Начало того же вечера

Дерек Хант бегло оглядел роскошный бальный зал, полный блистательных леди в самых модных нарядах и их галантных кавалеров в высоких, затейливо повязанных галстуках. Просторное помещение наполняли смех, шампанское, танцы и шумное веселье. Дерек поправил собственный галстук и сунул руку в карман. Он судорожно сглотнул. Неужели и вправду прошло всего две недели с тех пор, как его ладонь лежала на плече умирающего друга на залитом кровью поле битвы неподалеку от Брюсселя? Свифт еще не умер. Пока еще нет. Но Дерек ожидал услышать эту новость со дня на день. И вот Дерек здесь. Он возвратился в Лондон, по воле короны был пожалован герцогством и в данный момент присутствовал на ярмарке невест, подыскивая себе достойную жену. Будущую мать своих сыновей. Свифт настоял, чтобы он поехал. И у Дерека не было выбора. Он получил четкий приказ от военного министерства, но до сих пор испытывал недовольство собой.

Тогда, две недели назад, Дерек не знал, доживет ли до этого дня. Сейчас он поднимал фужер с шампанским со сверкающего серебряного подноса в руках лакея, затянутого в роскошную ливрею. Как будто Дерек никогда и не бывал на поле боя, не видел, как его соотечественники падают, сраженные насмерть, не слышал мучительных криков своих умирающих друзей. В Лондоне парады и торжественные приемы в честь победы над Наполеоном пользовались большой популярностью. И вот сегодня Дерек был здесь, прославленный герой, вместе со всеми празднующий победу. Словно никогда не видел подлинных ужасов войны.

И он теперь герцог? Чертов герцог? Это все еще казалось ему нереальным. Почему из всех офицеров герцогом сделали его? Они все рисковали своими жизнями, исполняли свой долг, честно сражались. Многие погибли.

Дереку удалось прорвать внешнюю оборону наполеоновских рядов. Воспользовавшись возможностью, он мгновенно принял решение и приказал своим солдатам занять захваченные позиции. Это решение оказалось удачным. Поворотным пунктом в сражении. «Решительный герцог» – так стали называть Дерека, едва отчеты о битве отправили в Лондон. Да, он был решительным. Таким уж уродился по воле провидения.

Дерек поднес фужер с шампанским к губам и сделал изрядный глоток. Отличное вино. Французское. Он улыбнулся, отметив иронию судьбы. Затем снова, прищурив глаза, оглядел зал. Он больше не на войне, но у него все еще остается цель.

Вот она, там. Леди Кассандра Монро. Пожалованный Дереку титул требовал, чтобы он выбрал себе жену, которую одобрит корона. А репутация и родственные связи леди Кассандры были безупречны. К тому же она оказалась высокой, белокурой и красивой. А также тихой и скромной, если капитан Свифт не ошибся в оценке ее характера. Прекрасная жена для человека, проведшего последние годы в бурях сражений. Леди Кассандра Монро полностью соответствовала образу женщины, которая могла обеспечить Дереку мирную, спокойную жизнь до конца его дней. В точности такую, как он хотел.

Но важнее всего, что он дал обещание Свифту. Глядя, как его друг скрежещет зубами, корчась от боли на утоптанной окровавленной земле Ватерлоо, Дерек обещал ему, что непременно отыщет леди Кассандру и женится на ней.

А Дерек Хант, будь он генерал-лейтенант или герцог, никогда не нарушит обещания, данного другу.

Леди Люси Апплтон стояла у дальней стены бального зала, притоптывая туфелькой в такт музыке. Это было не так весело, как находиться в театре – мало что могло с ним сравниться, – но Люси любила музыку и обожала танцы. Она с сожалением вздохнула. Ее уже целую вечность никто не приглашал танцевать. Но это не мешало ей наслаждаться мелодией.

– Как ты думаешь, почему он так смотрит на меня? – Кэсс робко взглянула в сторону новоиспеченного герцога Кларингтона.

Люси перестала притоптывать ногой и проследила за взглядом подруги.

– Я не знаю. Но, кажется, он прямо пронзает тебя своими глазами. Он совсем не джентльмен, этот герцог.

Кэсс осмелилась бросить в его сторону еще один взгляд.

– Должна признать, он довольно красив. Но у него нет белокурых волос Джулиана. – Кассандра вздохнула.

Люси снова посмотрела на герцога. Тот стоял у греческой колонны посреди переполненного бального зала. Люси прищурила глаза. Ну что ж, Кэсс права. Герцог Кларингтон красив. Более чем красив, на самом деле. Потрясающе красив. К тому же он огромен. Высокий и мускулистый, он походил на бога войны, спустившегося с Олимпа. Он был значительно выше шести футов, с черными, как ночь, волосами и глазами зелеными, как нефрит. Его мощный торс постепенно сужался от широких плеч к плоскому животу, и все тело было перевито крепкими мускулами от шеи до пят. Помимо прочего, герой войны. Генерал-лейтенант, известный своей решительностью. Он выиграл множество сражений за последние несколько лет и незадолго до Ватерлоо был послан в Брюссель навстречу Веллингтону. «Решительный герцог» – называли его теперь.

Говорили также, что он самоуверенный и властный, что, собственно, по мнению Люси, на поле боя было вполне уместно. Но в данный момент его манеры заставляли нервничать ее подругу.

И поэтому Люси не станет это терпеть. У Люси, отважной и прямолинейной, прославившейся своей несдержанностью, было всего двое друзей в этом мире – ну ладно, трое, если считать Гарретта, – и Кэсс была одной из них. Грациозная застенчивая Кэсс, слишком мягкая и добрая, чтобы дать кому-нибудь отпор. Кэсс всегда была молчаливо предана Люси, и Люси, в свою очередь, была беззаветно предана ей. Раз уж Кэсс хочет избежать внимания герцога Кларингтона, ну что ж, Люси готова помогать подруге любыми доступными ей способами.

– Как, по-твоему, ему удалось приобрести такой золотистый оттенок кожи? – спросила Кэсс, снова тайком взглянув на герцога.

Люси сморщила нос и пожала плечами.

– Я слышала, что перед тем как вернуться на поля сражений, он провел отпуск в Италии. Очевидно, его последняя любовница была итальянкой. – Люси исподтишка тоже бросила взгляд на герцога.

Да, герцог был могучим и более красивым, чем имел право быть. И слава героя войны ничуть не уменьшала его привлекательности. Но он происходил из совершенно неизвестной семьи – и, что важнее всего, Люси не собиралась позволять ему запугивать Кэсс. А что-то подсказывало ей, что герцог имеет виды на ее подругу.

В сущности, Люси не винила его. Кто мог бы не полюбить Кэсс? Да что там, ей сделали больше предложений, чем возможно пересчитать. И она отвергла их все. Да, Кэсс в течение всех последних пяти сезонов ухитрилась остаться не замужем, дожидаясь, пока возвратится с войны ее драгоценный Джулиан. И это была великолепная мечта. Единственная проблема состояла в том, что Джулиан был помолвлен с кузиной Кэсс, Пенелопой. Как только Джулиан вернется с континента, они с Пенелопой намерены официально объявить о своей помолвке и пожениться.

– Леди Чеймберз представила меня ему, – сказала Кэсс, ссылаясь на хозяйку дома. – Она сообщила маме, что герцог специально просил познакомить его со мной.

Брови Люси поползли вверх.

– Что он сказал тебе, когда вас представили?

– Ничего необычного, – ответила Кэсс. – Все дело в том, как он смотрел на меня. Как будто испытывал. Мне это не понравилось. Я так и сказала маме.

Люси насмешливо фыркнула и тут же прижала ладонь к губам, чтобы заглушить не подобающий леди звук.

– И что ответила твоя мама?

– Она сказала, что это должно мне льстить.

Люси закатила глаза и снова принялась притоптывать ногой в такт музыке.

– Конечно. Он ведь герцог. Бесподобная добыча, с точки зрения твоей матери. Не важно, из какой он семьи. Одно то, что он смотрит в твою сторону, вероятно, побуждает ее задуматься о твоем свадебном приданом.

– Он пугает меня, – прошептала Кэсс. – Он такой огромный и у него такой вид, будто он может убить человека голыми руками.

Люси похлопала Кэсс по плечу.

– Я знаю, дорогая. – Люси снова посмотрела на герцога. Ей не хотелось усугублять положение, сообщая Кэсс, что он, скорее всего, уже убивал людей, изрядное количество людей, голыми руками. Люси в этом не сомневалась. Но это не пугало ее. Нисколечко.

Кэсс подтянула свои перчатки.

– Когда он на меня смотрит, хочется отпрянуть назад и вжаться в стену.

Люси уже открыла рот, чтобы высказать новые слова утешения, когда к ним торопливо подошла их третья подруга – Джейн.

У Джейн были каштановые волосы, большие карие глаза за стеклами очков в серебряной оправе и симпатичное лицо, которое обычно она утыкала в книгу. Несмотря на желание Джейн сохранить свою свободу, мать упорно наряжала ее и выводила на каждый бал в каждом сезоне в надежде, что помешанная на книгах дочь, «синий чулок», со временем все же привлечет внимание какого-нибудь джентльмена. Но этого никогда не случалось. И Джейн это вполне устраивало.

Джейн неохотно проводила время на этих приемах, плохо притворяясь, что веселится. Она бойко набрасывала заметки для своих будущих книг, ожидая, когда ей исполнится достаточно лет, чтобы мать наконец отступилась и позволила ей спокойно оставаться дома.

Вот почему в своем почтенном возрасте – целых двадцать три года – все трое, Кэсс, Люси и Джейн, по-прежнему стоически оставались незамужними.

– Что происходит? – спросила Джейн, приблизившись к ним.

Продолжая притоптывать ногой, Люси пожала плечами.

– Я наслаждаюсь музыкой, а Кэсс прячется здесь от герцога.

Джейн склонила голову набок.

– От герцога?

– От герцога Кларингтона, – торопливым шепотом ответила Кэсс. – Он наблюдал за мной.

Джейн украдкой взглянула на его светлость.

– О-ох, он и сейчас наблюдает за тобой. Кто ж знал, что он такой огромный? И красивый? Я ожидала, что он весь в шрамах. И что, возможно, на войне он лишился уха или еще чего-нибудь.

Кэсс легонько хлопнула Джейн по рукаву ее светло-голубого платья.

– Боже милостивый, это уже очевидный признак ненормальности. Ты со своим писательским воображением совсем потеряла разум.

Скрестив руки на груди, Люси внимательно осмотрела герцога.

– По нему не скажешь, что он чего-то лишился. – Она встряхнулась. – Но дело не в этом. Раз Кэсс не заинтересована в нем, ей не нужно его внимание.

– Не волнуйся, – обратилась Джейн к Кэсс. – Просто скажи ему это. Он наверняка немедленно отступится. Джентльмены, подобные ему, обычно излишне самоуверенны. И их легко уязвить.

Люси снова взглянула на герцога, продолжавшего разглядывать Кэсс, словно призовую скаковую лошадь.

– Что-то подсказывает мне, что все обстоит не так уж просто. Этот человек, похоже, привык добиваться своего.

Кэсс, смущенно опустив глаза, старательно оправляла юбки.

– Люси совершенно права. Но, даже если бы хотела, я не смогла бы сказать ему, что он меня не интересует. Я не такая, как ты, Люси. Когда я испугана, у меня из головы полностью исчезают слова. Хотелось бы мне иметь твой дар всегда находить остроумные ответы.

Люси снова насмешливо фыркнула. Ох, можно было бы с тем же успехом полностью оставить попытки вести себя, как положено леди. Просто именно такой она была по своей натуре.

– А мне хотелось бы иметь твою способность держать рот закрытым, когда следует.

– Это очень легко, правда. Ты просто должна… О господи! Он идет сюда. – Голос Кэсс достиг такой высокой ноты, какую Люси еще не доводилось слышать прежде.

– Он наверняка пригласит тебя на танец, – сказала Люси, наблюдая за неотвратимым приближением герцога.

– Просто поблагодари его и скажи, что сейчас ты не в настроении танцевать. Ведь это так и есть, – добавила Джейн, решительно кивнув.

– Будь храброй, – прошептала Люси свой самый прославленный совет.

– Тебе легко говорить, – пискнула в ответ Кэсс.

Люси слегка сжала плечо подруги.

– Мы будем рядом. – Они с Джейн тихонько отошли к стене.

Кэсс сделала два отважных, хотя и шатких, шага навстречу герцогу. Люси и Джейн наблюдали, как эти двое поговорили несколько секунд, – и в следующий момент Люси увидела, что герцог повел Кэсс на танцевальную площадку. «О, Кэсс, нет!» Люси воздела руки и повернулась к Джейн.

– У нее и вправду проблемы из-за неспособности кому бы то ни было сказать «нет».

Люси продолжала наблюдать, как Кэсс с герцогом кружатся по залу. Кэсс, с ее изумительными медово-белокурыми волосами, и герцог, с его необычным смуглым лицом.

– Бедная Кэсс, – прошептала Джейн. – Если бы она не была так влюблена в Джулиана, они с герцогом могли бы составить действительно прекрасную пару.

– Она была бы несчастна с Кларингтоном, – сухо ответила Люси. – Кроме того, я со своей стороны считаю, что у нее имеются реальные шансы на успех с Джулианом, когда он вернется с континента.

Джейн с сомнением изогнула бровь, устремив на Люси в высшей степени скептический взгляд.

– Есть масса джентльменов, из которых можно выбирать. Я никогда не понимала, почему она зациклилась именно на этом.

– Она любит его. И я намерена помочь Кэсс оставаться свободной до тех пор, пока она наконец не попытает счастья с Джулианом, – ответила Люси, изогнув губы в полуулыбке.

– Ох, Люси, я и представить не могла, что ты такая романтичная, – с сарказмом сказала Джейн, нарочито захлопав ресницами.

– Не романтичная, а решительная и непреклонная, – твердо ответила Люси, упрямо мотнув головой.

Несколько минут спустя, когда Кэсс возвратилась с танцевальной площадки, Люси и Джейн увлекли ее в укромный угол.

– Что он сказал? – Голос самой Люси на этот раз звучал непривычно высоко.

Лицо Кэсс пылало ярким румянцем. Она покачала головой.

– Он говорил мне приятные комплименты и сказал, что очень хочет нанести мне завтра визит. Ох, что же теперь делать? Я хочу как-то отвадить его, но слова просто не идут у меня изо рта. Когда он говорит со мной, я глупо улыбаюсь, как последняя дурочка. Не говоря о том, что мама настаивает, чтобы я поощряла его. Она постоянно следит за мной.

Люси и Кэсс одновременно повернули головы и увидели мать Кассандры, леди Морланд, с довольной улыбкой на полном лице одобрительно смотревшую в их сторону. Несомненно, в голове этой дамы роились мечты о герцогстве.

Джейн достала из своего ридикюля книжку и принялась читать, явно потеряв всякий интерес к глупым затеям подруг. Поправив очки на переносице, она рассеянно кивнула Люси и Кэсс.

– Как плохо, что вы двое не можете на вечер поменяться телами. Я абсолютно уверена, что Люси в считанные секунды сумела бы дать герцогу отставку.

Люси хлопнула в ладоши, и Джейн от неожиданности вскинула голову, оторвавшись от книги.

– Вот оно! – воскликнула Люси.

– Что? – спросила Кэсс, широко распахнув глаза.

Люси радостно потирала руки, затянутые в перчатки.

– Джейн совершенно права. Каждая из нас в чем-то особенно сильна, искусна более других. Верно?

Джейн посмотрела на Люси с любопытством.

– Я не вполне уверена, что улавливаю твою мысль.

Люси схватила обеих подруг за руки.

– Я – непревзойденный мастер открыто высказывать все, что думаю, причем в крайне резкой форме. Это мое проклятие, я знаю. Мне никогда не удается придержать язык. Мама достаточно часто говорит мне об этом. Вдобавок еще этот инцидент с королевой, когда меня представляли ко двору.

Кэсс прикусила губу.

– Да, не повезло тебе.

– Случай, о котором мне не хочется вспоминать, уверяю вас. Но я давно уже примирилась со своей репутацией и склонностью к прямоте.

– Да, ты всегда говоришь то, что думаешь, – согласилась Кэсс.

– А ты, Кэсс, необычайно привлекаешь и очаровываешь джентльменов своей красотой и добрым нравом. Ты всегда выглядишь сногсшибательно и дружелюбно относишься ко всем, кого встречаешь, – сказала Люси.

– Полагаю, да, – с улыбкой ответила Кэсс.

– А Джейн сильна в…

– О, с нетерпением жажду это услышать, – с ухмылкой на лице откликнулась Джейн.

– Перестань, – сказала Люси. – Ты чрезвычайно умна и знаешь такое, о чем никто из нас понятия не имеет. Да что там, если бы тебе было дозволено заседать в парламенте, ты бы уже много лет назад сумела с помощью переговоров добиться заключения мира и попутно навела бы порядок в налогообложении.

– Скажи, пожалуйста, об этом моей мамочке, – рассмеялась Джейн. – Она не видит особой заслуги в том, что я так много читаю и пишу.

– Я все еще не могу понять, Люси, – вмешалась Кэсс, ее голубые глаза были полны замешательства.

– Неужели ты не понимаешь? – ответила Люси. – Мы все должны помогать друг другу. Помогать добиваться того, чего хотим. Каждая будет делать то, чего другие не могут, и оказывать другим помощь.

– Что ты имеешь в виду? – спросила Джейн, выглядевшая уже значительно более заинтересованной.

Люси широко улыбнулась.

– Я хочу удачно выйти замуж. Я не нуждаюсь в любви или тому подобной чепухе. Однако предполагаю, что сумею найти достойную пару. То есть если мне когда-нибудь удастся отыскать джентльмена, которого я смогу выносить… – Она глубоко вздохнула. – До сих пор мне это не удавалось. Я всех отпугиваю. Кэсс может помочь мне стать более, хм, привлекательной для джентльменов. Или хотя бы научить не обращать их в бегство.

– Продолжай, – часто заморгав, промолвила Кэсс.

– А ты, Джейн, ты хочешь остаться совершенно независимой, не так ли?

– Вот именно! – ответила Джейн. – Полностью и навсегда.

– Отпугивать джентльменов – моя специальность. Я прекрасно могу помочь тебе в этом. – Люси рассмеялась.

Джейн ответила ей улыбкой.

– Мне нужно, чтобы ты убедила мою мать прекратить заставлять меня присутствовать на всех этих ненавистных светских приемах.

– Сделаю все возможное, – согласилась Люси.

– А Кэсс? – спросила Джейн.

Люси притянула их обеих ближе.

– У меня уже есть план. Кэсс хочет попытать счастья с Джулианом, правильно? Истинная любовь и все такое. Но тебе это не удастся, раз твоя мать поощряет ухаживания герцога Кларингтона и будет настаивать на том, чтобы ты приняла его предложение. Я буду твоим голосом, Кэсс. Я буду подсказывать тебе, какие именно слова ты должна произнести, чтобы убедить герцога оставить попытки добиться тебя.

– А ты сможешь? – Глаза Кэсс стали совсем круглыми.

– Да, – ответила Люси. – Я помогу тебе с герцогом. Сейчас ты должна послать ему записку. Нам надо выманить его из этого бального зала, подальше от назойливых глаз твоей матери.

Быстрый взгляд в сторону леди Морланд подтвердил, что ее глаза и в самом деле по-прежнему устремлены на дочь.

– Попроси его встретиться с тобой сегодня в саду возле живой изгороди. Я спрячусь за кустами и буду шепотом подсказывать тебе, что говорить. А тебе останется только повторять мои слова.

По лицу Джейн расплылась широкая улыбка.

– Знаете, этот план настолько безумен, что вполне может сработать. Он очень напоминает замысел Хорнера в «Провинциалке», только менее рискованный. – Джейн всегда старалась упомянуть в разговоре свои любимые пьесы.

Кэсс покачала головой. Ее прекрасное лицо помрачнело от тревоги.

– Нет-нет. Ничего из этого не выйдет. Он наверняка услышит тебя, Люси.

– Мы просто должны позаботиться, чтобы он оставался в нескольких шагах от тебя, – ответила Люси. – Ты скажешь, чтобы он не подходил ближе. Из соображений благопристойности, конечно. Все будет отлично.

Широко раскрытые голубые глаза Кэсс обратились к Джейн.

– А ты что об этом думаешь, Джейн?

Сунув забытую книгу в ридикюль, Джейн скрестила руки на груди.

– Я думаю, что буду прятаться за кустами вместе с Люси, чтобы не пропустить этот захватывающий момент.

Кэсс в отчаянии заломила руки.

– А что, если у нас ничего не получится?

Джейн похлопала подругу по плечу.

– Что всегда говорит Люси? Будь храброй? На данном этапе тебе нечего терять. И если кто-нибудь здесь и способен провернуть такой трюк, то только наша леди Люси.

Кэсс судорожно вздохнула. Настороженно взглянув на обеих подруг, она сказала:

– Хорошо. Если вы так уверены, я попытаюсь.

Люси радостно улыбнулась и захлопала в ладоши.

– Превосходно. Предоставьте все мне. Все пройдет, как в одной из любовных пьес, которые мы все так любим. Я отобью у надменного герцога охоту докучать тебе. Встречаемся у живой изгороди.

Глава 4

На следующее утро Люси провела несчетное количество времени за завтраком в малой столовой городского особняка своего кузена, мысленно составляя список гневных тирад и уничижительных эпитетов, которыми при следующей встрече собиралась наградить герцога Кларингтона. Еще бы! Этот солдафон оказался настоящим хамом. Как он посмел назвать ее мисс Апплтон? Как посмел подвергнуть сомнению желания Кэсс? Как посмел сказать, что не придает никакого значения ее, Люси, мнению? Может, корона и пожаловала ему титул, но это не добавило ему благородного происхождения и хороших манер, соответствующих его новому статусу.

Люси уже перечислила все возможные фразы, которые собиралась высказать герцогу, чтобы поставить его на колени, когда вошел лакей и объявил, что в гостиной ее ожидают подруги.

По собственному решению, Люси жила с тетушкой и кузеном Гарреттом. Гарретт с детства был ее самым близким другом. Родители Люси так и не простили ей, что она не родилась мальчиком. В сущности, они отреклись от нее. Ну, скажем, по большей части полностью игнорировали ее. И в то время как ее родители предпочитали оставаться в сельском поместье, Люси жила в городе у тетушки Мэри, матери Гарретта, которую обожала. Тетушка и сопровождала ее на всех светских приемах.

Люси поспешила в гостиную. Если Джейн и Кэсс там, значит, Гарретт тоже отправился в гостиную. Похоже, Гарретт последнее время появлялся всюду, где находилась Кэсс. Люси подозревала, что он без памяти влюбился в ее белокурую подругу.

Распахнув двойную дверь в гостиную, Люси вошла в помещение.

– Ах, ваша светлость, как любезно с вашей стороны почтить нас своим присутствием, – сказал Гарретт своим обычным саркастическим тоном. Люси сдержала улыбку. Да, Гарретт здесь. Почтительное обращение, которым он удостоил ее, было обычной шуточной игрой между ними. Он начал так называть Люси вскоре после ее дебюта, когда от нее отступились все заслуживающие внимания поклонники. Люси тогда случайно услышала, как один из них говорил, что больше не интересуется ею из-за ее змеиного языка и высокомерия.

– Можно подумать, что она герцогиня, судя по ее манере держаться, – сказал тогда лорд Уидмор. Это больно ранило Люси, но только лишь в первый момент. Она никому не позволяла увидеть свою боль и досаду. Она всю жизнь пыталась быть сыном, которого лишились ее родители. Поэтому упорно избегала всего, подобающего девочкам и леди. Ее ли вина, что она прямо говорила, что думает, и не выносила глупости? Своей склонностью к откровенной честности она заслужила репутацию злоязычной стервы. Но если это могло помочь в ситуациях, подобных провалу Кэсс при встрече с властным герцогом Кларингтоном прошлым вечером, то Люси предпочитала свой так называемый змеиный язык славе скромной покладистой маленькой мисс. А что касается предполагаемого высокомерного вида, ну что ж, это всего лишь досадное побочное следствие нежелания показать, что ее ранит неприятие окружающих. Люси гордо вздергивала подбородок, расправляла плечи и убеждала себя, что не нуждается в одобрении света. Какое ей дело до того, что они о ней думают?

Поэтому Люси рассказала о словах лорда Уидмора Гарретту, и они обратили это в шутку. В шутку, которая ее все еще немного уязвляла. Но Люси, безусловно, обожала своего кузена, несмотря на то что ее отец терпеть не мог Гаррета. А может, именно потому, что отец его не терпел. Отец Люси не выносил Гарретта по той простой причине, что тот однажды должен был унаследовать его титул и состояние, не будучи его собственным сыном. Ах, до чего же любящая семейка!

Люси улыбнулась Гарретту и присела в глубоком реверансе.

– К вашим услугам, – сказала она.

Гарретт сидел рядом с Кэсс – он всегда садился рядом с Кэсс. Его длинные темные волосы касались воротника. Карие глаза, точно того же цвета, как один из глаз Люси, искрились радостью.

– Надеюсь, мы не разбудили тебя? – спросил Гарретт.

– Конечно, нет. – Люси подхватила свои фиолетовые юбки и направилась к дивану, где и уселась между Кэсс и Гарреттом. Она помахала листом бумаги, который держала в руке.

– Сегодня утром я поднялась с рассветом, чтобы составить для Кэсс список того, что она должна сказать герцогу Кларингтону, когда он явится с визитом.

Джейн сидела в кресле напротив них, прилежно читая книгу.

– Как, по-твоему, Кассандра умудрится прочитать твой список перед герцогом? – спросил Гарретт.

– Полагаю, у вас есть идея получше, Апплтон? – Джейн спокойно поправила очки и перевернула страницу.

Гарретт открыл рот, чтобы выдать, без сомнения, язвительный ответ. Гарретт и Джейн невзлюбили друг друга с первой встречи. Они познакомились на спектакле, на котором все трое присутствовали пять лет назад. И сразу же эти двое вступили в затяжную словесную схватку. Люси уже давным-давно усвоила, что лучше всего пресекать их перепалки в самом начале.

– Собственно говоря… – начал Гарретт.

– Просто это нужно выучить наизусть, вот и все, – перебила его Люси.

Кэсс прижала ладони к щекам.

– Выучить наизусть? О нет. Боюсь, я не смогу. – Она взяла список из рук Люси и пробежала глазами несколько первых строчек. – Люси, мне никогда не запомнить все это. И даже если бы я сумела, то постеснялась бы произнести такое вслух.

Гарретт бросил на Люси взгляд, в котором ясно читалось: «Я же тебе говорил».

– Теперь ты понимаешь? Тебе не удастся вложить свои слова в уста Кассандры.

Люси вырвала у Кассандры листок.

– Что здесь не так? – Люси откашлялась и зачитала первый пункт: – «Хотя я уверена, что найдется множество безмозглых дурочек, готовых пасть перед вами по малейшему мановению вашего герцогского пальца, я определенно не отношусь к их числу. Полагаю, я уже достаточно ясно дала это понять. И мне интересно, чему вас только учили в ваших военных школах, потому что, как оказалось, понимание правильной английской речи не входит в число ваших разнообразных талантов, каковы бы они ни были».

Гарретт устремил на Люси страдальческий взгляд.

– Честно? Я и вправду должен сказать, что с этим не так?

– Мне понравилось, – вмешалась Джейн, не отрывая глаз от книги. – Возможно, немного длинновато, но достаточно ясно.

Гарретт прищурил глаза и перевел взгляд на Джейн.

– Разумеется, вам понравилось. Если дать вам перо, вы бы, скорее всего, написали что-нибудь и похуже.

Джейн презрительно фыркнула.

– Похуже? Что вы хотите этим сказать?

– Я хочу сказать, что вам это понравилось единственно потому, что не понравилось мне. Клянусь, если бы я сказал, что Земля круглая, вы стали бы утверждать, что она плоская, только лишь из противоречия мне, – ответил Гарретт.

– Вы слишком много на себя берете, Апплтон. У меня возникает вопрос…

Гарретт открыл было рот, но на этот раз его остановила Кэсс.

– Ох, Люси, ты же знаешь, что я не способна сказать такое герцогу. – Ее щеки запылали ярким румянцем.

– Почему нет? – удивилась Люси.

– Прежде всего, это ужасно грубо, – ответила Кэсс.

– Не говоря о том, что герцог ни за что не поверит, будто Кассандра сама такое выдумала, даже если она вызубрит все наизусть, – добавил Гарретт.

– И я знаю, что никогда не смогу все это запомнить. – Кэсс указала на бумагу.

– Не понимаю, почему нет? – сказала Люси. – Просто представь себе, что это одна из наших любимых пьес. Вообрази, что ты актриса.

Глаза Кэсс широко раскрылись.

– Актриса! Ну знаешь ли, мама запрет меня в спальне на неделю, если узнает, что мы замышляем.

Люси в досаде воздела руки.

– Кого волнует, что твоя мама…

– Читай дальше, Люси, – потребовала Джейн. – Может, найдется что-нибудь покороче, чтобы легче запомнить?

– Хорошо. – Люси выпрямилась и бегло просмотрела страничку. – Как насчет этого? «Сэр, как ни жаль, должна известить вас, что буду занята завтра, и послезавтра, и во все последующие дни. Словом, в любой день, когда бы вы ни пожелали меня видеть. В сущности, мне сейчас немного нездоровится, и надеюсь, что вы как можно скорее заберете свою шляпу и перчатки и вместе со своим конем удалитесь отсюда немедленно». – Она закончила чтение решительным кивком головы.

Джейн насмешливо изогнула темную бровь.

– По-твоему, это короче?

– И точно так же грубо, – покачав головой, добавил Гарретт.

– Люси, я никогда не произнесу ничего подобного. – Кэсс подтянула свои перчатки. – Это нечестно и слишком низко.

Люси снова воздела руки.

– Низко? Нечестно? Кэсс, этот человек пытается посвататься к тебе и не желает принимать ответ «нет». А ты беспокоишься о том, как бы не показаться нечестной?

Гарретт скептически посмотрел на Люси.

– Откуда ты знаешь, что Кларингтон не примет ответа «нет»? Я знал его несколько лет назад в армии, задолго до того как он стал генерал-лейтенантом, конечно. Он показался мне вполне разумным парнем.

Люси обернулась к кузену, устремив на него гневный взгляд.

– Прошлым вечером тебя с нами не было, Гарретт. Расскажи ему, Кэсс.

Кэсс судорожно сглотнула и взглянула мимо Люси на Гарретта.

– Он показался очень решительно настроенным.

Джейн согласно кивнула.

– Люси права. Он явно не желал слышать слово «нет». Наверное, тебе следовало быть более убедительной, Кэсс.

Гарретт одарил Джейн самодовольной улыбкой.

– Ох, полагаю, лично вы смогли бы выучить эту речь наизусть и вам не составило бы труда отбарабанить ее на одном дыхании.

Джейн снова уткнулась в книгу.

– Мне нет необходимости заучивать что-либо наизусть. За годы общения с вами, Апплтон, я в совершенстве научилась отчитывать назойливых джентльменов.

Прежде чем Гарретт успел ответить на эту колкость, Кэсс схватила Люси за руку.

– Ох, Люси, я не смогу запомнить эти слова.

– Конечно, сможешь, – ответила Люси.

Кэсс прикусила губу, глядя на Люси широко распахнутыми, круглыми, как чернильницы, глазами.

– Обещай, что зайдешь ко мне сегодня днем и будешь там, когда он придет с визитом.

Люси скрестила руки на груди и топнула ногой по ковру.

– О, я непременно буду у тебя. Понравится это герцогу или нет.

Глава 5

Дерек пригладил ладонями волосы, отодвинул назад кресло и встал из-за большого дубового письменного стола в кабинете своего нового городского особняка. Он подошел к широким окнам, выходившим на улицу, и оперся рукой о стену. Проклятие. Отчеты, доставленные сегодня утром из военного министерства, не сообщали ничего хорошего. Совсем ничего.

Там не только не содержалось никаких новостей о состоянии Свифта – последнее, что слышал о нем Дерек, это что его друга забрали в полевой госпиталь под Брюсселем, – но и не было никаких известий о Доналде или Рейфе. Доналд, старший брат Свифта, был графом Свифтоном. К тому же он был тайным агентом короны и как раз перед последней битвой находился в Брюсселе. На них с Рейфом, капитаном Рафферти Кавендишем, была возложена в высшей степени секретная и крайне опасная миссия: следить за расположением французских войск при их продвижении к Брюсселю. С тех пор о друзьях ничего не было слышно. Согласно полученным утром отчетам, их обоих сочли погибшими.

Дерек сжал кулаки. Проклятие. Проклятие. Проклятие. Он был чертовски бесполезен здесь, оставаясь в роскошном особняке в Мейфэре. Ему следовало находиться на континенте, чтобы по горячим следам отыскать своих друзей, повидать Свифта и облегчить, насколько возможно, последние дни верного друга. Но Дерек получил ясный приказ: немедленно вернуться в Лондон и исполнять роль победоносного нового аристократа. Видимо, стране нужны были торжества и празднества, и присутствие Дерека в бальных залах Лондона имело целью дать публике их героя.

А Дерек люто ненавидел все это. Этот особняк. Эту жизнь. Это все не для него. Он никогда не стремился стать герцогом. И не был готов к новой роли. «Возвращайтесь в Лондон, вы теперь герцог» – такова была суть приказов Веллингтона.

Может, Дерек и застрял в Лондоне против воли, но должен постараться использовать всю свою высоко оцененную неустрашимость, чтобы помочь своим друзьям чем только сможет. Дерек снова уселся за стол, вытащил пачку бумаги и обмакнул перо в чернильницу. У него имелись некоторые соображения. Он знал места, где могли отсиживаться Свифтон и Рейф, если были ранены или вынуждены скрываться. Дерек обязательно должен заставить кого-нибудь из военного министерства выслушать его.

Он просто обязан отыскать Свифтона и Рейфа. Непременно. Да, Свифт умирает, и Дерек не может позволить, чтобы Доналд и Рейф тоже погибли. Нет. Он этого не допустит.

Дерек закончил составлять перечень для военного министерства, подписался и присыпал листок песком. Затем разогрел на ближайшей свече воск и запечатал письмо своей новой герцогской печатью. Позвонив лакею, Дерек распорядился спешно отправить послание в военное министерство. На данный момент он сделал для своих друзей все, что в его силах. А пока можно продолжить охоту за леди Кассандрой. Дерек должен был это сделать ради Свифта. Какие сложности по сравнению с ужасами войны и муками неизвестности и тревоги за судьбы своих друзей могут ожидать его, если он немного поухаживает за леди?

Глава 6

Когда Дерека сопровождали в гостиную леди Кассандры, у него создалось впечатление, что все обитатели дома разом сошли с ума. Дворецкий заикался, горничные натыкались друг на друга, а два лакея в коридоре едва не сбили гостя с ног. Очевидно, герцогу полагался совершенно иной уровень приема, чем генерал-лейтенанту. Сам Дерек еще не совсем привык к своему новому титулу, однако вся прислуга бешено носилась по дому, как будто сам принц-регент удостоил их своим визитом.

– Его светлость герцог Кларингтон, – звучно возгласил дворецкий, пропуская Дерека в гостиную.

Дерек недовольно поморщился. Сколько еще времени ему потребуется, чтобы, услышав этот титул, действительно почувствовать, что речь о нем?

– Как ваше имя, любезный? – спросил Дерек дворецкого.

– Шейкспьер, – ответил тот с абсолютно каменным лицом.

Дерек удивленно посмотрел на него.

– Шекспир?

– Нет, Шейкспьер, ваша светлость. Это французский.

Дворецкий удалился, и Дерек покачал головой. Никакой не французский. Да, он попал в странный дом, нет никаких сомнений. Дерек окинул комнату взглядом.

Леди Кассандра сидела на небольшом диване кремового цвета, как прелестная кукла. В розовом платье, прекрасно сочетавшемся с ее ясными голубыми глазами. Белокурые волосы были собраны на макушке. Леди Кассандра внимательно, с опаской, почти со страхом, наблюдала за Дереком. Силы небесные, эта девчушка его боялась. Ему непременно нужно как-то это исправить, прежде чем просить ее руки.

Его внимание привлекло резкое движение на другом конце комнаты, и всплеск бледно-желтых юбок открыл взгляду… леди Люси Апплтон.

– Ваша светлость, – произнесла леди Люси, прежде чем он успел поздороваться с леди Кассандрой. – Чему мы обязаны удовольствием видеть вас?

Ее голос сочился сарказмом. Дерек оглядел дерзкую красавицу с ног до головы. Жаль, что она такая ведьма, потому что леди Люси отличалась яркой экзотической красотой – с чуть раскосыми глазами, темными блестящими волосами, высокими скулами и полными сочными губами, так и манившими поцеловать их. «Только смельчак, без сомнения, сразу не отпрянул бы, укушенный и окровавленный», – с кривой улыбкой подумал Дерек. Почему леди Кассандра так настаивала на том, чтобы леди Люси всегда держалась рядом, он никак не мог понять. Но, очевидно, это была неизбежная плата за удовольствие находиться в обществе леди Кассандры. Значит, так тому и быть. Если он не способен справиться с одной маленькой избалованной мисс, грош ему цена.

– Я пришел навестить леди Кассандру, – со сдержанной улыбкой ответил он.

– Садитесь, пожалуйста. – Леди Люси махнула рукой в сторону кресел на другой стороне комнаты и захлопала густыми черными, как сажа, ресницами.

– Д-да, – тихо поддержала ее леди Кассандра. У бедняжки был такой вид, будто она готова в любой момент сбежать, как солдат, пойманный за кражей провизии.

Дерек широким шагом направился к креслу рядом с диваном, на котором сидела леди Кассандра. Он подождал, пока леди Люси церемонно пересекла комнату и уселась, после чего сел сам. Ох уж эти аристократы и их тесные модные кресла! Под человеком его комплекции это кресло грозило того и гляди развалиться на части. Дерек неловко поерзал, нарочито игнорируя леди Люси.

– Надеюсь, вы сегодня в добром здравии, леди Кассандра? – сказал он.

Леди Кассандра согласно кивнула.

– О да. Я в полном порядке. А как вы поживаете, – она кашлянула, – ваша светлость?

– Прекрасно. Как дела у вашей матушки и отца?

– С ними тоже все в порядке, благодарю вас. Мама отправилась с визитами, а папа, как обычно, в своем клубе.

Дерек понимающе кивнул. Леди Люси сидела в углу позади него, так что он не мог видеть ее лица. Но у него создалось отчетливое впечатление, что она каким-то образом снабжает свою подругу информацией, судя по тому, сколько раз взгляд леди Кассандры устремлялся мимо его плеча в ее сторону. Она напоминала тайного агента из военного министерства, эта леди Люси.

– Полагаю, вчерашнее празднество не слишком вас утомило? – спросил Дерек.

Глаза леди Кассандры метнулись к леди Люси.

– Нет. Вовсе нет.

Дерек скрипнул зубами и снова поерзал на своем смехотворно маленьком сидении.

– Какие у вас планы на сегодня?

Еще один быстрый взгляд на леди Люси.

– О, я… хм. То есть мы…

– Мы собираемся пройтись по магазинам, – объявила у него за спиной леди Люси. – Сегодня мы очень заняты. Очень.

Леди Кассандра явно испытала облегчение, избавившись от необходимости отвечать на вопрос.

– А как насчет завтрашнего дня? – спросил он, обращаясь к леди Кассандре, но его внимание было полностью приковано к маленькой проказнице позади него.

И снова леди Кассандра посмотрела на леди Люси, ища подсказки.

– Я… мы…

– Завтра мы тоже очень заняты, – вмешалась леди Люси.

Ну хватит. Дерек встал, с легкостью поднял свое кресло и переставил так, чтобы хорошо видеть обеих.

– Кажется, я обращаюсь не к той леди.

Ладонь леди Кассандры взлетела к горлу. Необычные глаза леди Люси полыхнули огнем, и она с презрением посмотрела на Дерека.

– Не понимаю, что вы имеете в виду. – Она часто заморгала, изображая невинность.

– В самом деле? – Он насмешливо изогнул бровь.

Леди Люси небрежно пожала плечами.

– Вы спрашивали о наших планах, и мы вам ответили.

Дерек скрипнул зубами.

– Я спрашивал о планах леди Кассандру, а отвечали за нее вы.

Леди Люси, надменно глядя на него, скрестила руки на груди.

– Я – компаньонка леди Кассандры.

– Да неужели? Незамужняя девица играет роль компаньонки? – возразил он.

– Да. Я исключительно компетентна, – ответила леди Люси.

– Сильно сомневаюсь в этом. – Он снова наигранно улыбнулся.

Леди Люси едва не вылетела из кресла.

– Как вы смеете?!

– О, смею без особого труда, миледи. Чего я никак не могу понять, так это почему вы упорно действуете как…

Его прервало легкое деликатное покашливание, вполне подобающее леди. Без сомнения, леди Кассандра пыталась побудить их обоих прекратить спор. Дерек повернул голову и посмотрел ей в лицо.

– Мои извинения, миледи.

– А какие у вас планы на сегодня, ваша светлость? – отважилась спросить леди Кассандра.

– Поскольку вы сегодня уже заняты, я могу отправиться верхом в Хантингтон и осмотреть свое новое поместье.

– Поместье, которое было пожаловано вам вместе с титулом? – спросила леди Кассандра.

– Да. Похоже, я теперь землевладелец, – ответил Дерек.

– Вы, наверное, хотите как можно скорее отправиться в путь? – заметила леди Люси. – Это довольно далеко отсюда, не правда ли?

– Не терпится распрощаться со мной, миледи? – Он взглянул на нее с подозрением.

Она снова с невинным видом захлопала длинными ресницами.

– Я не имела в виду ничего подобного. Это было бы слишком грубо.

– Ах да. У вас ведь нет никакого опыта по этой части, верно? – насмешливо ответил он.

Леди Кассандра тихо охнула, а леди Люси смерила его гневным взглядом.

– Зато у вас, как видно, весьма значительный опыт в этой области, ваша светлость.

Дерек в раздражении шумно выдохнул сквозь зубы.

– Леди Люси, наверное, нам с вами лучше переговорить с глазу на глаз.

Люси удивленно приподняла бровь.

– Нам двоим?

– Да.

– С глазу на глаз?

– Да.

– Хотите, чтобы я вышла? – с явным облегчением предложила леди Кассандра.

Дерек покачал головой.

– Нет. Я хочу лишь перемолвиться с леди Люси несколькими словами в коридоре, если она не против.

Леди Люси сразу же встала и указала на дверь.

– Конечно.

Леди Кассандра беспомощно заморгала своими прекрасными голубыми глазами и слегка приоткрыла рот, глядя им вслед. Дерек предложил леди Люси руку, но она с натянутой улыбкой отказалась опереться на нее и стремительно вышла из гостиной, опередив его. Дерек последовал за ней и закрыл за собой дверь.

Леди Люси повернулась лицом к нему. Руки ее все еще были решительно скрещены на груди.

– Да, ваша светлость? – На ее лице застыла притворная улыбка – и снова в ход пошли эти умопомрачительные ресницы. Хлоп. Хлоп. Хлоп.

Дерек откашлялся, прочищая горло.

– Миледи, кажется, наше с вами знакомство началось не совсем удачно. Мне бы хотелось начать все сначала.

Люси опустила руки вниз.

– Хорошо. Вы намерены прекратить ваши ухаживания за Кэсс?

– Конечно, нет.

– Тогда, боюсь, мы не сможем начать сначала.

Дерек сделал глубокий вдох.

– Почему вы находите мою персону столь нежелательной?

– Во-первых, вы слишком властный, во-вторых, излишне высокомерны. – Она указала на дверь гостиной. – Кэсс очень добрая, нежная душа. Она и мухи не обидит и ко всем относится доброжелательно. Ей нужен кто-то, кто позаботится о ее насущных интересах.

Дерек насмешливо изогнул бровь.

– И этот кто-то вы? Не ее отец?

Леди Люси пронзила его взглядом, подобным кинжалу.

– В данном случае, да.

– Значит, перемирия между нами не будет?

Она снова скрестила руки на груди.

– Нет, пока вы настаиваете на ухаживании за Кэсс.

Дерек согласно кивнул.

– Пусть будет так.

Леди Люси взялась за ручку двери, готовясь отворить ее и вернуться к леди Кассандре.

– Вам лучше воспользоваться моим советом и оставить ее в покое. Вы только напрасно потратите свое время.

Дерек прищурил глаза, глядя на ее непреклонную маленькую спину.

– А вам лучше перестать вмешиваться. Вы только напрасно потратите свое.

Леди Люси слегка повернула голову и бегло окинула его оценивающим взглядом.

– Я не перестану, ваша светлость.

Дерек насмешливо поклонился.

– Как и я, миледи.

На этот раз леди Люси изогнула бровь и посмотрела на него с вызовом.

– Хорошо. Тогда пусть победит сильнейший.

Глава 7

Бал у Милтонов был настоящим событием. Он обычно означал конец сезона и всегда устраивался за несколько дней перед тем, как все покидали Лондон, удаляясь в свои сельские поместья или курортные города.

Кэсс была в потрясающем бальном платье персикового цвета. Волосы ее были зачесаны кверху, на шее сверкало изумрудное ожерелье. Люси оглядела собственный наряд. Рядом с ослепительной Кэсс она в своем украшенном вышивкой серебристом платье и с бриллиантовыми подвесками в ушах выглядела совсем бесцветной. Джейн явилась в своем любимом голубом и, как всегда, была прекрасна, хотя сама так не считала. В этот вечер мать конфисковала у нее книгу, заметив ее в ридикюле дочери, и Джейн сегодня нечем было заняться. Поэтому она пребывала в гораздо большем раздражении, чем обычно.

– Гарретт придет немного позже, – объяснила Люси, когда они трое выбрались из кареты родителей Джейн. Этим вечером их сопровождала на бал мать Джейн. Отец Джейн получил дворянское звание за свой интеллект. И поскольку у него не было сына, его дочь стала столь же ученой, как и родитель. Это обстоятельство вызывало нешуточную тревогу у матери Джейн.

– Мне очень нравится мистер Апплтон, – сказала миссис Лаундз.

Джейн наклонилась к Люси и прошептала ей на ухо:

– Она хочет сказать, ей нравится тот факт, что Апплтон станет графом, когда умрет твой отец. – Джейн закатила глаза.

– Да, кузен Гарретт молодчина, – ответила Люси матери Джейн, ткнув подругу локтем в бок. – Все лето повсюду сопровождает нас.

Кэсс с готовностью согласилась, кивнув головой.

– О, я обожаю Гарретта. Он всегда так любезен.

Люси едва сдержалась, чтобы не поморщиться. Она понадеялась, что Кэсс не станет повторять это в присутствии Гарретта. Люси уже решила, что рано или поздно ей придется серьезно поговорить с Гарреттом. Объяснить тщетность его надежд на то, что однажды Кэсс почувствует к нему что-то большее, нежели просто дружбу. Гарретт прекрасно знал, что Кэсс любит Джулиана. По мнению Люси, Гарретт просто не мог не влюбиться в красавицу Кэсс. Очевидно, точно так же, как герцог Кларингтон.

Кстати о герцоге, интересно, будет ли он сегодня на балу? И почему перспектива увидеться с ним немного волнует ее? Еще один удобный случай посостязаться в острословии?

Слава богу, матери Кэсс не было дома, когда герцог заходил с визитом. Если бы эта почтенная леди стала свидетельницей шокирующего поведения Люси по отношению к герцогу, она больше никогда не позволила бы ей видеться с Кэсс. Люси была уверена в этом. Леди Морланд никогда не питала особой любви к Люси. Она позволяла Кэсс дружить с мисс Апплтон только по одной-единственной причине – Люси была дочерью графа и соседкой по сельскому поместью. Но если бы леди Морланд заподозрила, что Люси что-то затевает, то наверняка запретила бы Кэсс общаться с нею.

Более двух часов спустя, когда в бальном зале Милтонов в конце концов объявили о прибытии герцога Кларингтона, все три подруги мгновенно обернулись к дверям.

Кэсс вздрогнула и подтянула перчатки.

– Не волнуйся, – сказала Люси.

– Он наверняка оставит тебя в покое после случая у живой изгороди, – предположила Джейн. – Ты так не думаешь?

– Нет, после того что он сказал Люси в коридоре, – ответила Кэсс.

– А что он сказал Люси в коридоре? – поинтересовалась Джейн, но подруги не смогли поделиться с ней этой историей, потому что герцог направлялся прямиком к их маленькой группе.

– Леди Кассандра, – произнес он своим спокойным звучным голосом, склонившись над рукой, которую она ему протянула. – Очень приятно. Не хотите ли потанцевать?

Люси открыла было рот, чтобы высказать язвительный отказ, но тут к ним устремилась мать Кассандры.

– Ваша светлость, мы так рады вас видеть. – Леди Морланд присела в реверансе.

Герцог учтиво поклонился почтенной даме.

– Уверяю вас, я бесконечно рад встрече. Я как раз спросил леди Кассандру, не хочет ли она потанцевать. – Он устремил самодовольный взгляд на Люси.

– Да что вы, конечно, она хочет, – ответила леди Морланд, подталкивая Кэсс к герцогу.

Кэсс быстро взглянула на Люси, затем положила ладонь на руку герцога и позволила ему проводить себя к танцевальной площадке.

Сделав свое дело, леди Морланд упорхнула в толпу, а Люси и Джейн остались у стены, наблюдая за танцующими. На этот раз Люси довольно сердито притопывала в такт музыке.

– Как мне хотелось бы стать голосом Кэсс, – проворчала Люси.

– Похоже, в последнее время это у тебя неважно получается, – заметила Джейн.

Люси скрестила руки на груди и презрительно фыркнула.

– Кэсс предала меня, отказавшись повторять то, что я сказала. Она не считает возможным проявить с кем-либо хоть малейшую резкость. Но герцог такой человек, который не понимает намеков, ему нужно все говорить прямо в лоб.

– Жаль, что он не пытается ухаживать за тобой, – сказала Джейн, подняв брови.

– Если бы только я могла говорить за нее…

Джейн поджала губы.

– Люси? О чем ты думаешь?

Люси постукала кончиком пальца по щеке.

– Знаешь… а это может сработать.

– Как же ты намерена справиться с этой задачей?

Люси широко улыбнулась и подняла указательный палец.

– Я найду способ. Разве я не говорю всегда: «Дерзай! Будь храброй»?

Джейн только собралась ответить, но тут к ним подошел Гарретт, держа руки в карманах.

– По-моему, вы не слишком продвинулись на фронте борьбы за избавление Кассандры от герцога, раз они танцуют вместе. – Он мотнул головой в сторону кружащейся пары.

Люси хлопнула его по руке.

– Тш-ш. Я пытаюсь услышать, что они говорят, когда проносятся мимо в танце.

Гарретт рассмеялся.

– Почему бы тебе не потанцевать со мной, тогда мы легко смогли бы их подслушать.

– Я буду танцевать с вами, – заявила Джейн.

Люси и Гарретт удивленно переглянулись.

– А что? – спросила Джейн, пожав плечами. – Мама отобрала у меня книгу. Мне ужасно скучно. Только не наступайте мне на ноги, Апплтон.

– Довольно интригующее предложение, – фыркнув, сказал Гарретт. – Конечно же, мисс Лаундз, давайте потанцуем.

Они влились в толпу танцующих, а Люси осталась ждать у стены, пытаясь не упускать из виду всех четверых и, как обычно, притоптывая ногой в такт музыке. Типичная ситуация. В кои-то веки Люси получила приглашение потанцевать, да и то от собственного кузена. Но и этому не суждено было осуществиться.

Несколько минут спустя музыка смолкла, и Гарретт с Джейн вернулись к Люси.

– Нам удалось услышать не слишком много, – отрапортовал Гарретт.

– Да, очень жаль, – сказала Джейн, подтянув перчатки. – Однако у меня возникла блестящая идея.

– Какая? – с надеждой спросила Люси.

Джейн наклонилась вперед, словно собиралась поделиться страшным секретом.

– Почему бы нам не спросить Кэсс, что он ей говорил?

Они все повернулись, чтобы встретить Кэсс, которая как раз возвращалась с танцевальной площадки. Ее глаза были устремлены в пол, Кэсс еле держалась на ногах.

– Что случилось, Кэсс? – спросила Люси. – Что он тебе сказал?

– Он спросил, не хочу ли я выйти с ним на террасу, чтобы немного подкрепиться, – ответила Кэсс.

Милтоны устанавливали столы с закусками снаружи, под звездами, и непрерывный поток гостей постоянно двигался в ту и другую сторону сквозь открытые французские окна, ведущие на террасу.

– И ты согласилась? – Люси взглянула на подругу с неодобрением.

Кэсс виновато кивнула.

– Я не хотела показаться грубой. Кроме того, на меня сердито смотрела мама. Она заставляет меня сильно нервничать.

Люси воздела вверх руку.

– Кассандра Монро! Я совсем не понимаю тебя. Ты отвергла бессчетное количество поклонников, но этот, как видно, тебе не по зубам.

Кэсс закрыла лицо ладонями.

– Я знаю. Знаю. Но другим я всегда отказывала очень вежливо. Герцог, похоже, не принимает мои слова всерьез.

Люси понимающе кивнула.

– Он отказывается признавать ответ «нет». Может, он и герцог, но явно не джентльмен.

– Не вините молодого человека за его старания, – с улыбкой добавил Гарретт, от которой щеки Кэсс приобрели приятный розовый оттенок.

– Не волнуйся, Люси. Ты уже и так достаточно много сделала, чтобы помочь мне. На этот раз я не буду просить тебя пойти со мной, – сказала Кэсс. – Я сама сделаю все, что в моих силах.

Люси отрицательно покачала головой.

– Я непременно пойду с тобой. Я пойду с тобой и выскажу ему все, что я о нем думаю. В общем, у меня есть идея. – Люси схватила Кэсс за руку и потащила за собой.

Гарретт и Джейн удивленно смотрели на них.

– Будь помягче с бедным джентльменом, Люси. Он всего лишь герой войны и, скорее всего, не привычен к твоим беспощадным методам, – крикнула вслед Джейн.

Люси обернулась через плечо и подмигнула подруге.

Люси, постукивая пальцем по щеке, выглянула через открытое французское окно на террасу особняка Милтонов. Он был там. Герцог Кларингтон. Ожидавший Кэсс и выглядевший чертовски красивым.

– Мы идем? – спросила Кэсс, остановившись рядом с ней.

– Еще нет, – ответила Люси, продолжая постукивать себя по щеке.

– Почему нет? – Кэсс наморщила лоб.

– Потому что… я думаю…

Кэсс широко раскрыла глаза.

– О нет, Люси. Что ты собираешься делать?

Люси принялась вышагивать перед дверью туда и сюда.

– Кэсс! Прошлым вечером стало очевидно, что ты не способна повторять мои слова. Ты слишком… слишком… скромна и деликатна себе во вред.

Кэсс сокрушенно кивнула.

– Я знаю. И ненавижу себя за это.

– Не волнуйся. Я тебе помогу. Но, если мы действительно собираемся уговорить герцога отказаться от своих намерений, нам нужно изъясняться более убедительно. Прямо. Честно. Откровенно. – Люси решительно кивнула в подтверждение своих слов.

– Я знаю это, Люси, и намерена попытаться, правда, но я…

Люси повернулась кругом, ее серебристые юбки вихрем взметнулись вокруг лодыжек.

– Вот что я предлагаю. Здесь, чуть подальше, над террасой на торцевой стороне здания есть балкон с видом на сад. Мы с тобой поднимемся туда. Я спрячусь позади так, чтобы герцог не мог меня видеть, и на этот раз сама буду говорить за тебя.

Кэсс покачала головой.

– Говорить за меня? Я не понимаю.

– Ты будешь там. Он подумает, что это говоришь ты. Но на самом деле говорить буду я.

Лицо Кэсс мгновенно побелело.

– О нет, Люси. Я не думаю…

– Не беспокойся, Кэсс. Я в совершенстве умею имитировать твой голос.

Люси продемонстрировала это, заговорив высоким, более мягким и более застенчивым тоном.

Кэсс захихикала и зажала рот ладонью.

– Должна признать, ты прекрасно подражаешь мне. Но что, если он узнает? После того что случилось тем вечером, я умру со стыда, если он обнаружит, что мы снова затеяли нечто подобное.

Люси выглянула в окно.

– Он ничего не узнает. А если и узнает, то только разозлится и передумает ухаживать за тобой.

– Ты действительно так думаешь? – На лице Кэсс вспыхнула надежда, но быстро погасла. – А что если мама…

Люси повернулась лицом к подруге.

– Кэсс, ты хочешь или не хочешь раз и навсегда избавиться от герцога, чтобы ты была свободна, когда Джулиан вернется домой?

Кэсс утвердительно кивнула.

– Я понимаю, вряд ли имеет значение, буду ли я свободна, когда Джулиан вернется домой. Но да, я этого очень хочу.

– Тогда позволь мне попытаться. Я могу сказать то, чего ты не в состоянии вымолвить. Пожалуйста, Кэсс, позволь мне помочь тебе. Я поднимусь на балкон и буду твоим голосом.

Кэсс прикусила губу и посмотрела в окно, туда, где спиной к ним стоял герцог.

– Надеюсь, ты знаешь, как туда забраться? – со вздохом спросила Кассандра.

– Еще нет, но собираюсь это выяснить, – улыбнулась Люси.

Глава 8

– Ваша светлость, – в прохладном вечернем воздухе внезапно прозвучал нежный голос леди Кассандры.

Дерек в одиночестве стоял на террасе. Он обернулся. Вокруг никого не было.

– Ваша светлость, – снова послышался голос.

На этот раз Дерек двинулся на звук и, обогнув угол, оказался в небольшой уединенной части сада Милтонов. Сплетенные ветви вьющихся роз живописно взбирались по решетке, заканчиваясь пышными гроздьями цветов под маленьким балконом. Там, на балконе, стояла леди Кассандра, прекрасная, как одна из роз у ее ног.

– Леди Кассандра, – окликнул Дерек. – Что вы делаете там, наверху? Я надеялся, что вы согласитесь прогуляться со мной в саду. – Он приглашающим жестом указал на садовую дорожку. Эта часть сада была недостаточно освещена, и хотя он явственно различал фигуру Кассандры, лицо молодой леди скрывалось в тени.

– Ваша светлость, я предпочитаю остаться здесь и хочу кое-что вам сказать. – Ее голос звучал твердо и уверенно. Гораздо тверже и увереннее, чем Дерек когда-либо слышал, правда.

Он согласно кивнул.

– Да?

– Перестаньте ухаживать за мной.

Он нахмурил лоб.

– Простите?

– Вы напрасно тратите свое время.

В лицо Дереку бросился жар. Напрасно тратит время? Это были слова Люси, а не леди Кассандры. Теперь он понял. Слабое освещение, балкон, чуточку другой голос. За всем этим стояла леди Люси. В буквальном смысле. Она стояла позади леди Кассандры и говорила вместо нее. Пусть Дерек ее и не видел, но не сомневался, что Люси там. Ему следовало бы разозлиться, но вместо этого он почувствовал, что ситуация его забавляет.

– В самом деле? – спросил он, подавив улыбку. – Мне жаль это слышать.

– Да, я хочу, чтобы вы оставили меня. Навсегда.

Дерек скривил губы. Ему стало не до смеха. Все, хватит с него этих штучек. Он дал обещание Свифту, черт побери. Дерек был весьма завидной партией и отлично знал это. И в глубине души понимал, что если бы ему удалось увести, изолировать леди Кассандру от ее властной подруги, то он вполне мог бы убедить ее предоставить ему шанс. Вместо этого Дерек оказался в идиотском положении – вынужден доказывать этой молодой леди, что герцог – отнюдь не худший выбор для замужества. Полная нелепость. Если бы он не дал обещания Свифту, то мог бы легко найти выход из этой ситуации, но он связан словом. Чертовски затруднительно, это так, но Дерек не позволит таким особам, как Люси Апплтон, сбить его с толку. С этой мыслью он снова обратился к леди Кассандре.

– А что, если я откажусь?

Вот так-то. Вздорной леди Люси не нравится, когда ей возражают.

– Почему откажетесь? – В ее голосе появилось легкое недовольство.

Дерек сложил руки за спиной.

– Потому что я намерен переубедить вас.

На этот раз в голосе послышалось явное раздражение.

– Ваша светлость, мне не хотелось бы быть грубой, но…

– В самом деле? – перебил он.

– Конечно. Что за дурацкий вопрос?

– Люси! – Это, очевидно, вмешалась настоящая леди Кассандра.

– Кэсс, прекрати, – последовал торопливый шепот леди Люси.

– Мне не доставляет удовольствия говорить грубости, – продолжал голос подставной леди Кассандры. – Но вы не оставляете мне выбора, поскольку вы совершенно невыносимы.

– Люси! – послышался приглушенный возглас леди Кассандры.

Дерек беззастенчиво усмехнулся.

– Давайте прекратим этот балаган, не возражаете? Леди Люси, если у вас есть, что мне сказать, грубо или нет, я предлагаю высказаться открыто.

Леди Кассандра слабо пискнула и отступила назад, в тень. На ее месте показалось дерзкое прелестное лицо леди Люси. Она перегнулась через перила и пронзила его кинжалами своих необычных глаз. Ухватившись обеими руками за балюстраду, леди Люси склонилась как можно ниже, чтобы сразиться с ним напрямую, лицом к лицу.

– Прекрасно, ваша светлость. Позвольте объясниться предельно ясно. Кэсс вам не получить. Оставьте ее в покое.

Леди Кассандра рядом с ней смущенно понурила голову, сгорая от стыда.

Дерек взглянул на леди Кассандру.

– Это правда, миледи? Вы не свободны? Когда я спросил вас вчера, вы ответили, что ни с кем не помолвлены.

– Я… нет… – с несчастным видом пробормотала она, подтягивая перчатки.

– Тогда я ничего не понимаю, – произнес он.

Леди Люси расслабила плечи и сердито посмотрела на него.

– Вам и не нужно ничего понимать. Я вам прямо говорю.

Игнорируя покрасневшее от гнева лицо леди Люси, Дерек снова перевел взгляд на Кассандру.

– Это правда, леди Кассандра?

– Да, – дрожащим голосом ответила она. – И вы немного меня пугаете, ваша светлость.

– Понимаю, леди Кассандра, – как можно мягче ответил Дерек. – Надеюсь, мне представится возможность изменить ваше мнение. Если вы узнаете меня немного лучше, возможно…

Леди Люси едва не спрыгнула с балкона. Он даже представил себе ее гибкое тело в своих объятиях. По правде говоря, от нее вполне можно было ожидать, что она набросится на него.

– Боже милостивый, неужели вы не способны принять ответ «нет»? – спросила она.

Дерек насмешливо приподнял бровь.

– Видимо, нет. Хотя я вполне могу понять нерасположение ко мне леди Кассандры, но уверен, что ее мнение насчет меня изменится, когда она узнает меня получше.

Люси, упрямо вздернув подбородок, гневно смотрела на Дерека, ее глаза вызывающе сверкали.

– Это ваши проблемы. Вы слишком самоуверенны.

Кэсс украдкой скользнула в тень.

– Уверенность помогает выигрывать сражения, – с усмешкой возразил он.

– Это не сражение, – выпалила Люси.

Он приподнял вторую бровь.

– Неужели?

Люси готова была испепелить его взглядом, ее глаза пылали яростью, ноздри гневно раздувались. Несколько восхитительных небольших локонов, выбившихся из прически, свободно струились по ее щекам.

– Я обнаружил, что зачастую самое ценное и желанное в жизни, то, чего действительно стоит добиваться, заслуживает борьбы, миледи.

Леди Люси в ярости сжала кулаки.

– Кэсс – не приз, который надо завоевывать.

Теперь она его страшно раздражала. Так кто здесь не способен принять ответ «нет»?

– Нет, она леди, наделенная даром речи и вполне способная принимать собственные решения, без вмешательства подруги, разгоняющей всех ее поклонников.

Люси задохнулась от возмущения и выпрямилась в полный рост, составлявший около пяти с половиной футов.

– Вы не понимаете, о чем говорите. Я никогда не позволила бы себе вмешиваться в дела Кэсс. Кассандра сама попросила меня помочь. – Люси стиснула зубы. Не оглядываясь на подругу, она обратилась к ней:

– Кэсс, пожалуйста, скажи его светлости, что ты попросила меня пойти с тобой.

Леди Кассандра откашлялась и произнесла тонким дрожащим голосом:

– Это правда. Я ее попросила.

– И что ты хочешь, чтобы я тебе помогала, – продолжила леди Люси.

– Да, – добавила леди Кассандра.

Дерек снова сосредоточил внимание на Кэсс.

– Я понимаю, что вы пока не знаете меня, миледи. Что я и вправду могу выглядеть… устрашающе. Но уверяю вас, я забочусь только о вашем благополучии и очень хотел бы узнать вас получше.

– Но она не хочет узнавать вас получше, – почти выкрикнула леди Люси. – Она любит другого человека.

Дерек резко вскинул голову.

– Это правда, леди Кассандра?

Даже при тусклом освещении он заметил, что лицо леди Кассандры густо покраснело.

– Д-да. – Она нерешительно кивнула.

Дерек нахмурился.

– И этот другой человек попросил вас стать его женой?

– Нет, нет. – Она яростно замотала головой.

– Но вы ожидаете, что он попросит? – спросил Дерек.

– Нет. В действительности, ваша светлость, я совсем этого не жду.

Губы Дерека растянулись в широкой улыбке.

– Ну что ж, прекрасно. Состязание – моя стихия.

Леди Люси презрительно фыркнула.

– Что с вами такое? Почему вы намерены преследовать леди, явно не проявляющую к вам интереса?

Дерек небрежно пожал плечами.

– Я только что услышал, что она не ждет предложения от другого человека. Кстати, кто он, этот глупец?

– Это не ваше дело! – выкрикнула Люси.

Эти двое столкнулись лицом к лицу, испепеляя друг друга взглядами, как Наполеон и Веллингтон. Дерек без тени удивления вынужден был признать, что получает от этого немалое удовольствие.

– Послушайте, леди Люси, я порядком устал от постоянных разговоров с вами об одном и том же. Я должен сказать только одно, и леди Кассандра тоже может это услышать… – Он отошел на два шага назад, чтобы увидеть Кэсс, но ее по-прежнему не было видно. – Леди Кассандра?

Леди Люси тоже огляделась вокруг.

– Кэсс?

Леди Люси снова обернулась к нему.

– Она ушла.

Глава 9

Люси никак не могла уснуть. Она сбросила с ног одеяло, накинула на плечи пеньюар и медленно подошла к открытому окну. Дул легкий летний ветерок. В саду за домом мирно стрекотали сверчки. Люси могла думать только об одном – ее мыслями всецело завладел Дерек Хант, герцог Кларингтон. За всю свою жизнь она никогда не встречала никого столь… столь… дерзкого и раздражающего.

Она прижала ладонь к горлу. Этот взгляд, которым он окинул Люси, когда она перегнулась через перила балкона. Люси почувствовала себя незащищенной, как будто он только что увидел ее без одежды. Таким оценивающим был дерзкий взгляд герцога. Взгляд вызывающий, испытующий и излишне проницательный, лишавший ее спокойствия. Казалось, будто герцог мог читать ее мысли и знал, что она что-то замышляет. Так, в сущности, оно и было. Хм-м. Возможно, герцог оказался более грозным противником, чем она считала.

Кто он такой, этот герцог Кларингтон? Похоже, он весьма сообразителен. Это она признавала. И, судя по всему, он прекрасно понимал, когда она насмехалась над ним, чего большинство знакомых джентльменов обычно не улавливали. О, до них доходило только тогда, когда она откровенно резала их своим языком на кусочки. Это точно. Но большинство из них не понимали, на самом деле не понимали, что ее пренебрежительное отношение объяснялось их неспособностью сравниться с ней в остроумии.

А вот герцог понимал. Похоже, он видел Люси насквозь. Знал, что она собирается сделать. По правде сказать, она не привыкла к тому, чтобы джентльмены, с которыми она встречалась, были так же сообразительны, как она. Люси глубоко вздохнула. Почему ему так легко удается вывести ее из себя? Она злилась на него, это правда, но точно так же она злилась и на себя. Куда подевался ее разум, когда этот человек обвинил ее в том, что она вмешивается в дела Кэсс?

«Вы не знаете, о чем говорите», – сбивчиво возразила Люси. Это совсем на нее не похоже. Где был ее хваленый ум? Ее язвительные слова? Они покинули ее, когда она нуждалась в них больше всего.

Люси открыла было рот, чтобы дать уничтожающий ответ. Но у нее ничего не вышло. Никогда в жизни она не была в таком гневе. Обычно, когда она произносила испепеляющие слова в адрес светских джентльменов, они бежали без оглядки и впредь уже старались держаться от нее подальше. Однако Дерека Ханта это, как видно, забавляло, и он неизменно возвращался за следующей порцией. Как тут не разозлиться?

Герцог был абсолютно и твердо убежден в собственной правоте. Он слишком уж уверен в себе. И его самонадеянность и высокомерие ничуть не извиняли то, что он был умопомрачительно красив. Почему он так настойчиво пытается ухаживать за Кэсс, когда ясно, что он совершенно ее не интересует? Конечно, Кэсс очень красива, мила, умна и обворожительна. Прекрасно. Ничего удивительного, что он решил поухаживать за ней. Она скромна и деликатна – наилучший вариант невесты. Все могло бы и в самом деле сложиться превосходно, если бы Кэсс заинтересовалась герцогом. Но Кэсс с самого детства была безнадежно влюблена в Джулиана.

Никто не знал этого лучше, чем Люси. Она провела бессчетное количество часов, выслушивая, какой Джулиан красивый, сильный и благородный. Кэсс боготворила человека, которого, возможно, никогда не получит. Это, без сомнения, было печально, но так уж сложилось. И хотя Люси не часто заговаривала об этом, чтобы не ранить чувства бедного Гарретта, каждому, кто слышал, как Кэсс говорит о Джулиане, было ясно, что она до сих пор питает слабую надежду на то, что судьба каким-то образом вмешается и позволит им быть вместе. И Люси твердо вознамерилась всемерно посодействовать тому, чтобы это случилось. Только теперь, похоже, ей предстоит схватка с герцогом Упрямство. Просто Кэсс должна громко и отчетливо сказать ему, что нет никакой надежды на то, что она передумает, как бы долго он ни дожидался. Вот и все.

Разве только…

Люси судорожно сглотнула. Что, если Кэсс действительно передумает? Этот Кларингтон красив, он герой и к тому же герцог, разве не так? И даже если мысль о Кэсс, влюбленной в этого высокомерного, самонадеянного хвастуна… Нет. Нет. Это бесполезно. Что толку обзывать его оскорбительными словами? В особенности когда его здесь нет и он все равно ничего не слышит?

Люси снова вернулась к кровати и села, подобрав под себя ноги. Они с Кэсс действительно не разговаривали об этом с того, первого, вечера. Может быть, Кэсс уже передумала? Она не выступила вперед и не сказала ему, чтобы он немедленно оставил ее в покое, разве нет? А сегодня она даже сказала Люси, что обойдется в саду без ее помощи. Неужели и вправду возможно, чтобы у Кэсс изменилось мнение относительно ее чувств к герцогу Кларингтону?

Люси сморщила нос. Почему эта мысль так встревожила ее? Люси покачала головой. Был только один способ выяснить правду. Просто спросить Кэсс. Безотлагательно узнать, в самом ли деле ее радует внимание Кларингтона. И если Кэсс скажет «да»… О, не может же она и вправду сказать «да»? Или может? Во всяком случае, если она скажет «да», тогда Люси отойдет в сторону. Полностью отойдет в сторону. И предоставит им свободно любезничать. Нет ничего проще. Она сбросила пеньюар и снова улеглась под одеяло. Теперь она точно быстро уснет, раз у нее появился такой разумный план действий.

Но часом позже она все еще вертелась в постели, то и дело взбивая подушки. Если этот план настолько простой, почему она не может уснуть?

Дерек швырнул перо на учетную книгу. Он никак не мог понять, почему не спит посреди ночи и в восьмой раз пересчитывает одну и ту же колонку цифр. Он был не в состоянии уснуть, и час назад мысль спуститься к себе в кабинет показалась ему удачной. Теперь же, однако, он осознал, что вообще не способен ничего делать. Его одолевали мысли о разочаровании, постигшем его сегодня вечером на балу. В особенности, с леди Саморазрушительницей, Люси Апплтон.

Что не так было с этой леди? Она отказывалась хоть на минуту оставить его в покое. Она появлялась, словно тень, всякий раз, когда ему предоставлялась малейшая возможность побыть с леди Кассандрой наедине. Оказывается, леди Люси поступала так из какого-то превратно истолкованного чувства дружбы. Уж относительно дружбы Дерек в конце-то концов понимал все. Не вызывало сомнений, что леди Люси считала себя ближайшей подругой леди Кассандры. Но если бы эта маленькая властная плутовка хотя бы на мгновение остановилась и хорошенько задумалась над тем, что делает, она наверняка поняла бы, что, мешая своей подруге принимать ухаживания молодого, здорового, состоятельного герцога – который, следовало признать, недурен собой, – она действует вовсе не в интересах леди Кассандры. Но леди Люси, очевидно, чертовски упряма и самоуверенна. Дерек сомневался, что она заинтересована в том, чтобы взглянуть на положение дел в другом свете. Это сводило его с ума.

Дерек даже подумывал о том, чтобы обратиться к родителям леди Кассандры и сообщить им о вмешательстве леди Люси. Наверняка граф и графиня не одобрят намерения Люси воспрепятствовать их дочери выйти замуж за герцога. Но это Дереку тоже не подходило. Уже в сотый раз он задавал себе вопрос: достоин ли он своего титула, если не в состоянии справиться с одной маленькой избалованной мисс?

Возможно, леди Кассандра и вправду влюблена в другого человека, как они сказали этим вечером. Но Дерека это совсем не беспокоило. Если у этого слюнтяя даже нет средств, чтобы ухаживать за ней, у него мало шансов ее добиться. Нет, самую серьезную угрозу для Дерека представляла леди Люси. Он встал, подошел к серванту и налил себе в бокал немного бренди.

Но что больше всего раздражало Дерека – леди Люси была слишком красива. Все было бы гораздо проще, если бы у нее было невзрачное лицо или огромная бородавка на носу. Вместо этого, едва Дерек вступал в словесный поединок с леди Люси, его одолевали мысли, не имеющие ничего общего с желанием избавиться от нее. Напротив, это были мысли о том, как они с ней обнаженные развлекаются на его широкой кровати. Это возбуждало и мешало сосредоточиться. Не говоря уже о том, что было абсолютно неуместно. Проклятие.

Дерек залпом осушил бокал. Выпил и почувствовал, как обжигающая струя бренди устремляется к животу. Точно так же, как бывало бесчисленными леденяще-холодными ночами, когда Дерек спал в палатке в стороне от поля боя. Он пережил жесточайшую войну. Кровавую бойню, забравшую жизни многих тысяч его соотечественников. Он благополучно провел через эту войну своих людей. Нет, не бывать тому, чтобы его остановила какая-то упрямая маленькая мисс. Он этого не допустит. Независимо от того насколько сильно она воспламеняет его кровь.

Если Дерек и знал что-то в совершенстве, так это военную стратегию. Когда ведешь войну, требуется узнать о своем противнике как можно больше. Прежде всего, необходимо выяснить, что с ним не так. Из-за чего леди Люси так невзлюбила его. Сейчас Дерек будет играть в игру на ее условиях, а затем повернет копья против нее. Очевидно, чтобы завоевать леди Кассандру, ему нужно нейтрализовать леди Люси.

И он точно знал, как это сделать.

Глава 10

На следующий день Люси спустилась по лестнице, чтобы встретиться с Кэсс и Джейн в гостиной. Остановившись перед дверью, она невольно услышала отрывок разговора между ее подругами.

– Пожалуйста, Джейн, ты должна помочь мне, – сказала Кэсс.

– Не думаю, что это может сработать, – ответила Джейн.

– Но я, скорее всего, не смогу сделать это одна. Я уже и так вынуждена разыгрывать из себя круглую дурочку.

Джейн довольно громко фыркнула.

– Да. Ты даже начинаешь убеждать меня.

– Я не знаю, как долго еще смогу продолжать…

Люси открыла дверь и вошла в гостиную.

– Продолжать что, Кэсс?

При звуке голоса Люси Кэсс вздрогнула и покраснела. Джейн отвела взгляд.

– Ох, Люси, это ты. – Кэсс подтянула свои перчатки.

– В чем дело? – спросила Люси. – Вы разговаривали о герцоге, верно?

– Можно сказать и так, – ответила Джейн, глядя в окно, словно самое интересное в мире происходило в этот момент на улице.

Кэсс бросила на Джейн суровый взгляд, прежде чем снова обернуться к Люси.

– Да, мы разговаривали о герцоге. Ты ни за что не догадаешься, что случилось.

Люси подошла к креслу и обняла подругу. Как обычно, Кэсс выглядела безупречно в простом дневном бледно-голубом платье и соответствующей накидке, в белой шляпке и белых лайковых перчатках.

– В чем дело, Кэсс? Что тебя так расстроило?

Кэсс прижала затянутые в перчатки ладони к своим бледным щекам, оставляя на них четкие розовые следы.

– Я не знаю, что мне делать. Правда, не знаю.

Джейн закатила глаза.

Люси села напротив Кассандры и похлопала ее по руке.

– Успокойся, Кэсс. Успокойся. Ну, что случилось?

Кэсс уронила руки на колени, прикусила губу и отвернулась к окну.

– Не может же все быть так плохо. В чем дело? – повторила Люси.

Кэсс зажмурила свои прекрасные голубые глаза и, запинаясь, торопливо произнесла:

– Мама сказала герцогу, что сегодня днем я отправлюсь с ним на прогулку в парк.

Люси отдернула руку.

– Что она сделала?

Кэсс нервно подтянула перчатки.

– Я знаю, знаю. Он явился с визитом и говорил так быстро, а мама была так очарована им и… Ох, Люси, я знаю только, что ко времени его ухода мы все согласились, что в шесть часов он заедет за мной и моим лакеем. Что мне теперь делать?

Джейн игриво взглянула на Кэсс из-под трепещущих ресниц.

– Я предлагаю сказать ему…

– Тш-ш, – произнесла Кассандра, снова бросив на Джейн недовольный взгляд. – Мне нужна помощь Люси.

Джейн насмешливо фыркнула и вытащила из ридикюля книгу.

– Ясное дело, с позволения сказать.

Люси скрестила руки на груди и, постукивая пальцами по предплечьям, обдумывала последний ход герцога. Новость ничуть не удивила ее. Этот джентльмен был полон решимости, как и леди Морланд. Но герцог воспользовался ситуацией, позаботившись о том, чтобы Люси не было рядом, когда он в следующий раз предложил Кэсс сопровождать ее куда-нибудь.

Люси невольно улыбнулась. Хм-м. Она вынуждена была признать, что он сделал ловкий ход. Успел научиться на собственном опыте? Если бы Люси или Кэсс могли предположить, что он собирается нанести еще один визит, Люси неотлучно находилась бы там, рядом со своей подругой, готовая к бою. Он ведь предостерегал ее, разве нет? А Люси ослабила бдительность, допустила небрежность в то время, как следовало быть начеку. Но теперь, когда она узнала, как коварен ее противник, она больше уже не сделает подобной ошибки.

Однако сначала следует выяснить, какие чувства испытывает Кассандра на самом деле. Люси подалась вперед, упершись ладонями в колени, и посмотрела подруге в лицо.

– Я должна задать тебе один вопрос.

Кэсс моргнула и удивленно воззрилась на нее, ее собственные колени мелко дрожали.

– Да, Люси?

Люси посмотрела ей прямо в глаза.

– Ты еще не передумала? Я имею в виду, насчет герцога.

Кэсс часто заморгала.

– Боюсь, я не совсем понимаю…

Люси взмахнула рукой.

– Я просто спросила, может, ты теперь пришла к выводу, что все же заинтересована в ухаживаниях герцога? И если так, это совершенно…

Потрясенный взгляд Кэсс, наполненный ужасом, дал Люси ясный ответ на ее вопрос.

– О нет, Люси, нет. Я никогда не знаю, что ему сказать. И он, безусловно, такой… такой…

– Властный? – подсказала Люси.

– Такой…

– Высокомерный, – добавила Люси.

– Такой…

– Ужасно самоуверенный? – Теперь Люси начала отсчитывать его отрицательные черты на пальцах. Она могла бы перечислять их весь день.

– Такой огромный! – закончила наконец Кэсс.

При этих словах Джейн снова закатила глаза. Люси сморщила нос, и с ее губ сорвался неопределенный звук, напоминающий хмыканье.

– Думаю, да. Огромный бык, на мой взгляд.

Кэсс содрогнулась, но не решилась встретиться глазами с Люси.

– Не сомневаюсь, что противники пугались, едва увидев его на поле боя. Боже, у него руки, как кувалды, грудь такая мощная, а плечи такие широкие…

Люси оттянула воротник платья. Что-то слишком жарко сегодня в гостиной. Где служанка? Не мешало бы открыть окна.

– Да, он настоящий гигант. Гигантский грубиян, если вас интересует мое мнение, – проворчала Люси.

Кэсс наклонилась вперед и схватила Люси за руку.

– Я не представляю, как тебе хватает смелости произносить некоторые вещи, которые ты ему говоришь, Люси. Как тебе это удается?

– Да, Люси, как ты это делаешь? – Джейн оперлась локтями о подлокотники кресла и опустила подбородок в ладони. Кэсс сердито посмотрела на нее.

Люси повертела рукой в воздухе.

– А я понять не могу, как ему хватает наглости говорить мне все то, что он сказал. Поверьте, я могла бы сказать ему намного больше.

– О Люси, вот за что я тебя так люблю. Ты никогда не боишься высказать то, что думаешь. – Кэсс прикусила губу. – Но что мне делать? Он ждет, что я поеду кататься с ним в парке.

Люси выпрямилась в кресле.

– Прошлым вечером герцог обвинил меня в том, что я сую нос в твои дела. Я не хочу этого делать.

– Нет. Нет. Вовсе нет. Мне нужна твоя помощь, Люси, – заверила ее Кэсс.

На этот раз Джейн отчетливо хмыкнула.

Люси согласно кивнула.

– Хорошо. Я должна была убедиться, что ты все еще хочешь моей помощи. Но теперь, когда ты подтвердила, что тебе нужно, – нет, что ты хочешь – чтобы я тебе помогла, я твердо решилась. – Герцогу Кларингтону с его самонадеянностью не подчинить себе ее нежную подругу. – Не беспокойся, Кэсс. Мы с этим справимся.

– О Люси, мне так нужна твоя помощь. – Кэсс сморщила нос. – Что мы будем делать?

Люси сложила руки на коленях.

– Я поеду с тобой. Вот и все. Тебе ведь нужна компаньонка, разве нет?

– Отличное решение, – сказала Джейн.

Кэсс не обратила внимания на Джейн.

– Но, Люси, как указал вчера герцог, ты не подходишь в компаньонки.

Люси небрежно пожала плечами.

– Это меня не остановит. И в любом случае нас будет сопровождать лакей. Твоя мать не собиралась отправиться с вами?

Кэсс поспешно затрясла головой.

– Нет. Я даже думаю, что она была бы рада отправить нас с герцогом одних. Ужасное бесстыдство.

Люси скрестила руки на груди, улыбаясь своим мыслям.

– Его светлость, похоже, не потрудился прислушаться к тому, что я говорила прошлым вечером. На этот раз я не оставлю ему выбора. Если он в этой игре рассчитывает взять надо мной верх, он не знает, с кем имеет дело.

Джейн вопросительно приподняла бровь.

– Вы обе вполне уверены, что это разумно? Сомневаюсь, что герцог будет в восторге, увидев там тебя, Люси.

Широкая улыбка расплылась по лицу Люси, как ягодный джем по бутерброду.

– Я знаю, что герцогу это не понравится. В этом-то и вся прелесть.

Глава 11

Когда Колин Хант вошел в кабинет Дерека, тот сразу заметил легкую усмешку на лице младшего брата.

– Ваша светлость, – протяжно произнес Колин и поклонился. Дерек встал, закатив глаза.

– Перестань.

– Что, думал, я не стану проявлять должного почтения к твоему новому славному титулу? – Колин рассмеялся.

Дерек в два шага преодолел расстояние между ними и хлопнул брата по плечу.

– Как мне кажется, с тем, кто обычно делил крошечную спальню со мной и еще одной персоной, мы могли бы обойтись без формальностей.

Ухмылка Колина стала шире.

– Как скажете, ваша светлость.

Дерек укоризненно покачал головой.

– Именно так.

Дерек предложил брату присесть. Колин подошел к кожаным креслам перед письменным столом и уселся. Лицо стало серьезным.

– У меня плохие новости, Дерек.

Дерек вернулся к своему месту за письменным столом. Взгляд впился в лицо брата.

– Что случилось?

– Это касается Адама.

Дерек сложил руки перед собой на письменном столе.

– Что с ним?

– Он был с ними, Дерек.

Дерек прищурил глаза.

– С ними?

– Да, на задании. На своем первом задании.

Дерек с силой ударил кулаком по письменному столу.

– Кто, к дьяволу, разрешил это?

– Очевидно, генерал Маркем решил, что это отличная идея. Полагал, что Рейф и Свифтон нуждаются в подстраховке.

– Это просто смешно.

– Не могу сказать, что я соглашался, но ты ведь знаешь, каким убедительным может быть Адам.

Да, они оба знали, каким убедительным может быть их младший брат. Адам никогда в жизни не принимал ответ «нет». Он готовился стать тайным агентом, но, по известному всем мнению Дерека, еще не был готов к тому, чтобы пройти испытания в боевых условиях. Видимо, Маркем посчитал иначе или Адам сумел убедить его в этом.

– Они все пропали. Все трое? Это так? – спросил Дерек.

– Да. Они получили приказ следить за главной базой Наполеона. С начала битвы их никто не видел. Завтра я отправляюсь на их поиски.

Дерек стиснул челюсти и кивнул.

– Не могу выразить словами, как сильно мне хочется поехать с тобой.

Колин понимающе кивнул в ответ.

– Я знаю, Дерек. Но у тебя свои обязанности.

– Проклятие. Я почти умолял Веллингтона отпустить меня.

– Думаю, он не хочет подвергать опасности всех членов нашей семьи. Ты ведь знаешь, это убило бы маму.

Дерек серьезно кивнул.

– Береги себя, Колин.

– Постараюсь. И намереваюсь привезти Адама с собой назад. Ради мамы.

– Спасибо тебе, – тихо произнес Дерек.

Колин покачал головой и сменил тему.

– К слову, о маме. Похоже, ты и в самом деле собираешься сделать ее очень счастливой. Я слышал, ты ухаживаешь за леди? В недалеком будущем тебя ожидают женитьба и дети?

Дерек невесело рассмеялся и повернулся к окнам.

– Ах да, мое ухаживание. Боюсь, оно продвигается столь же успешно, как поиски Свифтона и Рейфа.

Колин удивленно приподнял бровь.

– В самом деле? Ухаживание не самая сильная сторона вашей светлости?

Дерек бросил на брата предостерегающий взгляд.

– Не называй меня так.

Колин коротко рассмеялся.

– Я думал, что получение столь высокого титула поможет тебе привлечь невесту.

Дерек откинулся на спинку кресла и глубоко вздохнул.

– Я тоже так думал… пока не встретился с леди Люси.

– Люси? Я думал ее зовут Кассандра.

– Да, леди, за которой я ухаживаю, зовут Кассандра. А леди, доставляющую мне в связи с этим бесконечные неприятности, зовут Люси.

Колин оттопырил языком щеку.

– Люси, э-э? Берегитесь, ваша светлость. Похоже, эти неприятности доставляют вам удовольствие.

Глава 12

Люси сидела особняком в дальнем углу коляски, как докучливая старая дева, сопровождающая юную леди в майский праздник. Всякий раз, когда коляску встряхивало на бугристой дорожке, тянущейся через Гайд-парк, Люси прижимало к стенке, и она сочувственно улыбалась лакею, стоявшему на запятках. Кэсс дала подруге строгие наставления:

– Пожалуйста, не говори ничего слишком грубого. На этот раз я попытаюсь сама прояснить свои намерения. – Кэсс завершила свои слова решительным кивком.

– Я постараюсь, правда. Постараюсь изо всех сил. И совершенно уверена, что ты сама способна справиться с герцогом, – заверила Люси свою подругу.

– Наверное, будет лучше, если ты вообще не станешь ничего говорить. – Кэсс прикусила губу. – Если он пригласит меня еще куда-нибудь, я проявлю твердость.

– Договорились. – Люси согласно кивнула.

Кэсс радостно улыбнулась и крепко обняла ее.

– Ох, Люси, что бы я без тебя делала?

– Вероятно, кончила бы тем, что вышла замуж за герцога.

Они обе рассмеялись, но с прибытием герцога их смех резко оборвался. Он, прекрасный как обычно, вошел в гостиную и ухитрился удержать на лице улыбку, даже когда Кэсс заявила: «Я буду чувствовать себя намного лучше, если Люси поедет с нами».

Со своей стороны Люси сумела сохранить абсолютно невинное выражение лица. Герцог принял заявление Кэсс со всей любезностью, на которую был способен. «Как пожелаете», – ответил он.

Люси и герцог обменялись притворными улыбками, и Люси заняла свое место на заднем сидении коляски. Грум запрыгнул на запятки, и они тронулись с места, прежде чем Люси успела завязать бантом широкие ленты своей шляпки под подбородком.

Пока экипаж трясся по грязной дороге к парку, герцог и Кэсс мирно беседовали о погоде, о светском сезоне, о свежих новостях в обществе и последних развлечениях в Воксхолл-Гарденз. Люси все время держала рот на замке, совершенно не интересуясь разговором, пока речь не зашла о войне.

– Вы потеряли в сражениях многих друзей? – неуверенно спросила Кэсс герцога, коляска в это время въезжала в Гайд-парк через величественные железные ворота. Люси, сидевшая позади, тут же повернула голову, чтобы лучше слышать.

– Да, – кивнув, ответил герцог. – Потерял. Слишком многих.

– Джентльмен, которого я… который мне небезразличен. Он тоже был там, – призналась Кэсс.

У Люси сжалось сердце от сочувствия к подруге.

– Сожалею, – отозвался герцог. – Он благополучно вернулся домой?

Кэсс покачала головой.

– Еще нет. Я не получала от него вестей. Ожидаю со дня на день.

– Война – отвратительная штука, – мрачно сказал герцог.

Люси нахмурила лоб, обдумывая его ответ. Конечно, она всегда считала, что война отвратительна, но чтобы бывалый солдат, генерал-лейтенант, думал так же? Она всегда полагала, что военные получают удовольствие от сражений. Даже с нетерпением ждут их. Разве битвы не предоставляют им шанс проявить доблесть, победить и обрести славу и почести?

– Война – необходимое зло для защиты своей страны, – добавил герцог. – Но я терпеть не могу войну.

Люси склонила голову набок. Удивительно, что он говорит такое.

– Я ненавижу войну, – сказала Кэсс с такой страстью, какую Люси еще не доводилось наблюдать. – Она так много лет держала моего друга вдали от меня.

– Она многих из нас держала вдали от родных, леди Кассандра, – тихо ответил герцог. – Я рад, что она окончилась.

Кэсс согласно кивнула.

– Скажите, почему вы считаете, что ваш друг не сделает вам предложения, когда вернется? – спросил герцог.

Кэсс понурила голову.

– Не сделает. Он… он не может.

– Он женат?

– Что-то вроде этого.

– Безответная любовь мучительна, – сказал он.

Люси вскинула голову. Безответная любовь? Герцог рассуждает о безответной любви? Вот уж не знала, что он способен на такие деликатные чувства.

– Что вы знаете о безответной любви? – Слова сорвались с губ Люси, прежде чем она успела их остановить.

– Люси! – с упреком воскликнула Кэсс.

Герцог повернул голову к Люси.

– Ничего. Все в порядке, леди Кассандра. Откровенно говоря, я был удивлен, что леди Люси так долго хранила молчание.

Люси сердито смотрела на него.

– Ну так что?

– Любовь, как я понял, запутанное и малоприятное явление. Брак совсем другое дело, – промолвил он.

– Высказывание, достойное поэта, – огрызнулась Люси.

– Люси, пожалуйста, – попросила Кэсс.

Герцог, приподняв бровь, взглянул на Люси:

– Что-то подсказывает мне, что поэта в вашем обществе ожидала бы быстрая расправа, миледи.

Люси прищурила глаза.

– И что бы это могло значить?

– Это значит, что любой джентльмен, не согласный терпеть ваши оскорбительные нападки, быстро исчезает, верно? Подозреваю, что в этом-то и кроется причина вашей неприязни ко мне. Я не сбегаю прочь от малейшей колкости с вашей стороны.

Люси вцепилась в складки своей юбки. Как ему удавалось так легко проникнуть в самую суть вещей? Как будто он видел Люси насквозь. Ну, разве не правда, что он так сильно не нравился ей именно потому, что отказывался отступиться? Люси прикусила язык. Что толку осыпать его ядовитыми стрелами, если он все равно отразит их, обратив против нее? Ну почему, почему он так сводит ее с ума?

– Возможно, вам следовало бы сбежать.

– Похоже, вам много известно о сердечных делах, миледи, – сказал он. – А как насчет войны? Вы знали кого-нибудь, кто не вернулся?

Люси отпрянула, словно он ее ударил. Он спрашивал, пришлось ли ей страдать в своей жизни. Повидать горя. Потерять того, кого любила.

– Да, я кое-кого потеряла. Очень мне дорогого.

На лице герцога отразилось смешанное чувство удивления и участия.

– Джентльмена?

Люси отвела взгляд.

– Да.

Остаток поездки прошел в молчании. Когда коляска наконец остановилась перед особняком родителей Кэсс, герцог спрыгнул на землю и помог спуститься Кэсс, предоставив лакею помочь Люси.

– Смогу я увидеться с вами завтра вечером на приеме у Хаверти, леди Кассандра? – спросил герцог.

Кэсс кивнула.

– Да, я там буду. Но…

Вот он, долгожданный момент. Кэсс скажет герцогу, что больше не желает его видеть. И если это случится, и он наконец-то смирится с ответом «нет», тогда…

Самоуверенность и заносчивость герцога заставляли Люси желать большего, искать возможности еще раз поставить его на место. Она протиснулась мимо него и увлекла Кэсс за собой в дом.

– Мы непременно увидимся там, ваша светлость.

– Жду с нетерпением, – ответил герцог.

– Держу пари, что ждете.

– Вам не удастся отпугнуть меня своим острым язычком, миледи, – сказал он.

– Посмотрим, ваша светлость, – ответила Люси.

Она почти подошла к двери, когда позади раздался звучный, уверенный голос герцога.

– Похоже, вы бросаете мне вызов.

Люси даже не оглянулась.

– О, ваша светлость, если бы я бросила вам вызов, вы бы об этом узнали.

– Прекрасно, – сказал он. – Раз уж речь зашла об острых язычках и вызовах, я хочу предложить вам одно пари, леди Люси.

Она застыла, замерев на месте, как статуя. Затем медленно повернулась к нему лицом и, прищурив глаза, склонила голову набок.

– Что? Пари?

– Да, – ответил он с широкой улыбкой на лице.

– Пари? – ахнула Кэсс.

– Что еще за пари? – спросила Люси. Она вынуждена была признать, что заинтригована. Сильно заинтригована, по правде говоря.

– Я вызываю вас на словесный поединок. Завтра вечером на приеме у Хаверти.

– Словесный поединок? – Люси усмехнулась. – Вы вызываете меня?

Кэсс подняла кверху палец.

– Хм-м, ваша светлость, я не уверена, правильно ли вы понимаете…

Герцог отмахнулся от предостережения.

– О, отлично понимаю. Леди Люси известна своим мастерским обращением со словами. Верно?

Кэсс согласно кивнула.

– А я намерен ее посрамить. – Он усмехнулся.

Люси приподняла юбки и вошла в дом, не позволив герцогу увидеть легкую улыбку, мелькнувшую на ее губах. Целая вечность прошла с тех пор, как кто-то пытался состязаться с ней.

– Лучше бы вам сегодня хорошенько выспаться, ваша светлость. Вам понадобится ясная голова.

Глава 13

– Последние двадцать четыре часа книга регистрации пари в «Уайтс» не знала отдыха, – сказал Гарретт и хлопнул перчатками по колену, следующим вечером вместе с тремя подругами направляясь в своей карете на прием к Хаверти. – Все в городе строят предположения относительно вашего пари с герцогом.

Люси мгновенно выпрямилась и, расправив плечи, воззрилась на кузена.

– Во-первых, каким образом все в городе могли узнать об этом? А во-вторых, что-то не припомню, чтобы ты был членом клуба «Уайтс».

Гарретт рассмеялся.

– Разумеется, я не член этого клуба. Но все в «Брукс» тоже только и говорили об этом. Ты не поверишь, как высоки некоторые ставки.

– Ты не ответил на первый вопрос, – напомнила Люси.

Гарретт небрежно пожал плечами.

– Ну ладно, может, мельком я упомянул об этом в беседе с несколькими джентльменами.

– Беспутный игрок, – пробормотала Джейн, оторвавшись от книги и глядя поверх нее на Гарретта. – И любопытно, как высоки ставки?

Гарретт присвистнул.

– Достаточно высоки, чтобы купить новую карету. И я не стану придавать значение тому, что вы назвали меня беспутным.

Джейн самодовольно ухмыльнулась.

Кэсс в волнении заломила руки.

– Я думаю, это ужасно. Просто ужасно.

Люси подалась вперед и похлопала Кэсс по коленке.

– Не тревожься. Я уверена, что победа будет за мной.

– Я это знаю, Люси. Только беспокоюсь, что это повредит твоей репутации и… Словесное состязание с герцогом, и особенно с герцогом Кларингтоном, никоим образом не улучшит мнение о тебе в свете. Я уверена в этом.

– На мой взгляд, значение репутации слишком переоценивают, – сказала из-за книги Джейн.

Гарретт высоко поднял брови.

– В самом деле? – с сарказмом спросил он.

Джейн чуть опустила книгу и взглянула поверх нее на собеседника.

– Да. Вас удивляет, что я так думаю, Апплтон?

Гарретт небрежно пожал плечами.

– Нет. Не особенно. Возможно, меня удивило только то, что вы это признаете.

– Я – «синий чулок», Апплтон. Если уж мне плевать на собственную репутацию, то еще меньше меня заботят такие вещи, как ленты для волос и наряды.

Он с невинным видом заморгал глазами.

– «Синие чулки» не пользуются лентами для волос, мисс Лаундз?

Джейн снова уткнулась в книгу, спрятав за ней лицо.

– Мы пользуемся ими, Апплтон. Просто не волнуемся из-за них.

– Я в самом деле серьезно беспокоюсь за Люси, – продолжила Кэсс, прерывая их.

Джейн снова опустила книгу.

– А я ничуть не волнуюсь. Я с нетерпением жду этого, правда. Представляю себе заголовок в завтрашней «Таймс»: «Леди Люси сокрушает Кларингтона».

Люси задорно вздернула подбородок и улыбнулась.

– Спасибо за несокрушимую веру в меня, Джейн.

– А прежде всего я хочу сегодня вечером получить место в первом ряду, – с лукавой улыбкой добавила Джейн.

Кэсс взмахнула рукой.

– Я очень волнуюсь. Что, если заголовок будет гласить: «Герцог Кларингтон выиграл еще одну битву»?

– Вы в самом деле думаете, что наша Люси позволит ему победить? – спросил Гарретт.

– Спасибо, Гарретт, – откликнулась Люси.

– Я просто думаю, что герцог очень умен и повидал много всего в мире, – ответила Кэсс. – Мне бы не хотелось, чтобы тебя подвергли унижению, Люси.

Люси пристально посмотрела на подругу.

– Не беспокойся, Кэсс. Со мной все будет в порядке. Поверь в меня хоть немного. – Сказать по правде, прошлой ночью Люси и саму одолели сомнения. Прилюдно вступить с герцогом в перепалку? Ну что ж, она не была бы человеческим существом, если бы не испытывала минутных сомнений, разве не так? Допускал ли надменный герцог хоть на миг, что может проиграть? Однако Люси быстро избавилась от тревожных мыслей.

Она отнюдь не блистала талантами. Такие полезные умения, как искусство очаровывать людей, танцевать, играть на фортепиано, были ей неподвластны. Но рвать людей на клочки своим языком? Это был дар, которым судьба сочла за благо наградить ее, и Люси никогда в этом не сомневалась. Ну, может, один-единственный раз прошлой ночью, и то всего на минутку. Но в конце концов Люси обрела уверенность, что победит. Должна победить.

Когда она с друзьями вошла в бальный зал, в помещении явственно ощущалась напряженность. Как будто сотни глаз мгновенно повернулись и уставились на вошедших.

– Интересно, герцог уже здесь? – прошептала Кэсс.

Ответ на этот вопрос незамедлительно пришел от хозяйки вечера, леди Хаверти. Эта дама сразу устремилась к ним с хитрой улыбкой на лице.

– Леди Люси, очень рада видеть вас. Герцог Кларингтон скоро должен прибыть.

Люси с облегчением вздохнула. Но почему эта небольшая отсрочка немного успокоила ее?

– Сердечно благодарю вас за любезное приглашение, – ответила Люси. Ее друзья тоже тепло поприветствовали хозяйку дома.

– Мне очень приятно, – сказала леди Хаверти. У Люси создалось впечатление, что хозяйка бесконечно рада тому, что именно у нее в доме произойдет событие, о котором больше всего будут говорить на званых обедах в этом сезоне.

– Да, ну что ж, обязательно сообщите, когда прибудет герцог, – сказала Люси самым небрежным тоном.

Ей не пришлось долго ждать. Казалось, всего несколько минут спустя легкая суета возле двери заставила всех обратить взоры в ту сторону, и дворецкий звучно объявил имя герцога Кларингтона.

– Вот оно, – пробормотал себе под нос Гарретт, устремив на Люси предостерегающий взгляд вместе с ободряющей улыбкой.

Люси небрежно пожала плечами.

– Я совершенно готова, когда бы он ни появился.

В течение следующих нескольких минут шумная толпа гостей вытеснила их двоих на середину бального зала, и Люси взглянула прямо в красивое мужественное лицо герцога Кларингтона.

Она сделала глубокий реверанс.

– Ваша светлость.

– Миледи. – Герцог поклонился и коснулся губами костяшек ее затянутых в перчатку пальцев. Она вздрогнула. Неправда. Она отдернула руку, словно ее обожгло.

Гости быстро окружили их плотной толпой.

– Похоже, мы собрали достаточно зрителей, – сказал герцог, сунув руки в карманы и обойдя Люси. – Что мы собираемся обсуждать? – Он вызывающе выгнул бровь.

Люси одарила его своей лучшей притворной улыбкой.

– Вы так умны, ваша светлость. Я полностью полагаюсь на ваш опыт в выборе темы.

Он настороженно посмотрел на соперницу.

– Сарказм вам к лицу, миледи.

– Мне это уже говорили. – Она ухмыльнулась.

– Почему бы нам сначала не потанцевать и не обдумать это? – предложил он.

Она едва не фыркнула.

– Танцевать с вами? Нет. Благодарю.

Он вздернул бровь.

– Ох, ну а это поистине удивительно.

Люси смерила его высокомерным взглядом.

– Что?

– Помилуйте, с вашей репутацией искусного игрока словами, я думал, вы ответите джентльмену, с которым не желаете танцевать, что-нибудь гораздо более остроумное, чем просто «Нет. Благодарю вас».

Герцог насмехался над ней. Ее лицо запылало. Наверняка у нее покраснели уши.

– Думаете, вы сумели бы ответить лучше?

Он с дьявольской улыбкой на твердо очерченных губах наклонил голову в знак подтверждения.

– Я знаю, что сумел бы.

Люси, сердито глядя на него, скрестила руки на груди.

Он усмехнулся и повысил голос, так чтобы публика могла его услышать.

– Значит, это и будет предметом пари. Я могу предложить множество более оригинальных способов отказаться от танца, чем «Нет, благодарю вас».

– Сколько? – спросила Люси, пытаясь подавить бурные эмоции, вспыхнувшие внутри.

Герцог обернулся и обратился к аудитории:

– Есть у кого-нибудь колода карт?

– У меня! – откликнулась леди Хаверти и приказала лакею побыстрее принести карты.

Ждать пришлось недолго. Лакей поспешно вернулся с картами, в то время как все, находившиеся в бальном зале, сгрудились вокруг их маленького анклава. Тем временем Кэсс и Джейн, ободряюще улыбнувшись Люси, смешались с толпой.

Герцог взял у лакея карты и торжественно протянул их Люси.

– Миледи, достаньте одну, пожалуйста.

– Для чего? – спросила Люси, героически пытаясь сдержать поднимающуюся панику в голосе. Что он затеял?

– Какую бы карту вы ни вытянули, это и будет число ответов, которые я придумаю.

Люси выгнула бровь.

– А что, если я вытяну короля?

– Двадцать, – не задумываясь, ответил герцог, как будто ему постоянно приходилось заниматься подобными вещами.

Люси настороженно посмотрела на него, но протянула руку и вытащила карту из середины. Затем перевернула ее.

– Король червей, – с улыбкой удовлетворения объявила Люси.

Над толпой пронеслось приглушенное «о-ох».

– Вы ведь не удовольствуетесь лучшими двумя из трех, верно? – с беспечной улыбкой спросил он.

Люси, улыбнувшись в ответ, отрицательно покачала головой.

– По мне, двадцать звучит превосходно.

Он весело подмигнул.

– Почему я знал, что вы так и скажете?

Люси пожала плечами.

– Счастливая догадка?

– Ну хорошо, – согласился он. – Я придумаю двадцать более удачных способов отказать джентльмену в танце, чем ваше «Нет, благодарю вас».

Люси топнула ногой по паркету. У нее не было выбора. Герцог бросил ей вызов, и она обязана довести дело до конца. Как мудро, однако, с его стороны, не дать ей воспользоваться языком. В самом деле очень мудро.

– Хорошо. Я согласна. Давайте послушаем их.

– Ах подождите. Сначала нам нужно решить, какова будет расплата? – спросил герцог, небрежно поддернув манжету цвета слоновой кости.

Люси удивленно изогнула бровь.

– Расплата?

– Да. Что получит победитель?

Люси сморщила нос, затем сделала шаг вперед и прошептала так, чтобы остальные ее не услышали:

– Если я выиграю, вы согласитесь оставить Кэсс в покое.

Герцог, похоже, обдумывал это в течение нескольких секунд.

– Согласен, – прошептал он в ответ. – И только потому, что знаю: победа за мной.

– И что вы рассчитываете выиграть? – спросила она.

Он снова поклонился.

– Ну столь желанный танец с вами, миледи. – Это он произнес достаточно громко, чтобы было слышно остальным.

Люси пришлось приложить усилие, чтобы не позволить открыть от удивления рот. Можно подумать, этот повеса действительно хочет потанцевать с ней. Это, конечно, было смешно, но не таило и тени угрозы. Люси была полна решимости выиграть.

– Хорошо, ваша светлость. Давайте покончим с этим, согласны?

Толпа, казалось, подалась вперед, с нетерпением ожидая представления.

– Это, пожалуй, лучше, чем театр, – услышала Люси слова Джейн, донесшиеся откуда-то из толпы.

– Кажется, вы уверены, что я проиграю, леди Люси? – сказал герцог.

– Я в этом совершенно уверена, ваша светлость. – Люси не смогла сдержать легкую дрожь, пронзившую ее в предвкушении состязания. Боже, прошла уже целая вечность с тех пор, как кто-то приглашал ее танцевать. И еще больше времени с тех пор, как кто-то бросал ей вызов. Действительно бросал вызов. Она привыкла крошить предполагаемых ухажеров на кусочки и продолжать заниматься собственными делами. Но герцог – о, не то чтобы он был ее поклонником, нет, он ухаживал за Кэсс – но, по крайней мере, он бросил вызов. Не понурил голову и не ускользнул прочь, как раненое животное. О да, Люси с нетерпением ждала этого состязания. Со слишком большим нетерпением, по правде сказать.

Герцог сложил руки за спиной и принялся мерить шагами свободное пространство.

– Я начну с самого очевидного. «Танец с джентльменом вашего обаяния, милорд, может довести меня до обморока».

Люси закатила глаза.

– «Я не могу с чистой совестью принять ваше предложение, когда здесь так много других леди с танцевальными карточками, просто умоляющими, чтобы их заполнил кто-нибудь столь же выдающийся, как вы».

По ее губам скользнула легкая усмешка. Он обошел вокруг нее.

– «Было бы невежливо с моей стороны танцевать с вами, зная, что мое исключительное искусство только выставит вас далеко не в лучшем свете».

– Вот это мне нравится, – признала Люси.

– «Не смею оказаться столь бесцеремонной, чтобы сопровождать вашу светлость на танцевальную площадку, сознавая, что цвет моего платья не сочетается с вашим стильным вечерним нарядом».

– Нелепость, – сказала Люси, делая вид, что изучает свои туфли.

– «Прошу прощения, милорд, но горничная слишком туго затянула мой корсет, и мне сложно двигаться».

– А это просто глупо, – заметила она. – Кроме того, держу пари, вам уже приходилось выслушивать все это и даже больше.

– Кое-что, – с усмешкой признал он.

– Признаюсь, я разочарована, – сказала Люси. – Я думала, у вас более богатое воображение, ваша светлость.

Толпа внимательно наблюдала за ней, но, вместо того чтобы почувствовать смущение или робость, Люси обнаружила, что упивается всеобщим вниманием. Прошла целая вечность с тех пор, как кто-нибудь в свете вообще замечал ее. И вот, пожалуйста, блестящий герцог Кларингтон вызывает Люси на словесный поединок. Похоже, это значительно поднимет ее репутацию, а не загубит, как опасалась Кэсс. Все взгляды со смешанным выражением благоговейного трепета и зависти были устремлены на Люси.

– Я еще не закончил, – продолжал герцог. – «Простите, милорд, но я не могу танцевать с вами, мне нужно привести в порядок мой парик».

Люси насмешливо фыркнула.

– Я не ношу парик.

– Это не важно, – с усмешкой сказал герцог. – Где я остановился?

– Номер шесть, – услужливо отозвался кто-то из толпы.

– Совершенно верно. Давайте посмотрим. Политика. «Извините, милорд, но я вынуждена отказать вам, поскольку поклялась не танцевать до тех пор, пока не будет аннулирован Закон об импорте».

– Если бы, – усмехнулась Люси.

Герцог продолжал, не переводя дыхания.

– «Простите, милорд, но у меня нет времени, я должна тайком пробраться на корабль, отправляющийся сегодня ночью в Америку».

– А это вообще не имеет никакого смысла. – Однако Люси не смогла сдержаться и улыбнулась.

– Да, но это забавно, разве нет? – с плутоватой усмешкой сказал он.

Толпа одобрительно зашумела. Люси пожала плечами.

– «Пребывание в столь тесной близости с джентльменом ваших высоких достоинств, похоже, так сильно волнует меня, что я буду постоянно наступать вам на ноги», – предложил он.

– Это вряд ли. – Люси презрительно фыркнула.

– «Если я соглашусь с вами потанцевать, милорд, то рискую лишиться почетного места главы сообщества “желтофиолей”, отсиживающихся у стенки».

Внезапно из толпы материализовалась Джейн с поднятым вверх пальцем.

– Чтобы быть точным, ваша светлость, в данный момент я являюсь держателем почетной должности главы упомянутого сообщества.

– Своевременное замечание, – с усмешкой сказал герцог.

Люси покачала головой, глядя на подругу, и Джейн, кивнув, снова растворилась в толпе.

Герцог теперь откровенно играл на публику, широко улыбался и явно веселился.

– «Я скорее стала бы стрелять в Наполеона, чем танцевать с вами».

Люси склонила голову набок.

– Я неплохо стреляю.

– «Я не могу танцевать, потому что должна поискать мою нюхательную соль».

Люси устремила на него сердитый взгляд.

– Маловероятно.

– «Скорее я стану питаться армейским пайком», – добавил герцог. А затем: – «Скорее я куплю тюрбан».

– Тюрбан? – Люси посмотрела на него с недоверием.

– «Здесь слишком жарко, чтобы танцевать», – продолжал он.

– Только это одно и соответствует действительности, – со вздохом откликнулась она.

Он потянул за лацканы своего сюртука.

– «Танцы противоречат моим моральным принципам».

На это Люси захихикала.

– «Ах, я бы потанцевала с вами, но не хочу, чтобы вы выглядели нелепо».

– Слишком похоже на один из прежних ответов, – фыркнула Люси.

– Это был номер восемнадцать, – выкрикнул кто-то из толпы. Люси готова была поклясться, что это сказал Гарретт.

Она с вызовом взглянула на герцога.

– Осталось всего два. Ну как, ваша светлость, хватит у вас изобретательности?

Он поправил свой и без того безукоризненный галстук.

– «Мне не хочется отбиваться от толпы других леди, сегодня вечером состязающихся за танец с вами».

– Номер девятнадцать! – выкрикнули в толпе.

Люси сделала глубокий вдох. Еще один. Всего лишь один. Герцог собирается сделать это. Он собирается победить. А это означает… что ей придется танцевать с ним.

Конец ознакомительного фрагмента. Купить полную версию книги.