книжный портал
  к н и ж н ы й   п о р т а л
ЖАНРЫ
КНИГИ ПО ГОДАМ
КНИГИ ПО ИЗДАТЕЛЯМ
правообладателям

Айрис Джоансен

Поцелуй над пропастью

Глава 1

Атланта, штат Джорджия

Несколько лет тому назад

– Мама, а вон та звезда как называется? – Бонни протянула ручку, указывая на сияющую точку в ночном небе. – Она такая яркая.

– Это не звезда, а планета. Венера. – Ева крепче обняла устроившуюся у нее на коленях дочь. – Я рассказывала тебе о Венере, Бонни.

– Не помню, мам. – Она снова прильнула к плечу матери, блаженно притихшей в большом плетеном кресле. – Правда, сегодня все какое-то… другое?

– Другое? Мы же сидим на этом крыльце почти каждый вечер. – Мама и дочка ценили это время. После ужина они выходили на крылечко, как в гнездышке, усаживались в кресле и смотрели на звездное небо. Ева даже купила книжку по астрономии, чтобы находить созвездия и рассказывать о них Бонни. – А что не так, зайка?

– Не знаю. – Девочка скользнула взглядом по темному куполу с перемигивающимися звездочками. – Они как будто ближе сегодня. Кажется, только протяни руку и дотронешься. Мам, они хотят, чтобы я их погладила.

Ева рассмеялась и прижала к себе малышку.

– Может быть, когда-нибудь, когда ты вырастешь, так и случится. Ты хотела бы стать астронавтом, летать с одной планеты на другую?

Бонни хихикнула.

– Вот было бы классно! Как в сериале «Звездный путь». Только у меня нет таких ушей, как у мистера Спока.

– Можно обойтись и без них, – улыбнулась Ева и, откинувшись на спинку кресла, с надеждой посмотрела в небо. – Но звезды так далеко, мы не знаем, что найдем там. Ты не боишься?

Бонни молчала, не отрывая взгляда от звезд.

– Бонни?

– Я не боюсь, мама. – Она повернулась и посмотрела Еве в глаза. – И ты тоже не бойся. У меня все будет хорошо.

Ева уже не улыбалась. В выражении лица дочери промелькнуло что-то такое, отчего ей стало не по себе. Бонни уже не выглядела семилетней девочкой – она вдруг странным образом посерьезнела и словно повзрослела.

Чепуха, конечно. Просто воображение разыгралось.

– Не буду. – Ева поцеловала дочку в носик. – Потому что мы лучше оставим тебя на Земле и не станем скакать с планеты на планету. Мы с бабушкой Сандрой очень скучали бы по тебе. – Она легонько дернула Бонни за мочку уха. – И ты права, твои уши совсем не такие, как у мистера Спока. – Ева крепко обняла дочку и чмокнула ее в макушку. – А теперь пора в ванную. Ты говорила, что у вас завтра в школе пикник намечается? Беги к бабушке, скажи, чтобы наполняла ванну, и подумай, в чем пойдешь.

– Посидим еще одну минутку. Не хочу, чтобы ты уходила. – Бонни теснее прижалась к матери.

Ева тоже не хотела отпускать дочку. Смутное ощущение тревоги не проходило. Может, стоит задержаться, подождать, пока оно рассеется?

– Хорошо, но только минутку. Не только ты идешь завтра в школу. Мне еще надо подготовиться к тесту по английскому.

– Но ведь сегодня вечер какой-то особенный, не такой, как все, – прошептала Бонни. – Неужели ты не чувствуешь?

С Бонни особенным был каждый день, каждая минута. С самого момента появления на свет малышка стала центром того мира, в котором жила Ева. Но в их сегодняшней близости и впрямь было что-то необычное, странное и прекрасное. Что-то, от чего Еве не хотелось отказываться. При мысли о том, что это все же придется сделать, она едва не запаниковала.

– Чувствую. – Она обеими руками обняла малышку. – Чувствую, милая.

Бонни вбежала в спальню Евы в желтенькой пижаме с оранжевыми клоунами. Кудрявые рыжие волосы растрепались, на лице сияла счастливая улыбка.

– Мама, Линдси говорит, что ее мама разрешает ей надеть завтра маечку с Гуфи. Можно мне надеть мою с Багзом Банни? Мы ведь пойдем на пикник в парк.

Ева оторвалась от лежавшего перед ней учебника английского.

– Конечно, можно, милая. – Она улыбнулась. – Мы же не хотим, чтобы Линдси затмила нашу красоту.

– Мне все равно. Пусть тоже будет красивая. Она же моя подруга. Ты сама говорила, что друзьям надо желать лучшего.

– Ты права. А теперь беги в кроватку.

Бонни не спешила уходить.

– Мамочка, я знаю, что тебе надо заниматься, но, пожалуйста, почитай мне сказку, – попросила она. – Самую-самую коротенькую, ладно?

– Тебе ведь бабушка читает, милая. И ей это нравится.

– Я люблю бабушку, – прошептала Бонни, подойдя ближе, – но еще больше люблю, когда читаешь ты.

Ева посмотрела на учебник. Хотелось бы лечь до полуночи, а надо еще столько выучить к экзамену… Но Бонни смотрела на нее с таким умилительным и просящим выражением. К черту экзамен. Разве не для дочери ты учишься? Разве не для нее живешь?

– Беги за книжкой и выбирай сказку. – Она отодвинула учебник и поднялась. – Можешь не выбирать самую короткую.

Личико Бонни осветилось, как Таймс-сквер в Рождество.

– Нет, мама, обещаю… – Она выскочила из комнаты и вернулась через несколько секунд с книжкой доктора Сьюза. – Мне нравятся стишки, и читать их быстрее.

Ева села в кресло-качалку, которое облюбовала с самого рождения Бонни.

– Забирайся ко мне. Мне тоже нравится доктор Сьюз.

– Я знаю. – Бонни вскарабкалась матери на колени и привычно склонила голову к ее плечу. – И раз уж книжечка маленькая, то… можно еще песенку?

– По-моему, вполне обоснованная просьба, – с серьезным видом сказала Ева. У них уже сложились свои маленькие традиции, и каждый вечер Бонни пела с матерью одну из своих любимых песенок. – Какую ты хочешь сегодня?

– «Все красивые лошадки». – Малышка повернулась и изо всех сил обняла Еву. – Я люблю тебя, мама.

И Ева обняла дочку. Волосы у Бонни были мягкие, шелковистые, душистые и искрились, словно нимб ангела. В ее маленьком тельце билась самая драгоценная для Евы жизнь. Господи, какое счастье!

– Я тоже люблю тебя, милая.

Бонни поерзала, устраиваясь поудобнее, тесно прижалась к ее плечу.

– Начинай, мама.

– Баю-бай, не плачь, дитя, – тихонько запела Ева.

– Засыпай, малыш мой сладкий, – вступил тоненький голосок Бонни.

Момент был редкий, такой бесценный. Ева крепче обняла Бонни и почувствовала, как перехватило горло, мешая петь.

– Утром ждет тебя пирог…

Детский голосок был едва слышен:

– И красивые лошадки…

«Пора идти, надо заниматься», – подумала Ева.

Нет, еще немного. Расставаться не хотелось. Бонни была сегодня такая нежная, такая любящая. И как будто всем сердцем тянулась к матери.

Ева смотрела на спящую дочку, свернувшуюся во сне калачиком. Она казалась такой маленькой и хрупкой. Материнское сердце сжалось от любви и нежности. Бонни уже исполнилось семь, но столько ей никто не давал.

При внешней субтильности девочка проявляла иногда недетскую мудрость. С самого начала, со дня рождения, Бонни была особенным ребенком. Ева родила ее вне брака, когда ей самой не исполнилось и семнадцати. Страстный роман с Джоном Галло продолжался всего четыре недели, но подарил ей Бонни.

А ведь поначалу она собиралась отдать девочку в приемную семью. Сейчас сама мысль об этом казалась невероятной и дикой. Едва увидев дочку в первый раз, Ева поняла – они всегда будут вместе.

Всегда.

Разговор на крыльце напомнил, однако, о том несомненном факте, что когда-нибудь Бонни вырастет и уйдет из дому.

Думать об этом было больно. И не надо.

Ведь это произойдет еще не скоро. Пока что Бонни – ее малышка, и впереди у них годы. И она будет дорожить каждым мгновением, как это было сегодня.

Ева наклонилась и поцеловала дочку в нежную шелковистую щечку.

– Спокойной ночи, милая, – прошептала она. – И сладких тебе снов.

– Сны… – Веки Бонни дрогнули. – Они такие чудесные. Во сне можно протянуть руку и дотронуться… – Она снова уснула.

Ева повернулась, вышла и тихонько закрыла за собой дверь.

– Ну что, уснула? – Мать Евы уже стояла в коридоре. – Я бы и сама ее уложила. Ты же говорила, что у тебя завтра тест.

– Ничего, Сандра, я справлюсь. – Ева с самого детства называла мать только Сандрой. Сандра упрямо отказывалась стареть, и то, что она позволяла Бонни называть ее бабулей, было показателем ее огромной любви к внучке. – Мне все равно нужен был перерыв. – Она улыбнулась и направилась было по коридору к своей комнате. – Ты же знаешь, я не могу каждый вечер укладывать ее спать. Хотя и хотела бы.

– Ты учишься. Работаешь. Нельзя успевать всюду.

– Знаю. – Ева остановилась и повернулась к матери. – Но я постоянно думаю, как же мне повезло, что у меня есть она.

– Как нам повезло, – поправила Сандра.

Ева кивнула.

– Я знаю, как сильно ты ее любишь. – Если бы не мать, ей, конечно, пришлось бы гораздо труднее. Сандра всегда была рядом, с самого рождения Бонни. – Завтра у нее школьный пикник в парке. Я разрешила ей надеть майку с Багз Банни. Утром я не смогу быть там, но к полудню, после теста, подойду. Ты побудешь с ней?

Сандра кивнула.

– Конечно, побуду. И не только до полудня – останусь на весь день. Мне и самой интересно. Ты не волнуйся, Ева.

– Я только хочу, чтобы она чувствовала себя там комфортно. У других детей есть отцы, и я всегда боюсь, что ей… – Ева нахмурилась. – Но ведь ей и нас двоих достаточно, правда?

– Никогда не видела более счастливого ребенка. – Сандра покачала головой. – И зачем спрашиваешь? Ты ни секунды не сомневалась в принятом решении, потому что не такая, как я. Это меня качало, как тростинку, от каждого порыва ветра. Даже если бы Джон Галло не погиб в армии, ты ведь не подпустила бы его к Бонни. Сама же говорила, что между вами был только секс и ничего больше. Никакой любви.

Ева согласно кивнула. И чего это она вдруг забеспокоилась, что у Бонни нет полной семьи? Просто ей хотелось, чтобы у дочери было все то, что и у других детей. Чтобы она чувствовала себя в безопасности, знала, что о ней заботятся. Нет, она хотела большего. Хотела окружить дочь золотой стеной любви, которая защищала бы ее всю жизнь.

И все ведь так и есть, убеждала себя Ева. Никто не мог любить Бонни больше, чем она. Больше, чем Сандра. Глупо беспокоиться из-за того, что, скорее всего, нисколько не волнует саму Бонни. Девочка ни разу не спросила об отце и, казалось, была вполне довольна тем, что у нее есть мать и бабушка.

– Иди, занимайся, Ева. Перестань себя изводить. Не тревожься из-за пикника. Бонни чудесно проведет время. – Сандра отвернулась. – Я иду спать. Спокойной ночи.

– Спокойной ночи. – Ева села к столу. Не думай о Бонни, приказала она себе. Думай о предстоящем экзамене по английскому. Получишь диплом – сможешь защитить Бонни, дать ей все необходимое. Вот этим и займись.

И не обращай внимания на это непонятно откуда взявшееся ощущение, что что-то не так. Что может быть не так?

Сандра права. Завтра Бонни проведет чудесный день на пикнике в парке.

КОШМАР!

Кошмар!

Кошмар!

– Давайте пройдемся еще раз, – предложил детектив Слиндак. – Вы не видели, чтобы кто-то подходил к вашей дочери?

– Я же вам уже говорила. – Голос у Евы дрогнул. – Там было полно народу. Она пошла к киоску, купить мороженого. Только что была здесь, и вот ее уже нет. – Ева отвернулась к окну патрульной машины – еще три полицейских машины у тротуара… группки людей, о чем-то переговаривающихся, поглядывающих на нее. – Бонни нет уже три часа. Почему вы задаете мне эти вопросы? Ищите ее.

– Мы пытаемся. Ваша дочь часто уходила от вас?

– Нет, никогда. – Ева посмотрела на мать – та сгорбившись сидела на скамье с другим полицейским офицером. По ее щекам текли слезы. – Мы были возле качелей. Моя мать дала ей денег на мороженое, Бонни побежала к киоску. Мы видели этот киоск и нисколько не волновались. Она сказала, что сразу вернется. Она не хотела никуда уходить. – Но если так, то существовало иное объяснение, и здесь начинался кошмар. – Я разговаривала с продавцом. Он ее запомнил. – Бонни все и всегда помнили. Ее улыбка освещала весь мир. – Продавец сказал, что продал девочке мороженое, и она убежала.

– Нам он сказал то же самое.

– Ее должен был видеть кто-то еще. – Паника Евы возрастала. – Расспросите людей. Найдите мою девочку.

– Мы стараемся сделать все возможное, – мягко попытался успокоить ее детектив. – Мы всех расспрашиваем. Поиски идут по всему парку.

– Здесь ее не найдут. Неужели вы думаете, что я это уже не сделала? Я бегала по всему парку, звала ее. Она не откликнулась. – Слезы наконец прорвались. – Я звала и звала. Она не отвечала. Бонни всегда отзывалась. Она бы откликнулась…

– Мы все-таки попробуем, – сказал детектив. – Нужно проверить все варианты.

– Озеро. Я учила ее плавать, но что если…

– Это декоративный пруд. Даже в самом глубоком месте не больше четырех футов. Мы поговорили с двумя мужчинами, отцом и сыном, которые сидели на скамье у озера с полудня. Они бы видели, если б девочка упала в воду.

– Но должна же она где-то быть! Найдите ее. – Как заведенная, Ева повторяла это снова и снова. Ничего другого она сказать не могла. Только это имело значение в мире, тонувшем в безумии. Бонни нужно найти. Она свет и любовь, радость ее жизни, а их потерять нельзя. Бог не допустит, чтобы такое случилось. Надо только поискать как следует, и Бонни отыщется.

– Мы посылаем еще одну поисковую группу. – Детектив Слиндак кивнул в сторону полицейских, направлявшихся к деревьям в дальней стороне парке. – Мы уже оповестили всех полицейских в этом районе. Больше здесь делать нечего. Если не возражаете, мой человек отвезет вас с матерью домой. Мы позвоним вам, как только появятся какие-то новости.

– Хотите, чтобы я поехала домой? – Ева недоверчиво, с вызовом уставилась на детектива. – Без моей малышки? Нет, я не могу.

– Нам вы здесь больше ничем не поможете. Будет лучше, если вы предоставите заниматься поисками профессионалам.

– Бонни – моя дочь. Я не уйду отсюда. – Она резко отвернулась. – Пойду с вашей поисковой группой. Буду звать ее. Мне она ответит.

– Вы уже звали ее, и она не откликнулась, – терпеливо заметил Слиндак. – Может быть, ее здесь нет.

Он не стал объяснять, что Бонни, возможно, не в состоянии ответить, но Ева сообразила, что именно так он и думает. От страха подташнивало. Сердце стучало так сильно, что ей даже не удавалось перевести дыхание.

– Мне она ответит. Бонни найдет способ, как известить свою маму. Вы не понимаете. Моя доченька особенная девочка. Она что-нибудь придумает.

– Уверен, вы правы, – не стал спорить детектив.

– Ни в чем вы не уверены. – Ева едва не сорвалась на крик. – А я точно знаю. Произошла какая-то ошибка. Никому в голову не придет обижать мою девочку. Ее всего лишь надо найти. – Она вскочила и побежала догонять группу полицейских, направлявшихся на поиски.

Детектив пристально смотрел ей вслед – Ева кожей чувствовала его взгляд. Наверное, он хотел бы остановить ее и вернуть. Было бы легче, если бы она вела себя благоразумно и не мешала полиции заниматься делом. Но это ведь было и ее личным делом. Она привела Бонни в мир. И это было ее единственным настоящим делом.

Губы Евы незаметно шептали одно и то же, словно заклинание:

– Я найду тебя, малышка. Не бойся. Я защищу тебя от всего плохого. Жди меня. Я всегда буду с тобой. Сколько бы это ни заняло времени, как далеко ни пришлось бы идти, я верну тебя домой, Бонни.

Глава 2

Лэнгли, штат Вирджиния

Настоящее время

– Директор на линии, агент Винейбл. – Харли замялся. – Похоже, он немного…

– Не в духе? – закончил за него фразу Винейбл. Ничего удивительного. Великий Хэл Диксон не отличался сдержанностью, а Винейбл вовсе не спешил плясать под его дудку. – Что-то у меня нет желания с ним общаться. Скажи, что я…

– Это уже третий звонок.

– И ты боишься, что он начнет отстреливать гонцов, – усмехнулся Винейбл.

– Я передам все, что хотите, – пожал плечами Харли, – но на этот раз он потребовал номер сотового агента Линг.

Дело дрянь.

– И что ты?

– Сказал, что поищу. – Харли помолчал, потом добавил: – Но он все равно его получит.

Естественно, Винейбл знал, что Хэл Диксон, как директор ЦРУ, мог получить любую информацию, какую только хотел, если случались неприятности. Но тем, кто доставлял ему эти неприятности, приходилось несладко.

– Зачем ему потребовалась агент Линг? – поинтересовался Харли. – Я сказал, что она на задании.

– Думаешь, его это волнует? Ситуация в некоторых южноамериканских странах критическая, дело пахнет революцией. Агент Кэтрин Линг провела несколько лет в джунглях Колумбии и Венесуэлы. У нее большой опыт, есть контакты, ей доверяют люди. Она может добыть информацию там, где у других нет ни малейшего шанса. Диксон это знает и хочет бросить ее туда.

– Вы отзовете агента Линг?

Отозвать Кэтрин Линг? Если бы все было так просто. Он мог бы попросить ее, но заранее знал – ничего не получится. Скорее в аду выпадет снег, чем Кэтрин согласится надолго оставить сына, вернуть которого ей удалось после нескольких лет разлуки. Любого, кто обратится к ней с такой просьбой, она просто пошлет ко всем чертям.

Если только он не найдет способ притормозить директора на время и не придумает, как убедить Кэтрин сделать то, что ему нужно. В настоящий момент шансов на это не было, потому что она выполняла отнюдь не служебную миссию, помогая Еве Дункан найти останки дочери и ее убийцу.

Дело нелегкое.

Итак, объяснить, придержать и постараться при этом не вызвать на себя гнев Диксона. Директор был неплохим малым, но только когда не злился. Винейбл знал Диксона еще до того, как политики в Конгрессе выставили Управление чудовищем в глазах общественности. Когда все вокруг хитрили и обманывали, эти чистоплюи требовали играть по каким-то невесть кем придуманным правилам чести и благородства. Винейбл знал, какое давление оказывают на Диксона со всех сторон. К тому же ему и самому случалось обращаться к директору за помощью, и потерять возможность делать это в будущем, даже ради Кэтрин Линг, было не в его интересах.

И, конечно, несправедливо подставлять под удар Харли.

– Я поговорю с ним. – Винейбл взял телефон и, набирая номер Диксона, снял с полки папку с личным делом агента Линг. К работе на ЦРУ он привлек Кэтрин, когда той было семнадцать лет, и знал ее как никто другой.

Слушая доносящиеся из трубки гудки, Винейбл смотрел на фотографию, сделанную на улицах Гонконга, где выросла Кэтрин. Смешение европейских и азиатских черт привело к потрясающему результату – темные волосы, золотистая кожа, слегка раскосые глаза. Но ценили ее в первую очередь не за красивую внешность. Она была одним из лучших агентов ЦРУ, которых привлек к работе Винейбл: находчивая, выносливая, беспощадная. И преданная. Он понимал, как трудно будет оторвать сейчас Кэтрин от Евы Дункан и Джо Квинна.

– Где Кэтрин Линг? – первым делом, даже не поздоровавшись, спросил Диксон. – Я еще неделю назад сказал, что она нужна мне в Перу.

– У нее сейчас другое задание.

– К черту другое задание! Замените Линг.

– В данный момент это невозможно.

– Вы мне отказываете? – Диксон многозначительно помолчал. – Хм. Вы ведь не дурак, Винейбл. Иногда мне кажется, что вокруг одни только дураки, но вы-то к их числу не относитесь. Следовательно, рисковать вас вынуждает некая причина. Линг сорвалась?

– Нет-нет. – Поколебавшись, Винейбл решил сказать правду. – Агент Линг считает себя обязанной близким людям. Некоторое время назад Кэтрин познакомилась с парой экспертов полицейского управления, Евой Дункан и Джо Квинном, они помогли спасти ее сына Люка. Теперь Кэтрин вместе с Евой Дункан пытаются найти останки ее дочери и схватить убийцу. Пока она это не сделает, ни на какое другое задание не согласится.

Диксон негромко выругался.

– А повлиять на нее как-то вы не можете?

– Только не в этом вопросе.

– Но какой-то же вариант должен быть. Ева Дункан. Можете обратиться к ней?

– Нет, вы не понимаете…

– Так объясните, черт возьми, чтобы я понял. Почему это важное дело не может подождать?

– Ева скажет мне, что и без того ждала слишком долго. – Раз уж Диксону так хочется, пусть будет в курсе дела, хотя толку от этого никакого. – В шестнадцать лет Ева Дункан родила девочку. Отец ребенка служил в армии и позже был объявлен погибшим. Будучи сама молоденькой девочкой, она не стала отдавать дочку в приемную семью. Самоотверженно растила сама. Иногда ей помогала мать, часто девочку отдавали в ясли. Ева работала, заочно училась. Ей практически удалось закончить курсы, когда ее дочь Бонни исчезла. Полиция была уверена, что девочка стала жертвой серийного убийцы. Позднее его поймали и приговорили к смертной казни. Помните нашумевшее дело Ральфа Фрейзера? Он убивал детей, но, как оказалось, Бонни не входила в число его жертв. Так что для Евы дело осталось открытым. Она считает своим долгом найти настоящего убийцу и вернуть хотя бы останки Бонни домой. Ничего важнее для нее на свете нет. У Евы давняя связь с Джо Квинном, полицейским детективом, помогавшим в поиске дочери. Есть у нее и приемная дочь, Джейн Макгуайр, художница. Но поиски Бонни для Евы цель номер один.

– И она привлекла к многолетним поискам профессионала такого высокого уровня, как Кэтрин Линг. – В голосе Диксона зазвучали жесткие нотки. – Пусть сама ищет своего ребенка.

– Ева Дункан никогда и ни о чем Кэтрин не просила. – К черту дипломатию. Винейбл знал Еву многие годы. Она не раз помогала и ему лично, и Управлению и заслужила кое-что получше проклятий Диксона. – Послушайте, Ева Дункан тянет свою ношу сама и Кэтрин при себе не держит.

Повисла пауза.

– Вижу, она вам нравится.

– Верно, нравится. Многие женщины трепетно относятся в детям, но Ева любила дочку больше жизни. Похищение и убийство ребенка может сломить любого. А вот она выстояла. Закончила курсы, получила диплом бакалавра изобразительных искусств. Сейчас у нее есть лицензия специалиста-психолога, она работает в Национальном центре защиты детей в Арлингтоне, штат Вирджиния. А еще она получила диплом судебного антрополога. Хотите услышать, какие еще у нее есть дипломы? Да ее знают во всем мире. В своей области Дункан – икона. Вам не кажется, что она заслуживает некоторой помощи?

Снова пауза.

– Может быть. Но если она так долго занимается поисками, то зачем сейчас понадобилось привлекать Кэтрин Линг? Чем она может помочь?

Ну и упрямец. Ладно, по крайней мере слушает. Для начала уже неплохо.

– Занявшись расследованием похищения, несколько лет тому назад Кэтрин обнаружила подозреваемого, о существовании которого никто не знал. Отец Бонни, Джон Галло, вовсе не погиб при исполнении воинского долга, как о том сообщалось. В свое время его захватили в плен на территории Северной Кореи и семь лет держали в тамошней тюрьме. Подвергали пыткам и истязаниям. Парню удалось бежать. В токийском госпитале у него диагностировали серьезные психические проблемы, шизофрению, потерю памяти, галлюцинации…

– Воображаю, – с нескрываемым сарказмом откликнулся Диксон. – Бедный ублюдок.

– И первый кандидат на роль подозреваемого. Что может быть лучшей местью женщине, как не убийство ребенка?

– Это Линг пришла к такому выводу?

– Да. И у нее были для этого основания. Согласны?

– Допустим. Значит, Линг охотится на Галло?

– Весьма успешно охотилась. Но когда нашла, решила, что, возможно, ошибалась, и переключилась на двух офицеров армейской разведки, которые и отправили Галло в Корею. Нейт Кин и Томас Джейкобс. Эти двое занимались контрабандой, и группа Галло должна была изъять у северокорейцев некие компрометирующие документы. Парень думал, что служит своей стране, а попал в тюрьму, где прошел через ад. И только потом, после возвращения, он начал подозревать Кина и Джейкобса.

– Я понимаю, что он хотел посчитаться с ними за подставу и корейскую тюрьму, но при чем тут убийство дочери Евы Дункан? Его дочери, между прочим.

Винейбл понимал нетерпение директора. Картина поисков убийцы Бонни походила на паутину. Чтобы не утомлять Диксона, нужно было изложить всю историю в упрощенном варианте.

– Кин и Джейкобс хотели избавиться от Галло, как от потенциально опасного свидетеля, и наняли для осуществления своих коварных замыслов профессионального киллера, Пола Блэка. Оказалось, не все так просто. Закончилось тем, что Блэк получил ножом в живот, так и не выполнив задание нанимателей. Оправившись, он начал планировать ответный удар по Галло.

– Значит, девочку убил Блэк?

– Именно так все и выглядело. Так считали Галло, и Ева Дункан, и Джо Квинн, и Кэтрин. Блэка выследили в лесу в Висконсине.

– И устранили? Так в чем проблема? Линг должна быть свободна.

– Перед смертью Блэк поклялся, что не убивал Бонни, и обвинил в этом Галло. – Винейбл перевел дыхание. – Похоже, получилось убедительно, потому что ему поверили и Ева Дункан, и сам Галло.

– Что за черт! Хотите сказать, Галло убил своего ребенка и даже не помнил об этом? Из-за своих проблем с психикой?

– Да. Галло не знал о своем отцовстве и решил, что совершил убийство в момент помутнения рассудка. Услышав откровение Блэка, он убежал и скрылся в лесу. Кэтрин искала его несколько недель и в конце концов нашла.

– Но вы сказали, что спецагент Линг уже не считает его виновным в убийстве ребенка. Почему?

– Трудно сказать. По ее мнению, Галло и Дункан напрасно поверили убийце, даже если сам негодяй был убежден, что говорит правду. Кэтрин предложила поработать в другом направлении, разработать версию предательства Кина и Джейкобса. Они и раньше неоднократно пользовались услугами Пола Блэка и, следовательно, не могли не знать о его намерении убить ребенка. Кин и Джейкобс видели в Галло личную угрозу и были в курсе его проблем со здоровьем. Что, если они разработали такой план: убить девочку, выставить Галло виновным и тем самым подтолкнуть его к краю? В общем, Кэтрин и Галло теперь взялись за них.

Винейбл почти ощущал недовольство и нетерпение директора на другом конце провода. Ничего, перебьешься. Да и немного уже осталось.

– Нейт Кин был убит неделю назад, теперь все ниточки сходятся на Томасе Джейкобсе. Кэтрин и Галло выследили его в Новом Орлеане. Она надеется добиться от Джейкобса признания или получить информацию о том, кто же все-таки убил Бонни Дункан. Галло снял домик у байю[1], на Миссисипи, куда они планируют привезти Джейкобса для допроса.

– Ну, если так, то дело близится к концу. Долго еще она там пробудет?

– Не знаю. По последней информации, Кэтрин рассказала о Джейкобсе Еве Дункан и Джо Квинну, и те уже отправились в Новый Орлеан.

– Значит, вы точно не знаете? – проворчал Диксон. – А примерно?

– Черт возьми, у меня нет хрустального шара. Как только Кэтрин получит информацию, она сразу же позвонит мне. Так что я в курсе, сэр.

– Этого мало. Нужно не стоять в стороне, а ускорить события. Возьмите людей. Сколько нужно. Отправляйтесь в Новый Орлеан и подведите черту. – В трубке щелкнуло – разговорам конец, пора действовать.

Винейбл повернулся к Харли.

– Похоже, нас ждет Новый Орлеан. Мне нужен самолет с пилотом. Срочно. И проверь погоду. Последние два дня на побережье сильный туман.

Харли потянулся к телефону.

– Вы будете звонить Кэтрин? Предупредить ее о вашем прибытии?

Винейбл ненадолго задумался. Кэтрин его вмешательство вряд ли понравится, и реакцию ее предсказать невозможно. Выкинет что-нибудь и только еще больше рассердит Диксона. Уж лучше решать проблемы на месте.

– Позвоню ей, когда прилечу в Новый Орлеан.

– Что, может быть, случится и не так скоро. – Харли оторвался от айфона, на экран которого вывел прогноз погоды. – Над Миссисипи туман рассеивается, а вот Луизиану все еще накрывает. Можно долететь до Мобила, а оттуда наземным транспортом добраться до Нового Орлеана.

Винейбл с проклятием поднялся из-за стола.

– Тогда вперед.

Округ Джефферсон, штат Луизиана

– Они едут. – Кэтрин отвернулась от окна. – По крайней мере, я думаю, что это они. Вроде бы мелькнул свет фар в тумане. Наши друзья будут здесь через пару минут. – Молодая женщина пристально посмотрела на Галло. – Что бы ни сказал, что бы ни сделал Джо – держи себя в руках. Ладно?

– Знаешь, ты ждешь от меня очень многого. – Он легко поднялся и подошел к окну. – Речь идет о дипломатии, но мы оба знаем, что это не самая сильная моя сторона.

Галло был прав, и Кэтрин уже видела в его глазах знакомый блеск безрассудства.

– Я не допущу никаких разборок. Не забывай, Джо – пострадавший, и тебе придется проявить терпение.

– А если я не сдержусь, ты сама меня остановишь. Похоже, Кэтрин, ты оберегаешь не только своего сына. Признаюсь, мне хотелось бы самому оказаться под твоей защитой. – Машина остановилась у дома. Из нее вышли двое, Джо и Ева. – Хочешь, чтобы я их встретил?

И заставил Еву быть свидетельницей стычки между двумя мужчинами, определившими ее жизнь? Кэтрин поспешила к двери.

– Выходите-ка из этого тумана. Рада была бы предложить вам чашечку кофе, но у нас есть только бульон. Да и то не слишком хороший. – Она скорчила гримасу и повернулась к Джо: – Отлично выглядишь. Разве что похудел немного. Я знала, что ты справишься.

Ева торопливо обняла подругу.

– Ты и сама сбросила пару фунтов за то время, что я тебя не видела.

– Это я заставил ее побегать, – подал голос Галло. – Но и эта маленькая девчонка мне спуску не дала. – Он перевел взгляд на Еву. – Привет.

– Здравствуй, Джон.

Джо тут же шагнул вперед.

– Галло.

– Квинн? Какие-то проблемы?

– Пока не знаю. Может быть. Ты уже несколько раз вставал у меня на пути. С тех самых пор, как решил вернуться в ее жизнь.

Мужчины напоминали двух львов, замерших на месте, но готовых в любой момент броситься в схватку, подумала Кэтрин и даже сделала шаг вперед, но потом остановилась. Пусть разбираются сами. Закончится же это когда-нибудь?

И все же Галло успел заметить ее движение.

– Кэтрин говорит, что мне следует проявить сдержанность, поскольку все неприятности возникли из-за меня. Она даже готова вмешаться.

– Буду рад избавить ее от такой необходимости, – проворчал Джо и, взглянув на Еву, добавил: – Просто сейчас у меня нет времени.

«Начинается», – подумала Кэтрин, заметив, как заиграли желваки на скулах Галло.

– Ты, похоже, решил, что я…

– Хватит. – Ева встала между мужчинами и повернулась к Галло. – Кэтрин сказала, что Джейкобс знает, кто убил Бонни. Мне нужно разобраться только в этом. Если ты любишь ее, то и тебе ничего больше не надо. – Она помолчала. – Я думала, что это сделал ты, и до сих пор в обратном не уверена. Докажи.

– Мы вас ждали, – вмешалась Кэтрин и повернулась к ступенькам. – Если у вас есть вопросы к Джейкобсу, поднимайтесь и задавайте. Может, вам повезет больше, чем нам.

Галло, поколебавшись, сделал приглашающий жест.

– Пожалуйста. Я сам хотел допросить ублюдка, но так и быть, пожертвую удовольствием. Последую совету Кэтрин, окажу гостям любезность.

– Любопытно, ты уже делаешь то, что хочет Кэтрин. – Ева пристально посмотрела на него.

– Любопытно? – улыбнулся Галло. – Неужели ты не видишь, что твоя подруга нагоняет на меня ужас?

– Заткнись, – бросила Кэтрин и повернулась к Джо. – С Джейкобсом были проблемы. Надеюсь, теперь, поразмыслив, он станет посговорчивее.

– Станет, – сурово пообещал Джо, проходя мимо нее к лестнице. – Ты лучше скажи, что он успел наплести. Хотя нет, не надо, я лучше начну сначала.

– Боже, как же здесь холодно. – Подойдя к двери спальни, Ева зябко поежилась. – Что вы собираетесь делать? Выбивать из него информацию, заморозив его?

– Холодно? – Кэтрин недоуменно нахмурилась и толкнула дверь. – Не знаю, с чего бы…

– Господи! – Ева отступила назад, не сводя глаз с кровати. – Кэтрин!

Кэтрин переступила порог и замерла.

– Нет, Ева, нет! Мы не… Галло!

Лужицы на полу вокруг кровати.

Неподвижный Джейкобс, распростертый на постели.

И в груди у него – нож.

– Черт! – выругался Галло и, протиснувшись в комнату, подбежал к кровати. Рот у Джейкобса был по-прежнему заклеен скотчем, широко открытые глаза смотрели в потолок. Галло протянул руку к шее – проверить пульс, – но все уже знали, что в этом нет необходимости. – Мертв. Но какого дьявола…

– Окно! – Оно было открыто, и полупрозрачные белые занавески колыхались от ветра. – Мы были внизу. Он проник через окно.

Кэтрин ничего не увидела – все скрывал туман.

Но зато что-то услышала.

Плеск воды. Тягучий стон ила…

– Он на болоте!

– Уходит на юг. – Галло уже спустился с подоконника на узкий выступ и пробирался к крыше веранды.

Пусть Галло воображает себя Человеком-Пауком, но она спустится к выходу по лестнице – быстрее и без риска свалиться и сломать шею, решила Кэтрин. Она метнулась к двери, но Джо схватил ее за руку.

– Один вопрос.

– У меня нет времени.

– На это хватит. – Джо указал взглядом на Джейкобса. – Вы ведь не устроили все это, чтобы убедить нас в невиновности Галло? Это не Галло перестарался?

– Я бы этого не допустила.

Похоже, такой ответ ни в чем не убедил Джо – лицо его оставалось таким же жестким.

– Я бы так и не подумал, но, с другой стороны, я бы не поверил, что ты будешь так стараться обелить Галло. Не знаю, что между вами происходит…

Кэтрин вырвала руку.

– То есть ты думаешь, что если ему удалось однажды вскружить голову Еве, то он сможет провернуть тот же фокус и со мной? Что я поддамся его чарам и стану врать ради него? Нет, Джо. Ни Галло, ни я не убивали Джейкобса. Мы оба сидели внизу и ждали вас. Тот, кто сделал это, должно быть, следил за нами от самого казино. – Она шагнула к лестнице. – А теперь я пойду на болото и постараюсь схватить мерзавца.

– Иди, – негромко сказал Джо. – Мы с Евой пойдем за тобой, но только сначала я выясню…

Она уже не слушала – скатилась по лестнице и выскочила в дверь.

Туман.

Сырость.

И вдруг – плеск воды на болоте.

– Галло?

– Я здесь.

Он уже был в воде.

Кэтрин молниеносно сняла ботинки, стянула носки, положила на землю пистолет и проверила, на месте ли нож. Потом спрыгнула с берега и двинулась в том направлении, откуда, как ей показалось, донесся голос.

У берега вода доходила до пояса, но что там, в этой воде? В болотах водится немало живности – от медноголовых щитомордников до аллигаторов. Надо быть осторожнее и внимательнее. Издалека, конечно, ничего не увидишь, но вблизи этих чудовищ обнаружить можно.

Мерзкое чувство в тумане – словно слепнешь. И Галло не в лучшем положении. Только бы не столкнуться друг с другом. Но и подавать голос она не хотела, чтобы не вызвать на себя огонь.

Или, как Джейкобс, получить удар ножом в грудь.

Она сделала несколько шагов.

Остановилась.

Прислушалась.

Ни звука. Где же Галло?

Где…

– Кэтрин.

Она вздрогнула. Галло стоял в паре шагов от нее. Белая рубашка прилипла к телу. За поясом черных брюк охотничий нож в ножнах.

– Он идет туда. – Галло указал взглядом на юг. – Я слышу. То птичку спугнет. То наткнется на что-то.

– Тогда чего мы ждем? – нетерпеливо прошептала Кэтрин.

– Он хорош. Чертовски хорош. Поспешим – потеряем след, а он обойдет нас с тылу. Чем дальше от берега, тем глубже. Может быть, он уже плывет. – Галло замолчал и напрягся. – Слышишь?

Шелест крыльев. Птичка перелетела с ветки на ветку.

– Теперь он движется на юго-запад. – Галло сменил направление. – Я пойду напрямую, а ты попробуй обойти его с запада.

– С запада, – повторила Кэтрин. – Ты сказал, что он хорош, однако мы услышали, когда он был в спальне с Джейкобсом.

– Он спешил. Возможно, заканчивал свое дело, когда мы уже поднимались по лестнице. Ему надо было добраться до воды.

– А потом почувствовал себя в безопасности и мог не торопиться.

– Он и впрямь хорош. Будь осторожна. – С этими словами Галло исчез в тумане.

А ведь видимость улучшилась, с облегчением обнаружила вдруг Кэтрин. Галло отошел не меньше, чем на четыре или пять ярдов, прежде чем она потеряла его из виду. Неужели туман рассеивается?

Кэтрин сделала еще несколько шагов. Похоже, удача повернулась к ним лицом. Туман определенно слабел. Если так, скоро они смогут обнаружить мерзавца, убившего Джейкобса.

Но и убийца их увидит.

– Туман поднимается, – заметил Джо, когда они подошли к краю байю. – Это нам на руку. – Он взял Еву за локоть и подтолкнул к машине. – На болоте от нас толку мало, и Кэтрин мы не поможем. Проедем по дороге. Никакой машины на подъезде к дому мы не видели, так что скорее всего он оставил ее где-то дальше. И теперь ему нужно к ней вернуться.

– Тогда почему он прыгнул в болото? – Ева села и захлопнула дверцу. – Наверное, ложный след. Ему надо отвлечь нас от машины. – Решение смелое и рискованное. Галло и Кэтрин попытаются отыскать его на болоте, но вести поиски придется почти вслепую. Джо сказал, что туман рассеивается, но пока этого явно недостаточно.

Хотя бы небольшой просвет…

– Поеду медленно. – Джо повернул ключ зажигания и включил фары. – Смотри по сторонам. Он может выбраться на берег в любом месте.

Ева опустила стекло. Туман колыхался над берегом плотной вихрящейся массой. Сердце колотилось. Страх скручивал мышцы в тугие канаты.

Перед глазами снова встало скорбное лицо дочери.

Что так опечалило ее? Смерть Джейкобса?

Или смерть кого-то другого? Кого-то, чья смерть, как знала Бонни, причинит боль матери? От этой мысли по спине прошел холодок. Лишь бы не Джо. Господи, только не Джо. Он ведь только-только вернулся к жизни. И не Кэтрин, едва успевшая познать радость матери, вновь обретшей сына, который так нуждается в ней. И не Галло, пострадавший, наверное, больше всех остальных.

А если это конец для нас с тобой, милая?

– Ева. – Джо напряженно вглядывался в дорогу, но голос его прозвучал мягко, сочувственно. – Все будет хорошо. Мы пройдем этот путь вместе.

Она неуверенно кивнула:

– Знаю.

Вместе. Да, они будут вместе, но, может быть, не сейчас.

Печальное лицо дочери. Ева не могла забыть его.

Пусть это буду я, Бонни.

Кэтрин остановилась. Два бледных пятна светящихся фар ползли по дороге от дома.

Джо и Ева.

Похоже, Джо решил, что убийца Джейкобса оставил машину где-то на дороге, у границы болота. Логично. И если так, то он пойдет через болота по направлению к машине.

Она попыталась представить план местности. Дорога огибала болото полукольцом. Галло сравнивал участок с крюком.

И он же определил направление – юго-запад.

А ее отправил на запад.

Но окружающий болото участок суши протянулся на восток. И машина должна быть там. К юго-востоку. А Галло двинулся на юг.

С отклонением к юго-востоку.

Чтоб ему…

Злость вспыхнула как спичка. Сукин сын пытается уберечь ее. Да за кого он ее принимает? Она тоже профессионал и в компетентности ему не уступает. Ей бы следовало с самого начала поставить этого мачо на место. Опоздала и вот теперь пожинай плоды.

Теперь они оба могут погибнуть.

Нет, она этого не допустит.

Кэтрин повернула на юго-восток.

Убийца Джейкобса определенно уходил на юго-восток, то есть двигался в направлении суши.

Он наверняка его услышит, а если повезет, то скоро и увидит.

Туман рассеялся на несколько секунд, закружился и снова сомкнулся. Ему и нужны-то считаные мгновения – выхватить нож и метнуть в цель.

Лишь бы подойти поближе.

Галло ощущал и напряжение в мышцах, и горячий бег крови. Снова охота. Но совсем другая, чем была с Кэтрин. Тогда, даже в самые мрачные часы, он знал – это что-то особенное, небывалое. Смертельная опасность и одновременно соперничество. Сейчас все иначе. Он преследовал не прекрасную гибкую пантеру, которая могла обернуться и разорвать его в мгновение ока.

Он просто шел за добычей.

За зверем, который, судя по звукам, приближался к дальнему берегу.

Легкий порыв ветерка разогнал мутную пелену.

В просвете тенью мелькнул берег, кривое деревце, ушедшее корнями в воду, пучок бородатого мха на склонившейся ветке…

И рядом блеск металла. Автомобиль?

Просвет закрылся, и он так и не успел ничего толком рассмотреть.

Но металлический блеск обнадеживал. Убийца стремился к берегу.

Галло опустился в воду и бесшумно поплыл.

Кэтрин выбралась на берег. Здесь, на земле, она могла двигаться быстрее. Дорога должна быть где-то неподалеку. Машину он, конечно, оставил не на виду, а укрыл в кустах.

Она прибавила шагу, пробираясь между буйными карликовыми пальмами и мокрыми кустами, росшими полосой вдоль берега. Одежда прилипла к телу, голые исцарапанные ступни кровоточили. Каждый шаг отдавался болью.

Неважно. Не обращай внимания. Сосредоточься.

Убийцу Джейкобса упускать нельзя.

Найди машину. И жди, пока он появится.

Но надо быть осторожной. И убивать его тоже нельзя, даже ради собственной безопасности.

Он нужен Еве. Ева должна узнать, что случилось с Бонни…

Ева подалась вперед.

– Я кого-то заметила.

– Где?

– Уже пропал. Мелькнул и исчез. Чертов туман. Он был вон там, за поворотом. Кто-то выбрался из воды на берег.

– Кто? Галло? Кэтрин?

Она покачала головой.

– Нет. Худой человек. В чем-то черном или темно-синем.

– За поворотом? – Джо съехал к обочине. – Тогда дальше пойдем пешком. Сейчас главное не спугнуть его. – Он вышел первым. – Я могу пойти один.

– Нет, не можешь. – Ева опустила руку в карман куртки и сжала рукоять револьвера. Джо всегда защищал ее, а теперь она защитит его – с оружием. Только сможет ли? Чем дальше, тем явственнее ощущала она холод под сердцем.

Ева вышла из машины и поспешила за Джо, уже подходившим к полосе берегового кустарника.

Вот он.

Мужчина в темной промокшей одежде быстро шел вдоль берега к машине, выдавшей себя характерным металлическим блеском.

Да.

Галло вытащил из ножен нож и ступил на мелководье.

Проклятие.

Убийца снова исчез за густым клубом тумана.

Нет, вот опять появился. Двигался он легко и даже как будто беспечно, словно вовсе никуда и не спешил.

Нет, подонок, твое время на исходе.

Покончить с ним на месте или только ранить? Галло поднял руку… прицелился… А если он сейчас снова исчезнет в тумане?

Господи…

Нет!

Рука дрогнула и бессильно упала. Взгляд в ужасе замер на лице человека в темном.

Нет. Нет. Нет.

Это не добыча. Это…

Но убийца уже нашел для себя новую жертву. Поза его изменилась, он пригнулся, превратившись в одно мгновение в хищника. Вынул нож из ножен на боку.

Но кто жертва?

Кэтрин.

Кэтрин, стоящая у кромки деревьев. Кэтрин, застывшая в ожидании человека в темном, который убил Джейкобса, палача Бонни.

«Черт, да что же это со мной? – одернул себя Галло. – Бросай нож».

Глава 3

Что машина не новая, Кэтрин заметила сразу, как только подкралась ближе. Видавший виды голубой грузовичок «Шевроле» со стертыми, почти «лысыми» покрышками.

Водителя не видно.

Она прислушалась – со стороны байю ни звука.

Но это еще ничего не значит. Все-таки у Галло слух более острый. Да и противник силен. В этом отношении она полностью доверяла своему временному напарнику.

Если бы не его шовинистические замашки…

Она остановилась. Неплохо бы проверить номера да заглянуть в «бардачок». Но сейчас не стоит. Лучше подождать и сделать все позже. А теперь – ждать, смотреть и слушать.

Разглядеть что-то в таком тумане нелегко, а вот услышать можно.

Ни звука.

Снова наплыл туман. От грузовичка остались лишь неясные очертания. Ничего, скоро у нее будет компания. Скоро он выйдет на берег.

Жди и готовься.

Кэтрин напряглась. Что-то не так. Она это чувствовала. Словно холодок струится по спине…

– Там кто-то есть… за деревьями. – Джо схватил Еву за руку. Прищурился, всматриваясь в туман. – По-моему, Кэтрин. – Он напрягся. – А, черт…

И тут же Ева сама увидела высокого мужчину в темном. За спиной у Кэтрин. Он уже приготовился к нападению.

– Не могу прицелиться. – Джо в отчаянии опустил пистолет. – Он прямо за ней. Боюсь подстрелить ее. – Он отошел на пару шагов в сторону. – Попробую под другим углом. Молчи, не спугни его. Нельзя, чтобы он напал раньше, чем я выстрелю.

Вот только времени совсем не оставалось.

Значит, Кэтрин, с отчаянием поняла Ева. Это ей суждено умереть. А она будет стоять и смотреть. И не может даже крикнуть, предупредить.

Но ведь Кэтрин ушла на болото с Галло. Почему же его здесь нет?

Где же, черт возьми, Галло?

«Это везение, что он не спешит, – подумал Галло, пробираясь через кусты. – Лишь бы его не спугнули. Лишь бы не подтолкнули к действию».

Положение для точного выстрела оставалось не самое лучшее, а подойти ближе мешал изгиб береговой линии.

Кипарис. Вот удачная позиция.

Он сунул пистолет за пояс и побежал к дереву.

Быстрее.

Еще быстрее.

Человек в темном тоже прибавил шагу.

Ухватившись за ветку, Джо подтянулся и одновременно выхватил из-за пояса пистолет.

Вот так.

Но убийца Джейкобса был уже рядом с Кэтрин.

Стреляй же!

Краем глаза он зацепил еще одну фигуру. Мужчина стоял в воде в нескольких ярдах от берега.

Галло.

Какого дьявола?

Ладно, забудь. Прицелься и стреляй. Пока еще не поздно спасти Кэтрин.

Или уже поздно?

Бросай!

Рука застыла на рукояти ножа.

Человек, убивший Джейкобса, бесшумной тенью скользнул к Кэтрин.

Надо что-то делать. Надо…

Но Галло не мог. Время словно замедлило бег.

Он видел, как напряглась Кэтрин. Значит, чутье все-таки сработало.

Она почувствовала опасность.

А почувствовав, обернулась, увидела противника и упала на землю.

Поздно.

Человек в темном уже прыгнул на нее. Блеснуло лезвие…

Сейчас она умрет.

Из его горла вырвался крик боли.

– Нет!

Галло метнул нож.

Господи, какой же он быстрый, успела подумать Кэтрин, протягивая руку к поясу.

Упасть. Перевернуться. И ударить в живот.

Но он уже был на ней, и лезвие летело вниз…

Убийца вскрикнул, когда его руку насквозь пронзил другой нож!

Охотничий нож Галло. Кэтрин узнала его. И увидела самого Галло, стоящего в воде, в нескольких ярдах от берега.

Ей хватило секунды, чтобы вырвать из ножен свой нож.

– В сторону, Кэтрин!

Она бросила взгляд влево – Джо. С пистолетом в поднятой руке.

Она откатилась в сторону.

Человек в темном выругался, повернулся и, пригнувшись, бросился в сторону байю.

Выстрел.

Мимо.

Он прыгнул в воду, вырвал из раны нож Галло и отбросил в сторону.

Кэтрин вскочила и побежала к берегу.

– Галло, хватай его! – крикнула она, соскакивая в воду.

Галло не ответил, и Кэтрин уже не видела его. На берег снова накатил туман.

– Кэтрин, не надо! – Джо был уже у воды, рядом с кривым, уродливым кипарисом. – Возвращайся. Не надо рисковать. Не доверяй ему.

Разумеется, она и не думала доверять убийце. Он только что едва не зарезал ее.

– Все в порядке, Джо. Галло где-то здесь. Мы возьмем убийцу. Он ранен и теряет кровь. – Она отплыла от берега. – Галло!

– Кэтрин, послушай меня. – Голос Джо прозвучал глухо и сурово. – Я о нем и говорю. О Галло. Я видел его лицо. Он не хотел бросать нож. Не хотел спасать тебя. Галло наплевать, жива ты или нет.

Она замерла от изумления.

– Нет, Джо. Ты ошибаешься. Галло спас меня. Послушай, сейчас не до разговоров. Это я упустила ублюдка. Садись в машину и поезжай по дороге. Он долго не продержится, попытается выбраться на берег. Кровь привлекает аллигаторов.

– Кэтрин!

Она уже не видела его. Ее снова окружал туман, густой, тяжелый, удушливый. Внезапно она поняла, что осталась одна.

Нет, не одна. Где-то здесь был человек, едва не убивший ее. Но где? Близко или далеко? Может быть, в нескольких ярдах. Хитрый, он мог затаиться и напасть из засады. Она бы так и сделала.

Сердце тревожно заколотилось.

Кэтрин остановилась. Прислушалась.

Что-то есть… движение воды… Но откуда идет звук? Где же ты, Галло? Кому-то надо прикрыть ее со спины.

«Галло наплевать, жива ты или нет».

Снова тот же звук. Ближе.

Она замерла, опустила руку и вытащила нож.

Ну же, сукин сын, иди сюда. Посмотрим, что тебя ждет. Я через всю жизнь прошла одна. И о чем только думала? Мне не нужна помощь. Ни от Галло. Ни от кого-то еще.

Иди и возьми меня.

Она снова прислушалась. Легкий плеск вроде бы где-то севернее.

И что? Так и стоять, ждать, когда он придет за ней? К черту. Надо самой перейти в наступление. Она поплыла на звук.

– Нет! – Рядом вдруг возник неизвестно откуда появившийся Галло. – Пусть уходит. Хочешь погибнуть? Он почти достал тебя.

– Отпустить? Ну уж нет. Прислушайся. Ты его слышишь?

– Я ничего не слышу.

Кэтрин тоже ничего не слышала. Ушел. А может, она и слышала только Галло.

– Он ранен. Он теряет кровь. Наверняка слабеет. Но ты видел, как он вырвал твой нож из раны? Словно ничего и не чувствовал.

– Адреналин. Еще почувствует. Позже. – Галло поплыл к северу. – Попробую поискать его. А ты возвращайся на берег, уведи Квинна и Еву к машине и поглядывай, не выйдет ли он на берег. Оставаться в воде ему нельзя – кровь привлечет аллигаторов.

– Я так Джо и сказала. Он, наверное, уже на дороге.

– Может, и нет. Ты ведь не хочешь, чтобы Квинн полез за ним в байю. Он хоть и был «морским котиком», но еще не оправился после ранения. Да и инфекцию здесь подхватить ничего не стоит.

Именно этого Кэтрин и опасалась. Конечно, Джо расстроен из-за того, что они упустили убийцу Джейкобса.

Который едва не стал ее убийцей.

– Согласна. Скорее всего он так и поступит, попытается выйти на берег. Раненому ничего другого и не остается.

– Ну так ступай и постарайся остановить Квинна.

Она недоверчиво посмотрела на Галло.

– Ты хочешь от меня избавиться. Почему?

Он отвернулся.

– Я должен сделать это сам.

– Ну и пожалуйста. Ты ведь в любом случае поступишь по-своему.

Галло кивнул и скрылся в тумане.

Кэтрин опять осталась одна.

Она постояла еще немного в нерешительности, а потом осторожно поплыла вслед за Галло.

Через несколько ярдов Кэтрин остановилась. Прислушалась. И поплыла дальше. Минут через сорок пять она вновь остановилась, усталая и недовольная собой. Ничего и никого. Только обычные для болота звуки: шелест крыльев, писк насекомых и время от времени плеск чего-то более крупного и тяжелого.

Аллигатор?

– Черт, я же сказал – ступай на берег. – Галло снова возник внезапно из тумана. Губы сурово сжаты, глаза злые. – Только что видел аллигатора. Соскользнул с берега в воду. Хватит того, что один из нас остается в воде.

– И почему им должен быть ты? – возмутилась Кэтрин. – Аллигаторы идут на запах крови. Может, если мы пойдем за ними, то выйдем на ублюдка? У него рука… – Она не договорила и закрыла глаза. – Вот дерьмо…

– Что случилось?

– Уходи. Я поранила ноги, когда разгуливала босиком по берегу, и теперь у меня тоже идет кровь. Так что этих страшил не только он привлекает. Я даже не подумала… – Кэтрин повернулась и быстро поплыла к берегу. – Держись от меня подальше.

Галло тоже поплыл, но поплыл за ней.

– Ну ты и идиотка.

– Да, а теперь заткнись и проваливай.

– Берег должен быть там, к западу.

– Уходи. Я не намерена отвечать за тебя, если попадешь аллигатору на ланч.

– Успокойся и плыви.

Она и так плыла изо всех сил. Минут через пять впереди проступили неясные очертания береговой линии.

– Ну вот, добрались. – Кэтрин оглянулась. – А теперь возвращайся и попробуй все-таки найти его. Только будь осторожен. Этот чертов туман, похоже, никогда не рассеется. – Она помолчала, потом негромко добавила: – Это просто чудо, что прояснилось настолько, что тебе удалось так метко метнуть нож.

Галло не ответил. Он развернулся в воде и пропал в белесой мгле.

Ева стояла у самого края воды, когда Кэтрин выбралась, наконец, на берег.

– Ты его потеряла?

– Галло остался искать его в байю. Может, ему повезет больше. – Она посмотрела на израненные ступни. – Пришлось вернуться, чтобы не стать приманкой для аллигаторов.

– Да уж. – Ева поморщилась, взглянув на ее ноги. – Крови хватает. А у меня ничего нет – ни промыть раны, ни перевязать.

– Пока обойдусь, а в доме что-нибудь найдется. Где Джо?

– На дороге. Проверяет, нет ли следов у берега. А сначала порывался последовать за тобой в байю. Неприятная ситуация. Джо сильно расстроился.

– Хорошо хоть не полез в воду.

– Я бы не пустила. Не хочу, чтобы он снова оказался в больнице. Скорее бы огрела чем-нибудь по голове. Сказала, что останусь здесь, у дороги, и расскажу обо всех его подвигах тебе. – Она критически оглядела Кэтрин с головы до ног. – Ноги – не единственная твоя проблема. Ты тоже можешь попасть в больницу, если не снимешь мокрую одежду.

– У меня нет выбора. Дело не закончено, пока мы его не схватим. – Кэтрин собрала в пучок волосы, отжала воду. – Я в порядке.

– Ты едва не погибла. – Ева покачала головой. – Я до смерти испугалась. Джо никак не мог прицелиться, чтобы выстрелить наверняка. А когда промахнулся и тот гад прыгнул в воду, ругался так, что небеса покраснели.

– Да, ловкий ублюдок. – Кэтрин стащила и выжала свою черную рубашку. – Должно быть, у него низкий болевой порог. У меня глаза на лоб полезли, когда он вырвал из своей руки нож. Галло говорит, это адреналин.

– Может быть, – рассеянно согласилась Ева. – Господи, ты едва не погибла. Если бы не Галло… – Она помолчала. – Я уже думала, что он не появится. Как сквозь землю провалился.

– А я, признаться, о нем и не вспомнила. Каждый отвечает за себя. Кстати, где тот нож? – Кэтрин огляделась. Убийца Джейкобса выронил нож после меткого броска Галло. – Да, вот он. Отпечатки искать не стоит – он был в перчатках. – Она наклонилась, подняла нож и внимательно его осмотрела. – Ничего особенного. Такими обычно пользуются спортсмены, ныряльщики и исследователи. – Она улыбнулась Еве. – Держу пари, у Джо был такой же, когда он служил в «морских котиках».

– Вот ты у него и спроси. – Ева тоже осмотрела нож. – Тот, которым он убил Джейкобса, был гораздо больше и выглядел страшнее.

– Этот более практичный. Тот он мог использовать, скажем, для удовольствия.

Ева поежилась.

– По-твоему, убить беззащитного человека – это удовольствие?

– Джейкобс боялся его. По крайней мере, думаю, это из-за него он ничего нам не сказал. Видимо, понимал, что его ждет. – Кэтрин нахмурилась. – А вот мы не ожидали. Я все же надеялась, что нам удастся развязать Джейкобсу язык.

– Может быть, удастся снять отпечатки с грузовичка. – Ева обернулась и посмотрела на стоявший у дороги старенький «Шевроле». – Думаю, там шансов больше. – Она обошла грузовичок. – Посмотри-ка, номера местные, луизианские.

– Машина скорее всего украдена. – Кэтрин шагнула к дороге, но остановилась. – Надо бы вызвать экспертов-криминалистов. Он, конечно, хорош. И очень осторожен. Если и оставил какие-то улики, то самую малость. Тут нужна тщательная работа. Важно собрать все, что есть, ничего не пропустить. – Она устало опустилась на землю и скрестила ноги. – А теперь давай наберемся терпения и просто подождем, пока Галло или Джо не доставят его сюда.

– Наберемся терпения и подождем? – удивленно повторила Ева. – На тебя это не похоже. В чем дело?

– Ты права, на меня это не похоже. Да и на тебя тоже. Но ты ведь думаешь, что мы его уже не возьмем. Я поняла это, как только увидела, что ты стоишь на берегу и ждешь. Ты считаешь, что он ушел.

– Почему ты так решила?

– Потому что иначе ты пошла бы с Джо. С какой стати тебе стоять здесь и ждать меня?

– Я хотела удостовериться, что с тобой все в порядке. Что ты благополучно добралась до берега. – Ева повернулась к байю. – Мне нужно было убедиться, что он не нашел тебя и не зарезал. Что ты цела. Что все закончилось.

– Закончилось? Нет, ничего еще не закончилось. Мы не взяли его.

– Но и он не убил тебя. Я уже думала… – Ева облизала губы. – Думала, она имела в виду тебя. Но я ошиблась, наверное, она хотела сказать, что умрет Джейкобс.

– Она? – Кэтрин покачала головой. Вот только этого не хватало. Совсем недавно ее шокировала новость о том, что Ева общается с умершей дочерью. Как может такая благоразумная и практичная женщина, как Ева, верить в подобного рода ерунду? – Бонни? Знаешь, я не могу сейчас говорить о призраке. Ева, не хочу обижать тебя, доказывая, что это невозможно, но, по-моему, ты обманываешь себя.

– Не хочу спорить. Ты вольна думать, что хочешь. Я всего лишь ответила тебе. Я видела Бонни. Она знала, что сегодня кто-то умрет, и печалилась из-за этого. – Ева протянула руку, тронула подругу за плечо. – Я рада, что это не ты.

– И теперь ты считаешь, что опасность миновала? Бонни шепнула тебе на ушко?

Ева едва заметно улыбнулась.

– Нет. А тебе?

Кэтрин нахмурилась.

– Ты что имеешь в виду?

– Я не пошла вместе с Джо, и ты сказала, что на меня это не похоже. Но ведь и ты не бросилась в воду преследовать убийцу, что тоже тебе не свойственно. Обычно, выходя на охоту, ты всегда бываешь безжалостной к жертве и забываешь обо всем остальном.

– Так ты думаешь, что я закончила охоту? – Кэтрин пристально посмотрела на подругу. – Интересно, с чего ты это взяла?

– По-моему, ты поняла, что сейчас не самое лучшее время, что тебе никак его не поймать, и просто отказалась от этой мысли. – Ева не сводила глаз с укрытого туманом байю. – Так не лучше ли позаботиться о Джо и пусть убийцу преследует Галло?

– Не лучшее время? Я тебя не понимаю. Ты говоришь загадками.

– Может быть, – задумчиво сказала Ева. – В последнее время я много об этом думаю. Мы как будто разворачиваем некий древний свиток. Мы видим какие-то отрывки, но не весь текст, не всю историю. И как бы нам ни хотелось ее прочесть, как бы мы ни старались, история закончится только тогда, когда она сама будет к тому готова.

– Пусть она меня простит, но я намерена покончить со всей чепухой согласно собственному расписанию. – Кэтрин поднялась и подошла к краю болота. – Где же, черт возьми, Галло?

– Похоже, ты не очень-то беспокоишься о его возвращении?

А ведь так и есть, поняла вдруг Кэтрин. Ее больше волновали аллигаторы, но не возможность встречи Галло с убийцей Джейкобса.

– Этот мужчина в состоянии сам о себе позаботиться.

– Пока все закончилось, – сдержанно улыбнулась Ева. – До следующего раза.

– Ты снова заглянула в хрустальный шар Бонни?

– Называй это как хочешь. Думаю, здесь уместнее говорить о вере.

– И тот свиток, о котором ты говорила, он развернулся еще немного? – Кэтрин повернулась к подруге. – Я вот думаю, не пора ли нам немного поработать. Вы с Джо успели разглядеть ублюдка, когда он бросился на меня?

Ева покачала головой.

– Он стоял позади тебя и открылся только в самый последний момент. Высокий, очень худой, походка… пружинистая.

– Лицо?

– Нет. Говорю же, он был прямо за тобой. А потом наклонился. Я ничего не успела увидеть.

– А Джо?

– Надо его спросить. Он видел все под другим углом. Возможно, ему удалось рассмотреть лучше.

– Надеюсь. Я сама увидела его в самый последний момент. Хорошо бы поработать с другим очевидцем, сопоставить впечатления. Галло был в байю, пожалуй, ближе всех к нему. Может быть, он что-нибудь добавит. – Кэтрин вздохнула и с надеждой взглянула на Еву. – Ты ведь этому училась, да? Составлять портрет по описанию. Может, попробуем сделать набросок?

Ева кивнула.

– Если ты считаешь, что на отпечатки рассчитывать не приходится, остается лишь этот вариант. Но тогда время терять не стоит. Впечатления стираются из памяти очень быстро.

– Меня тоже кое-чему учили. В частности, сохранению визуальных образов. Для этого нужно сосредоточиться и представить картинку, которая, будем надеяться, останется на некоторое время.

– В нем было что-то особенное?

Худощавое, загорелое лицо под мокрым капюшоном. Кустистые, темные с сединой, брови. Особенное? Да, что-то было, но Кэтрин никак не могла уловить, что именно.

– Надо подумать. Может быть, позже вспомню.

Туман снова сгущался. Теперь Галло наверняка ничего не видит. Тогда почему не прекращает поиски? Почему не возвращается? Еще совсем недавно она нисколько о нем не беспокоилась, но теперь его долгое отсутствие начинало ее тревожить. Никаких особых причин для волнения в общем-то не было; скорее тревогу навеяли разговоры Евы про Бонни, свиток и все прочее. Мистика, да и только.

Но в глубине души ей хотелось, чтобы Галло скорее вернулся.

«Надо возвращаться», – подумал Галло, в сотый, наверное, раз останавливаясь и прислушиваясь. Он провел на болоте не меньше полутора часов, и все напрасно.

Как же ему удалось ускользнуть?

Ответ Галло знал.

Противник был опытен, ловок, предусмотрителен и, похоже, всегда имел запасной план.

Хватит. Пора возвращаться.

Нет, еще немного. Еще минуту-другую.

Он замер. И вдруг услышал что-то.

Моторка!

Галло повернулся и поплыл на звук.

Надо успеть, схватить его прежде, чем он уйдет.

Если не поймать его сейчас, охота продолжится.

Охота, которая ведет Галло в ад.

– Как Кэтрин, в порядке? – спросил Джо, когда Ева ответила на его звонок.

– Да, вышла на берег вскоре после того, как ты ушел. А вот Галло еще на болоте.

– До этого господина мне дела нет. Главное, что Кэтрин не пострадала.

– Как я понимаю, ты убийцу не видел?

– Думаю, мы его потеряли. Я хожу по дороге уже больше двух часов, но его не видел. Зато слышал моторку. Может, он заранее здесь ее припрятал.

– Возможно. – Ева посмотрела на грузовичок. – Но, по-моему, это уже перебор. Если он следил за Кэтрин от казино, то вряд ли успел бы обеспечить такой вариант отхода.

– Или этот человек имеет опыт в делах подобного рода. Ладно, я возвращаюсь. Буду минут через десять.

Убрав телефон, Ева повернулась к Кэтрин.

– Джо считает, что мы его потеряли. Он вроде бы слышал моторку в протоке.

– Наверно, у Джо было время убедиться в этом. Насколько я могу понять, с ним ты свою теорию разворачивающегося свитка не обсуждала. Получается, Джо там только впустую терял время. – Кэтрин поморщилась. – Извини, я немного не в себе. Трудно смириться с идеей, что нашу жизнь определяет судьба. Я-то полагаю, что мы делаем это сами и что успех сопутствует тем, кто действует, а не сидит, сложа руки. Ты ведь тоже так считала или нет?

– Я и сейчас так считаю. Но, похоже, есть вещи, контролировать которые мы не в состоянии. Мне эта истина открылась давно, когда потеряла Бонни. После этого я научилась справляться с потерями и работать с тем, что есть.

– С призраком?

Ева медленно кивнула.

– Я и не жду, что ты со мной согласишься. Мне тоже понадобились годы, чтобы понять и принять.

– Знаешь, родная моя, восхищаюсь тобой, верю тебе и верю в тебя. – Кэтрин взяла подругу за руку. – Но в то, о чем ты говоришь сейчас, поверить не могу.

– Ты ведь и в то, что Галло не виновен в смерти Бонни, тоже поначалу не верила, а теперь готова драться за него. – Ева улыбнулась. – Это хороший знак. Думаю, в конце концов ты и со мной согласишься.

– А вот на это не рассчитывай. Сойдемся на том, что разногласия остаются. Я не могу обещать, что когда-либо… – Кэтрин не договорила и, наклонив голову, прислушалась. – Я что-то слышу.

Ева тоже услышала, а повернувшись, увидела Галло, бредущего к берегу по мелководью. Она вздохнула, почувствовав невероятное облегчение. Вид у Галло был усталый и удрученный.

– Не нашел его? – спросила Ева, когда он вышел из воды.

– Нет. Он ушел.

– Джо сказал, что слышал моторку в протоке. – Кэтрин взглянула на него. – А ты?

– Я тоже. Где Квинн?

– Скоро будет. Он только что звонил.

– Хорошо. Думаю, нам нужно вернуться к дому.

– Ты сказал, что слышал моторку. А его самого видел?

– Да, но он был далеко, а потом пропал в тумане. – Галло оглянулся на грузовичок. – Обыскали?

Кэтрин покачала головой.

– Нет. Я позвонила Винейблу, и он обещал договориться с местными криминалистами. Хотя не думаю, что им удастся найти какие-то отпечатки.

– Никаких отпечатков не будет. В лучшем случае вещественные доказательства.

– Ты так уверен, – заметила Ева.

– Я? – Галло поднялся. – Уверен. Настолько, насколько это возможно в данных обстоятельствах. Чувствуется работа профессионала. Полагаю, следов он не оставил.

– По отпечаткам мы его, похоже, не идентифицируем, но я помогу Кэтрин составить словесный портрет. Что скажешь? Ты хорошо его рассмотрел?

– Нет, извини. Думаешь, у вас что-то получится? – Галло взглянул на Кэтрин. – Ты его помнишь?

– Вспомню, – спокойно ответила она.

Он посмотрел сначала ей в лицо, потом взгляд его скользнул по ее телу.

– Ты, я вижу, уже высохла.

Она пожала плечами.

– Разделась и отжала свою одежду. Тебе стоит сделать то же самое.

Галло покачал головой.

– Переоденусь в доме.

Он взглянул в сторону дороги, прислушался.

– Я думаю, это Квинн.

Ева кивнула, когда машина приблизилась к обочине.

– Да, это он.

Она смотрела, как Джо припарковался у обочины дороги, и окликнула его, когда он вышел из машины и начал спускаться по склону.

– Галло тоже слышал моторку. – Ева шагнула ему навстречу. – Но она ушла, прежде чем он добрался до протоки.

– Весьма кстати.

Галло напрягся.

– Как это понимать?

– Он спас жизнь Кэтрин, – негромко сказала Ева. – Давай обойдемся без намеков и обвинений.

– Да, жизнь ей он спас. – Джо в упор посмотрел на Галло. – Но почему так долго выжидал? Почему не бросал нож раньше? Попасть в руку гораздо труднее, чем в другую часть тела. А если бы промахнулся? Сейчас Кэтрин уже не было бы с нами.

– А ты не допускаешь, что он еще не успел сориентироваться? – вмешалась Кэтрин. – Галло не стал бы…

– Он стоял в воде и только наблюдал, – возразил Джо, не спуская глаз с Галло. – Я выбирал позицию для выстрела и отлично его видел. Он смотрел на убийцу, но не двигался с места, даже нож не поднял. Его как будто парализовало.

– Дело я все-таки сделал, – напомнил Галло.

– Неужели? Куда эффективнее было бы ударить между лопаток. Тогда бы он точно не ушел.

– Я мог убить его, и тогда задавать вопросы было бы некому. Спроси у Евы, понравилось бы ей это или нет.

– Хочешь убедить нас, что намеренно рисковал жизнью Кэтрин, чтобы только оставить убийцу в живых и иметь возможность допросить его позже? – Джо покачал головой. – Верится с трудом. Думаю, у тебя был свой план.

– И какой же?

– Пока не знаю. – Он помолчал. – Конечно, ты мог бы позволить ему убить Кэтрин, но увидел меня на берегу и передумал. Устроил демонстрацию.

– Нет, Джо, ты перегибаешь, – вмешалась Кэтрин.

Джо, однако, не сдавался.

– Тем не менее убийца не только уцелел, но и сумел уйти. Потом ты несколько часов провел на болоте, занимаясь вроде бы поисками, но в результате вернулся с пустыми руками. А ведь был совсем близко от протоки. Что ж, картина начинает проясняться. Удивляюсь, зачем ты все это сделал?

– Продолжай удивляться. – Галло повернулся и зашагал к деревьям. – Я не собираюсь оправдываться, Квинн. Увидимся в доме.

– Садись в машину, – бросила ему в спину Кэтрин. – Разгуливать здесь босиком сущий ад.

Но Галло уже исчез в зарослях низкорослых пальм.

– О’кей. – Кэтрин повернулась к Джо. – Ты только что сказал, что Галло не хотел, чтобы мы взяли убийцу Джейкобса. Почему? Или ты все еще считаешь, что Галло причастен к смерти Бонни? Что Джейкобса убил если не он сам, то его сообщник?

– Не исключаю.

– Чушь.

– Не чушь, пока я не узнаю, почему Галло не бросил нож в тот момент, когда имел хороший шанс поразить цель. – Джо решительно повернулся и направился вверх по склону. – Те аргументы, что ты приводишь, убедительными считать не могу.

– Это еще почему? – удивилась Кэтрин.

Он оглянулся.

– Потому что ты становишься необъективной, излишне эмоциональной. Потому что полагаешься уже не только на логику, как прежде.

– Галло бросил нож и спас мне жизнь. Я была с ним в доме и знаю, что он не подставлял Джейкобса.

Джо не ответил и, подойдя к машине, сел за руль.

Ева понимала, как чувствует себя Кэтрин. Она и сама испытывала такое же раздражение, к которому добавлялось еще и беспокойство. Да, подозрения Джо могли основываться на прежнем недоверии к Галло. С другой стороны, Джо никогда не позволял эмоциям влиять на логику его рассуждений.

– Идем. – Она взяла Кэтрин за руку и увлекла за собой по склону. – Садись в машину. Не хватало только, чтобы и ты рассердилась и ушла вслед за Галло в лес. Кстати, я видела твои подошвы. Удивительно, что ты вообще можешь ходить.

– Все в порядке, – отмахнулась Кэтрин. – Но пешком я возвращаться не намерена, так что пусть Джо и не надеется. Это я необъективна… – процедила она сквозь зубы. – Это я излишне эмоциональна… Черт бы его побрал!

– Он просто не совсем верно выразился, – сказала Ева.

– Ну конечно.

– Ты бы не возмущалась так, если бы в его словах не было доли правды.

Кэтрин нахмурилась.

– Ты действительно считаешь, что Галло позволил бы мне умереть?

– Нет. – Ева улыбнулась. – Но я тоже очень эмоциональна и рассуждать так же логично, как Джо, не могу. Иногда серое видится мне белым. – Ее улыбка угасла. – В этом сценарии много серого. А Галло… Может быть, он и не совсем черный, но определенно не белый.

Кэтрин покачала головой.

– Галло спас мне жизнь. Не дал ему убить меня. – Она забралась на заднее сиденье. – И это факт, а не эмоциональное суждение.

– Нет, – сказала Ева, усаживаясь впереди. – Это больше похоже на веру.

– Как твои ноги? – спросил Галло, появляясь в дверях кухни. Кэтрин сидела на стуле у плиты, опустив ноги в тазик с теплой водой. – Вот это правильное решение – наконец-то подумать о себе. Вода соленая?

– Да. И я всегда забочусь о себе.

Он усмехнулся.

– Квинн бы с тобой не согласился.

– Джо считает, что я чересчур эмоциональна. – Она опустила взгляд. – А ты уже в ботинках. Порезался?

– Да.

– Так тебе и надо. Сам виноват. У меня выбора не было, но ты-то вполне мог бы промолчать и преспокойно доехать на машине. – Она вынула ноги из тазика. – Ты хотя бы перевязал ноги, прежде чем обуться?

– Разумеется. Я, как и ты, тоже о себе забочусь сам. – Он подошел ближе. – Где Квинн с Евой?

– Звонят Джейн Макгуайр. Ева обещала связаться с ней, когда освободится.

– Ева всегда выполняет обещания. – Галло взял висевшее на спинке стула полотенце. – Ты звонила шефу?

– Нет. Но он позвонил сам и сказал, что уже летит сюда. Винейбл связался с управлением полиции Нового Орлеана и попросил об услуге, так что бригада экспертов вот-вот будет здесь и займется грузовичком.

– Быстро работают. – Галло опустился на колени, поднял ее левую ногу и, обернув полотенцем, стал медленно растирать. – Но ведь срочного ничего нет, правда? Это не дело ЦРУ.

– Нет. И Винейбл мог бы и не прилетать лично. Он ведь знает, что я вполне могу о себе позаботиться. А значит, причина в чем-то другом.

– Очевидно, ты самый его ценный сотрудник. – Он бережно погладил ее ногу. – Хочет убедиться, что с тобой ничего не случилось. – Кэтрин чувствовала тепло его рук через махровую ткань полотенца. В медленных, размеренных движениях было что-то невыносимо приятное и интимное. Поднимаясь снизу вверх, жар охватывал все тело.

Нет, не сейчас. Она ощутила знакомое напряжение. Не самое подходящее время. Прогони его. Или уйди сама.

Но Кэтрин осталась на месте, сидела, не двигаясь, и, словно зачарованная, следила за движением его рук. Каждое прикосновение отзывалось напряжением в мышцах, приливом крови.

– Винейбл не нянчиться со мной летит. Ему что-то от меня надо.

– Что? – Галло опустил ее ногу на пол и взялся за другую. – У тебя красивые ступни.

– Красивых ступней не бывает. Просто некоторые не совсем уродливы.

– Ошибаешься. – Галло прошелся пальцами по подъему. – Вот уж не думал, что стану фетишистом. В голове только одна мысль и вертится, к чему бы… – Он выдохнул и взялся за полотенце. – Когда ты рядом, я постоянно отвлекаюсь.

– Так у тебя есть какие-то догадки? – спросила она дрогнувшим голосом. – Интересно было бы узнать.

– Я хотел сказать… – Галло поднял голову и посмотрел прямо ей в глаза. – Поверь, я никогда не хотел навредить тебе, Кэтрин. Что бы там ни выдумывал Квинн… Ты поверила мне, когда все отвернулись, когда я сам себе не верил… Мне хотелось сначала поговорить с ним. Думал, у меня еще есть время. Но потом все полетело к чертям.

– Почему?

– Я не был готов… – Галло осекся и отбросил полотенце. – Черт! – Он вскочил. – Никогда еще не был я так слаб, как тогда, Кэтрин. Пришлось целиться в руку. Хотел, но не мог ничего поделать… Но я ни за что бы не допустил… – Он нервно прошелся по комнате, оглянулся через плечо, и ее поразило выражение муки на его лице. – Этот чертов Квинн прав во всем остальном, но в этом ошибся. Поверь мне, Кэтрин.

Прежде чем она успела ответить, Галло уже оказался за дверью.

Кэтрин откинулась на спинку стула и перевела дыхание.

Мысли разбегались. Тело горело. Эти мгновения наедине с Галло были подобны взрыву, и она одновременно ждала и боялась их повторения. На мгновение он потеряла над собой контроль. Ей хотелось успокоить его, задать ему вопросы, вместе с ним найти решение, чтобы жизнь пошла наконец в правильном направлении. Следовало хорошенько расспросить его, а не поддаваться чувствам…

Каким чувствам?

Черт, сейчас она пойдет и заставит его…

С улицы донесся звук мотора.

– Нет! – Кэтрин вскочила, выбежала из кухни, пролетела по коридору и толкнула дверь.

Машина уже развернулась в сторону дороги.

– Галло!

Он не ответил, но прибавил газу и в следующее мгновение скрылся за поворотом.

– Кэтрин? – Ева выбежала из дома вслед за ней. – Что случилось?

Кэтрин махнула рукой в сторону дороги.

– Вот это и случилось. Он уехал.

– Галло? – Из гостиной вышел Джо.

– Кто же еще?

– Он попрощался? Объяснил что-то более или менее связно?

– Нет.

Кэтрин вернулась в кухню, выплеснула из тазика воду, села и хмуро посмотрела на остановившихся у двери Джо и Еву.

– Просто так ему не скрыться. Не позволю. – Она открыла аптечку и достала бинты, чтобы наложить повязки на изрезанные ступни. – Но прежде нам нужно выяснить все возможное о человеке, убившем Джейкобса. Джейкобс боялся потому, что знал, кто убил Бонни. В этом я уверена. Судя по всему, Бонни убил тот же человек, которого мы упустили на болоте. Мы уже близко.

– Но Галло, вероятно, еще ближе.

– Это ненадолго, – мрачно пообещала Кэтрин.

Глава 4

– Позволь помочь тебе. – Ева опустилась на колени рядом со стулом, на котором сидела Кэтрин. – Эти царапины сами по себе не особенно опасны, но выглядят пугающе. – Она обработала порезы антисептиком и наложила свежие бинты. – А вот за Галло тебе бегать не следовало. Теперь придется те бинты стирать.

– Я сама постираю. – Кэтрин погладила подругу по волосам. – Все обращаются со мной, как с инвалидом. Вот и Галло… – Она осеклась. Вздохнула. – Спасибо и извини, я немного расстроена.

«Немного расстроена? Это слишком слабо сказано», – подумала Ева. Кэтрин всегда ценила такие свои профессиональные качества, как сдержанность и хладнокровие, но в данный момент определенно не могла их продемонстрировать. И кто бы осмелился ее упрекнуть в слабости? Ева и сама расстроилась не меньше. Брошенные Джо обвинения встревожили их обеих.

– Что именно сказал тебе Галло?

– Повторяю, никаких объяснений я не услышала. – Некоторое время Кэтрин молча наблюдала за тем, как Ева обрабатывает порезы. – Сказал только, что у него и в мыслях не было, чтобы я пострадала. И, знаешь, я ему поверила.

– Напрасно. Я видел выражение его лица, – подал голос Джо, молча стоявший в стороне от женщин, прислонившись к двери. – Говорю тебе, он мог бросить нож раньше. Почему ты так упрямишься?

– Потому что я заглянула в его глаза. Пять минут назад. Когда он сказал, что ты ошибаешься и что он ни в коем случае не допустил бы моей гибели. Извини, но я больше полагаюсь на собственные мысли и чувства. – Она взглянула на Еву. – В чем Джо, наверное, прав, так это в том, что Галло мог бросить нож раньше. Не буду спорить. И вел себя Галло очень и очень подозрительно. – Кэтрин повернулась к Джо. – Вопрос – почему? Так давайте попытаемся найти ответ.

– Дайте мне побыть с ним наедине пару минут, и нам уже не придется ничего искать.

– Чтобы допросить Галло, его нужно сначала найти, – заметила Ева. – Может быть, поэтому он и сорвался. Не хотел, чтобы из-за него возник конфликт.

– Неужели? – В тоне Джо прозвучали скептические нотки. – Что-то я раньше не замечал в нем особенной склонности к миролюбию. – Он пристально посмотрел на Еву. – Так ты на стороне Кэтрин?

– Хочу понять истинный мотив поведения Галло. Что он задумал? Невозможно, чтобы вы оба были не правы. А поскольку я верю вам обоим, то должна быть некая средняя, компромиссная позиция. – Ева закончила накладывать повязку и поднялась. – И этот компромисс должен иметь какое-то отношение к убийце Джейкобса. Давайте с него и начнем. Внешность. Я видела его только мельком. Кэтрин, ты сказала, что сможешь дать описание, достаточное для составления словесного портрета. Подумай пока, сосредоточься. Итак, он – худой. Очень худой. Это мой единственный вклад.

– Высокий, – добавил Джо. – Насчет волос сказать ничего не могу, потому что их скрывал капюшон гидрокостюма. Двигался, как спортсмен, легко и быстро.

– Возраст?

Джо пожал плечами.

– Ничего конкретного сказать не могу.

– Кэтрин?

– Пятьдесят? Где-то так. – Кэтрин наморщила лоб. – Не знаю. Не уверена. Что-то в нем было…

– Может быть, вспомнишь, когда начнем составлять портрет.

– Возможно.

– Как насчет мотива?

– Он не хотел, чтобы Джейкобс раскрыл свою версию случившегося. Спецагент Джейкобс определенно кого-то боялся. Без конца твердил, что его убьют, если проболтается.

– Что же он знал такого? – спросила Ева.

– Откуда мне знать? Об убийстве Бонни? О чем же еще? – Кэтрин начала натягивать носки и ботинки. – Давай-ка поработаем над портретом. Хочу найти этого ловкача раньше Галло, а у него уже немалое преимущество.

– То есть ты считаешь, что Джо прав и Галло знает убийцу Джейкобса, – негромко заметила Ева.

Кэтрин кивнула.

– Но это не значит, что Галло нанял его, чтобы убрать Джейкобса. Этого не было.

– Будем надеяться, что ты права. – Ева пожала плечами. – Я хочу дать ему шанс, но если Галло имеет отношение к убийству Джейкобса, значит, все, что он говорил о Бонни, о том, как она приходила к нему в северокорейскую тюрьму, ложь и только. Когда он сказал, что те сны помогли ему выжить… – Губы у нее задрожали. – Если так, то получается, что я была дурой, а он просто врал, что любит мою дочь.

– Не могу гарантировать, что все сказанное им о Бонни верно. Дело Бонни касается вас обоих, вы должны решать между собой. – Кэтрин нахмурилась. – Я ограничиваю свое расследование фактами, которые можно проверить. – Она покосилась на Джо. – Похоже, я в меньшинстве. Да, мне трудно поверить, что вы общаетесь с призраками.

– Ты понятия об этом не имеешь. – Джо сдержанно улыбнулся. – Когда-нибудь мы с тобой сядем, и я расскажу такое, что у тебя волосы встанут дыбом. – Он уже не улыбался. – В жизни нельзя все понимать буквально, реальность может сбить тебя с толку.

– Я держусь за нее обеими руками. Так спокойнее. А теперь давайте продолжим. Ева, у тебя есть альбом?

– Альбома нет, но в сумке – она осталась в багажнике – лежит блокнот. Поработаю простым карандашом.

– Я принесу его. – Джо повернулся и шагнул к двери. – Вернусь через… Кажется, подъехала машина. – Он открыл дверь. – По-моему, из службы шерифа.

Ева подошла к нему и, выглянув, увидела стоящие перед домом две белые машины с надписями департамента шерифа округа Джефферсон.

– Быстро Винейбл их прислал.

– Не хочу, чтобы они вошли сюда и обнаружили тело Джейкобса. Это создаст определенные трудности.

– Трудности? – Кэтрин тоже подошла к двери. – Да, пожалуй. Скоро здесь будет Винейбл с командой, они все подчистят. Копам сказано заниматься только грузовиком и не трогать остальное.

– Значит, в доме им делать нечего, – заключил Джо и, выйдя из дома, направился к полицейским машинам. – Я отведу их к «Шевроле».

Ева и Кэтрин наблюдали, как Квинн дружелюбно беседовал с полицейскими. Несколько минут спустя он сел в патрульную машину, и оба автомобиля отъехали от дома.

– Думаю, на какое-то время он их задержит, а мы можем начать. – Ева достала ключи и подошла к взятой напрокат машине. Открыв багажник, она выпрямилась и посмотрела на байю. – Туман почти разошелся. Если бы на несколько часов раньше, наши поиски бы уже закончились.

– Хочешь сказать, что ты тоже не придаешь никакого метафизического смысла туману? – Кэтрин покачала головой. – Все-все, молчу, ни слова больше. Знаю, тебе нелегко было поделиться со мной сокровенной тайной, и нет надобности возвращаться к этому все время.

– Неважно. – Ева достала из сумки блокнот и захлопнула крышку багажника. – Вообще-то ты приняла новость спокойнее, чем я предполагала. И это при том, что в напряженной ситуации эмоции обычно обостряются.

– А ты разве не в напряжении?

– Конечно, и я тоже. Но я привыкла жить в таком ритме. Мои эмоции спрятаны глубоко и наружу пока еще не прорвались. Я дам знать, когда это случится. – Она повернулась к дому. – Ладно, идем, посмотрим, что у нас получится.

– Это все, что мы можем сделать, прежде чем отбуксируем «Шевроле» на стоянку, – сказал Джо детектив Пьер Джулиан. Профессиональная любезность в сочетании с каджунским акцентом, характерным для франкоязычных жителей Луизианы, делала его речь плавной и мягкой. – Еще что-то надо сделать? Наш капитан попросил нас оказывать вам всяческое содействие.

– Нет, вы уже сделали все возможное. – Джо ничуть не покривил душой. Едва прибыв на место, эксперты с энтузиазмом взялись за работу, демонстрируя расторопность и сосредоточенность. – Лучшей команды я бы и в Атланте не нашел. Похоже, опыта вам здесь не занимать.

– А вы думаете, преступления случаются только в Атланте? – усмехнулся Джулиан. – Пусть Новый Орлеан и называют Большим Бездельником, но если бы мы не наводили порядок в нашем городе, туристам пришлось бы несладко. – Он потер подбородок. – Но к звонкам из ЦРУ у нас тут не привыкли. Этот парень террорист или кто?

– Или кто.

Джулиан пожал плечами.

– Плохо. Маньяков надо отлавливать вовремя. В министерстве национальной безопасности, как я слышал, считают, что они просто уходят через мексиканскую границу. Вас отвезти к дому?

Джо уже хотел кивнуть, но в последний момент передумал и покачал головой.

– Скажите, поблизости есть место, где можно взять снаряжение для дайвинга?

Джулиан удивленно вскинул брови.

– Поблизости?

– Скажем, где-нибудь по пути из Нового Орлеана к тому домику. Желательно поближе. – Тот, кто вел Кэтрин и Галло от казино к байю, должен был съездить потом куда-то за снаряжением и вернуться к дому, чтобы убить Джейкобса. – В пределах пятнадцати-двадцати минут езды?

Джулиан ненадолго задумался, потом медленно покачал головой.

– Таких мест в округе, пожалуй, нет. Да и кому они нужны? – Он усмехнулся. – Кто полезет в болото купаться с аллигаторами? Туристам нравится смотреть на рептилий, но не плавать с ними.

– Понимаю. Ладно, пусть нет пунктов проката. А как насчет места, где такое снаряжение используется для обслуживания? Что-то вроде рыбопитомника или пеликаньей…

– Точно! – Джулиан щелкнул пальцами. – Вспомнил. Ферма по разведению аллигаторов. Милях в пятнадцати отсюда есть аттракцион для туристов. По-моему, они там этим снаряжением и пользуются. Вы такое место ищете?

– Возможно. Мы можем поехать туда и задать несколько вопросов?

– Конечно. Мне отослать ребят в город?

– Нет, пусть едут с нами. – Джо не рассчитывал, что экспертам удастся обнаружить в грузовике какие-то улики, но на крокодильей ферме ситуация могла измениться. Убийца спешил, ему нужно было раздобыть снаряжение для подводного плавания и как можно скорее вернуться к дому. Направляясь к машине шерифа, Джо уже ощущал знакомое волнение.

– Как называется это место?

– «Крокодилья ферма Буббы».

– Буббы?

Джулиан пожал плечами.

– Туристам вроде бы нравится. Им же всем хочется остренького. Вот мы и даем. – Он сел за руль. – У вас в Атланте – плантации и дамочки в кринолине, у нас – аллигаторы Буббы. Только мы свои достопримечательности показываем с приличного расстояния…

Огромный грязный пруд с бурой водой. Деревянные ворота. Вывеска большими красными буквами:

КРОКОДИЛЬЯ ФЕРМА БУББЫ

ПРИВОДИТЕ ДЕТЕЙ

ПОКОРМИТЕ ДОИСТОРИЧЕСКИХ ЧУДОВИЩ

– Я бы сказал, Бубба взывает к самым что ни на есть основным инстинктам, – пробурчал Джо, когда они свернули под арку. – Ему бы выражаться чуть яснее. Чего он хочет? Чтобы детей приводили на кормление аллигаторам?

– Верно подмечено. Но вы не совсем справедливы, – заметил детектив Джулиан. – Аллигаторы – атавизм доисторических времен. Может быть, у проекта образовательные цели.

– Да уж, конечно. – Джо огляделся. Все аллигаторы собрались, похоже, на дальней стороне зеленовато-бурого пруда. Кроме длинного, далеко выступающего над прудом пирса, ферма Буббы представляла собой три буфета с прохладительными напитками, сувенирный киоск и мясную лавку, привлекавшую внимание вывеской с изображением стейка. Свежее мясо аллигатора. – Вы разрешили бы своему ребенку выходить на пирс и бросать аллигаторам стейки?

– У меня нет детей. – Джулиан с сомнением посмотрел на ветхий мостик с канатным поручнем с одной стороны. – Да, идея не самая замечательная. Пожалуй, с Буббой стоит поговорить о безопасности.

– После того, как поговорим о подводном снаряжении. Где же сам хозяин? Как-то очень уж здесь пустынно.

– И что тут забыли копы? – Из кабины въехавшего в ворота грузовичка высунулась лысая голова. – Лицензия у меня есть. Вам не к чему придраться. Или опять департамент защиты природы жалуется? Передайте, я своих ящериц кормлю от пуза и не обижаю.

– Жалоб не поступало, – ответил Джулиан. – Хотя меня это и начинает удивлять. Ваш бизнес?

– Я – Бубба Грант. – Лысый вылез из кабины. – И ферма моя. А что такого? Пытаюсь выжить, как и все прочие. Вот так, значит. Человек горбатится, сил не жалеет, а тут копы сваливаются черной тучей…

– Я – детектив Джулиан. Со мной детектив Квинн. Имеем к вам несколько вопросов.

– Повторяю, аллигаторов я не обижаю. Им здесь лучше, чем в болоте.

– Вы используете какое-либо подводное снаряжение? – спросил Джо.

– Какое еще снаряжение? Да вы рехнулись, парни. Я к аллигаторам никого и близко не подпускаю. Вы хоть представляете, что было бы с моей страховкой?

– У вас есть какое-нибудь оборудование для эксплуатационных работ? Что вы делаете, если надо, например, вытащить раненого аллигатора или убрать мусор из пруда?

– Разумеется, что надо, то и делаю.

– То есть какое-то снаряжение есть?

– Ну да. Гидрокостюм, подводное ружье, багры. Но против аллигаторов я их не использую, – поспешно добавил Бубба. – Разве что в крайнем случае. Исключительно для самозащиты. Ну, если мальчишка какой-нибудь свалится в воду или что-то вроде этого.

– Какая гуманность! – усмехнулся Джо. – Я могу посмотреть на эту вашу экипировку?

– Конечно. Все на складе, за сувенирным киоском. Мне скрывать нечего. – Бубба направился к строениям. – А что, департамент какие-то новые правила придумал? Хотите поговорить с моими людьми? Тогда придется подождать пару часов. Мы до полудня не открываемся, и раньше времени никто обычно не приходит. В наше время надежных работников днем с огнем не сыщешь.

– А почему в полдень? – поинтересовался Джулиан.

– Аллигаторы должны проголодаться, а иначе никакого шоу не получится. Сытые, они даже к мостку не подплывут, а ведь людям, сами знаете, нравится пощекотать нервы. – Возле сувенирного киоска Бубба остановился, достал из кармана связку ключей и вдруг остановился. – Что за черт?

Замок был грубо взломан, и сама дверь слегка приоткрыта.

Бубба выругался, переступил порог и первым делом бросился к кассе.

– Сукин сын! Думал, я здесь деньги оставлю? Черта с два! Ищи дураков в другом месте. – Он оглядел небольшое помещение и нахмурился. – Вроде бы и не пропало ничего. Странно…

– Подводное снаряжение, – подсказал Джо.

– А, да. – Бубба толкнул дверь. – Точно. Исчезло. Кто вам сказал, что меня обокрали? Оно у вас? Мне надо его опознать?

– Не раньше, чем мы его найдем. – Джо присел перед пятном на полу. – Вот что, Джулиан, позовите-ка своих экспертов.

– Кровь?

– Если только нашего клиента. – Джо осмотрелся. – Вон там перевернутая табуретка. Похоже, тут была борьба. – Он повернулся к хозяину. – Вы сказали, что прошлой ночью и рано утром на территории никого из ваших служащих не было?

– Ничего такого я не говорил. Сказал только, что сейчас на ферме никого нет. Ночью здесь дежурит Джил Уэбер. Уходит утром, около восьми. – Бубба посмотрел на пятно. – Джил – бывший морской пехотинец. Я бы не взял человека, который не может за себя постоять. – Он достал сотовый и набрал номер. – Сейчас узнаем, видел ли он кого. – Однако трубку на другом конце не брали, и после двух или трех неудачных попыток Бубба убрал телефон. – Не отвечает. Может, уснул. Парень работал всю ночь. И кровь не его. Если б Джила ранили, был бы след, ведущий в каком-то направлении. А так лишь несколько капель и все.

– Может, вы и правы. – Джо повернулся и вышел. Некоторое время он стоял, задумчиво глядя на бурую, неподвижную поверхность пруда, потом повернулся к вышедшему следом хозяину. – Ваши доисторические приятели сбились там в кучку, видите? Такое поведение для них характерно?

– Нет. Обычно они держатся независимо, каждый в своем уголке. Что-то их привлекло. А почему вы… – Бубба не договорил. Глаза его полезли на лоб, от лица отхлынула кровь. – Вот черт…

– Джо вернулся. – Ева отложила карандаш и подошла к окну – Джо уже вышел из машины шерифа и, наклонившись, разговаривал с сидевшим за рулем темноволосым молодым человеком. – Часа два прошло. Я думала, он вернется раньше.

– Да уж поскорее бы узнать новости. – Кэтрин удрученно покачала головой. – Что-то у нас с этим наброском ничего не получается.

– Но форму лица и носа мы уже определили, – не согласилась Ева. – Это важно. Гидрокостюм осложняет работу. Из-за него совершенно не видны волосы. Мы не знаем, какой у него лоб, высокий или низкий. В общем, об этой части лица сказать ничего нельзя.

– Вообще-то я думала, что пользы от меня будет больше, – огорченно вздохнула Кэтрин.

– Ты еще поможешь, – заверила ее Ева. – Просто сейчас ты отвлекаешься. Ты хочешь слишком много.

– Да, хочу. Хочу поскорее все закончить. – Несколько секунд Кэтрин наблюдала за идущим к дому Джо, а когда он вошел, нетерпеливо спросила: – Ну, что нового? Есть шансы получить отпечатки?

– Отпечатки сняли, но они скорее всего принадлежат восемнадцатилетнему парнишке, угнавшему грузовичок в Новом Орлеане.

– Досадно, – заметила Ева.

– Отпечатки пальцев мы, возможно, еще получим, – продолжал Джо. – Моторку, гидрокостюм и бак с горючим он прихватил на крокодильей ферме в пятнадцати милях отсюда. Снаряжение хранилось на складе за сувенирным киоском. Он взломал замок, забрал несколько ножей, ружье для подводной охоты и гидрокостюм. – Джо тяжело вздохнул. – На ферме был ночной сторож, Джил Уэбер. Судя по всему, они столкнулись, и в результате сторож оказался в пруду с аллигаторами.

Ева вздрогнула.

– Мертв?

– У него не было шансов. Надеюсь, бедняга утонул раньше, чем до него добрались эти твари.

– Значит, он убил сторожа до того, как добрался до Джейкобса, – заключила Кэтрин.

– Возможно, непредумышленно. Но показательно уже то, что останавливаться перед убийством не стал. – Джо задумчиво кивнул. – Быстр, решителен. Изучив обстановку, разработал план, предусматривающий не только устранение Джейкобса, но и отходные пути. Увидев по пути сюда крокодилью ферму, моментально взял ее на заметку и включил в план.

– Я эту ферму даже не заметила, – сказала Кэтрин.

– Ты же искала дом и больше ничего. Да еще и туман… Мы с Евой, кстати, ферму тоже не увидели. А он увидел. Потому что не отвлекался. Потому что поставил перед собой цель и думал лишь о том, как ее достичь.

– Серьезный противник, – кивнула Кэтрин.

– Серьезный, – согласился Джо. – И, согласись, профессионал высшего класса.

– Верно. Но это еще не значит, что его нанял Галло.

– Как не значит, что он его не нанимал. – Джо бросил взгляд на лежащий на столе блокнот. – Ну как? Что-нибудь получилось?

– Пока ничего.

– Правда?

– Я пытаюсь, – проворчала Кэтрин. – Надо только сосредоточиться.

– Ты соберешься, нисколько не сомневаюсь. Но ждать, когда это случится, не хочу. – Джо повернулся к Еве. – Джулиан согласился подбросить меня в Новый Орлеан. Может быть, удастся подстегнуть экспертов. Не хочешь прокатиться со мной?

– Нет. Сначала доведу до конца набросок. Закончу, тогда и приеду. – Она кивнула Кэтрин. – Винейбл скоро будет здесь, так что о Джейкобсе будет кому позаботиться. Кэтрин надо обязательно с ним встретиться. Похоже, ему и впрямь что-то от нее нужно.

– Ладно, как знаешь. – Джо чмокнул Еву в лоб и шагнул к двери. – Позвони, когда будешь выезжать. Я сообщу, получится ли ускорить экспертизу. И, если будут новости от Галло, держи меня в курсе.

Ева подождала, пока за ним закроется дверь, после чего повернулась к Кэтрин.

– Давай продолжим. – Она взяла со стола блокнот и села на стул у окна. – Что скажешь о губах?

– Широкие. – Кэтрин закрыла глаза. – Нет, не так. Нижняя губа полная, верхняя тоньше. И левая сторона немного кривая.

– Кривая?

– Ну, не то чтобы кривая, но не совсем той формы, что правая. Необычно, да?

– Я бы так не сказала. Лишь очень немногие люди рождаются с идеально сбалансированными чертами лица. Просто некоторые различия заметнее других. – Она нарисовала рот и повернула блокнот так, чтобы его видела Кэтрин. – Похоже?

Кэтрин покачала головой.

– Не совсем. Нижняя губа полнее. – Некоторое время она молча наблюдала за работой Евы. – Нелегкое дело, да? Не то что на компьютере. Помню, как ты работала с программой возрастных прогрессий, когда мы искали Люка. – Они сидели тогда в доме у озера, и образ двухлетнего ребенка на экране медленно трансформировался в изображение двенадцатилетнего мальчика. Тогда работа тоже шла медленно, но в конце концов их усилия были вознаграждены. Кэтрин не только вернула сына, но и нашла в лице Евы верную подругу. – Насколько точным может быть такой портрет?

– Это ты мне скажи. Ты с этим делом сталкивалась, может быть, даже чаще.

– Значит, у тебя опыт небольшой?

– Почти никакого. В колледже иногда делала наброски для фотографа, потом, когда уже выучилась на судебного антрополога, работала эпизодически на полицейское управление. Получается вроде бы неплохо, но до профессиональных полицейских художников мне далеко. Тут важно знать, какие задавать вопросы, и четко следовать процедуре, выдерживая последовательность. – Ева улыбнулась подруге. – Так что перестань себя винить. Это я такая неумеха, что дело не движется так быстро, как хотелось бы.

– Джо думает иначе.

– Джо просто не знает, что думать. И не потому, что он тебе не доверяет.

– Он не доверяет Галло и меня зачисляет в лагерь противника.

Спорить Ева не стала.

– Согласись, то, что ты вдруг начала поддерживать Галло, выглядит немного странно. Джо считает, что его влияние на тебя трудно объяснить логически… или профессионально.

Кэтрин поморщилась.

– Другими словами в его представлении Галло – это что-то вроде Распутина? – Она посмотрела Еве в глаза. – А что ты думаешь?

– Меня лучше не спрашивать. – Ева опустила глаза. – Я знаю, что некоторые люди обладают настолько сильным магнетизмом, который можно назвать виртуальным нокаутом. Полагаю, Галло из их числа. Чем еще объяснить тот факт, что я прыгнула к нему в постель в свои шестнадцать? Я не была ни легкомысленной, ни безответственной, но с ним вела себя именно так, глупо и безответственно. Подумать только, несмотря на ошибки молодости моей матери, ни на что – меня даже риск забеременеть не остановил.

– Вот поэтому у Джо с Галло проблемы. Он по-прежнему видит в нем угрозу.

– И напрасно. Галло – мое прошлое. В моем будущем ему места нет. – Она посмотрела на Кэтрин. – Джо для меня все. И ты это знаешь.

– Но Галло – отец твоего ребенка. Какая-то же связь между вами должна быть.

Ева кивнула.

– И есть, отрицать не буду. Поэтому мне так не хотелось, чтобы он имел отношение к убийству Бонни. – Как все объяснить? Она облизала губы. – Бонни… она часть нас обоих. И я думаю, что она любит нас обоих. И хотя мы с Галло уже никогда не будем вместе, мне кажется, она хотела бы, чтобы эта связь оставалась. – Ева неловко улыбнулась. – Сложно, да?

– Тем более что ты до сих пор не уверена в его невиновности.

– Стараюсь думать позитивно. С Галло это нелегко. Кто он? Жертва или Распутин, как считает Джо? Последние недели я верчусь, как флюгер, из стороны в сторону.

– Я тоже.

– Но теперь-то ты его защищаешь. Ты в его лагере. Ты готова защищать его и от меня, и от Джо, и от всего мира. Почему?

– Он этого не делал, Ева.

– Доказательства?

– Черт! Он этого не делал, и все.

– Я хочу получить доказательства, Кэтрин. Мне нужны доказательства.

– Я их добуду.

– Ты едва не погибла из-за того, что Галло промедлил с броском. Будешь рисковать еще?

– Он не хотел, чтобы я пострадала.

– Откуда ты знаешь? – Ева пристально посмотрела на подругу и понимающе кивнула. – О, Господи. Он тебя зацепил, да? Ты уже переспала с ним?

– Нет! – вспыхнула Кэтрин. – Не переспала. И не хочу.

Ева улыбнулась.

– То же самое и я говорила себе в шестнадцать лет. Понимала, что могу потерять все и не приобрести ничего, но это не имело ровным счетом никакого значения. Я все равно это сделала.

– Мне не шестнадцать. Ты – моя подруга, и я занимаюсь этим, чтобы помочь тебе. Я – профессионал и делаю свое дело.

– Знаю. Послушай, я не обижаюсь и не злюсь из-за того, что ты испытываешь к Галло те же чувства, что и я когда-то. У меня нет на это права. Наши с Галло пути давно разошлись, и у каждого своя дорога.

– Я знаю это, – сказала Кэтрин. – Но тебе может показаться, что я не все делаю, чтобы найти убийцу твоей дочери. – Она помолчала, а потом заговорила вдруг быстро, горячо: – Да, Галло… он… – Она сбилась. – Он меня заводит. Может быть, ты права, и в нем есть что-то такое, что действует на большинство женщин. Но я не смешиваю чувства с работой. Что бы ни говорил Джо, я не руководствуюсь эмоциями.

Ева улыбнулась.

– Сейчас ты вся как на иголках, сердце нараспашку. Если бы причиной не был Галло, я бы даже сказала, что это тебе на пользу. Ты всегда такая сдержанная, собранная, жесткая. Небольшие душевные переживания совсем бы не помешали. Давай закончим с нашим наброском. А потом я расскажу Джо, какая ты сухая и бесчувственная. Как и подобает быть профессионалу. – Она повернула блокнот. – Это его рот?

Кэтрин кивнула.

– Очень близко. Только он у него более напряженный и губы оттянуты к уголкам.

– Как у зверя перед нападением? С намеком на оскал?

– Да.

– Хорошо. Следовательно, меняется и контур лица. Скулы будут более выраженными. Это следует принять к сведению, – пробормотала Ева, быстро работая карандашом. – Нос, рот, брови. Уже есть… Подбородок.

– Я же сказала, слегка заостренный.

– Я уже показывала тебе заостренный, но ты его забраковала. Припомни.

– Тот выглядел слишком острым.

– Тогда у нас что-то не так с контуром лица, – вздохнула Ева. – Если губы меняют положение, то и челюсть должна сдвинуться. Может, попробуем немного смягчить?

– Делай, как считаешь нужным. Мы уже больше часа с ним возимся. И никак не получается.

– Получится, когда найдем правильное решение. – Ева снова развернула блокнот. – Ну вот, теперь подбородок ближе к квадратному. Да? Нет?

Кэтрин выпрямилась.

– Да.

– Подбородок, рот, нос, брови. – Ева вдруг почувствовала непонятное волнение. – Переходим к глазам. Форма. Круглые? Продолговатые? Раскосые?

– Определенно не круглые. Думаю, продолговатые.

Карандаш летал над бумагой.

– Большие? Маленькие? Средние?

– Средние.

– Широко расставленные?

– Нет, обычные.

– Цвет?

– Темные.

– Кожа? Смуглая? Бледная?

– Вроде бы смуглая. Обветренная.

– Морщины?

– Складки по обе стороны рта. В остальном кожа гладкая.

– Уверена?

– Да. Нет. Стой, подожди. На голове был капюшон, резина прилегала очень плотно и натягивала кожу. Кажется, я заметила небольшие морщины в уголках глаз.

Ева быстро добавила несколько штрихов, придавших лицу эффект загара.

– Вот так более естественно. – Она подняла блокнот и несколько секунд оценивающе рассматривала полученный портрет. – Но здесь он выглядит старше, чем… – Она не договорила. Глаза ее вдруг расширились.

Нет, это безумие. Этого не может быть. Невероятно.

– Что с тобой? Ева?

Она тряхнула головой. Нет, невозможно.

Но ведь в том безумном мире, ставшем и ее миром, возможно все. Любое безумие.

Ева повернула блокнот к Кэтрин. Руки ее дрожали.

– Это… он?

Кэтрин тихонько ахнула.

– Боже мой…

Глава 5

– Ответь мне. – Ева попыталась взять себя в руки, но голос все равно дрогнул. – Этот человек пытался убить тебя?

– Да. – Кэтрин взяла блокнот. – Поздравляю. Я и не надеялась, что ты сможешь добиться такого сходства. Это точно он.

– Уверена на все сто?

– Говорю тебе, это он. Подбородок… – Она подняла глаза и осеклась. – Что с тобой? Что случилось? Ты бледная, как этот лист.

– Я должна убедиться, что ты его узнала. Что именно этот человек пытался тебя убить. Я должна знать, что составила портрет по твоему описанию, а не извлекла из памяти.

– Из памяти? – мгновенно насторожилась Кэтрин.

Ева забрала у нее блокнот и еще раз всмотрелась в портрет. Глаза, черты лица, брови – все те же. И только глубокие морщины в уголках рта да общее выражение жестокости, проступающее в каждой черточке, отличали это лицо от того, другого.

– Ты его знаешь? – спросила Кэтрин. – Ты видела этого человека раньше?

– Думаю, что да. Но этого не может быть.

– Кто он? Как его зовут?

Ева покачала головой.

– Но он мертв. Галло сказал, что он давно умер.

– Да кто он, черт возьми?

– Его зовут Тед Даннер.

– И ты видела его раньше?

Ева облизала пересохшие губы.

– Видела. Давно. И всего лишь пару раз. Он – дядя Джона Галло.

– Что?

– Тед Даннер – дядя Джона Галло. Из-за него Галло и приехал в Атланту. Если бы не Тед Даннер, я бы никогда не встретила Галло, не родила бы Бонни. Он служил в армии, был рейнджером, получил ранение. Жил в Милуоки. Оттуда его направили в Атланту, в госпиталь для ветеранов, чтобы пройти консультации у специалистов. Помню, он и ходил-то с трудом.

– Тогда они сотворили с ним чудо, – сухо заметила Кэтрин. – Сегодня утром этот ветеран был резвым, как олимпийский чемпион. Чемпион с инстинктами серийного убийцы.

Ева растерянно покачала головой.

– Не понимаю. Мне нравился Тед Даннер. Я даже пожалела его тогда. Галло рассказывал, что дядя был единственным светлым пятном в его жизни. Как и я, Галло вырос в трущобах. Родители обращались с ним ужасно, а дядя брал его с собой за город, защищал от отца, учил всему, что знал сам. Поэтому Галло и решил пойти в армию.

– И оказался в итоге в северокорейской тюрьме. – Кэтрин покачала головой. – Послушай, судя по тому, что ты говоришь, это совсем другой человек. Ты не могла ошибиться? Сама же сказала, что видела его только пару раз.

– Да, всего лишь дважды. Сначала он пришел навестить меня через несколько месяцев после того, как Джон поступил на службу. А потом… потом уже после рождения Бонни. – А если она и впрямь ошибается? Ей было тогда шестнадцать, а в таком возрасте многое видишь по-другому. Кем она была? Девчонкой. Забеременевшей и отчаянно пытавшейся пережить тяжелые месяцы и как-то двигаться дальше.

– Внизу какой-то мужчина. Хочет поговорить с тобой, – сообщила Роза, когда Ева открыла дверь. – Сидит на лавочке во дворе. Приятный, вежливый. Сказал, что поднялся бы сам, но у него болит спина.

– Кто такой? – спросила Ева. Времени на разговоры не было – скоро на работу, а у нее еще невыполненное задание по английскому. – Предлагает что-то купить?

Роза наморщила лоб.

– Нет. Да и не похож он на торговца, не прилизанный. А как зовут, я не спросила. Знаешь, кого-то он мне напомнил…

– Уже хорошо. – Ева вышла на площадку и стала спускаться по лестнице. – Послушай, мы же договорились, что сегодня утром ты будешь заниматься со мной, а не сидеть с малышом на скамейке.

– Но ведь Мануэлю нужен свежий воздух. И солнце.

– А тебе нужен диплом. И ты его получишь. Так что жду завтра утром.

– Ладно. – Роза недовольно поморщилась. – Только не строй из себя босса. Раньше ты такой не была.

– Была. Просто раньше у меня времени было меньше, чтобы с тобой заниматься. – Ева оглянулась. – А теперь есть.

Подруга смотрела на нее сверху вниз, облокотясь на перила.

– Твой малыш на свет с хлыстом в руке появится.

Ева усмехнулась.

– Тогда мы будем гонять тебя вдвоем.

Все еще улыбаясь, она сошла с последней ступеньки, открыла дверь и посмотрела на сидевшего на скамейке мужчину.

– Здравствуйте, я – Ева Дункан. Чем могу… – Она не договорила. «Кого-то он мне напоминает»…

Худощавый. Лет пятидесяти или около того. Редкие седеющие волосы. Кожа смуглая. Темные глаза.

Глаза Джона Галло.

– Здравствуйте. Я – Тед Даннер. – Мужчина с видимым усилием поднялся. – Извините, что заставил вас спускаться, но эти лестничные пролеты выше моих сил. Джон, наверно, упоминал, что у меня проблемы со спиной.

– Вы – его дядя. – Ева нервно облизала губы. – Да, он говорил, что вас ранило.

– Я так и подумал, что он расскажет. Мы были близкими друзьями. – Тед Даннер мягко улыбнулся. – Джон для меня все равно что сын. Он – хороший парень.

– Зачем вы пришли?

– Джон попросил.

Еще один сюрприз.

– Что?

– Вообще-то он просил меня присматривать за вами, пока его здесь нет. Сказал, чтобы я к вам не приближался, что вам это не понравится.

– Но вы все-таки пришли.

– Я долго держался в стороне, но сейчас мне нужно поговорить с вами. – Он скользнул взглядом по ее свободному платью. – Недели три назад я увидел вас на улице и… был удивлен. Вы сейчас…

– На девятом месяце.

– Его ребенок? Джона?

– Нет. Мой.

– Но его отец – Джон?

Ева кивнула.

– Да. Но только вам беспокоиться не из-за чего. Записывать Джона в отцы я не собираюсь. – Она помолчала. – И предпочла бы, чтобы он вообще ничего об этом не знал. Согласитесь, так лучше. Вы ведь хотели, чтобы он сделал карьеру в армии? Ребенок будет только мешать. Не говорите ему ничего.

Тед Даннер покачал головой.

– Бедняжка. Вы совсем одна.

– Ничего подобного. У меня все отлично. Так что ничего ему не говорите.

– В данный момент другого варианта у меня просто нет. Я не могу написать Джону, потому что не знаю, где он.

Несколько секунд Ева молчала, ошеломленная этим известием.

– Что? – спросила она наконец, едва шевеля онемевшими губами.

– Видите ли, сразу после подготовительного курса и школы рейнджеров его отправили куда-то далеко, за границу. Первая весточка пришла из Токио, потом – ничего.

– Но… но это же бессмыслица. Вы должны узнать, где он. Вы ведь и сами военный.

– Узнать можно, но только при условии, что Джон не вызвался добровольцем участвовать в какой-нибудь спецоперации. Парень он умный, ловкий, честолюбивый, и выполнение особого задания – верный путь подняться на ступеньку выше.

– Вы бы так и поступили, – вздохнула Ева.

– Да, раньше я так себе и говорил. – Он покачал головой. – Но когда то же самое делает другой человек, об этом думаешь иначе. – Голос у него дрогнул: – Я люблю Джона.

Ева и сама это видела. Глаза у Теда Даннера повлажнели, а последние фразы дались с трудом.

– Но наверняка вы ничего не знаете, так? Уверена, с ним все будет в порядке.

Он кивнул.

– Со мной самим похожее пару раз случалось. И что в результате? Больная спина, и ничего больше. В последнее время я много молюсь. – Он помолчал. – Подумал, что если у вас когда-нибудь появится такое желание…

Ошеломленная известием, Ева даже не знала, что чувствует. Поверить в то, что Джону Галло, такому сильному и смелому, угрожает серьезная опасность, было невозможно.

– Уверена, все будет хорошо, – повторила Ева, не найдя других слов.

– Я просто решил, что вам нужно знать. А вот волноваться сильно не надо. Вам это вредно. – Он повернулся и направился к калитке. – Если понадобится что-то, дайте знать. Чем смогу, помогу. Джон хотел бы, чтобы я поддерживал вас.

– Вам и своих проблем хватает. И ваш племянник хотел бы, чтобы вы заботились о себе.

– Вы – хорошая девушка, – негромко сказал он. – Теперь я понимаю, что привлекло к вам Джона.

Бедняга, думала Ева, глядя, как Тед Даннер медленно бредет по улице. Никого, кроме Джона, у него, похоже, не было, и случившееся явно его обеспокоило. Но тревожится он понапрасну. То, что от Джона нет известий, ничего еще не значит. Он ведь сильный, крепкий, ловкий. Убить такого нелегко. Нет-нет, об этом нечего даже и думать.

Но, может быть, даже если она не верит в то, что Джону Галло угрожает реальная опасность, ей все же стоит помолиться за отца своего ребенка.

Потрясенная и озадаченная, Ева смотрела на рисунок, созданный ею по описанию Кэтрин, и, словно не веря собственным глазам, недоверчиво качала головой. Наверное, она ошиблась. Невозможно представить, чтобы тот мягкий, внимательный, больной мужчина был жестоким, беспощадным убийцей.

– Он… старше. Это понятно, так и должно быть. Но все остальное, кроме внешности… Даннер, насколько я помню, был почти инвалидом. Мне он показался внимательным и заботливым. Он не мог быть убийцей.

– Твои аргументы не выдерживают критики. Если он был рейнджером, его научили убивать, – сказала Кэтрин.

– Джо служил в спецназе, ты – в ЦРУ. Вас тоже учили убивать, но это не значит, что вы убийцы.

– Это значит, что мы, если потребуется, готовы спустить курок. Может быть, Даннер шагнул дальше. – Кэтрин помолчала. – Некоторым такое начинает нравиться.

Ева знала, подруга права. Джо рассказывал, почему ушел из «морских котиков». В какой-то момент он понял, что ему по вкусу то, чем они занимаются. Понял и испугался, что станет таким же, как те, против кого он воюет.

– Если так, то этот Даннер сильно изменился с тех пор, как я его видела.

– Ты сказала, что встречалась с ним дважды. Второй раз после рождения Бонни. Ты заметила в нем какую-то враждебность по отношению к девочке?

Ева вздрогнула. Думая о Даннере, она связывала его с возможным убийством Джейкобса и нападением на Кэтрин у болота. Но если у него была причина убить Джейкобса, то логично предположить, что он мог быть и убийцей Бонни. Мысли унеслись к той далекой встрече. Они гуляли. Бонни сидела в прогулочной коляске. Ева напрягла память, перебирая детали разговора, заново анализируя каждое слово, каждый взгляд.

– Нет. Он улыбался. Пощекотал Бонни под подбородком. Сказал, что она хорошенькая, как на картинке. – Ева прикусила губу, заново переживая тот трогательный миг. – А потом сообщил, что получил уведомление о смерти племянника. Сказал, что Галло погиб в Корее и его останки обнаружили лишь недавно. Мне показалось, что он очень сильно расстроен. Говорил, что Джону едва исполнилось девятнадцать, что вся его жизнь была адом и что армия не должна была посылать его на смерть, не дав шанса пожить. Он был зол на них…

– На тебя тоже злился?

– Нет. Говорил спокойно, только был печален. Спросил, не буду ли я против, если он присмотрит за нами с Бонни. Мол, Джон хотел бы этого.

– Так он вошел как-то в твою жизнь?

Ева покачала головой.

– Я пригласила его зайти. Пожалела. Видела, что Галло был ему очень дорог. Он сказал, что не будет навязываться. Мол, хотел лишь убедиться, что у нас все в порядке. Если он за нами и присматривал, то на расстоянии. Больше я Даннера не видела.

– Не понимаю, – с досадой бросила Кэтрин. – Ты уверена, что наш набросок похож на него? Во всей этой истории слишком много неувязок.

– Прежде всего то, что Тед Даннер считается умершим.

– Это меня не слишком беспокоит. Смерть можно сфальсифицировать. Далеко ходить не надо, сфальсифицировала же армия смерть Галло в Корее. Кто сказал тебе, что Даннер умер?

– Галло. Когда мы были в его доме, в Висконсине. Сначала рассказывал о том, как дядя помогал ему в детстве, а потом добавил, что тот умер, пока он сам сидел в корейской тюрьме.

– И ты ему поверила?

Ева кивнула:

– Поверила. Мне и в голову не пришло учинить ему допрос. Хотя кое о чем расспросить бы следовало, – задумчиво добавила она. – Тед Даннер так много значил для Галло.

– Может быть, это ничего бы и не дало, – грубовато бросила Кэтрин. – Галло ведь мог и сам верить тому, что говорил тебе. Он мог не знать, что Даннер жив.

– Почему? Как он мог не знать?

– Не спрашивай. – Кэтрин притихла, прищурилась, размышляя о чем-то. – Вот и объяснение, почему Галло медлил там, на берегу. Он узнал Даннера и опешил. И бросить нож решился только в самый последний момент.

Именно об этом, о промедлении Галло, когда он упустил удобный момент, говорил и Джо. Только он считал, что это бездействие было умышленным, расчетливым, а Кэтрин предлагала другое объяснение.

Ева не знала, что и думать. Да она и не могла рассуждать здраво, потому что до сих пор пребывала в шоке. С того момента, как, закончив работу, узнала в наброске Теда Даннера. Вот только Даннер оказался не таким, каким она его помнила. Лицо на бумаге несло на себе печать первозданного, необузданного зла.

– Да, они были близки.

– Насколько близки?

– Я уже рассказывала об их отношениях.

– А теперь поподробнее.

– Всех деталей я не знаю. Галло редко говорил о своих чувствах, о прошлом. – Ева поморщилась. – Мы вообще мало разговаривали. Обмен воспоминаниями, впечатлениями – это стояло у нас на последнем месте. Приоритеты были другие, сплошная физиология.

– Расскажи все, что знаешь, – потребовала Кэтрин.

Чтобы она сложила кусочки и выстроила новую защиту Галло. Что ж, удачи ей. Ева была сейчас не в состоянии продумать эту линию до конца.

– Рассказывать, в общем-то, нечего. Джон Галло рос в обычном жилом квартале в Милуоки. Примерно в тех же условиях, что и я. Семья была крайне бедная, родители относились к сыну безобразно. Галло как-то упомянул, что отец, когда хотел наказать его, прижигал ему спину сигаретами.

– Сукин сын.

– Вот и я так думала. Единственное, что мог делать Джон, это держаться от родителей подальше. Когда его дядю по медицинским причинам демобилизовали из армии, Галло был подростком. С тех пор они жили вместе, заботясь, как я понимаю, друг о друге.

– И они вместе переехали в Атланту, чтобы Тед Даннер мог показаться специалистам министерства по делам ветеранов?

Ева кивнула.

– Да. Они сняли квартирку в квартале по соседству с нашим. Вот и все, что я знаю. Больше мне сказать нечего.

– Ты права, этого чертовски мало.

– Знаю. – Все в те недели пронеслось так быстро, промелькнуло, словно кадры в кино. Захваченная безумием страсти, она не замечала больше ничего, все остальное казалось столь же эфемерным, как туман за окном.

А потом появилась Бонни, и прочее отступило на задний план.

– И рассказать что-то еще может только один человек – Галло, – вздохнула Кэтрин. – Вот только где он, черт возьми?

– Зависит от того, жив ли на самом деле Тед Даннер. И знает ли это Галло. Либо он присоединится к нему, либо попытается найти. – Ева пожала плечами. – А что, если убийца Джейкобса просто похож на Даннера? Такое ведь тоже возможно?

Кэтрин посмотрела на нее, но промолчала.

– Ладно, это было бы слишком большим совпадением. – Ева бросила блокнот на стол. – Просто, прежде чем принимать решение, я хотела изучить все возможные варианты.

– Ты его приняла. А теперь давай будем исходить из того, что Тед Даннер, возможно, жив и что он не тот добрый дядюшка, каким остался в твоей памяти. Нужно выяснить, почему Даннера объявили мертвым и где его можно найти.

– И где он был, когда пропала моя Бонни.

– Это само собой разумеется. Бонни всегда на первом месте. Нам нужно лишь найти к ней путь. Может быть… – Кэтрин остановилась, подняла голову, прислушалась. – Машина. Наверное, Винейбл со своей командой. – Она встала и подошла к окну. – Так и есть, Винейбл. Пойду встречу. Хочу закончить с ним как можно быстрее, но это будет нелегко. Все зависит от того, чего он хочет и насколько сильно.

– Думаешь, у него что-то срочное?

– Не сомневаюсь. Без серьезной причины Винейбл в мои дела вмешиваться бы не стал. Он слишком хорошо меня знает. – Кэтрин шагнула к двери. – Но, как говорится, нет худа без добра. Винейбл привез с собой команду «чистильщиков», так что от проблем с трупом нас избавят. Как-никак Джейкобс был военным, служил родине.

– Джейкобс – преступник, контрабандист и, возможно, соучастник убийства.

Конец ознакомительного фрагмента. Купить полную версию.

Примечания

1

Байю – заболоченный рукав реки, озера или морского залива на юге США.