Анастасия Сиалана

Не шпионка

Глава 1. Побег

Хорошо иметь в друзьях принца. Практично и престижно. Отлично быть правой рукой короля, перед тобой открыты все двери. Но даже король не спасет от обвинения в измене. Именно с этого страшного слова и начинается моя запутанная история.

Я была уверена, что в Индигоре могу оказаться только в качестве обвинителя или палача, а моя кандидатура узника по ту сторону решетки так и останется мечтой недоброжелателей. Жаль, что мечты некоторых ублюдков тоже иногда сбываются.

Уже месяц я безвольно подпирала каменную стену и рисковала отморозить что-то важное о ледяной пол. Нет, кровать была, но на эту горку опилок, пропитанных мочой, я и при смерти не лягу. Слишком сильна во мне брезгливость к чужим выделениям. Как-никак я из семьи военных с хорошей и древней родословной. С одной стороны, нас обучали терпеть все лишения, но с другой, желания их терпеть у меня так и не выработалось.

Вы спросите, почему я не предпринимаю попыток к бегству, не скандалю и не грызу прутья? Ну я лично создала систему охраны этой тюрьмы и со всей ясностью осознавала, что мне отсюда не выбраться. Какой смысл тратить последние силы на бесполезные телодвижения? Предпочитаю работу мысли, чем тела. А за этот месяц подумать было о чем. Например, как аналитик Его Величества и глава тайного элитного отряда могла оказаться шпионом?

Да-да, шпион – это я, Цинея Загорная. И эта часть жизни до сих пор не укладывалась в моей голове. Как меня пленили, я и под пытками не вспомню. Какой-то наркотик или стресс повлияли на мою память. В голове было абсолютно пусто. Всю свою прошлую жизнь, до каземат, я собирала по кусочкам, обрывкам чувств и образов, и только пару дней назад удалось полностью восстановить события жизни аналитика Его Величества, то бишь меня. А вот со шпионкой Цинеей Загорной чистый, чуть помаранный лист. Лишь общие сведения о моей шпионской деятельности и измене родине. Но какого демона я вообще пошла на предательство? Вот тут глухо как в небытие.

Возможно, потеря важных воспоминаний, это последствия допроса с вмешательством ментала? Тогда был ответ на другой вопрос: почему меня не допрашивали ни разу, как я стала осознавать себя в этой камере. Им это попросту не нужно было делать, они и так все знали.

И вот такие мысли занимали меня все эти сорок два дня. Наверное, на улицах уже лежал снег. Мороз разрисовал окна пекарен и таверн, а ледяные сосульки выросли на козырьках крыш и подоконниках. Люблю зиму. Оставшуюся жизнь мне предстоит вспоминать, какой была для меня эта пора года. Она навсегда застынет в моей памяти жутко холодной морозной бурей прошлого года.

Печально. Со своим даром я была обречена знать наверняка – мне не выбраться отсюда. Магия вероятностей всегда показывала все возможности, какие существовали, а здесь мой дар молчал и не подавал признаков жизни. Это говорило о полном отсутствии возможности побега или полной потере дара. Оба варианта приводили к одному и тому же выводу: я была приговорена водить соседство с этой пробирающей холодом до костей стеной и вонючей кучей черти чего, по ошибке названной кроватью, весь отпущенный мне срок на этой земле.

– Пс-с-с, Нея! Ты не спишь? – раздался охрипший от простуды голос за моей спиной.

Ах да, забыла рассказать об еще одном сожителе, что скрашивал мое пожизненное пребывание здесь. Вор и мой личный мозгоправ весь прошедший месяц – Лерей. Большего, как он сам сказал, о себе не расскажет.

– Нет, о пила моего черепа.

– Не в духе? – Еще один набивший оскомину вопрос.

– Дух, как не странно, все еще со мной. Чего хочешь, разъедающий мои мысли червь? – драматизировала я. В отличие от собрата по несчастью, я не отличалась особой общительностью. По крайней мере не такой сумасшедшей, как этот тип. Телеграф скамеечный, а не человек.

– И это твоя благодарность за помощь в восстановлении памяти?

И тишина. Жаль я не могла лицезреть этого мозгожерку сквозь стену. Давно людей не видела, как-то даже соскучилась по простым движениям и мимике собеседника. Телодвижения и микровыражения могли больше рассказать об истинных мыслях человека, чем его слова. Это тоже было частью моих способностей: распознавать истинные эмоции, чувства и мысли людей по их поведению. Полезный навык для должности, которую я некогда имела честь занимать.

Бесстрашный Ватир, почему же я предала корону, если так сильно дорожила своим местом и доверием, оказанным мне? Что же, апелляцию похорони, со мной произошло? Моей личности свойственна преданность, а значит, случилось что-то ужасное, порочащее честь королевской семьи. Только это могло заставить меня пойти против Зиреи.

– Хватит оценивать вероятности. Пока не вспомнишь, не узнаешь наверняка причины твоего здесь пребывания. Лучше поговори со мной.

– Отстань, мозгожерка. Мой разум могут препарировать только я и черви, что будут пожирать мой хладный труп.

– Как пессимистично. Просто жуть и мрак.

– Говоришь, как некромант.

– Бр-р-р, ненавижу трупы. Будь так, ты бы была моим первым зомби. Ну или личом. Все-таки твой магический дар впечатляет. – За стеной с сожалением вздохнули.

– О чем жалеешь? О том, что дар пропадает, или что некромантом тебе не быть? – тут же вклинился мой детектор эмоций.

– Неа, просто всегда хотел ручного лича, – явно улыбаясь, ответил узник.

– Извини, что рушу твои мечты, но лич тебе не светит, – абсолютно спокойно ответила я.

– Догадался уже.

И снова тишина, прерываемая свистом ветра и сырыми сквозняками, что гуляют по пустым темным коридорам.

– Ты уже собрала вещи?

Я растерялась. Неужели у моего соседа крыша поехала.

– Даже если бы таковые имелись, то смысла в их сборе я не вижу, – решила развеять его начинающееся безумие я.

– Нея, детка, только не говори, что забыла про наш побег? – насмешливо поинтересовались по ту сторону каменной преграды.

– Который это уже по счету? Пятидесятый?

Мой навязанный сожитель планировал побег со своим воображаемым подельником на свободе по два раза на дню с самого нашего знакомства, так что его шизофрения меня уже не трогала. Я ведь точно знала, вероятность побега была равна нулю.

– Обижаешь, детка. Шестьдесят третий. – Ответ оказался веселее, чем ему следовало бы.

– И на какое время запланировано сие судьбоносное событие? – я говорила лишь бы что-то говорить. Тишина уже сидела в печенках. А так хоть какое-то общение, пусть и нездоровое. Ведь часов в камерах и в помине не было. Мы даже не знали, день был или ночь.

– Готовность – минута. – Голос за стеной был уверенным и слишком серьезным для тронувшегося умом вора болтуна.

Наверное, именно поэтому я послушалась его следующего приказа.

– Отойди от левой стены и закрой глаза. Сейчас!

И грянул взрыв. Оглушительный и мощный. Меня швырнуло на пол, хорошенько обдав градом из мелких и не очень камней. Вспышка света была слишком яркой. Если бы я не закрыла глаза, то с точностью в сто процентов ослепла бы на неопределенное время. Сквозь узенькие щелочки я пыталась разглядеть источник яркого света.

Милостивый Ватир! В стене была огромная дыра, и дневной свет лился прямо сквозь нее. Правда, еще минимум десяток стен зияли такими же дырами, а это говорило о том, что свет, ослепивший меня, просто тусклый отблеск того яркого ада, что ждал мои глаза у выхода из Индигора. Тут-то и проснулся мой дар, оповещая меня о неутешительных выводах. Вероятность выбраться в одиночку была меньше одного процента.

Рассчитать остальные вероятности мне не дали. Кто-то осторожно, но настойчиво потянул меня в зияющий отбитыми кусками камня проем, а потом голова взорвалась болью от врезающегося в самый мозг нестерпимо белого луча.

Кажется, Лерей не был сумасшедшим.

***

«Вероятность выбраться живой из этого снежного безумия равна половине процента», – заиграло отчетливо в моей раскалывающейся будто надвое голове.

Меня подхватили теплые грубые руки, резко дернули вверх, встряхнули и поставили на ноги.

«Вероятность выбраться живой из Индигора в сопровождении ненормального Лерея равна двум процентам».

На меня накинули что-то мягкое и очень теплое. Наверное, это была куртка или шкура, до этого лежавшая на плечах кого-то неизвестного и не замерзшего до состояния сосульки. Следом, не дожидаясь, когда мои глаза, наконец, привыкнут к свету, и я смогу видеть, меня подняли на руки и одним рывком забросили на что-то мягкое, но явно колющееся. Похоже, это была солома.

Тут же дар снова дал о себе знать. Вероятность добраться до цивилизации живой была равна пятнадцати процентам. И это я еще не видела ничего. Когда же зрение вернется, и я адекватно смогу оценить ситуацию, уверена, вероятность спасения будет не ниже сорока процентов.

– Нея, ты там как? – Чуть хриплый и уставший голос раздался где-то над моей головой.

Еще бы он не был уставший. Тащить меня через весь Индигор на себе, так еще потом закидывать меня на телегу. Я до сих пор не понимала, откуда у него взялось столько сил?

Сидели в затворничестве мы уже очень давно. Кормили нас отвратительно, обращались с узниками также. Сна не было ни в одном глазу – упадок сил на лицо. Так откуда они у него взялись?

На службе у Его Величества я привыкла получать ответы на все вопросы или выбивать их, что не влияло на результат. И только из-за плачевного состояния не видела смысла отказывать себе в этом сейчас.

– Откуда у тебя взялись силы на побег? – хрипела я. Возможно, уже подцепила простуду.

И снова дар дал понять, что простуда от меня в семидесяти процентах пути.

– Я попался только ради тебя. Изначально моей целью было вытащить Цинею Загорную из Индигора, – четко и по существу объяснял мой бывший сосед по камере. – Меня снабдили стимуляторами.

Все вопросы тут же отпали. Вероятность подсказала, что развитие такого сюжета возможно на шестьдесят процентов.

– И кто же мой благодетель?

Вряд ли король Дажир смилостивился и решил таким странным образом меня помиловать.

– Корона Рона.

– Отлично! Я засланец ящеров. – Эмоции, спавшие на протяжении месяца, вырвались наружу.

– Драконов. Ты бы поосторожнее со словами, – раздраженно поправил Лерей. – Мы тебя вытащили только потому, что ты слишком много знаешь.

– За решеткой ты мне нравился больше, – буркнула себе под нос я, а то, не дай Ватир, еще прирежут где-нибудь в лесу.

– Ты как вообще умудрился просидеть с ней целый месяц? Я бы на вторые сутки удушил. – Неизвестный, слегка писклявый голос мне уже не нравился.

– Между нами стена была.

– Не повезло-о-о, – снова протянул неизвестный, с противными высокими нотками.

– Мы сейчас направляемся в Рон? – продолжила испытывать терпение своих спасителей я.

– Нет, ты еще не выполнила свое задание. В случае провала, можешь даже не надеяться на поддержку драконов, – сурово отрезал бывший узник.

– А я уже размечталась о спокойной жизни, теплой постельке и пенсии, – грустно вздохнула и начала потихоньку приоткрывать веки.

Надо же, наконец, увидеть своих спасителей. Мне от них еще когти рвать и подальше. Что-то я сомневалась, что в моем положении будет легко выполнить задание, тогда как на службе с огромными возможностями я его провалила. А какова будет реакция ящеров на провал, итак ясно – смерть одного одаренного аналитика. Конкуренты никому не нужны, а я слишком сильна и мной могут воспользоваться враги. Проще убить, чем верить мне на слово. Вывод: вероятность успешного выполнения задания не более сорока процентов. Ох, чувствую, пора на необитаемый материк.

– Ты чего там затихла? – забеспокоился Лерей.

– Да оставь ее в покое. Молчит, и радуйся.

– Если она молчит, значит, просчитывает вероятности, а они могут быть совсем не в нашу пользу. – Кое-где в речи бывшего сокамерника стали проявляться рычащие нотки. – Она опасна не своей физической силой, а сверх развитым разумом.

– То есть, физически она слабачка?

– То есть, физически она тебя укатает, но предпочтет разбить морально, чем пачкать твоей кровью и потрохами руки.

– Аха-ха-ха! А ты меня не плохо знаешь, – глухо смеясь, я начала аккуратно стирать выступившие то ли от попытки открыть глаза, то ли от смеха слезы.

– Я был твоим связным, даже если ты этого не помнишь.

– А мы, похоже, не ладили, – подытожила я.

– С чего такие выводы?

Пусть собеседника я все еще не видела, но по шелесту соломы и хрусту телеги сообразила, что мужчина повернулся ко мне и явно внимательно смотрел на лицо в поиске каких-либо эмоций, что дали бы ему зацепку о моих мыслях на его счет.

– Я почти уверена, что не раз морально тебя опускала. Ну и о физических данных ты оповещен, значит, по морде тоже получал. – Я самодовольно ухмыльнулась.

– Ты пыталась и не раз. Вот только успеха не добилась. Именно поэтому я все еще твой связной. Остальные с криками сбегали после первой же встречи.

– Какая я страшная женщина, раз даже не обделенные магией ящерки меня боятся.

– Др-р-раконы! – прорычал связной.

Мне кажется, или у него пунктик по поводу этой расы? Может, он сам из Рона.

Фактически дракон – это ящерица, только с крыльями. Но не дай боги, вам назвать их пресмыкающимися! Пресмыкаться тогда будете вы, причем лицом к земле или под ней. Перспектива не радовала, поэтому я промолчала.

– Как пить дать, обласкала меня сейчас и скалиться от своей извращенной фантазии, – зло пробурчал бывший узник своему собрату.

– О-о-о, это мне никто не запретит, – просто блаженствовала я от реакции некоторых вспыльчивых.

– А я уже успел позабыть, почему отказывался от миссии в Индигор.

– И почему не отказался?

– Не дали, – тяжко вздохнул, бедненький.

– Плохо пытался, – поддела своего собеседника я.

– Хм, а я все думал, почему на тебя наложили клятву о не убийстве, – размышлял вслух извозчик. Так я окрестила второго подельника.

– Это главная причина, почему я так яро отказывался. Мучайся с ней теперь, а прирезать нельзя. – Тяжелый вздох, и последующая тишина. Похоже, лимит издевок на сегодня был исчерпан. Отлично, займусь, наконец, своим зрением.

Вероятность вернуть зрение в течение ближайших суток равна семидесяти трем процентам. Оптимистичный прогноз.

***

– Нея! Мелкая паразитка, ты кого мне подсунула?! – Голос раздавался где-то из коридора, откуда я предусмотрительно ушла минуту назад.

– Ты мне клоунессу прислала! Из какого бродячего цирка только выцепила?! – Мужчина громко кричал, все больше распаляясь из-за отсутствия причины его гнева.

Решила показаться неугомонному, а то вдруг нашпигует весь дворец металлическими копьями. Мне тогда Его Величество голову снесет.

– Что тебя не устраивает, Линар? Девушка красива, в самый раз для твоей затеи, – недовольно вскинула бровь я, выходя из своего укрытия.

– Да она хохотала, как ненормальная, в процессе хм… Постановки соития.

– Ты хотел актрису, которая исчезнет после представления из твоей жизни навсегда. Ты ее получил. Какие ко мне претензии? – развела руками я, показывая, что затея была его. Я лишь исполнитель.

– Так, вносим коррективы в мои планы. Подходят актрисы, танцовщицы, акробатки и никаких клоунесс, комиков или укротительниц. Не хватало, чтоб меня еще плеткой по спине шибанули на прощание. – Линар, наследник трона Зиреи, резко развернулся и ушел в обратную сторону от меня.

***

Его Высочество мой друг детства? Нет, просто начальство. Начальство? Тогда откуда такое дружелюбие в общении? Я запуталась. Это вообще воспоминания или просто бред уставшего изможденного разума?

На этой мысли холодная враждебная реальность нахлынула на меня морозным порывом метели.

– Эй, аналитик. – Меня трясли за плечо, скидывая вонючую мешковину, которой я укрывалась, и своими действиями пускали морозный воздух под одежду. Ну как одежду? Скорее, подранное тряпье.

– Верни мешок на место, – грозно буркнула сквозь сон я.

– У нас осложнения, и без тебя никак, – высказал причину такого грубого обращения со слабой мной связной.

– Милостивый Ватир, ты издеваешься? – Я приподнялась с соломы. Мы больше не двигались. – Двое крепких мужчин не могут решить проблему без слабой изможденной девушки?

– Не ерничай. Нам твой дар нужен, – просветили меня. – К тому же, не одна ты физически ослабла.

– От того, что ты меня разбудил, шанс выбраться живыми не увеличился, – объяснила прописные истины аналитика простому обывателю я.

– Ты все еще ни бельмеса не видишь… – разочарованно выдохнул мой спаситель.

– Откуда такая невероятная догадка? – огрызнулась в ответ.

Меня изрядно бесило, что зрение так и не хотело возвращаться, а уже прошла почти неделя с нашего пробега.

– Потому что сейчас мы подошли к подножию северных гор. Будь ты зрячей, уже выдала бы тираду о великолепии природы или упавших шансах на спасение, – совершенно точно описал мою возможную реакцию мужчина.

– Сейчас у нас есть выбор: идти через горы или перевал. А если этой переменной ты не видишь, то и дар твой нам не поможет. – Теперь в его голосе проскальзывало раздражение.

Еще бы! Целый аналитик в твоем распоряжении, а использовать его силу ты не можешь.

Я приподнялась, села и скрестила ноги перед собой. Наклон головы вправо – хруст, влево, очередной хруст. Пару круговых движений плечами назад и вперед. Размяла кисти, потянулась и потребовала от безмолвно замершего Лерея:

– Опиши мне весь ландшафт и смотри, не упусти даже маленького камешка или скалы. В моем деле важна каждая мелочь. – Я приготовилась использовать свою самую сильную сторону, которая и помогала мне быть лучшим аналитиком на всем материке, а может, и за его пределами – фантазию.

– Горный хребет большой протяженности, – начал бывший сосед по камере, выдержав перед этим паузу. Явно осматривался и думал, как преподнести информацию наиболее точно. – Высота в среднем около двух километров.

– Ого! – Я не удержалась и присвистнула. – Это где же мы на севере очутились, что нашим препятствием стали клыки Ротанга?

Вопрос обоснован, так как Индигор находиться южнее гор Ротанга, самых далеко рвущихся в небо и почти непроходимых. Клыки – самые высокие точки этого хребта. Обойти не получиться, протяженность гор более тысячи километров. Так как мы попали по ту сторону этой каменной стены?

– Мы ушли от преследования на северо-восток. Никому в голову не придет, что ослабленные узники сунутся за хребет в надежде пройти через него на юго-восток. Маневр хорош, если ты не один и сохранил силы. – Я прям кожей почувствовала, как он пожимает плечами, мол, это был единственный выход.

– Разумно, – похвалила связного я. – Но, увы, для нас смертельно.

Дар четко помахал продолговатым бубликом, показывая нулевые шансы на спасение.

– Я же еще не описал тебе местность, – разозлился собеседник.

Еще бы. Мало кто останется спокойным, зная наверняка, что без пары дней как труп.

– А это и не требуется. Горы Ротанга втроем без хорошего запаса еды, одежды и снаряжения не пройти никому, – легко выдала умозаключение своего дара я.

– Ты мне дашь договорить или ляжешь на снег в ожидании смер-р-рти?

Кажется, я его вконец разозлила.

– Валяй, внимательно слушаю, – по-королевски махнув рукой, позволила мужчине продолжить. Грудной рык был усладой для моих ушей. Отчего-то мне совсем не хотелось сосуществовать мирно со своими спасителями. Видимо, потому что спасали меня для того, чтобы практически поработить.

– Между двух пиков зияет перевал, припорошенный снегом. Путь открыт и не ухабист, – уже спокойнее закончил Лерей.

– Угу, перевал Лараз славится своими подземными карманами, скрытыми под снегом. Или кости переломаем и будем испускать дух долго и мучительно, или сразу помрем. Второй вариант лучше, но менее вероятен, – спустила с небес на землю этого стратега я.

– Тогда лезем через вершину.

– Ты прав, отвесная скала, покрытая льдом и снегом, да без снаряжения более быстрый способ покончить с собой, – продолжала выводить из себя связного я.

– А дар твой на что?! – наорал на меня Лерей, обдав теплым дыханием лицо.

– Что не вижу, не могу пропустить через дар, – объяснила его же выводы, сделанные минуту назад.

– Значит, представишь, – тихо, но крайне зло дыхнул мужчина.

Странно, что наш извозчик до сих пор молчал.

– Идем через Лараз. Я буду твоими глазами.

От его последних слов стало как-то не по себе.

– Дин, вставай. Весь разбор полетов пропустил.

– Вы так орали, что и при большом желании такое не пропустишь, – сонно прохрипел второй спаситель.

Так он спал. Вот счастливый.

***

«Вероятность пройти живыми через перевал равна пяти процентам». – И это радовало. Полчаса назад было четыре десятых процента.

– Слева небольшая насыпь снега. Похоже, сыплется с выступа.

Лерей сидел на телеге вместе со мной и описывал все, что видел, а я строила общую картинку из его довольно развернутого пояснения.

– Так, Дин, сверни к насыпи, – мгновенно скомандовала я. – Почти семьдесят процентов, что скрытые провалы в почве не выдержали бы увеличения веса в одной точке в два раза. Наст попросту должен обвалиться…

– А раз не обвалился, значит, там твердая земля, – закончил за меня новоиспеченный путеводитель.

– Именно. Продолжай.

– Прямо перед нами голая почва, снегом не занесена.

– Объезжаем. Не известно, почему снег тает в том месте. Вероятность попасть в какую-то очередную ловушку матушки природы просто зашкаливает. – Я начала нервно поглаживать колени.

– Дальше дорога петляет. Снежный покров не тронут. – Очередное описание и тишина в ожидании моего решения.

– Идем прямо. – По всей вероятности неожиданностей не должно было быть, но я же перестраховщик. – На всякий случай держимся края. Опиши, как петляет дорога.

Ответом мене была тишина.

– Лер? – Он там уснул что ли?

– Я думаю, – наконец, откликнулся мужчина. – Дай руку.

Я замерла, а он ждать не захотел. Схватил ладонь и положил себе, похоже, на бедро.

– Я буду рисовать на внутренней стороне, а ты постарайся понять. – Он разомкнул мой кулак, отгибая по очереди тонкие пальцы.

Я не сопротивлялась. Так было намного проще понять все вихляния пути. Другое дело, что я уже очень давно не чувствовала таких аккуратных прикосновений к своей коже, и это неимоверно отвлекало.

Приятно, демон возьми.

– Меня немного напрягает, что наст идеально ровный везде, кроме узких полос у скал.

– А что у скал? – От этих слов стало не по себе.

– Там целые сугробы, неровные и грязные, – напряженно описывал связной.

– Назад! – закричала, что есть мочи я.

Но было поздно. Хоть лошадь и шла почти по краю, это нас не спасло. То, что описал Лер, говорило только об одном: под этим снежным настилом была яма. Она была настолько большая, что занимала все пространство между скал. Видимо, недавно ледяная пленка не выдержала вес снега и обвалилась. Со временем поверхность снова замело, тогда как сугробы по краям никуда не делись, только выросли.

И вот результат. Из-за упущения этого немаловажного факта наша кобыла съехала по проломленной наледи прямо в объятья бездны.

– Какой угол наклона? – выкрикнула я.

– Что? – растерялся Лер, явно не знавший, чем помочь животному.

А помогать было необходимо. Мало того, что без нее нам на своих двоих идти придется, а у меня тряпичные ободранные тапки вместо нормальной обуви, так лошадь нас за собой на тот свет потащит, если вовремя не слезем.

И мы слезли, а вот Дин уже не смог. Отпусти он повод, и кобыла сорвалась бы вниз. Нужно было срочно что-то делать. Вот только просчитать все могла лишь я. И как назло перед глазами все плыло. Была возможность вернуть зрение до приемлемого уровня, вот только последствия у этого способа поганые. Я его оставила на крайний случай. И он наступил.

Одним рывком я потянула Лера за рубашку на себя.

– Что ты творишь? – опешил связной.

– Заткнись и не дергайся, – рявкнула я прямо ему в лицо.

Через секунду мои губы коснулись чего-то мягкого, но явно не того, что я искала. Плюнув на нежность, схватила мужское лицо руками, как орел добычу, и ощупала его. Найдя рот, тут же впилась в него. Не знаю, как себя чувствовал Лер, но я была просто в эйфории. Энергия бесперебойным мощным протоком потекла внутрь меня. Пара секунд и мир дрогнул, возвращая четкие очертания. Я резко оттолкнула обмякшее тело, почувствовав в своем прилив сил, и бросилась вперед, анализируя ситуацию на ходу.

Наклон тридцать семь градусов. Вероятность падения стопроцентная, но, если оттолкнуть скользящее в черноту провала животное, есть тридцать процентов успешного спасения нашей тяглой силы.

Я разбежалась на сколько позволяла восстановленная энергия, достигла обрыва и со всей возможной мощью своего тела оттолкнулась от края в сторону кобылы. Удар всем телом пришелся ровно по диагонали, и животное отбросило к самой стене скалы. Врезалась я боком, оттого стоило только перевернуться на живот и отползти от опасно завывающей пустоты под ногами, и моя жизнь была в безопасности, как и лошадиная.

Вставать не хотелось, но снег был холодным и таял от моего тепла, а промочить единственную одежду не входило в мои планы. Пришлось подняться. Кое-как я перевела дух и направилась в сторону валяющегося без движения Лера.

Как я и говорила, последствия мерзопакостные… Для моей жертвы.

Губы растянулись в злорадной улыбке. Ни одной мне чувствовать себя беспомощной. Тем временем обездвиженное тело слегка дернулось, а из мужского горла раздался отчаянный рев:

– Ты меня выпила! Стерва!

– Процент нашей смерти был… – договорить мне не дали.

– Стопроцентная стерва!

Было у меня желание помочь ему подняться. Было, но теперь испарилась. Пусть Дин с ним мается.

Глава 2. Передышка

Риз – маленькое королевство на севере материка. Его жители, это малочисленные расы, которые объединились на одной территории, давая защиту друг другу. По отдельности их поселения вечно подвергались нападениям и становились жертвами мародеров. Теперь же достаточно редкие существа объединились в одну страну, создали свою армию, законы и политический уклад. Сейчас Ризом правит элементаль земли. Хороший король, он вывел страну на новый уровень. Его Величество, правитель Парон, укоренил свою власть на политической арене, как дерево врастает глубоко в землю и обеспечивает себе стойкость. Не зря Риз называют северным древом торговли. Расы, населяющие его, предоставляют настолько разнообразные услуги и товары, что это королевство, с некоторых пор, купается в благополучии.

Деревенька в низине, под названием Виша, встретила нас вечерними сумерками и радушно распахнутыми вратами трактира. Местные косились весьма настороженно, но даже таких оборванцев как мы приняли с распростертыми объятиями. Все же они дают укрытие всем приниженным и вымирающим расам, что просят покровительства и согласны стать гражданами Риза. Но если кто-то не собирался следовать законам королевства и становится его подданным, то продолжит быть вымирающим видом без своего угла в мире.

– Ох, как же вы так? Ох, кто же вас так? – причитал материализованный дух-защитник, бывший когда-то упитанной женщиной средних лет. Ее расовая принадлежность осталась для меня загадкой.

– Ну ничего-ничего! Сейчас отмоем, сейчас откормим. Все хорошо будет.

Она затянула меня с Лереем прямо в купальню, и ее явно не волновало, что мы разного пола. Дин же, везунчик, остался расседлывать нашу кобылку.

– Раздевайтесь скорее, вода остывает! – грозно сообщила она, и призрачные, но не бесплотные сильные руки начали с усилием стягивать с моего продрогшего тела рваное, кое-где промерзшее насквозь тряпье.

– Тихо-тихо. – Я с остервенением начала отталкивать пухлые ладони от своего тела. – Я свои телеса не подписывалась демонстрировать всяким мужланам!

Тут-то и опомнился дух.

– О покровитель умерших Охн, куда я смотрела! – запричитала умершая и взашей начала выпихивать ошарашенного то ли моим полуголым видом, то ли таким бесцеремонным обращением Лерея из купальни.

– А вы, молодой человек, выпейте пока травяного настоя. Девушка надолго, но не спать! Вы следующий! – Погрозив пухлым пальчиком, женщина снова нырнула в нутро купален.

– Как звать тебя, дитя? – складывая ошметки одежды в аккуратную кучку, спросила дух-защитник.

– Нея, госпожа.

– Зови меня Берт. Я хоть и заведую всей этой богадельней, но хозяйка не я.

Дух взяла с полки что-то, повернулась ко мне лицом и откупорила несколько странных бутылочек. На нее тут же из каждой пыхнуло дымком разного цвета. Женщина принюхалась, отобрала из трех две и вылила половину содержимого одного флакона в бассейн, что побольше, а жидкость второго отправилась в емкость поменьше.

– Иди сюда, Нея. В начале основная купальня. – Дух указала на бассейн. – Потом, на выходе, закрепляющая.

Маленькая ванна, в два раза больше обычной, была той самой закрепляющей.

– Спасибо. – Я направилась к воде.

– Окунись и выходи. Я натру тебя специальным настоем от простуды.

Похоже, меня не собирались оставлять одну в купальнях, а наоборот, провести целую лечебную процедуру.

– Берт, простите за нескромный вопрос: вы переселенка?

Рука умершей, растирающая меня настоем, на секунду замерла без движения, но после так же уверенно двинулась дальше по коже.

– Да, деточка, – через минуту она все-таки мне ответила. – И слава Охну, что смогла вырваться из того ужасного места.

Не сомневаюсь, что место ее прошлого пребывания было просто кошмаром наяву. Для создания духа-защитника раньше использовали живое существо, будущего смертника. В фундамент здания заливали кровь жертвы и проводили специальный ритуал. Жертва должна была быть жива после обескровливания и убита владельцем будущего дома в день новолуния. После постройки здания дух мертвого притягивался к камню и становился защитником крова собственного убийцы. Кровавый способ защитить свой дом. Этот ритуал уже давно запрещен почти на всей территории материка. Ужасы прошлого создали слишком много духов-защитников, несчастных и обреченных на ужасное влачение своей загробной жизни.

Такие, как Берт – везунчики. Нашелся добрый, могущественный маг, который провел обратный ритуал, взял кусок камня бывшего пристанища духа и построил на нем другое здание, дав защитнику свободу и новое место жительства. Теперь Берт счастливая обладательница собственного трактира и купален. Конечно, она выполняет поручения владельца здания, который построил его за свои деньги, но думается мне, она здесь за управляющего и ведет дела сама. Владелец только получает прибыль. Maг явно заработал кругленькую сумму на духе-защитнике. Но все равно, я считала такой способ заработка намного благороднее, чем те делишки, которыми не брезгуют остальные маги.

– Ну вот и все, Нея. Теперь отмокай в малой купальне, – сообщила умершая и выскользнула из помещения прямо сквозь стену.

Ранее ей пришлось воспользоваться дверью, поскольку я и связной через стены ходить не умели.

Перечить женщине я не стала, и с удовольствием откинулась на бортик ванны. Даже прикрыла глаза от охватившей меня умиротворенности.

– Чуть не забыла! – Прямо передо мной из стены выросла голова духа. Я аж под воду по макушку ушла. Нельзя же так пугать!

– Правильно, девочка! Пускай и волосы лечебной водой пропитаются, – похвалила меня женщина. Она явно не считала появление головы отдельно от всего тела чем-то из ряда вон выходящим.

– Так чего я, собственно, вернулась. Полотенце на лавке в предбаннике, а ужин уже ждет в печи, чтобы не остыл, пока ты здесь приводишь в порядок свои перышки. Платьице я тебе через пять минут поднесу к полотенцу. Отдыхай. – И дух-защитник исчезла так же внезапно, как и появилась.

Странная она, хотя раньше с порабощенными духами я не сталкивалась. Последним был старик Руфус, дух моего рода. Вот только он добровольно пошел в защитники. Такое часто раньше практиковалось в родовых поместьях. Когда кто-нибудь из рода находился при смерти, он мог дать согласие на становление духом-защитником, и глава рода убивал его собственноручно. Однако, это достаточно редкий ритуал, поскольку поместья и родовые замки строились не так часто, а духу рода нужно было пристанище.

Одним из таких умерших является Руфус, мой двоюродный семь раз прадедушка. Он охраняет поместье, в котором я хозяйка, так как являюсь главой рода Загорных. Была хозяйкой. Скорее всего, моя фамилия уже давным-давно покоилась среди списков обычных граждан, а мое имя порицалось на плакатах со словами "Разыскивается предатель Зиреи". Печально и отчего-то очень больно. В груди надрывно стонала обида и непонимание.

Как такое могло со мной произойти? На предательство я могла пойти, только если предали меня. Как мог король и Линар так со мной поступить?

Соленая капля лечебного настоя стекла к подбородку и сорвалась в полет к первоисточнику. Шлеп. Пошли круги по неподвижной до сих пор воде. Ведь я замерла без движения, охваченная печальными мыслями. Вот круги дошли до бортов ванны и вернулись. Как и все в этом мире, однажды свершенное возвращается к источнику многократно сильнее.

***

– Нея, ну ты и слабачка! А еще из семьи военных, – подначивал меня очень высокий брюнет со стальными глазами.

– Я… Фу-у-у… Я не устала… Кха… Свиши-и-и…

– Ага, именно поэтому ты сипишь, как старушка.

– Я не сиплю, – попыталась возмутиться, но меня вновь скрутило от боли в боку, и я согнулась в три погибели.

– Да ты на ногах еле стоишь, великая воительница. – Парень все также нависал тенью надо мной, загораживая солнце своей массивной фигурой.

– Я добегу этот чертов круг! Ху-у-у…

– Загорная, ты быстрее кони двинешь, чем пройдешь еще хотя бы пару метров, – орал инструктор по физической нагрузке. – Варловый! Отведи свою непутевую подругу до казарм. А тебе, кадет, стыдно должно быть. На вечерней тренировке плюс один круг. Все, свободны!

– Да, Неечка, непутевая из тебя воительница. И почему у Загорных одни девчонки? — не переставал трепаться Линар, перекидывая мою руку себе через голову и придерживая меня за талию. – Твой отец наверняка был в отчаянии, когда ему пришлось отдавать старшенькую в кадетский корпус. Как-никак, династию военных прерывать нельзя.

– Ты когда-нибудь заткнешься, Варловый?

Специально издевается, подстегивает меня, чтобы я все-таки осилила этот круг. Но при этом бесит жутко.

– Эй! Я, между прочим, кронпринц, – наигранно возмутился парень, при этом распрямляя слегка согнутую спину. Вроде как, не гоже королевским отпрыскам спину гнуть.

От этих манипуляций я и вовсе повисла на шее у Линара. Он же огромный, косая сажень в плечах. Выше на полголовы даже самых рослых в академии.

– Если уже решил оторвать меня от земли, то неси как следует, – возмутилась лишившаяся опоры я.

Принц не стал противиться и просто закинул меня на плечо. Другого и не ждала. Я не кисейная барышня, а будущий воин. И это кадетский корпус, а не пансион для благородных девиц. Будь у меня брат, был бы пансион, а так, увы.

– Вечером пойдешь сама.

Для меня слова Линара прозвучали, как угроза.

– Ы-ы-ы, – завыла на одной ноте вымотанная напрочь я.

– Ну или поползешь, – уже со здоровым сомнением продолжил парень. – На четвереньках.

– А если на животе? – с надеждой спросила мощную спину и перекатывающиеся при ходьбе стальные мышцы.

– На животе? – переспросили сверху. – Тогда, так и быть, донесу, но только до казарм. В комнату гусеничкой сама доизвиваешься.

И на этих словах на нас опустился мрак казарм.

***

Какие приятные воспоминания. Тогда все было так просто. Не было ответственности за целую страну, никто не требовал от меня невозможного. Не было предательства. Не существовало шпионки ящеров Цинеи Загорной. Были тренировки, пьянки, учения и безмятежные будни двух друзей с великой судьбой, которую им пророчили с детства. Надежды, что оправдались лишь наполовину. Дружба, что разрушена кем-то из нас.

***

Я достаточно долго предавалась душевным переживаниям, чтобы вода остыла, и моя кожа покрылась характерными морщинами. Дальше сидеть в закрепляющей ванне не было смысла, да и желания тоже. Я медленно и неуклюже вытащила свое размякшее от тепла и магических настоек тело из воды, ощущая неприятную прохладу купален. Далее шла задача одеться, но как же неприятна была мысль облачить себя в платье. Я с самого поступления в кадетский корпус, а потом и военную академию, не носила платьев. Даже на приемах Его Величества короля Дажира Варлового мне позволяли под шикарно расшитые амазонки из дорогих тканей надевать штаны. Да, дорогие, да, украшенные, но это были штаны! А тут хотят перевоспитать всю мою натуру. Да не в жисть!

Голой ходить глупо и чревато, к тому же, холодно. Значит, нужно было найти другую одежду и быстро. Загвоздка состояла лишь в том, что делать: выходить в полотенце из купален и искать благодетеля среди посетителей или разжиться тряпьем не выходя отсюда. Решение я приняла мгновенно, тем более, что дар меня поддержал. Девяносто три процента успеха. Семь процентов на то, что одежда на меня вообще не сядет. Размер подгоним, но вот фасон, вряд ли. И все равно вероятность успеха меня радовала.

Я оглядела предбанник, слева притаилась совершенно незаметная на первый, да и на второй взгляд дверь. Она сливалась с деревом стены полностью, будто была ее продолжением. Вот туда я и навострила свои стопы, предварительно захватив платье, сапожки с бельем и верх, что милостиво купил по дороге сюда Дин. Моих следов не должно было остаться.

Тихо затворив за собой дверь, я осмотрелась. Ну что ж, вполне ожидаемо, что это уборная. Стоит признаться, огромная уборная с кучей средств гигиены и разных приспособлений. Но больше всего меня заинтересовало не это, а большое зеркало до пола, что висело особняком от всего остального. Пространство вокруг него пустовало и явно с какой-то целью. Точнее, с целью покрасоваться и быть единственным, что отражается в зеркальной глади. В двух словах, уборная для самовлюбленных. Но как бы странно это ни звучало, меня шокировала не обстановка, а именно отражение. Мое отражение. Я была блондинкой!

Милостивый Ватир! Да я брюнетка до мозга костей! Пусть крашенная и ненатуральная, но по духу брюнетка. Кто посмел вернуть мой естественный цвет?! Чьи руки мне вырвать и засунуть туда, где темно и тесно?

Еще в академии издевки и снисходительные взгляды преподавателей привели меня к решению навсегда скрыть этот золотой секрет моей внешности. Скажете, глупость, но отношение ко мне поменялось мгновенно, и этот факт не изменить. Неужели какие-то злостные манипуляции со мной, с моими мыслями и моим телом вернули волосам первоначальный вид. Мало им было украденного месяца моей жизни, они решили оставить еще и отпечаток своего вмешательства на моей внешности! Как заклеймили, ей Ватиру!

Быстро надев нижнее белье и закинув ненавистное платье в угол уборной, пусть уборщица примет за тряпку, ему там самое место, я настороженно начала оглядывать свои слегка вьющиеся волосы. Подняла их у корней – все тот же золотой оттенок. Пропустила сквозь пальцы, мягкие, будто не знавшие никогда краски. Перекинув волосы на левый бок, я повернулась спиной к зеркалу и стала рассматривать затылок, приподняв чуть пряди.

Ну что я могу сказать, натуральная золотистая блондинка с аккуратными, слегка вьющимися локонами. Они даже запутанными не были, учитывая длительное пребывание в Индигоре, валяние на снегу и отсутствие расчески. Неужели настойки духа-защитника настолько хороши? Верила я в это или не нет, а результат налицо – расческа волосам не понадобится еще долго. И мне бы радоваться, да только этот ненавистный цвет вызывал чувство отвращения и, как ни странно, отупения. Наверное, я тоже подвержена всеобщему мнению, что блондинки по определению не обладают повышенной мозговой активностью и продуктивностью. Глупо, поскольку я яркое опровержение данного утверждения. Но как же глубоко в меня въелось общественное презрение, когда все считали, что только благодаря положению моего отца я попала в кадетский корпус. Полный бред! Отец, как раз-таки, не хотел отпускать меня туда, но династию военных кто-то должен был продолжить. Иначе, наш великий род просто угас бы. Мое решение изменило многое. Теперь я наследница. Была ей…

Фамилия, статус, положение в обществе, а также право передать одному из своих детей родовой титул, вот мои былые возможности. Только с получением военного звания я могла передать своим потомкам Лихой дон, родовые земли, и прилагающееся к нему место в ближайшем окружении королевской семьи.

Титул давно стал моим. Воин первой руки короны Зиреи, аналитик Его Величества и глава тайного элитного спецотряда. Я та, что всегда подле короля. Была всегда подле короля… Теперь я не воин первой руки и не смогу передать свою знаменитую фамилию, а земли, скорее всего, давно отошли короне.

Стремительный Ватир, как же я запуталась во всем. Мир, недавно столь привычный, заполненный любимой работой и близкими людьми, рухнул в один момент. И именно этот момент я не помню. Maг, один из самых сильных и с редчайшим даром, побежден собственным сознанием. Какой позор для воина такого уровня. Нас учили быть стойкими, сильными и ни при каких обстоятельствах не поддаваться психологическим пыткам. А потеря памяти говорит о слабости духа и низком уровне ментальный стойкости. Если простым языком, я спеклась. Как бы не было неприятно это признавать, но факт остается фактом: нашелся маг, просто виртуоз в менталистике, который сломал Цинею Загорную.

За всю свою карьеру я не встречала существ, способных разрушить ментальные щиты воина первой руки. Либо король привлек кого-то извне, что весьма сомнительно, – никто не хочет раскрывать своих тайн, тем более государственных, – либо в этом вообще не участвовала Зирея. Тогда назревает вопрос: кто хозяйничал в моей голове как у себя дома? Ящеры, свои или вообще третья сторона? Вопросов становилось все больше, ответов меньше. Но дар исправно служил мне, что повышало шансы добраться до истины.

Сомневалась я в своей измене, но пока решила оставить все так, как есть. Если меня подставили, то лучшим способом получить информацию, было вытянуть ее из самих заговорщиков, то бишь сообщников Лерея. Вполне возможно, что я была двойным агентом, и по каким-то причинам миссия сорвалась. Тогда меня все же ищут власти и считают предательницей. Пока я не выполню задание, буду шпионкой чужой страны. Вот только чего я хотела добиться, зачем пошла на это? Пока это не важно. Вывод из моих размышлений все равно один, ждем развития событий и трясем связного на предмет информации, а Зирея мой враг. Вероятность того, что меня казнят, как только схватят на некогда родной земле, равна семидесяти пяти процентам. Для них я уже предатель, а в причинах буду разбираться по ходу дела.

Звук трения дерева о дерево, и я дождалась свою жертву. Двери были смазаны, а потому петли не скрипели, но и этого глухого звука мне было достаточно. Берт отличная хозяйка, держит свои купальни и таверну в отличном состоянии.

– Ну чего ты там копошишься, Дин? Заходи быстрее и закрой дверь. – Этот голос явно принадлежал Лерею. – Я хочу, наконец, смыть с себя всю тюремную грязь и нечистоты.

– Иду. Просто этот дух решила меня откормить как на убой, – отозвался мой второй спаситель и захлопнул дверь.

– Еще бы. Какой ты бледненький! Какой ты худенький, – лепетал противным, пародирующим Берт голосом связной. – Держи супчик, а вот тебе жаркое! И салатик возьми, и пирог. Я налила тебе чаек, а к нему всегда пирожки. Кушай-кушай, немощный, а то жалко смотреть на тебя.

Он так мастерски сыграл духа-защитника, что я не удержалась и начала смеяться. Хорошо, что вовремя закрыла рот рукой, а то гогот стоял бы знатный. Я бы многое отдала, чтобы присутствовать при этом разговоре. Берт, действительно, еще тот уникум.

– Прекращай кривляться, и пойдем в купальни, – буркнул не разделявший нашего веселья извозчик.

Не пойму, чего он дуется? На самом деле высокий, худосочный и вечно бледный. По крайней мере, он был таким все время, что я его знаю. А черные лохмы и невыразительные карие глаза довершали образ обычного бедного парня без гроша за душой. Совершенно ясен порыв духа покормить и обогреть.

– Не волнуйся, я там раньше тебя окажусь.

И по характерным звукам я сделала вывод, что мужчины уже принимают ванны, но не стали закрывать двери в предбанник.

Что ж они такие неосторожные? Теперь еще думай, как бы не попасть им на глаза, пока буду делать свое черное дело.

Тихо вышла из своего укрытия и огляделась в поисках своей добычи. На лавочке, прямо напротив купален, лежало два комплекта чистого мужского одеяния. Точно демон дернул их не закрыть эту троллью дверь! И что делать? Представляю себе картину: девица в нижнем белье крадется к лавке, хватает одежду и уносится в неизвестном направлении. Попахивает оккультизмом или психическим расстройством.

Около пятнадцати минут я ждала, пока мужчины, наконец, повернутся спинами к выходу. О чудо! Они все же повернулись!

Не теряя времени, рванула к одежде, схватила оба комплекта и уже ринулась вон из крыла купален, как вовремя сообразила в каком виде находилась и какой фурор произвела бы в трактире. Попятилась назад в уборную. Слава Ватиру, двум спасителям было не до голой девицы с их пожитками. Мужчины обсуждали, как они выразились, баб, и эта тема полностью завладела их вниманием.

Ничего, сейчас одна "баба" отомстит за весь наш род, оставив крутых красавцев в их естественном, ничем не приукрашенном виде.

Как оказалось, дар не зря дал семь процентов на провал. Одежда Лера висела на мне мешком и штанины волочились по полу. Парень явно мускулистый, широкоплечий и узкобедрый, поскольку мои прекрасные нижние достоинства с большим усилием позволяли пуговицам на штанах застегнуться. Вот тебе и первое попадание в семь процентов. К счастью, Дин был настолько нестандартным, что его одежду было очень просто подогнать под себя. Тут затянуть шнуровку рубахи, тут отпустить, и вуаля, я в приличных обтягивающих штанах и слегка подчеркивающей мои верхние прелести рубашке. Теплый вязанный женский свитер, купленный ранее Дином, мне подошел так же, как и зимние подштанники с полушубком. Верхняя одежда оказалась на овчинке, что несказанно обрадовало.

Теплая-а-а. Теперь и переживать о холодной зиме не придется.

Полностью одевшись, я мышкой юркнула прочь из купален к своей долгожданной трапезе, предварительно подобрав брошенное в угол платье и аккуратно положив его на место мужской одежды. Ее я всю забрала, даже вещи связного. Просто так, из мести за поруганный женский род и себя, в частности. На третьем пирожке за кружкой ароматного чая купальни сотряс крик бешенства.

– Платье! Она оставила нам платье! Стерва!

Какие звуки! Ласкали мой слух лучше изысканных мелодий.

А разговор продолжился. Печальный голос Дина из приоткрытой двери, ведущей в таверну, пояснил:

– Причем одно на двоих, друг, – тяжелый вздох.

А нечего было меня втравливать в свою игру. Теперь вам не поздоровится, мальчики. Я аналитик с отличной памятью, пусть и с небольшими пробелами с недавних пор, но целеустремленная и с хорошим чувством юмора. Теперь играем по моим правилам.

– Резать его, что ли? Жалко, красивое.

– Вокруг бедер еще обмотай, эстет, блин! – негодовал Лер.

А жизнь-то налаживается.

Я слизнула черничное варенье с подбородка и зажмурилась от приятных ощущений.

***

Дожидаться разгневанных товарищей я, естественно, не стала. Когда еще придется погостить в таком необычном королевстве. Вот я и решила прогуляться по улочкам деревеньки, пока окончательно не стемнело. Мысли в голове блуждали самые разные, но одна все никак не хотела уходить. Мой разум терзала история. И не простая. Это была история сотворения всех рас.

Проходя мимо занесенных снегом крыш и усыпанных им же подоконников деревянных домов, из окон которых лился тусклый свет свеч или масляной лампы, я мысленно прокручивала в голове легенду, что точно наполовину была былью.

Ступая по скрипящим сугробам, засыпавшим все дорожки, что здесь расчищались только ногами прохожих, я продолжала витать где-то далеко в прошлом. Сводилось в моей голове все к одному: после создания нашего мира, мира Лот, его населяла всего одна раса. До ужаса примитивная и обремененная только дикими животными инстинктами. Так и жил бы наш мир без расового разнообразия, если бы на него не пришли наллы. По легенде, это древняя раса существ, что могли менять будущее, прошлое и настоящее, менять судьбу, как свою, так и чужую. Как выглядели эти чудесные существа, или, возможно, боги, не знает никто, а те, кто видел, давно мертвы.

Не представляю, что стукнуло в голову этим наллам, но они решили наполнить мир разумными существами. И сделали они это очень правильно, с точки зрения морали. Вместо того, чтобы вершить геноцид над глупыми аборигенами и потом заселить Лот с нуля разумными, приравненные к богам решили проблему по-другому. Они создали восемь мощнейших артефактов и отдали их восьми разным племенам. Я не имею понятия, как происходили метаморфозы, но на протяжении тысячи лет наши предки менялись, все больше отдаляясь друг от друга и приобретая собственные видовые отличия. Так появились основные восемь рас: люди, демоны, гномы, тролли, орки, вампиры, оборотни и драконы. Остальные малочисленные существа приобрели свои особенности, кочуя с одной местности на другую. На них воздействовал больше, чем один артефакт, что повлияло на их дальнейшее развитие. Отсюда пошли гоблины, дриады, элементали, эльфы и остальные мигрирующие расы. Сейчас их приютило королевство Риз, но далеко не всех.

Помимо живых существ, артефакты повлияли и на саму природу мира, его нутро и магическое естество, меняя все законы. Появилась нежить, жители Лот обрели магию, а с ней и веру. Налл, который дал одному из племен артефакт, автоматически становился их богом. Потому у каждой расы есть свой покровитель, к которому взывают, молятся и боготворят. Налла, давшего людям артефакт исключительной магии, звали Ватир. Он покровитель воинов и магов и наш единственный неоспоримый духовный лидер. Благодаря этому наллу люди обрели магические способности, кардинально отличающиеся от сил остальных рас. Например, только люди могут быть магами металла, стекла, разума, вероятности, погоды, проницательности, ловкости, везения, целительства и так далее. Наша магия настолько разнообразна, что до сих пор не известны все виды людских способностей. Правда, часть людей отделилась от Зиреи и решила основать свое государство. Но они вынуждены были переселиться на второй материк – Зула, ибо, в противном случае, разразилась бы кровавая война.

Власти легко отпустили мятежников, но не собирались терпеть конкуренцию рядом с собой, поэтому случилась массовая миграция человечества. И так появилось королевство Шангес, где люди без постоянного воздействия артефакта почти полностью утратили магию. Те, кто сохранил ее крупицы, решили развить свои способности и основали орден серых, что защищал людей от остальных, более сильных рас на новом месте. Но были и те, кто ударился в религию, создал единого бога, Всевышнего, не признавая существование остальных, и назвались они орденом света.

С течением времени мы потеряли возможность пристально следить за соседями, так как они окрепли и развили свою систему защиты от шпионажа, но кое-что нам все же удалось узнать. Орден света – фанатики, но многочисленные и оттого опасные для обывателей, у кого уровень силы не превышает средний показатель. Однако их лидеры сильны и вызывают опасения даже у высших. Что же до серых, тут все туманно и расплывчато. То, что орден малочисленнее, чем их бывшие соотечественники, это факт. Вот только силы у них несоизмеримо выше. Это внушающее ужас объединение стараются избегать все расы. Не дай бог-покровитель, орден пошлет за тобой ловца или охотника. Это самый страшный кошмар, который может быть. Но если направили жнеца, пиши завещание – ты труп.

Странно, что именно люди смогли создать в западных горах соседнего материка орден, приводящий в ужас всех существ мира Лот. Да, люди расселились не просто по разным территориям, а осели на разных материках.

Но это только один бог, артефакт и одна раса. Я же, по непонятной пока причине, продолжила вытаскивать из глубин разума историю всех существ нашего мира. И следующим вспомнился Рах, бог демонов. Он подарил своим последователям артефакт чувств, что дает этой расе способности в области обоняния, осязания, зрения, вкуса, слуха, эмпатии и телепатии, а также мгновенной телепортации на маленькие расстояния. Естественно, что каждый демон обладает способностями только в одном или двух этих направлениях. Королевство демонов, Сальши, находится на юго-востоке материка Зула и граничит с землями вампиров и оборотней. Они редко заплывают к нам.

Что же касается оборотней, то их бога зовут Лиссан. Артефакт, дарованный двуипостасным, обладает силой под названием Вторая суть. Их многочисленные кланы живут на юге континента Зула и не объединены в одно королевство. Эта территория просто называется землей оборотней.

Перейдем к вампирам. Что же я помню о них? Бог – Сиран. Артефакт – Пьющий жизни. Всего восемьдесят лет назад девять кланов признали единого Верховного и создали королевство Аш. Самый сильный после правящего рода – клан Сизого тумана. Все остальное тщательно утаивают.

Орки. Бог Адон, артефакт – Песнь души. Владеют шаманством и кочуют по степям. Мирные, если не ступать на их земли. Живут на юго-востоке нашего материка Дриз. С Зиреей граничат на участке малой протяженности, так как людские территории – это северное королевство.

Дальше у нас идут гномы. Их бога зовут Дорн, а артефакт – Недра земли. Он дал своему народу способность чувствовать минералы, полезные ископаемые, металлы и драгоценные камни сквозь толщу почвы и каменных пород. Оттого гномы обжили территорию на северо-западе, где растянулась гряда «Хребет Дриза», что огибает почти половину материка по западному берегу. Назвались они просто, королевство гномов, и граничат с Зиреей с запада.

Седьмыми в моей памяти всплыли тролли. Замкнутая раса, которая уже давно не имеет королевства и живет на чужих территориях по чужим правилам. Им так проще. Вообще, весьма ленивый народ, учитывая, что их артефакт Мощь. Не заболей они праздностью, уже захватили бы Дриз и точили топоры на Зулу. Бога у них нет все по той же причине: на молитвы, обряды и восхваления нужно время, а у них его много, но не для этого. Ходил слух, что имя налла троллей – Жерн. Если честно, я ему искренне сочувствую, поскольку постигла его самая страшная участь для богов – забвение.

И последняя основная раса нашего мира, это драконы. Бог-покровитель – Варс. А артефакт им достался весьма интересный – Пять стихий: вода, воздух, земля, огонь и дух. Они олицетворяют пять видов драконов и пять кланов. Пожалуй, у них самая протяженная по длине страна – империя Рон. Она тянется по всему южному побережью от восточного моря, до западных гор и имеет небольшую территорию на севере, оторванную от основных земель. Граничит со всеми королевствами на материке, кроме Риза, ведь это королевство иных рас соприкасается только с Зиреей и орочьими степями.

Вот кратко и вся история. Только одна важная деталь – артефактов было больше восьми. Остальные были не основными реликвиями, что видоизменяли первоначальных существ, а вспомогательными. Исконно за них шла борьба. Некоторые нашли своих хозяев, остальные же были утеряны, и за ними шла охота до сих пор.

И тут меня осенило. Я встала как вкопанная на окраине деревни и невидяще уставилась на падающий крупными хлопьями снег. И как я раньше упустила это из виду. Сейчас же дар разрывался предположениями и статистикой, но я его не слушала, а продолжала мыслить в выбранном направлении, делая шаг и направляясь все дальше к приграничному лесу.

Ящеры пять лет назад лишились отвоеванного еще в древние времена артефакта Истины. Поговаривали, что его стащили демоны, в чем я убедилась лично, когда потрошила их караван с контрабандой. Там и обнаружилась драконья пропажа. Естественно, возвращать конфискованное драконам никто не собирался. Выкрали не мы, и отследить артефакт не представлялось возможным. По крайней мере, наше вмешательство было недоказуемо. А дальше совет, решение спрятать артефакт на двадцать лет, чтобы его использование не привлекло внимание драконов, и мое задание сделать так, чтобы ни одна душа не знала, где находится Истина.

И я справилась. О нахождении древней реликвии не знаю даже я сама, так надежно она скрыта. И вот он вывод, вероятность которого выше шестидесяти процентов. Драконы завербовали меня именно из-за артефакта и вытащили меня из Индигора за тем же. Только я могу найти то, о чьем местонахождении не знает ни одна душа, будь она мертвой или живой.

Дальше я не думала. И так все встало на свои места. Придет время, и Лерей сам расскажет обо всем. Ему незачем знать, что я уже и сама догадалась. Теперь только спокойствие и неблизкое путешествие в Зирею, где меня с распростертыми решетками ждет камера, а возможно, и петля виселицы с магическими оковами.