Внимание! Содержит сцены распития спиртных напитков. Чрезмерное употребление алкоголя вредит вашему здоровью.
* * *
Глава 1
– Жень, зачем тебе эта посредственность? – услышала я насмешливый голос из открытого окна. – Она глупа как пробка! С лица кикимора кикиморой! Нацепит свои джинсы с футболкой и чешет по Москве, как плебейка!
– Она плебейка и есть, – лениво бросил мой благоверный. – Глупая курица, только и делает, что думает о своем мелком цыпленке. Как же она мне надоела!
– Не верю!
– Да она достала меня! «Женечка, ужин готов! Все, как ты любишь». «Жень, чистая рубашка готова. Я все погладила», – язвительно перековеркал мой голос Евгений. – Ненавижу эту домовитую курицу.
От услышанного мне стало не по себе.
На душе стало мерзко.
Неужели Евгений действительно так думает обо мне?
Да еще и Маришку цыпленком обозвал.
Ладно, меня муж не любит, но при чем здесь наша дочь?
Он же постоянно твердит, что мы лучшая в мире семья.
Получается, Женя врет?
Неужели ему со мной плохо?
Ему не нравилось, как я заботилась о нем?
Какая я дура!
Каждый вечер готовила ему вкусный ужин! Наглаживала его рубашки!
Чем я заслужила такое отношение?
Как он может называть Маришку мелким цыпленком?
Она – наше сокровище!
Дочка – самый лучший подарок в моей жизни!
Неужели Евгений ее совсем не любит?
– Почему ты не бросишь жену? – опять заговорила женщина.
– Я полностью зависим от нее, – недовольно выдал муж. – Благодаря Дашке у меня есть хорошая должность в ЗапСибМете. Она – близкая подруга сестры Белова.
Я застыла в изумлении.
Я не верила своим ушам.
Неужели Борисов со мной только из-за тепленького местечка в холдинге?
Заливистый женский смех прервал мои мысли.
– Какой же ты везунчик, Евгеша! Ты забыл, что я жена Белова? – вновь услышала я самодовольный голос. – Думаешь, я не смогу обеспечить тебе повышение? Да запросто. Серега у меня с рук ест. Верит каждому слову.
Я отказывалась верить в происходящее.
Этого просто не может быть!
Снежана Белова и мой муж?!
Что они делают в дачном доме его родителей? И где Виктория Павловна? Она сама просила привезти ей сегодня саженец. А ее, видимо, нет на даче.
Тогда зачем она просила меня приехать именно сегодня?
Странно это…
Я заглянула в раскрытое окно и повторно застыла в шоке. На расправленном диване лежали совершенно голый мой супруг и поразительно знакомая девица.
Я смотрела и не верила своим глазам.
Неужели они голые в шахматы играли?
Бред!
Этого не может быть!
Женька точно – идиот, нашел с кем крутить шашни. С женой Сергея Белова!
И что теперь будет?
– Ну что решил, любимый? Бросаешь твою плебейку? – опять ударила меня словами Снежана. – Хочу, чтобы ты был только мой!
– Но, Снежа… – протянул Борисов, обхватывая рукой грудь любовницы. – Не глупи, я и так принадлежу только лишь тебе. У нас с Дашкой уже давно ничего не было.
– Вот и разведись с ней, – настаивала вертихвостка. – Не хочу, чтобы в твоей жизни присутствовали другие женщины.
Снежана перевернулась, оседлав моего пока еще моего мужа, и потянулась к его губам.
Я обессиленно присела и прикрыла глаза, чтобы не видеть картину измены. Перед глазами стоял образ сплетенной в страсти парочки.
– Люблю тебя, – донеслось из открытого окна.
Правда сильно ударила по мне.
В сердце образовалась огромная дыра.
Ничего. Я выдержу.
Я сама подам на развод. Заберу дочку и уеду.
Я на автопилоте дошла до машины, села в нее и добралась до Москвы. На мою удачу, все прошло благополучно, аварии миновали меня. Или я аварии…
Чисто автоматически я доехала до офиса. Поднялась на президентский этаж, дошла до кабинета генерального. Меня кто-то встречал, здоровался, что-то говорил. Но я ничего и никого не видела. Меня попыталась остановить секретарша Сергея, но я просто прошла мимо нее и вошла в кабинет Белова.
Генеральный директор и владелец Западно-Сибирского металлургического холдинга спокойно работал за своим столом и не сразу заметил мое вторжение.
Наконец он поднял взгляд и удивленно посмотрел на меня.
– Даша? – произнес Сергей. – Выглядишь неважно.
Я стояла и не знала, что сказать. Разве я могла раскрыть Белову ту мерзкую тайну? Он же любит Снежану.
Любит ее, а не…
Нет!
Я не должна даже думать об этом.
Белов – мой непогрешимый идеал. Мужчина моей мечты, который никогда не станет моим.
Мой удел – врун и обманщик Женька, за которого я вышла замуж, чтобы забыть другого.
Но разве это возможно?
– Дарья Васильевна, может быть, вы что-нибудь уже скажете? – донесся до меня озабоченный голос генерального.
Я растерянно посмотрела в темные глаза начальника.
Нельзя быть таким притягательным!
Нельзя!
Это оружие массового поражения, а не мужчина!
– Даша, хватит молчать. Если ты сейчас мне все не расскажешь, я позвоню Лиде. Пусть она сама разбирается со своей неадекватной лучшей подругой, – пригрозил Белов.
– Запрещенный прием, – покачала я головой.
От легкого движения у меня в голове все смешалось. Я покачнулась и начала падать. Встречу с полом остановили сильные руки.
– Хватит, Ёлочка. Я вызываю врача, – категорично выдал Сергей и подхватил меня на руки, бережно прижимая к себе.
– Какого врача? – встрепенулась я. – Не хочу врачей.
– Даш, тебе уже не десять лет, чтобы докторов бояться, – рассмеялся Белов, по-доброму подтрунивая надо мной.
– Не десять, – согласилась я, удобнее обхватывая шею мужчины.
Так бы и сидела у него на руках.
– Слушай, Ёлочка, мне, конечно, не тяжело, даже приятно обнимать такую красотку, как ты. Но, может быть, ты все же расскажешь, зачем прибежала ко мне? – серьезно произнес Сергей, глядя мне в глаза.
– Не называй меня так, – по-детски выдала я.
– Но ты же Ёлкина, значит – Ёлочка, – как в детстве, убеждал меня Белов.
– Мне уже далеко не десять, – покачала я головой.
«И я давно уже не Ёлкина», – добавила я мысленно.
– Я это понимаю. К тому же держать на руках обворожительную женщину намного приятнее, нежели ребенка.
– Ты старше меня всего на шесть лет, – с наигранной обидой выпалила я. – А говоришь, как умудренный опытом старик.
– Может, я и чувствую себя стариком, – глухо признался мужчина и поставил меня на ноги.
Кажется, прошла минутка воспоминаний о детстве. А жаль…
– Последний шанс все рассказать, Дарья Васильевна, – уже серьезно произнес генеральный, пристально глядя на меня.
Я мотнула головой. Не хочу говорить об измене мужа. Это зацепит вопрос, с кем я застала Евгения. А говорить о Снежане я не хотела. Зачем делать больно хорошему человеку.
– Я, пожалуй, пойду, – прошептала я, отступая к двери.
– Стоять, – резко приказал начальник.
– Вы что-то хотели, Сергей Данилович? – с милой улыбкой спросила я.
– Как с тобой непросто, Ёлкина, – отрывисто произнес Белов.
– Борисова, – напомнила я.
– Да гори он синим пламенем, твой Борисов! – резко воскликнул Сергей.
Глава 2
Я даже подскочила на месте от его окрика.
– И зачем ты мне его навязала? – недовольно спросил большой босс.
– Так не брал бы, если бы не хотел, – пожала я плечами.
– А если я уволю твоего Женьку? Заступаться за него будешь?
– Нет, – спокойно ответила я.
– Как интересно, – протянул генеральный, не отрывая от меня сканирующего взгляда. – И давно ты не против увольнения своего благоверного?
– Примерно половину дня, – еле слышно сказала я.
– Значит, что-то произошло? Поэтому ты по привычке примчалась ко мне? В десять лет я тебе коленки зеленкой мазал, а сейчас мужа неверного буду увольнять?
– Решать тебе, большой босс, – с тяжелым вздохом сказала я.
– Решать мне, – согласился Сергей.
– Я пойду, – отступила я еще на пару шагов.
– Иди… Да. Я тебе на почту скинул текст. Его нужно перевести в кратчайшие сроки. Желательно сегодня. Сможешь? – спросил начальник.
– Конечно, – кивнула я. – Сейчас приеду домой и все сделаю.
– Замечательно. Тогда иди. И жди звонка Лиды, – бросил он мне в спину.
– Ждать звонка Лиды? – переспросила я, застыв в дверях.
– Не могу же я тебя оставить без поддержки, – тихо сказал Белов. – Встретитесь, перемоете нам, мужикам, косточки, расскажешь все подруге. И тебе легче станет, Ёлочка.
– Серёж… – протянула я.
– Да, малышка?
– Спасибо тебе, – прошептала я и вылетела из кабинета генерального.
В приемной меня встретила недовольная секретарша Белова.
– Дарья Васильевна, так нельзя делать. А если бы Сергей Данилович был занят с кем-то? – начала она отчитывать меня.
– Я в тот момент ничего не соображала. Мне плохо было. Дурочка я. Понимаю все. И зачем понеслась к Белову? – тяжело вздохнула я.
– По холдингу и так ходят слухи, что ты его любовница. Я устала опровергать их. А ты подливаешь масло в огонь.
– Любовница? – ошарашенно переспросила я. – Но это же не так.
– Так, не так – никто не знает.
– Да Сережа просто мой самый лучший друг!
– Говорят, от друга к любовнику всего один шаг, – задумчиво проговорила пожилая женщина.
– Но это же неправда! – гневно выпалила я.
– Я свечку не держала. Точно ничего не скажу. А ты просто знай, Даша. Слухи ходят. И они могут дойти до твоего мужа.
– Глупости все это, – фыркнула я.
– Думай сама. Как бы потом не пришлось выбирать между другом и мужем, – назидательно произнесла секретарша.
– Да мне уже… – начала я, но оборвала себя на полуфразе.
Ни к чему чужим знать, что мужа, по сути, у меня уже и нет.
Обидно, конечно.
Но, может, оно и к лучшему? Не получилась из меня жена. Наверное, не мое это…
Прежде чем выйти из здания, я зашла в дамскую комнату. Умылась и внимательно осмотрела свое отражение.
Да, пора менять стиль одежды. Футболки и джинсы меня больше не прельщали.
Лишь сейчас я поняла, что они делали из меня простушку.
«Кикимора», – всплыло в голове обидное прозвище, которым меня наградила Снежана.
Ну да, я не стильная светская львица. Обычная молодая женщина. Немного худая…
Да кому я вру?
В последнее время я резко похудела. Остались только кости да кожа.
Женька превратил мою жизнь в сплошную нервотрепку. То ему то не так, то это не так. То суп пересолен, то недосолен, то мясо подгорелое, то почему оно с кровью?
Казалось, он только и делал, что придирался. А я упорно закрывала на это глаза.
На его постоянное раздражение, недовольные взгляды и долгие переписки в телефоне.
Я боялась остаться одна с ребенком на руках. Мне попросту некуда было пойти.
Родители, наверное, могли бы принять нас с Маришкой. Но не больше, чем на пару дней. Мать боготворила зятя, твердила, как повезло ее глупой дочери заполучить такого видного парня.
Мне даже казалось, что это Женька – сын Ёлкиных, а не я. По сути, свекровь ко мне относилась лучше, нежели родная мать.
Так. Свекровь. А где же она была сегодня днем? На даче ее точно не было. Сама просила меня привезти ей саженец яблони.
Или это была спланированная акция с ее стороны?
Получается, Виктория Павловна хотела поставить меня в известность о том, что ее сын изменяет мне?
Но зачем она это сделала?
В раздумьях я доехала до детского сада и забрала Маришку. Маленький ураган сразу же сбил меня с ног своей неудержимой энергией.
– Мамочка, сегодня в садике было столько интересного! Мы рисовали зайчиков, учили буквы и играли. На обед были суп с курицей и пюре с котлетой. Очень вкусно. А после сна мы пошли гулять, – на одном дыхании выдала малышка.
Ее энтузиазм заставил меня улыбнуться. Я хоть ненадолго забыла о своих проблемах.
Дома я приготовила ужин, накормила Марину, немного поела сама.
Женьки так и не было. Да я и не ждала его. Обида все равно сидела в сердце.
Над переводом я просидела до девяти, затем уложила дочку спать и села в гостиной обдумать случившееся сегодня.
Факт измены неприятно ударил по мне. Я, конечно, понимала, что Евгений не любит меня, но и я не любила его. У нас общая дочь и, как я думала, какая-никакая семья.
Но все оказалось иначе.
Обидно было слышать слова, которыми меня наградили. Согласна, пора больше времени уделять себе. Купить новую одежду. Хотелось бы в спортзал походить. Но на все нужно время, которого мне катастрофически не хватало.
Обиднее всего мне показались слова Евгения. Значит, я – «домовитая курица»?
Хорошо. Значит, с сегодняшнего дня ты, дорогой, будешь сам заботиться о своих рубашках, брюках и джинсах. Ужин сам себе будешь готовить. Или заказывать где-то. Мне все равно!
Уйду от него и подам на развод!
Только куда мне податься?
Я тяжело вздохнула.
Гнетущую обстановку разрушил звонок телефона.
Я посмотрела на дисплей смартфона и еще больше расстроилась. Звонила мама. И ничего хорошего от ее звонка ждать не следовало.
– Привет, мам, – сказала я, отвечая на звонок.
– Здравствуй, дочь. Как у вас дела? – дежурно спросила она.
– Не очень хорошо, – призналась я.
– Надеюсь, Маришка не болеет?
– Нет. Дочка здорова. Уже спит.
– Тогда в чем дело? Почему у тебя такой потухший голос?
– Я сегодня застала Женю с другой, – начала я, но меня тут же остановили:
– Как ты могла допустить такое? – гневно спросила мать.
– Я-то тут при чем? – удивленно произнесла я.
– Как это при чем. За атмосферу в доме отвечает жена. Если муж пошел налево, значит, жена не дала ему ласки в полной мере. Я тебе сколько раз говорила: от хороших жен не гуляют! Как так можно было допустить подобное?
– Мама, ты тут совсем не права, – попыталась я сопротивляться, но куда там.
– Ты плохая жена, Даша. Плохая.
– Пусть я плохая жена. Но что мне сейчас делать?
– Спасать семью, – категорично выдала родительница. – Приготовь вкусный ужин, надень белье пооткровеннее и встречай мужа во всеоружии. Заставь Евгения забыть ту другую, докажи, что ты лучше ее, – убеждала она меня.
– А если я этого не хочу? – тихо спросила я.
– Что значит, не хочешь? – удивленно выдохнула мать.
– Ты прекрасно знаешь, я никогда не любила Борисова. Думала, что смогу с ним жить. Но… Не получается у меня…
– Что это ты надумала? – недовольно поинтересовалась мама.
– Хочу уйти от Женьки и подать на развод.
– С ума сошла? – гневно переспросила она. – Не смей даже думать об этом! Не любит она?! Ну и не люби. Тебе такой парень видный достался, из хорошей семьи. Квартира своя есть, зарабатывает немало. Где ты такого найдешь?
– Но, мама…
– Не «мамкай» мне. Выбрось дурь из головы. На развод она подаст, – не успокаивалась родительница. – А ты подумала, куда пойдешь? Да не одна, а с ребенком. Или ты рассчитывала переехать к нам с отцом? Но этого не будет. Мы уже пожилые, нам покой нужен. А какой покой с твоей непоседливой дочерью? Так что никаких разводов и уходов от мужа. Делай все, чтобы помириться с Евгением! Ты поняла меня? – гневно спросила она.
– Поняла, мама, – пришлось мне сказать, иначе бы она от меня не отстала.
Я тяжело вздохнула.
Как и думала, мама не поможет мне в сложной ситуации. Для нее всегда на первом месте ее интересы, никак не мои или единственной внучки. И папа привык поддакивать ей.
Нет места нам в их трехкомнатной квартире.
Обидно, но ожидаемо.
Что же мне делать?
Может быть, позвонить Лиде? Хотя бы совета спросить у подруги.
Я бросила взгляд на часы – уже двенадцатый час. Поздно звонить. Лучше завтра наберу Лиду, зачем тревожить ее.
Я так и сидела в кресле, размышляя о своей жизни.
Борисов явился ближе к двенадцати.
Муж открыл дверь своими ключами и тихо прошел в гостиную.
– Марина спит? – спросил он вместо приветствия.
– Спит, – ответила я.
– Это хорошо, – сказал он, прошел на кухню, достал бутылку минералки и начал жадно пить воду.
Любил он холодную минералку. Причем пить ее он предпочитал прямо из горлышка, не утруждая себя стаканами.
Я продолжала сидеть в гостиной, спокойно наблюдая за мужем, который возится в кухне.
– А что у нас на ужин? – раздался вопрос из кухни.
– Можешь разогреть макароны с котлетами. Или, если хочешь, еще гречка осталась, – предложила я, не вставая с места.
– А для меня сложно было что-то приготовить? Ты же знаешь, я не люблю котлеты, – недовольно заявил Борисов, возникая в проеме кухни.
– Не нравится – готовь сам, – отбрила я.
– Что? – удивленно посмотрел на меня мужчина.
– Я говорю, не нравится, готовь себе сам, – повторила я. – Только сначала тебе нужно сходить в магазин и купить мяса.
– А ты не могла сама его купить и пожарить?
– Не могла, – равнодушно ответила я.
– Почему?
– Потому что у меня нет лишних денег. Покупать продукты для тебя я не могу. Мне нужно кормить и одевать дочь.
– Дарья, – начал что-то говорить Евгений, но я не дала ему такой возможности.
– Коммуналку я плачу, а это немаленькая сумма. Ты бы хоть один раз выделил денег на общие нужды. Почему мои деньги мы тратим всей семьей, а твои ты сам транжиришь? – произнесла я то, что давно вертелось на языке. И почему я раньше боялась это высказать?
– Как ты заговорила. И чего такая смелая стала? Раньше слова лишнего боялась сказать, а сейчас какие-то глупые претензии выставляешь, – проговорил Борисов, сканируя меня взглядом. – Что-то изменилось?
– Может быть, и так, – сказала я уклончиво.
– А поточнее, – с вызовом проговорил муж.
– Где ты был сегодня? – вместо ответа спросила я.
– На работе, – как обычно, солгал он.
– До двенадцати ночи?
– Пришлось задержаться.
– Тебя сегодня не было в холдинге, – произнесла я, вглядываясь в глаза мужа.
– Следишь за мной? – с вызовом спросил Борисов.
Еще пару часов назад я хотела высказать мужу все, что я о нем думаю, а сейчас сдулась, как воздушный шарик.
Что мне делать? Неужели мне так и придется изображать из себя покладистую дурочку?
Как я устала от этого…
– Так что ты замолчала? Решила пойти на попятную? Опять залезла в свою скорлупу? Как мне все надоело! Да и ты мне надоела больше горькой редьки! – гневно выпалил Борисов, развернулся и вылетел из квартиры.
Глава 3
Это куда он? Проветриться решил?
Я с удивлением смотрела на закрытую дверь квартиры.
И что мне ждать от Борисова? Что это был за странный выпад? Или его Снежана плохо удовлетворила? Мне стоит пожалеть дорогого мужа?
От этой мысли я улыбнулась, наверное, впервые за последние часы.
Обида на мужа отступила на второй план, сейчас меня больше волновал вопрос: что мне делать дальше? Одно я понимала точно: как раньше оно уже не будет.
Я просто не смогу.
Не смогу воспринимать Евгения как мужа, не смогу ложиться с ним в одну постель. Да, он отец моей дочери. Но на этом все.
Кажется, я перешагнула какой-то невидимый рубеж, после которого все будет иначе.
Я так и сидела в кресле, когда дверь снова хлопнула, и в квартиру вошел Борисов.
– Дождик идет, – как ни в чем не бывало сообщил Женька, стаскивая с себя мокрую рубашку. Затем он вытер ей волосы и бросил на пол.
– Проветрился? – спокойно спросила я.
– Не то слово. Промок до нитки, – выдал он, скидывая влажные брюки и кидая их к футболке.
– Что это за стриптиз? – спросила я, равнодушно взирая на голого мужа, который успел снять и трусы.
– Даш, да мокрое все, – пожаловался Женя.
– Ты бы поаккуратнее с вещами. У нас уборщицы нет, за тобой убирать некому, – сказала я, переводя взгляд на кучку одежды, которая утром была в идеальном состоянии.
– А что, тебе сложно убрать? – удивился благоверный.
– Нет. Не сложно. Но делать этого не буду. Тебе же не нравится, когда о тебе заботятся. Считай, что «домовитая курица» исчезла, испарилась. Нет ее больше, – ровным голосом сообщила я.
Моя реплика застала мужа в дверях ванной. Видимо, Борисов решил принять душ.
– Ты это о чем? – недовольно спросил он, развернувшись ко мне, давая возможность увидеть себя во всей красе.
Только меня это уже не трогало.
Рубикон был пройден.
– О твоих словах, дорогой. «Да она достала меня!». «Женечка, ужин готов! Все, как ты любишь». «Жень, чистая рубашка готова. Я все погладила». «Ненавижу эту домовитую курицу», – спокойно повторила я услышанное днем. – Кажется, ты все сказал именно так.
– Даш, что ты ерунду городишь? – отмахнулся от меня Женька, развернулся и ушел в ванную, сверкая голой задницей.
Через минуту послышался шум воды. Муж действительно принимал душ. Видимо, ему не понравился водный поток на улице.
А я любила ходить под дождем. Мне казалось, что кто-то наверху открыл небесный кран, чтобы отмыть нас от глупых поступков и ошибок. Так почему не воспользоваться возможностью и не вымыть душу?
Я поднялась с кресла и направилась в спальню. Достала запасное одеяло, взяла свою подушку и пошла в комнату Марины. Сегодня я решила ночевать с дочкой.
Когда я уже приготовила себе спальное место рядом с малышкой, в дверном проеме возник муж.
– Ты чего это надумала? – недовольно поинтересовался он.
– Не хочу спать рядом с тобой, – честно ответила я.
– Совсем сдурела? – фыркнул Борисов.
– А ты предлагаешь мне принять тебя после Снежаны? – равнодушно произнесла я. – Извини, но я брезглива.
– Идиотка! – воскликнул Женька, больно схватил меня за руку и вытащил из детской.
– Отпусти! – ойкнула я, пытаясь вырваться.
– Ты что такое придумала? Какая еще Снежана? Нет у меня никого! – гневно выпалил муж, отпуская, наконец, мою руку.
– Очень смешно, Борисов… Если бы не было так грустно… – с тяжелым вздохом произнесла я. – Я видела вас сегодня.
Наконец я это сказала. С души словно камень упал.
– Кого ты видела? – озадаченно спросил мужчина.
– Тебя и Снежану Белову. На даче. Голых. Только не говори, что я ошиблась! Вы же не в шахматы играли в таком виде? – на повышенных тонах проговорила я.
Некоторое время мы молчали. Евгений переваривал услышанное и, скорее всего, искал себе оправдание.
– Как ты там оказалась? – уже совсем другим тоном произнес он.
– Твоя мать попросила привезти ей саженец яблони. Ей его наша соседка обещала.
– И ты решила притащить его именно сегодня? – наступал на меня Женя, словно это я в чем-то виновата, а не он.
– Нет, Борисов, – устало усмехнулась я. – Виктория Павловна просила привезти саженец именно в два часа дня. Сказала, что точно будет на даче.
– Мама не могла так поступить! – уверенно припечатал Женька.
– Позвони и спроси у нее. Мне как-то было не до того, чтобы созваниваться с ней. Я была, мягко скажем, шокирована увиденным и услышанным. Я много думала. И поняла, что вы со Снежаной правы. Зачем я навязываюсь тебе? Не хочешь иметь жену – «домовитую курицу», и не надо! С этого дня ты у нас самостоятельный. Посмотрим, на сколько тебя хватит.
– Даш, ты сейчас говоришь лишнее. Одумайся… – попытался остановить меня муж.
Но кто бы его сейчас слушал?
Меня несло все сильнее.
– Ты же у нас привереда. То ты ешь, это нет. Ты привык к идеально чистой и выглаженной одежде. И ничего, что я, бывало, по ночам стояла у гладильной доски. Это все мелочи. Главное, чтобы ты выглядел лучше остальных. Твой внешний вид всегда стоял на первом месте.
– И что, тебе сложно, что ли, было? Ты моя жена. Ты обязана выполнять все эти женские дела. Не я же буду это делать?
– Будешь. Потому что с сегодняшнего дня все будет иначе. Я развожусь с тобой, Борисов, – завершила свой спич я, развернулась и пошла в ванную комнату.
Там под звук воды я могу нареветься вдоволь.
Наверное, это был самый сложный день в моей жизни.
Но он наконец-то закончился.
Как же я устала…
Чисто на автомате я разделась, включила воду и встала под теплые струи.
Сегодня вода не принесла мне желаемого облегчения. Я обессиленно опустилась на пол душевой кабинки, обняла себя руками и разрыдалась.
Почему у меня все так сложно в жизни?
Как я устала от этого!
Неужели я не достойна простого человеческого счастья? Не достойна любви и участия?
Как же мне больно!
Душа разрывалась на части…
Я слышала, что Женька стучал в дверь ванной, но мне было все равно. Мне нужно было выплеснуть накопившиеся за день эмоции.
Ревела я долго, пока не закончились слезы и я окончательно не обессилела.
– Нужно собраться… Нужно взять себя в руки, – убеждала я себя.
Не с первого раза мне удалось подняться.
Я сильная! Я должна справиться со всем, что свалилось на мою голову. Должна!
Я взяла мочалку, намылила ее душистым мылом и быстро помылась.
Выйдя из душа, я посмотрела в зеркало. В нем отражалась худая нервная девица с зареванным лицом.
– Да, красавица ты, Дарья. Просто модель года. И стоило так реветь? – спросила я саму себя.
Наверное, стоило. На душе стало немного легче.
Я приняла окончательное решение: нужно разводиться с Борисовым. Больше я не смогу создавать видимость семьи. По сути, семьи у нас никогда и не было. Нам просто удобно было быть вместе.
Вернее, Женьке было удобно. Я обстирывала его, кормила, пылинки с него сдувала. А оказывается, это ему было не нужно.
Что тут можно сказать?
Ничего.
Пусть теперь ищет другую дуру!
Или пусть Снежана перед ним пляшет, как я когда-то.
Я представила, как Белова стирает рубашки Евгения, как она стоит у плиты, чтобы приготовить его любимые блюда, как она своими руками делает уборку. От этой картинки взмыленной Снежаны мне стало смешно. Уж кто-кто, а Белова еще та белоручка.
Лида много рассказывала про нее. Снежана была из тех светских львиц, которые забыли, как что-то делать своими руками. Да и зачем это делать, если в доме есть прислуга?
И за что ее любит Сергей?
А любит ли наш большой босс свою благоверную?
Что, если я ошибаюсь? Что, если любви там нет?
Как можно вообще любить эту стерву?
Но я тут же осадила себя: Сергей живет с ней уже почти десять лет. Терпит ее заскоки и выходки. Многое прощает…
Значит, есть причина для прощения. Может быть, он действительно любит жену?
Любовь зла – полюбишь и… такую гадюку, как Снежана.
Когда я вышла из ванной, то не сразу увидела сидевшего в кресле Борисова.
– Я думал, ты решила сидеть под душем до утра, – мрачно произнес мужчина.
– Ты что не спишь? – спросила я, не желая сейчас разговаривать с мужем.
– Тебя жду. Поговорить нужно.
– Давай все завтра, – предложила я, взглянув на часы. – Уже половина третьего. Спать осталось не так и много.
– И все же ты скажи, с какого перепуга ты решила развестись? – настойчиво проговорил Евгений.
– А что, факта твоей измены мало? – спокойно спросила я.
– Я мужик, мне нужен секс. Яркий безудержный секс, а не те крохи, что способна давать ты, – Борисов явно пытался побольнее ударить меня словами. – Мне нужна баба в постели, а не курица, которая думает лишь о своем мелком цыпленке. Ты же никчемная и блеклая, на такую, как ты, никто не позарится.
Слова больно ударили по мне.
Было обидно. Но я затолкала обиду поглубже в сердце.
Не хочу показывать Женьке, как ранят меня его слова.
– Ты зачем оскорбляешь ребенка? Маришка – твоя дочь. Как можно называть собственного ребенка «мелким цыпленком»? – гневно спросила я.
– А разве я не прав? Это же твоя маленькая копия. Поддерживает все твои дурацкие идеи. Из нее вырастет такая же никчемная посредственность, как и ее мамаша.
– Замолчи! Не смей так говорить! – тигрицей зарычала я на Борисова.
– А то что будет? – с презрением усмехнулся муж. – Но ты права. Марина – моя дочь, и я обязан позаботиться о ней. Поэтому завтра утром… вернее, уже сегодня я отвезу девочку к матери. С этого дня Марину будет воспитывать моя мать. Ты будешь видеть мелкую только по праздникам. Или когда я разрешу.
– Ты сошел с ума? – дрожащим голосом спросила я.
Это был самый большой кошмар в моей жизни. Не хочу потерять Маришку!
– Я все решил. Нельзя позволить тебе влиять на неокрепший разум ребенка. Не хочу через несколько лет получить такую же «курицу», как и ты. Так что утром я отвезу Марину к матери, – вынес свой вердикт Евгений и с презрением добавил. – Хоть отдохну от ее рева и истерик.
– Нет. Я против, – попыталась возразить я, но муж не желал меня слышать.
– Это решенный вопрос. Ты дрянная мать, только портишь ребенка своими заскоками, – отмахнулся от меня Борисов и направился в спальню. – Все, я спать. Рано утром мы с дочерью выезжаем… – походя произнес он. – Да, можешь собрать вещи Марины. Но много не складывай. Пора учить мелкую обходиться минимумом одежек. А то только на нее и идет наш семейный бюджет.
Я в шоке смотрела на спину уходящего мужа. Это каким мерзавцем нужно быть говорить такие вещи о собственном ребенке? Он просто чудовище!
Лишь такой самоуверенный эгоист, как Борисов, мог принять решение перевезти Маришку к своим родителям. И он, скорее всего, не спросил Викторию Павловну, согласна ли та воспитывать внучку. Не думаю, что она будет рада подобному «сюрпризу».
И вообще, как он смеет отбирать у меня дочь? На каком основании? Я что, плохая мать? Маришка у меня всегда накормлена и одета в чистое. Я занимаюсь с дочкой: мы учим буквы и цифры, читаем по вечерам сказки.
Да у меня растет чудо, а не дочь!
Так. Стоп.
Это что, Борисов таким образом пытается отвлечь меня от мысли о разводе?
Вот же гад!
* * *
Ночью я почти не спала. Все думала и решала, что мне дальше делать.
Мысль о разводе я, конечно, не оставила. Только нужно придумать, куда нам с Маришкой податься. А это очень непросто.
Я рассчитывала на помощь Лиды, которая всегда выручала меня. Может быть, она разрешит пожить нам у них?
Одно плохо, несколько дней назад подруга вместе с мужем улетели в Ялту. У Максима выдалась неделя отдыха, и они рванули к его родителям.
Объяснять все по телефону я не решилась, не хотелось расстраивать Лиду. Что она могла бы сделать, находясь за тридевять земель от меня?
В крайнем случае можно пожаловаться Сергею. Белов быстро найдет возможность мне помочь.
Но тогда он точно уволит Борисова.
Хотела ли я этого?
Скорее да, чем нет.
Я устала от постоянного гнета Евгения. Во всем он у нас звезда, лучше и замечательнее его нет на свете. А я там и рядом не стояла.
Уже хотела набрать сообщение Сереже, но остановила себя.
Ночь на дворе!
Это я не сплю. Зачем будить других?
К шести утра я передумала и решила притвориться, что пошла на уступки мужу. Пусть он думает, что я поддалась на его шантаж.
На самом деле, я поняла, что ребенку сейчас не место в доме, где будут возникать частые разборки и ссоры. А что они будут, это точно. Судя по вчерашнему дню, хорошо расставаться Борисов не хочет.
Да и за пару дней я спокойно найду место, куда мы переедем с Мариной. Надеюсь, у меня все получится.
Завтра же узнаю, что нужно для развода, и поговорю с Беловым.
Его помощь мне будет не лишней.
Решив перестраховаться, я достала из папки с документами свидетельство о рождении Марины и наше с Женькой свидетельство о браке. Достала из сумочки паспорт, права и документы на машину, на которую еще выплачиваю взятый в банке кредит. И спрятала все в потайной карман сумки для ноутбука.
Утро застало меня за сбором вещей. Я успела упаковать самое необходимое в сумку для дочки и немного вещей для себя. Свой рюкзак я спрятала в глубине шкафа, чтобы настырный муж не нашел его раньше времени.
– Мамочка, уже утро? – услышала я сонный голосок дочки.
– Да, малышка. Пора просыпаться, – улыбнулась я крохе и поцеловала ее в розовую щечку.
– Мне же в садик пора, – радостно выпалила Марина, подскакивая с постели.
Как жалко было разочаровывать ребенка. И все заскоки ее отца.
– Прости, Мариш. Но сегодня в детский сад ты не идешь.
– Почему? – удивленно протянула девочка.
– Ты едешь в гости к бабе Вике. Наверняка там будет весело, – я попыталась подсластить горькую пилюлю.
Маришка покачала головой и шмыгнула носом.
– Нет. У бабы Вики огород. Ей некогда, – все верно поняла дочка.
Я подошла к плачущей малышке, опустилась на колени и прижала ее к себе. Какая же она у меня худенькая…
– Обещаю, это будет всего на пару дней, – прошептала я. – Я постараюсь забрать тебя…
Договорить мне не удалось. В комнату вошел Борисов.
– Вы проснулись? Это хорошо. Собирайся, Марина, – приказным тоном выдал муж. – Через пять минут мы выезжаем.
– Сначала ребенок поест, – категорично заявила я.
– У матери поест, – недовольно фыркнул Евгений.
– До дома твоих родителей ехать больше часа. Если они на даче, то это еще плюс час. И ты повезешь голодного ребенка? – напирала я.
– Я на работу опоздаю, – нервно проговорил мужчина.
– Так езжай на работу. А я отвезу Марину в детский сад, – закинула я удочку, вдруг передумает.
– Ну уж нет! – набычился Женька. – Я свое слово сказал, менять ничего не собираюсь. Моя дочь будет жить с бабушкой, – гневно прорычал этот сумасшедший.
– С бабушкой? – шокированно взвизгнула Маришка. – Вы меня выгоняете? Не хочу с бабушкой! Хочу с мамой! – заревела в голос кроха.
– Ты думай, что говоришь, – зло бросила я мужу и опять притянула малышку к себе. – Все будет хорошо, радость моя. Пара дней, и мы будем вместе.
– Если папа разрешит, – самодовольно выдал Евгений.
Мариша еще громче заревела.
– Заткнись, Борисов, – гневно посмотрела я на мужа.
Что за идиот такой? Лишь о себе и думает!
Я пытаюсь успокоить плачущую дочь, а он только подливает масло в огонь.
– Зайка, папа так шутит, – мягко сказала я, поглаживая рыдающую кроху по спинке. – Ты же наша с папой дочка, как мы без тебя? Ты просто поживешь пару дней у бабушки. А в субботу я приеду к вам, – трещала я без умолку, пытаясь успокоить любимое чадо. – Согласна?
Марина перестала плакать и посмотрела на меня.
– Точно приедешь? – хрипло спросила она.
– Точно.
– Тогда ладно. Я согласна погостить у бабушки. Но не больше двух дней, – со вздохом произнесла дочь и по-взрослому добавила. – К тому же я мешаю бабуле. У нее огород…
Я укоризненно посмотрела на него. Неужели нельзя было поласковее с девочкой? Ей всего четыре года.
– Я больше не плачу, папа, – серьезно произнесла Марина. – Я согласна поехать к бабуле только на два дня, – категорично заявила Женькина маленькая копия. – Понимаешь, у нее огород! А со мной нужно возиться, – горько добавила кроха.
– Не наговаривай на бабушку, – снова начал заводиться Борисов.
Хватит. Надо увести Маришу в ванную, а то отец ее опять до слез доведет.
Мы с дочкой быстро умылись, я все же накормила ее овсяной кашей с клубничным вареньем. И довольная малышка отправилась к бабе Вике.
– Мариша, не забудь пристегнуться, – напомнила я дочке.
– Хорошо, мамочка, – помахала мне рукой кроха и побежала к лифту.
Я посмотрела сверху, как отъехала машина мужа, и бросилась к телефону.
Только абонент был не абонент.
Я долго сидела, сверля взглядом смартфон.
Но и с десятой попытки трубку никто не взял.
Где же ты, Белов, когда так нужен мне?
Глава 4
Что же мне делать? У меня всего пара дней, чтобы найти для нас с Мариной пристанище.
Лида в отъезде, придется все-таки искать Сергея. Но где же он?
– Хватит сидеть, Дарья Васильевна. Пора действовать, – приказала я сама себе.
Я быстро приняла душ и оделась. Затем упаковала еще немного вещей, взяв сумку, с которой мы ездили в Сочи. Сложила свои любимые флакончики с шампунем, бальзамом для волос, баночки с кремом, косметику. Добавила еще что-то из вещей Марины, ее любимые книжки и игрушки.
Пока самое необходимое я упаковала.
Довольно быстро я доехала до офиса ЗапСибМета. Сумку и рюкзак я оставила в машине, с собой взяла лишь ноутбук.
Надеюсь, Белов уже появился на рабочем месте. И почему он «не абонент»?
Только меня ждало разочарование.
– Сегодня рано утром Сергей Данилович улетел в Затонск, – сообщила мне секретарь генерального.
– Что же делать? – расстроенно протянула я. – Я так надеялась на помощь Сережи, – шмыгнула я носом почти как Маришка.
– Что-то случилось? – участливо поинтересовалась Клавдия Юрьевна.
– Случилось, – опять всхлипнула я. – Вчера я застала мужа с другой.
– Как же так? Разве можно изменять такой чудесной девушке, как вы, Дашенька, – покачала она головой.
– Он назвал меня «домовитой курицей», – пожаловалась я.
– На такое способен только недалекий человек. Не ценит Евгений Дмитриевич свое счастье. А жаль…
– Я решила уйти от него и подать на развод. Хотела все сделать быстро. Только идти мне пока некуда. Мать не желает нас видеть с Маришкой, говорит, что я сама виновата во всем…
– Да разве можно так?! И в чем твоя вина? – гневно воскликнула женщина, случайно переходя на «ты».
– Она говорит, что я мало ласки давала Женьке, поэтому он и изменяет мне. И еще мама считает, что от хороших жен не гуляют, – пожаловалась я.
– Глупости все это, Даша. Глупости! – уверенно проговорила Клавдия Юрьевна. – Если мужик гуляет, его хоть цепями прикуй – он все равно будет смотреть налево. По себе знаю. Три раза замужем была. И лишь с третьим мужем мы живем счастливо, – доверчиво сообщила она. – Значит, Евгений не твой мужчина.
– Да я и сама это понимаю. Поэтому и решила разорвать наши отношения как можно быстрее. Да только некуда нам пойти с Маришкой. Хотела попросить помощи у Сергея, а он уехал, – тяжело вздохнула я.
– До вечера Сергей Данилович будет занят. Он предупредил меня, что выключит телефон. Но мы напишем ему, – воодушевилась женщина. – Дашенька, пишите сообщение в телефон. И я напишу, что вы приходили и просили помощи. Как только он включит телефон, так увидит наши сообщения.
– Спасибо за совет, Клавдия Юрьевна. Как-то я сама не догадалась написать Сереже, – призналась я.
– Ты расстроилась, девочка. Вот и не пришел на ум самый простой вариант.
– Вчера вы отчитали меня, сегодня помогаете, – с грустной улыбкой отметила я.
– Так вчера я не понимала, что с тобой происходит. Да и черт с ними, с этими сплетниками. Поговорят да перестанут. Сейчас нам важнее найти квартиру для вас с Мариной. И желательно уже к вечеру, – задумчиво проговорила секретарша.
– Маришка пару дней погостит у матери Жени. Борисов решил так ударить по мне, грозился забрать у меня дочь. Назвал меня плохой матерью, – тихо произнесла я. – Мы с ним ночью сильно поругались.
– Вот же мерзавец. Мало того, что сам накосячил, так еще и на тебя стрелки переводил. Но ты не волнуйся, Сергей Данилович не даст отобрать у тебя дочь. И с разводом поможет. Наверняка среди его знакомых есть хороший семейный адвокат. Или наш корпоративный займется твоим разводом. Так что помощь у тебя точно будет. Надо только пережить эту ночь…
– Это да. Можно, конечно, и в гостинице переночевать… – задумалась я.
– Знаешь что, Даша. Если Сергей Данилович не выйдет на связь сегодня вечером, то ты приезжай ко мне. Адрес я тебе сейчас напишу. Мы с Колей одни живем. Комната свободная есть.
– Клавдия Юрьевна, большое спасибо, – радостно сказала я. – Если бы вы знали, как для меня важна сейчас ваша поддержка.
– Все будет хорошо, девочка. Уверена, Сергей Данилович поможет тебе. Кстати, а ты документы забрала из квартиры Борисова? – неожиданно спросила она.
– Забрала, – кивнула я.
– Молодец. С собой не носи. Давай положим все в мой сейф? Лучше бы в сейф генерального положить. Но я не могу его открыть без разрешения Сергея Даниловича.
– А у кого доступ в ваш сейф?
– Только у меня и у шефа.
– Тогда я согласна. Мне хотя бы спрятать Маринино свидетельство о рождении и наше с Женькой свидетельство о браке, – с надеждой произнесла я.
Я и сама понимала, что носить с собой документы не стоит. С Борисова станется, он может и обыскать мою сумку.
Так через полчаса я уже сидела за рабочим столом спокойная и уверенная в себе. Мне как раз прислали текст для перевода. Работы было много. Но это и хорошо – хоть забудусь чуть-чуть.
После обеда меня «порадовала» своим звонком свекровь.
– Что это вы надумали Марину на меня скинуть? – на повышенных тонах проговорила она.
– Это не я, а ваш сын так решил. Назвал меня плохой матерью и заявил, что дочка будет жить у вас, – попыталась я объяснить ситуацию.
Однако, как и ее дорогой сынок, Виктория Павловна не горела желанием слушать меня.
– Еще чего не хватало! Я двоих вырастила, свой долг обществу отдала. Теперь ваша очередь, – на одном дыхании выпалила женщина. – И вообще, когда вы второго родите?
– Никогда, – резко произнесла я.
– Это еще почему? Маришке нужен братик.
– А вы зачем попросили меня вчера саженец яблони привезти? – вопросом на вопрос ответила я.
Свекровь на минуту замолчала, видимо, придумывала, что мне сказать.
– Чтобы открыть тебе глаза, – наконец произнесла она.
– Открыли. Теперь я хочу подать на развод. Мне не нужен муж, который изменяет мне, – категорично заявила я.
– Да они все изменяют, – отмахнулась от меня Виктория Павловна. – Мой тоже по бабам ходил, пока хотелка позволяла. Так устроена сильная половина человечества: они только и думают одним местом, тем, что пониже пояса.
– И вы думали, я проглочу обиду и смирюсь с изменой Жени?
– А что такого. Я же смирилась.
– И все же, зачем вы открыли мне эту неприглядную правду?
– Чтобы ты взялась за ум и больше времени уделяла Женечке. Старалась угодить ему, – ошарашила меня женщина.
Такого поворота событий я не ожидала. Это что выходит, Борисов будет еще больше изменять мне, а я должна это терпеть?
Почему-то меня не прельщает такая судьба.
– Я знаю, ты и так хорошая хозяйка. Дочь у тебя растет воспитанная и ухоженная, – продолжила свекровь, не замечая заминки в нашем диалоге. – Но вот в отношении Женечки ты не права. Нужно больше угождать мужу, особенно в постели. Все сделай, чтобы Женя даже забыл о своей любовнице. Книжки там какие почитай, с подругой посоветуйся, как правильно угождать в постели мужу. Теперь все зависит от тебя, Дарья. А о разводе забудь. Что еще придумала?! У вас дочь, ты что, хочешь оставить ее без отца?
– Да, у нас дочь. Только, знаете что, за четыре года Женя считанные разы занимался с Мариной. А про походы в зоопарк или в кино я и не говорю – это для нас только мечты. Папа у нас живет своей жизнью, – выплеснула я боль на мать мужа.
– Ну что ты завелась, Дашутка. Думаешь, мой часто занимался детьми? Сама вырастила мальчиков. На то мы и матери. Кстати, ты когда планируешь забрать Марину? – резко перепрыгнула с темы на тему свекровь.
– В субботу, – озадаченно ответила я.
– Тогда хорошо. Жду вас с Женечкой в субботу. А вы миритесь пока. И не забудь мои напутствия, дочка. Кто тебя наставит на путь правильный, кроме меня? Мать твоя только о себе и думает. Хорошо, что ты не в нее пошла…
От разговора со свекровью я отходила минут двадцать. Просто сидела и смотрела в экран ноутбука. И как я жила в такой оригинальной семейке и ничего не замечала?
Раньше я прислушивалась к словам Виктории Павловны и доверяла ее суждению. А оказывается, все строится на желаниях ее сына. Хочет гулять налево – пусть гуляет, хочет заниматься только собой, а не нами с Мариной – так это все правильно.
Замечательное суждение матери великовозрастного сыночка.
Наверное, хорошо, что у меня открылись глаза на истинное положение дел.
К пяти часам работа была сделана, и я уже собиралась к Клавдии Юрьевне. Но меня остановил один из замов генерального.
– Простите, Дарья Васильевна. Понимаю, что прошу невозможного. Но нам срочно нужен перевод этого текста, – сообщил мне Шелевской, передавая флешку.
– Хорошо, я все сделаю дома, – согласилась я.
– Я бы не хотел, чтобы этот файл покидал стены холдинга, – покачал головой мужчина.
Я озадаченно посмотрела на начальника. Он предлагает мне ночевать на работе?
– Это личная просьба Сергея Даниловича, – пояснил мужчина. – Генеральный просил перевести все как можно скорее и скинуть на его почту. Он даже разрешил вам провести ночь в его личных апартаментах. Сказал, что вы знаете, где ключ от тех комнат.
– Знаю, – с тяжелым вздохом подтвердила я. – Сергей Данилович как-то при мне открывал личные апартаменты. Но вы сами понимаете, Кирилл Тимурович, что это не слишком удобно для меня. Вчера Клавдия Юрьевна рассказала, что по холдингу и так ходят нехорошие слухи про нас с Сергеем. А тут я словно подтвержу их.
– Не слышал ничего подобного. Но я все выясню, прикажу службе безопасности найти и наказать тех, кто разносит лживые слухи, – пообещал заместитель Белова. – Но даже если вы не согласитесь ночевать в личных апартаментах генерального, то работу нужно сделать сегодня. А там большой объем текста.
– Тогда я буду работать тут, – кивнула я на свой стол. – В нашей комнате есть диванчик. Как все закончу, прилягу на него. Лучше так, чем давать пищу сплетникам. К тому же у меня сейчас непростой период в жизни, и я не хочу добавлять еще дополнительные проблемы.
– Вам нужна помощь? – тут же спросил Шелевской.
– Я уже написала сообщение Сергею Даниловичу. Надеюсь, он скоро прочитает его.
– Не факт. Сергей сейчас занят. Вы лучше повторите то сообщение на его личную почту, – посоветовал мужчина. – Он будет ждать от вас файл. Значит, прочитает и вашу просьбу.
– Спасибо за совет, Кирилл Тимурович, – улыбнулась я.
– Пожалуйста, Дарья Васильевна, – ответил улыбкой Шелевской. – И все же мне не нравится идея, что вы будете ночевать в кабинете…
– Зато завтра утром Ольга Петровна увидит меня спящей на этом диване. Она у нас ранняя пташка, около семи уже на работе. Не спится ей, – опять улыбнулась я.
– Хорошие у вас кадры в отделе, – рассмеялся заместитель генерального.
– Так что, если это понадобится, она подтвердит, что спала я в кабинете на этом диване, а не в компании с кем-то.
– Кто же может так подумать? – удивился мужчина.
– Мой уже почти бывший муж.
– У вас проблемы с Евгением Дмитриевичем?
– Я вчера застала его с другой, – призналась я. – Все было очень даже однозначно. Не подумаешь, что они в шахматы играли в таком виде.
– Вот же идиот! – воскликнул Шелевской. – Гулять от такой красавицы-жены? Совсем с головой не дружит. И что вы решили?
– Разводиться буду. Хочу съехать от мужа. Только некуда мне податься. А у меня еще дочка. Похоже, никому мы не нужны, – глухо произнесла я.
– Не говорите глупости. Мы обязательно поможем вам. У холдинга есть несколько корпоративных квартир. Поживете в одной из них. С жильем никаких проблем не вижу, – уверенно заявил мужчина.
– Я об этом и писала Сергею. Но он пока не прочитал мое сообщение.
– Занят он пока. А распоряжение о квартире и я могу дать. Завтра же утром вам принесут ключи и адрес, где она находится. Охранники помогут вам с переездом. А вернется Белов из командировки, поможем с разводом. У Сергея, кажется, был знакомый адвокат по семейному праву.
– Большое спасибо. И не ожидала встретить поддержку в вашем лице, – призналась я.
– Мы давно знакомы с Сергеем. Я знаю о вашей дружбе. Поэтому, пока его нет, я помогу вам. Да, сейчас принесу вам подушку и плед. Я и сам не раз остаюсь в кабинете на ночь.
– Еще раз спасибо, Кирилл, – улыбнулась я неожиданному помощнику.
Прежде чем сесть за работу, я позвонила Клавдии Юрьевне, сообщила, что вынуждена остаться на ночь в стенах холдинга. Женщина огорчилась, но все же пожелала мне быстро перевести текст и устроиться отдыхать на диване.
Работы действительно оказалось много, я просидела за переводом до двенадцати. Скинула на почту генерального файл и легла на диван. Еще раз мысленно поблагодарила Шелевского за подушку и плед. Уснула я почти сразу, возможно, сказалась бессонная ночь.
Как я и думала, разбудила меня Ольга Петровна.
– Что-то случилось, Дарья Васильевна? – удивленно спросила она.
– Я работала полночи, – ответила я, сонно потягиваясь на диване. – А тут удобно, – заметила я.
– Не дело это. Ночевать нужно дома, в своей постели, – поджала губы женщина.
– Совершенно согласна с вами. Только иногда приходится работать сверхурочно. Или вы забыли, как в прошлом месяце Карина оставалась на ночь в холдинге?
– Было дело. Но и ей я сказала то же самое. Вам, молодым, нужно о семье думать, о детях.
– Маришка гостит у свекрови, хоть тут я спокойна. Да и разве я могла отказаться от работы, которую принес Кирилл Тимурович?
– Да, конечно, не могла. Но и начальство должно было подумать о вас.
– Шелевской подумал. Принес свою подушку и плед.
– Молодец Кирилл Тимурович. Пойду все отнесу его секретарше и поблагодарю за заботу о вас, – неожиданно предложила Ольга Петровна, схватила плед и подушку и вышла из кабинета слишком быстро для ее возраста.
Я покачала головой. Скорее всего, она пошла выяснять что-то у секретарши Шелевского.
Я умылась и пожалела, что зубная паста и щетка у меня благополучно лежат в машине. Может быть, зря я не согласилась переночевать в личных апартаментах Белова? Там и душ есть.
