Читать онлайн книгу «Бог вам судья. Закон бумеранга» автора Валентина Карабаджак

Вот и переступила порог королева Зима, покровительница ледяных ветров, хозяйка спящего королевства и Всевышнему Господу Богу нужно отдать должное за то, что он смог создать такую неземную сказочную красоту.

Едва с утра сегодня выглянуло низкое зимнее солнышко, как снежные шапки деревьев начали искриться холодным бриллиантовым огнём, заставляя жмуриться от яркости этого волшебного неземного света.

А деревья, покрытые снежным пологом, элегантно и терпеливо несли свою холодную ношу, покорно подставляя свои ветки и кроны под белоснежные хлопья и охапки, придающие им самые замысловатые формы.

Таксист притормозил. Повернулся, к Марии лицом и улыбнулся, во все тридцать два зуба не смотря, на свой пожилой возраст.

– Международный аэропорт Домодедово. Девушка, вы так переживали, а мы приехали на целых два часа раньше. Я старался дочка, ей Богу старался. Я, пожилой мужчина, как ты уже заметила, хотя внутри я ещё ого – го, да и себя ощущаю двадцатилетним парнем! – И смеётся вслух. – Но, как ни странно, годы берут своё, и мне, к огромному моему сожалению, не двадцать, как я ощущаю себя внутри, а под семьдесят. Я вот уже больше сорока пяти лет так сую, и поверьте мне, я вижу людей насквозь, как никто другой, и я, словно лучи рентгена, достаточно мне лишь взглянуть в его глаза, чтобы понять, что он за фрукт и с чем его вообще едят. Недаром в народе говорят, что глаза человека, это зеркало его души. Пусть тебя дочка оберегает Господь Бог, так как, ты очень хороший и добрый человечек и твои глаза тому подтверждение, а глаза, как правило, никогда не врут. Так что, успеете пройти спокойно и не спеша не только паспортный контроль, но ещё и чайку выпить вдоволь.

– Вы сейчас напомнили мне мою дочь. Вам обоим, как я смотрю, в скромности не отказать. – Мария щурит глаза и одарила пожилого мужчину своей ослепительной улыбкой. – Только пить я буду не чай, а кофе. Люблю до безумия этот напиток и без него не представляю себе жизни. Я просто заядлая кофе манка. Благодарю вас за то, что доехали без происшествий и вовремя. Вы мне поможете достать чемодан? – И протянула ему тысячную купюру.

– Конечно, помогу, но сначала, я хотел бы вас поблагодарить за вашу милую улыбку, за ваши столь красивые глаза и за ваш позитив, так – как, вы очень позитивный человечек и от вас веет только теплом и добротой. – Открывает дверцу машины и выходит.

– Спасибо вам. – Мария прихватив, свою сумочку с сиденья выходит вслед за таксистом, закрыв дверцу машины.

Мужчина подходит и протягивает ей ручку чемодана.

– Дочка, теперь каждый из нас в разные стороны. Счастливого пути и мягкой посадки вам. Земля круглая, может быть, когда ни – будь, да и свидимся, чем чёрт не шутит, – и одаривает Марию ослепительной улыбкой, на какую только способен. – Берегите себя и будьте счастливы.

– Спасибо. А вам удачи в дороге, хороших клиентов и долгих лет жизни. И вы тоже берегите себя, – и, ухватившись за ручку своего чемодана, направилась в сторону дверей.

Россия. Москва. Международный аэропорт Домодедово. 14.00

Сдав свой чемодан, в багаж и пройдя, таможенный контроль Мария, прошла в зал ожидания. Отыскав глазами, свободное место направилась туда. Положив, сумочку на стульчик сняла, куртку. Сунула руку в карман куртки, пытаясь отыскать свой мобильный, но его там не оказалось. На этот раз она сунула руку в другой карман и опять мимо – телефона не оказалось и там. Забеспокоившись, порылась в своей сумочке и опять всё тщетно.

– Вот овца, потерять свой телефон! – Отругала она сама себя, но от этого ей не стало ничуть не легче. – И как теперь я дозвонюсь до мужа и дочери? Господи, они же там сума сойдут! – И тяжело вздохнула. – Как говорят, после боя кулаками не машут. Пойти попить кофе что ли? Да, кофе, именно то, что мне сейчас так не хватает! – И Мария, на этой позитивной ноте прихватив куртку и сумочку, направилась в сторону кафе.

Едва Мария переступила порог кафе, как к ней подошла молоденькая официантка. Смерив её с ног до головы и натянув милую улыбку, она поприветствовала её.

– Добрый день. Что вам предложить?

– Добрый день, – точно такой же натянутой улыбкой Мария ответила девушке. – Пожалуйста, будьте добры чашечку двойного экспресс о и две порции карамельного мороженого. Благодарю вас.

– Да, конечно.

Мария прошла и уселась за столик, что у окна. Стараясь не думать о потерянном телефоне и настроиться на нужную волну, она окинула улицу ещё раз оценивающим взглядом.

– Красота, да и только, завораживает и пьянит, как хорошее вино! – Вырвалось у неё с уст непроизвольно. – Мы обязательно на Рождество приедем всей семьёй к родителям и побудем у них до Старого Нового Года.

Мария даже и не заметила, как к ней подошла молоденькая девушка примерно с её дочки лет и легонько дёрнула её за правое плечо. От неожиданности она даже вскрикнула.

– Ай!

Девушка виновато смотрит на Марию.

– Приношу свои извинения, что вас напугала. Ваш заказ: двойной экспресс о и две порции мороженого с карамелью, – и мило ей улыбнулась.

– Это вы меня извините. Давайте я сразу с вами расплачусь. Девушка, сколько с меня?

– С вас всего лишь семьсот рублей.

Мария достаёт с сумочки кошелёк и вытаскивает оттуда тысячную купюру и кладёт на пустой поднос.

– Девушка, сдачу можете оставить на чай. Благодарю вас, – и одарила её милой улыбкой.

– Это я вас благодарю и приятного вам аппетита, – девушка кладёт купюру себе в карман и отходит от столика.

Едва пригубив ароматного кофе, она опять устремила свой взгляд на улицу, туда, откуда вырисовывался красивый пейзаж – снег во всём его изобилии и красоты.

Она даже не заметила, как быстро пролетел час, пока любовалась сказочной красотой. Взглянув на настенные часы, она засуетилась.

– Мариш, тебе пора, – и встала со своего столика. – Время сейчас три, а в четыре у тебя вылет, а это значит, что уже через каких – то четыре часа ты, наконец – то сможет обнять и поцеловать мужа с дочерью. Господи, я жду не дождусь этой встречи! Я первый раз в жизни так надолго рассталась, с ними и этот месяц для меня тянулся, длиною в год, в вечность, и я уже буквально считаю не то, чтобы дни, но минуты и секунды! Но ничего, всё уже позади и скоро мы опять все будут вместе, – и на этой позитивной ноте Мария и направилась к выходу.

По пути в зал ожидания Марию ждал второй удар за сегодняшний день: её рейс перенесён из за нелётной погоды.

Мария тяжело вздохнув, направилась в сторону окна. Но стоило ей взглянуть, как её охватила паника.

– Этого не может быть! Я просто не верю своим глазам! Господи, Бог ты мой, мы же здесь проторчим до самого утра, если буря не уляжется! О, чёрт, сегодня явно не мой день! Сначала потеряла телефон, а теперь вот и рейс перенесён на неопределённое время! Зашибись! Офигеть! Я в шоке! – Ругается она вслух. – Что такое не везёт и как с ним вообще бороться? А никак! Да уж, зима, есть зима и никогда невозможно предугадать её, настолько она переменчива. Буквально ещё каких – то полчаса назад всё было спокойно, никакого ветра и бури. Даже небо в часы зимней бури становится тёмным и угрожающим. А этот порыв ветра только чего стоит? Он же просто срывает белоснежный покров с мирно спящих деревьев, вовлекая их в головокружительный и колючий поток? А это завывание вьюги, стремительная позёмка, рисующая на земле замысловатые узоры? – Мария постаралась успокоить сама себя, тяжело вздохнув. – Это же так красиво, ведь я всегда любила снег и зиму больше, чем любое другое время года. Я прекрасно знаю и то, что снег – это явление, завораживающее, и душа наполняется, радостью, а настроение становится приподнятым, но зима таит в себе и таинственные опасные стороны – лютые бури и беспощадный мороз, как сейчас, что творится по ту сторону окна. Ведь это и есть настоящая зима, такая разная и многогранная, готовая мгновенно перевоплотиться. Но, почему именно сегодня? – И она опять впала в панику. – Господи, утихомирь погоду и пусть мы сегодня взлетим и долетим домой живыми и невредимыми, прошу тебя Господи.

ТУРЦИЯ. СТАМБУЛ.

МЕЖДУНАРОДНЫЙ АЭРОПОРТ АТАТЮРК. 21.00

Алекс смотрит то на монитор, то на часы. Время как будто бы остановилось. Рейс, с которым возвращается его супруга Мария, задерживается вот уже на два часа. Он

гуляет взад – вперёд в зале ожидания всё время поглядывает на часы и на монитор.

Звонит мобильный. Алекс смотрит на входящий вызов. Отходит в сторону окна. Поднимает трубку. Но не успел он открыть рта, как дочь его опередила. – Папуль привет и с приездом тебя! Как ты? Когда прилетел со Штат? За меня не переживайте, у меня всё нормально и я вас с мамой жду дома! Дай, пожалуйста, мамуле трубку, а то я не могу до неё дозвониться вот уже несколько часов! Жуть как хочу услышать её голос, и я, так как по ней соскучилась! Вы сейчас забираете багаж или паспортный контроль проходите? – Выпалила всё на одном дыхании Лиза.

– Доча, я не с мамой. Я, как и ты, тоже вот уже несколько часов не могу до неё дозвониться.

– Подожди папуль, как это ты сейчас не с мамой?! – Обрывает отца на полуслове она.

– Лиза, что у тебя за дурная привычка всё время перебивать?! – На повышенном тоне отчитал отец дочь. – Мама сейчас не со мной, она даже ещё не вылетела с Москвы. Передали, что у них там нелётная погода, а её телефон вот уже который час вне зоны действия и я просто не нахожу себе место! – Голос отца взволнован. – Солнышко, с такими темпами я точно сойду сума.

– Папуль, ты успокойся там главное и не переживай. – Постаралась успокоить дочь отца, хотя и сама на том конце провода переживала, но спасало их обоих только то, что они на данный момент не видели свои же искажённые лица. – С мамой всё в порядке, не переживай, главное, настрой себя на нужную волну, то есть, на позитив, и тогда всё будет хорошо. Вдруг у мамы батарея села?

– Лиза, не беси меня и не выводи ещё больше из себя – на дворе двадцать первый век! Что, там, в аэропорту негде поставить телефон на зарядку что – ли?! – Опять срывается он на дочь.

– А, может быть, она телефон потеряла или его украли? – И деликатно перевела разговор на другую тему. – Пап, а ты хоть маме цветы купил?

От слов дочери Алекс оживился и расплылся в улыбке от уха до уха.

– Обижаешь дочь, конечно же, купил – её любимые! Детка, как жаль, что тебя здесь нет, и ты не видишь искажённые и завистливые взгляды женщин, когда они видят на моих руках этот шикарный букет белых роз! Женщины готовы просто убить своих мужчин, что те пришли с пустыми руками, смех и слёзы, да и только! Доча, как жаль, что я не женщина и мне никто не дарит таких красивых роз. – Обиженно произнёс отец, в трубку состроив гримасу, и с его лица моментально испарилась улыбка.

На том конце провода послышался весёлый звонкий смех Лизы, и она поняла, что сделала

правильный ход в разговоре с отцом.

– Да ладно, офигеть! Ты это сейчас серьёзно? Хотелось бы хоть краешком глаза посмотреть на все эти искажённые и завистливые взгляды! Значит, ты говоришь, что тебе их никто не дарит? Папуль, ты так сильно не переживай – я тебе подарю! – И снова слышен её весёлый звонкий смех. – Так держать и не вешать нос! Пусть эти все женщины завидуют и лопнут от злости и ревности, что не им достался такой мужчина! Я так за вас с мамой рада и горда! Очень жаль, что я всё – таки, не смогла приехать встретить вас. Извини, но у меня в универе была дополнительная пара. Я отпросилась, но не пустил декан – старый хрыч! Ненавижу его, такой упёртый баран, словно бык на ринге! – Со всей злостью произнесла Лиза в трубку.

– Эй, мне уже совсем не нравится, на каком языке ты заговорила! Лиза, чтобы я больше этого не слышал! Надеюсь, что ты меня поняла детка? – Отчитал он дочь и автоматически перевёл разговор на другую тему. – Доча, признаюсь тебе, что я волнуюсь как влюблённый мальчишка, как будто бы это наше с мамой первое свидание. Ты, может быть, и не поверишь мне, но я до сих пор в маму влюблён как в первый раз, несмотря на то, что мы прожили с ней счастливо в браке больше двадцати лет. – Отец как будто бы прочёл все мысли дочери и произнёс. – Не надо нам завидовать дочка, ты же прекрасно знаешь, что зависть, это одно из плохих качеств, и оно просто людей гложет изнутри и поедает словно червяк.

– Офигеть, папуль, я в шоке от того, что ты угадал мои мысли до того, прежде чем я успела открыть свой рот! У тебя, что появился талант экстрасенса? Папуль, не скрою, что завидую вам с мамой, но не чёрной, а белой завистью, к тому же, ты мой идеал. Дай Аллах в будущем и мне такого мужа как ты. Ты отличный отец, просто супер! – Похвалила она отца.

– Малыш, мне очень приятно. Льстит. – Алекс довольный улыбается словам дочери. – Твои слова мне словно бальзам на истерзанную душу – умеешь подсластить дочь, ох, как умеешь! Сейчас я себя ощущаю как жирный довольный кот, который объелся домашних сливок, а это значит, что я не такой уж и плохой отец, если моя единственная, родная, любимая дочь мечтает о таком муже, как его родной отец! – Похвалил он сам себя и остался вполне довольным всем этим.

– Офигеть, пап, вот тому и опровержение, а ещё говорят, что только женщины любят слушать ушами! – И расплылась в обворожительной улыбке от уха до уха.

– Лиза, хватит подлизываться, а то я скоро зазнаюсь и могу испортиться, хотя нет дочь, можешь продолжать, мне жуть как всё это понравилось, ох, как мне всё это понравилось! Обязательно встретишь ещё своего принца на белом коне. Извиняюсь дочь, не на белом коне, а на белом порше. – И смеётся от всей души так, что на него оборачиваются уже люди. – Какие твои годы детка, тебе же только восемнадцать малыш.

– А я и не подлизываюсь, разве что чуть – чуть, хотя, мне можно подлизываться, я, как – никак девочка, а девочкам на этом свете всё простительно! Порш говоришь? Порш папуль, это хорошо! – С издёвкой и не без доли сарказма отвечает дочь. – Я знаю папуль, что обязательно в жизни встречу именно такого мужчину, как ты, а иначе просто нельзя! Ну, а ты, папуль, такой классный просто потому, что рядом с тобой такая шикарная, роскошная и сильная женщина как наша мама, ведь недаром в народе говорят, что за каждым успешным и выдающимся мужчиной стоит сильная женщина, ведь именно мама и сделала тебя таким, кем ты и являешься на сегодняшний день! Это её заслуга. Мама – мой идеал среди женщин, поэтому, я стараюсь во всём ей подражать, быть её копией во всём, чтобы она в будущем мною гордилась и шагала по жизни с высоко поднятой головой, что у неё такая классная дочь. Понимаешь папуль, просто наша мама очень непредсказуемая и неординарная женщина. Никогда неизвестно как она поступит в том или ином случае и что от неё ждать, ведь она человек настроения и праздник. Папуль, ты со мной согласен?

– Да, ты здесь абсолютно права и я с тобой согласен на все сто дочь. Она – женщина с большой буквы, так что, у тебя есть с кого брать пример и кому подражать, на кого ровняться и чему учиться.

– Я из ста сто процентов уверена в том, что у вас сегодня будет такая встреча, просто зашибись! Господи, никогда себе этого не прощу, что меня нет там, чтобы заснять вашу встречу для будущего поколения! – Со всей строгостью произнесла она.

– Ты, как всегда на своей волне. Ну, что мама может сделать сегодня такое неординарное?

– Ты, хоть сам себя сейчас услышал, что только что сказал? Мама, у нас может всё, на то она и считается, нашей мамой и другой такой больше, нет! Да она любой восемнадцатилетней девчонке может спокойно фору дать и утереть нос, и не только им, но и всем влюблённым парам стоит у неё научиться нежности, любви и ласкам! Это наша мама и этим всё и сказано в двух словах папуль! У вас сегодня будет грандиозная встреча, вот увидишь, могу с тобой

даже поспорить!

– Солнышко, я исполню любой твой каприз, если ты окажешься права на счёт сегодняшней встречи. Даю тебе слово настоящего мужчины.

– Я, как смотрю, ты вошёл в азарт! – И лукавая улыбка озаряет её лицо. – Ладно, давай тогда поспорим на две недели поездки к бабушке с дедушкой в Молдавию на Рождество Христово и Старый Новый Год! Так мы с тобой договорились? Ну, что ты скажешь на моё предложение или тебе слабо спорить с собственной дочерью?

– Доча, ты прекрасно умеешь вить из меня верёвку, так – как, прекрасно знаешь, что я никогда не смогу тебе отказать ни в чём, даже если ты и проиграешь, ведь ты, как – никак папина дочь от кончиков пальцев и до самых мозгов! И в кого ты только такая?

– Папуль, много говоришь, к тому же, я это всё прекрасно знаю и всем этим умело пользуюсь! В вас родители, в кого же ещё больше, не в соседей же! Или я на соседей похожа? Я точно ваша дочь? Хотя, скажу тебе так папуль, что если я даже и на соседей похожа, то очень даже и ничего получилась, просто сногсшибательная красотка, кровь с молоком, фисташка, локум, конфетка! – Стала расхваливать она сама себя.

– Ах, Лиза, Лиза, ты совсем ещё ребёнок, мой большой и маленький ребёнок! До чего же ты себя любишь дочь!

– Папуль, себя надо любить и уважать в первую очередь, как никого другого и жить всегда в гармонии самой собой, как и говорила мне всегда мама! Иначе, если ты сам себя не любишь и не уважаешь, то никто тебя никогда и не полюбит – это закон природы и психологии! Даже самая страшная и некрасивая женщина на свете, если сможет обществу себя преподнести и подать в нужном амплуа, то будет выглядеть просто сногсшибательной красавицей, а та красавица рядом с ней просто уродиной, гадким утёнком как в сказке! А знаешь почему? Потому что эта женщина, как и я, живёт полностью в гармонии самой собой, вот и весь ответ! Папуль, я тебе так скажу, что это дополнительный бонус к моей красоте! Красивая внешность, смазливое лицо, плюс к тому же ещё и ум – далеко пойду папуль!

– Лиза, я польщён, не скрою, но крайне удивлён и шокирован. Доча, ты не только внешне на маму похожа в молодости, но и говоришь уже как она, да и голос у вас даже одинаковый. Единственное в чём ваше отличие с мамой так это ваш характер.

– Да папуль, ты здесь абсолютно прав и на все сто. У мамы характер властный и жёсткий, любит всех держать под рукой, в крепких уздах и ежовых рукавицах, но делает всё это тактично и мягко, что человек сам приходит к этому мнению, а не считает, что им управляют или манипулируют. Мне, чтобы дорасти до её уровня, придётся ещё съесть семь пудов соли и износить семь пар башмаков как в той сказке. Так что смотри: тебе повезло с женой, мне повезло с мамой, а её персоналу повезло с хозяйкой и боссом!

– Старайся и Аллах тебе воздаст за твои старания дочь! – С издёвкой говорит отец и уже нагло смеётся в трубку. – Дочь, я лишь одного не понимаю, когда наша мама на всё и про всё находит свободное время, она же постоянно занята ресторанами и очень много работает?

– После работы папуль, когда ты смотришь свой футбол, мама меня тащит на кухню и учит новым экзотическим блюдам и сладостям, а заодно и мне даёт уроки по психологии! Мы с ней много говорим по душам как две девочки и просто как две закадычные подружки, вот и получается так папуль, что мы обе сразу убиваем двух зайцев, вот и весь наш секрет с мамой! Так что, если желаешь присоединиться к нашим курсам, то будешь познавать и все азы кулинарии папуль, иначе нельзя! – И Лиза снова перепрыгивает с одной темы на другую. – Папуль, посмотри на монитор, что там объявляют, не приземлился ли ещё мамин самолёт?

Алекс удерживает телефон на ухе и смотрит на монитор.

– Нет, малыш, мамин самолёт не то, чтобы приземлился, но ещё и не вылетел с Москвы! Чёрт бы побрал эту нелётную погоду! – Алекс ругается в трубку как последний сапожник, позабыв о том, что его слышит дочь. – Дочь, кажется, что я сегодня ночевать буду здесь в аэропорту. Блин, у меня тысяча вопросов и ни одного вразумляющего ответа, хотя бы на один из них!

– Папуль, так это хорошо, что мама ещё там и что их самолёту не разрешили вылет.

– Лиза, детка, что здесь хорошего? – Он опять повысил голос сам того не замечая. – Я уже весь извёлся, гадая, что там с ней случилось, а ты мне твердишь, что всё хорошо?

– Пожалуйста, соберись, успокойся и не паникуй как ребёнок! – Голос Лизы стал строг и в нём послышались диктаторские замашки. – Ты меня понял?! И ещё, никогда на меня больше не ори!

– Извини детка, – его голос стал более мягким. – Нервы сдают. Я не хотел тебя обидеть.

– Проехали. Папуль, ты только представь, что наша мама в самолёте в эту нелётную погоду и там, в воздухе что – то случится? Тогда что? – Стала она давить на психику отца. – Раз мама ещё в Москве, значит с ней всё в порядке, она жива и здорова и ты должен радоваться за неё и за нас тоже. Прилетит. Погода нормализуется, и она обязательно прилетит, и вы встретитесь. Ты ведь не один её там ждёшь, правда? Оглянись вокруг себя и увидишь, что с тобой рядом есть много встречающих и ожидающих своих родных. Я права?

Алекс оглядывается по сторонам.

– Да. Здесь уйма встречающих людей со злыми искажёнными лицами, которые, как и я ходят из стороны, в сторону измеряя шагами зал ожидания и всё время смотрят, на монитор и часы.

– К своим отпрыскам иногда следует прислушиваться – плохого ничего не посоветуют! – И рассмеялась в трубку.

– Дожили, называется, когда яйцо учит курицу. – И Алекс состроил гримасу. – Но ты права.

– Я всегда права. А теперь спокойно жди и не переживай. Иди и попей кофе, поешь, ну не знаю папуль, займись там чем – то, поговори с кем – то, смотри короче сам. Я тебе больше звонить не буду. Ладно, давай пока, дома увидимся. Купите по дороге пиццу с колой, о кей?!

– Доча, ты лучше не рассчитывай на пиццу, поешь чего ни – будь дома или закажи у нас с ресторана что – ни будь, мы можем вернуться слишком поздно, я ведь не знаю, во сколько мама вылетит оттуда и во сколько она будет здесь в Стамбуле. Хорошо милая?

– Да папуль. Я тебя поняла, но всё равно, если приедете пораньше, то не забудьте по дороге и про мой заказ Поцелуй маму за меня.

– Я это дело обожаю. – Отец смеётся в трубку. – Детка, мне нужна профессиональная помощь дочери для своего единственного и любимого отца.

– Как же ты себя любишь, прямо, как и я! Мы с тобой сейчас настолько похожи, словно две капли воды! – И смеётся в трубку. – Говори папуль. Я тебя слушаю. Твой персональный доктор на связи. Где у вас болит Алекс бей?

– Не ёрничай дочь, тебе это не идёт. – Алекс старается придать своему голосу строгость, но у него ничего не получается и он вновь смеётся в трубку. – Так как, меня дома нет, и я не могу всем этим лично заняться, ты должна вместо меня организовать романтический вечер для нас с мамой. Этот орешек тебе по зубам? Я могу на вас рассчитывать Елизавета ханым?

– Обижаете, Алекс бей, между прочим, у меня есть та самая жилка, что и у мамы, которая так необходима в бизнесе! К тому же, в жилах вашей дочери течёт ваша кровь, а это может означать только то, что она не бездарна и вас ждёт сегодня потрясающий незабываемый романтический вечер на двоих в интимной обстановке в полумраке при свечах, шампанским, конфетами, фруктами и карамельным мороженым, да в придачу под песни мамы! Не волнуйся и не переживай папуль, ты ещё будешь мною гордиться! Чего не сделаешь для родных и любимых людей! – Съязвив улыбнулась в трубку. – Алекс бей, может быть, ваша душа ещё чего – то желает, есть ещё какие – то пожелания, просьбы? Пожалуйста, говорите, не стесняйтесь, ваша любимая, красивая и единственная дочь всё для вас организует на профессиональном уровне!

– Далеко пойдёшь дочь! – И Алекса накрыл очередной смех. – А пульт поставь перед дверью. Лиза, ты сейчас напоминаешь мне наших официантов. И не забудь сливки или карамельное мороженое положить во что – то холодное, чтобы они не растаяли, а шампанское положи в ведёрко со льдом.

– Я найду, куда их положить, чтобы они не растаяли. Папуль, я всё ещё радость и смысл всей твоей жизни, твой красивый и нежный цветок?

Алекс расплывается в довольной улыбке от уха до уха.

– Детка, ты действительно всё ещё радость и смысл всей моей жизни, ты мой красивый и нежный цветок. Я тебя целую и люблю.

– Я вас тоже целую и люблю родители. Бай, – посылает поцелуи один за другим в трубку и отключает свой мобильник.

Алекс то и дело смотрит на часы и монитор. Такое ощущение, что время остановилось. Сильно нервничает, хотя и обещал дочери взять себя в руки. Он уже в который раз за сегодняшний вечер прошёлся по всему залу ожидания пока, наконец – то не передали и монитор не вы святил, что рейс Москва – Стамбул удачно приземлился, а это означало, что скоро они встретятся.

Наконец – то появились и первые пассажиры. Они начали по одному выходить и все встречающие засуетились. Оживился и сам Алекс. Появилась Мария. Остановившись, она отыскала глазами мужа. Улыбнувшись, помахала ему рукой, послав воздушный поцелуй. Алекс, улыбнувшись, помахал ей в ответ, удерживая букет в другой руке. Он уже не спускал влюблённых глаз с жены. Их обоих разделяло всего лишь несколько сотен метров.

Мария едва не вскрикнула любимое имя супруга, но вовремя прикусила нижнюю губу. От неловкой ситуации спас недостаток воздуха в лёгких, она смогла подавить вспышку эмоций и перевести дыхание. Потом сделала несколько шагов навстречу Алексу и, послав все условности куда подальше, бросилась к нему.

Он поймал её и закружил в своих объятиях, напоминая сейчас сентиментальную пару из любого когда – либо снимавшегося романтического фильма. Они давали, настоящее откровенное представление и были, на своей волне и очень далеки от реального мира и им обоим было, глубоко наплевать на то, что за ними наблюдают несколько десятков глаз. Алекс прижался лицом к её шее и нежно коснулся её губами. Их первый поцелуй после месячной разлуки сначала был нежным, но лёгкое прикосновение губ вскоре обернулось резким, глубоким выражением страсти.

– Привет, мой хороший, мой родной и любимый человечек. – И кусает нижнюю губу. – Ты соскучился по мне? – И лукавая улыбка озаряет её лицо.

Алекс краешком губ улыбается. Он явно ждал этого вопроса от супруги.

– Твой коронный вопрос детка: Соскучился ли ты по мне? Отвечаю малыш, кладя руку на сердце, что по тебе очень соскучился и это ни какими словами не передать. Почему ты не отвечала на мои звонки?

– Я потеряла телефон, к тому же ещё и эта погода нелётная, всё собралась в одну кучу. Извини. Переживал?

– Переживал ли я? – Он крайне удивлён её вопросу и долго внимательно смотрит на неё. – Всю мою сознательную жизнь я старался избегать крайних эмоций, а ты… вытаскиваешь их из меня, все чувства, которые мне были чужды, до встречи с тобой… а это очень… – он хмурится, подыскивая слово. – Тревожно… Я люблю всё держать под контролем Машенька, а рядом с тобой это просто… – в его глазах мелькает удивление, – невозможно. Этот месяц прошёл для меня длиной в год. – Алекс делает неопределённый жест рукой, проводит ею по волосам и тяжело вздыхает. – Отныне только вдвоём… малыш я скучал… как хорошо, что ты приехала… – он тяжело дышит, пытаясь взять под контроль судорожную реакцию собственного тела, обрести равновесие.

– Милый, мне поверить? – Лукавая улыбка озаряет её лицо, и она подмигивает мужу.

– Мы с тобой женаты больше двадцати лет и у нас растёт наш желанный ребёнок, плод нашей с тобой любви и наша частичка, наша с тобой любимая дочь, а я всё также в тебя влюблён как в первый раз. С годами я к тебе больше привязываюсь, хочу тебя, как никогда и никого, мне тебя хочется всегда, все двадцать четыре часа в сутки. Ты, как вино и выдержанный коньяк малыш, с годами всё хорошеешь, становишься всё краше и лучше на вкус. Ты с каждым разом волнуешь меня снова и снова, будоражишь меня и мою кровь, держишь меня всё время на узде, тебя мне хочется пробовать на вкус снова и снова, и, поверь мне, я от этого получаю кайф и небывалый адреналин. Я знаю, что так не возможно сильно любить и хотеть одну женщину, но от одной лишь только мысли, что я тебя потеряю или с тобой что – то может случиться, я схожу сума. Не дай Аллах, если с тобой что ни будь случиться, то я вряд ли смогу это пережить. Я самый счастливый мужчина на свете и не побоюсь этого смысла слова, ведь именно мне довелось встретить тебя, одну единственную и неповторимую женщину на свете и что именно я и обладаю этой неземной красотой. – И не спускает с неё своих затуманенных глаз. – Я отдаю Всевышнему Аллаху за это должное и бесчисленно благодарен ему за то, что он послал мне тебя. – Он одним движением руки убирает с её волос заколку и её красивые шикарные огненные рыжие волосы крупными локонами спадают на плечи. – Как же ты красива – моя рыжая бестия. – Пропускает свои пальцы в её волосы, нюхает и целует их. – Как же я обожаю твой этот цвет – рыже – золотистый, напоминающий мне огонь, страсть и саму тебя, хотя, тебе все цвета радуги идут.

Мария не в силах сдержать ликование. Её подсознание смотрит на неё саму с изумлением и молчит. Она расплывается в довольной улыбке и жадно вглядывается в измученное лицо любимого мужчины, ведь его нежное, сладкое признание отзывается в глубинах её души. Эти его короткие признания в любви для неё словно манна небесная. Она поднимает руки, берёт в ладони его милое, до боли родное лицо и нежно целует, выражает этим всю свою любовь. Как же, оказывается, она соскучилась по сладким его речам, на которые был способен его супруг.

– Соскучилась по тебе милый, по твоему запаху, который до сих пор помню и храню. – Мария вбирает в себя глубоко его запах и шепчет в самое ухо, тихо и нежно, почти шёпотом. – Он не сравнится ни с одним дорогим одеколоном на свете, ведь он присущ только тебе одному и никому другому и им пахнешь ты, родной и любимый мой мужчина, любовь и смысл всей моей жизни.

У Алекса на губах появляется довольная улыбка, которая моментально озаряет его лицо.

– Кайфую от твоих слов детка, тащусь, они мне так классно действуют, словно бальзам на истерзанную душу. Умеешь любимая масла намазать на хлебушек, ой, как умеешь. – Его лицо приобретает строгость, хоть Мария и видит, что это ему даётся с неимоверным трудом и за всем этим «фасадом» скрывается очередной каверзный вопрос мужа. – Я никак не могу понять одного любимая, от чего больше всего соскучился; по тебе самой или по твоим сладким нежным губам и умелому языку, который такое творит со мной. – Алекс расплывается в довольной улыбке и проводит указательным пальцем по её пухлым губам. – Ах, эти сладкие пухлые губы и этот язык, я с трудом уже себя сдерживаю, чтобы не овладеть тобой прямо здесь. – Алекс едва дышит, но всё так же продолжает свои движения пальцем, очерчивая контуры её губ. – Да – да, именно, я соскучился по твоим нежным и сладким как мёд губам и по твоему умелому языку, который сводит меня в буквальном смысле этого слова сума и доводит до блаженства, до наивысшей точки наслаждения. После тебя я всегда парю в невесомости, находясь и балансируя где – то между небом и землёй. В чём – в чём, но в постели, ты просто профи – высший пилотаж и тебе в этом нет равных. Предложи мне выбор: модель, у которой ноги растут от ушей и с третьим бюстом или деловой костюм, то я выбрал бы костюм, а не модель.

– Так я тебе и поверю! Ещё ни один кобель на свете не смог просто вот так вот взять и отказаться от молодого красивого женского тела!

– Возможно, не спорю. Но скажу тебе одно, что тебя для меня много, очень много, и мне тебя хватает. Ты мне даёшь столько дозы и адреналина за одну ночь любви, проведённой с тобой, которую другие мужчины, может быть, не получают и за пару месяцев, но, признай пожалуйста и тот факт, что я – самый лучший и сексуальный мужчина на свете! Ты со мной согласна малыш?

Мария расплывается в довольной улыбке и уже не отрывает своих красивых глаз от мужа, который с таким энтузиазмом расхваливает себя со всех сторон.

– А – а – а, офигеть! Твоя самооценка, дорогой любимый муж, не ниже моей! Да и твоя фирменная, лукавая и порочная улыбка под названием: Я знаю, насколько я обворожителен, вернулась, наконец – то, на твоё лицо! Я не видела эту твою самодовольную улыбку, целую вечность! – Пытается надуть свои губы в бантик, но у неё ничего не получается и её снова и снова накрывает смех. – А я – то летела к тебе на крыльях любви, думала, что меня дома ждут и любят, а ты смотри, что он тебе говорит…

Алекс с Марией давали откровенное эротическое шоу перед любопытной публикой позабыв про этикет и всё остальное что с ним связано не оставив равнодушным никого. Кто – то тихо перешёптывался и осуждал, качая головой, а кто – то просто с восхищением и умилением смотрел на них, ведь эти двое, которым давно не по восемнадцать и не двадцать, не замечали никого вокруг себя, настолько им сейчас было хорошо вместе и настолько они сейчас были полностью погружены в себя. Любопытная публика просто не успевала следить за выражением их лиц, которые менялись с неимоверной скоростью Бакинского ветра; оно, то выражало шок, то удивление, то смех, то они оба пронзали друг друга взглядами, словно лучи рентгена.

Мария пристально смотрит в глаза мужу. Снова и снова кусает нижнюю губу. Слёзы радости, пусть и непрошеные, вот – вот должны политься с её красивых глаз, но она, набрав в себя больше воздуха, отодвигает их на второй план.

– Кстати милый, можешь нас поздравить – подписала контракт на год. Видишь, какая я у тебя молодец!

– Я знаю любимая, что ты не только красивая, но и умная и я тобой горжусь.

Мария задохнулась от волнения, и Алекс заметил, как соблазнительно приоткрылись её уста. Не в силах контролировать свой неуемный порыв, она потянулась к его губам, желая их неистово ласкать, проникая, всё глубже и глубже. Она часто задышала, и Алекс увидел, как её губы замерли в дюйме от его губ, едва слившись в поцелуе.

Секунды, минуты продолжали мирно тикать, отмеряя, тем самым время и с каждым нарастающим мгновением их тела больше и больше разгорались, огнём страсти и нетерпения, и они оба, хотя и пытались казаться непроницаемыми, еле сдерживали свои эмоции.

Мария уже едва дышала. Их дыхания уже слились воедино и они, отмечала уже она про себя, что дышат с ним равномерно, в унисон. Её губы уже искали его губы. Она нежно отозвалась, на его ласки и тем самым сильнее прижавшись, к его телу, от которой исходил жар, который испепелял их так изнутри. Поначалу это было лишь едва заметное касание уст, и она прильнула к нему ещё ближе, даря откровенно страстный поцелуй, снова и снова. Им обоим стоило огромных усилий преодолеть всё это над самим собой, чтобы, наконец – то оторваться друг от друга.

– Милая, мы стали с тобой объектом всеобщего внимания. Такое ощущение, что мы находимся, в какой ни будь, галерее или нас с тобой снимают для какого – то меланхолического фильма, где мы с тобой играем влюблённую парочку. Идём домой. Я хочу насладиться тобой и твоей любовью дома в своей постели и под горячей водой каскада, – он со стоном заключает её в объятия, держит так жадно, словно она воздух, необходимый ему для дыхания. – Маша… – он уже хрипло дышит и шепчет ей в ухо, хотя, многие из любопытных глаз наверняка слышат его слова. – Я тебя так сильно хочу, но не здесь. Идём домой малыш, а то я за себя не ручаюсь. У нас с тобой сегодня, как, впрочем, и всегда, будет незабываемая ночь любви, и, тем более, что мы оба просто сгораем от страсти и нетерпения. Да и Лиза нас с тобой дома уже давно заждалась. Да, кстати, не забудь мне напомнить, что по дороге домой нужно купить колу и заказать пиццу. Лиза попросила. Сегодня у Фатмы выходной.

Мария проигнорировав слова мужа, нежно касается его шеи, целуя туда, где учащённо бьётся его пульс, поднимается всё выше и выше, дойдя до мочки уха.

– Идём, а то и я тоже за себя не ручаюсь, – и лукавая улыбка озаряет опять всё её лицо.

– Ты ещё совсем ребёнок, хоть и мама взрослой дочери, но, именно всё это, мне в тебе нравится и так меня заводит. Мне с тобой не скучно и я никогда не знаю, что последует от тебя в следующий момент – ты непредсказуема. Просто ты – женщина с большой буквы и самый мой любимый человечек. Я тебя так люблю и обожаю. Это тебе малыш, – и протягивает ей букет роз.

– Спасибо. Они такие красивые милый, – расплывается в лукавой улыбке и кусает край нижней губы. – Правда, не настолько красивы как я, но всё же красивы.

– Не делай так. На меня всё это сильно действует. Я и так сильно взволнован и на грани предела нахожусь, чтобы тобой прямо здесь не обладать. – Он приподымает брови, удивлённый и довольный одновременно. – Да и не только на меня, но и на всех мужчин это будет также действовать. Твоя улыбка с сияющими глазами просто бесподобна и ни с чем на свете не сравнится. Когда ты вот так улыбаешься, то ты вся светишься как снаружи, так и изнутри, и тогда твои красивые голубые глаза напоминают мне огни ночного Стамбула. Милая, – он тянется к её губам и когда их губы соприкасаются, природа поцелуя меняется за наносекунду – по их обоим жилам опять проносится огонь страсти и влечёт их друг к другу.

– О да, милый, это то, что мне сейчас так нужно. – Внезапно пальцы Марии погружаются в его волосы.

Алекс хватает её и сильнее прижимает к себе, ладони обхватывают её лицо и их языки сталкиваются друг с другом. Отстраняется от неё и берёт за руку. Его глаза потемнели, подёрнулись туманом.

– Детка идём. К тому же нам нужно взять и твой багаж малыш.

Глава – 2

Их машина свернула в сторону Бебек – один из самых элитных, престижных и дорогих районов Стамбула. Здесь живут «сливки» Стамбула. Да и сама чета Алекса и Марии принадлежала к этому самому обществу сливок, а их особняк неимоверных размеров не мог также оставить никого равнодушным.

– Господи, милый, как же оказывается, я соскучилась, по Стамбулу, ты даже себе не представляешь! Я объездила полмира, но люблю до безумия именно этот город во всей её красе!

– Машунь, у меня к тебе предложение.

Мария внимательно смотрит на мужа. Молчит и терпеливо ждёт.

– Предлагаю Новый Год встретить в Швейцарии, так как вы с Лизой обе обожаете эту красивую сказочную страну, ну а Рождество Христово и Старый Новый Год предлагаю отпраздновать в Молдавии. Я знаю, что ты соскучилась по родителям своим, как и они по своей дочери, да и Лиза просила меня об этом. Как тебе такое предложение детка? – И смотрит на супругу влюблёнными глазами.

– Милый, мы с тобой даже мыслим одинаково, – и её лицо вновь озарила ослепительная улыбка. – Я тебя обожаю!

– Я знаю. Малыш, тогда на днях я бронирую билеты в Швейцарию и в Молдавию.

– А вот этого делать не стоит. Ты можешь билеты бронировать только в Швейцарию, а домой мы съездим на нашей машине.

Алекс, округлив свои глаза, недоуменно посмотрел на супругу.

– На машине? Ты уверена в своём решении, ведь это добираться сутки как минимум, к тому же надо проехать четыре таможни?

– Да, я уверена, и на все сто! Зато проведём вместе со всей семьёй целые сутки, ну а если устанем, то можем подышать свежим воздухом и всё остальное милый.

– Как скажешь любимая. Кстати, завтра у нас в ресторане свадьба сына одной известной пары. Там будет вся пресса и телевидение Стамбула, папа рации. А Лиза лично займётся твоим имиджем с ног до головы. Детка, признайся, что наша дочь делает это лучше любого профессионального парикмахера и визажиста.

– Да милый, Лиза в этом деле действительно профи и она у нас уже совсем взрослая девочка. Как же быстро время пролетело, как будто бы этих двадцати с лишним лет и не было никогда. – Машунь, у меня такое ощущение, что прошло не двадцать с лишним лет, а каких – то два дня с хвостиком.

– Ну да, конечно милый, если не считать морщин на наших лицах, – и смеётся.

Алекс, не отрывая своих глаз, смотрит на жену.

– Милая, родная, сладкая, нежная, красивая моя, с твоих уст только что вылетевшие слова сама хоть услышала? Тебе сорок два, а у тебя нет ни одной морщинки, и ты выглядишь на вид не больше двадцати восьми – тридцати лет! Когда я с тобой гуляю под руку, то на тебя все оборачиваются. Провожают завидным взглядом мужчины и молоденькие парни, желая и мечтая обладать тобой хоть на часок, а ты мне говоришь про годы? Ты фору дашь ещё молоденьким девочкам и мне всё это чертовски приятно и льстит! – Его глаза загорелись и заблестели. – Да и чувствую себя я после всех этих взглядов мужчин на улице прекрасно. Ведь именно мне одному достался столь редкий цветок Лотоса. Лишь я один обладаю им. Они, любимая, могут только смотреть и мечтать о тебе и о твоём теле, облизывая себе палец, но обладать всегда этим богатством буду только я! А когда с Лизой вы вместе идёте, рука под руку, то все принимают вас за сестёр. Кстати, маленькая копия тебя подрастает, так что, я обладаю, дома двойной красотой, моя девочка, и мне принадлежат две шикарные женщины: ты и Лиза – самые дорогие и любимые два моих человечка.

– Я знаю любимый. Мы с Лизой тоже тебя любим. Алекс, не хочу ходить вокруг да около, но у меня к тебе очень серьёзный разговор, просто так в двух словах не расскажешь и не объяснишь. Если ты не против, то давай несколько минут побудем у моря.

Алекс притормозил машину, как того и хотела Мария. Убрал руки с руля и повернулся в её сторону всем своим корпусом.

– Твоё слово для меня закон, моя госпожа, королева, невеста, любовница и жена. – И посылает жене губами воздушный поцелуй.

Мария кусает нижнюю губу и ёрничает на кресле пытаясь подобрать правильные слова для предстоящего разговора.

– Алекс, не хочу ходить вокруг да около, но как ты смотришь на усыновление?

Алекс, приподняв правую бровь, недоуменно смотрит всё ещё пытаясь понять, шутит жена с ним или нет. Наконец к нему вернулась ясность мыслей.

– Ты сейчас это серьёзно или так шутишь?

Мария не сводит пристальных глаз с мужа.

– Алекс, я, что похожа на шута? С такими вещами не шутят милый. Мы оба с тобой обожаем и любим детей. Оба уже две состоявшиеся личности и можем себе этого позволить. Мы оба с тобой мечтали о большой и дружной семье, но Господь Бог и Аллах нам больше их не дал, сколько бы мы с тобой этого не хотели. Как ты на всё это смотришь?

Алекс немного замялся, но потом отчеканил как в армии солдат.

– Главное, чтобы Лиза… я тебя поддержу во всех случаях… – Алекс тяжело вздохнул.

– Не переживай мой хороший, Лизу я возьму на себя.

Алекс вновь тяжело вздохнул.

– Милая, как ты со всем справишься, ведь на твоих хрупких плечах держится весь наш бизнес: сеть огромных девяти ресторанов? Кстати, а кого ты хочешь усыновить: мальчика или девочку? – Посыпал он её вопросами один за другим.

– Не переживай мой хороший, я со всем справлюсь. Если не справилась бы, то и не и не предложила. Если вы с Лизой будете не против, то я хочу усыновить сразу шестерых малышей, – довольно спокойно отвечает она и внимательно следит за его выражением лица. – Что мало? – Кусает до боли губу и уже с трудом себя сдерживает, чтобы не рассмеяться.

– Шестерых?! – Выражение его лица меняется с неимоверной скоростью Бакинского ветра. – Офигеть, я просто в шоке! Ущипни меня, что я не сплю.

– Я вижу, что ты до сих пор в шоке и никак не можешь отойти. Давай мы об этом поговорим дома, сев за круглый стол переговоров после свадьбы. Идёт?

– Идёт. Фу, полегчало. Ну что, сворачиваем к морю на наше с тобой любимое место?

– Да.

Алекс отъехал пару сотен метров в сторону моря и припарковался в их излюбленном месте. Мария с восхищением оглядывается по сторонам.

– Обожаю море во всей её красе. Милый, какое же оно красивое, что днём, что ночью. Особенно оно прекрасно в своей неповторимой красе ночью, а эти огни ночного Стамбула – просто не передать и не описать никакими словами! Здесь безлюдно и красиво; огни со всех сторон, прекрасный вид на Босфор и лишь мы вдвоём.

Алекс нажимает на кнопку своего сиденья и удерживает палец до тех пор, пока оно полностью не принимает лежачий вид. Потом тоже проделывает и со вторым креслом. Дальше быстрыми движениями рук стаскивает с себя футболку.

– Детка, меня сводит сума и сбивает с толку твоё откровенное декольте и чулки. Ты даже себе представить не можешь, как оно на меня сейчас действует, и что я сейчас с тобой здесь проделаю, ведь я до дома не дотерплю малыш. Иди ко мне. Адам хочет свою Еву, – и тянется к ней.

Мария сама того не понимая оказывается у него на коленях.

– Какая же ты красивая и всегда желанная у меня. – Он смотрит ей в глаза, и они оба уже дышат в унисон. – Мой взрослый и в то же время маленький ребёнок, моя рыжая бестия, как же я тебя люблю и хочу.

Она смотрит на потолок машины, которая задевает её за голову.

– Ничего не поделаешь – машина есть машина, придётся потерпеть. – Алекс виновато пожимает плечами. – Понимаю, неудобно, но как говорят предки: В любви все средства хороши.

Алекс не спеша отпускает с её плеч платье и вот она уже предстаёт перед ним в красивом белом белье с кружевами. Он молча, облизывает свои пересохшие от возбуждения губы и всё так же не сводит с неё полных огня и желания глаз. Он отстёгивает сзади ей бюстгальтер, и оно медленно спадает вниз, и тем самым, открывает его взору её округлости.

Мария не в силах отвезти от мужа глаз. У неё перехватывает дыхание. И где – то внутри, в тёмной глубине, её мышцы сжимаются от сладостного томления. Чувство такое приятное, что хочется закрыть глаза, но она словно загипнотизирована пылающим взглядом.

– Малыш, ты вся уже мокрая и сочишься. Ты готова, – он наклоняется к ней и его губы, уверенные и неторопливые, сливаются с её губами.

Алекс как неожиданно целует её, то так неожиданно и отстраняется от неё. Приподымается. Запускает обе руки в её волосы, обхватывает её голову с двух сторон и смотрит в глаза. Он жадно целует её, и вот уже его язык и губы сплетаются с её губами. Она не может сдержать стона, и её язык уверенно тянется ему навстречу. Он обхватывает её руками и привлекает к себе. Одна рука остаётся в её волосах, а другая опускается по её спине вниз до талии, а потом ниже – на попу и мягко её сжимает через кружевное бельё. Алекс удерживает её на уровне своих бёдер, и она чувствует его эрекцию, которую он мягко толкает в неё через штаны.

У неё вырывается стон, и она уже с трудом сдерживает свои чувства, в крови бушуют гормоны. Она просто изнемогает от желания и ёрзает на нём. Сжав его руку, она чувствует бицепс.

– Милый, твой бицепс удивительно сильный, мускулистый, – и уверенно проводит рукой по его лицу, касаясь волос. – Боже, Алекс, они такие мягкие, покорные, – и нежно тянет за них и он стонет. – Любимый.

– Иди ко мне… я так тебя люблю и хочу… – шепчет он тихо и тянет её к себе.

Мария даже не пыталась протестовать, но следующее мгновение, стоило его лишь языку прикоснуться к её затвердевшему соску, как с её уст слетел стон блаженства. Когда он уже нежно взял в рот этот розовый холмик, всё её тело напряглось, сжалось. Она сама того не заметив, забилась в его руках, а он, всё с тем же неистовством целовал соблазнительные её округлые груди.

Немного ослабив свой натиск, он, ухватившись за её округлые ягодицы, приподнял чуть вверх и за какие – то минуты очутился сверху неё, поменявшись тем самым с ней местами. Стащив с неё платье, он, удерживая её крепкими руками, уложил на кресло и принялся ласкать губами ей живот и бёдра. Вдруг неожиданно резко поднялся и посмотрел на неё сверху вниз затуманенным взглядом полным страсти и похоти, желания. Слова на данный момент были абсолютно не нужны. Алекс в отчаянии сжал её лицо в ладони, жадно ища губами её губы. Он снова и снова прильнул к её губам, страстно их, целуя, и продвигался всё глубже, и глубже, словно заявляя на неё все свои права. Неистово, будто бы, пытаясь выпить её до дна, Алекс опускался всё ниже и ниже.

– Детка, малыш, чем выше любовь, тем ниже поцелуи.

Мария уже не сдерживает стонов, да и он тоже. Она так соскучилась видеть мужа перед собой на коленях, чувствовать на себе прикосновение его губ. Она держит его руками за волосы, пытаясь успокоить сбившееся дыхание. Алекс смотрит на неё снизу вверх: взгляд его глаз прожигает её насквозь. Он проводит губами по её коже, уверенно поднимаясь всё выше и выше, то нежно целуя, то мягко покусывая.

– Ох, родной мой, я так сильно хочу тебя… – из неё вырывается стон. – Пожалуйста, умоляю тебя, не мучай меня больше. – Она всё ещё возится с его поясом на штанах. – Помоги мне справиться с твоим же поясом и войди в меня.

– Ты так красива, а твоя кожа так нежна, даже несмотря на твои годы, она напоминает мне шёлк и её хочется целовать снова и снова. – Голос Алекса наполнен восторгом. – Любимая, что ты сделала со мной? – Ласково отзывается на её слова муж. – Не останавливайся, ладно? – Алекс запускает обе руки в её волосы и запрокидывает её голову, открывая себе доступ к её шее.

Её пальцы всё ещё возятся с его поясом, расстёгивают пуговицу и тянут вниз молнию. Алекс отодвигает в сторону её руку и тем самым помогает супруге стащить вниз свои штаны вместе с боксером. Покончив со штанами, он уверенными движениями рта и языка поднимается вверх, продолжая её ласкать и целовать. Их глаза встретились: его чёрные как сама ночь и её бездонные как сам океан. Алекс раздвигает руками широко её ноги и спокойно размещается у её ног. Целует её за мочку уха, в шею, доводя её до пика наслаждения. Она чувствует уже бедром его эрекцию и начинает ёрзать под ним.

– Милый, наша машина наполнилась запахом секса и звуком наших слившихся воедино стонов.

– О Аллах, как же хорошо! – Вырывается у него. – Любимая, это прекрасно, восхитительно, – шепчет он и целует её за ухом. – О Аллах, как же здесь всё – таки хорошо, тепло, уютно и в безопасности как дома. Они поладили между собой любимая, ведь они так соскучились друг по дружке, точно так же, как и мы с тобой. – Алекс опускает свои затуманенные глаза вниз, туда, где соединились их малыши. – Я хочу тебя всегда и всю… я хочу владеть каждым дюймом твоего тела… ты вся моя… моя и ничья больше… – его голос звучит мягко и категорично.

– Да мой родной… я твоя и ничья больше… – Мария притягивает мужа к себе за волосы, он входит в неё и уже весь мир погружается в бездну и вместе с последним движением его языка она буквально падает в оргазм.

Алекс стонет и набирает привычный свой ритм, движется и движется без устали, вперёд, внутрь, наполняя её и это восхитительно. Она находит радость в своей беспомощности. Радость полной капитуляции перед мужем. Ей приятно, что он может раствориться в ней так, как он хочет. И она может позволить ему это. Он переносит её в такие места, и они вместе наполняют их ослепительным светом.

– О Аллах, какое блаженство, какое наслаждение, – и Алекс замирает, выливая в неё своё сердце и душу. – Маша! – Выкрикивает он её имя и падает без сил на неё. – Ты прелесть. Чудо.

– Алекс хватает её лицо и смотрит в глаза. – Ты только моя, моя и ничья больше, ну, а я, сто килограммовый медведь твой и ничей больше. Я мужчина малыш и всем этим всё и сказано.

Мария нежно касается его уголков губ. Присоединяется к мужу.

– Да милый, ты прав. Ты мужчина. Ты только мой и всем этим сокровищем обладаю лишь только я одна, и никто больше не имеет права доступа к нему. – И ещё крепче прижимает к себе, окольцевав его руками и ногами. – Да, я собственница любимый, но это не означает то, что я у тебя ревнивая. Вовсе нет. Если я делю свой дом и постель с мужчиной, то мы должны, просто обязаны доверять друг другу, а иначе и быть не может, ведь где нет доверия, то там нет и любви. Любимый, никогда не отпускай меня больше одну, никогда и никуда, – томно улыбается она ему.

– Я больше никогда тебя не отпущу никуда одну, ты мне нужна, как воздух и вода. – Алекс не сводит с неё своих влюблённых глаз; в них полно любви и нежности по отношению к этой хрупкой женщине. – Ты не только у меня красива и сексуальна, но и очень мудра. Я могу смотреть на тебя так долго, бесконечно, – нежно заявляет он и прижимает её к себе. – Я тебя обожаю малыш. – Алекс опускается всем своим огромным и тяжёлым телом на неё сверху.

Господи, – пронеслось у неё в голове, – не сделай так, чтобы моё хрупкое и женское счастье под названием «моя семья», которая состоит из двух мне дорогих и сердцу любимых человечков распалась. Не лиши нас этого маленького счастья. Я так боюсь, что с нашей семьёй произойдёт что – то ужасное и непоправимое. Моё сердце и моя интуиция никогда меня ещё не обманывало, и не подводила. Почему мне всё время кажется, что произойдёт в моей семье что – то страшное и ужасное? Почему эти мысли постоянно лезут в мою прелестную головку и как мне от них избавиться?

Прошло ещё какое – то время, прежде чем они отдышались и пришли в себя. Алекс приподымает голову и внимательно смотрит на супругу. Подмигивает ей.

– Говори малыш, не молчи, я же вижу и читаю всё по твоим глазам, что ты хочешь меня или о чём – то спросить или попросить. Уж слишком хорошо я тебя выучил за эти двадцать с лишним лет.

– Любимый, если ты не устал, то давай выйдем и подышим свежим морским воздухом.

– Я не устал. Я за тебя переживаю. Но, если ты того желаешь, то я с удовольствием составлю тебе кампанию.

Они вышли и прошли к берегу моря, которое было буквально в двух шагах от них. Алекс сзади обнял жену, крепко окольцевав её руками.

– Наше с тобой это место не все знают любимая. Здесь нереально красиво и прекрасный вид на Босфор. Сильно скучала по морю, да?

– Очень милый, – и кусает нижнюю губу, – жуть как скучала, хотя море есть и в Баку, но мне никак не удавалось до него добраться – постоянные деловые встречи. Как же здесь красиво и спокойно милый. – Она снова и снова глубоко в себя вдыхала запах моря.

– Малыш, ты так глубоко вдыхаешь в себя запах моря, как будто бы боишься, что его вот – вот у тебя отберут, точно так же, как у младенца грудь. – И ехидная улыбка проскальзывает на уголках его губ.

Мария загадочно улыбается на его слова.

– Угадал любимый. Попал в десятку. Особенно море красиво ночью, хотя, море всегда красиво. Море сегодня какое – то спокойное и тихое. Недаром говорят, что море на всех людей действует позитивно, успокаивает душу и всё такое, ведь человек тогда полностью отвлекается от всех и всего, от неприятностей и повседневной суеты, от проблем и негатива, ведь тогда он окунается в совсем другой мир не только телом, но и душой и мыслями. Не знаю как для кого, но когда я нахожусь на берегу моря, я душевно отдыхаю, забывая многие проблемы, наслаждаясь просторами, которые представляет берег моря. Знаешь, всё – таки Господь Бог есть на свете, раз смог создать и сотворить такую красоту и огромный кусок рая на этой грешной земле.

Алекс целует Марию в шею, туда, где учащённо бьётся её пульс.

– Ммм… – уже стонет она. – Так приятно любимый, – мурлычет она как довольный кот, который только что слопал всю сметану с горшка. – Не начинай, а то мы с тобой домой так и не доедем, да и Лиза, наверное, заждалась давно, а мы с тобой здесь вспоминаем свою молодость и отдаёмся сладостным грехам, на чём собственно держится и весь этот мир.

– Ничего страшного, пусть ждёт. Да и куда нам с тобой собственно спешить, ведь на часах без четверти два, а все нормальные люди в это время спят крепким сном младенца. А за Лизу нам не стоит вообще переживать, она у нас уже взрослая девочка и сама прекрасно готовит не хуже тебя. Хороший учитель – способный ученик. Твоя школа и я ею горжусь. Она даже разговаривает как ты, ну прямо слово в слово, – и легонько коснулся мочки её уха.

– Конечно милый. А ты как думал? Мы с ней говорим на всякие темы, мы же с ней родные люди: мать и дочь. Кто её всему обучит и научит, если не родная мать? Вот когда она выйдет замуж и родит свою Николь, то потом всем этим премудростям жизни будет обучать свою дочь. Лиза всегда мечтала родить лапочку – дочку, точную копию себя и назвать её Николь.

– Малыш, оказывается, что нас уже взрослая дочь. Когда же годы успели пролететь? Я даже не успел заметить, как быстро пролетели все эти двадцать с лишним лет, что мы с тобой женаты.

Мария поворачивается к мужу всем корпусом и посылает губами воздушный поцелуй.

– Милый, чтобы узнать, как быстро пролетели все эти годы, достаточно нам с тобой обоим лишь взглянуть в зеркало – морщины точно нам скажут как быстро и когда они пролетели.

– Женщина моя, мы с тобой фору любому молодому сможем дать, да и нос утереть, ведь тебе восемнадцать, а мне двадцать! Ты что забыла? Эх, ты, я в тебе так разочарован детка! – И старается придать своему лицу обиженный вид.

– Ай – ай – ай, прости родной, прости любимый, действительно, как же я про это могла забыть? Вот уже больше двадцати с лишним лет милый как мы с тобой вместе, а тебе всего лишь двадцать, ну а мне соответственно восемнадцать! Любимый, единственный, человеку столько лет, насколько он себя ощущает внутри. Ну что едем домой или встречаем здесь рассвет?

– Никакого рассвета, домой и только домой! – Берёт её лицо в обе ладони и легонько касается уголков её пухлых губ. – Я по тебе жуть как соскучился. А рассвет мы с тобой встретим в другой раз. Идём, – и, взяв её за руку, направился в сторону машины.

Алекс нажал на дистанционный пульт управления. Ворота открылись, и джип въехал во двор.

– Вот мы и дома. Слава Аллаху. Всё – таки, как ни крути, а лучше дома ничего нет. В гостях хорошо, а дома лучше. Я так соскучилась по дому, это просто не передать никакими словами.

– Ещё бы, меня дома не было, всего лишь пару дней и я уже соскучился, по дому, а тебя не было целый месяц. Я представляю, как тебе тяжело он дался. – Алекс смотрит на часы. – Ого, ни фига себе, начало третьего! Обалдеть! Ну что, выходим? Если да, то разреши тогда мне за тобой поухаживать жена, я ведь джентльмен детка. – И самодовольная улыбка озаряет всё его лицо. – Жди любимая, ты только жди и я вернусь.

– Жду дорогой, жду, с тысяча девятьсот семьдесят третьего года всё жду! – Старается сделать серьёзное лицо, но у неё ничего не выходит и она уже смеётся во весь голос.

– Детка, говоришь, что ждёшь меня с тысяча девятьсот семьдесят третьего года? – И присоединяется тоже к её смеху. – Ты никогда за словом в карман не полезешь. Вот за это я тебя и обожаю любовь моя. Ты всегда непредсказуема как сама весна и никогда не знаешь, чего от тебя ожидать в тот или иной момент.

Мария ничего не ответив лишь улыбнулась. Алекс вышел. Подошёл. Открыл дверцу.

– Девушка, разрешите за вами поухаживать! – Мило улыбнувшись галантно протянул супруге руку.

– Очень любезно с вашей стороны молодой человек! – Ставит свою ладонь на его, и, хоть она и стеснённая мини платьем, но, как всегда, грациозно выходит из машины; она в ладах со своим телом или, по крайней мере, производит такое впечатление.

Алекс открыл дверь своим ключом. Пропустил вперёд супругу. На пороге на своём излюбленном месте расстелился Малыш – их верный четвероногий друг. Едва дверь открылась, как Малыш встал, радостно скуля и виляя хвостом.

– Девочка моя, ты меня признала? – Мария опускается на колени и дёргает его за оба уха со всей ей прессу щей силой. – А теперь говори Малыш, ты соскучилась по своей хозяйке?

Малыш в знак ответа пару раз гавкнул и языком прошёлся по её лицу, тем самым показав хозяйке свою преданность и любовь.

– Девочка моя, вижу, что ты соскучилась по мне. Я по тебе тоже жуть как соскучилась. Малыш, а где твоя маленькая хозяйка? Почему она нас не встречает? Давай веди меня к ней.

Пёс побежал в сторону гостиной, откуда доносился приглушённый звук телевизора. Алекс тем временем подошёл к Марии. Молча протянул супруге руку и помог подняться с колен. Они вместе направилась вслед за Малышом. В гостиной на огромном диване мирно спала Лиза с пультом на руках, свернувшись в калачик.

– Лиза. Дочка. Ты спишь? – Окликнул отец дочь. – Мы пришли и с мамой дома.

Мария дёргает мужа за руку и тот поворачивается к ней лицом и недоуменно на неё смотрит.

– Тсс… – закрывает ладонью ему рот и смотрит на настенные часы. – Милый, тихо. Лиза спит, и это нормально, ведь на часах начало третьего.

– Да, конечно, – перешёл на шёпот и Алекс. – И какие мы с тобой после этого родители? Но, скажу тебе по секрету, что было просто класс, наивысший пилотаж. – У Алекса глазки опять заблестели, а на губах появилась его фирменная, лукавая и порочная улыбка. – Я согласен с тобой всё это повторить снова и снова, ох, как согласен детка. – И облизывает свои пересохшие губы, но уже через какие – то наносекунды его взгляд меняется и становится серьёзным. – И пусть молодёжь учится, у нас с тобой жена как нужно красиво заниматься любовью и дарить друг другу наслаждение.

– Ты неисправим Алекс, ей Богу неисправим, но ты мне нравишься именно таким. Я тебя люблю и обожаю любовь моя, такого разного и непредсказуемого, все твои пятьдесят оттенков.

Алекс притягивает супругу к себе и дарит ей страстный поцелуй, вкладывая туда всю себя целиком.

– А теперь идём к дочери, – шепчет она едва слышно мужу.

Алекс отстраняет легонько от себя супругу и смотрит пристально в глаза.

– Идём милая, – и, взяв её за руку, тянет за собой.

Слёзы радости подступили, к горлу и Мария уже себя с трудом сдерживает, чтобы не дать им вырваться наружу. Опускается на колени. Вдыхает её запах. Гладит волосы. Нежно целует.

– Доченька, мой сладкий, нежный и ласковый ребёнок, как же я соскучилась по тебе.

Алекс берёт одеяло со спинки дивана и укрывает ею дочь. Мария поворачивается к Малышу.

– Малыш, девочка, сегодня ты спишь вместе с Лизой. Спокойной ночи вам и приятных снов.

Малыш медленно опускается на свои лапы и ложится на мягкий пушистый ковёр – слово хозяйки для неё закон и к обсуждению не подлежит.

– Алекс.

Алекс повернулся к жене.

– Детка, твой мужчина в твоём полном расположении, ухватись за мою руку, – и протянул ей руку помощи.

– Спасибо милый, ты как всегда галантен и понимаешь меня без лишних слов, – одарив мужа своей ослепительной улыбкой, Мария протянула ему свою руку.

Стоило Марии лишь оказаться на ногах, как Алекс моментально привлёк к себе жену и заключил в свои стальные объятия.

– Ну, вот и всё детка, ты на ногах, а это значит, что пора и нам с тобой домой – на наше ложе, – шепнул он ей нежно на ушко.

– Да, конечно, милый, – и выскользнула с его объятий.

Алекс не заставил себя долго ждать. Наклонившись взял пульт с рук спящей дочери и нажав выключил телевизор.

– Детка, спокойной ночи, – и поцеловав дочь в носик встал. – Я тебя люблю малыш, – и повернулся всем корпусом к жене. – Милая, идём к себе? – И протянул ей свою руку.

– Да мой родной человечек, – и Мария ухватившись за протянутую ладонь мужа, потянула его в сторону лестниц.

Но стоило им лишь оказаться у двери своей спальни, как Алекс удержал Марию за руку, не дав ей войти. Она недоуменно смотрит на мужа. Алекс целует её нежно в губы.

– Детка, я люблю тебя больше своей жизни. Я балдею от тебя и твоих глазок, но, тем не менее, тебе придётся их закрыть на неопределённое время, не то никакого сюрприза не будет. Надеюсь, что ты оценишь его по достоинству. – Со всей строгостью произнёс Алекс.

– Ладно, дорогой, так уж и быть, уговорил ты меня. Жена должна быть послушной девочкой насколько я знаю и всегда следовать за мужем, да дорогой?! – Мария лукаво улыбается и посылает мужу воздушный поцелуй.

– За что я тебя люблю, так это за твою непредсказуемость малыш. – Алекс расплывается в довольной улыбке от уха до уха. – О Аллах, у тебя глазки заблестели, словно огни ночного мегаполиса и блестят на миллион! Обожаю твои небесно – голубые глаза. Обожаю этот взгляд, который меня буквально сводит сума. Малыш, мне достаточно всего лишь окунуться в твои глаза, увидеть этот взгляд, как у меня там внизу начинает что – то шевелиться. Ты действуешь на меня молниеносно, словно атомная бомба.

– Господи, как же приятно женщине слышать такие красивые слова в свой адрес! – Мария довольная улыбается на признания мужа.

– Только не открывай глазки, – и не спускает своих влюблённых глаз с супруги.

Мария без лишних слов закрывает глаза. Алекс берёт с пола пульт и нажимает на кнопку. Заиграла музыка. Оттуда доносится красивый мелодичный голос самой Марии.

– Нравится? Узнаёшь, кому принадлежит этот голос?

Мария загадочно улыбается. Кусает губу, но молчит, ничего не говорит. Она ждёт продолжения сюрприза. Алекс открывает дверь. Берёт Марию за руку.

– Идём детка, – и они вместе входят в свою спальню. – Можешь сказать мне, чем здесь пахнет?

Мария носом вбирает в себя запах, который исходит из комнаты пытаясь понять, что и чем здесь так вкусно пахнет.

– Обалденный запах. И, этот запах. Сейчас. Подожди. Если, я не ошибаюсь, то это ваниль с карамелью, и это свечи. А ещё здесь чувствуется запах роз и цитрусов. Я права? – Интересуется она у мужа, но, так и не открыв своих глаз.

– Я польщён дорогая, – шепчет он ей над самым ухом. – Можешь открыть глаза.

У двери появляется Лиза и как вкопанная останавливается, наблюдая за ними. – Господи, как красиво, какая у них романтика, – вырывается непроизвольно с её уст.

Мария открывает глаза и как завороженная смотрит по сторонам; в спальне полумрак, интимная обстановка, горят огромные свечи, вырисовывая сердце на полу, на постели повсюду разбросаны лепестки красных и белых роз, а на журнальном столике шампанское в ведёрке, фрукты и конфеты.

На её глазах появляются слёзы радости, но она быстро справляется со своими чувствами и набирает в себя больше воздуха, вытирает нахлынувшие слёзы и поворачивается лицом к супруг.

– Офигеть, у меня просто нет слов милый… какая романтика… дорогой, спасибо… милый, люблю тебя и всё… – каждое слово ей даётся с неимоверным трудом.

Алекс проводит указательным пальцем по нижней губе, не отрывая от супруги влюблённых глаз. Поворачивает её лицом к себе. В его глазах пылает жидкий тёмный огонь.

– Любимый… – Мария глядит на мужа затаив дыхание.

Алекс притягивает Марию к себе. Его руки ещё крепче обхватывают её, и она ощущает себя уже в безопасности и, закрыв глаза, наслаждается объятиями мужа.

– Я люблю тебя, моя женщина, – шепчет ей в самое ухо, при этом, не забывая нежно касаться губами её шеи, целуя. – Люблю тебя с ног до самой макушки, люблю твой восхитительный запах, который не сравнится ни с одним запахом на свете, люблю твой ум, твою мудрость и твою силу, люблю тебя, как мою женщину и мать моего ребёнка, люблю тебя такую разную

неповторимую.

– Ты и Лиза – вот и весь смысл моей жизни любовь моя. Потеряв вас – не станет и меня, ведь я всего этого не переживу милый – шепчет она ему в самое ушко.

Лиза тяжело задышала и ей явно не хватает кислорода. Она кусает свою нижнюю губу, как и мама, но даже и не думает отходить от дверей.

– Мамуль, да и для нас с папой тоже потеряется весь смысл жизни, если тебя не станет с нами, – невольно вырвалось снова у неё шёпотом с уст. – Господи, как же я сильно мечтаю о такой настоящей любви и светлых искренних чувствах родители как у вас! Как же я об этом сильно мечтаю, как же я всего этого хочу, если бы вы только знали! Какие же вы оба у меня красивые. До чего же вы красивая и гармоничная пара. Как же я вам завидую родители.

Алекс отстраняет Марию от себя и глядит ей в глаза.

– Маша, что ты сделала со мной?

Мария опять кусает нижнюю губу и улыбается ему своей обворожительной улыбкой.

– Твои пухлые губы, так и бередят мне душу. Они созданы просто для ласки и любви детка. Тысячу раз говорил тебе малыш, не кусай свою губу, это так на меня действует, что мне самому на тот момент хочется её откусить, и я себя с трудом сдерживаю. – И пристально смотрит ей в глаза. – Я потерплю ещё чуть – чуть, – и тянет её уже за руку за собой в сторону стола. – Откроем шампанское малыш.

Лиза завороженно наблюдает за родителями и облизывает губы.

– О Аллах, Всевышний, кто же и когда мне скажет эти столь заветные слова? – Вырывается опять тихо с уст Лизы. – Папуль, я ведь тоже люблю этот божественный шипучий напиток, как и мама, но очень жаль, что мне туда к вам нельзя – третий лишний, – и тяжело вздохнула.

Алекс откупоривает шампанское и не спеша наполняет фужеры. Берёт в руки и один из них протягивает супруге. Мария слегка и невинно целует мужа и лишь, потом берёт с его рук фужер с шампанским. Алекс не сводит своих влюблённых глаз с жены

– Детка, ты обожаешь этот шипучий игривый напиток и хорошее домашнее вино. Ты понимаешь толк в хороших винах и коньяках, ведь ты с детства на них выросла. Молдавия, она ведь всегда славилась своими винами, к тому же, у тебя дома свой виноградник есть, и вы своими руками всегда делали отличное вкусное вино. Я тебя очень сильно люблю и бесконечно благодарен Всевышнему Аллаху за то, что он послал мне тебя в награду, хотя и не знаю за какие мои грехи. За тебя моя женщина, – и поднимает свой бокал.

– За тебя мой мужчина, любовь и смысл всей моей жизни, – произносит тост Мария и присоединяется к мужу подняв свой бокал.

Опустошив свои бокалы Мария, встаёт и подходит к Алексу. Её весёлый взгляд синих глаз сначала полон удивления, потом обещания и страсти. Мария совершенно обворожительна и Алекс поддаётся её женским чарам.

– Молодой человек, разрешите мне вас пригласить на белый танец, – и протягивает ему руку.

– О – о – о! – Алекс лениво ей улыбается в ответ своей загадочной улыбкой.

Она тянет мужа к себе. Он крайне удивлён. Мария крепко прижимается к супругу и, он, положив свою руку ей на талию, начинает слегка покачиваться. Мария кладёт руку ему на плечо. Как ни странно, но она ведёт его в танце.

– Мариш, твоё горячее дыхание опалило меня и мою кожу. Когда ты вот так вот нежно целуешь меня сзади ушка, а потом спускаешься к шее, шепча при этом что – то приятное и нежное, которое я уже просто не слышу, не то, чтобы не слышу, а просто уже не в состоянии всего этого расслышать. Как же хорошо, что мы дома и снова вместе, как же долго я ждал этого момента.

Алекс крепко удержал Марию рукой, притягивая к себе и не отнимая от неё другой руки, пока её тело содрогалось и билось, словно в конвульсиях. Она почувствовала его губы опять у себя на шее. Алекс прекратил её поглаживать пальцами и снова обхватил. Держать идеально Марию было просто нереально, невозможно – она продолжала чувствовать его плоть, но Алекс совсем не причинял ей боли в месте, ставшем сверхчувствительным.

Она попыталась сделать глубокий вдох, но в первый раз ей это просто не удалось. Новая попытка – на этот раз удачно. Вдох – и она уловила не только его запах, но и ощутила, произошедшие в ней изменения. Её тело расслабилось. Оно стало слабым и вялым, но насытившимся.

– Алекс, любимый, – прошептала тихо Мария, – я, кажется, чувствую приближение оргазма прямо здесь, танцуя с тобой. Я знаю, что это нереально, но я собираюсь кончить от твоих прижатий к себе, от твоего давившегося мне в бедро члена, как если бы мы сейчас находились с тобой вон в той постельке нашей. Господи Алекс, как же я тебя хочу. – Мария преодолела ступень, отделяющую земное удовольствие от внеземного, так быстро и неумолимо, что на миг у неё даже мелькнула мысль, что она потеряет сознание от захлестнувшего её наслаждения. – Милый, любимый мой мужчина. – И поцеловала его в мочку уха, потом в шею, туда, где учащённо бился его пульс.

Алекс взял её ладонь и положил сверху брюк прямо на своего возбуждённого малыша. Ничего более откровенного он не сделал. Он наклонился к ней, держа свою руку поверх её, лежавшей на его твёрдом молодце, и её пальцы непроизвольно сомкнулись вокруг его плоти, и она на секунду просто закрыла глаза, отдавшись и растворившись в этом целиком и полностью.

Мягкая и гладкая ткань его брюк зашуршала и Мария попыталась просто выдернуть свою руку, но Алекс не дал ей этого сделать и удержал её на месте, вместе со своей рукой. Мария погладила их общего любимца через его штаны и Алекс, вздрогнул. Он, поднял другую руку, и Мария почувствовала его ладонь на своих волосах. Его большой палец был прижат к её шее, как раз в том самом месте, где так учащённо бился её пульс. Его глаза прожигают жену насквозь. Хватает её за руку, но потом его губы расплываются в ослепительной улыбке и она успокаивается.

– Я хочу тебя сейчас и здесь, вот так вот стоя, немедленно, в сию же минуту, в сию же секунду. Блин, стало жарко от своих же собственных слов, – и Алекс, сглотнул в себя больше воздуха.

Мария целует его в мочку уха и в шею, но неожиданно для самого Алекса отстраняется и пристально смотрит в глаза.

– Уверен? Тогда попробуй, возьми меня немедленно как того и желаешь. Я тебе разрешаю. Милый, я тоже хочу тебя, как и ты меня, – и прижимается уже всем своим хрупким телом к его широкой груди.

– Хочу тебя понять малыш, постичь всю до конца, но не могу.

И вот они опять чувствуют притяжение друг к другу: между ними опять возникает электричество. Алекс долго ещё смотрит на супругу и ей уже кажется, что прошла целая вечность. Внезапно он хватает её в охапку и невинно целует в губы.

– Милый, мне такой детский поцелуй не подходит. Я когда решаюсь на отчаянный шаг, то всегда беру быка за рога. Целовать, милый мой, нужно вот так, – Мария целует мужа жадно, неистово в губы и он не заставил себя долго ждать и подыграл ей, и теперь уже в поцелуе они соревновались друг с другом.

Растопыренная ладонь Алекса держит Марию за попку и прижимает к бёдрам; другая рука тянет за волосы и запрокидывает ей голову, открывает снова себе доступ к её шее. Марии ничего не остаётся делать, как запустить свои пальцы в его шевелюру и крепко тем самым держать и не отпускать от себя. Алекс трётся об неё всем своим огромным телом, и Мария уже слышит его прерывистое дыхании, которое учащается с каждой минутой всё больше и больше. Мария уже всем сердцем чувствует, как сильно возбуждён супруг.

– Мариш, я хочу тебя опять, снова и снова, и от этого у меня самого просто кружится голова, от своего же счастья и восторга я радуюсь как маленькое дитя.

Они оба задыхается от долгого поцелуя; они уже не видят друг друга, у обоих глаза закрыты, они полностью с ним отдали себя этому чувству и растворялись в нём.

Алекс быстро и умело расстёгивает её молнию на платье, и оно спадает на пол. Она предстаёт перед ним в завораживающем красивом виде: в прозрачных чулках и нижнем белье.

Лиза всё также не сводит глаз с родителей. Она прикусывает нижнюю губу, но на этот раз до боли, до крови, чтобы хоть как – то успокоить и унять свои нахлынувшие чувства по отношению к своим родителям. А ещё Лиза боялась того, чтобы не дать вырваться рвущемуся из горла крику. Она слышала только в своих ушах биение своего пульса и разрывающие спазмы оргазма, которые исторгали из горла стон за стоном его танцующие родители.

Мамуля, как же ты красива в свои сорок два, как же ты красива, – проносится у неё в голове. – Да и фигура у тебя как у восемнадцатилетней девочки, как будто бы и не рожала. А как ты только умеешь управлять и манипулировать отцом, довести его до нужной тебе кондиции и увлечь за собой, в мир блаженства и наслаждения. Мне у тебя есть чему ещё поучиться, ой, как есть мамуль. Пап, почему на меня до сих пор ни один парень не произвёл такого впечатления как ты? Что же меня в тебе так сильно привлекло, что? Ответь. Родители, у меня к вам тысяча вопросов и ни одного вразумляющего ответа.

Алекс проводит, губами по коже Марии мягко покусывая, и из неё вырывается, стон.

– Милый… любимый… единственный…

Алекс, сглотнул в себя больше воздуха и посмотрел на жену.

– Твоё тело так моментально отзывается на мои ласки и руки. Я люблю наблюдать за тобой во время секса. Ты просто создана для того, чтобы наблюдать за тобой и твоим удовольствием, за тем, как твоё тело движется под моим телом. Ты себе даже представить не можешь, как ты растворяешься и преображаешься в постели каждую минуту, каждую секунду, растворяясь и меняясь, как хамелеон, что я не поспеваю за каждым твоим движением и мимикой, ведь ты отдаёшься вся и без остатка и тем самым ещё больше притягиваешь меня к себе. С тобой и я преображаюсь и расту не только в твоих глазах, но и в своих же собственных глазах. Я лишь за ночь с тобой готов свою душу дьяволу продать.

Ты, как омут, болото, которое всасывает и тянет на самое дно, хоть я и осознаю то, что ты моя погибель, но я всё равно, снова и снова бросаюсь головой в этот самый омут. Твой взгляд – он буквально сводит меня сума. Малыш, в твои сети так легко попасть, но так трудно из них выпутаться. Твои глаза, как бездна, как сам океан во всей её многогранной красе, захватывают меня целиком и глотают и уже оттуда не выбраться никогда, но, не смотря ни на что, мне нравиться находиться в этой бездне и чувствую я себя там хорошо и комфортно.

Мария расплывается в обворожительной улыбке на слова супруга.

– Машунь, но я тебя также и боюсь. Ты поистине роковая женщина. И, это от таких женщин как ты, как обычно рушатся семьи и разбиваются карьеры, но, мужчины, вновь и вновь, оказывается у их ног, потому что, познав уже все прелести и наслаждения их ласк, не могут оторваться от неё. Малыш, детка, меня должны поблагодарить много мужчин за то, что я так рано женился на тебе и помог сохранить при этом много семей и карьер! – С полной серьёзностью говорит Алекс.

Мария не удержалась и уже смеётся во весь голос.

– Господи, Алекс, ты неисправим, как всегда; вот и вылезли наружу все твои пятьдесят оттенков! Значит, тебя должны поблагодарить много мужчин, да? Ну – ну. Хорошо, я всё это учту и намотаю себе на ус, – и для приличия надула свои пухлые губки.

– О Аллах, благодарю тебя Всевышний за мою женщину, что она досталась исключительно мне одному, и только я владею всем этим богатством и красотой! – Крикнул он на всю спальню и привлёк её к себе. – Родная, помоги мне, чтобы я помог тебе, – и легонько опустил её руку поверх своих штанов на своё достоинство.

Мария уже чувствует бедром его эрекцию, но её пальцы всё так же, как и в машине, ещё возятся с его поясом, расстёгивают пуговицу и тянут вниз молнию.

– Я тебя люблю детка… ох, как я тебя люблю и хочу… ты моя и только моя… я твой и только твой… как ты моя и ничья больше… я твой малыш… весь твой… от кончиков пальцев до самой макушки… – шепчет он уже едва дыша.

К её горлу подступил, ком и ей стало, трудно дышать. Она уже едва сдерживала нахлынувшие на глаза слёзы. Взяв себя в руки, наконец – то произнесла.

– Я тебя тоже люблю… – целует его за ухом, и её голос звучит уже мягко и категорично.

Алекс резко отстраняется он неё. Стаскивает с себя футболку и бросает его на пол. Схватившись за низ штанов, резко дёргает и стаскивает их одним движением вместе с боксерами и предстаёт перед Марией в костюме самого Адама.

От увиденного глаза Лизы округлились. Она прикусила до боли губу, чтобы не крикнуть на всю спальню, но, как бы она не старалась себя сдержать, слова снова опередили её и вырвались непроизвольно с уст.

– О Аллах, папа, какой же он у тебя большой и толстый! И как только всё это мама в себя принимает?

Мария кусает свою нижнюю губу и облизывает свои пересохшие губы от волнения.

– Господи Алекс, какой же ты красивый. Как же сильно я тебя хочу. Милый, ты у меня интересный мужчина восточной внешности, с чёрными, как смоль волосами и пронзительными карими глазами. Ну, что мне поделать, если мне нравится всё красивое, чтобы оно ни было?! Ты действительно красив, интересен. А красивая внешность – это, как правило, дополнительный бонус ко всем остальным качествам: уму, силе, порядочности, доброте и чувству юмора. Ты красив, даже слишком. – Мария позволила своему пристальному взору блуждать по обнажённому мужскому торсу. – Твои мускулы точёные, искусной лепки, напоминают мне схему, по которой я в своё время изучала анатомию. – Она попробовала успокоить себя, своё дыхание, которое учащалось каждый раз, когда она смотрела на его тело, грудные мышцы. – Они у тебя такие крупные и твёрдые, а мышцы живота, все твои шесть кубиков рельефно выделяются на твоём столь прекрасном теле. – Она подходит к нему и начинает его трогать, щупать со всех сторон. – А чего стоят только твои соблазнительные мягкие округлости? Обожаю их! – Мария сжимает крепко Алекса за ягодицы и на её лице отражается довольная и ехидная улыбка. – Ты потрясающе мужественный, а твоё лицо необычайно привлекательное, красивое, но всегда такое строгое и холодное. Твои губы, даже при своей полноте мягкости, казавшиеся очень мужественными, созданы для удовольствия милый. – Её взгляд, то и дело останавливался на его лице, груди, которая медленно поднималась и опускалась. – А ещё, мне в тебе так сильно нравится, и я так люблю, то, что у тебя там внизу, – и её глаза медленно, но уверенно опускаются вниз на его мужское достоинство. – Оно такое соблазнительно манящее… большое и толстое… такое сладкое… милый, он слаще любой дыни и мёда… – она облизывает свои пересохшие губы и на глазах появляются озорные огоньки. – Правда, сливки твои малыша солёно – кисло – сладкие, что – то в этом роде, но всё равно, я их обожаю до умопомрачения! Как хорошо, что ты только мой.

– Ты меня ревнуешь? Признаться, удивлён и немного сбит с толку малыш. Вот уж чего – чего, но ревности от тебя никак не ожидал.

– Нет, милый, я тебя не ревную, но со своим добром я никогда и ни с кем не делюсь. Чужого мне не надо, но своё я всегда возьму, чьё бы оно ни было! – И этим самым Мария ставит окончательный вердикт.

Алекс расплывается в довольной улыбке.

– Дааа… Надо запомнить и записать куда – то: Чужого мне не надо, но своё я всегда возьму, чьё бы оно ни было! Красивые слова, между прочим, и мне они очень понравились.

– Иногда милый я спрашиваю у Господа Бога, за что он дал мне этот шанс, подарив мне в награду тебя, за какие мои такие дела, но не могу найти на этот вопрос ответа. Может быть, ты знаешь на него ответ милый?

– Любимая, за твоё доброе и чистое сердце, которое полно любви, за твою нежность и ласку, за твою человечность, которая в наше время отсутствует, за твою преданность. Это Аллах не тебе меня подарил, а тебя подарил мне.

– Я так хочу, оказаться под твоим восхитительным, сильным, великолепным телом, быть заключённой в кольцо твоих сильных рук, положить голову тебе на грудь и слушать ровный ритм твоего сердца. Я целый месяц только и мечтала о том, как мои пальцы будут скользить по твоему телу, повсюду оставляя следы ласк, будто клеймо, лишая воли. Я жаждала ощущать чувственные прикосновения твоих рук, тела, твоё тёплое дыхание на своей коже.

Алекс расстёгивает её бюстик и швыряет куда – то.

– Малыш, твои слова меня просто сводят сума. – Потом наклоняется и нежными движениями стаскивает с неё трусики и чулки. – Детка, вот так вот ты мне нравишься гораздо больше. Я хочу вместе с тобой принять душ.

Лиза моментально приходит в себя словно от хорошей пощёчины.

– Родной мой, ты ненормальный! – И смеясь, ерошит его волосы. – А вдруг нас с тобой сейчас вот в таком одеянии Адама и Евы увидит Лиза? Что ты тогда ей ответишь?

– Не увидит, она спит крепким сном младенца. Жена, скажу тебе по секрету, что так интереснее, азартнее, хотя нет, я передумал. – И посылает супруге воздушный поцелуй. – Я хочу насладиться тобой здесь, в нашей с тобой постели, в нашем ложе детка.

Сейчас внутри у Лизы боролись, две женщины и каждая из них двоих боролась, одержать над ней вверх. Одна шептала ей на ушко: как же ты низко пала Лиза, что следишь за собственными родителями, которые намереваются заняться любовью, а другая нашёптывала на ушко: иди, что встала, иди и учись, познавай все азы, может быть, другого такого повода и шанса у тебя не будет больше никогда. Всё – таки чёрт одержал вверх над ней и её совестью, и она повиновалась второй.

– Малыш, подойди ко мне. – Алекс поманил жену пальцем. – Я хочу, чтобы ты понаблюдала немного за мной, прежде чем мы с тобой займёмся любовью.

Мария направилась в сторону кровати. Алекс лежал, широко раскинув свои ноги, закрыв глаза и стиснув зубы. Мария присела рядышком с мужем.

Пальцы Алекса ухватились за своё мужское достоинство и начали работать, передвигаясь при этом вверх – вниз, сначала медленно и нежно, а затем всё резче, быстрее и быстрее.

Мария никак не смогла удержать себя от такого соблазна и опустила свою руку на его руку сверху. Супруг моментально убрал свою руку, как и, танцуя ещё пару минут назад, предоставив своё наследство и себя целиком в полную власть жене. Едва пальцы Марии оказались на его стволе, как он моментально отреагировал на её столь умелые ручки и ласки стремительным рывком вверх. Ладонь Марии продолжала поглаживать его набухший стержень.

Алексу ничего не оставалось делать, как просто лежать и наслаждаться всем этим, просто смаковать это восхитительное ощущение, которая вызывала её рука, лежавшая на его раздувшем стволе. В этот момент малыш Алекса был настолько твёрдым, что это ещё больше возбудило Марию. Всё внутри у неё опять сжалось в судороге.

– Милый, теперь я действительно хочу его почувствовать, как у себя внутри, то так и во рту. – Её руки скользнули по телу Алекса, и он выгнулся к ней на встречу – к её столь желанным и опытным ласкам. – Любимый, тсс… – Мария успокаивающим жестом провела кончиком пальца по губам, заставив Алекса вздрогнуть, почувствовать мимолётное прикосновение желанной плоти. – Просто молчи и получай удовольствие, кайф. – Мария потянулась к нему и поднесла его разбухшего малыша ко рту и принялась безудержно то ласкать, то сосать, заставляя его вскрикивать от наслаждения.

– О, да! – Выкрикнул Алекс и его голова безвольно откинулась назад, а кулаки сжались крепко в белоснежную простыню. – Ты супер… прелесть…

Лиза округлила свои глаза. Она явно не ожидала такого поворота событий, но так и не смогла отвезти своих глаз от родителей.

– О, нет, мам, только не это. – Вырвалось у неё непроизвольно тихо, словно протест души. – Я не ожидала от тебя этого никак мам… ты… эти оральные ласки… мам, пап, это же грешно, грязно. Как вы так можете? Хотя, почему грешно Лиза? Грешно и грязно тогда, когда ты всем этим занимаешься с первым встречным поперечным, а не со своим любимым человечком. Всё, что происходит между ними, это прекрасно, правильно. Это их страсть, это то, что происходит только между ними. Как же красиво, трогательно, профессионально всё мамуль. Это самая прекрасная вещь, которую я, когда – либо, видела в свои восемнадцать лет родители, а звуки вашего дыхания заставляют меня трепетать, замерев на месте. Я просто не могу отвезти своих любопытных глаз от этого прекрасного зрелища, от этих прекрасных тел, от которых столько всего исходит. Ведь всё это для меня новое и в диковинку. Господи, как же я низко пала, если я наблюдаю за своими же родителями. О Аллах, прости меня грешную, но я не отойду. Мама, как же ты его всего вбираешь в своё горло, ведь он такой огромный и толстый, большой? Я бы точно задохнулась от него, окажись он у меня в гортани. Это просто нереально, но так эротично и так всё это возбуждает!

Мария снова припала к раздувшей головке мужа. Алекс задыхался, а его руки оставив терзать простыню, вцепились в её волосы. Мария молча убрала со своей головы его руки и продолжила свои откровенные ласки. Алекс стонал, и этот гортанный звук заставлял всё её внутреннее нутро сладостно сжиматься от предвкушения.

Алекс с усилием глотнул. Его глаза медленно открылись и остановились на Марии. Он едва не задохнулся от волнения, возбуждённости, но теперь, сейчас, на данный момент, в его глазах читалась решимость. Алекс ближе привлёк её к своему малышу, и он, отступил перед ней. Алекс с готовностью принял игру Марии, её предложение, желая, чтобы она его любила.

Мария снова и снова припадала к его раздувшему наконечнику и продолжала свои чувственные ласки.

Лиза наблюдала как снова и снова частичка отца становится невообразимо большой, отвечая на мамины прикосновения, полные любви и желания. Как же красиво, как же сексуально. Отец просто стонет и отдаётся тому блаженству, которое ему дарит мать. Да он и сам, наблюдая за всем этим сладострастным действом, чувствует, как возбуждение набирает силу.

Алекс продолжает стонать и смотрит на волосы, которые раскинулись на его бёдрах, пока Мария вбирала его малыша в себя. Дюйм за дюймом Мария вбирала его в себя, для равновесия держась за его ноги. Ей нравилось то, что она может подчинить мужа к себе и манипулировать им. Его хриплый стон послужил Марии вознаграждением, так же как и то, как он шептал или выкрикивал её имя, гладя её волосы. Мария полностью вобрала в себя целиком его малыша, и её губы достигли его живота, а затем, снова выпустила этого красавца на волю, задерживаясь лишь на головке и немного его ещё пососав. Затем снова и снова, медленно и нежно всасывая его в себя, сконцентрировалась на том, чтобы не пропустить ни одной выпуклости и впадинки по всей его длине. Она хотела этого, очень всего этого хотела. Хотела также, и чувствовать его вкус, как впрочем, всегда. Ей хотелось слышать, как учащается дыхание мужа и чувствовать, как снова и снова напрягаются и подёргиваются мышцы его бёдер под её ладонями, когда он начнёт снова двигать ими, просовывая своего малыша ей в горло.

– Машунь, прекрати, я скоро кончу! – Доносится голос Алекса. – Умоляю, встань!

В прерывистом голосе Лиза понимает только одно, что отец явно предостерегает маму остановиться, иначе он кончит ей в рот, но она даже не думает и не собирается останавливаться на полпути.

Мария отталкивает его руку. Во взгляде жены Алекс видит расплавленный свинец и ничего больше. Уж слишком она одержима своим желанием.

– Алекс, не мешай мне и дай мне всё доделать до конца! Он мне сейчас напоминает моё любимое карамельное мороженое, которое мне так и хочется, откусить и я себя уже с трудом сдерживаю, милый. Расслабься любимый и получай кайф. Наслаждайся. – И посылает мужу губами воздушный поцелуй.

Алекс вполне понимает, в какую игру Мария играет, и снова выгибает свои бёдра ей на встречу. Теперь уже и сам Алекс поменял тактику своей игры и его глаза широко раскрыты и в них она уже читает настороженность и вожделение, он хочет её и её рот, снова и снова. Руки Алекса снова вцепились в её волосы мёртвой хваткой. Его стон и дыхание учащаются с каждым разом, когда она заглатывала его малыша всё глубже и глубже, всё быстрее и быстрее, вращая языком.

Она сосёт и сосёт, всё сильнее и сильнее и это их обоих так сильно заводит. Мария знала, как доставить мужу удовольствие и тем самым получить и самой. Она снова заглатывает его малыша. Глубже и глубже, и всё это его добивает окончательно.

– О, да, детка! – Он вскрикивает и застывает, когда Мария в момент величайшего доверия обнажает свои зубы и чувствует, как по её горлу стекает тёплая, но такая солоноватая жидкость, которую она глотает. – Ты супер… чудо… прелесть… – Алекс тает буквально от блаженства.

– Я знаю милый, что ты меня обожаешь и любишь. – Садится напротив него с довольной, торжествующей улыбкой, облизывая свои губы, улыбаясь и нарочно кусая. – Всё, что лежит ниже от моей талии любимый, заходится в сладкой истоме. Меня совращает уже один твой голос милый, а ещё к этому если добавить и твой взгляд в придачу, такой голодный и жадный – хочу тебя сразу и немедленно, то я даже и подумать не смею, что из всего этого получится.

– Скорее всего, получится смесь бульдога с носорогом детка.

Мария даже не заметила, как Алекс опрокинул её на кровать и уже сам очутился сверху неё. Она ощущает исходящее тепло от мужа, такое странное пульсирующее электричество. Это одновременно Марию как зажигает, то так и успокаивает, ведь всё это такое вот внутренне противоречие.

Алекс упёрся руками по бокам Марии.

– Детка, теперь моя очередь. – Провёл носом по её бедрам и зарылся глубже, найдя её малышку губами и языком.

Лиза ещё больше округлила свои глаза.

– О Боже, я не верю своим глазам, мама просто тащится от всего этого, впрочем, как и всего несколько минут назад папа тащился от её умелого языка. – Тихо вырывается с уст Лизы, и она кусает до боли губу.

Мария стала раскачиваться вперёд – назад в такт каждому его движению. Его язык, снова и снова коснулся её малышки, прижался к нему, ощутив тем самым пульсацию всего её тела. Мария вновь и вновь начала извиваться под градом его бесстыдных, но таких столь желанных и любимых ею ласк, и Алекс неистово задвигался у неё внутри, вновь и вновь заставляя её биться в судорогах приближающегося оргазма.

Она закрыла глаза, отдавшись страсти, но распахнула их почти тут же, спустя всего несколько минут блаженства. Это было слишком хорошо. Всё это. Она видела только его губы и глаза, он был лишь объектом её лица. Мария уже просто открыто извивалась под его откровенными ласками. Он двигался теперь медленно, не спеша, словно желая посмаковать её вкус. Мария прижалась к нему, стараясь попасть с ним в один ритм с его прикосновениями, чтобы ещё раз испытать это восхитительное чувство блаженства. Ей даже показалось на тот момент, что Алекс специально не замечает её усилий, прикасаясь своенравно к её влажному бутону и тем самым поглаживая его своим языком.

– О Боже, Алекс, как же приятно, как же хорошо! – Одной рукой Мария утонула в его волосах, а другой со всей ей прессу щей силой, схватившись за его плечо. – Как же я обожаю твой умелый и похотливый язык и рот до ласк… ласкай же милый… я тебя обожаю милый… о, да, милый, продолжай и не останавливайся любимый… – и напряжённо выгнулась под его телом, но Алекс лишь прижался к ней своим бедром, заставив её лежать неподвижно.

Алекс скатился ниже и его крепкие руки взяли её за ягодицы, повернув тем самым её верхушку бёдер к себе. В следующее мгновение он жадно прильнул, к её сердцевине и Мария смогла, наблюдать за ним, как он занимается любовью с её самой сокровенной частичкой тела.

– Я словно наслаждаюсь редким экзотическим блюдом. – И приподымает свои глаза на супругу, полные огня и страсти. – Ты там такая вкусная, прямо как твой мороженное из карамели – И его язык опять, снова и снова, медленно скользит и скользит внутри её тела.

– О да! – Вырывается крик у неё.

Алекс скользнул в самую глубинку её потайной пещерки одним пальцем, потом двумя, затем просунул руку, заставив её в напряжении вытянуться. Она, вскрикнув и прикусив нижнюю губу, ухватилась за его волосы и тем самым, притянув его ещё больше к себе. Алекс даже и не думал останавливаться. Его рот волшебно ласкал её малышку. Глаза закрыты, губы распахнуты. Он прижимается к ней всем своим могучим телом, хотя и часть его тела внутри неё самой. Он всё ещё поглаживал её лоно, бормотал какие – то приятные и бессвязные слова страсти, когда Мария невольно зажмурилась, ощутив неумолимое приближение оргазма.

– О, да любимый, да это то, что мне так необходимо! – Выкрикнула Мария и оргазм ослепил её настолько сильно, что на тот момент её показалось, что наслаждение взорвалось у неё внутри и вокруг неё. – Алекс! – Выкрикнула имя мужа, когда достигла пика наслаждения и медленно нехотя вернулась на эту грешную землю.

– Машунь, обожаю тебя и твой запах, обожаю всё то, что с тобой связано. – Вырвалось у Алекса, и он вздохнул аромат её тела.

Кажется, что прошла целая вечность, прежде, чем они засуетились и соизволили, наконец – то поднять свой зад с кровати. Лиза, спохватившись, спустилась по лестнице вниз.

Алекс с Марией вышли из спальни, голышом держась, рука за руку и направились в сторону ванной комнаты. Они вошли в ванную, не захлопнув за собой дверь.

– Родители, до чего же у вас дурная привычка, заходить и не закрывать за собой дверь. – Отругала их за это дочь. – Извините родители, но мне жуть как понравилось за вами наблюдать – есть чему у вас поучиться. У вас так всё красиво, так естественно, что захватывает дух, завораживает, не то, что в каком ни будь, порно фильме, где просто трахаются как животные кто с кем попало. – И поднялась опять вверх.

Алекс открывает воду и набирает в ванну. Мария тем временем берёт в руки гель и обильно поливает им ванну…

– Мой любимый гель Palmolive мёд с молочком, – и поворачивается лицом к мужу. – Милый, не желаешь мне помочь?

Алекс приходит на помощь супруге и несколькими движениями руки проводит по воде и вот уже ванная наполовину полна водой с пеной. Алекс первым заходит и протягивает руку супруге.

– Детка, ухватись за руку своего мужчины! – И посылает губами воздушный поцелуй. – Ну? Я жду малыш.

– С удовольствием мой любимый мужчина! – С кокетством произнесла Мария и ухватилась за протянутую его руку. – Благодарю.

– Всегда к вашим услугам моя госпожа.

И вот уже Мария сидит у него между ног, прислонившись к его груди, и муж прижимает её крепко к себе, что ей лень даже шевелиться.

– Машунь, какая же ты красивая у меня. – Алекс ласкает её своими крепкими руками груди и малышку, целует в шею, туда, где учащённо бьётся её пульс.

Лиза сколько бы себя не ругала и не одёргивала, но так и не смогла отойти от дверей и продолжала открыто наблюдать за порочными, но такими желанными для неё самой действиями родителей.

Вот уже ладонь матери оказалась опять на толстом стволе отца, и он застонал, запрокинув голову и стиснув снова зубы. Отец, приложив все усилия, отодвинул руку матери ещё ниже. Его грудь часто, прерывисто вздымалась, а их обоих дыхание уже смещалось воедино, и они напоминали Лизе уже одно единое и нераздельное целое.

Она горящими глазами смотрела на точку, в которой пересекаются ладони родителей, обёрнутые вокруг достоинства отца, и её даже не смущало уже то, что она так открыто и не стыдясь, гуляла глазами по обнажённым телам своих родителей, просто она так уже вжилась в эту ей новую роль.

Родители не произнесли ни единого слова, слышны были только их обоих, сбившиеся дыхания и всё это только и нарушало тишину в ванной комнате. Кроме сбившегося дыхания своих родителей, Лиза также отчётливо слышала и звук своего сердца, который вот – вот выскочит из её груди. И сейчас Лиза с растопыренными глазами рассматривала великолепное и накаченное тело отца и миниатюрную фигурку матери, которые с годами не утратили своей привлекательности.

– Да уж, эти двое дадут фору всем, восемнадцатилетним и двадцатилетним каковыми и считают себя! – Вырвалось опять у Лизы. – Как же у вас всё красиво получается, как же всё завораживает. Все эти ласки мне всегда казались греховными, ведь до сих пор я остаюсь целомудренной девушкой в свои восемнадцать лет, но не скрою, да и не буду лукавить, хотя бы самой себе, что мне всегда так хотелось всего этого опробовать. И весь этот покой, что был у меня до сих пор внутри, смогли нарушить некто иные, как мои собственные родители. Офигеть! Они помогли открыть мне саму себя, всколыхнуть огонь и страсть, которая, как оказывается, бурлит у меня внутри самой, но я об этом даже не догадывалась и не подозревала. О Аллах, дожили, называется! – Кусает до крови губу и смотрит на часы. – Ого, ничего себе! Родители, вы сидите вдвоём в обнимку вот уже больше получаса, вы даже не заметили, как быстро пролетело время. Заметила этого только я, – и надула от обиды свои губки. – Ещё бы, ведь там так тепло и так приятно. Вода с нежной пенкой ласкают вас со всех сторон, а ваши руки ласкают друг друга с другой стороны.

Губы Алекса спускаются к её шее, и он набирает темп, толкает её, входя всё глубже и глубже, ещё резче, и вот он уже полностью заполняет её.

– Милая, любимая, я тебя уже полностью заполнил. Я унесу тебя далеко – далеко, туда, где нет проблем и печалей. Я унесу тебя от этого суетливого и сумасшедшего мира, от всех и всего, туда, где мир пуст и нам никто не нужен, туда, где мы будем только вдвоём, только ты и я. Малыш, я унесу тебя туда, где нас с тобой ждёт только райское неземное наслаждение и блаженство.

– Да милый… как же там тепло… хорошо…

Они движутся с ним в унисон, как единое целое – каждый из них целиком растворяется в другом человеке – и, их вздохи и стоны смешиваются между собой.

– Детка… милая… я в тебе… ты моя и ничья больше…

Мария наслаждается изысканным ощущением его власти над ней, а её тело, несмотря на свои годы, ещё больше расцветает вокруг его плоти.

– Любимая, как же мне с тобой комфортно и уютно, тепло и я так люблю тебя. Мы с тобой женаты больше двадцати с лишним лет, а я тебя люблю всё также сильно и крепко, как в первый раз, как в свои восемнадцать лет, когда мы с тобой только что познакомились. А ещё говорят, что любовь увядает и исчезают чувства куда – то с годами, что не остаётся той прежней пылкости, влюблённости. Чушь всё это собачья. Я не хочу тебя терять. Так невозможно любить. Я знаю, так не любят, ведь моя любовь к тебе похожа на болезнь.

– Я тоже тебя люблю милый. Не дай Аллах, если что – то случится в жизни с тобой, то я всего этого просто не переживу. В своей любви и глубокой преданности к тебе я нисколечко не сомневаюсь. Я смогу пронести свою любовь до самой своей смерти, трепетно и нежно любя, заботясь только лишь о тебе одном, мой родной и любимый мужчина.

– Я знаю. – Алекс наклоняется и накрывает её губы своими губами, и движется в ней медленно и сладко, то резко, то быстро.

Мария уже блаженно улыбается мужу в ответ и ещё больше прижимается к нему. Закрывает глаза и откидывает свою голову назад и подставляет ему шею.

– Целуй туда, – шепчет она на его нежные прикосновения; тело выгибается, и её воля вот уже опять покоряется ему. – Я тебя хочу. Всегда и везде. Я никак не могу насытиться тобой. Мне тебя всё мало и мало. Ты для меня действуешь как воздух, кислород, как бальзам на истерзанную душу.

Горящие глаза Марии встречаются, с глазами Алекса и вот уже в них зажигается, радостный чувствительный огонёк.

– Любимый, нет тебя – нет и меня.

Они смотрят в глаза друг друга, а их сердца бешено стучат, жаркая и тяжёлая кровь пульсирует в их телах и их опять захватывает желание, неодолимое и бешеное желание.

– Что?

Алекс блаженно расплывается в своей обворожительной улыбке.

– Как же ты красива родная, как же ты желанна! Вот встретились наши глаза любимая: мои чёрные, как сама ночь, и твои глубокие голубые, как сам океан! О Аллах, как же мне нравится этот взгляд, и глаза которые меняются как у Хамелеона! За ними не угнаться, ведь они меняются со скоростью Бакинского ветра за наносекунды. В них то бирюза всех морей и океанов, то необъятное небо во всей своей неповторимой красе и вряд ли художник, когда ни – будь, смог бы подобрать цвет под твои глаза детка! Твои глаза всегда меняются вместе с тобой под твоё настроение. Как же ты на меня позитивно действуешь. Ты об этом знаешь, малыш и умело этим пользуешься. Ты буквально вьёшь, из меня верёвки и это у тебя прекрасно получается.

– Мне пока всё нравится, продолжай любимый, продолжай и не останавливайся.

Алекс хватает Марию в охапку за талию, привлекает к себе и неистово целует. Его рот впивается в её мокрые волосы, придерживают её голову, когда на неё обрушивается вместе с его стоном и дыханием. Он стонет вместе с ней и при этом приподымает её, подхватывает за ягодицы.

Мария окольцевала мужа своими ногами и прилипла к нему словно улитка, потому что сейчас, именно это она сама себе и напоминала. Она целует его в шею и он прижимает её к стенке душа и замирает.

Вот он уже входит в неё и ужасно, как медленно наполняет всю. Алекс издаёт громкий стон и опять замирает и смотрит на неё. Слова просто не нужны, итак обоим всё предельно понятно и ясно. На строгом серьёзном лице Алекса отражается гамма чувств.

– Милый, это именно то, что ты от меня так сильно хочешь? Я смогла прочесть твои сокровенные мысли?

Алекс целует её нежно в губы, торжествующе улыбается и резким движением насаживает её глубже и Мария достигает своей излюбленной цели – его возбуждённой плоти.

– Да детка, это именно то, что сейчас мне нужно на данный момент! – Он краешком глаза и с улыбкой на лице наблюдает за ней и видит, что она смотрит на него своим затуманенным, чувственным взором. – Обожаю тебя… ты неповторима… ты супер, просто высший пилотаж… ты на меня так магически действуешь…

Мария блаженно улыбается словам мужа.

– Милый, я знаю, что так магически на тебя действую и умело им пользуюсь, – и отложив гель в сторону начинает работать руками. – Он мне больше не понадобится. Так ласки получаются более нежными, тем более под умелыми пальчиками, – и кусает губу. – Ты со мной согласен любимый? – Продолжает движения кончиками своих пальцев, едва касаясь его груди.

Алекс не выдерживает и закрывает глаза. Откидывает голову назад, стонет, выдвигает вперёд бёдра. Его горящие глаза опять встречаются с её глазами.

– Да, – из его груди вырывается стон, и он опять на какие – то доли секунд отстраняется от неё. – Ты просто сводишь меня сума. Невозможно хотеть женщину все двадцать четыре часа, а я – тебя хочу, я тебя всегда и очень сильно хочу! Это как наваждение, как туман в голове после весёлого похмелья. Ты действуешь на меня как выдержанный с годами в погребе коньяк. Ты как хорошее молдавское домашнее вино, который с годами становится всё лучше и лучше на вкус, который хочется пригубить снова и снова и выпить до самого дна. Кажется, я повторяюсь да? – И подмигивает ей.

Мария смеётся уже от души и её лицо покрывается румянцем.

– Ты всё так же, как и двадцать лет назад краснеешь и смущаешься, как школьница. Ты неповторима и непредсказуема любимая, как сама весна, но при этом ясна, как грёзы, и всем этим меня ещё больше привязываешь к себе. Что ты со мной сделала милая, что? Я вот уже больше двадцати с лишним лет, что с тобой живу, под одной крышей задаю, себе этот вопрос и никак не могу на него ответить.

Мария поднимает руки, берёт в ладони его милое, красивое лицо и нежно целует, выражая этим всю свою любовь.

– Любимый, я ничего тебе не сделала. Я тебя просто люблю и всё. Люблю, как могу, сильно и самозабвенно. Я хочу насладиться тобой и всей этой любовью под горячей водой в душе. Надеюсь, что ты не против и не откажешь своей любимой жене в этом. Тебе это понравится милый. – Нежными круговыми движениями она моет его: грудь и движется к его мускулистому плоскому животу. – А теперь я продолжу ещё ниже и это мой любимый маршрут, – и её рука движется вниз, по его животу, плавно переходящей к его мужскому достоинству. – Вот что и кого я так больше всего люблю, дорогой мой мужчина. – Мария ухватилась за его молодца.

Алекс пристально смотрит ей в глаза, мокрый и прекрасный, а в его глазах бегают озорные огоньки. Посылает ей губами воздушный поцелуй.

– Обожаю когда мой малыш в твоих умелых ручках. Детка, твои глаза сейчас заблестели и засверкали на миллион. Мне нравится, не отвлекайся.

Мария глядя ему в глаза выдавливает на ладонь немного ароматного геля и подносит к его груди.

– Милый, меня это так сильно заводит, – она ласково начинает втирать гель в его кожу при этом, не забывая нежно касаться губами его мощной спины.

Алекс делает резкий вдох и через какое – то время просто обхватывает её бёдра.

– Продолжай, не останавливайся. Обожаю твои губы, – шепчет он, снова поворачивает её лицом к себе и приникает к её губам.

Мария забывает, зачем они оба в душе и обо всём на свете и отдаётся наслаждению, пронзающему острой стрелой её живот.

– Алекс, ты просто чудо и моё лучшее лекарство. Как же приятно. – Она прислоняется затылком к его плечу и из груди вырывается стон наслаждения.

– Приятно говоришь? – Алекс присоединяется скоро к её стонам и вот уже он вместе с ней дышат в унисон. – Мариш, – только и всего смог произнести Алекс.

Мария потянулась к его сладким и столь желанным губам.

– Ты опять принялась за своё старое занятие? Мария, ты очень часто научилась закрывать мне рот простым и очень даже эффективным способом, который действует на меня безотказно: ты закрываешь мне рот своим ртом или своей грудью, или другими частями своего тела и это срабатывает каждый раз. Да – да, вот именно. – Они поменялись местами, и теперь Алекс берёт её любимый гель для душа. – Теперь моя очередь тебя намылить любимая. Мои любимые места: твои груди и твоя аппетитная попка, перед которой я никогда не могу устоять. Никогда и ни за что. – Ласково поворачивает её спиной, прижимает к себе и продолжает намыливать груди и попку.

– Ах, как же приятно… интимно под горячей водой… твои умелые пальцы медленно, но уверенно опускаются всё ниже и ниже…

Алекс обвивает её своим мощными руками и крепко прижимает к себе.

– Теперь ты в полной безопасности малыш и под моей опекой со всех сторон. – С издёвкой произносит он. – Твоё тело доступно только для меня любимая. Как же всё это сексуально и возбуждает милая.

Мария обнимает мужа за руки, которые так крепко её прижимают к себе.

– Ты наполняешь меня всю, насыщаешь. До тех пор пока ты во мне – я насыщена и удовлетворена, счастлива, а как только ты не во мне – я снова опустошена.

– Те же самые эмоции переполняют и меня. Обожаю твою попку и никогда не могу ему сопротивляться, она действует на меня безотказно.

– Я знаю, что моя попка на тебя действует магически и сражает тебя наповал. – Она смотрит на мужа через зеркало: тёмные глаза против бирюзы. – Когда ты смотришь на меня так, выражение твоего лица становится таким забавным. Ты превращается в дикаря, губы плотно сжимаются, взгляд становится тяжёлым. Ты становишься таким сильным и быстрым, голодным, как и я. Знаешь, что меня всегда разрывают противоречивые желания. Есть желания, а между животными нет места осуждению, там нет правильного и неправильного – есть только страсть и ничего больше. Да, очень часто мы с тобой напоминаем друг другу в постели зверя, а точнее быков на ринге, ведь недаром мы оба с тобой принадлежим к году быка – у нас даже взгляд бычий.

Он ничего ей не ответил, лишь резко повернул её к себе. Обхватив её лицо своей большой ладонью.

– Милая, ты слишком много говоришь. Пришло время уделить, наконец – то моей излюбленной попке.

– Что ты хочешь всем этим мне сказать?

Алекс так резко повернул Марию к себе спиной, что она даже не успела опомниться. Он одновременно вонзился глубоко в её попку и продолжил, потирая своими бёдрами в кругообразных движениях, вбивать в неё свою плоть.

– Малыш, выгнись ко мне чуть на встречу.

Мария подчинилась его словам и когда выгнулась к нему, он сжал сильнее её за ягодицы и продолжал одновременно вонзать в неё своё копьё.

– Как же я обожаю твою попку… детка… ты прелесть… чудо… ты просто супер милая… Маш…

– Милый, ты скоро? – Напряжение, скрутившее её тело, неожиданно взорвалось, затопив её самым изысканным ощущением, какое ей всегда доводилось ощущать. – Я хочу, чтобы мы с тобой одновременно пришли к финишу. – Мария не успевает докончить свою фразу, как с громким криком кончает и ещё крепче прижимается к мужу.

– Машунь! – Выкрикивает он её имя и кончает, обильно, бурно. – Я тебя люблю… обожаю… ты моё всё… – притягивает её к себе и целует в шею, туда, где так учащённо бьётся её пульс. – Ты супер… прелесть… – выходит с неё и поворачивает к себе лицом. – Теперь я полностью насыщен и удовлетворён. А ты детка?

– Я тоже милый.

Алекс выходит с ванны и берёт банное пушистое полотенце и обматывает себя ниже пояса. Протягивает навстречу ей руку и помогает выйти с ванны. Обматывает полотенце вокруг её груди и любуется. Лукаво улыбается и подмигивает.

– Классно смотришься, очень сексуально. Полотенце едва прикрывает твою аппетитную попку и выставляет напоказ твои шикарные ножки.

– Какой же ты ещё всё – таки ребёнок у меня, взрослый сорока двухлетний ребёнок.

– Да, я такой, от кончиков пальцев до самой макушки и весь твой малыш. Терпи детка, терпи, атома ном будешь. – Он подхватывает и берёт её на руки, страстно целует в губы. – Любимая, а теперь пора и баиньки.

– Думаешь? – И одаривает мужа ослепительной улыбкой, на какую только она способна.

Лиза, спохватившись, отходит от двери и на цыпочках спускается вниз по лестнице.

Алекс входит в спальню и направляется в сторону кровати. Осторожно кладёт Марию.

Минуты две – три смотрит на неё влюблёнными глазами. Отходит молча к столу. Вынимает с ведёрка бутылку с оставшимся шампанским и наполняет два фужера. Кладёт их на поднос вместе с фруктами, взбитыми сливками и карамельным мороженым. Берёт поднос в руки и уверенной походкой направляется к любимой, которая вся в предвкушении ожидает его единственного.

– Нам следует с тобой выпить и перекусить, подкрепиться. Я хочу поднять свой бокал и выпить за тебя, моя родная и любимая женщина. Милая, держи, – и протягивает ей один из фужеров.

Мария томно улыбаясь, берёт с рук мужа бокал и им ударяет легонечко о его кончик носа.

– Мы за меня уже пили. Давай выпьем за нас с тобой дорогой и за нашу любовь, которую мы смогли с тобой пронести все эти двадцать лет совместной жизни, – и делает глоток. – Оно изумительно вкусное.

Алекс делает глоток и смотрит на супругу влюблёнными глазами школьника. Берёт клубничку и обмакивает её о взбитые сливки.

– Детка, открой свой прелестный ротик и пухленькие губки и прими это лакомство от меня. Оно такое же вкусное и сладкое, как и ты сама, – и подносит к её губам.

Мария открывает свой рот, и клубничка с взбитой сливкой буквально тает у неё во рту и она опять облизывает свои пухлые губы.

– Ты прав, оно действительно изумительно вкусное. Спасибо за вечер милый. Ну, что, пьём до дна? – И подмигнув, посылает губами воздушный поцелуй.

– Это тебе спасибо.

Они поднимают свои бокалы и, опустошив, ставят на поднос.

– Дорогая, я вижу, что пару бокалов шампанского и горячий душ сделали своё дело. – И лукаво улыбается. – У тебя и без того румяные щёки порозовели ещё больше, да и настроение заметно поднялось на несколько градусов, да разогрелся и без того сильный аппетит. Не хочу спускаться вниз на кухню. Матушка лень. Завтра вынесем. Я только дверь закрою малыш, – встаёт вместе с подносом и грациозной походкой направляется к журнальному столику.

– Да, конечно, милый.

Дойдя до двери своей спальни, Лиза включила свет. Она пытается взять себя в руки, но у неё ничего не получается; её мысли всё время возвращаются к своим родителям, снова и снова. Так и не раздевшись, легла на мягкую постель, уставившись в потолок в одну точку. Тяжело вздохнув, поворачивается на живот, обхватив голову руками. Она поменяла уже поз десять, но всё бесполезно, она до сих пор не может уснуть. Закрывает глаза, но всё бесполезно, снова и снова перед ней как бегущая строка всплывает лицо отца и матери, занимающиеся любовью. Лиза обхватывает голову руками так сильно и крепко словно боится, что вот – вот рассыплется на мелкие кусочки, осколки.

– Господи, как у родителей всё красиво получается, как они любят друг друга и чувствуют. Им даже не нужны слова, они понимают друг друга просто без слов. Я тоже хочу познать всего этого, испытать на себе все эти греховные радости. – От своих же собственных слов Лиза поёжилась и пришла в себя, как будто бы от хорошей пощёчины. – О Аллах, и о чём только думаю? И всё это говорит целомудренная девушка? А так ли я на самом деле целомудренна, если я посмела мечтать об этом? Что же я делаю? И о чём только думаю? С чем связаны мои мысли? Неужели я схожу сума, раз так низко пала? Нет, в меня точно проник и овладел моей душой сам дьявол, если я смогла о таком только подумать и следить за собственными родителями! Господи, помоги мне, пожалуйста, избавиться от этого жуткого, испепеляющего чувства и воспоминаний, ведь я живу на пороге ада и этим всё и сказано! Лучше бы включила себе, какую ни будь порнографию смотреть, чем вот так вот потом мучиться! Но, почему тогда меня не возбуждает ни один фильм с открытыми постельными сценами или самая ужасная порнография, а так меня возбудили мои родители? Почему? Такого я раньше никогда не испытывала. Может быть от того, что мои родители так сильно любят друг друга, вот у них и получаются натуральные ласки в постели? Всё возможно, ведь в порнографии и в открытых постельных сценах это актёры. А, что может дать актёр друг другу, если между ними нет физики, любви и притяжения? Ответ слишком прост и очевиден: ничего. В твоей жизни Лиза тоже будет мужчина, который будет похож на твоего отца, который также будет тебя любить, беречь, холить и лелеять. И у тебя в голове Лиза такие бредовые мысли только потому, что ты считаешь, своего отца эталоном мужской красоты и хочешь видеть своего будущего мужчину и мужа именно таким, каким и твой отец.

Лиза встаёт с кровати. Скидывает с себя за считанные минуты те немногие вещи, которые надеты на ней и проходит в свою ванную комнату. Остановилась возле зеркала и долго, внимательно всматривалась в своё отражение.

– Лиза, детка, ты самая красивая и самая счастливая девушка на этом свете! Ты самая желанная и самая любимая! Ты единственная и неповторимая! Ты на этой земле одна, потому что, ты – единственный экземпляр и нет твоего двойника! Помни об этом всегда и не забывай. И каким счастливым должен оказаться на земле тот мужчина, который будет обладать этой красотой и тобой, которому ты будешь принадлежать всецело душой и телом. Я ему сама даже завидую. Аминь. – Закончив со своей молитвой, Лиза зашла в душ.

Мария пальцем манит Алекса к себе и притягивает его, ухватившись за край полотенца.

– Машунь, только не говори мне, что ты отдыхать не хочешь – в жизни не поверю!

– Милый, любимый мой мужчина, я именно вот таким образом и отдыхаю и другого отдыха себе и представить не могу! – И лукавая улыбка проскальзывает на её лице.

– Малыш, ну, что мне с тобой делать? – Закрывает глаза, потом резко их открывает.

– Какие сейчас у тебя красивые глаза, как они блестят, словно арктическая ночь!

– Ты мне сейчас вот таким способом зубы не заговаривай, ведь у меня там не вода течёт, да и не бензин, ты меня всю высосала, выдоила, как корову до последней капли. Что мне с тобой сделать, чтобы ты успокоилась, как тебе помочь?

– Милый, я и пытаюсь помочь тебе помочь мне. – Мария выгибается Алексу на встречу.

– Ты неисправима как всегда. Иногда мне кажется, что внутри тебя мотор.

Перекатившись с ней на бок, он обхватил её талию своими руками и сжал так сильно, что она едва могла дышать. Мощным рывком содрал с неё полотенце, обнажив её тело для себя, потом снял и своё полотенце. Вонзился в неё, потом снова и снова. Его бёдра мощно выгибались под ней. Алекс выдохнул её имя, когда кончил, и надрывная нота в его голосе, на пару с рукой, так интимно двигающейся между её ног, ввергла её ещё и заставила принять его.

– Я знаю, что быстро, всего лишь пару минут я продержался на ринге и с позором проиграл свой бой, но и ты меня должна понять, что у меня там не бак, который можно залить бензином. – Стал он оправдываться перед ней.

– Хорошо, но, только при одном условии, что я засну у тебя на груди, – и удобно устраивается на его груди. – Ты меня любишь?

– Тупой вопрос. Конечно, я тебя люблю, и ты прекрасно об этом знаешь малыш, – и Алекс крепко прижимает к себе супругу.

– Алекс, а за что ты меня любишь? Ты мне этого никогда не говорил любимый, – и уставилась на мужа в ожидании ответа.

– За то, что ты есть в моей жизни и досталась лишь мне одному. Я люблю тебя такой, какая ты есть. Я люблю тебя со всеми твоими достоинствами и недостатками, со всеми твоими тараканами в голове, люблю тебя такую разную, неповторимую и непредсказуемую. Да, ты такая, в этом и есть вся твоя прелесть и тебе подобной я ещё не встречал в свои сорок два ни одну женщину. В этом и есть вся твоя фишка, ведь никогда не знаешь и не можешь предугадать твоего финала.

Ты прекрасно сама знаешь, понимаешь, осознаёшь то, что твоя красота и сама лично ты, способна растопить любое чёрствое мужское сердце. Оно способно сделать из мужчины, именно того мужчину, которого ты сама хочешь и желаешь видеть перед собой, а красивое обнажённое тело, может свести сума любого мужчину и лишить мозгов, ведь, недаром веками все воины и сражения, дуэли, и драки начинались от прекрасного пола; это женщины всему тому были виной. Это всегда так было и будет веками и лишь только женская красота способна превратить мужчину в раба.

Да, все женщины на свете разные и каждая из вас красива и неповторима по – своему. Каждая из вас почти, что неотличима от другой женщины и вместе с тем, все вы такие разные. И, я в этом абсолютно уверен на все сто процентов, что и мы мужчины, каждый из нас, как – то иначе и с другими глазами смотрит на другую женщину, когда она обнажена перед ним. Это власть неотделима от наших тел и все мужчины перед ней бессильны.

Но, я люблю тебя не только за твою красоту. Ты мне нравишься и возбуждаешь меня как женщина с большой буквы, и я преклоняюсь перед тобой. Ты прекрасна как жена, подруга, любовница и мать, хозяйка и бизнес – леди. Эти слова поистине можно приписать тебе: отличная хозяйка, королева в гостиной и шлюха в постели.

Ты в свои сорок с хвостиком научилась обеспечивать сама себя. Ты умеешь вкусно и разнообразно готовить, даже несмотря на то, что в доме у нас есть шеф – повар и сеть ресторанов. Ты в свои сорок выглядишь умопомрачительно, на миллион, так как умеешь ухаживать за собой: ты всегда красива, и ухожена, сексуальна и желанна, а главное, ты в свои сорок два всякой молоденькой девчонке можешь утереть нос! Я тебя очень сильно люблю и не хочу тебя терять. Спокойной ночи. Любимая, я душу дьяволу отдам за ночь с тобой… – и прижимает к себе жену.

Мария блаженно улыбается словам мужа.

– Я душу дьяволу отдам за ночь с тобой… – повторяет она слова мужа и скоро тоже проваливается в глубокий сон.

Глава – 3

Алекс щекочет губами ей шею, сбрасывает простыню, и она медленно просыпается. Она лежит спиной к нему, окольцованная сильными его руками.

– Как ты спала милая? – Алекс целует её за мочку уха. – Когда ты успела одеть бельё?

– Я? – Она открывает глаза, и яркий утренний свет наполняет спальню, рука Алекса нежно ласкает её грудь поверх бюстгальтера, дразнит её, а потом перемещает свою руку на её бедро, прижимает её к себе. – А я у тебя шустрая девочка. Я всегда рядом с тобой сплю отлично и мне так приятно, что я сегодня проснулась у себя дома и в твоих столь желанных объятиях родной мой. – Она потягивается, наслаждается его прикосновениями, ощущает ягодицей его эрекцию. – О, Боже! – Бормочет она, нарочно ещё сильнее прижимается к нему, приподняв, попку и ощущает, на коже тёплое дуновение его насмешки. – Ты готов милый, да – да, и на все сто, между прочим! – Кусает нижнюю губу, но даже и не думает поворачиваться к мужу лицом. – Ты рад меня видеть? Я всего лишь час поспала. Сон пропал. Встала в пять утра, не хотелось тебя будить, ты так сладко спал. Я сварила себе чашечку ароматного кофе и наслаждалась спящим тобой. После кофе мне ничего не оставалось делать, как просто лечь к тебе рядышком в твои столь горячие и крепкие объятия и почувствовать себя дома и защищённой тобой. Милый, я даже и не заметила, как уснула опять.

У двери опять появляется Лиза. Останавливается в нерешительности.

– Опять?! Интересно, все семейные пары такие ненасытные и озабоченные до секса или только мои родители такие?! Опять, как и вчера, я стою перед выбором: войти или нет. Так что же мне выбрать? Опять, как и вчера, внутри меня борются, две женщины и каждая из них хочет, одержать вверх надо мной. Первая, как и вчера, твердит мне: не смей наблюдать за родителями, это не красиво, просто постучись и войди, а вторая, та ещё сучка, как и вчера, промывает мне мои мозги и твердит: дурочка, не смей стучаться, просто стой и наблюдай за своими родителями, учись, другого шанса может и не быть. Так что же мне выбрать, что?! – Она набрала в себя больше воздуха и наконец – то выдохнув, прошептала. – Поздравляю, Елизавета ханым, как и вчера, над тобой вверх одержала вторая! – И устремила свой взгляд опять к своим родителям.

А тем временем в спальне страсти только разгорались. Алекс скользит ладонью по её животу, накрывает ею её лоно и ласкает поверх атласных кружевных трусиков пальцами. Осторожно переворачивает её на спину.

– А впрочем, ты вот уже больше двадцати с лишним лет, что мы с тобой живём, во сколько бы ты не ложилась, ты всегда встаёшь рано! По тебе можно даже сверять время – пять утра. Ты не хочешь ко мне повернуться?

– Любимый, ты мне давай зубы не заговаривай с утра пораньше. Ты мне ещё не ответил нам мой самый главный вопрос. – И опять прижимается к его молодцу попкой, делая при этом кругообразные движения. – Так рад ты меня видеть или нет?!

– Я очень рад тебя видеть дома и в своей постели рядом со мной. Мариш, я всегда рад тебя видеть. Есть определённое преимущество в том, чтобы просыпаться рядом с вами, госпожа и королева моя. Любимая, даже этот грубый шрам, что оставили тебе врачи после операции, сводит меня сума детка. – Проходит рукой внизу живота. – Я тебя хочу. Умеешь ты поднять моего маленького Алекса, ой, как умеешь! – Он улыбается ей своей широкой, ослепительной улыбкой, что захватывает дух. – Чего – чего, но всего этого у тебя не отнять малыш! Как же ты красива и желанна, любима и сексуальна, – щекочет губами ей мочку уха и целует.

Бёдра Марии начинают двигаться в ритме танца, заданном его пальцами. Он целует её в губы, потом переходит к шее, медленно целует её, покусывает, подсасывает. Его лёгкие прикосновения несут ей божественное наслаждение. Тем временем неугомонные пальцы движутся вниз. Он ласкает и ласкает.

– Мариш, кажется, наступил мой звёздный час и пора мне снять с тебя твоё красивое сексуальное бельё, – шепчет Алекс ей в самое ушко. – Ты со мной согласна или нет? Ты мне поможешь раздеть себя?

– Если ты так сильно желаешь обладать моим телом и мной. Ах, чего только не сделаешь для любимого мужчины! – С долей кокетства и сарказма произносит она улыбаясь. – Ладно, чёрт с тобой, так уж и быть, уговорил, развяжи мне сзади лифчик родной, а я сниму с себя трусики.

Алекс расстёгивает сзади её лифчик. Мария за считанные секунды снимает с себя атласное кружевное бельё и швыряет куда – то на пол.

– Я готова и полностью в твоём распоряжении! – Подмигивает ему, лукаво улыбаясь и посылая губами воздушный поцелуй. – Видишь, какая я умница и красавица. Милый, любимый, я вся уже горю и изнемогаю желанием!

– Мариш, какая же ты всё – таки сучка и стерва… как же ты на меня всё – таки позитивно действуешь… я… – и прорычал плотоядно. – Машунь, едва я прикоснулся к тебе, как твоё тело моментально отреагировало на мои руки и ласки в предвкушении порочных и запретных ласк, хотя, ты прекрасно знаешь сама и то, что я, никогда в жизни не смогу тебе отказать ни в чём.

– Мой ласковый и нежный зверь, я это знаю, поэтому и умело пользуюсь всеми этими благами любимый. Жизнь, она ведь так коротка, поэтому от жизни нужно взять всё и сполна, как делаем мы с тобой. Не надо себя лишать ни каких земных удовольствий.

Тело Алекса полностью накрыло, её и Мария растянулась, на своём же ложе

– Голая, ты такая красивая и соблазнительно сексуальная, от которой так и брызжет фонтан сексуальности и миллион желаний.

Мария одарила мужа белоснежной улыбкой.

– Как же ты красиво заливаешь радость моя, ещё пару комментарий в мой адрес и я кончу до того, как ты в меня войдёшь своим молодцом!

Алекс не дал себя долго ждать. Мария уже чувствует, как широкая и сильная ладонь мужа скользит по её лодыжке, поднимаясь по ноге вверх, почти прикасаясь к сокровенной плоти. Он с нежностью ласкает её бёдра, а его рука со знанием дела порхает по её соблазнительным женским изгибам тела.

– Любимый, ещё чуть – чуть и всё моё тело устремится куда – то вверх… оно скоро мне больше принадлежать не будет… оно, как и моя душа, отделится от моего тела и просто умрёт…

Губы Алекса слегка покусывали ей шею, потом нежно целовали и ласкали, затем снова покусывали и целовали. Затем его рот переместился к её шее, туда, где так учащённо бился её пульс – к самой любимой и эрогенной её точке. Алекс стал её там страстно и нежно целовать, покусывать и это сработало на все сто, впрочем, как и всегда. Вошёл в неё сзади.

– О да! – И из его груди вырвался приглушённый крик. – Это то, что мне так нужно детка!

– Милый… люби меня…

Толчки следовали один за другим, лишая обоих дыхания и вскоре Мария присоединилась к мужу. Его малыш, не переставая, всё ещё двигался внутри неё. Когда тень промелькнула в его глазах, взгляд Алекса стал более напряжённым. Его рука поднялась выше и легла ей на шею. Пальцы стали перебирать её волосы, и он слегка их потянул, запрокидывая её голову, обнажая тем самым её шею.

– Продолжай… не останавливайся… ещё… сильнее… резче… хочу почувствовать твои губы на своей шее… не прекращай свои ласки… люби меня сильно… страстно…

Алекс не заставил себя долго ждать. Он снова и снова целовал ей шею, где у неё учащённо и неровно бился пульс. Его губы слегка касались её нежной кожи, и Мария прерывисто выдохнула. Дальше он опустился ниже, к выступающей ключице и сильно потянул её за волосы.

– О да, это, именно то, что мне так необходимо на данный момент! – Буквально прорычал Алекс.

– Милый… – Мария снова выдохнула от наслаждения и боли.

Его огромная и горячая ладонь легла ей на грудь и принялась то нежно ласкать и гладить, то страстно мять и сжимать их, пока Мария снова не стала извиваться под градом его ласк и объятий. Алекс даже и не думал прекращать свои мучительные, но до боли такие сладкие пытки. Его губы стали скользить по её волосам и шее, коже, повсюду, куда только он мог дотянуться, а его руки искали её тело.

Алекс прижался бёдрами к её телу, снова располагаясь между её ног и раздвигая их. Он начал поглаживать её упругие ягодицы, очерчивая руками плавные изгибы женского тела. Ноги Марии задрожали, и, чтобы удержаться, она крепче ухватилась за простыню. Алекс провёл ладонь по её животу к местечку между ног.

– Малыш, ты такая мягкая и влажная там, да и сочишься ты уже вся. – Донёсся сзади чувственный голос мужа. – Как же приятно малыш. – И его мускулистая мощная рука полностью накрыла её бугорок. – Я скоро попаду в рай и это всё, что мне сейчас так нужно и необходимо. – Вырвалось у него непроизвольно и пальцы скользнули между её ног, поглаживая так, как она и любит.

– О, Боже, Алекс! – Вырвалось у Марии, и она почувствовала, как его малыш потёрся о попку несколько раз, а потом быстро погрузилась в её лоно. – Продолжай милый. – Последовало несколько толчков и вдруг всё резко прекратилось, и Алекс вышел из неё. – Нет, только не это! – Выкрикнула она.

– Детка, расслабься и прими меня в мою любимую потайную пещерку, не могу себе отказать в этом никогда. Ты такая мягкая и тугая там. Я буду чередовать их: твою малышку и твою пещерку. Ты останешься довольной. Обещаю тебе. Просто расслабься. – Услышала она снова сзади себя чувственный голос мужа. – Я едва могу проникнуть в тебя. Но как только я оказываюсь внутри тебя – моё сердце останавливается, и я просто не могу дышать, настолько мне там хорошо. Иногда мне даже кажется, что я будто умираю, но всё равно не могу вдохнуть, потому что это слишком прекрасно, слишком хорошо, чтобы я сумел останавливаться любовь моя. Твоя попка такая соблазнительно аппетитная, что я готов её буквально съесть.

– Да милый, я знаю, – и Мария инстинктивно выгнулась ему на встречу, помогая проникновению, вбирая его полностью и целиком в себя, до самого конца. – Ай! – И неожиданно вскрикнула от резкой боли, но вскоре выгнулась от пронзившего удовольствия, и, когда его малыш набрал быстрый темп и, удвоив тем самым чувственное движение, ощутила приближение оргазма. – Алекс! – Она услышала собственный напряжённый всхлип, по которому Алекс легко определил, что она уже близка к разрядке.

– Я уже полностью в тебе. Я её обожаю и она так на меня позитивно, магически действует, что я это не могу описать никакими словами! – И уверенные толчки стали следовать один за другим. – О Аллах, как же хорошо!

– О да! – Мария подставляла ему свою попку и старалась попадать с ним в такт его движениям. – Ещё Алекс, ещё, сильнее войди в меня, до самого конца! – Ещё один сильный толчок заставил её содрогнуться. – О, Боже, Алекс! – И закричала от удовольствия, достигнув кульминации наслаждения закрыв глаза, восстанавливая дыхание.

– Малыш, – Алекс оставался внутри неё и удерживал обеими руками, пока её сотрясала дрожь наслаждения. – О, Аллах, как же я тебя сильно люблю малыш, что эта любовь причиняет мне боль. – Алекс резко выходит из Марии и одним движением переворачивает её к себе.

Она смотрит на мужа и без лишних слов читает в его глазах призыв и с радостью принимает его игру. Мария нежно, едва касаясь пальцами и маникюром, напоминая тем самым вибрацию, проходится сверху вниз по столь желанной коже, и всё его тело моментально отзывается и реагирует на её нежные прикосновения. Те же самые движения она повторяет снизу вверх. Итак, несколько раз. Соски напряглись, а грудь вздымалась и падала с каждым вздохом. Его стон тут же отозвался в ней самой и остро пронзил сладостной болью, а радость бурлила в крови Марии, хоть и тело её изнывало, стремясь удовлетворить и свои собственные желания, но сейчас она обязана подарить наслаждение мужу. Ей страшно нравилось думать, что она может заставить мужа испытать то же: кричать и стонать, вскрикивать от страстного желания.

– Малыш, хоть я всегда и считался сильным по духу, но только не в постели с тобой любимая, когда ко мне прикасаются твои умелые ручки, тогда всё меркнет, у меня перед глазами и я теряю, свою голову и полностью отдаюсь страсти, желаниям и тебе, моя любимая женщина. Ведь сейчас, на данный момент, я являюсь рабом собственной страсти, пленником твоих умелых рук и ласк. Ты всегда берёшь от меня всё сполна.

Мария ничего мужу не ответила, просто нагнулась и стала его целовать, едва касаясь языком и губами, покусывая. Она уже измучила его так, что ей казалось, что муж вот – вот взорвётся. Дыхание Алекса стало громким и прерывистым, а стоны и лепет становились всё менее членораздельными.

Только тогда, когда Алекс едва уже мог дышать, Мария оторвалась от него и дала мужу перевести дух. Она посмотрела на супруга – его взгляд казался остекленевшим, а розовые губы от страстных поцелуев Марии чуть приоткрыты. Алекс ничего ей не сказал, да вряд ли, думала Мария, он способен сейчас вымолвить хотя бы одно словечко. Но Мария увидела в глазах мужа вопрос. Может быть, дара речи супруг с ней и лишился, но до полного исступления ещё не дошёл.

– Я знаю милый, о чём ты меня хочешь спросить: долго ли ещё я тебя буду мучить? Всё – таки, я решила милый, что жестоко будет с моей стороны терзать тебя и твоего молодца дальше.

Алекс не дал ей докончить и одним резким движением рук притянул её и усадил на себя. Её бёдра содрогались под его ладонями, а её лоно уже плотно обхватывало его малыша. Взяв Марию за руку, Алекс заставил её коснуться своего лона.

– Потрогай и почувствуй, как ты наполнена мной, и ты принимаешь меня целиком. – Прорычал он. – Просто ощути соединение наших с тобой тел и почувствуй все мои движения внутри тебя. Дай мне свои руки!

Она протягивает мужу руки, и он держит её, поддерживает, таким образом, страхует.

– Как же хорошо, что я сверху, а ты подо мной и я тебя вижу целиком. Ты полностью мой и ничей больше любимый. Как же я обожаю вот так вот обладать тобой, в то же самое время тебе и отдаваться полностью, целиком, до самого остатка, – и закрывает глаза.

– Малыш, я хочу тебя всегда. О, да, и эта мысль меня греет и мне так приятно осознавать, что я тебе нужен и важен как воздух и что могу тебе дать утешение. – Алекс приподымает бёдра ей на встречу и наполняет её, растягивает. – Двигайся вместе со мной в идеальной симметрии и ухватись за мои предплечья. – Отпускает её руки и берётся за её бёдра.

Мария ухватывается за его предплечья, закрыв глаза. Она запрокидывает, голову и направляет, всё своё внимание на его ритмичные движения и двигается, вместе с ним в идеальной симметрии противодействуя, его ритму.

– Любимый, все мои мысли куда – то улетучиваются когда я с тобой. Я вся растворяюсь в немыслимом удовольствии и блаженства: вверх – вниз, ещё и ещё раз, снова и снова. О, да! – Открывает глаза и смотрит на него, прерывисто дыша сверху вниз.

– Ты просто чудо… прелесть… – шепчет ей Алекс, едва дыша горящими глазами. – Давай же малыш, кончай, я хочу, чтобы ты кончила и получила разрядку! – Крикнул он громко.

Мария замирает на секунду и тянет беспощадно его за волосы.

– Любимый… не спеши… остановись на минутку… пожалуйста… не дёргайся… я скоро…

Алекс останавливается и смотрит на жену. Мария закрывает глаза и запрокидывает голову назад, громко стонет и наконец – то приходит к финишу: громко, бурно и долго, крича, и визжа и без сил падает, на него.

Алекс гладит супругу за волосы и нежно шепчет в самое ушко.

– Кажись, у нас у обоих так много всего накопилось за месяц. Я тебя люблю всем сердцем и душой.

Мария целует ему мочку уха и спускается к шее.

– Ты супер, ты просто чудо и прелесть. – Голова Марии уже покоится на груди мужа.

Прошла, кажется, вся вечность, прежде чем они отдышались оба, и пришли в себя. Алекс натянул на себя боксеры, а Мария надев своё кружевное бельё, удобно устроилась на его груди, окольцевав его руками и ногами со всех сторон.

Стук в дверь. «Родители» засуетились. Так и не дождавшись приглашения, Лиза вошла в полуоткрытую дверь спальни.

– Извините, что помещала вам голубкам ворковать, но вы сам виноваты – двери нужно закрывать, на то они и двери! – Отчитала она сходу родителей. – Родители, доброе утро! – Поприветствовала она их с улыбкой на лице. – Почему вы меня не разбудили по приезду?

Мария встаёт с кровати. Её лицо озаряет довольная улыбка.

– Лиза, доченька, солнышко моё, как же я соскучилась по тебе! – И она протягивает дочери навстречу руки.

Лиза бежит к матери и вот уже они обнимаются и целуются, тискают друг друга.

Мария вдыхает глубоко запах дочери, снова и снова. Целует её в волосы, в носик, в губы.

– Пахнешь шикарно. Доченька, как же я соскучилась. Радость моя, наконец – то мы вместе.

– Мамуль, я тоже жуть как по тебе соскучилась. Это ты у нас классно пахнешь, а не я. Обалденный запах: одновременно сладкий и вызывающе сексуальный, очень красивое сочетание, просто пьянит, сносит крышу и сводит сума. Да ты и сама прекрасно знаешь мамуль, как ты реагируешь на мужчин, как они смотрят тебе вслед, провожая взглядом и пожирая глазами, мечтая о тебе и завидуя тому счастливчику, которой ты досталась. А досталась ты вон тому счастливчику, который лежит на белых простынях. – Целует мать в обе щеки. – С приездом мамочка. Рада, что ты снова вместе с нами. Нам с папой так не хватало тебя мамуль, так не хватало!

Отец подошёл сзади и повернул дочь всем корпусом к себе. Целует её в носик и волосы.

– Ты права детка в том, что одну женщину могут хотеть тысяча мужчин, а принадлежать она будет только одному как телом, то так и душой. Привет моё солнышко. – И стиснул её в своих крепких объятиях. – Как у тебя как дела радость моя? Что нового и хорошего у тебя? – И шепнул Лизе на ушко, чтобы не расслышала жена. – Спасибо за романтический вечер. Всё было супер. Ты просто профи.

Лиза выпорхнула, словно бабочка с объятий отца расплылась в довольной улыбке от уха до уха.

– Всегда, пожалуйста, к вашим услугам Алекс бей! – И потянувшись, поцеловала его в щеку. – Папуль, знай, что ваша дочь не бездарна, так как, в её жилах течёт ваша кровь, а это просто гремучая смесь бульдога с носорогом! С приездом и тебя тоже! Наконец – то вся наша семья в сборе! У меня всё хорошо папуль, за исключением того, что я по вас обоим очень соскучилась родители. – И повернулась лицом к матери. – Мамуль, не оставляй нас больше с папой на такое долгое время одних. Ладно? Ты нам обоим так нужна и нам так тебя не хватало мамуль. Когда тебя нет дома с нами, то и наш огромный особняк мне кажется пустым. Пообещай.

– Дорогая, я не могу тебе этого пообещать. Ты же знаешь, что у нас свой бизнес – огромная сеть ресторанов. Бизнес не терпит, капризов и слов не хочу, и не могу. Если хочешь припеваючи жить, вкусно есть, красиво одеваться, ни в чём не нуждаться, отдыхать в год по нескольку раз, ездить на дорогих тачках, тогда нужно трудиться каждый день, как минимум восемнадцать часов в сутки!

– Мамуль, я понимаю, просто очень соскучилась по тебе. Как удачно хоть съездила в Баку?

– А ты как думаешь дочь? Угадай с одного раза! – И подмигивает ей улыбаясь.

– Зная свою мамулю как облупленную, то значит удачно! Ты всегда и всё делаешь отлично! Знаешь родная, я так хотела бы быть похожей на тебя!

– Будешь малыш, обязательно будешь моя девочка, – и натягивает на себя спортивные штаны и облегающую футболку. – Сейчас мы с тобой выйдем, а папа наш пусть примет душ. Мне нужна будет твоя помощь. Я на тебя рассчитываю. Ты мне сделаешь причёску и вечерний макияж, а потом ты мне поможешь подобрать четыре вечерних платьев для выступления и деловой мини – костюм. Папа наш сказал, что у нас свадьба сына какой – то известной шишки и будет весь бомонд и сливки Стамбула, всё высшее общество, телевидение и пресса, папа рации.

– Хорошо мам. Я сделаю из тебя такую конфетку, что у всех отпадёт просто челюсть, и ты затмишь даже саму невесту, невзирая на её молодость!

– Доча, у меня для вас с мамой есть маленький сюрприз, от которого я не думаю, что вы откажетесь.

– Да, и какой?! – Произнесли мать с дочерью одновременно и, посмотрев друг на друга улыбнулись.

– В следующую неделю на Новый Год мы летим в Швейцарию, а Рождество и Старый Новый Год мы справим у бабушки с дедушкой в Молдавии!

– Ааа! – Голосит уже Лиза во весь голос. – Спасибо папуль. Это самая приятная новость за последний месяц! Я тебя обожаю! – Крепко обнимает, тянется и целует отца в обе щёки.

Алекс дёргает дочь за нос.

– Папа, ну, не тяни меня за нос, он и так большой! Тоже мне наследство оставили – родители ещё называются! Нет, чтобы сделать мне красивый носик как у мамы. – И Лиза для приличия надувает губки.

– Ах, Лиза, Лиза, какой же ты ещё у нас оказывается ребёнок! Ты просто умопомрачительно красива детка и у тебя нос тоже нормальный. Доча, твой носик, он у тебя просто безупречен и мы тебя с мамой очень сильно любим… даже с твоим большим, но таким красивым носиком. – Стал подшучивать он над дочерью.

– Пап, ты опять принялся за своё? Как тебе только не стыдно издеваться и глумиться над единственной, любимой и родной дочерью? – И снова для приличия надувает губки.

– Детка, малыш, выше нос, ты прекрасно знаешь, что мы с мамой любим, шутить и издеваться как над собой, то так и над другими, – и расплывается в довольной улыбке от уха до уха. – Договорились?

Лиза в знак согласия качает головой.

– А теперь спуститесь в гостиную, а я тем временем приму душ и потом мы все вместе позавтракаем и каждый по своим делам. Я вас прогоняю.

– Вот ты как заговорил Алекс бей?! Ладно, намотаю на ус, а тебе я этого ещё припомню! Тоже мне папуль называется! – И поворачивается в сторону матери, округлив глаза. – Мам, ты слышала? Этот мужчина, что приходится тебе мужем, а мне отцом, нас с тобой таких красивых прогоняет! Это просто уму непостижимо! Идём мамуль.

– Ай – ай – ай, дочь, действительно, в собственном доме нас же с тобой прогоняют! Господи, дожили, называется! – Для приличия надувает свои пухленькие губки и строит обиженную гримасу.

Лиза берёт мать за руку, поворачиваются к отцу спиной и шагают к выходу. Возле двери Мария с Лизой останавливаются. Поворачиваются к Алексу и смеются уже в голос. Алекс присоединяется к своим женщинам. Мария посылает мужу воздушный поцелуй. Лиза старается от матери не отставать и тоже посылает отцу воздушный поцелуй.

– Милый, прими душ и спустись к нам на кухню. Не заставляй нас с Лизой себя долго ждать. Любимый, что хочешь на завтрак?

– Что приготовите, то и уплету за обе щёки. Да, кстати, у нас есть вчерашняя пицца, можете и её разогреть на микроволновке. Минут тридцать и я у ваших ног! Я вас люблю мои женщины. – Посылает своим девочкам воздушный поцелуй.

– Мы тебя тоже любим пап, – отвечает Лиза и выходят, наконец – то со спальни.

Они тихо прошли на кухню. Малыш вертелся, возле ног Фатмы прекрасно зная, что ей что – то перепадёт от неё вкусненькое. Фатма была занята возле плиты и даже не заметила, как на кухне появились сразу две хозяйки.

– Доброе утро Фатма ханым. – Поприветствовала повара Мария, легонько коснувшись её плеча.

– Ай! – Вскрикнула, Фатма испугавшись, и повернулась к ним лицом. – Как же вы меня напугали. Доброе утро Мария ханым и Елизавета ханым. Как долетели? Удачно съездили? Можно поздравить? – Поприветствовала Марию Фатма, посыпав вопросами один за другим.

– Спасибо Фатма ханым, всё хорошо. Съездила удачно. Открыли первый ресторан за пределами Стамбула и это только начало. Можете нас поздравить. А как вы, семья, дети? Что у вас хорошего произошло за этот месяц? – Поинтересовалась она её делами и жизнью.

– Все живы и здоровы, слава Аллаху. – Коротко и в двух словах ответила Фатма Марии.

– Я рада. Главное в жизни, чтобы все были живы и здоровы, ну, а всё остальное дело наживное, поправимое. Фатма ханым, пожалуйста, приготовьте для нас с Лизой две чашечки крепкого кофе. Мне как всегда крепкий кофе, и без сахара, ну а Лизе крепкий и с сахаром. Мы с Лизой будем на балконе. Благодарю вас. А на завтрак приготовьте яичницу с беконом и зеленью, только сверху обильно посыпьте тёртым сыром. К нему рядом можете подать помидоры с зеленью и маслины. А свежий сок приготовьте из моркови и цитрусов в пропорциях один к одному. Завтрак должен быть готов в течение получаса. Благодарю вас.

– Хорошо Мария ханым. Я вас поняла. Ваш завтрак будет готов в течение получаса как вы того и желаете. Вы идите, а то Лиза вас заждалась. Несколько минут, и я занесу ваш кофе на балкон.

– Детка, солнышко, пройди на балкон, две минуты и я подойду. – Обратилась Мария к дочери, которая ждала её возле двери балкона. – Только накинь на себя куртку.

– Мамуль, на мне шерстяной костюм, а твой верх спортивного костюма я прихватила, так что жду! – Повернулась спиной и вышла на балкон.

Мария прошла в гостиную. Открыв чемодан, достала подарки и снова закрыла. Прошла на кухню.

– Фатма ханым, – окликнула женщину Мария.

Фатма повернулась к ней всем корпусом.

– Мария ханым, почему вы вернулись? Я же сказала вам, что занесу ваш кофе вам на балкон?

– Я не за кофеем. Это вам, – и протягивает ей блестящий свёрток. – Смелее Фатма ханым.

Бедная женщина ошарашена не на шутку и не знает, как поступить: принять или отказать. Она то и дело переминается с ноги на ногу в нерешительности.

– Мне ещё никогда и никто ни в одном доме не дарил подарки, а работаю я вот уже больше тридцати лет в разных домах. Благодарю вас Мария ханым. Вы поистине уникальная и редкая женщина. Я не встречала таких женщин и хозяев как вы, – и, приняв с её рук огромный свёрток, прижала к груди. – Благодарю.

– Да ладно вам, не смущайте меня. Вы член нашей маленькой семьи, хоть ещё и новый, всего лишь пару месяцев как вы у нас, но всё равно вы её член. От меня никто просто так не уходит. Персонал у меня работает годами, десятилетиями. Я очень надеюсь на то, что и вы у нас продержитесь долго, как и до вас Айше ханым. Она нам прослужила верой и правдой в течение пятнадцати лет, а потом мы её отправили на заслуженный отпуск – на пенсию, которую она ежемесячно получает от нашей семьи. Она его заслужила. Фатма, я никогда не забываю добро, которое делается для моей семьи. Пожалуйста, откройте и примерьте то, что лежит внутри. Я хочу посмотреть, как оно будет на вас сидеть.

Фатма немного колеблется, но потом всё же раскрывает свёрток. Достаёт оттуда тёплое пальто чёрного цвета и принимается его осматривать. Одевает его, застегнув все четыре пуговицы.

– Оно изумительно красивое Мария ханым! – Хоть она немного и смущена, но уже улыбается Марии от уха до уха. – Спасибо. Можно мне вас поцеловать?

– Носите на здоровье. Оно на вас сидит просто изумительно. Я сама люблю, обниматься и целоваться и любой человек может, стать жертвой моих сильных и страстных объятий Фатма, так что, можете меня обнять и поцеловать. – Улыбается и раскрывает свои объятия.

Фатма подходит к Марии и обнимает. Целует за щеку.

– Благодарю вас ещё раз. Я только сниму пальто и принесу вам ваш кофе.

Мария удерживает её за руку, улыбаясь.

– Не стоит. Пожалуйста, покажитесь и Лизе в обновке. Я хочу, чтобы она оценила. Идёмте, – и направилась в сторону балкона.

Фатма, взяв поднос с кофеем, следует за хозяйкой.

– Наконец – то! Мамуль, ну что ты так долго? Я думала, что уже не дождусь тебя! – И тяжело вздыхает.

– Извини. – Мария присаживается на кресло. – Доча, меня не было всего, лишь каких – то, несколько минут малыш, а ты создала уже панику. Ты что скучала без меня? – И на уголках губ матери появилась довольно ехидная улыбка. – Доча, так скучала по мне или нет? – Снова повторила свой вопрос, подмигнув ей.

– А вот и кофе. Приятного аппетита, – Фатма ставит чашки на столик.

От цепких глаз Лизы не остаётся незамеченным обновка.

– А – а – а, Фатма, очень красивое у вас пальто и оно так вам идёт! – Она с нескрываемым любопытством рассматривает обновку, чем больше вводит в краску женщину. – Новое? Когда купили? Где? За сколько? У вас безупречный вкус, как я вижу! – Похвалила она её.

– Я его не покупала… это подарок от вашей мамы… – краснея, отвечает женщина. – От мамы? – Лиза удивлена, но длится это не долго, всего лишь пару секунд. – Узнаю свою мамулю, как всегда, всё в том же репертуаре, от кончиков пальцев до самой макушки! На такое только мама способна! Оно вам действительно очень идёт. Носите на здоровье. Мама дешёвку никогда не купит. У неё безупречный вкус в выборе одежды. Любит качество и стиль во всём. Вам хоть понравилось Фатма ханым? – Спросила её в лоб Лиза.

– Да, конечно. Спасибо, – и вновь краснеет как рак. – Завтрак будет готов ровно через полчаса.

– Спасибо.

Стоило Фатме лишь закрыть за собой дверь, как Лиза повернулась к матери.

– Мам, зачем ты так балуешь прислугу? Вот увидишь, они тебе потом сядут на шею!

– Дочь, никогда больше так не говори! – Обрубила она её на корню. – Ты бы видела её горящие глаза, которые светились от счастья. Не всякому человеку суждено быть богатым или чего – то добиться в жизни, но, запомни малыш, что не надо никого обделять, кто тебе служит верой и правдой! В жизни всякое может случиться, поверь мне детка, да и всякий из нас, будь он богат или беден, красив или нет, может поменяться с любым из них местами! Лиза, доченька, Елизавета, это жизнь и она никогда непредсказуема! Понимаешь меня? Если я могу себе этого позволить и хоть как – то облегчить своему персоналу жизнь, увидеть на лице ту самую улыбку и горящие глаза, то я сделаю всё зависящее от меня, иначе я просто не могу. Я ценю в людях, прежде всего преданность, надёжность, честность и только потом все его остальные качества характера. Людей судят по поступкам, а не по одежде. Хотя, все и встречают по одёжке, но всегда, почему – то провожают по уму доча. Ах да, а это тебе. – И протягивает ей два пакета: красный и белый. – Или ты не знаешь, с какого пакета начать? Какой бы ты не решила сначала открыть, оно тебя обрадует на все сто процентов. Доча, как там, в математике: от переменных мест сумма слагаемых не меняется, да?! – Мария как будто бы прочла мысли дочери и ответила ей.

– Да мамуль. Ты ещё помнишь математику? Офигеть!

Мария одаривает дочь ослепительной улыбкой.

– Никогда не любила этот предмет. Не то, чтобы не любила, но просто ненавидела. И это у нас с ним было обоюдным: я его не любила, а он мне соответственно не давался, сколько бы я его и не старалась понять. У людей сначала первым делом что – то в голову заходит и потом лишь выходит, а меня математика всегда просто обходила за версту. – И вновь одарила дочь своей ослепительной белоснежной улыбкой.

– Никогда не поверю в то, что тебе в этой жизни что – то не давалось! – Лиза смеётся уже от всей души, позабыв даже про свои подарки, которые только что собиралась доставать.

– Я же не вундеркинд дочь, всем кому – то и что – то в этой жизни не даётся. Такого нет детка, чтобы всем и всё давалось одинаково. Открывай малыш, я жду.

Лиза всё – таки определилась с выбором, оставив в руках красный пакет, а белый поставив на кресло. Она достаёт с пакета коробку. Ставит на стол. Развязывает бант и, достаёт оттуда платье.

Мария внимательно следит за реакцией дочери, за каждой её мимикой, жестом лица, стараясь не упустить для себя ничего. Для неё это крайне важно.

– Бог ты мой, оно изумительно красивое! Как же я люблю твой вкус! Он просто безупречен! – У Лизы лицо меняется с неимоверной скоростью Бакинского ветра, что Мария едва поспевает следить за ним, чтобы что – то не упустить. – Спасибо мамуль. Ты всегда с выбором попадаешь в самую десятку! – Обнимает и целует мать. – Оно действительно изумительное, да и цвет просто шикарный!

– Это цвет твоих бирюзовых глаз малыш, в нём будешь выглядеть просто сногсшибательно красивой. Потом примеришь детка, а теперь открой свой второй подарок.

Лиза аккуратно кладёт в коробку платье и отправляет обратно в пакет. Берёт белый пакет и достаёт оттуда уже другую коробку. Ставит на столик. Открывает. Достаёт с коробки высоченные шпильки под цвет своего платья и поднимает свои изумительно красивые глаза на мать.

– Мамуль, ты просто чудо, прелесть! – Она ликует, как ребёнок и её радости нет предела и конца. – Спасибо мам. Ты классная и я так тебя люблю! Я тебя просто обожаю и всё! – Встаёт с кресла и целует мать в обе щеки.

– Я очень рада малыш, что тебе всё понравилось. Когда я вижу радость на твоём лице, твои счастливые глаза и твою очаровательную улыбку, то поверь мне, я счастлива больше тебя. Для матери нет ничего на свете прекраснее, если сыт, доволен и счастлив его ребёнок. А когда счастлив его ребёнок, то счастлива и сама мать. Ты меня сможешь понять лишь тогда, когда сама станешь мамой и родишь свою лапочку – дочку. А теперь, давай выпьем кофе и насладимся им сполна, пока он совсем не остыл, а потом ты примешься за мою причёску. Отец был прав, когда утром говорил тебе, что ты у нас большая подлиза, – и одаривает дочь улыбкой. – Большая, но такая любимая. Я тебя тоже очень люблю детка. Ты моё всё и самое дорогое, что у меня есть на этом свете, помни об этом и никогда не забывай. Носи всё это в радость. Я рада, что тебе понравилось, – и целует Лизу в щёчку.

Лиза убирает аккуратно свои новенькие туфли в коробку и кладёт в пакет. Пакеты опускает на пол и садится в своё кресло. Лиза берёт в руки чашечку и делает глоток.

– Пришло время, наконец – то для удовольствия и я готова насладиться этим божественным напитком – кофеем, которому ты меня приучила и подсадила мамуль. Божественно вкусный напиток. Мамуль, а какую тебе причёску сделать: просто выпрямить твои волосы, накрутить крупными локонами или соорудить на твоей голове что – ни будь такое неординарное? Слово клиента – для меня закон! – Со всей серьёзностью произнесла она.

– Дочь, твоя деловая хватка и серьёзное лицо мне нравится. Хорошее начало. Так держать. – Похвалила она дочь. – Лиза, мастер своего дела здесь ты, а это значит, что тебе решать, что клиенту сделать и что ему больше всего подойдёт, чтобы он остался всем довольным, чтобы в дальнейшем снова искал именно своего мастера! Я на тебя полностью полагаюсь, доверяю тебе и твоему вкусу. И ещё, запомни одну вещь раз и навсегда и всегда придерживайся этого золотого правила доча: Не берись ни за какие дела – вот первый признак мудрости, а взявшись за дело, доводи его до конца – вот второй признак мудрости.

– Я тебя поняла мамуль. Спасибо тебе за доверие и за твою мудрость. Всё это для меня многого стоит, и я всё это ценю и дорожу этим.

– Я рада, что ты меня поняла и ко всему прислушиваешься. Дочь, я готова, – и ставит пустую чашку на стол. – Можешь приступать, если докончила свой кофе. А пока ты будешь заниматься мной, ты мне расскажешь, как у тебя идут дела в универе и в личной жизни. Лиза, солнышко, у тебя ещё молодой человек не появился? – Полюбопытствовала мать у дочери.

Лиза ставит пустую чашку на стол. Берёт фен с расчёской и подходит к матери.

– Ты мне, конечно, не поверишь, но у меня ещё никого нет мамуль. – И тяжело вздохнула.

Мария никак не может скрыть своего удивления на лице.

– Малыш, я крайне удивлена, что у тебя ещё никого нет. Ты нереально красива, просто умопомрачительно красива и никого рядом нет?!

– Мам, успокойся и расслабься. Рядом со мной никого нет только потому, что я этого не хочу, а не по тому, что я никому не нравлюсь! Парни ходят за мной штабелями и предлагают дружбу, но я пока никому не могу дать согласие родная, просто я ещё ни в кого не влюбилась, вот и всё. – Её лицо становится серьёзным и строгим. – Я хочу влюбиться без памяти в него, хочу любить и быть любимой, хочу именно такой любви как у вас с отцом, один раз и на всю жизнь! У меня есть с кого брать пример и на кого ровняться, да и планка у меня самой очень высока, как ты меня всегда и учила. Я рада, что ты меня понимаешь мам и мне с тобой действительно очень легко и приятно общаться.

– Да, действительно, время не стоит терять зря, если ты его не любишь. Как можно каждый Божий день просыпаться с нелюбимым человеком, видеть лицо мужчины, которого не любишь и не перевариваешь? Я бы лично не смогла так жить. Слава Господу Богу, что у нас с твоим отцом всё иначе. Мне крупно повезло. Я оказалась в нужном месте в нужный час. Знаешь, я тебе так скажу детка. Запомни это на всю свою сознательную жизнь и никогда не забывай этого, что если между женщиной и мужчиной нет с первого раза в глазах искры, огня, желания, притяжения, то его не будет никогда, даже если эти двое и поженятся, родят кучу детей, всё равно его не будет и потом.

– Спасибо за совет. Как же я соскучилась по нашим вот таким семейным беседам: матерью с дочерью. Я хочу тебя спросить кое о чём. Можно?

– Конечно, мы же с тобой мать и дочь, а между матерью и дочерью не должно быть никаких секретов. Ты мне можешь доверять и рассказывать все свои секреты, спрашивать у меня советов. Лучше мне откройся, чем будешь делиться с подругами. Я мать, а это означает только то, что я никогда не пойду против своей дочери, какой бы она ни была, чтобы не натворила! Я всё приму и пойму, поддержу тебя во всём и всегда дам дельный совет, а вот твоя подруга, какой бы она хорошей и преданной ни была, стоит вам с ней лишь всего раз поссориться, как вы друг друга сдадите со всеми потрохами. Доча, это реальная жизнь, со всеми вытекающими последствиями и проблемами, и поэтому, каждый человек на этой земле, борется именно так, как он может, а самое главное, что в этом жестоком мире всегда выживает сильнейший, умный, мудрый или хитрый, но только не слабый, тупой или глупый.

– Я тебя поняла. Мамуль, скажи, пожалуйста, что хотят мужчины, когда они к тебе подходят и что у них у всех на уме?

– Малыш, все мужчины поголовно хотят от женщин одного: секса и ничего больше, и им всем как – то до фени, кто ты есть на самом деле, да и чем ты вообще занимаешься по жизни! Малыш, ты не поверишь, может быть, но им даже пофиг, если у тебя есть куча малышей: пусть хоть и вся футбольная команда!

Задача только заключается в том, насколько он быстро от тебя всё это получит: сразу или через какое – то время, а может быть и такое, что ему придётся немного за тобой поухаживать или на тебя потратиться. Вся фишка заключается только в этом.

Если мужчинам нравится объект их вожделения, то они прямиком идут к своей цели, ну, а если же нет, то они просто к тебе не подойдут и всё: простая арифметика, как дважды два четыре.

– Мамуль, а что им ещё нужно от женщин, неужели только секса и всё, больше ничего?

– Каждому мужчине ровным счётом нужно одно и то же от нас женщин. Это поддержка, верность и секс. А, нам, женщинам, легко одарить своего мужчину поддержкой, любовью и сексом. И это то, что женщины дают инстинктивно и свободно, просто мы называем всё это иначе – заботой, а если к тому же ещё мы любим мужчину настолько сильно, что готовы заботиться о нём, тогда, мы готовы иметь с ним и интимные отношения. И таким вот образом к нам все эти три вещи приходят естественно.

– Мам, а что тогда движет мужчинами? Неужели только секс и похоть, забава и развлечение?

– Мужчинами на свете движут три вещи: Кто он? Чем занимается? Сколько зарабатывает? Запомни, если мужчина тебя любит: он заявляет о тебе всем, обеспечивает тебя, никогда не заставляет тебя просить на самое необходимое, понимает и знает, что женщина вправе от него требовать, что он должен заплатить в обмен на её время.

– Мамуль, а что если мужчина не в состоянии за женщину заплатить? Тогда что?

– Тогда он просто бежит от женщины. Слишком просто и банально. Если мужчина женщину любит, то он её также должен и защитить Лиза. Возьмём, например нас с отцом. Меня никто не смеет обидеть. Не должен. И не сможет, так – как, поплатится за это сполна. Когда отец всем заявил о том, что я его любимая женщина и что он заботится обо мне, как я автоматически стала для него ценной собственностью, и он сделал всё, чтобы защитить свою собственность.

– Мамуль, а мужчина может сделать для женщины то, что она не требует от него?

– Нет. Мужчины все поголовно уважают стандарты и каждая женщина должна создать свои. А если у женщин не будет своих стандартов, то мужчина будет следовать стандартам матери, а не своей любимой женщины.

Малыш, все мы мамы, да и все мы любим своих чад, какими бы они ни были. Мать, всегда сохраняет свои какие – то правила для своих детей, независимо от того, какое бы положение в жизни впоследствии не заняли её дети. И мать никогда не отступает от своих требований. Поэтому, если женщина умна и мудра, чтобы установить свои требования и жизненные приоритеты, то отношения будут работать на неё. Она должна донести, своему любимому уважать, её и помнить о том, что она на первом месте, а также дать всем ясно понять, что они должны уважать их отношения и её саму. Если женщина всего этого не установит, то не стоит обижаться по тому поводу, что её любимый оставит её в постели и поедет по первому зову через весь город к матери, которая его позовёт просто составить ей кампанию за чаепитием или помочь по дому. Понимаешь, меня к чему я, клоню?

Мужчины, они все любят, когда женщины выдвигают им свои требования. Поэтому, от мужчин стоит требовать, но делать это нужно тактично, деликатно я бы сказала, тонко. Главное, это подача информации. Если женщина скажет ему о своих требованиях по ходу разговора, они покажутся ему выполнимыми и при этом будут поданы в мягкой форме. Да и всем женщинам нужно научиться иногда, хотя бы выпускать бразды правления из своих рук и позволить любимому доказать, что он достоин вашего внимания. А ещё, им нравится, когда мы говорим им, что это нам нравится или нас возбуждает.

– Мамуль, скажи, пожалуйста, а мужчина может изменить женщине, если он её любит?

– Да. Мужчина может любить жену и иметь при этом с ней первоклассный сек, но при этом ей изменить и получать что – то от другой женщины, ведь все поголовно думают, что всё это сойдёт им с рук. Глупые, они ведь все считают себя хитрыми и изо всех сил стараются скрыть от нас свою измену, полагая, что если мы не узнаем об этом, это не причинит нам боли. А ещё, он может изменить тогда, если он не стал тем, кем он хочет или должен был бы стать, или он не нашёл ту, которая ему действительно нужна. Изменит он своей женщине и тогда, если то, что происходило раньше с ними, не происходит сейчас. Например, если раньше у них с ним был первоклассный секс, если она имела обыкновение наряжаться и следить за собой, используя какие – то штучки, чтобы возбудить его. Но женщина может прекратить измены, если повысит свои требования, ведь иногда мужчине нужно потерять что – то, чтобы он оценил по – настоящему потерянное, и только тогда, он сможет вернуть назад доверие женщины вместе с ней.

– Мамуль, а как понять, что именно этот мужчина твой и он тебе предназначен судьбой?

– Дочь, ты должна ему задать всего лишь несколько вопросов, если не хочешь у него быть на коротком поводке и получишь на все свои вопросы ответ, а потом соответственно и будешь делать для самой себя выводы. Ведь все женщины прекрасно знают, что мужчины любят много говорить о себе, и, чтобы поймать мужчину на крючок, женщина должна произвести на него неизгладимое впечатление. Ведь у всех мужчин существует свой план, которому он придерживается в жизни, и здесь уже необходимо знать для себя, а сможет ли женщина вписаться в его планы и чувствовать там себя комфортно, уютно.

Задай ему один за другим два вопроса: Каковы твои цели в этой жизни и чего ты ждёшь от судьбы, и каковы, твои дальнейшие цели? Если оба его ответа будут типа того, что он пока не определился, не знает, то знай, что он использует женщин лишь для забавы и от него нужно бежать – он не твой мужчина, так как, женщина в его планы никак не вписывается. Можешь ему также задать и третий вопрос: Как ты смотришь на наши отношения? Если он не захочет с вами об этом говорить, то от него тоже прочь. Четвёртый вопрос: Что ты думаешь обо мне в целом и в отдельности? Он должен по отдельности описать все твои качества, как хорошие, то так плохие. Если он тебе может дать конкретные ответы, значит, он слушал тебя и внимал каждому твоему слов, и он определяет, собирается ли удержать тебя, видит ли он себя в постоянных отношениях с тобой. Пятый вопрос: Как ты относишься ко мне? Женщина должна задавать мужчине много вопросов. Кстати, ответы мужчин на вопросы женщин могут заставить их взглянуть на них иначе

– Мамуль, а кого принято называть в наше время стервами?

Мария улыбается загадочно словам дочери.

– Доченька, надеюсь, что когда – ни будь кто – то и про тебя скажет такие слова. Это очень дорогого стоит, поверь мне детка.

Стерва – это та женщина, которая, прежде всего, любит себя, уважает, ценит и думает, прежде всего, о самой себе, как ни о ком другом и как никто другой. Её никогда невозможно понять. Её все ненавидят и заодно все любят и хотят. Именно эта самая женщина всегда в ладах, прежде всего сама собой ни смотря, ни на что на свете. Именно в ней и есть тот самый стержень и жилка, который так и притягивает мужчин, и которые, снова и снова бросаются в этот омут головой, познав и искусив все её прелести, потому что её не любить просто не возможно.

Стерва – эта та женщина, которую все мужчины любят, но одновременно её боятся и ненавидят. Они ненавидят её за то, что она сильнее любого мужчины. Она всю свою сознательную жизнь ищет такого мужчину, который окажется сильнее её самой, поэтому, именно только такой мужчина, может завладеть её умом, а потом и ею самой. Вот собственно и вся фишка.

Стерва – это та женщина, которая знает, чего хочет от этой жизни, и всегда добивается этого. Ведь она всегда такая белая и пушистая, всегда приятная и нежная, мила и обаятельна, хотя и внутри есть свой стержень и жилка, косточка, которую никогда невозможно сломать, и тем самым, она ещё больше и больше притягательна и желанна для мужчин.

Ведь быть и считаться ею это поистине искусство. И это работа над собой долгие и долгие годы, и он лишь тогда даёт свои результаты и плоды. Я заставлю тебя поменять своё мнение о них и обязательно научу тебя этому искусству детка, ну, а ты, соответственно потом с годами обучишь всему этому свою дочь.

– Как с тобой интересно мамочка и как быстро время летит. Мамуля, а что нужно вообще нам, женщинам, и чего мы ждём от мужчин?

– Елизавета, все мы женщины очень сложные существа, ведь нам нужно всем без исключения, всё и сразу, и желательно много и всего. Чтобы любая женщина почувствовала себя по – настоящему счастливой, ей нужны именно четыре разных мужчин: старик, пугало, гей и секс – гигант.

– Как же ты меня разочаровала.! – Глаза Лизы округлились в огромный пятак от только что услышанного. – Хорошо ещё, что весь этот бред не слышит папа! – Никак не унималась она.

– Пугало нам даст огромное количество свободного времени для себя красивой и любимой, ведь он пойдёт на всё, чтобы выручить нас и исполнить любой наш каприз. Да он просто будет счастлив от того, что такая роскошная женщина, просто обращает на него своё внимание. А от старика мы будем получать финансовую помощь и при этом – никакого секса. Ну, а для чего нужен секс – гигант, я не думаю, что тебе необходимо говорить – сама всё понимаешь. Не маленькая девочка. И нам ни одной не нужен его ум – для нас достаточно, чтобы он делал в постели всё то, чтобы мы стонали от удовольствия. Короче, дочь, нам нужен умопомрачительный секс от него и всё.

– Может быть, не могу с тобой спорить на эту тему, потому что в этом плане я ещё невинна и никогда этим не занималась, – и опустила вниз глаза.

– Это очень хорошо дочь, что ты бережёшь себя для своего единственного и любимого мужчины. Я тобою горжусь. В наше время это просто редкость и уникальность. Надеюсь, что твой будущий избранник всё это оценит по достоинству, что ему достался такой редкий и уникальный цветок Лотоса, ещё не распустившийся бутон.

– Дай Аллах, мамуль, дай Аллах. Аминь. Я тоже надеюсь на то, что мой будущий избранник всё это оценит по достоинству, что ему достался такой редкий и уникальный цветок Лотоса, ещё не распустившийся бутон. Мам, а для чего тогда нужен парень – гей?

– Ну, а с геем, – и у Марии на лице довольная улыбка, – мы, женщины, мило болтаем обо всём на свете и всех обсуждаем и перемываем всем косточки.

– Мамуль, офигеть, хотя, если прислушаться к твоим словам, ты права, как ни странно.

– Да детка, я права, но у меня в руках есть пару козырей и это – мой супруг, который мне даёт всё то, что могли бы мне дать все эти четыре мужчин. Всеми этими премудростями должна владеть любая женщина, чтобы болонка превратилась в твоих руках именно в того, кого ты так хочешь видеть перед собой. Об этом мы с тобой поговорим, как ни – будь и я раскрою тебе все свои секреты, как проверить и испытать мужчин и понять, что именно этот фрукт и есть твой потенциальный мужчина, только потом ты их не забудь.

– Хорошо мамуль, я тебя поняла. Но то, что мой отец такой положительный со всех сторон, это именно твоя заслуга и твоих рук дел мамуль. Это ты сделала его таким, слепив под себя при этом, не давя на него, а всего лишь мудро направляя им.

Лиза на миг закрыла глаза и моментально перенеслась к прошлой ночи, к тем самым откровенным постельным сценам, ласкам, которые родители дарили друг другу в спальне и в ванной комнате. Это было как наваждение, красивый сон со счастливым концом, который ей не давал покоя.

Она ни как не могла ответить сама себе на свой волнующий её вопрос: Почему именно образ её родителей так её взволновал и возбудил? Ведь она до этого смотрела и фильмы, и порно, но ничего такого она не испытывала, что испытала наблюдая за своими родителями. Как же ей сейчас хотелось мать спросить об этом лично, открыто, на прямую, но она не могла себе этого позволить, ведь это означало лишь одно – сдать полностью себя, а это вряд ли понравилось бы её родителям.

– А что ты думаешь, про оральные ласки и как ты смотришь на всё это? Мам, для женщины унизительно услышать такие слова в свой адрес, как встань на колени передо мной и возьми в рот?

Мария чувствует в словах дочери какой – то подвох, но, тем не менее, отвечает.

– Елизавета это всё постыдно, противно, унизительно в том случае, если ты это делаешь с первым встречным или со всеми подряд, если ты всё это делаешь за деньги, то есть, занимаешься проституцией. А если тебя об этом просит твой любимый мужчина, тогда я не понимаю, что в этом есть постыдного, унизительного, отвратительного и что так поступают только шлюхи и проститутки, а не порядочные женщины? Получить кайф, удовольствие и неземное наслаждение от оральных ласк можно лишь в том случае, если ты всё это проделываешь с любимым мужчиной, и эта фраза не должна никого шокировать, ни в коем случае не вызывать отвращение. Если всего этого так жаждет партнёр, то желание избавляет вторую сторону от необходимости выбора и снимает ответственность, и она дрожит от сотрясшей её греховной радости. Сколько же свободы в том, когда нет необходимости выбирать.

– Я тебя понимаю. – Лиза внимает каждому сказанному слову матери, пытаясь ничего не упустить.

– Через это нужно просто перешагнуть, не допуская даже мысли, что от этого можно получить удовольствие не меньше того, которое испытывает от этого мужчина, ведь они не понимают, какую власть над мужчиной приобретают, стоя перед ним на коленях. Малыш, встать на колени перед любимым мужчиной и ласкать губами, ртом, языком его малыша – это прекрасно, кайф и огромное удовольствие, наслаждение, которое ты не только даришь своему партнёру, но и прежде всего сама этого получаешь. Детка, солнышко, запомни, что минет – любят все мужчины поголовно. Но, почему – то многие мужчины против того, чтобы минет, им делала, их любимая девушка, жена. Они стыдятся этого и до сих пор считают это грехом. Они думают, что это постыдно и унизительно, если этим владеет их любимая женщина. Детка, они всё это получают на стороне, которые им дарят женщины лёгкого поведения. И только овладев этим искусством профессионально, партнёры смогут, сделать поистине королевский минет, доставить друг другу неземное удовольствие и всем этим насладиться. А ещё, твой мужчина никогда в жизни не пойдёт налево, как делают многие мужчины. Почему? Потому что он всё это будет получать от любимой женщины и принадлежать соответственно будет лишь ей одной. Так что смотри сама, сколько зайцев женщина может убить, сразу овладев профессионально этим искусством, который веками делали жрицы любви и профессиональные гейши. И спрашивается, кто остаётся в выигрыше? Конечно же, мудрая и профессиональная женщина в этой сфере, которая выпьет до дна все соки у своего любимого мужчины, не оставив даже и капли для своей соперницы. Малыш, вот где кроется вся фишка.

– Думаю, что на сегодня хватит каверзных вопросов. Детка, дай мне встать.

Лиза отходит на шаг, в сторону, дав матери встать с кресла.

– Мамуль, можем, пройти в гостиную и макияж я тебе сделаю, уже там, заодно оценишь мою работу и свою причёску. Идём пока совсем не окоченели здесь.

Мария встала и, взяв дочь за руку, направилась в сторону дверей. У двери балкона они столкнулись с Фатмой.

– Вы нас опередили. Если завтрак готов, то мы пройдём за стол. Подогрейте, пожалуйста, и пиццу, она в холодильнике.

– Я пиццу подогрею, как вы и просите, только завтрак ещё не готов. Алекс бей не разрешил мне его приготовить, сказал, что сам лично приготовит для вас. Извините, но я не виновата ни в чём, – стала оправдываться, бедна женщина перед ним. – Простите, но слово хозяина для меня тоже закон и к обсуждению не подлежит. Кстати, вам очень идёт эта причёска.

Мария улыбнувшись, похлопала женщину за плечо.

– Вам не за что передо мной извиняться. Я знаю. Спасибо. Это всё благодаря дочери. А теперь давайте пройдём в дом.

Мария пропускает дочь и Фатму в дом и лишь, потом заходит сама, закрыв за собой дверь.

– Брр… как же здесь тепло. И почему мы с тобой мамуль, как две идиотки, мёрзли на балконе под конец декабря, когда у нас такой тёплый домик, а?

– Интересно, когда же всё – таки ты согреешься? Тебя надо отправить жить к обезьянам в Африку, может там, ты согреешься, а ещё там растёт много бананов, которые ты так обожаешь лопать! А что, ни за что не нужно платить, всё бесплатно и на халяву, ешь – не хочу и не могу! – Мария себя уже с трудом сдерживает и кусает губу, чтобы не рассмеяться.

– Издеваешься? Спасибо мамуль, какая ты добрая! И тебе не жаль отправить к обезьянам и гориллам свою единственную, любимую и красивую дочь?

– Дай подумать малыш. – Мария состроив смешную гримасу, почесала себе затылок. – Разве я могу отправить единственную, любимую и красивую дочь к обезьянам и гориллам? Такой человечек мне нужен дома и самой, хотя жаль, в Африке ты хотя бы согрелась и наелась вдоволь бананов, чтобы нас с папой не разорять на них! – Продолжает глумиться над дочерью.

– Мамуль, ну ты и любишь всё – таки поиздеваться! Ну, кто виноват в том, что ты родила такую мерзлячку? Ответ слишком прост – сами! Вывод – терпите!

К ним подошёл Алекс и одарил своих любимых женщин своей голливудской улыбкой.

– Девочки, а вот и я! – Прошёлся оценивающим взглядом эксперта по причёске супруги. – Машунь, малыш, выглядишь просто сногсшибательно!

– Милый, я знаю, что я у тебя обворожительная, сногсшибательная, красивая и сексуальная. Знаю и то, что сегодня в ресторане, как и всегда, превзойду всех дам и даже саму невесту! – С долей кокетства отвечает она и кусает нижнюю губу, улыбаясь.

Алекс расплывается в ослепительной улыбке.

– Да, в скромности, как я смотрю, нам никому не отказать! У нас кажись, что у всех троих в крови течёт цыганская кровь. Девочки, я обыскал весь дом, пока не соизволил спросить у Фатмы, где вы. Сегодня я для вас лично приготовлю завтрак своими руками.

– Милый, ты для нас собственными руками решил приготовить завтрак? Звучит заманчиво. Заинтриговал, не скрою. Жду не дождусь. – И ехидная улыбка проскальзывает на её губах. – Милый, я съем с твоих рук всё, что ты для меня приготовишь, даже если ты и накормишь меня ядом. Зато это будет с твоих рук.

Алекс указательным пальцем очерчивает контуры её губ.

– Красавица моя южная, я люблю и обожаю их, а также и то, что ты делаешь мне при помощи своих губ и умелого языка, а, самое главное, что я так в тебе люблю и ценю, так это то, что у тебя там внутри находится. – Алекс указательным пальцем показывает на её голову. – Ты не только красивая, сексуальная, желанная женщина, но и очень мудрая, умная, остроумная, компетентная и всех твоих достоинств, просто не перечислить мне, так их много малыш. А ещё, я люблю то, что у тебя здесь. – Алекс осторожно прижимает ладонь к её груди и чувствует размеренный стук её сердца. – Ты самая отзывчивая женщина и твоего аналога или клона я пока не встречал, и я люблю в тебе абсолютно всё: что и как ты делаешь, как работаешь и ведёшь весь наш бизнес, да и наш семейный корабль в принципе тоже, ведь всё это держится на твоих хрупких плечах. Чего мы с тобой достигли в этой жизни, так это мы обязаны исключительно тебе и твоему уму.

Сердце Марии опять стремительно колотится, и она почувствовала, как волнение крепко сжимает горло, как всё сильнее стискивает лифчик грудь и мешает одежда. Она часто и тяжело задышала, а её тело, которое ей больше не принадлежало, дрожало, словно одинокий осиновый лист. Наконец к ней возвращается ясность мыслей, и её лицо озаряет довольная улыбка от уха до уха.

– Милый, любимый мой мужчина, хорошее начало дня.

Алекс наклоняется к ней и когда их губы соприкасаются, страсть или похоть, пронзает Марию, вспыхивают в крови. Она сжимает ладонями его голову, погружая пальцы в его шевелюру. Алекс стонет и его тело уже отзывается на её ласки. Алекс, страстно покусывает её нижнюю губу, шею и мочку уха, и вот уже его язык вторгается в её рот. Насытившись вдоволь ею, он, наконец – то, отстраняется от её губ и смотрит с высоты своего роста на супругу.

– Обожаю твои эти пухлые губы, они меня сводят сума, и я от них просто тащусь и я готов их целовать сутками напролёт, ведь они у тебя созданы для любви и нежности, для неземных ласк! – Берёт её лицо в обе ладони и целует её сначала нежно, потом страстно, вложив в свой поцелуй всю свою любовь и нежность, страсть по отношению к этой женщине. – Ты моя женщина от кончиков пальцев и до самых корней мозгов… моя и ничья больше… и всем этим наследством владею только я малыш… как же мне всё – таки повезло с тобой в жизни…

Лиза опять наблюдает за откровенным шоу, которое дают её родители.

– Эй, родители, вы бы хоть, для приличия постеснялись, что ли. Всё – таки, как ни как, рядом с вами находится ваше чадо, который разинув рот, наблюдает за вами!

Родители отстраняются друг от друга и уже недоуменно смотрят на дочь.

– Детка, стесняться надо того, когда делаешь что – то плохое, а не тогда, когда занимаешься чем – то приятным и полезным, как мы сейчас с твоей мамой.

– Родители, сначала накормите и напоите своего голодного ребёнка, а потом предавайтесь любовным утехам! Кстати, вы оба у меня штрафники, что оставили меня голодной, и я вам не дам повторно со мной так нагло поступить. Я кушать хочу, голодная я и там у меня в желудке дискотека! Между прочим, я вчера вас и вашу пиццу ждала долго и даже не ужинала, а вам по фиг всё и на меня наплевать как с колокольни башни! Сутками будут целоваться, и нежиться, а дочь оставят голодать! У всех родители, как родители, а у меня чёрт знает что!

– Деловая колбаса! – Произнёс отец. – Сейчас я пройду на кухню и займусь приготовлением завтрака, ну, а вы будете сидеть напротив меня, чтобы я мог творить на кухне. Мне так будет легче создавать шедевр. Девочки, только вы меня не очень строго судите за завтрак, если я не смогу создать для вас любимых шедевр, как и обещал вам всего лишь несколько минут назад. Я же не умею так вкусно готовить, как вы и Фатма, но постараюсь. Обещаю вам.

– Ай – ай – ай! Ну что, идём тогда и сядем напротив него и вдохновим его на кулинарный шедевр, который мы с тобой потом сидя за столом и оценим? – Лиза подмигивает матери.

– Мамуль, пока наш папа будет для нас двоих творить и создавать на кухне собственноручно шедевр, я тем временем займёшься твоим макияжем. Убьём, как говорится, сразу двух зайцев.

– Ага, дочь, двух зайцев убьём, а третьего съедим!

Отец с дочерью уже смеются в голос над шуткой Марии.

– Мам, и где ты только находишь такие слова? Тебя действительно не понять: ты то серьёзна и неприступна как скала, то убиваешь всех наповал своими шуточками.

Алекс, включил музыкальный центр и по всему дому разносится красивый мелодичный голос Марии.

– Ты узнала этот голос, кому он принадлежит? Он тебе нравится? Я лично этот голос обожаю больше всех голосов на свете! Наша мама даст нам всем возможность отвлечься от повседневных дел и суеты. Милая, мне пора на своё рабочее место, – Алекс посылает супруге губами воздушный поцелуй и проходит на кухню.

Мария сняла с себя спортивный костюм, оставив на себе только облегающую футболку и переоделась, в короткие шорты, что лежали на диване. Сложив аккуратно свои вещи она, наконец – то уселась на диван и Лиза приступила к её вечернему макияжу. Алекс занимает своё место у плиты, ведь сегодня он в роли шеф – повара. Как ни странно, но чувствует он себя на кухне прекрасно и свободно передвигается от холодильника к столешнице, а потом и к плите пританцовывая под её же музыку.

– Ты выглядишь просто умопомрачительно, сексуально, – произносит Мария, которая краем глаза следит за всеми движениями мужа.

Лиза поворачивается в сторону отца и Мария, наконец – то может смотреть на мужа воочию, а не краешком глаза, продолжая своё наблюдение за его танцами и работой на кухне. Мария поймала удачный момент: Алекс смотрит вниз, усмехаясь уголками губ, его глаза приоткрыты. Он покачал головой и повернулся к разделочной доске, чтобы превратить морковь с чесночком в нечто восхитительное. Он взял горстку моркови и мелко нарезанного чесночка и бросил их на сковороду, на которой уже шипели оливковое масло. Её воскресный шеф – повар ловко перемешал морковь деревянной ложкой. Аромат стоял невероятный в доме и у Марии потекли слюнки и призывно заурчал желудок.

– Милый, с утра чеснок? – Мария крайне удивлена и даже не пытается всего этого скрыть.

– Чеснок он полезен, он против всякой болезни и заразы! Как вам запах исходящий из кухни?

– Ты же не думаешь меня кормить с чесноком с утра, ведь, не так ли это? Хотя, ты прекрасно знаешь, как я его обожаю и люблю, – и тяжело вздохнула. – Поэтому ты меня сейчас им дразнишь? Это нечестно с твоей стороны по отношению ко мне Алекс бей, очень жестоко отношению ко мне, ведь мне на работу надо и к гостям, тем более что сегодня в репертуаре есть несколько моих песен! – И для приличия надувает свои губки.

Алекс ставит бекон под гриль и, пока он жарится, начинает взбивать яйца. Потом, всё также, пританцовывая, подходит и включает чайник. Дальше продвигается и ставит тонкие ломтики чёрного хлеба в тостер поджариться.

– Детка, не переживай, ещё много чего будет на завтрак! В случае форс – мажора, мы с дочерью съедим и за тебя! – И его звонкий смех заполняет всю комнату.

– Милый, ты жесток жестокостью ребёнка. – И снова надувает для приличия губки.

Лиза наносит последние штрихи. Протягивает матери зеркало и отходит на шаг назад.

– Ну как мамуль, тебе нравится? Шикарно выглядят и стали настолько густыми, длинными и пышными, что напоминают сейчас мне накладные ресницы. Правда?

– Доча, ещё бы им пышными не стать и не увеличиться в объёме, если ты на них потратила пол тюбика!

– Но, мамуль, так надо для дела! – Пытается оправдываться дочь перед матерью. – Зато ты сейчас настолько красива, что просто не передать никакими словами! К тому же, тебе так это идёт! – Принимается расхваливать свою работу она.

– Дочь, ты транжира и это мой окончательный вердикт!

Лиза округлила на неё свои огромные голубые глаза.

– Офигеть, я значит, для неё же стараюсь не покладая своих рук, а она всё ещё недовольна, иди потом и делай людям добро! – И надувает для приличия свои губы.

– Не драматизируй Елизавета, тебе это не идёт и ты действительно транжира и сама об этом прекрасно знаешь, так что, не спорь со мной на эту тему, ведь что правда, то правда, да и факт на лицо! Доча, тебе стоит выбрать в мужья сына фабриканта, который выпускает тушь. Подумай на досуге над моим предложением малыш, а то твой будущий муж разорится на тебе! Ты, когда будешь с кем – то встречаться, то предупреждай своего молодого человека, что ты очень дорогая девочка и если он готов разориться на туше, то флаг ему в руки! – И расплывается в обворожительной улыбке.

Лиза взялась за бирюзовую подводку для глаз.

– Хорошо мамуль, я подумаю над твоим предложением на досуге. А теперь несколько минут постарайся не двигаться и не моргать и я наведу тебе подводку. Мало осталось, скоро ты будешь супер – девочкой, которая сегодня затмит своей сказочной красотой даже саму невесту и всех гостей свадьбы! – Лиза снова отходит в сторону и смотрит на мать. – Можешь открыть глаза.

Мария открывает глаза.

– Мамуль, супер. Мне нравится и тебе так идёт этот холодный оттенок.

Мария первым делом не подходит к зеркалу, чтобы оценить работу дочери, а поворачивает голову в сторону супруга и видит, что он достаёт в это время с холодильника пиццу. Лиза поворачивается тоже в сторону отца. Увидев пританцовывающего отца, она улыбнулась краешком губ, но так ничего и не сказала. Они с матерью молча наблюдали за отцом и Фатмой. Дойдя до микроволновки, он окликнул Фатму.

– Фатма, я – пас и мне жуть как нужна твоя помощь. – И умоляющим взглядом смотрит на Фатму. – Пожалуйста, не в службу, а в дружбу. У вас очень тяжёлая работа. Дай Аллах, чтобы ваши ручки не видели бед, – и сыплет женщину комплиментами один за другим.

Фатма уже и не пытается сдерживать себя и смеётся в голос.

– Перестаньте ко мне подкатывать Алекс бей и говорите, что нужно сделать. Конечно же, я вам. Что вы хотите, чтобы я сделала?

– Для начала займитесь сервировкой стола, а потом поможете мне накрыть стол, – и виновато пожимает плечами.

Фатма открыв верхний шкаф, достала оттуда несколько наборов, что потребуется ей для сервировки стола: белоснежную посуду для еды, комплект серебряной посуды и высокие фужеры для сока. Уложив всё на поднос, прошла к обеденному столу и занялась сервировкой стола.

Алекс отходит в сторону микроволновки и достаёт оттуда разогретую пиццу, от которой исходит шикарный запах.

– Фатма, можете забирать и пиццу. Я сейчас всё буду по одному вынимать и класть в тарелки, ну а вы, соответственно, будете их нести к столу.

– Хорошо Алекс бей, иду. – Сразу же отзывается в ответ маленькая женщина и спешит к своему хозяину

Фатма берёт пиццу и несёт к столу. Алекс тем временем занялся беконом и яичницей. Он поставил большие тарелки на столешницу и нагрузил их беконом и яичницей. Пока Фатма несла бекон, Алекс уложил и приготовленный им тушёный морковь с чесноком. Фатма опять тут как тут возле него.

– Молодец Фатма, быстро работаешь, оперативно. – Похвалил её Алекс. – А теперь отнесите морковь к столу, – и протягивает женщине тарелку.

Едва женщина дошла до стола, как звякнул тостер. Алекс вытаскивает тонкие поджаренные ломтики чёрного хлеба. Потом отходит к кофе машине и наливает четыре чашечки ароматного экспресс о.

– Фатма, у меня готов хлеб и кофе! Дело за вами остаётся – несите всё к столу, а я сяду – устал очень, – и тяжело вздыхает. – Спасибо вам за помощь. Я без вас не справился бы.

– Не за что Алекс бей, это моя работа и обязанность. – Кладёт на поднос чашки с горячим кофеем и горячий хлебушек. – Вы проходите и садитесь за стол. Я сейчас сока налью и принесу всё вместе.

Алекс поворачивается лицом к своим женщинам.

– Мои любимые женщины, вы ещё не закончили? Давайте за стол, пока всё не остыло!

– О Аллах, наконец – то мы позавтракаем! Папуль, мы идём! – Крикнула дочь отцу и обратилась к матери. – Мамуль, у меня тоже всё. Можешь подойти, наконец – то к зеркалу и оценить мою работу. Я надеюсь, что тебе понравится, и ты оценишь.

Мария смотрит на волнующую дочь в ожидании.

– Детка, малыш, пока благодарить тебя рано, мне нужно для начала оценить твою работу. Давай пройдём вместе к зеркалу, – берёт дочь за руку и направляются в сторону огромного зеркала.

Мария смотрит долго на себя оценивающим взглядом, а Лиза в ожидании ждёт и волнуется как студент на выпускном экзамене перед деканом.

Огненные рыжие волосы Марии волнами обрамляют лицо, льются на плечи и падают на грудь. Из косметики Лиза применила огромное количество туши для ресниц и холодные оттенки теней: белого, синего и чёрного, которые визуально выделяли и увеличивали её глаза. Использовала блекс для губ, ведь он подчёркивал и без того её пухлые губы. От румян, тонального крема и пудры отказалась, они ей не нужны, ведь Господь Бог их обоих и так наградил естественным румянцем и хорошей кожей.

– Мамуль, ну, что скажешь, удалось мне всё – таки создать именно тот образ, на который ты сегодня рассчитывала? Пожалуйста, только не молчи! – И кусает до боли губу, переминаясь с ноги на ногу.

Мать поворачивается лицом к дочери и, взяв её лицо в обе ладони, целует её в носик.

– Детка, ты просто чудо. Пусть твои ручки никогда не знают бед. Я тебя так люблю и спасибо тебе за то, что ты есть на свете у меня. Идём к столу, а после завтрака мы подберём мне наряды для выступления.

– Я тебя тоже люблю. Идём мамуль, а то у меня действительно в желудке дискотека на всю катушку, – берёт мать за руку и поворачивается в сторону ожидающего отца. – Папуль, встречай своих любимых женщин! – Доносится весёлый голос Лизы.

– Девочки, мои дорогие и любимые женщины, я вас жду не дождусь! – И манит их к себе пальцем.

Мария с Елизаветой направляются в сторону Алекса.

– А вот и мы пап. Соскучился по нас с мамой? Ты нас вообще рад видеть? Не знаю как ты нас, но мы с мамой по твоему столу, от которого исходит такой божественный аромат, что текут у обеих слюнки, очень рады! Папуль, ну что же ты, приглашай к столу своих женщин!

Он встречает своих женщин ослепительной голливудской улыбкой.

– Наконец – то, а я уже грешным делом подумал, что вас уже сегодня не дождусь. – Он не спускает своих восторженных глаз с супруги. – Как же ты красива Машунь. Тебе так идёт этот вечерний макияж.

– Пап, а я что не красива?

Родители мгновенно обернулись к дочери.

– Нехорошо получается как – то папуль! – Обиженно произнесла она. – У тебя одна единственная дочь на свете, а ты обделяешь её своим вниманием и комплиментами! Ты, что не знаешь, что женщины любят слушать ушами, в отличие от вас мужчин, которые любят глазами? Я, как – никак, тоже женщина и тоже люблю комплименты! Почему ты мне их никогда не делаешь папуль? Я что не красива или не достойна, услышать их в свой адрес, а?!

– Дочь, солнышко, ну что ты такое говоришь? – Стал отец оправдываться перед дочерью. – Ты нереально красива, но пока мы оцениваем твою работу детка.

– А если я красива, то напоминай мне об этом частенько! – Обрубила она отца на полуслове. – Я ведь живой человечек и могу тоже обидеться папуль! – Кусает до боли губу и опускает вниз глаза.

Алекс, приподняв, подбородок с улыбкой смотрит, дочери прямо в глаза.

– Да? Какой же ты ещё, в сущности, ребёнок Лиза! Ты красива детка и сама об этом прекрасно знаешь, даже если я тебе иногда и забываю говорить об этом.

– А ты не забывай пап, я ведь тоже обидчивая у тебя, как и наша мама! – На полном серьёзе выговаривает Лиза отцу своё недовольство.

– Хорошо малыш, даю тебе честное слово мужчины, что больше никогда не буду забывать, тебе говорить об этом! Договорились?

– Если будешь когда – то и осыпать меня комплиментами, то только от чистого сердца, а не за жалости! А теперь папуль, если мы с тобой договорились, то пригласи нас, наконец – то к столу.

– Извини дочь, если чем – то тебя обидел детка, – наклоняется и целует дочь в обе щеки. – Идёмте к столу.

Вся троица проходит и занимает свои места за столом.

– Фатма ханым, подойдите, пожалуйста, к столу! – Окликнула её Мария.

Фатма подходит к Марии. Проходится глазами по столу. Не успела женщина открыть свой рот, как Мария её опередила.

– Всё хватает Фатма ханым – грех жаловаться на Бога. Я вас позвала, что бы позавтракали сегодня вместе с нами. Хотя бы один раз сядьте с нами за стол и покушайте. Видите, что и ваша тарелка, чашка с кофеем и фужер с соком тоже здесь?

Фатма переминается с ноги на ногу, чувствуя какой – то дискомфорт в общении, что не скрылось с глаз Марии.

– Мария ханым, пожалуйста, даже и не просите меня об этом. Если разрешите, то я бы хотела взять свою тарелку и пройти на кухню. Я там чувствую себя на много комфортно. Можно?

– Как хотите Фатма. Наше дело предложить – ваше отказать. Держите поднос.

Фатма молча подошла к Марии и встала справа от неё и держит пустой поднос.

– Вот и ваша тарелка с беконом и яичницей и два кусочка пиццы, – и положила на поднос. – А вот и ваш сок и кофе, – и также ставит на поднос. – Фатма ханым, можете пройти на кухню и поесть, пока не остыло. Приятного вам аппетита.

– Благодарю вас и вам всем приятного аппетита, – и удаляется в сторону кухни.

Стоило Фатме скрыться на кухне, как Мария обратилась к мужу с дочкой.

– Любимые мои, приятного вам аппетита, – воткнула вилку в яичницу и поднесла ко рту.

– Вкусно? – Спросил Алекс, показывая глазами на еду. – Из меня получится шеф – повар?

Мария кивнула мужу в знак согласия с набитым ртом. Легонько соприкоснулись их свисавшие ступни, потом – колени. Алекс дотрагивался до жены специально, и в этом не было ничего неловкого или наглого – в конце концов, они вот уже больше двадцати лет вместе как муж и жена, а это немалый срок и это уже диагноз.

Лицо Марии всегда оставалось бесстрастным и Алексу всегда удавалось прочитать её выражение. Отражавшиеся на этом лице чувства требовали перевода, но только не для него Алекса.

– Милый, у меня на душе тяжело, просто дурное предчувствие, не знаю что, но я чувствую, что сегодня что – то произойдёт ужасное и непоправимое, ведь моя интуиция до сегодняшнего дня меня никогда не подводила – и, поковыряв вилкой в остатках яичницы с беконом глубоко вдохнула.

– Милая успокойся и не порть настроение, всё будет хорошо, как и всегда. – И автоматически перевёл разговор на другую тему. – Как тебе завтрак понравился?

– Ммм… Спасибо большое, очень всё вкусно и сытно. Жаль только что так и не попробовала твоего фирменного чесночка с морковкой, хотя и текли слюнки до потери пульса и от него такой запах исходил! – И мило улыбается ему. – Я тебе этого соблазна никогда не прощу! – И показывает ему кулак.

– Ты не переживай малыш, я и за тебя чесночка с морковкой съел! – И улыбается ей в тридцать два зуба.

– Я это уже заметила милый, – и лукаво улыбнувшись, подмигнула мужу. – На здоровье. Если ты сыт, то и я сыта. Меня ты подбросишь или шофёр? – Поинтересовалась она у супруга.

– Любимая, могу тебя подбросить, ну, а потом поеду по своим делам. Договорились.

– Да милый, даже несмотря на то, что проторчим в пробке два – три часа меня радует, так как, это время я буду с тобой. С тобой, тьфу, хоть на луну!

Глава – 4

Атакёй. Ресторан

Беда нагрянула неожиданно, впрочем, как и всегда бывает в таких случаях. Беда, она, ведь не приходит с извещением, она приходит неожиданно, когда её совсем не ждёшь, ни с одного угла. Бац – и сюрприз. Презент.

Полицейские подъехали к ресторану в качестве гостей, когда торжество было уже в самом разгаре. Ребята, увидев такие дорогие «тачки» лишь переглянулись, между собой поняв, друг друга и без слов – мимика их лица говорила всё сама за себя, ведь их поддержанная машина на фоне этих дорогих глянцевых машин, цены которых зашкаливали, словно билеты в космос, выглядела просто дешёвкой.

Обслуживающий персонал парковки и ресторана суетился и каждый из них был занят своим делом: кто парковал машины, а кто занимался, гостями провожая, их в ресторан.

Очутившись внутри ресторана, они оглянулись по сторонам; их явно здесь никто не ждал. Зал был полон гостей. Все мужчины разодетые в смокинги и костюмы, а женщины в шикарные, сногсшибательные вечерние платья с немыслимыми причёсками.

Столы накрыты белоснежными скатертями, а стулья одеты в белоснежные чехлы и украшены розовыми бантами, а посередине стола красовалась композиция из алых роз. За каждым столиком уютно разместились по четыре пар: кто – то мило беседовал, а кто – то наблюдал за церемонией торжества. Выделялся стол жениха и невесты: он был сказочно оформлен со всех сторон и украшен немыслимой композицией по всему столу, от края до края из живых цветов.

В данный момент жених с невестой принимали последних гостей. Жених выглядел именно так, как и должен был выглядеть роскошный жених. Хорошо уложенные волосы, чёрный костюм и вызывающий галстук. Уж больно хорош собой был жених. А самое главное, что он вызывал только самые приятные и положительные эмоции. Невеста тоже была необычайно красива и хороша собой в этом белоснежном наряде. Жених склонился над ней и что – то шептал ей на ухо, когда последние гости отошли от них и расселись за свои столики, а она улыбалась ему мило своей ослепительной улыбкой.

К ребятам с полиции подошёл официант.

– Добрый вечер господа. Меня зовут Али и я к вашим услугам. – Поприветствовал он их. – Куда вас проводить: за ваш столик или сначала желаете поздравить молодых?

– Добрый вечер Али бей. – Мужчина сканирует Али с ног до головы, словно лучи рентгена. – Извините, что не вовремя объявились, но мы не гости вашего торжества, а из налоговой инспекции и хотели бы встретиться с вашим хозяином. Проводите нас к нему.

Али словно обдали кипятком. Теперь они поменялись, местами и уже он сканирует, этих двоих с ног до головы. Наконец к нему вернулась ясность мыслей, и, собрав всю свою покинувшую волю в кулак, обратился к ним.

– У нас босс женщина – Мария ханым и я очень ценю её. Скажу вам так, что о таком боссе можно только мечтать! Помимо того, что она бизнес – леди и хозяйка этого роскошного заведения, она ещё и востребованная певица, которая дополняет и украшает все эти торжества, банкеты, которые проходят у неё в ресторанах.

– Значит, у вас босс женщина? Интересный поворот, – усмехается он и поворачивается всем корпусом к своему напарнику. – Видишь напарник, у него оказывается босс женщина?

Али проигнорировав его слова спокойно добавил.

– Думаю, что вы не скоро поговорите с ней, ведь у неё в репертуаре сегодня пять песен одна за другой. Как только она освободится я, ей доложу о вашем приходе. Пожалуйста, пройдёмте за свободный столик. Следуйте за мной, – и Али зашагал в конец зала к свободному столику.

Им ничего не осталось делать, как молча следовать за ним через весь зал. Наконец Али обратился к ним.

– Прошу вас присаживайтесь.

Они беспрекословно подчиняются словам Али и молча присаживаются за свободный столик.

– Чай, кофе, что ни будь покрепче? Простите, может быть, вы голодны? В свадебном меню больше двадцати вкусных блюд и деликатесов. Советую, не пожалеете, пальчики оближете.

– Спасибо, если что ни будь, понадобится, то мы обязательно воспользуемся вашими услугами, – обрубил он Али, натянув на себя вежливую улыбку.

– Моё дело – предложить, ваше – отказать! – Съязвил Али им в ответ. – Извините, но мне пора. Гости торжества. Я на работе и дорожу своим местом, – процедил он сквозь стиснутые зубы.

– Али бей, – и удерживает его за руку, – если вас не затруднит, то можете нам коротко и в двух словах рассказать про вашего босса, про её характер, ну, что она за человек, если нам сегодня придётся разговаривать непосредственно с ней?

Али минуты две сканирует их молча. Освобождается от руки полицейского.

– Мария ханым бизнес леди с простыми правильными чертами лица и славянской внешности, обладающая всеми прекрасными женскими качествами.

– Молодой человек, нас не интересует её внешность! – Оборвал Али всё тот же полицейский.

– Жаль, потому что её здесь все любят. Такие женщины как она не остаются незамеченными никогда. Как хотите.

– Али бей, извините за бестактность. Пожалуйста, только если можно не про внешность, а про характер. Благодарю вас.

Али переминается с ноги на ногу. Сильно нервничает.

– Я расскажу вам про её характер, но я бы хотел описать вам эту женщину, её красоту. – Так и не дождавшись, ответа от полицейских Али продолжил, свою пламенную речь. – Она достойна всех похвал. Можете мне поверить на слово. Только тогда, когда вы её увидите, то отдадите мне должное за мои слова. Ей сорок два, но увидев её, вы никогда в жизни не скажете, что ей столько – на вид ей не больше тридцати. Ангел воплоти. – Али не спускает глаз с полицейских, которые буквально смотрят ему в рот и внимают каждому сказанному его слову. – Я не могу сказать, что она обладает какой – то неземной красотой, но эта женщина, поверьте мне, как мужчине, даже если я и молодой, но толк в женской красоте понимаю – такая женщина, никогда не останется незамеченной! В ней есть какая – то изюминка, харизма, загадка, которую не понять и не постичь, не расшифровать и не подобрать к нему код и не открыть никаким ключом – это замок без ключей. К этой женщине тянет как магнит – в этом и весь её секрет. Это шикарная женщина, самая красивая из всех присутствующих гостей и включая саму невесту. Вы её узнаете по глазам. – Выражение лица Али меняется молниеносно со скоростью ветра; оно уже строгое и серьёзное. – У неё необычайно красивые глаза, цвета морской волны и синевы. Человек, когда на них смотрит, то пропадает раз и навсегда, тонет в них, это омут, бездна, которая захватывает тебя и поглощает целиком, унося тебя вниз на самое дно, откуда уже не вынырнуть никогда – это просто тупик и лабиринт. Извините, отвлёкся. – И переносит свой взгляд на второго полицейского. – Она обладает сильно развитыми семейными чувствами. Испытывает необходимость постоянного контакта с близкими людьми, даже если те и не в состоянии всего этого оценить. Эта женщина реалист и всегда бывает как деловым, то так и предприимчивым. Она является настоящим кладом для своих близких людей. Это про таких женщин обычно говорят: Пройдут огонь, воду и медные трубы. Я же вижу и прекрасно читаю по вашим глазам, о чём вы меня хотите спросить: Влюблён ли я в эту женщину, если столь расхваливаю её и её достоинства? Отвечу коротко. Да, я влюблён в эту женщину и не скрываю этого! – На губах Али заиграла загадочная улыбка. – В эту женщину влюблён не только я, но и весь наш персонал, и стар и млад, и не за внешние её данные, а за характер и человеческие качества, чего в наше время встречается – один на миллион! – Али снова сканирует этих двоих. – Откуда я так хорошо знаю и понимаю людей, спросите вы меня? Я учусь на психолога и заодно работаю. В этом ещё один плюс этой женщины – она даёт возможность своему персоналу учиться и получать высшее образование. Она о каждом своём персонале заботится индивидуально, интересуется его проблемами, всегда помогает. Она – наш Ангел – хранитель. Ах да, чуть ли не забыл, она спонсирует детский дом в Стамбуле. Теперь вы можете сами делать выводы, что за человек и босс Мария ханым. А теперь мне пора идти. Как только она закончит своё выступление, то я сразу к ней подойду. С вашего позволения. У меня гости.

– Да, конечно, Али бей, – процедил сквозь стиснутые зубы всё тот же, с кем собственно и велась беседа.

Едва Али покинул столик, как полицейские молча переглянулись между собой.

– Дамы и господа, прошу внимания и тишины! – Донёсся голос тамады. – Давайте под ваши бурные аплодисменты поприветствуем хозяйку этого роскошного заведения Марию ханым!

В зале воцарилась гробовая тишина. Все без исключения повернули головы в его сторону. Свет выключился, и заиграла цветомузыка. Мария прошла в центр зала под крики и бурные аплодисменты гостей. Взяв микрофон в руки, она обратилась к молодожёнам.

– Дорогие молодожёны, поздравляю вас с грандиозным событием, с этим решительным и обдуманным шагом, на который вы решились – с вашим бракосочетанием! Желаю вам всего самого наилучшего, всего того, что желает вам ваша душа! Как принято у нас у русских говорить в таком случае: В добрый путь и в доброе плавание в семейной жизни! Дорогие жених с невестой, а теперь разрешите мне вас пригласить под бурные аплодисменты гостей на ваш первый семейный танец!

Жених с невестой улыбаются друг другу и, взявшись за руки под бурные аплодисменты гостей, проходят в центр зала. Заиграла музыка. Зал стих. Мария запела. Закончив свой танец, молодожёны под бурные аплодисменты гостей заняли свои почётные места, а Мария продолжила своё выступление.

Осман повернулся в сторону напарника.

– Мехмет бей, вы её разглядели?

Мехмет оторвал свой взгляд с Марии и повернулся всем корпусом к Осману.

– Нет, Осман бей, к огромному моему сожалению я не смог разглядеть её лица от цветомузыки.

Закончив, своё выступление Мария под бурные аплодисменты гостей, покинула зал. Она едва успела войти в офис, как без стука влетает Али. Мария ошарашена его поведением; её возмущению нет конца и краю.

– Али, тебя, что не учили этикету, что нужно стучаться в дверь, а не влетать в него со всего размаху?! За такое, я ведь могу тебя спокойно и с чистой душой, без угрызения совести на то, что поступаю подло и несправедливо по отношению к тебе уволить с работы! Я права или нет?! Отвечай, я жду твоих объяснений!

– Мария ханым, тысячу раз приношу вам свои извинения, но мне действительно срочно надо было вас увидеть – это не требует отлагательств! – Выпалил Али всё на одном духу.

Мария подошла и встала напротив него; их разделяло друг от друга всего лишь шаг. Али молчит и тупо смотрит на неё. Она берёт его за плечи и смотрит прямо в глаза.

– Али, что – то с гостями? Говори же, чёрт ты не русский, говори и не молчи, не выводи меня ещё больше из себя, я и так уже вся на взводе!

– Мария ханым, там за последним столиком сидят двое, – и замолчал, чем ещё больше ввёл в ступор Марию.

– И что с того что они там сидят?! – Округлив глаза в огромный пятак, снова обратилась к нему, но уже понизив свой голос. – Они, что не довольны обслуживанием?!

– Да нет Мария ханым, просто к нам пожаловали господа из налоговой инспекции. Они хотели переговорить с вашим супругом, но я им сказал, что вы наш непосредственный босс. Я правильно всё сказал или наболтал чего – то лишнего? – И пристально смотрит ей в глаза.

Мария крайне удивлена, что не скрылось с цепких глаз Али. Она кусает до боли губу и её взгляд меняется со скоростью Бакинского ветра, за какие – то доли наносекунды и уже не разобрать, что в них творится, настолько всё там смешалось: тревога, паника, беспокойство, непонимание. Наконец – то поднимает свои огромные синие глаза и смотрит на Али.

– Да нет Али, ты ничего такого не наболтал, просто мне странно. Я одного не могу понять, почему налоговая здесь у меня на работе, ведь у нас всё официально, легально, да и есть все надлежащие бумаги, что мы владеем сетью девяти больших ресторанов и платим гос пошлины ежегодно? Али, одно из двух: или я полная дура и ничего не понимаю или здесь действительно что – то происходит! – Она пристально смотрит ему в глаза и вновь кусает до боли губу – Наверное, поэтому у меня с утра на душе было тревожно и так колотило сердце, чувствуя беду, несчастье. Никогда в жизни мне не нравились господа с налоговой инспекции и полицейские. Я их просто не перевариваю за версту. Ты, надеюсь, что предложил им чего – то выпить или перекусить?

– Да, предложил Мария ханым, но они ничего не захотели, – и виновато пожал плечами.

– Хорошо, что предложил, но плохо, что отказались. Это не к добру Али, ох, как не к добру, – тяжело вздохнув, поставила тем самым она вердикт. – Думай Мариш, думай, шевели мозгами, – подходит к зеркалу; поправляет свои локоны, наносит блеск для губ и поворачивается к Али всем корпусом. – Али, как я выгляжу?

Довольная улыбка озаряет лицо симпатичного паренька.

– Вы божественно красивы и как всегда выглядите на миллион! – С нескрываемым восторгом отзывается Али о Марии. – У вас глазки засияли, словно огни ночного мегаполиса, а ваша красивая шикарная улыбка способна растопить сейчас даже лёд. Вы сейчас поистине божественны, а ваше белоснежное платье с глубоким декольте подчёркивает все прелести вашей точёной фигурки, каждый её изгиб, ваши бирюзово – голубые глаза, ваши огненно рыжие волосы. Про таких женщин как вы обычно говорят – рыжая бестия. Не всякая женщина так шикарно выглядит в свои сорок с хвостиком… – и замолчал.

Мария расплывается от слов Али в довольной улыбке и приходит к нему на помощь.

– Что мне в тебе нравится Али, так это то, как ты умеешь всегда мне поднять настроение!

– Я вам настроение не поднимаю, а говорю то, что вижу. – Лицо Али меняется за наносекунды и приобретает строгость. – Вы совсем другая… не как все… не всякая женщина обладает харизмой и обаянием, чтобы в неё влюблялись двадцатидевятилетние ребята, когда рядом молодые девушки… – и переминается с ноги на ногу.

Мария приподымает бровь и качает указательным пальцем.

– Извините, отвлёкся, но, что правда, то правда, и вы сами всё это знаете не хуже меня! Не нервничайте и не переживайте, вы сразите этих двух идиотов наповал, хотя они мне и не понравились, как я вам уже и говорил. От них обоих за версту веет негативом.

– А зачем мне переживать, если у меня всё легально? Али, ты на русском шпаришь с акцентом, как я на турецком языке. Дай Бог я доживу до того дня, когда ты защитишь свою диссертацию и покажешь мне свою корочку об окончании универа.

– Мария ханым, просто вы – хороший учитель, ну, а я, соответственно – способный ученик! Доживёте! Куда вы денетесь?! С меня «поляна», к тому же, мы с вами ещё всё это «обмоем», как у вас у русских это принято! Какие наши годы, тем более, что у меня остался всего лишь год!

– Что мне в тебе нравится Али, так это твой подвешенный язык – любого приманишь в свою сторону, но, собственно психолог и должен быть таким! – Похвалила она его.

Али одаривает Марию своей белоснежной улыбкой.

– Спасибо за комплимент, это дорогого стоит и для меня всегда крайне важно ваше мнение.

– Это не комплимент и ты это сам прекрасно знаешь! Али, не буду ходить вокруг да около, я такое не люблю, я человечек прямолинейный и всегда говорю в лоб то, что думаю, хотя, многим это и не нравится, но ничего не поделаешь, характер, есть характер, ведь он заложен в каждом из нас ещё с детства. Я была бы крайне счастлива, увидеть тебя в роли своего зятя через пару годиков. Тогда я за дочь была бы спокойна. Из вас получилась бы красивая гармоничная пара.

Али закатал глаза и до боли прикусил губу, чтобы не вырвалось с уст слова, которые так и просились вырваться наружу: Любимая, как же мне хочется тебя так назвать, обнять, прижать к груди и никуда не отпускать, вдыхать аромат твоего парфюма и тела, быть рядом с тобой все двадцать четыре часа и прожить до глубокой старости в любви и согласии. Любимая, ты меня хочешь видеть в качестве своего зятя, а мне бы хотелось тебя видеть в качестве своей жены и любимой женщины…

Мария легонько дёрнула его за плечо, и он вздрогнул от неожиданности.

– Али, ты меня слышишь? У тебя всё в порядке? – И пристально вглядывается в его карие глаза.

Али пристально смотрит ей в глаза.

– Да, у меня всё в порядке. Мария ханым, вы идите. Они вас уже заждались, – ему с трудом даётся каждое сказанное им слово.

– Ай, да ладно тебе, пусть ждут! Я, Али, с тысяча девятьсот семьдесят третьего года жду! – И лукаво ему подмигивает. – Мне бояться нечего – документы у нас в порядке. Позвони, пожалуйста, Алекс бею, пусть бросит все свои дела и приезжает. Пожелай мне удачи.

– Удачи, ведь она вам сегодня нужна как никогда. Да хранит вас Аллах.

Мария направилась к выходу.

– Аминь, – бросила она ему через плечо.

Мария вышла и за ней закрылась дверь. Али долго смотрел на закрытую дверь и никак не мог понять, почему же ему так тревожно на душе, а сердце ноет от непонятной боли. Он тяжело вздохнул и наконец – то произнёс вслух слова, которые так и просились вырваться наружу, но, он никак не мог и не имел права говорить их любимой женщине, которая принадлежит другому мужчине как телом, то так и душой.

– Да хранит вас Аллах любимая. Вам сейчас её помощь очень нужна, так как, эти двое мне совсем не понравились. Чувствует моё бедное сердце, что сегодня произойдёт что – то ужасное, непоправимое, а моя интуиция, как правило, меня никогда в жизни ещё не подводила, хоть я и прожил всего лишь на этом свете двадцать девять лет. Как жаль что вы замужем. Надеюсь, что ваш супруг дорожит вами, боготворит и любит вас искренне всей душой, как и я вас. Я же не виноват в том, что полюбил вас, замужнюю женщину, которая старше меня на тринадцать лет? Любовь, она ведь слепа, да и не спрашивает никогда у нас разрешения, она всегда приходит неожиданно, когда её совсем не ждёшь, но мне приятно, что я познал это и Аллах не обделил меня этим чувством, пусть хоть и не взаимным. Просто вы очень преданный человечек, который не предаст своего супруга никогда в жизни и ни при каких обстоятельствах. Как же вашему мужу повезло.

Мария грациозной походкой прошла через всю толпу гостей; она прекрасно владела своим телом или, по крайней мере, производила такое впечатление. Отыскав глазами последний столик остановилась. Набрав в себя больше воздуха для смелости уверенной походкой, зашагала в их сторону, виляя бёдрами.

Увидев направляющуюся в их сторону Марию ребята с налоговой встали со своих мест.

– Осман бей, а ведь официант был прав, когда так красочно описывал её. В такую женщину грех не влюбиться или не хотеть. – И сканируют её с ног до головы, словно лучи рентгена. – Красивая стерва, милая и сладкая, да и не выглядит на свои годы: точёная фигурка, красивые черты лица, ухоженная и шикарная. Знаешь, у меня складывается такое впечатление, что она идёт по подиуму; это женщина поистине достойна красной дорожки.

– Абсолютно с вами согласен Мехмет бей.

Мария на минутку остановилась; их троих разделяло небольшое расстояние. Увидев перед собой этих двух бугаев, у неё защемило сердце, почуяв беду. Один оказался широкоплечим мужчиной с розовыми щеками, они глядели на Марию, но как бы сквозь неё и были лишены какого – либо выражения, стоял он с надменным видом профессионализма.

Нет, такой не понесёт ни какой ответственности, но будь уверена Мария, этот добьётся его непременно, – пронеслось у неё в голове и ей от этого стало страшно.

Второй, опустив тяжёлые веки над пронзительными глазами, так и прожигал её взглядом с высоты своего роста.

А у этого вся поза говорит мне: Если ты думаешь, что можешь ускользнуть от меня деловая леди, то ошибаешься. Меня считают самым грозным, непрошибаемым, неподкупным и железным, потому что я ни разу ещё не проиграл, не ошибся в людях. И я ещё ни разу не дал своей жертве ускользнуть от моих рук. И если честно, то мне всё равно, виновен он или нет. Я здесь для того, чтобы употребить всё сказанное про вас – против вас!

Её сердце вновь стремительно заколотилось, почувствовав, беду и как волнение крепко сжимает горло. Ей стало трудно дышать, не хватало воздуха, кислорода. Она часто задышала. Тело словно больше ей не принадлежало и дрожало, хоть она и старалась взять себя в руки. Собрав, всю свою покинувшую волю в кулак Мария подошла, к их столику.

– Добрый вечер. Разрешите представиться – Мария ханым, директор этого заведения.

– Добрый вечер Мария ханым. Разрешите представиться – Мехмет бей, а это мой напарник и коллега Осман бей, – представил он своего коллегу, но так на него и не взглянув.

– Мехмет бей, извините, но я человек прямолинейный и не могу вам сказать, что рада вашему визиту, и, как бы я ни хотела вам сказать добро пожаловать, то совру, язык не поворачивается. Вы можете подумать, что у меня проблемы с законом или я чего – то боюсь, но должна вас огорчить господа, у нас всё легально, официально, госпошлины государству отсчитываем ежегодно и с документацией у нас тоже всё в порядке.

Мехмет поменялся в лице и теперь просто сверлит её ядовитым взглядом.

– Мария ханым, я тоже должен вас огорчить, так как мы не из налоговой инспекции, как представились изначально, а из полиции по борьбе с нар ко терроризмом и у нас есть ордер на обыск вашего ресторана.

От услышанных слов у Марии шок; она абсолютно сбита с толку, хоть и старается держаться с достоинством, но явно, что её силы покидают, нервы сдают, да и ноги подкашиваются.

– Мехмет бей, вы точно ничего не перепутали и не ошиблись адресом? Это очень дорогой и элитный ресторан, который входит в десятку лучших ресторанов Стамбула, а не клуб где можно найти всё! – Она уже с огромным трудом справляется с эмоциями, которые зашкаливают выше некуда. – Мехмет бей, мне не до шуток, у меня торжество, да и в зале свыше пятисот гостей!

– Мы ничего не перепутали, ведь именно с вашего ресторана поступил анонимный звонок и, это именно то заведение, которое нам нужно! – И на последних словах сделал ударение, чтобы до неё всё – таки дошло, что они в нужном месте. – Извините за неудобства, но мне придётся вызвать группу, которая во дворе ожидает моего приказа.

Между Марией и Мехметом началась самая что ни на есть перепалка и это очень скоро грозило вылиться в грандиозный скандал, тем более, что здесь была папа рация, телевидение нескольких каналов и пресса.

– Какой захват?! Какая группа?! Вы себя сейчас хоть слышите или нет?! У меня здесь свадьба, торжество, да и гостей свыше пятисот человек!

– Мария ханым, вот ордер на обыск, – и Мехмет протягивает Марии ордер.

Мария дрожащими руками берёт с его рук ордер. Глаза затуманены; их обволокла чёрная пелена, а непрошеные слёзы готовы вырваться вот – вот наружу. Ноги совсем не слушаются, подкашиваются, хотя, она всегда и щеголяла, на высоченных каблуках чувствуя, себя в них как рыба в воде. Собрав всю свою покинувшую волю в кулак, бегло проходит глазами по ордеру.

– Мехмет и Осман бей, у вас есть дети? – И поочерёдно смотрит на обоих. – А теперь представьте, что сейчас жених с невестой не эта пара, а ваши собственные дети. Тогда что? – И пронзает обоих ненавистным взглядом. – Мехмет бей, пожалуйста, не портьте молодожёнам праздник – свадьба, она ведь в жизни раз бывает.

Наступила гробовая тишина. Мария поняла, что идёт по правильному пути. Тишину нарушил Мехмет.

– Мария ханым, я пойду вам на встречу, но только при одном условии, – и пронзает её ненавистным взглядом. – Мы с Осман беем проведём обыск у вас в офисе, и, если мы там ничего не обнаружим, то подождём до окончания свадьбы. – Извините, но большего я вам ничего не могу предложить. Пожалуйста, будьте любезны положить мне на ладонь ваш телефон, – и протягивает ей руку.

– Да, конечно, – и кладёт ему на ладонь телефон.

Мехмет пару раз, повертев его в руках неожиданно для всех… отключает и кладёт к себе в карман.

– Благодарю вас. Мария ханым, следуйте прямо в сторону вашего офиса, а мы Осман беем последуем за вами.

Мария ничего им, не ответив повернулась спиной и уверенной походкой направилась в сторону своего офиса и уже теперь молила Всевышнего лишь об одном, чтобы не упасть и не расстелиться перед ними. Мехмет с Османом переглянувшись между собой, последовали вслед за ней.

Открыв дверь своего офиса Мария, повернулась к мужчинам лицом.

– Вот мы и дошли до моего головного офиса как вы того и желали, – и, натянув на себя вежливую улыбку, которая ей далась с неимоверным трудом произнесла. – Прошу, проходите.

Мужчины вошли в офис. Вслед за ними вошла и сама Мария, закрыв за собой дверь. Минуты две – три вся эта троица сканировала друг друга. Тишину нарушил Мехмет.

– Мария ханым, пожалуйста, вызовите сюда того самого официанта Али и ещё кого – то – они и будут понятыми, чтобы потом вы не могли ничего отрицать.

Мария подходит к своему рабочему столу и, взяв, телефон в руки набирает, номер Али.

– Али, пожалуйста, зайди ко мне в офис и прихвати собой ещё кого – то из персонала. Можешь не стучаться – дверь открыта. Жду, – и положила трубку.

– Браво Мария ханым, вижу, что вы даже на память знаете номер мобильного своего официанта, – съязвил, в очередной раз Мехмет улыбнувшись, ей уголками губ.

Лицо Марии вновь меняется со скоростью Бакинского ветра, за какие – то доли наносекунды и уже не прочесть всю гамму чувств, которые отражаются на её лице.

– Мехмет бей, я не жалуюсь пока на память в отличие от некоторых, – и на последнем слове сделала заметный акцент, дав понять кого, она имеет в виду.

На губах Мехмета заиграла злая усмешка. Он, приподняв левую бровь, сделал пару шагов и оказался лицом к лицу с Марией.

– А, может быть, что дело вовсе и не в памяти, а в очень тесных отношениях с этим молодым человеком по имени Али? – И его зла усмешка переросла в откровенный смех. – А что тут такого? Красивая и богатая. Действительно, а почему бы не завести молодого любовника? – И пронзает Марию ядовитым взглядом.

От его низкого обвинения Мария моментально пришла в себя словно от мощного удара

кулаком. Она испепеляет его ненавистным взглядом полный презрения и негодования.

– Да, что вы вообще себе позволяете и как вы со мной разговариваете?! Кто вам дал на это право?! Вам не кажется, что ваша пошлость и низость перешли все дозволенные рамки приличия?! – Её уже понесло, и она не собиралась, останавливаться на полпути. – Я – замужняя женщина и мать и никому не позволю обливать меня грязью и опускать ниже плинтуса! Вы меня поняли?! – И она уже с огромным трудом сдерживает себя и свои нахлынувшие эмоции, чтобы не сказать ничего лишнего, так как слова опережают её мысли. – Какие же мы с вами всё – таки разные. Ещё бы, ведь столкнулись две противоположности, которые, ну никак не совместимы по жизни, по характеру, по культуре общения, воспитании, да и менталитету тоже! Мехмет бей, прежде чем что – то сказать или бросить камень в чужой огород советую вам сначала хорошенько подумать, – процедила она сквозь стиснутые зубы. – Али мне в сыновья годится, если вы заметили, сколько ему лет!

– Мария ханым, и что с того, что он младше вас на тринадцать лет? В любви, насколько я знаю, все возрасты покорны! Так, кажись, сказал великий поэт? – И лукаво ей подмигнул.

Мария сжала до боли ладони в кулак, что маникюр просто впился до крови.

– Обещаю вам, что я этого просто так не оставлю и вы ещё ответите за ваши слова! Это я могу подать на вас в суд за оскорбление личности при должностном исполнении!

Мехмет на её слова лишь зло рассмеялся и этим самым лишь подлил масла в огонь.

– Мехмет бей, а может быть, вы путаете меня со своей женой, и, может быть, у неё молоденький любовник? – И вновь пронзает его ненавистным взглядом.

Они поменялись местами. Слова Марии сейчас точно также подействовали на Мехмета, как и всего несколько минут назад его оскорбления в её адрес. Он взбешён. Глаза пылают гневом и горят. Он уже с трудом сдерживает себя и сжимает ладони в кулак.

– Да, как вы смеете так со мной разговаривать?! Кто вам дал на это право?!

– Мне?! Я сама, – и улыбнулась Мехмету краешком губ.

Грядущую ссору прервали вошедшие в офис без стука Али с молоденькой официанткой. Вся троица повернулась к ним.

– Мария ханым, да на вас просто нет лица! С вами всё в порядке? Что случилось? Что он вам сказал? – Посыпал её вопросами один за другим Али.

Мехмет направился в сторону вошедшего Али и молоденькой официантки. Пробежался по обоим глазами.

– А теперь, сосунки, слушайте меня внимательно и намотайте себе на ус, так как, я повторяться не буду! – Процедил он сквозь стиснутые зубы. – Прошу вас любить и жаловать. Меня зовут Мехмет бей, а рядом со мной стоит мой напарник Осман бей, – и жестом руки показывает на своего напарника. – Вы, приглашены сюда в качестве понятых, так что вопросы здесь задавать буду я! А, вы, соответственно, на них отвечать и только тогда, когда я вас буду об этом спрашивать! – И вновь пробежался по обоим глазами. – Так вы меня поняли или нет?!

– Да, я вас поняла Мехмет бей, – ответила, робко Айнур так и не подняв, на него глаза.

Али проигнорировав, слова Мехмета не сводит, своих печальных глаз с Марии. Мехмет уж себя с трудом сдерживает, чтобы в ход не впустить тяжёлую артиллерию – кулаки.

– Отвечай!

Али, наконец – то отрывает глаза от объекта своего вожделения и переносит их на Мехмета. Выражение его лица меняется и на уголках губ появляется ехидная улыбка.

– Мехмет бей, вижу, что вам так хочется мне въехать по физиономии, что аж пальцы зудят, и сводит челюсть. Я прав? Пожалуйста, не орите и кулаки свои разожмите и не забывайте о том, что перед вами находятся женщины. Вы думаете, что на вас нет закона и управы?!

Глаза Мехмета мечут молнии.

– Ты мне ещё поговори сосунок… – процедил Мехмет сквозь стиснутые зубы и сжал ещё сильнее ладони в кулак.

Они стоят, лицом к лицу и их разделяет, всего лишь шаг, а в глазах обоих можно прочесть лишь одно: ненависть по отношению друг к другу и ничего больше. Тишину первым нарушил Мехмет.

– Я тебя надолго запомню щенок… – процедил он сквозь стиснутые зубы и сжал снова ладони в кулак.

– Дело хозяйское. Я крайне рад Мехмет бей, что оставлю в вашей памяти, как и вы в моей, столь неизгладимое впечатление. И я вас запомню. Вас просто невозможно, нереально забыть никогда, так как, вы уникальный экземпляр и та ещё редкая сволочь, – и на его губах заиграла злая усмешка, а в глазах забегали озорные огоньки.

Мехмет взбешён. Он в ярости. Зубы скрипят настолько сильно, что сводит челюсть.

– Щенок, ты за свой «базар» ответишь, ведь всем этим ты оскорбляешь не только меня как должностное лицо, но ещё и закон!

– Не парьтесь, я за каждое сказанное мной слово, пардон, как вы только что выразились? Ах да, за свой «базар», отдаю отчёт! Мехмет бей, – и улыбка моментально испарилась с его лица, – чтобы оскорблять закон и должностное лицо правоохранительных орган, кем вы себя считаете, сначала ведите себя подобающим образом, как и полагается органам закона!

Мария поняла, что всё это добром не кончится, и направилась в сторону мужчин. Взяв Али за руку, потащила в сторону окна. Все присутствующие повернулись в их сторону и с любопытством ждали продолжения шоу, которое со скоростью ветра разворачивалось на их глазах.

– Али, прошу тебя, умоляю, не спорь с ним. Я с тобой согласна на счёт него, но, к огромному моему сожалению, я должна тебя разочаровать, так как, характер человека не меняется никогда и его сможет перевоспитать только могила и два метра под ней. Пусть доделают своё грязное дело и уберутся, а я потом разберусь со всем этим. Я больше не смогу выдержать всего этого кошмара и унижения. Пожалуйста, сделай это ради меня, если, хотя бы чуточку уважаешь как своего босса и просто как женщину, – сделала она ход конём.

– Мария ханым, а вы хороший игрок, сразу шах и мат. Я высоко оценил то, как вы послали меня в нокаут.

– Благодарю тебя за понимание.

Мехмет подошёл к ним и легонько коснулся её за плечо. Мария повернулась к нему всем корпусом.

– Не помешал? – В очередной раз съязвил он.

Собрав всю свою покинувшую волю в кулак и натянув на себя вежливую улыбку, она постаралась как можно спокойнее ему ответить.

– Да нет, что вы.

Ехидная улыбка проскальзывает по лицу Мехмета и Мария прекрасно понимает, что за этой лицемерной улыбкой последует что – то неприятное, и она, как всегда, оказалась снова права в своих догадках.

– А вы очень позитивно влияете на мужчин… по крайней мере, на одного это точно. Молодость – это так прекрасно! Не так ли?

Мария себя с трудом сдерживает, хотя внутри у неё всё кипит и бурлит.

– Мария ханым, я могу попросить ключи от вашего сейфа или вы сами откроете?

Она достаёт с тумбочки ключи. Секунды две – три вертит в руках и наконец, протягивает их ему.

– Пожалуйста.

Мехмет берёт ключи с её рук.

– Благодарю. Следуйте за мной, – и, повернувшись к ней спиной, обращается ко всем присутствующим. – Начинаем обыск. Я всех без исключения жду рядом собой. Не заставляйте меня повторяться дважды, – и зашагал в сторону сейфа.

Все засуетились. Мехмет подошёл к сейфу. Опустился на колени. Открыл. Осман тем временем подошёл к своему напарнику и встал рядом с ним с правой стороны. Подошли и остальные. Мехмет достав оттуда всю документацию, протянул Осману.

– Осман бей, положите всё на стол.

Осман, взяв с рук Мехмета папки с документами, поставил на стол. Мехмет тем временем достал запечатанную стопку долларов в сто купюр. Потряс минуты две в руках. Закрыл дверцу сейфа. Встал. Подошёл к Марии. Снова потряс купюрами.

– Хорошо живёте Мария ханым, – и на его губах заиграла победоносная улыбка. – Хотел бы и я так жить припеваючи, как и вы.

– Спасибо Мехмет бей, не жалуюсь, – съязвила она. – Кто много работает, тот хорошо и живёт.

– Я бы тоже на вашем месте не жаловался. Я тоже много работаю, но так хорошо не живу.

– Значит, не так стараетесь, – не отстала в колкости она.

Мехмет смотрит ей в глаза, но при этом обращается к своему напарнику.

– Осман бей, проверьте все щели, переверните весь офис вверх дном, все комоды, всё то, что можно проверить, но найдите мне то, ради чего собственно мы сюда и пришли, ведь звонок не случайно поступил именно от этого ресторана! – И уже обращается непосредственно к Марии. – Не так ли Мария ханым? – И вновь испепеляет её ненавистным взглядом. – Да на вас просто нет лица. Вы вся побелели и напоминаете мне сейчас больше живой ходячий труп, нежели ту уверенную женщину, которая подошла к нам за наш столик. Расслабьтесь Мария ханым, не переживайте так сильно. Если вам нечего бояться, то и все переживания пусты.

– Мехмет бей, а с чего это вы взяли, что я переживаю? – Смотрит ему в глаза, а у самой при этом не дрогнул даже ни единый мускул. – Я не переживаю. Мне просто неприятно, когда кто – то роется в моих вещах.

Мехмет проигнорировав слова Марии, повернулся в сторону Османа.

– Осман бей, приступайте к своим непосредственным обязанностям.

Пока Осман занимался обыском, Мария с Мехметом молча наблюдали за происходящим и каждый из них думал о своём. Он: о том, чтобы найти, нар коту и упихнуть её в клетку и надолго. Она: откуда занесло, этих двух полицейских и кто из её персонала так жестоко подставил, её, а главное, за что и почему?

На данный момент её, красиво оборудованный головной офис, напоминал ей самой не что иное, как взрыв после атомной войны.

– Я надеюсь, что у вас всё Мехмет бей. Пожалуйста, будьте любезны покинуть мой офис. Вас Али проводит, – каждое сказанное слово даётся ей с неимоверным трудом и она себя уже с трудом сдерживает, чтобы не разреветься.

– Мария ханым, вы очень любезны, но мы пока не проверили вашу сумочку. Разрешите. Это займёт всего лишь минутку. Ни больше, ни меньше. Уверяю вас.

Мария берёт с кресла сумочку. Минуты две – три она всё ещё смотрит на него.

– Пожалуйста. Если вам так угодно, можете обыскивать и мою сумочку, – и ставит на стол.

Мехмет проигнорировав сарказм Марии, поворачивается всем своим корпусом к Али и Айнур.

– Понятые, подойдите к столу, чтобы потом не могли ничего отрицать! – Прозвучал его голос как гром среди ясного неба.

Наступила гробовая тишина. Али с Айнур молча переглянулись между собой, но так и не сдвинулись со своего места, чем ещё больше взбесили Мехмета.

– Что вы стоите как два истукана и смотрите друг на друга?! – Вернул их в реальность голос Мехмета. – Я, что ясно не выразился?! – И глазами прошёлся по обоим.

Слова так и просились вырваться наружу, но Али смолчал, прикусив до боли губу. Он повернул голову в сторону Айнур и увидел, что она дрожит словно осиновый лист.

– Не дрожи и не бойся ничего. Идём, – и, взяв Айнур за руку, потащил за собой в сторону стола.

– Осман бей, можете приступать к своим непосредственным обязанностям! – Отдал Мехмет приказ.

– Да, конечно, – и направился тоже в сторону стола.

Мехмет отошёл в сторону, предоставив понятым и для своего коллеги место. Осман открывает сумку. Поднимает и переворачивает вверх дном. Всё содержимое посыпалось один за другим на стол. Отыскав глазами, пакетик с порошком Осман берёт его в руки. Открывает. Пробует на вкус кончиком мизинца. Поднимает глаза и поворачивается всем корпусом к Мехмету.

– Даа, – протянул он ехидно, – чистейший героин. Звонок был в самую точку, как говорят, в самое яблочко. Порыбачили, так порыбачили.

Глазки Мехмета заблестели, а на уголках губ появилась долгожданная победоносная улыбка.

– Мехмет бей, собственно, что и требовалось доказать. Думаю, что грамм двести – триста. Держите, – и протягивает ему пакетик с героином.

Мехмет берёт протянутый Османом пакетик и переносит свой взор на Марию. Поднимает над уровнем лица и вертит перед её носом.

– Мария ханым, ну что вы скажете на всё это или всё так же будете отрицать, что это не ваше?

Мария до сих пор не может отойти от шока. Она хочет возразить в ответ, что это не её, но к огромному её сожалению и к огромной радости Мехмета, она не может выговорить ни слова, так как в горле застрял огромный ком и ей ничего не остаётся делать, как просто тупо пялиться на пакетик с героином.

Мехмет поворачивается к Айнур. Поднимает пакетик и вертит её из стороны в сторону перед ней.

– Ваша хозяйка молчит. Девушка, а может быть это ваше? Берите, – и протягивает ей пакетик с героином.

Айнур шарахается от Мехмета, словно от чумы и отходит на два шага назад.

– Нет, что вы, это не моё!

Мехмет переносит свой взор к своему любимому персонажу – к Али. Снова столкнулись два взгляда, которые не переваривают друг на друга и смотрят с такой злобой и ненавистью, что всем вокруг от этого становится не по себе.

– Молодой человек, как видите, внешность обманчива. А вы, Али бей, так усердно защищали «свою любимую», – съязвил в очередной раз он.

– Это какое – то недоразумение и подстава, которая рано или поздно выплывет наружу, ведь видеозаписи ведутся круглосуточно во всём ресторане, так что не спешите радоваться! Мехмет бей, не пройдя реку, не закатывайте штаны! – Смерив, его с ног до головы со всей уверенностью отвечает, Али ему в ответ.

– Молодой человек, а я и не закатываю штаны! – Мехмет зло рассмеялся ему в лицо. – Я вам понятым показываю пока лишь то, что мы собственно нашли у хозяйки вашего заведения, которую вы так яро защищаете! – И поменял тактику разговора на девяносто градусов. – А ты не хочешь спросить у неё самой как в её сумочке оказался героин? Скажу тебе лишь то, что за это ей светит огромный срок. Сказать сколько? – И на последних двух словах сделал заметный акцент, дав ему понять, насколько плохи дела, Марии.

Али весь кипел и с огромным трудом себя сдерживал, чтобы не въехать ему по физиономии.

Наконец – то Мария отходит от шока и к ней возвращается ясность мыслей.

– У меня просто нет слов… это не моё… – только и всего смогла она произнести.

Мужчины поворачиваются в сторону Марии, позабыв про свою разборку.

– Вот то – то и оно, у меня тоже нет слов, а ведь выглядите такой белой и пушистой, просто невинная овечка. Недаром говорят, что внешность обманчива. Перестаньте мне перечить и врать! Мария ханым, может быть, мы действительно не будем тратить, время зря и вы нам сейчас при двух понятых чистосердечно признаетесь, во всём? – Его голос звучал, словно приговор судьи, а слова резали, словно по живому и от этого он получал огромный кайф.

Мария вся уже на взводе; она с огромным трудом контролирует себя и свои эмоции, которые зашкаливают выше головы.

– Мехмет бей, я вам не перечу и не вру! Я же вам понятным турецким языком объяснила, что мне не в чём вам признаваться! Это действительно не моё и я не знаю, как он очутился в моей сумочке! Пожалуйста, не приписывайте мне того, чего я не делала! – Прозвучал уверенно её голос.

– Браво, я просто восхищаюсь вами, конечно, не ваше, это мы вам его подставили! Вы что меня за идиота, принимаете? Сумка ваша? Ваша! А если сумка ваша – значит и товар ваш! И это мой окончательный вердикт.

– Зачем вы ёрничаете? Мы можем это проверить, ведь, как и сказал вам Али бей, в ресторане ведётся круглосуточное видео наблюдение!

Злая усмешка заиграла на губах Мехмета, которая ничего хорошего не предвещала.

– Мария ханым, я как вижу, к вам вернулся дар речи, да и голосок прорезался, – включил рацию и отошёл в сторону. – Это Мехмет бей. Звонок был не анонимным. Обнаружен героин. Ребятки, работаем чётко и оперативно. Никто из гостей и персонала не должен пострадать, а также никого не выпускать из зала до тех пор, пока всё не закончится. Удачи, – и отключил.

Марию всю трясёт и она уже с трудом владеет собой, но она не собиралась просто так сдаваться и уступать ему хоть в чём – то.

– Вы не посмеете этого сделать! Отмените приказ! Отмените эту чёртову операцию! Вы не имеете права людям портить торжество! Пожалуйста, умоляю вас.

Мехмет в бешенстве и уже себя с огромным трудом сдерживает. Ладони сжаты в кулак, а зубы стучат настолько сильно, что сводит челюсть. Сделав пару шагов в её сторону, он оказался с ней лицом к лицу и уже смотрит на неё с высоты своего роста. Минуты две её сканирует с ног до головы и от этого взгляда Марии становится не по себе.

– Сядь женщина и заткнись, сядь и не беси меня, не выводи из себя ещё больше! – С такой ненавистью прокричал он, что не только Мария, но и все остальные поёжились от его слов. – После приговора судьи, куда вас поместят на долгие годы, у вас не останется всей этой красоты, да и щеголять вы будете на зоне уже не шикарном дорогом наряде и с французским маникюром! Можете поверить мне на слово, – и рассмеялся зло ей в лицо.

Наступила пугающая тишина, которая ничего хорошего не предвещала. Все молча переглядывались друг на друга. Мехмет повернувшись в сторону напарника, разрушил тишину, которую сам и создал, отдав приказ

– Осман бей, оденьте на неё наручники и выведите в зал, чтобы наблюдала за шоу, которое сама и создала! Да и этих двоих тоже выведи вместе с ней. Не хочу, чтобы мозолили мне здесь глаза. В ближайшие дни так и так закроют ресторан, так что, пусть сегодня в последний вечер подышат воздухом и атмосферой этого заведения, ведь через пару дней этого у них уже не будет, – и злая усмешка заиграла на его губах. – Хотя, я был бы не против того, чтобы и этого придурка Али у пихнуть вместе с ней в тюрьму, – и вновь поворачивается к Марии лицом. – Так вы со мной согласны Мария ханым?

Мария вся на взводе и буквально кипит от негодования. И какой бы тактичной женщиной она не была, её прорывает, словно дамбу и слова как всегда опережают все её мысли.

– Вы не посмеете этого сделать! Это какое – то недоразумение! Подстава! Просмотрите, видеозапись и всё встанет, на свои места! Я требую своего адвоката! Вам это просто так не сойдёт с рук, и вы за это ещё ответите!

– Заткнитесь! – Крикнул он не своим голосом и стал наступать на неё с новыми силами. – Мария ханым, вам за этот столь безобидный пакетик с героином светит довольно приличный срок, – и на последних словах сделал заметный акцент, дав ей понять, насколько плохи её, дела. – Хотите, я вас просвещу и скажу, сколько вам лет за это светит? – Мехмет вновь и вновь прошёлся оценивающим взглядом эксперта по Марии с ног головы. – Ну?! – И пристально смотрит ей в глаза.

Мария открыла рот, чтобы возразить ему, но слова буквально застряли, в воздухе и она так и не смогла, произнести ни единого слова.

Мехмет повернулся всем своим корпусом к напарнику. Его глаза буквально мечут молнии.

– Осман бей, у вас со слухом что – то или мне что нужно повторить дважды пока до вас дойдёт мой приказ?! Быстро оденьте на неё наручники и выведите в зал, чтобы мои глаза не видели больше эту суку, а то я их сейчас сам на вас одену! – В ярости крикнул он ему.

– Да, конечно, – только и всего смог произнести Осман и направился в сторону Марии.

Мария молча протянула руки, и Осман одел ей наручники. Она, опустив руки вниз, проходит к двери. Ждёт. Осман открывает дверь и Мария выходит. Али с Айнур выходят вслед за ней. Осман у двери поворачивается в сторону Мехмета, но тот опережает его.

– Вы идите, а я к вам чуть позже присоединюсь. И прихлопните за собой дверь.

Едва за ними захлопнулась дверь, как Мехмет подошёл к столу. Он долго смотрел на новую запечатанную пачку сто долларовых купюр, всё ещё не решаясь к ним притронуться. Но чёрт его попутал и он всё – таки взял пачку в руки и пару раз повертел в своих руках. Он намеревался его уже засунуть к себе в карман пиджака, как вспомнил слова Али и Марии про камеры. Прошёлся цепким оценивающим взглядом коршуна по всему офису и, отыскав глазами все четыре камеры, которые были на всех четырёх углах, положил пачку на стол. Тяжело вздохнув, направился к двери.

Увиденная картина Марию потрясла до глубины души – внутри ресторана царил хаос, если это так можно было назвать одним словом. Спецназовцы работали чётко и оперативно. Крики слышались со всех сторон. Гости были в шоке. Всех досконально обыскивали, а кто из гостей пытался встать со своего места или хоть что – то сказать, насильно усаживали на свои места.

Хоть Мария и старалась себя сдерживать, казаться сильной, уверенной в себе женщиной, но так и не смогла, и непрошеные слёзы полились, градом с её красивых синих глаз и вот она уже вся утопала в слезах. В уме она прошлась по всему своему персоналу пытаясь вычислить, кто же её всё – таки так жестоко и безжалостно подставил, а главное за что и почему. Кому она перешла дорогу, ведь в жизни она не то, что бы человека, но даже комара никогда не обидела, но так ни к какому выводу и не пришла.

Отыскав глазами в толпе Али, она подала ему жест, чтобы тот подошёл к ней. Мехмет увидев направляющего к ней Али, преградил ему путь жестом руки. Али остановился на полпути. Их разделяло небольшое расстояние, и они могли спокойно разглядеть друг друга. Она – вся зарёванная и опухшими от слёз глазами, а он – с болью на сердце и горечью в душе. Но даже столь уверенный в себе Али не смог устоять, видя слёзы своей любимой женщины и тоже прослезился. А ещё говорят, что мужчины не плачут. Плачут, да ещё как плачут.

Увидев сердцу дорогих и любимых двух человечков, которые только что вошли, в зал и которых с порога обыскали, с ног до головы у Марии защемило, сердце. Даже через этот хаос она смогла разглядеть их: выглядели они оба сногсшибательно.

Мария даже издалека смогла разглядеть гору мышц, мускул на мускуле, упругий пресс, которым не всякий двадцати летний парень мог бы похвастаться. Точёные черты от Бога. Да, Алекс был красив и привлекателен, словно модель с обложки. Но, стоило ей взглянуть на дочь, как у неё защемило сердце. Как же она её любила, это голубоглазое, светловолосое и хрупкое создание – плод их любви, и, чтобы не смотреть на такую красавицу, нужно быть импотентом, больным человеком или женоненавистником.

Отыскав глазами Марию, отец с дочерью сделали пару шагов к ней на встречу, как им преградил путь спецназ, дав понять, чтобы они оставались на своих местах. Их разделяло большое расстояние и этой троице ничего не оставалось делать, как просто наблюдать друг за другом издалека.

Мария постаралась взять себя в руки и вытерла тыльной стороной ладони размазанное лицо, ведь ей так не хотелось, чтобы они видели её сейчас зарёванной и убитой горем наповал.

Наконец – то мужу с дочерью дают добро подойти к Марии. Лиза зарёванная и вся в слезах бежит на встречу к матери.

– Мамочка! Мамуль, что здесь происходит? Что они от тебя хотят? Мамуль, ты в наручниках? Но как? За что? Почему? У меня к тебе тысяча вопросов и ни одного вразумляющего ответа. – Слёзы градом льются по её лицу, и она прижимается всем своим хрупким телом к матери.

Мария отстраняется от дочери. Поднимает свои окольцованные руки, берёт её лицо в ладони, долго и внимательно смотрит ей в глаза.

– Малыш, это подстава дочь… ты только не плачь… пожалуйста… тебе не идут слёзы… моя девочка не должна плакать… ты же мамина дочь… – каждое сказанное слово ей даётся с неимоверным трудом. – Детка, ты видела, чтобы я, когда то плакала? – Пытается выдавить улыбку, но она выходит кривой и неестественной.

Лиза всхлипывает и старается успокоиться.

– Раньше – нет, но, сейчас ты тоже плачешь мамуль. Я больше не буду. Извини.

Алекс подходит к своим любимым женщинам. Он не сводит своих глаз с жены.

– Лиза, детка, дай мне с мамой поговорить, – обращается он к дочери, даже не взглянув в лицо.

– Хорошо пап, – дочь отстраняется в сторону, предоставив родителям побыть вдвоём.

Алекс недоуменно смотрит на жену.

– Машунь, я ничего не понимаю. Мне сказали, что у тебя нашли нар коту. У тебя есть, хотя бы какие – то предположения или догадки кто это мог бы сделать? Может быть ты кому – то перешла дорогу?

– Ну, что ты такое говоришь Алекс?! Кому я могла перейти дорогу?! Не знаю родной, ей Богу, не знаю! – У неё началась, самая что ни на есть паника. – Я сама в шоке. Это подстава Алекс. Кто – то подсунул мне нар коту и сам же сделал анонимный звонок с нашего ресторана! Ты такое можешь себе представить?! Милый, родной мой, тебе придётся самому в этом разобраться. Посмотри видеозапись всех дней, тогда всё и поймёшь. Кто – то затеял против нас подлую и грязную игру дорогой. Позвони нашему адвокату, а то этот ресторан закроют. Умоляю, сделай всё возможное и невозможное, но сохрани его!

– О Аллах, я такое даже в своём самом страшном сне представить не мог! Детка, успокойся и возьми себя в руки, – попытался он успокоить супругу, хотя невооружённым взглядом эксперта было видно, что и его самого покидают силы.

Сзади подошёл Мехмет и легонько коснулся Алекса за правое плечо. Он повернулся к нему в пол оборота. Мужчины минуты две – три сканируют друг друга. Алекс открыл рот, чтобы его спросить, как Мехмет опередил его всего лишь на несколько секунд.

– Извините, что беспокою. Я – Мехмет бей. Мы из полиции по борьбе с нар ко терроризмом.

– Добрый вечер Мехмет бей. Я – Алекс бей, супруг Марии ханым. Пожалуйста, дайте нам с женой поговорить. Я в шоке от в сего происходящего. Нам нужно во всём разобраться.

– Хорошо Алекс бей, я пойду вам на встречу и дам с супругой поговорить в последний раз, так как, поговорив с ней, мы её уведём, под конвоем и до суда с ней будет поддерживать, контакт только её адвокат. У вас на всё и про всё есть ровно десять минут, – и отошёл в сторону, предоставив место Алексу.

– Благодарю вас.

Алекс подходит к супруге. Он с нежностью и болью в глазах смотрит на неё. Берёт её руки в свои. Подносит к губам. Целует.

– Малыш, не переживай, я всё улажу и очень скоро всё встанет на свои места. Я проверю, все видеозаписи и весь персонал и очень скоро всё это недоразумение закончится, и мы снова будем вместе. Всё уладится. Я обещаю тебе. Всего лишь пару дней и мы опять будем вместе.

– Милый, я тебе верю, но я боюсь, ведь неизвестность, она хуже самой известности. Алекс, мне хочется плакать, слёзы давят горло, и я себя с трудом сдерживаю… – каждое сказанное слово ей даётся с неимоверным трудом и она до боли кусает губу, чтобы воли не давать слезам.

Лиза подходит к родителям.

– Мамуль, всё будет хорошо, вот увидишь, ты только не волнуйся, держись, – пытается поддержать Лиза мать, хотя и сама не верит в только что сказанные ею слова.

Мария отстраняется от мужа и смотрит на дочь.

– Лиза, малыш, я тебя люблю больше всего на свете. Помни об этом и не забывай. Береги себя и отца, и будьте счастливы, ведь кроме вас двоих и родителей у меня нет никого ближе на свете. Вы с отцом моё всё, самое ценное и дорогое сокровище, что когда – либо было в моей жизни, – и целует дочь в губы.

– Мамуль, я тебя тоже люблю, но мне совсем не нравится, как ты заговорила. Родная, любимая моя, пожалуйста, не оставляй нас одних, ты нам с папой так нужна, так необходима, – и прижимается к матери, уткнувшись носом в грудь.

Мария отстраняется от дочери и, проигнорировав её слова, поворачивается всем корпусом к мужу.

– Я чувствую сердцем, что это наша с тобой последняя встреча и ничего хорошего нас дальше не ждёт. Пожалуйста, ничего не говори и не перебивай меня, просто слушай и всё внимай, мне итак трудно говорить. В жизни всё и всякое может быть, но я тебе никогда не смогу простить, если с Лизой что ни будь случиться. – И выражение её лица меняется со скоростью Бакинского ветра. – Алекс ты в ответе за нашу дочь!

– Милая, что с ней может случиться? Да и мне тоже совсем не нравится, как ты заговорила. Всё будет хорошо детка, я тебе обещаю. Ты мне веришь?

– Милый, любимый мой мужчина, любовь и смысл всей моей жизни, по крайней мере, я хочу в это верить. Я вас обоих очень сильно люблю, помните об этом и никогда не забывайте. Береги себя и дочь. – Мария тянется к его губам; сначала целует нежно, потом страстно, вкладываю в поцелуй всю себя и свою любовь по отношению к этому мужчине. – Прощай, – и резко отстраняется от него.

Алекс недоуменно смотрит на супругу, которая прощается с ним почему – то навсегда.

– Детка, малыш… – только и всего смог произнести он ей в ответ.

Мария за считанные доли секунд поворачивается к родным спиной и шагает уверенной походкой в сторону Мехмета.

– Идёмте.

Мехмет, как и Алекс, шокирован поведением Марии.

– Мария ханым, вы такая хрупкая женщина, но не сломались, плюс ко всему, ваша уверенность в себе меня очень сильно подкупила. Вы не только красивая и сексуальная, но очень сильная и смелая женщина. Не всякий мужчина сможет с достоинством вот так вот выстоять как вы. Я вами искренне восхищаюсь, уважаю, хоть и ненавижу.

– Мехмет бей, интересный поворот; искренне восхищаюсь, уважаю и ненавижу.

Глава – 5

Три месяца спустя. Март. Суд

Служитель открыл дверь и пригласил всех войти. Через пару минут вошли все судьи один за другим. Председатель остановился в центре, справа и слева расположились его коллеги.

Марию всю трясло. Она посмотрела в зал. Там сидели, взявшись за руки её два любимых человечка: муж и дочь. Муж держался молодцом, только вот у Лизы лицо опухло от слёз.

Разбирательство прошло быстро и бодро, как по накатанной дорожке. Только вот сама Мария ничего не слышала. До неё только доносились отдельные слова: Именем Турецкой

Республики… Суд решил приговорить к семи годам лишения свободы… Приговор привести в исполнение и увезти заключённую из зала суда…

Мария не шевельнулась, лишь крепче сжала поручень барьера, отделявшую её скамью от публики.

– Нет! – Лиза вскакивает как ошпаренная со своего места и обращается непосредственно к судье. – Моя мама не виновна!

Удивлённая публика невольно поворачивают головы в её сторону, ведь такого поворота никто явно не ожидал.

– Сядьте! – Доносится грозный голос судьи. – Вы кто?!

Лиза вытирает подступившие на глаза слёзы и вновь обращается к судье.

– Меня зовут Елизавета, Лиза. Я дочь подсудимой. – И не дождавшись ответа, продолжила свою пламенную речь. – Мама будет сидеть ни за что и ни про что целых семь лет за урода, подсунувшей ей героин, да?! – Глаза Лизы горят огнём и мечут молнии. – Вы это хотите нам донести своим приговором?! Но это не справедливо! – И Лизу понесло по полной программе и кажется, что её уже ничего не может остановить. – Как вы можете осудить невиновного человека, как?! Моя мама не виновна и не причастна к героину, тем более, что нет прямых улик и подтверждений этому! Вы прекрасно знаете, что запись того злосчастного дня стёрта, её нет, чёрт бы её побрал, она как сквозь землю провалилась! Вы это понимаете?! У меня до сих пор в голове не укладывается тот факт, что запись в её офисе стёрта и притом, что в офисе имеются четыре камеры! Как такое вообще возможно и кто мог туда проникнуть?! Кто же сделал дубликат ключей? Я только одного не могу понять: что и где именно упустили мои родители, ведь героин просто так не попал в сумочку мамы, не так ли?! – Лиза вроде и обращается к судье, но сама же и отвечает на свои вопросы. – Для меня до сих пор остаётся это загадкой с двумя неизвестными, но то, что кто – то её преднамеренно стёр – это факт на лицо! Проверили всех и всё, весь персонал и ни одних улик, ни одной зацепки, ни одной ниточки, чтобы за что – то ухватиться и что ведёт к развязке! У меня в голове просто ступор, полный отстой, пипец!

Как ни странно, но судья отвечает ей.

– Елизавета ханым, обязательно должна быть какая – то зацепка, ниточка, что – то должно быть!

– В том – то и дело что ничего нет, как я вам уже и говорила, ни одной ниточки и ни одной зацепки, чтобы за что – то ухватиться!

– Сядьте и успокойтесь! Перестаньте истереть! – Грозно крикнул он и ударил молотком по столу.

Лиза, проигнорировав слова судьи, наконец – то даёт волю слезам. Она рыдает, навзрыд позабыв о том, что за ней наблюдают несколько сотен интересующихся до сплетен глаз.

– Елизавета ханым, пожалуйста, сядьте и успокойтесь, – повторил судья.

Лиза поднимает свои опухшие от слёз глаза и поворачивается непосредственно к матери.

– Мамуль, родная, любимая моя, я всего этого не выдержу, не вынесу, не переживу. Умоляю тебя, заклинаю, не оставляй меня одну, – и давится собственными слезами. – Подскажи родная как выйти из этого лабиринта и когда кончится у нас эта чёрная полоса? Скажи, что это глупая шутка, что это страшный сон, кошмар, что я просто сплю, и мне всё это, мерещится?!

– Доча, доченька… – и Мария снова крепче сжала поручень барьера, отделявшую её скамью от публики.

И вот уже Лиза бежит через весь судебный зал, минует судей и подбегает к решётке, за которой находится мать. Протягивает руки. Слёзы градом льют по её красивому лицу, и она уже захлёбывается собственными слезами.

– Господи, мамуль, нас с тобой разделяет решётка и наручники! Ущипни меня, скажи, что ни будь, только не молчи родная!

К Лизе подбежал охранник и попытался её оттащить, но она так сильно вцепилась в руки матери, что они мерились силами. Силы не равны в весе. Ещё бы, сто с лишним килограмм против хрупкого создания в сорок пять кило, но всё же, ни один из них не хочет уступать другому. Разница только в том, что каждый из этих двоих преследует свои цели: он – охранник и выполняет свою работу, а Лиза – остаться с матерью.

Мария всё ещё удерживая крепко дочь, за руки повернув голову, обратилась к судье.

– Пожалуйста, будьте хотя бы немного милосердны, прошу вас, дайте мне всего лишь пару минут, чтобы попрощаться с дочерью, ведь и у вас тоже есть дети.

Эти несколько простых, но коронных слов сыграли важную роль и смягчили судью. Он смотрит на настенные часы и лишь потом на мать с дочерью. Все невольно повернули головы в сторону судьи ожидая ответа. Судья не заставил себя долго ждать и обратился к охраннику.

– Охрана, отпустите девушку! – Донёсся строгий хриплый голос судьи.

Охранник убирает руки с Лизы и проходит на своё место.

– Мария ханым, у вас есть ровно десять минут и ни минуты больше, чтобы попрощаться с дочерью. Время пошло.

В судебном зале суда воцарилась тишина. Зал и присяжные не сводят глаз с матери и дочери.

– Солнышко, вот и пролетели три долгих бесконечных месяца. Как же я по тебе соскучилась радость моя.

– Мамуль…

Слёзы подступили к горлу. Мария себя с трудом сдерживает и кусает до крови губу, чтобы не разреветься перед дочерью, да и перед этой публикой тоже, которые просто ждут продолжения шоу. Она подносит к губам руки дочери и целует их долго – долго. Смотрит пристально в глаза.

– Мамуль, я так по тебе скучаю, и мне так тебя, не хватает. Ты мне нужна как воздух, как кислород. Понимаешь? Скажи мне, что всё это просто страшный сон и мне это мерещится? Скажи и не молчи! – У неё началась, самая что ни на есть, истерика. – Мамуль, я так больше не могу, я просто всего этого не выдержу, не вынесу! Я постепенно дома схожу сума! Мне всего лишь восемнадцать, а у меня всё валится из рук и меня ничего уже не радует! Мамуль, как же мы с тобой проживём друг без друга? – Подносит руки матери к губам и целует. – Как ты там жила родная и любимая?

– Малыш, мой красивый, нежный и ласковый ребёнок, к сожалению, это не страшный сон, всё это происходит наяву и с нами. Это подстава малыш, очень жестокая подстава. Вы с отцом во что бы то ни стало должны ещё раз всех и всё проверить, найти и вычислить того урода, иначе мне сидеть в тюрьме целых семь лет ни за что и ни про что. Детка, солнышко, радость моя, доченька, даже я всего этого там не вынесу, сколько бы сильной не казалась. На зоне человек ломается как физически, то так и морально, на то она и тюрьма. Там очень страшно детка. Я думала, что сойду сума в одиночной камере. Я знаю что запись именно того дня стёрта, но ещё раз проверьте и сопоставьте все факты. Я вас умоляю и заклинаю всеми святыми – проверьте! Лиза, вы должны найти эту тварь и у меня надежда только на вас двоих и больше ни на кого! Ты меня понимаешь? Малыш, пожалуйста, не плачь больше, а то у меня сердце разрывается, когда ты плачешь. Вытри свои глазки, слёзы тебе совсем не идут. Я – мать, а матерям малыш виднее, что им детям больше всего идёт: слёзы или обворожительная улыбка, от которой можно просто растаять, – даже сквозь решётку Мария пытается поднять настроение дочери, хотя прекрасно понимает и чувствует сердцем, что это их последняя встреча с дочерью. – Я жду. Ну? – И одарила дочь улыбкой, хотя она ей и далась с неимоверным трудом.

Лиза освобождается от рук матери и вытирает тыльной стороной ладони зарёванное лицо.

– Вот так ты гораздо больше нравишься мне малыш. – Мария притягивает к себе дочь и через решётку целует её в глаза и в губы. – Детка, если бы ты только знала, как мне всего этого там не хватало, все эти три месяца, которые прошли для меня длиною в жизнь, вечность. – Мария вдыхает снова и снова дочери аромат. – Девочка моя, как же ты вкусно пахнешь. Как же, оказывается, я соскучилась по твоему запаху.

– Мамуль, это не мой запах, а твои любимые духи. Я специально надушилась ими. Я хотела пахнуть тобой.

Мария приподымает дочери подбородок и смотрит пристально в глаза.

– Малыш, я не по своим духам соскучилась, а по тебе и твоему запаху тела, который присущ только тебе и никому больше, так как, он у всех людей индивидуальный. Им пахнешь только ты и никто больше. Ты – самое ценное, что когда – либо было и есть у меня в жизни. Если с тобой что ни будь случиться, то я всего этого не переживу. Понимаешь доченька? – И облизывает свои пересохшие губы от волнения и нехватки воздуха. – Лиза, Елизавета, ты должна быть сильной, ведь ты моя дочь!

– Мамуль, но ты мне обещала, что нас с папой никогда не бросишь и не оставишь одних! – Рыдая в голос и захлёбываясь в собственных слезах, стала причитать она. – Мам, почему ты не сдержала данное нам с папой обещание?

Мария берёт в обе ладони её лицо и долго, внимательно смотрит ей в глаза. Мать и дочь. Глаза в глаза и в них отражается всё – вся гамма их чувств.

– Елизавета, прекрати истереть, мне нужно, чтобы ты здраво мыслила! – Её голос становится жёстким; она вынуждена это сделать, чтобы дочь пришла в себя. – Пожалуйста, малыш, умоляю тебя, возьми себя в руки, мне нужно, чтобы вы с отцом мыслили объективно и здраво, без лишних эмоций, ведь они только мешают. Дочка, это подстава и все об этом прекрасно знают и понимают. Мне нужна ваша помощь с отцом, так что, вы должны быть вместе сплочёнными, как одно единое и нераздельное целое, иначе ничего из этого путного не выйдет, запомни это раз и навсегда! Лиза, могу тебе сказать лишь одно, что там работал явно не один человек, а как минимум двое – трое, так как, там одному не справиться. Проверьте, кто разбирается, в технике и всё сопоставьте, дочь! Вы должны проверить все версии. Лиза, дочка, вы моя с отцом единственная и последняя надежда вырваться из этого ада, вырваться отсюда раз и навсегда!

Лиза, чтобы ни случилось в жизни, как бы не повернулась к нам судьба, пожалуйста, никогда не забывай того, что я тебя с отцом люблю больше всего на свете, – каждое сказанное ею слово даётся ей с неимоверным трудом. – Вы моё всё: прошлое, настоящее и будущее. Я вас очень люблю доченька, больше себя и больше своей жизни. Если я когда – ни будь, в жизни буду стоять, перед выбором: жить самой или отдать свою жизнь ради тебя с отцом, то я даже ни минуты не колеблясь, отдам свою жизнь за вас. Лишь бы вы были живы, здоровы, счастливы, настолько я вас люблю мои родные, настолько вы оба для меня дороги доченька.

Теперь ты дома остаёшься за полноправную хозяйку, пока я не выйду, да и не только дом, но и весь бизнес, за исключением последнего ресторана, который у вас отберут, будет лежать на твоих хрупких нежных плечах. Да, тебе будет очень тяжело совмещать институт, следить и управлять всем бизнесом, но ты справишься, и я в тебя верю дочь! Ты сможешь. Выдержишь. Справишься совсем. Ты сильная, как и я, а папа – нет. Позаботься об отце и не дай ему сломаться, иначе потеряешь его навсегда. Ты женщина, так что, будь мудрой. Я на тебя рассчитываю. Только ни в коем случае не бросай институт. Если бросишь институт, то я тебе этого никогда не прощу. Запомни одно раз и навсегда, просто заруби это у себя на носу, что образованный человек, он и в Африке образованный.

Конец ознакомительного фрагмента. Купить полную версию книги.

«Бог вам судья. Закон бумеранга» » Валентина Карабаджак » Эротика

Бог вам судья Закон бумеранга Валентина Карабаджак

Глава – 1