Юрий Белехов

После трех не поздно!

Посвящается моим родителям, Николаю Алексеевичу и Нине Николаевне, подарившим мне счастливое детство

Вступление

Петь по-свойски, даже как лягушка. Сергей Есенин

Кому предназначена эта книга?

Эта книга написана для потенциально очень большого круга взрослых людей. Просто многие еще не знают, что должны непременно ее прочитать. В какой-то степени именно это объясняет присутствие вступления, которое дает возможность серьезным и занятым людям получить общее представление о содержании книги и решить, покупать ли ее. Поэтому сразу сообщаем, что эта книга для тех пап и мам, дедушек и бабушек, кто хотя бы раз почувствовал недоверие к теории «судьбы», веры в роковую предзаданность человеческой жизни. Она для тех, кто осознал необходимость целенаправленной помощи ребенку в его стремлении стать Человеком – автором своей судьбы. Не каким попало автором чего-то вроде Буратино, но ее «генеральным конструктором» – проектировщиком и строителем, творцом своей жизни.

Кроме этого, книга будет интересна тем, кто уже почувствовал настоятельную потребность и готовность стать Родителем. Не просто субъектом, «принявшим участие в биологическом рождении ребенка», «передавшим ему свои гены», а человеком, осознавшим необходимость личного исполнения крайне важной миссии взрослого человека, ответственного за будущее своих детей. Явным образом эта миссия нигде не описана, но большинство людей рано или (увы!) поздно осознают ее как чувство причастности к будущему, ответственности «за того, кого мы приручили». Коротко суть миссии можно определить так: быть лично сопричастным развитию в ребенке (пока еще просто биологическом существе) самости, способности стать и быть автором своей жизни, «пропеть по-свойски», осмысленно, свою жизнь. Чтобы, в том числе и с вашей помощью, вырос из ребенка этакий современный «мужичонка с ноготок».

Проблема в том, что значимость этой миссии многими родителями осознается поздно, да и то лишь как возможный итог: либо в виде гордости за хорошо исполненное дело, либо как личное горе, укор самому себе за свою роковую ошибку: «Кого же я воспитал?!» Так уж принято у нас: особенно не задумываясь (как говорят молодые, «не парясь»), создать семью, завести детей, ну а дальше – как получится: может быть, продолжить профессиональную карьеру, либо построить свой дом, завести хозяйство, начать свое дело. Но при этом мало кто осознанно ставит на первое место развитие самости в своих детях. Развитие не в смысле заботы об их здоровье, культуре, образованности и т. п., что, кстати, тоже очень важно, а в смысле как можно более раннего воспитания в ребенке житейской компетентности, возможности быть ответственным за выбор жизненного пути, за свою жизнь и жизнь окружающих его людей. Да, дело это непростое, требующее специальной подготовки, но игра стоит свеч, так как дает возможность наполнить смыслом свою будущую жизнь.

Как ни странно, мы надеемся, что эта книга также окажется полезной «женщинам-стервам», «диванным мальчикам», трудоголикам всех возрастов, в общем, эгоистам всех мастей, которых сегодня появилось подозрительно много. (Из этого списка трудоголиков мы имеем в виду в последнюю очередь.) Мы надеемся, что, даже пролистав эту небольшую по объему книжку, и вы поддадитесь искушению рискнуть и испытать подлинное личное счастье, а не сиюминутный его суррогат. Мы предлагаем действительно стоящую альтернативу вашей жизни. Помните: путь жизни для себя – это не просто ошибка, это ловушка, ничего не дающий психологический обман, «платье голого короля». Вот только жизнь – одна, и другой… а вот и нет! Бессмертие лично вашей души – возможно. Оно рядом. Хотите узнать, как это сделать? Тогда попробуйте более внимательно прочитать эту книгу.

И «на дорожку». Нашу книгу, конечно, будет интересно прочесть профессиональным воспитателям человеческих душ: психологам, педагогам и детским психотерапевтам. В ней вы не просто сможете познакомиться с еще одной авторской теорией сопровождения развития самосознания человека. Думаем, что вам будет интересно узнать об эффективно работающих прикладных стратегиях и тактиках такого сопровождения. Например, в ней есть глава, рассказывающая о решении проблем с произвольной саморегуляцией у гиперактивных детей, страдающих СДВГ. Отдельная глава посвящена сопровождению, развитию творческого потенциала наших детей.

Короче говоря, о чем же эта книга?

В этой книге речь пойдет о развитии в ребенке самосознания, которое автор считает психологическим основанием для развития человека – «творца собственной биографии». Именно самосознание – основание развития ребенка как субъекта, отвечающего за процесс собственного жизнетворчества, причем отвечающего «по-взрослому», без вариантов. Вы познакомитесь с авторской точкой зрения на условия и механизмы уровневого саморазвития самосознания, узнаете о стратегиях и тактиках сопровождения перехода возможности такого развития в реальность.

Хотим только сразу предупредить: не подходите «облегченно» к восприятию этой книги, хотя для этого и есть как минимум две причины, лежащие на поверхности и апеллирующие к здравому смыслу. Причина первая: самосознание – настолько очевидное для каждого из нас явление, что его существование не вызывает никаких сомнений (зачем читать о развитии того, что и так есть у всех?). Очевидность самосознания расставляет и вторую ловушку: предполагается, что любой потенциальный читатель в курсе того, что есть человеческое самосознание. «Что тут сложного – это я сам и есть», – говорит нам здравый смысл. Слегкасомневаясь в том, что «все в курсе», мырешили частично процитировать «Большой психологический словарь» 2004 года (сост. Мещеряков Б., Зинченко В.): «Самосознание… включает не только стабильное осознание себя («Я-концепцию»), но, кроме этого, процесс и результат непрерывного… мониторинга состояний… необходимое условие и управляющий компонент любой сознательной деятельности человека… С. и содержательно, и операционально проходит большой путь развития… который вообще не имеет конца, потому что развитие С. происходит вместе с непрекращающимся развитием его объекта (физических и социальных параметров) и субъекта (личности). С. включает в себя самопознание (получение информации о себе и мире – некое образование определенной целостности, единства внутреннего и внешнего его бытия, понимание «образа мира»), саморегуляцию своей произвольности и систему эмоционально-ценностных отношений к себе и миру».

Просим прощения за профессиональную перегруженность текста – ведь это же энциклопедия! Важно, что вам стало ясно: оказывается, не все так просто в этой «машинке по имени Ласточка», простите, «самосознание». Но главное, что мы разделяем предложенную точку зрения уважаемых авторов-составителей и так же считаем, что самосознание – это не только осознание своего пола, фамилии и возраста. Это особая качественная характеристика исключительно человеческого сознания. Благодаря самосознанию, через его систему смысловых отношений к действительности, человек не только способен адаптироваться к действительности, но, создавая новые реальности, становится способным менять саму действительность и развиваться вместе с ней.

А что же насчет развития самосознания? Как возникает в самосознании это триединство системы ценностно-смысловых отношений, самопознания и саморегуляции, о котором говорится в словаре? В этом тоже есть определенная проблема, касающаяся природы самосознания. Дело в том, что каждый из нас, уважаемый читатель, вероятно, является вполне сформировавшимся человеком с развитым самосознанием. Но того, каким путем развилось наше самосознание, большинство из нас не помнит и не знает. Нам кажется, что оно появилось само собой, подобно тому, как мы от рождения наделены способностью видеть и слышать. Именно эта иллюзия – главная помеха для понимания важности процессов, посредством которых человек достигает определенного уровня своего самосознания.

Более того, большинство людей убеждено, что в основании этого развития лежат исключительно природные и биологические механизмы. Есть даже такая теория – натурализм. Сразу оговорим нашу точку зрения на нее. Не все в натурализме, как объясняющей теории, – ошибка, заблуждение. Вспомните Пушкина: «Пришла пора – она влюбилась»… Пришло время, появились определенные гормоны в крови у девушки, появились и чувства определенной направленности, скажем мягче – определенные отношения, в рамках которых она осознанно строила свою жизнь. Хорошо ли это, плохо ли, но многое в деятельности человека действительно определяется биологическими факторами. Вот только для развития человеческой самости они не ведущие. Важные, но не решающие. Это хорошо показано в исследованиях однояйцевых близнецов: их личности могут отличаться друг от друга, как у любых других людей. Однако биологическое начало, инстинкты могут стать решающим фактором, определяющим жизнь человека, если по разным причинам будет заблокировано развитие самосознания. «Маугли» Р. Киплинга – чудесная, нужная для воспитания детей… но все-таки сказка, неправда. В реальности дети, воспитанные животными, никогда так и не становились людьми.

Есть и противоположная точка зрения – социоморфизм. Сторонники этой теории считают, что самосознание – не заложенная в генах данность, биологически присущая человеку, а прежде всего продукт его социального развития. Они говорят примерно следующее: «По мере того как человек приобретает жизненный опыт, перед ним не только открываются все новые стороны бытия, но и происходит более или менее глубокое переосмысление жизни. Этот процесс, проходящий через всю жизнь человека, образует основное содержание его самосознания. Самосознание, в свою очередь, определяет мотивы его деятельности и внутренний смысл тех задач, которые он разрешает в жизни». Просим прощения за длину цитаты – уж очень она красивая и складная. И что тут возразишь? Действительно, человек – общественное существо, живет в сообществе себе подобных. Он включается в систему связей и отношений с другими людьми, занимает в ней собственную позицию, имеет определенный статус, играет различные социальные роли. Именно совместная с другими людьми жизнь приводит к появлению личности как интегральной характеристики человека.

Однако в том и в другом случае развитие самосознания своей заданностью внешними по отношению к человеку биологическими или социальными факторами напоминает скорее созревание какого-нибудь овоща: предполагает обязательное движение вперед (рост), усложнение, совершенствование. О роли же самого человека как центрального «идеолога» развития самосознания ничего не говорится. Не объясняются и причины неудач. В нашей книге мы постараемся подробно показать, как работает механизм развития самосознания в человеке. Назвать реальных «участников» этого процесса, особенности их взаимоотношений, которые могут быть причиной и качественного развития самосознания, и катастрофического его упрощения, ведущего к девальвации личности, когда человек, увы, становится «вменяем и подсуден». В общем, рекомендуем об этом почитать, будет интересно.

Но мало осознать необходимость целенаправленного сопровождения развития в ребенке его самосознания (хотя понимание необходимости и важности личного участия родителя в этом – уже половина успеха). Нужно ясно понимать, с чем мы имеем дело, когда говорим о развитии самосознания. Поэтому рассказ о сути саморазвития психологического основания человека занимает центральное место в книге. У нас было искушение не упоминать в предисловии об этом разделе – по сути, самом «вкусном кусочке», который справедливо было бы подать как «десерт» в самой книге. Но мы отлично понимаем, что таким образом потеряли бы добрую половину наших потенциальных читателей. Дело в том, что люди перестали верить обещаниям: их часто в последнее время обманывали. В то же время, несмотря ни на что, мы все хотим верить в чудо – но не слушать или читать о чуде, а видеть, как говорится, живьем. Не поэтому ли так популярно телешоу «Битва экстрасенсов»? Помните, в фильме «Праздник святого Йоргена» с Ильинским и Кторовым? «Чудо! Чудо давай!» – требовала от служителей церкви толпа страждущих. Поэтому мы идем на компромисс: не раскрывая «кухни Смак Самосознания», мы покажем вам ее презентацию: чудо-страшилку под названием «Дети без самосознания» (что-то похожее на «современный гроб на колесиках» или «непонятно куда катящийся Колобок»). Вот только эта презентация психологов будет, пожалуй, пострашнее старой, но не своей перспективой, а реальностью.

Итак, извольте: вот сразу три варианта проявления такого «чуда». Учащимся-«хорошистам» 3–4 классов различных московских школ предложили, якобы для проверки их произвольного внимания (так им было объявлено), дать названия трем картинкам и объяснить свой выбор. Были предложены эти картинки. На первой было изображено, как учитель ругает школьника на зимнем дворе за разбитое окно, а его товарищ прячется с хитрым и подлым выражением лица за деревом и наблюдает за происходящим, сжимая в руке очередной снежок. На второй мы могли бы разглядеть за синевой и безмятежностью неба, пасущихся животных и буйства зеленой травы машину, аварию – машина перевернулась при переезде через железнодорожные пути. А третья – это знаменитое полотно Федора Решетникова «Опять двойка».

Около 40 % (!) опрошенных (а всего в исследовании приняло участие более 200 человек) дали следующие названия: картинке № 1 – «Зима» («Зимние игры», «Игра в снежки»), № – «Лето в деревне» («Домашние животные»), № 3 – «Потеря шапки».

Приблизительно 55 % 9–10-летних школьников дали первой картинке название «Плохая игра» («Хулиганы»), второй – «Авария машины», третьей – «Верный друг».

И лишь около 5 % детей назвали первую картинку «Несправедливость» («Подлость», «Предательство»), вторую – «Надвигающаяся беда», третью – «Двоечник» («Прогульщик», «Обманщик»).

Тексты, объясняющие названия картинок, практически точно раскрывали суть предлагаемых названий, поэтому нет нужды их здесь приводить. Важно другое. Такой уровень развитости смыслового понимания действительности (а значит, системы ценностей, самопознания – базовых компонентов самосознания) показали хорошо успевающие десятилетние ученики московских школ, то есть, казалось бы, уже способные к осмысленной интерпретации действительности люди. Более того, это «чудо» – высокий процент «неразвитости самосознания» – удивляет педагогов и в средней школе, и в старших классах. А причина проста – развитием самосознания нужно заниматься с самого раннего возраста. Причем образованности, понимаемой в узком смысле – как трансляция знаний и развитие способностей (занятия математикой, иностранными языками, шахматами и т. п.), – для этого будет явно недостаточно. Развитие психологического основания человека – скорее мета-психолого-педагогическая задача, которая должна решаться всеми: родителями, воспитателями, педагогами, наставниками – короче говоря, всеми, кто осознал личную причастность к будущему своей семьи, страны, всего человечества. Помните, для этого нужен совсем иной вид совместной деятельности. Какой? Об этом расскажет наша книга. Чтобы прибавить вам оптимизма, заметим – приняться за это важное, непростое, но очень интересное дело, ради которого стоит жить, можно не только сразу после трех лет ребенка, но и до десяти! Хотите узнать, как – прочтите эту книжку. Удачи вам!

Глава первая

Человеческая самость как предмет развития

Так что же мы имеем в виду, говоря о развитии Человека в человеке?

Удивительно, но благодаря смысловому богатству русского языка, интерпретация понятия «развитие человека» оборачивается определенной трудностью. Казалось бы, все просто. Развитие – это структурное изменение чего-либо, происходящее во времени. Оно трактуется либо как изменение вообще («рост», «формирование», «преобразование»), либо как качественное изменение («рождение», «расцвет», «зрелость», «смерть»). Но когда мы имеем дело со словосочетанием «развитие человека», понятийное разнообразие (а с ним и неопределенность) значительно возрастает. Очевидно, это связано с многогранностью феномена человека как субъекта развития, где реальностью является не только развитие (рост) в течение жизни его физических параметров, но и преобразование системы ценностей, способности управлять собой и прочее. Именно поэтому «развитие человека» можно отнести к мета-, сверхсмысловому понятию, которое пока не обрело своего места в системе основных психолого-педагогических категорий.

Но нам хотелось бы привлечь внимание читателя не столько к лингвистической проблеме этого словосочетания, сколько к проблеме его воспитательно-прикладного содержания, точнее, к определению психологического основания развития человеческой самости, того, что позволяет человеку быть хозяином своей жизни. По сути, это главная загадка человека, в которой, помимо основания, особенно интересен механизм развития, превращающий Буратино в некрасовского «мужичонку с ноготок» – сознательного «руководителя» своей жизнедеятельности. Можно утверждать, что сегодня это не только психолого-педагогическая проблема, но и глобальная социальная потребность.

Назревшую проблему коротко сформулировал Александр Друзь, один из ветеранов телевизионной игры «Что? Где? Когда?». На вопрос: «Не уменьшилось ли число талантливых молодых людей?» он лаконично ответил: «Умных меньше не стало. Вот только дураков стало определенно больше». Более 25 лет проработав детским психотерапевтом, а последние 15 лет – еще и в системе образования, я наблюдаю эту тенденцию, скажем так, угрожающе массово. Значительное число психически здоровых, интеллектуально сохранных подростков и молодых людей из старших классов вообще не задумывается о путяхсвоего развития, в лучшем случае, путая самость с профориентацией. Их мало заботит отсутствие сценария собственной жизни. Совершая нелепые поступки, они не могут дать вразумительного ответа на вопрос: «Зачем вы это сделали?» Их не интересует, почему они именно так живут и кто является «автором сценария» их жизни. Судя по поступкам – явно не они. (Советы же родителей и педагогов они давно научились пропускать мимо ушей.) Большинство из них – не хозяева себе, прежде всего в своем внутреннем мире, в своей психике. А ведь именно там складываются те самые модели, от которых зависит социальное и физическое благополучие человека, душевное здоровье, счастье, наконец.

Как говорили древние, «важность поиска ответа на этот вопрос нельзя переоценить», поэтому и мы не станем делать этого. Мы попытаемся провести «независимое расследование» основных причин воспитательных неудач прошлых поколений и современных родителей. Сформулировать сущность психологического основания для развития человеческой самостоятельности – ответственности за свою жизнь – и механизмов становления осмысленного целенаправленного жизнетворчества. Итак, «поехали». Помните, у Ильфа и Петрова: «Все учебники арифметики начинались с фразы: "Мы знаем…"» Что ж, начнем узнавать и мы. А для этого, не нарушая традиций, обратимся сначала к историческим корням понятия «развитие».

Слово «развитие» (лат. evolutio) в Древнем Римеозначало развертывание свитка при чтении. Предполагалось, что все написанное как бы разворачивается в голове читающего текст. В таком толковании (развитие как развертывание того, что уже есть) это понятие просуществовало до XVIII века и понималось буквально как возможность увеличения в размере чего-то, уже потенциально данного (причем всем тогда было ясно, кем данного). Науке нужно было лишь открыть и познать законы, по которым устроены мир и человек в исходном божественном Замысле. Более того, в богословии и сегодня существует учение, согласно которому человек уже от рождения предопределен к спасению либо к гибели, в направлении которых и «развивается».

Начиная с середины XVIII – начала XIX века в трудах европейских мыслителей (Г. Лейбниц, И. Гёте, Г. Гегель) понятие «развитие» приобрело иное содержание. Они обратили внимание на то, что мир скорее динамичен, нежели статичен. Поэтому понятию «развитие» стала придаваться функция эволюционного принципа, объясняющего сущность изменчивости окружающего мира. Гегель сформулировал и суть механизма развития. Он ввел красивое понятие метаморфозы, или кардинального преобразования, которое в виде перехода, скачка предполагает выход системы на более высокий уровень организации.

В ХХ веке благодаря достижениям в естествознании (в первую очередь, в физике и биологии) «развитие» из философской гипотезы превратилось в элемент объективной реальности. Проблема понятия «развитие» перешла в плоскость выбора системы, в рамках которой можно было бы объяснить развитие человека и выявить его основные характеристики. Эволюционный принцип был фундаментально переосмыслен. Развитие теперь понималось не только как рост и увеличение изначально заданного, но как процесс прогрессирующих изменений некой системы, которая под воздействием внешних и внутренних условий сохраняет самотождественность, но лишь до определенного уровня. Метаморфоза в данном случае предполагает качественное изменение системы, переход на другой уровень организации и функционирования.

Другими словами, от того, какую систему предлагается рассматривать в качестве основания развития человека, зависят ответы на вопросы об источниках и механизмах происходящих изменений. Вот только беда в том, что, сказав: не все в человеке зависит от Божьего промысла, то есть, не все определяется «судьбою», – теория метаморфозы открыла ворота для различных теорий, хотя и претендовавших на определение развития человека, но к развитию вообще, а уж тем более к человеческой самости отношения не имевших. По сути, это были не теории развития, а скорее наработанные со временем стратегии воспитания цивилизованного человека, живущего в определенном культурном окружении, с определенным уровнем научных представлений (например, о своем здоровье) и нравственных понятий. Действительно, правила вроде «Мойте руки перед едой» и «По газонам не ходить!», даже хорошо усвоенные, мало могут помочь человеку в самостоятельном выборе жизненного пути. Совершить меньше ошибок по незнанию – вероятно, помогут (вспомните героя фильма «Крокодил Данди в Нью-Йорке»), но выбрать профессию, друзей, свою любовь, карьеру – безусловно, нет. Но так как эти ловушки-стратегии якобы «путей развития человека» типичны и для сегодняшнего дня, рассмотрим не торопясь, спокойно хотя бы основные из них. Как говорится, врага нужно знать в лицо, чтобы успешно с ним бороться.

Понятие «развитие человека» как «ловушка» цивилизации

а Поезд пошел своей. Разговор в поезде (Андрей Макаревич)

В электричке «Москва – Дубна» в пятницу летом никогда не бывает пусто. Но в этот день было особенно многолюдно, а потому, скажем так, душновато. Поэтому, учитывая «интересное положение» совсем еще молодой женщины, мужчина, сидящий напротив нее, решил открыть окно.

– Как бы ни просквозило будущую мамашу-то. Ей ведь рожать совсем скоро, – поосторожничала старушка слева от него.

– Зато будущему ребеночку польза. Нечего к духоте привыкать, – парировал сидевший с края, молодо выглядящий мужчина в штормовке. И, почувствовав на себе одобрительные взгляды соседей, с явным удовольствием продолжил:

– Человек должен закаляться с малых лет. А родители – помогать ему укреплять здоровье. Мы – часть природы. От нее не кутаться надо! Нужно рано приучать детей к солнцу, дождю, холоду и… голоду.

Он сделал паузу, поскольку почувствовал, что с голодом немножко перегнул, но тут же продолжил:

– Да, и к голоду тоже! Человек должен быть всегда чуть голодным. Дикие животные живут дольше домашних, у которых нет чувства голода, поэтому они и ленивы, часто болеют. Вон сколько ветеринарных клиник развелось! А жить нужно в гармонии с природой, как Порфирий Иванов. Он говорил, что человек только тогда по-настоящему разовьется, когда будет жить по законам Природы. Только тогда в нем максимально раскроется все, что она в него заложила: и ум, и душа, и остальные способности. Поэтому с малолетства нужно приучать детей упражнять свое тело, постоянно тренировать его физическую выносливость. Как говорится, «в здоровом теле здоровый дух»! Вон каких закаленных детей воспитывали Никитины!

Понимая, что не все сидящие знают о методах воспитания в семье Никитиных, он не без гордости добавил:

– Я вот тоже в свои семьдесят Волгу в октябре переплываю, и ни разу в поликлинике не был. Вот так!

– Да зачем ребенку ваши заплывы? Разве нам конюховы нужны? Вырастишь такого здоровяка – и поминай как звали, – вмешалась в разговор женщина лет пятидесяти в красном платочке.

– Нет. Главное – с юных лет воспитывать в ребенке Гражданина. Чтобы он чтил семью, традиции, нашу культуру. А то ведь сплошную глупость слушают и смотрят, а по дому ничего не заставишь сделать. Но главное, нужно приучать их трудиться. Чтобы как можно раньше смогли сделать свой выбор в жизни, знали, как копеечку заработать!

– Наивные вы люди! – оторвался от чтения книги мужчина, открывавший окно. – В человеке нужно поддерживать любознательность, привычку удивляться! Помогать еще маленькому ребенку удовлетворять его тягу к знаниям, учить самостоятельно добывать знания об окружающем его мире. Конечно, если новорожденному будете показывать только рекламу по телевизору, то и получите на выходе попугая, жвачное животное, «поедающее» не думая все, что по «ящику» говорят и в «СПИД-инфо» пишут. Вы бы лучше ему книжек Якова Перельмана дали почитать, глядишь, второй Ломоносов бы у нас в России появился!

– Нет, дорогие. Без веры, без Бога хоть закаливай, хоть зачитайся умными книжками, но человека не воспитаешь, – возразила старушка, боящаяся сквозняков. И добавила:

– Если не приобщить ребеночка почитать святых, не научить молиться, исповедоваться – не воспитаешь совестливого человека. Все зло на Земле от людей бессовестных, в Бога не верующих.

– Я с вами абсолютно согласна, – поддержала старушку женщина в не подходящем для электрички, строгом английском костюме. – Более того, как учитель музыки считаю: вся беда в том, что мы в развитии и воспитании нескольких поколений забыли самую «малость» – нужно в обязательном порядке приобщать молодежь к своей культуре, к своим традициям. А вера в Бога – важная составляющая нашей культуры, ее музыки, живописи, литературы. Я каждый год вожу своих учеников в Третьяковку, хочу приобщить их прежде всего к русской культуре, к Рублеву. Так что вы думаете? Приходится уговаривать родителей, а детей, как говорится, палками загонять на выставку!

Слушая эти разные точки зрения, я ловил себя на том, что попадаюсь в известную ловушку цивилизации, касающуюся развития человека. Ведь эти люди перечислили практически все основные европейские стратегии воспитания человека. Поэтому с каждым из говорящих я во многом был согласен!

Дело в том, что это не просто их субъективные точки зрения. Эти стратегии пытается реально использовать в воспитании детей множество родителей. Более того, каждое направление имеет серьезных научных приверженцев. А сколько написано книг и статей, пропагандирующих то или иное направление как самое эффективное! Беда только в том, что, говоря о той или иной стратегии воспитания, все эти люди в качестве синонима использовали понятие «развитие».

Так, натурализм, с его девизом «Главное, чтобы ребенок был здоров!», всегда был и остается наиболее популярной теорией воспитания. Однако представители этого направления идут дальше и считают, что и процесс психического развития человека обусловлен биологически и подчиняется природным законам. Применительно к детской психологии эта теория утверждает, что в процессе своего развития ребенок проходит (в сокращенном виде) все этапы эволюционного и культурного развития, которые прошел человеческий род. Причем, раз последовательность и содержание этих этапов заданы генетически, то ни уклониться, ни пропустить какую-то стадию ребенок не может. Поэтому объектом развития становится организм (его психосоматическая организация), а основным механизмом – процессы адаптации (читайте об этом у Б. Никитина, П. Иванова и пр.). Результатом такого развития должен стать половозрелый индивид, у которого в здоровом теле почему-то непременно будет здоровый дух. Увы! Словосочетание «спортсмен-интеллектуал, любитель Рахманинова» небезосновательно воспринимается большинством как шутка.

Иной точки зрения придерживаются сторонники такого содержательно-целевого основания развития человека, как социоморфизм. Это направление представляет родившегося человека как tabula rasa – «чистую доску», на которой окружающий его социум «пишет» необходимые для общества свойства и способности. Более того, как и натурализм, социоморфизм претендует на статус теории развития человека (может быть, кто-то еще помнит «Кодекс строителя коммунизма» – типичный образец социоморфизма в действии). В этом случае объект развития выступает как потенциальный носитель устойчивых социальных ролей (раб, дворянин, пионер, коммунист, бизнесмен и так далее), существующих в обществе. Основным механизмом развития по этому «сценарию» будет формирование (вспомните героев романа «Принц и нищий», Элизу Дулиттл в «Пигмалионе»). Развитие «ведет» человека к социализации и появлению в качестве результата некого социального индивида (например, Павлика Морозова). Правда, конкретные механизмы влияния внешних социальных воздействий на внутренние характеристики человека социоморфизм не раскрывает. А поэтому остается неясным, как в одних и тех же условиях формируются психологически разные личности и как близкие по духу, по интересам и ценностям люди вырастают в совершенно разной социальной обстановке.

Еще одна теория развития человека, ласкающая душу педагогов начальной школы, – гносеологизм, – полагает, что в качестве основания развития выступает познавательное отношение к миру, а сам человек представляет собой исключительно субъект бескорыстного познания. Дети шести с небольшим лет прямо так и рвутся к знаниям, страшно хотят учиться! Родителям остается купить для них побольше энциклопедий и других умных книжек. Даже учить читать не обязательно – природная тяга к знаниям такова, что сами научатся. Вспомните Максима Горького, точнее, Алешу Пешкова, читающего при лучине все подряд. При этом, благодаря познавательному инстинкту – реакции на новизну, любопытству, любознательности, – вне зависимости от обучения и воспитания, сами по себе, будут складываться и совершенствоваться все психологические структуры человека (хрестоматийные примеры Ломоносова, Циолковского и пр.). Сторонники гносеологизма приводят массу примеров из реальной жизни, якобы подтверждающих эту теорию. К сожалению, опровергающих примеров в жизни учреждений «очень среднего» образования значительно больше.

Далее в списке теорий – точка зрения на человека, как на канон культуры, и близкая к ней теологическая точка зрения – как на пространство его духовного развития. Они более продуктивны как «системы» основания развития человека – прежде всего потому, что предметом их рассмотрения является весь человек: его физиология, сознание и личность (духовность). Однако в этих системах (по-научному, в теориях культурализма и теологизма) мы сталкиваемся с вопросом: «А как это возможно?» Ведь психология подлинно религиозного и истинно культурного человека – это скорее результат, итог развития человека. В вышеперечисленных теориях не показано главное – та субстанция в человеке, то психологическое основание, которое определяет возможность его продуктивной встречи с подлинной Культурой, с Божественным. Понятно же, что наличие у человека представлений, знаний о Боге и искусстве не может служить достаточным основанием для развития. Образованность, увы, никогда не была гарантией культуры человека, а начетничество – духовности.

Мы столь подробно описали различные стратегии воспитания, чтобы стало понятно, о каких «ловушках» говорилось в начале этой главы. Все перечисленные теории действительно имеют право на жизнь, но только не как теории психологического развития человека. Еще раз повторюсь – это основные европейские стратегии воспитания. Автоматического развития психологического основания самости в человеке они не предполагают. Физически крепкий человек, хороший спортсмен (врач, математик и т. п.) может обладать еще и яркой самостью, но в этой «связке» нет жесткой причинно-следственной связи. Хотя обратное бывает, и, к счастью, не так уж редко. Но, еще раз – не в связи с тем, что человека сформировали крепким и здоровым.

Где же здесь ловушки? Их как минимум две. Первая связана с тем, что исторически ребенок в обыденном представлении всегда воспринимался, а многими воспринимается и сегодня, как «сосуд», некая жесткая данность. Его развитие зависит лишь от того, что мы в этот сосуд поместим: здоровье, ум, духовность, культуру, гражданственность и т. п. Близка по смыслу и другая метафора: ребенок – некий материал, из которого руками мастера можно изготовить практически все, что угодно: талантливого инженера, врача, поэта, ученого. Более того, если ничего не делать (не вливать, не обстругивать, как папа Карло – Буратино), то непременно случится беда – в лучшем случае он станет неудачником, в худшем – негодяем, уголовником… Только вот беда – редко почему-то получается так, как задумывалось – вливаем самое-самое, а он… вырастает паразитом. Не обращаем никакого внимания на его развитие, не «строгаем», а он вдруг – Бетховен…

Вторая ловушка – большинство родителей, воспитателей, педагогов вообще не ставит вопрос о том, что представляет собой внутренняя психологическая активность индивида как строителя своей жизни, либо они учитывают активность индивида, но как нечто уже заданное, например «темперамент», «нрав», «породу».

«Ничего не поделаешь! В отца пошел» – вот типичное объяснение поведенческих проблем ребенка, которое дают матери (чаще одиночки) на приеме у психолога или психиатра. Скажу сразу: они правы лишь отчасти, как лишь отчасти не причем они сами. Печально другое – большинство из нас за внешностью наших детей не видит их психологической сути, а если и догадывается, то не знает, что с ней делать. Мы не знаем ни предмета нашего воспитания, ни его механизма, – вот и не сокращается число ошибок, совершаемых в сопровождении развития Человека в наших детях. Более того, проходят годы, сменяются поколения, а проблема остается. Современные родители почему-то не задумываются над неудачами своих предшественников. Их не смущает, что эти теории не работают как универсальные даже на уровне эвристической, то есть хотя бы правдоподобной, стратегии развития в биологической особи Человека.

И дело здесь не в нашей необразованности или неинформированности (хотя частично и в них), а в неочевидности, «нематериальности» самого психологического основания развития человека. Ведь это не ум, не здоровье, не культура. Основанием будет то, что определяет развитие души человека, его совести – то есть того, что предполагает возможность некой внутренней работы самого человека. При всех вроде бы значительных различиях между перечисленными теориями, они едины и уязвимы в главном: ни одна из них не ставит своей целью «возделывание поля» человеческой самости. Все они реализуются как внесубъектная деятельность, в которой полностью игнорируется активность психологической сущности человека. Акцент делается лишь на активности по отношению к «внешним функциональным параметрам» субъекта (здоровье, способности, культура и пр.).

Итак, разговор в электричке и его небольшой теоретический анализ вновь ставят перед нами два взаимосвязанных проблемных вопроса.

Вопрос первый: что же такое – внутреннее психологическое основание феномена развития человека?

Вопрос второй: что может представлять собой механизм такого развития?

Но на эти вопросы мы попробуем найти ответы в следующих главах. А пока закройте книжку и постарайтесь мысленно представить содержание прочитанного текста. Попробуйте двумя предложениями сформулировать то важное, что вы для себя уяснили. Если получилось, попробуйте оценить актуальность раскрываемой темы. Если тема вас хотя бы чуть-чуть задела – милости просим во вторую главу. Обещаем, дальше будет интересней.

Глава вторая

Самосознание – как оркестр и дирижер в одном лице

«Внимание! Откройте черный ящик!»

«Садист…» обреченно подумало полено.

Психологи предпочитают говорить, что основной предмет их научного интереса – не «душа», а сознание. Хотя буквальный перевод слова «психология» – «наука о душе». И мы считаем, что понятие «душа» наиболее полно отражает предмет нашего расследования – психологическое основание развития человека. Но все же, с учетом логики «материалов дела», чтобы избежать возможного разночтения в терминах, мы продолжим расследование в пространстве строго научного понятия – «сознания».

Для этого давайте побываем на экзамене по психологии, который проходил совсем недавно в одном из педагогических вузов Москвы. Всех отвечающих мы слушать по понятным причинам не будем, а вот познакомиться с ответом Василия будет крайне интересно, поскольку он – один из наиболее, скажем так, пытливых студентов этой группы. Но где же он? Практически все студенты не только зашли в аудиторию, но и уже благополучно вышли из нее с заветной оценкой в зачетке… А вот и он!

– Здравствуйте, профессор. Извините за опоздание, но у меня была уважительная причина… Я молился.

– Похвально, Василий, похвально. Разрешите полюбопытствовать, по какому поводу и за кого вы молились, если не секрет?

– За вас, профессор. Я молился за вас, – чуть слышно ответил студент.

– Что же так? Неужели дела мои совсем плохи? – шутя спросил профессор.

– Это зависит от вас, – вполне серьезно ответил Вася и добавил: – Точнее, от вашего самосознания… профессор.

Такой оборот событий пришелся явно по нраву порядком уставшему за последние два часа профессору. Глаза его озорно заблестели, хотя из-за затемненных очков нельзя было разобрать, добрым ли был этот блеск.

– Очень интересно. А давайте-ка мы с вами оставим лотерею с билетами и поговорим о самосознании, коль, как я вижу, вам это понятие знакомо, – предложил профессор. – Попробуйте, Василий, объяснить мне следующее: зачем нашей психике – этому шедевру природы, – понадобилось самосознание, которое, надо честно признаться, часто нас подводит. Чем природе не угодило надежно работающее сознание?

Василий задумался, но было видно, что он доволен и тем, как разворачивается экзамен, и предложенными вопросами.

– Профессор, разрешите, я начну со второго вопроса и расскажу об уязвимости нашего сознания?

– Извольте, коллега. Только уточните, что лично вы подразумеваете под понятием «сознание». Надеюсь, вы помните, как на лекции по этой теме я говорил, что, к сожалению, данное понятие не имеет однозначного определения, даже несмотря на то, что оно является основополагающим для философов, психологов, нейрофизиологов и прочих исследователей человека.

Со стороны профессора такое обращение не было издевкой, хотя и авансом в адрес студента назвать это «коллега» было сложно. Скорее это было что-то вроде приглашения, вроде «ну, давай, Вася покажи, что ты можешь».

Василий прекрасно помнил эту лекцию, и не потому, что сильно увлекался темой самосознания, нет. Он только недавно прочитал «Лезвие бритвы» Ивана Ефремова и был потрясен силой гипнотического воздействия главного героя романа – психолога Гирина, который внушил американскому шпиону забыть о любимой девушке Гирина, уже было начавшей поддаваться шпионским чарам. Василию было тогда крайне интересно, что же это за метод и на что он действует. На самосознание? На сознание? На подсознание? Или на что-то еще? В общем, содержание лекции Вася помнил хорошо, а потому начал свое выступление достаточно бодро.

– Сознание – функция, средство и способ психики человека и высокоразвитых животных, например, обезьян, собак, крыс, воронов и других отражать окружающую действительность в виде ее субъективной модели, так называемого образа мира. Но вся хитрость в том, что сознание не только автоматически конструирует и «показывает», как телевизор, свое представление о мире, оно побуждает человека жить по законам им же созданной субъективной реальности. Более того, оно всячески стремится подтверждать те представления, смысловые образы, которые создало. Поэтому нам никогда не приходит в голову сомневаться в том, что окружающая нас реальность объективна.

– Замечательно! А приведите мне примеры работы «хитреца» по имени «сознание»! – Профессор не оставлял своего желания подловить Василия.

– Например, представление о мире древних греков включало как реальность сложную систему богов, живущих на Олимпе и не только. Они даже Луну обожествляли. И не просто верили, но находили в подтверждение этого на Луне глаза, нос и рот. Да вся история человеческой цивилизации – сплошные мифы, придумки человеческого сознания: драконы, циклопы, ведьмы, вампиры, НЛО, дети индиго. Понятно, что это позволяет снимать множество проблем, связанных с незнанием, неопределенностью окружающего мира, и жить спокойно. Вот дайте алкоголику в «белой горячке» бинокль. Он вам так опишет мельчайшие подробности чертей, что невольно поверишь в то, что это правда.

– Для меня основная загадка и психологическая проблема сознания в другом, – продолжил Василий. – Меня интересует устойчивость в человеке веры во все это. Ведь даже если созданная им реальность – миф, явный бред, – логикой, даже объективными фактами такого человека переубедить очень трудно, а может быть, и невозможно.

Василий, сам того не понимая, попал «в яблочко», «в десятку» интересов профессора.

– Извините, как ваше отчество? Ах, да! В зачетке же написано! Так, простите великодушно, Василий Петрович, но как это сознанию удается убедить самое себя в том, что оно не существует? – Профессор явно зауважал своего студента, задав такой вопрос, и, по-видимому, забыл, что это всего лишь экзамен, а не научная дискуссия.

– Дело в том, – абсолютно не смущаясь, продолжил студент, – что сознание имеет смысловую организацию. Опираясь на созданную в процессе жизни устойчивую систему обобщений, точнее, значений, принятых в окружающем его мире, человеческое сознание так выстраивает смысловые связи, чтобы они не противоречили уже существующей системе значений. А вот значения можно наделить любым смыслом. Немецкая поговорка гласит: «Нет нужды изменять правде, если есть возможность хотя бы чуть-чуть изменить правду». Я бы назвал это психологическим основанием не только любого системного бреда, но и существующих идеологических доктрин, рекламных стратегий и прочих современных мифов.

– То есть вы полагаете, что сознание – не столько «экран телевизора», сколько «сценарист» всего того, что оно показывает, – уточнил профессор. – Но кто же тогда этот «сценарист»?

– Дело в том, профессор, что какого-то специального «сценариста», «режиссера», «диспетчера», существующего отдельно от сознания, нет. Правильнее говорить, что в основании сознания лежит генетически заданная программа поведения высокоразвитого стадного животного: поведения социального, полового, а также инстинктов (агрессии, доминирования, свободы, исследования, продолжения рода и других). Словом, всего того, что позволяло человеку жить в стаде. Но для того, чтобы действовать в окружающем мире, ему необходимо было иметь как можно больше информации о путях действий смысловых (предметно-функциональных) связей с элементами и явлениями окружающего мира. Поэтому сознание наделяет элементы действительности субъективным смыслом. «Я на вашу жену смотрю не просто как на женщину. Я теперь на нее смотрю с марксистко-ленинской точки зрения», – говаривал герой пьесы Эрдмана «Самоубийца».

– «Смысловое кодирование» мира – одна из основных функций сознания. – Василий решил подвести итог. – Другими словами, в отличие от компьютерных программ, сознание работает не с однозначной информацией, а со смысловой. Это позволяет ему не столько «помнить», сколько «фантазировать», через смысловые связи очень быстро создавать невероятное количество моделей реальности, оптимально подходящих для реализации программы поведения в данных условиях. Но вот так же быстро вспоминать неактуальные ситуации ему значительно труднее. Скорее сознание может уверенно осознавать, что это «где-то это было, с чем-то оно связано». В этом психологическая суть «deja vu» – ощущения уже виденного.

– Спасибо вам, Василий, за мини-лекцию о сознании. Действительно, оно позволяет быстро выбирать из имеющихся смысловых связей-ситуаций, которые не противоречили бы системе его значений. Но вот что интересно: а что происходит во сне? Если сознание отключено, оно спит, то кто создает сны? Для чего? И самое главное – кто их видит? – Профессор не говорил об этом на лекции и не надеялся получить ответ от студента. Его все больше увлекала раскрываемая тема.

– Я думаю, – помедлив, продолжил даже не отвечать, а скорее рассуждать вслух Василий, – что добровольно сознание не отключается никогда. Для выживания оно обязано постоянно контролировать окружающий человека мир. Поэтому… оно продолжает работать и во сне. Именно во сне оно создает и обыгрывает бесконечные смысловые модели действительности, актуальной для человека, но только мы их видим не всегда. На это есть свои, по-видимому, нейрофизиологические причины. «Экран» сознания, вероятно, случайно включается лишь в так называемых парадоксальных стадиях сна. Сны могут быть самые невероятные, но это объяснимо, так как сознание свою работу «не критикует». Это позволяет найти неожиданное решение проблемы, актуальной для человека. В этом уверены психоаналитики Фрейд, Юнг и так далее. А вот удивляется содержанию снов наше самосознание.

– Благодарю вас, Василий Петрович. – Профессор вдруг вспомнил об экзамене и мягко прервал явно понравившегося ему студента. – Тема связи психоанализа с сознанием неисчерпаема. Но мы с вами начали говорить о самосознании. Спасибо, что вы к нему вернулись. Итак, вопрос все тот же – зачем сознанию понадобилось самосознание?

Василий хорошо помнил содержание лекции, где раскрывалось понятие самосознания, и поэтому легко продолжил:

– Самосознание – это качественная «программная» версия сознания, которая развивается всю жизнь при взаимодействии человека с миром людей. – Метафоры с ПК и программами Василий придумал сам и считал их понятными для продвинутых пользователей. – То есть это то же сознание, работающее на принципе создания смысловых связей, но не просто с более высоким КПД, а с качественно иными возможностями работы. Самосознание возникло благодаря усложнению мозговых структур, прежде всего появлению лобных долей коры головного мозга. Появилась возможность не просто создавать оптимальные варианты реальности, выбирая их из нескольких смысловых моделей действительности, но изменять всю «идеологию вещания».

Принцип тактического выбора лучшей смысловой модели из конкурирующих врожденных программ поведения теперь заменяется выбором лучшей стратегии деятельности, удовлетворяющей ценностно-смысловым потребностям субъекта, которые входят в систему его «Я-образа». Не только инстинкты определяют образ мира и деятельность человека в нем, но и появляется возможность для субъекта, носителя определенной структуры «Я-образа», выбирать будущую реальность и деятельность в ней социальных ценностей. Самосознание дало возможность «договориться» с инстинктами, и если не подавить их (монашество, обет безбрачия), то хотя бы направить их реализацию по рельсам принятой в обществе морали.

– Вася, спасибо за твою точку зрения на суть самосознания, но вернись к поставленному вопросу: зачем сознанию вдруг понадобилось самосознание? Живут же животные без этого, и если что-то произойдет с человечеством, они выживут и без нас, и без самосознания. Те же «лунатики» – идеальный пример поведения «чистого» сознания с выключенным самосознанием. Человек, как автомат, все делает идеально, но стоит подключить самосознание… может и упасть. Каков все-таки смысл, эволюционный выигрыш в появлении самосознания?

– Можно предположить, что самосознание – не столько результат биологического развития мозга, сколько закономерный итог культурно-исторического изменения социального существования человека.

Василий не был уверен в точности своего ответа, но продолжал:

– Я выскажу гипотезу. Как только люди перешли от стадного образа жизни, где существование каждого зависело от него самого, к жизни в общине, чисто биологические потребности и стратегии их удовлетворения вступили в противоречие с целью выживания всего сообщества. При этом резко выросла цена определенного поведения каждого человека племени – человека как субъекта этого сообщества. Это привело к возникновению свода различных табу, запретов, то есть правил общественно выгодного поведения. Чего-то напоминающего по содержанию совесть. Началось прижизненное изменение программы «сознание»; оно переходило на принципы работы программы «самосознание». Вновь возникшие ценности кардинально изменили содержание «образа мира» – понимания человеком действительности и отношения к ней. Динамика этих изменений хорошо отражена в притче о трех строителях, несущих кирпичи: «Путник обратился к каждому с вопросом: "Что ты делаешь?" Первый ответил: "Я несу кирпичи". Второй: "Я воздвигаю стену", а третий сказал: "Я строю храм"».

Ценностно-смысловая структура самосознания изменила идеологию создаваемой реальности. Но главное, кардинально изменилось поведение человека. Появилась необходимость и возможность саморегуляции деятельности. Поведение Колобка и Буратино, бесцельное и определяемое лишь ситуацией «здесь и сейчас», стало не только не эффективным, но и социально опасным. Развитое самосознание обязательно предполагает и развитую программу саморегуляции деятельности, причем благодаря самосознанию программа носит осознанный, целенаправленный характер. С развитием самосознания резко возросла продуктивность и каждого члена сообщества, и всей человеческой цивилизации в целом.

– Вась, а Вась… просыпайся! На экзамен опоздаешь! – Василий открыл глаза. Вместо профессора рядом с его кроватью сидела мама. Она была явно расстроена. – Давай, сынок, ноги в руки – и в институт. Я буду молиться за тебя.

– Помолись лучше за профессора! – услышала она голос сына, торопливо натягивающего «счастливые» джинсы и «экзаменационную» рубашку…

Итак, уважаемые читатели, этот «внеплановый сон Веры Павловны», простите, студента Василия, конечно же лишь литературный прием. Но он позволил в общих чертах объяснить смысл важных для нас понятий «сознание» и «самосознание» и приблизиться к содержанию психологического основания развития человеческой самости. Поэтому давайте обратим внимание на некоторые крайне важные аспекты, которые пытался раскрыть на «виртуальном экзамене» Василий.

Прежде всего, человеческое сознание – это действительно величайшее творение природы, но и оно имеет свои минусы. Сознание можно сравнить с Волшебником Изумрудного города, фокусником, создателем иллюзий, мифов, веря в которые, можно спокойно прожить жизнь, особенно не раздумывая. Сознание – это чудесный «автопилот», который знает, как нужно жить (правда, в стабильном мире). Он гарантирует минимум напряжения и максимум эффективности во взаимодействии с окружающим миром. Цель его работы всегда одна: сделать оптимальный выбор способа для осуществления основных потребностей организма и привычно («штатно») реализовать этот выбор через внешнюю активность – определенные действия.

Более того, мы осознаем действительность не как ее точную копию, а так, как это выгодно сознанию, так, как с его точки зрения должно выглядеть оптимальное пространство для действий. Но сам-то процесс выбора не мы осознаем, не мы выбор совершаем! Понятия «Я» еще нет, оно не нужно сознанию. Это трудно представить, но так было. Печально, но мы и сегодня редко задумываемся, почему сделали именно так, а не иначе. Живем по принципу «жираф большой, ему видней». Создается устойчивая иллюзия, что все, окружающее нас, – и есть действительность, а наши поступки – это наш выбор, пусть даже неосознанный.

Однако сколько раз каждый из нас решал «с понедельника», «с первого января» «завязать», «начать новую жизнь» – и часто ли добивался результата? В лучшем случае один раз из тысячи. Сознание – не автопилот-помощник, не добрый волшебник, решающий все за нас. Оно создано для биологического выживания и продолжения рода. Оно ревностно и эгоистично служит только этой цели. Все наши «дурные привычки» – это его привычки, и сознание отчаянно сопротивляется, если вдруг человек пытается что-то изменить в ценностной структуре смыслов. Мы переносим инфаркт за инфарктом, но продолжаем курить по пачке в день. Вы скажете – болезнь, никотиновая зависимость. Да, но это даже не половина правды – когда-то сигарета имела для девушки или парня ценность, абсолютно не актуальную сегодня. Но, получив подкрепление, эта привычка стала «значением», «кирпичиком» в смысловой структуре сознания. А оно «своих не предает», структура для сознания дороже всего, иногда – дороже жизни.

Мы порой удивляемся, если наш выбор оказывается неудачным, то есть когда в новой, нестандартной ситуации наше сознание предлагает «трафаретные» действия, которые нас подводят. Что тут скажешь? На свете нет ничего идеально работающего. Вот и наш автопилот порождает нелепые поступки, порой ведущие к гибели (особенно в ситуациях паники). Этим же можно объяснить, например, наличие немотивированных страхов (особенно у детей). Опытные психиатры говорят об определенном количестве страхов у детей 6–9 лет как о норме. А страхи высоты или закрытых пространств у взрослых людей? Нет, все это не болезни – это несовершенство автопилота нашего сознания. Но попробуй убеди его, что «совсем не страшно!» – Нобелевская премия гарантирована.

Увы, ошибки сознания неизбежны, особенно если мир меняется быстрее, нежели созревает психика, развивается самосознание. Сознание рассчитано на ситуацию стабильности и эффективно работает именно в ней. «Хлеба и зрелищ!» – девиз не только изнеженных древних римлян: это девиз всех рабов, людей, боящихся перемен. Ситуаций, где человек должен осознанно принимать решения, быть хозяином своей жизни, не надеяться на авось, становится все больше. Поэтому сознание вынуждено развивать само себя.

Но сознание, этот гениальный фокусник, научилось-таки решать и эти проблемы, мало что меняя по сути. Сознание стало создавать не просто мифы, а мифы-реальности, оптимальные для существования человека в мире, полном смысловой и информационной неопределенности. Его «продуктом» стали боги, демоны, драконы и волшебники. К мифам-реальностям стало возможно привязать устраивающие человека стратегии и тактики жизнедеятельности, и снова быть спокойным за свой выбор, верить в истинность мифов и объяснять все неприятности выходками сверхъестественных сил. До XV века не большинство, а все жители Земли были абсолютно уверены, что она плоская. Но эта ошибка позволяла им жить в гармонии с имеющимися у них знаниями. Иначе надо было бы объяснить, на чем она держится, и создать еще более нелепую смысловую связь о черепахе, трех китах и так далее. Кстати, почему сегодня никого не смущает точка зрения, что Земля круглая, точнее, что не падают предметы и люди внизу? Не потому, что все знают ответ. Большинство третьеклассников, изучая «окружающий мир», не «парятся», а просто живут с этим более правдоподобным мифом. Сказали: «круглая» – значит, круглая. Но насколько опасна стратегия «не париться» для развития психологического основания человека, мы подробнее разберем в следующих главах.

А пока подведем предварительные итоги нашего расследования. Для этого восстановим логику рассуждений и содержание основных понятий, которые предложил нам Василий. Итак:

1) Сознание человека – функция человеческой психики. Оно опосредует содержание «образа мира» – нашей субъективной реальности.

2) Сознание имеет смысловую структуру. Единицей этой структуры является смысловая связь, определяющая отношение субъекта к окружающему его пространству значений (элементов и явлений действительности). Уровень понимания действительности зависит от дифференцированности структуры смысловых связей сознания.

Конец ознакомительного фрагмента. Купить полную версию книги.