Я часто думаю об увядании и неизбежности смерти. Возможно, причиной тому стало мое японо-американское воспитание. С самых ранних лет, едва научившись понимать речь, я слышала, как моя мама – уроженка Японии – спокойно рассуждала о конце жизни. В ее словах не было ничего мрачного. Мама иногда произносила фразы вроде: «Интересно, сколько времени мне еще отведено» или «Хочу успеть сделать то и это до того, как умру». Смерть входила в наши повседневные разговоры естественно, как факт, требующий не страха, а принятия.
Я выросла в Лос-Анджелесе, штат Калифорния. И там мне пришлось узнать, что американцы относятся к смерти совершенно иначе. Даже слово на букву «с» в США произносить не принято. А тема старения и вовсе считается табуированной, особенно рядом с Голливудом. «Я уже коплю на ботокс», – как-то поделилась моя подруга. Ей, к слову, было чуть за двадцать.
Конечно, в современной азиатской культуре существуют свои способы сохранять молодость как можно дольше (слышали что-нибудь о корейском уходе за кожей?). Из соцсетей я даже знаю о воровстве антивозрастных кремов «Сефора» в среде молодежи. Выдумки или нет, факт остается фактом: старение воспринимается как серьезная проблема.
Я начала закрашивать седину в сорок. Чуть больше десяти лет назад. Мне было неприятно видеть в зеркале серебристые пряди. В какой-то момент я смирилась с тем, что седина означает увядание и это плохо. Но почему? Стоило чуть внимательнее приглядеться к серебристо-серым прядям, и они показались мне очаровательными. Словно сама природа украсила мои волосы. Но я продолжала закрашивать седину еще шесть долгих лет, пока уход за волосами не стал слишком обременительным. Это сильно било по кошельку, а наволочки и полотенца были вечно перепачканы краской. И в день своего сорокашестилетия я решила перестать красить волосы. Сейчас мне пятьдесят три, почти половина моей головы седая, и мне это нравится.
Мой жизненный путь отражает суть японского понятия сибуи – умения ценить возрастные изменения, приходящие с годами; находить истинную красоту в естественности, а не в попытках сохранить то, что суждено утратить. Избежать старения невозможно.
Прилагательное «сибуи» – многогранное понятие со множеством оттенков, но точных аналогов в других языках нет. Существительные «сибуми» или «сибуса» используются для обозначения вяжущего и слегка горьковатого привкуса неспелой хурмы. При созревании плода вкус улучшается, а горечь смягчается. Она может не исчезнуть полностью, но хотя бы перестает звучать на первом плане. Концепция сибуи подразумевает связь между горьким вкусом и молодостью, а сладость и удовольствие соотносит со зрелостью.
