Сергей Змеевский

Случайный попаданец

Глава 1

– Алексей! – Плотоядный окрик директрисы поймал меня почти у проходной. Нарисовавшись, по своему обыкновению, в самый неудачный момент, она, как всегда, орала через весь холл. – Вы установили новые печатные формы?

– Да-да, все поставил, Галина Витальевна! – Я спешил отбрехаться, пока не припахали сверхурочно. Тем более что эти формы совершенно никому не нужны. Документы клиентам выписывают менеджеры, у которых все давным-давно настроено.

Пока директриса подвисала, соображая, к чему бы еще придраться, я, изобразив взмахом руки прощальный жест, рванул к выходу. И через десять секунд покинул контору, в которой отбываю рабочую повинность: официально – системным администратором, а неофициально – универсальным специалистом по всему, что втыкается в розетку.

– Молодой человек, не подскажете, где здесь можно позавтракать? – Именно с этим вопросом обратилась ко мне какая-то девушка, едва я оказался на улице.

Странный вопрос в конце рабочего дня. Но я проглотил просившийся на язык грубый ответ, поднял взгляд на незнакомку… и пропал. Передо мной, скромно кутаясь в китайский пуховик, стояла нежная и хрупкая девушка-мечта. Так и хотелось ее обнять, прижать к себе и защитить от всех невзгод этого не самого лучшего из миров. Заикаясь, я начал объяснять ей, как пройти к местной тошниловке, которая работала до позднего вечера.

– Вы меня не проводите? Я боюсь заблудиться… – сказала девушка и невинно захлопала ресницами.

– С удовольствием… – Да я готов был проводить ее хоть на край света, не то что до ближайшей столовки!

– Может, познакомимся? Меня зовут Маша.

– Андрей, – не знаю зачем соврал я. Хотел поправиться, но в этот момент мы приблизились к точке общественного отравления. – Вот мы и пришли, – грустно сказал я.

– Это неважно. – Она потянула меня мимо столовки. Я хотел что-то спросить и даже открыл рот, но она доверчиво посмотрела в мои глаза, и волна нежности, смывающая любые вопросы, накрыла меня с головой.

Миновав столовку, мы пошли дальше, болтая ни о чем. Маша расспрашивала меня о работе, о коллегах. А я говорил какую-то ерунду, вспоминая разные смешные случаи. Она весело смеялась, и то единственно важное теплое чувство разрасталось во мне… На одном из переходов она, заболтавшись, двинулась на красный свет и едва не попала под колеса. Я остановил ее, поймав за талию, и она прижалась ко мне. Потом Маша долго рассказывала о какой-то сложной игре, в которой она не может принять участие без партнера. Я тут же согласился стать ее партнером. Да ради нее я готов был стать кем угодно! Я не замечал ничего и никого вокруг, кроме своего ангела.

Когда показалась окраина города, на улице уже стемнело. Наконец мы вошли в подъезд старого многоэтажного дома. Маша несколько раз позвонила в облезлую дверь на площадке первого этажа. «Два длинных и короткий», – почему-то отметило мое сознание.

Нас впустил какой-то тип в сером балахоне, сшитом, по-видимому, из перекрашенного верблюжьего одеяла.

– Все готово, ждем только вас, – сообщил он моей спутнице.

Она скинула свой пуховик на руки типу в балахоне. Тот ловко его поймал.

– Раздевайся, – приказала она мне. В голосе прорезались властные нотки.

Я замешкался. Маша нежно посмотрела на меня, и я вновь ощутил прилив нежности к своему ангелу. Скинув куртку прямо на пол, хотел развязать ботинки, но Маша меня остановила.

– Чуть позднее, – произнесла она многообещающим тоном.

Мы прошли через длинный узкий коридор и вошли в полутемную комнату, освещаемую свечами. Посредине комнаты стоял длинный стол, задрапированный черной материей. За столом сидели четверо. На них также были надеты серые балахоны, а лица ко всему прочему оказались скрыты капюшонами. Одно место пустовало.

– Смелее. – Моя любовь вытолкнула меня в центр комнаты, и я оказался перед столом. – Вот моя кандидатура, – объявила она, обращаясь к балахонам.

Один из сидящих достал откуда-то непонятный девайс, похожий на лупу-переросток. Краем скатерти, покрывавшей стол, протер линзу и приложил к глазу. Громадное, во всю линзу, буркало уставилось на меня, несколько раз моргнуло, и балахон констатировал:

– Подходит.

Я хотел уточнить, для чего именно подхожу, но голова закружилась, и пол выскочил у меня из-под ног.

…Открыв глаза, обнаружил себя голым, крепко привязанным к некоему подобию стола. В помещении царил полумрак. Попытка осмотреться вокруг не увенчалась успехом: голова оказалась закреплена металлическим обручем. Потолок задрапирован черной тканью. Возможно, той же тканью отделаны и стены: из-за плохого освещения разглядеть не удавалось. Единственным источником света служили две чаши на длинных ножках, стоявшие по обе стороны от моего ложа, в которых, чуть потрескивая, горел огонь. За моей головой стояла выкрашенная черной краской статуя, которую я мог рассмотреть только выше пояса. Рога этот тип, судя по его роже, носил вполне заслуженно. Какой-то демон, кажется, такой фейс я видел в «Диабло». Краска наложена небрежно, видны разводы от кисти. Таджиков, что ли, нанимали?.. Толкиенцы поспособнее будут, да и антураж тут вроде как другой. Я задергался, пытаясь хотя бы ослабить путы, но нет, привязан намертво. Вот так влип. Какого хрена я согласился участвовать в этой дурацкой игре? Какого хрена вообще поперся неизвестно куда с какой-то сомнительной девицей? И вроде ведь не пил… С трудом продираясь сквозь собственные воспоминания, я пытался сообразить, что со мной произошло. Точно не пил. Даже из ее рук ничего не брал. А все равно опоили.

– Эй, кто-нибудь! – заорал я. – Выпустите меня отсюда!

На крик ко мне подошла девица в балахоне. Я не сразу ее узнал, хотя именно с ней целый вечер – кажется, это было вчера – шастал по городу. Сказка наоборот. Волшебное превращение красавицы в уродину. Сейчас Маша совсем не напоминала ангела. Страшненькая, нос длинноват, глаза раскосые, от наивности и доверчивости не осталось и следа, взгляд колючий, смотрит с гадливым отвращением. Как на крысу или червяка какого-то. Присмотревшись внимательнее, понял. Ее лицо нисколечко не изменилось, просто все то, что ранее казалось привлекательным, внезапно стало отталкивать.

Не ангел. Совсем не ангел… Кстати, при чем тут ангелы? До встречи с Машкой я никогда даже в мыслях не называл женщин ангелами. И вообще при слове «ангел» у меня в сознании всплывает образ мужика с белыми крыльями. Однако мысль оформиться не успела. Девица поводила руками перед моим лицом, словно пытаясь что-то нащупать, и сказала:

– Он уже в норме, можно проводить ритуал.

– Ты уверена? Что-то больно быстро, – донесся откуда-то слева ворчливый голос, в котором явно слышалось сомнение. – Учти, повелитель несколько раз повторил, чтобы на жертве не было никакой магии!

– Сама знаю! – резко ответила Машка. – Что лыбишься? – Это уже предназначалось мне. – Вчера ноги готов был целовать!

– А ты их бреешь? А то не получится целовать-то, в шерсти запутаюсь… – На меня напала какая-то злая вредность.

Хлесткая пощечина была мне ответом.

– Машка! Не порти товар! Повелитель сказал – без пыток!

– Я только чуток вежливости его поучу.

– Оставь, пусть повелитель сам с ним разбирается.

Машка зашипела, обещая отправить меня к темным богам, и куда-то ушла. Минут пятнадцать я ждал неизвестно чего, потом дергался, потом орал, пытался оскорблять своих тюремщиков, но никто мне так и не ответил. В конце концов я устал и сначала заткнулся, потом вообще задремал.

Из забытья меня вывело веселое переругивание. Обсуждался вопрос, кто на что потратит силу. Вокруг, расставляя свечи, сновали чуваки в балахонах. Притащили еще пару чаш, стало светлее, натыкали перед статуей кучу свечей. Изваяние намазали какой-то бурдой, от которой тянуло кисловатым запахом разложения. Потом один из этих недоделанных колдунов принес коробку, в которой лежали шприц со жгутом, и сделал мне внутривенную инъекцию. В глазах у меня все поплыло, и я отключился.

В полутемном помещении тихо жужжала, периодически подмигивая огоньками, аппаратура перехвата порталов. Дежурившие молодые люди, одетые в грязную засаленную одежду, играли на щелбаны в какую-то игру. Столиком для игры служил пульт управления. Касу и Щукон, судя по нашивкам на одежде, являлись разноуровневыми учениками одного наставника. Они вяло перекидывались пластиковыми карточками и даже щелбаны отвешивали друг другу медленно и лениво.

Внезапно гул аппаратуры сменил тональность. Касу, старший из них, отбросив карточки в сторону, схватил амулет из заранее открытой аптечки. На пульте ярко вспыхнул синий сигнал.

– Каталку! – скомандовал он напарнику, привычно наблюдая за рябью, создаваемой силовой подушкой. Но слова и не требовались. Щукон уже устанавливал медицинскую тележку на место, отмеченное грубым мазком краски.

Синий сигнал сменился красным, и на силовой подушке портала-перехватчика появилось тело молодого человека. Касу тут же приклеил на лоб лежащему медицинский амулет наркоза.

– Помогай! – Он схватил тело под мышки и ловко подсунул под него медицинскую тележку.

Щукон немного замешкался, но успел закинуть на каталку ноги пришельца до того, как силовая подушка отключилась. Тело плавно опустилось в специальный прозрачный медицинский контейнер, установленный на тележке.

– Шевели конечностями! – Касу уже катил тележку в сторону агрегатов, весело перемаргивавшихся огоньками. – Активируй инициатор.

Напарник, обогнав тележку, бросился к оборудованию. К тому моменту когда старший напялил обруч внедрения на голову безвольно лежащего тела, установка была подготовлена. Касу воткнул информационный стержень в гнездо и приложил руку к специальной панели с изображением пятерни, находящейся на пульте управления рядом с клавиатурой.

– Потекло, – сказал он, довольно глядя на приборы. – Подготовь омолаживатель.

– Зачем? – Щукон был явно не согласен с решением старшего партнера. – Перетопчется.

Крепкий подзатыльник оказался вполне убедительным аргументом. Младший напарник бросился к тихо жужжащей конструкции, стоящей рядом. А Касу вернулся к пульту управления.

В установке что-то пискнуло, и большинство огоньков погасло. Он резко вскочил, не обращая внимания на упавший стул, сдернул с головы подопытного обруч и, развернув каталку, привычным движением загнал ее в специальный проем второй машины. Активировал агрегат, приложив руку к панели с пятерней, подтянув к себе стул, уселся перед засветившимся экраном и начал быстро выбирать настройки. Подтвердил свой выбор, для чего опять прижал ладонь к панели, и откинулся, довольно глядя на наручный амулет, показывавший время.

– Укладываемся, – довольно произнес он. – А ты, придурок, еще раз вякнешь под руку, получишь в рыло.

Устройство немного помигало огоньками и выдало на экран сообщение о завершении процесса. Касу тут же выдернул каталку из аппарата. Теперь вместо молодого мужчины на каталке в прозрачном контейнере лежал подросток лет четырнадцати.

Загнав каталку в центр портала-перехватчика, старший активировал силовую подушку. Тело приподнялось над каталкой, а прозрачный контейнер схлынул, превратившись в жидкость, образовавшую лужу на полу. Касу сорвал со лба подростка амулет наркоза и, отскочив за край подушки, активировал продолжение телепортации. Тело исчезло во вспышке яркого света.

– Отлично прошло. – Он был доволен. – Подотри здесь.

– А зачем ты возраст откатил? – Щукон недовольно вытирал мокрые следы шваброй. – Мы на этой энергии могли бы нехило заработать.

– Тебя, идиота, спасал. – Настроение Касу мгновенно испортилось. – Ты каким местом думал, когда Марке фигуру правил?

– Она очень просила… – смутился второй.

– «Просила», – растягивая звуки, передразнил Касу. – Просила. А ты, тупорыл бесхвостый, подумал, что каждое включение медицинского корректора фиксируется? Ты понимаешь, недоумок, что сюда могут прислать комиссию по проверке наставников? И тогда придется отдать почти все, что мы здесь накопили. Это в лучшем случае. А может, ты хочешь стать полевым агентом вместо этих перехваченных? Хочешь? Ты скажи наставнику, он тебя мигом в добровольцы оформит!

– Я не думал…

– А ты вообще когда-нибудь думаешь? – оборвал его напарник. – Теперь надежда только на то, что этот сегодняшний вырвется из цитадели и доживет до возраста проверки на наличие магических способностей. Тогда объяснение, будто мы омолодили агента для его же безопасности, сработает. И никто ничего всерьез расследовать не будет. Заодно и бред про тестовый запуск, мол, работоспособность установки проверяли, наверняка прокатит, – закончил он, постепенно успокаиваясь.

– Ага, понятно. Ну ты мозг! – Щукон был восхищен старшим товарищем. – Может, тогда стоило внедрить ему в голову «Маскевиль»?

– Не прыгай, я ему сляпал хитрую управлялку на основе «Странника». До безопасных мест однозначно доберется.

– Каким образом?

– «Странник» – платформа хоть и древняя, как моя бабушка, но в ней есть модуль взаимодействия с телепортами. Так что как только его попытаются протащить через любой телепорт старой сети, сработает модуль «Освобождение заложника», который выкинет его в общественный портал в дальних землях. – Касу хитро усмехнулся. – А дальше, если не дурак, справится. Пока до возраста проверки не дорастет, маги им интересоваться не будут. А нам как раз нужны данные о жизни в глубинке, – подвел он черту под разговором. – Да и «Маскевили» после учебы нам самим совсем не помешают.

Сильный удар по лицу привел меня в чувство. В помещении царил полумрак. Голова буквально раскалывалась. В глазах двоился тип, стоявший напротив, одетый в хламиду, расшитую непонятными знаками. Когда двоение прекратилось, я увидел молодого парня, судя по поведению, главного в этой компании. Двое его помощников, завернув мне руки за спину, удерживали мою тушку от падения. Урод в хламиде грубо схватил меня за волосы и дернул к себе. Я чуть не взвыл от боли.

Примерно с минуту всматривался в лицо.

– Годится, – задумчиво сказал он. – Мартул довольно приличного уровня. Но совсем мальчишка – это и хорошо, и плохо. – Он разжал пальцы и отпустил мои волосы.

Я потихонечку осмотрелся. Совершенно пустая комната. Стены сложены из грубо обработанного темно-серого камня. К серому потолку, заросшему грязью, прикреплены слабо светящиеся белые шары. На полу – сложный рисунок, словно покрытый сероватой дымкой. Глядя на узор, я внезапно осознал: это ведь весьма устаревший стационарный межмировой портал. Тем временем парень в хламиде задумчиво отошел в сторону, и моему взору открылся активированный локальный портал. Это устройство представляло собой абсолютно черный цилиндр, висящий в паре сантиметров от пола и почти касавшийся потолка.

Так… Интересно, откуда у меня взялись подобные мысли? Крышу, похоже, унесло далеко и надолго. До встречи с Машкой и ее друзьями-сатанистами я знать не знал, что такое «межмировой портал», и тем более понятия не имел о том, какие из них современные, а какие пора сдавать в утиль. При воспоминании о Машке в груди колыхнулась глухая ненависть к обманувшей меня девушке.

Тем временем парень в хламиде пришел к каким-то выводам относительно меня, скомандовал:

– На растяжку его, – и, нахмурившись, отвернулся.

Я попытался было спросить, где нахожусь, но едва открыл рот, как получил сильный тычок в область солнечного сплетения. Фрагмент стены справа от портала открылся, как дверь. Стражники протащили меня через этот проем и бросили на каменный стол. Не обращая внимания на хилые попытки освободиться, они растянули меня звездой и зафиксировали конечности с помощью встроенных в столешницу кандалов. Один из стражников куда-то вышел, а второй разжал мне зубы ножом, вложил в рот деревянную палку и закрепил ее ремешком.

Лишенный возможности двигаться и говорить, я лишь вращал глазами, пытаясь понять, что происходит. Для чего предназначена эта каменная поверхность? Хорошо хоть теплая, не простужусь. Мысли были несколько сумбурными.

Внезапно сверху начала опускаться круглая плита. Когда я уже почти обделался от страха, решив, что меня сейчас банально раздавит, плита дрогнула и остановилась. Теперь доступное моему взгляду пространство сводилось к гладкой черной поверхности, которая находилась прямо перед глазами. Что же это такое? «Устройство для увеличения энергетической емкости и пропускной способности ауры», – подсказала новая память. «Это устройство чрезвычайно редко применяется по причине болезненности процедуры наряду с весьма слабыми результатами». Как только я это сообразил, хлынула боль и погасила сознание.

Касу отодвинулся от экрана, поморщился и сплюнул прямо на пол.

– Вот так, – сказал он и замолчал, откинувшись на спинку стула. – Вот так, – еще раз мрачно повторил он, глядя на экран, показывавший гладкую черную поверхность, находившуюся перед глазами их подопечного.

– А что, собственно, случилось? – непонимающе спросил коллега. – Ну снесет у парня крышу, от нас ведь это не зависело. Нам же за это ничего не будет?

– Такая идея накрылась, – вздохнул Касу. – Я был уверен, – он кивнул на экран, – что его потащат сразу в портал, а при переходе сработает моя закладка. Сменит точку привязки, и подопечный окажется в дальних землях. Там, судя по снимкам с орбиты, бардак страшный, ничего не охраняется. К тому же народ постоянно двигается, будет легко затеряться в толпе.

– Ловко! – Щукон мотнул головой. – А нам-то какая в этом радость?

– А такая. – Касу начал раздражаться. – До нас здесь стажировались ученики Гамскалка. Их агент прожил в тех землях всего два дня. Удалось раздобыть слабенькие снимки из местного храма инициации и мелкую информацию по взаимоотношениям жрецов. И эта мелочь была отмечена малым советом наставников, а ученики получили такие рекомендации… – Он вздохнул. – А по твоей вине нам ничего подобного не достанется. Ни зеленый выпуск нам не светит, ни отличная характеристика… Ладно, отключай контроль его модуля, нечего впустую энергию лить… Хотя постой, оставь картинку. Может, что интересное ему на глаза попадется.

Очнулся я от звуков шагов и негромкого разговора. Боль присутствовала, но где-то на втором плане, слабо-далеко, скорее даже нудно-надоедливо. Зато появилось новое ощущение. Ощущение легкой бодрящей щекотки.

– Сейчас идет прокачка, предельная для установки. – Я узнал голос парня, отправившего меня в эту безумную машину. В нем сквозило легкое удивление. – Аура реципиента пропускает все без задержек. Учитель Пустакр, но ведь это значит…

– Да, это значит, что данный поток для него – отнюдь не предел, – удовлетворенно сказал тот, кого, очевидно, звали Пустакром. – Ты правильно сделал, что отправил его на растяжку. Если бы он сошел с ума, мы бы все равно содрали с него ауру, пусть и с большими потерями, а так у нас почти готовый коммутатор для восточного распределителя.

Пустакр помолчал и через некоторое время продолжил:

– Неплохая работа, Насуц. Думаю, благодарность совета магов тебе обеспечена. Надеюсь, родственники этого уникума уже у нас?

– Простите, учитель, но, прежде чем действовать, я хотел сначала получить ваше одобрение.

– Похвальная осторожность, однако в данном случае надлежало действовать незамедлительно, – недовольно отозвался Пустакр. – Откуда он?

– Из какого-то крайнего мира, где нет источников силы. Наших агентов, к сожалению, там нет, пользуемся местными жителями. Представляемся им богами тьмы. Инициировали из них пару магов уровня младших учеников. Это первый серьезный улов, до этого была только мелочь.

– Мир почти без магии, – хмыкнул Пустакр. – Пошли туда младших. Дай им образцы, взятые с этого, хорошая возможность, пусть практикуются в поиске по родственным связям.

– Но вы же сами позволили им три дня отдыха? – Насуц замешкался. – Я их отправил в мир огнепоклонников…

– Как только вернутся, сразу отправишь в крайний мир. А этого – на перевоспитание по программе коммутатора-распределителя. И предупреди воспитателей, пусть отрежут только ноги, руки ему могут понадобиться.

Услышанное повергло меня в шок. Сначала я ощутил страх, но секунду спустя сознание захлестнула ненависть. Ненависть к себе: как мальчишка попался на удочку к Машке, завлекшей меня в свою компанию. Ненависть к этим мерзавцам, которые походя и небрежно решали, какую часть меня отрезать, чтобы было удобнее использовать в качестве коммутатора. Коммутатора!!!

Спеша проверить свою догадку и не надеясь на успех, я попытался изменить направление потока щекотки, направив его в сторону этих двоих.

Хлопнуло знатно. В глазах на пару секунд потемнело. Я дернулся и почувствовал, что кандалы не заперты. Немного подергавшись, кое-как освободился от оков и голым червяком выполз из этой безумной машины. Огляделся в слабом свете единственного светильника, и мое тело скрутил жестокий спазм. Я упал на колени, изрыгая содержимое и без того пустого желудка. Все пространство вокруг было покрыто кровью и фрагментами внутренностей. Изо всех сил сдерживая позывы к рвоте и стараясь не поскользнуться на кровавом месиве, я на подгибающихся ногах выскочил из комнаты.

Я оказался в помещении, где уже находился какое-то время назад. Здесь ничего не изменилось. Все так же еле-еле светились белые шары, создавая полумрак. Над рисунком, вырезанным на полу посредине комнаты, слабо клубился серый туман. Удовлетворяя свой внезапно возникший интерес к рисунку, я подошел ближе и стал внимательно рассматривать. Тут я заметил маленькое красное пятнышко в форме руны «опасность». Оно не следовало за движением глаз, но следовало за движением головы, оставаясь всегда в верхней правой части видимого пространства. Я закрыл глаза, пытаясь понять, что это, глюк в мозгах или повреждение зрения. И сразу открыл веки, внезапно осознав, что мне просто необходимо осмотреть напольный рисунок.

Раздираемый противоречивыми желаниями, я уставился в пол и сосредоточил внимание на этом красном пятнышке. И тут это пятно «прыгнуло» на меня, разворачиваясь в надпись: «Внутренний модуль. Не описанное правилами воздействие на эмоциональную сферу. Разрешить. Запретить. Создать правило». По привычке, выработанной частой работой с ненастроенными фаерболами, я подумал: «Запретить» – быстрее, чем успел сообразить, что именно хочу запретить и на каком языке сделана надпись. Надпись пропала, а вместе с ней исчезло желание разглядывать напольную живопись.

«Надо срочно отсюда выбираться», – пришла умная мысль, но внезапно накатившая усталость не дала этим идеям реализоваться. Во всем теле обнаружилась сильнейшая слабость, но мозги вроде работали. Усевшись на пол прямо посредине комнаты, я начал мысленный анализ ситуации. Машка с компанией обещали отправить меня в мир темных богов. Если судить по подслушанным разговорам, в мир темных я попал, но вот насчет того, что эти темные – боги, не уверен. На мой взгляд, темные боги, даже взрываясь, не дают такого количества крови мяса и кишок, которое находилось в соседней комнате. Я окинул взглядом помещение. Похоже, Машкину гоп-компанию водили за нос какие-то маги или колдуны, судя по атрибутике. А вспомнив машину в соседней комнате, добавил про себя: «Технически продвинутые колдуны».

Ладно, дальше. Что мы имеем? Их язык я почему-то понимаю. Или это русский? Напряг память, язык точно чужой, хотя с восприятием проблем не возникает. Я сам, похоже, тоже стал магом. Это, разумеется, приятно, но почему-то, вместо того чтобы обучить человека магии, меня пытались сделать каким-то коммутатором, да еще и безногим. Кроме того, в голове у меня появилось некое компьютероподобное устройство. Может, и не в голове, но визуальная часть интерфейса воспринимается через зрение.

Внимательно присмотревшись, нашел еще одну руну. На сей раз темно-синего цвета. Сосредоточил на ней внимание, и она «прыгнула» на меня, разворачиваясь в надпись. Я закрыл глаза, но надпись не исчезла – наоборот, стала даже лучше видна: «Изменились базовые биомагические характеристики, рекомендуется переинициализация системы». Также предлагался выбор действий: «Хочу. Не хочу. Отложить решение. Больше данных». Красивые синенькие буковки, анимированные под текущую воду. Дешевые понты, а не интерфейс.

Разумеется, я выбрал пункт «больше данных». Появилась куча созданных мелким шрифтом строк, сформированных в блоки. По большей части синие или зеленые, но мое внимание привлек блок красных строк. Видимо, интерфейс реагировал на проявление интереса со стороны юзера, так как этот блок без дополнительных команд красиво увеличился, а остальные поблекли. На сей раз «огненный» шрифт, в котором буквы красиво пылали. И сообщала эта надпись о том, что целая куча модулей не прошла контроль целостности. Но гораздо сильнее меня заинтересовало то, что внизу была строка с предложением восстановить поврежденные модули с местного «сервера». Не особо задумываясь о последствиях, я мысленно ткнул в нее. Потом отказался от переноса текущих настроек, выбрал «минимальный» интерфейс, выбрал функцию «деактивировать и сохранить все текущие модули» и наконец разрешил системе начать восстановление.

Докладная записка Аскастору Великому,

королю Меозара

Пятнадцатого дня седьмого месяца меня вызвал хранитель путей. Это было связано с исчезновением мага Пустакра, открывателя пути. При опросе служителей гильдии выяснилось: помимо означенного мага пропал старший ученик Насуц. При осмотре дома Пустакра в подвале был обнаружен тайник, в котором находился телепорт, ведущий к незарегистрированному межмировому порталу. К портальной комнате примыкали три помещения: одно – явно жилое, другое, по-видимому, служило центром силы, в нем обнаружен большой камень силы, разряженный. В третьей комнате обнаружен неисправный растягиватель для усиления и коррекции мартулов, а также фрагменты тел, принадлежавших, как позднее установила экспертиза, магу Пустакру и старшему ученику Насуцу. Кроме того, возле телепорта найден маг в бессознательном состоянии. Маг – подросток, что указывает на его высокое происхождение. Были разосланы запросы на предмет исчезновения детей из дворянских семей, но безрезультатно. Судя по всему, у нас в руках оказался неофициальный новоиспеченный ученик некоего мастера. Подросток в бессознательном состоянии помещен в приют магической гильдии и будет допрошен позднее.

Очевидно, что гибель Пустакра и Насуца произошла в результате несчастного случая. Комнаты чисто убраны и имеют следы длительного использования. Очевидно, Пустакр обнаружил действующий межмировой телепорт и эксплуатировал его в личных целях. Мартулов из других миров он использовал для усиления собственных способностей, а также выставлял на продажу. Это подтверждается наличием двоих мартулов с раскачанной аурой, которых обнаружили в камере подвала (изъяты в пользу короля). Установлено, что для выполнения последнего заказа жрецов Пустакру требовался очень сильный мартул. Возможно, какая-то ошибка при модернизации установки вызвала непроизвольный выброс энергии. Старший дознаватель Сакмар

Резолюция на документе

За сокрытие портала имущество изъять в пользу гильдии без компенсации, дело передать в архив. Жрецам напомнить о недопустимости покупки мартулов на стороне и об их обязательствах сообщать тайной страже о таких предложениях.

Очередное пробуждение оказалось куда приятнее предыдущих. Проснулся я среди ночи, лежа в чистой кровати на чистом, свежем белье. Перед глазами висело сообщение об окончании восстановления и приглашение к настройке интерфейса. Вокруг тишина, трогать меня пока явно никто не собирается, поэтому следует воспользоваться возможностью и настроить интерфейс. Что можно сказать: по-видимому, есть какая-то логика в развитии средств взаимодействия с компьютерами, будь то электронные или магические устройства. Отличие от земных – не принципиальное: нет мышки и клавы, модуль управления сам берет из мозга информацию и действует в соответствии с твоими пожеланиями.

Огромное подспорье начинающему – база данных по управлению компом и магией. Я немного повозился, пытаясь настроить земные единицы измерения, но плюнул на это: надо привыкать к местным реалиям.

Более-менее освоившись с интерфейсом, стал изучать содержимое магокомпа. Наткнулся на интересную функцию. Оказывается, он пишет все, что я вижу и слышу. Просмотрел, а вернее, прослушал запись разговоров людей, которые притащили меня из подземелья. Выяснилось, что я нахожусь в приюте для магически одаренных детей. Очень интересно, как это они умудрились спутать меня с ребенком? Впрочем, это неважно. Важно другое: скоро меня будут допрашивать. Но и это не особо существенно. Расскажу, как все было, и, думаю, отправят обратно домой. Гораздо больше меня заинтересовал вопрос, где находится запись событий, происходивших до начала восстановления магического компьютера. Полазив в настройках и изучив раздел справки о «виртуальных» компьютерах, я сумел просмотреть (точнее, опять же прослушать, так как мои глаза тогда были закрыты) запись о двоих оболтусах, которые мне этот магический комп и впарили.

Я нашел звукозапись, что-то вроде записки-напутствия от одного из них. Судя по тексту, она должна была проиграться в момент моего выхода из портала, но что-то не сработало. От прослушивания этого напутствия захотелось вскочить и бежать сломя голову подальше отсюда. Суть записи сводилась к следующему. Эти двое – представители очень доброй и мирной цивилизации, они изучают злобную местную цивилизацию, которая похищает людей из других миров. Они, разумеется, изо всех сил пытались спасти меня, но устройство телепорта таково, что они не могут вытащить меня из него. Они сделали что могли: обучили меня всем языкам, которые, как они полагают, мне могут пригодиться, омолодили, так как подростку намного легче затеряться в этом обществе, и инициировали меня в качестве мага. Дальше шло видео, где было показано, каким образом нужно сложить пальцы левой руки, чтобы вызвать или убрать магический щит, и как щелкать пальцами правой, чтобы кидаться малюсенькими огненными шариками, эдакими крошечными фаербольчиками.

Но главное, прояснялась причина моего похищения, и от этого объяснения становилось не по себе. Оказывается, есть три способности, необходимые магам. Первая – умение управлять магическим потоком, вторая – внутренний запас магической энергии и третья – возможность черпать энергию из некоего внешнего источника, которую местные называют «способностью к пробою». Что это за источник, не уточнялось, но точно известно одно: его емкость не ограничена и доступ к нему есть всегда и везде. Магами считают тех, кто обладает первыми двумя способностями. Способность к пробою у большинства магов либо очень слабо развита, либо вообще отсутствует.

Встречаются люди, у которых отсутствует собственный запас магии, но при этом есть талант управлять потоками и черпать энергию. Причем, как правило, возможности управления потоками гораздо выше, чем у обычных магов. Таких местные жители называют мартулами. По законам этого мира, любой мартул является собственностью правителя государства, в котором родился. Он обязан получить особое воспитание, дабы во взрослом возрасте лучше служить обществу. Фактически мартулы – государственные рабы, которых выкупают магические гильдии и независимые маги для своих нужд. В основном их используют в качестве живых запчастей, для замены выходящих из строя блоков управления магическими потоками в устройствах, оставшихся от одной из множества предыдущих цивилизаций, называемых общим словом «древние».

Кроме того, мартулы нужны для одного сложного ритуала слияния аур, в результате которого способность управлять потоками силы частично передается участвующему в ритуале магу. К сожалению, мартул при этом гибнет. Определить, является ли человек мартулом, может в принципе любой маг, но только если на человеке нет никакой защиты. Любая, самая примитивная защита делает невозможным выявление мартула. Хотя подозреваю, что для великих магов и защита не станет помехой.

Кроме всего прочего, я обнаружил описание местной магии. Это оказалось довольно забавно. В голову человека внедряется специальное плетение, управляющее его магическими способностями и воздействующее в одних случаях на мозг, а в других – непосредственно на энергетическую структуру человека для получения готовых магических проявлений или их фрагментов.

В общем, абсолютное большинство местных магов – тупые юзеры магического варианта компьютера. Используя оборудование, оставшееся от цивилизации, погибшей несколько тысяч лет назад, внедряют себе в голову магокомпьютеры с крайне убогим интерфейсом. Доподлинно неизвестно, но есть предположение, что управление осуществляется особыми жестами и звуками, как в примитивных низких реализациях.

Упоминание о низких реализациях навело меня на мысль покопаться в базе данных. Практически сразу я наткнулся на огромную коллекцию разнообразных модулей (более пятисот штук), представленных в несколько специфическом информационном виде, я бы сказал – в виде исходников. Чтобы использовать эти модули, их необходимо пропустить через некий компилятор. В базе имелась не только полная информация о создании и модернизации таких модулей, но и о создании законченных магокомпьютеров.

Заодно я разузнал, для чего предназначен мой собственный магокомпьютер. В одной из древних космических империй существовал то ли орден, то ли клан, а может, просто специфический род войск, такие милые ребята, называемые странниками. Они путешествовали через сеть порталов, оставшуюся от еще более древней цивилизации, и тихо «прихватизировали» слабые миры разными хитрыми способами. Самый простейший путь – сколотить из местных организацию, способную захватить межмировой портал и открыть его для войск империи. Но шиком среди этих странников считалось создание организации, способной захватить весь мир без помощи извне и присоединить к империи уже полностью идеологически обработанный мир. Несколько описаний подобных захватов с детальным разбором конкретных ситуаций нашлось у меня в базе. Насколько я понял, эти ребята сразу по прибытии на планету устанавливали некую базу с мощным магокомпом и регенерационной камерой, благодаря которой могли пережить даже смерть физического тела. Жуткие люди. Даже собственное бессмертие использовали как оружие. Четкие подробные инструкции, как составить нужное «великое» пророчество, овладевающее умами людей, и выдать себя за великого пророка, несправедливо казненного властями. Вплоть до того, надо ли перед смертью плевать, и если надо, то в кого.

Хотя все эти данные я просматривал лишь поверхностно, не особо вчитываясь, все равно потратил уйму времени и не заметил, как наступил рассвет. Пора было решать, что делать. Я встал, осмотрелся. Маленькая симпатичная комнатка, с большим окном, выходящим в сад. Стены выкрашены белой краской. Шкаф, столик, пара стульев, кровать – вот и вся обстановка.

Я заглянул в шкаф. Одежда осталась в родном мире, а разгуливать голым или завернутым в простыню не было никакого желания. К моей радости, на полках обнаружилось несколько свернутых балахонов довольно грубой темно-серой ткани, по покрою аналогичных балахону того придурка, что разглядывал меня в подземелье. Нательное белье в этом мире либо не использовалось вообще, либо мне не полагалось, поэтому я напялил подходящий по размеру балахон прямо на голое тело. Под кроватью нашлись тапочки, похожие на наши шлепанцы. Чуть великоваты, но не беда.

Теперь готовый смыться, я запустил модуль видения силовых потоков и принялся осматривать комнату более тщательно. На окне, в отличие от двери, никаких магических плетений не было, а вид из него закрывал здоровый зеленый куст. Скорее всего, оно выходит в такое место, откуда так просто слинять не удастся, или имеются какие-либо механические запоры-датчики. А возможно, наличествует и то, и другое. В любом случае этот путь к бегству пока исследовать не будем, а перейдем к двери. Дверь была насыщена плетениями. Я вызвал найденный в своем магокомпе дебаггер внешних плетений и натравил его на самую сложную структуру, которую нашел на двери.

О-о-о… Минут пять я просто любовался результатом работы отладчика. Работа с ним напоминала работу с IDA. Нет, это даже круче! В одном из окон в виде схемы были представлены силовые линии, а в другом – представлена логика в виде аналога дизасма на некоем языке довольно высокого уровня. Типовые модули были опознаны и выделены, для них имелись ссылки на базу, с которой их при желании даже можно было сравнить и увидеть выделенные цветом отличия. Кстати, ни в одном блоке отличий от «собратьев» не было. Логика работы этого плетения не отличалась от логики аналогичных земных устройств. Один модуль считывал ауру того, кто прикасался к двери, другой кодировал ее в виде некоей последовательности и отправлял куда-то по одной из информационных линий (вероятно, на обработку), по другой линии приходил сигнал-команда на модуль, управлявший силовой линией, которая, в свою очередь, заставляла некое механическое устройство втянуть язычок замка. Имелась и защита от чересчур хитрых любителей отмычек, способных просто отодвинуть язычок замка: датчик положения двери сообщал в центр о любом изменении.

Налюбовавшись, я решил сунуть в эту конструкцию свои шаловливые ручки. И обломался. Я не мог внести никаких изменений в модули. Информационные линии, соединяющие их, я мог обрывать и соединять сколько угодно, но изменить хоть что-нибудь в самих модулях не получалось. Чтобы понять причины неудач, пришлось основательно полистать базу. В конце концов разобрался. Для модификации модулей нужно было инсталлировать одну магопрограмму, но, глянув на ее требования, я понял, что моего запаса силы не хватит.

Если задачу нельзя решить напрямую, под нее всегда можно подкопаться. Я взял из библиотеки аналогичный модуль, немного изменил его, напитал энергией и создал рядом с действующим. Потом перекинул со старого все связи и вытянул из него энергию. Дополнительный «вход» своего модуля прицепил к модулю, контролирующему мою сторону двери, а «выход» – к управлению замком. Теперь дверь изнутри открывалась свободно, а снаружи продолжала контролироваться неким внешним устройством. Вообще вся эта конструкция напоминала электрическую схему, собранную из микроконтроллеров.

Осторожно открыв дверь, я высунул голову в проем. Ничего интересного, типичный пустой коридор какого-то учреждения. Темно-зеленые, плохо покрашенные стены, серый бетонный пол, пара окон, через которые от двери ничего не видно. Справа и слева от моей двери были точно такие же. Толкаться в них я не рискнул, а вскрывать – не было никакого желания. Вместо этого я осторожно пересек коридор. «Дремучее Средневековье», – первая мысль, что пришла в голову.

Прямо под окнами располагался небольшой рынок. Площадь была усеяна цветными палатками, торговцы раскладывали свой товар, покупатели сновали туда-сюда… и безмолвие. Только через минуту до меня дошло, что в доме отличная звукоизоляция. Люди размахивали руками, явно споря, проехала карета, наверняка громыхая колесами по булыжнику, а здесь стояла мертвая тишина.

Я принялся разглядывать одежду горожан. Черт, ни на ком нет балахонов, похожих на мой. Плохо. Вдруг это рабочая одежда типа фуфайки или робы? Или, еще лучше, чисто домашняя вроде пижамы… Значит, если я выйду в таком балахоне, на меня будут активно обращать внимание. И я совсем не уверен, что мне это внимание понравится.

Внезапно до меня донесся звук шагов. Я юркнул обратно в комнату и прикрыл дверь, оставив маленькую щелочку. Благодаря этой хитрости удалось подслушать разговор двоих подростков, которые прошли по коридору. Кстати сказать, одеты они были в балахоны типа моего. Подростки обсуждали некоего преподавателя, который, по словам одного из них, «ну точно зверь». Пуляется какими-то шариками, вызывающими весьма болезненные ощущения у всех, кто не успеет вызвать некую защитную сферу. Судя по разговору, эти двое поставить защиту не успели.

А мне ведь тоже надо подумать об оружии и защите. Я плотно закрыл дверь и присел на кровать. Как там говорил один из этих? «Малая защитная сфера»? Пальцы левой руки автоматически сложились в забавную комбинацию… и ничего не произошло. Понадобилось около получаса, чтобы разобраться в работе системы. «Добрые» ребята, перехватившие меня при телепортации, установили несколько примитивных боевых модулей, активировавшихся специфическими движениями пальцев. В момент восстановления системы эти модули оказались вместе с троянцем в виртуальной машине. Еще минут пятнадцать ушло на поиск и инсталляцию аналогов из моей библиотеки. Теперь соответствующее движение пальцами вызывало защитную сферу, сформированную из сетки силовых линий. Подгибая определенным образом мизинец, можно было регулировать толщину линий создаваемой защиты, при этом менялось потребление силы. Установив минимальную толщину и, соответственно, минимальную защиту и потребление энергии, я оставил сферу в покое. Ввиду отсутствия собственного запаса силы я был вынужден обойтись минимумом.

Даже при движении по комнате приток силы извне резко менялся. Магокомп, по-видимому, имел небольшой собственный резерв, несколько сглаживавший подобные изменения, но все равно при большей интенсивности защиты был риск потерять ее в момент прохода через область, где уровень магии был слабым. Можно не снижать степень защиты, а несколько увеличить резерв магокомпа, но для этого надо пожертвовать большей частью информации, в нем находившейся. В условиях, когда для сокрытия своей сущности достаточно минимальной постоянной защиты, жертвовать жизненно важной инфой не хотелось.

Глава 2

Кейран был посредственным магом. Оно и неудивительно. По правде сказать, от рождения он и вовсе не был наделен магическим талантом, а все свои способности приобрел при помощи особой магической машины, что имелась в его родовом замке. Так поступали многие родовитые дворяне. Древний магический артефакт «Созидатель гармонии» позволял забрать часть способностей у одного человека и передать другому. При этом тот, у кого способности забирали, погибал, но Кейрана это волновало лишь одной с точки зрения: довольно сложно скрыть факт смерти человека в твоем доме. Закон позволял владеть подобным приспособлением только жрецам, все остальные могли ими воспользоваться, только имея на руках личное разрешение короля. Однако в реальности чудесная игрушка была довольно-таки распространена среди старых магических родов. А что делать, если родовитый отпрыск появлялся на свет, обладая лишь малой толикой дара или вообще без оного?

Первым Кейрану отдал свою силу какой-то крестьянский сын. Его слабого дара хватило для первой инициации. Потом под руку попались еще несколько крестьян, потом – пара безродных друзей из академии, наивно пытавшихся продвинуться вверх по общественной лестнице, водя дружбу с отпрыском знатного рода. Это все были шалости, родственники откровенно закрывали глаза на подобные выходки: даже попадись Кейран на горячем, дело бы легко замяли. Но с ритуалом тоже все не так просто, имелся ряд принципиальных ограничений: донор «делился» только способностями, превышавшими аналогичные у реципиента. Так что серьезно усилиться за счет крестьян и безродных товарищей невозможно. Для получения звания младшего магистра Кейран провернул гениальную, как ему казалось, интригу. Втерся в доверие к одному отставному преподавателю, пригласил его погостить… и в результате здорово увеличил личный резерв.

Вот только во время проведения ритуала выяснилось, что старый хрыч не просто так стал теоретиком. Обладая большим личным запасом силы, он имел очень слабые каналы для ее передачи. То есть если плетение строить из маленьких кусочков, на каждый из которых хватало потока силы, то все получалось. Однако большинство стандартных плетений не допускало сборку частями либо требовало для этого невероятно сложных действий.

В результате Кейрану, принявшему силу старика, приходилось подолгу строить относительно мощные плетения, состыковывая их из простых. Обидно. Будь канал хоть чуть-чуть толще, можно было бы пройти нужное посвящение и создавать те же самые плетения небрежным движением руки. Но и таких способностей хватило для получения звания младшего магистра, в каковом он и пребывал последние двадцать лет.

Обычно подобную проблему высокородные маги решали при помощи мартула. Покупали подходящий экземпляр – и все дела. Вот только мартулов, способных управлять большими потоками силы, было мало. Их использовали в основном как «запчасти» для древнего оборудования. Требовалось много денег, чтобы сделать подобное приобретение. У Кейрана столько не было. Также оплатой могла послужить особо ценная услуга жрецам.

Изыскивая возможность заполучить необходимый компонент для проведения ритуала, Кейран сначала пришел к жрецам. Совсем скоро стало понятно, что те используют мартулов строго по указанию короля. Тогда маг принял решение стать агентом тайной стражи. Заполучить мартула и тут не светило, но имелась иная возможность: похитить сильного новичка, стихийно проявившего магические способности, или, более вероятный вариант, высокородного юношу, сбежавшего от родителей. Кейран уже переработал нескольких и имел на примете еще парочку. Однако опасность разоблачения заставляла осторожно выбирать кандидатов, тщательно готовить похищение и придумывать обоснование их гибели.

И вот сегодня начальник направил Кейрана разобраться в ситуации и по возможности вернуть родителям подростка, который предположительно являлся учеником погибшего Пустакра. На всякий случай агент тайной стражи заехал в свой городской дом, потратил пару часов на активацию портала, связывающего его жилище с замком, где находился «Созидатель гармонии», и только тогда отправился в приют для магически одаренных детей.

Едва агент тайной стражи вошел в изолятор, новичок, лежавший на кровати, сразу поднялся.

– Здравствуй. Я – Кейран, представляю тайную стражу. – Кейран умышленно не стал называть свой род. Внимательно разглядывая мальчишку, он отметил, что перед ним – инициированный маг с очень слабой защитой. Похоже, защита стоит только для того, чтобы его нельзя было прочитать. Движения уверенные, взгляд спокойный, ни капли подобострастия. Это явно не выходец с улицы, но и не высокородный. Тот не стал бы вставать в присутствии простого королевского служащего.

– Здравствуйте. К сожалению, своего имени и прошлого я не помню, – вот так сразу огорошил мальчишка.

– А что помнишь? – Кейран был сбит с толку. К тому же понять, врет новичок или нет, мешала защита. Чтобы выиграть время, он прошелся туда и обратно вдоль комнаты, приблизился к столу и сел на стул.

Мальчишка опять удивил своим поведением. Нисколько не смущаясь, он уселся на кровать, повернувшись так, чтобы видеть собеседника.

– Да ничего не помню. Первое воспоминание – проснулся в этой комнате. – Новичок говорил уверенно. Слишком уверенно и слишком спокойно.

– Могу я попросить тебя снять щит? – поинтересовался Кейран. Он ничем не рисковал, требование в данном случае вполне законное.

– Не могу. Не знаю, как это сделать, – тут же откликнулся подросток. – Я же говорю – я ничего не помню.

В соответствии с правилами на этом Кейран должен был закончить беседу и вызвать специалистов. Но он был настолько озабочен постоянным поиском «мяса» для своей прокачки, что в очередной раз пошел на риск. Пальцы сами сложились в «щитоломник», простейшее заклинание для разблокировки. И ничего не произошло. Ощущение удара в пустоту, как при отсутствии цели. «Разрыв» – то же самое. Мальчишка сидел, уставившись на агента тайной стражи и не проявляя никакой реакции на его действия.

Необычная защита заинтересовала Кейрана.

– Ты помнишь название своей магической школы?

– Нет. Я вообще ничего не помню, – чересчур усталым голосом заявил подросток.

Переигрывает. Теперь Кейран не сомневался, что подросток не так прост, как хочет казаться. И амнезия, судя по всему, ненастоящая. И снять его защиту не сложно, только придется воспользоваться атакующим заклинанием. Короткий резкий удар «плетью демона» – и защита мальчишки лопнула.

– Мартул! – Кейран был не просто потрясен. Он, если можно так выразиться, был потрясен в квадрате. Общеизвестный факт: мартулы не могут пройти ритуал первого посвящения. Причина в том, что при попытке произвести эту процедуру артефакт посвящения будет разрушен. Именно поэтому перед проведением ритуала будущих адептов тщательно проверяют на наличие магических способностей.

Через минуту, когда Кейран оправился от удивления, а мальчишка опять укутался в защитный кокон, Кейран сказал со значением:

– Мартул, скрывающийся от властей. – Немного помолчав, спросил: – И откуда ты такой взялся?

– Мама родила, – недовольно откликнулся подросток. – А к вам попал пару дней назад, один ваш придурок выкрал меня из моего мира.

– Так… – Агент тайной стражи задумался.

Налицо возможность прибрать к рукам этого мартула, точнее сказать, не мартула, а мага с мизерным запасом силы. Видимо, именно наличие этой силы и позволило ему пройти посвящение… Феномен интересный сам по себе, но Кейрана научные изыскания не особо волновали. Ему нужно расширять канал передачи силы, и мальчишка для этого подходит как нельзя лучше. Сообщать о нем старшим не стоит – тут же отберут. Надо найти предлог забрать его отсюда. Перед Кейраном забрезжила идея, как заполучить мальчишку.

– Видишь ли, в чем дело, – поразмыслив, медленно начал маг. – Устройство нашего общества несколько специфичное. Мартулы обязаны работать на благо всех. Долго объяснять, – отмахнулся он, заметив вопрос в глазах мальчишки, – так сложилось исторически. Фактически это тоже рабство, как и в южных королевствах. Не все с этим согласны, но у власти находятся люди, которым выгодно подобное положение дел. Тебе лучше как можно быстрее покинуть приют. Рано или поздно очередная проверка тебя разоблачит. Тебя уже проверяли?

– Нет, не проверяли. Я не являюсь подданным вашего короля, какое мне дело до всего до этого? – Подросток несколько сжался, но сдавшимся не выглядел.

– А ты думаешь, их, – Кейран сделал неопределенный жест, – волнует, чей ты подданный? Мартулов не хватает, они нужны для управления древней магией. Думаешь, правителей заботят права какого-то мальчишки?

– И что же делать? – несколько растерянно спросил подросток. Похоже, он не строил иллюзий на предмет честности власть имущих. – Не нравится мне у вас, как мне домой попасть?

– Вообще-то я мог бы тебе помочь, – доверительным тоном предложил маг. – У меня в дальнем замке есть межмировой телепорт, я могу отправить тебя обратно.

Покинуть приют оказалось чрезвычайно просто. Пока я поглощал завтрак, принесенный прислугой, Кейран сам сочинил протокол моего допроса. В нем говорилось, что мое единственное смутное воспоминание – это обнесенный оградой одноэтажный дом, где я жил в раннем детстве. Он тут же сочинил историю от моего лица и добавил описание дома. «По всем признакам, – значилось в резюме, – данное место находится на одной из улиц столицы». После этого оформили необходимые документы. Я ничего не подписывал, но от меня этого и не требовали. Быстренько нашли где-то пару свидетелей: те зафиксировали, что я получил в приюте одну мантию и съел один завтрак. Вообще у меня сложилось мнение, что приютское начальство было радо от меня избавиться.

И вот мы едем в карете, и я через окно разглядываю город. Довольно чистый, архитектура напоминает старый город Варшавы, где мне как-то довелось побывать. Однако здесь, в отличие от исторического центра польской столицы, достаточно широкие мощеные улицы и весьма интенсивное движение. Дороги заполнены в основном повозками, но пару раз я видел некий транспорт, похожий на наши древние автомобили. Кейран с гордостью объяснил, что данная штука – последнее достижение местной магической мысли. Изобретение требует больших затрат силы, а потому доступно лишь высокопоставленным магам и госслужащим. Я поинтересовался, откуда берется этот местный «бензин». Оказалось, силу можно получить тремя способами. Способ первый, основной: купить у жрецов – именно в храмах, от алтаря, «заправлялось» абсолютное большинство магов. Способ второй – собрать силу, рассеянную вокруг. Подобное накопление непрерывно проделывает каждый маг, скорость зависит от концентрации силы в окружающей среде. Открывшись, маг может увеличить поток получаемой энергии пропорционально возможностям своего канала, но все равно это чрезвычайно длительный и трудоемкий процесс, используемый в основном студентами и младшими магами, у которых недостаточно денег. И третий способ, доступный исключительно великим магам, – пробой. Суть его заключается в том, что маг создает канал в некое параллельное пространство, откуда черпает необходимую силу в любых потребных ему количествах. Но способность к пробою встречалась среди магов чрезвычайно редко. Обычно они приобретают ее искусственным путем в результате проведения сложного ритуала.

Маг охотно отвечал на мои вопросы, и я получил некоторое представление о жизни в этих краях. Заодно узнал, что говорю на местном языке с акцентом, характерным для выходцев из восточных королевств. Моего нового знакомого чрезвычайно заинтересовало, откуда я знаю язык, но рассказывать ему о тех двух оболтусах, которые привили мне данную способность, я не стал. Наплел что-то об изучении мертвого языка в процессе школьного обучения.

Что примечательно, Кейран ничуть не стремился вызнать что-нибудь о моей родине. Я и сам не спешил удариться в воспоминания, предпочитая слушать, а не говорить. Ведь в данный момент я получал информацию, крайне важную для моего выживания в этом мире. Разумеется, я ни на секунду не поверил в то, что маг собирается отправить меня домой. И не только потому, что он ни разу не спросил о настройках телепорта, ведущего в мой мир: по его поведению было видно, что ему от меня что-то нужно. При этом он очень хотел оставить меня в неведении относительного своих планов. Отсюда вывод: во-первых, это «что-то» мне явно не понравится, а во-вторых, когда он сделает свое предложение, отказаться я не смогу. Поэтому я рассчитывал сбежать еще по пути в его дальний замок. Пожалуй, следует слинять, как только мы окажемся за пределами города.

Тем временем служебная карета остановилась перед городским домом Кейрана.

– Прибыли. – Он несколько суетливо открыл дверцу и выпрыгнул наружу.

Признаться, я был несколько ошарашен стремительностью, с какой маг буквально выдернул меня из кареты. Мы вихрем пронеслись мимо слуг, которым он на бегу отдавал распоряжения. Я не прислушивался к его словам, растерянно озираясь. Дом, в который мы прибыли, явно видел лучшие времена, но и отнюдь не напоминал развалины – именно так описывал свою обитель Кейран. Видать, товарищ остро переживает свою финансовую несостоятельность. Проскочив через первый этаж и пару комнат подвала, мы оказались перед телепортом. Тут я осознал, что никакой загородной поездки не будет, и попытался вырваться. Кейран, похоже, трактовал мои действия как страх перед перемещением. Болтая что-то успокаивающее, он просто втолкнул меня в телепорт.

Мгновенная потеря ориентации – и вот я уже стою посредине небольшой тесной комнаты, слабо освещенной парой желтоватых магических шаров. Прямо настоящий каменный мешок. Вон и под потолком по всему периметру темнеют отверстия бойниц, через которые так удобно расстреливать находящихся в комнате пленников. Через секунду я ощутил сзади небольшое дуновение и начал разворачиваться к прибывшему вслед за мной Кейрану. Но страшный удар по голове погрузил мое сознание во тьму.

…Все получилось не так чисто, как планировалось, но Кейран не расстроился. «Ничего страшного, – думал он. – Вот обработаю этого мартула, и можно будет сдать на магистра. И наконец-то сменю опостылевшее место службы на более денежное».

Мальчишка – вот он, двое слуг уже закрепляют его на столе, предназначенном для жертвы, дарующей силу. Через пару часиков он очнется и можно приступить к ритуалу. Хотя нет, лучше сделать это позже. Во-первых, ритуал лучше проводить на голодный желудок, а во-вторых, сейчас надо вернуться обратно в столицу, дабы обеспечить себе алиби. Кейран прихватил с собой одного из дворовых, переодетого в мантию мальчишки-мартула, и отправился назад.

Очнулся я в абсолютной темноте, снова голый и снова зафиксированный в какой-то магической машине. Прямо дежавю какое-то. Многовато однотипных пробуждений в незнакомых местах за последние дни. Голова раскалывалась, я не мог двигаться, даже пальцы рук оказались чем-то зажаты. Я закрыл глаза и вызвал интерфейс своего магокомпа. На самом деле закрывать глаза не было необходимости, скорее я действовал по уже возникшей привычке. Порывшись в интерфейсе и потратив почти весь запас силы, сформировал над собой магическую камеру инфракрасного диапазона, транслирующую картинку на мой мысленный экран. Огляделся с помощью этого устройства.

Очередной подвал, очередная безумная машина. «Созидатель гармонии», – подсказала внедренная память. Старинный артефакт, предназначенный для добровольно-принудительной передачи магических возможностей. Надо отсюда линять. Я натравил дебаггер на магическую составляющую фиксировавших меня захватов. Ничего сложного или интересного изобретатель не придумал, все тупо до крайности: плетение, создающее псевдоматериальную пленку, обтягивающую любой предмет, уложенный на стол. Две линии: одна силовая и одна управляющая типа «вкл. – выкл.», уходящие куда-то за пределы моего обзора. Логика тоже незатейливая: есть сигнал на управляющем входе – притягиваем, нет сигнала – ничего не делаем. Я использовал остатки силы, чтобы оборвать информационную линию, и легко поднялся со стола.

Размявшись, походил по комнате, заглянув во все углы. Магокамеру я прицепил себе на лоб и пользовался ею как прибором ночного видения. Стол-верстак с набором инструментов разных размеров: от здорового рашпиля до совсем крошечных пинцетов. Над верстаком полка с книгами. Я снял несколько томиков, полистал – все описывают создание амулетов. Так, книжки мы потом прихватим, надо только найти, во что их положить, в руках такую стопку не утащишь. Возможно, прихвачу и кое-что из инструментов.

Я продолжил осмотр. Кровать, довольно мягкий матрас, тканое шерстяное одеяло. Под кроватью – мусор, клоки пыли и паутина. Похоже, в помещении давно не убирались. Я открыл дверцы шкафа возле стены. На верхних полках стояли стеклянные банки с заспиртованными фрагментами чего-то там, на нижних полках – коробки. Снял крышку с одной из них – энное количество заготовок перстней, остается только вставить камень. Хотел взять несколько штук, но сообразил, что без одежды положить будет некуда. Ну ничего, я уже знаю, кто меня ею снабдит. Вообще-то я человек не просто не злой, а можно сказать – даже очень добрый, однако не знаю, как у других, а у меня удары по голове вызывают повышенную агрессивность.

Кстати о птичках. А нельзя ли эту адскую машину использовать для моей пользы? Я тоже нуждаюсь в совершенстве, пусть она для меня гармонию созидает, чем я хуже?

Прежде всего, поискал в своей базе знаний информацию о подобных устройствах. В разделе «Приспособлений для развития магических способностей» нашел описание и схемы схожих аппаратов. Дизассемблировал плетение управляющего модуля и довольно быстро откопал в базе аналогичную установку. Забавно, но эта конструкция на самом деле изначально предназначена для тренировки начинающих магов. Однако в полном соответствии с «человеколюбивыми» принципами странников была детально описана и возможность применения механизма для передачи, а точнее, кражи способностей. При этом заниматься подобным не рекомендовалось, поскольку развитие потенциала тренировками было хоть и чрезвычайно болезненно, зато гораздо эффективнее.

Суть работы «Созидателя гармонии» заключалась в некоем объединении (или, как говорилось в документах, – «склеивании») участков аур, отвечающих за магию, после чего в организме адептов начинали происходить противоположные процессы. То есть если один энергию передает – другой принимает, если у одного запас переполнен, то другой должен быть пуст. И так – как на качелях. Чтобы сделать из полного нуля слабенького мага, достаточно одной тренировки в течение нескольких часов. Неприятной особенностью процедуры была сильнейшая боль, возникавшая прямо в мозгу пользователей, которую к тому же нельзя было убрать обезболивающими средствами. Поэтому перед использованием этой адской машинки необходимо было подготовить юзеров к сознательному преодолению боли. Методика подготовки тоже человеколюбием не отличалась, ее описание напоминало справочник пыток.

Полная передача способностей осуществлялась и вовсе предельно просто – тот участник процесса, который «делился» энергией, после слияния аур банально умерщвлялся. Болезненность для берущей стороны минимальная, но был один существенный минус: эффективность процедуры заметна только в том случае, если потенциал передающего значительно превышает потенциал принимающего.

Я приступил к детальному осмотру машины. Первым делом нашел механизм умерщвления. Незатейливо, как грабли: управляемое с помощью магии некое подобие шприца с ядом, встроенное в стол, на котором я не так давно лежал. По команде, исходящей от устройства управления, оно должно было воткнуться мне в затылок. Эдакая здоровенная выдвижная игла. Я подключился к управлению, выдвинул и аккуратно отломал явно лишнюю часть этого устройства. Первая часть модернизации выполнена, теперь надо придумать, как ухлопать моего несостоявшегося жертвователя. Полчаса копания в базе знаний и осмотра лаборатории ничего в этом плане не дали. Но кое-что полезное все же нашел: скрытую дверь подземного хода, пару бутылочек с ядом и небольшой запас продовольствия в шкафчике, очень похожем на наш холодильник, – наверное, хозяин любил перекусить во время работы.

Еще немного исследовал лабораторию Кейрана. Наткнувшись на кладовку, основательно в ней поковырялся. Из полезного нашел котелок, почему-то серебряный, керамическую ложку и магическую зажигалку. На вид все совершенно новое, ни разу не пользованное, именно по этому признаку я и отбирал вещи, так как разнообразного хлама тут хватало. Нашел чуть потрепанный заплечный мешок, в который свалил добычу. По здравом размышлении книги решил не брать, просто пролистал, включив камеру: если позже понадобится, просмотрю видеозапись. Спрятал мешок в тайном ходе, который, как ни странно, никаких магических запоров не имел. Потянешь за кольцо в стене – дверка и откроется.

Еще полчаса просидел на пороге тайного хода, пытаясь придумать автоматически срабатывающее оружие. Кейран мог вернуться в любой момент. Проблема заключалась в том, что не было времени сделать нечто механическое, а для магического не хватало запаса силы. И тут до меня дошло. Совсем необязательно убивать, вполне возможно воспользоваться штатным режимом работы установки, если, конечно, Кейран не станет активно сопротивляться. Боли, сопутствующей применению этого устройства, я не боялся, заранее выяснив по базе, что ее уровень не будет превышать уровень в машине прокачки канала силы. Полная пассивность партнера – тоже не препятствие, надлежащие действия описаны в разделе, описывающем превращение немагов в магов. Главное – надежно зафиксировать клиента. Осмотрев лежак, предназначенный для реципиента, обнаружил точно такую же систему, как и в моем, только отравленной иголки не было. К этому моменту мой невеликий запас силы успел пополниться естественным путем, и я легко создал простенький модуль, подключив его в разрыв управляющей линии лежака. Логика работы моего довеска заключалась в том, что проходила только команда включения пленки, команда выключения игнорировалась. Ну да, такой вот я нехороший. Пусть Кейран сам себя освобождает, как хочет. Пока он будет этим заниматься, я легко сумею смыться.

Теперь осталось только наладить машину. Почитав документацию, наткнулся на описание процесса подключения внешнего управляющего модуля. Попробовал проинсталлировать себе такой модуль, провозился какое-то время, но результат был нулевой. Даже для создания донельзя обрезанного модуля не хватает резерва силы. Наконец додумался просмотреть текущие настройки. В принципе они мне подходят, вот только время действия слияния – всего лишь пара местных минут. Минута здесь, по ощущениям, чуть дольше земной, но мне-то требуется минимум два часа, и лучше местных, они длиннее. Панель управления машины, кстати, сильно упрощенная, как на древних табло, когда все текстовые строки просто нарисованы, а в окошечках – индикаторы с циферками. Система счисления – шестнадцатеричная, прогрессивные тут изобретатели. Выбор единицы установки – один из трех значков (минуты/часы/дни), это и подало мне идею. Пара изменений в информационных линиях – и теперь при выборе единицы измерения «часы» индикатор показывает минуты, а при выборе «минут» – часы. С ограничителями взаимодействия вообще проблем не возникло, они и так были выставлены на максимум.

Закончив со всеми делами, я разлегся на лежаке. Приклеивать себя не стал, лежать в таком состоянии слишком уж неудобно. Думаю, услышу шаги и успею приклеиться. Пока я был погружен в деятельность, голода не чувствовал, а вот сейчас ощутил, что не ел уже очень давно. Покрутившись немного в тщетных попытках умерить не ко времени разыгравшийся аппетит, я все же совершил вояж к местному холодильнику. Стащил кусок сыра и переложил остальные продукты так, чтобы пропажи не было заметно. Искал хлеб, но в этом мне не повезло.

На почти сытый желудок нечаянно задремал и чуть не проспал возвращение своего «благодетеля». С перепугу свалился с лежанки, вскочил, поскользнулся, плюхнулся на пол, поднялся, заполз обратно и быстренько приклеился. Кейран за дверью так гремел замками, что, по-моему, ничего не услышал.

Он вошел, проделал какие-то манипуляции, в результате которых в лаборатории стало довольно светло. Убрал в шкаф-холодильник принесенные продукты, после чего подошел ко мне. Я лежал с закрытыми глазами и смотрел на окружающее через свою виртуальную камеру.

– Просыпайся. – Маг хлестнул меня ладонью по лицу. Пленка погасила большую часть удара, и мне досталось лишь легкое неприятное прикосновение. – Пора вставать!

Я открыл глаза. Кейран удовлетворенно кивнул и подошел к пульту управления. Сверяясь со своей тетрадкой, он проверил настройки.

– Что происходит? – спросил я.

– Заткнись, – грубо ответил маг. – Сейчас я тебя отправлю домой.

Он отошел к кровати, на которую бросил снятую с себя одежду.

– Что вы собираетесь делать? – Я подпустил в голос чуть-чуть паники. Главное, не переиграть, чтобы этот гений магии ничего не заподозрил.

– Подожди немного, сейчас отправишься домой. – Он привычно устроился на лежанке.

Протянув руку, маг ткнул пальцем в пульт установки. Через пару минут я почувствовал легкую щекотку. Потом яркая вспышка в мозгу – и все чувства отключились. Согласно методике одному из нас следовало выталкивать из себя силу, а другому – изо всех сил затягивать ее в себя. Я начал плавно выталкивать, и довольно быстро мой резервуар опустел. Тогда я стал не торопясь, чтобы Кейран ничего не заподозрил, втягивать силу в себя и быстренько набрал свой резерв. Как и рекомендовала инструкции, я не остановился, а тянул все сильнее и сильнее. И тут пришла боль. Я чувствовал, что мой резерв немного увеличивается, но с ним нарастала и боль, и, когда она стала невыносимой, я по-прежнему не спеша сбросил силу своему невольному партнеру. Боль пропала. Маг не тянул энергию на себя, а значит, «узкое место» не создавалось и емкость канала не прокачивалась. Но это меня не заботило. Если Кейрану не надо, это его дело, а канал у меня и так жирный, мне бы только емкости прибавить.

Я тянул и выталкивал, выталкивал и тянул. В какой-то момент ожидание медленного заполнения и опустошения резерва стало надоедать. Я немного увеличил скорость. Потом еще немного… И еще… Боль стала непрерывной, но держалась в пределах терпимого уровня. Все шло просто отлично, но внезапно, когда я снова прибавил немного скорости при передаче силы, меня выбросило в реальный мир. Защитная пленка отключилась, и я согнулся на лежаке. Приподнялся, и из меня хлестануло все содержимое желудка. Немного очухавшись от спазмов, я глянул на пульт управления. Там мигал сигнал, сообщающий о гибели одного из подключенных.

Немного отлежавшись, поднялся, напялил валявшуюся рядом рабочую робу хозяина и, прихватив приготовленный мешок, воспользовался тайным ходом.

Я выбрался из замка через потайной ход, поддерживаемый в почти идеальном состоянии. Видать, хозяин часто пользуется… Вернее, пользовался. Никаких переживаний, сомнений или нравственных метаний у меня не было. Все получилось честно. Он хотел взять мою жизнь ради своей прокачки. Но это ему не удалось – и я пустил его уже на свой «левел ап». Так что он сам выбрал свою судьбу…

Ладно, с лирикой закончили, пора решать, куда двигаться дальше. Подземный ход, тщательно укрепленный плетением, выходил под обрывом на берег весьма живописной реки. Не очень широкая, до Волги ей далеко, но все же и не ручей. Был уже поздний вечер, двигаться куда-то, не осмотревшись, нет смысла, но опыт общения с покойным хозяином напрочь отбивал желание переночевать где-нибудь в окрестностях. Скорее по привычке, чем по необходимости, я осмотрел защитное плетение тоннеля. Мелкая сетка, запитанная откуда-то из замка. Отключить ее ничего не стоило, но я не видел смысла хулиганить. Перед выходом коридор имел небольшое расширение, где обнаружилась лодка и куча камней с уже привязанными веревками. Лодку я взял, но топить мне вроде некого, так что камни оставил. Лодка оказалась не такой уж легкой, пришлось здорово напрячься, прежде чем удалось спустить сие судно на воду. Люди всегда селились по берегам рек, так что, отправившись вверх или вниз по течению, я неизбежно выйду к какому-нибудь поселению.

Очевидно, что плыть вниз по течению заметно легче. Закинув в лодку мешок с трофеями, я оттолкнулся от берега дрыном, который нашел во все том же тоннеле, когда ходил закрывать дверь потайного хода. Похоже, предыдущий хозяин тоже использовал эту штуковину, поскольку весла в лодке отсутствовали. Меня подхватило неторопливое течение. Я несколько раз оттолкнулся от дна, а когда длины слеги стало не хватать, немного погреб. В конце концов выплыл на средину. Скорость возросла, но, по моим ощущениям, ненамного.

Берега казались бесформенными клочками темноты, однако на небе светила местная луна, и плыть совсем уж в потемках не приходилось. Я положил дрын поперек лодки и, усевшись поудобнее, уставился на воду. Ночь была тихая и теплая, вскоре я задремал. Проснулся, когда по бортам лодки зашелестел камыш. Пока спал, даже не почувствовал, как лодку снесло к другому берегу и она воткнулась в заросли. Поймав дрын, который уже успел вылететь за борт, я принялся отталкиваться, выходя на большую воду.

Спать было небезопасно, и я, чтобы как-то отогнать дрему, начал обдумывать свое положение. Вернуться обратно в приют в принципе можно, но помогать мне в телепортации домой точно никто не будет. Скорее всего, отрежут руки-ноги и пристроят куда-нибудь в качестве магической релюхи. Конечно, информации Кейрана до конца доверять не стоило, но то, что все маги, с которыми я сталкивался, хотели приспособить меня для своих нужд, говорило о многом. Чтобы попасть в свой мир без посторонней помощи, нужен универсальный межмировой портал, к тому же с правильными настройками. Ничего подобного у меня в наличии не было. Осталась видеозапись прибытия и видео осмотра портального знака, но первая запись была, мягко говоря, фрагментарная. Ну не до портала мне тогда было, хорошо хоть часть случайно в кадр попала, и эта часть не совпадала с тем, что я увидел, осматривая портал позднее. Видимо, к моменту моего выползания из той безумной машины настройки успели поменять. Короче, придется неизвестно сколько времени здесь кантоваться. Возможно, всю оставшуюся жизнь. Как ни странно, подобная мысль не вызывала у меня никаких эмоций. Плохо, что больше не увижу сестру и мать. Утешает хотя бы то, что мать – главбух и совладелица одной мелкой фирмы, так что беспокойства за достаток родных я не испытывал.

В общем, желания обратиться к властям, чтобы объявить себя вынужденным переселенцем и потребовать депортации на родину, не возникало. Остается предпринять попытку устроиться здесь. Для начала необходимо достать местный базовый документ – жетон гражданина. С этим мне здорово помогли два неизвестных парня, которые меня омолодили. По местным законам, этот жетон получают в семнадцать лет, а на вид мне, по словам того же Кейрана, около пятнадцати. Так что все еще впереди. Получить настоящий документ, удостоверяющий личность, мне вполне по силам. Надо только получше изучить порядок выдачи.

Дальше – деньги. Несколько крупных и примерно десяток мелких золотых монеток я выудил из специальных кармашков на поясе Кейрана. Прихватил бы и пояс, да уж больно он был заметным, весь в каких-то непонятных значках. Кто его знает, может, на нем выдавлен герб или иной специальный знак; если случайно увидят – проблем не оберешься. У него же в хламиде позаимствовал толстый кошель серебра и тощий – меди. Кроме того, среди химической посуды набрал каких-то золотых по виду штуковин, но их еще надо ухитриться продать. Таскать их с собой тоже не следует, надо подыскать местечко поприметнее да припрятать, пока не освоюсь. А потом вернусь и заберу свое добро.

Разбойников я не боялся. Через пару часов пройдет срок, который, согласно документации, необходим для того, чтобы вживленный и раскачанный фрагмент ауры был принят организмом. Нет, я не стану крутым магом, но устроить одну маленькую Хиросиму в отдельно взятой деревне смогу. Или двадцать – тридцать очень маленьких Хиросим для отдельно взятых личностей. Это минимальный теоретически возможный результат наших с Кейраном упражнений. Реальный результат станет известен совсем скоро.

Так прошла ночь. Постепенно рассветало. Алел восток, и черные пятна берегов превратились в серые, стали различимы отдельные деревья. Река по-прежнему несла мою лодку. Я пребывал в каком-то трансе, лишь изредка вяло поправлял движение, когда слишком сильно сносило к одному из берегов. Мысли отсутствовали. Из этого медитативного состояния меня вывело появление перед моим взором железнодорожного моста ниже по течению. Я протер глаза, но мост оставался на месте. Я начал грести к берегу, рассчитывая пристать перед мостом. Наполовину вытащив лодку из воды, я поднялся на берег и двинулся к мосту. Вблизи стало понятно, что возникшие у меня ассоциации с железной дорогой неверны.

Это был широкий ажурный мост с четырьмя пролетами, вот только предназначен он был не для железной дороги. Разметка, чем-то похожая на ту, к которой я привык в моем мире, определяла шесть полос для наземного транспорта. Полосы движения по виду были немного шире наших и разделялись непривычной разметкой. Шестиполосная дорога уходила в обе стороны, скрываясь в лесах, что раскинулись на берегах реки. Я подошел к мосту. Черное покрытие дороги похоже на пористый пластик, матовые балки моста – явно металлические, совершенно не тронутые ржавчиной. Я осмотрел тщательнее. Конструкция моста собрана из уголка, соединенного заклепками; шляпки заклепок имеют практически идеальную форму. Поверхность металла покрыта мелкой насечкой, делающей металл матовым.

Мост производил впечатление только что возведенного. Разумеется, я сразу попытался что-нибудь сломать. Ради этого даже не поленился спуститься к воде за подходящим камнем и снова подняться, но удары изо всей силы по насечке лишь чуть расплющили кончики ее пирамидок. Постояв и повосхищавшись, я вернулся обратно к лодке. Попутно прошел по краю леса и насобирал валежника для костра.

Вскипятив воду, поскольку пить сырую опасался, я достал припасы и слегка позавтракал, заодно обдумывая свои дальнейшие действия. Плыть дальше по реке или двинуться по дороге. За реку голосовала моя лень, за дорогу – благоразумие. Не сегодня завтра обнаружат труп Кейрана и вполне могут затеять погоню. Первое, что придет преследователям в голову, – это бегство по воде. Не сразу, конечно, но реку исследуют. И мне лучше в этот момент быть где-нибудь подальше отсюда. Вряд ли другие маги простят мне гибель своего товарища. И неважно, любили они его или ненавидели, но корпоративная солидарность заставит их попытаться меня убить.

В общем, я уговорил себя идти по дороге. Мне пришла в голову идея, как усложнить поиски своей нежной персоны, но для этого нужно было подождать примерно час. Ровно столько времени требовалось до истечения срока адаптации организма. Я лег на песочек и провалялся этот час, греясь на солнышке. За это время по мосту неторопливо проехала пара оригинальных конструкций, запряженных шестеркой лошадей. Длинные фургоны с окнами, правда, снизу было невидно, сколько у них колес. На мой взгляд, для Средневековья здесь довольно интенсивное движение.

Наконец-то положенное время прошло, и я вызвал перед собой виртуальный экран магокомпа. Просмотрел отчет о своих текущих возможностях. Ну что ж, страдал я совсем не зря. По объему запасаемой силы, если пользоваться классификацией создателей этого магического чуда, я с уровня «магического нуля» прыгнул до «младшего магистра». Вот только запас был почти пуст, хотя и довольно интенсивно пополнялся, так как магический фон вокруг был немного повышен.

Играя с новыми возможностями, я осмотрел окрестности в магическом диапазоне. Мост оказался конструкцией, весьма насыщенной магией. Естественно, меня посетила мысль урвать небольшой кусочек. Я снова двинулся к мосту. Подойдя ближе, убедился, что и шестиполосная дорога представляла собой сложную магическую конструкцию, пронизанную сложнейшим плетением. Но что еще более ценно: под ней проходят мощные магопроводы, питающие ее саму и ажурный мост, так что я решил воспользоваться своими способностями мартула.

Я пропихнул тоненькую магическую нить между дорожными плетениями, коснулся ею магопроводов и потянул через нее силу, как коктейль через соломинку. Одно из отличий мартулов от полноценных магов – возможность втягивать в себя силу. Конечно, обычные маги тоже могут творить нечто подобное, но их возможности здорово уступают нашим. Максимум, что умеет маг, – это быстро втянуть в себя свободно разлитую силу. Да и эти возможности, как правило, маги не развивают, предпочитая использовать специальное засасывающее плетение-шунт. А уж тянуть силу из магопровода без шунта не под силу ни одному обычному магу. Сила через мою «соломинку» поступала еле-еле. Я потянул сильнее, соломинка схлопнулась. Я создал вторую, на сей раз укрепленную специальным плетением, и потянул хотя и не со всей дури, но неслабо… Тот факт, что идея тянуть силу через защитную оболочку магопровода была не очень удачной, я осознал минут через пять, когда пришел в сознание, скрючившись в кювете. Тело болело, голова кружилась.

Отдышавшись, я просмотрел свои действия в замедленном видео. Гм… Осознавать свою глупость всегда неприятно, но полезно для увеличения продолжительности жизни. Если бы порылся в базе, прежде чем экспериментировать на собственной заднице, ничего подобного не случилось бы. Все оказалось просто. Магопровод защищен от утечки силы специальным плетением, я тянул силу не из самого магопровода, а из защитного плетения. В какой-то момент отток силы превысил приток, и защита распалась. Хорошо еще это произошло на крошечном участке размером с копеечную монетку. Я продолжал тянуть силу… и хлебнул прямо из канала. Мой резерв мгновенно заполнился, и магокомп начал активно сбрасывать излишки всеми доступными методами. Сила в первую очередь полилась в мой щит, но убогое примитивное плетение не могло поглотить море энергии, идущее через меня, и магокомп врубил аварийное рассеивание. Долго так продолжаться не могло, но мне повезло: плетение-соломинка не выдержало и с взрывом распалось. Меня откинуло в кювет. Щит, хоть и убогий, но заполненный энергией по максимуму, уберег меня от синяков и переломов, но не смог уберечь от сотрясения мозга.

Пошатываясь, я поднялся, и моему взору предстало необычное зрелище. Выбоина на дороге постепенно заполнялась пенящейся черной жижей. Магический фон примерно тысячекратно превышал норму, и мой магокомп настоятельно рекомендовал отсюда убираться. Я двинулся к лодке, но примерно на полпути сообщение об опасности внезапно пропало. Я глянул на датчик фона – превышение примерно в пятьсот раз. Голова болела все сильнее, думать не хотелось, и я продолжил путь.

На берегу, возле лодки, я наконец сообразил, что надо бы запустить какой-нибудь лечебный механизм. Открыл список и, почти не читая описаний, ткнул в первое попавшееся плетение, где в описании было упомянуто «комплексное восстановление организма». Появился значок плетения, готового к активации. Я ткнул в него. Ничего особенного не происходило. Устроившись на теплом песочке, я задремал… Проснулся примерно через полчаса, бодрый и здоровый. Проверил резерв – магической энергии ушло всего ничего. Ну что ж, прекрасная новость, но надо, как говорится, дело делать. Я углубился в изучение магических движителей.

Через пару часов я оттолкнул от берега доработанную мною лодку. Здоровый булыжник, лежавший на носу, был превращен в не очень емкий накопитель и по совместительству в радар, определявший расстояние от лодки до берегов и сравнивавший оба результата. В случае если лодка отклонялась от середины реки более чем на десять процентов, запускался один из двух магических движителей, внедренных в днище лодки и подталкивавших ее вперед-влево или вперед-вправо, в зависимости от того, какое расстояние было больше, до тех пор пока разница между расстояниями не сокращалась до двух процентов. С некоторым удивлением я довольно наблюдал за тем, как лодка проходит четко посередине между опорами моста. Создавая автоматику лодки, я не задумывался о такой возможности, но радар принял опоры за берега, и принцип сработал.

Заровняв по возможности место моей стоянки, в основном след от лодки, я двинулся к мосту. На дороге уже не осталось и следа от творимых мной безобразий. Подойдя ближе, я постоял, подумал, ничего умного не надумал и повернул налево. А что, у нас в России принято ходить налево.

Торопиться было некуда, и я шел почти вразвалочку, отдыхая на обочине при первых же признаках усталости. Мимо периодически проезжали странные длинные экипажи, отчасти похожие на наши автобусы. Была даже сменная табличка над сиденьем кучера – по-видимому, с названием города или маршрута. В какой-то момент я просто ради интереса решил тормознуть это транспортное средство. Подготовился, разложив небольшие суммы по кармашкам вещмешка. Дождался экипажа, который следовал в мою сторону, и махнул рукой, как у нас на дорогах голосуют водителям маршруток. Остановился транспорт таким образом, что сиденье кучера оказалось точно рядом со мной. Сразу видно – профи.

– До города сколько стоит? – Абсолютно безопасный вопрос. А то, что я не знаю названия города, – сугубо мое личное дело.

– Вторым классом – пять манок, третьим – одна, – привычно ответил кучер.

Во время нашей недолгой поездки до городского дома Кейрана маг успел меня просветить насчет денег. Поэтому я знал, что требует кучер. Мелкая медная монетка, в просторечье – манка. Я вытащил пять монеток и подал кучеру. Он взял и кивнул, мол, залезай. Задачка непростая. Три двери, какая из них – «второй класс»? Я открыл среднюю, залез и плюхнулся на свободное место, засунув мешок под ноги. Через минуту агрегат тронулся.

На меня смотрел народ: кто равнодушно, кто с интересом, кто с неодобрением. Дедок в черном одеянии, напоминающем костюм, пожевал губами и с явным неодобрением высказал:

– Молодые люди в мое время следили за внешним видом и не позорили своего мастера. – И дедок впился в меня строгим взглядом.

Я опустил глаза, вроде как засмущавшись, а на самом деле лихорадочно придумывая легенду.

– Ну бывает… Мастер немного не в духе… – Я пожал плечами.

– Тебя прогнал мастер? – Старичок был явно поражен и глядел на меня с подозрением.

– Не прогнал… – я мялся, не зная, что бы соврать, – но послал к другому мастеру… – Так, быстро придумываем, за чем именно послал меня «мой мастер». – Послал за такой стеклянной штукой… – Удивленное выражение по-прежнему не сходило с лица моего попутчика, срочно требовалось наплести что-нибудь еще. – Точно такой же штукой, как та, которую я немного уронил…

Мои попытки выдавить из себя очередную идею прервал громкий хохот двоих парней, сидевших напротив старичка.

– Тебе… тебе… – Повернувшийся ко мне парень, давясь от смеха, никак не мог сформулировать мысль. – Тебе еще очень повезло! Меня мастер полдня гонял палкой, а когда поймал, отходил так, что я неделю сесть не мог…

Оба парня снова зашлись смехом.

– Оболтусы, – со скрытым удовлетворением произнес дед. И залепил несильную оплеуху сначала одному, а затем второму юнцу. Но на них это не подействовало.

– Уронил он… совсем чуть-чуть… – Парень, продолжая смеяться, повернулся к товарищу: – Как ты тогда кипящий перегонный бак – на кошку!.. – Он водил руками, видимо показывая, как выглядел этот бак.

Тут стало заметно, что и дедок пытается скрыть улыбку.

– Ты лучше вспомни, как всей деревней ту кошку потом ловили!.. – Второй тоже не остался в долгу. – Фиолетовую и светящуюся. Думали, от магов чудовище какое сбежало…

Тут уже заулыбались все пассажиры. Постепенно возникли разговоры между знакомыми и незнакомыми людьми. На меня никто уже не обращал внимания, а я незаметно прислушивался к беседам, стараясь хотя бы кое-что узнать о местных реалиях.

Приехали в город уже затемно. Большая часть пассажиров, к которым я и присоединился, направилась в одну сторону. Как оказалось, не зря. Мы пришли в некое подобие гостиницы, совмещенное с рестораном. Следуя за большинством, я подошел к толстому мужику. Тот собирал деньги и выдавал ключи от комнат. Мы обменялись парой дежурных фраз, я оплатил проживание и получил увесистый ключ от места ночлега. Не такой массивный, какой однажды видел в музее, но, если этим ключом залепить в репу, мало не покажется. Комнаты располагались на втором этаже, номер комнаты был выкован в кольце ключа. Я поднялся в номер. Ничего так, культурненько: кровать, стол, шкаф, окно. Удобства явно во дворе, но мне доводилось ночевать в местах и похуже. Засунул мешок в шкаф. Пока раздумывал, какое плетение навесить на дверцы, пришла служанка и заправила кровать свежим бельем. Спустившись вниз и понаблюдав за поведением других, я заказал себе ужин: здоровый кусок мяса и гарнир, по вкусу и виду напоминающий жареный картофель.

Чуть позже, сытый, довольный и усталый, я нежился в чистой постели, перед сном прокручивая информацию, которую сегодня получил, и строил планы на завтра. Самым странным и необъяснимым было то, что продукты сельского хозяйства стоили крайне дешево. А наряду с этим цена на металл была чрезвычайно высока. Какое-то время я ломал над этим социальным феноменом голову, но ничего не надумал. В итоге решил, что не стоит напрягаться, тем более что для меня такое положение вещей выгодно. Насчет того, что делать дальше… Завтра пройдусь по торговым рядам, поищу другую одежду. Пока лучше всего закосить под ученика какого-нибудь мастера. На тех двоих парнях, которых встретил в повозке и которые, судя по всему, были учениками мага, никаких знаков отличий не было. Возможно, имеет значение специфический покрой одежды или еще что, но придется рискнуть. На худой конец, скажу, что недавно принят в ученики и необходимыми атрибутами еще не обзавелся. С таким мыслями я и уснул.

Утром, чуть свет, я был разбужен громкими воплями какой-то птицы. Интересно, это петух? Но эта земная птица вроде кричит «кукареку»… Я выполз из-под теплого одеяла и подошел к окну, выходящему во двор. Подлую птицу я не увидел, зато увидел дородную тетку. Размахивая здоровой пустой корзинкой, та размашистым шагом двигалась к воротам. За ней семенила девчонка примерно моего текущего возраста, волоча корзинку еще больших размеров. Тетка остановилась перед мужиком вида «дай на пиво, трубы горят» и принялась что-то ему втирать. Из любопытства я приоткрыл окно и подслушал «культурную беседу». Впрочем, постоянно повышавшаяся громкость голосов позволяла разобрать каждое слово даже с закрытыми окнами. Минуты через три я уяснил, что тетка направляется на рынок за зеленью, а этот «косорылый баран и брюхатый мерин», испортивший всю жизнь своей супруге, должен туда подъехать на телеге и забрать с покупками. Иначе кто-то кого-то куда-то вышвырнет. На эту угрозу муж прореагировал индифферентно, зато вторая угроза – что-то популярно объяснить ему, когда они окажутся дома, – мужика, похоже, проняла. Кстати, рынок во времена Средневековья не только играл роль супермаркета, но и был информационным центром общества. Поэтому я тоже решил посетить это дивное место.

Минут через пять, определяя направление по движению основной массы женщин всех возрастов, я вышел к рынку. Он здорово напоминал наш обычный базар, вот разве что все палатки были стационарные. Пришел я, мягко говоря, рановато: в продуктовой части примерно треть палаток еще закрыта, а в вещевой – закрыты почти все. Немного поболтался по более-менее оживленной части рынка и обнаружил, что тут в ходу еще одна валюта. Небольшие деревянные пластинки, с одной стороны которых – выпуклые цифры, с другой – сложнейший объемный орнамент. Называются в обиходе «деревянными». Купив пару фруктов, по виду очень похожих на спелые яблоки, получил с одной медной монетки сдачу этими деревяшками. Кстати, купленные фрукты и по вкусу были неотличимы от яблок. Хрустя плодами местного садоводства, я направился обратно в гостиницу завтракать, намереваясь зайти на рынок позднее.

Сидя в ожидании, когда приготовят мой заказ, я разглядывал деревянные деньги. Совершенно непонятно, как сделаны выпуклые цифры и объемный орнамент на оборотной стороне. До кучи они защищены от механического воздействия каким-то плетением. Никаких следов инструмента. Это напоминало обработанный пластик, но на взгляд и на ощупь – лакированное дерево. Я бросил монетку на стол. Звук – как от падения деревяшки. От экспериментов отвлек принесенный завтрак, весьма небрежно поставленный перед моим носом. Я отметил, что отношение ко мне резко изменилось, как только официантка увидела у меня в руках деревянные деньги. Тип денег – показатель статуса? Оригинально. Снижение моего статуса имело и положительный эффект. Денег за завтрак с меня взяли в два раза меньше! За почти такой же ужин, съеденный мной накануне, взяли медную монетку, а за завтрак – восемьдесят деревяшек. Вначале я обрадовался, но, пораскинув мозгами, решил, что не все так просто.

Поднявшись к себе в номер, продолжил эксперименты с двумя оставшимися деревянными денежками. Магический анализ показал, что плетение, встроенное в монетку, имеет функции, далеко выходящие за рамки механической защиты. Состояло оно из трех модулей. Первый был опознан как накопитель – собиратель энергии, второй – как типовая защита от повреждений, третий, самый сложный, не был опознан никак. Ни одного подобного плетения в базе не обнаружилось. Дизассемблировав его, я увидел фрагменты, опознанные как часть плетения обмена данными, которые общались с шифратором. Почитав описания шифратора, узнал следующее: оказывается, это воплощенный в плетение фрагмент алгоритма несимметричного шифрования. Цифровая подпись, считываемая с небольшого расстояния… Хм, эти деньги явно предназначены для торгового автомата. Скорее всего, и материал, из которого сделаны эти монетки, вовсе не дерево, а какой-то вариант пластика, стилизованный под дерево. Для проверки этой гипотезы я высосал энергию из монетки с изображением цифры «два», разрезал ее ножом. Подозрения подтвердились: какая-то волокнистая структура, а сверху наклеена пленка с изображением фактуры дерева.

Тем временем наступил обед. Официантка сменилась. Она, очевидно, была не в курсе моего статуса, поэтому обслужили меня вежливо и быстро. Взяли медную монетку, но все было вкусно. После обеда я снова направился на рынок. Вот теперь этот рынок соответствовал моим представлениям о подобных местах. Толпа народу, продавцы вопят, зазывая покупателей, покупатели обсуждают товар и торгуются с продавцами. И откуда в таком маленьком городе такое количество граждан?!

Я протолкался к «отделу одежды». Интересный момент: вот лежат штаны из домотканого материала, а рядом – штаны из ткани явно заводской выработки. Цена на заводскую одежду, конечно, выше в разы, но для меня далеко не запредельная. А раз подобные изделия лежат едва не в половине палаток, значит, не только я тут такой богатый. Выбрал черный костюм, покрой которого аналогичен покрою костюмов, которые носит, как я приметил, большинство приличных граждан. Костюм оказался чуть великоват, но ничего, пойдет на вырост. Отдал три серебряные монетки. Наверняка можно было сторговать дешевле, но не умею я торговаться.

Отнеся купленное в гостиницу, я прошел на «автобусную» станцию. Кстати говоря, правильнее называть местный транспорт дилижансом. Система внутренних сообщений устроена довольно прилично: по крайней мере, имелось расписание движения и даже бронирование билетов предусмотрено. Также на станции можно было купить и сопутствующие товары, поэтому кроме билета на завтра я приобрел еще и карту страны.

Прошла неделя с того момента, как я попал в этот мир. Я путешествовал по королевству. Выяснилось, что страна, в которую я попал, называется Лауган и управляет ею король Альдален. Слушая разговоры во время поездок, уяснил массу полезных и бесполезных мелочей. Читал газеты: они здесь, что удивительно, имеются, но печатаются только в столице и еще одном крупном городе, расходятся по стране довольно медленно, новости, которые в них содержатся, жителям провинции совершенно неинтересны. Есть магический телеграф и, возможно, телефон. В техническом плане Средневековьем здесь и не пахнет, но в общественном укладе царило прямо-таки махровое Средневековье.

Высшим сословием являлись дворяне-маги. С одним из представителей этой местной «белой кости» мне как раз и довелось сегодня встретиться. Обычно маги путешествовали исключительно телепортами: среди них не то что тряска в дилижансе, а даже дальняя поездка своим транспортом считалась унизительной. В большинстве крупных городов имелся свой зал телепортов. Я слышал лишь, что это очень дорогое удовольствие, а иных подробностей, к сожалению, не знал. Впрочем, сейчас меня телепорты особо не интересовали: я пока вовсю занимался анализом и копированием всего магического, что попадалось мне на пути. Именно поэтому наблюдение за потоками силы работало почти непрерывно, что и позволило мне во время ужина увидеть странную картину.

Приезжий маг обедал с девушкой из обслуживающего персонала. Та была примерно моей ровесницей. На этих двоих, точнее, на девушку косо поглядывали коллеги, но сказать что-либо ее сотрапезнику никто не рискнул бы. Маг – довольно молодой парень со сломанным носом, одетый в хламиду вроде той, какую я прихватил когда-то в приюте, разве что материал получше, – вел себя вызывающе. Громко разговаривал (здесь это не принято) и смеялся, обращался к хозяину со словами: «Эй, баран, иди сюда!» В общем, отрывался как мог. И постоянно теребил бляху со знаком магов разума. Обычно такие маги, как я узнал из одного случайно купленного справочника по местной геральдике, служили в местной полиции. Их обучение длилось пять лет, а этому деятелю на вид едва исполнилось двадцать. То есть шишка не крупная, но для местных, по-видимому, величина запредельная. Меня этот хмырь заинтересовал тем, что от него к шее девушки шел канал силы. Не очень толстый, но тем не менее. Я пересел так, чтобы между мной и девушкой оказался один пустой стол, и начал незаметно исследовать неизвестное плетение.

На уровне шеи к позвоночнику прицеплены четыре абсолютно одинаковых плетения, воздействующие на ауру. Два из них, неуправляемые, работают по максимуму, подавляя какие-то два участка ауры. Я глянул в справочник. Понятно: подавляется воля и мышление. Третье и четвертое плетения работают сложнее: по команде поводыря изменяется накал эмоций. Глянем в справочник. Ага, регулируется интенсивность страха и положительных-отрицательных эмоций. Идеальная схема зомбирования – интересно, это законно или мальчик резвится на свой страх и риск? Хотя о чем это я – разве власть имущих когда-нибудь волновала законность? Похоже, юный маг – мажор местного розлива, освоил пару фокусов и теперь изгаляется. Я стал прикидывать, как ловчее и незаметнее отключить этот канал силы, и тут увидел еще один маленький модуль. Анализ показал, что это – плетение, перерезающее мозговой столб в случае потери связи с поводырем.

Маг-недоросль продолжал радоваться жизни, а я ушел в себя, придумывая способ уже не просто освободить девчонку, а капитально нагадить любителю марионеток. Идею с убийством или членовредительством я отбросил сразу. Будет комиссия, следствие, оно мне надо? Но сделать какую-нибудь конкретную пакость хотелось, просто руки чесались. Особенно это желание обострилось, когда я случайно поймал обреченный взгляд девушки. Но время шло, ничего дельного в голову не приходило. Маг хлестал вино, как конь, а я сидел с полузакрытыми веками, изредка отхлебывая микроскопические глотки из своей кружки.

Наконец народ по большей части рассосался и хозяин, отвесив множество поклонов, уведомил мага о том, что ему пора в постель. Видимо, при слове «постель» у пьяной свиньи сработали определенные инстинкты. Он с трудом поднялся и, схватившись за свою спутницу, направился к лестнице, попутно громко объясняя девушке, как и в какой позе он сейчас будет делать ее счастливой. Внезапно мне пришла идея первой части будущей гадости. Дождавшись момента, когда, по моим расчетам, эти двое поднимутся по лестнице и пойдут по коридору, я не торопясь двинулся за ними. Исчезнув из поля зрения тех, кто остался внизу, я мгновенно взлетел по лестнице. Стараясь не шуметь, догнал пьяного мага и его спутницу. Приблизившись к девушке, я подключился к самой опасной части плетения и рывком втянул в себя всю магию.

Как оказалось, плетение этого недотепы не имело никаких предохранителей или ограничителей, так что заодно с опасным участком я втянул в себя не только силу всего плетения целиком, но и прихватил часть личного запаса силы мага. От резких изменений в ауре девчушка хлопнулась в обморок, выпустив руку поводыря. Тот, сделав еще пару шагов, запнулся и грохнулся на пол. Удачно получилось: девушка не успела ничего заметить, а маг, по-моему, был в таком состоянии, что в принципе не мог что-либо заметить. Аккуратно перетащив девушку (тяжелая, зараза; или это у меня мышцы слабые?) ближе к лестнице, я отправился в свою комнату. Интересно, у хозяина хватит смелости переместить жертву зеленого змея в комнату? Скорее всего, нет, но даже если и хватит, неважно – замки здесь примитивные.

Я лег спать, установив в магокомпе будильник примерно на середину ночи, – всего полтора часа, но хоть что-то.

Как оказалось, на перемещение тела смелости не хватило. Невменяемому магу, разлегшемуся посреди коридора, принесли подушку, накрыли его одеялом, но будить не рискнули. Ну что ж, тем лучше. Я уселся на полу перед ним. Итак, что мы имеем? Я натравил отладчик на магокомп в голове пациента. Тут же появилось сообщение, что это стандартный модуль такой-то серии и с таким-то номером. А также появился вопрос, по смыслу схожий с любимым вопросом нашей винды: «Вы уверены, что хотите сделать то, что хотите сделать?» В данном случае я был уверен, что не хочу читать дизасмы компьютерного ядра, тем более того, что имелся у меня в исходниках, а потому отказался. Изучать инфу, сидя посреди коридора, было глупо, и я вернулся в свою комнату.

На изучение документации я потратил около получаса. По возможностям магокомп местного нахала соотносился с моим примерно так, как китайский калькулятор соотносится с навороченным писюком последней модели. Специфика – управление путем построения мысленных конструкций. Прочитал и не понял, пришлось заглянуть в соответствующий раздел справочника. Оказывается, чтобы упростить понимание процесса программирования для примитивных рас, разработана целая серия специальных интерфейсов. В данном случае используются некие графические объекты – руны, мысленно выстраиваемые определенным образом. Звучит заумно, выглядит еще заумнее, я не стал ломать голову, просто нашел в дебрях документации интерфейс подключения, а заодно и дефолтный пароль для входа. Вернувшись к телу и соединив наши компы информационным плетением, ввел пароль. Пароль, как ни странно, подошел, и я проник в его магокомп в качестве суперпользователя.

Какую бы гадость устроить? Сначала я хотел просто удалить всю инфу, но решил, что это слишком гуманно. Всего-то пройдет повторную инициацию, потеряв деньги, и только. А за его проделки надо минимум неделю головой в дерьмо макать, чтобы наелся как следует. Эта мысль и дала мне идею. Для ее реализации необходимо было изучить имевшееся у клиента программное обеспечение. Растянув связывающее нас плетение, я вернулся в свою комнату и улегся на кровать. При необходимости я мог бы, наверное, растянуть эту линию километра на два.

Большую часть программного обеспечения идентифицировать не удалось. Но модуль, формирующий внешние плетения, был стандартной частью магокомпа, на него я и направил все свое внимание. В конечном итоге в середину этого модуля удалось воткнуть фильтр, опознающий попытки сформировать плетение, воздействующее на ауру, и вызывающий вместо этого вставленный мною фрагмент, который должен был управлять мышцами сфинктера ануса. Но по результатам испытания на себе простое расслабление этих мышц было признано недостаточным. Не было той задорной скорости процесса, которая обычно сопровождает понос. Сидя над дыркой в полу, в заведении, специально предназначенном для подобных размышлений, я экспериментировал над собой.

Идея казалась самоочевидной. Зачем управлять отдельными механизмами, когда природой уже создан и великолепно отлажен аппаратно-программный комплекс, отлично выполняющий эти функции. Сложность состояла в нахождении «точки входа» в мозге. Инсталлировав самый лучший энцефалограф, занявший почти все мои ресурсы, я определил в своем мозге две точки, воздействуя на которые можно было получить нужный результат. Пока я возвращался в комнату, пришла идея обеспечения собственной безопасности: десять вызовов перед первым срабатыванием надо сделать простыми пустышками. Пусть потом гадает, когда именно начались проблемы и что их вызвало. Прямо на ходу воткнул счетчик. Проходя мимо, наклонился и создал необходимые связи магокомпа и нужных участков мозга. Стоя возле своей двери, запустил тест. Раздался характерный звук, и коридор заполнился соответствующим запахом. Этот баран даже не проснулся. Уничтожив всякие следы своей деятельности и особенно тщательно затерев следы ауры, лег спать, предвкушая завтрашнюю потеху.

На следующий день меня ждало разочарование. Во-первых, в результате ночных бдений я проспал до средины дня и ничего не видел. А во-вторых, как выяснилось, пострадавшая девушка поведала коллегам о своих ощущениях от общения с дворянчиком; в результате кто-то умный, услышав ее рассказ, сложил два плюс два и стукнул куда следует. Рано утром нас посетил маг, глава службы местной безопасности, и застал приезжего прямо в том состоянии, в котором я его оставил. При попытке его разбудить парень длинно обругал и послал ответственное лицо, тем самым подписав себе приговор. Обидевшийся маг не дал страдальцу не то что опохмелиться, но даже переодеться, отправив под конвоем двоих солдат прямо в центр телепортации, находившийся при местном храме. Детальное описание всего произошедшего, да еще с изображением в лицах, я выслушал во время обеда. В зале, где я перед отъездом заправлялся, это была единственная тема для обсуждения.

Честно говоря, путешествовать мне нравилось. Междугородные перевозки здесь были поставлены на довольно приличном уровне, а все мои ошибки автоматом списывались либо на незнание местных традиций, либо на усталость от поездки. Подростки моего возраста документов не имели, подразумевалось, что они должны передвигаться в сопровождении взрослых, но обязательным это считалось только для девочек. На редкие вопросы попутчиков о целях поездки я отвечал, что еду по поручению мастера. Этого вполне хватало.

Чуть позднее я узнал, что, поскольку подросткам не полагались документы, их маршруты было труднее отследить. Именно поэтому их довольно часто использовали для доставки писем и не очень ценных бумаг, подтверждавших факты разнообразных сделок, заключаемых удаленно или через посредников. Об этом мне рассказал мой сверстник, с которым я разговорился на одном из постоялых дворов. От него же я узнал о существовании нескольких фирм, оказывавших подобным образом услуги частной почты. Закосить под одного из таких курьеров, купив специальный чемоданчик для бумаг, было вообще плевое дело.

Постоянные переезды хорошо меня скрывали, буквально растворяя в толпе, но не отменяли необходимости качественной легализации. Для этого через пару лет следовало пройти специальную церемонию в одном из храмов, а пройти ее можно было только с подачи учителя или родителей. Время у меня еще имелось, деньги тоже водились, но неопределенность несколько напрягала. И тут мне повезло. Я стал свидетелем одного разговора…

– Деда, расскажи мне о подземельях.

Мы были в пути уже два часа. Мальчишка лет десяти как следует выспался и, не зная, чем еще заняться, приставал к сопровождавшему его хорошо одетому пожилому господину.

– Я тебе уже тысячу раз рассказывал. – Пожилой господин явно был настроен подремать.

– Ну деда! – Мальчишке было скучно, и он продолжал теребить своего взрослого спутника.

В конце концов пожилой господин сдался и начал рассказывать нечто из сталкерской серии. В этой истории были жуткие монстры, подземелья, артефакты и тому подобное. И меня бы совсем не заинтересовал этот рассказ, если бы не несколько фраз.

– Когда я вырасту, то тоже уеду в Некварк и стану искателем! – вдохновенно произнес малыш.

– Не говори глупостей, я не для того облазил эти пещеры, чтобы мой внук становился оборванцем. – Господин поморщился. – Слава Великому, дела у твоего отца идут неплохо. И ты, когда вырастешь, будешь ему помогать. А потом он, как и я, отойдет от дел и будет нянчиться с внуками, а ты возглавишь семейное дело.

Мальчишка недовольно отвернулся, а меня снедало любопытство. Выходит, этот дед рассказывал реальные истории своей молодости. Получается, он сколотил начальный капитал нелегким сталкерским трудом в Некварке. Судя по некоторым моментам рассказа, местный сталкерский бизнес процветает уже несколько столетий, привлекая в основном нищую молодежь. А значит, там должно быть много приезжих, в том числе и молодежи, не прошедшей обряд совершеннолетия, или, как здесь выражались, обретения. Вполне возможно, процедура упрощена по-максимуму. Так что на следующей остановке сделаю пересадку и рвану туда.

В Некварк я прибыл, когда уже стемнело. Народ, вышедший из дилижанса, был тут же атакован толпой разнообразных разводил. Что только не пытались втюхать приехавшим лохам! Двигаясь через образовавшуюся толпу, я слышал:

– Точно говорю, в столице в сто раз дороже продашь, с руками оторвут, сам бы съездил, да денег нет, вот, один продам, с остальными – в столицу!

Тут же какой-то бомжеватый тип обрабатывал двоих деревенских парней, приехавших вместе со мной:

– Тайные карты проходов к россыпям артефактов, сам раньше только туда и ходил, приносил кучи артефактов, а сейчас все, здоровье не позволяет!

И совсем на выходе из толпы ко мне прицепился какой-то тип с самым опасным вариантом.

– Я вижу, ты хороший парень, а нам в бригаду как раз нужен человек! – Очередной бомжара неопределенного возраста и с выбитыми передними зубами преградил мне дорогу.

– Не интересует. – Я сделал шаг в сторону, пытаясь обойти этого разводилу, но тот вновь преградил мне дорогу.

– А что так дерзко? – Бомж ухмыльнулся. Тут же справа, оттесняя меня в сторону кустов, росших у обочины, нарисовался второй. Я активировал защитное плетение. – Ты что, искателей не уважаешь?

– Разрешите пройти, – равнодушно глядя ему в глаза, произнес я фразу из учебника этикета, случайно купленного на одной из станций.

В глазах бомжа мелькнула неуверенность, и он вроде как начал отодвигаться с моего пути. Но видимо, механизм ограбления никаких изменений не предполагал: я почувствовал тупой удар по голове. Красная муть в глазах – и я потерял сознание.

Очнулся почти сразу. Ощупал голову – защита сработала, шишки или других следов удара не было. Но небольшое сотрясение все же имелось, голова немного кружилась. Инвентаризировал потери: мешка и карманных денег тоже не было. Я схватился за внутренний карман, где хранил золото и немного серебра. До внутренних карманов здесь не додумались, и после покупки костюма я сам пришил важный кусочек ткани. Золото и самые крупные серебряные монетки оказались на месте, но пропажа остального и особенно очередной удар по голове вызвали во мне нешуточную злость.

Толпа «встречающих» постепенно рассасывалась, никто из них произошедшего либо не заметил, либо не хотел замечать. Я запустил исцеление, для которого после случая у моста подобрал боевой вариант, не отключавший сознание исцеляемого. Неприятно, конечно, такое ощущение, будто под кожей что-то шевелится, но ничего не поделаешь – сон допустим далеко не всегда. Вспомнил недавние эксперименты с аурами и вызвал плетение, показывающее следы аур на предметах. Обнаружил три четких следа вокруг себя, на всякий случай сделал копию уникальных мест аур и, тяжело поднявшись, пошатываясь, пошел по следам.

Целительское плетение действовало. Постепенно мое самочувствие вернулось в норму, но настроение продолжало находиться ниже плинтуса. Плетение «генератор фаерболов» ожидало лишь момента, когда пальцы правой руки сложатся в нужную фигуру. Активная защита была готова при любой опасности выжечь вокруг меня круг диаметров чуть больше пяти метров. Я, не торопясь, шел городской окраиной. Пару раз мне заступали путь какие-то темные личности. Я даже успел обрадоваться возможности испытать свое оружие, но, посмотрев мне в глаза, личности почему-то предпочитали тут же исчезнуть.

В конечном итоге минут через пятнадцать след привел меня к дверям перекошенного строения без окон. Судя по наличию вывески, это была местная тошниловка. Ввиду отсутствия половины надписи прочитать название не получалось, да оно меня и не интересовало. Сейчас, когда эмоции немного улеглись, первоначальное желание догнать и порвать начало постепенно уступать осторожности. Светиться перед местным криминалом не хотелось, но и так просто оставить это дело я не мог.

Покрутив настройки видения аур, я разглядел ауры всех троих будущих пациентов, сидящих у дальней стены. Остается решить, к какому врачу их лучше направить. Я обошел здание, пролез сквозь растущие здесь кусты и оказался через стену от гуляющей компании. По ходу дела я придумал, как мне вернуть хотя бы часть денег. Приноровившись, я по очереди навесил на всех троих парочку плетений, использовав в качестве точки привязки их черепа. Плетение усыпления я взял из репозитория своего магокомпа, а второе было наскоро переделанным плетением диареи, в которое я добавил удаленный запуск.

Сар Молот сидел сытый и довольный. Сегодняшнее дело было очень удачным. Почти тридцать серебряных и куча меди, такого улова у их банды давно не было, да что тут говорить – никогда не было! Столь денежные мальчики в одиночку в Некварк не ездят. И с чего вдруг Шепелявый в последний момент дал сигнал не трогать? Хорошо Молот не послушался, теперь бандиты сидят в тепле и пьют вино. Жалко, Шепелявый не позволил обыскать мальчишку: у того явно имелся дорогой амулет или даже артефакт. Мелкий использовал внутренний щит. Подобное Молот видел только на подготовке к боям в столице, где когда-то по дурости служил гладиатором. Там умели учить, и навыки гладиатора сработали сами, когда после первого удара пацан лишь зашатался с головокружением. Хороший у мальчишки амулет оказался – почти удержал пробивной в голову, который Молот, по привычке, вбитой на тренировках, нанес со всей силы. Он поначалу даже испугался, что облажался и зашиб пацана. Но ничего, обошлось. Выхлебав остаток вина из кружки, застучал ею по столу, призывая хозяина налить еще. Напротив сел Шепелявый. Он спустился сверху и был хмурый и очень задумчивый.

– Вот скажи, Шепелявый, чем ты сейчас недоволен? Чего тебе не хватает? – Захмелевшего Молота потянуло на разговор за жизнь. – Все выстраиваешь, выгадываешь и через это отпугиваешь удачу. Вот я – почуял удачу, сделал как надо, и смотри – мы при деньгах! – Молот поднял указательный палец вверх.

– Заткнись, Молот! – негромко, но зло сказал Шепелявый. – Мертвецам деньги не нужны. – И, подумав, добавил: – Все, завтра разбегаемся.

– Ты чего, Шепелявый? – проснулся дремавший у стены Одноглазый. Глаз у него было два, а свое прозвище он получил за попытку выбить пенсию солдата-инвалида, потерявшего глаз. – Все так удачно складывается…

– Удачно? То, что сегодня мы серьезно нарвались, ты считаешь удачей? – зыркнул на него Шепелявый – Или ты, как и этот идиот, – кивок в сторону Молота, – думаешь, что такие амулеты имеются у деревенской босоты? – Шепелявый хотел еще что-то добавить, но тут с характерным звуком обделался Одноглазый.

– Шепелявый, кончай пугать, Одноглазый уже наложил! – громко заржал Молот. Громкий хохот Молота и запах, источаемый Одноглазым, привлекли внимание хозяина.

– Эй, вы там! Здесь не сортир! – Хозяин махнул вышибале и, прихватив дубинку, двинулся к их столу.

– Баран! – Казалось, Шепелявый сейчас разорвет Одноглазого. – Иди на улицу отмывайся!

И Одноглазый шустро бросился во двор, сопровождаемый советами и подначками деклассированных элементов, сидевших в трактире.

Активировав плетение, я ждал у входа, прижавшись к стене, но жертва вышла через второй выход прямо во двор. Я бросился вокруг здания, попутно активируя плетение сна. Подбежав к телу, я кое-как его обшарил, преодолевая отвращение: от объекта весьма ощутимо воняло. Мой улов составили несколько мелких медных монет в карманах и покрупнее – в мешочке на шее.

Следующий. Отойдя в тень стены, я активировал второе плетение. От хохота здание содрогнулось, и второй пациент пулей выскочил в мои добрые руки. Сон, осмотр – улов был ощутимо больше. Немного меди и почти треть украденного у меня серебра.

Последний бандит оказался сообразительным и, пока я возился со вторым, успел покинуть заведение через парадный вход. Но далеко не ушел. Этому я не стал делать очистку кишечника, всего лишь усыпил. Здесь меня поджидала награда – я не только вернул себе все потерянное, но и стал богаче минимум в несколько раз.

Пока я осматривал пациента, какая-то темная личность вышла из трактира и направилась ко мне. Наверное, за консультацией. Но на полпути личность вдруг развернулась и резво скрылась в неизвестном направлении. Может быть, вопросы пропали, когда крошечный фаербольчик ударился в стену прямо перед самым носом любопытного? Я откачал большую часть энергии из плетения сна и полностью развеял плетение диареи. Примерно через час остаток энергии рассеется окончательно и пациент проснется.

То же самое я повторил с объектом, что выбежал первым. А вот товарищ, бивший меня по голове, так просто не отделается. Вспомнив анекдот про смесь слабительного и снотворного, я модифицировал наложенное на обидчика плетение, добавив еще один модуль, следящий за ритмами мозга. Логика работы была незатейлива, как параметры команды формата «С». При снижении активности мозга, когда пациент засыпает, включалось плетение сна, усыпляя его еще сильнее, потом срабатывало плетение диареи, а еще через пару минут «сон» выключался. Отойдя подальше и активировав измененное плетение, я с чувством глубокого удовлетворения наблюдал за тем, как криминальный тип вскочил и бросился к кабинке, расположенной в углу двора. Ну-ну, самое интересное у тебя еще впереди…

Глава 3

Переночевав в занюханной таверне-гостинице, наутро я направился в центр города. А город не такой-то уж и маленький, до центра пришлось идти минут двадцать. При приближении к центру стало понятно: сталкерский бизнес здесь раскручивают по всем направлениям, равно как и туристический. Честно говоря, я такого совершенно не ожидал. Во время своих путешествий я слышал о подобном роде деятельности, но считал его чем-то незначительным. Ошибался. На подходе к центральной площади практически все нижние этажи домов были превращены в сувенирные лавки. По-моему, нет такого хлама, какой не нашелся бы на этих развалах. Я вышел слишком рано, чтобы во всей полноте оценить этот «блошиный» рынок, в который был превращен центр города. Хозяева точек только еще открывались, снимая с окон щиты или выставляя специальные столы-прилавки.

Выйдя на центральную площадь, огляделся. В центре торговцы-лоточники собирали свои палатки. Справа от меня возвышался какой-то храм (все как-то руки не доходят изучить основы местной религии), слева – шикарный коттедж здешнего олигарха, с другой стороны на площадь выходили окна двух зданий, по виду – официальных. К ним, обходя мельтешащих торговцев, я и направился. Одно из них оказалось офисом «Первой гильдии искателей», второе – было чем-то вроде мэрии. Об этом я узнал от деда-дворника, подметавшего брусчатку. Дед был явно любителем выпить и почесать языком. Когда он закончил свое дело, я прихватил на рынке кувшин с вином и пристроился к нему поболтать. Дед, которого звали Ренгас, увидев у меня кувшинчик, пригласил к себе в подсобку. Вино было слабым, только под разговор, но я все равно разбавил налитую себе порцию, чем заработал одобрительное покачивание головы собеседника.

Разговорились. Меня интересовали подводные камни в жизни местных искателей, особенно в начале пути. Мои двадцать деревянных, вложенные в кувшин вина, окупились с большим наваром. Выяснилось, что Ренгас приехал сюда молодым парнем, заработал кучу денег на дальних заходах, завел в столице дело и купил там дом, женился… и в конечном итоге разорился благодаря молодой жене. Я так и не понял, каким образом он потерял бизнес: то ли супруга подсунула на подпись какой-то документ, то ли какой-то документ украла. Главное, что я уяснил: лет пятнадцать назад он лишился всего и вернулся сюда, рассчитывая снова заработать. Но сказался возраст. Все, кого Ренгас знал в былые годы, и все, кто знал его, уже оставили искательство, а молодежь связываться со стариком не желала.

Да и вообще попасть в удачливую ватагу, которая постоянно делает дальние заходы, совсем непросто. Да и небезопасно. Сбитые ватаги обычно пускают новичков вперед, в результате именно те чаще всего и попадают в ловушки. Хуже того: некоторые постоянные ватаги используют новичков как смертников, чтобы очистить проход к какому-нибудь лакомому месту. Старик с ходу назвал мне три ватаги, которые, по его мнению, в этом не раз были замечены. Ренгаса пристроили старые друзья в местный центр власти в качестве дворника-охранника-завхоза. Имея уйму свободного времени и неплохие для своих преклонных лет мозги, он внимательно наблюдал за жизнью города. Чтобы закрепить полезное знакомство, я принес еще пару кувшинчиков.

По словам Ренгаса, имелось три гильдии искателей. Первая – самая престижная. За вступление в нее надо внести двадцать монет серебром (довольно значительная, по местным меркам, сумма) и артефакт, найденный претендентом обязательно лично. Во вторую гильдию, которую я мысленно обозвал «туристической», за серебрушку принимали кого угодно, но только на один месяц. Особенно напирали на туристов, желающих спуститься в подземелье. И наконец, существовала еще третья гильдия, которую правильнее было бы назвать «рабской». Устав, система выплат и штрафов там были так хитро придуманы, что, получив входной бонус, человек оказывался в полном подчинении старших. Искатель должен добывать то, что прикажет гильдия, там, где прикажет гильдия, и тогда, когда прикажет гильдия. К тому же по уставу является обязательной покупка снаряжения (в реальности – просто хлама) по завышенной цене. И человек в итоге оказывается намертво привязан долгами.

Старик посоветовал мне для начала вступить во вторую, постараться за месяц накопить денег и перейти в первую. В качестве артефакта можно было принести почти что угодно: главное, чтобы добыто было лично. Об этом Ренгас предупредил особо. Основным бонусом первой гильдии являлось право продажи артефактов непосредственно в государственную скупку. Государство тут было основным потребителем, но по каким-то причинам (угу, знаем мы эти причины) чиновники брали товары исключительно у перекупщиков. А подпольная продажа каралась тюрьмой. Если же выяснялось, что в конечном итоге артефакт ушел или должен был уйти за границу, наказание было одним – смертная казнь. В результате обычному искателю удавалось продать артефакт в лучшем случае за полцены. Патент скупщика стоил дорого, да и налог был немаленький.

Особо ушлые пытались организовать скупку, используя права искателя первой гильдии. Для предотвращения подобных хитростей и был в свое время создан довольно хитрый устав, включающий в том числе и правило артефакта. Артефакт, кстати, после приема в гильдию возвращали, главным было подтвердить факт его добычи, причем сделать это с обручем правды на голове. И чем круче артефакт, тем больше уважения, что для новичка немаловажно. Интересно отметить: пользовались повышенным спросом и стоили дороже всего не боевые артефакты, а видеопанели, аккумуляторы и, самое ценное, управляющие модули станков. Также я получил массу рекомендаций по выбору снаряжения и краткие характеристики мест его закупки.

Я вышел от Ренгаса с головой, распухшей от информации, и прямым ходом направился на постоялый двор «Удача», где располагалась штаб-квартира второй гильдии. Вступать в нее не глядя я не собирался, но, по словам Ренгаса, это место имеет лучшее соотношение цены и качества. «Удачу» я нашел легко. Трехэтажное здание находилось на полпути от центральной площади к официальным спускам под землю. Гостиница, или, как здесь принято говорить – постоялый двор, не выделялась из череды аналогичных ничем особым, помимо ярко выраженного сталкерского колорита. А вот стоимость проживания для искателей и приезжих была разная. Очень разная. Три манки за сутки для искателей и восемь – для приезжих.

Врожденная жадность сразу начала теребить меня, так что, договариваясь с хозяином о прожитье, я сразу же выяснил порядок вступления в гильдию. Ничего сложного, хотя экзотики – через край. Прием осуществляется в мэрии один раз в неделю. Претенденты, одетые в ритуальные одежды, проходят испытание венцом правды, после чего получают гильдейскую бляху небольшого размера. Гильдейский взнос – ежемесячный, задержки не допускаются. При этом местный маг что-то делает с бляхой, и глаза изображенной на ней ящерицы становятся красными, а тельце – зеленым. Если деньги вовремя не внесены, через месяц ящерица теряет цвет, а еще через месяц имя владельца, написанное на обратной стороне, исчезает.

Все это, причем в гораздо более подробном изложении, я уже слышал от Ренгаса. Но сделал внимательную морду лица: в этой гостинице гильдия снимала целое крыло, помощь хозяина для сведения знакомства с ее главой была нелишней. Главой оказался невысокий плотный мужичок лет сорока, с небольшим шрамом на подбородке, одетый в сюртук из добротной ткани. По крайней мере, другого названия для одежды, надетой на него, в голову не приходило. В принципе, отпусти он бороду, шрам стал бы не виден, но мужик был гладко выбрит. Проблем с вступлением не возникало. А ту единственную задачку, что меня могла напрячь, я разрешил еще в разговоре с Ренгасом. Так что на вопрос об имени я уверенно ответил:

– Резус Фактор.

Использовать настоящее имя не хотелось, мало ли что (расти, паранойя, расти), а с придуманными, которыми я пользовался во время путешествий, возникала трудность при прохождении испытания с венцом правды на голове.

Тут мне здорово помог Ренгас. Дело в том, что, пытаясь доказать мошенничество жены, ему пришлось разобраться в принципах работы этого венца, который имел вид небольшого обруча с синим камнем. Обруч надевается испытуемому на голову и анализирует состояние ауры, изменяя цвет камня. То есть фактически оно определяет, что сам отвечающий думает о своих ответах. Сказать откровенную ложь невозможно, но ни один прибор не заменит мозги, так что обмануть вопрошающего вполне реально. Тем более – когда заранее знаешь не только суть вопроса, но и, как в данном случае, его точный текст. Ради вычурности и придания моменту торжественности вопросы задавались на «высоком» варианте языка. Ведь гильдия зарабатывала, в основном продавая членство туристам, а тем нравится, чтобы все было в соответствии. Местный «высокий» отличается от разговорного еще сильнее, чем старославянский – от русского. Звучит красиво и в общем-то почти все понятно, но есть масса нюансов в значениях слов. Так и здесь вопрос об имени по смыслу означает: «Как называют тебя твои боевые товарищи?» В своей земной жизни «сражался» я в основном в «Кваку», и там мой ник был Резус Фактор. С остальными вопросами было еще проще. Например: «Нарушал ли ты присягу королю?» Нет, конечно. Чтобы нарушить, надо сначала присягнуть, а я и не думал этого делать. «Веришь ли ты, что только великий Спящий питает наш мир силой?» Верю, хотя реально мне все равно: я ни разу не слышал, чтобы кто-то чем-то питал этот мир. Поэтому верю: этот чувак – единственный. Ну и так далее.

Возникшую проблему моего несовершеннолетия решили просто: договорились оформить меня подмастерьем главы гильдии. Похоже, вступление в гильдию – это отлаженный конвейер. Когда пришло время платить вступительный взнос, глава вызвал казначея. Пришел ничем не примечательный, если не считать взгляда, человек. Но взгляд у мужика – это нечто. Тяжелый, как железнодорожный рельс, не дай бог, приложит. Я даже проверил, нет ли на дядьке чего магического, но, кроме защитных амулетов, ничего не было. Я заплатил вступительный взнос и отдельно внес сумму за год членства, чем, кажется, немало удивил обоих первых лиц. Но никто ничего не сказал, лишь казначей одарил меня особо тяжелым и крайне подозрительным взглядом.

Процедура была выверена до секунды. Пойти что-то не так не могло в принципе. Зал правды, находившийся в середине второго этажа, гильдия арендовала на весь день. Ребята явно знали толк в шоу. Мужики в вычурной одежде с факелами в руках на входе, огромный полутемный зал, задрапированный красной и черной материей. В центре зала на полу слабо светился какой-то ни на что не похожий знак, нарисованный золотой и красной краской. У стены стояли мы, босые, одетые в специальные церемониальные одежды, которые накануне претендентам долго подбирали и подгоняли по фигуре на гильдейском складе. Напротив нас треугольником стояли руководители гильдии в расшитых золотом и серебром хламидах. Каждый претендент проходил через знак, и тот вспыхивал в такт шагам идущего. Красивая, хотя и чуть затянутая постановка.

Вначале четверо жрецов с громкими воплями долго обращались к какому-то спящему богу, благодаря за все хорошее, умоляя обратить внимание на них, ущербных, и благословить собрание. Честное слово, будь я на месте спящего бога, испепелил бы всех, если бы меня разбудили из-за подобной ерунды. Но местному божеству то ли нравилось, то ли он крепко спал. Моя очередь была ближе к концу, и от скуки я изучал плетение, защищающее драпировку стен от пожара. Оригинальное решение. Плетение на расстоянии примерно сантиметра от поверхности создает невидимую силовую мембрану, которая пропускает к поверхности исключительно азот и углекислый газ, а от поверхности выпускает кислород. Пока я раскладывал плетение на составляющие, постепенно очередь дошла и до меня.

Я подошел к главе и встал на одно колено. Тот напялил мне на голову обруч и начал задавать вопросы. Я отвечал практически на автомате: отбарабанил свои ответы и склонил голову. Глава надел мне на шею красно-черную ленточку с бляхой, напоминающую медальку за участие в соревнованиях. Потом я встал, прочел клятву верности гильдии. Глава снял с меня обруч, и я отошел к правой стене, уступив место следующему. Непрерывно движущаяся лента.

Удивило разве что количество людей, но, как объяснял Ренгас, причиной была мода среди выходцев из среднего класса. Оказывается, в этой части социума, где стартовый капитал имел в основном «подземное» происхождение, было модно начинать карьеру с искательства. Правда, местные презрительно называли их искателями пьянок. Вступали в гильдию и, пожив какое-то время в городе, уезжали обратно, чтобы потом гордо помахивать бляхой в компании таких же обалдуев. Имя владельца и дата выдачи хоть и исчезали с просроченной бляхи, но легко проявлялись с помощью специального плетения, формируемого жезлом, который предназначался для проверки подлинности документов. Такой жезл был обязательным атрибутом любой конторы. Да и у большинства бизнесменов имелись карманные варианты.

Красивая и скучная церемония вступления в гильдию прошла без происшествий. Мы сдали форменную одежду и собрались в зале местного ресторана. Стандартная последовательность – официальное мероприятие и банкет. Здесь я и познакомился с остальными новичками. Маменькины сынки держались отдельно, остальные искатели, кроме одного, были заметно старше меня. Так я оказался вместе с Лерком. Он произвел впечатление простого, не особо разговорчивого парня, но в конце концов пиво, которое он потреблял довольно активно, развязало ему язык. Пятый или шестой сын мелкого дворянина не унаследовал дар отца и не имел денег, поэтому в местной иерархии стоял очень невысоко. Отец его хоть и не бедствовал, но и богатств не нажил. Лерк приехал в Некварк с мечтой о деньгах. Поначалу он был вполне вменяем, но по мере злоупотребления выпивкой все больше уходил в свои мечты. Новый товарищ надоел мне довольно быстро. А кому не надоест выслушивать бесконечные описания того, что сделает человек, когда баснословно разбогатеет? Вот и я, оставив юное дарование наслаждаться своими фантазиями, ушел в свой номер.

Следующий день выдался хлопотным и суетным. С утра я заскочил к Ренгасу. Старик помог составить список предметов, необходимых для первого спуска в подземелья. Из списка Ренгаса я закупил почти все, начиная от полного комплекта одежды и заканчивая наборам инструментов типа отверток и торцевых ключей. Не купил только складную лестницу, кувалду и большое зубило. Тяжело таскать. Если понадобится, то что-нибудь придумаю.

И вот мой первый заход. Я не стал нанимать «опытного искателя», как рекомендовала сделать гильдия, или присоединяться к группе псевдоискателей-туристов, которых раз в два дня водил специальный человек. А чтобы не привлекать внимания, скооперировался с Лерком, еще одним новоявленным искателем.

Мы спустились через основной вход. Я дотронулся до круга, нарисованного посредине налобной повязки, и небольшой светящийся шарик повис над головой. Удобно, хорошо освещает и не слепит. Достал схему ближайших ходов, скопированную по совету Ренгаса в местной библиотеке, активировал видение магии и аур, и мы двинулись по заранее обговоренному маршруту. Хваленые подземелья ничего выдающегося собой не представляли. Прямые коридоры, ровные серые стены, сделанные из бетоноподобного материала, пол и потолок – из него же. Потолки здесь высокие, могу достать, только подпрыгнув.

Под полом имелось пустое пространство: возможно, там когда-то проходили технологические коммуникации. Как туда попасть, непонятно. Хотя нет, понятно, изредка встречаются люки. Над потолком тоже какой-то служебный или вентиляционный проход. Кстати о вентиляции: воздух несколько спертый, но сухой и вполне пригодный для дыхания. На стенах – следы от варварски содранного оборудования и облицовки. Мы не торопясь шли по коридору. В принципе, когда был мелким, я лазил по подвалам, ощущения – аналогичные. По известным местам мы лазили, наверное, в течение часа. Ничего интересного не нашли, зато встретили пару групп искателей третьей гильдии, отдиравших облицовку с тех стен, где она еще осталась. Макджоб, копеечная работа. В конце концов мы выползли за пределы пространства, описанного картой.

Конец ознакомительного фрагмента. Купить полную версию книги.