Дмитрий Николаев

В одном шаге от преисподней

Глава 1

– Здравствуйте! Следующие 4 часа с вами я, ваш любимый радио ди-джей Инна Петрова, на самой лучшей волне «Радио Сити». Только у нас самая лучшая музыка, самые лучшие конкурсы и конечно самые лучшие призы. Вы сомневаетесь? Тогда не покидайте нашу волну и вы убедитесь что это истинная правда. Ну а, для начала насладимся великолепным, зажигательным хитом молодой певицы Алены Перваковой «Ты и я». Кстати, именно эта песня вот уже 8 недель лидирует в нашем хит-параде Топ-20. И уже завтра нам предстоит узнать побьёт ли она рекорд непревзойдённого Филиппа Киркорова который находился на вершине ровно те же самые 8 недель. Слушаем и голосуем по короткому номеру 4555: Алена Первакова «Ты и я», – отключив микрофон, Полина увидела поднятый вверх большой палец звукорежиссера, после чего позволила себе немного расслабиться и пригубить, уже порядком остывший кофе. Вроде и первый эфир был довольно давно, особенно по меркам радио – более года назад, а всё равно, первые слова всегда давались непросто. Это уже потом, спустя каких-то полчаса она будет в норме: шутить, вести конкурсы и делать всё то, за что её держали на работе и за что обожали поклонники. Хотя конечно какие там поклонники? Так, название одно. Это же не телевидение, где достаточно засветить свою рожу всего один раз и можно будет сказать что знаменит. Во всяком случае узнавать то точно будут. Хотя в принципе неизвестно что лучше.

Заканчивалась песня, и не дожидаясь пока доиграют последние аккорды весьма примитивного по смыслу хита Полина снова вышла в эфир:

– За окном 16 ноября, четверг, и надеюсь что вы, как впрочем и я, начали сегодняшнее утро с мысли о том что завтра пятница, отчего вам стало намного теплее и уютней, ведь на улице осень. Не балующая нас своим теплом осень. Угасающая, но в то же время такая романтическая, с присуще только ей ледяным, освежающим дыханием и неистовым, не знающим покоя ветром, отправляющим в недлинный полет последние, чудом сохранившиеся до этого часа листочки, с заметно облысевших деревьев. Давайте вместе сохраним романтику осени в наших сердцах, чтобы никакие холода не смогли остудить наши чувства. Любите друг друга. Любите искренне и красиво. Как это делает Валерий Меладзе в одноимённой песне, – услышав вступление композиции она бросила взгляд на улицу, где вялая и неспешная жизнь катилась своим чередом. Уже совсем скоро и Новый год. Второй в их совместной, с мужем Иваном Некрасовым жизни, которая подобно движению на глухой улочке была тихой и спокойной. Муж занимался выпечкой булочек, пирожных и прочих там вкусностей, и самозабвенно верил что добьётся на этом поприще серьёзных успехов и соответственно, непременно разбогатеет. Получалось у него правда не очень, хотя конечно смотря с кем сравнивать. Квартира, пусть и не в элитном районе, но есть. Техники в доме полно, две машины: у каждого своя. Вытянув шею, Полина увидела припаркованный прямо на зелёной зоне «Пежо». Её «Пежо». Не ахти конечно, но своя. Тем более что каких-то полтора года назад она про это даже и не мечтала, учась в задрипанном техникуме на экономиста, в таком же задрипанном городе с отнюдь не поэтичным названием Спасск. Романтика крупных городов конечно ещё как прельщала, но в их семье этот самый вариант даже и не рассматривался, за отсутствием родственников в оных городах. Да и вообще, какие там родственники? Две тётки, живущие в такой глухомани, что для них поездка в Спасск была сродни событию, да бабка со стороны отца в Нижних Апатитах. Где это, Полина представляла с трудом, но судя по названию далеко и ехать туда как-то не хотелось. Хотя в общем-то никто и не предлагал. В общем в Спасске всё за неё уже было решено. Мать обещала на авторемонтный устроить, там говорит и жениха себе присмотришь. Пусть и выпивать немного будет, зато настоящий работяга, а не эти, что шляются по улицам в поисках неизвестно кого и чего. Мать была старой закалки, привыкла жить в бедности и довольствоваться малым, искренне считая что счастье не в деньгах и даже не в их количестве. Возможно что так бы всё и было, и она бы уже вовсю трудилась на этом, единственном в городе предприятии, но жизнь сама внесла в её плавное течение свои, весьма крутые коррективы, от которых всё кардинально изменилось. А ведь всего-то и дел было что сходить в гости к подружке да на обрывке какой-то газеты прочитать объявление о знакомстве. Адрес был прост, поэтому она его легко запомнила, загадав самой себе, что если назавтра вспомнит, то напишет письмо. Всего одно. И если судьба, то судьба. С памятью проблем не было и уже через сутки Полина вкинула небольшой белый конвертик в почтовый ящик на остановке. Вкинула и забыла. А через месяц, когда уже прошли все мыслимые и немыслимые сроки пришёл ответ. Мать конечно немного поохала, скорее ради приличия, высказавшись в плане того что «главное что не с тюрьмы». Причём здесь тюрьма она не знала, но на всякий случай согласно покивала головой, привычно соглашаясь с тем, что говорит мать. Затем были звонки, многочасовые беседы ни о чём, но в то же время об интересном, медленно и плавно перешедшие к самому главному. К первому свиданию. Усаживаясь в холодный, пока ещё не прогретый автобус, она уже принялась мечтать. О том как увидит его, что скажет. Подобные мысли согревали получше всякой водки и 8-часовой переезд показался тогда лёгенькой и приятной прогулкой.

Первоуральск встретил Полину мощным снегопадом и пронизывающим насквозь ветром. Ещё не остывшая любовь пока ещё грела и первые десять минут она стоически переносила все тяготы зимней непогоды, стоя у мигом опустевшего автобуса прямо на платформе прибытия № 4, где её должен был встречать Олег. Однако к ней никто так и не подошёл. Ни через пять минут, ни через десять… А уже через полчаса в здание автовокзала зашла самая настоящая обледеневшая и состоявшая из одного снега сосулька по имени Полина. Купленный в буфете кофе помог мало и лишь вторая порция напитка смогла наконец начать долгий процесс оттаивания. Телефон Олега упорно молчал и наслушавшись вдоволь длинных гудков ей ничего не оставалось как прекратить эти бессмысленные телодвижения. Всё вокруг было чужим: куда-то спешили вечно опаздывающие пассажиры, а также провожающие, встречающие и просто зеваки, вперемешку с лицами без определённого места жительства. Вся эта компания создавала такой шум и гвалт, что впору было затыкать уши. И глядя на весь этот хаос Полине становилось мягко говоря нехорошо. С трудом заняв пустое место в зале ожидания, она с добрый час приходила в себя, пытаясь собрать разбежавшиеся вдруг мысли. Получалась совсем нелицеприятная картина ибо в этом городе кроме Олега, если его конечно так звали на самом деле и не было никого. А искать человека лишь по номеру телефона просто нереально. Да и незачем. Вздохнув, Полина побрела к кассам: впереди предстояла безрадостная дорога домой. Город, вместо весьма симпатичного лица показал ей совсем другое место. Ближайший автобус был лишь через пять часов и купив на него билет она решила пробежаться по близлежащим магазинам. Когда ещё в Первоуральск попадёт? Погода наконец, смилостивилась к своей гостье и с трудом открывая тяжеленную дверь Полина даже зажмурилась от неизвестно откуда взявшегося солнца. Немного потоптавшись у входа, она пристроилась к вышедшей из какого-то автобуса толпе, разумно предположив что та куда-нибудь да приведёт. Привычка проживания в провинции с её неторопливым, даже можно сказать вялым течением жизни, не позволяла ей часто вращать головой по сторонам, поэтому она и испугаться то не успела, когда какой-то автомобиль, натужно взвизгнув тормозами, мягко боднул её в бок. Полёт в огромный сугроб приятным никак не назовёшь и едва успев подняться на ноги, Полина выдала все матерные слова которые знала. Знала она правда их не очень и много, поэтому ругательства закончились быстро. Подняв голову чтобы стряхнуть с себя снег, Полина застыла от неожиданности, увидев перед собой солидного мужчину в дублёнке.

Автобус в Спасск поехал без неё, а в ближайшем кафе стало на два посетителя больше.

А дальше в общем-то всё было как обычно: обзорная прогулка по городу, первые робкие поцелуи и первый секс. Домой она попала лишь через неделю и то: вещи забрать. Город, показывавший ещё относительно недавно своё заднее место, медленно поворачивался к ней лицом вперёд, открывая свои прелести неспешно и ненавязчиво. Первое время было ой как нелегко. Иногда даже казалось что и не привыкнет никогда к бешеному ритму большого города, по жилам которого течёт нескончаемый поток людей и машин. Но человек такая скотина, что привыкает ко всему. Вот и она, как-то незаметно и привыкла к нему: к его широким улочкам, загазованному воздуху и пробками, ставшими не так давно бесспорным атрибутом истинного мегаполиса. А уже через несколько месяцев то и дело искренне недоумевала: как вообще жила в этом забытом властями и Богом Спасске, который нынче называла не иначе чем» большая деревня». А интересно всё же где находятся эти самые Нижние Апатиты? Этот вопрос её терзал давно и даже покупка атласа помогла мало.

Заканчивалась уже вторая подряд песня и пытаясь прогнать, стряхнуть с себя волну, неизвестно с какого перепугу, нахлынувших воспоминаний Полина бросила взгляд на работающего по соседству звукорежиссера Александра Николаевича. В принципе, какой он Николаевич? Ну бороду отрастил как у чеченского террориста и что дальше? Про себя она его просто называла Саша, хотя попробовав лишь один раз так назвать его вслух, как получила резкий, моральный втык: что это работа и вообще так не принято. Этика и всякое такое. Сразу видно что долговязый бородач о себе ну очень высокого мнения и к панибратству он относится не очень. Да ему видно всё не очень, кроме своей техники. Дали бы волю – женился бы на ней. На своей аппаратуре. Даром что ли, женского рода? Интересно, а девушка у него есть?

Почувствовав что его обсуждают, звукорежиссер поднял вдруг вверх свою косматую голову, давая знак что пора выходить в эфир. Глубоко втянув в себя воздух, Полина включила микрофон, пытаясь придать своему голосу как можно больше задора и оптимизма:

– Мне кажется что вы начали скучать, поэтому самое время немного стряхнуть с себя хандру и усталость, и просто немного поиграть. Ведь, как обычно, именно в это время, у нас начинается фирменная забава «Отгадайка» и я медленно объявляю номер студийного телефона, по которому вам необходимо дозвониться чтобы стать участником нашей игры. А вот и наш первый счастливчик: представьтесь, пожалуйста.

Глядя на то как Полина, она же Инна Петрова, ведёт прямой эфир, Александр Николаевич печально вздохнул: «Берут неизвестно кого в ведущие, а потом говорят что радио теряет своего слушателя. С год назад даже кастинг объявляли, а что толку? Такой сброд понаходил, что впору приходилось за голову браться. А образование? «– ещё раз печально вздохнув, он сам себе тактично махнул рукой. Падает культура на радио, падает.

Глава 2

Немного повертевшись у зеркала лифта, Полина удовлетворенно кивнула. Короткие, мелированные волосы придавали ей особую привлекательность и проведя по ним рукой, поправила и без того идеальную причёску. Лицо, это единственное что радовало до конца, поэтому и старалась к нему относится очень трепетно и нежно. Немного правда волновали едва заметные морщинки в уголках глаз, но в сумочке уже лежал оперативно купленный по этому случаю дорогущий, французский (так во всяком случае сказали в аптеке напротив) крем, на который возлагались вполне определённые надежды. А в остальном… Ростом Бог обделил, грудью тоже. Губы… В общем потенциальный клиент клиники пластической хирургии. Самой себе нарисованная картина получилась не очень радостная и томно вздохнув, ей подумалось: а ещё на улицу переться. А там слякоть. Внушал оптимизм тот факт что у чёрного хода, всего в пяти метрах от ступенек, стояла её любимая железная лошадка. И как она раньше без машины обходилась? Закрыв за собой массивную железную дверь, Полина принялась вальяжно спускаться по едва освещённой лестнице, используемой лишь в исключительных случаях: например, когда надо без лишних глаз покинуть здание в центре города, на верхних этажах которого вот уже с пяток лет располагалась одна из многочисленных радиостанций мегаполиса. Улица была привычно пустынна и преодолев расстояние до машины в считанные секунды Полина, немного замешкавшись у дверей, устало плюхнулась на мягкое водительское сиденье. Она тоже когда-то думала что самая халявная работа – трепать языком на радио. А что? Ящики, как её отец на базе, таскать не надо. Ответственность? Да какая там ответственность? А ещё в тепле и деньги платят. И наверняка немалые. А ещё поклонники… А оказалось что и деньги в общем не Бог весть какие и ответственность сумасшедшая. Это хорошо, если как Маша Васильева вчера, просто оговоришься и сведёшь в шутку. А если нет? Или просто растеряешься после звонка очередного неадекватного слушателя. А поклонники… Даже смешно. Одно название, а на самом деле в основной массе своей психически неуравновешенные или просто озабоченные люди.

Привычным жестом она включила диск с любимой и всегда трогательной Максим, после чего позволила себе достать из сумочки мятую пачку сигарет. Плевать на редактора, она тоже человек. И ей тоже надо расслабляться. Щёлкнув зажигалкой, Полина с видимым удовольствием втянула в себя такой блаженный и желанный дым. Ну как отказаться от такого счастья?

За окном пошёл снег, который, наслаждаясь своим появлением на свет, явно не желал падать на продрогшую землю, поэтому медленно кружился, зависая подолгу на одном месте. Да, уже совсем скоро и Новый год. Вспомнив прошлый, она почувствовала как внутри её, от проскочившей вдруг искорки, вспыхнул огонь желания. Ведь именно на прошлый Новый год, вернее перед самым его началом встретила его. Нет, не мужа. Он, муж, человек конечно хороший и надёжный, но Витя с лёгкостью затмил все положительные черты супруга, которые теперь, на этом фоне, выглядели весьма скромно, если даже не смешно. И остатки привязанности, которые ещё каким-то чудом сохранились у неё с мужем с лёгкостью порвались, оборвав невидимую, чересчур тонкую нить любви. Впрочем, как её было не порвать если она изначально была хрупкой, словно паутинка на дереве по осени. Подул лёгкий ветерок перемен и всё. А муж изменений в настроении жены и не заметил даже. Да и как заметить, когда у него одни булочки на уме? Некогда ему обращать на подобные вещи внимания. Полине спокойная, без особых потрясений и совместного развития жизнь, надоела быстро и появление на горизонте романтичного, красивого и галантного Виктора восприняла за данность. Как к такому остаться равнодушным? Слова восхищения в его адрес можно было говорить практически до бесконечности, потому что таких как он просто нет. Кто ещё в наше время будет читать стихи, дарить подарки без повода и петь серенады? Пусть и не под окном, но всё же. Главное ведь чувства. И если муж, всего через месяц после свадьбы просто перестал оказывать хоть какие знаки внимания, ограничиваясь стандартными поцелуями да пожеланиями, то Витя…

Потушив окурок, Полина, заметно нервничая, достала с сумки телефон и найдя в записной книжке имя «Вика» нажала на вызов. Услышав всего через пару секунд монотонное бубнение оператора, она лишь грязно ругнулась. Вот так всегда. Витя в своем неизменном стиле: то сутками недоступен, то появляется словно чёртик из табакерки. Но правда если уж появится… Рядом с ним она забывала всё. Все его исчезновения, все обиды. Ведь рядом с ним она была счастлива. По настоящему счастлива. А муж… Иногда создавалось впечатление что у него вдруг удалили все органы чувств, оставив лишь педантичную память. Как ни удивительно, разные даты он помнил хорошо и без всяких там записных книжек. Ну и конечно дарил подарки. Приятно конечно, но так предсказуемо. А ведь ничто не убивает любовь как обыденность. Она, словно самый крепкий алмаз, вгрызается даже в самую, казалось бы до невозможности крепкую любовь, оставляя после себя заметные следы. И если поначалу, следы эти не так уж и опасны, то со временем, если ничего не предпринимать, обыденность вгрызается всё глубже и глубже, пока и вовсе не расколет казавшимся сплошной монолит пополам, склеить затем который не сможет никто. А у неё с мужем как оказалось любви то и не было. Просто встретились два одиночества. И всё. Один искал себе жену чтобы просто была, а вторая и сама не знала чего хотела. Вырваться из порядком опостылевшей трясины под названием провинция? Наверное да… А дальше? Пожав самой себе плечами, Полина включила зажигание. Может всё не так плохо?

Проехав всего с десяток метров, Полина вынуждена была притормозить, так как какой-то нахал загородил своим джипом проезд со двора, объехать который просто не представлялось возможным. Нажав на клаксон она, не выходя из машины, попыталась было разглядеть есть ли вообще кто в джипе, но поняв тщетность своих попыток ещё раз нажала на клаксон. На всякий случай. Как ни удивительно, одна из задних дверей автомобиля вдруг распахнулась и из его салона буквально вывалился весьма накачанный молодой человек, от вида которого ей стало нехорошо. Бог его знает что у него на уме. Если у него конечно есть, этот ум. Мурашки многотысячной толпой пробежались по спине. Понимая что находится в западне, ей ничего не оставалось как достать из сумки газовый баллончик и отложить его в сторону. Вот чёрт! Стараясь не подавать испуганного вида, Полина едва приоткрыла окно в томительном ожидании весьма неприятного с виду субъекта. Время словно замерло и эти несколько секунд ожидания обернулись для неё целой вечностью, за которую она успела и вытереть мокрый, выступивший тут как тут пот со лба, и выключить диск, затем снова включить, а ещё попыталась достать всё никак не желавшую доставаться с пачки сигарету. И лишь когда до жующего жвачку атлета осталось всего ничего, Полина успела заметить в его руках небольшую бумажку, которая по сравнению с мощными ладонями выглядела едва различимо. Вздохнув с облегчением, она ещё больше приспустила окошко:

– Вам расписаться? – и её рука уже было полезла в бардачок за ручкой, но амбал уверенно покачал головой, добавляя:

– Это тебе! То есть вам. – и глупо улыбнувшись, он протянул Полине этот самый клочок бумажки, оказавшимся при детальном рассмотрении довольно объёмным конвертом. Неловко развернувшись, незнакомец прыгающей походкой подался обратно, к томящейся в ожидании пассажира машине. Бросив окончательный, полный презрения взгляд в сторону удаляющейся фигуры и определив его классовую принадлежность на уровне водителя, Полина брезгливо поморщилась. Спешно разрывая конверт, она уже достоверно знала что внутри будет лежать чья-то визитка или на худой конец приглашение подработать на каком-нибудь корпоративе в качестве ведущей. Это сразу, по первости, она бросалась на подобного рода приглашения как собака на аппетитную кость. А потом… Все оказалось скучным, серым и однотипным. И смотреть как на твоих глазах интеллигентные люди превращаются в диких, воинствующих дикарей с Африки счастья немного. Ладно бы только это. Ведь обязательно найдётся в компании какая-нибудь сволочь, которая будет приставать, предлагая деньги, думая что ведущая проститутка. Начинаешь отказывать культурно, предлагают больше, думая что цену набивает. Вон, в последний раз пришлось охрану вызывать. Такие приключения ей даром не нужны. Да и ради чего? Не такие уж там большие деньги платят чтобы приходить под утро с порванными колготками и синяками на руках. Тем более что ей не 18… Хотя и выглядит в принципе ничего: ещё бы немного похудеть. Сейчас бы Витю сюда, подумалось вдруг ей. Впрочем, мысли о нём то и дело крутились в её голове, и она не раз ловила себя на мысли что в последнее время большую часть дел исполняет на автомате. Все мысли крутились около него. Она думала только о нём. Жила им. Хотя конечно после каждой встречи с ним, душа словно разрывалась на части. Иногда лихими скакунами проносились мысли что у неё есть муж, и что нехорошо это. Но мысли эти как лихо появлялись, так же лихо и исчезали, оставляя после себя такие едва заметные следы, что не заметить их ни с первого раза, ни со второго, ни даже с третьего. Так как уже через пару часов разлуки начинала открыто скучать по нему. По своему Вите. И вновь, до безумия хотелось услышать его голос, дотронуться кончиками своих наманикюренных ногтей до его пухлых губ, после чего медленно начать расстёгивать его рубашку…

Вовремя успокоив свою разыгравшуюся фантазию, Полина разорвала наконец-то конверт и с огромным удивлением обнаружила в нём не визитку, а ещё один, правда немного меньших размеров белый прямоугольник. Пожав недоумённо плечами она разорвала и его, обнаружив внутри очередного, уменьшенного собрата. Становилось интересно и войдя в раж Полина принялась раскрывать конверт за конвертом, решив для себя что обладателю визитки пожалуй можно будет позвонить. Награда, так сказать, за остроумие. Кипа испорченных конвертов всё росла и росла, и держа в руках совсем уж малюсенький прямоугольник она была твёрдо уверена что этот уж точно будет последним. Вскрывая его Полина конечно ожидала увидеть всякое, но чтобы там не было ничего… Внимательно исследовав каждый миллиметр и без того небольшого пространства конверта, ей ничего не оставалось как зафиксировать тот факт что он и в самом деле пуст. Пробивший её приступ смеха заставил широко раскрыть губы и засмеяться, смахнув одним движением руки, выросшую перед собой целую гору бумаги себе под ноги. А она ещё размечталась. Подняв голову вверх она рассмеялась ещё громче, увидев стоявшего возле того же джипа рыжего клоуна, держащего в руках табличку: «Ну как, смешно?»

Заметив пристальное внимание к себе со стороны леди, он вдруг галантно наклонился и чудесным образом обыкновенная с виду табличка превратилась в роскошный букет её любимых бордовых роз. Догадываясь чьих это рук дело, Полина вылезла из салона и дико хохоча, забрала у радующегося, словно ребёнок, клоуна цветы. Задыхаясь от переполнявших чувств, она нежно прикоснулась своими губами к одному, из едва раскрывшихся бутонов: какая красота!

Буквально паря над землёй, Полина вернулась в салон автомобиля, сияя от счастья, после чего вновь втянула в себя такой блаженный аромат.

– Правда, прелесть? – раздался вдруг голос с заднего сиденья, от которого она немного подпрыгнула.

– Тьфу, ты! Напугал только. Ты как сюда забрался?

– А салон между прочим надо закрывать. Прикоснувшись к её губам, Витя не спешил покрывать поцелуями возлюбленную. Ты так вкусно пахнешь! Я не могу без тебя. Без твоих глаз, без твоего голоса, – прошептал Витя.

Последовавший затем долгий поцелуй окончательно отключил все разумные инстинкты, дав волю другим, не менее приятным чувствам. Сердце принялось биться настолько быстро, что готово было выпрыгнуть из груди. Сняв с себя остатки верхней одежды, Полина поманила пальчиком:

– Иди ко мне…

Огонь, вспыхнувший изнутри, настолько распалил её тело, что предчувствуя весьма скорый пик блаженства она закрыла глаза, полностью отдавшись дикой страсти.

Глава 3

– Представляешь? Уже наверное с миллион раз задавалась себе вопросом что ничего толком не знаю про тебя, хотя встречаемся без малого год, – вопросительно произнесла Полина, закидывая в рот кусочек пирожного. В её любимой кафешке на тихой улочке под дивным названием Весенняя было, как всегда, спокойно и мило. Впрочем, даже если бы и было наоборот, это было бы не так важно. Когда любишь, по-настоящему любишь, как-то неважно что происходит вокруг. Кажется что мир создан лишь для вас двоих, и что даже само Солнце вертится вокруг вас. И только вокруг.

– А к чему вносить в наши отношения обыденность? Что изменится из того что назову свою профессию, например. Это разве что-то изменит? – ответил вопросом на вопрос, сидящий напротив черноволосый, с едва пробивающимися признаками седины парень, имеющий в родне явно азиатские корни. Или я не прав? И кстати ты помнишь наш уговор? Ну тогда, в лесу?

Полина лишь согласно кивнула: как не помнить. Они ещё тогда под град попали. Да и вообще, как можно забыть моменты счастья. Когда после разверзнувшихся вдруг небес ярко засияло солнце, а они, продрогшие, тесно прижимались друг к другу, дыша в такт и чувствуя себя одним целым. Созданным Богом целым.

– Ну всё, я на сегодня свою норму по калориям явно набрала – и отодвинув тарелку, Полина вытерла бумажной салфеткой губы.

– Только не надо меня смешить-рассмеялся Витя, показывая свои безупречно белые зубы. Лучше обернись и посмотри на женщину сзади. Вот она то уж точно перебрала. И дочь, полная копия мамаши. Только молодая.

– Неужели они это всё съедят? – искренне изумилась она, покачав головой. Столик соседей сзади был не просто заставлен тарелками, а буквально завален ими настолько, что сложно было подсчитать, сколько этих самых тарелок поместилось на столике.

– Прошу заметить что сегодня ещё скромно. В прошлый раз, когда мы были, с ними ещё дяденька был. Такой же упитанный кстати. Так вот они целых два столика заняли.

– А я чего не видела?

– Ты бы и сегодня не увидела, если бы не я, – снова рассмеялся Виктор. Да и чего мы о них в самом деле… Будто нам не о чем разговаривать. Погода то какая, посмотри!

Погода и в самом деле решила побаловать своих ценителей, относительно свежего городского воздуха, приглашая их на прогулку. Лёгкий, словно вата, выпавший на днях первый снег таять, вопреки народным приметам, не спешил и весело, задорно искрился под озорными лучиками ноябрьского солнца. Движение, на и без того тихой улочке, замерло окончательно. Лишь посетители кафе вносили лёгкую городскую суету в её течение, то и дело отряхивая с себя, непривычные пока, снежинки. Громкий звоночек СМС пришедшего на телефон Полины, оборвал идиллию неспешности, и даже не доставая мобильный на свет божий, она с уверенностью знала и отправителя, и текст. Нажав на пару кнопок, ей ничего не оставалось как бегло пробежаться по недлинному сообщению и так же оперативно сварганить ответ. Вздохнув, словно всё это было для неё непосильным трудом, Полина философски изрекла, бросив взгляд на оживавшую улицу:

– Как же сложно всё. Есть человек которого любишь и от чувств к нему хочется летать, хочется петь, кричать всему миру о своем счастье. И ты живёшь, радуясь дождю, нагрянувшему вдруг туману или даже тому самому граду, бойко барабанящего бравурный марш. Но живёшь лишь обрывками, глотая подобное состояние словно кислород, жадно опустошая чашу любви, понимая что совсем скоро вернёшься домой, а там… Смотрю на телефон и аж дрожь берет. Сколько раз хотела его разбить, ты не представляешь. И все из-за этих дурацких СМС. Каждый день одно и тоже, и в одно и тоже время. Ну, плюс-минус полчаса. Следующая будет часа через три. Такая же стандартная, как и наша семейная жизнь. Сколько раз твердила ему: не пиши, не пиши. А он… – и Полина махнула рукой. Как робот. Иногда мне кажется что я живу сразу в двух измерениях: прямо как Алиса в Зазеркалье. И если в одном измерении существуешь и видишь всё окружающее в черно-белом цвете, то в другом, исключительно в цветном. От которого захватывает дух. В котором так хорошо, так блаженно. Я уже так устала. Устала прятаться ото всех: от друзей, от мужа, от друзей мужа. Да, ото всех. Правда от самого мужа можно и не прятаться. Как можно быть таким? Да, впрочем, неважно. Его уже не изменишь. Главное что у меня есть ты. И что мы всегда будем вместе. Верно? – последние слова она прошептала Вите уже на ушко, дотронувшись как бы между делом своими губами до его мочки, превосходно зная слабые места любимого. Я так тебя люблю! Очень, очень.

Страстный поцелуй в шею заставил Виктора бросить пирожное. Прижав Полину к себе, он ответил поцелуем, почувствовав сладковатый запах её духов:

– Я тоже тебя люблю, малыш! Потерпи немного и скоро мы будем вместе. Я обещаю. Хорошо? – приподнявшись, он крепко поцеловал Полину в её тёплые, от выпитого кофе, губы. Ну что, пойдём? – и не дожидаясь ответа, Витя взял её за руку, ладонь которой оказалась такой влажной, словно та только что побывала под душем.

Забежав за угол здания и оказавшись в ещё большей глуши словно вымершего двора, парочка влюблённых слилась в единое целое. Дыхание Полины стало вдруг прерывистым, а сердце, работавшее доселе в штатном режиме, принялось биться намного учащённей. Рука Вити ловко расстегнула кнопку её джинсов, после чего принялась медленно продвигаться к самому важному и интимному месту. От накатывающей волны блаженства она тихонько застонала:

– Милый… – мир, окружающий её мир, куда-то вдруг испарился, напустив в образовавшуюся пустошь опьяняющего сознание дурмана. Ещё раз застонав, она откинула голову назад, вжавшись в какую-то стенку. На чьи-то усталые, шаркающие поблизости шаги, реагировать не хотелось. Дыхание, ставшее до невозможности частым, сбивало с ритма и вообще стало как-то всё равно, что происходит вокруг. Мир принялся обретать размывчатые очертания, дикая волна страсти закружила Полину, подымая её все выше и выше. Пламя страсти разгорелось настолько, что внутри обжигалось всё, унося её сознание всё выше и выше. Ещё чуть-чуть и она будет на вершине блаженства. Ещё чуть-чуть…

Однако, чей-то омерзительный голос, словно ливень в джунглях, моментально погасил пламя страсти, которое исчезло вдруг, не оставив и следа:

– Ишь, совсем обнаглели! Посреди двора гадостью занимаются! А ещё взрослые люди! Мы в своё время…

Обернувшись, и увидев всего в нескольких шагах от себя пожилую женщину с двумя, доверху нагруженными чем-то сумками, Витя крикнул:

– Бежим..– и схватил за руку, немного опешившую Полину. Что было во времена пожилой женщины, они уже не услышали. Набрав просто космическую скорость, парочка лихо принялась отдаляться от неизвестно откуда взявшейся возмутительницы спокойствия. Мелькали деревья, машины, подъезды, сливаясь с друг другом во что-то невообразимое целое. Запыхавшись, словно они только что пробежали марафон, парочка наконец позволила себе остановиться, стараясь привести напрочь сбившееся дыхание в порядок.

– Так неловко, – выдавила Полина, всё ещё не сумевшая отдышаться. Давно я так не бегала. Наверное в школе в последний раз и бегала. На физкультуре. Хорошее было тогда время: первое свидание, первые поцелуи..

– И первый секс-добавил Витя, озираясь по сторонам. А здесь ещё тише чем там, – целый ряд, неизвестно откуда взявшихся в городе сараев, закрывал обзор к близлежащим, построенных ну очень давно домам, и то, что творится по ту сторону от уродливых строений видно не было. Быстро сориентировавшись, он свернул за угол и прижал не ожидавшую такого развития событий Полину:

– Не люблю когда дело остаётся незаконченным.

Последовавшие затем поцелуи с лёгкостью зажгли, казалось бы наверняка потухший, огонь страсти. Ещё какое-то время Полина для видимости посопротивлялась, но лишь весьма короткое время, ибо всего через несколько секунд мир снова принялся обретать размывчатые очертания, направляя прямо в сознание, обжигающее пламя наслаждения. Ещё раз застонав, она позволила Вите приспустить с себя джинсы, после чего, в томительном предвкушении близости, немного прикусила свою губу, не обращая внимания на падающий снег.

Глава 4

– Ваня, ты уже дома? – открывая дверь квартиры, произнесла Полина. Раздавшаяся затем привычная тишина заставила брезгливо поморщиться: обратно супруг на работе. Ничего не оставалось как плюхнуться на стоявшую в коридоре банкетку и едва стянув с себя сапоги, блаженно вытянуть ноги. Тикающие прямо над ухом ходики вяло перевалили отметку за восемь вечера, выдав по этому случаю фирменный залп. Обычно эти звуки дико бесили её, но это обычно, а сегодня она снова встречалась с Витей. Как же здорово когда любишь! Когда лишь при одном упоминании имени любимого начинает кружиться голова. А при взгляде на объект воздыханий и вовсе сходишь с ума. А внутри всё замирает от волнения. Ведь совсем рядышком он, твоя любовь, твоя мечта. Твой идеал. Ведь именно с ним хочется делить дни и ночи, радоваться жизни, радоваться мелочам. Когда рядом он, всё остальное не важно. Ведь какое счастье ловить его взгляд, слушать его голос. Да не важно что он говорит! Главное что это его голос. Самый красивый в мире. Ведь всё, что так или иначе связано с ним, приводит тебя в щенячий восторг. А как иначе? Если всего этого нет, то значит и любви нет. Может быть что угодно: дружба, секс, или что-то иное. Но не любовь. Любовь – она другая… Она неземная. Целительная. Волшебная. К сожалению, многие из нас так и не познали что такое любовь. Настоящая любовь. Путая её с чем угодно. А потом появляются дети, и самой собой появляется привычка жить по инерции. Чтобы читать затем про любовь в книгах и ничего не делать для того, чтобы испытать эту самую любовь. А ведь многое, если не всё, зависит только от нас. А обстоятельства… Да они у всех есть. У каждого свои. И если всё время думать про обстоятельства, то можно в одно прекрасное, или не совсем прекрасное утро осознать, что тебе уже, страшно подумать – 33, десять из которых прожила по инерции с мужем, который превратился в соседа по квартире…

На звуки хозяйки прибежал вечно голодный, но в тоже время, до невозможности жирный кот и принялся беспокойно крутиться у ног, мурлыча свою песенку.

– А тебе лишь бы пожрать! Вот котяра! – и подняв животное, Полина нежно, но крепко прижала, соскучившегося по ласке и общению любимца семьи, кота Василия. Не опуская его на землю, она прошлёпала вместе с ним на кухню, где ловко сварганила коту ужин. Нет, всё-таки консервы очень удобная штука. Хотелось петь и настроение было такое, что обычные дела в общем-то, приносили неимоверную радость. Такую радость, как приносят обычному трудовому классу выходные. И даже картина как Василий жадно, словно кто-то покушается на его пищу, лопает «Вискас» показалась ей такой умиротворённой, что удержаться от улыбки просто не смогла. И всё, что ещё полдня назад тяготило её, отошло на задний план. Лишь капелька сожаления о том что они пока не могут быть вместе немного подпортила воспоминания, да что поделаешь. Надежда никогда не покидала её в этом плане, да и сколько раз она представляла как надевает Вите на палец обручальное кольцо. После чего уже, по праву наконец, назовёт его своим мужем. Любимым мужем. Нелюбимый и так есть. Интересно, а куда вообще девается вся эта теплота и нежность, которая ласкает своими флюидами новобрачных? Год, ну два… А потом любовная идиллия тихо сходит на нет. Словно и не было её вовсе. Хотя её самому вообще хватило месяцев на 5, не больше. Правильно написал классик:

Куда любовь уходит я не знаю,

Быть может вместе с солнцем за закат…

Века прошли, а как точно подмечено. Годы идут, а не меняется ничего. Вообще ничего. Нет конечно, меняется обстановка, техника, технологии производства и прочее. А вот в самих человеческих отношениях и не меняется ничего. Всё вертится вокруг самого главного жизненного светила под названием» Любовь». И если вдруг погаснет это светило, то выход лишь один: выбираться из этой темноты навстречу свету. И нечего пытаться жить в сумерках, надеясь что светило взойдёт само. Ведь так можно и до конца жизни не дождаться.

Развод. Она уже наверное с тысячу раз обсасывала такое притягательное нынче слово со всех сторон. Правда сколько ни говори» халва» слаще во рту не становится. Так и тут. Кто её пустит? И куда? Здесь, куда ни кинь, всё мужа. Квартира мужа, машина мужа и даже вещи куплены на его деньги. Да что вещи, если даже кот и тот записан на мужа. Во всяком случае в родословной хозяином указан муж. И на работу её взяли исключительно по протекции мужа. Трепать языком она конечно умеет, но это не показатель. Таких как она, Полин, в Первоуральске тыщи. Без связей Ивана её бы даже на прослушивание не пригласили. А если бы и пригласили, то вряд ли бы заострили внимание. Кто она такая? Тем более с её внешностью. Конечно за время работы она добилась определённых успехов, но только все эти успехи без влияния мужа ничего не стоят. Ну или почти ничего. А тут ещё Витя сегодня ловко поддел и на её излюбленное высказывание о том когда же они будут вместе, заявил что для начала надо кое-кому развестись. Вся речь тут и отнялась. Ведь сказать то нечего. Пришлось даже всплакнуть. Потом, когда рядом не было никого. Легко сказать развестись. А жить то дальше на что? Ведь о Вите, несмотря на все ухищрения знает ничтожно мало: имя да номер телефона. Если он ещё в самом деле Витя. Любовь это здорово, но без денег даже шалаш не построишь. Чтобы жить с милым. Правда желательно в этом самом шалаше ещё камин сделать, и телевизор поставить. Со спутниковой тарелкой. А с мужем в этом плане конечно все стабильно. Только радости от этой стабильности с гулькин нос. Хотя вроде и плохого про него много не скажешь, но и хорошего тоже. А ведь это, самое хорошее, по главнее всех самых плохих качеств будет. И если например с пьянством мужа или ещё какой бедой справится можно, то как бороться с повседневностью и рутиной? Когда все общение заканчивается на уровне: «Привет, как дела!». Ну и ещё редкими записками вроде:» Не забудь покормить кота!». Нет, бывают конечно исключения: праздники, подарки… Но все подобные мероприятия запланированы у мужа на полгода вперёд. Словно не семья у них, а так, союз двух расчётливых душ, где напрочь отсутствуют все тёплые человеческие чувства и где всё подчиняется жёсткой логике с заранее запланированным концом.

Прозвенел громкий звоночек входящей СМС и автоматически Полина вскинула левую руку. Все понятно-20.30 и муж, явно задерживаясь, в целях экономии времени и средств, наверняка выслал заранее приготовленную и хранящуюся в шаблонах сообщений. Вернувшись в коридор, она взяла в руки телефон: так и есть. И даже все то же «целую «в конце. И даже с всё теми же двумя восклицательными знаками. Всегда с двумя. Не один, не три. А два. Хоть бы поменял когда что ли. С месяц назад она даже провела практический эксперимент, удалив с телефона мужа все шаблоны СМС, оставив лишь несколько графических программ в надежде что уж теперь то сообщения будет писать сам. Но надежде сбыться было не суждено, ибо уже спустя сутки получила всю ту же стандартную СМС. Как он смог всё это восстановить так и осталось для нее загадкой. Да какая в принципе разница? Вот, называется, расплата за золотую клетку. Радовало конечно, что в ней зияла огромная по своим размерам дыра, через которую без особых проблем можно было убегать по своим делам. Но сколько бы ни гулял, рано или поздно все равно придётся вернуться в эту самую клетку, через всё ту же дыру. Где до боли все знакомо и противно. Невыносимо противно. Да, здесь тепло и сухо, кормят, поят, одевают. Но… Мало этого, мало… И уже в который раз в голове заезженной песней принялось крутиться слово «развод». И снова тупик. Быстро отбросив манящие мысли куда подальше, свято надеясь что всё образуется само собой, Полина услышала ещё один звоночек входящей СМС и с замиранием сердца взяла только что положенный на комод телефон. Неужели от Вити? Мигом прочитав небольшой, но такой желанный текст, Полина буквально расцвела и долетев до спальни, бухнулась на кровать, мечтательно закрыв глаза. Какие слова… От счастья и переизбытка чувств у неё даже закружилась голова, однако это было так приятно, что лишь блаженно растянулась на постели, мечтая о том что через пару дней вновь увидит его. Такого любимого, желанного и романтичного.

Не желая того, Полина мягко провалилась в лёгкую полудрёму, в которой увидела своего Витю. Он часто приходил к ней в её снах. Целовал, звал по имени, занимался любовью, и даже просто разговаривал. Смешно подумать, но ей нравилось когда он разговаривал с ней во сне. Причём видения эти были настолько реалистичны, что после пробуждения и не верилось что это был только сон, ведь тело от страсти не просто горело, оно пылало. И, как обычно, не хватало всего чуть-чуть чтобы улететь с волной желания на самый пик наслаждения под названием оргазм. Вот и теперь, она как никогда ярко принялась ощущать на себе страстные, но в то же время полные нежности поцелуи. Не желая открывать глаза, дабы совсем уж реалистичный сон не исчез, Полина попыталась просто расслабиться, чувствуя как волны желания начинают то и дело накатываться на неё, оставляя после себя дёргающие отросточки нервов, ощущения блаженства. Приоткрыв, ставшими вдруг влажными губы, она прошептала:

– Я люблю тебя…

Волны блаженства продолжали биться все сильнее и сильней, и в предвкушении того что совсем скоро она утонет в океане страсти, томно застонала. Ручейки желания уже не по первому разу докатились до самых отдалённых уголков тела, раскалив её до такой степени, что ничего не оставалось как застонать ещё раз, чувствуя скорое приближение последней волны.

Однако чьи-то, явно неумелые руки, чуть не испортили всё дело и открыв глаза, Полина едва сдержалась от того чтобы не закричать. Муж, скорее всего не один десяток секунд, пыхтел возле разгорячённой супруги, пытаясь снять с неё плотно сидевшие джинсы. Шторм, только что бушующий внутри, исчез прямо на глазах, оставив после себя штиль и чувство недосказанности. Пытаясь вернуть желаемое назад она сама приспустила немного джинсы, оставив супругу самому разбираться с колготками и трусами. С этим он слава Богу разобрался и закрыв глаза Полина принялась представлять возле себя Витю. Своего Витю. Стоило только начать думать о нем, она почувствовала как исчезнувшие вдруг волны желания появились вновь, лихо запалившие уже потухший пожар. Застонав ещё раз, она раскинула свои руки широко в сторону. Под ногами начала рушиться земля и чувствуя как падает в бушующий океан страсти тихо застонала…

Глава 5

– Будешь ещё бутерброд? Ну давай я сделаю, вижу что хочешь! – и открыв дверцу холодильника, Полина достала небольшую тарелку с маслом и крохотным кусочком сухой колбасы. Сделав нехитрый бутерброд она, немного подумав, сделала ещё один и себе, после чего уселась возле завтракающего супруга, который, помимо приёма пищи умудрялся то и дело бросать взгляд на работающий телевизор, одновременно что-то листая на своем телефоне.

– Ну что ты там всё лазишь? Ты можешь хоть один раз нормально поговорить со своей супругой с утра, не отвлекаясь в сорок пять мест сразу? Рассказал бы как у тебя дела, что нового? Или сам хотя бы спросил как у меня дела. Или я уже тебе безразлична? – Полина, выдав это, даже сама растерялась от собственной прыти. Иван, громко вздохнув, отложил телефон:

– А что тебя именно интересует?

– Меня?

– Ну не меня же… Странная ты: то твердишь что бизнес это не твоё, то теперь оказывается наоборот.

– Да я не про бизнес! А вообще… Понимаешь, вообще. Просто хочу с тобой поговорить. Понимаешь? – крикнула она, чувствуя себя на грани истерики.

Не замечая подобных изменений в настроении супруги, Иван издевательски спокойно произнёс:

– Давай вечером поговорим. Хорошо? – и взглянув на часы он громко воскликнул. – Вот черт, опаздываю! Закинув в рот остатки ещё первого бутерброда, Иван запил его заметно остывшим кофе, после чего небрежно чмокнул сидевшую рядом Полину. Всё, я побежал! – и буквально подорвавшись со стула, супруг полетел в спальню, откуда она с лёгкостью услышала его пыхтение. Сборы на работу, как всегда, проводились в авральном режиме. Прежде чем окончательно закрыть за собой дверь, Иван бросил в сторону кухни:

– Полина, я тебе позвоню! – после чего, посчитав свою миссию выполненной, выскочил за порог.

Доев за мужем Полина, неспешно подошла к окну, в ожидании увидеть стандартную для буднего дня картину, загадывая себе споткнётся муж о торчащую с под земли проволоку или нет. Учитывая что последние два дня он неизменно спотыкался, она загадала что споткнётся и сегодня. Так и вышло. Едва сделав пару шагов по улице, Иван проделал сложный кульбит, чудом устояв на ногах. И все бы хорошо, но левая туфля не выдержала это испытание, отправившись в нехитрый полет прямо в грязь. Прыгать на одной ноге у Ивана получалось плохо, и когда до туфли оставалось всего ничего, правая нога предательски подвернулась и он смачно шмякнулся прямо на заднюю точку.

Вдоволь насмеявшись, Полина принялась наводить на столе порядок, после чего со спокойной душой отправилась в ванную комнату. Можно и самой на работу собираться. Это ему, мужу, хорошо. Кое-как умылся, зубы почистил, костюм напялил и вперёд. А тут на одни волосы добрых двадцать минут потратить надо. Не пойдёшь же в таком виде на работу. Глянув в зеркало, она покачала головой: называется только вчера мыла волосы. А на голове самый настоящий хаос. Словно по ним ураган прошёлся. Вздохнув, Полина скинула халат, и включила душ. Тёплые струйки воды довольно быстро настроили её на позитивный лад и едва выскочив из ванной комнаты, бегом направилась ко шкафу. Достав новенький, дорогущий комплект нижнего белья она бережно надела его, чувствуя как блаженство пронеслось по её телу. Ощущая себя принцессой, Полина с лёгкостью прогнала со своего сердца грусть. Хорошо то как. Ничто не придаёт женщине уверенность как хорошее нижнее бельё. Даже если его никто и не увидит. Тоже самое относилось и к колготкам одеваемые под низ. Как их можно одевать рваными? Полина этого никогда не понимала, как не понимала мать, которая как привыкла ходить в одном и том же год, так и ходила. Как привыкла штопать колготки и штаны, купленные за 30 долларов так и штопала. Или пользоваться одной и той же помадой пока не закончится. Вернувшись в ванну, она быстренько привела себя в должный вид. Теперешнее отражение в зеркале порадовало, и направившись в коридор, она схватила лежащий телефон, который запоздало моргал экраном, надеясь хоть таким образом привлечь к себе внимание. Два новых сообщения, пришедшие на мобильный, заставили её сердце биться намного чаще. Вряд ли муж прислал два. Она не ошиблась. И если первое сообщение, от супруга, не дало никаких положительных эмоций, то второе… От появившегося на экране забавного котёнка с бордовой розой в зубах, она пришла в восторг. А надпись «Я буду ждать тебя вечность» и вовсе повергла в трепет. Настроение, и без того бывшее на высоте, поднялось на невиданные для себя высоты, от которых просто захватывало дух. Соорудив быстренько ответ, она принялась сожалеть что нельзя отправить вместе со словами и частичку своей души, которая впрочем и без этого уже довольно давно принадлежит лишь одному человеку, по имени Витя.

Конец ознакомительного фрагмента. Купить полную версию книги.