Владимир Сухинин

Князь-дракон

Как бьется мошка, запертая в клети… Стихи автора

Краткое содержание предыдущей части

Землянин Артем по недосмотру своего слуги-ангела попадает в другой мир. Он оказывается в теле местного юноши по имени Артам, ученика магической школы, который не отличается высокой социальной ответственностью.

Артем вынужден бороться за выживание и решать проблемы, которые постоянно создает ему Артам – пьяница, дебошир и трус. Днем Артем владеет телом, а ночью – Артам. Устав от его выходок, Артем поручает одному из местных дикарей заняться воспитанием юноши.

В результате Артам осознает, как опасно его поведение для них обоих. Избежав смерти с помощью Артема, Артам становится другом своему спасителю.

Движимый непреодолимым внутренним порывом, Артем решает найти себе новое тело. У него на примете есть подходящее – тело землянина, замороженного в магическом льду в городе Мертвых. Но сначала ему нужно победить вторгшиеся в Озерный край дружины князей с Восточных гор и подчинить своей власти все озерные племена.

Артем дожидается, пока горцы разгромят сильные племена дикарей и те придут просить у него помощи. Затем он наносит горцам два крупных поражения. Князья гор прячутся на болотах и получают ультиматум от Артема – сдаться и признать его верховным правителем. Оставшиеся в живых князья принимают ультиматум, и их выпускают с болот. Они приносят клятву верности Артаму и отправляются в горы.

Артем осознает, что не стоит верить словам большинства князей, и начинает тайные переговоры с несколькими уважаемыми и мудрыми правителями. Они договариваются о разделе власти в горах.

В честь победы на праздник прибывают вожди и старейшины всех племен. На этом торжестве Артем от имени Артама объявляет об объединении всех территорий Озерного края и создании Великого Озерного княжества. Все жители Озер, как и прежде, называются эхейцами.

Преданные ему вожди избирают Артама великим князем, а Артем своей властью назначает бывших вождей князьями. Он незамедлительно проводит административную реформу управления землями. Князья отделяются от командования дружинами и становятся администраторами под надзором совета старейшин. В княжествах назначаются воеводы из сотников, которые также преданы Артаму.

В свободное время Артем обучает Артама управлению княжеством, чтобы тот вел себя как Артем. Сам же готовится отправиться в город Мертвых за новым телом. Он ощущает свое призвание, но пока не осознает своей роли в истории этого мира. Однако проснувшиеся боги хорошо понимают его предназначение и начинают плести интриги. Иль стремится лишить Артема его призвания и запереть на Озерах. Богиня смерти Иехиль и ее сестра Мара хотят подчинить Артема своему влиянию.

Артем осознает, что среди богов у него нет союзников. Все они преследуют только свои интересы. Вопреки этому он уходит в город Мертвых и получает новое тело. Они с Артамом разделяются, и последний остается Великим князем Озерным. Иль пытается подчинить его своему влиянию, но Артем мешает ему. Тогда Иль настраивает князей Озер против Артема, вынуждая того покинуть княжество.

В новом теле Артем с ужасом осознает, что снова не один. Амулет, который связал его с миром драконов, вмещает заточенное сознание эмиссара – хранителя этого мира. У Артема появляются зачатки магии драконов, но он не знает, как ею пользоваться. У эмиссара нет силы, но есть знания. Между ними начинается борьба за владение телом.

В качестве посла Великого князя Озерного Артем отправляется к родственным племенам эхейцев, живущим в горах за рекой Безымянной. Впереди него в горы убывает освобожденный из плена горцев брат царя эхейцев, Эгемон. Он начинает свою игру за овладение троном. Его воины пленят дочь царя, которая должна была встретить посольство, но Артем ломает его планы и освобождает принцессу. От нее он узнает о плачевном состоянии дел в царстве и после небольших приключений прибывает в замок царя заречных эхейцев. Там он узнает, что царь смертельно ранен своим братом. Царь успевает благословить Артема и свою дочь на брак, после чего уходит в мир иной.

Пожив в замке, Артем понимает, что дела в царстве еще хуже, чем говорила дочь царя. Царство эхейцев раздроблено. Царский дом пребывает в запустении и бедности. Великие рода готовы поддержать претендента на трон – Эгемона, а не Артема, и требуют у него простить брата царя, чтобы состоялось бракосочетание Артема и дочери убитого царя. Он прощает убийцу, а тот похищает его невесту…

Глава 1

Озерное княжество. Город Жемчужина озер

Ночью поднялся северный ветер, и началась метель. В бессилии прорваться сквозь толстые стены, ветер швырял снежные комья в закрытые ставни окон цитадели Озерной жемчужины. Он проникал в трубы каминов и, со злобным гулом налетая на дом, пытался погасить огонь в поленьях. Но огонь лишь сильнее разгорался и, словно стремясь навстречу ветру, взмывал вверх пламенными языками.

В комнате же было тепло и уютно. Она тускло освещалась масляной лампой, которая стояла у изголовья деревянной кровати, застеленной шерстяным одеялом. В мягком кресле напротив камина с задумчивым видом сидел великий князь Озерного княжества Артам.

Уже неделя как Артем отправился в посольство к эхейцам, живущим за рекой. Артам, оставшийся без своего сожителя, чувствовал себя очень одиноко и скучал. Женщина, которую он полюбил, не отвечала ему взаимностью, а другая проявляла слишком явный интерес, что его пугало.

Артам осознал, что он простой человек, лишенный тщеславия и аристократических замашек. По вечерам он тихо горевал в своих покоях, которые раньше занимал Артем, и втайне мечтал вернуть все назад. Когда Артем был рядом, он чувствовал себя спокойно и уверенно. Артем мог позаботиться о них обоих.

Сейчас же Артам словно висел в пустоте, не имея опоры в виде Артема. Он боялся ответственности, которая на него легла, и очень опасался разоблачения.

«Разве я настоящий князь?» – задавал он себе вопрос. Он сын лавочника, и в прошлом все его самые великие мечты сводились к тому, чтобы иметь свою лавку, где он мог бы торговать магическими артефактами. Высокое положение князя его угнетало, так как он считал себя не годным к такому поприщу. Он стеснялся вельмож, которые окружали его. Боялся излишнего внимания риньеры Ирены и пытался не замечать насмешливого взгляда Милы. Неела редко появлялась в замке. Она удрала вместе со своими псами на полуостров и ждет не дождется возвращения Артема.

Отвлекая Артама от грустных размышлений, в дверь тихонько постучали.

– Входи, – разрешил Артам.

В дверях появилась ночная служанка. Присела в поклоне и сообщила:

– Сир, к вам леди Мила.

– Пусть войдет, – разрешил Артам.

Обращение «сир» – это еще одно новшество, которое распорядился ввести перед своим убытием Артем. Он научил Артама новым обращениям и велел ввести их в обиход. И Артам, внутренне сжимаясь от страха насмешек, за завтраком повторил его речь, почти слово в слово.

– Господа, – начал он, немного смущаясь под пристальным взглядом риньеры Ирены. – Мы новое общество… Э-э-э, новая элита Озер. И нам нужно иметь свое обращение и величание, отличное от Риванганского. Этим мы покажем, что вполне самостоятельные. Я прочитал в древних книгах, что когда-то давно здесь были приняты очень интересные обращения. Например, к архимагу обращались «мессир». Но я не архимаг, поэтому называйте меня не ваше высочество, это длинно и вычурно. Называйте меня сир. Дамы будут леди, а господа – лорды, кратко – сэр. Это благозвучно и будет отличать нас от знати как Ривангана, так и остальных народов. Этим мы заявим о нашей самостоятельности и независимости, а также вернемся к древним корням.

К его удивлению, присутствующие на завтраке господа с радостью приняли эти нововведения.

– Вы правы, сир, – первым ответил воодушевленный его словами лорд Арчибальд. – Эти отличия просто необходимы для самоидентичности эхейцев. Я тоже буду эхейцем, и моя леди, супруга, надеюсь, поддержит меня.

– Конечно, дорогой Арчибальд, – мило улыбнулась его жена. – Мне нравится, что таким образом мы рвем все связи с Риванганом, который столь сурово и несправедливо обошелся с нашей семьей.

Леди Ирена захлопала в ладоши.

– Как вы мудры, сир, – краснея и кокетливо опуская взгляд, восторженно воскликнула она.

Ее наигранность не осталась незамеченной. Мила смерила девушку недовольным взглядом. Леди Ирена не отличалась умом, но умела произвести должное впечатление на мужчину. Этому ее учили с детства. Бедной аристократке нужно уметь производить впечатление на мужчин. Это ее практически единственное достоинство, не считая происхождения и привлекательной внешности.

– Вам, сир, нужно издать указ, – стал тут же советовать сэр Арчибальд, – кого и как величать. Нужно еще придумать обращение для простых людей и князей. Их нужно выделить, чтобы не было путаницы.

Артам уже знал, как хочет называть князей Артем, и ответил:

– Для князей со стороны простых людей и аристократов будет принято обращение – милорд. Простые люди будут сквайры, что значит «свободный» на древнем языке. В княжестве нет и не будет рабства и закрепощения эхейцев. А по поводу указа, вы совершенно правы, сэр Арчибальд. У нас нет еще канцелярии, так что позаботьтесь о составлении такого указа. Надеюсь, это вас не сильно обременит.

– Ну что вы, сир, – засветился довольной улыбкой сэр Арчибальд, – я с радостью возглавлю вашу канцелярию. И помогу создать ее с нуля.

– Вот и хорошо, сэр, – перекатывая в уме это непривычное обращение, ответил Артам и облегченно вздохнул. Все обошлось гораздо проще, чем он думал.

– Сир, – не отступал от темы сэр Арчибальд, – вам нужен секретарь, который будет передавать ваши приказы. Рассказывать вам о событиях в княжестве и вообще владеть всей необходимой информацией… или секретарша, – с лукавинкой в глазах добавил седоусый, умудренный жизнью Арчибальд.

– Я могу быть секретарем вам, сир, – тут же воскликнула леди Ирена. – Я помогала отцу и знаю, что делать.

Мила хотела резко высказаться, но ее опередила леди Энея, супруга лорда Уильяма.

– Это хорошая идея, сир, – быстро заговорила она. – Леди Ирена как никто другой подойдет вам для этой должности. Она умна, образованна и аристократична. Это не умалит ваше достоинство. И она ничем не занята. Она будет верно вам служить…

В ее словах звучала двусмысленность. Миле пришлось прикрыть рот и промолчать. Она поняла, что тут имеет место быть сговор аристократов. Она подумала, что в самом деле это неплохой вариант, если только леди Ирена не будет управлять Артамом. И она решила с ним поговорить вечером наедине.

В комнату к Артаму прошла Мила и закрыла за собой дверь. Подошла к пышущему жаром камину и села на второе, свободное кресло.

– Грустишь? – спросила она.

– Есть такое, – ответил Артам.

– Я тоже грущу. И вот тут, – она указала рукой на грудь, – я чувствую волнение. Не знаю почему.

– Из-за Артема? – спросил Артам.

– Да, – не стала скрывать женщина. – Как он там?..

– Узнаем. Скоро должен прибыть гонец от него. Ты что-то хотела?

– Хотела, – кивнула Мила. – Хотела поговорить с тобой об Ирене.

– А что с ней? – с безразличием в голосе спросил Артам и посмотрел на Милу.

– С ней-то как раз все в порядке. Она стала твоим секретарем, и я уверена, что полезет к тебе в постель. Потом будет тобой вертеть и управлять княжеством. От этого будет всем плохо, и ее, Артам, придется тайно убить. Ты хочешь этого?

– Нет, не хочу, – Артам растерялся. – За что убивать?

– За то, Артам, что она рвется и к телу, и к власти. Она недостаточно умна, чтобы знать границы дозволенного. Большинство женщин такие, Артам. Им мало того, что они имеют, и они всегда стремятся от мужчины получить больше, чем могут и заслуживают. Постель – их главное оружие влияния на мужчину. Артам, ты мягкий и бываешь неразумно послушным. Ты не сможешь противостоять ее капризам. А мы не можем подвергать риску дело всей жизни Артема. Он столько старался, чтобы собрать все племена воедино. А если эта дурочка начнет тобой управлять, это заметят все. И господа, и слуги. Пойдут слухи, они быстро разлетаются. И скажут: «Князь-то ненастоящий». Понимаешь?

Артам задумчиво кивнул.

– У тебя есть предложение? – спросил он.

– Есть, но не знаю, как ты на это посмотришь…

– Говори, Мила, я послушаю тебя и решу.

– Пусть она будет твоим секретарем, а спать ты будешь со мной, вот.

– Спать с тобой? А как же Артем? Что он скажет, когда вернется?

– Я сама ему все объясню. Он умный и правильно поймет. Пойми и ты. Мы в таком шатком положении, что все может сорваться, и случится непоправимое перед войной с Риванганом. В княжестве нужна стабильность. Я поддержу тебя вместо Артема. Все будут знать, что ты спишь со мной, я твоя женщина. О том, что я значусь невестой Артему, никто кроме тебя и Неелы не знает. И я буду проводником идей Артема. Ты же займешься магическими науками, тем, что тебе ближе. Ни у кого не возникнет вопросов, почему от твоего имени распоряжения отдаю я. Я и раньше управляла от твоего имени. Но зато мы сохраним княжество.

– Но почему ради этого я должен с тобой спать, Мила? – удивленно воскликнул Артам.

– Потому что если это не Неела и не я, то в твою постель ляжет дурочка Ирена, и ты не сможешь ей противостоять. У нас начнется грызня. Ты встанешь на мою сторону, но это все равно будет ущерб твоей репутации. Ты допустил женщину командовать. Ту, с кем спишь. Она обязательно начнет интриговать против меня и Неелы, чтобы отодвинуть от управления делами. Опять же пойдут слухи. И я вынуждена буду ее убить, Артам.

– Это я понял, но все так неожиданно, Мила. Я к этому не готов.

– Не бойся реакции Артема. Он все оценит правильно. Думай не о себе или о нем, а о княжестве. Князья не должны заметить, что ты дал слабину. Артем ее не дал и отринул ту, которую любил. Меня он не любит. Я его тоже, если честно. Это союз, который сотворили по своей прихоти две сестры, Мара и Иехиль. Я с тобой честна и хочу процветания княжеству. Без меня ты все загубишь, Артам. Я буду рядом с тобой по праву твоей женщины, и все это правильно воспримут. Ирену не примут как управительницу твоих дел. Она для всех никто. Так же, как и Артем, твой брат. Его тоже не приняли.

Артам молча покивал.

– Я с тобой согласен, Мила. Ты хорошая для меня опора, но…

– Тебя смущает, что тебе надо будет делить со мной постель?

– Да, и сильно.

– Мы уже делили ложе. Только в сознании был Артем, а тело-то твое. Я его знаю, и ты узнаешь мое. – Она скинула шубку, в которую была одета, и встала, показав свое красивое обнаженное тело. – Ты князь, Артам. Тебе никто не указ…

У Артама непроизвольно загорелись глаза. Он нерешительно протянул руку и погладил ее по животу.

– Да, я помню тебя, – сипло произнес он, – иногда я выплывал во время близости.

Мила подошла ближе, обняла Артама. Прижала его голову к себе.

– Пошли в постель, – хрипло от охватившего ее возбуждения позвала она Артама и настойчиво потянула его с кресла.

Утром Мила, накинув шубку, вышла из покоев Артама. В дверях она столкнулась с леди Иреной. Девушка остановилась как вкопанная и растерянно посмотрела на Милу. Та специально поправила шубку, распахнув ее, и леди Ирена увидела, что соперница абсолютно голая. Она прикусила губу, но постаралась сдержать удар.

– Тебе чего? – состроив невинное выражение лица, спросила Мила.

– Я секретарь сира Артама, пришла за указаниями.

– Он занят, и всеми делами буду управлять я, – ответила Мила. – Подойди ко мне после завтрака, я дам тебе задание.

Леди Ирена вспыхнула краской негодования и попыталась пройти мимо Милы, но та заступила ей дорогу.

– Пусти, – прошипела разъяренная девушка.

– Нет, – ответила Мила.

Двери в покои были открыты, и из комнаты раздался голос Артама:

– Мила, кто там?

– Дорогой, это новый секретарь хочет пройти в покои.

– Скажи, что я занят. Решим все вопросы после завтрака, – ответил Артам.

Мила захлопнула дверь, подперла ее спиной и спросила:

– Ты слышала? Иди отсюда. И чтобы я не видела тебя у его спальни, отправлю в ссылку.

У леди Ирены проступили слезы на глазах. Она поняла все правильно. У сира появилась фаворитка, а она опоздала. Леди Ирена еще немного поборолась с Милой взглядом, затем плечи ее опустились. Она отвернулась и побрела прочь. Ей в спину с усмешкой смотрела Мила.

Ирена чувствовала себя обманутой и побитой собакой. Она прошла в зал, где обычно собирались лорды, и, встав у окна, расплакалась. Ей на плечи опустилась легкая рука.

– Что случилось? – раздался женский голос у нее за спиной. Ирена повернулась, увидела Энею и еще сильнее разрыдалась.

– Эта сучка Мила спала с ним, – глотая слезы и слова, ответила она. – Меня не пустили к сиру.

– Вот в чем дело, – улыбнулась Энея. – Все дело в том, Ирена, что ты испугала сира.

– Чем? Чем я могла его напугать?

Ирена вытащила из рукава платок и стала промакивать глаза.

– Своим напором. Ты очень хотела ему понравиться и перешла границы, которые соблюдают девушки. Мы все видели твое неумелое старание и ту настойчивость, с которой ты предлагала себя. Это видели и Мила с Неелой. Они давно уже фаворитки Артама. Ты это знала. Но тогда Артам был просто один из вождей Озер, беглец без будущего. А теперь он великий князь. Его послы будут в столицах ближайших государств, и его признают равным среди владык. Летом он разобьет войска Ривангана, и о нем узнают все монархи. Начнется борьба за то, чтобы сделать его союзником. За место рядом с ним уже началась борьба, и первой в его постель залезла Мила. Не торопись, вкусы владык изменчивы, и они меняют фавориток. Держись от сира Артама на расстоянии. Тем самым ты сможешь завоевать его интерес. Мужчины любят завоевывать неприступные крепости.

– Ты правда веришь, что Артам захочет бросить эту сучку?

– Не называй Милу сучкой. Будь с ней добра и покорна. Она теперь будет всем тут управлять. Ты же не хочешь, чтобы однажды случилось, например, так, что ты не проснешься в своей постели.

– Меня могут убить? – испуганно воскликнула леди Ирена.

– А что ты хотела? Мы неожиданно перешли в разряд Великих Домов. В борьбе за благосклонность правителя совершаются самые гнусные преступления. Думаешь, что двор сира станет исключением? Не станет. И знаешь почему?

– Почему? – Ирена перестала плакать и с опаской слушала мудрую подругу.

– Потому что люди везде одинаковые, только одежду носят разную. Учись быть хитрой и скрытной, Ирена.

– Хорошо, Энея, я послушаюсь твоего совета.

– И правильно сделаете, леди Ирена, – произнес сэр Арчибальд. – Простите, леди, я случайно услышал ваш разговор. Леди Энея совершенно права. Именно так обстоят дела в высшем светском обществе. Там партии скрытно враждуют друг с другом, и у нас уже образовались две партии.

Он улыбнулся.

– Почему ты так доволен, дорогой? – спросила его идущая следом супруга.

– Потому что мы становимся похожими на настоящих придворных у престола. Это о многом говорит.

– О чем конкретно?

– О том, что наш сир – настоящий король. Вот о чем. У слабого владыки нет таких интриг, и у придворных нет желания приблизиться к нему. Сир Артам заставит всех себя уважать. И знаете, что хорошо во всей этой ситуации? – Он весело оглядел присутствующих дам, не дождался ответа и сам же ответил на свой вопрос. – Мы стоим у престола самыми первыми. Ну что, идем на завтрак?

Он подмигнул бледной леди Ирене. Та нерешительно улыбнулась.

За завтраком Артам заставил себя быть спокойным и уверенным. Он доброжелательно со всеми поздоровался и сел за стол. Стали подавать разные блюда, и Артам, как бы размышляя, стал говорить.

– Господа, сейчас у нас спокойное время. До лета мы можем не опасаться нападения, поэтому я решил посвятить свое время изучению магии древних. Я правитель, и я правлю, а не решаю возникающие вопросы. Для решения важных политических вопросов у нас есть Великий совет, куда входят баронесса Мила, баронесса Неела, барон Турган Мудрый, барон Уильям Проворный, риньер Арчибальд Решительный, магистр ордена паладинов Хойскар Воитель, князь Венцариот и князь Гросвар. Но есть такие вопросы, которые может решить только великий князь. Издавать указы, вовремя решать неотложные вопросы, как например, налаживать отношения с царством заречных эхейцев. В моем праве назначить такого распорядителя, который возьмет это бремя на себя. Поэтому я назначил леди Милу канцлером княжества или главой Высшего совета. С правом использовать малую княжескую печать. Это новая должность. Леди Мила теперь второй человек в княжестве после меня. И все текущие проблемы и вопросы решает она. У леди Милы достаточно знаний и способностей, чтобы управлять текущими делами княжества.

Все вельможи со значением переглянулись. Лишь леди Ирене очень не понравились его слова, и она, помрачнев, опустила голову.

– Леди Ирена, – Артам обратился к ней. Ей пришлось поднять голову, и все увидели ее потемневшие от негодования глаза. Артам сделал вид, что не обратил внимания на ее состояние. – Если вы еще хотите быть секретарем, то пройдите учебу у леди Милы и станьте ее секретарем.

Ирена не сдержалась и спросила, прямо глядя в глаза Артаму:

– Почему я не могу остаться вашим секретарем?

Артам не задумываясь ответил:

– Если хотите остаться моим секретарем, тогда отправьте князьям указ о назначении леди Милы канцлером.

– Я? – растерялась Ирена. – Но я не знаю, как это сделать…

– Тогда спросите, как это сделать, у леди Милы, леди Ирена. Мне нужны расторопные помощники, а не беспомощные девушки.

Леди Ирена густо покраснела и снова опустила голову. Сэр Арчибальд одобрительно посмотрел на Артама.

– Сир прав, леди Ирена, – произнес он. – Вам нужно многому научиться, прежде чем вы станете секретарем великого князя. Леди Мила будет отменным учителем, – и он поклонился головой леди Миле. Она, довольная его словами, ответила ему поощрительной улыбкой, и все вельможи признали ее право говорить от имени Артама.

– Леди Ирена, – обратилась к ней Мила, – после завтрака прошу вас пройти в мою светелку, мы с вами составим план на ближайшее будущее. У нас много дел, которые нужно решать. – Мила не торжествовала в своей победе, она была собрана и деловита.

– Как прикажете, леди Мила, – не поднимая головы, произнесла леди Ирена.

– Сэр Арчибальд, – Мила посмотрела на лорда, – прошу вас представить ваши предложения по созданию банка княжества.

Тот вежливо склонил голову.

– Непременно, леди Мила. Еще я подготовил указ о названиях и величании, его я тоже представлю.

– Передайте его моему секретарю, сэр Арчибальд. – И получила его уважительный взгляд.

Великое Озерное княжество. Полуостров

Хойскар быстро и без задержки вместе со своим отрядом паладинов добрался до реки. И на следующий день встречал прибывший корабль.

– Привет, Вензир, – поздоровался Хойскар. – Как обстоят дела дома?

– Да все по-прежнему, – ответил Вензир. – Живем. Как у вас?

– У нас много новостей. По дороге расскажу. Сейчас надо выгрузить припасы и увезти в пещеру в горах. Потом отправимся домой.

Он приказал разгрузить припасы на лошадей и двумя рейсами перевез их в пещеру. Закончив с этим, тронулся в обратный путь к полуострову.

Полуостров стал форпостом сил Артема. Туда он переселил несколько из наиболее верных ему племен. Там был построен лагерь тяжелой пехоты – гоплитов – и отдельная крепость, где располагалась штаб-квартира ордена паладинов Озер.

Корабль катил по льду на приделанных полозьях, а косые паруса хватали даже встречный ветер и тащили корабль вперед, на втором корабле добирались лошади. Мороз ослаб, и стал стелиться туман. Он толстым влажным одеялом прикрыл реку, и только порывы ветра вырывали из него клочья и давали обзор впередсмотрящему, который давал указания рулевому. К вечеру добрались до пристани на полуострове. Хойскар пересел на сани, воинов оставил в остроге, а сам выехал в штаб-квартиру. Там он встретил Неелу, которая жила в отдельном доме, приготовленном для князя Артама.

Хойскар поднялся по крыльцу в здание штаба, где располагались покои магистра, и следом тут же прибежала запыхавшаяся Неела.

– Ты чего тут делаешь? – осведомился Хойскар. Он не раздеваясь подошел к камину и стал греть руки у огня.

– Живу, – сухо ответила Неела и с жадным интересом спросила: – Как там Артем, рассказывай быстрее.

– Артем добрался до Эхейского царства. Новостей много, Неела.

– Так не молчи, говори, – поторопила она его.

– Я думаю, с чего начать. Надо в голове уложить, – отмахнулся он. – За столом на ужине поговорим.

Раздосадованная неразговорчивостью Хойскара, Неела покинула его и вернулась в гостевой дом. На пороге, охраняя, лежал припорошенный снегом пес-мертвяк. Он поднял голову, лениво вильнул хвостом и снова улегся в сугроб.

Оставшись один, Хойскар вызвал своего заместителя, капитана орденской стражи Хойрунда, и стал отдавать приказы.

– Хойрунд, мы временно передислоцируемся за реку в Эхейское царство. Это необходимо для усиления нашего влияния. Возможны столкновения с местными. Отъезд через семь дней. Собери отряд для длительного похода. Запас продовольствия, возы, походную кузню… В общем, бери все, чтобы нам там прожить до лета. Предстоит война с горными племенами и горцами, которые откажутся от присяги нашему князю Артаму. Наша задача – усилить брата великого князя, князя Артема. Он там будет царем. Представляешь, их царь благословил князя Артема на брак со своей дочерью.

Хойрунд был двоюродным братом Хойскара и всецело ему доверял. Он кивнул и невозмутимо ответил:

– Все сделаю, брат. Я пойду?

– Иди, – разрешил Хойскар.

Он вышел, а Хойскар переоделся в простое платье, которое принято у дикарей Озер, приказал подавать ужин и предупредил, чтобы позвали риньеру Ленею.

За ужином царила несколько напряженная обстановка. Неела сгорала от любопытства, а Хойскар ел и молчал. Когда принесли горячий взвар, Хойскар ослабил веревку на штанах.

– Значит так, Неела, – произнес он. – Теперь расскажу о новостях. Мы без происшествий прибыли за реку и встретили там дочь их царя. Старый царь послал ее встретить нас.

– Молодая? – тут же уточнила Неела.

– Да, и красавица, каких еще поискать. Но Эгемон, брат царя, затеял интригу с целью стать царем с помощью нас. Он захватил девушку и хотел заставить ее на себе жениться, таким образом он получил бы право на царство. Но князь Артем освободил ее и привез во дворец. Хотя какой там дворец… Крепость, как Озерная жемчужина, только поменьше. К этому времени Эгемон успел смертельно ранить царя и скрыться. Умирающий царь благословил Артема на женитьбу на своей дочери и передал ему право на трон.

– Так у Артема там появилась невеста?! – не выдержав, вскрикнула Неела.

– Да. А я о чем говорю. Это политический союз, который укрепит позиции Артема среди эхейцев. Как тут, так и за рекой. Он будет равным Артаму. Вот… Но дело в том, что там очень бедные люди и бедный царь, и кроме того, его власть такая… – Хойскар помахал в воздухе рукой, подбирая выражения. – В общем, слабая. Он первый среди равных Великих Домов и самый бедный, – невесело рассмеялся Хойскар. – Я прибыл позвать тебя с твоими мертвяками убыть к Артему. Будешь помогать ему устанавливать его власть. Я перевезу туда свой орден, и на свадьбу Артема нужно много подарков, чтобы одарить Великие Дома. Хотя я тебе так скажу, там величия ни на жемчужину. Они живут сами по себе и на царя плевать хотели. Я даже не знаю, как Артем с ними сдружится. В горах вообще одни разбойники живут, что не признают власть царей и грабят их поселки. Еще проблема – Эгемон, брат царя. Он ведет свою игру против Артема. У Эгемона большая дружина, и ходят слухи, что он имеет связи с горцами, которые присягали Артаму. Он может привезти их войска грабить царство. Вот… И на свадьбу надо позвать молодых сыновей князей и старейшин. И новых баронов. Вот такой наказ я получил от Артема.

После слов о том, что Артем ее зовет к себе, Неела воспрянула духом и обрадованно спросила:

– А когда туда надо прибыть?

– С нами отправишься. Поговорю с Артамом, и через семь днев убудем.

Неела, погруженная в свои мысли, покивала и задумчивая встала из-за стола.

– Я к себе, – пояснила она. – Надо подготовиться к отъезду.

– Да, конечно, иди, – отпустил ее Хойскар. – Утром я убуду к «Озерной жемчужине».

После ее ухода в обеденный зал вошел Хойрунд. Сел за стол.

– Брат, гонцы привезли указ великого князя о величании и обращении в княжестве.

– Это что еще такое? – удивился Хойскар.

– Вот, почитай, – Хойрунд протянул ему пергаментный свиток.

– А сам что? – спросил Хойскар.

– Я не умею, – ответил его двоюродный брат.

Хойскара с помощью магии научил читать Артем. Поэтому он не одобрял нежелание брата учиться читать и писать, но верил, что со временем все паладины будут грамотными. Он осуждающе покачал головой:

– Негоже, брат, быть неграмотным паладином. Не по чину. Мы новая… это… как ее? Вот. Элита, понимаешь, а это обязывает. Попроси Неелу помочь тебе. Я не маг, помочь тебе с грамотностью не могу.

– Не люблю я эту ведьму, – поморщился Хойрунд.

– Почему? – спросил Хойскар.

– Слухи ходят, что она покинула князя Артама и сбежала, чтобы жить с его братом Артемом.

– Кто пускает такие слухи? – Хойскар нахмурился.

– Люди говорят, – пожал плечами Хойрунд.

– Брат, мы паладины, бойцы, посвященные Марселону, а не сплетницы-бабки, которые верят всяким слухам и разносят их. Найди тех, кто распространяет эти слухи в ордене, и накажи, если надо. Слухи сеют враги. Понял? – Тон Хойскара был суров.

Хойрунд кивнул.

Хойскар развернул пергамент и стал вслух читать:

– Великий князь теперь величается словом «сир». Князь озера – «милорд». Лица высокого звания, как бароны, величаются лорды, и обращение к ним – «сэр». К дамам высокого достоинства надлежит обращаться – «леди». Простые люди называются «сквайры», что значит на древнем языке «свободный человек». К женщинам простого сословия обращение – «мисс». Так, значит, я лорд, Хойрунд, – стал говорить Хойскар, – а ты, значит, сквайр и все паладины тоже сквайры, а риньера Неела – леди. Обращение ко мне, значит, сэр. Мудрено, но запомним.

– Чудит князь Артам, однако, – произнес Хойрунд.

– Не чудит, брат. Ты слушай. Там все просто объяснено. – Хойскар уткнулся в лист пергамента. – Так как мы новое государство, возрождающее традиции народа эхейцев, то возвращаемся к своим корням, и нам надлежит иметь свои звания и названия, отличные от других народов. А то! – оторвался от чтения Хойскар. Это Великий князь верно заметил. Мы теперь сила, и с нами будут считаться все. – Он вновь углубился в чтение. – Еще вводим нашим указом новую должность управляющего делами Великого Озерного княжества. Называется она Канцлер Великого Озерного княжества. О как! И зачем?.. – удивился Хойскар. – Князь должен править и соблюдать законность, – прочитал он. – великий князь – верховный судья и тот, кто гарантирует соблюдение прав всех жителей княжества. А текущими делами ему заниматься не потребно. Ими будет заниматься канцлер княжества, глава Высшего совета Великого Озерного княжества. На эту должность нашим указом назначается леди Мила, верховная жрица богини Мары Милостивицы. Волею богов, по праву первого среди равных, Великий князь Озерный, Артам Богоизбранный. Хм… даже магическая печать имеется, – задумчиво протянул он. – Как же искусно все закручивает князь Артам! Я узнаю в этом нашего князя. А леди Мила, да, она прекрасно справится с текущими делами, и великому князю в самом деле не подобает ими заниматься. Интересно как все складывается…

Хойскар погрузился в размышления. Затем поднял голову и рассеянно спросил:

– Брат, есть ли новички, желающие стать паладинами?

– Да, брат. Мы отобрали десять парней, которые горят желанием присоединиться к нам. Они должны получить твое одобрение и благословение бога Марселона.

– Откуда они?

– Из гоплитов.

– Не слишком ли молоды? – усомнился Хойскар.

– Из молодых получаются отличные бойцы, – ответил Хойрунд. Он занимался в ордене военной подготовкой и ценил молодых и сильных бойцов. – Их не нужно переучивать, – пояснил он, – и они не сомневаются, когда им отдаешь приказы. Брат, я уверен. Следует взять за правило набирать паладинов из гоплитов.

– Хорошо. Я не против, брат, – ответил Хойскар. – Отправь гонца к вольным казакам. У меня есть к ним дело. Завтра я отправлюсь к князю Артаму с докладом, а когда вернусь на третий день, пусть они будут здесь.

– Хорошо, брат, все сделаю.

Хойскар кивнул и, прикрыв рот рукой, зевнул.

– Устал я, брат, замерз, пойду почивать, – сказал он. – Ты тоже иди по своим делам, без нужды меня не беспокойте…

Озерная жемчужина

Хойскар прибыл в Озерную жемчужину ближе к полудню и сразу же был принят канцлером Милой.

Она встретила его с приветливой улыбкой на красивом лице, но в глазах ее читалась тревога.

– Как там Артем? – спросила она.

– Все хорошо, – ответил Хойскар. – Он женится.

– Как женится? – воскликнула Мила и замерла, словно пораженная громом. – На ком?

– На дочери тамошнего царя. Он спас ее от бандитов, подосланных ее дядей, и в награду царь отдал ему дочь и царство, а сам скоропостижно скончался. Вот такие дела, леди Мила.

Женщина смяла платок в руках и, словно тигрица, взволнованно стала ходить по комнате.

– Он ее любит, Хойскар? – спросила она.

– Не думаю, – честно ответил тот. – Там живут очень бедно, а для Артема это шанс сравняться с Артамом. Артам – великий князь озерных, а Артем – царь заречных. Но ему еще нужно объединить царство, леди Мила. А там такое творится, что и врагу не пожелаешь.

Мила немного пришла в себя, села у камина и задумалась.

Посидев минуту, она жестом указала Хойскару на место рядом.

– Садись, магистр, мне нужно подумать.

Хойскар сел и стал ждать. Так прошло еще пару минут.

Мила окончательно пришла в себя.

– Он меня звал к себе? – спросила она.

– Нет, только Неелу с мертвецами. Вам, леди, честно говоря, там делать нечего. Грязь, клопы и скудная еда. Туда надо слать провизию и подарки Великим Домам.

Мила кивнула.

– Расскажите мне все подробно, что там случилось и что нужно Артему…

Выслушав и задав множество наводящих вопросов, Мила, наконец, успокоилась. Оказалось, что новая невеста Артема была осведомлена о наличии у него другой невесты.

«Что ж, две жены – это не так уж плохо, – размышляла Мила, – но первой буду я. Это уже обсуждалось, когда Неела хотела стать второй. Однако Неела слишком груба и подвержена страстям, в то время как дети царей прагматичны и понимают свою выгоду. Мы уживемся», – сделала вывод Мила.

– На обеде, Хойскар, ты все расскажешь остальным. А ты себе жену не нашел? – кокетливо глядя на Хойскара, спросила она.

– Нет еще, но там есть красивые девушки, леди Мила, этого у них не отнять.

– А как же леди Ирена? – немного искоса взглянув на Хойскара, спросила Мила. – Ты ей нравился.

– Ну, леди Ирена – достойная девушка во всех отношениях, и красива, и благородна, но, – замялся Хойскар, – мне нужна женщина попроще…

– Глупости, Хойскар. Тебе нужна именно такая жена, как леди Ирена.

Хойскар удивленно на нее посмотрел.

– Почему вы так думаете, леди? – спросил он.

– Потому что ты теперь представитель элиты народа Озер, один из лучших сынов этого народа. И тебе нужна женщина, которая будет тебя оттенять. Она научит тебя светским манерам, придаст тебе лоск, которого у тебя, Хойскар, пока нет. Прости, но ты говоришь и ведешь себя как мужик.

– Но я и есть мужик, не баба, – не переставая удивляться, ответил Хойскар. – Что в этом плохого?

– Ничего, как мужчина ты видный, – Мила смерила Хойскара взглядом, в котором промелькнул скрытый интерес. Но я не об этом говорю. Я имею в виду совсем другое. Хочу сказать, что ты ведешь себя как сквайр, простолюдин, а должен вести себя как сэр.

– И что в том плохого, – ответил Хойскар, – так и князь Артем себя ведет по-простому, и это людям нравится.

– Понимаю твои сомнения, Хойскар, но Артему нужно было завоевать сердца и расположение озерных эхейцев, чтобы они за ним пошли. Это было раньше, когда он был одним из вождей, теперь же он создал княжество. Понимаешь? Княжество. И он уже не столь доступен для людей, как раньше. Всякий правитель создает прослойку элиты для того, чтобы отделить себя от простых жителей, это закон правления, Хойскар. И ты должен отличаться от простых сквайров.

– Как-то это все… – скривился Хойскар.

– Это закон, Хойскар, – решительно заявила Мила. – Я канцлер и глава Высшего совета, куда входишь и ты, и мы теперь создаем законы и правила для всех. И всем от этого хорошо. Мы наверху власти и часть правящей системы. Князь правит, мы управляем, а народ богатеет и живет в безопасности. Вот когда один из этих принципов будет нарушен, тогда могут начаться сложности. Но элита для того и нужна, чтобы не допускать нарушения принципов монархии. Мы выстраиваем вертикаль власти, Хойскар. Запоминай: наверху князь, под ним мы, под нами князья, под князьями совет старейшин, под советом – народ. Все четко и целесообразно. Народ, глядя на тебя, должен видеть, что ты отличаешься от них. Ты выше. А что будет, если каждый к тебе, помазаннику Марселона, будет обращаться как к равному? Ничего хорошего, ты и орден распустишь, и авторитет потеряешь, понял?

– Ну, допустим, леди Мила, я это понял, но при чем тут леди Ирена?

– Ты не хочешь взять ее в жены? – в ответ спросила Мила.

– Я и сам не знаю, – Хойскар отвернулся в сторону. – Мне кажется, что своими манерами она меня замучает.

– Это все решаемо: в семье ты господин, но в жизни не будь тираном. Делай так, как считаешь нужным, и слушайся леди Ирену. Я сделаю вот что. Вы побудете вместе, и ты поймешь, какая она. Я назначу ее твоим секретарем. А там сам решишь, подходит она тебе или нет.

Мила очаровательно улыбнулась, и эта улыбка растопила сердце Хойскара.

– Хорошо, леди Мила, я послушаюсь вашего совета, – ответил он.

– Вот и хорошо, Хойскар, а теперь иди, отдыхай и приведи себя в порядок, надень благородное платье…

– У меня его нет, леди Мила, – растерялся Хойскар.

– Я тебе пришлю его, иди в гостевые покои, там служанка поможет тебе совершить омовение и переодеться.

– Что совершить, леди? – Хойскар снова от удивления разинул рот.

– Ну, ты же не сядешь за стол неумытым и прямо с дороги. От тебя не очень хорошо пахнет, Хойскар. Ты мылся за рекой?

– Э-э-э, мылся? Зачем?

– Я так и поняла. И когда вернулся от эхейцев, в баню не сходил?

– Э-э-э, нет…

– Вот и совершишь омовение. Иди, Хойскар, – надавила голосом Мила, и мужчина быстро подчинился ее приказу.

Он вышел, а Мила с усмешкой смотрела ему в спину. «Как легко управлять этими дикарями, – довольно подумала она. – А он мужчина видный», – оценила она стать Хойскара, но быстро отогнала от себя плотское наваждение. Мила закрыла глаза и начала медитировать.

Иногда влияние Мары на ее естество было очень сильным. Ее богиня была женщиной свободных нравов, в отличие от холодной и чопорной сестры, и этот легкий нрав передавался ей, как верховной жрице. И тогда Мила с трудом удерживала свои похотливые порывы. Хорошо, что еще Артам согласился делить с ней постель. Иначе пришлось бы иметь тайного любовника, которого также пришлось бы убить, чтобы скрыть тайную связь. Она успокоилась и открыла глаза. У нее созрел план, как избавиться от соперницы, и ей предстоял непростой разговор с Иреной.

Тщательно обдумав свой план, Мила позвонила в колокольчик, и в комнату вошла ее служанка – крестьянка.

Леди Мила предпочитала нанимать служанок только из семей, проживающих в крестьянской слободе. Эти девушки были покорны, чистоплотны и усердно трудились, чтобы остаться в замке и не работать в поле или хлеву. Однако те, кого Мила называла «дикарками», были независимы и часто спорили. Поэтому она быстро от них избавилась.

Служанка присела в поклоне и опустила глаза.

– Позови леди Ирену, – приказала Мила.

Вскоре дверь осторожно отворилась, и в проеме появилась леди Ирена. Она стояла пунцовая от смущения и смотрела в сторону.

– Заходи, Ирена, – мягко пригласила ее Мила.

Ирена, не ожидавшая такого теплого приема, перевела взгляд на Милу и несколько секунд недоуменно ее разглядывала. Затем она вошла в покои.

– Садись, нам надо поговорить, – Мила похлопала по дивану рядом с собой.

Леди Ирена осторожно опустилась на самый краешек.

Мила некоторое время разглядывала девушку. Та опустила взгляд и не решалась смотреть в глаза Милы.

– Давай решим сразу, Ирена, – начала Мила. – Я сильнее, и мое влияние на князя настолько велико, что я могу сгноить тебя в тюрьме. – Голос Милы был ласковым, но слова, которые она произнесла, были ужасны. Леди Ирена вскинула голову и посмотрела на Милу.

– За что, леди Мила? – сдерживаясь, чтобы не разрыдаться, спросила она.

– За то, что ты хотела подложить себя под князя Артама. Ты приживалка, которая ничего не сделала для князя и княжества, и хотела занять место госпожи. Это несправедливо. Ты не находишь?

– Я только хотела простого женского счастья, леди Мила, – проглотив комок в горле, ответила Ирена.

– Нет, леди, вы хотели занять место госпожи, которое не заслужили. И вы это делали столь откровенно, что мне пришлось вас остановить. Вы не подходите на роль княжны, потому что наивны, глуповаты и не способны быть помощницей князю, у вас лишь капризы в голове.

– Почему вы так несправедливы? – На глазах девушки выступили слезы, и она промокнула их платком.

– Я сужу справедливо, леди Ирена, и сужу по вашим делам. Вы просто пустое место. Вы не способны дать совет князю и помочь ему.

– Вы неправы…

– Да? Тогда скажи мне, как ты решишь вопрос с отправкой подарков на свадьбу князя Артема за реку?

– Что? – вырвалось у Ирены. – На свадьбу князю Артему? Он женится?

– Да, представь себе, он женится за рекой на дочери их царя. Так что ты туда отправишь?

– Я… Я не знаю, – растерянно ответила леди Ирена. – Я не знаю, что у нас есть…

– Вот. А я знаю все, что у нас есть, и дам ценный совет князю, как наградить брата. Вот в этом наше отличие. Я уже не раз тыкала тебя носом в твою беспомощность, но больше не хочу – надеюсь, что ты поняла свою бесполезность в качестве княгини. – Мила замолчала и стала ждать ответ леди Ирены. Та помолчала, еще ниже склонила голову и тихо ответила:

– Да, леди Мила, я поняла. Спасибо за то, что открыли мне правду. Я многого не понимала, думала, что, став княжной, буду жить, как живут жены риньеров в замке… в Ривангане…

– Я так и поняла, – кивнула Мила. – Но у тебя есть то, чем ты можешь поделиться с другими, леди Ирена.

Девушка вскинулась и прижала платок ко рту.

– Что вы имеете в виду, леди Мила? – спросила она дрожащим голосом.

– Я не о вашей девичьей чести, леди Ирена. Вы ее ревностно храните, и я это знаю. Я о том, что нам надо вводить в замке лоск и аристократичный образ жизни. Вот вернулся от князя Артема магистр ордена паладинов, сэр Хойскар. Но он сэр только по величанию, а как был простолюдином, так им и остался. Хорошо было бы научить его манерам. Вы приглядитесь к нему. Он не последний человек в княжестве. Член Высшего совета, обласканный богом Марселоном. Красивый, статный мужчина. Я хочу пристроить вас к нему в качестве секретаря. От вас требуется только понравиться ему и научить его благородным манерам. Сделайте так, чтобы он захотел взять вас в жены. Иначе вас ждет незавидная судьба одинокой старой девы. Тут мало подходящих женихов, и в конце концов вас затащит к себе в постель какой-нибудь сержант из стражи. Вы это хорошо знаете по прошлой жизни, леди… Я хотела бы, чтобы вы проявили разумность и терпение. Что скажете?

Леди Ирена, сложив руки на коленях и пристально глядя на них, погрузилась в раздумья. Наконец, она нарушила молчание:

– Я согласна, леди Мила. Когда я могу приступить к своим обязанностям и кто сообщит о моем решении сэру Хойскару?

– Я уже известила его о вашем желании стать его секретарем, – ответила Мила с улыбкой доброй подруги. – Вы можете отправиться к нему прямо сейчас, он находится в гостевых покоях. Я рада, что мы пришли к согласию, дорогая, – произнесла она, и в ее голосе прозвучали фамильярность и нотки превосходства.

Прищурившись, Мила внимательно посмотрела на леди Ирену, и вдруг в ее взгляде мелькнуло сходство с ядовитой змеей, готовой к атаке.

Леди Ирена испугалась, поспешно поднялась и покинула комнату. Мила проводила ее насмешливым взглядом. Она была довольна: знания, полученные ею от церковников, не были утрачены.

Глава 2

Горы Западного заречья. Замок царя. Царство заречных эхейцев

Артем собрал свой отряд быстро, но без лишней суеты и шума. Десять вольных охотников, нанятых им для экспедиции в Заречные горы, уже сидели на лошадях, возглавляемые атаманом Гравой. Рядом с Артемом, переодетая в мужскую одежду, стояла служанка Армидана, приставленная к нему Дионисией. Она отправлялась с ними как проводник.

Артем не спешил, понимая, что девушку похитил Эгемон, который не станет ее убивать. Он попытается принудить ее дать согласие на брак, а до момента ее непреклонного решения будет беречь. Что ж, посмотрим, как сложится ситуация.

Оглянувшись на шум, он увидел, что по двору к ним спешит старый борз Эвридар.

– Вы куда собрались? – спросил он, подходя к ним.

– На прогулку, борз Эвридар, – ответил Артем.

– Вы совсем покидаете нас? – с надеждой в голосе спросил старик.

Артем несколько секунд изучал сморщенное лицо старика и понял, что его невесту похитили не без помощи этого борза.

– Нет, – ответил Артем, – пока нет. Я не получил известия от своей невесты, а ее, как я понимаю, похитил Эгемон, которого я простил по вашей просьбе. Знаете, борз, у нас говорят: «Не делай добра – не будешь знать зла». Когда я получу известие, что Дионисия выбрала другого жениха, я уеду к себе, а пока отправлюсь на охоту к реке.

Он окинул взглядом борза, словно тот был пустым местом, и на прощание кинул:

– Всего хорошего, борз Эвридар!

Вскочив в седло, он стал понукать коня и направил его к воротам замка. Борз замахал руками, давая знак воинам открыть ворота, на его лице царила печать облегчения. Артем чувствовал его взгляд спиной и даже догадывался о мыслях, пробегающих по старческим мозгам борза: «Как хорошо, что этот сопляк покидает нас. Без него всяко спокойнее…»

«Ну-ну», – мысленно усмехнулся Артем.

Когда они покинули замок и отъехали на значительное расстояние, Артем оглянулся. Старый борз стоял в воротах замка и смотрел им вслед. Артем приказал следовать вниз, в поселок, и, покинув его, остановил отряд.

– Грава, мою невесту украл Эгемон, которого ты сопровождал сюда. Пошли следопыта разыскать следы. Это будет конный отряд – всадников десять, не более. Пусть разведчик следует впереди, но не приближаясь к отряду. Ты поведешь наш отряд по его следам. Ночью мы подберемся к лагерю Эгемона и освободим девушку. Потом побродим по окрестностям и наведем тут шороха. – Он по-волчьи усмехнулся, и такая же ухмылка появилась и на лице атамана Гравы. Охотники любили налеты и, как выразился Артем, наводить шорох.

– Все исполню, князь, – ответил он и свистнул. Тут же к нему приблизился молодой, крепкий, словно свитый из жил парень. – Грунь, иди вперед, найди следы. Ты слышал, что сказал князь?

– Слышал, атаман, все исполню! – И, мгновенно развернув коня, ускакал вперед. Грава, не торопясь, поехал следом. Рядом пристроились Артем и Армидана.

– Армидана, ты понимаешь, куда Эгемон мог увезти Дионисию?

– Да, мой господин, – ответила девушка, – у него есть в горах у реки имение. Это старая крепость из камня, ее построили первые переселенцы, но из-за близости с рекой и горами, где живут бандиты, ее пришлось оставить. А Эгемон ее занял, я даже не знаю, как он там держится.

– Зато я знаю, – ответил Артем, – он служит одному из князей, что правит за рекой в горах. Посмотрим, насколько твои суждения верны, – он слегка подогнал коня и поехал дальше.

* * *

Грунь, племянник Гравы, с детства отличался ловкостью и сообразительностью. Кроме того, он был внимательным и со временем стал удачливым следопытом. Он был умен, наблюдателен и силен: мог поднять лошадь и победить в борьбе сразу двух сверстников. Хотя внешне он не отличался особой статью – был худым, жилистым и среднего роста, – но двигался быстро и ловко. Его руки были проворны, а лук точен, и он мог пускать стрелы без промаха как с лошади, так и стоя или на бегу, быстро – одну за другой. Его умение читать следы часто помогало дяде в набегах на селения горцев.

Сейчас он без труда обнаружил следы небольшого отряда и понял, что на одном коне ехали двое. Это означало, что девушку связали и везут вместе со всадником. Запасных лошадей не было, и Грунь подумал, что далеко они не уйдут. Следы не запутывали – видимо, похитители не верили, что за ними будет погоня. Однако он решил, что стоит остерегаться засады.

Горцы часто использовали такой прием, чтобы обмануть преследующих их охотников из казаков. Грунь издалека замечал места, подходящие для засады, и объезжал их, но до вечера так ни одной засады не обнаружил. Следы похитителей вели на юго-восток, все больше отклоняясь к востоку. Вскоре они пошли почти параллельно реке по узкой долине, а затем вывели на горный склон. Здесь Груню пришлось попотеть. Чтобы его не заметили возможные соглядатаи Эгемона, он часто останавливался и внимательно осматривал местность. Его острый взгляд подмечал любое несоответствие на местности. В очередной раз, когда он осматривал окрестности гор, он обнаружил, что над грудой камней летают и каркают вороны.

Грунь слез с коня, привязал его к кустам и, пригибаясь, полез на скалу.

Привычный к крутым склонам, он легко преодолел подъем. Вскоре, даже не запыхавшись, он взобрался на скалу. Пробежал по гребню и вышел слева от двоих воинов, одетых в шкуры овец. Воины прятались за большим выпирающим из земли камнем.

«Ну, точно дикари», – усмехнулся Грунь и стал внимательно рассматривать своих противников. Невысокие, крепкие, одеты в шкуры. Из оружия дубины и дротики. Они были беспечны и плохо выполняли свою задачу наблюдать за тропой: один спал, укутавшись в овчины, а другой резал ножом вяленое мясо и ел. Укрылись от ветра за камнем, и на тропку, по которой должен был проехать князь Артем с отрядом, они не обращали внимания.

Грунь оценил расстояние до противника – примерно сто шагов. Спуск был крут, и если он попробует здесь слезть, его заметят. Он прошел дальше и увидел расщелину, в которой росло высокое развесистое дерево, ака. Не очень удобное дерево для лазания – ветви аки покрыты острыми колючками.

Грунь осторожно спустился на ветви, потом медленно, стараясь не задевать колючки, пробрался к стволу и спустился к его подножию. Подув на исколотые иголками руки, облегченно вздохнул. Дальше был карниз. До тропки вниз было примерно локтей пять. Он повис на краю, спрыгнул, присел и замер. Хоть он и не издал сильного шума при падении, но все равно замер, и хотя с этой стороны воины, сидящие в засаде, его не видели, но могли услышать.

Так он просидел несколько десятков ударов сердца, а затем на корточках направился к валуну, который скрывал его от противника. Добравшись до камня, Грунь осторожно выглянул и увидел все ту же картину: один спал, другой ел сухое и жесткое мясо, не обращая внимания на то, что происходило вокруг. Над ними продолжали виться птицы, а кони дикарей были привязаны к дереву за их спинами.

Грунь снова оценил расстояние – теперь до противника было шагов двадцать. Для лука это не расстояние, но нужно было взять одного дикаря живым. Подумав, Грунь решил оставить живым того, кто спал. Он вытащил из колчана две стрелы. Привычным движением провел опереньем по губам и смазал слюной, наложил на тетиву первую стрелу, натянул лук и пустил стрелу. Звук «вжик» негромко разрезал тишину, и тут же стрела застряла у жующего воина в основании головы, в районе неприкрытой мехом шеи. Он повалился лицом вниз и замер, а его напарник лишь недовольно пошевелился.

Грунь вылез из-за камня и, держа лук в руках, направился к нему. Он подошел вплотную, удивляясь, как крепко спал дикарь. Убрав лук за спину, стрелу – в колчан и достав топор, обухом приложил спящего по голове и сразу же связал его руки и ноги кожаным ремешком.

Затем он вытащил стрелу из раны убитого дикаря и вырезал ножом наконечник – охотники были бережливыми воинами. Затем отвязал коней, положил беспамятного «языка» на круп одной из лошадей и по тропке направился навстречу своему отряду.

* * *

Артем ехал в середине отряда. Впереди него – Грава, а рядом – Армидана, ловко управлявшаяся со своей лошадью.

– А тебе, я вижу, привычно ездить на лошадях, – заметил Артем.

– Да, мой господин, мы с детства на них, ведь пасти овец без лошади очень трудно, – ответила Армидана.

– Ты хорошо знаешь местность? – спросил Артем.

– Неплохо, мой господин. Мы часто приводили сюда стада овец на продажу, а также жеребят. Поэтому я знаю все поселения по дороге к крепости у реки. Вскоре мы доберемся до долины, но там не селятся, так как во время таяния снегов ее затопляет. Однако там сеют ячмень и овес. Селения расположены по горным склонам. Раньше это были владения царя, но потом он начал распродавать их Великим Домам. Живут люди здесь бедно: то наводнения, то бандиты, то неурожай. Я слышала, что Эгемон обложил их данью, вот они и не стараются сильно богатеть, все равно все отберут, живут, прячутся.

– Мы поедем по склонам, мимо селений? – спросил Артем.

– Нет, мой господин, дороги к ним крутые, мы пойдем понизу, по долине, по дну замерзшей речки. Вон видите множество следов? Тут мало кто ездит, так что это следы свежие. Мы точно двигаемся к убежищу брата царя. Но должна предупредить, мой господин, у него почти пять десятков воинов. Вам будет трудно с ним сражаться.

– Я не собираюсь с ним сражаться, Армидана, я хочу украсть Дионисию, – ответил Артем.

– Это будет трудно сделать. Воины у Эгемона с гор. Они хорошие следопыты и стражники, привыкли охранять свои поселения и стада от чужаков и волков. Может быть, они не так хорошо вооружены, как ваши воины, – Армидана с уважением во взгляде оглядела отряд, – но они смелы и сильны, и умеют бить из засад.

– Я это учту, Армидана, – серьезно ответил Артем и замолчал, обдумывая слова девушки. Противника недооценивать нельзя, и у них в качестве заложницы его невеста.

Они начали подниматься по склону горы вслед за отрядом похитителей невесты и в один момент увидели привязанную лошадь Груня. Грава поднял руку, призывая остановиться и затихнуть. Все молча остановили коней, спешились. Но вскоре появился сам Грунь. Он вел на поводу двух лошадей, на одной из них лежал пленник.

Грунь подъехал ближе и сообщил:

– Засада была из двух дикарей, но я одного убил, второго взял в плен. Он расскажет, где основной отряд и сколько их.

– Себя не обнаружил? – строго спросил Грава.

– Обижаешь, дядя, – ответил парень. – Все чисто сделано. И тихо.

– Молодец, – похвалил его Грава. – Кони твои, мой мальчик, пленный мой. Вы идите дальше, я с ним поговорю, – сказал Грава и посмотрел на Артема, а тот согласно кивнул.

Отряд двинулся дальше. Грава остался с пленным.

У камня, где лежало тело убитого дикаря, отряд остановился. Грунь презрительно сплюнул:

– Беднота и нищета у этих горцев. Кроме каменного ножа и дубины ничего нет. Жрут сушеное мясо, одеты в вонючие шкуры. Как можно так жить? – спросил он, ни к кому, собственно, не обращаясь.

– Это жизнь их так заставила, Грунь, – ответил Артем. – Сам видел. Там и у царя не в шелках ходят. Мы им поможем стать богаче, сходим набегом на Торговый город и наберем добра.

– А меня, княже, возьмешь с собой? – спросил Грунь.

– Конечно, Грунь, такого умелого следопыта я еще не видел. Ты нюхач? – спросил он. Грунь неохотно ответил:

– Есть немного, княже.

– Не прибедняйся, – засмеялся Артем. Затем обратился к Армидане: – Далеко еще до крепости брата царя?

– Через перевал спустимся, и там будет крепость, – неопределенно ответила девушка. Артем не стал допытываться, сколько конкретно еще добираться, и стал ждать возвращения Гравы. Тот вернулся неожиданно быстро и один.

– Пленный был разговорчив, – произнес Грава, не дожидаясь вопроса от Артема. – Отряд возглавляет сам Эгемон, а девушку захватили с позволения борза Эвридара – тот заманил принцессу в конюшню, где ее и взяли в плен. Сейчас они направляются к крепости на реке, до которой уже недалеко. Нам нужно лишь преодолеть перевал, и мы спустимся к скале, на которой стоит крепость.

Артем задумался, вспоминая, как проходил по этой реке во время набега на горцев, но не видел на берегу никакой крепости. Это казалось ему странным и непонятным.

* * *

Когда Дионисия, успокоившись после беседы с князем Артемом, спустилась вниз, она решила проследить за работой служанок. Без ее заботы замок царя мог прийти в запустение. К сожалению, служанки не всегда добросовестно выполняли свои обязанности, и Дионисия, не имея возможности платить им за работу, пыталась убедить их работать усерднее, угрожая изгнанием из замка.

Понимая, в какой бедности живет ее семья, Дионисия даже стыдилась этого перед князем Артемом. Однако, увидев, какие щедрые дары он ей преподнес, она загорелась желанием выйти за него замуж, чтобы вернуть царскому дому былое величие и процветание. Погруженная в свои мысли, она шла по коридору, когда ее окликнула служанка.

Склонившись в почтительном поклоне, она быстро произнесла:

– Госпожа, вас зовет борз Эвридар, он в конюшне и говорит, что дело срочное.

Все еще не отойдя от своих размышлений, Дионисия кивнула и направилась во двор. Не надев теплой одежды, она вышла на крыльцо и, дрожа от холода и ветра, побежала в конюшню. Забежав внутрь, она увидела борза Эвридара у коновязи. Он стоял к ней спиной и не поворачивался.

– Борз Эвридар, что случилось? – запыхавшись, спросила Дионисия.

В этот момент на нее навалились, грубо повалили на пол конюшни и зажали рот, лишив возможности кричать.

Кто-то сильный заломил ей руки за спину и стал связывать. Дионисия замычала и попыталась вырваться, но ей на спину наступили коленом, придавили, выбивая из легких воздух, и начали вязать ноги. Затем ее подняли и надели на голову дерюжный мешок из-под овса. Она закашлялась от пыли, хотела закричать, но ее рот был перехвачен веревкой, и крик застрял в горле. Ей было больно и обидно, она не понимала, что происходит, и мычала, силясь порвать связывающие ее путы. Но все было тщетно – ее завернули в ковер и понесли.

– Осторожнее несите, болваны, – услышала она голос дяди Эгемона и тут же все поняла. Ее предал Эвридар, отдав дяде, а тот будет склонять ее к замужеству с ним. Эти двое сговорились уже тогда, когда Эгемон смог смертельно ранить ее отца, догадалась она.

«Скотина и предатель», – Дионисия задохнулась от нахлынувшего гнева.

Ее положили на круп лошади, и край седла больно врезался ей в бок. Она хотела разрыдаться, но и это сделать не могла. Пыль из мешка набивалась в нос, и ей приходилось дышать приоткрытым ртом, который был перехвачен веревкой. Пытка ездой на коне продолжалась долго. Она стонала и хрипела, но похитители не обращали на это внимания. Ехали молча, и уже когда она почти теряла сознание, отряд остановился. Ее сняли с лошади и уложили на снег.

– Освободите принцессу от ковра и снимите с нее мешок, – распорядился Эгемон.

Дионисию небрежно вытащили из ковра и сняли с головы мешок. Она смогла сделать полный вздох, который вышел громким сипением, и откашлялась.

– Почему она раздета? – удивленно спросил Эгемон, разглядывая племянницу. Девушка, которая стояла рядом с Дионисией, пожала плечами и безразлично ответила:

– Она так пришла в конюшню.

Эгемон посмотрел на двоих крепких дикарей:

– Как случилось, что вы этого не увидели, тупицы? – сурово спросил он.

– Там было темно, борз, – неохотно ответил один из них. – У нас есть запасная одежда, мы ей дадим.

Эгемон хмуро кивнул.

– Дайте и накормите ее, – распорядился он.

Дионисия обрела способность говорить и, стуча зубами от холода, произнесла:

– Мне надо справить нужду.

Эгемон кивнул девушке:

– Отведи ее за валун и смотри за ней, освободи ей ноги и руки, но накинь ошейник раба.

Девушка быстро и без споров выполнила приказ: накинула волосяной аркан на шею Дионисии, развязала ей руки и ноги и толкнула в спину. Та сразу упала, не сделав и шага, лежала в снегу и хотела только одного – умереть.

– Ты что, дура?! – разъярился Эгемон и ударил дикарку кулаком по лицу. – Как обращаешься с моей будущей женой, тварь?

От удара дикарка упала рядом с Дионисией и поднялась на колени. Не вытирая сочившуюся из разбитого носа кровь, стала поднимать Дионисию.

– Помоги ей дойти, – приказал Эгемон и отвернулся. – Привал полчаса, и двигаемся дальше, – распорядился он. – Вик, Рик, останетесь здесь до утра и следите за тропой. Если появятся преследователи, чужаки, уходите и сообщите в крепость, чтобы мы были готовы.

Дионисия с трудом дошла до камня и, опираясь на руку девушки, спряталась за валуном. Справив свои дела, она вернулась. Ей подали меховой халат всадников и шапку-малахай. Стало немного теплее, но ноги окоченели. Она была лишь в шерстяных носках и домашних чуях – кожаных сандалиях, в которых ходила в замке.

– Дай ей сапоги, – посмотрев на ноги Дионисии, распорядился Эгемон.

Девушка неохотно полезла в свою седельную сумку и вытащила новые меховые сапоги. Сопя, стала помогать Дионисии их надеть.

– Дай ей свои варежки, – снова приказал Эгемон, и девушка сняла с рук меховые рукавицы и протянула Дионисии. – Помоги надеть, дура, – прикрикнул Эгемон. Он увидел, что Дионисия не может их надеть. Ее руки онемели от холода.

Дионисии сразу стало теплее, она отогрелась и перестала дрожать. Один из воинов подал ей кусок лепешки и кусок копченого бараньего сала. Дионисия отрицательно покачала головой, отказываясь от пищи.

– Как знаешь, – заметив ее отказ, произнес Эгемон. – Если все поели, справили нужду, то едем дальше. Ты, – он ткнул пальцем в дикарку, – посади ее впереди себя, а ноги свяжи под брюхом лошади.

Дионисию посадили на седло. Девушка связала ей ноги и села сама, обхватив Дионисию руками и ухватив уздечку. До темноты они покинули тянущуюся до перевала по серпантину узкую тропку.

Когда Дионисия согрелась, у нее появились время и возможность обдумать свое положение. Она понимала намерения своего дяди и осознавала, что он не будет прибегать к насилию или пыткам, чтобы заставить ее выйти за него замуж. Дядя будет держать ее в заточении, возможно, перевозить с места на место, чтобы скрыть ее местоположение. Это даст Великим Домам повод избрать нового царя. Эвридар скажет, что принцесса сбежала, так как не хотела выходить замуж за пришлого князя. И он не знает, где она сейчас находится.

Пойдут слухи о том, что ее похитил Эгемон, но дядя сможет заткнуть рты подарками и все равно добиться своего. Он останется единственным представителем царской семьи и через год, по закону, сможет претендовать на трон. Однако за этот год может произойти многое. Придут войска князя Артама, который не простит измены Эгемона. В тех землях живут мудрые люди, которые поймут, что произошло, и им не заткнешь рот. И Эгемон это осознает.

Князь Артам может силой посадить на трон князя Артема, и Великие Дома примут его. А вот Эгемон станет изгоем. Поэтому дядя постарается уговорить ее или как-то склонить к замужеству. А ей нужно потянуть время.

Дионисия была уверена, что князь Артем будет ее искать. Он не такой человек, чтобы оставить ее одну. Но он один, и как ему удастся справиться с воинами Эгемона? Этого она понять не могла и мысленно корила князя за то, что он отпустил своих закованных в металл воинов. По ее мнению, именно они могли бы сокрушить дружину дяди.

Она сразу же увидела крепость, построенную предками эхейцев, которая возвышалась в глубине небольшой заводи. Занесенная снегом цитадель темнела на фоне серого вечернего неба. К ней вела извилистая дорога, проложенная уже после возведения крепости.

Раньше здесь стоял царский отряд, но это было еще до того, как царем стал ее отец. Он оказался слабым правителем и, чтобы продлить свою власть, все распродал. Это очень огорчало Дионисию. Она видела, как под руководством Эвридара царский дом постепенно приходил в упадок. Возможно, он делал это намеренно, чтобы Эгемон стал царем?

Как обидно осознавать это и не иметь сил что-либо изменить! Но ничего уже не поделаешь. Остается только надеяться на князя Артема, может быть, он вернется и приведет войско.

«Хотелось бы, чтобы это было так», – подумала Дионисия и постаралась отогнать сомнения, которые, словно черные вороны, кружились у нее в голове.

Когда отряд подъехал к воротам крепости, они сразу же открылись.

Внутри царила темнота, и лишь стражники освещали путь горящими факелами. Эгемон спешился и стал разминать затекшие ноги, приседая и расхаживая.

– Принцессу спустить в подвал и запереть в клетке, – приказал он и, не оглядываясь на нее, направился к башне.

Дионисию сняли с лошади, но она не могла ни идти, ни стоять – ноги затекли, и она их не чувствовала.

Как только Эгемон скрылся в башне, девушка, которая ехала с ней, грубо толкнула ее, и Дионисия упала навзничь.

– Тащите эту падаль в подвал, – зло прошипела она и перешагнула через принцессу. Двое мужчин подхватили лежащую Дионисию и потащили ее за руки в подвал.

Они обошли высокое крыльцо и зашли с другой стороны, где располагались хозяйственные постройки: конюшни, хлев для овец и сеновал. Открыв ногой низкую, обитую ржавым железом дверь, они вошли в подвал. Следом шел стражник, освещая им путь.

Дионисию протащили по лестнице, и она больно билась о ступени коленями. Видимо, Эгемон таким образом решил сломить ее волю. Понимая, что сейчас с ней разговаривать бесполезно, он решил устроить ей испытание воли.

Внизу стояли клетки для животных, сделанные из толстых прутьев. Ее толкнули в одну из них и оставили лежать подогнув ноги. В полный рост она в клетке не помещалась. Затем дверку клетки привязали кожаным сыромятным ремнем и вышли.

Дионисия постаралась забиться в дальний угол клетки, где было не так сыро на полу, и свернулась калачиком. Она уже для себя все решила: если через десять дней князь Артем не появится, она покончит с собой.

В подвале было темно, сыро и холодно, и чтобы хоть как-то согреться, Дионисия стала топать ногами, пытаясь разогнать кровь. Она хлопала ладонями, топала ногами и наконец немного согрелась. Затем к ней подступила сонливость. Переживания этого долгого дня, полного неприятностей, заставили ее забыться в зыбком сне. Она не знала, сколько времени пребывала в таком состоянии, и когда кто-то к ней обратился, не сразу проснулась и ответила.

– Госпожа Дионисия, – глухо и тихо звал его голос. Сначала принцесса подумала, что это у нее слуховые галлюцинации, и просто снова закрыла глаза. – Как вы? – раздался вопрос, и Дионисия окончательно проснулась.

– Тут кто-то есть? – осторожно спросила она и подобрала ноги, обхватив их руками.

– А, это я, Сунь Вач Джин, госпожа, брат Артема.

– Где ты, Сунь Вач Джин? Я тебя не вижу, – произнесла она, стараясь разглядеть в темноте маленького человечка.

– Я справа от вас, госпожа, – ответил Свад.

– А что ты тут делаешь, Сунь Вач Джин? Тебя тоже схватили бандиты Эгемона?

– Нет, госпожа, я прибыл от Артема. Он за воротами, с отрядом, прячется за скалой.

– Как?! Он тут и с отрядом? Вернулись его железные воины? – радостно воскликнула девушка. – Но как он меня нашел?

– Служанка, которая увидела, как вас увозили, подняла тревогу. Мы собрались и вместе с охотниками направились следом за отрядом брата царя. Потом захватили пленных и узнали, куда вас повезли. Я здесь, чтобы помочь вам защититься от дикарей, когда Артем начнет штурм крепости. Скорее всего, вас захотят убить, и в подвал спустится или сам Эгемон, или его подручные. У меня с собой амулеты защиты и нападения. Сейчас я открою дверку, и вы вылезете из этой клетки. Хе-хе, меня в крепости так же держала ваша повариха, вот и вам довелось испытать подобное.

– Прости, Сунь Вач Джин, я была к тебе несправедлива, – покаялась Дионисия. – Ты никакой не демон, ты настоящий друг.

– А то, – гордо произнес польщенный похвалой девушки коротышка. – Называйте меня, госпожа, Свадом, так проще. Вы невеста моего брата – значит, и мне близкий человек. Только больше не деритесь, а то я знаете какой мстительный…

– Не буду, – тихо рассмеялась Дионисия. Она наконец смогла различить маленького человечка. Он что-то сделал с ремнями, и они рассыпались. Открыв дверку, он позвал ее:

– Вылазьте, госпожа. Я вам еды нормальной принес, сначала поешьте. Тут мед, лепешки и горячее вино.

Маленький человек неведомо как зажег светляк над своей головой, и в пещере стало видно все, что было в трех шагах от них. Потом Свад из маленькой сумочки стал доставать припасы, даже скатерть достал и расстелил на полу, затем выложил хлеб, копченое мясо, миску с медом и фляжку.

– Вот, – довольно произнес он, – кушайте на здоровье.

– А ты? – спросила Дионисия.

– Я? Э-э-э… Я тоже угощусь, чтобы вам скучно не было, – ответил маленький человек и, схватив кусок лепешки и мясо, стал жевать, при этом довольно жмурясь.

Они поели, и Дионисия пригубила из фляжки вино. Вытерла губы и сыто посмотрела на человечка. Тот уже убирал остатки еды в свою сумку.

– Как у тебя там все помещается? – удивилась Дионисия.

– Это мой секрет, – ответил Свад. – Раз вы поели, вот, выпейте эликсир исцеления, он поможет вам восстановить силы и здоровье. – Он передал ей флакончик с жидкостью, подождал, когда она все выпьет, убрал флакон в сумку и достал новый. – Это зелье концентрации, госпожа, – пояснил он. – Сделайте только глоток, оно позволит вам видеть в темноте, повысит реакцию и сообразительность. Она нам пригодится.

Дионисия без разговоров отпила глоток и передала флакон человечку. Тот снова убрал его в сумку и достал оттуда амулет на цепочке.

– Ваши амулеты, наверное, бандиты отобрали? – произнес он. – Берите этот.

– Нет, Свад, я не носила с собой украшения, подаренные князем Артемом, – ответила Дионисия. – Они остались в замке в моей светлице.

– Это хорошо, – довольно произнес Свад. – Вот, два браслета с огненными шарами, в каждом по пять зарядов. Пользуйтесь, но осторожно, в подвале не используйте – сгорите. Как только выйдем или откроем дверь, а лучше подождать, когда снаружи ее откроют, тогда палите по одному в проем двери.

– Я поняла, – ответила Дионисия. – Спасибо, Свад.

– Меня не за что благодарить, – смущаясь, ответил гремлун. – Это вы Артема благодарите.

– Его я отдельно отблагодарю, – загадочно произнесла Дионисия. – Что дальше?

– Дальше я взорву ворота, и начнется штурм, вы отбивайтесь от бандитов. Да… Вот, забыл. Артем передал вам щит и меч, так, на всякий случай, – произнес Свад и вытащил маленький круглый щит и короткий меч. – Пользоваться умеете? – с сомнением в голосе спросил он.

– Конечно, я училась сражаться, – гордо ответила Дионисия. – Ты покинешь меня?

– А кто ворота откроет? Вся надежда только на меня, – горделиво вскинув голову, ответил человечек и, важно распрямив плечи, пошел на выход.

Дионисия ощутила, как все ее чувства обострились: она могла слышать даже шорох мышей в стене и завывание ветра снаружи. Ей больше не было холодно, ее тело наполнилось теплом и силой. Она хорошо видела в темноте и была уверена, что сможет убить любого врага, который попытается проникнуть в подвал.

Подойдя к каменной лестнице, ведущей наружу, она села на клетку для гусей и приготовилась к штурму, ожидая развития событий. И они не заставили себя ждать. Снаружи раздался громкий взрыв, сквозь щели в приоткрытой двери мелькнули всполохи, а затем двор наполнился воинственными криками, и началась жаркая схватка.

Несмотря на то что Дионисия была готова ко всему, громкий скрип открывшейся двери, прошедшийся как наждаком по душе, стал для нее полной неожиданностью. В проеме появилась та самая дикарка, которая плохо с ней обращалась. В руке она держала факел, и его свет высветил Дионисию.

– Вот где ты, тварь! – крикнула дикарка, и выхватив из-за пояса палицу, она бросилась на Дионисию.

Дионисии было жалко убивать ее, и она не стала применять амулет огненных шаров. Поднявшись, она встретила нападающую девушку-дикарку с мечом и щитом в руках. Первый удар она отклонила щитом и ударила мечом по руке, держащей факел. Дикарка не ожидала такой скорости реакции принцессы и, раненная в руку, отскочила. Но затем ненависть залила ее глаза. Она выхватила каменный нож и, яростно визжа, бросилась на Дионисию.

Дионисия отступила, ушла в сторону и ударом плашмя выбила нож из рук дикарки. Та тоже, разрывая дистанцию, отступила на шаг и еще яростнее завизжала. Но следом, отбросив остатки здравомыслия и выставив вперед руки, она бросилась на Дионисию без оружия. Принцесса, несмотря на ее безумство и натиск, все равно не хотела убивать девушку и отбивалась от нее щитом, отгоняя ударами меча плашмя. Дикарка, не переставая жутко визжать, лезла на нее. И, несмотря на полученные удары по голове, рукам и лицу, не отступала, а тянулась, стараясь достать горло. Ее дикое поведение и необъяснимая злоба напугали Дионисию.

Прыгая и истошно визжа, дикарка заслонила собой вход в подвал, но Дионисия успела увидеть, как в проеме показался человек. Брошенный на лестнице факел почти потух, и в человеке Дионисия узнала Эгемона. Он спешно спускался по ступеням. Дионисия, занятая дикаркой, отступала, отбиваясь щитом и не желая пускать в ход меч.

– Хватай эту тварь! – закричал пришедший в бешенство Эгемон. – Я удавлю ее своими руками!

Дионисия поняла, что против двух противников она может не совладать, и с сожалением рубанула наискось по оголенной шее дикарки. Брызнула кровь, и дикарка, захрипев, стала отступать, схватившись руками за шею. Она заступила дорогу Эгемону, и тот со злостью отбросил ее прочь.

– Пошла вон, дура! – прорычал он.

В руке Эгемон держал меч, его тело покрывала броня из металла, он скалился и плохо видел в темноте. Зато Дионисия хорошо его видела. Она ушла в сторону за клетку, и когда Эгемон в темноте напоролся на эту клетку, ударила его по незащищенной руке мечом. Эгемон взвыл и выронил меч. Но вместо того чтобы убежать или броситься на прижатую к стене Дионисию, он поспешил вбок, раскидал клетки для птиц и неожиданно пропал из вида.

Дионисия, не выходя из угла, где пряталась, не решилась его преследовать. Больше в подвал никто не заходил, но тут по крепости разнесся жуткий, поглощающий душу и наполняющий ужасом все ее естество крик: «Агх!» Дионисия присела, уронила щит и меч, прикрыла горло руками и тонко, обреченно завыла.

* * *

К радости Артема, дикари Эгемона оказались на удивление беспечными. После того как пленный сообщил о крепости и количестве воинов в ней, отряд Артема без особых трудностей добрался до перевала. Это произошло уже глубокой ночью.

Сверху крепость напоминала небольшую башню с тремя хозяйственными пристройками и стеной. Расположена была в болотистой заводи, из-за чего со стороны реки ее не было видно. Однако, как сообщил пленный, с высоты башни река просматривалась на большое расстояние вверх и вниз по течению. В крепости было тихо, и создавалось впечатление, что она пуста.

Но Артем знал, что внутри скрывается шесть десятков дикарей с гор, нанятых Эгемоном в обмен на оружие из металла, которое Артем передал в дар царю. Эгемон, как всегда, плел интриги и стремился занять несколько позиций одновременно, при этом совершенно не считаясь с озерными. Выкрасть у озерного князя невесту он счел обычным делом. Из этого Артем сделал вывод, что Эгемон – наглый и беспринципный человек, не имеющий ни стыда, ни совести. А по сути, наглый дурень, каких поискать.

Он ловко лавировал между интересами Великих Домов, но Артем уже решил, что будет учитывать их в последнюю очередь. Все они не заслуживали того внимания и уважения, которые хотели получить от него. Он молча разглядывал крепость, ожидая прибытия разведчика и следопыта – молодого племянника Гравы, Груня. Тот появился спустя час после того, как ушел к крепости.

Грунь вышел из темноты и начал свой рассказ:

– Крепость занята дикарями, на стенах часовых нет. Только стража у ворот в сторожке. По стене можно подняться, используя кошки. Я пробрался внутрь и захватил одного в плен, когда он ходил в хлев по малой нужде. Этот дикарь рассказал, что девушку держат в подвале в клетке, сторожей нет, и они не ожидают нападения. Пленного я прирезал, но должен сказать, что физически дикари очень сильны и со своими дубинами представляют опасность в ближней схватке.

– А как ты сумел его разговорить? – спросил Артем.

– Ну, э-э, есть методы, – замялся парень, явно не желая раскрывать методы допроса. Да и Грава не хотел, чтобы видели, как он допрашивал пленного. Артем не стал настаивать на рассказе. – Значит, там в башне подвал и два этажа: на первом казарма для воинов, наверху – помещения для командиров. Из шести десятков воинов осталось пятьдесят семь. Ушедшего справить нужду воина хватятся не сразу, и нам стоит поторопиться к крепости.

– Князь, у тебя есть план? – спросил Грава.

– Есть, атаман, в замок проникнет мой друг Свад.

– Этот коротышка? – улыбнулся Грава.

– Да, он передаст амулеты принцессе и взорвет ворота, мы ринемся на штурм. До рукопашной схватки дело не дойдет, будем крушить противника магией. У вас есть амулеты защиты и огненных шаров, с их помощью мы или всех убьем, или заставим сдаться. Лучше заставить сдаться и взять их в свой отряд. Это не дружина Эгемона, горцы – наемники, кто платит, тот и командует, а мы заплатим больше Эгемона.

– Ну что же, князь, план стоящий, – одобрительно кивнул Грава и скомандовал: – Грунь, вперед, проверь еще раз дорогу, остальным двигаться за Грунем.

Отряд начал спускаться следом и через полчаса был у стен крепости. Артем вытащил Свада из сумки и объяснил ему задачу. Гремлун все понял и радостно потер руки:

– Наконец-то настоящая работа для настоящего мужчины, – воинственно произнес он, чем вызвал смешки у некоторых членов отряда. Свад хмуро посмотрел на прыскающих в ладони воинов и смел их простой, но действенной фразой: – Смейтесь, смейтесь, как нассу вам в сапоги, вот будет смех-то.

Насмешники сразу перестали смеяться и стали отрицать, что смеялись. Но уже над ними стали смеяться остальные воины отряда. Все знали, на что способен наглый коротышка, и побаивались связываться с ним.

– Там кошка и веревка на стене, – вынырнул из темноты Грунь, – пошли, помогу взобраться.

– Ты себе помоги, недоумок, – отбрил его Свад и приказал: – Показывай, где веревка.

– Вон висит, – указал рукой Грунь.

Свад подергал веревку и полез, но не долез до середины, как веревка перетерлась о край стены и лопнула. Он молча полетел вниз и рухнул в сугроб. Оттуда поднялся снежный слепок гремлуна, и он пошел в сторону Груня.

Артем, понимая, что сейчас разразится словесная буря и Свада будет трудно утихомирить, подхватил его по дороге и просто закинул на стену. Глухой звук удара возвестил всем, что гремлун на месте. Затем из-за парапета стены появилась его всклокоченная голова, и он всем показал кулак.

– Ловко ты с ним обращаешься, князь, такое удавалось только вождю Артаму, – произнес Грава.

Казаки по-прежнему называли Артама вождем и не изменяли своей привычке. Но вот Артема почему-то величали князем. «Может, – подумал Артем, – я произвожу больше видимого впечатления на охотников?..»

– Пошли к воротам, – тихо произнес Артем, не отвечая на слова Гравы.

Они вышли к дороге, ведущей к воротам, оставили коней под присмотром Груня и направились к самим воротам. Встали с двух сторон от ворот и приготовились к штурму. Все вели себя спокойно, без нервозности, очень уверенно, и это радовало Артема. Вот таких воинов он любил – смелых, умелых, знающих свое дело, и каждый мог стоить пяти или шести дикарей.

Взрыв раздался спустя полчаса. Вспышка, громкий звук взрыва – и ворота распахнулись. Не говоря ни слова, в ворота забежали охотники. Выбежавших из сторожки стражников они расстреляли из луков, один из воинов быстро их добил. Выстроились у ворот и стали ждать, когда из башни начнут выбегать полуодетые воины Эгемона. Они грозно издали свой боевой клич «Ай люр!» и поддержали его залихватским свистом.

Артем выпустил огненный шар из амулета, и пятерых воинов сковырнуло с крыльца. Остальные забежали обратно и вскоре стали прыгать из узких окон со второго этажа. Охотники расстреливали их из луков, жалея заряды амулетов. Часть воинов выскочила из дверей, и они прыгнули вниз с другой стороны, под защиту высокого крыльца. Тех, кто сумел добежать до охотников, приняли на щиты и мечи. Рубились ловко, не давая дикарям применить в ближней схватке свое грозное оружие – дубины. Двигались из стороны в сторону и вдвоем нападали на одного, и вскоре в рукопашной схватке дикари были перебиты. Остальные закрылись в башне. Но тут вперед вышел Артем и стал водить руками по воздуху, затем громко крикнул: «Агх!» Он закрыл защитным пологом своих воинов, а в башне стал нарастать вой ужаса.

– Чего это они? – недоуменно спросил Грава.

– Испугались, – ответил Артем. – Посылай своих в башню, вытаскивать дикарей, они уже не окажут сопротивления.

– Ну, ты, князь, и силен, – восхитился Грава и вложил меч в ножны. – Все слышали приказ князя? – спросил он своих охотников. – Тогда в башню, вытащите оттуда всех, найдете Эгемона – тоже тащите его сюда.

Артем, оставив охотников, направился в подвал, где создал светляка и пошел на звук тоскливого воя. Он нашел Дионисию в углу за клеткой, где она сидела на корточках, закрыв голову руками. Применив заклинание успокоения, он оградил девушку от ужаса крика дракона, и она постепенно пришла в себя.

Артем взял ее на руки и понес к выходу. Не открывая глаз, Дионисия обняла его за шею и прижалась к нему.

– Ты все-таки пришел, князь Артем, – прошептала она.

– Я не мог не прийти, ты моя невеста, Дионисия. Теперь я тебя защищу, – ответил он.

– Как хорошо, – сказала Дионисия. – Тут где-то Эгемон. Он ранен. – И сказав это, неожиданно уснула на его руках. Напряжение дня и ночи, видимо, сказалось на ее психике, и она, избавившись от ужасной участи, не выдержала и отключилась. Артем понял это по ее человеческой ауре.

С удивлением он осознал, что может читать душевное состояние человека по его ауре. И что еще более поразительно – его собственная аура изменилась, став бледно-зеленой, как у молодого, только что рожденного дракона.

Он вынес Дионисию во двор, где охотники собирали объятых ужасом дикарей.

– Князь, – недовольно поморщился Грава, – а Эгемона-то нет. Мои люди все обыскали.

– Посмотрите в подвале, он спустился туда, может, там прячется, – посоветовал Артем. Он держал на руках спящую принцессу и наблюдал, как выводили и подгоняли беспомощных дикарей.

Грава доложил, что больше никого нет. Двенадцать убито, тринадцать ранено, остальные сидят в кучке.

– А Эгемон, – зло процедил Грава, – хитрая лиса, ушел через подземный ход. Пошлем за ним погоню?

Артем подумал и ответил:

– Не надо, он еще нам пригодится. Сейчас он рванет в горы к своему хозяину, и мы будем ждать здесь дружину горцев. Заодно узнаем, кто из князей нас предал.

– Хитер ты, князь, – уважительно произнес Грава. – Не боишься, что горцы нанесут удар и сами захватят нас в плен?

– Ты видел, что стало с этими дикарями? – Артем указал взглядом на присмиревших пленных. – То же самое будет и с горцами.

– Понял тебя, князь, у тебя своя, знатная магия.

– Своя, Грава, – согласился с ним Артем. – Сколько пленных, говоришь?

– Тридцать два, князь.

– Возьмешь их под свое командование? – спросил Артем.

– Если они будут подчиняться, с радостью возьму, князь.

– Будут, Грава, увидишь. Пусть посидят на морозе, успокоятся, прикрой ворота и поставь охрану. Я отнесу принцессу в башню.

– Что с ней? – спросил Грава.

– Сомлела, – ответил Артем.

– Бывает, – кивнул Грава и принялся раздавать команды.

– Пошли кого-нибудь за Армиданой, она будет прислуживать принцессе.

Артем внес Дионисию в башню, поднялся на второй этаж и приятно удивился. По местным меркам, в покоях командиров царила роскошь. Но, оглядевшись внимательнее, он понял, что это были личные апартаменты Эгемона. В его спальне, столовой и кабинете стояла резная мебель, явно привезенная из других стран. На полу лежали заморские ковры и шкуры горных барсов, а на столе были оставлены изысканные яства и вина, явно в спешке.

И тут Артем заметил испуганную голую девушку, почти девочку, которая выглядывала из-под кровати.

– Вылазь! – приказал он, и она, вздрогнув, вылезла. Встав на колени, девчушка опустила голову. – Кто ты? – спросил Артем, положив спящую Дионисию на кровать и сев на мягкий диван, обитый бархатом.

– Я Айгуль, – дрожа, ответила девушка.

Артем внимательно рассматривал ее, размышляя: «Она явно не из эхейцев и не с гор, но откуда же она тогда?»

– Ты откуда такая, Айгуль? – спросил он. – И где твоя одежда?

– Меня привезли из-за моря и продали горцам. Князь Зирхан подарил меня господину Эгемону…

– У тебя очень правильная речь, Айгуль. Ты не из простых людей?

– Нет, мой господин, – тихо произнесла девушка, не поднимая головы. – Я из семьи саатарха.

– Я не знаю, что такое саатарх, объясни мне.

– Это правитель области, мой господин. Народ гор совершил набег на нашу страну, разгромил приморские земли, и меня захватили в рабство.

– То есть ты из знатной семьи, Айгуль?

– Можно и так сказать, мой господин.

– Давно ты в рабстве?

– Четыре года, мой господин. А сколько тебе лет?

– Лет? Мы считаем веснами, мой господин.

– Сколько тебе весен?

– Пятнадцать, мой господин.

– Ты умеешь писать и считать?

– Умею, мой господин.

– Где твоя одежда?

– Под кроватью, мой господин. Когда начались крики, я спряталась туда вместе с ней. Мой прежний господин Эгемон убежал.

– Давно ты у него?

– Одну весну, мой господин.

Артем приказал:

– Достань одежду и оденься. Тебя больше никто не обидит. Ты будешь служить царице, поняла?

– Да, мой господин.

Девушка полезла под кровать и достала одежду горцев: шаровары, длинную рубаху из беленого полотна и шелковый халат. Артем, наблюдая за тем, как она одевается, произнес:

– Одежда у тебя богатя, Айгуль.

– Меня в ней продали, мой господин. Князь Зирхан был ко мне добр.

– С чего бы это? – усмехнулся Артем.

– Я учила его детей писать и считать, а он делил со мной ложе, пока не женился. Его новая жена заставила князя подарить меня Эгемону.

– А как Эгемон относился к тебе?

– Плохо. Он бил меня и заставлял ползать по полу, как собаку, и смеялся, кидая мне кости.

– Есть хочешь, Айгуль?

– Хочу, мой господин.

Артем указал на стол. Девушку уговаривать не пришлось. «Отличный источник знаний о мире», – подумал Артем.

В этот момент без стука вошел атаман Грава.

– Князь, что делать с пленными? – спросил он. – Они замерзают и молчат как в воду опущенные…

– Сейчас я выйду, где Армидана?

– Скоро будет, я послал за ней и Грунем.

– Позови Свада.

– А чего его звать, он внизу баранью похлебку уплетает за обе щеки.

– Пусть сюда идет, – распорядился Артем.

Он подождал, пока в покои не войдет Свад. Войдя, тот словно окаменел:

– Вот это да! Я там внизу похлебку для бедных ем, а тут такое богатство! Спасибо, брат, что позвал. – Он быстро подошел к столу и забрался на диван рядом с девушкой. Сунув в рот кусок жареной курицы, спросил: – Эшо кшо?

– Это Айгуль, новая служанка Дионисии. Присмотри за ней, чтобы она не навредила моей невесте. А мне нужно с пленными поговорить.

– Не беспокойся, иди, брат, я присмотрю. А ты, – он прожевал и обратился к испуганной девушке: – ешь, пей, но не шали – прокляну и превращу в курицу.

– Не надо, господин, – пискнула девчушка…

Глава 3

Озерное княжество. Город Жемчужина озер

В Цитадели Озерной жемчужины царило праздничное оживление, и было отчего подняться суете. Все уже знали, что лорд Хойскар сделал предложение леди Ирене выйти за него замуж, и теперь с нетерпением ждали обеда, чтобы самим услышать эту новость от виновника торжества.

А все случилось крайне неожиданно.

Леди Ирена, покинув покои Милы, в смятении от ее слов направилась к гостевым покоям, где, по словам новой фаворитки великого князя, находился прибывший с известиями от князя Артама магистр ордена паладинов. Она быстро шла, даже не задумываясь, что скажет. Ее чувства были уязвлены, но разум подсказывал, что надо смиряться. Девушка прошла широкий коридор, разделяющий комнаты, и, не стучась, вошла в гостевые покои. Она с ходу широко открыла дверь и замерла на пороге. Сэр Хойскар сидел в деревянной лохани по пояс голый, и она видела его волосатую грудь с мощными мышцами, рубцы на теле и блаженную улыбку на лице. В это время его поливала из кувшина водой служанка и при этом хихикала. Когда леди Ирена присмотрелась, то сначала хотела уйти, краска негодования и стыда залила ее лицо. Она дернулась назад, но остановилась под взглядами Хойскара и служанки. Рука Хойскара по-хозяйски пряталась в подоле служанки. Та на это кокетливо смеялась.

«Я опять вторая?» – опалили ее разум набежавшие мысли. И тут неожиданно для себя она решительно вошла в покои и сама себе мысленно сказала: «Ну уж нет, я не допущу, чтобы всякие простолюдинки заняли мое место в постели. Не для того я так долго себя берегла».

Леди решительно прошла в помещение, прикрыла за собой дверь и вырвала кувшин из рук онемевшей служанки.

– Пошла прочь! – почти истерично прокричала леди Ирена, и девушка очень быстро выбежала из комнаты.

Хойскар стыдливо прикрыл руками пах и ошеломленно смотрел на гневную девушку.

– Вам чего, леди? – слабым, смущенным голосом спросил он.

– Сэр Хойскар, – язвительно произнесла леди Ирена, – вы лорд и не должны тискать служанок, ведите себя как благородный человек.

– Как?..

– А так. Есть более пригодные для любви особы. Обратите на них внимание. Меня к вам послала леди Мила с приказом быть вашим секретарем и научить вас хорошим манерам. Это первый урок, который я вам преподала.

– Ко мне секретарем? – Хойскар от всего услышанного и увиденного растерялся и спросил: – Зачем?

– Затем, сэр, что вам нужно научиться вести себя как мужчина высокого звания. Лазить под юбки служанок, которые не могут вам отказать, – это низко. Понимаете меня? – строго спросила она.

– Я?.. Да. То есть нет, я не лазил…

– Лазили, сэр, я видела. – Леди Ирена строго и обличающе посмотрела на сильно смущенного и растерянного мужчину. – Я сама вам полью, мойтесь, сэр Хойскар. – Она стала лить на него воду, а он продолжал прятать за большими ладонями свой срам. – Что вы сидите как монастырская сестра, сэр Хойскар, мойтесь. Или думаете, я не знаю, что у вас находится между ног?

– Э-э-э, – промычал Хойскар, – мне как-то неудобно при вас.

– Привыкайте, сэр, я ваш секретарь и буду с вами везде.

– И при помывке?..

– И там тоже.

Хойскар, не отрывая рук от паха, встал и вылез из ванны. Семеня, дошел до кровати, схватил сложенную серую простыню и прикрылся ею. Затем в его глазах загорелся лукавый огонек. Он подошел к леди Ирене, которая была пунцовой, как грудь снегиря, наклонился над ней.

– Леди Ирена, вы ворвались в мои покои, и я вас вынужден наказать, – произнес он.

Хойскар обхватил ее за плечи и повалил на кровать. Девушка не сопротивлялась, она прямо смотрела ему в глаза и ответила:

– Как благородный человек, сэр Хойскар, после наказания вы должны будете на мне жениться.

У Хойскара кровь отхлынула от головы.

– Несомненно, леди Ирена, – он стал задирать подол ее платья.

– Подождите, сэр Хойскар, платье помнете.

Он отпустил ее и выпрямился. Леди Ирена встала, оправила платье и направилась к двери. Хойскар с усмешкой смотрел ей вслед, но леди Ирена не ушла. Она закрыла на задвижку дверь и вернулась, встала спиной к Хойскару и попросила:

– Помогите расстегнуть пуговицы, сэр.

Хойскар трясущимися от возбуждения руками стал расстегивать пуговицы, и вскоре платье упало к ногам девушки, она осталась в одном корсете. Хойскар стал пытаться развязать узлы на нем.

– Не надо снимать корсет, – тихо произнесла леди Ирена и повернулась к Хойскару лицом.

Хойскар впился в ее губы своими губами и дал волю рукам. Леди Ирена не сопротивлялась. Она стала валиться на кровать и потащила на себя Хойскара. Она легла, а он ухватил ее ноги и широко раздвинул. Он не церемонился и не знал, что такое прелюдии, грубо и резко вошел в нее, и она вздрогнула от мгновенной острой боли между ног, закрыла глаза и прикусила губу. Она знала, что первый раз бывает всегда больно и не всегда приятно, так ее учила маменька. Но в процессе соития к ней подступила горячая волна, и она задохнулась от нахлынувшего удовольствия. Она затряслась, задвигала тазом и громко застонала. Хойскар продолжал свое дело, и леди Ирена еще два раза побыла на небесах, после чего Хойскар, наполнив ее семенем, устало отвалился.

Они так пролежали несколько минут. Несмотря на полученное удовлетворение и некоторую несуразность происшедшего с ней, леди Ирена продолжала мыслить трезво.

– Сэр Хойскар, вы должны сегодня на обеде всем рассказать, что сделали мне предложение. И сделайте мне подарок в качестве знака нашей помолвки.

– Какой? – спросил Хойскар. Он был в некоторой прострации, не ожидав такой страсти от чопорной леди Ирены.

– Колье, брошь или серьги, – ответила леди Ирена.

– Ах, это? – улыбнулся с огромным облегчением Хойскар. – Этого добра у меня много.

Он встал, подошел к своей поясной сумке, порылся в ней и вытащил кожаный мешочек. Вернулся и высыпал золотые украшения на кровать рядом с девушкой. Она отодвинулась, смущенно посмотрела на кровавое пятно на простыне, измазанное семенем Хойскара, и прикрыла его одеялом. Затем стала со знанием дела перебирать украшения. Она выбрала колье с сапфиром, такие же серьги и кольцо с массивным бриллиантом.

– Этого хватит, – со всей серьезностью произнесла она и встала. Хойскар залюбовался ее стройной фигурой и широкими крепкими бедрами под белой, не знающей лучей солнца кожей. – Отвернитесь, сэр Хойскар, я совершу омовение, – попросила она строгим решительным тоном. Хойскар отвернулся.

Совершив омовение, леди попросила его помочь ей одеться, и когда она была одета, то поцеловала смущенного мужчину в щеку и величаво удалилась. Хойскар остался один, и только теперь подумал: «А что это сейчас было?»

Додумать свою мысль он не успел, так как в комнату вошла та же служанка с бадьей горячей воды и полотенцем.

– Тебе чего? – опасливо спросил Хойскар.

– Сэр, я пришла вас побрить и подстричь, – ответила служанка, пряча смех в глубине своих больших синих глаз. – Потом я принесу вам одежду и обувь. Садитесь на стул, – строго произнесла она.

– А зачем бриться? – уточнил Хойскар, поглаживая отросшую в поездке бороду.

– Приказ леди Ирены, – ответила служанка, и Хойскар не стал спорить, чувствуя необъяснимую робость перед чопорной аристократкой.

Он сел, и девушка тщательно его выбрила. При этом она терлась о него своим телом и грудью, но Хойскар стоически терпел и не давал волю рукам.

Затем девушка принесла новую одежду – серые чулки, штаны из плотной бязи до колен, рубаху из выбеленного тонкого полотна и шерстяной зеленый сюртук с широким обшлагом. Также он увидел серую жилетку с золотыми пуговицами. Венчали сей замысловатый наряд сапоги из тонкой, хорошо выделанной кожи.

– Я помогу вам одеться, господин, – произнесла девушка.

– Не надо, – испуганно ответил Хойскар и посмотрел на дверь.

– Как прикажете, – поклонилась девушка и вышла.

Леди Ирена с гордо поднятой головой вышла из гостевых покоев, поманила пальцем служанку, которая поливала водой и была прикреплена к гостевым комнатам, и распорядилась принести воды и побрить сэра Хойскара, а также подровнять его волосы. Кинув на девушку насмешливый взгляд, она пошла дальше. В гостиной ее увидела Энея и удивленно стала рассматривать украшения.

– Откуда эта красота, леди Ирена? – спросила она, подходя ближе и любуясь сверканием камней в отсвете свечей.

– Это подарок сэра Хойскара, – улыбнулась леди Ирена, довольная тем, что ее новые украшения заметили. – Он сделал мне предложение.

– Вот так сразу, как приехал? – удивленно воскликнула Энея и всплеснула руками. – Как приятно и как неожиданно! А как там князь Артем?

– Я про него ничего не знаю, мой жених, – она выделила это слово, – расскажет нам за обедом, – ответила леди Ирена. – Я пойду приведу себя в порядок, – произнесла она, и леди Энея, пряча смех, напутствовала ее:

– Поменяйте платье, леди, там сзади пятно.

– О, спасибо, – леди Ирена стала пунцовой и поспешила удалиться.

– Ты представляешь, – Энея встретила мужа, – Хойскар сделал предложение нашей хитренькой лисичке, и она приняла его! Он даже сделал ей королевский подарок. Как богаты эти дикари! – с долей зависти и ревности произнесла Энея.

– Я рад за нее, – Уильям не обратил внимания на промелькнувшую зависть в голосе жены. – Пойду сообщу всем остальным.

Так слухи быстро распространились по замку, дошли до Милы, и та срочно начала подготовку к празднику.

Она пришла в покои Артама и сообщила ему новость.

Но Артам обратил внимание лишь на новость о прибытии Хойскара и потребовал, чтобы тот пришел к нему.

– Он сейчас приводит себя в порядок, ты погоди немного. Пусть он все расскажет на обеде, а тебе я передам, что сама узнала.

– Говори, – потребовал Артам.

– Ну, первое, Артем там станет царем – он женится на дочери тамошнего царя и будет тебе равным. Ты этого хотел?

– Да. Что еще?

– Он хочет, чтобы на свадьбу прибыли знатные озерные жители. Ты поедешь?

– Конечно.

– А какой подарок ты ему преподнесешь?

Артам улыбнулся, об этом с Артемом было обговорено заранее, и он ответил:

– Остров с городом Мертвых.

– О-о-о! – удивленно воскликнула Мила. – Да ты, Артам, стал настоящим князем! – Она уважительно посмотрела на него. – И землю дал, и других не обидел. А как Артем отнесется к подарку?

– Хорошо, мы с ним это обговорили заранее, – ответил Артам. – Что еще сообщил Хойскар?

– Туда перебирается орден паладинов и Неела. Наверное, будут воевать.

Артам задумчиво покивал и приказал:

– Мила, составь указ, что на свадьбу к моему брату должны поехать знатные мужи.

– Я уже все продумала, дорогой, – поспешила ответить Мила. – Я вызову взрослых сыновей князей с подарками. Мы не должны ударить в грязь лицом.

– Хорошо, – он встал, обнял ее. – Значит, Артем нашел жену. А что ты будешь делать?

– Я скажу тебе честно, Артам. Я хочу посмотреть на эту девицу. Понимаю, что мне там будут не рады, и вполне возможно, я останусь с тобой. Ты возьмешь меня в жены в этом случае?

Артам снова задумался и неохотно ответил:

– Я очень хочу, чтобы ты стала моей женой, но будем ждать решения Артема.

– Вот это правильно, – обняла его Мила. – Я пойду, раздам указания, у нас праздник.

– Какой праздник? – удивился Артам.

– Как какой, я же тебе сказала, что Хойскар сделал предложение Ирене, и я прикрепила ее к нему секретарем.

– Ах, это… Ну хорошо, иди, занимайся, – отпустил ее Артам. Он сел на диван и уставился на огонь.

– Как дела, великий князь? – раздался рядом с ним голос. Артам поднял глаза и увидел брюнетку в черном облегающем платье.

– Вам чего? – с долей неприязни спросил он.

– Меня послал к тебе, Артам, Иль. Он интересуется, что за события начались в княжестве.

– В каком смысле?

– Ваш указ, князь, о величании.

– Ах, это. Мы устанавливаем вертикаль власти, так и передайте хранителю. Приводим правление княжеством в порядок: наверху Иль, внизу я, подо мной Великий совет, под ним князья, под князьями совет старейшин, внизу простой народ. Так мы будем проводить волю Иля в княжестве.

– Мудрено, – удивленно покачала головой женщина. – Но Илю понравится. Всего хорошего, великий князь, – попрощалась женщина и исчезла. Артам облегченно вздохнул, он ответил слово в слово как учил его Артем.

За обедом все радостно приветствовали Хойскара, что вызвало у него смущение. Он сел за стол, чувствуя себя неловко. На помощь пришла Мила.

– Сэр Хойскар, расскажите нам о вашей поездке, – попросила она. И Хойскар начал свой рассказ. Постепенно напряжение и скованность исчезли, и он с увлечением поведал о своих приключениях.

Мила продолжала вести разговор за столом. Она сделала комплимент украшениям леди Ирены, и та смущенно опустила взгляд.

– Это я подарил ей украшения, – произнес Хойскар. – Я попросил ее руки, – добавил он, и все радостно закричали, поздравляя их. Лишь Артам сидел, погруженный в свои мысли.

Заметив его состояние, к нему обратился сэр Арчибальд:

– Сир, а что вы подарите брату на свадьбу?

Артам очнулся и бледно улыбнулся:

– Остров с городом Мертвых.

– Вот как! – удивленно воскликнул сэр Арчибальд и тут же широко улыбнулся. – Это очень мудро, – произнес он. – Вы дарите ему земли, это поднимет его авторитет в глазах жителей Заречного царства. Остров и целый город сделают его равным остальным князьям, и не считаться с ним они уже не смогут.

Артам рассеянно кивнул.

– А когда надо быть на свадьбе? – спросила леди Энея.

– Через тридцать дней, леди, – ответил Хойскар. – Я позабочусь о том, чтобы доставить вас во дворец царя.

– Спасибо, сэр Хойскар, вы милы и очень заботливы, – сделала ему комплимент Энея.

Обед продолжался еще долго, разговоры не стихали. На Хойскара сыпались вопросы: а красива ли невеста, а богаты ли жители. Закончился праздник только с наступлением темноты.

Артам вежливо простился и встал из-за стола.

– Пройдемте со мной, сэр Хойскар, – позвал он лорда и удалился в свои покои.

Когда он ушел и Мила тоже покинула их компанию, сэр Арчибальд поцокал языком:

– Каков наш великий князь! Хорош, ох, хорош, – похвалил он его. – И по-королевски наградил, и подарил то, что ему ничего не стоило. Зато эхейцы будут считать, что у князя Артема есть целый город. Правда, он полон не совсем живых обитателей, но какое это имеет значение, – усмехнулся он.

Наедине с Артамом Хойскар поделился всем, что знал и что велел передать ему Артем. Что царство за рекой представляет собой сложное политическое образование независимых от царя Великих Домов, и Артему предстоит проделать огромную работу, чтобы превратить его в нечто похожее на Озерное княжество. Эти мудреные слова, которые произносил Хойскар, привели Артама в замешательство, и он неоднократно просил разъяснений. Наконец, он узнал от магистра все, что тот знал, и заверил, что выполнит все пожелания Артема. Доставит на полуостров все необходимое. Однако, когда речь зашла об оружии и броне, Артам решил отправиться в город Мертвых вместе с Хойскаром на основной склад, организованный Артемом в одной из башен города. С этим отпустил новоиспеченного жениха с миром.

У Артама давно зрела идея очистить город от мертвецов, и он хотел сделать такой подарок Артему. Он чувствовал сильную привязанность к своему другу, хотя сам от себя этого не ожидал. В глубине города, в недрах дворцового комплекса, находились несметные сокровища, но их охраняли могущественные архимаги, ставшие личами. Никто из смертных не мог пройти мимо них.

Решить эту проблему можно было бы, сняв барьер, но тогда могущественные некросы вышли бы в мир, и это привело бы к большой беде. Можно было бы использовать негаторы магии, но тогда разрушилась бы связь между мирами, и в город явился бы дракон, хранитель этого мира. Однако, пока существует барьер, созданный магами прошлого, дракон не может проникнуть в мир Артема. Как понимал Артам, везде были свои «нет» и «нельзя». Барьер убирать нельзя, а вот с магами разобраться необходимо, особенно мешало колдовство «Око мага», которое парализовало смертного и направляло армию нежити к тому, кто осмелился приблизиться к барьеру.

Недавно Артам уже справился с частью проблем – спустился в библиотеку и провел там два дня. Он заранее предупредил Милу, чтобы его не искали, и погрузился в чтение книг по некромантии. Там он узнал, что ему нужна книга «Сокровенных знаний». Хотя он и догадывался об этом, использовать корону архимага и книгу он побаивался. На его руке жил дракончик, который просыпался, когда использовали корону. Дракончик подозрительно отнесся к своему новому хранителю, но враждебных действий не предпринимал. Кто знает, как он поведет себя, когда Артам воспользуется книгой «Сокровенных знаний»? Еще на его руке была змейка, которую он тоже не решался пробуждать. Не уверенный в своих силах, он решил не обращать на них внимания, но сейчас пришла нужда, и ему нужно было решиться.

Переборов страх, Артам надел корону и задал вопрос о том, как победить архилича, который управлял Оком мага. Ответ пришел незамедлительно: страница сорок один, книга «Сокровенных знаний». И вместе с этим проснулся дракон. Он заворчал и зашевелился на его руке. Артам с затаенным дыханием открыл книгу на нужной странице и начал читать.

«Верховный маг ковена призывателей дракона обладает могущественным артефактом, в котором заточена душа пойманного новорожденного дракона, – это Посох Власти. Он дает своему хозяину могущество, с которым может сравниться только могущество дракона, и именно этот посох является источником силы Ока мага».

Узнав об этом артефакте, Артам призадумался. Посох был у могущественного лича, и теперь требовалось узнать, как победить это злое умертвие. Артам задал вопрос, и дракон поднялся над его рукой, расправил крылья и стал обретать плотность. С другой руки поднялась змейка и зашипела. Артам интуитивно мысленно спросил дракончика:

«Что ты хочешь?» – И неожиданно получил ответ:

«Душу запертого в посохе дракона».

«А если я тебе его отдам, что ты сделаешь?» – спросил Артам.

«Я покину тебя, хранитель знаний, и найду того, кто является настоящим драконом, вызову его на поединок и попробую покорить его».

«А если он покорит тебя?» – спросил Артам.

«Тогда покорюсь ему и буду служить».

«Ты причинишь мне вред?» – уточнил Артам.

«Нет, хранитель знаний, я лишь хочу получить свободу».

Змейка на правой руке стала успокаиваться и, снова обвив руку Артама, уснула.

«Хорошо, дракон, если у нас все получится, ты заберешь душу дракона из посоха, я тебе это обещаю».

«Договорились, – промелькнули мысли у Артама в голове, – я помогу тебе советом. Тебе нужна помощь гремлунов, обратись к ним с просьбой сделать шкатулки для негаторов и призови одного из них к себе».

«У нас есть тут один гремлун», – мысленно ответил Артам.

«Это не тот гремлун, который тебе нужен, смертный, это проклятый гремлун, тебе нужен без родовой порчи. Понял?»

«Понял», – ответил Артам и очнулся. Посмотрел на руки и увидел, что виденья змеи и дракона исчезли.

– Понял, что ничего не понял, – вслух произнес Артам и подумал: «А какой гремлун? Как призвать?» И тут же вспомнил о книге «Сокровенных знаний». Но во второй раз он не решился на такой необычный и пугающий эксперимент. Он решил все хорошо обдумать, прежде чем идти дальше. После ухода Хойскара и разговора с посланницей Иля Артам решился продолжить свои магические изыскания.

В подвале, где пряталась от любопытных глаз магическая библиотека, жил мальчик по имени Мешрул – непослушный, но одаренный магией подросток, которого Артем оставил для обучения магическим искусствам. Но тот был весьма своенравным. За ним следил бывший рейдер Козьма, который не щадил мальца и за каждый проступок сурово наказывал. Козьма тоже перебрался в подвал и, можно сказать, жил как сыр в масле: ел, пил и только и делал, что посылал стражников разыскать постреленка и привести его обратно в библиотеку. Среди стражников даже возник спор, кто первым сдастся в этой борьбе характеров: Козьма или дикаренок. Но Артам следил за его обучением, и если тот не усваивал урок, то сам наказывал его, оставляя в клетке без еды и тепла. Парнишка рос как маленький зверек и в отчаянии клялся, что вырастет и убьет и Козьму, и князя. Его слова слышали стражники и передали Миле. Та приказала привести мальчугана и долго на него смотрела.

– Скажи мне, Мешрул, – спросила она, – ты не хочешь учиться магическим наукам?

– Не хочу, госпожа, – хмуро ответил мальчик.

– Я не спрашиваю почему, но я слышала, что ты грозился убить нашего князя, а мы казнили и за меньшие проступки.

– Пусть от меня отстанут, – насупившись, ответил подросток. – Я свободный человек.

– Нет, ты не свободный человек, – покачала головой Мила и пояснила: – Ты одержимый человек, и это опасно. Когда в тебя вошел демон? – спросила она, и мальчик дернулся, как от удара.

– Во мне нет демона! – закричал он и забился в судорогах на полу.

Слуги позвали Артама, и Мила с тревогой в голосе рассказала ему об одержимости подростка:

– Артам, у нас новая беда. Твой ученик одержим демоном… Нехорошее это дело, Артам. Решай, как быть, он опасен.

Артам задумчиво покивал, посмотрел на лежащего в беспамятстве мальчика и приказал отнести Мешрула в подвал, запереть в клетку и оставить там. Потом за навалившимися заботами он о нем забыл, а сейчас вспомнил. Спустился в подвал и увидел горящие ненавистью глаза мальчика. Тот схватился руками за железные прутья и молча наблюдал за Артамом.

– Я скоро вернусь, – пообещал Артам и ушел в библиотеку. Он чувствовал взгляд мальчика, который жег ему спину. Вскоре он разобрался, как освободить Мешрула от одержимости. Надо было узнать имя демона, и тут на помощь пришла демонология, которую Артам почти не изучал. Он просидел час под действием эликсира концентрации и выяснил следующие моменты: просто освободить человека от одержимости нельзя, демон найдет новое пристанище. Его надо заставить перейти в тело животного, а само животное закопать в землю живым, тогда демон покинет тело умершего животного и уйдет в свой низший мир. Его утащат юшпи. Душа демона для них лакомая пища. Они насытятся его магической силой, и демон провалится в Преисподнюю, откуда его и вызвали.

Артем недолго думая создал заклинание подчинения мелких демонов, положил на жертвенник жемчужину и серебряное кольцо. Заодно он положил записку с просьбой к Неси День Ги.

Ответ пришел почти сразу, и вернулось серебряное зачарованное кольцо. Кроме того, гремлунка написала ему, что лучше запереть демона в предмет и получить магический артефакт.

Артам задумался и, положив еще одну жемчужину, отправил записку с вопросом, какую вещь можно зачаровать душой демона и какими магическими свойствами предмет будет обладать. Ответ пришел с небольшой задержкой.

«Ритуал людей я не знаю, но подойдет любой серебряный кулон, там демон будет мучиться и повысит свойства предмета. Заклятие, которое можно вложить в кулон, может быть из боевого раздела или вызова существа из другой реальности. Но существо недолго пробудет в вашей вселенной, и сила притяжения его мира вернет его обратно, когда истощатся силы демона».

Артам снова задумался. Он помнил слова дракончика и решил написать свояченице Свада всю правду. Он написал, что ему нужно захватить посох лича с душой дракона и освободить дракона, который томится у него на руке. Что он также хочет очистить город от мертвецов, но сохранить барьер, чтобы дракон-хранитель не сумел разорить город, который он хочет подарить брату Артему и его верному другу Сваду. Для этого нужно иметь три шкатулки для переноса негаторов, блокирующих действие негатора магии, и призвать на помощь гремлуна.

Теперь ответ пришлось ждать гораздо дольше, но он все же пришел.

«Ты, князь Артам, хочешь призвать в свою вселенную одного из гремлунов? По доброй воле никто не согласится, а если вызвать его насильно, он не будет помогать. Но раз ты хочешь наградить моего любезного друга Свада, я помогу тебе. Он помог мне, и я ему должна. Хочу отплатить добром за добро. Понимаю, что проклятый отцом гремлун тебе не подходит. Сделаем так: найди дорогое серебряное кольцо, а лучше подвеску с драгоценными камнями, положи его вместе с двумя алмазами на жертвенник и отправь мне. Я верну тебе предмет, в который ты заточишь душу демона, после чего ты сможешь вызвать меня. Я приду к тебе на помощь, но есть одно условие: безопасно остаться в твоем мире, князь, я могу только как твоя избранница. Если ты назовешь меня своей невестой и напишешь это на листе, то я буду тебе помогать».

Артам, прочитав это послание, остался стоять с открытым ртом.

– Что? – прошептал он. – Назвать гремлунку своей невестой? Ту, что имеет бороду и усы? – Он прошел к дивану и сел на него. Артам мучительно думал, как поступить. Мысли роились в его голове, как пчелы. Они жужжали, бились о здравый смысл, но желание помочь Артему пересилило его сомнения. В конце концов он подумал:

«Какая разница? Ну назову я гремлунку своей невестой, что изменится? Она живет там, у себя, а я тут. Пусть числится невестой. Что, мне от этого будет плохо? Наверное, нет. Свой человечек в ее мире очень пригодится…»

Он не стал продолжать свои размышления и направился к сундуку, в котором Артем хранил драгоценности, привезенные из города Мертвых. Эти камни использовались для создания магических артефактов.

После долгих поисков он обнаружил серебряный кулон в форме вздыбленного коня, с зелеными изумрудами в глазах и аметистами в гриве, на толстой серебряной цепочке. Кулон был выполнен с удивительной тщательностью, с мельчайшими деталями. Конь в его руке словно оживал.

Полюбовавшись на это произведение искусства, он достал из кожаного мешочка два неограненных алмаза и начал писать записку.

«Что просила, достал и признаю гремлунку Неси День Ги своей невестой».

Все это положил на жертвенник, налил себе напиток из бочки, что стояла в библиотеке, выпил и буквально без сил свалился на диван. Он почувствовал, что ужасно вымотался. Вскоре он незаметно уснул.

Артам не мог определить, сколько времени прошло с тех пор, как он погрузился в сон, но его разбудил нежный звон колокольчика, который звучал у него в голове. Он открыл глаза, моргнул, сонно потер лицо, чтобы сбросить оцепенение, и встал с дивана.

Он направился в зал, где стояли клетки и возвышался жертвенник. Тускло горели масляные лампы, распространяя вокруг себя удушливый запах топленого свиного жира, но Артам не замечал ничего вокруг. На жертвеннике он увидел кулон, кольцо и записку. Артам осторожно приблизился, внимательно осмотрел лежащие на алтаре предметы и, наконец, протянул руку за запиской.

В послании говорилось:

«Дорогой, отправляю тебе артефакт, который ты можешь использовать для ритуала изгнания демона. Кольцо такое же, как у меня, – это наши с тобой обручальные кольца. В них скрыта магия, которая тебе откроется в нужный момент. Через них я буду знать, что с тобой все хорошо. Я принимаю твое предложение выйти за тебя замуж и признаю Артама, Великого князя Озерного, своим женихом. Проводи ритуал и вызови меня, чтобы мы могли окончательно оформить наш договор.

С любовью, Неси День Ги».

Артам некоторое время стоял у жертвенника, осмысливая прочитанное. Затем он глубоко вздохнул, забрал кольцо и браслет вместе с запиской, и полный решимости, направился к клетке с мальчишкой. Он медленно подошел к клетке.

– Ты не сможешь меня изгнать, смертный, – проскрипел демон голосом мальчика. – Я сильнее тебя, лучше смирись.

Артам сложил руки на груди и ответил:

– Ты сам расскажешь мне, кто занимается демонологией и кто призывает в наш мир существ из низших вселенных.

Демон хрипло рассмеялся.

– Ха-ха, вот насмешил, – и мальчик плюнул в Артама. – Давай, смеши меня дальше, смертный.

– Посмотрим, – усмехнулся Артам. Он присел рядом с клеткой, вынул из ножен кинжал и полоснул себя по руке. Демон забеспокоился.

– Я скажу, человек, только отпусти меня, изгони из мальчика и дай уйти в свой мир.

– Нет, демон, ты ответишь мне без всяких условий.

– Вот тебе, – и мальчик, скрутив фигу, просунул руку через решетку и погрозил ею перед лицом Артама.

Когда кровь полилась на каменные плиты пола, Артам начал чертить пальцем пентаграмму, размазывая свою кровь. Демон внутри мальчика взвыл и попытался раздвинуть железные прутья, но сил мальчика не хватило, и демон, повалив его на пол, устроил настоящую истерику. Мальчик бился на полу, из его рта текла пена и он громко орал.

Артам, не обращая внимания на беснующегося паренька, продолжил свою работу. Когда пентаграмма была готова, он создал заклятие подчинения и наложил его на бьющегося на полу мальчика. Затем он приказал ему:

– Выйди из клетки и садись в центр пентаграммы. – Сам же Артам открыл замок и отворил решетчатую дверь.

Повинуясь заклятию, демон поднял мальчика с пола, и тот, понурив голову, с закрытыми глазами пошел и сел в центр пентаграммы. Артам спросил:

– Как твое имя, демон?

Глухим голосом без эмоций демон ответил:

– Мое имя Ирвен. Я демон-собака, оборотень. Я посланник змееподобного трехголового владыки Геренсука. Послан проследить за новым драконом…

– Кто призвал тебя, Ирвен?

– Шалванка Шаллея, посвященная Геренсуку. По приказу князя ада, демона нечистоты Крезила, чтобы совратить Дракона.

– Где она живет?

– Здесь в городе, среди дикарей.

– Я услышал тебя, демон Ирвен, – удовлетворенно произнес Артам.

Затем, создав заклинание изгнания демона, применил его к мальчику. Подросток выгнулся, издав пронзительный крик, а из его рта вырвался дымок. Распространяя запах серы, устремился внутрь украшения, которое лежало внутри пентаграммы. Вскоре дымок исчез. Мальчик открыл глаза, с удивлением огляделся и недоуменно спросил:

– Сир, что мы здесь делаем?

– Ты не помнишь? – спросил в ответ Артам.

– Нет, – покачал головой подросток.

– Это хорошо, Мешрул. Иди в свою комнату, ложись спать, завтра мы начнем обучение.

– О, это замечательно! – радостно воскликнул парнишка. – Я всегда мечтал изучать магию, сир.

Он вскочил и вприпрыжку побежал к своей комнате, расположенной в коридоре за библиотекой. В этом коридоре было три жилых комнаты: одну занимал Артам, другую – Козьма, а третью – мальчик. Однако сейчас Козьма пропадал в трактире, и в подвале кроме Мешрула и Артама никого не было.

Артам, оставшись один, направился к жертвеннику и, потерев небритые щеки, с большим сомнением активировал кулон. Он подождал, и когда раздался звон колокольчиков у него в ушах, произнес ритуальную фразу вызова: «Суженая, Неси День Ги, явись в мой мир».

Яркая вспышка, озарившая жертвенник, на мгновение ослепила его. Артам закрыл глаза и прикрыл их рукой, а когда убрал руку, то замер от удивления. Рядом с жертвенником стояла невысокая, ему по грудь, молодая женщина в тунике, с темными распущенными волосами.

Она замерла, словно в трансе, устремив взгляд в угол.

– Неси День Ги? – пораженный увиденным, прошептал Артам. Женщина вздрогнула. Она повернулась к нему, и Артам несколько мгновений смотрел на нее, разинув рот. – Ты без бороды? – невольно вырвалось у него.

Гремлунка рассмеялась.

– Без бороды? Почему ты спрашиваешь, князь Артам?

– Э-э-э, – замялся Артам, – потому что мать Свада писала в своей записке, что у тебя борода… И ты ее сбрила…

– Ах, это! Это просто такая шутка. На самом деле это означает, что я ушла из своей семьи и стала жить самостоятельно. Меня хотели сосватать за Сунь Вач Джина, так как я бесприданница, а он порченый, но богатый. Но меня в конце концов взял в жены брат Сунь Вач Джина… Ты же знаешь эту историю, как я осталась вдовой? – спросила Неси День Ги.

Артам кивнул. Женщина вышла из-за жертвенника и направилась к стоящему в большой растерянности Артаму.

– Ну, здравствуй, князь Артам, – проговорила она и взяла его за руку. – Пошли, поговорим в более удобном месте.

– Конечно, – Артам стряхнул с себя оцепенение. Он не выдернул руку, а повел ее в библиотеку. Там сел на диван, и женщина села рядом. Она была мила и прекрасно говорила на общем языке. На ее руке было точно такое же кольцо, как у него.

– У тебя, конечно, есть много вопросов, – произнесла она, когда села рядом, и Артам почувствовал цветочный аромат ее духов. Ему показалось, что в подвал пришла сама весна.

Он завороженно смотрел на Неси День Ги и кивал. Гремлунка это заметила и улыбнулась. Затем стала серьезной и начала свой рассказ:

– После того, как мой муж стал убийцей, со мной отказались вести дела в гильдии, и я стала отверженной. Меня могло спасти только замужество, но никто не хотел брать в жены вдову убийцы своих братьев. Я выживала благодаря тебе, мой князь, и когда ты написал, что тебе нужна помощь гремлуна, то я сразу сообразила, как поправить свои дела и помочь тебе. Я выйду за тебя замуж, но буду жить у себя. Статус замужней женщины развеет ореол страха и предубеждения в гильдии. Я буду за твоей спиной, и хозяином мастерской будешь ты, мой князь. А я буду в ней управляющей. От тебя я рожу ребенка и буду счастливой гремлункой. Никаких ограничений на тебя я налагать не буду. Живи тут, как посчитаешь нужным. Периодически вызывай меня для совершения супружеского долга и общения. Я думаю, у нас все сладится. Как ты считаешь?

Артам кивнул.

– Вот и хорошо. Тогда возьми меня, мой князь, и мы закончим то, что начали. Я стану тебе женой, а ты мне мужем.

Женщина быстро скинула с себя тунику и сняла сандалии. На ней остались только ожерелье и кольцо. Артам как завороженный смотрел на нее и ничего не предпринимал.

– Раздевайся, – томным голосом произнесла Неси День Ги. – У нас мало времени, – и стала помогать Артаму разоблачаться. Когда он оказался раздет, она обняла его и прижалась к нему. – Не бойся, – прошептала она. – Моя роза сорвана. Будь смелее, мой князь.

И Артама неожиданно прорвало. Он схватил ее в объятия, а она выскользнула и стала управлять им. Неси День Ги в любовных утехах оказалась еще более искусной, чем Мила. Она подарила Артаму наслаждение близостью, которое он до этого не испытывал. К финишу они подошли одновременно, и Артам с глуповатой улыбкой на лице расслабленно задремал. По воздуху разносился аромат роз, и в ушах звучал нежный шепот: «Называй меня „моя роза“, милый…»

Наваждение прошло, когда в дверь библиотеки громко застучали. Артам вздрогнул и огляделся. Он был один, и все, что было до этого, ему казалось наведенным колдовством. Но он был обнажен, и на руке поблескивало кольцо. На шее висел кулон. Он в полной прострации и с застывшей на лице улыбкой встал и пошел открывать дверь. Как оказалось, в дверь стучала обеспокоенная его отсутствием Мила. Она увидела голого Артама с глупой ухмылкой на лице и удивленно застыла на пороге.

– Что с тобой, Артам? – испуганно прошептала она.

– Все хорошо, Мила, – Артам отступил в сторону. – Ты зачем пришла?

– Я пришла звать тебя на ужин. Слуг не послала, понимала, что их ты не послушаешь. Почему ты голый и так глупо улыбаешься? И… что это за подвеска и кольцо у тебя на руке?

– Это подарок, – ответил Артам. Он уже пришел в себя и подошел к дивану. Сел и стал разбирать кучу одежды, что лежала на полу. Надел нательное белье.

– С тобой все в порядке, Артам? – не унималась Мила. – Все же расскажи мне, почему ты голый?

– А почему ты спрашиваешь? – нагнулся за штанами Артам.

Мила стала вертеть носом.

– Тут была женщина? – подозрительно спросила она. – Я чувствую запах духов… Ирена? – Она прожгла злым взглядом Артама.

– Нет, другая, – ответил Артам, и вновь глуповатая улыбка появилась на его лице.

– Если не Ирена, то кто?.. Энея? – воскликнула Мила и тут же себя поправила: – Нет, этого не может быть. Я видела ее в гостиной. Кто тут был, Артам, признавайся? – Мила ближе подступила к Артаму и увидела записки на столе. Быстро схватила одну, прочитала и стала хватать остальные. Потом ошарашенно посмотрела на Артама, надевающего сапоги. – Ты стал одержим, Артам, опять взялся за свое?

– Ты о чем, Мила? – встал с дивана Артам и постучал сапогами об пол.

– Я спрашиваю, что значат эти записки? – Она потрясла ими в воздухе.

– Я, Мила, женился на гремлунке, и она была тут. Это свояченица Свада.

– На страшной карлице, да еще с бородой?.. Ты точно ненормальный…

– Я нормальный, Мила, а ты мне не жена. Ты любовница, так что не устраивай ревнивые скандалы, пошли ужинать, я проголодался.

– Подожди, Артам, что значит не жена, а любовница?

– А то и значит, Мила, что я свободный мужчина и могу жениться на ком хочу. Она очень мила, – он вновь не смог сдержаться, и его лицо расплылось в счастливой улыбке. – И она без бороды. Я тебя с ней как-нибудь познакомлю. А теперь пошли.

Он первый направился на выход. Мила оторопело смотрела ему в спину, потом подхватилась и побежала следом.

– Артам, – крикнула она, – я хочу все знать подробно…

За ужином Артам был необычайно весел и даже шутил, что вызывало недоумение у всех присутствующих. Энея, наклонившись к Миле, спросила:

– Что произошло с сиром Артамом? Он так весел и остроумен…

– Я точно не знаю, – с натянутой улыбкой ответила Мила. – Он оставался наедине с Хойскаром, и, возможно, тот сообщил ему что-то радостное о брате Артеме. Нас, женщин, в такие вещи не посвящают.

Леди Энея понимающе улыбнулась.

– А что, сир, – вмешался сэр Арчибальд, – вы не будете заниматься хозяйственными вопросами? И мне все решать с леди Милой?

– О чем вы говорите, сэр? – Артам с улыбкой взглянул на старого аристократа.

– Я имею в виду создание банка и предложение кредитов под небольшой процент. Это оживит торговлю и ремесло. Необходимо наладить товарно-денежные отношения. Вы говорили об экспедиции в Мертвый город, чтобы забрать оттуда печатные станки и организовать здесь монетный двор…

– Да, это хороший вопрос, сэр Арчибальд. Но организацией банковской системы займусь я. Леди Мила, вероятно, мало знает об этом. – Он с улыбкой повернулся к Миле, и та растерянно на него взглянула и кивнула. – Сейчас нет необходимости что-то менять, сэр Арчибальд. Любые проекты должны соответствовать уровню развития ремесел и обращению денежных единиц. У нас простое товарное производство, обмен товара на товар. Мы постепенно будем заменять простой товарооборот на торговлю с помощью серебра. А вот торговлю с заречными эхейцами и с горцами, а также с купцами из-за моря налаживать будем. Это станет толчком для развития внутри княжества и ускорит те процессы, о которых вы только что говорили.

Артам закончил говорить и мысленно удивился тому, что сказал. До этого он не имел представления о том, о чем говорил, но кольцо, надетое на его палец, стало горячим. Может быть, это те его скрытые возможности, которые, как говорила его Роза, проявятся в нужный момент? Он выпил вина и поднял голову. За столом все сидели с открытыми ртами, и повисла неловкая пауза.

– Что? – спросил Артам. – Что-то не так в моих словах? – спросил он.

– Нет, наоборот, сир, – первым пришел в себя сэр Арчибальд. – Вы показали поразительные знания в финансах, и вы, несомненно, правы. Я слишком спешу. Все должно развиваться естественным путем. Ну кому здесь нужны кредиты?..

– Здесь не нужны, – кивнул Артам. – Наши люди обходятся без них. А вот заречным эхейцам под залог земли можно и даже нужно давать кредиты. Экспедиция будет туда, я имею в виду Мертвый город. Отправлюсь я с небольшой группой и могу, сэр Арчибальд, взять вас.

– Отличная идея, сир, – закивал сэр Арчибальд, и Артам испугался, что у старого аристократа от киваний отвалится голова.

– А можно и мне? – попросил Уильям.

– Конечно, господа, я думаю, всем вам, в том числе и леди, стоит посетить этот остров и проехаться по озерным княжествам. Это будет весьма познавательно.

Все радостно, хоть и неохотно, выразили свое согласие. Лишь Мила сидела бледная и растерянная. Она первой вышла из-за стола и сказалась больной.

Ужин закончился довольно весело, и все разошлись довольные. Артам встал последним и направился в свои покои.

Он сел у камина и почувствовал, как томится по своей Розе. Вскоре в покои вошла Мила и присела рядом. Одетая в халат, под которым скрывалась лишь тонкая ночная рубашка, она положила руку ему на плечо и нежно погладила.

– Сегодня, Артам, ты дважды меня удивил, – произнесла она. – Расскажи, что произошло в подвале, меня это беспокоит. Мы с тобой не чужие люди, и я хочу знать, что произошло.

Артам посмотрел на нее и улыбнулся.

– Что случилось, Мила? Я влюбился, вот что произошло, – ответил он. От этих слов у Милы дернулся уголок глаза, но она сдержала свои эмоции.

– Расскажи, как это произошло? – попросила она.

– Нет никаких секретов, Мила, – сказал он. – Моя Роза – красивая и умная женщина, внешне ничем не отличающаяся от наших женщин. Свад такой, потому что его проклял отец, и поэтому он грязный, неухоженный и маленький, а она совсем другая.

– А какая она? – спросила Мила.

– Высокая, красивая… Она предложила мне стать ее мужем и обещала оказывать помощь. Я теперь хозяин мастерской в ее мире.

– Да? Ты можешь заказывать там артефакты? – радостно воскликнула Мила.

– Наверное, – ответил Артам.

– А где она будет жить… Здесь? – задала Мила главный вопрос, который мучил ее.

– Нет, она в своем мире, я тут, и она ничем меня не ограничивает. Ей нужно иметь опору в моем лице, чтобы ее признали в гильдии, а мне нужна ее помощь в Мертвом городе.

Услышав, что женщина, явившаяся Артаму, будет жить в своем мире, Мила сразу успокоилась и обняла Артама.

– Пошли, милый, в постель, поздно уже, – произнесла она и мягко, но настойчиво потащила Артама в кровать. Артам не сопротивлялся, он разделся и лег, затем обнял лежащую на спине Милу и стал нежно целовать ее тело. От неожиданности Мила сжалась, но быстро пришла в себя и отдалась Артаму.

То, что сделал с ней Артам, было для нее ново. Утром она встала словно опьяненная его ласками. Артам еще спал, а она оделась в халат и вышла в гостиную. Там сидела и мечтала леди Ирена. Ее затуманенный взгляд был устремлен вдаль и проникал сквозь стену, прорываясь в небесные дали, где царили гармония и любовь.

– Как хорошо жить, – произнесла она, и Мила согласилась:

– Да, хорошо, подруга.

В гостиную вошла уже одетая и выспавшаяся леди Энея и удивленно посмотрела на женщин.

– Что с вами, леди? – спросила она.

– Какой мужчина… – прошептала Мила.

– Да, какой мужчина… – ответила ей леди Ирена и прикрыла глаза.

– Вы что, обе были с одним мужчиной? – еще сильнее удивилась леди Энея.

– Нет, я была со своим мужчиной, – ответила Мила. Она встала, потянулась и пошла, качая бедрами.

– А я со своим, – ответила Ирена и тоже ушла, полная неистраченной страсти и любви к жизни.

Глава 4

Горы Западного заречья. Замок царя. Царство заречных эхейцев

Ветер постепенно затихал, но мороз крепчал. Убежавший ветер унес с собой облака, и на небе засияли огоньки сверкающих звезд. В свете факелов снег искрился, словно драгоценный хрусталь.

Во дворе крепости, лишенные воли к сопротивлению, стояли на коленях дикари. Они потеряли часть своих жизненных сил и смиренно принимали свою судьбу. Артем оглядел их и щелчком пальцев зажег свет над головой. Зеленый огонек поднялся, разгорелся и ярко осветил двор.

– Встаньте с колен, – приказал Артем, и дикари не посмели ослушаться. – Я, Артем, князь Озерный и владыка Мертвого города, предлагаю вам стать моими воинами. За это вы получите жизнь, свободу и оружие из металла. Когда я закончу нашу военную кампанию, я отпущу вас на все четыре стороны. Вы будете богаче любого из глав Великих Домов. У каждого из вас будет стадо овец, лошади и много серебра. Кто хочет поклясться мне в верности, шаг вперед.

К удивлению Гравы, тридцать два дикаря шагнули вперед без замедления.

– Хорошо, – произнес удовлетворенно Артем. – Теперь принесите мне клятву верности, нарушив которую вы умрете. Кто не захочет принести клятву, станет рабом.

Он помолчал, давая дикарям время подумать, но они были покорны и готовы принять свою судьбу из его рук. Поэтому каждый стал повторять за ним слова клятвы:

– Я клянусь служить князю Артему, пока он не отпустит меня.

– Теперь ваш командир, атаман Грава, назначит десятников, и выделенные им воины принесут сюда раненых, я спрошу их тоже.

Грава действовал быстро и уверенно, выделил четверых воинов, чтобы они собрали лежащих в хлеву рядом с овцами раненых и принесли их к ногам князя. Когда их сложили на месте, где стояли и принимали присягу дикари, Артем задал тот же вопрос.

– Мы всё слышали, князь, – ответил за всех воин с окровавленной головой. – Я командир нашего отряда, сын вождя алуитов Аргумен. Мы все будем служить тебе, князь. Многие не могут говорить, но поверь мне, они согласны.

– Хорошо, я посмотрю, насколько твои слова, Аргумен, соответствуют действительности. Грава, прикажи раздать раненым эликсиры исцеления.

Он стал вынимать флакончики из своей сумки и передавать атаману.

– Грунь, – позвал атаман разведчика, – раздай эликсиры раненым.

Парнишка быстро забрал у него флаконы и стал помогать раненым. Вражды к ним он не испытывал, и это радовало Артема. Подошла Армидана. Артем тихо приказал ей:

– Иди на второй этаж, там спят Дионисия и ее новая служанка из рабынь, присмотри там, чтобы все было хорошо.

Армидана быстро направилась к крыльцу и зашла в башню.

– Мы готовы принести клятву, – нестройным хором произнесли пленные, которые начали исцеляться. И Артем снова произнес слова клятвы, которые повторили дикари.

– Занесите тех, кто не может ходить, в казарму, – приказал Артем, – убитых похороните по своим обычаям. Грава, организуй службу охранения, вышли разведку к реке, оттуда может прийти враг. Одного отправь на крышу и организуй службу стражников, но не так, как до этого они несли службу. Если кто будет отлынивать от исполнения обязанностей, пререкаться, просто скажи: «Ты нарушил клятву и достоин смерти. Иехиль, прими его душу», – и нерадивый воин умрет.

Это слышали все и прониклись страхом. Артем уже знал, что на каждого из дикарей легла печать дракона. И они боялись ослушаться, ибо смерть и жизнь теперь были в руках их князя.

Артем поднялся на второй этаж и увидел, что Свад развалился на кровати и сыто щурил хитроватые глазки.

Дионисия проснулась и вовсю утоляла свой голод. На ковре напротив нее сидели Армидана и Айгуль.

– Мой господин, – вскочила на колени бывшая рабыня, – этот маленький господин требует, чтобы я ему отдалась. Что прикажете?

– Прикажу плюнуть в него и забыть, – машинально ответил Артем.

Неожиданно сверху на подскочившего Свада упала большая сопля и обволокла его. Артем сильно удивился происшествию и, сдерживая смех, который рвался из него, спросил:

– Это что, колдовство?

– Это я так наказывала обидчиков, господин.

– М-да? Ты имеешь магические дарования, значит?

– Не знаю, мой господин, в нашей стране магия была под запретом.

– Даже так, – хмыкнул Артем, наблюдая, как Свад молча борется с липкой субстанцией. Потом приказал Армидане: – Возьми коротышку, Армидана, и пусть он помоется, блудник иноземный.

Свад молчал, так как сопли покрыли его лицо. Дионисия, выплюнув кусок мяса, хохотала и хваталась за живот. Артем сел рядом и тоже улыбнулся. Армидана схватила полотенце и укутала Свада, подняла и понесла вон.

– Это Айгуль, Дионисия, она будет тебе служить. Я позабочусь, чтобы она была тебе верна. Что ты умеешь, кроме того, что плеваться? – спросил Артем.

– Я вижу и различаю плетения, вот на госпоже амулет, кроме того, я могу их повторить.

– Вот как? – еще сильнее удивился Артем. – Ну-ка, повтори, я посмотрю.

Девушка стала руками прясть в воздухе и произнесла:

– Готово. И что дальше?

– А дальше… – Артем задумался, как активировать это заклятие. И спросил: – Сможешь его как-то активировать?

– Смогу, – она сжала кулак и растопырила пальцы. – Готово, – произнесла она.

Артем взял кусок курицы и бросил его в Айгуль, он не долетел до девушки и упал на пол. Айгуль подняла его, сдула соринки и положила на стол.

– Однако, – удивился Артем. – Это хорошо, Айгуль. Я подумаю, как тебя использовать, но, поверь мне, тебе будет хорошо.

Дионисия помрачнела и исподлобья посмотрела на Артема.

– Ты, князь, возьмешь ее наложницей? – прямо спросила она.

– Нет, конечно, – удивленно ответил Артем. – С чего ты это взяла? У меня есть ты и еще невеста дома, так что не думай, что я буду тащить в постель всех девушек и женщин, которых встречу.

Дионисия просветлела лицом. Артем поглядел на ее измазанное лицо и приказал:

– Айгуль, сходи вниз и передай мой приказ – пусть натаскают воды в кадушку и нагреют ее, госпоже нужно совершить омовение. – Айгуль вскочила и быстро выскочила из покоев. – Тебе нужна другая одежда, – сообщил Дионисии Артем. – Мы долго еще не появимся в замке, и ты будешь ходить в моей одежде, ее нужно укоротить.

Он стал доставать из сумки белье, штаны, рубаху, кожаный колет и короткий полушубок, отороченный мехом болотной крысы. Пришла Армидана и села на ковер. Артем кинул ей одежду:

– Армидана, подгони все это под Дионисию, я знаю, ты можешь. – Та схватила одежду в охапку и стала рассматривать.

– Тут работы на несколько дней, господин, – ответила она.

– Ничего страшного, мы никуда не торопимся. Иди, занимайся и забери эти вонючие шкуры, – он толкнул груду бараньего меха ногой.

– А куда их? – спросила Армидана.

– Да хоть себе возьми.

Девушка озарилась радостной улыбкой.

– Спасибо, господин, – ухватила все в охапку и выбежала. А сразу за ней пришел смеющийся Грава.

– Садись, атаман, поешь, – пригласил его Артем. – Как там дела?

– Отлично, князь, все слушаются беспрекословно, знатно вы их напугали. А вот коротышка рвет и мечет, кто-то его соплями облил. Сейчас снегом отирается и клянется каким-то богом синуса покарать колдунью. И страшно, и смешно.

– Ничего, это ему на руку будет, охальнику, – рассмеялся Артем. – Присядешь?

– Благодарю за приглашение, князь, оно мне очень приятно, но прошу прощения, я буду ужинать со своими людьми.

– Не стоит извинений, атаман, я считаю, что это правильное решение. Ступай к своим и позаботься, чтобы нам принесли бочку с горячей водой.

– Все уже в процессе, князь, спокойной ночи.

Грава покинул комнату.

– Айгуль, ты тоже можешь отдохнуть в соседней комнате, – приказала Дионисия, и когда девушка вышла, они с Артемом остались наедине. – Князь Артем, я выйду за тебя замуж, даже если Великие Дома будут против. Я люблю тебя и хочу, чтобы и ты полюбил меня.

Артем улыбнулся.

– Я тоже этого хочу, – ответил он. – Дионисия, расскажи мне о своем царстве. Что было раньше, что есть сейчас.

– Князь, я знаю о прошлом только по рассказам.

– Что знаешь, то и расскажи, – мягко, но настойчиво попросил Артем.

Дионисия подумала и начала свой рассказ о Заречном царстве, о прошлом, о котором она знала лишь понаслышке.

– Мы не вели записей, и все передавалось из уст в уста. Кто слышал и запоминал, тот передавал дальше. Мы пришли сюда, когда восстали мертвецы. Бежали из предгорий. Командир пограничной стражи увел за реку народ, и его избрали царем, потому что среди людей началось брожение. С помощью двенадцати влиятельных людей из народа он смог подчинить всех своей воле. Мы строили поселки и крепости по реке, но потом к нам пришли горцы с набегом, и царь дал им отпор.

– Как звали того царя? – спросил Артем.

– К сожалению, это не сохранилось в памяти, его убили его же воины. Но царем стал его сын Ремситол, и от его имени правили двенадцать родов. Когда Ремситол вырос, он казнил тех, кто убил его отца, и заставил Великие Дома силой признать его власть. Так он укрепил свое положение, имел много жен и правил долго. После его смерти не осталось сыновей – кто-то погиб в стычках с горцами, кто-то умер в младенчестве. Его старшая дочь вышла замуж за сына главы одного из Великих родов, Свиртаха. Совет глав родов избрал его царем. Тогда началась смута. Люди, жившие в горах, отказались признать Свиртаха настоящим царем и платить подати царю, и стали жить сами по себе. Военный поход против них не состоялся, к нам в это время пришли горцы. Они разорили жителей долин и убили царя, а многих мужчин увели в рабство.

Тогда собрался совет Великих родов, которые стали называть себя Великие Дома. Они нашли потомка Первого царя среди сыновей глав Великих Домов и избрали его царем. Он с помощью двенадцати Великих Домов совершил набег на горцев и забрал много добычи и рабов. Когда он вернулся, то сумел организовать засаду на погнавшихся за ним горцев, многих убил, а пойманных князей казнил.

Долго после этого народ долин жил спокойно. Жители наших гор не участвовали в борьбе с горцами. Они стали нападать на своих же, грабить поселки. Началась долгая война с горскими племенами, гибли мужчины с обеих сторон, и царство приходило в упадок. Последним царем, который мог дать отпор и горцам, и жителям наших гор, был мой дед. А мой отец все продал и спустил ради того, чтобы жить. Среди царей существовало правило: если наследник хотел царствовать, то убивал своего отца или родственника. Так мой отец убил деда, а отца убил его брат. Вот так мы и живем. Великие Дома пойдут за тем, кто будет сильным и богатым, и дадут возможность избегать набегов. Их дружины многочисленны, но в войнах они почти не принимают участия. Это их защита от власти царя. В войско для отражения набегов набирают простых людей, а дружины вместе с главами Домов и их семьями уходят в недоступные горы и пережидают набег там, потом спускаются и преследуют врагов, отбирая у них добычу.

– Сколько воинов у Великого Дома? – спросил Артем.

– От пятидесяти до сотни, все время по-разному.

– Всего, значит, от шестисот до тысячи двухсот дружинников, – подсчитал Артем. – И что, если прижать одного, они объединяются?

– Да, они понимают, что после придут за ними, и стараются отражать нападки на Дома все вместе.

– Понятно, – кивнул Артем.

В комнату вошли два воина с исходящим паром бочонком с водой, поставили его и молча вышли. Артем встал, чтобы уйти, но Дионисия его удержала:

– Не уходи, князь, я уже признала тебя мужем и больше никого не признаю. Я или умру, или буду с тобой.

Артем кивнул и сел на диван. Дионисия, немного смущаясь, разделась и подошла к бочке. Артем снял кожаный колет, засучил рукава и достал кусок пахучего мыла. Он поднял девушку и опустил в воду, затем из кувшина стал поливать ее и намыливать. Когда она совершила омовение, он помог ей выбраться и укутал простыней.

Дионисия села на диван и налила два бокала вина.

– Выпьем, князь, за первую брачную ночь, – произнесла она, глядя ему прямо в глаза, и выпила до дна.

Артем тоже выпил и разделся, помылся в той же воде, расплескав ее по каменному полу, и подошел к Дионисии.

– Будь со мной нежен, – прошептала она. – Я еще никем не тронута.

Ночью они крепко спали, прижимаясь друг к другу. Артем не мучился сомнениями, ему нравилась эта простая и честная девушка. Она стала его женщиной и женой, а что будет потом, он не думал. Сжимая ее в объятиях, он задремал, но во сне пришел старик и сел в ногах их кровати. Долго смотрел, осуждающе качая головой.

– Какой ты глупец, землянин, – проворчал он. – Вся эта земля лежит у твоих ног, самые красивые девушки готовы делить с тобой постель, а ты выбрал чухонку из бедной страны. Ты не человек, ты дракон, и сам же сожрешь ее в пылу гнева. Ты не сможешь управлять своим естеством дикой твари без моей помощи.

– Уходи, старик, – отмахнулся Артем. – Я человек и им останусь.

– Хе-хе, – скрипуче рассмеялся старик. – Я-то уйду, но за мной придет тот, кто покажет тебе твое место, самонадеянный недоумок.

Старик растворился в воздухе, а в голове Артема раздался трубный глас, словно мамонт или слон трубил в свой хобот. И тотчас налетел осьминог, подхватил Артема за голову и поволок его ввысь сквозь перекрытия потолка.

Артем осознал, что снова оказался в центре поединка, и это было не самое подходящее время. Он понял свою ошибку: ему следовало использовать «Боевой клич дракона», а вместо этого он поспешно выкрикнул «Предвестник», вызывая на бой соперника. Его услышали, и вызов был принят.

«Но не самый же сильный дракон, в самом деле», – подумал Артем.

И вот он уже стоит на камнях, окруженный морем или огромным озером. За спиной раздался скрежет, и Артем быстро обернулся, чтобы увидеть перед собой огромного краба. Тот смотрел на него с лютой ненавистью, а его клешни словно огромные щипцы сжимали валуны.

– Чего тебе надо, земноводное? – спросил Артем, удивляясь собственной глупости. Разве можно задавать вопросы дракону, который жаждет твоей крови? Артем стоял и думал, как ему быть. Краб был в два раза больше него и мог легко перекусить его пополам своей клешней. Но это было лишь полбеды. Какие магические умения скрываются за этим огромным панцирем?

Краб не приближался, он чего-то ждал. Затем он начал отбивать ритм, стуча клешнями друг о друга.

– Ты что, решил заставить меня танцевать? – спросил Артем, сделав несколько движений лезгинки, чем сбил ритм краба. Тот отмахнулся клешнями и снова начал отбивать ритм. – Не нравится, – произнес Артем и вновь начал танцевать лезгинку, напевая: «Орайда Райда».

Краб снова сбился с ритма и грозно застучал клешнями о камни.

– Что, хочешь, чтобы я не танцевал? Тогда давай разойдемся миром, – предложил Артем.

Краб возмущенно уперся клешнями в камни, поднял один из них и запустил в Артема. Бросок был сильным, но не точным.

– Хватит камнями бросаться, – возмутился Артем. – Давай по-честному на кулачках… Хотя у тебя кулачков нет, только клешни. – И, решив до конца разозлить краба, он начал приплясывать свою лезгинку, подпевая себе в такт: «Орайда Райда».

Краб бил клешнями по камням, стучал ими друг о друга, но, видимо, не мог поддерживать свой ритм. Когда он пытался это сделать, то сбивался и стучал в такт словам и движениям Артема, как будто невидимый барабанщик выбивал ритм, предоставленный Артемом. Артем понимал, что от ритма краба-переростка ничего хорошего ждать не приходится.

Так продолжалось довольно долго, и Артем наконец увидел, что краб при попытках выбить нужный ему ритм терял часть своей магической энергии и слабел. В один момент краб рванулся к Артему, да так быстро, что тот скорее от страха, чем от скорости реакции и обдуманности своих действий, издал «Боевой клич дракона». Краб замер в шаге от Артема, а тот, еще пуще испугавшись налитых кровью глаз, сверливших его, и больших клешней, обхвативших валуны по бокам от него, применил новое умение «Ярость дракона», в которое вложил всю свою силу. Страх – могучая сила, и он может как погубить, так и спасти. От вспышки Артем почти ослеп. А голова краба и его клешни отлетели в сторону.

Еще плохо различая все вокруг, Артем прыгнул к крабу и схватил его улетающую душу, поглотил ее и моментально подрос. Он стоял у огромного безжизненного тела несостоявшегося дракона, и его чувства разрывала страсть протрубить о победе на всю вселенную. Вместо этого он заорал во все горло: «Орайда Райда» и принялся танцевать лезгинку.

– Да чтоб ты сдох, тупица ненормальный, – прозвучал рассерженный голос у него в голове.

– Спи, старик, – радостно и беззлобно ответил Артем. Он вместе с душой противника впитал два новых умения.

«Пила резонатора» – для этого ему нужно пять секунд отбивать любой ритм, и тогда его энергия будет действовать как резак, разрезая любую материю. И второе умение – «Усиленный боевой клич дракона».

Почему краб тратил силы на резак, а не применил клич, Артем не знал, но догадывался, что тому было проще запустить в Артема резак и покончить с ним одним ударом, чем тратить силы на разные умения. Краб спешил и проиграл…

В глазах Артема все помутнело, он оказался в темноте и открыл глаза. Была еще ночь, и он обнимал спящую Дионисию, а этажом ниже раздавались возмущенные возгласы.

– Кто это сделал?! Кто нагадил мне в сапоги?! – истошно вопил знакомый голос Груня. Артем узнал его и не смог сдержать смех.

– Как будто ты не знаешь, кто это сделал, – сказал он, все еще смеясь.

– И кто же? – спросила проснувшаяся Дионисия.

– Свад, проказник, – ответил Артем. – Ему Грунь подсунул рваную веревку, когда он лез тебя спасать. Свад упал в сугроб и решил отомстить. Один посмеялся над другим, а другой ответил ему по-своему.

– И правильно сделал, – тихо прошептала она, обнимая Артема. – Свадик хороший.

Она начала ласкаться, и Артем окончательно проснулся от нежных, игривых прикосновений и ответил на ее ласки.

* * *

Высокие планы бытия

Арингил пребывал в одиночестве и наблюдал за Артамом. Тот неожиданно проявил себя настолько непредсказуемо, что Арингил задумался над тем, что кто-то еще вмешивается в его жизнь со стороны, и этот кто-то – не дракон, а сущность более могущественная, и она просто смеется над всеми ними.

После того как Артам обручился с гремлункой, он оказался отдален от Арингила, и еще более странно было то, что Иль – хранитель изгоев и отверженных – потерял над ним часть власти. Кто же это такой, что играет судьбами? Теперь Арингил не является судьбой Артама, а Агнесса исчезла. Но перед Арингилом стала разворачиваться картина, которую он ранее постигнуть не мог. Боги, которых пробудил Артем, тоже отдалились от Артама, и не по своей воле. Их просто отодвинули на шаг в сторону, и во что это выльется, Арингил представить не мог. Он повздыхал и стал наблюдать за Артемом. Его подопечный получил силу Высшего, и часть его природы, часть жизненного пути Артема была скрыта от Арингила. Он как бы теперь был сам по себе, и такое положение Арингил видел впервые. Он не знал, что ему делать. И кто он теперь во всей этой непостижимой картине мира, ангел судьбы или сторонний наблюдатель? Кто подскажет и направит ангела? Агнесса сбежала, и не с кем обсудить ситуацию… Начальства в лице архангела тоже нет. Ему предстояло принимать самостоятельные решения, а он понял, что делать этого не умел. Что делать? Как быть?..

«Осталось задать вопрос, кто виноват, – подумал Арингил, – и он повторит излюбленный вопрос, который задают русские, когда попадают в трудную ситуацию…»

Товарищ Сталин в свое время ответил на этот вопрос с чисто грузинской философией: «У каждой проблемы есть имя, фамилия и должность». Выходит, виноват он, Арингил. Он недосмотрел за Артемом, в сумятице засунул его в тело Артама и тоже остался здесь. А здесь у него непрестанно идут схватки с тифлингами. Правда, с недавних пор атаки прекратились. На его полянку пытались запрыгнуть тифлинги, но, увидев башню и меч в руках Арингила, тут же удрали и больше не появлялись.

Арингилу нужна была опора в собственных суждениях, чтобы разобраться в том, что произошло. Оба человека стали как бы сами по себе, и если Арингил не мог узнать будущее Артема и повлиять на него, то скорее всего и Агнесса уже не была властна над жизнью Артама. Может, она это поняла и просто бросила своего подопечного?..

– Зятек, – раздался голос, который вывел его из задумчивости, – спустись, нам нужно поговорить.

Арингил взглянул вниз и увидел в беседке бабку Агнессы. Он спустился и сел напротив женщины, облаченной в черное облегающее платье.

– Ты знаешь, где Агнесса? – спросила она.

– Нет, – ответил Арингил, – полагаю, что, как обычно, она бросила все свои дела и ушла искать нового жениха.

– Ты строг, Арингил, – спокойно произнесла женщина, – и даже в чем-то прав в своих суждениях, но ты должен понимать, что мы стали такими, потому что нас развратил дракон. Мы были, как и ты, в белом, но чем дольше Дракон правит этим миром, тем сильнее мы меняемся. Я бы хотела, чтобы у моей внучки было другое будущее, и ты даровал ей такую надежду. Неужели ты ее не простишь за проявленную слабость? Она не в силах противостоять Дракону, а ты силен.

– Чего вы от меня хотите? – прямо спросил Арингил.

– Я хочу, чтобы ты спас мою внучку. Она упала глубоко вниз и находится в «Помойной яме», долго там не протянет.

– А что я могу для нее сделать? Спуститься туда?

– Да, я дала ей время продержаться и стать голосом Иля, это поможет ей какое-то время отбиваться от тех, кто там живет, но после того как Артам стал мужем гремлунки, Иль не имеет власти прикрывать ее, а Дракон уже не может держать ее внизу. Помоги ей, Арингил, вытащи ее из ямы, куда она попала по своей глупости. Сама она не выберется.

Арингил молча смотрел на женщину и думал, что она более добра, чем он. Кто дал ему право судить других? Даже архангел Гавриил не выносил сатане суд, а просто сказал: «Да запретит тебе Господь». А кто он, чтобы осуждать Агнессу? Простой служивый ангел. И разве это одобрит Гавриил, если он бросит невесту на поругание? Разве прощение не одна из самых главных добродетелей, которые ангелы ждут от людей?..

Его молчание бабка Агнессы приняла за отказ и встала.

– Прости, Арингил, что тебя потревожила.

Арингил вышел из задумчивости.

– Я помогу ей, сделаю все, что в моих силах. Скажите, где она и как туда попасть? И главное, как оттуда выбраться?

– Я проведу тебя, Арингил, – встрепенулась женщина, – пошли сейчас же.

Арингил встал, женщина взяла его за руку, и они прыгнули вниз. Они три раза спускались все ниже, и становилось все темнее.

– Вот она, «Помойка», куда попадают падшие тифлинги, нарушившие условия службы Дракону.

– И кто там? – заглядывая в глубокую яму, откуда шел неприятный запах гнили, спросил Арингил.

– Революционеры, – усмехнулась бабка. – Те, кто захотел противиться Дракону, но не справился с искушением и предал дело, которому служил. Это отстойник для тех, кто что-то значил в своей жизни наверху. Мы спустимся, и ты поможешь мне выбраться, а потом, когда найдешь Агнессу, я помогу тебе выбраться. Я проведу тебя до места, где ее оставила.

Арингил кивнул.

– Пошли? – спросил он.

– Да, пошли, Арингил.

* * *

В голове Дракона, могущественного хранителя мира без названия прозвенел тревожный колокольчик. Дракон специально не давал имя своей вселенной, чтобы скрыть ее от других драконов. Он правил здесь уже тысячу лет, но до сих пор не мог полностью подчинить себе этот мир.

Он даже привлекал демонов для служения, изменял расу тифлингов, создавал общество жестоких и беспринципных людей, насаждал свою религию, но все равно не имел полного контроля над миром. Он понимал, что для этого потребуются тысячелетия, но этих тысячелетий у него не было.

И вот теперь появилась новая неясная тревога: в его мире появился новорожденный дракон, который скрывался от его взора. Этого соперника нужно обязательно найти и уничтожить, но не своими руками, – вот о чем думал могущественный хранитель.

Он призвал владыку демонов Баала. Колченогий демон явился быстро, сел напротив Дракона и показал свои копыта.

– Что надо, хранитель? – грубо спросил он.

– Мне нужно, чтобы ты нашел дракона, который появился в этом мире, – ответил Дракон.

– Я такими мелочами не занимаюсь, – рявкнул демон. – Обращайся к князю ада, демону нечистоты Крезилу.

– Я дам тебе много душ, Баал…

– Не смеши меня, Дракон, души умерших принадлежат восставшей из небытия богине смерти Иехиль. Я не могу преступить закон Создателя, и ты тоже.

– Я отдам тебе десять душ церковников, – предложил Дракон.

– Это я возьму как плату за вызов, Дракон. Прощай, не беспокой меня, я пойду к себе. – Он увидел где-то на краю королевства десять проклятых душ инквизиторов, растерзанных мертвяком, схватил их своей лапой и исчез.

– Скотина рогатая, – выругался Дракон. – Ладно, обращусь к Крезилу.

В его покоях резко завоняло, и рядом появилась бочка с нечистотами. Из нее показалась измазанная голова небольшого демона.

– Фу, как отвратительно пахнет, – произнес демон и огляделся. – Цветы? Гадость какая… Тебе чего надо, Дракон?

– Мне надо, князь, чтобы ты нашел наглого дракона, что тут появился. Соврати его!

– Дракон? Это хорошо, – оскалился демон, – какая плата будет мне за это?

– Ты получишь душу этого дракона.

– Нет, она и так будет моей. Я хочу сотню душ, чтобы совратить их. Отдай мне столицу королевства Ривангана. Я сам выберу себе жертвы.

– Хорошо, князь, – недовольно кивнул Дракон. – Не трогай мою церковь и короля, и не больше сотни простолюдинов.

– Отдай мне парочку аристократов, Дракон, и считай, что мы договорились.

– Забирай, – отмахнулся Дракон, и демон погрузился в бочку.

Бочка исчезла, оставив за собой шлейф вони. Дракон брезгливо сморщился и помахал лапой, разгоняя неприятный запах.

– С кем приходится иметь дело, – проворчал он.

* * *

Ремгол с трудом дотащил старуху до Черной пади, где уже расположился большой гарнизон наемников. Они выставили разъезды, чтобы не допустить прорыва дикарей. Для присмотра за наемниками в заброшенном поселке жили десять инквизиторов.

По приказу старухи, Ремгол не стал заходить в сожженный острог, а свернул с реки в лес, где когда-то прятался в поисках мага-некроманта Артама. Преодолевая высокие сугробы, он вышел со стороны оврага и, прячась от малочисленных патрулей, по крутой дуге направился к ореховой роще. Там он остановился и снял старуху с плеч.

Всю дорогу за ними следовал ширд – хищный зверь, мертвяк, посланный Артемом. У самой Черной пади его нагнала пантера Лариска. Они обменялись взглядами и на время расстались. Лариска ускакала в рощу, а ширд продолжил преследование. Он прятался в сугробах и не подходил близко, когда слышал разговоры людей. Приказ был четок: как только оба человека пройдут поселок, убить их. И он ждал. Ни холод, ни голод ему были не страшны. По дороге он ловил лисиц и волков, а однажды даже застал медведя в берлоге и надолго утолил свой голод.

Когда эти двое остановились, прячась в припорошенных снегом кустах, за их спинами появилась пантера. Ширд уже подкрался вплотную. Замерзшие люди не видели их, а когда заметили, было уже поздно. Зубы пантеры сомкнулись на шее старухи, и она захрипела, забилась, засучила ногами. Ремгол стал пятиться, но недолго. Сзади на него налетел ширд и сбил его в сугроб, придавил лапами и перегрыз горло. Отхватив огромный кусок мяса, он стал жадно пить бьющую из тела алую кровь. Затем, скосив взгляд на пантеру, он заметил, что она изменилась. Быстро отскочив, он скрылся среди деревьев, а пантера встрепенулась и стала оглядываться. Старуха и мужчина лежали без движения.

У Лариски было много пищи, но не голод мучил ее, а желание поглощать души. Со смертью старухи демон в страхе остаться без носителя поменял тело и теперь бился в холодной клетке мертвой пантеры. Он не сразу понял, куда попал, а когда осознал, было уже поздно.

Лариска презрительно фыркнула, глядя вслед ширду. Мертвый пес ее не интересовал. Она жаждала теплой плоти и, главное, сладких душ смертных. Пантера легла и стала ждать.

С наступлением ночи она увидела патруль из трех всадников на лошадях. Они, беспечно переговариваясь, проверяли дорогу через рощу. Пантера замерла, а когда всадники поравнялись с ней, прыгнула на ближайшего всадника. Ее движения были стремительными. Она сбила его с коня и разорвала ему глотку. Второго стащила за ногу. Третий сам упал, когда вздыбился его конь, и пантера наступила ему на грудь лапами. Ее глаза безжалостно уставились в лицо испуганного воина, проникая глубоко ему в сознание, подавляя волю и вытесняя его желания. И разум воина помутнел, он раскрыл свой разум демону. Демон рванулся из мертвой плоти в тело воина, но все было тщетно. Костяная клетка не отпускала его. Он взвыл и в ярости разорвал грудь воина.

Поглотив три души, демон немного успокоился. Он погнал пантеру к жилищам людей. Часовые сидели у костров, переговаривались и не обращали внимания на то, что происходило вокруг. Пантера проползла мимо них. Ее манил одуряющий аромат других душ, сильных и вкусных. Демон направлялся к единственному целому дому в деревне. И там, в тепле, спали те, кто был ему нужен. Пантера обошла дом. Он был закрыт, но из трубы валил дым. Топилась печь. Не раздумывая, демон послал пантеру туда. Она запрыгнула на крышу и нырнула в трубу. Огонь опалил ее тело, но пантера не знала, что такое боль. Она разворошила горящие поленья и, чадя горящей плотью и вонью мертвечины, выскочила из очага. Молча прыгнула на проснувшегося служку, разорвала ему горло и ринулась дальше…