Дмитрий Николаев

Иллюзия любви

Глава 1

– Ирина, иди, тебя к телефону!

– Да кто там уже? Хотя неважно. Сейчас иду… Уже и поесть не дадут – спешно вытирая рот пухленькая, средних лет женщина, бойко поднялась со стула. Пролетев пару метров, как «Сапсан» на ровном участке пути, она лихо выхватила трубку у своего мужа, едва успевшего переступить порог. Чмокнув супруга в щёчку, Ирина гневно произнесла:

– Обратно нажрался, сволочь. Иди отсюда – и махнув на него рукой, она добавила:

– Скотина. Ой, это я не вам! – крикнула она неловко в трубку. То есть не тебе. Светка, ты что ли? Да мой, как обычно, с работы припёрся подзаправленный. Гадости нажрался, скотина. А ведь сколько раз предупреждала: не пей много, не пей. А то сдохнешь как сосед под забором. Да ты видела его. К Любке раньше клеился. Маленький такой. Не помнишь? Он ещё стекло в парикмахерской разбил на 8 марта. Ну вот. Как же звали то его? Вроде Петя. Да какая фиг разница. Нечего больше делать как алкашей соседских вспоминать. Свой осточертел…

Анатолий, махнув рукой, неспешно направился в сторону кухни, если конечно тесную комнатку, приспособленную под помещение для приёма пищи, можно было назвать кухней. Общая же кухня, одна на 6 комнат, находилась на противоположном конце коридора и была почти всегда пуста: редко кто мешал тараканам совершать променады по давно вытоптанному линолеуму.

– Куда уже, куда уже? – замахала руками Ирина, прижимая ладонью мембрану телефона. В ванну, мыть копыта! Скотина… Ну так вот… – продолжила она, через паузу, своей собеседнице.

Открыв кран с водой, Анатолий вяло сунул под него морщинистые руки и прополоскав немного для вида, вытер их грязно-серым полотенцем с надписью «Полоцк» по центру. В самом Полоцке он к счастью, а может и к сожалению, не был, но название это тихо ненавидел. Исключительно из-за полотенца, которое было ну очень схоже с мелкозернистой наждачной бумагой. Такое же колючее, противное и бесполезное. Высморкавшись прямо в полотенце, он неспешно достал с кармана чекушку водки и прямо с горла выпил её залпом. Поморщившись, Анатолий вновь уткнулся в полотенце, после чего сунул заметно полегчавшую тару в карман и вышел с ванной, не глядя на опостылевшую, и ставшую давно чужой супругу. Та в принципе из-за этого не сильно расстроилась и посчитав свою миссию выполненной, и не собиралась уделять ещё хоть какое-то внимание мужу и мило, со змеиной улыбкой на лице, болтала со Светкой: овдовевшей и препротивной дамой неопределённого возраста и занятий. Анатолий её про себя называл не иначе как «стервочка», подозревая что не от хорошей жизни мужья вешаются.

– О… Картошечка! – радостно воскликнул глава семейства, вернее сам себя считающим таковым, и слабо обращая внимания на этикет и жующего рядом сына, наколол на вилку картофелину прямо с кастрюли, после чего принялся громко принялся чавкать, стараясь закуской унять появившуюся вдруг слабость. Засунув третью подряд картофелину, Анатолий вспомнил об отцовских обязанностях и не утруждая себя дожёвыванием пищи до конца, как можно грознее спросил:

– Ну как дела, рассказывай? Всё на рынке тележки тягаешь? Дожился, отца позоришь. Вон, посмотри. Нет, ты посмотри какие у меня руки. Ты спроси у любого про Иваныча на моём заводе. Скажут, о! Иванович… А ты не смейся, рожа твоя поганая! Труд облагораживает человека, а ты… Эх! – махнув мозолистой рукой, отец достал с кармана пустую чекушку и вяло опустил её в мусорное ведро. Извини, тебе не досталось – добавил он в сторону пьющего уже чай, сына. Алкоголь, нагулявшись вовсю по венам, принялся вылазить через язык и уставившись на единственного отпрыска он поучительно произнёс:

– Вот был у нас на работе один случай…

Какой именно был случай, Диму, так звали сбитого, широкоплечего молодого человека, интересовало мало и отставив чашку, он скоренько прошмыгнул в свою комнату. Начинался обычный, можно сказать среднестатистический вечер. На тренировку было только завтра, что с одной стороны радовало. А вот с другой… Только завтра. Мать по-прежнему болтала по телефону и превосходно зная её, можно было предположить что до посуды она доберётся часа через два, не раньше. Недолго думая, он накинул на себя рубашку. Уже в коридоре быстренько надел туфли и непонятно для кого произнёс:

– Я на улицу…

Мать лишь вяло махнула рукой, отец сам себе на кухне рассказывал про случай. Всё как обычно…

Улица встретила Диму тихо и безразлично. Вечер лениво бродил по окрестностям, позёвывая от усталости. Начиналось лето. Тихое и беззаботное у детей, беспокойно-мечтательное у подростков и отпускное у взрослых. Достав телефон, Дима набрал удивительно простой, для обычного парня с окраины, номер:

– Антон? Что делаешь? Жаль… А я хотел с тобой в тир сходить. Там говорят новые винтовки завезли. Владик вчера говорил. Ну и что? Да давай ты! Успеешь ещё до футбола своего. Всё, жду! – положив трубку, Дима не спеша прогулялся до скамейки. Визги и крики детей с садика неподалёку становились всё тише и тише, а счастливые воспитатели то и дело поглядывали на телефон, сплавляя обезбашенных крох их родителям. Вечер…

Глава 2

– Ещё разок! Вот, молодец. А теперь ещё один подход к штанге. Попроси Ивана пусть добавит вес – и тренер по физподготовке дешёвого, весьма непрезентабельного спортивного клуба «Атлет» одобрительно покачал головой. Из тебя, парень, будет толк. Далеко пойдёшь, если конечно не бросишь.

Дима, закончив упражнение, облегчённо вздохнул. Полгода занятий в «качалке» даром конечно не прошли, но то и дело пробегали назойливые мысли о том что в «Атлете» он уже достиг своего потолка. Вот и вчера, наверное в сотый раз залез в Интернет где не один час изучал новые методики занятий и упражнений. Ну и конечно рассматривал невиданные доселе тренажёры, о которых правда можно было только мечтать. Здесь, в спортивном клубе, находящемся в подвале дома Культуры, таких точно не будет. И не будет никогда. Впрочем, большинству хватало и этого: рабочая молодёжь проста и неприхотлива. Однако ему хотелось большего. Но если тебе 23 и ты, работая грузчиком на рынке, живёшь с родителями в общаге завода электродвигателей, то тебя ждут только здесь. В подвале дома Культуры. И проходя мимо шикарного, элитного спортивного клуба с бассейнами, профессиональными тренерами и прочими недоступными для него благами, ничего не оставалось как тяжко вздыхать. А как иначе, когда всего за одно занятие в таком клубе надо отвалить треть зарплаты?

Поднявшись, он немного покрасовался перед зеркалом. Любоваться и в самом деле было на что. Не в пример квадратным мальчикам с ростом 165, мечтающим о фигуре неизвестного бодибилдира с плаката 1989 года, висевшего в раздевалке до сих пор. И если этим неудачникам природа не отмерила роста, то он у него был в избытке. И совсем немного осталось до схожести с плакатом. Несколько лет занятий плаванием сделали плечи вполне даже привлекательными, а тренировке в клубе лишь подкорректировали фигуру, сделав её ещё более эффектной. Казалось бы, живи и радуйся, снимай девчёнок и балдей. Да где там! Без финансов далеко не уедешь. Да улыбаются, да дают телефончик. А дальше? Как жить когда 25 % от зарплаты уходит на дополнительное питание, ещё десять на месячный абонемент. А ещё на проездной надо. Можно было конечно идти на завод как отец и зарабатывать раза в полтора больше, но пахать ради этого сутками, воняя после смены словно бомж с Тростенецкой свалки? Он конечно уважает рабочие специальности, даже техникум окончил по специальности «техник-механик», но не его это. Совсем не его.

– Димон, ты завтра к Светке идёшь? – и Антон Подшивалов, лучший друг и вдобавок сосед по общаге, завистливо глянул на его атлетичную фигуру.

– А что там?

– А у неё предки на похороны уезжают в деревню. Маринка мне уже доложила. У неё ведь нюх на оставленные без родительского присмотра квартиры.

– Маринка? – услышав это имя, Дима вздрогнул. Эта девушка уже давно будоражила его сознание, не особо измученное изысками любви.

– Да, Маринка – и Антон сделал акцент на имени. Может трахнешь её. Как тогда…

– Иди ты!

– Сам иди!

– Да не кипятись ты! Ну так что, придёшь?

– Ну не знаю… С деньгами напряг. Потом созвонимся, хорошо? – и набросив на свои широкие плечи мастерку, Дима направился в раздевалку. Процесс переодевания много времени как обычно не занял, однако и за эти несколько десятков секунд он успел помечтать что станет знаменитым и богатым. И тогда то уж Маринка точно будет у его ног. А он ещё подумает, хорошо подумает.

Глава 3

– Мальчики, проходите! Молодцы что пришли! – и Светка Антонова, сотворив на своём лошадином лице что-то подобие улыбки бойко забрала у Антона пакет со спиртным. Ой, надо было не брать столько! – для видимости запричитала молодая хозяйка, после чего тут же исчезла, забыв про врождённое чувство белорусов – гостеприимство.

– Ишь, ты! Зачем брали, зачем брали… Сама то вон как полетела – пробурчал Антон, скидывая туфли прямо на чью-то обувь. С тебя кстати полтинник.

– Я же сказал что отдам.

– Ещё с прошлого раза отдать не можешь.

Вечеринка была в самом разгаре, несмотря на относительно раннее время. Всего-то семь вечера. С дальней комнаты то и дело доносились страстные женские крики полной, любвеобильной Аллочки. Её вопли трудно спутать с другими и лишь благодаря оглушающим звукам музыки не так сильно давили на мозги.

– Даю сотню баксов что там Владик – профессионально, со знанием дела, произнёс Антон.

– С чего ты взял?

– Это же элементарно, Ватсон! Вон туфли видишь?

– Какие?

– Да вон те, самые безобразные. С дырками. Такие только Владик и будет носить. У него мать на обувной фабрике работает. Уже лет десять работает. И всё это время Владик всякую дрянь и носит. А ни в зале, ни на кухне его нет. Так что всё просто.

Заглянув на кухню Дима кивнув головой:

– Действительно нет.

Посреди зала, не обращая внимания на тесноту, танцевало несколько человек. Две парочки разлетелись по углам и страстно лобызались, вызывая тихую зависть у тех же танцующих. Мягко шлёпнувшись на диван, Дима развалился на нём, словно царь на троне. Настроения особого не было. Да и где ж ему взяться когда только поругался с начальством? И понимаешь ведь что прав, но идиот в итоге – ты. Как ни крути. Елена Степановна хотела лишь одного: секса. Причём намекала давно, но добрых месяца два удавалось каким-то чудом петлять и хитрить. И то что превосходно удавалось всё это время, не удалось позавчера, когда Елена Степановна буквально прижала его к стенке небольшого. Получив отказ, женщина, которой недавно исполнилось 50, превратилась в мегеру: принялась придираться по мелочам и орать, орать, орать. Она конечно не пуп земли, но когда ты простой грузчик, начальства у тебя как блох на бродячей собаке. И все хотят покомандовать. Показать свою значимость. Иногда, нотки сожаления что тогда отказал, бередили душу, но это лишь иногда. И дело даже не в возрасте. Просто уж больно она страшная. Чувствуя к себе неприязнь, амбициозная дамочка то и дело плевала своей ядовитой слюной, словно кобра с азиатской пустыни. И так и норовила укусить. Вот и высказал сегодня в конце дня всё что думает. Мыслей было много и спич удался на славу. Только вот что будет завтра? Поэтому, учитывая всё вышеперечисленное, идти сюда не очень-то и хотелось. Напиться ему никто здесь не даст, а остальное… Ради Антона только и припёрся: обещал же. Ну и Маринка… При воспоминании о ней он сладостно закрыл глаза, представляя её рядом. Эх…

Пододвинувшись к журнальному столику, на котором стояла бутылка водки, Дима ловко открыл её, налил с добрых полстакана и залпом выпил, сморщившись от низкого качества выпивки. Ну и дрянь… Поднявшись с дивана, он собрался было направиться на кухню, но чьи-то голоса в прихожей заставили его остановиться. Сделав всего один шаг, он без проблем определил в одном из них желанный альт Марины. Чуток пошатнувшись, Дима повернулся и силой вырвал из рук Антона стакан с водкой. Осушив его до дна, он вернул опешившему другу пустую тару:

– Извини, братан!

Антон не успел даже возмутиться, как Дима проревел:

– Заткнись, без тебя тошно!

На душе и в самом деле было погано. Во рту впрочем тоже, и закусив лежащим на тарелке кусочком хлеба, он принялся стоять у дивана словно одинокое дерево, подвергающееся мощным порывам ветра. Его принялось клонить в разные стороны и лишь при виде Марины, ему удалось собрать все силы в кулак и превратиться на какие-то мгновения из хрупкого дерева в дальновидного суслика, стоящего на двух лапах и высматривающего врага. Марина конечно врагом не была, но если бы и была, то сдаться такому врагу можно с превеликим удовольствием. Она выглядела просто роскошно. И это понимал не один он, но и все присутствующие в квартире парни. Не считая конечно двух, по-прежнему целующих своих половинок в разных углах комнаты. Те, по всей видимости жили в своих, им же самими придуманными мирах. Дима же наоборот, как и большинство, жил в реальности и тупо уставился на вызывающе откровенный наряд Марины. Женский пол, почуяв конкуренцию, принялся как мог отыгрываться на своих половинках. У кого они конечно были. У Светки не было никого и не обращая внимания на мелкие разборки, полетела на кухню готовить очередную порцию закусок.

Марина, наслаждаясь произведённым эффектом, поправила свои длинные, доходящие до пояса чёрные волосы. После этого так же не спеша принялась окидывать ленивым взглядом гостей. Не найдя, по всей видимости, ни одного, достойного своего внимания, она вызывающе громко крикнула в сторону кухни:

– Свет, а чё, больше никого не будет? Понаприглашала неизвестно кого.

Услышав в ответ что народ ещё должен подтянуться, Марина важно продефелировала к стоявшему в другом конце зала креслу и усевшись в него, вальяжно закинула нога за ногу, демонстрируя всем присутствующим дорогие колготки со светящим эффектом.

Алкоголь, выпитый в неимоверных количествах, сделал своё дело и почувствовав дикое влечение к противоположному полу Дима сделал два, совсем уж нечётких шага к признанной королеве вечеринки:

– Привет – отрыжка, совпавшая с окончанием приветствия, заставила его покачать головой и извиниться:

– Пардон.

– А ты уже нажрался. Несёт за километр! – и Марина демонстративно отсела от него подальше.

– Может пойдём, покурим? – стоять для него оказалось проблемой и шмякнувшись на подлокотник кресла, он начал икать.

– Ты же не куришь! И вообще, ты что, икать сюда пришёл? Пошёл вон!

– Ну мы просто постоим, покурим – влечение достигло апогея и Дима полез к девушке обниматься.

– Ты что, с ума сошёл? – с лёгкостью оттолкнув незадачливого кавалера, Марина перебралась на диван. Пытаясь подняться, Дима закинул руку на подлокотник. Но это всё на что хватило сил и не найдя ничего лучшего, он решил высказать всё, что волновало:

– Чего ты так? Я же люблю тебя! И помнишь как мы в прошлый раз?

– Вот именно: в прошлый раз! – ответила зло Марина. Я то думала что у таких парней как ты с сексом проблем нет. Оказалось, зря думала. Коля! – повернула она голову в сторону. Ну, Коля! Я же к тебе обращаюсь. Пошли, покурим! – обратилась девушка к стоявшему в самом центре коренастому, жилистому парню. У тебя сигарета есть?

Увидев кивок парня Марина довольно улыбнулась. Сумев наконец подняться, Дима, покачивая головой, сделал шаг и с облегчением плюхнулся на опустевший уже диван:

– Вот сволочь – пробурчал он сидевшему в кресле Антону. Не нравлюсь я ей. Ещё водка есть? Давай, наливай. Всё, хорош! Не надо больше – выпив отмеренную им же самим дозу, он продолжил. Бабы эти. Всех их не секс возбуждает, а деньги. Много денег. А на внешность, тем более душу им глубоко насрать. Давай ещё выпьем. За дружбу. Хоть что-то осталось в этом мире святое.

– Думаешь мне везёт? – закусывая, ответил Антон. Вон, морда лица на кавказскую смахивает и всё. Бабы по привычке шарахаются. А у меня только бабка жила в тех краях. И то, в Краснодаре. Да и тебе то что? Вон, по тебе Светка сохнет.

– Кто? Светка? Ты её видел? – и рассмеявшись, Дима вяло махнул рукой. Ни рожи, ни кожи.

– Ну хоть кто-то есть. У меня и такой нет.

– Да не парься, найдём мы тебе бабу! Вон, Катюху хочешь? А чё? Она вполне.

– У неё ж Серёга есть – неуверенно промямлил Антон, рассматривая танцующую рядом девушку, возле которой, словно рыба-прилипала, крутился низенького роста парень.

– Да херня это всё! Катюха! – проревел Дима.

– Ну чего тебе? – отвлекшись от партнёра, рыжеволосая девушка недовольно повернула голову.

– Тебе Антон нравится?

– Иди в баню! – и рассмеявшись, Катя принялась успокаивать принявшегося заметно нервничать ухажёра.

Антон, почувствовав себя неловко, мигом куда-то испарился, оставив друга на попечение рвавшегося до сих пор на разборки коротышки. Выпив ещё, Дима погрустнел. Грусть вновь принялась бродить по всему телу, усевшись на рельсы скоростного экспресса под названием «Алкоголь». И лишь очередная порция огненной жидкости, позволила разбавить состояние грусти, сделав её не так уж и основным состоянием души. Захотелось вдруг праздника, новых ощущений и секса. Поднявшись с дивана, он направился на кухню, чудом разминувшись с группкой танцующих. Его сильно штормило, бросало со стороны в сторону, словно баркас на море. Стоически преодолев все преграды в виде неопознанных лиц, валяющихся под ногами туфель и даже дверей, Дима добрёл таки до цели, где по-прежнему топталась Светка.

– А ты всё моешь? – и громко икнув, он положил свою руку на её плечо.

– Да пустяки – и при виде накачанного, красивого, молодого парня у неё всё замерло внутри. Пытаясь сохранить видимость спокойствия девушка продолжила мыть только что собранную с зала посуду. Получалось плохо. Мысли мешали делать эту простую в общем-то работу. Хотелось совсем другого. Когда тебе нравится человек и нравится давно, это одно. А когда он стоит совсем рядом, а ты немного выпила это другое.

– Иногда надо и передохнуть, верно? – сделав ещё один шаг, Дима обнял Свету за талию. От неожиданности, она выронила тарелку из рук и звук треснувшего фарфора звонко пробежался по кухне. Поцелуй свёл её с ума, закружилась голова и слабо понимая что делает, дотянулась рукой до выключателя. Свет сейчас вовсе ни к чему.

Глава 4

Звон будильника, заведённого ровно на восемь утра, был как никогда противен и с трудом оторвав голову от подушки, Дима застонал. Дикое желание разбить предмет трудов мастеров часового завода проиграло всё-таки благоразумию и собрав волю в кулак, он присел на краешек кровати. Голова гудела словно трансформаторная будка, а во рту было так погано и противно, будто кто-то, пока он спал, засунул в него какую-то бяку. Путь до туалета оказался неимоверно трудным, до спасительного для рта кухни ещё тяжелее. Фильтр с тёплой водой нисколько не облегчил страдания и вздохнув, он устало плюхнулся на табуретку, включив плиту. Вспомнив что не взял кофе, Дима ругнулся: как задрала эта общага с общей кухней. Пусть и на несколько комнат. Гулким звоночком отозвалась пришедшая на телефон смс и достав простенькую «Нокиа» он сморщился, прочитав слова:

– Дима, я люблю тебя! Твоя Света.

Сознание моментально отреагировало на происходящее, выставив на авангард некоторые, избранные кадры вчерашнего вечера. Красавица Марина, неизвестно где пропавший Антон. И самое главное – Света. Содрогнувшись, Дима вяло махнул рукой. Надо и некрасивым дать возможность расслабиться. А он ещё добьётся Марины. Она ещё будет у него ползать перед ногами, проситься. А он ещё подумает. Пить кофе расхотелось и выключив изрядно нагревшуюся плиту, Дима пошлёпал к себе в комнату и бухнулся на подушку. Не хотелось ничего, кроме одного. Ещё немного поспать. И пусть эта Елена Степановна идёт куда подальше. А пока спать, спать…

Не прошло и минуты с тех пор как он положил голову на подушку, как бодрым немецким маршем, отрапортовал входящим звонком телефон. Проигнорировав его первую попытку, ровно как и вторую, Дима сдался на третьей. Голова словно налилась чугуном и была просто неподъёмна. Однако телефон был настолько упёртым, что ничего не оставалось как просто поднять трубку:

– Да…

– Ну что ты, всё дрыхнешь? – голос Антона был на удивление свеж и весел.

– Конечно. Нормальные люди ещё спят в это время. А тебе чего не спится? – тихонько застонал Дима, пробуя встать с дивана. Попытка не удалась и он снова плюхнулся на подушку.

– Ты время видел сколько?

– Ну. И что? – поднеся левую руку к глазам он безуспешно попытался определить который сейчас час. Поняв бессмысленность этого занятия, повторил: – И что?

– Тебе что, на работу не надо?

– Да ну её! А ты куда сволочь, делся?

– Это я куда делся? Это ты куда делся? Во даёт! Со Светкой до часа ночи на кухне торчал, а я ещё куда-то делся! Кстати, она такой счастливой выглядела, словно миллион долларов в лотерею выиграла. Или два. А цвела как! Майская роза отдыхает. А ты видно перебрал вчера здорово. Зачем тебе эта уродина?

– Только вот жизни меня не надо учить, хорошо? Без тебя тошно – и нажав на отбой, Дима небрежно откинул телефон в сторону. Сон, который казалось вот-вот обнимет в свои сладкие объятия, вдруг передумал и отправился на поиски другого, более сговорчивого и приятного товарища. Возможно, виной тому стала непонятная тревога, будоражащая хмельное сознание. Порывшись по карманам, он с трудом извлёк из одного из них нераскрытую пачку дешёвых презервативов. Тихий вздох разочарования пролетел по комнате:

– Вот чёрт!

Другой упаковки у него просто не было, а Света не из тех чтобы носить презервативы в халатике. Не хватало только чтобы она залетела. Сон, не найдя видно никого посговорчивее, вернулся назад и спустя несколько минут играючи сморил своего бывшего, а теперь уже и теперишнего хозяина.

Глава 5

– Привет, а ты новенькая?

– Ну не совсем. Я с филиала перевелась. К дому поближе, да и начальник у меня был психованный – и улыбнувшись, Света принялась разворачивать скромную собойку.

– А меня Ира зовут – сказала немного полноватая, как говорят в народе, «сбитая» девушка.

– Светлана. Можно просто Света – растерялась она от напора новой знакомой, и не зная куда себя деть неловко застыла на месте.

– Да чего ты? Расслабься, всё хорошо! – рассмеялась Ира, разглядывая её лицо.

– Действительно, чего это я! – и смутившись окончательно, Света присела на скамейку, после чего принялась громко шуршать целлофаном.

– Ты без кофе?

– А зачем он мне?

– Как зачем? Пошли покажу где стоит. Да пошли говорю!

Идти оказалось недалеко и пройдя всего несколько метров, Ира галантно раскрыла перед новой знакомой дверь.

– Ой, тут же темно! – замахала руками Света.

– А теперь раз! И светло. А теперь берём чайник и нажимаем на кнопочку. Видишь как всё просто. А ты где работаешь?

– В разделочном.

– А я на каре. Машинка такая.

– Да знаю я. Может я тебя там подожду, а то здесь тесновато как-то – и сжавшись, Света чувствовала себя крайне неловко, когда Ира несколько раз, хоть и случайно, прижималась к ней своим телом.

– Да подожди ты! Куда ты так летишь? У тебя парень есть?

– Да нет никого. Какой парень – махнула раздражённо рукой Света. Нравится один, а толку! Ты на меня посмотри!

– А что? Обычная девушка – и ещё раз кинув на неё взгляд, Ира утвердительно добавила: – Это просто мужики козлы!

– Ну не все.

– Да, все! Не спорь. Я вон, за один прошлый год троих поменяла и что толку: один гулял налево-направо, второй алкоголиком оказался, а про третьего вообще вспоминать не хочется. Ладно, пошли отсюда.

– А ты такая хрупкая. Тяжело небось?

– Да привыкла уже. Может бутерброд будешь? – и Света, оказавшись в комнате приёма пищи, лихо развернула пакетик с едой.

– Да тебе самой нечего есть! Да и я ещё успею поесть: сандень же сегодня.

– А у меня испытательный срок до августа, представляешь? Совсем с ума посходили там – возмутилась Света.

– Нашла из-за чего переживать. Это чистая формальность. Они всем испытательный срок дают. Только непонятно зачем. Хотя у нас много непонятного. А ты кушай, а мне идти надо – и закрыв за собой дверь, Ира вышла на плохо освещённый коридор». А она хорошенькая, эта Света.

Чистая…» – пронеслось у неё в голове. Дрожь и волнение, пробежавшее вдруг по телу, заставили её вспомнить, уже изрядно подзабытые чувства. Про парней она конечно наврала. Её душу волновали отнюдь не они. С тех пор как рассталась с Ленкой уже как три месяца прошло: непорядок. И вот теперь, чувствуя что лёгкое жжение вновь появилось внизу живота, она довольно улыбнулась: наконец-то.

Глава 6

– И это ты называешь честным? – и Дима, внимательно оглядев столик, небрежно плюхнулся на стоящий рядышком стул.

– А кто виноват что ты опаздываешь? Тем более что я здесь и так полтора часа торчу. Что мне, сидеть и облизываться?

– Ладно, перестань бухтеть, и так тошно – и молча налив себе немного водки, Дима в одно мгновение проглотил, первую на сегодня, порцию любимого алкогольного напитка.

– Ну что там у тебя? – и Антон, принимаясь за сушеную рыбу, кинул взгляд на выглядевшего непрезентабельного друга.

– Ай… В который раз мозги прополаскали и всё. Кто им за такие бабки работать там будет? Афанасьевич если только, и то, если сможет до рынка дойти.

– Что на тебя позавчера нашло? Пить начал, как дорвавшаяся лошадь, которая воды не видела сутки. Назло Маринке? Так ей, поверь, до лампочки. Хоть она и одна домой ушла. Таня за Колю принялась, едва тот с перекура пришёл. Бедный Коля. Кому-то же попадётся такая жена.

– Какая такая? – и сербанув пива, Дима поморщился:– Какая дрянь.

– Строгая и деловая: командовать будет.

– Ну уж нет. У меня такого не будет. Я себе хорошую найду: чтобы слушалась. А нет… – показав здоровенный кулак, он рассмеялся. Рыбки дай, жмот!

– Ну может Светка и будет слушаться.

– Кто? Типун тебе на язык.

– А что? Хороший вариант. Квартира трёхкомнатная. Родители у неё, правда, не очень. Отчим слесарь на заводе, а мамаша в столовке. Мне Тонька говорила что Светка по тебе сохнет.

– Кто говорил?

– Ну Тоня, соседка её. Маленькая такая.

– И чего это она про меня вдруг заговорила?

– Да про тебя тогда все говорили. Сам подумай: запер хозяйку квартиры на кухне и не пускал никого. Это ты считаешь нормальным?

– Ну… Да не помню я. Хотя обычно провалами памяти не страдаю, а тут… – и Дима почесал затылок. А Маринка что?

– Да я ж тебе говорил! С Колей обломалась вот и ушла одна.

– А ты?

– А что я? За Тоней этой пробовал приударить, но она пуганая какая-то. Ну её нахрен.

– Точно, нахрен.

– Чего тебя плющит и колбасит? Не на мужика же ты полез?

– Не хватало ещё этого – и подавившись рыбой, Дима закашлял. Маринку жаль.

– Ты в своём уме? Ты бы ещё Ксению Собчак пожалел. Где она, а где ты.

– Маринка ещё бегать за мной будет.

– Не смеши мои тапочки! Ну выпал тебе в лотерею один раз счастливый билет и что? А мечтать лучше втихаря…

– Ты водки ещё закажешь? А то я на мели нынче. Правда это временно.

– Знаю я твоё временно. Сколько лет тебя знаю. Дайте нам водки. Грамм триста. И что-нибудь закусить – бросил Антон, проходящей мимо официантке.

– Что-то на душе гадко.

– Ага. И поэтому надо в запой уйти?

– А что? Ты против? Ну и где эта официантка? Точно напьюсь сегодня – и Дима принялся зло ворочать головой. Может подраться с кем?

– Да придёт, куда денется. А ты точно псих. Ей Богу. Жениться тебе надо, на Светке. Пока не поздно.

Глава 7

– Марина? Это я, Дима.

– Что, нажрался снова и включил пьяный тариф?

– Да я трезвый. Почти… – и громко икнув в трубку, Дима, заплетающимся языком добавил: – Точно трезвый.

– Вот именно. Почти… Ты хоть знаешь который час?

– Поздно – и улыбаясь, он поспешно произнёс: – Почти.

– Что ты заладил со своим почти! Поговорить не с кем? Звони своей Светке и ей мозги компоссируй. А мне не надо!

– А я тебя люблю! – и в подтверждение своих слов он выразительно добавил: – Точно люблю!

– А где твоё почти?

– Чего? – и он непонимающе замотал головой.

– Я говорю спать иди!

Пытаясь вглядеться в потухший экран мобильника, Дима недовольно проворчал, после чего, кое-как всунул его в карман джинсов. Пошёл дождь и вжав голову в плечи, он поплёлся в сторону общежития. Идти было ещё прилично и заметно пошатываясь, словно тонкая рябина на пустынной земле целины, его бренное тело приземлилось на скамейку близлежащей остановки, надеясь хоть там спрятаться от мерзких и неприятных осадков. Мир в общем-то был неплох, если конечно не считать очередную попытку приударить за Мариной. Обругав её всеми известными словами, ему ничего не оставалось как махнуть на неё рукой. Да пошла она! Он же мужчина в конце концов. Вернее парень. А она? Дешёвая проститутка: тьфу! Вспомнив о дамах лёгкого поведения Дима с огромным трудом извлёк из кармана кошелёк. Осмотр оставшейся наличности заставил сбавить поток оптимизма и грустно вздохнув, он засунул кошелёк назад.

Реагировать на проснувшийся вдруг телефон, желания не было и выслушав простенькую мелодию не один раз, просто собрался идти дальше, но сделать больше одного не удалось. Его резко повело в сторону и издав что-то вроде удивления, Дима обратно плюхнулся на согретую им же самим скамейку. Дождь по прежнему вяло орошал близлежащие просторы, словно растягивая силы на остаток ночи и раннее утро. Город уже давным-давно сбавил свой бешеный темп. Уже не так часто проезжали мимо автобусы и пролетали автомобили. Редкие пассажиры, бросая взгляд на дремавшего на скамейке парня, предпочитали не связываться и с чистой гражданской запрыгивали в относительно свободный общественный транспорт, чтобы уже через две секунды забыть про периодически бормочащего какую-то ересь молодого человека.

А ему снилась Света и от её, весьма специфической красоты, он то и дело вздрагивал и просыпался. Вздрагивал, чтобы вскоре снова задремать некрепким, хмельным сном под монотонные звуки дождя. Света во сне почему-то пыталась схватить его за руки, но он сопротивлялся как мог. Только вот ноги отказывались слушаться и видя его беспомощность, она невыносимо громко смеялась, своим донельзя противным голосом.

Глава 8

– О, привет! Молодец что пришла – и Ира, приветливо распахнув дверь, мило улыбнулась: – Я уже думала не придёшь. Да не раздевайся, у меня в комнате разденешься.

– Ого, какие хоромы! – и Света завистливо оглядела широкий коридор со встроенными шкафами купе и прочими благами роскошной жизни.

– Если бы это была моя квартира, то да. А так дядька пустил пожить, пока в России на вахте. Вот через полтора месяца приедет. А я ещё обои так и не поклеила. Обещала же ему. Ладно, пошли в комнату, там переоденешься. Пошли, пошли. Зал тут закрыт, там дядька вещи свои хранит. А это мой офис: скромно, но как говорится, со вкусом.

Света, привыкшая к настоящей скромности, в очередной раз мечтательно вздохнула:

– У меня с родителями «трёшка», но по сравнению с тобой, у нас теснота.

– Новая планировка. Да мне такой комнаты с лихвой хватает: стол, кровать, шкаф. Что ещё надо? Ну и ноутбук конечно. Значит так, давай может отметим нашу встречу? – и Ира махнула рукой в сторону журнального столика на котором стояла открытая бутылка красного вина и нарезка из фруктов.

– Может давай сразу обоями займёмся? – растерянно произнесла Света.

– Да мы немного. А потом примемся за работу. Давай, присаживайся. Давай, давай – и Ира чуть ли не силой усадила гостью в стоявшее у столика кожаное кресло, после чего ловко налила в бокалы изрядную порцию вина: – Как говорится за встречу! Да не стесняйся ты, давай смелей. Сколько тут вина. Первую пьют до дна. Вот, молодец, а теперь бананчиком зажуй.

Алкоголь приятным ручейком пробежался по телу, заставив Свету немного покраснеть. Щёчки мигом обрели розовый цвет и не успев толком опомниться, как перед ней уже стоял второй, наполненный до краёв бокал.

– Можно я к тебе присяду поближе? А то мне неудобно. Вроде и вдвоём, а сидим за километр – и не дожидаясь ответа, Ира присела на подлокотник кресла, держа в руках свой бокал. А теперь давай выпьем за любовь. Ведь любовь это красиво – продолжила она.

Света, отпив немного, попробовала было отставить бокал на столик, но Ира решительно пресекла попытку:

– Куда ставишь? За любовь пьют до дна. Давай, давай… Ещё немного. Вот, а ты не хотела. На, яблочко возьми.

В голове у нее зашумело и взглянув на часы Света произнесла:

– Раз клеить не будем, может я пойду?

– Но ты же только пришла. Побудь немного. И в бутылке осталось немного. И подсев ещё ближе, Ира нежно провела рукой по её волосам:– А ты красивая. Ещё бы губки накрасить.

– Ты чего? – растерянно произнесла она, чувствуя горячее, учащённое дыхание Иры.

– Я говорю, красивая ты…

Лёгкий поцелуй в шею заставил Свету сморщиться.

– Да расслабься – прошептала на ушко Ира и поцеловала её прямо в губы. От долгого и страстного поцелуя Света потеряла дар речи, и она просто безучастно наблюдала как подруга ловко приподняла её и пересадила на кровать, усевшись затем прямо на ноги. Слабые нотки протеста гостьи были легко уничтожены приятным жжением внизу живота. Заглянув Свете прямо в глаза, Ира принялась нежно гладить её волосы, слабо обращая на вялые, смущённые взгляды подруги, борющейся со слабыми ростками приличия.

Положив Свету на кровать, она нежно провела пальчиком по её губам, после чего принялась страстно хватать девушку за грудь прямо через одежду, то и дело запуская свою правую руку под бюстгальтер. В мгновение ока ненужная теперь блузка полетела прямо на пол. Света попыталась вернуть предмет одежды обратно, но очень быстро пала под страстным напором Иры. Тем более что сама пришла к ужасающему выводу что ей это нравится. Ира склонилась над ней, ласкала пальчиками её груди, лихо растегивая бюстгальтер. Действуя по инерции, Света попробовала было прикрыть, уже голую грудь руками, но не вышло. Ира решительно завела её руки вверх и крепко держала их своей правой рукой, продолжая левой ласкать её соски. Дернувшись ради приличия, Света застонала, чувствуя как соски начинают набухать. Затем Ира вовсе легла на неё, хватая уже двумя руками за груди, трогая соски. Её дыхание, такое горячее и близкое, принялось сводить Свету с ума. Чувство внизу живота, только недавно выглядевшее как слабый горный ручеёк, превратилось вдруг в полноводную, всепоглощающуюся реку, которой осталось всего ничего чтобы добраться до океана. Рука Иры принялась плавно скользить по животу вниз, под пока ещё нерастёгнутые джинсы…

Конец ознакомительного фрагмента. Купить полную версию книги.