потратил огромное количество топлива, чтоб всего за одну ночь провернуть такой объём работы. Рядовые как тараканы бегали из стороны в сторону, и у каждого в руках что-то было – строительные материалы, инструменты, тот же страут для командования, которое до поры до времени больше переводит дух и на словах формулирует военные задачи. Конкретного приказа от Совета не было, так что можно и пофантазировать, прикинуть, что и как развернётся.
Судя по статусам в отряде, сёстры давно поднялись и несут вахту вместе с отрядом Снайперов на нескольких разных вышках по всему лагерю. Сигнатура Бриса постоянно перемещается, и даже пытаться его отловить не стоит. Один Крин спит, но с его могучим организмом это простительно. Если б я столько же энергии тратила, сколько и он, то спала бы по несколько Отсчётов подряд, и никакой залп артиллерии не разбудил бы.
Обрывками я гоняла в голове вчерашние мысли. Статусы сестёр в приемлемом диапазоне по ментальной устойчивости. Их дозировки Ламо более универсальные, но оттого более мощные, нацеленные на подавление самых глубоких психических провалов. Туча побочек, однако напичканные фармакологией воины сделают что угодно, дай им на пару часов закрыть глаза и спокойно выдохнуть. Думаю, я тоже хотела бы нечто подобное, вот только так всегда считаешь, пока не столкнёшься с обратным эффектом от столь неоткалиброванных доз.
Пусть мой Ламо корректируется под меня лично, его порой остро не хватает, и ломка уничтожает любой прежний положительный эффект. Бесконечные качели, и миг наверху слишком короток, после чего следует затяжной провал и новая раскачка. Переживать каждую из них всё труднее. Иной раз кажется, что виток так и не случится – я застряну на подлёте, зная, что он рядом, но всё равно недосягаем. Я ненавижу это, и сильнее терпеть не могу то, что организм мой такой с рождения, а точные причины ужасных состояний не отследить.
У Крина есть травмирующий опыт, Брис сотни раз терял и восстанавливал рассудок, но уже в осознанном возрасте. Сёстры вообще впервые только вчера вкусили горечи, а я словно сильно нагрешила в прошлой жизни. И пусть вера в реинкарнацию и пресловутые грехи у меня слаба, в такие моменты всё равно ставишь под сомнение каждую рациональную мысль. Как можно быть уверенной в чём-то, если твой же мозг постоянно играет с тобой, дразнит и сам решает, что будет сегодня чувствовать? И так от колыбели до гроба – каждый день лотерея. Ламо – краткосрочное купирование, и корень прячется в моей голове. Пробила бы дыру да достала рукой. Клянусь, если б могла сделать сама, так не струсила бы. Именно так…
Резкий толчок из-под земли заставил заскрипеть каждую железку, торчащую из Венеры. ВЕРИ-СМАРТ выявил огромное пятно сигнатуры Сарсуров, движущееся под землёй, но такой плотной кучей, что красная точка на экране выглядела единым организмом. Судя по датчикам, рой двигался на глубине около пятидесяти метров под нами, и если не предпринять меры, то случится обвал конструкций, а это на два дня отбросит назад все наши планы.
Главнокомандующие выскочили из своей палатки, и все с красными выпученными глазами. Каждый искал конкретных людей, и одной из таких оказалась я.
– Пира! Срочно созывай своих!
– Принято!
Брис уже был на подходе, его готовность никогда не вызывала сомнений. Сёстры сбегались с разных сторон лагеря, двигаясь быстрее любого ветра на Венере. Сигнал общего сбора всегда звучал как нож по стеклу, и никто не станет его терпеть дольше пары секунд – принял, что уже в пути, и направляешься в точке сбора. Лишь Крин не отметился, хотя его статус уже был в состоянии «в строю». Так и вышло, что он уже давно не спал, просто слонялся без дела по лагерю, как и я, пока чуть с ног не свалился при кратком землетрясении.
Толчки не повторились, но рой двигался к нам, разрыхляя землю и превращая в мелкую труху каждый камень на пути. Я поставлю всё, что угодно, что за это отвечает тот же Альфа, чей улей мы разбомбили прошлой вылазкой. Да, еле выжили, но итоговая победа за нами, и обвал в глубоком улье вряд ли пошёл на пользу молодым неокрепшим тараканам. Я постоянно следила за экраном ВЕРИ-СМАРТ, точка замедлилась, словно принялась выжидать какого-то конкретного момента. Никогда не видела, чтоб скопище насекомых действовало настолько слаженно даже при Альфе, находящемся в непосредственной близости к своим подопечным. Ни одна маленькая точка не отделялась от группы, и мерзкая клякса застыла, как и мы все.
– Не понимаю, что это.
– Брис?
Я иной раз специально искала в его голосе трусость, чтоб потом в шутку напомнить, но в данном случае Брис побледнел, до конца не понимающий, что видит на своих датчиках. Связанный напрямую с мощной аппаратурой Разведки, он всё никак не сподоблялся определить количество Сарсуров.
– Не может быть…
– Что не так, Брис?
Я щёлкнула пальцами у него перед носом, чтоб он хоть как-то обратил на меня внимание. Технологическая мощь была у него одного, и его восклицания не особо-то и помогали, а нагнетать ужаса никому в отряде не позволю.
– Сигнатура всего одного таракана.
– Но точка такая огромная, – Крин так же прилип к своему экрану глазами и постоянно уточнял данные. – Как это возможно?
– Неужели, это и правда всего один таракан?
Судя по шкалам, данная особь должна быть около трёхсот метров в длину и сто в ширину. Никогда прежде людьми не был замечен таракан больше десяти метров от головы до жопы, а тут – целые триста? Не поверю, что такое чудовище не было засечено радарами во время взросления, и если гадина жила достаточно глубоко, чтоб прятаться от Сканировщиков, то чем она питалась? Я подумала о том, что хочу убить первого на Венере таракана-гиганта, да ещё и каннибала. Такой стоит тысячи Альф, не меньше.
К нам подоспели все главнокомандующие, и в том числе те, на которых я раньше не обращала внимания. Жаль, что не придумала тогда иного шантажа, ведь сейчас в любом случае получила бы прототипы оружия, самого нового в рядах Бирюзовой армии. В руки мне сунули, обойдясь без почестей, мощнейший ПП серии FS45 и автомат HC90. Я в первую очередь обновила статус, отдав старую экипировку:
