Её Выбор. Его Любовь

Пролог

Я открыла глаза.

Закрыла.

Опять открыла.

Это точно не моя спальня. Хотя, моя...

Тяжёлые бархатные портьеры закрывают окна, не пропуская солнечный свет. Над кроватью свисает массивный балдахин, на полу старинный ковёр... И вообще, обстановка роскошной комнаты чем-то напоминает музей. Стиль классического барокко или что-то вроде того, к сожалению, я не настолько хорошо разбираюсь в дизайне, чтобы сказать точно. Однако логика подсказывает, что даже в отелях и гостиницах такой стиль уже давно нигде не используют — по крайней мере, если не косят под глубокое средневековье. Уж очень тяжело и мрачно выглядит. Тканевые гобелены грязно-зелёных и жёлтых оттенков украшают стены, как советские ковры у бабушки в деревне. И несмотря на то, что нарочитая роскошь интерьера, кровать, размеры окон, и пуфик у позолоченного зеркала буквально кричат о роскоши, всё равно я не перестаю чувствовать гнетущее и давящее ощущение.

Я тихо поднялась на локтях и огляделась. В голове клубился туман, и, хоть убей, непонятно, как относиться к происходящему. Я совершенно уверена, что вчера до ночи писала отчёт, чтобы новый директор фирмы, про которого шли самые невероятные слухи о придирчивости и жесткости, остался доволен. А потом уснула.

Рассматриваю розовый пуфик пытаясь понять, откуда я знаю, что сейчас откроется дверь покоев, появится моя личная горничная Аурелия и предложит налить ванну. Я это знаю так же хорошо, как и то, что меня сейчас назовут Ваше Высочество, принцесса Юлианна.

Откуда? Хороший вопрос. Почему я одновременно Юля — менеджер среднего звена в судостроительной компании, и принцесса Юлианна? В памяти чётко разделены жизни двух разных, во всем разных девушек. И та, и та без сомнений — я сама. Но как это возможно?

Дверь и вправду открылась, а в покои действительно вошла Аурелия. С привычным поклоном она произнесла:

— Ваше Высочество, вы уже проснулись? Сегодня вы ранняя пташка. Разрешите раскрыть шторы?

— Да, Аурелия, можешь раскрыть. И приоткрой окно, за ночь камин немного накоптил — хочется подышать свежим воздухом, — эти слова вырвались непроизвольно и подозрительно легко, словно я произносила их сотню раз.

Я пыталась осмыслить, откуда знаю, как разговаривать со служанкой, и почему завтрак, материализовавшийся на маленьком столике поверх одеяла, такой знакомый и привычный, как те же бутерброды, что я ем всухомятку по утрам. Но при попытке осознать всё это голова начала болеть ещё сильнее, а туман в ней путал мысли и мешал сосредоточиться. Чтобы снять наваждение, я (Юля или Юлианна?) несколько раз глубоко вздохнула и потрясла золотыми кудрями. Кудрями? Вроде у меня отродясь волосы никогда не вились. Прямые, как палка. Или нет? Головная боль усилилась, и я резко откинулась на подушки, чуть не залив кровать ароматным кофе.

— Аурелия, приготовь ванну, — раздражение вылилось на ни в чём не повинную служанку, которая вздрогнула от резкого тона своей госпожи. Обычно она слышала капризный, плаксивый и высокомерный голос, но не грубый и почти злой. Бедная девушка затряслась и, опустив голову ещё ниже, пробормотала:

— Сейчас, сию минуту, миледи, — и максимально проворно вылетела из покоев, оставив сердитую принцессу один на один со своими мыслями.

А подумать было о чём. Я знала, что через час должна предстать перед отцом — Его Величеством королем Линсоном Пятым. И знала, о чём пойдёт разговор. А вот что говорить ему, не знала совершенно, поэтому молча жевала круассан и сверлила взглядом дырку в противном гобелене на противоположной стене.

Глава 1 Как уговорить короля

— Юлианна, — отец смотрел строго, — мы это уже обсуждали. Я решения не изменю, завтра же отправляйся во Флорентию. Отбор невест для Андриана уже начался, ты последняя, кто приедет.

— Я не хочу надолго оставлять тебя, отец, — я повторяла то, что говорила ему Юлианна ещё вчера.

У меня стойкое ощущение, что это я и была. Хотя... Я бы выражала свой протест совсем по-другому, не как робкая овечка, боящаяся глаза от пола поднять. И всё же мозг выдавал в памяти чёткую картину, что именно я это и говорила.

— …и я боюсь Андриана, про него ходят невероятные слухи, говорят, он — женоненавистник.

Брови у короля сурово сдвинулись. Он поглядел на меня, как на дурочку. Да я даже знаю, почему. Вчера он своей дочурке точно на такое же возражение битый час втолковывал, что Андриан — не чудовище, и это просто слухи; что она — наследница Исларии, богатейшего королевства в округе, и для принца большая честь взять её в жёны.

Что отбор невест — это просто дань традициям их страны; отцы молодых уже давно договорились об условиях будущей свадьбы, поэтому ничего страшного его дочь-трусиху там не ждёт. Вдобавок, ей не нужно присутствовать на новом месте постоянно: невесты пройдут отбор, а после, перед объявлением окончательных результатов, могут уехать домой и вернуться через неделю на официальное представление невесты принца. И вот теперь, когда кажется, что все вопросы уже решены и закрыты, Юлианна задаёт те же самые вопросы и озвучивает вчерашние страхи. Тут есть, отчего прийти в негодование.

Да-да, я всё это прекрасно понимала. Но что я могла? Говорить от себя? От какой себя? От Юли, родом из Рязани? Или всё же от Юлианны — принцессы Исларии? Что-что, а характером я на неё совсем не похожа. Мне кажется, что принцесса боится всего на свете. Но тогда совершенно не понятно, почему я помню всю её жизнь так, как будто она моя собственная. Вот и приходилось бедному родителю опять отдуваться. Я даже посочувствовала королю Линсону — такому гордому, суровому и решительному, досталась такая меланхоличная дочь, у которой вечно глаза на мокром месте. Сейчас я понимала, как тяжело ему со мной приходилось. Хотя Юлианна всегда считала себя жертвой.

— Юлианна, иди в свою комнату и готовься к выезду, — устало проговорил родитель. — Я не хочу опять объяснять тебе то, что говорил вчера. Ступай, девочка.

Я на секунду зависла. Я точно знала, как в этот момент нужно вести себя наследной принцессе. А именно: прямо сейчас закатить истерику и закончить обязательным обмороком. Принцесса, обливаясь слезами, должна жаловаться на жестокость отца и его бессердечность. К своему удивлению, я уже почувствовала горький комок, подступающую к горлу, а также влагу, собирающуюся в уголках глаз.

Его Величество точно так же мрачно дожидался именно этой реакции и морально даже приготовился к ней. А что ему делать? Слишком нежная дочь уродилась. В его глазах застыла такая безысходность от предстоящего скандала, что я, другая, вдруг взбунтовалась.

Я-то — не Юлианна. Вернее, Юлианна, но характер у меня точно Юлин. Мой характер сто очков вперёд любому мальчишке-забияке даст. Нет, я не хотела замуж за Андриана, но и устраивать истерики тоже не в моих правилах. Я осушила слёзы и смело заглянула в глаза королю.

— Хорошо, отец, я буду готова через полчаса. Последний раз я видела Андриана десять лет назад и вполне допускаю, что из дерзкого своевольного мальчишки он мог стать благородным юношей, достойным твоей дочери. Только дай мне обещание, что и я смогу посмотреть на него непредвзято, не с позиции невесты, за которую всё решили. Если Андриан хотя бы вполовину так страшен, как про него ходят слухи, то на руку Юлианны... то есть мою... найдётся ещё немало желающих. На Флорентии свет клином не сошёлся, да и эта страна нам не соперник.

Брови короля Линсона Пятого взлетели по лбу и запутались где-то в рыжей шевелюре. Он смотрел во все глаза на свою дочь и не мог собрать мысли воедино. Конечно, когда ждёшь скандала, а тут тебя ожидает разумный собеседник, это обескураживает. Вдобавок, наверняка правителя ввела в ступор просьба дочери. В этом мире женщины не ставят условий, они слушаются приказов. Да, иногда могут что-то попросить или вымолить слезами и истериками, если их достаточно любят, но чаще просьбы и мольбы расцениваются, как блажь глупых дам. Насколько я понимаю разумным существом женщин здесь не воспринимают, оценивая лишь их способность украшать своим видом балы, да приемы. И помалкивать, желательно.

Но я знала, на чём сыграть — на гордости короля. На гордости за свою страну, за свой народ и на его собственном авторитете. Это именно то, что Линсон Пятый понимал. Себя он очень уважал. Думаю, как только он отойдёт от первого шока, возможно сможет найти плюсы в моём предложении. Почему Юлианна, вместо того, чтобы устраивать бесполезные истерики, ни разу не попробовала сыграть на подобных мотивах, если прекрасно знала о маленькой слабости отца, мне совершенно непонятно.

И правда, через несколько долгих минут брови Его Величества начали возвращаться на место и даже свелись к переносице. Задумался. Похоже, крепко.

Я спокойно продолжала стоять на месте и ждала.

— Ты удивляешь меня, Юлианна, — наконец, выговорил он. — Возможно, становишься взрослой. Я рад этому. И хотя считаю, что мне лучше знать, как сделать счастливой свою дочь, но раз ты просишь меня, то обещаю не давить и дать какое-то время на размышления. И хочу услышать мнение об Андриане, когда вернёшься с первого тура. Разумеется, если ты и дальше продолжишь проявлять благоразумие. Надеюсь, не нужно повторять, что решение в любом случае останется за мной и королем Флорентии?

— Я понимаю, отец, — послушно склонила голову. — Хотя твоему решению я доверяю гораздо больше, чем решению короля чужой страны.

На этой подхалимской ноте я решила закончить смелую кампанию под названием: «Первый раз возрази отцу, как разумное существо» и удалиться с глаз долой, дабы всё не испортить. На сегодня потрясений с короля хватит, а то, не дай Бог, заподозрит что-либо, или инфаркт на старости лет схватит. Мне ещё долго его обхаживать и убеждать.

Выходила я из тронного зала довольная собой — это нечёткое то ли "да", то ли "нет" вселяло надежду на то, что Юлианне не придётся выходить замуж за Андриана, если я хорошо постараюсь. Ну, или хотя бы успею разобраться, почему я одновременно сейчас имею две личности. Пока что, кроме как «сошла с ума», в мою голову и идей-то больше не пришло. Остаётся понять, кто именно сошёл с ума: Юля или Юлианна...

****

Прошло около двух часов, и я, вместе со своей немногочисленной свитой – потому что король Флорентии заверил отца, что его слуги будут в моём полном распоряжении – села в карету. Со мной поехала уже знакомая Аурелия — моя личная горничная, пара фрейлин, которых я знала по именам, но, видимо, в прошлом не особо ими интересовалась, потому что в памяти о них нашлись отрывочные и неглубокие воспоминания, ну и, конечно, охрана. Охраны могло быть даже поменьше, но отец любил подчеркнуть, что мы — военная держава, поэтому меня окружал почётный эскорт из тридцати всадников, у каждого из которых на поясе висело оружие, поблёскивающее на солнце.

Честно говоря, меня это совершенно не трогало. Я не собиралась замуж, но и сидеть во дворце отца тоже не хотелось, так что, где именно я нахожусь в данный момент, особого значения не имело. Всё, что я хотела — это понять, какая из двух моих жизней настоящая. Логика подсказывала — проживать две жизни одновременно невозможно. Где-то тут точно закралась ошибка или, может, помутнение рассудка.

В глубине души я всё же надеялась, что я — это Юля. Не принцесса, зато абсолютно свободный человек привычного и обычного мира. Свободный в своём выборе, в своих желаниях и стремлениях. Хотя, чем дальше мы отъезжали от дворца отца, тем более невероятным становилось то, что всё, что я сейчас вижу — мне мерещится. Уже начали возникать мысли, не придумала ли я эту Юлю, чтобы хоть в мыслях почувствовать свободу...

Тяжёлая от раздумий голова склонилась к одной из мягких подушек, которыми были обшиты стены кареты, и незаметно для себя я провалилась в глубокий сон.

Глава 2 Новый босс

Я открыла глаза.

Закрыла.

Опять открыла.

Дежавю какое-то. Только теперь это точно моя спальня.

Я резко села и огляделась. Старенькая, но ещё крепкая кровать противно скрипнула. Боже, какой приятный звук! Такой родной! Это действительно моя комната. В моей собственной квартире. Небольшой, но аккуратной, чистой и не старой. Для жителя столицы, особенно моего, двадцатипятилетнего возраста — совсем неплохо, учитывая, что я заработала на эту квартиру сама. Сразу после школы пошла работать, параллельно получая высшее образование и такой труд дал свои плоды. Это то, во что я верила: трудись, старайся и всего добьёшься. Сама. А если не получается — удвой усилия.

Я тряхнула головой, прямые светлые волосы рассыпались по плечам. Приснится же такое! Юлианна! Принцесса! Неженка, не работавшая ни дня своей жизни, избалованная, капризная и совершенно инфантильная. Как только мой мозг умудрился представить, что я могу быть такой? Опять же — насколько реалистично! Я почти поверила!

Я резво вскочила с кровати и кинулась в душ — ещё не хватало на работу опоздать! Сегодня первая встреча нового босса со своими сотрудниками и сразу проверка моего отчёта. Не только моего, конечно, но мне никак нельзя произвести неприятное впечатление, раз я планирую пойти на повышение. Хотела ещё на той неделе поговорить со старым начальником, да только он уехал, а через пару дней мы узнали, что фирма продана.

Я этому даже обрадовалась. Предыдущее начальство совершенно запустило производство, халатно относилось к заказам, не хотело обсуждать новые проекты, а у нового босса, говорят, хватка медвежья. Будем надеяться, что слухи не врут. А то, что придирчив и требователен, так это даже и хорошо — я тоже в работе очень педантична, в отличие от большинства своих коллег, вот они пусть и боятся.

С этими боевыми мыслями я проглотила такие знакомые бутерброды с ветчиной и сыром. Как только в голову могло прийти, что моя привычная еда на утро — это выбор из пяти изысканных блюд? Затем я схватила папку с документами, которую забирала домой на доработку, и выскочила на улицу — опаздывать не в моём стиле.

Буквально через полчаса я входила в холл нашего офиса. Судостроительная компания, в которой я работала, занимала целый этаж высотки почти в центре города. И хотя поговаривали, что у компании дела настолько плохи, что нам в скором времени придётся съехать, я всё же надеялась, что при новом начальстве фирма постарается этого избежать. Я, как всегда, пришла раньше всех, поэтому в тишине и спокойствии занялась приготовлением ароматного кофе. В голове крутились строчки дурацкой детской песенки, которую зачем-то играли в метро. Несложная мелодия навязчиво завязла в голове. Какое-то время я пыталась сопротивляться, но потом сдалась и начала мурлыкать себе под нос и выстукивать каблучками в такт.

— Можно и мне чашечку? Боюсь, я не смогу разобраться с этим диковинным аппаратом.

Я вздрогнула от неожиданности и повернулась. В полной тишине совершенно не заметила, как ко мне сзади кто-то подошёл. На меня смотрел высокий, очень высокий мужчина с ярко-зелёными глазами и улыбался. Наверное, слышал моё мурлыканье.

Я запрокинула голову, чтобы взглянуть говорящему в лицо, а не куда-то в район грудной клетки. Сейчас я острее осознала, что мои сто шестьдесят сантиметров, с учётом каблуков, мешают выглядеть не как подросток, а хоть немного презентабельно. Лицо мужчины показалось приятным, но совершенно незнакомым. Широкие скулы, прямой нос и высокий лоб, на который падали почти чёрные аккуратные пряди волос, создавали впечатление человека волевого, властного и серьёзного. А я верила в первое впечатление и в свои наблюдательные способности.

Конечно, я не могу знать всех наших сотрудников лично — раньше у нас числилось не меньше сотни работников, плюс большая текучка. Но в лицо, всё же, узнавала, пусть и без имен. А вот его никогда не встречала. И судя по тому, что наблюдаю сейчас — он либо из команды нового руководителя, либо, что не менее вероятно, — сам начальник во плоти. Беглого взгляда хватило, чтобы понять, что такой человек вполне может подходить под описание успешного бизнесмена.

Я улыбнулась и постаралась объяснить:

— Эта машинка старенькая, почти ветеран, со дня основания офиса здесь. У неё управление на каждом этапе ручное, но она очень крепкая — в течение восьми лет каждый день выдерживает около сотни голодных сотрудников и их запросов. А вдобавок, она варит поистине восхитительный напиток, поэтому совершенно нет смысла её менять на более дорогого собрата, она своего рода талисман фирмы. Давайте, я вам сделаю чашечку, вы внимательно понаблюдаете за процессом, а в следующий раз попробуете сами, договорились?

Брюнет, слушавший мою длинную тираду с вежливой улыбкой, согласно кивнул и следующие три минуты внимательно смотрел, как я варю ему кофе. Получив свою порцию, он протянул руку для знакомства:

— Я так понимаю, вы — такой же ветеран этой компании, как и эта знаменитая кофемашинка? Рад знакомству и надеюсь на плодотворное дальнейшее сотрудничество. Андрей Владимирович Скворцов, новый руководитель АКО СудоСтрой.

— Так и подумала, — улыбнулась я. — Юлия Косыгина, менеджер по закупкам. И да, вы правы, я такой же ветеран фирмы, как и наша старушка, — я ласково похлопала по корпусу кофемашину.

— Вы всегда приходите чуть раньше? — новый директор изучающее посмотрел, наверняка пытаясь запомнить как сотрудника.

— Да, довольно часто, так есть время спокойно и в тишине выпить первую порцию кофе.

— Ну что ж, не буду тогда вам мешать, — вежливо кивнув и поблагодарив за кофе, Андрей Владимирович направился к своему кабинету.

А я вернулась на своё место и, не спеша потягивая ароматный напиток, смотрела в окно.

Ну вот и состоялось знакомство, пусть и немного неожиданно. Первое впечатление новый начальник оставил неплохое — если даже он жесток на работе, как про него говорят, то явно умеет разделять рабочие и личные отношения, вдобавок, достаточно вежлив, что говорит о профессионализме. Да и заметила, что и глазками похабно не стрелял, как предыдущий директор. Спокойный, вежливый взгляд — как на будущую коллегу. Во всяком случае, можно попробовать попытаться пообщаться по поводу повышения.

Так, в прекрасном и боевом настроении, я дождалась начала рабочего дня, а затем мы всей фирмой знакомились с новым начальством и даже успели побывать на общем собрании всех более-менее значимых менеджеров и руководителей отделов. Вот тут-то новый начальник показал себя во всей красе.

Во-первых, из вежливого учтивого мужчины он резко превратился в дотошного и жесткого тирана. С большинства руководителей отделов семь потов сошло, пока они отчитались.

Новый босс раскритиковал всë: от халатности в наборе персонала и постоянной текучки до махинаций с отчётностью. Троих начальников отделов уволил сразу за то, что не смогли предоставить документы об огромных расходах, непонятно, куда уплывших, за отвратительное управление и постоянные увольнения сотрудников, а также за лень и систематическое невыполнение плановых показателей. Когда он успел просмотреть отчёты компании и составить мнение о каждом из них оставалось загадкой. Но, в общем-то, я с ним полностью согласилась, хотя, конечно, методы жёсткие. Остальным сотрудникам раздал указания по новой стратегии развития компании и обещал лично проконтролировать исполнение его требований.

— Финансовому отделу в течение недели подготовить документы для подачи в банк. На данный момент кредитная нагрузка для компании непосильна. Будем ходатайствовать о реструктуризации долга. Список документов найдёте в своей почте. И все, кто должен сдать мне отчёты, сложите их на столе; до конца рабочего дня я постараюсь с каждым менеджером поговорить лично, — на этой жизнеутверждающей ноте он нас распустил, и большинство вывалились из кабинета, сразу направляясь на перекур.

Я пошла к своему столу, и хотя в своём отчёте была уверена, всё равно суровость нового директора произвела впечатление. Хотелось вытянуться в струнку как испуганный суслик и признаться во всех ранее совершённых грехах, начиная с пелёнок. Усилием воли я заставила себя не нервничать и сосредоточиться на новом задании, полученном сегодня утром.

Один за другим в кабинет директора вызывали менеджеров и начальников отделов; большинство выходило быстро, кто-то довольный, кто-то расстроенный, кто-то нервный, но каждый с видом, будто десять километров пробежал.

— Видела, какой суровый новый начальник? — ко мне на офисном кресле подкатила Света из отдела набора персонала. — На собрании я вся перенервничала — распекал так, будто это мы виноваты, что люди устраиваются, а через пару месяцев сбегают! — она закатила красивые глазки и покачала головой, всем своим видом показывая, что уж она-то точно ни при чём. — Но зато какой красивый! И наверное ужасно богат, раз решил выкупить утопающую фирму по судостроению, — тут она хихикнула, довольная тонкой аналогией, которую провела.

— Решила его покорить? — спросила я. — А как же Алексей Юрьевич?

— Ну ты сравнила, — Света картинно закатила глаза, — где начальник отдела бухгалтерии, а где новый босс? Говорят, он не женат и никогда не был — трудоголик. Это как раз то, что я ищу, — коллега воинственно расправила плечи, выпятив вперёд впечатляющий бюст.

Ответить я не успела, так как передали, что меня вызывают. Наверное, даже хорошо, что я немного отвлеклась на Светку; она, хоть и легкомысленная, но совершенно безобидная и, в принципе, работу свою выполняет неплохо, хоть и говорит, что главная её цель в компании — найти для создания семьи достойного, состоятельного мужчину. Пока беседовала с ней я не думала о том, какой разговор у меня состоится, поэтому не успела себя накрутить и не нервничала.

— Садитесь, Юлия Владимировна, — кивнул из-за груды бумаг директор. В руках начальника я заметила свой отчет, мужчина вглядывался в него, а потом сверял данные с листами на столе.

— Просто Юлия, — ответила я, присаживаясь.

— Хорошо, Юлия, как скажете, — Андрей Владимирович отложил бумаги и впервые посмотрел на меня. — Сегодня я уже успел поговорить с другими сотрудниками вашего отдела закупок. А утром, как вы успели заметить, уволил вашего прямого руководителя. И хотя к вам у меня претензий нет, вы должны понимать, что так, как отдел работал ранее, он больше работать не сможет.

— Я понимаю, — кивнула. Мне и правда хотелось узнать, что он придумал. — Скажите, дело ведь не только в том, что нам нужно сократить расходы на закупки, чтобы помочь выбраться компании из долговой ямы?

— Нет, конечно, не только в этом, — Андрей Владимирович на секунду задумался. — Хотя, бюджет в эту сторону действительно придётся немного урезать. Но, естественно, не в ущерб качеству. Просматривая отчёты за последние два года, у меня вообще сложилось впечатление, что выбор поставщиков делался по принципу наименьшего сопротивления. Вы, как я понимаю, отвечали за расчёты фактически уже заключённых договоров. Никаких проблем в этой сфере я не вижу. Но и не могу оценить потенциал по основному направлению вашего отдела — поиску поставщиков и переговоров с ними. Я знаю, что вы уже давно метите на место начальника и я готов дать вам шанс проявить себя на ближайших двух-трёх сделках. Если докажете, что эта работа вам по зубам — место ваше, — и, не давая мне ничего вставить, продолжил: — Но предупреждаю, то же самое я сказал ещё двоим людям из вашей команды. Тем, чья работа у меня не вызвала нареканий. Так как я только принял управление, то убедите меня, что именно вы достойны этой должности.

— Спасибо, — я улыбнулась. Примерно такое развитие событий я и хотела увидеть. Было бы странно, если бы новая должность свалилась мне на голову без всякой проверки.

— Ну хорошо. Основной вопрос мы решили. Теперь задам ещё один, важный для меня, который я задавал каждому сотруднику. Как вы знаете, дела у фирмы идут не очень хорошо, и если ничего не сделать, самое большее — через полгода она попадёт под банкротство. У меня есть план антикризисного управления, но я хочу спросить, что вы лично посоветуете сделать, чтобы подняться из лужи долгов?

Я ненадолго задумалась; я всегда знала, что самый большой балласт в фирме — это её бывший начальник, несколько его приближённых, а также отсутствие должного контроля за сотрудниками и текучка. По сути, сегодня утром все эти проблемы утряслись в течение часа. И, как я успела заметить, все крупные проблемы, появившиеся из-за халатности, а вполне возможно и умысла, предыдущего руководства, уже решаются во всех направлениях. Что ещё можно посоветовать человеку, который так скрупулёзно продумывал план поднятия с колен компании, и профессионален в этом?

— Вы думали о новом государственном гранте из бюджета для судостроительных компаний? — я закинула удочку, не особо надеясь на удачу и оказалась права.

— Да, но он больше подходит для более крупных фирм. Мы же специализируемся в основном на выпуске запчастей и небольших пассажирских катеров, а также моторных лодок. Хотя заявку я на него уже подал.

Подал? Я удивлённо ещё раз посмотрела на нового начальника. Поразительно. Человек всего несколько дней как владелец фирмы и уже столько сделал.

— Тогда для срочного спасения компании у меня идей нет, — я улыбнулась. Иногда нужно признавать свои проигрыши.

И уже начала подниматься с кресла, чтобы уходить, когда меня настиг вопрос:

— Но по вашему голосу я могу предположить, что у вас всё же есть какие-то другие мысли... Я прав?

Я удивилась и села обратно. А он проницательный. И, кажется, дотошный. Что ж, попробую предложить свою идею:

— Вы не планировали воспользоваться льготой при уплате налогов?

Зелёные глаза на мгновение впали в задумчивость, а после вопросительно на меня уставились. Значит, услышал меня, но не понимает, к чему я веду.

— Я про то, что компании имеют право включать пожертвования в состав прочих расходов, уменьшающих базу по налогу на прибыль.

— Вы предлагаете ввязаться в какой-нибудь благотворительный проект?

— Лучше, — я позволила себе скупую улыбку. — Я предлагаю создать свой благотворительный проект.

— Денег нам за него не заплатят, — он усмехнулся.

— Зато он прибавит авторитета компании, — я возбуждённо начала рассказывать, боясь, что он даже не станет меня слушать, как это делало предыдущее руководство. — Да, на финансовой составляющей этот проект никак не отразится, но он может послужить хорошей рекламой для фирмы. Вдобавок… мы выделимся среди десятка подобных фирм, заказчик предпочтёт нас, зная, что часть его денег уйдет на благое дело.

— И в чём конкретно заключается ваш проект? Помощь приюту для животных? Больнице? Детскому дому?

— Детскому, — пискнула я.

Он вздохнул.

— Юлия, я всё понимаю, это очень душещипательно и даже благородно. Но мы живём в столице. Вы понимаете, что и здесь, и в ближайших регионах у приютов достаточно средств? Государство выделяет денег сполна. Плюс огромное количество компаний и частных лиц регулярно отсылают туда деньги, проводят праздники, организовывают путёвки детям, дарят дорогие подарки. Были бы мы на Дальнем Востоке, на Урале, ну, или даже в Сибири, возможно, пошёл бы другой разговор. Но здесь — даже самый малоизвестный приют получает достаточную финансовую поддержку. А отправлять деньги в другие регионы не представляется возможным условиями этой самой программы.

Я упрямо выдвинула подбородок.

— А вы думаете, что детям нужны именно новые игрушки? Подарки?

Вот тут брюнет посмотрел на меня заинтересованно.

— Ваша идея не в этом?

— Я сама бывшая воспитанница детского дома. Приёмные родители взяли меня, несмотря на то, что их стращали страшными диагнозами. Взяли пятилетнего ребёнка, росшего в семье пьяниц, не пугаясь того, что я кусалась и истерила вместо того, чтобы мило играть в куклы. Всё равно они забрали меня, хотя на тот момент сами были уже были очень не молоды и весьма не богаты. Мы жили в небольшой деревне Рязанской области, и так как меня удочерили, а не взяли под опеку, то никаких плюшек от государства ни мне, ни моим родителям не полагалось.* С детства в этой жизни мне пробиваться пришлось самой. Но знаете, что самое главное?

Андрей Владимирович, до этого внимательно слушавший такую личную историю, немного наклонил голову, ободряя меня говорить дальше.

— Что они меня взяли! Их отговаривали, а они меня всё равно взяли. И я смогла вырасти счастливым ребёнком. Понимаете? Ребёнку из детского дома не нужны подарки, не нужны путёвки и не нужны деньги. Ему нужны родители!

— И в чём же тогда состоит ваше предложение?

— Моё предложение состоит в том, чтобы составить базу данных на детей. С фото, видео-материалами. Рассказать о каждом и сделать должную рекламу, например, в соцсетях для того, чтобы те, кто никогда не думал об усыновлении, могли задуматься об этом. Вдобавок, если не хочется заниматься лично — есть множество фондов, которые помогают потенциальным приёмным родителям со сбором документов, предоставлением информации и с юридической помощью. Можно скооперироваться и отправлять им отснятые материалы.

Я замолчала, пытаясь отдышаться. Всё это я выпалила на одном дыхании, не смея поднять глаза на начальство. Я понимаю, это совсем не тот ответ, который он от меня ждал, но не сказать я не могла.

Некоторое время мужчина постукивал ручкой по столу, задумчиво глядя в стену.

— Это не совсем то, над чем компании нужно работать в первую очередь, — наконец, изрёк Андрей Владимирович. — Не скажу, что идея плохая, особенно, если правильно это подать. Оно могло бы стать своеобразной рекламой в определённых кругах, но этот проект явно потребует работы целой команды. Сейчас у нас нет возможности выделить столько людей. Но я вас услышал. Если ситуация изменится, я вам сообщу, Юлия.

Он вежливо улыбнулся, и я, кивнув в ответ, вышла в коридор.

Хотя бы попыталась. Нет, я знала, что компании не до этого, но протолкнуть идею очень хотелось. Тем более, это действительно благотворно бы сказалось на имидже компании.

Я давно хотела сделать что-то подобное, но моих сил крайне мало, а в подобных фондах люди работают на добровольной основе. Пока придётся продолжать грызть свой гранит поставщиков и надеяться, что когда-нибудь ситуация изменится. Тем более, я могу получить место начальника отдела.

Довольно тряхнула головой. Что ж, бывают в жизни огорчения, но это не повод опускать руки. Своё будущее мы создаём сами. А возможности ещё будут!

* Многие ошибочно думают, что те, кто усыновляют детей, делают это ради государственных льгот и разных плюшек. Это не так. Если ребёнок берётся под опеку, то государство выделяет деньги на его содержание. А если он усыновлён, то родители не только могут дать ему свою фамилию и отчество, но и несут полную материальную ответственность за ребёнка — точно так же, как за кровных детей. Никаких других выплат на усыновлённых или удочерённых детей на данный момент не предусмотрено. (прим.автора)

Глава 3 Андриан

Андриан

Я стоял около окна и хмуро смотрел в роскошный дворцовый сад.

Проклятие! Это всё же произошло.

— Ты опять недоволен, сын? — от дверей послышался голос монарха. — Ты сам выбрал этот путь, теперь дороги назад нет. Она приедет, и ты должен отдать предпочтение на отборе принцессе Исларии.

Я непроизвольно сжал кулаки. Почему я оказался таким глупцом? Если бы не мои действия, то сейчас бы король не сватал непонятную девицу, которая, по слухам, психически неуравновешенна и ужасно избалована.

— Отец, — голос звучал непривычно глухо, — а если... Если я помогу стране? Если я смогу избавиться от долгов перед Исларией?

— Андриан, — голос монарха прозвучал сухо и официально, — ты уже и так многое сделал, чтобы страна оказалась там, где сейчас. Ты женишься на Юлианне, и это не обсуждается. Я не поведу мой народ на войну, чтобы попытаться захватить земель и богатств. Мы никогда не покроем тот долг, в который ТЫ нас ввёл, — указательный палец отца уткнулся в мою грудь. А суровые, резко постаревшие за несколько последних лет глаза стали холодными и требовательными.

И я сдался:

— Как прикажешь.

Король выдохнул и, развернувшись, резко покинул покои. А я вернулся к окну.

Я не мог поступить иначе. Это из-за меня королевство в упадке. Это — моя вина. И сейчас моих знаний совершенно недостаточно, чтобы исправить ситуацию.

Повинуясь порыву, распахнул створки и вдохнул прохладный вечерний воздух.

Это помогло. Я почувствовал, как мысли проясняются и сворачивают в привычное русло.

Страна на грани разорения. Магические резервы пусты. Сокровищница тоже. Денег у населения нет. А что есть?

Я подлетел к письменному столу и схватился за перо. Должен найтись способ всё исправить! Должен! Я узнаю так много, как только смогу.

Однако для этого мне понадобится время, а у меня его нет. Безумно глупое и расточительное мероприятие с отбором невест, да ещё тогда, когда в стране может начаться голод. Есть только один выход пойти против воли отца, но при этом за неповиновение не попасть в ссылку на границу, а остаться тут и исправить то, что я, Андриан, натворил.

Девушки — и в первую очередь Юлианна, должны сами от меня отказаться.

Глава 4 Неудачное знакомство

Юлианна

— Ваше Высочество, мы приехали!

— Что? — от неудобного сидения в карете перед глазами всё немного кружилось. Я оторвала голову от мягкой подушки и выпрямилась до хруста. Очень хотелось поразмять затёкшую шею, но я не позволила себе такой роскоши. Не при фрейлинах и даже не при горничных.

Завертела головой, пытаясь сбросить остатки сна. Очень, кстати, странного сна. Если бы у меня оставалось больше времени, я бы, может, больше об этом подумала.Но времени катастрофически не хватало, поэтому я пару раз моргнула, прогоняя остатки сонливости, и благожелательно улыбнулась. И только затем вылезла из кареты. Все эти движения казались настолько привычными, и я порадовалась тому, что уроки этикета, вколачиваемые годами в венценосную голову, не прошли бесследно.

Я выпорхнула из кареты словно птичка — невесомая и грациозная и, не доходя до своей охраны всего пару шагов, застыла величественной статуей. В эту же секунду, словно по команде стражники расступились, являя мне и моим фрейлинам наших встречающих.

Что сказать... Флорентия постаралась произвести на нас впечатление. Кроме стандартной красной дорожки, здесь, похоже, собралась вся местная знать. От баронов и графов до герцогов. А посреди них одинокой звездой стоял принц.

Его я узнала сразу — те же тёмные, чуть вьющиеся волосы, зелёные пронзительные глаза, правда, лицо казалось немного юным. С другой стороны, не всем же в двадцать пять — двадцать семь лет выглядеть возмужавшими.

Он до сих пор напоминал того паренька, которого я видела в детстве, и с которым мы уже когда-то встречались. Тогда два благородных отпрыска передрались из-за маленького щенка. Оба привыкли ни в чём никому не уступать, поэтому в ход пошли локти, кулаки и даже зубы. С тех пор я Андриана больше не видела, про него только слухи долетали — один другого страшнее. И бабник-то он, и женоненавистник (вот тут мои новые мозги возмутились нестыковке, правда, раньше мне она не бросалась в глаза). В общем, ничего хорошего про Андриана я не слышала. И вот, встретились. А ещё... Его внешность мне кого-то очень сильно напоминала. Того, кого я видела буквально недавно. Но мысль ускользала, не успевая закрепиться в голове.

Отбросив всё лишнее, сделала церемониальный реверанс.

— Ваше Высочество, рада встрече. Очень любезно с вашей стороны приветствовать меня.

Принц только кивнул, окинув меня равнодушным взглядом, а потом развернулся и широким жестом руки показал, чтобы я следовала за ним.

Хм... А мог бы хоть что-нибудь сказать. Как-никак, невесту встречает. Ладно, на данный момент, одну из... Но это только формальности.

— Могу я выразить почтение вашему батюшке, Его Величеству Филиппу Второму?

Юноша поджал губы, явно не желая отвечать. Он посмотрел по сторонам, прикидывая, кому поручить общение со мной, но никого подходящего не нашёл, поэтому снизошёл до ответа:

— Позже.

Я постаралась вежливо улыбнуться, при том что хотелось поднять брови и поинтересоваться, чем это я заслужила подобное пренебрежение.

— У вас очень красивый дворец, — постаралась опять воззвать к его чувству такта. Моя душа трепыхалась, требуя развернуться и покинуть сей объект. Какой смысл навязываться, если твоё общество явно нежеланное? Но гордость за страну, которую я представляла, все же победила, и я решительно настроилась проявлять дипломатичность. — Могу я рассчитывать на экскурсию по залам?

— Да, я попрошу кого-нибудь из слуг, — кивнул принц. — Они же отведут вас в предоставленные покои.

Тут уж я затормозила пятками по гладкой половой плитке, создав просто убийственный скрежет. Прости, Юлианна, но это — дело чести.

— Слуг, значит? — прищурившись, я наблюдала за реакцией принца.

Кажется, то, что он смог вывести меня на эмоции, Андриана весьма обрадовало. Глаза загорелись, на лице появилась еле заметная ухмылка, и он подчёркнуто вежливо кивнул.

— Именно так, Ваше Высочество. Отбор начнётся завтра, не опаздывайте.

С этими словами принц развернулся и зашагал прочь. Я мысленно кинула ему вдогонку туфлю, а когда меня всё же соблаговолили проводить до комнаты, раздражённо скинула обувь и начала метаться по покоям словно фурия.

И вот за этого грубияна я должна выйти замуж?! Не бывать этому! Если я ещё надеялась разузнать обстановку и договориться с ним по-человечески (в конце концов, неужели он не понимает, что этот брак не выгоден нам обоим?), то сейчас я была готова придушить любое намерение принца в сторону женитьбы.

Я ему не достанусь!

***

Андриан

Младший брат порывисто зашёл в комнату и застыл передо мной, убрав руки в карманы брюк.

— Чтобы ещё раз я пошёл у тебя на поводу!

— Получилось? — меня интересовал только результат. — Что ты о ней скажешь?

— Важно, не что я скажу о ней, а что она о тебе подумает!

— Не понял, — я нахмурился. — Я же хотел, чтобы ты посмотрел на её поведение и реакцию в нестандартной ситуации. Ты молчал, как я тебя просил?

— Эммм, нет, но я грубил, — брат самодовольно выставил вперёд подбородок.

Я смачно хлопнул себя по лбу. Идиот! Зачем он ей грубил? Я, конечно, думал, что это может понадобиться, но...

— Теперь она подумает, что мой младший брат — невоспитанный болван.

— Почему младший брат? — Фред усмехнулся. — Она думает, что её жених — невоспитанный болван.

— Что? — я от удивления даже приподнялся с кресла.

— Я ей не сказал, что я — не принц Андриан. Как и не говорил обратного, но она сама сделала выводы, — братец самодовольно улыбнулся. — Так что тебе придётся объяснять, почему не встретил её сам, а отправил вместо себя подмену.

— Кретин, — подтвердил я, смеясь. Конечно, теперь Юлианна считает меня последним негодяем, но моя репутация и так испорчена хуже некуда. Поэтому если к характеристике, которую я так долго и упорно создавал, пусть и неосознанно, добавится ещё и «грубиян», то хуже уже не будет. Мне самому претили подобные методы, но жениться на избалованной, капризной девчонке, отец которой давно положил глаз на Флорентию? Ни за что!

— Как она отреагировала? Закатила скандал?

— Да я бы не сказал. Я вообще не заметил той самой избалованности, хотя, возможно, это просто вышколенное воспитание. Сам посуди, — брат развалился в соседнем кресле и потянул руку к кувшину с моим любимым гранатовым соком, — она рассердилась, когда я отказался показать ей дворец и отправил к слугам. Однако выразила свой протест единственным встречным вопросом: «Слуг, значит?» — передразнил он Её Высочество. — Если она и хотела выдрать мне пару клоков волос, то хотела это молча.

— Ты что? — я не верил своим ушам. Отправил к слугам? Жестоко! Я посмотрел на брата и подумал, что мальчишка растёт моей копией. Сейчас, пока он ещё молодой, это не настолько отвратительно, скорее забавно, но пройдёт время, и его проделки перестанут выглядеть весёлыми или лишь немного нетактичными, как и случилось со мной. Если отцу всё равно, то тогда придётся мне ещё и этого щенка переучивать... Главное, отвязаться от невесты. — Я понял, ты создал образ плохого парня, и она разозлилась. Что ж, такая реакция лучше, чем истерика или слёзы. Может у меня получится сделать так, чтобы она уехала обратно домой.

— Это будет весело! — парень довольно сощурился, за что получил от меня подзатыльник. — Ай, за что?!

— За то, что грубил гостье, — отрезал я. — Это не тебя на ней женят, и твоё поведение выглядит как минимум странно. Завтра она узнаёт, что Андриан — это я, а ты так и останешься в её глазах козлом.

— Одним козлом больше, одним меньше — какая разница? — проворчал Фред.

— Ты — сын короля, а не дворовая шавка, — сказал я. — Так соответствуй.

— Пфф, а сам-то когда последний раз соответствовал?

— Никогда, — признался я.

А что скрывать, если это правда? Самый первый козёл здесь — это я. Сначала я планировал с ней просто поговорить, договориться об отмене свадьбы, поэтому и послал Фреда проверить, насколько она адекватна, чтобы понять, какую стратегию разговора выбрать. Но может созданный братом образ мне поможет? В будущем я не намерен продолжать вести себя подобным образом, пора взрослеть мальчику и брать ответственность. А я этого пока не умею... поэтому обратился к брату:

— Но всё изменится, и ты тоже изменишься, иначе я заставлю тебя руками чистить конюшни.

Фред запрокинул голову и рассмеялся. Он встал с кресла и похлопал меня по плечу, чтобы, продолжая смеяться, уйти к себе. Но я-то знал, что не шучу. Погоди, братец, и за тебя возьмусь. Ещё есть шанс сделать из тебя человека, а не дерьмо собачье.

И я буду не я, если не попытаюсь исправить хоть это.

Глава 5 Похороны кофемашины

Юля Косыгина

Будильник вырвал меня из царства Морфея, и пришлось резко вскочить.

Господи! Приснится же такое! Если это не признак шизофрении, то что? Я внимательно осмотрела свою комнату, боясь обнаружить следы лунатизма. Вдруг, я вставала ночью и с косой на плечах ходила по соседям, а потом варила суп из невинных котят?

Но нет, всё выглядело вполне буднично. Крови невинных младенцев тоже не наблюдалось... Я села на кровати и пару раз встряхнула головой. Может, мне к врачу сходить? А к какому? К психиатру?

Ладно, подумаем об этом позже... Сейчас пора на работу. У меня грандиозные планы на грядущие пару недель!

Я не стала затягивать время и побежала на кухню. По дороге запнулась о край ковра и рухнула на мягкий ворс. Когда поднималась, ударилась затылком об стол. Челюсти громко клацнули.

Но и это не испортило моего настроения! Потерев многострадальный затылок, я поскакала вливать в свой организм порцию ароматного кофе. Те, кто не любит кофе — они вообще, нормальные?! Как можно не любить этот ароматный, сногсшибательный напиток богов? Нет, я решительно не понимаю!

Заглянула в небольшой холодильник, надеясь на чудо. Чуда не произошло — холодильник сиял почти девственной чистотой. На предпоследней полке одиноко доживали свой век полузасохший кусок сыра и пара кружочков колбасы в плёнке. Понюхала. Что сказать... В принципе, если разогреть в микроволновке, то есть подвергнуть термической обработке, то получится вкусно и съедобно... Наверное.

Нашла лежалый, но ещё живой хлеб, так что бутерброд получился почти идеальным. Кофе — выше всяких похвал, а ещё я заела скромный завтрак шоколадкой, так что осталась вполне довольна.

И нет, я совсем не бедствую. В нашей компании платят не так уж и мало, хотя и не столько, сколько мне бы хотелось. Другое дело — куда я всë трачу. Но ещё годика два подобной самодисциплины, и я смогу досрочно погасить ипотеку за эту квартиру, которую брала на целых двадцать лет! А если получу место начальника отдела, то и за год управлюсь! Круто? Ещё как! А потом уже и хлебушек можно подороже, и маслица на этот хлебушек прикупить. А пока семьи нет — я пользуюсь моментом.

Собрала волосы в высокий хвост и удовлетворённо посмотрелась в зеркало. Волосы в рассветном солнце отливали жидким золотом. Хоть что-то у меня красивое. Жаль, что прямые... Прямые, как палка. А вот у Юлианны — тугие кудряшки.

Резко помотала головой. Так, стоп! С этими глюками пора заканчивать. Нет никакой Юлианны. Нет и никогда не было. А то, что мне снится... Скорее всего просто приключений в жизни не хватает. С кем не бывает?

Быстро собралась и вылетела из дома прямо в начинающуюся небольшую метель. А уже через полчаса зашла в офис и устремилась прямиком к кофемашинке. Кофе дома я, конечно, выпила, но никто же не запрещает выпить ещё и на работе, верно? Мне нужно немного взбодриться и привести мысли в порядок.

— Нет, нет, нет!!! — я резво подскочила к старушке, бросив сумку на ближайший стул. — Какой идиот включил вспениватель молока без воды в баке?

Все в нашем коллективе знают, что аппарат не отключится при отсутствии воды, у него эта функция безвозвратно сломалась ещё года два назад и он начнёт нагреваться, пока не сгорит. И вот теперь из драгоценной кофемашины, которая верой и правдой обслуживала весь офис, валил густой дым. На моих глазах погибал практически талисман этого места!

— По правде сказать, это я, — послышался голос позади.

Я с самым разъярённым выражением лица развернулась на каблуках. Ну, задам сейчас этому убийце техники!

— Ой, здрасьте, Андрей Владимирович, — я резко сменила боевой настрой. — А вы уже тут, да?

— Да, я пришёл сегодня пораньше, много дел в офисе, и, к несчастью, попробовал по вашему совету приготовить кофе. Но, видимо, я и местная техника — несовместимы...

Новый начальник виновато улыбался и теребил волосы на затылке. Поразительно, сейчас он не выглядел так внушительно и страшно, как в тот момент, когда распекал зажравшихся работников нашей компании.

— Вы думаете, её можно починить? — он с надеждой заглянул мне в глаза.

Я грустно потрогала останки некогда счастливой и работающей кофемашины. Если её и можно воскресить, то только чудом. С неба. Других вариантов нет.

Мужчина всё понял по моему лицу. Он посмотрел на часы на руке и поинтересовался:

— Юлия... Юлия же, правильно? Может, вы меня выручите? Не хочу для нового коллектива выглядеть полным болваном, который лишил их ароматного кофе.

— И что вы предлагаете? — я недоуменно на него уставилась.

— Давайте мы старушку аккуратно похороним на ближайшей помойк... мусорке... И максимально быстро съездим в ближайший магазин бытовой техники. А вы пообещаете никому не рассказывать об этом акте вандализма...

Я скептически подняла бровь.

— Мы не успеем до начала рабочего дня.

— Значит, вы согласны? — он довольно улыбнулся и скрылся в своём кабинете, чтобы через минуту вернуться с огромной картонной коробкой.

Мы быстро погрузили туда сломанную технику и направились на выход. По дороге я приоткрыла пару окон, чтобы проветрить помещение от дыма и запаха гари. Как раз ветер утих и снег перестал падать, не наметёт. Это нам ещё повезло, что пожарная сигнализация не сработала.

Старую кофемашину Андрей Владимирович со всеми почестями опустил в мусорный бак и вернулся к машине. Я улыбнулась. Забавно, что он не просто её туда закинул, а аккуратно поставил, будто чувствовал перед старушкой вину. Да и мне было жалко технику. Такое ощущение, что вместе с ней уходит целый этап моей собственной жизни. Хотя, может, это просто сантименты...

Андрей Владимирович сел за руль своего чёрного внедорожника, и в машине мгновенно закончилось свободное пространство. Нет, мужчина не выглядел толстым, но мне вдруг стало неуютно сидеть с ним вот так рядом, на расстоянии вытянутой руки. Я постаралась отвлечься от созерцания точёного профиля, чтобы он не подумал, будто я на него пялюсь, и уставилась в окно.

— Здесь недалеко есть неплохой магазин, где большой выбор кофемашин, — тем временем вещал директор. Он вывернул со стоянки и направил железного коня по дороге.

Запоздало пришла мысль, что никто не знает, куда мы поехали, так что ничто ему не мешает увезти меня в лес и принести там в жертву. Но, похоже, подобные бредни крутились только в моей голове, так как буквально через пару минут мы затормозили перед самым стандартным торговым центром. А ещё, несколько минут спустя входили в самый обыкновенный большой магазин бытовой техники.

Директор быстрым шагом прошёл мимо ряда стеллажей, безошибочно определив, куда нам нужно. На мой немой вопрос, куда мы идём, он так же молча указал на светящуюся табличку под потолком: «Кофемашины». Хм... Что ж, логично.

Я постояла, посмотрела на выставленные агрегаты, зависла над разглядыванием цен и не заметила, как к нам присоединился консультант и что-то активно начал обсуждать с начальником.

— Посмотрите на эту модель, — разливался соловьём молодой человек, — она может одновременно делать две чашки кофе, имеет встроенный капучинатор, кофемолку, автоматическую очистку. Корпус выполнен из высокопрочного пластика и нержавеющей стали. Поверьте, такая машина обязательно придётся по вкусу вашей девушке, правда же? — консультант преданно заглянул мне в глаза.

Я мгновенно вспыхнула и отвела взгляд.

— Юлия Владимировна, — обратился ко мне начальник, опять назвав меня полным именем, — что думаете насчёт этой модели?

На фоне послышалось неловкое покашливание консультанта, а я смутилась ещё больше.

— А как вам эта? — неуверенно ткнула вниз — туда, где разместилась кофемашина попроще, отечественного производства. — Она дешевле в два раза, но характеристики практически один в один, как у предыдущей.

Андрей Владимирович присел на корточки и с интересом глянул на предложенную модель.

— Мне кажется, или старушка была этой же марки?

— Ага, — я кивнула. — И проблем с ней не наблюдалось очень долго.

Мужчина кивнул и уверенно обратился к консультанту:

— Мы берём её.

Тот поджал губы.

— Пойду принесу со склада запечатанную коробку.

Бедняга, наверняка, за продажу более дорогих моделей полагаются премии...

Мой начальник поднялся и довольно потянулся.

— Как мы быстро управились. По правде сказать, я думал, что придётся полгорода объездить в поисках чего-то подходящего.

— Да и деньги компании сэкономили, — поддакнула я довольно.

— Компании? — удивился мужчина. — Нет, почему? Я её сломал — мне и платить.

— О, — я смутилась и улыбнулась. — Тогда тем более хорошо — подобные покупки плохо отображаются на бюджете.

— Благодаря вам я неплохо сэкономил, — вернул мне улыбку мужчина, подходя к кассе. — Кстати, у нас есть ещё немного времени. Можем перекусить. Вы завтракали?

Я кивнула, вспомнив полуживой бутерброд у себя дома, а мой желудок отозвался истошной серенадой из недр организма. Предатель.

Видимо, эти звуки, вкупе с моим кивком, распознали как согласие на завтрак, и Андрей Владимирович начал увлечённо предлагать небольшие кафетерии в данном торговом центре.

Я мрачно выслушала похвалу «нежнейшим сырникам» в ресторанчике напротив и мысленно распрощалась с досрочным платежом по ипотеке в этом месяце. Если человек с утра пораньше может вывалить фигову сумму денег на кофемашину для целого офиса, то представляю, какие расценки в этом самом «ресторанчике».

— А может, по шаурме? — неуверенно предложила я, тыкнув пальцем в сторону выхода. Там как раз стоял ларёк, где изготавливали данный деликатес.

— Вы любите шаурму? — он удивлённо поднял брови, а я радостно кивнула, про себя добавив, что не только я, но и мой кошелёк.

Думала, что начальник немедленно сморщит нос и отправит меня со своей шаурмой куда подальше. Но он только шире улыбнулся и, подхватив тяжеленную коробку с кофемашиной, широким шагом направился на выход.

Я вприпрыжку поскакала следом. Деньги, денежки, я вас сохранила! Будет мне моя ипотека, будет!

Вопреки опасениям, человек, гоняющий на дорогущем джипе, доброжелательно поболтал с продавцом в ларьке, который завернул одну шаурму для: «ты мой брат, отвечаю», а вторую для: «это твоей красавице, ах, если бы я был не женат!» Я полезла за своим кошельком, но мне его суровым взглядом чуть ли не запихнули в одно неприличное место. Вместо этого всунули в руки пакетики с шаурмой, два стакана с чаем и велели двигаться к машине.

Сам же мужчина тащил нашу новую рабочую лошадку по производству эликсира жизни для офиса.

Едва только уселись в машину и тронулись, как я протянула шаурму водителю.

— А я не думала, что вы едите подобное, — призналась честно.

— Дело не в этом, — он с удовольствием вонзил зубы в лаваш, уверенно ведя машину одной рукой. — Просто далеко не везде она вкусная. Вот рядом с моим домом шаурма такая, что просто закачаешься, я даже спросил как-то раз рецепт и теперь частенько делаю себе, когда не лень готовить.

Я благоразумно промолчала, решив не говорить, что мне лень готовить ровным счётом всегда.

Мы ещё немного доброжелательно поболтали и, зайдя в офис, разошлись по своим рабочим местам. Краем глаза я заметила, как Андрей Владимирович устанавливает кофемашину, а потом трансформируется в сурового босса.

Я почла за лучшее вернуться к работе. Шаурма шаурмой, а место начальника отдела само себя не приготовит и соусом денежек не заправится...

****

— Юля... Юль! — Света потрясла меня за плечо. — Ты что, заснула?!

Я резко вскинула голову и огляделась. Неужели я спала? В офисе? Прямо на работе? С ужасом посмотрела на время — 15:47.

Последнее, что помню — это как в час все пошли на обед, а я решила ненадолго закрыть глаза, чтобы дать им отдохнуть...

— Мама дорогая! Что же ты меня не разбудила?! — накинулась я на ни в чём неповинную Светку.

— Да я как-то и не заметила, что ты спала, — она пожала плечами. — Ты всё время сидишь в этих своих отчётах, головы никогда лишний раз не поднимешь, не буду же я проверять, работаешь ли ты, как и всегда, или решила вздремнуть.

Я растерянно провела рукой по лицу. Никогда... Никогда я не спала на рабочем месте... И всегда подобное осуждала...

Ой, а у меня же ещё дела не доделаны... Я собиралась звонить в небольшую контору, производящую заклёпки для бортов. Те, что мы закупали до этого, не отличались изумительным качеством, но стоили, как весь моторный отсек. Я посчитала, что на одних заклёпках можно сэкономить не меньше пяти процентов от суммы на закупочный материал. Мы с поставщиками вчера весь день списывались и сегодня должны были сделать контрольный звонок. Вот овца! Они же ждут!

Я судорожно схватилась за телефон, а приятельница между тем накрутила каштановый локон на палец, явно о чём-то думая. Вот у кого шикарные кудри, совсем как...

Погодите-ка... Я застыла с трубкой в руках. Я же только что спала! Спала! И никаких Юлианн не видела! Значит, вылечилась! Прошли глюки! Юхуу!!! Я так и знала, что всё это бред собачий! Спала же? Спала! И что? И ничего!

Я так обрадовалась, что не знала, куда себя деть от счастья.

Мое ликование прервал голос Светки:

— А ещё он просил тебя потом к нему зайти...

— Кого? — не поняла я. — В смысле, кто? Я не расслышала... Кто что просил?

— Начальник наш, — она мотнула головой, недовольная тем, что я до этого проигнорировала её слова. — Говорю же, он просил тебя к нему зайти, как проснёшься.

— Он... Что? — от страха я покрылась липким потом. — Он что, видел, как я спала?!

— Ну да, — сослуживица пожала плечами. — Если бы не он, я бы и не заметила. Он подошёл к тебе что-то спросить, а ты дрыхнешь. Ну, он тогда попросил тебя не будить, но потом передать, что ждёт...

Я схватилась за голову. Ну всё, приплыли. Прощай, место начальника отдела, прощай, моя работа. Здравствуй, нищета и полуголодное существование... Такой суровый босс, может, и не наорёт на меня, как на наших ленивых толстосумов, уволенных пару дней назад, но выставит безо всяких проблем. Он явно умеет разделять личные и рабочие отношения. Если решит, что работник я не очень — уволит и не поморщится.

Я обречённо встала, сгорбившись в три погибели, и могильным голосом попросила:

— Свет, а Свет... Ты это... Кофе мне сделай, пожалуйста. Мне оно понадобится...

— Ладно, — девушка явно не разделяла моего упаднического настроения. Подумаешь, заснула, с кем не бывает? У неё вообще всё просто в жизни. Мне кажется, если бы даже её уволили, то она бы не сильно расстроилась, приняв этот этап жизни за очередное приключение...

Но не я — у меня синдром отличницы, выросший из одинокого детства, и заботливо мною поливаемый и удобряемый на протяжении всей жизни. Он никогда не давал расслабиться...

— Андрей Владимирович, вызывали? — я приоткрыла стеклянную дверь и, не поднимая глаз, застыла на пороге.

— Да, Юлия, проходите, — я всё же кинула взгляд на мужчину в кресле, но он на меня не смотрел — уткнулся в экран компьютера, так что лишь кивнул подбородком мне на кресло, умудрившись не оторвать от монитора глаз.

Я села на самый краешек и выпрямила спину, застыв как испуганный сурикат. «Деревья умирают стоя», — говорила моя школьная подружка, когда её за очередную проделку вызывали к директору. Вот и меня сейчас заполнило подобное чувство.

— Юлия Владимировна, — повторил он, — вы знакомы с владельцем небольшой компании "Окен-клеп"? Они производят заклёпки для катеров.

Я непонимающе похлопала глазами.

— Да, я вчера с ними переписывалась, а сегодня планировала созвониться, просто не успела... Дело в том, что...

— Они сами мне позвонили, — прервал он, — и мы уже составляем договор на сотрудничество. Директор передал, — тут его губы чуть дрогнули в еле заметной улыбке, — что Юлия Владимировна вчера весь день с ними общалась и сегодня обещала позвонить. Что они ждали, ждали, а в итоге сами нашли наш телефон и связались со мной.

Я покрылась красными пятнами.

— Да, тут такое дело...

— Вы возьмёте на себя этого поставщика и подготовку всех договоров с ним? — опять не дал он мне договорить. — И проверьте, можем ли мы разорвать контакт с предыдущим...

— Да, я это уже проверила, — я не верила своему счастью... Меня что, не увольняют? Но он же видел, как я дрыхла на рабочем месте! — Наш контракт как раз заканчивается в этом месяце, так что никаких санкций не последует. О, Андрей Владимирович, я ещё вам не присылала свои расчёты. Сейчас я дойду до компьютера и всё скину, — я засуетилась, вскочила со стула, жалея, что не взяла с собой никаких документов и теперь сижу тут с пустыми руками. Понимание, что меня не уволят, придало адреналина, и мне срочно требовалось его выплеснуть. — "Окен-клеп" — отечественная компания, менее раскрученная, но качество у них даже лучше того материала, что нам до сих пор поставляют. Я уже провела расчёты — мы могли бы на нашей модели синего катера, на одних только заклёпках, сэкономить пять процентов на изготовлении. Как же его... «Каравелла» который... А на моторной лодке «Зефир» — три с половиной процента. Я вчера сделала подробные расчёты... Так, сейчас...

Я уже почти добежала до двери, как меня окликнул новый босс:

— Юлия!

— Да? — я сфокусировала на нём мутный взгляд.

— Хорошая работа, — он ободряюще улыбнулся. — Продолжайте в том же духе.

Я расцвела в ответной улыбке, намного шире, чем у него.

— Спасибо, Андрей Владимирович!

А потом вылетела из кабинета на крыльях счастья и эйфории. Схватила идущую навстречу Светку с чашкой кофе и закружила по офису. Коллеги посмотрели на меня, как на ненормальную. Но мне не было до этого никакого дела. Меня похвалили! Не поругали, не уволили, а похвалили!!! Я крутая!!! Я остаюсь!!! А может, ещё и начальником отдела стану! Держись, моя ипотека, недолго тебе осталось!!!

В этот день я прискакала домой как счастливый сайгак и, приняв ароматную ванну с пеной, с наслаждением плюхнулась в объятия кровати. Счастье есть в этой жизни! И на работе иду к своей цели, и глюки закончились!

Только я успела погрузиться в объятия Морфея, как на задворках сознания услышала окрик:

— Ваше Высочество!

— Ну вот, опять! — обречённо простонала и накрыла голову подушкой...

Глава 6 Внимание, принцесса Исларии!

— Ваше Высочество, просыпайтесь! — Аурелия склонилась надо мной и легонько трясла за плечо.

Я сонно приоткрыла один глаз и недовольно воззрилась на горничную. Интересно, если подобное продолжится и дальше, я не умру от недостатка сна? Я, конечно, не чувствую себя уставшей, но мало ли...

— О, миледи, слава Всевышнему, вы очнулись! — горничная облегчённо села на пуфик рядом с кроватью. — Я уже хотела бежать за лекарем!

— А в чём дело? — недовольно проскрипела я, натягивая одеяло на голову. Как же хотелось почувствовать себя спящей! Днём же в офисе получилось!

— Вы не просыпались! Я звала, звала, даже пришлось вас потрясти немного.

— Вот спасибо! — пробурчала из недр одеяла.

— Ваше Высочество, — она, вроде как, и не чувствовала никакой вины! Наоборот, похоже выглядела вполне счастливой от того, что меня добудилась, — вам нужно собираться, сегодня первый этап состязаний. Точнее, сначала официальное знакомство с женихом, ой, то есть принцем, а потом назначат состязания с другими претендентками.

— Чушь собачья, — проворчала я так, чтобы меня не услышали. Сейчас, в отличие от прошлого пробуждения, я чувствовала себя именно Юлей. Прагматичной, максимально земной и вообще не принцессой. Какая же это дикость — выставлять девушку, словно на торгах! Понравится, не понравится. Кому я не понравлюсь — милости прошу на выход!

Хм! А это же идея!

Я резко села и спустила ноги с кровати. Мой план до этого момента не отличался сложностями: найти Андриана и пообщаться с ним, как с существом разумным. Найти слабые точки, на которые можно надавить, объяснить, что я ему не пара. Но наше вчерашнее знакомство... (Это же произошло вчера? Или, если считать день в офисе, как будто и позавчера...) В общем, теперь я сильно сомневалась, что он адекватен настолько, чтобы понимать чужую речь.

А значит, что?

А значит, нужно найти другой способ заставить принца отказаться от помолвки, которая практически уже состоялась.

Необходимо провалить все испытания! Ну и что, что они больше для проформы... Здесь соберутся самые сливки общества, захотят понаблюдать за нами. Если наследный принц Флорентии выберет самую неудачливую и бестолковую претендентку, разве это уц2не покажется для них странным? Мало того, такой союз может вызвать осуждение в высших кругах. А Флорентия — это вам не Ислария. Они не настолько могущественны, чтобы плевать на общественное мнение. А вот моя страна — настолько, могу себе позволить. Меня и так с руками и ногами любой другой принц оторвёт. К сожалению.

Только сделать надо всё изящно, чтобы комар носа не подточил. Тут мне характер Юлианны очень кстати пригодится! Что может быть лучше истеричной, взбалмошной и ни на что не годной девицы?

Я с удовольствием встала и потянулась. Вот, и утро уже доброе, и день пригожий.

— Аурелия, — я посмотрела на горничную, — а я тебе говорила, что ты очень симпатичная?

Девушка, которая несла мой завтрак, аж споткнулась от неожиданности. Стакан с молоком на подносе дёрнулся, и часть содержимого расплескалась во все стороны, намочив печенье.

— Н-нет... — неуверенно протянула она.

— Очень красивая, — припечатала я её и пошла умываться. Может, я и сумасшедшая, раз живу на две жизни, но, как говорится, всё, что ни делается, всё к лучшему. А может, к психиатрической клинике, кто ж знает? Главное — у меня теперь есть план.

Я умыла лицо: сначала тёплой водой, потом ледяной, и посмотрела на себя в зеркало. Хм...

— Аурелия, а где-нибудь неподалёку можно найти местный рынок? Мне нужно, чтобы ты кое-что для меня приобрела.

— Рынок? — девушка, кажется, удивилась. — Да, миледи, дворец находится в столице, недалеко от рыночной площади, я могу сама сходить, после того, как подготовлю вас, или же могу попросить дворцовую прислугу.

— Хм... Доставка? Отлично, — я вернулась в комнату, подошла к письменному столу. Взяла в руки гусиное перо. Ручки им, что ли, здесь изобрести? Я могла бы озолотиться на подобном! Написала пару строк на листе бумаги и передала горничной. — Пусть доставят это в мои покои. Деньги... — я ненадолго задумалась и полезла в один из своих дорожных чемоданов. — Деньги возьмёте из моих запасов.

Я выудила из глубин небольшой мешок с монетами, мысленно прикинула стоимость того, что мне нужно, и дала чуть с запасом.

— Только постарайтесь ничего не забыть.

— Но... — Аурелия недоумённо переводила взгляд с листка на меня, а затем обратно. — Ваше высочество, вы уверены, что вам всё это нужно?

— Сомневаешься? — я подняла тонкую бровь на лице. В этой жизни я умела командовать, надо бы этот навык запомнить и обязательно в другой жизни применить, если, конечно, другая жизнь ещё когда-нибудь мне приснится..

Суровый голос возымел действие, и девушка благоразумно решила не спорить. Она заплела мне волосы, помогла надеть платье и даже коротко объяснила, куда именно нужно идти.

От сопровождения я отказалась, а потому выплыла из комнаты и уверенно, в полном одиночестве пошла навстречу своей судьбе, надеюсь, максимально свободной от всяких принцев.

Двустворчатые двери столовой распахнулись прямо перед моим носом, и я внезапно предстала перед многочисленным собранием, где, похоже, ждали только меня.

— Принцесса Юлианна Исларская! — громыхнуло под потолком.

Задрав подбородок повыше, я поплыла ближе к столу. Почему я никогда раньше не замечала, что Юлианна, то есть я, близорука? То, что близорука Юлька Косыгина, я и так знала, но, оказывается, сейчас вместе с её мозгами у меня и её зрение.

Все, сидящие за столом, не то чтобы совсем не различались, но, скорее, расплывались. Я могла понять где расположились женщины — по пышным и цветастым платьям, а где представители сильного пола. Но вот дальше... Кто из них король?

На одну секунду я замешкалась, затем уверенно зашагала к месту во главе стола, здраво рассудив, что наверняка там и сидит тот, кто мне нужен.

Но чем ближе я подходила, тем больше меня начинали терзать сомнения. В торце стола сидел грузный, потный и неопрятный мужчина неопределённого возраста и весьма заросшей внешности. Он даже не встал поприветствовать меня, как другие молодые люди, а пытался так же, как и я, сфокусировать свой взгляд.

Боковым зрением я оглядела зал и заметила с другого конца стола точно такое же высокое кресло с точно такой же высокой спинкой, только занимал его моложавый бравый мужчина с залихватски подкрученными усами. А рядом стоял мой недожених, теперь я могла это разглядеть. Выхватив его взглядом, я воспряла духом.

Пара секунд ушли на метания и, мысленно перекрестившись и пожелав себе удачи, я резко развернулась и направилась прямо в противоположную сторону.

Стол тянулся бесконечно длинно, а музыканты с моим появлением остановились и замолчали, так что свой зигзагообразный променад пришлось совершать в полной тишине. Только каблучки на моих туфельках задорно и весело стучали по паркету. Тук-тук-тук.

Господи, стыдно-то как!

Я почти дошла до своей цели, которую мысленно окрестила: «генерал-хоть-бы-реально-король», как резко затормозила, когда проходила мимо принца.

Глава 7 Два принца

— Ваше Высочество! — громко, с чувством, с расстановкой, будто читаю стихи на утреннике, обратилась я к парню, окончательно утвердившись в догадке, что мальчишка, который начал стремительно покрываться красными пятнами, еще слишком молод. — Я не имела чести быть представленной вашему отцу, многоуважаемому и мудрому королю Флорентии Его Величеству Филиппу Второму, так что не могли бы вы исправить это досадное недоразумение и представить нас друг другу?

В столовой, в которой и до этого никто не разговаривал, повисла просто оглушительная тишина. Из ярко-красного мой недожених налился бордовым цветом и затравленно посмотрел на другую сторону стола. Вот так-то, милый, теперь выкручивайся сам как знаешь. Это моя маленькая месть за холодный приём. Действительно, я же честная и приличная девушка, не могу же я сама, по своему хотению, подойти к королю? Нет, теоретически, я и сама принцесса, причём, более могущественной державы, и мне бы никто не сделал замечания, но сегодня есть резон последовать суровой букве дворцового этикета.

— Я вас познакомлю, — раздался голос чуть правее от моего плеча. Как раз оттуда, куда так отчаянно косился юный принц. — Отец, позволь представить тебе принцессу Юлианну Исларскую, дочь Его Величества Линсона Пятого и мою четвёртую невесту.

Я несколько подавилась слюнями и ошарашенно обернулась. Из-за чего, в первую очередь, мне впадать в состояние шока?! Из-за того, что обо мне как о своей невесте говорят с другой стороны стола, или из-за того, что невеста-то я, оказывается, четвёртая?!

Вместо того, чтобы найти короля Флорентии и выдать отточенный до автоматизма вежливый реверанс, я уставилась на обладателя голоса, горя от праведного гнева.

— Я не ослышалась? Вы... — а потом застыла с открытым ртом, с ужасом взирая на...

На своего нового босса — Андрея Владимировича Скворцова, главу АКО СудоСтрой!

Один удар сердца, второй... Мы стоим в абсолютно безмолвной королевской столовой и смотрим глаза в глаза. Лично я смотрю в те же самые — ярко-зелёные.

В голове одновременно мелькала сотня мыслей, но ни одна не могла зацепиться и остаться в ней настолько, чтобы я сумела её обдумать. Поэтому я просто стояла и ловила открытым ртом воздух.

— Неужели мой отпрыск настолько хорош, что юная наследница Исларии не может отвести от него глаз? — послышался насмешливый голос с края стола, оттуда, где как раз сидел «бравый генерал». — Не волнуйтесь, милочка, если вам удастся пройти отбор, то вы ещё успеете вдоволь им налюбоваться.

Мои челюсти с громким щелчком захлопнулись. Я, в который раз за этот день, развернулась на каблуках и сделала положенный идеальный, с любой точки зрения, реверанс.

— Прошу прощения, милорд. Вы правы, ваш сын настолько хорош, что мне сложно отвести от него взгляд. Я счастлива, что имею честь быть лично представленной вам, а также тому, что на меня возложена обязанность представлять на этом отборе мою родную и горячо любимую Исларию. Отец передаёт вам сердечные приветы и горячее расположение, а также заверяет в нерушимой дружбе между нашими странами.

Я грациозно выпрямилась и задрала подбородок, встречаясь с ещё одними зелёными глазами. Только эти глаза были далеко не такие яркие и гораздо более суровые и холодные, чем у сына, а ещё выглядели весьма усталыми. Я не отвела взгляд, король тоже. Мы — две могущественные державы, и хотя в этом мире женщины играют далеко не ведущую роль, сейчас я показывала, что я — наследная принцесса и будущая королева, а значит, со мной придётся считаться. И никакой «четвёртой невестой» я быть не собираюсь, а если хорошо отыграю свою роль, то и вообще избавлюсь от навязанного замужества.

— Надо же, — король Филипп заинтересованно меня оглядел, однако не убрал даже нотки снисходительности, — давно у меня не было возможности посетить вашу родину, Ваше Высочество. Я и не знал, что у моего старого друга растёт такая прекрасная дочь. Очень рад приветствовать вас в моём замке. Чувствуйте себя как дома.

Мы дежурно улыбнулись друг другу, и меня усадили за стол. Прямо рядом с тем, кого я считала принцем Андрианом, и напротив того, кто им на самом деле являлся.

В голове образовался такой сумбур, что тело, привычное к постоянным истерикам, начало уже генерировать слёзы жалости к себе любимой, а вот мозг, закалённый внеплановыми Рязанскими ночными рандеву с пьяными отморозками, заставил в гневе сжать вилку. МЕНЯ выставили дурой?! Не посчитали нужным даже встретить нормально?! Если бы не этот зазнавшийся принц в чёрном бархатном сюртуке, которого мой мозг упорно называет именем босса, то я бы не села в подобную лужу во время представления королю!

Не прощу! Фиг им, а не брачный союз с Исларией!

Сразу после обеда мы перешли в гостиную, и началась процедура моего знакомства со всеми присутствующими. Так как я опоздала, то ни о каких представлениях за столом и речи не шло, поэтому я общалась только с самим королем, его наследным сыном Андрианом, который вытаскивал из себя слова, словно клещами, и смотрел на меня так мрачно, что волосы на руках и ногах шевелились; а ещё с младшим королевским отпрыском — Альфредом, которого я вчера приняла за своего жениха.

И хотя официально он мне не соврал, так как благоразумно не назывался именем брата, но всё равно поступил подло, поддерживая во мне уверенность в том, в чём я ошиблась. Я хотела высказать всё, что думаю, этому самодовольному болвану, но он обернулся ко мне с обезоруживающей плутовской улыбкой и сам попросил его нижайше простить за «невинную шутку». А ещё сразу по-приятельски намекнул называть просто Фредом.

Я усмехнулась — будь я Юлианной в полном смысле этого слова, меня до глубины души оскорбил бы данный поступок, так что я бы развернулась и со скандалом вернулась к папочке, ну, или же устроила прилюдную истерику с последующим падением в обморок. В общем, было бы из чего выбрать. Но сейчас я смотрела на молодого паренька глазами человека, половину жизни прожившего в деревне.

У моих приёмных родителей по двору бегал петух и пока его не пустили на суп, он весьма важно каждое утро прогуливался между стайкой на всё ради него готовых куриц, пушил свои разноцветные перья и считал, что пуп земли. Федя, кстати, звали.

Я искоса глянула на паренька. Ну да, сходство есть. Живёт в роскоши, бед не знает, не обделён женским вниманием. Сколько ему? Двадцать уже есть? Ещё лет пять — семь подобной жизни, и он уже ни на что не сгодится, только на суп. Распутная жизнь не даст возможности встать на правильный путь. Скорее всего, как его брат, превратится в беспринципного и самодовольного индюка.

Юный принц сам вызвался представлять меня всем остальным претенденткам на руку и сердце, а ещё почки и деньги принца Андриана. Сам Андриан совершенно невежливо моментально вылетел из столовой, как только король изволил покинуть помещение. Получается, брат верно его изобразил. Ни манер, ни воспитания, ни банального уважения. Зато младший Дон-Жуан просто светился расположением и обаянием, совершенно не чувствуя неловкости.

— Позвольте вам представить, дорогая Юлианна — вы ведь не против, что я вас так называю? — принцессу Зарину, младшую дочь Генриха Седьмого, короля Арии.

Хрупкая брюнетка с миндалевидными глазами и блестящими в свете светильников кудрями присела в реверансе. Я повторила жест.

— Мне очень приятно познакомиться с вами, Зарина, — я улыбнулась, раздумывая о том, почему Юлианна не завела себе за всю жизнь ни одной подружки? Пусть бы даже из принцесс соседних государств.

— Взаимно, Юлианна, — девушка стрельнула глазками на Федю (уж очень похож!) и улыбнулась мне. На вид я бы дала ей не больше лет, чем принцу рядом со мной. Зачем ей Андриан?

— Пойдёмте, я вас познакомлю с принцессой Залении, — потянул меня за руку Фред.

Не успели мы сделать пару шагов, как перед нами вырос лакей.

— Ваше Высочество, — обратился он к королевскому отпрыску, — вас срочно желает видеть Его Величество.

— Дамы! — угодник сделал широкий реверанс, изящно оттянув одну ножку назад. Только шляпы не хватало, чтобы походить на укротителя в цирке. — Я должен оставить вас одних, надеюсь, ничто не омрачит вашего общения. Юлианна, мне очень приятно, что между нами не осталось недоразумений.

Он грациозно поставил оттянутую ножку рядом с первой и, развернувшись на каблуках, плавной походкой вышел из зала. Позëр!

— Ах, он такой галантный, — мечтательно вздохнула Зарина.

— Нравится? — спросила я в лоб.

— Ой, нет, — она весьма смутилась. — Мы же все невесты Андриана, а Альфреду до процедуры отбора ещё целых три года, и то при условии, что старший брат к тому времени успеет женится.

— Жестоко, — прокомментировала я.

— Бедный Фред! — ещё раз вздохнула она, глядя на закрытую дверь поплывшим взглядом, а потом спохватилась: — Ой, ты же ещё ни с кем больше не знакома — пойдём.

Она схватила меня за руку и потащила к остальным девицам, расположившимся на удобных диванчиках перед камином. Их я заметила целых две.

— Ваши Высочества, — защебетала Зарина, втягивая меня в женский круг, — это принцесса Юлианна. Она из Исларии. А это...

— Зарина, ты думаешь, что мы глупы и не слышали, как её представляли королю? — высокая, фигуристая шатенка смерила девушку ироничным взглядом. — Или ты считаешь, что мы не в состоянии сами назвать свои имена и нуждаемся в помощи бастарда?

Щёки Зарины моментально вспыхнули багряным цветом.

— Я... Я... — она залепетала, явно испытывая дикое смущение.

— Я — Ленси, принцесса Залении, — перевела взгляд на меня шатенка, явно раздумывая, стоит ли вообще со мной разговаривать.

Я кивнула, раздумывая — устроить скандал прямо сейчас или подождать до лучших времён.

— Я — Аделаида, из Северного королевства, — мне манерно подала ручку худая, как жердь, блондинка с высокомерным взглядом и крепко поджатыми губами. И что мне делать с её рукой? Целовать? — Ислария самая богатая страна континента, нет? Почему же ты приехала, как низкородная простолюдинка, без положенных почестей? Я слышала, что ты даже поселилась в предложенной комнате на четвёртом этаже, вместо того, чтобы потребовать покои на первом. Неужели не противно, что живёшь в гостевом крыле рядом со всякой чернью? Там же выше герцога и нет никого, ну... кроме бастардов, — её взгляд метнулся к не знающей, куда себя девать, Зарине.

То есть противная шатенка, ещё, оказывается, и не такая уж и противная? В этой номинации явно наклёвывается лидер.

— А, так вы поселились на первом? — я мило улыбнулась девушкам на диванах и вложила в протянутую руку северянки золотую монету, как если бы она просила у меня милостыню. Белоснежное лицо вмиг стало пурпурным, аристократические ноздри гневно затрепетали, а протянутая рука, по инерции сжавшая монету, вмиг убралась от меня подальше. А нечего мне ладошки свои подсовывать. Я, как она и сказала, принцесса самого богатого королевства. Кто знает, может просила взаймы? — Это правильно — если жить поближе к кухне, то никогда не останетесь голодными. Вдобавок, ночью можно наведаться в кладовку за добавкой, если во время трапез не наедаетесь.

Да, я видела, как девицы за обедом показательно ничего не ели, хотя глаза горели голодным огнём. Старались произвести приятное впечатление на принца, который уминал кушанья за обе щеки. Я тоже не стала строить из себя цацу и поела от души. Тем более, что блюда приготовили выше всяких похвал, а повар лично присутствовал на обеде и с тревогой смотрел, чтобы гости остались довольны. Щадя его чувства, я попробовала все те блюда, к которым даже не притронулись королевские особы, и каждый раз удовлетворённо кивала ему, и даже один раз показала большой палец, пока никто на меня не смотрел. Бедняга сначала так растерялся, а потом расцвёл от этого жеста, что я вообще пожалела, что до середины обеда злобно ковырялась в тарелке и сверлила взглядом наследного принца. Лучше бы оценила вкус салатиков и рыбки, которую мне изначально подсунули.

Девицы позеленели от возмущения моими словами, но природное воспитание не позволило им тут же всё высказать, потому мне изобразили милую улыбку и вернулись к своему разговору, старательно стараясь игнорировать нас с Зариной.

— Я слышала, что какие-то из испытаний сможем придумать мы сами, а какие-то нам назначат принцы, — Ленси выставила вперёд впечатляющий бюст и продолжила томным голосом: — Сегодня вечером мы должны назвать свой выбор, а потом нам объявят первое испытание. Уверена — это точно окажутся танцы!

Моё лицо непроизвольно скривилось. Ну да, ну да. Мои танцы — это два притопа, три прихлопа... Хотя... сама же этого и добиваюсь!

Я заметно повеселела и потянула Зарину к окну.

— А чего мы здесь ждём? — поинтересовалась у неё.

— По регламенту нам дан час, чтобы познакомиться друг с другом. А затем мы сможем пойти в свои комнаты и переодеться.

— Зачем? — поинтересовалась и тут же прикусила язык. Садовая голова! Естественно, для того, чтобы высокородные принцы не видели девушек дважды в одном и том же!

Неужели память Юлианны постепенно от меня ускользает?! Я всё больше чувствую себя просто Юлькой. О-о, паника!!!

— Как, зачем? — удивлённо уставились на меня тёмные блестящие глаза. — Ты же не можешь прийти вечером в этом же платье?

Я покивала для приличия, а про себя улыбнулась. А почему, собственно, нет? Могу, ещё как могу!

Поболтав с Зариной о том о сём, узнав побольше о её родине, про которую девушка говорила с восторгом в глазах, я, по прошествии положенного часа, практически побежала в свою комнату. У меня куча дел! Эту Юлианну принц никогда не забудет. Сама я отказаться от свадьбы не могу, но кто сказал, что этого не сделает он?

Глава 8 Странное испытание

На выходе из зала меня догнала принцесса Залении.

— Юлианна, нам надо поговорить.

Я удивлённо обернулась. А что мы только что целый час в этой гостиной делали? Или там она не хотела со мной разговаривать из-за других участниц?

— Да, Ленси, слушаю тебя, — я миролюбиво кивнула. Всё же нам тут весь отбор в одном котле вариться, не хотелось бы постоянно скандалить.

— Я буду краткой, — она опасливо бросила взгляд по сторонам и, наклонившись ко мне своей объёмной фигурой, прошипела прямо в лицо: — Мне всё равно, о чём там договорились ваши отцы, но Андриана я тебе не отдам!

Я оторопело уставилась на неё. Вот это новости! Разве она не только сейчас приехала, вместе с другими участниками? Они знакомы? Или это просто жажда урвать столь не лакомый для меня кусочек?

— Объяснения последуют? — холодно поинтересовалась, окинув неожиданную соперницу взглядом. Нет, я не против, пусть забирает это чудо-юдо, тем более, мне такой несовершенный, а возможно, и пользованный товар даром не нужен, но наезжать на меня она не имеет права!

— Мы с Андрианом уже давно вместе! — процедила она, победно вскидывая подбородок. — Этот отбор должна выиграть я!

Ну, что я и говорила, точно занятой принц. Могли бы и предупредить, я бы не приезжала. А теперь вроде как оплёванная стою, пытаюсь разлучить прекрасную пару. Но я, между прочим, тоже пострадавшая сторона! Отцы договариваются породниться, а принц за моей спиной шашни крутит!

Вот ещё один повод избежать ненужной свадьбы! Но лучше бы, чтобы это решение принял наш герой-любовник, а не я, а то с меня батюшка голову снимет. Женщина — бесправное существо, голоса не имеет.

— Отбор должна пройти сильнейшая, — любезно пояснила я, очаровательно улыбаясь. — Я очень постараюсь это сделать, но тебе тоже желаю удачи, причём, совершенно искренне. Если ваша с принцем любовь настолько сильна, то вы преодолеете любые преграды!

С этими воодушевляющими словами я поплыла в свои комнаты, оставив принцессу глотать воздух ртом от возмущения. Похоже, я нажила себе здесь врага.

Прости, Ленси, но ничего поделать не могу. В теле принцессы мне ещё быть не доводилось и выдумывать приходится прямо на ходу...

— Он всё равно останется со мной! — злобно бросила мне вдогонку принцесса. — Даже если ваш брак состоится, как ты посмотришь на то, что у твоего мужа появится фаворитка?!

Я резко развернулась и ошалело посмотрела в её бесстыжие глаза. И не позорно подобное говорить? Даже не найдя, что ответить, я просто покачала головой и пошла по своим делам. Надо валить из этого дурдома. Но! Без урона собственной чести...

Наступил вечер. По всей территории дворца зажглись светильники и магические люстры. Пусть Флорентия как страна не сильна в военном деле или же торговых делах, зато здесь делали необыкновенно полезные вещи для ежедневного обихода и комфорта. Целыми семьями и поколениями флорентийские мастера и артефакторы изобретали одну полезную вещицу за другой. Они задействовали бытовую магию и природную смекалку, и если бы правители стран сумели разглядеть в этих безобидных изобретениях потенциал, то страна обогатилась бы на продаже редких вещиц.

Но... увы и ах. В подобном средневековье королей интересовала только военная мощь и золото, добываемое из недр земли. Хорошего управляющего на них нет. Он бы им это золото быстро бы заработал. Нужна достойная реклама, можно подключить команду маркетологов, и тогда...

Господи, о чём я думаю?!

Я поправила на поясе массивные ножны и рывком распахнула дверь в зал для собраний, где ждали только меня. Ну, а что? Я не виновата, что их лакеи или кто там двери должен открывать, — не особо торопятся. В общем, их швейцары так долго идут!

Моё появление выглядело феерично! Если до этого в зале придворные и участники отбора переговаривались между собой, то увидев меня, замолчали.

— Её Высочество, кхм... эм... Принцесса Юлианна Исларская! — чуть-чуть замешкавшись, всё же провозгласил церемониймейстер.

Я невозмутимо поправила металлический шлем на голове и выпятила грудь вперёд. Так как на ней висел массивный доспех, то он тоже выдвинулся, громко звякнув характерным металлическим звоном.

Чеканя шаг, но в то же время стараясь выглядеть достойно, я поплыла по образовавшемуся проходу к стайке девиц, что на данный момент именовались невестами принца. Длинный тяжёлый меч, купленный Аурелией на рынке, больно ударялся о мою ногу при каждом шаге, но я стойко терпела подобные неудобства и улыбалась.

О да, подобное выражение лиц на придворных вряд ли скоро забудешь. Наверняка, они никогда не видели принцессу в нежно-розовом бальном платье, с милыми кудряшками модной причёски, но при этом облачённую в доспехи и с мечом на поясе.

— Ваше Величество, — присела я в церемонном реверансе перед королём. — Ваши Высочества, — кивнула сразу обоим принцам, не выделяя своего скоро бывшего жениха. Слишком много чести! — Прошу прощения за опоздание.

— Юлианна? — король изумлённо на меня уставился. — Да ничего страшного. А можешь рассказать, какая цель у твоего столь странного наряда?

Я таинственно улыбнулась.

— Я слышала, что всем невестам принца будет позволено выбрать один этап для соревнований. Я считаю, что так как я представляю Исларию, а наша страна является военной державой, то мой выбор закономерно пал в пользу поединков на мечах. Даже будущие королевы должны уметь постоять за себя и не давать в обиду ни свою честь, ни свой народ.

Я кинула взгляд на позеленевшую Ленси и мысленно усмехнулась. Пусть не думает, что меня можно окунать в грязь лицом.

Никакая здешняя принцесса в жизни не держала в руках что-то тяжелее и острее столового ножа для мяса. А вот я, Юлька Косыгина, с какой-то радости в подростковом возрасте заинтересовалась средними веками и даже посещала сборища любителей рыцарства, ради которых по три часа тряслась в маршрутке в одну сторону, потом столько же в другую. У нас сложилась своя компания рыцарей круглого стола, там я и научилась махать мечом, правда, бутафорским, но не менее тяжёлым. Кто бы знал, что это когда-нибудь пригодится? Хотя... Может, это и называют судьбой?

С мужчинами мне, разумеется, не справиться, но глупых куриц напугать вполне смогу. А заодно и будущего женишка. Пусть знает — шаг влево, попытка урона моей чести, и он может лишиться какой-нибудь части тела. Важной.

Но, на удивление, страха и трепета я во взгляде Андриана не увидела. Интерес — да, но даже он разбавлялся изрядной долей иронии.

— С кем же вы собираетесь драться, Ваше Высочество? — насмешливо поинтересовался он. — С другими конкурентками?

— Почему нет? — я обворожительно улыбнулась. Да, пусть знают, что Юлианна — сумасшедшая, и побыстрее отправляют домой, восвояси. — Но могу и с вами, милорд, хотите?

Сказала и прикусила свой язык. Вот кто меня за него тянул?

Принц нахмурился и обвёл взглядом зал.

— Это вызов? — напряжённо спросил он.

— Нет, — я пожала плечами, — просто предложение.

— Я не дерусь с женщинами! — отрезал он.

— А придётся, сын, — усмехнулся Филипп Второй. — Вызов получил? Получил! Пусть и шуточный, но ты как рыцарь не имеешь права отказать, иначе прозовёшься трусом.

На меня метнулся гневный взгляд зелёных глаз, и я инстинктивно вжала голову в плечи. Сразу вспомнилось, как грозный босс чихвостил начальников отделов. Захотелось спрятаться под компьютерный стол и не вылезать оттуда. Ну Юлька, ну дура! Кто за язык тянул?

— Что ж, — провозгласил король, хлопнув в ладоши, — договорились! Первое испытание для всех претенденток — поединок с принцем Андрианом! Посмотрим, чего твои невесты стоят, сын.

Я закусила губу. Всё пошло не по плану. Насколько я сумела узнать из воспоминаний Юлианны — подобное моё поведение должны были посчитать диким, и я надеялась, что окружающие постараются быстрее избавиться от меня. А теперь мне придётся драться против своего жениха. Прелесть.

— Освободите место в центре! — посмеиваясь, потребовал король. Для него всё происходящее явно выглядело большим развлечением. — Юлианна, ты пришла последняя, дитя моё, так что не обессудь, постой в сторонке.

Я быстренько убралась с глаз долой и забилась в уголок. Ко мне бочком подошла Зарина.

— Юлианна, — она испуганно шептала, настороженно косясь на мой шлем, — а зачем тебе доспехи?

Я хмыкнула и сняла сей головной убор. Действительно, зачем они мне теперь? За сумасшедшую не приняли, а с принцем драться надо, так что лучше это делать налегке.

Я жестом руки подозвала слугу и вручила ему шлем, затем через голову сняла доспехи, оставшись в одном платье. По изумлённым взглядам вокруг могу предположить, что немного перестаралась с произведением впечатления на окружающих.

Ожидаемо, ни одна из принцесс и поднять-то меч не смогла нормально. Принц так вообще из ножен своё оружие не вынимал. Настала моя очередь.

К этому моменту я подумала, что репутацию чокнутой надо закрепить, поэтому оголила оружие и с воинственным выражением лица и мечом наперевес двинулась на противника.

Глава 9 Глазами Андриана

Андриан

Весь вечер я просто ждал, когда, наконец, смогу уйти. Собрали кучку изнеженных принцесс, которых я и видел-то первый раз в своей жизни, но должен из них выбрать одну, причём, только на основании сомнительных соревнований, чтобы сделать её своей женой, а потом и королевой страны. Ну да, знание, как девушки танцуют и поют, явно поможет мне с выбором, эта архаичная традиция так и просилась на помойку. Надеюсь, в скором времени она там и окажется.

Девушки выстроились в один ряд и все как одна пытались выгодно выделиться на фоне соперниц. Особенно старалась смуглая шатенка с покатыми плечами и наглыми глазами. А ещё весьма крутыми формами. Она так пожирала меня глазами, что я силился вспомнить, не обещал ли ей что-либо? Но сколько ни напрягал пустую голову, не привыкшую никогда думать, вспомнить я её не смог. Я, конечно, не ангел, а если точнее — последние лет пять вёл себя как полный кретин, но её точно в воспоминаниях не нашлось.

А потом зашла в зал та, что утром заставила меня сомневаться в собственном рассудке, и все остальные мысли просто вылетели из головы. Она выглядела... нелепо. Нежное розовое платье скрывались под грубыми металлическими доспехами, а голову прикрывал не по размеру крупный шлем. Наверняка, тяжёлый, так как девушка шла, наклонив голову сильно вбок, будто она сейчас у неё отвалится.

Но то, что больше всего привлекло моё внимание, так это массивный длинный меч, явно мужской, который висел на поясе Юлианны и нещадно бил её по ногам при каждом шаге. При мысли, какие он мог оставить синяки на девичьих ножках, я натурально посочувствовал бедняжке.

Юлианна не подвела. После такого фееричного прибытия я ждал, что она скажёт что-то не менее нелепое. И она сказала. Точнее, предложила. Битвы на мечах, серьёзно? Я осмотрел стайку побелевших участниц, у которых на лице читался только один вопрос: «Упасть в обморок прямо сейчас или чуть подождать, пока эта сумасшедшая начнёт размахивать мечом?» Впервые я был с ними солидарен и постарался вразумить сумасшедшую с колюще-режущим оружием:

— С кем же вы собираетесь драться, Ваше Высочество? С другими конкурентками?

Неужели она не понимает, что выставляет девушек, причём, вместе с собой, на всеобщее посмешище? Они и так не особо выгодно смотрятся, когда ленивые придворные осматривают особ королевских кровей сальными взглядами. Куда уж хуже делать?

— Почему нет? — девушка безмятежно пожала плечами, отчего её доспехи издали противный скрип. — Но могу и с вами, милорд, хотите?

Я сжал кулаки. Ещё и меня выставляет идиотом!

— Это вызов? — спросил сухо. Хочет, чтобы я прилюдно отказался, показав себя трусом? Или хочет посмотреть на упыря, который не чурается, ради забавы, нападать на женщину?

К моему счастью, она дёрнула уголком рта и произнесла:

— Нет, это — просто предложение.

— Я не дерусь с женщинами! — отрезал, надеясь, что ей хватит ума или, хотя бы, такта, чтобы промолчать. Девушка неопределённо пожала плечами, всем своим видом подтверждая, что настаивать не планирует. Я уже понадеялся на благополучный исход ситуации, но тут вмешался отец:

— А придётся, сын. Вызов получил? Получил! Пусть и шуточный, но ты как рыцарь не имеешь права отказать, иначе прозовёшься трусом.

Захотелось закрыть глаза и застонать в голос. И он туда же!

Тем временем слуги уже вовсю освобождали центр помещения, чтобы наблюдать петушиные бои. И посреди этого дурдома стоял я, злой, не выспавшийся и жаждущий взять своенравную девчонку за шкирку и как следует встряхнуть. Ей так нужна эта победа? Я, при всём желании, не могу её выставить вон, это бы означало осложнение отношений с Исларией. А учитывая, как высоко в наше время ценятся договорные браки, то и вовсе — отказ от сотрудничества.

Усилием воли я расслабил челюсти. Даже не заметил, когда успел их так сильно сжать. Так и зубы раскрошить себе недолго.

Правильней сейчас принять вызов, даже, может, сделать какую-нибудь подлость, чтобы невесты разбежались от меня, как чертята от ладана, но... Я не мог. Не мог, и всё.

Вперёд вышла та самая девушка, что пожирала меня взглядом. Кажется, принцесса Залении. Эта страна славилась своими музыкантами и поэтами. А картины, написанные заленийцами, особенно пейзажи их родной страны, стоили баснословных денег. И дело не только в том, что они выглядели красивыми. Кроме этого, художники помещали в полотна особую защитную энергию. Считалось, что дом с подобной картиной внутри всегда будет в безопасности, как и его обитатели.

Обладала ли подобной силой принцесса Ленси, трудно сказать. Особенно если учесть, что ставку она делала явно не на магические таланты, а на свою природную красоту. Грациозно наклонившись к рукам лакея с протянутым мечом, она выставила на всеобщее обозрение бюст, по меньшей мере — четвёртого размера. Бедняга в накрахмаленном парике покраснел так, что под белыми прядями парика показались пылающие кончики ушей.

Но потом ей стало не до демонстрации своих оголённых частей тела. Рука, которая наметилась резво подхватить меч и грациозно направить его на меня, выгнулась под неожиданной для девушки тяжестью и уронила оружие обратно. Однако лакей не готовился принять меч назад так быстро, так что оружие упало аккурат на его мягкие туфли.

Парень охнул, выпучил глаза и согнулся в три погибели, пытаясь быстрее вытащить раненую конечность из-под железяки.

Под неодобрительным взглядом отца я метнулся к пострадавшему, убрал с ноги меч, который, к счастью, задел ногу массивной рукоятью, а не остриём, и проверил кость на ступне.

— Здесь перелом, нужен целитель. Срочно! — крикнул громко, чтобы обратить на себя внимание толпы, которая начала активно обсуждать принцессу, покрасневшую от стыда и ярости за унижение. — Целителя сюда!

Через пару минут от толпы отделился королевский лекарь в белом ночном колпаке, которого явно стащили прямо с кровати, и он с помощью двух парней из охраны увёл пострадавшего в лазарет.

Я проводил их взглядом и глубоко вздохнул, на секунду прикрыв глаза. Этот вечер ещё не закончился, неужели мне придётся пробыть в этом цирке ещё какое-то время? Больше всего я хотел вернуться в кабинет, где проводил сейчас большую часть времени, и до рассвета заняться делами. Пока я не придумаю, как выплатить весь, ну, или почти весь долг моей страны, нежиться в кровати я не планировал.

— Андриан, — позвал отец, напоминая о себе. — Сын, надеюсь, теперь ты готов продолжить отбор?

— Да, Ваше Величество, — я развернулся и поклонился. Хоть отец сейчас ведёт себя как самодур, но в этом есть и моя вина. Придётся исправлять.

Второй вышла хрупкая девушка восточной внешности. Помня о провале своей соперницы, она сначала попросила другого лакея снять с меча ножны, а потом очень аккуратно взяла чуть менее тяжёлое оружие двумя руками и даже сделала шаг в круг, но там и застыла как изваяние, растерянно хлопая глазами.

— Что же вы, миледи, нападайте! — подбодрил её со своего места король.

— Я не могу, — в чёрных, как ночь, глазах заблестели слёзы. — Я не знаю, как. И меч очень тяжёлый.

С глубоким вздохом я подошёл к ней и забрал оружие из дрожащих пальцев. Не дай Бог, ещё порежется.

Принцесса Зарина ушла на своё место, а я подошёл к трону.

— Отец, может хватит? Это представление только на потеху придворным. Не стоит позорить приглашённых дочерей правителей соседних государств.

— Андриан, — в голосе монарха слышалось раздражение, — не ты ли много лет плевал на нормы морали и даже элементарную вежливость, отказываясь вместе со мной делать визиты к соседям? Если сейчас твоё мнение изменилось, и ты вдруг воспылал любовью ко всем живым существам, то сделай милость, закончи сегодняшнее соревнование по всем правилам. Сейчас я не позволю тебе собственноручно сорвать отбор.

Я заскрипел зубами, но кивнул и вернулся в круг, всё так же не вынимая меч из ножен.

Принцесса Северного королевства, такая же холодная на вид, как и её родина, даже не сдвинулась со своего места и сразу заявила, что сдаётся.

Пришла очередь Юлианны. Моя предполагаемая невеста уверенно шагнула в центр, и моя надежда на её благоразумность растаяла как дым. Шлема, как и доспехов, на ней уже не было, так что я мог видеть её лицо и ярко-синие глаза, мечущие в меня молнии.

— Ваше Высочество, — она сделала практически идеальный боевой поклон, и по чертенятам в её взгляде я понял, что надо мной просто издеваются, — прошу заранее меня простить, если причиню вам какие-либо увечья.

Я, не сдержавшись, хмыкнул. Уж слишком пафосно прозвучали её слова.

А в следующую секунду мне стало не до смеха, потому что девушка сделала резкий выпад, и лезвие меча просвистело недалеко от моего уха. Я еле успел отпрыгнуть, прежде чем оружие могло рассечь меня на двух неравномерных Андрианов.

Хрупкая на вид Юлианна перехватила рукоять меча обеими руками и, занеся оружие над головой, бросилась прямо на меня.

Я снова отпрыгнул и попытался вразумить сумасшедшую:

— Ваше Высочество, у вас руки заболят и спина тоже, давайте вы опустите меч, и мы спокойно договоримся.

И еле успел присесть, иначе остался бы без своей наследной головы. А рядом со мной упала парочка срезанных волос. Ого, вот это сила у дамочки! Хотя, сумасшедшие часто бывают очень сильными...

— Доставайте оружие, мой принц, — с безумной улыбкой предложила она, продолжая размахивать мечом направо и налево. — Или вы считаете зазорным принять вызов от девушки?

Из-за резких, а подчас не до конца скоординированных движений принцессы, придворные отхлынули от круга как можно дальше, и теперь трусливо жались к стенам. Вряд ли наш разговор хоть кто-то слышал.

— Я считаю зазорным драться с девушкой, которая даже меч в руках держит неправильно, — совершенно честно ответил я ей. Умолчал только о том, что она и без этого весьма опасна. И, наверняка, даже не осознаёт, насколько. Её движения не поддавались логике, их сложно прогнозировать, поэтому Юлианна могла навредить и в первую очередь себе. Я, при желании, конечно же смог бы её быстро одолеть, но выглядел бы при этом глупо и недостойно. И отказаться от боя с девчонкой мне не позволили — король высказался весьма недвусмысленно. А в моих интересах, чтобы он в ближайшее время был ко мне расположен, потому что все, что я хочу исправить в экономике страны потребуют его прямого разрешения.

Хм... А если пойти по другому пути? Я ещё раз ускользнул от падающего на меня клинка и внимательно осмотрел девушку. Если я успею отцепить и отбросить свой меч, чтобы не мешал движениям, то могу... Точно, так и поступлю!

При следующем выпаде в мою сторону, я резко вильнул вправо, одновременно скидывая с себя пояс с ножнами, и в один прыжок оказался за спиной чокнутой девицы. Обхватил её запястья и завёл за спину, заставляя выронить оружие, а после нескольких ловких движений буквально впечатал нежную нимфу в себя.

— Вы что делаете?! — прошипела она и попыталась вырваться. Куда там! Я держал намертво, хотя и пытался не причинять ей боли.

— Жду, пока ваша ярость схлынет, — прошептал ей прямо в ухо, стараясь, чтобы вытягивающие шеи сплетницы из числа придворных нас не услышали. — Ваши навыки владения мечом конечно впечатляют, но боюсь, вы можете случайно напороться на своё же оружие, пытаясь произвести на меня впечатление.

— На вас?! — кажется, девушка задохнулась от возмущения и ещё сильнее затрепыхалась в моих руках, пытаясь вырваться или отстраниться. Носа коснулся умопомрачительный запах персика, которым пахла разгоряченная кожа принцессы. — Да за кого вы себя принимаете?! Меньше всего на свете я мечтаю о вашем внимании! Не льстите себе, у вас не было ни единого шанса мне понравиться!

— И поэтому вы добровольно приехали сюда? — я усмехнулся. — Ни за что не поверю!

Она хотела ещё что-то добавить, но нас прервали.

— Что ж, Юлианна, — Филипп Второй светился просто неподдельным удовлетворением, — похоже, ты проиграла. Признаёшь поражение?

Я думал, девушка начнёт скандалить, обвиняя меня в нечестных приёмах, но она впервые за весь вечер меня удивила, склонив голову перед моим отцом и чётко проговорив:

— Да, Ваше Величество, я признаю своё поражение.

От удивления я моментально разжал руки, выпуская свою добычу, и отошёл на шаг в сторону.

Глава 10 Суровые будни руководителя

Андрей

— Ну что, молодой человек, я могу вам сказать... Может, вам спать побольше?

Пожилой доктор смотрел на меня, как на идиота. А может, я им и был?

— То есть, вы думаете, что это не признак шизофрении? — я нахмуренно рассматривал одного из лучших психиатров столицы.

Я специально пошёл именно к этому врачу, а не просто к психологу, так как подозревал, что в моём случае простым разговором по душам не обойдёшься. Нужна именно медицинская помощь.

— Поймите, это не просто сон. Там я сам — другой... Я не знаю, как объяснить. Я помню всё, что происходит со мной в этой жизни, помню своё имя, но при этом... У меня там совсем другая жизнь. Мало того... — тут я подсознательно понизил голос, потому что признание давалось нелегко, — я начал видеть едва знакомых мне людей в совсем другом амплуа. Ненормальном каком-то. И теперь мне кажется, что я действительно схожу с ума.

— Едва знакомых? — доктор заинтересованно на меня посмотрел. — Вы уверены? Наш мозг — странная штука. Может, он подсознательно считает, что этот человек к вам ближе, чем вы думаете?

В офис я явился в полном раздрае. Ума не приложу, что врач имел в виду. Он выписал мне кое-какие успокоительные, назначил обследования. Но не факт, что этого окажется достаточно. Последнее время мой понятный и продуманный мир словно пошатнулся и я решительно настроился вылечиться любой ценой. Вот только...

— Ай, Господи Боже! — хрупкая блондинка увидела моё отражение в зеркале и схватилась за сердце.

И, признаюсь, я тоже в первую секунду, как её увидел, вздрогнул всем телом. И было от чего. Это была она... И я не знал, как теперь смогу с ней общаться.

— Ой, Андрей Владимирович, — зачастила девушка, покрываясь нежным румянцем, — я вас не заметила и испугалась. Прошу прощения. Просто в это время редко кто выходит из офиса, рабочий день только начался, а я тут… за бумагой. То есть за новым блоком. У меня там... — она вдруг замолчала и виновато покаялась: — Простите, ради Бога, я сегодня сама не своя, не выспалась, наверное, вот и несу всё подряд... Пойду, в общем.

И не успел я и глазом моргнуть, как она убежала по коридору, легко постукивая каблучками по паркету.

Вот оно — подтверждение моей шизы. Ну, хоть не общее помешательство, а только моё, и то хлеб. Если бы девушка повела себя так, будто мы буквально ночью виделись, то я даже не знаю, что бы сделал...

Я не всё рассказал психиатру. Например, умолчал о том, что тот, другой я, каким становлюсь каждую ночь, до сих пор чувствует в руках мягкость девичьего тела, а нос помнит запах персиков... Интересно, а Юля так же пахнет? Мне вдруг нестерпимо захотелось это проверить.

Но уже секунду спустя я дал себе мысленного леща и поправил: не Юля, а Юлия Владимировна. И уж точно — не Юлианна, принцесса Исларии и моя невеста. В отличие от той, избалованной и изнеженной принцессы, у которой один ветер в голове, моя сотрудница отличается редкостной адекватностью, да ещё и производительностью.

Один раз только я застал её спящей на рабочем месте. Именно тогда, когда шёл похвалить за успешный поиск нового поставщика и посоветовать поменьше работать, чтобы не изматывать свой организм; до этого не раз и не два я видел, как она приходит раньше всех, а уходит позже. Но, как оказалось, усталость уже сама взяла своё. В тот раз я строго-настрого запретил её будить, а потом с подозрительным удовольствием смотрел за тем, как она смущается и банально не понимает, почему я её не ругаю за неожиданный сон на работе.

А как её ругать, если она одна тащит почти весь свой отдел?! Я просмотрел последние отчёты по закупкам, и практически в каждом документе приложена её рука и подпись. Из-за её исполнительности на Юлию свалили почти всю работу подряд. И если бы я не оказался её новым начальником, я вполне мог попробовать построить отношения. С ней. Но я когда-то дал себе зарок: никакой семьи, никаких отношений, пока не выберусь из того болота, в котором варился всю жизнь.

Юле повезло: её приёмные родители были хорошими людьми, пусть и не богатыми. Мне же повезло меньше: в детстве я ни в чём не нуждался, но мои опекуны видимо решили, что я — неплохой мальчик для битья, и постоянно срывали на мне злость. Они так и не смогли принять то, что я не такой, как они. В итоге, в пятнадцать я ушёл из их дома, не взяв ни копейки. Слонялся по помойкам и притонам, избегая встречи с опекой. Я боялся, что если меня заберут, то история повторится. Сейчас я понимаю, что тогда во мне говорили страхи, но... Прошлого не вернуть. Вдобавок, я не завожу отношений с коллегами, особенно — с подчинёнными.

Я вернулся в офис и привычно занялся делами. Работа меня успокаивала, была моей отдушиной. Под руку попались заметки Юлии о проекте с детдомом. Интересные у неё мысли, не стандартные. Внутри почему-то приятно кольнула мысль, что во многих моментах мы с ней словно родственные души, хотя сложное детство не такая уж и редкость. Совпадение, так бывает.

Кто бы мог подумать, что полуголодная привычка на всем экономить выльется в мою профессию? С одним только различием: в детстве я сберегал любой ресурс, чтобы выжить, а сейчас проворачиваю то же самое с крупными перспективными компаниями, которые идут ко дну, потому что их предыдущие начальники слишком некомпетентны или же ленивы, чтобы поставить на ноги своё детище. А позже, когда фирма вновь начинает приносить хорошую прибыль, цвести и пахнуть — я её продаю. И продаю за очень большие деньги. У меня есть собственная команда верных профессионалов и они всегда со мной в доле. А здешним работникам ни к чему знать, что я их начальство только временно.

Я настолько погрузился в работу, что не заметил, как оказался в кабинете не один.

— Андрей Владимирович, — в который раз обратилась ко мне миловидная брюнетка из отдела персонала.

— А? Что? — я встряхнулся и немного размял затёкшую шею.

— Я вам кофе принесла, — девушка завлекательно улыбнулась и поплыла к моему столу с чашкой в руках. Наверняка, из новой кофемашины. Офис, после замены старушки на современную модель, довольно гудел ещё несколько дней.

Я нахмурился.

— Я же, вроде, не просил...

— Ну да, — девушка не растерялась, а усиленно захлопала накладными ресницами. У меня от долгого сидения замельтешили мушки перед глазами. — Я подумала, что кофе вам не повредит, вы же так много работаете и столько делаете для нашей компании! Я так рада, что...

— Спасибо, вы очень добры, — я протянул руку и забрал кофе из её ладоней. Боюсь, если бы я этого не сделал, она бы так и продолжила болтать, а я, стыдно признаться, половину из её слов не понимал.

Девушка продолжила топтаться у двери. Как же её зовут? Блин, и не спросить, неудобно как-то... Помню, что их отдел — наиболее проблемный во всей компании, а она — пусть и не самое слабое звено, таких тут больше нет, но вполне вписывается в общую работу «ничегонеделания».

— Андрей Владимирович, а может, вам помочь?

— Зачем? — это предложение вызвало во мне искреннее удивление. Я даже проснулся и полез в компьютер, глянуть список с именами сотрудников на каждый отдел, чтобы найти её имя.

— Ну... Вы работаете без секретаря... — начала она, и мне уже не понравилось это начало. — А у вас столько бумаг на столе. Я могла бы рассортировать, помочь с адаптацией в коллективе. Вы же ещё никого здесь не знаете...

Захотелось ответить в стиле советского кино: «Идите вы... В бухгалтерию!» Но обижать девушку не хотелось. В конце концов, она не виновата, что меня, с постоянной периодичностью, пытаются соблазнять разного рода и пошива дамочки из тонущих организаций. Я уже подсознательно жду от подобного поведения подвоха.

О, наконец-то!

— Светлана Николаевна, вы уже успели закончить работу по вашим прямым обязанностям? — практически натурально изобразил удивление. — Скиньте мне тогда, пожалуйста, на почту списки кандидатов — утверждённых и отклонённых, с указанием причин для решения.

Как всегда — незамедлительный эффект. Девушка как-то быстро засобиралась, засуетилась и через несколько секунд оказалась с другой стороны двери. А я облегчённо вздохнул. Нет, не быть мне соблазнителем женских сердец, как тот же Андриан...

Мысли сами собой перетекли на проблемы наследного принца и Флорентии.

Очнулся я только через два с половиной часа, когда на столе закончилась бумага, из-за того, что я исписал и исчёркал пачку листов в попытках разобраться с долгами воображаемой страны, в которые ввел её воображаемый я...

Пришлось встряхнуться и отпить холодного кофе. Господи, что я делаю?!

Самое худшее — это поддерживать свои же глюки, наделяя их реальными проблемами, а также поиском путей решения этих самых проблем. Нет, всё! Пора домой!

В офисе уже почти никого не осталось, и только девушка из снов, да пара айтишников в сторонке оживляли притихшее помещение.

После недолгого колебания я подошёл к сотруднице.

— Доброго вечера, Юлия. Вы ещё не уходите?

— Сейчас-сейчас, только доделаю этот договор, — не отвлекаясь от экрана, пробормотала она.

— А спать вам не надо? — полюбопытствовал я.

— Спать?! — мне показалось, или девушка вздрогнула?

Глава 11 Предложение от которого сложно отказаться

Юля

Я затравленно посмотрела на начальника. Перед глазами стояло его лицо, только в совсем другой обстановке — Андриан, о котором я запретила сегодня себе думать, заваливая себя работой по самую голову. А противный принц всё равно лез в мою голову и в мои мысли.

И теперь то же самое волевое лицо с острыми скулами вежливо мне улыбалось. Как он не похож на своего двойника! И как одновременно похож! Тот единственный раз, когда я уснула на работе, был всё же исключением из правил. По ночам я из раза в раз попадала в свой ненормальный сон. Вставала с кровати, думая, что земная жизнь мне приснилась, и шла поражать Флорентию в самое сердце и лёгкие. Вот, уже и первый этап отбора позади; боюсь, его не скоро забудут.

Все же, в долгих попытках осмыслить ситуацию я вывела, что мозги у меня и там, и там — Юлины. Мои. А вот какая жизнь реальная, а какая — вымысел, до сих пор до конца не понятно.

Хуже то, что в мои сны стал приходить образ начальника. Во сне Андриан вёл себя настолько возмутительно, что я подсознательно искала те же отрицательные черты и в своём боссе. Дело осложнялось ещё и тем, что здесь мужчина выглядел привлекательным, если не сказать больше. И, как мне кажется, пару раз я видела заинтересованные взгляды в свою сторону.

Нет, он никогда не давал мне повода подумать лишнего, вел себя подчёркнуто вежливо, умело разделяя личное и рабочее, но... Девушка я или кто? Любая уважающая себя девушка на раз раскусывает подобное отношение!

Проблема в том, что глядя на него, я видела перед собой Андриана. И меня это неимоверно выводило из себя.

— Да, спать, — будто не замечая моего замешательства, безмятежно ответил он.

Выдохнуть… Спокойно, Юля. Он ни на что не намекает. Он просто говорит о том, что люди работают, чтобы было, где спать, а потом спят, чтобы утром опять пойти на работу.

— Не переживайте, Андрей Владимирович, я вполне высыпаюсь, — я постаралась безмятежно улыбнуться. — Кстати, работа закончена, так что пойду-ка я домой.

Я быстро засобиралась на выход.

— Юлия Владимировна, — опять окликнул он меня.

— Просто Юлия, — нахмурилась я. Отчество мне досталось от предполагаемого биологического отца. Я однажды, ещё будучи в детдоме, услышала, что он бросил меня совсем крошкой, даже не подписав документы. Так что я — просто подкидыш и поэтому никакой радости слышать его имя снова и снова, пусть и в виде отчества, у меня не было.

— Да, Юлия, — поправился он и слегка улыбнулся. — Извините, но обращение только по имени сильно сокращает дистанцию между людьми и может восприниматься как неуважение, поэтому мне сложно привыкнуть.

— Юлия — это полное имя, мне вполне этого достаточно, — стало чуть обидно. Нет, конечно, я и не надеялась сокращать между нами дистанцию, но такое явное нежелание всё же немного покоробило. — Так что вы хотели спросить?

— Завтра я хотел съездить на производство и составить опись всех деталей, по которым желательно найти новых поставщиков. И сделать это, опираясь не на официальные отчёты, а поговорив с рабочими. Вы не хотели бы поехать со мной? Для вас появится возможность задать интересующие вопросы и вживую оценить материалы, которые нам сегодня доставили.

— Доставили заклёпки? — обрадовалась я. Нет, я знала, что пробная партия должна была приехать на днях, но не знала, что это произошло уже сегодня.

— Именно.

— О, тогда — да, я хотела бы, — а потом спохватилась: — А кто ещё с нами?

— В смысле, из офиса? — начальник начал наматывать на горло тёплый шарф поверх драпового пальто и ответил не сразу: — Пока никто желания не изъявлял, а те, кого я сам бы взял, к сожалению, сильно завалены работой. А вы, так как свои обязанности выполняете в срок или заранее, вполне могли бы выделить один день на поездку, разве нет?

Я колебалась недолго. Конечно, ехать с мужчиной, особенно с боссом в одной машине — это, как минимум, немного неудобно. Но, во-первых, он — не наш предыдущий начальник с сальными глазками, а во-вторых, я уже с ним ездила за кофемашиной, и всё было в порядке — моя честь не пострадала, репутация в компании тоже осталась на прежнем уровне, то есть — никаком. Ну, а в-третьих, мне самой просто безумно интересно немного развеяться и съездить туда, где я никогда не была. А не была я, собственно, почти нигде. Сначала — жизнь в деревне, потом бесконечная работа, чтобы побыстрее погасить ипотеку. Некогда отдыхать. А тут — приглашают в новое место. Тем более, не просто так, а по делам. А по делам же можно, верно?

— Договорились.

— Отлично, тогда можем либо поехать утром из офиса, либо я мог бы за вами заехать, мне всё равно по пути...

— Из офиса! — тут же перебила я его. Вот ещё, заезжать за мной! Сам же дистанцию собирался держать! А у меня, между прочим, тоже гордость есть! И только потом до меня дошло: — В смысле, по пути? Вы знаете, где я живу?

— Ээ, нет, — кажется, мужчина смутился. — То есть, у меня же есть личные дела на работников, просто там ваш адрес почти у моего дома, вот я и запомнил.

— А где ваш дом? — полюбопытствовала я.

Он назвал адрес, и я присвистнула:

— Так это же — другой конец города, разве нет?

— Ну... да, но еду-то я на работу как раз по пути через вас...

И прежде, чем я успела ответить, что для этого пришлось бы сделать большой крюк, он быстро пошёл к выходу, на ходу кивая оставшимся в офисе айтишникам и одновременно прощаясь со мной.

— Тогда ровно в полдевятого, Юлия, и не опаздывайте. А, и наденьте что-нибудь потеплее — ангары, в которых нам придётся провести какое-то время, не слишком хорошо отапливаются.

И, не оборачиваясь на меня, он стремительно вышел из офиса.

Я только головой покачала.

— Я не понимаю мужчин.

И тоже засобиралась домой — сегодня нужно лечь пораньше! И дай Бог, никакой нахальный Андриан не проберётся в мои сны!

Глава 12 Хорошая краска, качественная

Юлианна

Я проснулась не от звона противного будильника, а от пения птичек за окном. В воздухе пахло цветами и морским бризом. Открыла глаза и констатировала факт:

— Я снова Юлианна.

Именно. Последнее время я начала замечать, что всё меньше делаю разделений между Юлей и Юлианной, и всё больше воспринимаю обе свои жизни как реальность. Вдобавок, появился страх, что если это странное помешательство пройдёт, то и одна из моих жизней исчезнет. А как бы... Мало приятного терять жизнь, не находите?

— Аурелия!

— Да, Ваше Высочество! — горничная вбежала в комнату и заинтересованно уставилась на меня. Естественно. Наверняка она, да и другая прислуга уже начали сомневаться в здравом уме своей принцессы. Вчера одели меня в доспехи и шлем, а сегодня...

— Ты подготовила краску? — перешла я сразу к делу.

— Да, миледи, только... — она чуть замялась. — Вы уверены? Может, сначала позавтракаете, а потом уже начнёте портить свою красоту?

— Нет времени! — отрезала я. — Позавтракаю, когда краска на волосах уляжется.

— Но продавец сказал, что она замешана на магии, поэтому очень стойкая. Её ничем не перекрасить и не смыть в течение года, минимум!

— Тем лучше! — моим энтузиазмом можно было колоть орехи.

В подростковом возрасте я, то есть не я, а Юля, как и многие детки с активной жизненной позицией, чего только не делала со своей внешностью. Так как воспитание по части гулянок и компании проводилось строгое, то мне хотелось куда-то выплёскивать юношеский максимализм. Теперь мои навыки явно пригодятся.

Для своего очередного сногсшибательного появления я выбрала цвет фуксии. Накануне очень долго объясняла, как он выглядит и как отличить хорошую краску от полной ерунды, продающейся по огромным ценам. Дело оставалось за малым.

Жалко ли золотистые локоны? Да, жалко. Но не настолько, чтобы выходить замуж. Потом через год опять перекрашусь, в крайнем случае — подстригусь под ёжика. Пусть полюбуются на ультрасовременную принцессу.

Аурелия, не переставая причитать, дрожащими руками нанесла состав на мои волосы:

— Вот увидит ваш батюшка, и что же? Он мне голову снимет! Такую красоту, и портить! Моя леди, в ваши годы нужно женихов привечать, а как вы это сделаете с таким ужасом на голове?

— Не бубни, — я вышла из ванной и довольная расселась в кресле, подтягивая к себе ранний завтрак. Все принцессы сегодня должны завтракать в маленькой столовой, выделенной только для них, но я с самого утра попросила Аурелию сообщить, что у меня разболелась голова, так что прийти не смогу. Потому завтракала сейчас в компании своей горничной, которая от смущения не знала, куда себя деть. — Лучше попробуй эти круассаны — объедение!

— Может, позвать ваших фрейлин? — она постаралась вскочить и умчаться.

— Да ну их в баню, — поморщилась я, но потом вспомнила, что я, вообще-то, девушка благородных кровей, и перефразировала: — Нам и без них неплохо, разве нет? Они странные, Аурелия... Не замечала? Я попыталась нормально пообщаться, но там темы для обсуждений... — я начала загибать пальцы: — либо мужчины, либо наряды, либо балы. Неужели больше нечего обсуждать?

— А что же ещё обсуждать благородным барышням? — удивилась девушка.

— Ну, не знаю... — я задумалась. В той, другой жизни из сна, Юля в последнее время общалась только с коллегами и поставщиками. О чём? Так о работе! А о чём говорят обычные люди? — Мы же сейчас с тобой разговариваем! Вот так люди и общаются! Можно обсудить книги, погоду, краску для волос, можно поговорить о завтраке или о том, что меня ждёт, когда батюшка прознает про наши эксперименты. О том, как я не хочу за Андриана замуж. О чём угодно, кроме кавалеров и украшений!

— Я так и знала! — всплеснула руками горничная. — Я так и знала, что это всё из-за наследного принца! Вы такая странная в последнее время, Ваше Высочество!

— Ловко ты вытянула из моего монолога именно то, что показалось самым интересным. Настучишь отцу? — я посмотрела на время и потопала в ванную смывать краску. Аурелия пошла за мной.

— Такое впечатление, что Его Величество сам ничего не узнаёт! — еле слышно пробормотала девушка, но я услышала. — Нет, конечно, я бы и не подумала рассказывать никому, но ведь это, как бы так выразиться... Не спрячешь...

С помощью горничной я смогла хорошенько промыть волосы, потом мы их высушили и уложили, и только потом я осмелилась посмотреться в зеркало, которое висело на противоположной от ванны стене. До этого духа не хватало.

— Что это? — охрипшим голосом поинтересовалась у Аурелии.

Она, не менее трагичным, ответила:

— Волосы. Розовые.

Моё отражение скривилось. Розовые?! Я хотела цвет фуксии! Чтобы зайти, и... Вах! Какой эффект! А это что?

— Я похожа на кусок рыбы, — не спросила, а печально признала неизбежное.

Мои нежные мягкие локоны были окрашены в однородный лососевый цвет.

— Это не розовый.

— Розовый! — возразила горничная.

— Не тот розовый!!! — я страдальчески прикрыла лицо руками, а потом побилась лбом о зеркальную поверхность. — Это, конечно, не мои пшеничные пряди, но посмотри... — я сунула ей под нос локон. — Здесь нет жизни, нет яркости, нет эффекта «Вау!!!», здесь просто модный оттенок волос...

— Какой же это модный оттенок?! — возмутилась она. — Это ужас!

Я задумалась. Да, с моей точки зрения, никакого эффекта «вау» не получилось. Да, волосы отдают розовым, но цвет достаточно благородный, и, несмотря на свою специфичность, мне идёт. Я же хотела, чтобы на моей голове произошёл взрыв! Чтобы смотрелось, как платье на гусыне. Но... С другой стороны, это — только моё мнение. А здесь, во Флорентии — стране с традиционными, патриархальными взглядами, эти волосы — уже что-то с чём-то. Поэтому хватит жевать сопли, Юля, иди покорять принца!

— Когда оглашение следующего этапа отбора? — поинтересовалась я.

— На обеде. Король хотел лично объявить следующее испытание.

— Что ж, — я расправила плечи и подмигнула своему отражению, — тогда нам нужно подготовиться! Я должна сегодня выглядеть просто неотразимой!

— Можно подумать, что возможен иной вариант, — пробубнила горничная, направляясь к шкафу с платьями. — Для полного провала вам только осталось под этот цвет волос надеть максимально неподходящее платье — тёмно-синее или ядовито-зелёное.

— А у нас с собой есть? — заинтересовалась я, подходя ближе. — Тащи!

— Принцесса Юлианна Исларская!

Двери открылись, и я снова предстала перед полным собранием. Максимально мило всем улыбнулась и прошла на своё место. Моё появление провожали ошеломлёнными взглядами. Король нахмурился, принц Альфред, младший брат Андриана, выпучил глаза, а сам Андриан скользнул по мне незаинтересованным взглядом и вернулся к трапезе. А вот принцесса Залении, кажется, даже подавилась. И начала истошно кашлять в кружевной платочек. Из-за того, что она всячески сдерживала порывы кашля, начинала кашлять ещё сильнее и не могла остановиться. Я притормозила рядом и дружелюбно похлопала еë по спине.

— Лучше?

— Кхе... — похоже, она настолько удивилась, что даже кашель прошёл. Девушка отодвинулась подальше от моей руки и впервые за время нашего знакомства попыталась слиться с окружающей обстановкой.

Я села на свой стул.

— Юлианна, дорогая, ты в порядке? — король с подозрением на меня покосился.

— Конечно, ваше величество, — жизнерадостно ответила, похлопав ресницами. — В полном! Прошу прощения, дамы, за то, что пропустила совместный завтрак. Много времени ушло. На всё… — обратилась к принцессам.

— Ничего, — единственная из всех дружелюбно улыбнулась мне Зарина. Две другие принцессы сидели неестественно прямо, будто кол проглотили. Кажется, у них в голове не укладывалось, как я в таком виде могу не просто на люди показываться, но ещё улыбаться, и общаться.

А выглядела я вполне сносно... По земным меркам. Розовые пряди волос мы вместе с Аурелией завили, и уложили на затылке в несложную причёску, оставив основную часть распущенными. Платье, после недолгих колебаний и войны с горничной, я надела ярко-зелёное, с обильным количеством рюшей и настолько огромными рукавами-фонариками, что, когда выходила из комнаты, пришлось даже повернуться боком, несмотря на широченные проходы.

Для равновесия подобрала ядовито-розовые туфли, которые оказались в чемодане одной из моих фрейлин. Когда я спросила, зачем они ей, девушка густо покраснела и сказала, что она никому их не показывает, а купила, потому что не смогла устоять. Я пожала плечами и попросила ненадолго одолжить.

А Аурелии я дала наказ найти мне к завтрашнему утру не болтливую портниху и привести во дворец. Судя по тому, какие испытания бывают у девушек на отборах невест, мне понадобится новая одежда. Не буду же я всё время ходить в необъятных платьях.

— Кхм... Итак, дорогие наши гости. Первый этап отбора прошёл, и уже можно сказать, что на нём бесспорно победила Юлианна Исларская…

Глава 13 Задание второе

Раздались жидкие аплодисменты кого-то из придворных, а лица двух злючек-принцесс ещё больше скривились, но потом Ленси взяла себя в руки и изобразила что-то вроде благодушия, стреляя глазками в Андриана. Я это увидела и против воли сжала в руке салфетку. Ууу, кобелина! Андриан, конечно, не Ленси. Хотя, она тоже та ещё штучка. Аделаида же так и продолжила сидеть, будто с лимоном во рту.

— Но так как испытаний предстоит много, то первый результат ещё ни о чём не говорит. Я бы хотел, чтобы следующим туром у вас, милые дамы, значились танцы. Поэтому, сегодня вечером я устраиваю небольшой приём в вашу честь, а мои сыновья, — он довольно сильно хлопнул младшего сына по спине, от чего Фред чуть не улетел лицом в салат, — поприсутствуют вместе со мной и несколькими приглашёнными придворными судьями. Ваша задача — подготовить запоминающийся танец, соответствующий будущей королеве Флорентии.

Ой, боюсь, последнюю фразу он произнёс специально для меня, по крайней мере, об этом говорил красноречивый взгляд в мою сторону. Я внутренне хихикнула, представляя, как покажу им танец маленьких утят, но потом одёрнула себя.

Моя задача — не понравиться Андриану, а не опозорить свою страну. Пусть считают странной и сумасшедшей именно меня, но я не должна бросать тень на мою родину. Если в Исларии свою принцессу даже не могут научить танцевать, то что говорить о большем? Нас не должны воспринимать недостаточно интеллигентными...

А вот как это сделать... Какой танец покажется странным для них, но не очень позорным для меня?

И тут мне в голову пришло простое решение. Абсолютно не подходящее мне самой, но вполне в духе Юлианны.

Вечером порог бального зала я преступила всё в том же ужасном зелёном платье. Ненарочно со скрипом отодвинула пару стульев, пока пробиралась к первым рядам, и расположилась, расправив юбки и заняв сразу четыре места.

— Юлианна, — ко мне подсела Зарина, — привет! Ты так быстро убежала с обеда, что я не успела с тобой даже поговорить...

— Привет, Зарина, — да, это правда, всё время, пока мы наслаждались прекрасными и изысканными блюдами, я раз за разом ловила на себе задумчивые взгляды наследного принца. Иногда казалось, что он смотрит сквозь меня, а иногда, что глядит прямо в душу. И каждый раз, когда я встречалась с его блестящими глазами, то чувствовала, как невольно краснею или впадаю в жар. Я не понимала значения его взглядов, а потому заранее напрягалась и не ждала ничего хорошего.

Но больше всего меня пугала собственная реакция на него. Если до этого я только в той, другой жизни путала начальника с принцем, то сейчас и в королевских глазах начала видеть черты своего босса. И это пугало.

Может, поэтому я, как только окончился обед, сразу пулей вылетела из столовой и не выходила из своей комнаты до самого вечера, пока не пришло время идти в бальный зал.

— У меня опять разболелась голова, — пожаловалась я. — Вы что-то обсуждали с принцессами в моё отсутствие?

— Ты думаешь, они стали бы со мной что-либо обсуждать? — грустно усмехнулась девушка. — Мы и наедине-то не оставались, после обеда пришлось готовиться к демонстрации задания следующего тура. Танцевальный тур не просто соревнование, а званый вечер, кроме наших выступлений, приглашённые гости наверняка захотят присоединиться к веселью. Я даже слышала, — она понизила голос до шёпота, — что принц Альфред собирается не пропустить ни одного танца!

— Зарина, — я улыбнулась, — ну зачем он тебе? Он же чистокровный ловелас и повеса!

— Что ты такое говоришь?! — вспыхнула она. — Я и не думала о принце... Но вообще, я с тобой не согласна — у него очень доброе сердце! Я точно это знаю!

— У бабников не бывает сердца, — проворчала я. Не думаю, что мне удалось бы её переубедить — такие люди, если уж решили думать о ком-то хорошо, то остаются несгибаемыми, пока не получат от этого «кого-то» по носу. Но решила попытаться. — А зачем тебе вообще пришлось приехать на этот отбор? Мне кажется, что ты ещё совсем юная для Андриана...

— Но меня же пригласили! — девушка развела руками. — Мой отец не мог упустить случая породниться с Флорентией, так что я здесь — как залог мира и дружественных связей.

Да, вот такой этот мир. Такой привычный, но от этого не менее дикий, при более детальном рассмотрении и свежем взгляде. Интересно, девушки знают, что итог отбора уже предварительно определён? Или они всё же надеются заполучить наследного принца Флорентии? Я бы такое сокровище отдала без раздумий.

Не успела я об этом подумать, как двери отворились, и в зал вошёл выше обсуждаемый мужчина. Под руку с жгучей брюнеткой. Очень красивой.

Девушка обвела зал высокомерным взглядом и остановила его на короле. Вот тут-то её лицо преобразилось — оно расцвело от широкой искренней улыбки, и дама буквально потащила принца на буксире, приближаясь к свой цели.

— Ваше Величество, — девушка присела в церемонном реверансе, выставив на всеобщее обозрение крайне вульгарное декольте. Или это я придираюсь? Мельком взглянула на мой еле выпирающий из-под платья бюст и разозлилась ещё больше. Устроили тут разврат, понимаешь ли!

Тем временем, на одну из предполагаемых любовниц принца король отреагировал совсем не так, как, если бы на конкурс невест сын притащил постороннюю девку.

— Кэтрин, дорогая! — он расцеловался с дамочкой в обе щёки. — Как я рад тебя видеть! Наконец-то этот негодник тебя пригласил! А я знал, что рано или поздно это случится!

— Кэти, ты просто обворожительна, — тут же подсуетился младший королевский отпрыск, лобзая протянутую ручку и без стеснения разговаривая с вырезом на платье. — Не думал тебя здесь увидеть, но раз ты обрадовала нас своим появлением, я думаю, отец не воспротивится, если поможешь нам судить конкурс танцев.

— О, это будет весело, — засмеялась она. — Андриан — такой негодник, ни за что не рассудит девушек честно, так что я помогу!

Я не ослышалась? Обвела взглядом притихших и ошалевших от такой наглости невест и поняла — сегодня действительно будет весело.

Глава 14 Кэти

Андриан

По взгляду девушек я понял, что моё появление они восприняли именно так, как я того хотел.

Перевёл взгляд на кузину, которая согласилась немного подшутить над принцессами, а потом на младшего брата, без стеснения разглядывающего прелести Кэтрин. Вздохнул и отвесил ему подзатыльник. Вот балбес!

— Ай, за что?! — возмутился этот образец безнравственности.

Я даже отвечать не стал, а вместо этого прошёл к своему месту и сел.

Сегодня вечером отец решил устроить смотрины и выбрал для этого помещение наподобие церемониального зала. В центральной части удобно расположилась сцена, перед которой разместили кресла, но при этом визуально отделялась и другая часть, где планировалось провести обычные танцы, чтобы придворные не умерли от скуки. В углу многообразием закусок радовали глаз фуршетные столы, и некоторые из приглашённых гостей уже активно зарабатывали себе проблемы с косоглазием, нетерпеливо поглядывая в ту сторону.

Я же нашёл розовую макушку и внутренне усмехнулся. Вот глупенький! Это — не та девушка, которая вызывает у меня улыбку на лице. Это — её точная копия. Причём, такая искусная, что я раз за разом возвращаю на неё взгляд. Вот та самая родинка на шее и небольшой шрам на пальце. И вроде знаю, что это не она, а ничего с собой поделать не могу.

Она только мельком посмотрела на меня и Кэти, а потом вернулась к разговору с другой претенденткой. Самое интересное, что я ждал её реакции. Хотел отпугнуть, вызвать отторжение, а сам боялся увидеть на её лице разочарование. Почему она на меня так действует? Из-за Юли?

Но у принцессы Ислариина лице не мелькнуло и тени разочарования. Она вообще, похоже, не заметила моих потуг ей не понравиться. Весело смеясь и жестикулируя, она что-то рассказывала своей собеседнице. Розовые кудряшки смешно подпрыгивали, а белые зубки сверкали в свете магических светильников. И почему Юлианна так на неё похожа?

— Сын, — видимо, в который раз воззвал ко мне отец, — ты собираешься открывать второй тур отбора?

Я вернулся с небес на землю и дал знак церемониймейстеру, чтобы тот начал вечер. Сам же сходил за двоюродной сестрой и усадил её рядом с собой.

В программе значились номера приглашённых артистов, затем общие танцы и в самом конце вечера — выступления участниц отбора.

Юлианна села от меня как можно дальше, и пусть я не знал, сделала ли она это нарочно, но с маниакальной периодичностью косил в ту сторону глазами.

— Андри, — коснулась моего локтя кузина, — ты сегодня какой-то странный.

— Неужели? — я рассеянно прошёлся по ней взглядом и обратил глаза на сцену. Думать о работе сегодня уже нереально, поэтому на этот вечер я запланировал отдых. А по факту все мои мысли ежеминутно заняты несносной девицей и тем, как к ней относиться из-за её сходства с земной коллегой.

— Да, ты превратился в скучного и слишком серьёзного братца, — Кэти обиженно надула губки.

К счастью, законы Флорентии не поощряли отношения между близкими родственниками, в отличие от устоев, например, той же Залении. Так что у Андриана в своё время появилась хотя бы одна нормальная подруга, к которой он ни разу не пытался подкатить. Обижать её совершенно не хотелось.

— Прости, — я натянуто улыбнулся. — В последнее время на меня многое свалилось, но я пытаюсь приучить себя приносить хоть какую-нибудь пользу.

— Вот о том я и говорю, — после неодобрительного взгляда отца в нашу сторону она понизила голос до шёпота, хотя, музыка на сцене звучала настолько громко, что нас вряд ли бы кто-то услышал. — О какой пользе ты говоришь? А как же наши развлечения? Мне одной влипать в неприятности не к лицу — родители не поймут. А с тобой всегда отпускали.

— Извини, Кэт, — я усмехнулся, — но теперь влипай в неприятности сама, а лучше вообще их избегай.

— Фу, зануда! — она надула пухлые губки и отвернулась.

А я вздохнул. Конечно, зануда. А кто ещё? Пусть я и помню всё, что вытворял Андриан, но чем больше проходит времени, тем больше я понимаю, что я на него не похож. Прежние привычки стекали с меня как с гуся вода, оставляя после себя сухого, прагматичного и очень скучного Андрея Владимировича. Вот так вот. Я при всём желании, не смог бы воскресить для кузины того старого повесу и весельчакаАндриана.

Хм... А может... А может, земная жизнь мне приснилась в полном объёме, и я за один сон осознал всю бесполезность прожитых дней? Иначе как объяснить моё внезапное озарение и желание взяться за ум?

— Пойдём танцевать! — за потоком мыслей я не заметил, как закончились представления и начался бал. Кэти уволокла меня в центр зала и весело закружилась на сверкающем паркете.

Я улыбнулся, наблюдая за выходками младшей сестры, которую, сколько себя помнил, любил так же сильно, как и Фреда. Она не была злой или противной. Она просто, как и мы все, слишком избаловалась богатством и властью. Однако, к её чести, чуть меньше меня и Фреда, и никогда не переходила границы дозволенного, опять же, в отличие от нас. Всё же статус герцогини и девицы на выданье не даёт такого раздолья для юношеской глупости и безнаказанности, как статус королевских отпрысков.

— Андриан, — она схватила меня за руку и закружила в такт музыке, — ты двигаешься, как деревянный! Забыл, как танцевать твой любимый танец?

— Нет, конечно, — смело соврал я, с ужасом осознавая, что я и вправду забыл! Причём, не только то, как двигаться под этот танец, но и как он вообще называется! Как такое возможно?

— Всё, это невозможно! — Кэти взмахнула руками и потащила меня к фуршетным столам. Там она сунула мне в руки стакан гранатового сока и шпажку с непонятной закуской. — Тогда ешь! Андриан, я тебя не узнаю! Мы не виделись чуть больше месяца, и когда я встречала Фреда на вечеринках, он мне говорил, что ты очень изменился, но я не предполагала, что всё настолько плохо! Ты — будто другой человек.

— Не льсти мне. Чтобы стать другим человеком, мне, как минимум, надо умереть и закопать себя на фамильном кладбище. Только тогда, возможно, я смог бы возродиться кем-то другим.

— А ещё и странный, — она весело засмеялась, не в силах сдерживать эмоции, а потом пододвинулась ко мне поближе и прошептала: — А ты знаешь, что всё это время нас практически линчевали взглядом твои невесты?

— Правда? — я равнодушно посмотрел в ту сторону, где находились девушки.

Самую младшую, принцессу-бастарда из Арии кружил в танце мой младший брат. Фред разливался соловьём, а девушка смотрела на него влюблёнными глазами и чуть ли не растекалась лужицей у его ног.

Так, с этими всё в порядке, дальше.

Принцессу Северного королевства Аделаиду вёл в танце немолодой герцог. И, несмотря на весёлые мотивы в мелодии, создавалось впечатление, что они исполняют траурный марш — настолько чопорно, но при этом до скрипа идеально двигалась девушка. Пару раз герцог попытался разговорить свою собеседницу, но после брошенного на него уничижительного и презрительного взгляда, заткнулся и молча продолжил танец.

Когда Кэти сказала, что кто-то линчует меня взглядом, то внутренне я почему-то надеялся увидеть голубые гневные глаза на лице принцессы Исларии. Но, как ни прискорбно было это признавать, девушку явно больше интересовал фуршет, а не попытки моего убийства. Розовую макушку и необъятное зелёное платье я обнаружил именно на другом конце длинного стола с угощениями. И по виду девушке всё очень и очень нравилось.

А вот кто действительно сверлил меня и кузину недобрым взглядом, так это наследница Залении. Принцесса Ленси кружилась по паркету в обнимку с одним из самых богатых людей королевства, но при этом не сводила гневного взгляда с нашей пары. Я нахмурился.

— Кэти, ты знакома с принцессой Залении?

— Ленси? — девушка обернулась и лучезарно улыбнулась шатенке, от чего у той проступил на лице неподдельный гнев. Она резко мотнула головой и уставилась на своего партнёра, крепко сжав челюсти. — Заочно мы знакомы...

— Как это?

— Ну, скажем так, мы часто общались с общими знакомыми. Но если быть честной, то мы не ладим.

— Вот как? — я удивился. Мне казалось, что уж Кэти-то точно со всеми на короткой ноге. С таким лёгким характером по-другому невозможно.

— Да, это длинная история. Но если хочешь мой совет: лучше не связывайся с ней. Ребёнок королевской крови — это не то же самое, что простые дворяне. Её родители не спустят тебе с рук, если ты немного похулиганишь. Женишься как миленький, ещё и с улыбкой! Её отец вцепится в тебя клещами. Так что, если хочешь поразвлечься, выбери себе рыбку попроще.

— Не переживай, я ничего подобного не планировал, — я мотнул головой.

— Вот в этом-то и проблема, — Кэти встала на носочки и заглянула мне в глаза. — Раньше тебе бы и в голову не пришло внимать предостережениям. Кто ты, Андриан?

Я аккуратно снял её ладони со своего лица и сделал шаг в сторону.

— Кэти, не думаю, что сейчас место и время для твоих догадок. Не бери на себя слишком много — люди смотрят.

Если она и обиделась, то ничем этого не показала, а только покачала головой.

— Нет, Андриан, что-то не так с твоим наследным Высочеством. И я буду не я, если не выясню всё!

Я не успел ответить, так как объявили о начале танцевального конкурса невест. Мы вернулись на свои места, и король дал отмашку начинать представление.

Первой на сцену вышла принцесса Северного королевства. Под размеренную, строгую музыку она выполнила танец в стиле «два притопа, три прихлопа», не сходя с одной точки ровно посередине сцены.

— Она не проглотила кочергу? — поинтересовалась у меня Кэти так, чтобы никто не услышал. — Нет, Андри, если ты выберешь эту глыбу льда, то тогда тебе всю жизнь придётся есть с накрахмаленной салфеткой на коленях.

Я шикнул на сестру, а принцесса Аделаида в это время сделала прощальный церемонный поклон и удалилась за кулисы. Я вздохнул — ну, если так мило, спокойно и скучно пройдёт весь второй тур, то возможно, и не так всё плохо с этим отбором. Мы спокойно досидим до конца, а потом разойдёмся по своим делам...

Второй появилась милая темноволосая принцесса Зарина в восточном наряде. Полилась тягучая музыка, и девушка закружилась в танце. В руках у неё мелькало что-то вроде бубна, в который она периодически била и потрясала при движениях.

— Какая куколка! — восхитилась Кэти.

Наверное, она и вправду выглядела милой, но, как по мне, — чересчур молодой. И дело даже не в возрасте, а во взгляде. Такой бывает у ребёнка — наивного и незрелого. Зато у сидящего рядом Фреда глаза загорелись алчным светом. Надо за ним проследить, а то, не дай Бог, навредит девчонке, а такую обижать — грех на душу брать.

— Ну что, сын? — обратился ко мне отец. — Не выбрал ещё? Или ждёшь выступления Юлианны?

Я устало вздохнул:

— Честно? Жду, когда смогу уйти...

— Нуу, — король усмехнулся в густые пышные усы, — тогда специально для тебя я сейчас попрошу, чтобы следующей пригласили твою будущую жену. Кстати, — он подозвал к себе взмахом руки церемониймейстера и хитро на меня посмотрел, — каково это иметь в невестах особу с оригинальным чувством прекрасного? Тебе же с этим розоволосым чудом придётся везде появляться...

Я только глаза закатил на подобные подколы. Не собираюсь я с ней нигде появляться. А её стремление выделиться на фоне других участниц выглядит как подростковый бунт во время появления прыщей.

Маленькая Зарина ушла со сцены, напоследок кинув восторженный взгляд в сторону моего братца (вот точно надо за ним следить!), и церемониймейстер огласил на весь зал:

— Её высочество Юлианна Исларская!

Я повернул голову назад — туда, где находилась вышеупомянутая особа. Она даже не удосужилась, как другие участницы отбора, уйти за кулисы, а спокойно сидела в зале. И именно это она продолжила делать и сейчас. На немой вопрос в глазах отца, принцесса манерно скривила маленький носик и выдала, гордо задирая подбородок:

— А я, Ваше Величество, считаю, что когда вы озвучили просьбу исполнить танец, подходящий королеве, то явно не имели в виду то, что будущая королева должна кривляться на глазах у своих подданных. Поэтому я отказываюсь выступать.

— Отказываешься? — отец ошеломлённо и недоуменно рассматривал гостью. — То есть, не сдаёшься, а отказываешься?

— Именно, Ваше Величество. Я считаю, что достойна большего. Пусть другие девушки скачут и прыгают перед публикой. Будущая королева не должна этого делать.

И она безмятежно сложила руки на коленях.

Кэтрин удивлённо подняла брови, Фред присвистнул, отец нахмурился, а мне хотелось рассмеяться.

Ну что, отец, эту женщину ты хочешь мне в жёны? А уверен ли ты сейчас в правильности своего решения? В нашем патриархальном обществе подобные заявления сродни нахальству и борзости. И пусть я не жажду связать с ней свою жизнь, но может, теперь и отец задумается, нужна ли ему такая невестка?

— То есть... — король явно пытался подобрать правильные слова и не зарычать на неё при всём честном народе, — то есть, ты думаешь, что подобные испытания недостойны дочери Линсона Пятого?

— Почему же? — она улыбнулась и безмятежно пожала плечами. — Я говорила только про конкурс танцев. Отбор я, во всяком случае, должна проходить, и планирую делать это с достоинством.

Лицо отца покраснело, и если бы он мог, то, не раздумывая, выгнал эту нахалку из дворца. Но договорённость с Исларией, а так же желание пополнить казну перевесила, и он хмуро кивнул:

— Хорошо, Юлианна, как пожелаешь.

— Ваше Величество, — окликнула она его, так как отец уже успел отвернуться обратно к сцене, — я надеюсь, мой отказ не повлияет на результаты? Засчитайте его как особый танец будущей королевы.

Филипп Второй даже не обернулся, пробормотав в ответ что-то нечленораздельное, а я внутренне восхитился. Вот это самоуверенность! Или это просто отсутствие мозгов? Как хорошо, что я не собираюсь на ней жениться! В противном случае, можно было бы начинать собственноручно выкапывать себе могилу, с такой женой она пригодится...

Конечно, после громкого заявления о том, что будущей королеве не пристало перед придворными трясти любыми частями тела, танец принцессы Ленси, выступающей последней, показался, как минимум, неприличным. Мало того, что на платье виднелось слишком много разрезов и вырезов, так оно ещё было явно тесновато своей обладательнице. Наблюдая за её движениями, я в полной мере осознал, что такое испанский стыд. Танцует она, а стыдно мне.

Все остальные тоже как-то не прониклись зажигательным выступлением заленийки. А как это сделать после такой обвинительной речи розоволосой нахалки?!

Как только последняя принцесса покинула сцену, отец всех распустил под предлогом того, что результаты объявит завтра на обеде. Юлианна вышла одной из первых, а я, недолго думая, оставил Кэтрин на брата и побежал за ней.

— Юлианна, постой!

Девушка развернулась, и на миг мне показалось, что в её глазах мелькнула обида. Но только на миг. Моргнув, я не увидел в её взгляде ничего, кроме иронии и снисхождения.

— О, Ваше Высочество, чем обязана?

Я глубоко вздохнул и постарался успокоиться. Несмотря на её поведение, это она должна отказаться от будущего брака, а не я. Моя задача — дать ей для этого веский повод.

Глава 15 Разговор начистоту

Юлианна

Андриан стоял напротив меня и сверлил недовольным взглядом. О чём он думал, мне было неведомо, меня больше заботило другое.

Неужели он не заметил, как из-за его черноволосой Кэтрин на него смотрела принцесса Залении? Волком смотрела. Если бы на меня кто-либо так смотрел, я бы давно превратилась в горстку пепла.

Для меня совершенно непонятно и дико, что он не только передо мной в открытую показал свою любовницу, протащив на отбор, но и перед той же Ленси. Ладно я — кто я для него? Навязанная отцом невеста. Но Ленси говорила, что они близки; неужели в его сердце нет хоть немного сострадания к её чувствам? Тогда он ещё более чёрствый, чем я думала!

Все эти мысли пронеслись в моей голове в одно мгновение, пока я рассматривала точëный профиль.

— Чем обязана, Ваше Высочество?

— Что вы там устроили? — прошипел он, схватив меня за локоть. — Вы выставили нашу семью и традиции Флорентии на посмешище перед подданными.

Я много чего хотела сказать о том, кто и что на самом деле выставляет страну на посмешище, но вместо этого надула губы и пожаловалась:

— Я сделала это для вас! Разве не вы хотели, чтобы конкурсантки вели себя, как подобает королевам? Чудовищная неблагодарность с вашей стороны, Ваше Высочество! Я стараюсь для вас, а вы... — тут я практически натурально всхлипнула. — А вы... Вы мне сердце разбиваете своим поведением!

— Что? — опешил он, выпуская мой локоть и с испугом глядя на меня.

— Да-да! — начала наступать на него. — Давайте начистоту, мой принц! Вы созданы для меня, а значит, я требую: избавиться от всех ваших любовниц и развлечений — раз! — я загнула указательный пальчик. — Приходить в нормальном виде, а не в этих обносках, — я брезгливо дёрнула ткань бархатного пиджака благородного чёрного цвета и загнула второй пальчик. — В вас нет жизни, нет яркости. Посмотрите на мои волосы, на моё платье! Я требую, чтобы вы хоть немного соответствовали своей будущей супруге!

Он с ужасом кинул взгляд сначала на одно, затем на другое, потом вцепился в свой пиджак, как в последний оплот здравого смысла. А меня уже несло:

— И в-третьих, пусть отбор ещё идёт, но я хотела бы от вас получать больше внимания, мой принц. Цветы, конфеты, милые записочки, а ещё я очень люблю пение! Если бы вы исполнили арию в мою честь, то думаю, это могло бы искупить ваши прошлые прегрешения...

Андриан практически со священным трепетом взирал на ту, что должна была стать его супругой. В голове он наверняка прикидывал, сколько проживёт, имея такую женщину под боком. Через пару секунд, видимо, посчитал, впечатлился, потому как пошёл в наступление:

— Мне казалось, моя леди, что это вы недовольны предстоящей помолвкой. Если хотите узнать личное мнение, то меня вполне устраивает и мой внешний вид, и моя жизнь, а также будущая свадьба. Менять свои привычки я не намерен, так что вам, моя дорогая, придётся под них подстраиваться. В нашем королевстве женщинам не считается приличным высказывать своё мнение, поэтому я хотел бы, чтобы впредь вы не заговаривали со мной первой, а ждали того момента, когда я сам обращусь к вам, — на этом месте я чуток зависла, потому что вспомнила, как король Филипп, отец Андриана, общался со своей супругой — невзрачной шатенкой, очень скромной, но милой на вид. Они явно составляли любящую пару и, за исключением первых двух дней, постоянно появлялись вместе, о чём-то непрестанно общаясь. И пусть королева не принимала активного участия в разговорах, она точно не была бесправным созданием в этом дворце, просто некоторые люди от природы тихие и незаметные. О каких приличиях он говорит? — А ещё, раз мы заговорили о скорой помолвке, то не могли бы вы, Юлианна, впредь проявлять больше рвения на отборе, чтобы я видел, насколько сильно вы цените меня? Да и для придворных это скажется показателем вашей заинтересованности.

— А не многого ли вы хотите? — взвилась я, окончательно потеряв свой капризный настрой от его наглости.

— Если вам не нравятся условия, то можете уехать, — как бы между делом предложил он.

— Ни в коем разе, — я расплылась в приторной улыбке. — Андриан, милый, — я смахнула невидимую соринку с его плеча. И пододвинулась совсем близко, чтобы выдохнуть ему в губы: — Хочу, чтобы вы знали, что я мечтаю стать вашей супругой, но если я вас не устраиваю, то вы в любой момент можете отказаться от отбора и женитьбы и вернуться к своим сомнительным развлечениям, почему нет?

С минуту мы стояли друг напротив друга и с улыбкой смотрели глаза в глаза. В этот момент я вдруг поняла одну очень важную вещь: он тоже не хочет этой женитьбы, поэтому и провоцирует меня. Естественно, ведь при наличии живой супруги, крайне сложно сохранять прежний разгульный образ жизни. По-крайней мере, в открытую. В конце концов, его желание жениться на мне — просто прихоть отца, а в том, что его на это сподвиг отец, я не сомневалась! Всего лишь желание отца и жажда породниться с более могущественной державой. Поэтому он и хочет, чтобы я первая отказалась от брака — не ронять же свой авторитет в королевских глазах. Но для меня это вопрос жизни и смерти. Я не могу отказаться. Так что пускай засунет свою гордость в дальний угол и сам сбегает. Я отступать не намерена.

А ещё я поняла, что он тоже просёк мои намерения. Поэтому и смотрит так задумчиво и оценивающе. Как будто примеривается, кто выиграет в этой битве. Что ж... Значит, мы теперь играем в открытую...

— Я вас понял, Ваше Высочество, — усмехнулся он, вторя моим мыслям. — Что ж, раз мы оба так жаждем вступить в этот брак, то не думаю, что нам что-то сможет помешать, правда же?

— Конечно! — моим оскалом можно было детей пугать.

— Замечательно! — он на радостях хлопнул в ладоши. — Тогда мы наверняка сможем поладить и привыкнуть к характерам друг друга! — принц наклонился к моему лицу, вгоняя меня в краску. — Тогда, желаю вам удачи, Юлианна.

Я прищурилась и кивнула. Вот, значит, как? Открытое объявление войны, мой принц? Хорошо, посмотрим, кто кого! Главное, чтобы о наших военных действиях не узнали отцы, а то мало не покажется!

Андриан первый оторвался от созерцания моего лица и пошёл вперёд по коридору. Была бы я помоложе, то может показала бы ему вслед язык или кинула, чем потяжелее. Но, к сожалению, я не могла себе позволить такой роскоши, хотя Юлька во мне, закалённая в драках с дворовыми забияками, рвалась и требовала расправы над наглецом. Я просто покачала головой и пошла спать. После такого насыщенного дня хороший сон — это лучшее решение.

И я старалась не думать, кем проснусь в следующий раз. Похоже, я начинаю привыкать к своей двойной жизни.

Глава 16 Просто деловая поездка

Юля

Бездна бы побрала эти дворцовые интриги, отборы и прочую ерунду! Чтоб они провалились! И Андриан с его любовницами следом!

Я раздражённо напялила куртку и мельком посмотрелась в зеркало:оттуда на меня таращилось НЕЧТО. Нечто заспанное, не причёсанное и очень злое. Тихо выругавшись, я схватила расчёску и вылетела за дверь, пытаясь на ходу одной рукой хоть как-то пригладить волосы, а другой найти в сумочке кошелёк с карточкой для метро.

Проспала! Впервые в жизни я проспала! Позорно и без всякой на то причины.

А всё эти непонятные сны виноваты! Решено — завтра выходной, найду толковую клинику и запишусь к психиатру! Пусть лечат, валерьянкой поят, всё, что угодно, лишь бы этот бред перестал меня мучить. И никакие Андрианы мне не нужны. Тут свои Андрианы — Мандрианы замучили, больше мой бедный мозг, а заодно и организм вынести уже не в состоянии!

Я мчалась на всех парах к своей станции метро, размахивая сумочкой, будто она могла придать ускорение, и старалась не думать о том, что где-то там меня ждёт Андрей Владимирович со своими ярко-зелёными глазищами. Ждёт и недоумевает, как он меня ещё не уволил.

Только я коснулась носком сапога первой ступеньки при входе в переход, как услышала окрик за спиной и гудок автомобиля.

Юль на свете немного, а тех, кого окликают «Юлия», ещё меньше. Я затормозила свой бег и развернулась.

— И вам доброе утро, Андрей Владимирович.

— Хорошо, что я вас перехватил, — начальник с широкой улыбкой быстро приближался ко мне. — Я проезжал мимо и надеялся, что встречу вас.

Я неопределённо кивнула.

— Пойдёмте скорее к машине, — он махнул рукой в сторону шоссе, а я, опять кивнув, направилась, куда показали.

Странное это чувство. Как будто едет крыша, но тебе кажется, что она едет не у тебя, а у других. Я инстинктивно ждала, что вот он развернётся и скажет мне что-то типа того, какая я отвратительная невеста, но ничего не произошло.

Передо мной галантно распахнули дверцу машины, я туда влезла, затем мужчина сел за руль, и мы поехали.

Что, совсем ничего?

— Как вы относитесь к монархии? — ляпнула я первое, что пришло в голову. А затем нервно хихикнула.

Мужчина, до этого совершающий обгон, поперхнулся воздухом, кинул на меня удивлённый взгляд, затем вернулся на прежнюю полосу и только после этого ответил:

— Монархии? Вы имеете в виду монархию в европейских странах или Российскую монархию столетней давности?

— Нет, я в общем говорю, про форму правления, — Боже, как стыдно! Зачем я только спросила подобную чушь?

Видимо, он думал о том же, потому что пожал плечами и безразлично ответил:

— Нормально отношусь, в нашей стране её давно нет, поэтому я как-то не думал над этим вопросом всерьёз.

Я угукнула, желая провалиться сквозь землю от стеснения и неловкости, в машине и так воздуха будто не хватало, а тут ещё я со своими вопросами, от которых мне же и хуже; а мужчина опять сосредоточился на дороге.

— Далеко нам ехать? — я подала голос.

— Да нет, не очень. Минут сорок.

— Понятно.

Вот и поговорили.

Я потными ладошками нервно потёрла светлые джинсы. И почему этот человек вводит меня в такое нервное состояние? Я даже во сне с его двойником смелее себя чувствую, а здесь цепенею от неловкости.

Мы выбрались из застроек города и поехали в область по одной из оживлённых трасс. Начальник за рулём молчал, я тоже держала язык за зубами, чтобы опять не ляпнуть какую-нибудь глупость.

Где-то минут через тридцать мы свернули на просёлочную дорогу, скрытую зарослями, и помчались дальше, весело подпрыгивая на ухабах. Большой внедорожник весьма легко преодолевал глубокие ямы и канавы и совершенно не застревал в снегу.

— Здесь короткая дорога, — ответил на мой невысказанный вопрос Андрей Владимирович. — Вот мы вроде недалеко от города, а здесь будто жизнь замирает. У меня на этом участке дороги даже сеть не ловит.

Ааа, вот почему у меня телефон глючит... Я убрала мобильник в сумочку, но всё равно достала его вновь, чтобы занять руки и не чувствовать себя глупо. Намереваясь хоть как-то поддержать разговор, поинтересовалась:

— Вы первый раз едете на эту фабрику?

— Нет, уже был пару раз, когда принимал решение о покупке фирмы, но многое сделать не успел. А вы раньше не приезжали сюда?

— Нет, как-то не приходилось, да нас, финансистов, и не приглашали никогда.

Снег падал всё сильнее, видимость на дороге заметно уменьшилась и даже дворники со своей работой справлялись плохо. Поразительно, мы не дальше пятидесяти километров от МКАДа, а ощущение, что в глухой тайге.

Не успела я об этом подумать, как прямо под колёса вылетел пушистый рыжий комок.

Я взвизгнула, Андрей Владимирович резко дёрнул руль и дал по тормозам, и нас боком унесло с колеи в сторону. В сторону глубокой придорожной канавы, потому что машина накренилась, стукнулась о сугроб, затем по днищу заскрежетал заледеневший снег, и, наконец, всё затихло.

— Котёнок! — отмерла я и, открыв дверцу, насколько позволял снег, протиснулась наружу, буквально вывалившись в глубокий сугроб.

— Юлия! — услышала окрик за спиной.

Но меня сейчас интересовал только рыжий котёнок, которого начальник попытался пропустить между колёсами. Если мы его задавили... Даже думать об этом не хотелось.

Я гребла руками и ногами по снегу, пытаясь обогнуть машину, а глазами искала виновника остановки.

— Он здесь! — послышался голос от водительской двери.

Я прекратила барахтаться и опасливо поинтересовалась:

— Он жив?

— Ещё как, — усмехнулись с той стороны, — кусается, мелкий поганец.

Я шумно выдохнула и всё же вывалилась на утоптанную дорогу. Андрей Владимирович стоял возле машины, вжимая голову в плечи, чтобы не так сильно подставлять лицо и затылок пронизывающем ветру и держал в руках маленького симпатичного котёночка.

— Какой хорошенький! — умилилась я. — Но как он тут оказался?

— Понятия не имею.

— Хорошо, что мы его не задавили, но появились на пути — в такую погоду малыш мог и погибнуть, — я забрала нашу находку, расстегнула куртку и живенько засунула рыжика поглубже.

Мужчина же тем временем страдальчески оглядывал наше транспортное средство.

— Постойте тут немного, — как-то обречённо попросил Андрей Владимирович, затем залез внутрь салона и активно попытался выехать из ямы, но колеса только утрамбовывали снег и в итоге, ничего не вышло.

— Всё плохо, да? — я прямо попой почувствовала неприятности. — Мы же почти доехали до фабрики, может, вызовем помощь?

Мужчина кисло улыбнулся и продемонстрировал смартфон с полным отсутствием сети.

— Я же говорил, что здесь плохо ловит, а сейчас ещё и снег сильный идёт.

Беглого взгляда на свой телефон хватило, чтобы понять, что там ситуация не лучше.

— И что же делать? — я как-то совсем растерялась.

— Садитесь за руль, а я попробую нас вытолкать, — предложил он.

— Я не умею водить! — в ужасе замотала головой, представив последствия.

— Я покажу...

— Нет, нет, ни за что! Я боюсь прикасаться к рулю, она ж поедет! Всё, что угодно, но не это!

Мужчина нахмурился и попытался придумать ещё варианты решения проблемы, а я решила предложить самый простой:

— Так давайте я потолкаю, а вы за рулём сами как-то, а?

Он с сомнением меня оглядел.

— Не переживайте, я не раз это в детстве делала, отцу помогала! Мы катались на старенькой Ниве, которая частенько или глохла посреди дороги, или застревала.

Я закинула котёнка на заднее сидение и решительно пошла к задней части автомобиля.

В конце концов, ничего сложного.

Глава 17 На производстве

Ничего сложного не было ровно до того момента, пока я не попробовала. Во-первых, огромный внедорожник, на котором разъезжал мой новый начальник, оказался просто несдвигаемым. Как бы я его ни толкала и не пыталась раскачать, это больше походило на трепыхание крыльев моли о дверцу шкафа.

Во-вторых, как только завёлся двигатель, а колёса пришли в движение, меня буквально окатило ледяными комьями, а потом и грязи, смешанной с обледеневшей травой, каким-то образом оказавшейся под снегом.

— Мама дорогая! — взвизгнула я и упала на пятую точку.

— Что, в чём дело?! — из салона вылетел насмерть перепуганный Андрей Владимирович.

Я жалобно проныла, с прискорбием уставившись на свои некогда белые джинсы. Сейчас они представляли собой мокро-грязное месиво.

— Там под снегом земля. Под правым колесом!

Мужчина сначала посмотрел на меня, затем на свою машину и то самое колесо, которое съехало на обочину, потом снова на меня.

— Юлия, простите ради Бога! Я не думал, что в такую погоду можно в принципе до земли докопаться. Обычно эта машина никогда нигде не застревает, если честно, в подобной ситуации я впервые. Мне не стоило позволять вам толкать машину. Пойдёмте скорее внутрь, не сидите на снегу — холодно.

— Я там всё запачкаю! И намочу! — воспротивилась, понимая во что превращу чистые сиденья.

— Не говорите ерунды, — он подхватил меня сзади под мышки и помог встать на ноги, а потом начал аккуратно отряхивать от мокрого снега, старательно избегая прикасаться к моей пятой точке даже через многострадальные джинсы. Зато куртку, ноги и даже волосы очистил очень быстро и тщательно.

Я так растерялась, что просто стояла столбом, не мешая и не помогая ему. В моей голове совершенно не укладывалось, как влиятельный начальник может так запросто стоять и отряхивать от снега своего подчинённого. Причём, без всякого скрытого подтекста. Если бы мужчина захотел за мной поухаживать — я бы обязательно почувствовала.

— Что стоите? — вернул он меня на землю. — Там котёнок в салоне уже орёт.

— Точно, котёнок! — тут же отмерла я и подлетела к машине.

Андрей Владимирович открыл водительскую дверь, а я пролезла через его сиденье на своё место, чтобы опять не ползти по снегу в обход.

Маленький пушистый комочек с жалобным попискиванием моментально перебрался с заднего сиденья ко мне на колени. Причём сделал он это, вовсю пользуясь своими когтями, цепляясь и оставляя уродливые дырки в коже на сиденьях.

Я в ужасе отцепила его от спинки кресла и прижала к себе.

— Испугался, малыш? Ничего, всё в порядке... Сейчас согреешься.

Андрей Владимирович занял своё место и сразу включил в машине печку. Он мельком посмотрел на кожаное покрытие, затем на котёнка в моих руках.

Моё сердце в этот момент остановилось, а мозг уже подсчитывал причинённый ущерб, и сколько лет я буду его возмещать. Но мужчина только усмехнулся и покачал головой:

— Шустрый малец.

Я выдохнула. Ну, не сказал, и ладно. Я настаивать не буду. У меня, между прочим, ещё ипотека не погашена, рано проявлять благородство.

— Юлия, вы голодная? — вдруг спросил начальник. — Я взял с собой бутерброды, думал съесть по дороге, но со всей этой суматохой совсем забыл.

— Да нет, — соврала я. Желудок в ответ жалобно проныл.

Сидящий напротив мужчина немного дёрнул уголком рта и полез на заднее сиденье за едой.

Кроме бутербродов, которые по своему виду напоминали произведение искусства, появился и термос с горячим чаем.

— Тут немного, — смущённо заметил он, — но надеюсь, нам хватит до того, как мы сможем найти помощь.

— А может, мы просто дойдём до склада? — спросила я, подкармливая кота ветчиной, на вид совершенно не химозной, а значит, весьма и весьма недешёвой.

— Далеко, и вы слишком промокли, поэтому останетесь здесь. А я, как только перекусим, сразу схожу.

Я кивнула. Было бы неплохо пойти вместе, но он прав — ноги у меня насквозь сырые. Так что я наелась, напилась сладкого чая, завернулась в плед, который откуда-то выудил Андрей Владимирович, подумала о том, что, интересно, а походную палатку и фонарик он, случайно, с собой не возит, и пригревшись вместе с котёнком на сиденье, почувствовала, как глаза начали слипаться под тёплыми потоками воздуха.

— Вы пока поспите, а я быстро сбегаю, — заматываясь шарфом по самые уши, попросил начальник.

— Да я не сонная, — вяло возразила я, еле удерживая глаза открытыми.

— Я заметил, — впервые за сегодняшний день мужчина улыбнулся так, что сверкнули идеально белые и ровные зубы. — Спите, я скоро.

С этими словами он исчез, а я практически сразу же провалилась в сон.

Мне снились малиновые единороги, от которых я быстро убегала, пара птеродактилей и рыжий котёнок, упорно прыгающий на нашу машину и вырастающий до размеров тигра.

Всё, что угодно, только не другая жизнь Юли-Юлианны.

Разбудило меня шебуршание котёнка на груди и металлический скрежет от запираемых ворот.

Я распахнула глаза. Машина стояла в большом гараже, а за рулём сидел Андрей Владимирович и с улыбкой смотрел на меня.

— Выспались? А мы уже приехали.

— А кааак?.. — только и смогла выдавить я. Неужели я так крепко спала, что не заметила не только то, как он пришёл, но и то, что мы опять смогли поехать?!

— Я не стал вас будить, — мужчина пожал плечами. — Рабочие со склада приехали на тракторе и просто вытянули нас, как игрушечных. А вы с котёнком даже не проснулись и так мило посапывали... Кстати, уже придумали, что будете с ним делать?

Я задумалась. Если тут не найду его семью, то, конечно, не оставлю. Другой вопрос, что и у меня ему вряд ли понравится — я целыми днями пропадаю на работе. А видеть хозяйку только раз в день, да и то на несколько часов — испытание для любого животного.

— Родителям в деревню отвезу, — решила я. — Они давно о коте мечтали, но из приюта брать не хотели, верят, что свой кот должен сам тебя найти.

— Ну, вот и нашёл, только вас, — негромко рассмеялся начальник. Мне понравился его смех. Такой негромкий, басовитый, я даже ощутила как меж лопаток пробежало пара мурашек.

Но потом сама себя оторвала от этого недостойного занятия. У меня планы, между прочим: карьера, ипотека и ещё, скорее всего, психическое расстройство. Некогда мне тут шуры-муры крутить. От них всегда одни проблемы.

— Пойдёмте? — разрушил момент мужчина.

— А? А, да, конечно! — котёнок недовольно пискнул куда-то в район моей грудной клетки, а я спустилась на грешную землю.

Мы с рыжим проворно выскочили из машины и пошли вместе с начальником инспектировать имущество компании.

А посмотреть было на что. Огромные детали будущих катеров, миниатюрные микросхемы, мягкие кресла в состоянии «ингредиентов» (это значит: обивка — отдельно, основа — отдельно). И посреди этого: мужики, мужики, мужики... Такие крепкие, деловитые, сосредоточенные и хмурые.

Я в этом мужском царстве себя почувствовала белой вороной. Точнее бело-грязной. Стыдливо прикрыла миниатюрной сумочкой чёрные подтёки на коленках. Куда там!

Андрей Владимирович, будто поняв моё затруднение, стянул с плеч драповое длинное пальто и протянул мне.

— А вы?

— Здесь жарко, а я люблю прохладу, — он ободряюще мне улыбнулся, а потом подержал мою сумку, куртку и котёнка, пока я заворачивалась в его пальто, словно в покрывало. Нет, он мужчина совсем не толстый, но высокий и широкоплечий, так сказать, атлетического сложения, так что пальто, доходящее ему до середины бёдра, у меня висело где-то в районе щиколоток.

Сам начальник остался в чёрных джинсах и белом вязаном свитере. Это выглядело совсем не так, как строгий деловой костюм, который я видела на нём постоянно до этого. Он казался... каким-то тёплым, уютным, как родной дом. Вопреки здравому смыслу, мне захотелось погреться в таких больших, точно мягких руках, вдохнуть запах мужского парфюма. Почему-то мне казалось, что он должен пахнуть лесом, шишками и хвоей.

Ой... Похоже, меня спалили за разглядыванием мужской фигуры. Лицо босса тронула ироничная улыбка, а в глазах появились смешинки.

Я покраснела до корней волос и сунула нос в ворот пальто, и уже оттуда пробурчала:

— Спасибо... Нам куда?

— Нам — туда, — ещё шире улыбнулся он и махнул рукой вглубь огромного склада.

К начальству уже спешили заведующие производством.

Они расшаркивались с молодым боссом где-то не меньше получаса, совершенно игнорируя моё присутствие, будто я — тумбочка в интерьере. Меня такое положение вещей вполне устраивало, я по своей природе достаточно закрытый человек, как сейчас модно говорить: интроверт. Я спокойно слилась с обшивкой будущего катера «Зефир» и не отсвечивала почём зря.

А вот мужчину в белом свитере такое положение дел явно не устраивало. Он при любом вопросе узнавал моё мнение, так что внимания я, в конце концов, все же удостоилась.

Потом нас ждала двухчасовая экскурсия и доооолгие разговоры, а также проверки всех помещений на предмет рентабельности использования.

Новый босс облазил каждый катер, каждую лодку, перетрогал, перенюхал и чуть ли не взвесил почти каждую деталь на складе и в самом цеху. Мне даже показали те самые заклёпки, на которые я потратила почти неделю своей жизни и сравнив их со старым образцом, мы остались абсолютно довольны.

В конце концов, нас напоили горячим чаем, потому что в помещении скорее холодно, чем тепло, так, что зубы стучали друг о друга.

Я несколько раз предлагала тёплое пальто обратно, но от меня отмахивались, как от мухи в конце июля.

Когда мы сели в машину и выехали на улицу, уже смеркалось, так что домой я вернулась поздно, усталая, но по-глупому счастливая.

Сегодня мужчина столько раз говорил со мной, узнавал моё мнение, рассказывал что-то интересное, что я под конец совсем растаяла от повышенного внимания и растеклась сладкой лужицей у его ног.

Проходя мимо зеркала в прихожей, я увидела взъерошенную, не накрашенную девицу с придурковатой мечтательной улыбкой на лице и щенячьим взглядом.

— Господи, позорище! — прокомментировала вслух и поскакала в ванную. У меня прекрасное настроение, но просто потому, что я скоро занырну в ароматную пену, а не потому, что какой-то мужчина постучал в моё расчётливое сердечко. И ведь это он ещё мне даже никакого повода не давал... А если бы дал?

Нет, нет, нет! Уж лучше пусть будет Андриан! Он хоть и засранец последний, зато понятный! И не вызывает непонятного жжения в груди и тепла в душе.

Глава 18 Не очень удачная прогулка

Юлианна

Заказано? Получите — распишитесь!

Проснулась, глубоко вздохнула и пошла на завтрак с принцессами.

— Ох, как я волнуюсь, — тихо пожаловалась мне Зарина, нервно теребя салфетку на коленях. — Его Величество такой суровый, а что за следующее испытание — никто не знает. Я так боюсь провалиться!

— По правилам, — холодно оповестила нас со своего места Аделаида, терзая ножом и так небольшой блинчик на миллион маленьких кусочков, — следующее испытание должна озвучить одна из невест. Так как Юлианна, — короткий взгляд на меня из-под белоснежных ресниц, — уже изъявляла своё желание, пусть и вне очереди, не говоря уже о том, что оно само по себе смехотворно, то теперь очередь должна идти по старшинству родов и королевств.

— Ты считаешь, что не по магическим данным? — лениво перебила её Ленси, буквально вывалив на стол свои передние девяносто, а то и все сто двадцать, прикрытые только лёгким газовым шарфом. — Сомневаюсь!

— А что бы вы выбрали? — невинно поинтересовалась Зарина.

Я восхитилась её наивностью и прямодушием. Я бы ни за какие коврижки не спросила подобное у этих двух принцесс, но меня тоже интересовал этот вопрос, так что хотя бы намёк на будущие испытания получить хотелось. Мне же их ещё проваливать.

— Так мы тебе и скажем, — фыркнула Ленси. — Между прочим, в том, что на подготовку даётся крайне мало времени, есть свои плюсы — никто не сможет быстро соорудить магическую обманку и за счёт этого выиграть этап.

— Но как же... — Зарина хотела ещё что-то добавить, но в этот момент двери в нашу столовую отворились, и зашёл вышколенный лакей.

— Принцесса Зарина из Арии, — важно оповестил он, а затем добавил: — Ваше Высочество, вас желает видеть Его Величество.

— Сейчас? — девушка моментально позеленела от страха и сжала вилку так сильно, будто это последняя надежда на спасение.

— Сейчас, — бесстрастно подтвердил слуга. — Я вас провожу.

— Может, Его Величество решил, что бастарду не место на королевском отборе? — будто бы между делом предположила Аделаида, а я бросила на неё разъярëнный взгляд.

— Если поедешь сегодня домой, то не забудь попрощаться, — с милой улыбкой посоветовала Ленси.

— Всё нормально, — постаралась ободрить я Зарину, потому как принцесса выглядела так, будто прямо сейчас грохнется в обморок. Двум же другим принцессам я искренне желала растолстеть до безобразия. Желательно, прямо сейчас. — Скорее всего, король хочет у тебя поинтересоваться, какое испытание назначить следующим.

— Ты думаешь? — в чёрных глазах мелькнул луч надежды.

— Ещё чего, — фыркнула пышногрудая шатенка, поправляя оборочки на платье.

— Уверена, — не обращая внимания на противных девиц, кивнула я малышке. — Иди, не бойся. Потом увидимся.

Зарина робко кивнула, а затем на негнущихся ногах вышла за лакеем вон из малой столовой.

Девушки за столом ещё что-то начали обсуждать, в большинстве своём перемывая косточки только что ушедшей принцессе, а я, не желая оставаться в этом гадюшнике, встала и направилась к себе.

Что бы до этого не говорила, но я всё же волновалась за восточную красавицу. Она казалась такой хрупкой, наивной и доброй, что желание помочь и защитить появлялось практически инстинктивно.

В ожидании обеда и того времени, когда мы сможем увидеться, я нервно ходила из угла в угол в своей комнате.

— Ваше Высочество, — пыталась воззвать к моему здравому смыслу Аурелия, — нам нужно начинать подбирать платье к обеду. Вы же совершенно не готовы к встрече с королём и принцем!

Я презрительно фыркнула.

— Сразу после завтрака я должна натягивать наряд к очередному фуршету, чтобы выглядеть идеально для местного общества? Нет уж, уволь, я лучше пройдусь по парку. Погуляю. А ты отдохни, Аурелия, сколько можно меня одевать, заплетать и красить? Просто попей чаю, поболтай с прислугой, развлекись.

— Вы не хотите, чтобы я пошла с вами? — девушка ошеломлённо похлопала глазами.

— Нет, мне надо подумать, а лучше всего это делать в одиночестве, — ответила я и заплела волосы в удобную косу.

При виде моих ловких манипуляций у горничной чуть сердечный приступ не случился.

— Но так нельзя! — воскликнула она. — Вы не должны ходить в одиночестве!

— А мы никому не скажем, — я задорно ей подмигнула и направилась на выход из покоев. — Отдохни, пока меня нет.

И, не слушая больше возражений, прикрыла за собой дверь со стороны коридора.

— Черт бы побрал этот средневековый этикет, — проворчала я, уверенно направляясь к выходу из дворца.

Если бы не мои постоянные сны, в которых мне не нужно ни у кого спрашивать, можно ли мне куда-либо пойти и когда это можно сделать, я бы, может, и не возражала сейчас. Но теперь уже ничего не поделаешь: дикая птичка, почувствовав свободу от клетки, никогда в неё назад не вернётся.

Я не соврала Аурелии. Мне и вправду хотелось немного подумать, раз уж с Зариной раньше обеда не увидимся. Как минимум, над тем, что дальше делать с тем, что происходит? Ещё несколько дней назад я решила, что пока отложу проблемы своей двойной жизни, оставив их на более спокойное время, точнее на то, где я уже лишусь статуса навязанной невестой.

Но мне нужно определиться с тем, что я вообще хочу от этой жизни. Ради чего мне сейчас стараться получить ту самую свободу, потому что, по правде сказать, об этом я даже ни разу не думала.

У Юли Косыгиной в жизни намечались большие планы. На год, на два, на пять и пятьдесят. Всё заранее расписано по полочкам и продумано до мелочей. А чего хочет Юлианна?

Сейчас я внутренне знала, что моя жизнь как принцессы — это не бред, не галлюцинация и даже не сон. Она — реальность. Не знаю как, но я знала это. А значит, я хочу прожить её так, чтобы потом не жалеть об отпущенном мне здесь времени, каким бы коротким оно не оказалось.

Я вышла к небольшому фонтану, который приметила из окна своих покоев. Со всех сторон его окружала стена густой растительности, а значит, скрывала от посторонних глаз и ушей. Меня это вполне устраивало и я принялась наматывать круги вокруг, бубня себе под нос:

— Если замуж не пойду, и если батюшка меня не съест живьём, и не выдаст за первого встречного, я бы хотела попробовать разобраться в финансовых делах Исларии. Мы, конечно, самая богатая страна на континенте, но за счёт чего? За счёт войн, точнее грабежа побеждённых стран, хотя мой отец — первый не особо кровожадный правитель, до этого были куда хуже... А ещё за счёт полезных ископаемых: золота и драгоценных камней. Но как бы бы хотелось наладить более эффективные торговые отношения с соседними странами. Мы могли бы торговать с той же Флорентией, выкупая у неё магические изобретения. Развивать рыночную экономику. И Флорентии хорошо, озолотится, и мой народ получит больше технических новинок. Осталось только уговорить папеньку дать мне хоть немного ответственности в этой сфере, да нанять соответствующих учителей, потому как знаний у меня явно недостаточно для подобного размаха, точнее, их совсем нет.

Я на секунду остановилась и задумалась: а хочу ли я всего этого? Интересна ли мне эта сфера?

Потом сама же фыркнула, развернулась и зашагала в обратную сторону.

— Ещё как интересна! Если отец пойдёт на уступки, я им тут устрою бухгалтерские проверки! Всех зажравшихся фрейлин веником из дворца выгоню. Всё равно от них никакого толку — только голова болит от непрекращающейся болтовни.

Внезапно прямо на меня из-за поворота вынырнула мужская фигура, и на огромной скорости понеслась в сторону дворца. Мужчина, видимо, не заметил меня, уставившись себе под ноги, а я, в свою очередь, не успела освободить ему дорогу. Он по касательной задел меня плечом, и я, не удержав равновесия, с глухим вскриком упала в фонтан.

Глава 19 Довольно удачный разговор

Андриан

— Ох, прошу прощения! — я испуганно полез в фонтан доставать упавшую девушку.

Не понимаю, как можно задуматься настолько, чтобы не увидеть человека у себя на пути! Стыд и позор моему предполагаемому водительскому стажу!

Девушка оказалась моей навязанной невестой — Юлианной. Ну конечно, кто же ещё может бродить по заросшему углу парка в одиночестве?!

Она злобно отбросила с лица мокрые розовые пряди, и моё сердце пропустило удар. Юлианна находилась так близко. И сейчас, когда на ней не было маски презрительности и капризности, она напоминала ту, другую девушку. Умные глаза метали молнии, а рот плотно сжался в суровую линию.

Как же тяжело сейчас видеть это лицо и понимать, что передо мной совсем другой человек. Как близнец, обладающий совершенно противоположным характером. И, как в насмешку, жениться я должен именно на копии, а не на оригинале, пусть и существующем только в моей голове.

Да, стыдно признаться, но похоже я как в школьник влюбился в девушку из своих снов. Понятия не имею, как такое вообще возможно, но с первой нашей встречи я находился в таком восторге, что крышу просто снесло. Полетели к чертям все мои благородные намерения о холостяцкой жизни. Теперь, стоило закрыть глаза, в мечтах фигурировали не цифры, а одна серьёзная блондинка. Это было не осознанное, взвешенное решение. Нет, это был вихрь, снëсший мой здравый смысл и мозги в придачу.

Смотреть сейчас на Юлианну и вспоминать Юлию оказалось… тяжело. Я непроизвольно сглотнул и уже хотел извиниться, чтобы как можно скорее позорно убежать к своим бумагам и отчётам, лишь бы не видеть эти глаза, но мои благородные порывы на корню обрубила реакция девушки.

— Простить?! — зашипела она. — Да без проблем, мой принц!

И зачерпнув полную шляпку воды из фонтана, она перевернула её мне на голову!

— Что за!.. — я отскочил от неё как ужаленный. Ненормальная честное слово! Я же сказал, что это обычная случайность!

Тем временем она совсем не грациозно вылезала из фонтана. Лёгкое летнее платье облепило ноги, а с волос капала вода. Я непроизвольно отметил, что лицо не «поплыло». Девушка не пользовалась косметикой, а значит, и размазаться нечему. Это необычно и оказалось неожиданно приятно. И забавно — девушка в эту минуту напоминала мокрую кошку. Она злобно отфыркивалась и трясла руками.

— Я была бы очень вам обязана, если бы вы перестали на меня так пристально смотреть, — не скрывая сарказма, проговорила моя навязанная невеста. — Мы, между прочим, ещё не женаты!

— Я мог бы вас высушить магией, — предложил со всей возможной галантностью. Нет, желание от неё избавиться никуда не делось, но от одной мысли, что принцесса пойдёт по всему дворцу, где есть множество мужчин в таком виде, меня передёрнуло.

— Обойдусь! — Юлианна перекинула мокрую прядь волос за спину и гордо вздёрнула королевский нос. Она бросила на меня презрительный взгляд и, круто развернувшись, широким шагом направилась во дворец.

Я глубоко вздохнул, успокаиваясь. Ну, не хочет так не хочет, моё дело — предложить.

Самого себя я достаточно резво высушил магией, а во дворце у ближайшего зеркала привёл в порядок топорщащиеся во все стороны волосы. Там, куда я направлялся, неопрятный вид неуместен.

— Андрик, куда прихорашиваешься? — за моим плечом возник силуэт братца. — В город, девиц покорять? Я с тобой!

Я только усмехнулся.

— Размечтался! Я к отцу иду, — брат заметно скривился, а после моих следующих слов и вовсе скис: — И ты идëшь со мной.

— Да я и не собирался, — попытался он отбиться от такой перспективы. Строгий отец и его нравоучения порядком надоели Альфреду. Да и Андриану, то есть мне, то есть мне прежнему они также набили оскомину. А сейчас я сам туда иду, по своей воле. Есть от чего рожи корчить.

— Это не обсуждается, — спокойно оповестил я брата, а в следующий момент взял парня за шкирку и потащил в нужную сторону.

Братец, конечно, пытался вырваться и удрать, но я держал крепко. В итоге, у самого кабинета правителя Фред, затормозил и, смирившись со своей судьбой, оповестил меня, что пойдёт своими ногами. Я не возражал, так что вошли в двустворчатые двери мы вместе, синхронно, как и подобает отпрыскам королевской крови.

— А, это вы, — отец поднял голову от бумаг и мельком на нас посмотрел. — Вовремя. Как раз хотел за вами послать.

— Да, Андрэ, пора выбрать победительницу второго тура, — согласилась матушка, внезапно вынырнувшая из глубин кресла рядом с отцом.

— Но я собирался обсудить кое-что более важное, — начал я. — Отец, мне на пятнадцать минут нужно твоё внимание. Дело касается экономики Флорентии, у меня есть несколько предложений и просьб.

— Это всё неважно, — махнула мама рукой и заметила: — Сын, решается твоя судьба! Разве тебе всё равно, кто станет твоей супругой?

— Я считаю, что на данный момент дела страны важнее, — возразил я. — Итог отбора уже решён, так зачем зазря это обсуждать?

— Не дерзи матери, — оборвал меня отец. Я прикусил язык и нахмурился. Раньше Андриан совсем не стеснялся в выражениях, а у Андрея никогда не было собственной матери, чтобы знать, как с ней общаться, так что упрёк я посчитал обоснованным. — Не тебе рассуждать о благе всей страны. А на отборе, между прочим, есть не только первое место. Вдобавок, в этот раз я не уверен, что его можно отдать Юлианне. Вы видели, что устроила эта девчонка?!

— Это было весело, — хихикнул брат. Я не удержался и отвесил ему подзатыльник. — Ай! Изверг!

— Замолчали! — оборвал нас отец. — Я спрашиваю, что делать с итогами? — в этот момент двери в кабинет ещё раз отворились, и к нам присоединилась Кэти. — О, Кэтрин, дорогая, ты вовремя.

— Вы посылали за мной, Ваше Величество? — кузина сделала церемонный реверанс, а после ответного кивка моего отца уселась на широкий диванчик, стоящий вдоль стены.

— Кэти, мы обсуждаем итоги второго этапа, — королева тепло улыбнулась своей племяннице и доверительно поделилась, чуть понизив голос: — Филипп считает, что лучше всех справилась принцесса Арии — Зарина. А ты что думаешь?

— Что?! — вклинился брат, из расслабленности резко перейдя в настороженность. — А причём здесь принцесса Арии?

— Её танец выглядел самым милым, — пожала плечами мама. — А разве ты так не считаешь, Андрэ?

Брат тоже уставился на меня, но только возмущённо. Эка его маленькая арийка задела! Ничего, для такого, как он, иногда полезно хоть немного проявить эмоции, а не смотреть на всех свысока.

Разрядила обстановку Кэтрин, хихикнувшая на своём диване.

— А мне понравилась исларка. Юлианна, кажется? — она дождалась утвердительного кивка и продолжила: — Она забавная. Я подумала, что с такой женой Андрэ точно не соскучится.

— Она опозорит наш род и всю страну в придачу, — возразил я.

— Пфф, ты давно это сделал сам, — заметил отец. Потом обратился к племяннице, которой до этого ничего не говорили о наших планах: — То есть, тебе понравилась Юлианна? Не смотря на её более чем вычурный вид и поведение?

— Да, я думаю, она сможет поставить на место кузена, а внешний вид... Ну, это скорее дело вкуса, за это не казнят, — Кэти бесстрашно мне улыбнулась, слегка прикусив губу.

Я заскрипел зубами от злости. Для них это всё игра? Забавно? Весело? О чём они с Фредом вообще думают?

— Отец, если ты хочешь, чтобы Юлианна выиграла отбор, тогда давай отдадим ей и тут первое место. Если ты считаешь такое решение подозрительным, то можешь ей присудить второе или третье, а первое отдать Зарине, — я ненадолго остановился, и стало слышно, как на заднем плане начал возмущаться брат. — Всё равно результаты одного испытания ничего не значат.

Король задумчиво потëр подбородок.

— Я ценю наш договор с Линсоном. Но его дочь... Неужели он не мог родить что-то менее нелепое?

— Зачем ты так о бедной девочке? — возразила мама. — Да, она малость избалована, но вовсе не глупа. При правильном воспитании она вполне может стать неплохой королевой.

— Кому говорить о воспитании, Анжелина, как не нам с тобой? — отец вздохнул. — Ты посмотри на этих оболтусов, — он махнул в нашу сторону рукой. — Вот и всё наше воспитание. На поверку мы оказались никудышными родителями.

Мама расстроенно отвела взгляд.

— Неправда, — в один голос возразили мы с Кэти. Фред сейчас благоразумно помалкивал.

— Ваше Величество, не говорите так, — взмолилась кузина, — Андрэ с Фредом ничем не хуже любого ребёнка-аристократа в нашем королевстве.

— И ничем не лучше, — хмуро заметил отец.

— А Андриан вообще в последнее время поменялся, — она указала на меня пальцем. — Стал таким строгим, неприступным, теперь к нему и не подойти. Наверняка, сейчас он больше подходит под звание «правильного» ребёнка.

— Отец, — я сам решил поговорить с родителем. Момент подходящий, — дело не только в воспитании, сколько в условиях, в которых мы живём. В которых живёт вся знать. Отпрыски любой влиятельной семьи ничем не заняты. По закону они освобождены от любого вида деятельности. То есть, получается, что их родители трудятся на благо Флорентии, а дети этими благами без зазрения совести пользуются. Я провёл подсчёт количества придворных во дворце, знаешь, сколько их?

Отец отрицательно качнул головой и откинулся на спинку стула, с любопытством меня рассматривая. Я же вытащил свой альбом с записями, который, к счастью, не пострадал во время утренней стычки с Юлианной, а также моего последующего купания в воде из фонтана.

— Полторы тысячи. Полторы тысячи взрослых, совершеннолетних дворян-мужчин и это я не брал в расчёт женщин и детей, живёт на территории дворца и гостевых коттеджей в границах королевского парка. Триста пятьдесят из них служат в гвардии на лидирующих позициях. Сто сорок заняты административной деятельностью, около полусотни принадлежат к касте казначеев и секретарей. И десять являются твоими личными советниками. Вопрос, чем заняты остальные девятьсот пятьдесят дворян?

В кабинете стало тихо.

— Они участвуют в официальных мероприятиях, — неуверенно ответила мама.

— Поймите, — продолжил я, — такая ситуация не только во дворце. И, даже, не только в столице. В регионах и деревнях та же самая история. Работающих дворян от силы третья часть. Все остальные живут даже не за счёт своей земли и ренты за аренду. Нет. Они живут за счёт бюджета страны. Если корона их кормит, то зачем создавать рабочие места? Зачем выращивать животных и сажать пшеницу и овощи? Зачем заниматься коммерцией? Проще купить всё готовое, сходить в шикарную кофейню в столице. Эти неработающие дворяне — самая большая статья расходов в бюджете. Самая огромная. Если всё продолжит идти так, как сейчас, то нас за долги просто растащат на куски соседние государства!

— И что ты предлагаешь? Свергнуть вековые устои? Настроить против себя знать? — отец был мрачен как никогда.

— Да, — я протянул ему альбом со своими записями, — удели мне пятнадцать минут, прошу.

С минуту король сверлил меня взглядом и в задумчивости барабанил пальцами по столу. Наконец, обратился к жене: — Дорогая, оставь нас, пожалуйста. Вы можете пока проголосовать между собой, кому присудить первое место за второй этап. Мой голос вы уже знаете.

Я облегчëнно выдохнул, мимолётно радуясь своей маленькой победе по привлечению внимания, но затем снова подобрался. Впереди самое сложное: доказать, что я не брежу, не сумасшедший, и что подобные методы сработают и дадут результат. В конце концов, я не политик. Я работаю с цифрами и фактами. Моя задача сейчас — прийти к разумному компромиссу, используя отчëты, а так же сопоставив их с опытом и знаниями политических тонкостей, которыми владел отец.

Если мы хотя бы перестанем влезать в кредиты и встанем на путь экономии и раздачи долгов, то, возможно, сможем вытащить свою страну из той ямы, в которой она оказалась. В том числе, из-за меня и моих бесконечных игр, споров и тусовок. Пример распутного принца стал столь заразительным, что больше половины детей-дворян начали растрачивать семейные капиталы на вечеринки, соревнуясь, кто лучше и богаче.

— Хорошо, Андриан, что ты предлагаешь?

— Во-первых, оставить на бюджетном обеспечении только работающую знать, а также вдов и малолетних детей тех аристократов, кто умерли или погибли. Всем остальным выплатить ещё раз жалование, а затем дать полгода, в течение которых они могут начать любое собственное дело, будь то производство или коммерция. В течение этого времени освободить их от налогов. Ещё выдать беспроцентные займы на развитие. Естественно, под залог имущества. Если они желают оставаться под королевским покровительством, предложить им хорошо оплачиваемые места.

— Зачем им всё это делать, если они и так до сих пор находились на полном обеспечении?

— Отец, такие меры, я уверяю тебя, более чем лояльные и удобные для аристократов. Конечно, многие могут возмущаться тем, что их оторвали от королевской кормушки, но тут уж тебе решать: ублажать знать только за их статус или же хотя бы попытаться разобраться с долгами.

— А если они начнут бунтовать?

— Не мне тебе рассказывать, что как у короля у тебя есть методы влияния на любой род Флорентии, — я улыбнулся. — И это — провокационный вопрос. Недовольные всегда найдутся, наша задача — найти золотую середину. Вдобавок, я предлагаю ограничить не только расходы на дворян, — я ткнул в соответствующий пункт в записях.

Отец проследил за моим пальцем, и его брови взлетели вверх.

— Ты предлагаешь сократить расходы королевской семьи на пятьдесят процентов?! Ты с ума сошёл?!

— Вовсе нет, наша казна не резиновая, чтобы оплачивать всё, что на самом деле нам даже не нужно. В том числе, нет необходимости содержать такой огромный штат прислуги.

— То есть, ты считаешь, что твоя мать должна сама по утрам одеваться, а потом сама шить себе платья?

Я вздохнул.

— Отец, я предлагаю пожертвовать немногим ради того, чтобы потом не снять с наших голов корону. Да, дыры в бюджете появились в том числе из-за того, что я транжирил и сорил деньгами направо и налево. А за мной начала повторять и остальная молодёжь Флорентии. Но и до этого наши дела были плохи. Мало того, что никакой отчётности не велось, так ещё и обеспечение королевской семьи из казны обеспечивалось по нуждам: есть нужда — лезем в казну.

— По твоему, это плохо?

— Это неэффективно, — я понимал, что для средневековья мои мысли несколько... радикальны, но ничего не мог с этим поделать. — Лучше выделять какую-то конкретную сумму раз в месяц или квартал, и из неё рассчитывать возможные траты, вместо того, чтобы брать столько, сколько требуется под конкретное мероприятие или покупку.

В кабинете повисло молчание. Отец откинулся на спинку кресла и внимательно меня рассматривал, постукивая ручкой по столу.

— А что насчёт штата прислуги?

— При дворце работает около тысячи человек. Плюс приходящие работники. Я предлагаю сократить этот штат до двухсот пятидесяти, упростив некоторые процессы — у нас есть бытовая магия, она прекрасно в этом поможет… Отец, скажи, зачем при обеде в столовой стоит около тридцати лакеев, три повара и нескольких поварят? Почему бы не ограничиться пятью лакеями, а остальные могли бы просто заняться делами? Меньшим количеством намного легче управлять, можно лучше контролировать траты, а заодно уменьшить количество краж. Я лично видел, как из служебных дверей вчера выезжали повозки с провизией. Повозки, отец! Это так называемые «остатки после обеда», которые просто воруют.

— А куда, по-твоему, их девать?

— Я предлагаю не придумывать, куда деть десятки килограммов продуктов и блюд, а устранить проблему: уменьшить количество блюд за трапезами, составить чёткое меню для нас и для служащих; нанять людей, которые бы следили за тем, чтобы продукты покупались строго для этого меню, а затем наблюдали, чтобы не оставалось лишнего. Я не прошу, чтобы вы отказывали себе во всём, но уменьшить количество запечённых поросят с трёх до одного в ваших силах. Всё равно остальные никогда не съедались.

— Но это — мелочи, — король насмешливо поднял бровь. — Как они помогут в борьбе с долгами, где суммы с девятью нулями?

— Нет, отец, таких мелочей очень много. И именно из них состоит весь бюджет. Давай я тебе сейчас на цифрах покажу, сколько можно сэкономить, если немного ужаться.

— Не надо, — он выставил вперёд ладонь и продолжил листать мои записи, — я вижу. Это безумство. Но... Если ты действительно хочешь — давай попробуем. Но запомни, Андриан, я даю тебе последний шанс на моё доверие. Подорвëшь его, и я навсегда лишу тебя права принимать решения в этой стране.

— Я согласен.

— Тогда я дарую тебе неограниченные полномочия в этой сфере, делай то, что считаешь нужным и через месяц я жду с отчëтом. Народные волнения я, так и быть, возьму на себя. Как ты правильно заметил, у меня есть методы влияния, — на последних словах он усмехнулся в густые усы. — Но в успехе дела я всё же не уверен.

Я кивнул и, поблагодарив отца, уже направился к двери, как меня остановил его насмешливый оклик:

— Но, надеюсь, ты не забыл, что отбор остаётся в силе? — я в ответ чертыхнулся. — Через час жду на обеде, где объявим о третьем испытании, я как раз об этом общался сегодня с принцессой Арии. Хорошая девчушка. Ты знаешь, что на неё уже положил взгляд Альфред?

— Главное, чтобы он не причинил ей вреда. Она бастард, и её некому защитить, отец. Я прошу тебя запретить брату приближаться к девушке.

— Знаешь, Андриан, — король встал и отвернулся к окну, — Кэтрин права — ты изменился. И я пока не знаю, как к этому относиться.

— Привыкнешь, отец.

С этими словами я вышел из кабинета и направился прямо по коридору. У меня в голове накопилось столько идей, столько планов. Далеко не всё мы обсудили, но теперь я хотя бы надеялся, что к моему мнению начнут прислушиваться. Единственное, что ужасно раздражало — это пресловутый обед и принцессы, из-за которых есть совсем не хотелось.

Глава 20 Результаты второго испытания

Юлианна

Обед прошёл на удивление спокойно. Члены королевской семьи в полном составе тихо переговаривались между собой и просто трапезничали, совершенно не обращая на нас внимания. Прямо семейная идиллия, в самом деле. Только непонятно, наигранно это, или они действительно души друг в друге не чают?

Принцессы, которых ни о чём не спрашивали, беспокойно ёрзали на стульях. Признаюсь, мне тоже было некомфортно, что нас так явно игнорировали. Подозрительно это...

Зарина пришла последней, и ей осталось только одно место, как раз напротив принца Альфреда. Крайне далеко от меня, так что пообщаться не представлялось никакой возможности. Поэтому я только приветливо ей кивнула, а она, в свою очередь, густо покраснела под неприкрытым взглядом младшего принца. Вот же! Была бы моя воля — уши бы ему надрала!

Ленси сегодня разоделась в пух и прах, от количества оборок рябило в глазах, как от моего недавнего зелёного наряда. Я же сегодня предпочла более лёгкий вариант платья «аля-сарафан» с закрытыми плечами и теперь, в отличие от остальных, совершенно не обращала внимания на жару. Шатенка умильно хлопала длинными, явно подмагиченными ресницами и строила за столом глазки всем мужчинам без исключения. На всякий случай. Как у неё только ресницы не повыпадали от натуги?! Правда, после того, как поймала разъярённый взгляд королевы при попытке заигрывающе улыбнуться королю, опустила глаза долу и, наконец, обратила внимание на свою тарелку.

Одна Аделаида выглядела спокойной, как айсберг в океане. И такой же холодной. Она молча отправляла в рот миниатюрные кусочки сырников и долго-долго их пережевывала. Казалось, ей совсем не было дела до собравшегося здесь общества. Не сомневаюсь, что она считала окружающих недостойными своего внимания и думала, что выглядит максимально высокородно и породисто. Правда то ли у меня восприятие неправильное, то ли ещё что, но я видела перед собой просто зазнавшуюся гордячку.

Пока мой мозг самым постыдным образом перемывал косточки всем сидящим за столом, король, наконец, обратил на нас внимание и обратился с речью:

— Дорогие невесты, думаю, пришло время объявить результаты вчерашнего конкурса танцев. Наша семья и ещё несколько приближённых после долгого совещания решили признать победительницей принцессу Арии Зарину.

Металлические приборы с громким звоном выпали из рук северянки.

— А... — Ленси явно хотела что-то сказать, но в последний момент захлопнула рот и только покрылась бордовыми пятнами гнева.

Я внутренне возликовала. Счастье-то какое! Не я! Правда, сомневаюсь, что сама Зарина рада подобной чести — вон как побледнела и бросила затравленный взгляд на сидящего напротив Фреда, который молча согнул в руках вилку и смотрел на отца так, как будто у него отобрали самое вкусное мороженное в жизни, — обиженно и сердито.

— Второе место у принцессы Юлианны, — меж тем продолжил король. Он хотел ещё что-то сказать, но тут не выдержала и истерично закашлялась Ленси. Заленийка смотрела на меня с такой нескрываемой ненавистью, что меня аж передёрнуло. В конце концов она выдохнула:

— Как так?! Ваше Величество, вы наверняка что-то путаете! Юлианна не принимала участия в конкурсе, поэтому в принципе не может занять какое-либо место.

— Она попрала устои Флорентии, — как бы между прочим вставила Аделаида, делая вид, что очень занята рассматриванием сладкого соуса на своих сырниках.

Лицо короля перекосило, как от зубной боли. Ему сейчас явно надавили на больную мозоль. Его Величество бросил на меня осуждающий взгляд. Казалось, будь его воля, он бы меня самолично выпорол. Но увы! Не в его это власти. А судя по тому, какими выросли венценосные сыновья, то и обычая у них такого не водилось. Иначе бы они оказались не такими раздолбаями. Я вспомнила, как мне родители один раз всыпали ремнём по мягкому месту за то, что я во втором классе назвала учительницу «клушей»; я после этого ещё пару дней старалась не присаживаться на свою филейную часть. Да, методы жёсткие, но весьма действенные — больше я никогда в жизни не смела дерзить старшим или же тем, кто трудится ради моего блага, какими бы забавными или нелепыми они не выглядели.

— Понимаю ваше возмущение, милые дамы, — сквозь силу улыбнулся монарх. Супруга короля мягко положила ему руку на плечо. Через пару секунд он явно начал потихоньку успокаиваться. — Но дело в том, что Юлианна не просто отказалась от участия в соревновании — она обосновала свою позицию. И пускай, я лично не поддерживаю подобное мнение, но оно имеет право быть. Методом голосования она заняла второе место, — повторил король с нажимом, видя, что Ленси опять хочет вмешаться и возразить.

Шатенка недовольно замолчала.

— А дальше? — не выдержала Аделаида, откладывая приборы и вытирая идеально чистые губы салфеткой. — Остальные места?

Король немного замялся. Тогда на помощь пришла королева:

— Дорогая Аделаида, дело в том, что остальные места мы не распределяли. Зачем? Каждый ваш танец произвел неизгладимое впечатление своим великолепием. И мы решили, что вы с принцессой Залении разделите третье почётное место. В конце концов, в каждом королевстве есть свои национальные танцы и мы не вправе судить, какой лучше, а какой хуже. Со своей стороны хочу сказать, что ваше исполнение может похвастаться изумительной, скорее даже идеальной техникой, — от подобного комплимента блондинка довольно вздёрнула длинный узкий нос. — А танец принцессы Ленси поразил воображение! Сразу видно, что она двигается под музыку со всей страстью и любовью к жизни!

Хм, а королева-то совсем не глупа! Она нашла в танцах принцесс то, за что их можно похвалить, минуя личную оценку, и подчеркнула то, что они сами больше всего ценили в своих выступлениях.

Ленси горделиво заулыбалась, пытаясь ослепить обаянием Андриана, который, должна заметить, совершенно не принимал участия в разговоре. Он вообще сидел тихо и выглядел отрешённым, и даже вроде как бормотал себе под нос что-то невнятное. Приглядевшись получше, я вдруг поняла, что он делает пометки в тетради, лежащей у него на коленях. Иногда его подталкивал в бок Фред, и тогда принц невидящим взглядом обводил столовую, чтобы потом снова уткнуться в свои записи.

Ещё чуть-чуть наблюдений, и я с удивлением, граничащим с шоком, поняла, что он нашёптывает цифры! Цифры! Он считает! Андриан, который имел репутацию неисправимого бабника и повесы, считает?! У меня даже руки зачесались от желания заглянуть в его записи. Надеюсь, там не подсчёт его любовниц? Иначе это полное фиаско...

— Итак, — продолжил король, одарив жену благодарным взглядом, — по нашей традиции, задание для следующего этапа придумывает одна из принцесс. Мы решили, что будет честно дать слово победительнице предыдущего тура — принцессе Зарине, — на фоне послышался ещё один оскорблённый то ли вздох, то ли всхлип Ленси. — И в качестве соревнования она выбрала конкурс на лучшее блюдо.

Я ошеломлëнно перевела взгляд на пунцовую от смущения девушку. Вот это подстава! Две сидящие за столом принцессы прожгли и подожгли бедняжку взглядом.

— Я считаю, — сбивчиво начала оправдываться Зарина, — что жене принца нужно, в первую очередь, уметь проявлять хозяйственность и заботу и при случае показать результаты своего труда. То, что приготовлено своими руками, — всегда самое вкусное, и говорит о большой любви и заботе о своих близких. В нашей стране — это выражение наивысшего почтения, если для тебя готовят.

— Пфф, деревенщина, — себе под нос, но при этом достаточно громко пробормотала Ленси, а потом съёжилась под неожиданно сердитым взглядом младшего принца.

Аделаида просто молча поджала и без того тонкие губы.

А я обалдело хлопала глазами и мысленно собирала вещички на выход. М-да... Хотела завалить испытания — пожалуйста! Как по заказу! Только вот откровенно позориться перед всеми не входило в мои планы! Отец же меня живьём съест! Да и у Андриана появится лишний повод надо мной посмеяться.

Кстати, о последнем...

Я почувствовала на своём лице чужой взгляд и повернулась в ту сторону. Андриан оторвался от своих записей и теперь насмешливо наблюдал за меняющимся выражением моего лица. Казалось, он знал о моём затруднении, совершенно упаднических мыслях и теперь открыто потешался над моим состоянием.

Я недовольно сузила глаза, пытаясь взять свои чувства под контроль. Захлопнула рот и с вызовом уставилась на принца. Умирать, так с честью! Не дождётся он моей паники!

Мужчина только хмыкнул и отвернулся.

— Кухня сегодня полностью в вашем распоряжении, дамы, — меж тем вещал король. — Мы решили не ограничивать вашу фантазию, а потому вы можете приготовить то, что захотите сами. На ужине все приготовленные яства будут представлены на суд жюри и гостей — мы ожидаем большое общество за столом.

С этими словами Филипп Второй поднялся, а за ним встала и вся королевская семья. Полные достоинства, они вышли из столовой. За ними потянулась придворная знать, и мы с принцессами остались одни.

— М-да, — прокомментировала я в полной тишине.

Глава 21 Повар-кулинар

— Ну, и чем мне удивлять королевских особ? — я почесала в затылке и в раздражении сложила руки на груди. Не бутербродами же их кормить, в самом деле! Сейчас появилась прекрасная возможность завалить испытания, но это не значит, что я должна показаться полной неумехой! Надо изящно всё провернуть... Изящно... Чтобы королевская семья и думать забыла о такой, как я, а придворные ничего не поняли... Как бы это устроить?

На кухне вокруг нас бегали, суетились люди, стараясь обходить мою персону десятой дорогой, одни мы с Аурелией застыли как две статуи.

— Ты готовить умеешь? — обратилась я к ней.

— Только чай наливать, — горничная неуверенно топталась на месте, чувствуя себя виноватой в том, что не может мне помочь. — Меня же сразу в горничные для покоев готовили. Волосы заплетать, одевать вас, разбираться в моде и тканях, а также убираться — я умею. А вот готовить... — она расстроенно махнула рукой. — Миледи, а может, ну его, этот конкурс? Откажетесь, как в прошлый раз...

— Нет, два раза подряд — это моветон, — я вздохнула. Юлианну вообще готовить не учили, она даже близко к кухне никогда не подходила. А Юля, хоть и помогала приёмной маме, но совсем немного и, в основном, не на кухне. Вдобавок, присутствовала опасность что-нибудь ненароком поджечь, как два года назад — горелой кашей тогда квартира воняла больше недели, а Юля перешла по утрам на бутерброды. Но сейчас деваться некуда. — Нет, Аурелия, я хоть готовить не люблю, но что-нибудь сделать точно смогу...

Я неуверенно заглянула в чулан и прикинула:

— Короли едят картошку? Я умею... Кхм... Точнее, могу попробовать сделать жареную картошку с луком и грибами.

— Картошку? — горничная неуверенно передëрнула плечами. — Это же деревенская пища!

Вот зря она это сказала — во мне тут же проснулся дух противоречия.

— Что, недостаточно изысканная? Ничего, поедят картошку! Ну-ка, разузнай у поваров, где тут можно найти всё необходимое: клубни, лук, грибы, соль и масло.

Горничная кивнула и исчезла с радаров, а я подошла к одной из огромных плит и неуверенно посмотрела на приспособление.

— Индукцию бы им кто-нибудь изобрёл, — проворчала еле слышно, — или газ бы провели...

— Ваше Высочество, — сбоку возникла розовощëкая повариха. От жара на кухне её лицо раскраснелось и сильно лоснилось. Большие грубые ладони нервно теребили аккуратный передник, — я могу вам помочь? Все принцессы уже были здесь, вы последняя остались!

— Помочь готовить? К сожалению, нет — это против правил, — я улыбнулась работнице кухни, от чего она чуть заметно расслабилась. — Но вы можете мне показать, как включается плита и где можно взять сковородку.

— Сейчас, миледи, сейчас, — засуетилась она, а в следующую секунду мне на ладони плюхнулась увесистая чугунная сковорода. Я даже охнула от натуги. Это они всегда такими порциями готовят? — Вот тут нажимаете, сюда поворачиваете, и плита начнёт греть. Видите, жар пошёл? Только не обожгитесь! Что мы можем сделать?

— Отлично, — поблагодарила я за инструктаж, отставила чугунное орудие убийства на край стола и пошла мыть руки. — Вы и так сильно помогли, пока больше ничего не нужно. Я могу взять эти миски? И нож? Этот свободен? — я набрала всё необходимое и улыбнулась Аурелии, которая, вместе с ещё двумя поварами, тащила для меня всё необходимое. — А куда нам столько? Я столько картошки и за всю жизнь не начищу! Давайте немножко... — пришлось самой отделять то самое «немножко».

— А что это будет? — поинтересовался один из поварят.

— Я хотела приготовить картошку. Её режут, добавляют грибы, лук и на масле жарят.

— Картошку жарят? На сковороде? — розовощëкая повариха удивлённо подняла густые брови. — Это вкусно? Сроду такого не готовили.

Я кивнула.

— Очень.

Через пятнадцать минут по кухне поплыли такие знакомые запахи. Ну хоть что-то я умею делать сносно!

— Хм, — послышался голос от дверей. Все обернулись на звук и узнали главного повара, который обвёл нашу дружную компанию задумчивым взглядом. Я стыдливо спрятала за спину вилку с наколотой картофелиной. Маленькие поварята быстро затолкали в рот всё, что до этого с удовольствием смаковали.

— Ваше Высочество, — обратился он ко мне, — вы позволите мне попробовать?

Я смутилась и пожала плечами.

— Пожалуйста.

Высокий крепкий мужчина, которого я уже несколько раз видела в столовой, и с которым у меня уже сложилось своё молчаливое общение — смотрел на меня, пока я ела, а я улыбалась и кивала, всем своим видом показывая, насколько всё вкусно, — подошёл поближе и уверенной рукой выловил одну дольку картошки со сковородки.

Отправил в её в рот и задумался.

— Если позволите, мы бы хотели приготовить такое же блюдо для всех остальных придворных. Мне эта задумка кажется очень интересной, только я бы хотел добавить немного приправ, если вы не против.

Я расцвела как маковый цвет. Приятно, чёрт возьми, когда тебя оценивают профессионалы, пусть и из вежливости.

И тут у меня словно лампочка в голове загорелась.

— Гениально придумано — работаем! Только вы добавьте всё, что хотите, в общее блюдо, а моё не трогайте, а то получится не по правилам. Я сама его приправлю.

Спустя полтора часа я, причëсанная и одетая, входила в парадную столовую. Принцессы выстроились в шеренгу перед длинным столом с закусками. Среди стандартных блюд лежали три, накрытые колпаками. Как только я зашла в зал, то с другой стороны вбежала Аурелия, прижимая к сердцу блюдо под таким же колпаком. Она водрузила его на стол рядом со мной и, послав мне ободряющий взгляд, исчезла из помещения.

— Его королевское Величество Филипп Второй! Милосердный! Еë королевское Величество, королева Анжелина! Его королевское Высочество, наследный принц Андриан. Его королевское Высочество, принц Альфред. Герцогиня Кэтрин Айворская.

Я инстинктивно вытянулась в струнку. Первый раз я зашла в столовую не после королевской семьи. Мой взгляд метнулся к Андриану, а потом обратно. Не смотреть на него! Не смотреть! Не заслужил он даже моего взгляда. Хотя, даже беглого осмотра хватило, чтобы понять, что он мало изменился с обеда — всё тот же затуманенный взор, всё та же тетрадка в руках. Что он там пишет?

— Ваши Высочества, — король кивнул нам. — Вижу, каждая из вас готова нас удивить. Должен вам сказать, дамы, что кроме основного задания, мы также проверяли то, как каждая из вас обращается с подчинёнными и поварами. У нас уже есть кое-какие результаты, — на этих словах Аделаида и Ленси чуток сбледнули с лица, но общий лоск не потеряли. — Что ж, тогда не будем терять время и ждать, пока всё остынет. Приступим.

Королевская семья и все та же девица, которая ещё недавно висела на моём предполагаемом женихе, прошли к столу, по другую сторону от нас, готовые наслаждаться визуально и вкушать то, что наворотили принцессы.

Я опять стояла последней, так что имела счастье наблюдать... И завидовать.

Первой подняла крышку своего блюда Ленси. Придворные, сидящие за столом, дружно ахнули. И было от чего: в окружении овощей и диковинных соусов, источающих пряный аромат, лежали два запечëнных голубя.

Я внутренне присвистнула. Вот тебе и белоручка! Я, конечно, голубей никогда не ела, да в принципе и не собираюсь, хоть и не вегетарианка, просто как-то птичек жалко; но внешний вид оценила.

Судьи тоже остались довольны. Они сели за общий стол, а слуги каждому из них положили на тарелочки понемногу предложенного блюда.

Следующей представила свои кулинарные таланты Аделаида, её блюдом оказался, на удивление, пышный, воздушный торт. Я даже нахмурилась, пытаясь понять, не перепутали ли они с Ленси подносы. Совершенно не верилось, что гордая северянка может не то что испечь торт, но хотя бы посмотреть на ингредиенты без брезгливости. Ну не подходил он ей, как мягкие тапочки лесному гоблину!

Фред некультурно присвистнул, за что получил укоризненный взгляд отца.

— Какая прелесть! — прокомментировала королева.

Торт немедленно разложили по тарелкам и продегустировали.

Я внутренне вздохнула, готовясь к тому, что ещё немного, и попробуют моё блюдо...

Следующей шла Зарина, в её тарелке оказались восточные сладости. Что-то подобное я пробовала в одной из кофеен столицы на свой день рождения. Рот моментально наполнился слюной, и я с печалью провожала каждый кусок, который уплывал от меня к судьям. Так как я стояла прямо рядом с арийской принцессой, то ароматы от сладостей доходили до моего носа ну очень хорошо.

— Эй, осторожнее, это моё! — разбил тишину возмущённый голос младшего принца, когда королевский бульдог попытался дотянуться до лакомства и попал под ноги лакею. Слуга пошатнулся, и содержимое тарелки принца оказалось на полу, чем счастливый пес тут же и воспользовался.

Бедный лакей аж позеленел от страха и живо постарался всё исправить. Прибежал один из поварят и вытер идеально чистый после собаки пол.

— Тише, дорогой, ты всё получишь, — Её Величество усмехнулась, с интересом наблюдая за сыном. Он практически не отрывал взгляда от принцессы и выглядел полублаженным. Совсем не так, как в первые дни. Вот что значит, запретный плод сладок! Всё, что доставалось легко, принц и не думал ценить. А недоступная невеста брата, похоже, пробудила в нём что-то посильнее мальчишеского интереса.

Это блюдо явно пришлось по вкусу всем, Фред даже ложку облизал и потребовал добавки. Хотя, думается мне, он бы и чай, приготовленный Зариной, пил, как напиток Богов.

Один Андриан не принимал участия в общем веселье, бездумно пробуя каждое блюдо. Я бы подумала, что он вообще по какой-то причине ушёл в себя, если бы не его редкие взгляды в мою сторону. Не знаю, что он такого нашёл на моём лице, но каждый раз меня бросало в жар. Его зелёные пронзительные глаза будто смотрели прямо в душу. Мне приходилось призывать всё своё самообладание, чтобы доказывать, в первую очередь самой себе, что я не буду его очередной маленькой победой.

Все это длилось какие-то мгновения, затем мужчина возвращал глаза на общий стол и опять становился отрешëнным, а меня отпускало.

— И, наконец, принцесса Юлианна! — провозгласил церемониймейстер. В этот момент открылись двери столовой, и бедняге пришлось срочно вытянуться в струнку и громко гаркнуть: — Его Величество, король Исларии, Линсон Пятый!

Все в зале поднялись на ноги, кроме королевской четы, а я мысленно умерла на месте.

Отец зашёл в зал и направился напрямую к хозяину замка. Когда он приехал? Было непохоже, что он только что из Исларии.

Я тут же мысленно хмыкнула. Хотя, о чём это я? Если бы родитель собрался посетить соседнее государство, то он явно не стал бы ставить в известность свою дочь, пусть и единственную. Не то воспитание. Вполне возможно, что он здесь уже несколько часов, а то и вообще с самого утра, просто не счёл нужным посетить общую трапезу за обедом.

— Ваше Величество, хорошо, что вы присоединились, проходите к нам, сейчас как раз будем пробовать блюдо Юлианны.

Тут я умерла ещё раз. Мы так не договаривались!

Крышку подняли, и брови у моего отца взлетели вверх.

— Юлианна готовила? Дочка, ты меня удивляешь! Что ж, я, с вашего позволения, тоже хотел бы попробовать её блюдо!

Блюдо, кстати сказать, выглядело так себе. На фоне других шедевров небольшая кучка жареной картошки, кое-где слегка подгорелая, смотрелась, прямо скажем, не впечатляюще. Правда аромат был совсем не плох. Кхм... В отличие от остального.

Тут к королю Флорентии подошёл главный повар и тихо начал шептать на ухо.

— Вот как? Интересно... — отец Андриана обвёл взглядом зал и пояснил: — Королевский повар сказал мне, что им так понравилось блюдо принцессы Исларии, что они решили приготовить его и для других наших подданных.

В столовую вплыли лакеи с подносами жареной картошки, причем намного более аппетитной, чем у меня, а придворные за столом оживились. Конечно, до этого им не досталось ни кусочка и просто поесть до того как разрешит Его Величество тоже не дозволялось. Оставалось сидеть и смотреть, как пробует блюда королевская семья.

Картошку с общих тарелок разложили придворным, а королевской семье и, к сожалению, моему отцу поплыли тарелочки с моим шедевром.

С первым же куском глаза придворных восхищённо закатились, а глаза импровизированных судей, наоборот, вылезли из орбит.

— Ох, — прокомментировал за всех Фред.

Мда, ситуация-то так себе...

Король гулко сглотнул и посмотрел на общий стол.

— Ну как? — спросил он у придворных.

— Это восхитительно, Ваше Величество! — тут же отозвался розовощёкий господин с лоснящейся физиономией и в сюртуке, обтянувшем круглый живот. — Никогда не думал, что картофель может получиться таким вкусным!

Король скривился и обратился к другой части стола придворных:

— Ну как?

— Изумительно, Ваше Величество! — вторили ему со всех сторон.

Он затравленно посмотрел на свой стол и вот там-то встретил полное понимание. Все члены королевской семьи молчали, а мой отец сжимал в руках ни в чём неповинную салфетку. Ой-ей, сердится...

— Какая гадость! — за всех высказалась герцогиня Айворская. Она отбросила вилку и надула пухлые губки.

— Кэтти, — шикнула на неё королева.

— Абсолютно согласен, — поддержал кузину Андриан.

— А что, разве не так? — начала оправдываться перед королевой девушка, но тут же заткнулась под тяжёлым взглядом дядюшки.

Андриан же просто попросил прощения у присутствующих и вышел из столовой. Отец метнул на меня убийственный взгляд, от которого я почувствовала себя не очень хорошо.

— Что ж, милые дамы, — подвёл итог хозяин замка, — мы попробовали каждое предложенное блюдо. Завтра вы узнаете результаты. А пока, прошу приглашенных музыкантов развлечь нас представлением!

На сцену вышли артисты, и свет в столовой чуточку приглушили. А я стояла ни жива ни мертва, стараясь смотреть в стенку, но при этом ощущала, как взгляд короля Исларии прожигает насквозь. Кажется, кому-то влетит сегодня...

В тот вечер я постаралась не попадаться ему на глаза и поспешно сбежала к себе, а перед сном уже мечтала о том, что окажусь в таком обыденном не магическом мире и останусь там навсегда, подальше от разгневанного отца и навязанного отбора.

Глава 22 Новая должность

Юля Косыгина

День проходил неплохо — скорее, даже скучно. Я работала в обычном режиме, никого не трогала, изредка посматривая в сторону кабинета начальника. Сегодня почему-то дверь не хлопала и никого не вызывали.

Хотя... После такого насыщенного дня или, скорее, ночи во Флорентии я чувствовала себя чуть ли не в отпуске. От радости переделала срочные дела ещё до обеда, а после начала разбираться с навалившимся ворохом заданий для всего отдела. Так как большая часть документации велась электронно, то я просто открыла соответствующие файлы и начала вносить одну правку за другой. Поразительно, как можно ускорить работу только определив четкий порядок действий — разложи всё по полочкам, убери неразбериху, и сразу начинает вырисовываться картина нынешней ситуации, и появляется образ будущего.

Так как изменения явносила в общие файлы, то они автоматом менялись сразу во всех компьютерах офиса. От греха подальше, я не бралась за то, над чем в данный момент могли работать другие, а потому очень удивилась, когда подходя к своему столу с ароматной кружкой кофе и сдобной булочкой, купленной в ближайшей столовке, я услышала, как меня окликает Светка с соседнего стола:

— Косыгина, зайди к Андрею Владимировичу, он просил, — девушка беззаботно зевнула, а я с сожалением посмотрела на недоеденную булочку.

С громким вздохом пришлось положить провиант на стол и поправить юбку. Кофе остынет, жалко-то как!

Но идти всё равно придётся.

— Андрей Владимирович, вызывали? — я зашла в кабинет, являя собой образец собранности и ответственности. Ну и что, что мне всего двадцать пять? Я могу работать не хуже людей с большим опытом, у меня есть упёртость и перфекционизм, так что, в отличие от большинства своих коллег, я не боялась выволочки — я крайне редко допускаю ошибки, причём незначительные.

— Да, Юлия, здравствуйте, — кивнул из-за груды бумаг мужчина. — Присядьте, пожалуйста, есть разговор.

Я с сомнением посмотрела на единственное кресло для посетителей — оно было полностью завалено документацией.

— Уверены? — спросила с еле различимым сарказмом.

Мужчина непонимающе сфокусировал на мне взгляд, затем перевёл его на предлженное кресло и немного смутился. — Ой, прошу прощения, — и, встав со своего места, начал неспешно разносить по стеллажам папки с бумагами.

Я в шоке смотрела на крепкую спину, не в силах понять, чем заслужила подобное расположение. Андрей Владимирович был странным. Он не укладывался во многие привычные рамки, признаю это. Он не выглядел крутым мачо, не проявлял себя властным тираном, хотя в офисе вёл достаточно жёсткую политику, и кто-то даже его побаивался, но исключительно по делу. Начальник вообще не напоминал героев современных романов. Он проявлял неизменную вежливость, скромность и постоянно занимался только работой.

До него никто и никогда не подумал бы освобождать кресло только для того, чтобы подчинённый мог сесть. Тем более, бывшее начальство.

— Не стоит, я постою, — неуверенно мяукнула я. Одно дело — вытянуться перед требовательным боссом, совсем другое — чувствовать, как заботятся те, кто вообще не должен вспоминать о твоём существовании без повода.

Он поставил на стол последнюю папку и недоверчиво осмотрел меня с головы до ног. Задержал взгляд на огромных шпильках. Ничего не могу с собой поделать — люблю подобную обувь.

— Сомневаюсь. Садитесь, Юлия.

Я послушно села.

— Итак, — мужчина вернулся в своё кресло и, задумчиво меня разглядывая, сцепил пальцы в замок — скажите мне, Юлия Владимировна, вам нечем заняться?

Я оторопела.

— Извините, я вас не понимаю.

— Объясняю, — он откинулся на спинку своего кресла, не сводя с меня пристального взгляда, от которого у меня волоски на руках начали вставать дыбом. — Начиная с самого утра, я разбирался в файлах вашего отдела. И что же я вижу? После обеда, прямо в процессе моей работы, кто-то хозяйской рукой сначала наводит невообразимый хаос в документах, а потом расставляет всё по полочкам и номерам. Вы даже названия документов в одном стиле оформили.

Я смутилась, а он продолжил:

— Во-первых, я тоже сейчас работаю в этом документе, и постоянно меняющиеся файлы меня жутко раздражают, потому что из-за этого крайне сложно найти то, что я только что читал. Во-вторых, вы делаете чужую работу. Причём, втихаря. Думаете, кто-либо скажет вам за это спасибо? Мне пришлось поднапрячься, чтобы вычислить, от какого рабочего места происходит безобразие.

— Это не безобразие! — проблеяла я, с одной стороны — дико смущаясь, с другой — возмущаясь до глубины души. Назвать мою работу безобразием?!

— И как часто вы делали это «не безобразие»? — поинтересовался он, продолжая иронично разглядывать моё лицо.

— Не очень часто, — буркнула я, не желая продолжать эту тему. Люблю я порядок! Не говорить же ему, что это моё постоянное хобби.

Он вздохнул.

— Если бы не порядок, которыйотличает файлы вашего отдела, то я, Юлия, уволил бы куда больше сотрудников, а оказывается, это делали вы! — он обвинительное ткнул в меня пальцем. — Ну и как мне теперь избавляться от слабых звеньев?

— Вы про сотрудников? — я возмутилась до глубины души. — Это же люди, а не звенья!

— В погибающей, практически разлагающейся компании — именно звенья, — непреклонно заявил он, упрямо качая головой. — Они не только сами не работают, но ещё дальше закапывают на дно всю фирму. Вы были со мной в ангарах. Там, на удивление, практически нет проблем с производством. А почему? Потому что нет таких проблем с персоналом. Зато в офисе творится настоящий Армагеддон! Только начинаешь взывать к ответственности подчинённых, как они разбегаются в разные стороны, словно тараканы, стараясь скрыться с глаз и отсидеться. Создаётся впечатление, что у вас есть номинация на самого хитроумного сотрудника, который при любых ситуациях умудряется не работать. Иногда у меня возникает огромный соблазн уволить разом всех, а потом набрать сотрудников заново, но, к сожалению, это тоже экономически не выгодно.

— Не надо, — пискнула я, воодушевившись перспективами.

— А раз не надо, то тогда перестаньте одна тащить весь отдел! — мужчина свёл брови к переносице. — Есть такое понятие как распределение труда. Вы не можете делать работу, которую должны выполнять десять человек. Смиритесь с этим. Вы метите на место начальника отдела, но всё, чем заняты сейчас, — это исполнением обязанностей других. И что произойдёт, если я вас назначу? Вы продолжите тянуть на себе весь отдел, только теперь официально?

От его слов накатила обида. Я же хотела как лучше и никогда не кичилась тем, что делаю! Я нахохлилась, как мокрый воробей, и начала рассматривать картину на стене. Так всегда происходило, когда я получала выговор; душа требовала спрятаться глубоко в свою раковину и никого туда не пускать.

— Послушайте, — намного более спокойным голосом продолжил Андрей Владимирович, после небольшой паузы, в течение которой не получил от меня ответа, — вы точно уверены, что вам нужно это место?

На глаза навернулись слёзы. И я не выдержала:

— То есть, вы думаете, что я не смогу? Не справлюсь? Вы же сами сказали, что мало кто настолько хорошо разбирается в делах, как я!

— Нет, нет, — он замахал руками, а увидев, что у меня слёзы стоят в глазах, похоже, сильно испугался. Начальник вскочил, метнулся к кулеру с водой и подал мне полный стакан. — Вы не поняли меня. Простите, я не так выразился.

— А что, по-вашему, вы сказали? Только то, что я не гожусь в начальники отдела, потому что не умею руководить, а поэтому должна сидеть тихо и не высовываться, — я обиженно шмыгнула носом.

— И когда же я говорил подобное?

Он поднял чёрную бровь, а потом и вовсе подошёл ближе и, облокотившись на поручни моего кресла, завис сверху. Мне пришлось запрокинуть голову, чтобы оказаться к нему лицом к лицу. К щекам мгновенно прилил жар.

— Нет, Юлия Владимировна, я сказал лишь то, что наблюдая за вами, заметил, что вы знаете слишком много для обычного менеджера, влезая во все дела без исключения. И, на удивление, неплохо в них разбираясь. Но при этом совершенно не умеете руководить людьми и распределять обязанности, а это крайне необходимо умение для начальника отдела.

— И что же делать? — я непроизвольно сглотнула, как завороженная наблюдая за зеленью его глаз. Зрачок пульсировал, а в яркой радужке вспыхивали и гасли коричневые искры. Или у меня воображение разыгралось? Взгляд завораживал, а мужчина манил.

Словно почувствовав общее притяжение, мужчина отстранился и сел обратно на своё место, разрушая тем самым возникшее наваждение. Я успокоилась, а именно этого, как я поняла, он и добивался.

— А делать... — на секунду он будто задумался, — не скрою, мне нравится, как вы работаете. И я вижу потенциал. Но не в той сфере, на которую вы метите. Я предлагаю вам место моего личного помощника. Оно до сих пор свободно.

Глава 23 Торговаться надо уметь

Я не ослышалась?

— Место вашей помощницы? — переспросила я, прищурив глаза. Я, конечно, не считала себя испорченным ребёнком, но при подобном предложении в голову лезли только неприличные мысли. На что это он намекает? — А вам не кажется, что я несколько... Некомпетентна для подобной должности?

Видимо, мой взгляд сказал больше моих слов, потому что мужчина примирительно поднял руки.

— Юлия, не поймите неправильно. Я пришёл в вашу компанию со своей командой. Среди них есть дизайнер, программист, специалист по персоналу, отправленный на производство, на котором мы с вами побывали. Там же и мой управляющий. Ещё в моей команде числится приходящий налоговый консультант, который контролирует и проверяет действия бухгалтерского отдела и вовремя доносит до меня все изменения в законодательстве. А вот личного помощника у меня как такового нет. На предыдущих местах работы я пользовался услугами секретарей, но ни один из них в итоге не задержался надолго и не стал частью моей личной команды. Ну, и секретарь — это не совсем то, что мне нужно. До этого я справлялся сам, но сейчас чувствую, что часть ответственности пора делегировать.

Я нахмурилась.

— Вы так чётко проводите разделение между нашей компанией и своей командой, что у меня назревает закономерный вопрос: вы не планируете долго оставаться владельцем АКО СудоСтрой?

— Нет, почему же, — он откинулся на спинку стула и отхлебнул кофе из фарфоровой кружки. Скривился.

Подозреваю, что кофе уже давно остыл. С надеждой посмотрел на меня, но я сделала вид, что не понимаю намёков. Девочку на побегушках захотел? Щаз! Если надеется, что мне понравится приносить кофе, принимать звонки и мило улыбаться, то он глубоко заблуждается! Я — серьёзная девушка с огромными амбициями!

Видимо, он всё же прочитал на моём лице, так как отодвинул от себя чашку и продолжил:

— Моё пребывание здесь напрямую зависит от показателей фирмы. И от того, насколько выгодно её продать в итоге или же продолжить работать самому. Мне нравится деятельность компании, она мне близка, но согласитесь, владеть предприятием и упахиваться самому без выходных и отпусков — это разные вещи.

Я неопределённо передёрнула плечом.

— Наймите секретаря — вон, будет кому вам кофе делать, — я кивнула на отставленную кружку. — Может, зря Марину в первый же день уволили?

— Вы думаете?

Я вспомнила развязную Марину, то, какие отношения связывали её с предыдущим начальником, и вздрогнула от отвращения.

— Нет, вы правы, не зря. Но зачем вам личный помощник, если можно нанять секретаря? Я слышала, что отдел подбора персонала выставил соответствующую вакансию. Если вы думаете, что меня заинтересуют секретарские обязанности, то к сожалению вынуждена отказаться. Это не то, чем бы мне хотелось заниматься.

Андрей Владимирович покачал головой.

— Когда я вам предложил место моего помощника, то имел в виду именно то, что сказал, — его взгляд обжёг щеки, но дальше никуда не двинулся. — Секретарь со временем найдётся. Мне же нужен человек, который сможет, как бы банально это ни звучало, расставлять всё по полочкам. Курировать работу отделов, замечать промахи и заменять меня по необходимости. По сути, мне нужен управляющий, но тот, что будет работать ВМЕСТЕ со мной, а не ВМЕСТО меня, понимаете?

С минуту я сидела и размышляла. Нет, личный помощник звучит явно лучше, чем секретарь; я хочу работать с делами компании, а не подстраиваться под запросы и настроение одного человека. Мысль о том, что меня берут за красивые глазки, как появилась, так и пропала. Я знала цену себе и своей работе. И предложением прониклась. Теперь... Нужно, чтобы и он проникся.

Я выпрямилась до хруста, окинула взглядом просторный кабинет и заявила:

— Мне нужен отдельный стол.

— Хоть отдельный кабинет, — кивнул он, но потом добавил: — Но, признаюсь, если ваш стол разместится здесь, то это пойдёт на пользу общего дела.

— Я хотела бы иметь доступ ко всей документации компании.

— Сделаем.

— И честных ответов от вас на свои вопросы.

Он поморщился.

— Это немного сложнее, но если вопросы будут касаться исключительно деятельности нашей фирмы — пожалуйста.

Начало неплохое и я мысленно потёрла руки.

— Моя зарплата. Сейчас я получаю стандарт по фирме... — я немного замялась.

— Ну же, Юлия, — подбодрил он меня с ироничной усмешкой. И в этот момент показался до невозможностипохожим на Андриана.

Это стало решающим фактором, и я нагло назвала сумму в четыре раза больше.

Андрей Владимирович поперхнулся.

— Смело. На самом деле, я думал предложить вам сумму, в два раза превышающую ваш нынешний оклад.

Я подтянула поясок на юбочке, готовясь к долгой осаде. Мой настрой передался мужчине, и мы ещё почти полчаса спорили до хрипоты о размере моей зарплаты. В итоге, из этой схватки я вышла полным победителем. Мало того, вытребовала полный соцпакет, небольшой процент от прибыли и гарантии. Мужчина же в ответ озвучил полный перечень моих обязанностей, который меня, как ни странно, даже не впечатлил.

— И последнее, — заметила я, когда мужчина вернулся из коридора с кружкой кофе, похоже, ему понадобилась небольшая передышка. Ну, а что он думал? У меня ипотека, у меня родители, большие планы! А он захотел взвалить всю свою работу. Не знаю, насколько много придётся делать по факту, а не на бумаге, но я заранее готовилась к худшему.

— Что ещё? — мужчина за время баталий частично потерял свой лоск и теперь раздражённо кидал себе в кофе кубики сахара, чтобы потом с чувством размешивать его маленькой ложечкой, громко стуча о стенки кружки. Он заметно злился. — Господи, Юлия, я не помню, чтобы кто-либо мог настолько нагло развести меня на деньги.

— Вот не надо об этом, — возмутилась я. — Я — приличная девушка. Но предложенная должность требует полной самоотдачи, контроля и...

— Ой, не начинайте! — Андрей Владимирович злобно сверкнул на меня глазами. Но странное дело, было вообще не страшно. Сейчас его власть не подавляла; я точно знала, что могу говорить свободно, естественно, соблюдая субординацию, но на её отмену я бы и сама не пошла. И что-то мне подсказывало, что он знал об этом. — Говорите, что там у вас последнее. Имейте в виду, я больше ни рубля не выделю сверх положенного!

— Жаль, ну да ладно. Последнее — это ваше обещание, что отношения между нами останутся исключительно деловыми.

Сказала и сама же испуганно замерла. Мужчина тоже угрюмо молчал. В кабинете повисла тяжёлая тишина.

— Вы хотели бы этого? — наконец, негромко спросил он, отвернувшись в сторону, будто предлагая мне самой принять решение. Без давления или влияния эмоций.

В висках шумело и стучало, сердце приготовилось выпрыгнуть из груди из-за иррационального страха. Я не знала причину этого явления. Что я знала точно, так это то, что не хотела бы стать, как Маринка — предыдущий секретарь фирмы. Да, тогда Андрея Владимировича даже на горизонте нашей фирмы не наблюдалось, но я прекрасно понимала, что никогда не променяю уважение на покровительство. Я хотела оставаться ценным сотрудником, а не личной игрушкой.

Но сейчас я пятой точкой почувствовала — он спрашивал о другом. И если я подтвержу, что хочу только деловых отношений, то только они у нас и останутся. Хочу ли я этого?

Не скрою, мужчина... притягивал. Как и я его. Я думаю, мы оба это понимали, не тупые же. Мне нравилась его трудолюбие, серьёзность, наличие мозгов в голове, плюс к этому, он был добрым, не наглым и ни разу не смотрел на меня, как на кусок мяса. Но отношения? А как же Андриан? Как я смогу совмещать своё заболевание и общение на работе?

Я краснела и бледнела, а пауза затягивалась. Господи, зачем я начала этот разговор?! Всё же хорошо шло! Зарплата в четыре раза больше, полный соцпакет! Я бы ипотеку за полгода погасила! Леший меня дёрнул выставить это дурацкое условие!

Меня спас стук в дверь. После разрешения в проёме появилась физиономия Светки, и она, отчего-то весьма смущаясь, если не сказать, опасаясь смотреть на начальника, бочком протиснулась ко мне и тихо прошептала, что мне уже третий раз дозванивалась мама.

Я подскочила как ужаленная. Во-первых, мама не будет звонить просто так. А во-вторых, появилась прекрасная возможность избежать ответа. И я искренне надеялась, что в следующий раз не придётся возвращаться к этому разговору. Ещё один такой позор я бы не пережила.

— Андрей Владимирович, вы не против, если я на минутку отойду?

— Да-да, конечно, — рассеянно отпустил он меня, и я пулей вылетела в коридор, а за мной, не менее резво, выскочила Светка. Что-то не помню я, чтобы она боялась кого-то из мужчин. Странно.

Я схватила свой смартфон и набрала знакомый номер.

— Мама, привет, это я! Прости, была на работе, не видела твои звонки!

— Юля, — она, кажется, находилась в панике. — Юлечка, где ты?!

— Я же говорю — на работе, мам.

— У нас ЧП, Юль.

— В чём дело? — я ощутимо напряглась, но пыталась, чтобы голос оставался спокойным.

— Твой непутёвый папаша пошёл чинить забор, ты же помнишь, что из-за схода снега с крыши его совсем перекосило. А Маринка с соседнего участка наотрез отказалась ремонтировать или хотя бы скинуться пополам на опоры. А я не раз предупреждала, что если у неё этих опор нет, то к ней и завалится, если что. Но кто ж меня слушать будет? Она заладила: «Мужик, да мужик у тебя. Вот пусть и делает!» А я чем виновата, что от неё мужики всю жизнь бегут?

— Мам, так что с забором-то? — прервала я непрекращающуюся речь родительницы. Дай ей волю, она до вечера продолжит рассказывать и про Маринку, и про её дочку, и про кота, и так далее. Хотя, должна признаться, просто так на работе она меня никогда не беспокоила.

— Так вот, мы давеча с ней совсем разругались, а сегодня решил твой батя пойти всё чинить. Жалко, говорит, бабу, у неё же хозяйство! Сердобольный, тьфу!

— Погоди, как сегодня? — не поняла я. — Мам, сейчас же зима, как он забор чинить собрался? Там же снег лежит. Надо было до весны подождать.

— Да ты что говоришь, Юлька?! — возмутилась она. И я прямо увидела, как мама всплеснула руками. — Весной картошку сажать надобно. И кусты подрезать, а не с заборами возиться!

— Ладно, — смирилась я, прикрывая глаза. Картошка так картошка. — Так что с забором?

— Так вот! Батя твой шатал его, тыдым, сюдым, снег отгребал, и ему с крыши застывший слой сошёл и прямо по темечку. Повалил на забор, и всё!

— Что всё?! — испугалась я, внутренне умирая от страха. — Что с ним?! Он в порядке?!

Мимо прошёл задумчивый Андрей Владимирович, но после моих слов в трубку, затормозил и вопросительно уставился на меня. Светка тоже стояла где-то рядом и сверлила взглядом.

— Как же в порядке?! — всхлипнула мама. — Раскололся на две части! Всё, не живой!

Я обессиленно рухнула на стул, из глаз брызнули слёзы.

— Как это, не живой? — практически прошептала резко севшим голосом. Отца я любила. Он был из тех простых работяг, которые никогда не предают и любят искренне.

— Вот-вот! — продолжала мама. — Прямо по дереву трещины пошли, металл перекосило. Всё, теперь точно восстановлению не подлежит.

— Кто? — я уже совсем ничего не понимала.

— Тьфу ты, Юлька! — родительница рассердилась. — Забор, конечно! Ты что там, в своей столице, поглупела что ли?

— А папа? — глупо переспросила я.

— Ой, — в трубке явно отмахнулись, — что этому блаженному сделается?! Шишку набил, скорую вызвали, говорят, сотрясение мозга. А какое там сотрясение, коль мозгов отродясь не бывало? Сказали, покой и постельный режим, вон, фильмы старые смотрит. А как теперь забор-то делать, если у него покой?

— Мама! — воскликнула я, не зная, то ли плакать, то ли смеяться. — Ты меня напугала! Я приеду сегодня вечером, не переживай! Без меня ничего не делай! И папу не заставляй! Раз сказали покой, значит — покой! Ладно?

— Ладно-ладно, — проворчала она. — Опять ночью приедешь совсем?

— Работу закончу, и потом на электричке три часа, — подтвердила я, прикидывая расписание электричек до Рязани. — Ты меня не жди, ложись спать.

Родительница для вида ещё поворчала, но потом обещала не делать глупостей и отключилась. Я убрала телефон и закрыла лицо руками, продолжая всхлипывать сквозь истеричный смех.

— Что, нормально всё? — аккуратно поинтересовалась Светка, дотрагиваясь до моего плеча.

Я неопределённо помахала рукой.

— Вроде да, на папу снег с крыши упал, он отделался сотрясением, но мама считает, что это ерунда, а ещё забор развалился, вот из-за последнего мама больше страдает.

— Сочувствую, — хмыкнула приятельница.

— После работы к ним поеду, — решила я. Всё равно впереди выходной.

— Скажите маме, что приедете через часа два с половиной, сейчас пробок нет, должны быстро доехать, — подал голос Андрей Владимирович из-за спины. — Если она у вас переживает, то не думаю, что нужно ещё больше её расстраивать.

— Но рабочий день ещё не кончился, — заметила я.

— Разве вы не сделали всë, что должны были, ещё до обеда? — он удивлённо поднял бровь, а я смутилась. — Вдобавок, у вас теперь ненормированный график.

— А почему? — тут же заинтересовалась Света.

— Потом, — я отмахнулась от неё, надеясь, что расспросов не последует. Несмотря на всё своё любопытство, шатенка не стала ничего расспрашивать, видимо начальник всё же внушал ей священный трепет, но по глазам я видела — потом замучает вопросами. Вместо этого обратилась к своему непосредственному руководству: — Тогда... могу идти?

— Я довезу, — кивнул он, доставая ключи от машины и натягивая пальто, и как ни в чём не бывало пошёл к выходу.

Я только рот открыла. А Света, быстро сориентировавшись в ситуации, толкнула меня плечом.

— Что встала? Беги давай, пока предлагают! Или хочешь в электричке ночью трястись? Потом всё расскажешь, — она хитро осмотрела меня с головы до ног. Хорошо, что не злобно, а то я боялась именно такой реакции.

Так как трястись в электричке мне не хотелось, то я припустила следом за мужчиной, отбрасывая подальше мысли, что, как и почему...

Глава 24 Знакомство с мамой

И снова я ехала в чёрном внедорожнике в компании собственного босса. Кажется, это перерастает в привычку. В плохую, надо сказать, привычку. Точнее... Опасную. Я всегда недоверчиво относилась к служебным романам, так как не видела, чтобы когда-либо из них выходило что-то путное. А мимолётные отношения вообще не для меня. Я должна быть уверена в своём будущем и знать его досконально, иначе в душе поселялась постоянная паника.

И только сейчас я думала о том, что впервые в жизни мне хотелось ни о чём не думать и просто наслаждаться моментом. Чувство оказалось новое, а от этого пугающее.

На моё удивление, Андрей Владимирович действительно решил доставить меня к самому дому родителей. И его не испугало расстояние и то, что они проживали в полузаброшенной деревне. Нет, ничего не испугало. Он даже согласился забрать из моей квартиры кота, которого я всё же решила отвезти маме — хозяев на складах мы так и не нашли. Не успели на землю опуститься первые сумерки, как большая чёрная машина остановилась возле покосившегося за зиму забора, за которым стоял аккуратно покрашенный, добротный, но весьма скромный деревенский дом.

— Вот мы и приехали, — я растерянно мяла ручки своей сумочки, не зная, как правильно поступить. Долг гостеприимства кричал о том, что мужчину следует напоить чаем, накормить, а в идеале и спать уложить. Но иррациональный страх прийти к родителям не просто с молодым человеком, а с молодым человеком, который является моим начальником, и попасть в загребущие мамины руки, просто парализовал на месте. Вдобавок, я не была уверена, что такой, как он, вообще захочет переступить порог моего дома, раз уж даже его машина смотрелась здесь совершенно неуместно и чужеродно.

Но Андрей Владимирович меня в который раз удивил. Он легко выпрыгнул из внедорожника и, обойдя его, открыл мне дверь. Я испуганно покосилась, а он поинтересовался:

— Вы же пригласите меня в дом? Или боитесь, что ваши родные будут против?

— Нет, то есть да, — забормотала я, поспешно вылезая из машины с котёнком под мышкой. Вот как всегда, рядом с этим мужчиной моя способность мыслить здраво и говорить вразумительно пропадала начисто. — То есть, конечно, пойдёмте, они обрадуются.

И первой помчалась к калитке.

Но прямо перед домом он поймал меня за локоть и попросил:

— Юлия, мне очень неудобно самому сейчас предлагать это, но может, будет удобней, пока мы здесь, общаться друг с другом неформально? Согласитесь, в домашней обстановке немного странно обращаться друг к другу по имени-отчеству. Зовите меня просто Андрей и на «ты».

Я немного подзависла, понимая, что если сейчас соглашусь, то воспринимать его отстранённо станет ещё сложнее, но всё равно кивнула и заметила:

— Тогда и вы не «выкайте» мне и называйте просто Юлей.

— Договорились, — кивнул он, и в этот момент дверь распахнулась.

— Юлечка! — мама обрушилась на меня словно ураган и снесла бы прямо в ближайший сугроб, если бы Андрей Владимирович... Нет, просто Андрей... не поддержал за локоток.

— Юля!!! — мамина истерика набирала обороты. — Представь себе! Новый забор! Ему ещё и десяти лет-то не было, как установили! А теперь всё! Последний сход снега с крыши, комплекция твоего папаши, и всё! Нет забора! И придётся нам убирать его полностью, не будет же с дыркой стоять! Опять их скотина пожрёт мою капусту! — тут её взгляд наткнулся на стоящего рядом мужчину, который до сих пор держал меня за локоток. Мамин взгляд прожëг место соприкосновения насквозь, и Андрей, от греха подальше, убрал свою руку. То-то же. С мамой шутки плохи. — А это ещё что за фрукт? — осведомилась она у меня, оглядывая стоящий перед ней экземпляр оценивающим взглядом.

Я, внутренне застонав от неловкости, поспешила исправить ситуацию:

— Мама, познакомься, это — Андрей, мой... коллега по работе. Он согласился подвезти и поэтому я смогла приехать так быстро. Андрей... Это моя мама — Антонина Ивановна.

— Здравствуйте, мэм, мне очень приятно, — вежливо отозвался он.

Мама прищурилась и начала допрос:

— Давно знакомы?

— Меньше месяца, — за меня ответил начальник.

Мама развернулась к нему:

— Сколько вам лет?

— Двадцать девять.

— Это ваша машина? — взмах руки в сторону ворот, где возвышался над забором внедорожник.

— Моя.

— В кредит? — прищурилась она.

— Нет, заработал.

— Квартира есть?

— Мама! — возмутилась я, пытаясь прервать этот беспредел.

— Тихо, — цыкнула она на меня.

Мужчина же невозмутимо ответил:

— Да, тоже заработал.

— Бандит? — подозрительно осведомилась она.

— Нет, предприниматель.

— Тааак, — цокнула она языком и задала последний вопрос: — Вегетарианец?

Тут мужчина немного завис, не понимая резкой смены темы, и осторожно ответил:

— Неет.

— Тогда пошли к столу, я голубцов накрутила, — и довольная мама первой поплыла к входу в дом.

— Андрей Владимирович, — тихо пискнула я, не зная, зачем вообще я согласилась с ним ехать, — вы понимаете, моя мама...

— Юля, — он прожёг меня взглядом серьёзных зелёных глаз, — ваша мама — это ваша мама. Не променяйте её на иллюзорное уважение окружающих. Тем более, что она сама вас выбрала. У кого-то мамы просто нет.

С этими словами он мне подмигнул и ушёл вслед за женщиной. А я осталась на улице с открытым ртом и котом на руках.

***

В общем, мой босс маму покорил. Она скормила ему три голубца со сметаной, два больших куска пирога и пожертвовала на нового знакомого не меньше литра компота.

Андрей Владимирович ел за обе щёки, да ещё и нахваливать успевал, так что к концу ужина они стали практически лучшими друзьями.

Папа, который оказался скорее жив, чем мёртв, присоединился к нам, разместившись в большом кресле, где полулежал, обложенный горой подушек. Он чуть меньше принимал участие в общем разговоре, который крутился исключительно вокруг еды, посадок, рассады и огорода, но тоже остался весьма доволен гостем.

Котёнка, которого приняли все, включая двух собак — Жучку и Мурку, тоже накормили, и он развалился на пушистом пледе в углу гостиной.

Я уже было совсем расслабилась, лениво ковыряясь в своей порции, как моего сознания коснулись мамины слова:

— Вот, сегодня в комнате Юльки переночуешь. Её, если что, в баню выселим; а завтра займёшься, Андрюша, забором, раз уж Валерка отдыхать изволит.

— Эй! — возмутился со своего кресла отец.

— Мама! — одновременно с ним всполошилась я. Рано я расслабилась, рано. Даже не заметила, как мама раскрутила мужчину на рабский труд во благо семьи.

— Хорошо, Антонина Ивановна, я и так хотел вам предложить помощь с забором, — согласился этот сумасшедший. Он ещё не знает, что одно согласие на мамину просьбу открывает бездонный колодец желаний и просьб.

— Ох ты ж, милок! — умилилась она, радостно всплеснув руками. — Ну и замечательно. А вот в награду можете Юльку забирать! Всё равно от неё на огороде пользы никакой, всё в своих бумажках пропадает! Ну, ей нравится, и Бог с ней! Да и вам повеселей будет!

У меня аж дар речи потерялся от подобной наглости. Правда, ненадолго.

— Юльку? — задумчиво протянул Андрей Владимирович, смерив меня ироничным взглядом. Он явно сейчас веселится. Ну-ну, как бы потом плакать не пришлось. — Да мы вроде, пока только друзья.

— Пфф, я тебя умоляю! — отмахнулась Антонина Ивановна. — Какие ж друзья в этом возрасте? Семью бы уже надобно, детишек, а не вот это всё!

— Мама! — не выдержала я, вскакивая с кресла.

— Такие вещи всё же надо сначала с самой Юлей решать, — невозмутимо парировал он, даже не смущаясь. — Жизнь-то её.

— Ну так ты её поуговаривай, — громким шёпотом посоветовала ему мама, перегнувшись через стол, и задорно подмигнула. — Она у нас девонька хоть и упрямая, но если аргументы приведёшь весомые, то сразу сговорчивая станет.

Этого я уже выдержать не смогла — вскочила и вылетела из кухни, а вслед мне донёсся весёлый смех мужчины. Смешно ему!

Громко хлопнув дверью в свою комнату, я поняла, что сделала это зря. С омерзительным скрипом дверь накренилась и свесилась на выдранной петле. Я взвизгнула и еле успела отпрыгнуть в сторону, пока меня не зашибло.

В проёме появились головы мамы и Андрея Владимировича, примчавшихся буквально за пару секунд.

— Вот всегда она так, — сокрушённо заметила первая, преданно глядя в глаза мужчины, — ручки из жопоньки, всё вокруг ломает, к чему ни прикоснётся.

— Мама! — в который раз за сегодняшний вечер взвыла я, проклиная тот момент, когда согласилась впустить мужчину в этот дом. Как я буду переживать такой позор на работе?

— Бесполезно, Юлька, бесполезно, — глухо посочувствовал мне отец со своего кресла. — Терпи. Хоть не я сегодня крайний. Глядишь, завтра она угомонится, и мы сможем с тобой на рыбалку спокойно сходить, без бабских причитаний.

— Это у кого тут бабские причитания?! — тут же отреагировала мама, хватаясь за полотенце и воинственно направляясь обратно в сторону гостиной разбираться с отцом.

Мы с начальником остались вдвоём по обе стороны от входа в мою комнату.

— Его не надо спасать? — шёпотом поинтересовался у меня Андрей.

— Сам справится, — отмахнулась я. — Не впервой. Она не всегда такая, просто давно меня не видела. Да и вы ей понравились. Завтра уже полегче будет.

— Ты.

— Что “ты”? — не поняла я.

— ТЫ понравился, — напомнил он мне о нашей договорённости.

— Ладно, — я в который раз смутилась от тона, которым это было сказано. Потом неуверенно предложила: — Может, дверь окончательно с петель снимем и в коридор выставим? Всё равно мама вас здесь поселила, я вам и постелю; без двери, конечно, спать неудобно, но ночью здесь никто по дому не ходит, так что...

— Не говори глупостей, я прекрасно посплю там, куда тебя посылала родная мать. Я явно покрепче твоего. Или, может, хочешь уступить мне пол в своей комнате? И еще раз говорю — давай на “ты”, — он легко поднял окончательно упавшее полотно и прислонил к стене. Затем вернулся на кухню, что-то спросил у моего отца, сходил в пристройку за инструментами и принялся чинить дверь.

Я задумчиво проследила за его действиями и залезла на кровать, подогнув под себя ноги.

— Ты и вправду думаешь остаться? А меня спросить не хочешь?

— А меня твоя мама пригласила, — он насмешливо сверкнул кошачьим взглядом в мою сторону.

На это мне оставалось только хмыкнуть. Ну да, как бы я тут не хозяйка. Поэтому перевела тему:

— А двери чинить где научился?

— Жизнь длинная, — туманно ответил мужчина.

— И забор завтра всерьёз собрался делать? Мама же не пошутила. На твоём месте, я бы не стала соглашаться — назад пути не будет.

— Нет, забор, к сожалению, не моя специализация, — заметил он, и прежде чем я успела возмутиться его неосмотрительным согласием, продолжил: — Но я уже вызвал мастеров из ближайшего города, так что всё сделают.

— Обалдеть, — прокомментировала я. Очень хотелось поинтересоваться, неужели у него денег куры не клюют, раз он разбрасывается ими направо и налево на первых встречных, но не стала. Если у него в голове тараканы ползают, то это не моя проблема.

Как мы укладывались спать, это отдельный разговор. После продолжительных дебатов с ним, который желал, чтобы я спала на кровати, а он пошёл в баню; с мамой, которая желала, чтобы он спал на кровати, а я в бане (хотя у Андрея под боком, по её мнению, было бы тоже неплохо); а потом даже с папой, который предлагал вообще уступить гостю диван в гостиной, на котором несколько лет назад спали две собаки родителей (соответственно, ими там всё насквозь провоняло), я всё же вытребовала, чтобы Андрей расположился у меня в комнате на полу, куда мы постелили старый матрац и кучу одеял, а я на своей родной кровати.

Котёнок, которого назвали гордым именем Рыжий, залез ко мне под бочок. Я думала, что буду стесняться находиться ночью в одной комнате с мужчиной, или же мы проговорим много-много часов перед тем как задремать, а в итоге, едва я переоделась и нырнула под одеяло, то тут же уснула крепким сном человека, который безумно устал и наконец смог расслабиться.

Глава 25 Побег от сурового родителя

Юлианна

Меня разбудил шум за дверью. Я позвала горничную, но она не откликнулась.

— Аурелия, что там? — спросила я у пустоты голосом хронического алкоголика. Голова туго соображала, и мне потребовалось время, чтобы понять, что я опять во Флорентии, а вовсе не у мамы на кухне, где она потчует Андрея домашней стряпнёй. Представила на его месте расфуфыренного Андриана и фыркнула, а заодно и проснулась. Нет уж, буду относиться к ним, как к близнецам: внешность одинаковая — характеры разные, как расцветка двух гусей в известной песенке.

Я спустила ноги с кровати и босиком прошлёпала в ванную, напевая про себя:

— Жили у бабуси

Два веселых гуся:

Один — серый,

Другой — белый;

Два веселых гуся.

— Ваше Высочество! — в ванную с выпученными глазами ворвалась Аурелия.

— Ну вот, — простонала я, предчувствуя неприятности. — Атак всё хорошо начиналось. Что там ещё? Аурелия, когда этот гам за дверью прекратится? Как будто ремонт идёт, ей Богу.

— Это не ремонт, Ваше Высочество, — всхлипнула горничная. — Это ваш батюшка в гневе в коридоре ругается. Сюда грозит ворваться и поучить вас уму-разуму.

— Бежим! — мигом сориентировалась я, хватая девушку за руку и истерично пытаясь найти выход. — Ты же говорила, что наткнулась на служебную дверь в нашей гостиной, верно?

— Да-да, сюда, — подхватила моё настроение Аурелия и быстрей меня ломанулась к спасительному выходу.

Едва мы оказались в узком тёмном коридоре и захлопнули за собой дверь, я поняла, что бегать по дворцу в одной ночной сорочке и с голыми ногами совсем не забавно. Скорее, даже холодно — в подземелье чувствовалась сырость, так что тело мгновенно покрылось мурашками.

— Ой, Ваше Высочество, вы замёрзнете!

— Ничего, — отмахнулась я.

Мысль о том, что стоит мне вернуться, и я попаду в объятия сердитого папочки, а тому наверняка не понравилось блюдо, в котором количество соли могло посоперничать с основным ингредиентом, как-то не располагала к надеждам на собственный комфорт.

Вообще, на момент испытания мне казалось, что это гениально — просто пересолю картошку и по внешнему виду никто из придворных и не поймёт. Сдать меня королевская семья не должна, мы же вроде как скоро можем породниться, а вот сомнения в их сердцах наверняка появятся. Кто же знал, что мой папочка пожалует?! А он не дурак, понял, что я тут самодеятельностью занимаюсь.

— Лучше скажи, куда этот ход ведёт?

— Вообще, здесь много туннелей, но я пока изучила только один — тот, которым пользовалась кухарка, и он ведёт на второй этаж в картинную галерею, там ещё библиотека рядом.

Я вспомнила огромную пыльную библиотеку — мне всё же её показали в первый или во второй день — точно не помню. В ней легко можно было потеряться, поэтому решила:

— Хорошо, отведи меня туда и оставь в библиотеке, а сама сбегаешь за моей одеждой, можно к кому-нибудь из фрейлин. Главное, отцу на глаза не попадайся — он знает, что ты всегда со мной ходишь — а то всю душу вытреплет. Сегодня проведём день среди пыльных фолиантов, всё равно встреча с королём Филиппом только в обед, вот и явимся туда в обход отца.

— А как же завтрак с принцессами? — Аурелия явно колебалась, но всё же послушно вела меня по длинным каменным коридорам замка.

— Ой, обойдутся без меня, — я легкомысленно отмахнулась. — Сидеть в этом гадюшнике — удовольствие сомнительное.

— Ваше Высочество! — у бедной Аурелии от моих речей чуть разрыв сердца не случился.

— Всё, молчу. Не принимай близко к сердцу, — посоветовала ей.

Ход действительно вывел в длинный широкий коридор на втором этаже, который с одной стороны красиво закрывался стеклом, как в современном торговом центре в моем мире и времени. И, что удивительно, с идеально сверкающими витражами! Вот что значит продвинутая бытовая магия, это вам не Ислария с мрачными гобеленами на стенах.

С другой стороны располагались портреты великих и иногда даже ужасных правителей государства.

И пока, кроме нас, ни души.

— Библиотека в конце коридора? — с тоской уточнила я у своей горничной. Бежать через всю длину галереи в фривольной ночной сорочке длиной выше колена и рюшечками по подолу — идея сомнительная, и может иметь неприятные последствия.

— Может, я вам сюда одежду принесу? — неуверенно предложила девушка.

Я только насмешливо фыркнула:

— Ты сама-то в это веришь? Не ты ли говорила, что это служебный проход, по которому постоянно снуют слуги? Хочешь, чтобы меня здесь кто-нибудь увидел?

— А как же библиотекарь? — неуверенно возразила она.

— А вот библиотекаря ты и отвлечёшь, — парировала я, иронично её осматривая. — Помнишь, как нам показывали древние фолианты, и парень пожирал тебя глазами?

Девушка мгновенно покраснела до корней волос и затравленно пискнула:

— Нет.

— Да-да, — продолжала я, весьма довольная реакцией. — А ты мило смущалась и томно хлопала глазками.

— Не было такого! Я никогда в жизни не флиртовала, — испуганно замахала она руками.

Я лишь рассмеялась.

— Ну, вот и попробуешьтогда сегодня практиковать свои навыки обольщения. Давно пора.

Аурелия только горестно вздохнула и первой пошла по коридору, постоянно озираясь, как бы не встретить кого на пути. Я шла чётко за ней, на цыпочках, — в галерее каменные полы неприятно холодили ноги, и пальцы мгновенно заледенели. Даже в тайных ходах дворца и то теплее.

Мы уже почти дошли до дверей в библиотеку, как услышали за спиной зычный голос:

— Стоять! Это что за внешний вид?! Я к вам, девушки, обращаюсь!

Мы, даже не оборачиваясь, рванули вперёд как ошпаренные.

— Стойте, мерзавки! — неслось нам вслед.

— Поднажми! — бросила я горничной, легко обходя её, а потом и вовсе хватая за руку, чтобы потащить за собой.

Вот и заветная дверь!

Я рванула тяжёлую створку на себя и влетела внутрь, практически волоком затащив внутрь напарницу. Мы захлопнули дверь и прислонились к ней спиной. Я вообще сползла вниз, на пол.

— Какой ужас, — выдохнула Аурелия.

Мы переглянулись и дружно рассмеялись. Если отец узнаёт, то позору не оберёшься.

— Аурелия, — из-за полок вышел молодой библиотекарь, на ходу поправляя очки и удивлённо осматривая нашу растрёпанную компанию, — что вы здесь делаете? — тут он, видимо, опознал меня: — Ваше Высочество?!

В этот момент на дверь с той стороны обрушились удары кулака и крики:

— Открывайте немедленно!

Я испуганно икнула и, бросив убийственный взгляд выпученных глаз на библиотекаря, смело полезла на четвереньках под ближайший стол, накрытый плотной и тяжёлой на вид тканью.

— Что?.. — начал было юноша, но в этот момент дверь распахнулась от мощного удара, а сбитая Аурелия влетела прямо к нему в объятия с испуганным вскриком.

Я затаилась под столом, не смея даже вдохнуть лишний раз. Нашарила что-то руками и непроизвольно прижала к груди чьи-то забытые туфли. Очень кстати. Снаружи, видимо, молчаливо оценивали ситуацию, потом тот, кто нас догонял, грозным голосом поинтересовался:

— Где вторая девка?

— Она ушла через другую дверь, — спокойно ответил библиотекарь. — Уважаемый, это — территория книг и тишины, здесь не место королевской страже и оружию. Будьте добры покинуть помещение.

— Эй, ты, книжный червь! — взревел страж порядка (ну, а кто же ещё?!) и, видимо, попытался силой что-то там выяснить.

Что-то там выяснить у него не получилось, потому что, неожиданно издав поистине поросячий визг, он вылетел за дверь, которая с громким хлопком отрезала нас от внешнего мира.

Я для порядка подождала ещё пару минут, а потом вылезла из своего укрытия, не отпуская добытую обувь из рук и крайне любопытствуя, как именно щуплому библиотекарю удалось прогнать бугая, судя по тяжёлому топоту ног.

— Вроде ушёл, — оповестила неожиданных подельников, а потом вспомнила, что в неглиже, и с громким «ой» спряталась за книжные полки.

Но я зря опасалась, так как парочка напротив меня явно занималась только друг другом.

Библиотекарь всё так же крепко обнимал Аурелию, а та преданно смотрела ему в глаза.

Я не стала прерывать их тихую идиллию и ушла вглубь шкафов, бросив на ходу:

— Аурелия, я тут пока прогуляюсь в одиночестве, а ты, как освободишься, сбегай, пожалуйста, за одеждой.

— Да-да, хорошо, — покивала та в знак согласия, впрочем, вероятно весьма смутно понимая, что я от неё хочу. — Эрик, вы такой сильный!

Так, понятно всё... Не скоро я получу своё платье...

Но так как торопиться мне совершенно некуда, я решила не дёргать горничную, которая стала мне почти подругой, а вместо этого обулась в найденные туфли, которые почти не шлёпали и отправилась исследовать книжные ряды, которых здесь расположилось вогромное множестве. В этих лабиринтах можно даже затеряться, так что не думаю, что батюшка меня здесь найдёт, даже если станет искать. Главное, чтобы Аурелия потом нашла.

Проходя мимо очередного ряда, я заметила небольшой островок среди стеллажей с мягким диванчиком и письменным столом из красного дерева. Вокруг этого места ощущалась сильная бытовая магия. Она не выглядела опасной, поэтому я смело шагнула внутрь импровизированного круга.

Здесь не наблюдалось даже следов пыли, а ещё островок уюта окружало мягкое свечение.

На столе валялись разбросаны бумаги, свёртки и толстые фолианты, будто кто-то трудился здесь дни и ночи напролёт и вот только что вышел в туалет. Я на всякий случай огляделась, но никого поблизости не заметила. Склонилась над бумажками, чтобы через секунду в ужасе отпрянуть от стола.

— Его почерк!

Я стояла на краю магического круга и пыталась отдышаться. Уж чего-чего я не ожидала здесь увидеть, так это размашистого почерка своего земного начальника. Чуть наклонённого, с характерным написанием «у» и «д».

Я тряхнула головой. Вот Юлька, вот балда! Откуда же тут взяться Андрею Владимировичу? А почерк такой же, потому что здесь его двойник. От неожиданности я даже об этом забыла.

На память пришло, как Андриан постоянно за общим столом шептал и проговаривал про себя какие-то свои расчёты, и мне, естественно, стало любопытно, чем может заниматься такой избалованный субъект, как он.

Как только дыхание выровнялось, я подошла ещё раз к столу и внимательно вчиталась в записи.

Глава 26 Неожиданная встреча в библиотеке

Андриан

Сегодня я весь день малодушно прятался от отца, который вместе с будущим, не дай Бог, свёкром жаждали захватить меня для обсуждения моей дальнейшей жизни, а заодно и жизни их протеже.

Я не был готов к этому разговору, поэтому сбежал из своей комнаты ещё вчера и ночь провёл в библиотеке. Не сказать, чтобы без пользы. Я смог подогнать некоторые свои нововведения под Флорентийские законы.

А что я должен им сказать? «Простите, но я уже влюблён в девушку, которую вижу в снах, и которая является точной копией вашей дочери, только не с мерзким характером и с мозгами в голове», так?

Вот поэтому и прятался. Вряд ли это сильно могло помочь, но сейчас я не знал, как найти выход из сложившейся ситуации, а потому сосредоточился на том, что мне было подвластно — на экономике Флорентии.

Утром меня разбудил Эрик, заведующий библиотекой и мой школьный товарищ в одном лице.

— Андриан, ты бы пошёл умылся или позавтракал, а то выглядишь, как будто тебя всю ночь били. Ты хоть спал?

Я сонно тряхнул головой и поморщился.

— Ты же меня разбудил — конечно, спал, — кинул взгляд на часы и заметил: — Часа три точно. А ты не знаешь, где отец?

— Я слышал, он вместе с королевой ещё до обеда уехал к модисту.

— Замечательно, — во мне проснулся энтузиазм, я вскочил с кресла и с наслаждением потянулся, разминая затёкшие мышцы.

В коридоре дворца практически не наблюдалось слуг, видимо, они все занимались подготовкой к сегодняшнему обеду. Кстати, по моему новому меню, разработанному с главным поваром, который на поверку оказался вполне вменяемым человеком, правда заключённым в оковы традиций. Он с радостью согласился уменьшить порции и понимающе усмехнулся, когда я говорил о кражах.

— Всё так, Ваше Высочество, когда я только заступил на должность, то начал жёстко пресекать подобное поведение на кухне. Но потом понял, что если не давать уносить всё это работникам кухни и другим слугам, тогда после придётся увозить на огромных повозках уже испорченные продукты. Закупает же провиант для дворца управляющий, а я уже из предложенного придумываю блюда.

— Предлагаю вам немного изменить стратегию. Вы сначала придумываете блюда, а потом по вашему списку закупают продукты. В идеале, чтобы этим тоже занимались работники кухни. Если нужно, наймите ответственных. Взамен прошу вас сократить расходы и штат вдвое — оставьте только основных работников, остальным мы предложим работу вне стен дворца. И докладывайте, пожалуйста, новому управляющему о кражах.

Следующие полчаса мы с поваром торговались по количеству людей в штате, а также по сумме, которая еженедельно будет выделяться из бюджета на обеды. В итоге, пришли к обоюдному согласию и довольству друг другом и я подумал, что с этим миром не всë так плохо. Спокойно позавтракал на кухне и окольными путями решил вернуться в библиотеку.

— Ваше Высочество, — напоследок окликнул меня повар, — извините, что вмешиваюсь, — ваш отец не запретил рассказывать вам, но, как я знаю, сам пока не рассказал. Вы знаете, что он оценивал вчера не только умение принцесс готовить и удивлять гостей, но так же и то, как они умеют руководить процессом приготовления.

— И что же? — не сказать, что я сильно заинтересовался, но почему-то спросил.

— Наследницы Залении и Северного королевства не готовили сами, а командовали на кухне. А принцессу Арии мы практически не видели — она готовила в другом месте, просто взяла продукты... Но мы беспокоимся за исларку.

— А что с ней? — тут я действительно заинтересовался.

— Понимаете, — помялся повар, — она отказалась руководить нами и готовила сама... Сказала, что таково условие конкурса. Но, милорд! Она очень добра и отзывчива! И не смотрела на слуг свысока. Пожалуйста, передайте вашему батюшке, чтобы он не снимал её с конкурса — если она станет королевой, то со временем научится руководить, а вот характер важен уже сейчас... Да и вы бы к ней присмотрелись… И Боже упаси, чтобы вы подумали, что я вам советую, я исключительно про конкурс!

— Я подумаю, — сухо оповестил мужчину и пошёл к выходу. Лишь на пороге развернулся и добавил: — И зря вы переживаете, в условиях конкурса действительно значилось, что приготовить надо своими руками, так что она не вылетит.

Лицо повара просветлело, а я вышел в полном раздрае чувств. Чем больше я узнавал об Юлианне, тем меньше её понимал. Хуже всего оказывалось то, что я начал замечать в ней те же черты, что видел в Юле Косыгиной. И это меня пугало.

Решив больше об этом не думать до самого обеда, я распахнул дверь в библиотеку. Однако там меня ждал сюрприз: мой друг Эрик, очень спокойный и серьёзный юноша, самозабвенно целовался с одной из служанок.

Я настолько растерялся, что сначала просто встал как вкопанный и глупо хлопал глазами.

Девушка, увидев меня, пискнула: «Ой!» и испуганно скрылась за ближайшим шкафом. Я перевел ошарашенный взгляд на Эрика, но тот только виновато улыбнулся и пожал плечами.

— Мне, пожалуй, пора, — пробормотала неведомая девчонка из своего укрытия и бочком, бочком направилась к двери. — Эрик, можно тебя на минуточку?

Тот довольно кивнул и, проходя мимо чуть смущенно улыбнулся. И только на выходе резко что-то вспомнил и попросил:

— Я сейчас вернусь, но хотел бы попросить не ходить вглубь библиотеки, а подождать меня здесь. Пожалуйста.

Я заторможенно кивнул и честно прождал его целых пятнадцать минут, во время которых вспомнил, что девчонка слишком похожа на горничную моей навязанной невесты.

Все вокруг женятся, выходят замуж, влюбляются. Один я стараюсь избежать свадьбы, так как знаю, что в этом мире выберут за меня; а я твёрдо уже решил, что пока не разберусь, существует ли на самом деле Юля, согласия на свадьбу не дам.

С этими мыслями я всё же пошёл прочь от входа, здраво рассудив, что если бы Эрику что-то срочно понадобилось, то он бы вернулся и рассказал мне, но раз предпочёл общение с девицей, значит и я могу предпочесть работу ему.

Однако здесь меня ждал сюрприз. Я понял, почему бывший одноклассник не хотел пускать меня дальше входа.

Если ещё издали я заметил, что моё место занято, то подойдя поближе, увидел кем. Юлианна Исларская собственной персоной. Мало того — на девушке было так мало одежды, что мне пришлось приложить все усилия, чтобы смотреть ей в лицо, а не на открытые части тела. Впрочем, меня она до сих пор не замечала.

Девушка занималась чтением моих личных документов и что-то там даже черкала в них.

Увиденное меня так рассердило, что я недовольно поинтересовался:

— По-твоему, ты имеешь право тут находиться?

Юлианна вздрогнула и повернула ко мне голову, а затем, видимо решив, что я не представляю для неё опасности, недовольно потыкала тупым кончиком карандаша по моим записям:

— Ты вообще в школе учился? Здесь ошибка на ошибке! Ты считать вообще умеешь?

— Не лезь в мои записи, — рассердился я. — Это конфиденциальная информация, что ты здесь делаешь?

— Пфф, не смеши меня, эти записи могут быть конфиденциальными только для детского сада. У меня впечатление, что ты не спал всю ночь и вместо сна писал вот это!

Я всерьёз рассвирепел:

— Дай сюда и не трогай мои вещи! Мне не нужна жена, которая роется в моих бумагах!

— Отменишь свадьбу? — тут же ухватилась она за идею.

— Вот ещё, — я мгновенно сбавил обороты, понимая, что меня просто выводят из себя.

— Вот, посмотри сам, — всё же не выдержала Юлианна и протянула мне мои же бумажки.

Я оглянулся и пододвинул поближе второе кресло, чтобы плюхнуться в него и недовольно уставиться в свои записи. Поверх моих ночных записей виднелось много правок и исправлений карандашом, причём этот наклонный почерк я хорошо узнал. Пары минут мне хватило, чтобы понять, что правки Юлианны расставлены действительно по делу.

Всё же не спать всю ночь оказалось не самым лучшим решением. Теперь исправление в расчётах займёт не меньше часа.

Юлианна же смотрела на меня с лёгкой полуулыбкой, откинувшись на спинку кресла.

— Послушай, как я поняла, всё, что здесь написано, относится к стратегии экономии. У Флорентии, что, большие проблемы с финансами?

— Это не твоё дело, — огрызнулся я.

— Могу поспорить, — она усмехнулась. — Если нас всё-таки поженят, то это окажется как раз моим делом, потому что это будет моя страна.

— Даже не надейся, что нас поженят, — я решил всё же расставить все точки над «и». — Я не позволю этого, да и тебе это не нужно. Я люблю другую.

***

Её лицо на мгновение потемнело, но потом она тряхнула головой и почти радостно поинтересовалась:

— Да что ты говоришь? И поэтому ты прячешься здесь? Чтобы не жениться на мне?

Я осмотрел её хмурым взглядом и заметил:

— По-моему, я здесь не один.

— Да, ты прав, я тоже прячусь. От гнева батюшки, как и ты. И что нам делать? Выйти к отцам и сказать: «Извините, но мы друг друга не любим, давайте отменим отбор и свадьбу?»

Она нервно рассмеялась, так же, как и я, прекрасно понимая, что подобное — вообще не повод для отмены ни того, ни другого.

— Почему ты не откажешься? — я очень хотел это узнать. Сейчас я вдруг подумал, что смогу понять — у неё должна была быть причина чуть более серьёзная, чем просто каприз.

— Я — девушка, — сказала она, будто это всё объясняло.

Я непонимающе уставился на неё, и ей пришлось продолжить:

— Ты хоть знаешь, как относятся к женщинам в Исларии? Нет? Если я не хочу попасть под замок до конца своей жизни, я не должна перечить отцу.

Я опешил. Нет, я знал, что там порядки куда более патриархальные, чем во Флорентии, но, к своему стыду, никогда об этом даже не задумывался — некогда было. А Андриан, в прошлом, и подавно не забивал голову подобными вопросами. При таком раскладе, если, конечно, она не преувеличивает, навязанная невеста действительно может хотеть испортить о себе впечатление.

— Ну, а ты? — её взгляд говорил: откровенность за откровенность. И неожиданно для себя я признался:

— А я — паршивая овца в семье, и если откажусь от свадьбы, то подорву последние крохи королевского доверия. И это, — я потряс папкой с листами, — никогда не увидит свет.

— Только не говори, что у тебя детская травма, — снисходительно улыбнулась принцесса, — и она объясняет твоё поведение и все твои похождения.

— Нет, — равнодушно пожал плечами. — Я просто избалованный отпрыск богатых родителей с поганым характером.

Юлианна кивнула, будто её этот ответ удовлетворил, и замолчала, обдумывая мои слова. Но ненадолго.

— Ты серьезно считаешь, что твои расчёты и нововведения могут как-то спасти экономику Флорентии? Удивляюсь, что тебе интересно подобное.

Я снова пожал плечами.

— Ты обо мне многого не знаешь.

— Я даже не уверена, что хочу узнавать.

— Это взаимно, — заверил её.

Какое-то время мы молчали.

— Послушай, — наконец, обратилась ко мне Юлианна, — ты уверен, что твоей стране поможет лишь экономия?

Я насмешливо посмотрел на неё.

— То есть, ты тоже против экономии? Боишься, что я могу лишить тебя новых платьев?

Она отмахнулась, даже не обратив внимания на мой выпад.

— Я не об этом. Я говорю о новых рынка сбыта. Вы могли бы наладить торговлю с соседними странами.

— И чем же? Если ты не знаешь, Флорентия — небольшая страна, у неё нет полезных ископаемых, точнее, практически нет. Я считаю, что самое главное — это остановить неправильные расходы. Поверь, я знаю, о чём говорю.

Она задумчиво посмотрела мне в глаза, и я почувствовал себя неуютно. Сейчас мало что напоминало в ней прежнюю Юлианну.

Я не хотел обсуждать экономические вопросы с принцессой, но больше было не с кем, и вдобавок, она уже и так посмотрела все записи.

С одной стороны, конечно, я на неё очень сердился из-за этого, с другой — я сейчас мог немного пообщаться на интересующую меня тему с тем, кому это хоть как-то интересно. Как итог недолгих размышлений — я решил воспользоваться ситуацией, потому как говорить самому с собой крайне неудобно.

— У вас есть магические приспособления, — невозмутимо ответила Юлианна. — Изобретения в бытовой магии. У нас нет многого из того, чем у вас во Флорентии пользуются практически все. Даже крестьяне. Почему вы раньше до этого не додумались?

Я, как кот, почуявший запах рыбы, выпрямился и пододвинулся к ней поближе.

— В Исларии нет бытовой магии?

— Есть, конечно, но она не развита так хорошо, как у вас. Разве ты этого не знал?

— Твоя родина — закрытая страна. Откуда мне это знать?

— Может, просто никто не считал нужным рассказывать такие вещи непутёвому принцу?

Она насмешливо закатила глаза. А я даже не мог опровергнуть её слова. Кто знает, возможно, и так...

— В общем, у нас такого нет, — продолжила Юлианна.

— Но ты понимаешь, что любое магическое приспособление должно подзаряжаться время от времени?

— Да, я понимаю это, но вы могли бы продавать накопители.

Я немножко подзавис, а потом наклонился к ней поближе.

— Ты имеешь в виду накопитель энергии?

— Да, именно так.

Я задумался. В её словах был толк. Ещё какой. Юлианна на поверку оказалась весьма умна.

— А какие изобретения вам интересны?

— Давай начнём с магических светильников, — она отбросила официальный вид и схватила ручку, чтобы быстро начать записывать. Сейчас девушка походила на нетерпеливого дельца, рассчитывающего на золотую жилу. — Я думаю, что Ислария могла бы у вас получать их, даже если не в виде государственных закупок, то по договору взаимной торговли. Или вы можете привозить и торговать просто на рынках. Вряд ли это сразу станет большим рынком сбыта, но при должной рекламе, думаю, вы без клиентов не останетесь. Можешь сам поговорить с моим отцом. Я могу, конечно, спросить, но не факт, что он не поступит с точностью наоборот, чтобы не идти на поводу у дочери.

Я кивнул, принимая аргументы.

— А что ещё, кроме магических светильников?

Юлианна задумалась.

— У вас есть приспособления для приготовления пищи, также аппараты, которые стирают одежду; моя горничная с восторгом рассказывала о том, что огромные агрегаты стирают платья в один миг, и для этого не нужно самим заниматься подобной ерундой.

Юлиана старательно подбирала слова, как будто хотела сказать одно, но говорила совершенно другое. Какая-то мысль пыталась зацепиться за мой разум, но каждый раз ускользала, как только я пытался о ней подумать получше. Что-то не сходилось в её поведении...

— Тебе нравится комфорт? — перевёл я тему.

— Я думаю, всем нравится комфорт, — она пожала плечами.

Её слова заставили меня всерьёз задуматься. Но нам всё же помешали.

У входа в библиотеку послышался неясный шум, а потом я услышал звук, который совершенно сейчас не собирался слышать.

— Отец! — воскликнули мы оба и вскочили одновременно с кресел.

Голос Эрика порол какую-то чушь и пытался задержать незапланированных гостей, но толку от этого было немного.

Мы с Юлианной переглянулись и поняли, что пока оба наши родителя не оказались здесь, пора делать ноги.

Не раздумывая больше ни секунды, я схватил её за руку и понёсся внутрь сквозь стеллажи. Мы петляли как зайцы, обходя острые углы, и бежали к спасительной двери.

Я открыл проход и затолкал туда девушку, закрыл за нами дверь и прошептал ей на ухо:

— Не двигайся и желательно не дыши.

Она возмущённо фыркнула, но всё же постаралась сидеть тихо как мышка. Какое-то время было тихо, а я в этот момент нащупывал рукой тайный проход, который обнаружил здесь пять лет назад, — с помощью него можно незаметно попасть в дворцовые сады. Сейчас я хотел им воспользоваться, чтобы сбежать от отцов вместе с Юлианной.

Наконец, рука нашарила прохладу старой проржавевшей ручки. Последний раз я пользовался им два года назад и даже не был уверен, что дверь сохранилась, так что сейчас выдохнул с облегчением.

Как только дверь открылась, мы понеслись дальше по коридору, всё ещё держась за руки и даже глупо подхихикивая, как подростки.

Наконец, вылетели в залитый солнцем королевский сад и перевели дух.

— Вроде успели, — пробормотала она, испуганно оглядываясь назад.

— Ты так боишься своего отца? — я подумал о том, что очень мало знаю о своей будущей возможной невесте.

Она передёрнула плечами.

— Не сказать, чтобы сильно, но я очень мало его знаю. Понимаешь, мы как-то не очень близки.

Это я понимал — так как со своими родителями тоже не был близок, хотя сейчас, наверное, сделал бы всë по-другому.

— Мои записи остались там, — заметил я. — А если так, может, сейчас прогуляемся? Здесь есть одно очень интересное место.

— Давай, — Юлианна поправила ремешок обуви, а затем выпрямилась. — Я нигде не гуляла, кроме аллеи, которая видна из моего окна. Принцесс не пускают одних бродить по саду.

— Да, в этом плане принцам проще, — я повёл её вдоль дорожек по направлению к озеру.

— Ой, — спохватилась она, — мне лучше не отходить далеко от библиотеки. Я же ждала свою горничную, она должна принести мне одежду.

Я непроизвольно взглянул на её ноги, а она, смутившись от моего взгляда (впервые с момента встречи!), стыдливо прикрыла коленки полами коротенькой сорочки.

Я отвёл взгляд от гладкой кожи.

— Твоя горничная всë равно не придёт пока здесь твой отец. Вдобавок, она ушла вместе с Эриком. Так что, скорее всего, он поможет ей нас отыскать, когда всё уляжется.

— Эрик — твой друг? — спросила Юлианна с улыбкой — она явно видела влюблённую парочку.

— Да, что-то вроде того.

— А как он нас найдёт? Мы ушли далеко от дворца.

Я достал небольшой артефакт и показал ей.

— Я ему скажу в ещё одно магическое устройство. И прежде чем повезу его в Исларию, если у вас такого нет, обязательно сделаю патент на изобретение. Это моя личная разработка, — я замялся, потом исправился: — Точнее, моя идея, а исполнение одного мастера, живущего в пригороде столицы.

— Оу, понятно, — неопределённо отозвалась она, глядя куда угодно, только не на меня. — И как вы его назовёте?

— Как? — я задумался и кивнул своим мыслям. А чего мудрить? — Телефоном назову.

***

Юлианна

Он сказал это так спокойно, будто понимал, что никто в этом мире и не догадается, о чём он говорит. Никто бы и не догадался... Кроме меня.

В течение всего дня я замечала одну странность за другой, одну за другой. И вот теперь мои подозрения укрепились и превратились в уверенность.

Я не одна живу на два мира. Мой земной босс, мой начальник и мой навязанный жених — одно лицо.

А ведь я чувствовала, что что-то не так, подозревала. Уж слишком много совпадений. Слишком.

И вот теперь глаза открылись. Остался только один вопрос: кто из них настоящий? И что делать мне?

Сердце застучало как бешеное, ладони вспотели, а взгляд заметался по ровным аллеям сада. Сказать? Не сказать? Знает? Не знает?

В какой-то момент Андриан дотронулся до моего плеча, и я, испуганно обернувшись, уставилась на него.

— Юлианна, всё в порядке?

Всё было не в порядке. Впервые в жизни я перенервничала настолько, что позорно грохнулась в обморок.

Гла