Читать онлайн книгу «Доктор Кто. Ловушка Доктора» автора Саймон Мессингем, книга из серии «Доктор Кто»

Планета, где технологии продвинулись вперед настолько, что ее правитель стал всемогущим буквально на всех материальных уровнях. Планета, где каждую молекулу воздуха можно превратить во все, что пожелаете. Да, эта планета настоящая, все верно. Так вам и скажут.

Но если вы попробуете спросить, где она находится, если попытаетесь узнать точные координаты, вам ответят: ну, она прячется где-то на бескрайних космических просторах… за периферийным кольцом… на самом краю Вселенной… посмотрите-ка, прямо там!

Вот и все, чего вы добьетесь.

Строго говоря, Планету 1 найти так трудно, что многие цивилизации решили считать ее легендой: жизнь в нашей галактике непростая, и подобные мифы появляются сами собой. Планета 1 слишком хороша, чтобы быть правдой. Все хотят, чтобы она была настоящей, и все верят, что она настоящая, – но это, к сожалению, не делает ее настоящей.

Словом, вам скажут, что Планета 1 – не настоящая.

И Себастьян полностью этим доволен.

Себастьян – коллекционер.

А еще чародей, вор, разбойник двадцатого уровня, игрок и ваш лучший друг. Самое прекрасное существо, которое вы когда-либо видели, человек, за которого вы бы отдали жизнь, – и, наконец, убийца.

Себастьян управляет Планетой 1 на протяжении многих веков, во что верится с трудом – так молодо он выглядит. В его коллекции есть любое разумное существо, которое только можно пожелать, но он хочет большего. Нет, не золота, не сокровищ и не денег. Деньги ему не нужны. Зачем они ему?

Видите ли, Планета 1 – по слухам, обладающая наиболее развитыми технологиями из возможных, – становится привлекательной для определенного типа людей. Для людей, которые предпочли бы отправить Себастьяна в отставку, чтобы расчистить себе путь к вершине.

Теперь понятно, что нужно Себастьяну вместо денег.

Себастьян хочет, чтобы вы его нашли.

Если вы жаждете тех богатств, что ему принадлежат, и если сможете его найти – Планета 1 совсем рядом. Все, что вам нужно сделать, – это забрать ее.

Если слухи верны, существуют люди, которым удалось найти Планету 1. К сожалению, слухи также утверждают, что из сотен человек, заявивших о своей удаче, не вернулся ни один. Может, они сгинули в глубоком космосе, а может, и нет.

Может, они все-таки нашли Себастьяна.

А еще, по слухам, некоторым приходит приглашение.

Глава первая

– Хорошая новость: это Земля, – сказал Доктор.

Сирена взвыла вновь, отчего Донна буквально подскочила на месте. ТАРДИС заходилась в оглушительном, пронзительном до зубной боли звуке. Этому вою хватило бы десяти секунд, чтобы гарантированно свести вас с ума. Донна вцепилась в консоль, пытаясь понять, как его выключить.

– И что? – прорычала она.

Доктор расплылся в сияющей улыбке.

– Это сигнал бедствия! Требуется наша помощь. – Он уже надевал свое громоздкое пальто. – Удивительно! Они не могли послать такой сигнал. Не в этом временном промежутке. Не такой тип сигнала бедствия.

– Какой еще тип сигнала бедствия?

– Громкий и раздражающий. – Доктор принялся изучать экран, насвистывая, будто вообще не слышал никакого шума.

– Выключи эту штуку!

– Что ты сказала? – недоуменно нахмурился Доктор.

– Выключи. Эту. Штуку!

– А?

Донна оскалилась.

– Я сказала: выключи…

– Погоди-ка, я эту штуку выключу. – Доктор ткнул в какую-то кнопку, и звук затих. – Так что ты сказала?

Консольная комната поразила Донну внезапной тишиной – что, впрочем, ничуть не помешало ей продолжить орать.

– Доктор! Я тебя убью!

– За что? Что я сделал? – Он всем видом воплощал оскорбленную невинность.

Вместо ответа Донна рывком распахнула дверь ТАРДИС и вылетела наружу. Доктор прислушался. Повисла полная ожидания пауза.

Через секунду снаружи раздался вопль Донны.

– Ага, – крикнул он ей из-за двери, честно пытаясь спрятать улыбку. – Плохая новость: это Антарктика.

– Снег! – воскликнула Донна. – Мы уже проходили это на планете Ууд. Мы же завязали со снегом. Что ты имеешь против жаркого климата? У меня нос покраснел!

Доктор невозмутимо пробирался через сугробы.

– Донна, у тебя постоянно краснеет нос. Я бы сказал, что краснеть – это его величайший талант.

– Другие на твоем месте уже устали бы от хамства, выдохлись и заскучали. Но только не ты, да? Ты никогда не сдаешься.

Доктор казался совершенно очарованным миром вокруг.

– Говорят, у эскимосов есть пятьдесят слов для обозначения снега!

– У меня тоже парочка найдется, – пробурчала Донна.

А потом она вскарабкалась на здоровенный сугроб и увидела их.

Внизу простирался снежный склон примерно в милю длиной: бескрайний ледяной покров тянулся до самого горизонта, словно гигантский каток. Неподалеку от особенно темного пятна льда были припаркованы две машины на гусеничном ходу. На таком расстоянии Донна лишь смутно различала выстроившихся кольцом мужчин: они устанавливали флаги, которые отмечали границы этого самого пятна.

– Что это? – спросила Донна. – Какой-то затонувший космический корабль?

– Они что-то нашли, – взволнованно ответил Доктор. – Подо льдом.

И он указал куда-то рукой, другой прикрывая рот.

– Смотри, вездеходы! Какие блестящие! Я их обожаю.

– Ты все обожаешь. Значит, у них миссия по выкапыванию рухнувшей летающей тарелки.

– Обожаю миссии по выкапыванию рухнувших летающих тарелок!

– Не сомневаюсь.

От нетерпения Доктор подпрыгивал на месте.

– Так пойдем поможем!

ТАРДИС ждала, как и всегда. Она что-то тихо мурлыкала себе под нос, пока антарктический снег заносил синий корпус. ТАРДИС великолепно умела ждать.

Впрочем, сейчас это заняло куда меньше времени, чем обычно. Хлопья снега в десяти метрах от двери вдруг разлетелись в стороны, образовав в воздухе дыру размером с человека. Эту дыру мгновенно заполнила фигура, которую ТАРДИС узнала бы из миллиона: симпатичное угловатое лицо, темные дружелюбные глаза, прямые волосы.

Одетый в поношенный костюм мужчина дрожал. Он пританцовывал на месте, пытаясь согреть замерзшие в легких кедах ноги.

Некоторое время он наблюдал, как Доктор и Донна пробираются сквозь сугробы к обреченной экспедиции, – и улыбался, думая о том, что их здесь ждет. Нечто ужасающее, честно говоря.

Затем он вытащил металлический ключ и поцеловал его. Мужчина был ужасно взбудоражен.

– ТАРДИС! Поверить не могу!

Он победно вскинул руку, а потом быстро прикрыл рот ладонью, чтобы приглушить смешок. Еще какое-то время он сверлил спины Доктора и Донны пристальным взглядом – просто чтобы убедиться, что они не оглянутся. Затем он снова поднял руку с зажатым в ней ключом. «Момент истины» – так он любил говорить. Мужчина подошел к ТАРДИС, отпер дверь и ступил внутрь.

Дверь захлопнулась.

Несмотря на завывание полярного ветра, его голос все еще можно было различить снаружи, и это был голос самого счастливого человека на планете.

– Господи. Боже. Мой. Я стою в консольной комнате. Да!

Через шесть секунд ТАРДИС исчезла.

Глава вторая

Несмотря на всю свою скромность, Себастьян давно смирился с фактом, что он – самый красивый человек во Вселенной. Его лицо могло считаться своего рода произведением искусства: совершенный орлиный нос и полные губы; что же касается остального, то глаза Себастьяна были самыми синими, волосы – самыми золотистыми, и белее его острых зубов было не найти. Постоянные упражнения с мечом поддерживали тело в прекрасной физической форме. Себастьян даже добавил себе небольшой шрам на правую щеку – просто так, для красоты. Он взглянул в зеркало еще раз – убедиться, что все в порядке, и отрепетировать подходящее для приема гостей выражение лица.

– Черт возьми, я выгляжу потрясающе, – сообщил Себастьян отражению. Затем он щелкнул пальцами, и двери спальни распахнулись. Внутрь ворвалась вся его разодетая свита: шестеро напудренных и обряженных в парики роботов, спроектированных специально, чтобы сочетаться с разнообразными специфическими элементами гардероба Себастьяна. Его личный робот Дворецкий следовал чуть позади.

Дворецкий был здоровенным парнем в три метра ростом. Себастьян спроектировал всех роботов высокого ранга большими – дань ироничной метафоре о жизни и власти.

В данный момент Себастьян испытывал пристрастие к моде благородных европейских домов XVIII века. Ему нравилась стильная военная форма с облегающими мундирами, болтающимися на поясе мечами и начищенными шпорами. Особенно ему импонировали длинные черные усы – так что он заставил всех слуг отрастить себе такие же. Себастьян даже перестроил свой дом, чтобы он походил на типичный замок эпохи романтизма в какой-нибудь симпатичной европейской стране. Правда, с таким размахом и масштабом, которого на Земле не могло быть и в помине. Впрочем, в представлении Себастьяна больше всегда значило лучше.

Себастьян внимательно осмотрел свой костюм: алый мундир, плотные кавалерийские брюки, высокие блестящие сапоги и инкрустированная золотом портупея.

– Наряд великолепен, – объявил он Дворецкому. – Отлично подходит к такому особенному дню. Мои комплименты портному.

– Спасибо, сэр, – ответил тот.

– А теперь давай взглянем на мое королевство.

Себастьян запрыгнул на огромную кровать с балдахином и прильнул к окну. Внизу простирался необъятный, мощенный булыжником двор. Его слуги – то есть роботы в разноцветных шелковых ливреях, где каждый цвет что-то означал, – готовили карету к охоте.

Что до Себастьяна, он давно был готов.

Внезапно молекулярный экран замерцал и в воздухе появилась картинка. На связь вышел Надзиратель. Сейчас он находился в центре управления, запрятанном в самом сердце замка Шато.

Надзиратель поклонился.

Этот робот был таким же крупным, как и Дворецкий, но одевался значительно скромнее. Себастьян нарядил членов командного штаба в синие мундиры с золочеными пуговицами и огромные треуголки – словом, дал волю своей любви к военной тематике.

– Докладывай, – велел Себастьян.

– Господин, космические корабли выведены с орбиты и запрашивают разрешение на посадку. Кроме комиссара Веймарка, который разрешение на посадку требует.

– Открыть силовое поле, – приказал Себастьян. – Пусть охотники спускаются.

Раздалось шипение перестраивающихся молекул, и экран схлопнулся.

Замок Шато – дом Себастьяна на Планете 1 – отличался поразительной чрезмерностью. Может, его архитектура и была вдохновлена европейскими замками XVIII века, но вот размерами он превосходил владения богатейших королей.

Дворец раскинулся от горизонта до горизонта – слишком необъятный, чтобы человеческий разум вообще мог вместить такую махину. Украшенные замысловатыми барельефами стены, прекрасные разноцветные витражи, ажурная резьба на потолочных балках – по отдельности все это вызывало восхищение. А вот вместе почему-то заставляло чувствовать тошноту. Впрочем, Себастьяна это не волновало. Нельзя быть слишком модным, верно?

Однако весь масштаб удавалось прочувствовать, только взглянув на замок с высоты птичьего полета. Если вы решите добраться до него на шаттле, гигантское, многократно увеличенное лицо Себастьяна будет следить за вами, пока вы пикируете прямиком в его рот.

Шато был построен по образу и подобию своего хозяина. Как и Себастьян, замок был великолепным, до крайности внушительным и совершенно безумным. Все в нем предназначалось для того, чтобы вызывать благоговейный трепет. Себастьяна можно было назвать мастером внушения этого самого трепета, и разочарованным он никогда не оставался.

Стоило двенадцати шаттлам приземлиться в саду напротив больших каменных ворот, как их владельцев тут же рассадили по каретам и препроводили ко двору. Помимо всего прочего, в каретах были установлены разнообразные сенсорные устройства. Электрокинетическую ауру тщательнейшим образом сканировали, ДНК и биохимический состав тела – считывали и распознавали, причем все это происходило абсолютно незаметно для самих гостей.

Себастьян проследил, чтобы утро выдалось туманным, – ему казалось, что это выгодно оттеняет пейзаж. Укутанные обычной дымкой ели, видневшиеся на далеких горах, и впрямь смотрелись неплохо.

Лошади остановились напротив мраморных ступенек, которые вели к гигантским дубовым дверям, отделанным драгоценными камнями. Охотники осторожно выбрались из экипажей, пытаясь привыкнуть к размерам дворца.

Себастьян ощущал их напряжение – он почти что мог обонять его. Все его чувства обострились, и волоски на шее встали дыбом.

Себастьян жил ради этого чувства.

Что ж, время поприветствовать гостей. Он не собирался сверяться со списком – Себастьян и так был весьма близко со всеми знаком. Размышляя, окажется ли кто-то из них достаточно глуп, чтобы попытаться его убить, Себастьян величественной походкой направился в парадный зал.

Чтобы создать именно такой стол переговоров, который ему хотелось, Себастьяну пришлось вырастить и отправить на лесопилку целый тропический лес махагони. Текстура древесины должна была быть совершенной – а для этого на каждый сантиметр столешницы уходило ровно сорок три древесных ствола. Это нанесло колоссальный удар по экологии, что было не так уж важно, поскольку результат превзошел все ожидания. Стол буквально сиял в солнечном свете, который проходил через отделанные драгоценностями окна под четко выверенным углом в сорок градусов.

Охотники разместились за столом. Вся дюжина чувствовала себя не в своей тарелке и пребывала в скверном настроении, которое Себастьян ощутил сразу же, как только вошел.

– Друзья мои! – воскликнул он, взмахнув шелковым платком. – Добро пожаловать на Планету 1!

Себастьян изучил их лица. Пожалуй, это был вполне приемлемый трепет.

– Позвольте представиться, я – Себастьян. – И он отвесил поклон.

Дальний конец комнаты замерцал, и молекулы воздуха сгустились в экран, отображающий, как он усаживается во главе стола. Изящно скрестив ноги, Себастьян щелкнул пальцами, и экран исчез.

– Общество опасных вымирающих видов, – произнес он. – В полном сборе на моей маленькой планете. Я польщен!

Собравшиеся тут же зашептались, о чем-то споря. Себастьян поднял руку, призывая их к молчанию.

– Нет-нет, друзья мои. Здесь нет нужды притворяться. Ваши личности останутся в тайне, даю слово. Не спрашивайте, как я раздобыл список членов вашей организации; я просто сделал это, вот и все.

Охотники задержали дыхание в ожидании какой-то ловушки. Все понимали, что сейчас лучше ничего не предпринимать.

– Общество опасных вымирающих видов, – повторил Себастьян, – достаточно точно описывает, чем вы занимаетесь. Правда, ничуть не намекает на то, что именно вы и поставили эти виды под угрозу вымирания.

Они были на крючке. Конечно же, они были на крючке – иначе никогда бы здесь не оказались. Разношерстная компания включала в себя людей, нелюдей, недолюдей и огромного инсектоида.

– Вступить в Общество очень просто: нужно предъявить трофей. Свидетельство убийства. Голову, рога, еще что-нибудь – не имеет значения. Главное, чтобы вид был вымирающим и представлял опасность для человека. Не слишком политкорректно, зато как весело! Насколько мне известно из достоверных источников, Общество опасных вымирающих видов ответственно за полное уничтожение более чем трехсот редких видов, а его члены занесены в список «разыскивается» каждой Службы безопасности, какую только встретишь в цивилизованной вселенной. – Себастьян рассмеялся. – Я ужасно взволнован! А вы?

Один из охотников в длинном кожаном плаще наконец стряхнул оцепенение и встал. У него было серое бескровное лицо; глаза под нависшими веками отливали поразительным фиолетовым цветом. Он был невероятно худ и высок – ростом более двух метров.

– Себастьян, – начал он лишенным эмоций голосом, – о каком Обществе вы ведете речь? У меня нет времени потакать вашим фантазиям. Ваша легкомысленность… – он замолчал, подбирая верное слово, – безответственна.

– Комиссар Веймарк. – Себастьян взглянул прямо на серолицего. – Чистильщик Бериаграда. Если память мне не изменяет, вашим билетом в клуб послужили рога лучистого костегрыза. Благодаря вам весь вид теперь вымер.

Если Комиссар и был шокирован, виду он не подал.

– Я не собираюсь принимать участия в этой детской игре.

– О да, Комиссар, это игра, – согласился Себастьян, – но в ней нет ничего детского. Не допускайте эту ошибку. – И он посмотрел на Веймарка немигающим взглядом. – А теперь сядьте.

По комнате, казалось, пробежал холодок. Веймарк сел; по окаменевшему лицу скатилась капелька пота. Он отступил.

– Хватит! – взревел Брут и ударил по столу. Брут был аугментированным приматом. Сила удара впечатляла – по прекрасной столешнице пробежала трещина. – Даже если это Общество и существует – чего быть никак не может! – с чего бы вам им интересоваться? Если вы так много о нас знаете, то наверняка в курсе, что членов может быть только двенадцать. – Он взглянул на своих коллег и обнажил зубы в обезьяньей ухмылке. – Нам больше не на кого охотиться – мы всех истребили!

И Брут, рассмеявшись, с грохотом упал обратно на стул.

Себастьян ответил на его тираду улыбкой – той самой, которую использовал, чтобы очаровывать могущественных императоров и богатых вдов. Глубоко в душе он был восхищен непроходимым идиотизмом этого примата. Серьезно, такой не каждый день встретишь. В какой-то мере это было даже трогательно.

Себастьян положил подбитую шпорами ногу на стол.

– У меня есть для вас трофей. Невероятный трофей. Лучшего вы никогда не получите. Полагаю, в будущем вы согласитесь, что это стоило вашего времени.

Себастьян взмахнул рукой, и молекулярный экран сложился в объемную картинку: портрет молодого улыбающегося гуманоида мужского пола.

Третий охотник – или скорее охотница, потому что она так и не сняла свою карпалианскую вуаль, – ткнула в портрет длинным ногтем.

– Мне знакомо это лицо. Кто он?

– Он, друзья мои, и есть трофей. Наиболее опасная форма жизни во Вселенной. Последний Повелитель Времени. Вам он известен, в том или ином виде, под именем Доктор.

Себастьян обвел долгим взглядом Общество опасных вымирающих видов.

– Время для адского сафари.

Глава третья

Шестеро мужчин заталкивали оборудование в битком набитый вездеход. Еще один снимал их старания на камеру.

Треугольный флаг полоскался на пронизывающем антарктическом ветру.

Внезапно оператор опустил камеру и, сдвинув меховой капюшон своей парки, бросил полный недоверия взгляд на приближающихся незнакомцев. Его борода была покрыта изморозью.

– Вы кто, черт подери? – Его слова были тут же подхвачены и унесены ледяным ветром. – Как вы тут оказались?

Донна подняла воротник пальто, чтобы защитить заледеневшее лицо. Доктор продемонстрировал пустой черный бумажник.

– Мы из спасательной команды. Ну, знаете, по поводу сигнала бедствия.

Мужчина кивнул. Донна поняла, что он не услышал ни слова, но психобумага сработала как надо.

Теперь уже другой мужчина остановился, чтобы взглянуть на новоприбывших.

– Я – Дэн Петрулис, – представился оператор. – Геолог из Снежного Пика. Я обнаружил след энергетической сигнатуры в нижних слоях, который и привел нас к находке.

– Молодец, Дэн, – сдержанно похвалила его Донна.

– Вы разминулись с полковником Барклаем. Он уже возвращается в Снежный Пик. – Дэн махнул толстой перчаткой куда-то за горизонт. – Хочет получить образец как можно быстрее.

– Снежный Пик? – переспросила Донна.

– Антарктическая станция сопровождения космических кораблей. Должно быть, сейчас 1986 год. Или 2000-й… Погоди-ка, образец? В каком смысле – образец? – Доктор перевел взгляд на Донну, и его глаза расширились. – О боже!

– Что? – Донна непонимающе посмотрела на него в ответ.

Петрулис постучал Доктора по плечу.

– Вмерзшее в лед животное. Мы выкопали его двенадцать часов назад. Все в порядке. Как только его доставят в лабораторию, лед сразу начнут плавить.

– Ага, – сказал Доктор.

– Неплохая находка, а? – Дэн улыбнулся в заиндевевшую бороду. – Научное открытие века! Скоро мы узнаем, что туда вмерзло. – И он, не переставая улыбаться, показал Доктору большой палец. – Не могу дождаться, чтобы посмотреть!

– Мне кажется, нам стоит добраться до вашей базы так быстро, как это вообще возможно, – сказал Доктор.

С молекулярного экрана на охотников смотрело лукавое лицо Доктора. Он усмехался – ехидно и вызывающе.

Голоса слились в один неразборчивый шум, но все говорили об одном и том же.

– Он правда сказал «Доктор»?..

– Слушайте, он ведь не настоящий…

– Сделай одолжение…

– Да хватит уже, – вмешался Себастьян. – Кажется, кого-то тут надо отшлепать. Я предлагаю вам прекраснейший трофей во Вселенной, а вы лепечете, как испуганные дети.

Воцарилась тишина: все охотники уставились на него. Себастьян понял, что они боятся.

Наконец кто-то набрался храбрости, чтобы нарушить молчание. Разумеется, это был комиссар Веймарк.

– Себастьян, – начал он, – это ребячество. Доктор – просто миф…

– О, позвольте вас заверить, Доктор – вполне настоящий. Да, какое-то время о нем ничего не было известно и пламя его памяти раздували лишь сомнительные культы, но теперь Вселенная снова полнится его деяниями. Любой ребенок слышал что-нибудь о Докторе.

Себастьян встал и прошелся вокруг великолепного стола. Его предложение еще нужно было продать.

– Если вы одержите победу, то преуспеете там, где проиграли тысячи других. Общество опасных вымирающих видов будет увековечено.

– А если мы проиграем? – проскрежетал из-под армированного панциря металлический голос, принадлежащий Подобию Драксиса.

– Если вы проиграете, охотиться я буду уже на вас, – ответил Себастьян. – Ну хватит, вас тут двенадцать! Наверняка хоть кто-то сможет его поймать. Это достаточно честная игра?

Он моргнул, и на молекулярном экране появилась цифровая карта: на ней были изображены области, разделенные сияющими голубыми линиями.

– Зоны для охоты – по одной на каждого. Идеально подогнаны под ваши индивидуальные характеристики и способности. Вам просто нужно немного подождать. Доктор появится в одной из зон, выбранной в случайном порядке. Если охотник упустит его и он выживет, Планета 1 трансматериализует Доктора в другую случайную зону, и мы начнем сначала. Если же Доктор окажется убит, я верну оставшихся охотников домой. Разумеется, с соответствующей компенсацией за потраченное время и усилия.

Брут издал первобытный рев, полный столь впечатляющий ярости, что вся комната погрузилась в молчание. Даже Себастьян казался ошеломленным.

Примат отшвырнул стул и ударил себя в грудь.

– Хватит! Я не собираюсь участвовать в этом безумии. Доктор не может быть сражен рукой смертного – так записано в наших священных книгах. Я ухожу. – Он ткнул в сторону Себастьяна гигантским, закованным в металлическую перчатку кулаком. – И не пытайся меня остановить, хлыщ ты напудренный!

– Даже и не думал, – ответил Себастьян.

Брут с топотом пересек комнату. Позолоченные двери распахнулись при его приближении. Твердо намереваясь оставить последнее слово за собой, Брут обернулся и смерил приятелей презрительным взглядом.

– Доктор? Да он вас всех прикончит, как…

Себастьян взмахнул рукой.

С его ладони сорвался луч ослепительного света, что-то громко хлопнуло, и Брут исчез. Солнечные лучи высветили оседающий на пол пепел.

– Впечатляет, – признала Карпалианская Ведьма. – Но вы же не думали его останавливать?

– Ну ой. – Себастьян равнодушно изучал свою ладонь. – Кто-нибудь еще рвется нас покинуть?

Никто не рвался.

Они добрались до базы Снежного Пика три часа спустя. Красное солнце уже грозилось уйти за горизонт. Доктор изо всех сил гнал водителей, и вездеходы двигались с невероятной скоростью.

Соприкасаясь с неровным рельефом, гусеницы машины оглушительно дребезжали и стучали, так что у Донны вскоре разболелась голова. Четверо ученых изнывали от жары в своих парках. Еще они были крайне рассержены тем фактом, что их уникальную находку намеревался отобрать какой-то псих.

– О чем вы вообще думали? – нудел Доктор. – Нельзя просто так брать и вытаскивать инопланетян из ледяных глыб!

– Почему нет? – поинтересовался ученый. – Он был заморожен двадцать тысяч лет.

– Это еще хуже!

– В любом случае с чего вы взяли, что это инопланетянин? – уточнил другой.

– Что он нам сделает? – полюбопытствовал третий.

Вездеход накренился, и все кувырком полетели вперед.

– Что это за звук? – спросил водитель.

База Снежного Пика не показалась Донне особенно впечатляющей – хоть Доктор и утверждал, что подземная часть куда лучше. Просто дюжина труб, торчащих из-под снега, да пара ангаров.

Вокруг раздавались крики – Донна услышала их, как только выбралась из вездехода. Из труб доносились звуки стрельбы и панические вопли.

Затем она увидела огороженный веревками деревянный настил – он вел к чему-то, похожему на задраенный люк субмарины. По нему-то и побежали, оскальзываясь, команда ученых во главе с Доктором. Ветер швырял в них пригоршни снега.

– В лабораторию запрашивается команда охраны! – в панике надрывался электронный голос. – Немедленно! Образец вырвался на свободу! Повторяю: образец вырвался на свободу!

В следующую секунду Донна услышала рычание, внушающее такой ужас и казавшееся таким инопланетным, что кровь застыла у нее в жилах безо всякой помощи антарктического холода.

Доктор бросил на Донну взгляд, полный беспокойства. Едва он потянулся, чтобы открыть люк, как она перехватила его руку.

– Нет, – сказала она. – Не надо.

Донна оглянулась в поисках какой-нибудь помощи, но Петрулис и его команда замерли на месте, словно окаменев.

Доктор высвободил руку.

– Нужно идти. Нельзя позволить экспедиции, полной непроходимых идиотов, разбираться с подобными вещами самостоятельно!

Мужчина человеческой расы и чрезвычайно подозрительного вида поднял руку.

– Послушайте… – начал он немного гнусавым голосом и с сильным британским акцентом. Из-под блестящих от пота усов торчали выступающие зубы.

– Говорите, лорд Перси, – ободрил его Себастьян. – Да, если вы подумали, что меня введет в заблуждение ваша типично английская нерешительность, я могу напомнить присутствующим, что перед нами человек, ответственный за уничтожение последнего из Звездных Хищников. Так что даже не трудитесь. Дурачиться, я имею в виду. Пожалуйста, продолжайте.

Взволнованный таким точным и беспристрастным описанием своей личности, лорд Перси заговорил довольно бессвязно:

– Как предполагается искать Доктора? Я имею в виду, как мы должны выслеживать прохвоста, который путешествует туда-сюда во времени и пространстве? Если даже предположить, что он настоящий. Вы понимаете, о чем я.

– О, я уже сделал это за вас. Все, что от вас требуется, – это поймать его.

Веймарк фыркнул.

– И как вы его сюда доставите? Если уж даже могущественный Себастьян не…

– Он будет здесь, Комиссар. У Доктора есть свои слабости. В отличие от вас, он действительно заботится о людях. А еще рекомендую впредь не гадать, что я могу, а что нет.

– Было бы неплохо получить какие-нибудь доказательства, – заметила Карпалианская Ведьма. – Не то чтобы необходимо, просто неплохо.

– Ну хорошо. – Себастьян подавил зевок. – Если вы настаиваете…

Он щелкнул пальцами.

Зал заполнил ужасающий шум. Звук был такой, словно кто-то пытается играть на шарманке с пробитыми мехами. Лица тех охотников, которые его узнали, исказились от ужаса.

Посреди комнаты возник странный предмет – деревянная синяя будка с мигающим на крыше фонарем. Прежде чем кто-то успел отреагировать, дверь будки распахнулась и из нее выскочил мужчина.

– Та-дам! – подмигнул присутствующим Доктор. – Вы как?

Доктор и Донна бежали по туннелям. Лампочки аварийного освещения мигали без остановки, в воздухе чувствовался отчетливый запах дыма. Внезапно звук выстрелов стал чаще, потом раздалось нечеловеческое рычание, и все стихло.

– Тут что-то не в порядке, – сказал Доктор.

– Да неужели? – Донна совсем запыхалась. Под землей было жарко как в аду. – Это чудище убивает всех без разбору!

Доктор остановился.

– Я имел в виду сигнал бедствия.

– Да забудь ты о нем! Люди умирают! – В отдалении снова послышалось рычание, и Донна приложила все усилия, чтобы в ужасе не упасть на колени. – Мы должны помочь.

Впереди раздался грохот. Доктор принюхался.

– Похоже, лаборатория взорвалась.

– С чего ты взял?

– Запах.

Через секунду на них вылетел человек. Это был очень, очень напуганный мужчина в форме, перемазанной в слизи и крови. Он не замечал ни Донну, ни Доктора, пока они не схватили его за руки.

– Пули его не берут! – Он панически пытался вырваться. Расфокусированный взгляд смотрел в никуда. – Мы все умрем!

– Эй, приятель! – рявкнула Донна. – Где остальные?

– Оно вырвалось… оно растет, – беспорядочно выпалил он. – Ученые сказали, оно растет… оно просто всосало их в себя…

– Где полковник? – спросил Доктор. Мужчина ничего не ответил и только дрожал, так что Доктору пришлось его встряхнуть. – Давай, солдат, соберись! Где твой командир?

Солдат помотал головой.

– Когда началась тревога, полковник с командой отправился в лабораторию. Они не вернулись. Похоже, оно становится больше, когда поглощает кого-то. Надо уходить! Сейчас же!

Договорив, он наконец вырвался и побежал к люку. Это был последний раз, когда Донна его видела.

В коридор выплеснулось что-то большое, громкое и очень голодное.

– Ладно, бежим, – сказал Доктор.

Так они и поступили.

Через два часа Доктор в одиночку отправился в лабораторию и пропал. Теперь Донна убегала вместе с остальными выжившими. Иногда она видела его краем глаза: огромный монстр, оживший ночной кошмар. Он хватал своих жертв щупальцами, обездвиживал и высасывал из них жизнь – чтобы потом поглотить и сделать частью себя. Пули не оставляли на нем и следа – просто исчезали в зеленой податливой плоти.

От Доктора не было никаких новостей. Если он и собирался как-то разрешить эту ситуацию, то справлялся не особенно хорошо.

Почти все лампы разбились. Было ужасно жарко. В конце концов Донна очутилась в старой диспетчерской. Выжившие ученые пытались запечатать двери в последней безнадежной попытке продержаться до конца. Вдруг она почувствовала, что температура падает: дыхание замерзало облачками пара. Похоже, монстр уничтожил запасной генератор.

Что ж, если их не прикончит эта тварь, это сделает арктический холод.

– Донна! – послышался откуда-то приглушенный крик.

Доктор? Где он?

Тварь с рычанием ломилась в комнату. Ученые с белыми лицами вскрикивали от каждого удара. Металлическая дверь вздулась, словно была сделана из картона.

– Доктор? – Донна растерянно оглядела лежащую в руинах комнату. – Где ты, черт подери?

– Внизу!

Донна опустила взгляд и действительно увидела Доктора, который подзывал ее пальцем. Он лежал под металлической решеткой, закрывающей воздуховод.

– Доктор!

Он ухмыльнулся.

– К вашим услугам.

Донна облегченно выдохнула. Ну разумеется, у него есть план. У него всегда есть план!

Она присела на корточки и сорвала решетку с воздуховода.

Через брешь в двери тут же протиснулось склизкое щупальце. Вопли и пальба возобновились.

– Пора отсюда выбираться, – сказал Доктор. Он внимательно следил за разворачивающимся боем. – Залезай.

Донна с готовностью спрыгнула вниз.

– Погоди-ка минуту!

Но Доктор уже потихоньку пробирался вдоль воздуховода.

– У нас нет минуты.

– А как насчет тех парней в диспетчерской? Эта тварь их убьет!

Доктор покачал головой:

– Я знаю. Мы сделали все, что могли.

– Это неправильно. Это не Помпеи! Мы не можем бросить их вот так. Твой принцип «мы не можем чудить с историей» тут не работает!

Доктор задумался.

– Ты права. Держи. Это устройство, которое поможет справиться с монстром. Пусть будет у тебя.

Донна услышала скрежет раздираемой металлической пластины.

– Помогите! На помощь! – в отчаянии заходился голос на заднем плане.

– Какое еще устройство? У нас нет времени!

Доктор был раздражающе невозмутим.

– Это генератор звукового поля, – пояснил он. – Сначала привлекает монстра, а потом – бам! – запирает его в звуковом поле.

– Звучит неплохо, – ответила Донна после краткого размышления. – Что мне нужно сделать?

– Просто нажми на кнопку. – И Доктор продемонстрировал ей что-то, с точки зрения Донны выглядящее просто как маленький браслет. – Это должно решить проблему.

– Я знала, что ты что-нибудь придумаешь, – улыбнулась Донна. – Ты всегда что-нибудь придумываешь!

– Ну да, – кивнул Доктор. Выглядел он слегка смущенно.

Донна взяла браслет, нажала на кнопку, и все померкло.

Общество опасных вымирающих видов совершенно потеряло голову. Все его участники пребывали в панике, кое-кто пытался пробиться к выходу.

– Сядьте, – с улыбкой сказал Себастьян. – Сядьте, и я все вам расскажу.

Если бы охотники сохранили трезвый рассудок, то заметили бы кое-что странное в стоящем перед ними Докторе. Да, он был так же привлекателен, как утверждали слухи. Да, он смотрел на них со своей знаменитой пытливостью, и от его взгляда не ускользала даже самая мелкая деталь. Этого они и ожидали.

Но более информированные охотники могли бы заметить, что, несмотря на очевидное сходство внешности и характера, было в этом Докторе что-то подозрительное. Где же его энтузиазм? Где любовь к жизни?

– Это не Доктор, – наконец отметил очевидное Себастьян.

– Ну-у, вы все испортили, – протянул Доктор. – Ладно, я не настоящий Доктор.

– Его зовут Барис, и он фанат Доктора номер один.

Доктор охотно кивнул.

– Меня зовут Барис, и я фанат Доктора номер один.

Члены Общества вернулись за стол и обратились к прохладительным напиткам. От страха у них пересохло в горле.

– Я нашел его на Проксиме, – сказал Себастьян. – Барис провел большую часть жизни в нежной преданности Доктору и его путешествиям. Он подключился к нейронной сети, чтобы находиться в постоянном контакте с другими такими же фанатиками-единомышленниками, разбросанными по всей галактике и выискивающими новости о своем кумире. Они есть буквально везде и в огромных количествах. Однако Барис выделялся даже среди этих энтузиастов.

Доктор – точнее, мужчина, который выглядел как Доктор, – снова кивнул.

– Кому же не хочется побыть Доктором? – спросил он. – Особенно с моей внешностью.

Себастьян снисходительно улыбнулся.

– Да, Барис. Не надо разговаривать, когда я говорю. А теперь побудь хорошим мальчиком и сядь.

Барис побледнел.

– Извините, – покорно сказал он.

Внимание охотников вернулось к Себастьяну – как тому и хотелось.

– Двойников создавали множество цивилизаций, – начал он после паузы. – Из любого Тома, Дика или Гарри можно состряпать неплохого Доктора всего лишь с помощью пары пластических операций. Правда, хирургические возможности Планеты 1 простираются несколько дальше. Я могу скопировать любую форму жизни до мельчайших подробностей, включая ДНК. А вот найти кого-то, кто согласится вытерпеть крайне болезненную операцию, немного сложнее.

Барис похлопал себя по груди с правой стороны.

– Вживлять второе сердце – не очень-то весело.

Себастьян пожал плечами.

– Для тебя, возможно, и нет. – И он улыбнулся своей очаровательной улыбкой, будто вспомнив что-то приятное. – Встань.

Барис беспрекословно подчинился. В комнату впорхнул маленький медицинский робот-зонд, смахивающий на летающую металлическую ручку. Острый кончик вспыхнул, и Бариса окутало свечение. На молекулярном экране замелькали данные – происходил процесс сканирования.

– Идеально скопирован, – заметил Себастьян.

– Что это за дурачество? – поинтересовался комиссар Веймарк. – Для чего вам понадобился настолько точный двойник?

– Покажи им.

Барис продемонстрировал присутствующим ключ.

– Это – ключ от ТАРДИС. По слухам, никто не может использовать его без желания Доктора. Точнее, не мог – до этого момента.

– И где же вы добыли ключ?

– Не вашего ума дело, – поморщился Себастьян. – Но если он захочет получить ТАРДИС обратно, ему придется отправиться на Планету 1 и забрать ее. Какая удача, что мы предоставили ему удобный трансмат!

Лорд Перси неуверенно поднял руку.

– Послушайте, – пробормотал он. – Не сочтите меня подозрительным, но кто сказал, что эта… как бишь ее… ТАРДИС – настоящая? Кто сказал, что мы будем охотиться за настоящим Доктором? Я имею в виду, вы же можете нас просто дурачить.

Себастьян выглядел почти впечатленным.

– Хорошее замечание, лорд Перси. Ну что ж, для начала – ТАРДИС пространственно трансцендентальна. Пойдите и убедитесь сами, я не возражаю.

– И этой технологией владеют только Повелители Времени, – добавил Барис с чрезвычайно довольным видом, словно сделал крайне важное замечание.

– Правда, Планета 1 работает по той же технологии, – ответил Себастьян и бросил на Бариса взгляд, ясно говорящий, что он сморозил очередную глупость. – А поскольку у нас есть ТАРДИС, долго ждать Доктора не придется. И еще кое-что. – Изображение на молекулярном экране изменилось. Теперь там можно было увидеть неосвещенную, очень скромно обставленную комнату. На кровати спала рыжеволосая женщина. – Скажи им, Барис.

Тот лучился самодовольством. Даже без позволения Себастьяна он не смог бы удержать себя в руках.

– Я похитил его спутницу. Познакомьтесь с Донной Ноубл!

Тварь была рядом, но все еще недостаточно близко. Хотя Доктор периодически слышал рычание, не похоже было, что инопланетянин собирается с ним встречаться.

Доктор поднял взгляд от генератора звукового поля, который собрал из частей поврежденной системы кондиционирования. Отопление в Снежном Пике отключилось еще двенадцать минут назад, и воздух становился обжигающе холодным.

Затем Доктор слегка перенастроил звуковую отвертку – и с облегчением убедился, что она по-прежнему жужжит.

– Давно бы так, – прошептал он.

Лед позади него скрипнул и словно сдвинулся с места.

– Донна?

В отдалении послышался еще один предсмертный вопль.

Не то чтобы у Доктора было много возможностей разглядеть эту тварь. Когда он не мастерил генератор звукового поля, то перебирал в памяти все известные формы жизни, тщетно пытаясь понять, кто же это мог быть. Но ничего подходящего вспомнить не удавалось. Это не гаппа, не Ледяные воины… Честно говоря, он вообще не мог вспомнить подходящего существа, как-либо связанного с холодным климатом.

– Что-то здесь не так, – громко заметил Доктор. – Похоже на второсортный или даже третьесортный фильм.

Он ожидал, что Донна съязвит что-нибудь в ответ, но потом вспомнил, что им пришлось разделиться.

Через секунду Доктор почувствовал движение воздуха, и его ноздрей коснулся незнакомый аромат, которому определенно было не место в Антарктике.

– Что происходит? – требовательно спросил он.

Из сгустившегося воздуха вышел человек. Очень знакомый на вид.

Доктор выпрямился.

– Не может быть, – сказал он. – Что ты здесь забыл? В смысле, что я здесь забыл?

Незнакомец – хотя его вернее было бы назвать знакомцем – улыбнулся и поднял руку с весьма подозрительной палкой. Палка раздражающе пищала.

Затем он навел ее прямо на Доктора.

Собрание наконец закончилось. Себастьян с Барисом наблюдали, как охотники трансматериализуются в свои зоны.

Они находились в центре управления, хотя он очень мало соответствовал своему названию. Для начала, там было нечем управлять: никаких консолей, мониторов и компьютеров. Зато там были огромные золотые бюсты Себастьяна, которые глядели с гигантских постаментов на мраморный пол шахматной расцветки. Пол кишел роботами. Не похоже было, что они заняты чем-то важным: они скорее танцевали. Один из роботов совершил невообразимый жест своей тщательно наманикюренной рукой, и в воздухе вспыхнул молекулярный экран. Робот еще немного поразмахивал руками, и экран исчез.

– Не перестаю удивляться, – признался Барис. – Никаких нейрошлемов, блоков памяти или электроники. В принципе никакой твердой материи. Просто взмахнул рукой – и получил программное меню.

– Разумеется, – пробормотал Надзиратель. Он как раз проходил мимо Бариса. – Интеллектуальная Молекулярная Технология является самой продвинутой во Вселенной.

Барис вздрогнул от неожиданности, когда над ним вырос гигантский робот.

– Не перестаю удивляться, – поспешно повторил он, отпрыгивая назад. Надзиратель недовольно крякнул и, громко топая, продолжил свой путь.

Себастьян взмахнул рукой, и из воздуха материализовался трон, по размерам больше смахивающий на кровать.

– Вот теперь я доволен, – объявил он. – Долгие годы планирования подошли к концу. Наконец-то мы начинаем настоящую игру. Знаешь, некоторые охотники из этого Общества непроходимых глупцов почти впечатляют.

– Советую вам не ослаблять надзор, милорд, – ответил Барис. – Ни на минуту. Вы не представляете, каким хитрецом он может быть. Его недооценивало множество людей, и все они за это поплатились.

Себастьян зевнул и взмахом руки материализовал гроздь винограда.

– И как это ощущается, Барис? – полюбопытствовал он, закинув в рот одну ягоду. – Все эти месяцы боли того стоили? Тебе удалось его провести – и как, он все еще твой герой?

Лицо Бариса залила краска.

– Доктор оказался… менее значительным, чем я полагал.

Себастьян выглядел весьма довольным.

– Так погибает первый миф о величественном герое, достойном поклонения. Они всегда менее значительны, Барис. Они вообще не герои, они – просто победители.

Барис нетерпеливо кивнул.

– Вы собирались отдать мне ТАРДИС. И спутницу, верно? Когда?

– Всему свое время, Барис, всему свое время. О-о, ты наш маленький попрошайка. Свою часть договора ты выполнил очень хорошо. Признаться, я не верил, что ты справишься, однако Доктор уже в пути, девчонка под стражей, и мы получили ТАРДИС.

– Благодарю. – Барис не удержался от самодовольной улыбки.

– Интересно, зачем ты мне теперь нужен? – Себастьян уронил виноград на пол и приложил платок к губам. – Ой.

Улыбка исчезла с лица Бариса.

– Я… Я не… Пожалуйста…

Себастьян встал и сжал пальцы на плече самозванца. Руки у него были с идеальным маникюром, мягкие и ухоженные.

– Шутка, – сказал он. Барис сглотнул. – Ты нужен мне, Барис, – чтобы следить за Доктором. Разумеется, ты прав: я не могу позволить себе роскошь самонадеянности.

– Да, милорд.

– Денно и нощно. Глаз с него не своди.

– Мы обнаружили Доктора, – внезапно подал голос робот. – Он прибыл в зону орубианских джунглей.

Большой молекулярный экран тут же отобразил картинку: жаркие, исходящие паром джунгли.

– Что за удручающая дыра, – заметил Себастьян. – Какой уважающий себя охотник стал бы тут жить?

– Эта зона принадлежит… – начал было робот.

– Не важно, – прервал его Себастьян. Он внимательно изучал унылый пейзаж. – Динь-дон, – монотонно пропел он. – Раунд один.

Глава четвертая

Лорд Перси вынул изо рта толстую сигару и уже почти собрался сделать глоток, как вдруг замер и внимательно изучил содержимое бокала. В шампанское упала – и теперь отчаянно пыталась выбраться наружу – мушка. Чертову тварь, должно быть, привлек сладкий запах. Лорд Перси отлично знал, какие ужасные болезни могут переносить насекомые в этих джунглях, даже если это просто роботизированная копия настоящей мухи.

– Полнейший свинарник! – рявкнул он и перевернул бокал у ближайшего дерева. – Эй, парень! Еще шампанского! Двойную порцию!

Лорд Перси пребывал в приподнятом настроении. Первая зона, в которой появился Доктор, принадлежала ему, и охота должна была окончиться очень скоро.

– Приятно испортить игру всем остальным, – хихикнул он и вновь затянулся сигарой. – Вот стыд-то будет.

Где-то в отдалении носорожьи загонщики прочесывали джунгли в поисках Доктора. Солнце стояло высоко в небе, так что в зоне лорда Перси царила ужасающая жара и влажность. Некоторые полагали, что он находит густо заросшие холмы и ярко-голубое небо бодрящими, но они ошибались.

Лорда Перси бодрила только одна вещь, и вещью этой было убийство. Ему нравилось быть членом Общества, и он гордился принадлежностью к такому прославленному клубу.

И все же невозможно было не восхититься работой, которую проделал Себастьян. Целый кусок Планеты 1 был терраформирован в самый настоящий орубианский пейзаж, включая мух и ужасную лимонную вонь. Совсем как дома. Ну что за умный малец!

Даже левантины – здоровенные безмозглые твари, которых он использовал в качестве вьючных животных, – выглядели вполне настоящими. На одном из таких он сейчас и ехал.

Левантины были похожи на земных слонов, только гораздо тупее. Лорду Перси нравились безмозглые животные: они никогда ничему не учились. Он пнул своего левантина, и зверь взревел от боли, что принесло лорду Перси немало удовлетворения.

– Поделом тебе, – посмеиваясь, сказал он.

Внезапно во влажном воздухе прогремели взрывы. Лорд Перси схватил левантина за уши и приподнялся в палантине. Чуть дальше за деревьями виднелся дым, спиралью уходящий в небо: это был условный сигнал. Его ребята уже загнали добычу в угол.

Как раз вовремя.

Да, сегодня был определенно хороший день.

– Носильщик! – рявкнул он. – Забудь о чертовом шампанском. Высеку тебя за нерасторопность позже. – И он огрел левантина тростью, понукая двигаться вперед. – Мы прижали паршивца!

Доктор был уверен, что знает множество изобретательных способов выпутаться из ситуаций почище этой, – но в данный момент не мог вспомнить ни одного, хоть убей.

Его преследовали здоровенные приземистые инопланетяне с рогами на носу, и ему приходилось удирать от них вдоль русла реки – причем посреди джунглей. Низко склонившиеся над водой деревья хлестали его по лицу. Тяжелый влажный воздух с трудом проходил в легкие.

Когда рев зверолюдей был уже совсем близко, Доктор решил сменить тактику и свернул на болотистый край реки. За людьми-носорогами следовали еще более внушительные существа, и это должно было задержать их.

За ним шла охота.

Он заставил себя сосредоточиться. Преследователи были прямо у него за спиной. Сосредоточься!

Он – Доктор. Донна попала в беду, и ему нужно найти ее.

Хорошая мысль. Полезная мысль. Мысль, которая накатывала на него, словно волны на песок.

Он – Доктор. Донна попала в беду, и ему нужно найти ее.

Если бы он только мог остановиться и хорошенько подумать! Доктор пытался побороть усталость, панику и ужасную жару, чтобы вспомнить хоть что-то полезное.

Но не мог вспомнить ничего. Вообще ничего! В особенности он не мог вспомнить, как оказался в джунглях. Куда подевалась ТАРДИС?

Доктор запнулся о поваленное дерево и, вскрикнув, покатился вниз по склону. Его путь закончился на залитой солнцем поляне.

Доктор лежал в ярком свете, пытаясь сделать вдох. Если бы он только мог восстановить дыхание, все остальное тоже наверняка бы к нему вернулось.

Он – Доктор. Донна попала в беду, и ему нужно найти ее…

На поляне его кто-то ждал.

Этот кто-то был одет в подходящий для джунглей камуфляж и дымил сигарой. За спиной у него стоял большой зверь, покрытый плотной кожей и походивший на очень тупого слона.

– Я сказал «привет», – повторил человек и, оскалившись в щербатой улыбке, наставил на Доктора винтовку. – А теперь – ни с места.

Себастьян так ярко расписывал, какая этот Доктор невероятно сложная цель, – но на деле изловить его оказалось проще, чем самого обычного толстопузого димслота. Лорд Перси чувствовал себя почти разочарованным.

– Погоди, – сказал Доктор. – Тут что-то не так.

– Это мы обязательно обсудим позже, старина. – Лорд Перси прицелился, и Доктор упал на колени, часто моргая от ужаса.

Лорд Перси улыбнулся. Он уже представлял, как входит в парадный зал Себастьяна и бросает безжизненное тело Доктора на ближайший роскошный стол. О, полюбоваться вытянувшимся лицом этого щенка – отдельное удовольствие.

– Не беспокойся, старина, больно не будет. Хотя ладно, вообще-то будет. Зато недолго.

Блеснул свет, по джунглям пронесся ветерок, и Доктор исчез.

Лорд Перси моргнул, чувствуя нарастающий ужас. Посреди залитой солнцем поляны, прямо у него под носом, на том самом месте, где секундой назад стоял Доктор, просто взяла и образовалась дыра, полная пустоты.

Каким-то неведомым образом его добыче удалось сбежать.

– Вот черт, – сказал лорд Перси, ощутив на коже тепло трансматериализующего луча.

Джунгли вокруг бесследно растворились.

Себастьян спрыгнул с трона. Роботы вокруг неверяще качали великолепно вылепленными головами.

– Он исчез! – воскликнул Барис и изумленно взмахнул рукой перед молекулярным экраном. Тот замерцал и растворился – в точности как Доктор мгновением ранее. Барис виновато взглянул на Себастьяна, словно сделал что-то не то.

По счастью, Себастьян был слишком занят осознанием собственного шока и ничего не заметил. Эмоция была ему незнакома, но он сумел распознать симптомы. Чувство противоречия и крайнего удивления вызвали определенные реакции в его аугментированном теле, заставив сердце биться сильнее, а дыхание – участиться. Его сознание распознавало эти изменения как волнение и страх. Да, это определенно был шок.

Доктор исчез, и Себастьян не имел ни малейшего понятия, как он это сделал.

– Трансмат, – прошептал он. – Он трансматериализовался.

– Это невозможно, мой господин, – ответил Надзиратель. – У него нет доступа. Он не мог воспользоваться трансматом.

– Замолчи. Меня не интересуют твои рассуждения, кретин. Посмотри сам. – И Себастьян поскреб свой идеальный подбородок. Сердце понемногу успокаивалось, а дыхание возвращалось к прежнему неспешному ритму. – Итак, Барис. Как он это сделал?

Барис пожал плечами.

– Неким способом, который мы не могли предвидеть.

– Да неужели? – проворковал Себастьян. – А я вот предвижу, что ты полный идиот.

Барис вздрогнул.

– Возможно, у него есть сообщник?

– Что ты имеешь в виду?

– Может, ему помог кто-то из охотников? Похитил, чтобы заграбастать приз себе.

Себастьян собирался сказать что-нибудь грубое, но в последний момент передумал.

– Это невозможно. Они не владеют нашими технологиями на таком уровне. Да и откуда им знать, где он был? Никто ничего не отслеживает. Орбита планеты пуста. Она же пуста?

Надзиратель кивнул.

– Возможно, кто-то здесь не тот, за кого себя выдает, – предположил Барис и съежился, словно ожидая, что его испепелят на месте. – Кто-то в Шато. У вас же кошмарно много слуг!

Себастьян подманил к себе Надзирателя.

– Наклонись, – распорядился Себастьян, и тот беспрекословно подчинился.

В следующую секунду хозяин ударил робота с такой силой, что у него затрещала шея. Надзиратель пошатнулся, пробормотал: «Благодарю, господин», – и только после этого с щелчком вернул покосившуюся голову на место и подобрал свалившуюся треуголку.

Себастьян тяжело опустился на трон.

– Что-то я вышел из себя, да?

– Пожалуй, господин, – кивнул Дворецкий.

– Он меня скоро простит, – сказал Себастьян и взмахнул рукой, подзывая другого слугу. – Посмотри, я ссадил костяшки.

Он поднял руку, рассматривая, как наниты в его крови восстанавливают поврежденную кожу. Все зажило в считаные секунды.

– На Планете 1 есть только один хозяин, – сказал Себастьян. – И так и останется. В мозги всех моих роботов вложена абсолютная преданность. Попробуй на меня напасть, если не веришь. Если у моих крошек и есть недостаток, так это их излишняя заботливость, порой доходящая до полного кретинизма. Нет ни малейшего шанса, чтобы кто-то из роботов на Планете 1 пошел против своей фундаментальной программы. – Он взглянул в глаза Барису. – Так что выясни, что случилось на самом деле.

– Всенепременно, – ответил Барис и, собрав всю свою смелость, добавил: – Но есть кое-что еще…

– Просвети же меня.

– Если Доктор трансматериализовался один раз, разве он не может повторить это снова?

В мозгу Себастьяна зашевелилась крайне неприятная мысль. Мысль столь невозможная, столь ужасная, что он едва мог принять ее существование.

Барис уставился в пол.

– Он взломал защиту ИМТ-протокола, – сказал Себастьян. – Сам или с чьей-то помощью. Он получил доступ к технологиям Планеты 1.

Барис кивнул.

Себастьян подумал. Затем подумал еще немного – и только после этого повернулся к Надзирателю.

– Отключи ИМТ.

Вся комната погрузилась в молчание. Роботы замерли, устремив на него взгляды.

– Господин, – начал Надзиратель. – Барис ошибается. То, что он предполагает, невозможно.

Он рефлекторно отступил назад, зная, что Себастьян думает по поводу возражающих ему слуг.

– Ты слышал, что я сказал, – процедил Себастьян. – Доктор воспользовался трансматом. С этим мы спорить не можем, верно? С нашей стороны будет очень глупо позволить ему провернуть этот трюк еще раз. Отныне все молекулярные перемещения под запретом. Забудь о цифровых технологиях, мы найдем аналоги.

Если бы на свете существовал робот, способный выглядеть нездорово, этим роботом был бы Надзиратель.

– Мои программы предписывают мне уточнить, господин. Вы подтверждаете, что хотите отключить Интеллектуальную Молекулярную Технологию? Вы точно уверены? На сто процентов?

Себастьян разлегся на троне и принялся изучать богато украшенный потолок. Он был абсолютно спокоен – или, по крайней мере, так казалось.

– Планета 1 легко способна подстроиться. Просто сделай это.

Надзиратель кивнул роботам-техникам, и они открыли молекулярные экраны, чтобы начать работу.

– Изменения займут некоторое время, господин. Планета 1 переходит в режим технического обслуживания на… – Он щелкнул шеей, пока его мозг высчитывал значения: – Два часа и сорок семь минут. Все это время активность роботов будет минимальной.

– Это я как-нибудь переживу, – сказал Себастьян, по-прежнему рассматривая потолок. – Я хочу, чтобы все было сделано в наилучшем виде. Запустите подземную монорельсовую сеть, активизируйте ремонтные бригады. Наши стандарты не должны пошатнуться. Кто знает, может, это даже будет забавно. Барис?

Барис не ожидал, что к нему обратятся. Ему пришлось встряхнуться, чтобы вернуться к реальности.

– Лорд Себастьян?

– Какие теории?

Барис прикусил губу.

– Я должен был догадаться, что что-то пойдет не так, – слишком уж просто Доктор попался в ловушку. На него это не похоже. – Он выдавил жалкую улыбку. – Вы думаете, что двухчасовая перестройка – это хорошая идея? Шато на какое-то время будет уязвимо. Что, если он перенесется прямо сюда?

– Он не сможет. И у меня не бывает плохих идей.

– Да, но что, если Доктор все-таки сюда трансматериализуется?

– Даже он не может преодолеть протоколы нашего охранного щита.

Барис глубоко вздохнул.

– Да. Но что, если он все-таки сможет? – повторил он.

– Планета 1 его засечет, – спокойно ответил Себастьян. – Никому не позволено устраивать саботаж на моей планете. Возможно, он – или кто-то, кто ему помогает, – снова перенесет его в другую зону. Это был бы самый действенный и простой путь к побегу.

– Вероятно, он будет искать свою спутницу, – заметил Барис. – Он всегда так делает. Возможно, она что-то знает.

Себастьян почувствовал приступ паники. В кои-то веки кто-то подобрался к нему действительно близко. В этот раз Доктор его превзошел, и это понимали все.

– Лорд Себастьян? – окликнул его Барис.

– Спутница в безопасности. Только я знаю, где она.

Себастьян понимал, что выглядит потрясенным, и поэтому сверился с одной из своих статуй, чтобы вернуть лицу подобающее выражение абсолютной бесстрастности.

– Предоставь Донну Ноубл мне, – сказал он. – В любом случае в Шато у тебя есть другие дела.

– Но я не нравлюсь роботам.

– Им никто не нравится, Барис. Я сам их на это запрограммировал. Так что смирись. – И он фыркнул. – Я иду спать. Приготовьте на завтрак чай ассам и икру. Да, и разбудите меня, когда лорд Перси будет готов. У меня есть к нему пара слов.

Себастьян взмахнул рукой и трансматериализовался.

Дворецкий показал Барису его спальню. Двойник Доктора был совершенно не удивлен тем фактом, что комната представляла собой памятник дурному вкусу. Он скептически осмотрел огромную кровать, больше похожую на футбольное поле кружева в ярко-желтых тонах.

– Мило.

– Прекрасно, – поправил его Дворецкий. – Шедевр дизайна и удобства.

Он явно восхищался спальней.

– Я в целом одобряю, что Себастьян зовет вас роботами, – сказал Барис. – Но звучит как-то неправильно. Понимаешь, как-то очень обобщенно. Не «слуги», или «дроиды», или еще как. Просто «роботы». Некоторым показалось бы, что это довольно оскорбительно. Хорошо, что вас, железноголовых, все устраивает.

Огромные ладони сомкнулись вокруг шеи Бариса и вздернули его в воздух. На него уставились горящие глаза.

– Считаешь себя очень умным? – прорычал Дворецкий. Барис задергался, но не смог разжать стальные пальцы.

– Что я такого сказал?

Дворецкий пах помадой для волос и технической смазкой. Его усы были слишком уж большими и пушистыми: Барису казалось, что они вот-вот спрыгнут с лица робота и набросятся на него.

Руки на его горле сжимались все сильнее.

– Мне не нравятся люди, и в особенности не нравишься ты. Мой господин – прекрасный человек, самый великолепный гений, который когда-либо существовал, и я сделаю все, чтобы оградить его от тебя. Есть в тебе что-то не то, Барис. Что-то неправильное. Я знаю.

– Да ты совсем сбрендил!

– Нет, – ответил Дворецкий. – Мне не нравится, как ты шатаешься по Шато и делаешь что тебе вздумается. Я буду присматривать за тобой, пока Доктора не поймают. Постоянно. И когда ты сделаешь свой ход – а я уверен, ты его сделаешь, – я буду рядом.

– Какой еще ход? Нет никакого хода!

Дворецкий швырнул Бариса на кровать.

– И когда этот момент настанет, я сожму твою голову так, что у тебя вылезут глаза. Спокойной ночи. Сладких снов.

И Дворецкий покинул комнату.

Барис проводил его взглядом, ощупывая ноющую шею. Немного выждав, он откинулся на удивительно удобные простыни и прикрыл глаза.

– М-да, – протянул он. – Я с тобой еще разберусь, Дворецкий.

Глава пятая

Джунгли остались позади. Теперь он оказался в раскаленной печи. Ну ладно, это была пустыня, но жарко в ней было именно как в раскаленной печи.

Доктор лег навзничь и глубоко вздохнул. На вкус воздух отдавал горячими кирпичами. Единственным звуком был шелест песка. Мелкие песчинки жалили открытые лицо и руки. Он был уже весь мокрый от пота: испарина выступала с тревожной скоростью.

Несмотря на изнуряющую жару, он все-таки подтянулся и сел.

Это определенно была пустыня. Пейзаж выглядел совершенно плоским, только где-то в отдалении виднелись приземистые холмы. Вокруг не было ничего, кроме красной пыли.

Хотелось бы ему знать, почему тот человек с щербатой улыбкой пытался его убить. Некой его части казалось, что он знал причину, но почему-то никак не мог вспомнить. Что происходит?

Даже палящий свет двойного солнца тяжелой ношей ложился на его плечи. Доктор попытался встать, и ему показалось, что воздух вокруг сгустился до состояния патоки. Очевидно, что долго он так не продержится и вскоре свалится от изнеможения.

Пусть у него и было два сердца, но это бесплодное место определенно заставляло его действовать на пределе возможностей.

Он должен найти Донну. Ему нужно идти.

Доктор устало поплелся к ближайшему холму. Там должно быть укрытие – хоть какая-то тень, где он сможет немного отдохнуть и придумать подходящий план. У его пребывания здесь должна быть конкретная причина.

Итак, кто попробует убить его следующим?..

На следующее утро Барис вернулся в центр управления и принялся надоедать роботам-техникам, которые присматривали за изменением ИМТ-протокола.

Внезапно в помещение звенящим от напряжения шагом вошел Надзиратель. Он дрожал от бессильной ярости из-за вторжения Бариса.

– Почему бы тебе не заняться чем-нибудь полезным? – процедил он, нависая над его плечом. – Например, пойти и сброситься с крепостного вала.

Барис печально ссутулился.

– Да что с вами такое? Где ваше гостеприимство? Я делаю лишь то, что приказал Себастьян. Если у вас нет возражений, просто оставьте меня в покое.

– Ну уж нет, Барис, – ответил Надзиратель. – Я с тебя глаз не сведу.

– Смени пластинку, мне это уже сказал Дворецкий. Господи, роботы такие… механические.

– Насыщенность облаков: шестьдесят процентов, – прервал их робот-техник. Барис и Надзиратель обернулись.

– И что это значит? – поинтересовался Барис.

– Спутники засеивают атмосферу отрицательными ионными частицами, и…

– Не рассказывай ему! – оборвал его Надзиратель.

– Господин Надзиратель, – обратился к нему Барис, – почему бы тебе не заняться чем-нибудь менее скучным? Если мне что-то понадобится, я крикну. – И он повернулся к роботу. – И как идут дела? В смысле, что там с посевом?

Тот уже понял, что Надзиратель недалек от рукоприкладства, и заговорил тише.

– Энергетические перемещения больше не надежны. Эффективность трансматов снизилась до тридцати процентов, а к утру упадет до пяти. До полной перестройки шесть часов.

– Теперь никто никуда не уйдет, – объявил Надзиратель. – Включая тебя.

Барис проигнорировал его слова.

– Доктор, выходит, тоже? Он был последним, кто использовал трансмат, так?

Робот кашлянул.

– Вообще-то, нет. Господин использовал его, чтобы… Ай! – Надзиратель отвесил роботу щелбан, и тот испуганно дернулся.

– Ну конечно, спутница, – удовлетворенно кивнул Барис.

– Нет, – уклончиво ответил Надзиратель. – Не спутница. Кто-то еще, кто… – И он взглянул на Бариса, не в силах скрыть ложь под маской безучастности.

Барис натянул на лицо равнодушное выражение.

– Единственное, в чем я заинтересован, – это Доктор. Вы уже должны были его найти. Так где он? Докладывай, или я скажу Себастьяну, что ты…

Надзиратель ткнул в экран ухоженным пальцем.

– Здесь. Саванна Флакса.

– Чего-чего?

Надзиратель моргнул, сверяясь со своей базой знаний.

– Арктуран. Зона принадлежит Подобию Драксиса.

Барис хлопнул Надзирателя по широкой мускулистой спине.

– Спасибо за помощь, приятель.

– И что теперь? – поинтересовался Надзиратель. – Что ты собрался делать дальше?

Барис уже был на полпути к двери, но специально вернулся назад, чтобы с улыбкой щелкнуть Надзирателя по носу:

– Наверное, будет лучше пока вам не рассказывать.

– Я сообщу о твоем оскорбительном поведении! – взвился Надзиратель. – Барис!

Но тот уже ушел.

Планета 1 менялась.

По всей поверхности строились бункеры, открывались двери ангаров и хранилищ, а уже вечность стоявшие без движения монорельсовые системы вновь начинали жить электронной жизнью. Воздушные корабли на автоматизированных аэродромах были приведены в готовность. Фабрики впервые за долгие годы производили что-то настоящее.

Вновь начали свою работу генераторы частиц, находившиеся на орбите. Всю планету затянули кучевые облака, которые быстро распространялись в тропосфере. Повсюду полыхали молнии и, ударяя в специально созданные громоотводы, до отказа заряжали энергетические резервуары.

Везде суетились роботы. Миллионы роботов: каждый, кто выбирался из заводского контейнера, немедленно стремился занять свое место в легионе. В последний раз Планета 1 была так оживлена шестьдесят девять лет назад, когда Себастьян решил протестировать резервный режим.

Роботы трудились без устали, невзирая ни на дождь, ни на яростный ветер. Оскальзываясь в грязи, они расчищали давно не используемые шахты и возводили огромные мачты связи. Со стороны они походили на трудолюбивых муравьев.

Под толщей океанических вод тоже кипела жизнь: роботы запускали термальные энергоблоки, питающие огромные двигатели. Они работали без остановки. Если какой-то робот выбывал из-за отказа системы, несчастного случая или износа внутренних механизмов, на его место тут же вставали еще двое.

Время поджимало, часы тикали.

И все эти усилия – для того, чтобы захватить одного-единственного человека! У роботов не было собственного мнения, но если бы они его все-таки имели, то надеялись бы, что это того стоит.

Наконец перестройка подошла к концу. Вдоль экватора вспыхнули яркие огни, и рокот, сопровождавший перерождение, замолк. Роботы замерли там, где стояли.

Планета 1 была обновлена.

Все осталось по-прежнему только в зонах для охоты: игроков было совершенно незачем извещать о внутренних делах планеты. Они даже не заметили перехода с молекулярного на физический режим управления: все вокруг по-прежнему выглядело как флора и фауна их родных планет. Все продолжало функционировать как надо.

Охотники продолжали жить обычной жизнью.

Охотники продолжали ждать.

Глава шестая

Доктору все-таки удалось остаться в тишине и покое.

Он попытался взмахом руки активировать защитный экран, но ничего не произошло. Комната осталось такой же темной, душной и безвкусно обставленной.

– Наконец-то, – пробормотал он. Он уже порядком устал притворяться, что спит.

Доктор прокрался к двери, осторожно толкнул ее и выглянул в коридор.

– Пожалуй, пора прогуляться, – объявил он скорее себе, чем окружающему миру.

– Ну-ка, что тут у нас, – громко сказал Доктор. Слова эхом отразились от голых стен. Роботы стояли в самых разнообразных позах там, где их застиг переход в режим ожидания: кто-то нес контейнеры и замер на полушаге, кто-то сидел у разобранной панели с инструментами в руках. Их глаза сияли тусклым светом.

«Надо быть осторожнее, – подумал Доктор. – Они не могут быть выключены все до единого, кто-то должен работать. Себастьян бы так не сглупил».

Доктор поднял голову и столкнулся взглядом с очередным бюстом Себастьяна, которые встречались в Шато на каждом углу. Бронзовое лицо смотрело на него с весьма неодобрительным видом.

Доктор решил, что это знак.

– Ну, и какой у меня план, умник? – поинтересовался он. Лицо осталось безответным. – Ладно, я сам расскажу. Для начала – вычислить местонахождение Донны. Хотя, конечно, ты приложил все усилия, чтобы сделать это самой трудновыполнимой задачей в мире. Не любишь давать другим шанс, да? К слову говоря, мне вот что интересно: ты уже понял, что он – это я, а я – это он?

Прекрасный бронзовый лик по-прежнему молчал.

Доктор помотал головой.

– Не-а. Если бы ты был настолько умен, мне бы ни за что не удалось зайти так далеко. Время переходить к решительным действиям. – Доктор оскалил зубы и улыбнулся бронзовому Себастьяну. – Р-р-р.

Барис допустил фатальную ошибку. Строго говоря, ошибка, которую он допустил в темном туннеле Снежного Пика, была самой большой в его жизни.

Доктор не мог его винить. Барис был молод, наивен и определенно не имел опыта в обращении с Повелителями Времени – особенно попавшими в его власть.

Барис мог бы просто использовать эту пищащую палку, но нет. Вместо этого он начал бахвалиться. Начал торжествовать по поводу своего Большого Плана.

Барис тратил драгоценное время, нахваливая Большой План, – и, конечно, особенно выделяя свою огромную роль в этом самом Большом Плане, без которой ничего бы не сработало как надо.

Вот только если вы принимаетесь разглагольствовать рядом с Доктором, забег вы заведомо проигрываете. Доктор внимательно выслушал рассказ про Себастьяна и охотников вместе с их дурацким пари, про Планету 1 и ее мощнейший источник энергии, даже про то, как они хотят, чтобы он бросился на поиски Донны и ТАРДИС.

Как ни странно, во всей этой истории самым удивительным для Доктора стал сам Барис.

Доктор был в курсе, что у него есть поклонники, но не подозревал, что их так много. Тысячи и тысячи этих ребят подключались к сети с помощью нейрошлемов и только и делали, что сканировали информационное пространство в поисках новостей, слухов и фотографий.

Но Барис выделялся даже среди них. Именно поэтому Себастьян нашел его и сделал предложение, от которого Барис не смог отказаться. Себастьян предложил ему стать Доктором, получить свою собственную ТАРДИС, и спутницу, и все остальное.

– Знаешь, что грустно? – сказал Доктор Барису. – Лучший способ быть мной, который только возможно придумать, – и он многозначительно взглянул на своего двойника, – быть Барисом. Самым лучшим Барисом на свете.

Доктор угадал. С перелепленного хирургами лица на него смотрели глаза маленького мальчика – мальчика, который слишком много времени провел один в своей комнате.

Впервые за долгое время Барис почувствовал себя неуверенно, и палка в его руках дрогнула.

Где-то в отдалении тварь, которую Себастьян отправил на Землю, зарычала и убила еще одного человека.

Доктор шагнул вперед.

Он остановился у входа в центр управления. Помещение было заполнено роботами. Они тоже замерли на месте, словно увидели что-то, что до крайности их удивило. Некоторые плитки шахматного пола были открыты: в них виднелись нейротерминалы, занятые поглощением и обработкой информации.

Доктор внимательно исследовал новые механизмы.

– Интерфейс виртуальной реальности, основанный на субатомной памяти. – Доктор поднял перчатку из неопрена. От кончиков пальцев расходились светящиеся в темноте провода. Рядом лежал точно такой же шлем, который венчали огромные очки. Его вид заставил Доктора рассмеяться.

– Да вы издеваетесь, – сказал он. – Я что, попал в фильм «Газонокосильщик»?

Доктор вгляделся в глаза робота-техника. Из-за этих нелепых усов он уже начал звать всех слуг «Фредди».

– Должно быть, я в 1985-м! – воскликнул он. – Ну что, Себ, больше никаких Интеллектуальных Молекулярных штуковин. Прости, что перевернул твою планету вверх дном.

Доктору было крайне интересно, где сейчас Надзиратель.

Вероятно, получает какие-нибудь важные надзирательские инструкции в своей специальной надзирательской комнате. А может, подравнивает усы.

Забавно: Доктор полагал, что именно этого Фредди Себастьян оставит в качестве охранника.

Кто-то должен был что-то заподозрить. Доктор поверить не мог, что ему до сих пор удается всех дурачить. Вырвать Бариса из лап лорда Перси было абсолютным сумасбродством – они даже видели, что он сделал. Просто не поняли как.

К счастью, Себастьян не обеспечил дополнительной защиты для трансматов – да и зачем? Они все равно были запрограммированы на случайное перемещение. Доктор лишь нажал кнопку чуть раньше, чем планировалось. Самое трудное заключалось в том, чтобы убедить всех, будто это сделал кто-то другой. Даже сейчас он не мог быть полностью уверен, что след не выведет на него.

Гораздо важнее было заставить Себастьяна отключить ИМТ, и это было непросто. Хорошо, что он оказался настолько подозрительным, насколько Доктор и надеялся. Себастьян предпочел бы потерять технологию, но не поделиться ей.

В общем, сейчас у Доктора появилось некоторое пространство маневра. Теперь он мог работать, не опасаясь разлететься на атомы по одному мановению руки. Проще простого.

Да уж. Проще простого.

– Ну, – вслух уточнил Доктор, – это если не считать, что еще нужно найти Донну, помочь Барису сбежать от лучших охотников в Галактике, а самому не попасться крайне подозрительному и невероятно могущественному психу, управляющему планетой, полной смертоносных роботов. А потом как можно быстрее вернуться назад, чтобы остановить чудовище, способное стереть человеческую расу с лица земли. Ничего сложного.

Он сделал небольшую паузу.

– Итак, Доктор! – торжественно начал он. – Ох. Снова разговариваю сам с собой. Увы, существу вроде меня всегда требуется аудитория. Мне нужна Донна. Кстати, вдруг Себастьян установил микрофоны и датчики движения, которые передают ему всю информацию?

Доктор огляделся по сторонам. Они могут выглядеть как угодно…

– Да нет, даже он не может работать так быстро. Или может? Неважно. Расставить приоритеты. Так называется наша игра. Ну что ж, Доктор… – Он бросил взгляд на абсолютно пустое запястье. – У тебя есть ровно один час и сорок две минуты по земному времени.

Доктор отпихнул очередного Фредди и уселся за одну из блестящих консолей. К счастью, ничего особенно сложного ему не предстояло: основные системы уже работали. Он подобрал тонкий провод.

– Нейрошлем? Нет уж, спасибо. Никогда не нравилась идея втыкать себе иголки в голову. Обычный шлем и перчатки вполне подойдут.

Доктор нацепил очки и запустил терминал. Перед его глазами возникли большие командные иконки.

– О-о, как мило, – протянул он. – Впрочем, ничего не имею против ретро. Как бы мне отправить Бариса в следующую зону? Особенно если учесть, что теперь, по всей вероятности, за мной наблюдают…

Он задрал голову и принялся изучать обшитый панелями потолок, выискивая какую-нибудь потрясающую идею.

Тридцать восемь минут спустя ему это удалось.

Пальцы Доктора запорхали по терминалу. Он с трудом сдерживал смех.

– Получи и распишись, Себастьян.

А теперь перейдем к действительно сложной части.

Доктор вздрогнул. Ему показалось, или позади действительно что-то шевельнулось?

Он снял очки и вернулся в реальность.

Его окружали по-прежнему замершие Фредди, но выглядели они так, словно знали, что он задумал. Их неподвижность нервировала. У Доктора было ощущение, что каждый раз, когда он погружался в виртуальную реальность Планеты 1, они делали шаг вперед. Что они просто притворяются – и вскоре сомкнут железные руки на его шее.

Доктор сделал глубокий вздох, отложил в сторону шлем и встал.

– Слушайте, – сказал он. – Если вы собрались на меня броситься, просто сделайте это. Ни к чему играть в игры.

Фредди и не думали шевелиться.

– Тогда заткнитесь, – велел Доктор. – Я буду вас игнорировать. У меня тут достаточно проблем с настоящими опасностями, чтобы тратить время еще и на воображаемые!

Как ни странно, разговоры с роботами помогали ему сосредоточиться.

Доктор попытался надеть свои обычные умные очки, но они лишь стукнулись о пластиковую поверхность компьютерных. Чертыхнувшись, он был вынужден убрать их в карман.

– Пораскинь мозгами, Доктор. Если бы ты был Себастьяном, куда бы ты спрятал Донну? – Он щелкнул пальцами. – Карту найти нетрудно. Трудно при этом сделать вид, будто ты ее не ищешь…

Внезапно в его поле зрения попали новые иконки.

– Да! – воскликнул Доктор. – Нашел!

Барис сидел за терминалом в центре управления Планеты 1. Он даже нейрошлем не использовал, словно напрашиваясь, чтобы его поймали.

Ликующий Надзиратель наблюдал за ним через монитор. Он специально не попадался ему на глаза, дожидаясь подобной возможности.

Надзиратель смотрел на Бариса целых пять минут, смакуя каждую из них, и только затем поспешил сообщить господину новости.

Себастьян использовал свободное время, чтобы потренироваться в искусстве фехтования. Он как раз упражнялся на парочке старых, еще работающих от аккумуляторов роботах, когда в спортивный зал влетел Надзиратель.

Конец ознакомительного фрагмента. Купить полную версию книги.

«Доктор Кто. Ловушка Доктора» » Саймон Мессингем » серия «Доктор Кто» » Научная фантастика

Саймон Мессингем Доктор Кто. Ловушка Доктора