Игорь Середенко

Часы смерти

«Я сохранил тебя, чтобы показать на тебе силу мою, и чтобы возвещено было имя моё по всей земле». (Исход 9:16)

Глава 1. Неудачный обмен

Четыре полицейских машины ехали по загородной пыльной дороге. На горизонте показались двух-трех этажные строения. Это были недостроенные дома. Строительство прекратилось еще месяц назад из-за отсутствия финансирования. Здесь по проекту строили небольшой городок, но сейчас и строители покинули свои вагончики на время, в ожидании продолжения строительства. Именно здесь была назначена, одной из итальянских мафиозных структур, встреча с французской полицией – для осуществления обмена известного главаря бандитов Луиджи Матти, арестованного интерполом, на Бокара – сотрудника интерпола, похищенного бандитами. Предложение было сделано итальянской мафией. Для осуществления такого обмена было решено пригласить третью сторону – одна из местных мафиозных французских группировок, во главе которой был Моро. Моро в последнее время не занимался крупными делами. Он был известен как мировой судья, и частенько разрешал конфликты между двух противоборствующих сторон. Он был известен многими подобными делами, мог разрешить споры мирным путем. На этот раз ему предстояло осуществить обмен пленными, точнее арестованным итальянцем Луиджи Матти и французом Бокаром, похищенным итальянской мафией. Никто не сомневался в мирном исходе дела.

Моро решил совершить обмен следующим образом: он выбрал заброшенный городок, куда обе стороны должны были прибыть с разных сторон: с запада – полиция, с востока – бандитская группировка. Между ними находилось двухэтажное здание – складская база. Именно в ней Моро намеревался осуществить обмен. Своих людей он разместил на этой базе, полностью контролируя ее. Таким образом, исключался конфликт между противниками. Обмен был назначен на два часа дня.

Четыре полицейских машины прибыли к западной части городка. Машины были поставлены в ряд на небольшом расстоянии друг от друга. Человек двадцать полицейских вышло из машин. Операцией командовал начальник французского отделения интерпола по имени Пикард. Начальнику было сорок лет, он был высокого роста и крупного телосложения. Он громко отдавал распоряжения своим подчиненным, расставляя их по своим местам.

– Снайперы на крыши. Занимайте удобные места. Я хочу, чтобы мы контролировали как можно больше площади. Переговоры вести по рации. Без моей личной команды не открывать огонь. От этого зависит жизнь нашего сотрудника. – Он подошел к одному из полицейских, стоящему у машины. – У тебя, Ланер, будет самая опасная роль.

– Я знаю.

– Тебе предстоит отправиться к ним одному, – сказал Пикард. – Оружие оставишь здесь. Такое условие этого Моро. Матти доставишь в наручниках. Там…

– Все понятно, – перебил его Ланер.

– Волнуешься? – спросил Пикард.

– Нисколько. Я лишь переживаю за Бокара, чтобы эти подонки не выкинули чего-то.

– Не должны. Это ведь их предложение, – сказал Пикард, заглядывая сквозь стекло в салон машины.

Луиджи Матти сидел внутри полицейской машины и с нескрываемым интересом, пробудившимся по приезду на место, наблюдал за суматохой полицейских. С ехидной улыбкой он глядел на Пикарда. Неожиданно его охватило какое-то чувство свободы. В предвкушении этого чувства он ощутил и утраченную власть, и чувство безнаказанности. Завидя в лобовом стекле начальника полиции, Матти с презрительной улыбкой провел большим пальцем по горлу, демонстрируя силу своего духа и неспособность полиции удержать его в тюрьме. Ланер заметил эти манипуляции пальцем.

– Ничего, это ненадолго, – сказал он. Все равно, рано или поздно попадется.

– Да, но сейчас мы вынуждены отпустить его на свободу, – сказал Пикард.

– Неужели мы не можем перехватить машину с Бокаром на подступах к городку?

– Они могут убить его.

– Ну да, – в знак понимания, Ланер помахал головой.

– После обмена, мы в течение часа не можем преследовать их. Ты будешь присутствовать при обмене Матти на Бокара, смотри в оба. Итальянцы могут подменить его. Кто знает, чего от них можно ожидать. Обменяешь и возвращайся скорей с Бокаром. Мы дадим этим уродам час, как и было, оговорено.

– А что дальше? Опять его ловить? – спросил Ланер.

– С начала операции мы послали наших людей на вокзалы. Из Тулона им не выбраться.

– Но они могут и не отправиться в город, – возразил Ланер.

– Могут. Но в городе легко затеряться, а здесь мы их легко поймаем. Дороги уже перекрыты.

– Думаете, что они не знают этого?

– Знают, они преступники, но не идиоты, – сказал Пикард. – Место было выбрано ими. Значит, у них есть какой-то выход, лазейка. У нас не было времени обследовать эти недостроенные строения, но дороги, выходящие из городка, мы перекрыли.

– А море?

– Со стороны моря… Там должен скоро подойти полицейский катер и вертолет.

– Но это спустя час, – заметил Ланер.

– Увы, да, – Пикард поглядел на часы. – Пора.

Пока они говорили, полицейские заняли удобные места – кто на крыше, кто у стены недостроенных строений, или скрыто выглядывал из окна.

Ланер вытащил арестованного из машины, приковал его наручниками к своей руке, и в сопровождении Пикарда отправился по дороге к центру городка. Они прошли чуть меньше квартала, когда заметили человека, отошедшего от противоположного дома, к ним навстречу. Это был молодой парень крепкого телосложения. Они встретились на улице.

Молодой парень бросил несколько взглядов на Ланера и Пикарда, и остановился на Матти. Он изучающе осмотрел его, после чего сказал:

– Только один сопровождающий.

Пикард махнул головой в знак согласия.

– И без оружия, – добавил парень.

– У меня нет оружия, – ответил Ланер. – Мы можем идти.

– Следуйте за мной, – сказал незнакомец.

Пикард остался на месте, сопровождая взглядом надежды на мирный успех этого дела. Ланер и Матти, прикованные друг к другу наручниками, следовали за незнакомцем.

Парень шел впереди мерным неторопливым шагом, словно он находится на прогулке. Они прошли квартал, затем еще несколько длинных строений. То в проеме двери какого-нибудь недостроенного дома, то на крыше или в пересекающейся улице они встречали молодых вооруженных людей. Это были люди Моро. Главарь хорошо позаботился, чтобы мирно разрешить обмен пленными. Холодным и пристальным взглядом они молчаливо сопровождали троих, шедших по улице мужчин, двое из которых были прикованы наручниками друг к другу. Наконец, миновав два переулка, шествие дошло до складского помещения, где и должен был осуществляться обмен. Помещение было высотой в два этажа, окон в нем почти не было, стены были сделаны из крепкого материала – листовое железо. В здании было три входа: с запада, с востока, и одна дверь выходила на юг. Все три двери контролировались людьми Моро.

Ланер и Матти вошли через западные двери. Внутри было множество досок, ящиков, бочек, сложенных аккуратно по периметру площади.

К Ланеру подошел Моро в сопровождении нескольких людей. Он бросил взгляд на Матти, прикованного к руке Ланера.

– Наручники можете снять, – сказал Моро. – Я беру на себя всю ответственность за обмен. – Он с доверием посмотрел на Ланера.

Ланер снял наручники. К нему подошел тот парень, что сопровождал их, и обыскал его.

– Он чист, – сказал парень, обращаясь к своему боссу.

Моро подошел к Ланеру.

– Теперь можете не беспокоиться. С этой минуты, – сказал Моро, обращаясь к Ланеру, – я отвечаю за обмен. Мои люди контролируют ситуацию.

– Я слышал о вашей репутации мирового судьи, – ответил Ланер.

Ланер бросил несколько тревожных взглядов в противоположную часть склада. Там были лишь люди Моро. Ни итальянцев, ни Бокара он не видел.

– Итальянцы не точны, – начал было Ланер, но Моро его перебил.

– Все в порядке. Они уже здесь, и скоро появятся.

Моро отошел от Ланера и вместе с двумя вооруженными людьми медленно отправился на противоположную часть склада, туда, откуда должны были появиться итальянцы. Рядом с Матти и Ланером находился человек Моро. Ланер изучающе оглянул всю обстановку на складе, отметив для себя шестерых охранников, расположенных в разных местах склада. Двое охранников находились на платформах, расположенных на высоте второго этажа. Охранники хорошо выполняли свою работу, зорко оглядывали помещение, казалось, они надежно следили за всем происходящим в нем – и мышь не проскочит незамеченной.

Ланер, видя контролирующую ситуацию, немного успокоился, но все же его чутье полицейского хотело ему что-то сообщить. В таком деле рассчитывать он мог лишь на себя. У него не было с собой оружия, и это его беспокоило значительнее, чем большое скопление вооруженных людей Моро. А еще, запаздывание итальянцев, не давало ему покоя.

Оценив ситуацию, Ланер сделал вывод, что не следует отдаляться от охранника, который находился рядом с Матти. На Луиджи Матти были наручники, и все же Ланер, не исключал и этой возможности: трое мужчин и один автомат, хотя и в руках у охранника. Если Ланеру, в непредвиденном случае, придется сражаться, то лучшей возможности отобрать автомат у охранника не будет. Другие шестеро бандитов были на значительном расстоянии. Правда, не следует забывать и об охраннике, что находился за входной дверью.

Вдали, на противоположной стороне большого склада послышались долгожданные звуки. Это были слова итальянца. Ланер пристально всмотрелся в слабо освещенную часть склада, откуда доносились голоса. Вот вдали замаячили фигуры. Пятеро человек начали приближаться к центру склада. Крыша склада не была достроена, и дневное солнце, пробиваясь лучами сквозь обширную дыру в крыше, хорошо освещало центр склада. Лучи отражались от пола, и блекло освещали близко расположенные от центра бревна и ящики. Последние отбрасывали призрачные тени, пряча в полумраке стены и углы. Но и там Ланер сумел разглядеть маячившие лица охранников. Все внимание было скованно на центре этого представления, которое взял на себя Моро.

Внешне он вел себя совершенно спокойно, словно просчитал все наперед до последней секунды.

По соглашению обеих сторон, их люди должны были находиться за пятьсот метров от склада, где должен был состояться обмен пленными: Бокаром на Матти. Контроль третьей мировой стороны – людей Моро, расположенной в центре – между сторонами конфликта, гарантировало мирный исход дела.

Охранник, находящийся рядом с Матти, получил сигнал от Моро и дал команду для Матти и Ланера, чтобы они шли к центру. Охранник был позади и следил за обоими: Матти и Ланером.

Навстречу им шли пятеро людей. В одном из них Ланер признал Бокара, он даже заметил, как тот улыбнулся ему. Неожиданно Ланер почувствовал, что Матти ускорил шаг и даже немного опередил его, чего не должно было быть.

– Куда это ты торопишься, – сказал Ланер, обращаясь к Матти.

Тот снизил ход. Еще немного и они уже будут в центре помещения.

– Что, все еще заботишься обо мне, – с наглой улыбкой произнес Матти.

– Нужен ты мне. Если бы не Бокар, я бы с тобой по-другому…

В этот самый момент прозвучал оглушающий взрыв, и весь центр склада покрылся дымом. Стены содрогнулись, с крыши посыпались куски слабо прикрепленных металлических листов. Дым постепенно рассеивался, но глухота в ушах все еще не проходила. Ланер лежал у вязки бревен. По-видимому, его отнесло ударной волной. Он еще слабо соображал. Что случилось, как это могло произойти? Некоторое время он ощупывал свое тело, пытаясь понять, где у него ранение. Словно сквозь призрачный сон, он видел бегающих в дымке людей. Они что-то кричали, но его не замечали. Сейчас Ланер думал не о себе, а о Бокаре: как он, выжил ли он?

Наконец до слуха Ланера стали доносится короткие, суетливые крики людей Моро. По-видимому, они пытались контролировать ситуацию, которая совсем недавно, казалось им, была под их опекой.

Ланер почувствовал, что он не был ранен. Удивительно, но ни одна часть взрывчатки, взорвавшейся в центре склада, не задела его тело. От ее взрыва в ушах Ланера, остался лишь легкий гул, напоминающий ему о начале боевых действий. Мирная ситуация была кем-то прервана. Кто-то сорвал этот обмен. Но кто это? Кому надо было сорвать операцию?

Дым, что поначалу густо распределился по всему центру склада, начал рассеиваться, оставляя после себя лишь отдельные островки темно-серого вещества. Да и тот расходился по складу, заполняя его запахом едкого вещества. Если обоняние Ланера позволяло ему все еще вольно дышать, то зрение сообщало об опасности. Резкая боль в глазах буквально разъедала зрачки, причиняя им вред. Глаза начали слезиться, изображение поплыло, и Ланер, прикрыв глаза, бросился в сторону, подальше от центра. Зайдя за ящики и отойдя ближе к стене, он почувствовал, как боль уменьшилась. Он протер влажные глаза и начал осматриваться. Несмотря на силу взрыва, многие ящики, находящиеся внутри склада, оставались на месте, и они по-прежнему прятали в тени стены и углы склада. Неожиданно для себя, Ланер приметил у одного из ящиков автомат. Оружие спокойно лежало на полу, а его хозяина нигде не было видно.

Ланер опрометью кинулся к автомату, но, не успев делать и двух шагов, как он приметил на автомате чью-то тень. Ланер поднял глаза и увидел крепкого парня, того самого, что охранял Матти. В его руках оружия не было. Но, в отличие от Ланера, ему нужно было сделать три шага к автомату, а Ланеру – лишь шаг. Разумеется, что Ланер дотронулся до оружия первый. Но, несмотря на опережение, противник Ланера не остановился и не сдался. Он сократил расстояние, пока Ланер поднимал оружие, и выбил ногой автомат из рук торжествующего полицейского. Потеряв оружие, отлетевшее на метра три в сторону, противники сцепились в кулачном поединке. Ланер был опытным в драках, но с первых секунд поединка он почувствовал на себе несколько профессиональных боксерских ударов. Его противник был широк в плечах, и обладал большим размахом рук, характерным для боксеров. Если бы не сноровка Ланера, приобретенная в уличных поединках, то ему пришлось бы туго.

Соперники обменивались сильными ударами, ловкими уходами и стальными блоками. Каждый из них по нескольку раз падал, но потом поднимался и продолжал отчаянно сражаться. Неожиданно для противника Ланер нагнулся, чтобы увильнуть от прямого удара в голову, и, сократив расстояние с противником, сблизился и сделал захват его ног. Повалить на пол специальным приемом он не смог, так как противник в последний миг, разгадав замыслы Ланера, мертвой хваткой уцепился за его шею.

Противники оказались на полу. Тяжело дыша и скрепя зубами, они напрягали мускулы рук, ног, пытаясь оседлать соперника. Ланер охватил талию противника и пытался перебросить его через себя; его соперник, в свою очередь, ухватив Ланера за шею одной рукой, другой он сдерживал Ланера от броска, пробовал применить удушающий прием. Это ему не удавалось, так как Ланер обладал далеко не тонкой шеей и изо всех сил напрягал мышцы шеи.

В этой яростной и отчаянной борьбе, Ланер с мастерством заправского осьминога, пытался выпутаться от захватов противника, не забывая применить свои приемы борьбы. Неожиданно для себя, его зрение, свободное от напряженной и изнурительной борьбы, уловило в полумраке, в метрах тридцати два силуэта. Это были двое мужчин, сидевших почему-то на корточках, друг за другом. Тот, что был позади- с интересом наблюдал за ходом поединка, а первый – склонил голову. Еще немного и Ланер приметил бы обоих более детально, но что-то в молчаливой, но напряженной, мышечной работе, пошло не так, и Ланер почувствовал это на себе. Его противник, выпутавшись от захвата, стал на колени, обойдя Ланера сзади. Это могло плохо закончиться для Ланера, ему помогла сформированная за многие годы реакция одного из ударов. Он нанес противнику удар локтем. Развернувшись к противнику лицом, и освободившись от цепкого захвата, Ланер увидел, как его противник кубарем отлетел от него. Недолго думая, Ланер стал на ноги и хотел, было, торжествующе сократить расстояние, но тут его остановило действие соперника. Дело в том, что по невероятному и удачному для противника Ланера случаю, он оказался у лежащего автомата. Заметив такой явный перевес в борьбе, он поднял автомат и уже совершенно спокойно, наведя оружие на Ланера, поднялся с колен в полный рост.

– Стоять! – закричал парень, наведя дуло автомата на Ланера. – Руки вверх! На колени!

Но Ланер не стал на колени, он, как будто, и вовсе не следил за ситуацией. Его глаза были заняты чем-то иным. Ланер лишь лениво и без всякой охоты поднял руки вверх до уровня груди, не отворачивая своего взгляда с какой-то точки.

Его противник снял автомат с предохранителя, немного успокоился и тоже посмотрел в сторону, куда был прикован взгляд Ланера.

В неясном свете, в метрах тридцати от поля сражения, Ланер увидел двух мужчин. Первый сидел на корточках с поникшей головой. Его руки были скованы, и казалось, он что-то выводил пальцем на пыльном полу. Второй мужчина, пристально наблюдавший за ходом поединка, приподнялся над первым, казалось, он был в нерешительности и ждал окончания поединка, а быть может, пытался для себя понять, кто на какой стороне, чтобы примкнуть к одной из них. Наконец, решив этот вопрос для себя, он поднялся в полный рост. Только теперь Ланер увидел в его руках автомат, дуло которого было направлено в спину первого мужчины.

Какое-то тревожное чувство прокралось в сердце Ланера, охладив его пыл и заострив разум. Он понял, что мужчина, что сидел на коленях со склоненной головой, был пленный. Это был Бокар. Он жив! Его не убила бомба, заложенная и взорванная во время обмена. Это была хорошая новость. Но Бокар был все еще не на свободе.

Ланер спокойно оценивал ситуацию, которая не очень-то хорошо складывалась для него и Бокара. Помимо связанных рук, Ланер приметил какие-то странные, еле приметные движения левой руки Бокара, как будто тот что-то вытирал на пыльном полу.

Развязка могла плохо окончиться для Ланера, ведь он был по-прежнему под дулом автомата. Из задумчивого состояния, граничащего с оцепенением двигательных действий, Ланера вывел неожиданно возникший голос.

– Брось автомат! Не то стреляю! – произнес, в приказном тоне полицейский, возникший за спиной вооруженного парня.

Тот, оценив ситуацию, явно играющую не в его пользу, отбросил автомат в сторону, и как провинившийся школьник, подчинился приказу. Он опустился на колени, заложив при этом руки за голову.

Ланер с тревогой вновь обратил свой взор в сторону Бокара.

Где-то были слышны выстрелы, в помещении раздались знакомые голоса полицейских, и почувствовав некоторую свободу, Ланер сделал шагов пять по направлению к Бокару, но тут же был остановлен грубым голосом с итальянским акцентом.

– Больше не приближайся, а не то я убью его! – закричал итальянец, пытаясь остановить Ланера.

Итальянец схватил Бокара за воротник и потянул на себя. Прикрываясь за его спиной, он не сводил взгляда с Ланера. Его автомат упирался в спину Бокара.

– Я не шучу! Вы получите его труп! – заорал истерически итальянец.

Ланер остановился, и в нерешительности глядел на своего друга, удаляющегося вместе с итальянцем все дальше и дальше. Наконец, их поглотила тень, лица Бокара уже не было видно. Но это был он, Бокар. Так близок и так далек, что бы можно было его обнять.

– Обмен не состоялся! – закричал итальянец.

Где-то в отдалении, с шумом, закрылась дверь.

Ланер стоял молча, в полумраке, и не верил своим ушам и глазам: неужели он никогда не увидит Бокара. Нужно было преследовать. Но это было опасно. Бокара могли застрелить.

– Что-то произошло? – раздался знакомый и спокойный голос позади Ланера.

Он обернулся и увидел своего начальника. Пикард стоял невозмутимо, будто ничего не произошло.

– Они увели Бокара, – тяжело произнес Ланер.

– Он жив, это главное. Что здесь, черт возьми, произошло? – спросил Пикард.

– Кто-то взорвал бомбу. Она, по-видимому, находилась в одном из этих ящиков.

– Наверное, управлялась дистанционно. Но я не могу понять, кому это надо было, ведь итальянцы сами хотели обменять своего главаря.

– А где он? – спросил Ланер. – Меня отбросило ударной волной… – оправдывался он.

– Людей Моро мы арестовали, – ответил Пикард. – К сожалению, Моро и наш подопечный Матти мертвы. Обоих наповал сразил этот заряд. Тротиловая шашка. Мощность взрыва была не велика, но достаточна, чтобы наделать столько шума и обезглавить людей Моро.

– Вряд ли это сделали его люди. На камикадзе он не похож.

– Видимо, кому-то была выгодна его смерть, – сказал Пикард. – А может это хотели убить Матти, чтобы избавиться от конкурента руками полиции, а заодно с Моро покончить. Он уже давно разводил конфликтующие стороны. Видать, кому-то его мирное решение спора не было по нраву. Вот и наказали его.

– А как же Бокар? Что будет теперь с ним? Обмен ведь не совершился.

– Кто знает о смерти Матти? – спросил Пикард.

– Я не знаю, много едкого дыма было после взрыва. Видать, они что-то подсыпали во взрывчатку, чтоб наверняка…

– Будем исходить из лучшего, – сказал Пикард. – Двух людей Моро пришлось успокоить, а еще восемь мы арестовали. Те, что находились со стороны итальянцев, разбежались, но они ничего не видели. Поэтому, пусть считают, что Матти жив, во всяком случае, мы сообщим им при следующей встрече, если таковая…

– Вот именно, если таковая состоится. Надо перехватить их на дорогах из этого поселка.

– Это уже сделано. Но боюсь…

– Что? – с тревогой в сердце спросил Ланер.

– Боюсь, Ланер, что у них был запасной план на этот случай.

– Надо прочесать близлежащие здания, – предложил Ланер.

– Это уже делается.

К Пикарду подбежал один из сотрудников полиции, и они начали обсуждать вопрос о транспортировке арестованных. Оставшиеся в живых люди Моро особого сопротивления не чинили. Увидев, что их главаря убили, они сдались.

Из города Тулон было вызвано несколько полицейских машин.

Ланер отошел от Пикарда и направился в сторону второго выхода из склада. Полицейские осматривали здание. Один из них заметил Ланера, о чем-то задумавшегося, и остановил его.

– Будьте осторожны, здесь может быть мина или бомба. Мы уже вызвали саперов.

– Спасибо, сержант, – сказал Ланер.

Молодой человек удалился, внимательно оглядывая помещение, а Ланер продолжил идти мерным шагом. Он вспомнил еще раз последние минуты, когда видел Бокара. Он подошел к тому месту, где находился на коленях Бокар, перед тем, как его увели под дулом автомата. На пыльном полу он увидел какие-то призрачные линии. В неясном свете ему даже показалось, что эти кривые соединены в какой-то орнамент. Ланеру пришлось присесть, чтобы повнимательней разглядеть их. Сомнений быть не могло, это был рисунок, оставленный Бокаром. По-видимому, он хотел им что-то сообщить. Но что? Много времени у него не было. Ланер вновь увидел молодого полицейского, того самого сержанта, который предупредил его о минах. У сержанта в руках был фонарик. Ланер подозвал сержанта, и, воспользовавшись его фонариком, осветил место, где был начерчен в пыли рисунок.

Нечеткие линии были сведены в одну единую форму, изображение напоминало какое-то насекомое. Зачем понадобилось Бокару изображать насекомое в таком неблагоприятном, критическом для жизни моменте? Ясно было одно, это была не забава или игра воображения Бокара, а послание для Ланера.

Сержант так же, как и Ланер, нагнулся, чтобы рассмотреть забавный рисунок.

– Что это? – спросил сержант.

– Это послание Бокара, я полагаю, – ответил Ланер. – Он нарисовал его для нас. Как вы думаете, что здесь изображено?

– Похоже на насекомое, – задумчиво произнес сержант.

– Ни одного слова, цифры, намека, ничего, – негодуя, сказал Ланер.

– Может этот рисунок и есть намек, – добавил сержант.

Метрах в двадцати Ланер заметил фигуру Пикарда. Он шел с двумя полицейскими в направлении к Ланеру.

– Хотя, постойте, – неожиданно сказал сержант. Он присел на корточки и провел пальцем над линиями рисунка, словно прочерчивая рисунок в воздухе. – У меня дед живет за городом. У него есть пасека. Ну, мед добывает старик. Очень вкусный, кажется, майский называется. Так вот, этот рисунок мне напомнил образ пчелы.

– Пчелы? – задумчиво, сказал Ланер. – А может, вы и правы. – Ланер с содроганием вспомнил диких ос, которых он встретил в Латинской Америке, во время последнего путешествия с Бокаром, когда преследовал опасного преступника.

Завидя Пикарда, подошедшего к ним, Ланер поднялся и посмотрел на своего начальника.

– Что тут у вас? – спросил Пикард, заинтересованно всматриваясь в неясные очертания на полу.

– Это послание, – ответил Ланер.

– Послание?

– Да, его сделал Бокар, перед тем, как его увели итальянцы, – ответил Ланер.

– И что тут изображено? Я плохо вижу в темноте, – пояснил Пикард.

– Это рисунок пчелы, – сказал Ланер. – Бокар сделал это не случайно. Я видел его. Он находился под дулом автомата, и потому много времени у него не было.

– Пчела? – удивленно сказал Пикард. – Какие у вас соображения, Ланер. Это ведь ваш напарник. Вы его лучше знаете. Он развел у вас в отделении целый ботанический сад…

– Это не сад, а садок, – поправил его Ланер. – И скорее не ботанический, а зоологический…

– Ну, да, я и говорю. Насекомые там разные. Месяц назад шмель из аквариума у него сбежал, так мы целым отделением его ловили. Ну и шуму тогда было. Чудной этот Бокар.

– Вы ведь сами нас поддержали. Для лучших доказательств должна быть у нас своя лаборатория. А то, что у него свои методы, пусть даже странные, то главное, что они продуктивны. Ведь благодаря Бокару и его необычным средствам и методам мы поймали Луиджи Матти.

– Да, и упустили Бокара. А теперь Матти мертв, – сказал Пикард, – а Бокара вновь похитили.

– Что вы собираетесь делать?

– Дороги и отступы у них перекрыты. Далеко им не уйти. Скоро подлетит вертолет, с воздуха мы быстро поймаем их, – уверенно сказал Пикард. – А вы что думаете?

– Они рассчитывали на обмен, это ясно, – начал Ланер. – И потому не могли просчитаться в отступлении. Это ведь не их территория, у них нет контроля здесь. Я уверен, что поймать их здесь будет не так легко. К тому же у них заложник. Бокар.

– Это верно, им они и будут прикрываться.

– Если бы они получили Матти, то заложника бы у них не было. Значит, у них есть какой-то особый план. Не так все просто.

– Да здесь сам черт ногу сломит, – сказал сержант. – Все эти здания…

– Вот именно, – согласился Ланер, – может они никуда и не уехали, а сидят где-нибудь в подвале недостроенного дома, и выжидают.

– Может быть, может быть, – повторил Пикард, размышляя.

– Позвольте сказать, – заговорил сержант. – Есть у меня одна идея на счет рисунка.

– Говорите, сержант, – сказал Пикард. – Нам сейчас любая идея не лишняя будет.

– А что, если это изображение пчелы, как я полагаю, говорит о пасеке.

– О пасеке… – повторил Пикард.

– Да, о пасеке. Здесь есть поблизости пасека? Ну, фермерское хозяйство какое-то… – спросил сержант.

– Вы считаете, что Бокара держат у фермера? – спросил Пикард. Он поднял глаза, затем сузил брови и произнес. – Может вы и правы. Я дам такой приказ: проверить все поблизости фермерские хозяйства, где имеется пасека.

– А мне дайте двух людей, – сказал Ланер. – Я прочешу здесь все в округе.

– В этом нет нужды, Ланер, – сказал Пикард. – Я уже отдал такой приказ. А скоро на вертолете прибудет поисковая команда, и они прочешут тут все: от ступеньки на лестнице до дымохода на крыше.

Ланеру еще долго пришлось вместе с остальными полицейскими обходить недостроенные дома, расположенные в округе, заглядывать во все комнаты, спускаться в темные подвалы, лазить по чердакам. Как он и предполагал, на дорогах из этого городка, никого не поймали.

Итальянцы, а вместе с ними и Бокар, как в воду канули. Проверка, при помощи вертолета и полицейского катера, морской поверхности и побережья тоже ничего не дала. Время подходило к вечеру, солнечные лучи падали на недостроенные крыши, свет отступал, уступая место теням, покрывающим первые этажи зданий и улицы. Пикард и Ланер были настроены самым решительным образом. Если не живым, то хотя бы тело Бокара необходимо было найти. Каждая пройденная минута придавала полицейским надежду, что Бокар жив, ведь его тело не было найдено.

Было решено поиски продолжать всю ночь, пока не будет найден Бокар, а утром часть полицейских сменится на новых, и поиски будут продолжены.

Неожиданно, около десяти вечера, появились новые сведения. В одном из подвальных помещений дома, расположенного на окраине заброшенного городка, была обнаружена сумка. Ланер и Пикард тут же прибыли на место. В сумке было несколько поношенных вещей, аптечка, купленная в Италии, о чем говорят надписи на коробке, и фляга с чаем.

– Они были здесь, – предположил Пикард.

В темном подвальном помещении находилось несколько досок, собранных на полу. Они, по-видимому, служили кроватью. Несколько разбитых кирпичей и металлическая кружка валялись на полу.

– Где же они держали Бокара? – спросил Пикард, глядя на Ланера, отодвигающего от стены металлическую трубу. Труба была тяжелой. Один из полицейских помог Ланеру. За трубой находилась дверь. За ней была расположена еще одна крошечная комната, схожая с кладовкой. Потолок здесь был низким. Ланеру пришлось нагнуться, чтобы войти внутрь. Кладовка была погружена во мрак. Здесь было затхло, по-видимому, воздух во второе помещение попадал из первого. Один из полицейских передал фонарик Ланеру, и тот осветил комнату.

– Ну, что там? – спросил Пикард, стоящий в проеме. Проход был настолько мал, что один человек мог загородить его.

Луч фонарика прогонял тени и Ланер мог внимательно оглядывать бетонный пол, стены. Никакой мебели здесь не было.

– Вероятно, они держали его здесь, – предположил кто-то из полицейских.

– Вы правы, – ответил Ланер, всматриваясь на одну из стен.

– Вы что-то нашли там? – живо поинтересовался Пикард.

– Да, – коротко ответил Ланер. – Можете взглянуть. – И он вышел из крошечного помещения, уступив место Пикарду.

– Вот, возьмите фонарик, – предложил Ланер. – Там хоть глаз выколи, ничего не видать, без фонарика.

Пикард принял фонарик. Повозившись в каморке, он вышел.

– У кого-то есть фотоаппарат? – спросил Пикард. – Нужно сфотографировать стену.

Один из полицейских вышел за фотоаппаратом. Пикард подошел к Ланеру.

– Вы правы, это рука Бокара. Они его держали здесь. Но что это, черт возьми, все означает? – спросил Пикард, выпучив глаза на Ланера. Вы хорошо изучили этот рисунок? И что означают эти цифры?

– Я могу лишь сказать, – начал Ланер, – что Бокара они держали в этой темной крошечной темнице.

– Цифры сделаны не твердой рукой. Он был утомлен. И голоден, наверное, – сделал предположение Пикард.

– Скорее всего, но неровности в цифрах скорее из-за темноты. Он ведь не видел и рисовал на ощупь. Тяжело, должно быть, ему было выводить рисунок. Вы обратили внимание на линии? Они более ровные в отличие от чисел. Почему?

– Даже не знаю, странно это, не находите?

– Может эти линии являются важными в рисунке, вот он и постарался их навести более точно.

– Все равно, я не понимаю, как это возможно в темноте, – сетовал Пикард.

– И все-таки я думаю, что это сообщение предназначено для нас. Бокар что-то знал, и этим рисунком и тем, первым, что навел нас на второй, хочет нам о чем-то сообщить.

– Здесь я с вами согласен. Но что означают эти цифры, оставленные Бокаром? – спросил Пикард.

Послышались шаги на лестнице, и вскоре, в подвал спустились несколько полицейских. У одного из них был фотоаппарат.

– Вот там, – сказал Пикард, обращаясь к полицейскому с фотоаппаратом. – На одной из стен вы найдете рисунок. Его надо сфотографировать. Вы помогите ему, надо осветить фонариком.

Сделав распоряжения, Пикард вновь обратился к Ланеру.

– У меня в голове вертится лишь одна догадка, касаемо этого рисунка, – сказал Ланер.

– Любопытно, какая? – спросил Пикард.

– Возможно, Бокар хотел этим указать нам направление. Это компас, или карта, понимаете.

– Гм, понимаю, – согласился Пикард. – Но в какой странной форме она выражена.

– Возможно, он не хотел, чтобы его сообщение прочитали его конвоиры, – предположил Ланер.

– Поэтому зашифровал эту надпись или карту?

– Да, именно так.

Из крошечного помещения, почти на четвереньках вышел фотограф.

– Сделаете снимок и пришлете мне копию, – сказал Пикард.

– И мне одну, – добавил Ланер.

– Утром фотографии будут у вас, – произнес фотограф, стряхивая пыль с полицейского костюма.

– Ланер, займитесь этим, – сказал Пикард, – я допрошу арестованных.

В главном полицейском управлении города Тулон, куда были доставлены арестованные, Пикарду и Ланеру была выделена комната для допросов. Пикард, хоть и казался уверенным в этом деле, но в глубине души он понимал, что людям Моро, погибшего от бомбы, ничего не известно. Даже, если бы один из них подложил эту бомбу, чтобы убрать своего босса, он ничего не скажет. К тому же его нужно было еще определить. Ясно было одно, об операции стало известно конкурирующей преступной группировке. Ни Моро, ни итальянцам смерть их босса Луиджи Матти не нужна была.

По дорогам, проходившим в окрестностях строившегося поселка, за три утренних часа проехало более ста машин. Все они были остановлены и самым тщательным образом обысканы, но ни в одной из них не обнаружили Бокара.

Дело пахло провалом. Поиски продолжались до обеда. Вся прилегающая территория была проверена. Итальянцев и Бокара нигде не было видно. Они словно исчезли. Пикард вместе с несколькими сотрудниками интерпола остался в Тулоне, он все еще надеялся на поиски и непрекращающиеся допросы людей Моро. Были сделаны запросы в другие города, где находились люди Моро, работающие на него. Адреса были взяты в процессе допросов. Но все эти допросы и проверки не приводили к положительному результату.

Ланер отправился в полицейское отделение интерпола, которое располагалось в портовом городе Марсель. Здесь на пятом этаже пятиэтажного дома располагался кабинет сотрудников интерпола Ланера и Бокара. Несмотря на то, что их ввели в штат сотрудников всего полгода назад, они успели уже дважды поменять расположение своего кабинета. Их кабинет поначалу располагался на втором этаже. Но, когда несколько насекомых, сбежавших из аквариумов Бокара, где он исследовал и проводил над ними опыты, которые в последствии помогли поймать преступника, устроили переполох на всем этаже здания, то Бокара и Ланера переместили в подвальное помещение. Здесь Бокар расставил несколько садков – аквариумные приспособления, где находились его подопечные – насекомые, и развел растительность в различных по размеру вазонах.

Эта лаборатория, как он ее называл, должна была помочь ему в расследованиях преступлений. Пикард, занимающий пост начальника одного из направлений в интерполе, руководил Бокаром и Ланером. Поначалу, ему, как и многим сотрудникам не понравилась эта лаборатория насекомых, так как он и сам не раз ловил в своем светлом и чистом кабинете, расположенном на втором этаже, различных жуков, сбежавших из садков Бокара. Многие жаловались на Бокара по этому поводу, и Пикард должен был принять меры для поддержания порядка и спокойствия в коллективе и чистоты на рабочих местах. Внезапные появления насекомых прекратились, как только Пикард нашел соломоново решение. Он перевел все хозяйство Бокара на верхний этаж здания – пятый. Теперь, если какому-то сбежавшему насекомому вздумается пугать сотрудников в рабочее время, то это приходилось им делать лишь на пятом этаже, где располагалась лишь команда Бокара и Ланера. Остальные сотрудники находились на нижних этажах. «Насекомые тянутся к свету, они летят лишь вверх, – произнес тогда Пикард, – а значит, они не станут спускаться на нижние этажи». И действительно, толи от того, что насекомые послушали Пикарда, толи Бокар стал следить за ними более рьяно, ни одно насекомое в помещениях сотрудников интерпола замечено не было, не считая комаров, влетающих летом в кабинеты через открытые окна, как к себе на работу.

Ланер вспоминал все эти приключения и весело и с грустью, ведь хозяина всех этих садков, друга и напарника Бокара, сейчас не было. Его судьба весьма смутно представлялась Ланеру. Все, что было ему известно о Бокаре, это небольшая фотография рисунка, сделанного в мрачном подвале одного из домов строящегося поселка. Дома еще не возведены, улицы не достроены, люди еще не проживали там, а первые жертвы этот поселок уже открыл.

Глава 2. Часы смерти

Ланер находился в Марселе, на пятом этаже у себя в офисе. Апартаменты Ланера и Бокара состояли из двух комнат. В одной из них Бокар, когда-то устроил лабораторию, как он ее назвал. В ней находилось несколько стеклянных ящиков-садков, где он держал и исследовал повадки различных насекомых. В их числе были различные перепончатокрылые: осы, мухи; в отдельных банках он устроил жилище: кузнечиков, сверчков, пауков и муравьев. Эксперименты проводились каждый день. Бокар записывал свои наблюдения в дневник. В отдельном письменном столе он хранил тетради путешествий, в которых он побывал, и где также вел записи, исследуя повадки необычных друзей – насекомых.

Ланер присел у окна, напротив одного из садков. К аквариуму была прикреплена записка. Она была оставлена несколько недель назад Бокаром, как напоминание для Ланера. В ней была просьба покормить всю живность в лаборатории. Корм для насекомых хранился в шкафу, для каждого вида насекомого требовался свой уход, и, чтобы облегчить задачу, Бокар на каждой стеклянной баночке и садках наклеил номерки. В отдельной тетрадке, оставленной для Ланера, он описал все способы кормления, напротив которых написал цифры, совпадающие с номерами на садках и банках. Работа эта была не из легких, и Ланеру, в отсутствие Бокара, приходилось ухаживать за этим крошечным заповедником дикой природы. Понемногу он и сам, помогая Бокару, знакомился с различными названиями насекомых, многие из которых Бокар произносил на латыни.

Задумавшись, Ланер смотрел на садок, на стенке которого сидела ода из разновидностей ос. Насекомое задними лапками расправляло крылышки. Теплый солнечный луч сквозь окно падал на садок, освещая его. Оса принимала солнечную ванную и заботливо вытирала глаза, словно умывалась в теплой воде, принимая душ.

Ланер вспоминал, как две недели назад он и Бокар получили задание. Для его выполнения им пришлось отправиться на остров Корсика. Здесь, в городе Солензара, проживал наркоторговец – главарь одной из преступных итальянских группировок Луиджи Матти.

Матти вот уже три года находился на свободе. Полиция знала, чем он занимается, но никаких прямых улик, доказывающих его причастность к перевозке наркотиков, у полиции не было. Матти сделал выводы после неудачной перевозки контрабанды запрещенных препаратов, схожих с наркотиками, обзавелся в тюрьме опытом и друзьями, и теперь стал более хитрым в делах, продумывая каждую деталь.

Местная полиция знала о преступной деятельности главаря местной мафии, но поймать проворного в своих делах итальянца, она не могла. Были ли свидетели его преступлений? Да были, ведь откуда-то полиция догадывалась о причастности Матти к перевозке наркотиков. Но каждый раз, как только такие свидетели находились, они бесследно исчезали, а их тела находили спустя недели, а то и месяцы, выброшенные на берег морскими волнами. Доказать причастность Матти к преступлениям было невозможно, и Луиджи ликовал, разъезжая на своих новых дорогих машинах.

Конечно, у такого мафиози были и враги. И вот один из них решил отомстить Матти. Но сделал это инкогнито, опасаясь участи погибших свидетелей от рук людей коварного и хладнокровного итальянца. В полицию был сделан звонок анонима. Неизвестный знал, что похитили старинную картину итальянской художницы Бернаскони, пропавшую прямо на аукционе в Милане. Преступники убили двух людей и похитили ценную картину. «Натюрморт», так называлось творение итальянской художницы, пользовался не малой славой. Теперь, по словам анонима, эта картина находилась в руках у Луиджи Матти. Конечно же, полиция могла не доверять анонимному звонку, но, учитывая некоторые сведения, которые были сообщены полиции анонимом, и возможность задержать неуловимого преступника, заинтересовала руководителей полицейского департамента, и они решили не откладывать и сразу же все проверить.

Полиции было известно место проживания Матти – это был роскошный двухэтажный особняк на берегу моря в западной части города Солензара.

За долгие месяцы охоты на Матти, полиция изучила все пристрастия этого молодого человека, которому было чуть больше тридцати. Одно из таких увлечений было коллекционирование редких картин. Преступник по духу – авантюрист, проживший ранние годы с матерью на юге Италии в бедности, научился ценить не только деньги, но и роскошь, присущую аристократии. И хотя Луиджи Матти не был в их числе, но тягу к прекрасным, а главное, очень дорогим полотнам великих художников, он воспитал в себе еще с детства.

В его доме уже висело пять полотен, принадлежащим известным художникам. Каждая такая картина стоила миллионы долларов. Каким образом эти картины оказались в его собственности, никто не знал, это было покрыто тайной. По проверкам полиции, все бумаги, свидетельствующие о честной сделке, находились у их владельца. Все они были куплены у частных коллекционеров, которых уже не было в живых. Проверить приток капитала Матти также не было возможности, так как Матти часто женился на богатых невестах из разных стран. Потом разводился, сохраняя часть приданого невесты в свою пользу. Женщины – бывшие жены, хранили молчание о неожиданном увеличении капитала Матти, а их бывший муж спокойно объяснял все полиции: женщины мне дарят свои драгоценности из-за любви. На самом деле, и об этом знала полиция, все богатство Матти имело совершенно другие притоки. Их связывали с торговлей наркотиками и оружием. Но доказать его причастность не могли. Ловкий и хитрый преступник каждый раз уходил от полиции, доказывая свою невиновность.

На этот раз анонимный звонок поведал полиции о причастности Матти к краже с убийством картины. Кроме того, аноним сообщил о том, что картина находится в доме Луиджи Матти. Полиция, недолго думая, решила воспользоваться случаем, и, получив ордер, отправилась в особняк Матти. Как ни странно, но самого хозяина особняка дома не было. По словам экономки и двух слуг Матти находился в Соединенных Штатах и должен был вернуться домой на следующий день утром. У полиции было чуть меньше суток, чтобы найти картину известного художника. Разумеется, прислуга ничего не знала ни о какой похищенной картине.

Полиция потратила на ее поиски восемь часов, они обыскали все полки, мебель, все четыре уровня дома, но ничего не нашли. Начальник полиции сидел как на раскаленной сковородке в ожидании звонка прокурора и мэра города, с последним из которых Матти был в приятельских отношениях.

Дело вел Интерпол, так как Луиджи Матти успел проявить свои преступные таланты во многих странах мира. Вечером полиция вызвала из Марселя двух полицейских, которые могли бы что-то уточнить в этом деле. Никто тогда не знал, что решение, сделанное случайно начальником полиции, поможет поймать опасного и неуловимого преступника, каковым считал себя Матти, рассказывая друзьям о своих похождениях.

Бокар и Ланер прибыли в город Солензара на специальном полицейском вертолете, какой используется для экстренных случаев. Их привели в мастерскую столяра. Старика, изготавливающего новую раму для какой-то картины, привели на первый этаж в мастерскую.

Еще в вертолете Ланера и Бокара посвятили в курс дела. Ланер скептически отнесся к благоприятному исходу дела, а Бокар загорелся желанием все лично увидеть, применить свои необычные методы на практике.

– Дело в том, – начал столяр, – что эта рама должна была быть непременно из черного дерева.

– Это требование клиента? – спросил Ланер, рассматривая верстак с пилой и многочисленные гладкие доски.

У стены он приметил крышку гроба, видимо, только что изготовленную.

– Да, двое молодых людей заказали раму…

– А размеры совпадают с картиной? – спросил Ланер у одного из полицейских в чине лейтенанта.

– Да, совпадают, – ответил лейтенант. И добавил, – это были люди Матти.

– Откуда вам это известно?

– Столяр узнал одного из них. Он заказывал ранее гроб у старика.

– Понятно, – сказал Ланер.

– У вас остались еще эти доски из черного дерева? – спросил Бокар.

– Да, я сейчас, – и старик выложил несколько обрубков на рабочий стол. – Я совершенно случайно узнал, что они испорчены. Понимаете, у меня мало было времени, да и дерева такого не было. Эти доски хранились у меня месяца три. Я не думал, что они пригодятся, даже выбросить хотел.

– Чем же они примечательны? – спросил Ланер, разглядывая вместе с другом несколько брусков черного дерева.

– Это эбеновое дерево, – сказал Бокар, вертя в руках короткий брусок.

– Здесь не видно, я сейчас подсвечу вам, – и старик зажег настольную лампу, свисавшую над столом.

На шее у Бокара на серебряной цепочке висело увеличительное стекло. Это был подарок на день рождения, одной молодой особы, известной журналистки по имени Сальман. Этот подарок Бокар всегда носил с собой, и непотому что он был сделан из серебра и представлял редкую и изящную работу французских мастеров, а потому что эта лупа необходима ему в исследованиях за жизнью насекомых.

В свете яркой лампы, Бокар, сквозь лупу, присмотрелся к странным крошечным дырочкам на черном бруске. Без увеличения на черном фоне их можно было и не заметить или принять за диковинный орнамент.

– Что это? – спросил Ланер, пытаясь заглянуть через плечо друга.

– Вот, полюбуйся, – сказал Бокар, уступая брусок и лупу Ланеру. – Это норки.

– Насекомое?

– Мне нужно разрезать этот брусок, чтобы рассмотреть его род и определить насекомое.

– Вы понимаете, – начал старик. – В других досках и бревнах этого нет. Я когда-то нашел эти черные доски у своего приятеля. Они ему были не нужны, вот он и отдал их мне. Его сын плавает, он привез их с одного из своих рейсов… Если это какой-то жучок, то он может прогрызть все здесь, для меня это целая катастрофа. Но, к счастью, они лежали в сундуке…

– Не беспокойтесь, – сказал Бокар, вынимая пинцетом одного из насекомых. – Ему понравилось лишь это дерево. Другие для него, вероятно, оказались не столь аппетитными.

– Меня это успокоило, – сказал старик, глядя на Бокара с растерянностью и иронией.

Бокар отложил брусок в сторону, поставил на стол какую-то стеклянную плоскую посуду для переноски насекомого, затем сел на пыльный стул и внимательно рассмотрел сквозь лупу это загадочное насекомое, по вине которого двое полицейских из Марселя находятся в столярной мастерской на острове Корсика.

Прошло несколько минут. Бокар встал, выпрямился во весь рост и сказал:

– Это точильщик.

– Кто, кто? – спросил столяр и лейтенант одновременно.

Ланер к заключениям своего друга и неожиданным выводам уже привык, поэтому ничему не удивлялся, а лишь поглаживал подбородок.

– Царство – животные, тип – членистоногие, класс – насекомые, отряд – жесткокрылые, подотряд – адефага, семейство – точильщик, – почти без остановки выпалил Бокар.

– По мне, так коричневый жук, – пробубнил старик. – Он у меня сожрал…

– Вы опасаетесь за изготовленные рамы, выполненные для заказчика? – спросил Ланер.

– Если Матти узнает, что его товар подпорчен и выяснит, кто виновник… – жалобно завопил старик.

– Не бойтесь, вы правильно сделали, что сообщили нам, – успокоительно сказал лейтенант. – Если это поможет следствию, то он надолго сядет. Он не отвертится и от других своих грязных дел. У нашего шефа уже давно руки чешутся посадить его.

После этих слов лейтенант подошел к Бокару.

– Вы можете что-то сделать?

– Гм, возможно, – задумчиво произнес Бокар. – Поехали к этому Матти.

– Наши люди уже давно там, – сказал лейтенант. – Хозяина дома нет.

– Сколько у нас времени на поиски картины? – спросил Ланер.

– До утра, – ответил лейтенант, – около десяти часов у нас есть.

Старик тяжело опустился на стул, рассеяно глядя на рабочий стол, на котором еще лежали свежие опилки и стружки.

В роскошном, двухэтажном особняке, расположенном на возвышенности какого-то склона, царила тишина. Прислуга с ужасом уступила место полиции и отправилась спать.

Шестеро полицейских, в том числе Бокар и Ланер, находились в просторной комнате второго этажа, служившей кабинетом хозяину дома.

– Есть ли у вас какие-то идеи? – спросил капитан полиции, глядя на Ланера и Бокара. – Мы осмотрели здесь все, но картины не нашли.

– Почему вы считаете, что она должна быть в доме? – спросил Ланер.

– К нам поступил анонимный звонок, – ответил лейтенант.

– Звонок, как вы мне рассказывали, – сказал Ланер, – поведал о том, что была похищена картина итальянского художника, и, возможным, ее нынешним нахождением является этот особняк.

– Не совсем так, – ответил капитан, – голос неизвестного уточнил сведения.

В этот момент Бокара что-то заинтересовало на подоконнике, и он с интересом погрузился в эти наблюдения, словно не слушая того, что говорили в комнате.

– И что именно этот голос рассказывал? – спросил Ланер, начинающий понимать всю безысходность затеянной операции местной полиции.

– По-видимому, за домом велось наблюдение, а может кто-то из прислуги был подкуплен, этого мы не знаем, но нам сообщили, что картина в черной рамке с изображением какого-то натюрморта находилась в этой самой комнате.

В этот момент Бокар открыл дверь и зачем-то вышел. Его удаляющиеся спешные шаги послышались на ступеньках. По-видимому, он спускался на первый этаж. Капитан, лейтенант и Ланер обсуждали в комнате сложившуюся ситуацию. Двое рядовых полицейских вели дежурство, находясь в машине, недалеко от входа в особняк – на случай неожиданного появления Луиджи Матти.

– И все же я не понимаю, – начал Ланер. – Даже если и был информатор или свидетель, то почему он считает, что картина не покинула город вместе с ее владельцем. Он ведь уехал в Штаты. Наверняка, чтобы продать ее там.

– Гм, не думаю, – ответил капитан, – картина не маленькая, под мышку ее не спрячешь. В аэропорту сказали, что у Матти не было заявлено никаких картин. Она здесь.

– Кроме того, – добавил лейтенант, – если Матти хотел вывезти картину с собой, он бы ее вывез без рамки. Так удобней.

– Ну, он мог свернуть полотно, а рамку повезти отдельно, чтобы не бросалось в глаза, – продолжил Ланер.

– Это мудрёно, не думаю, – сказал капитан. – Матти последнее время занимается сбором ценных полотен. Пять таких картин находятся у него в доме, развешанные на стенах. Это, видимо, шестая. Он хитрый, и знает, что она ему далась, на этот раз, кровью, ее ищут, вот и спрятал ее понадежней в каком-нибудь тайнике. Кроме того, он всегда обделывал свои сделки, в том числе и по продаже, в своем особняке.

– И где же этот тайник? – поинтересовался Ланер.

– На то он и тайник, – ответил лейтенант, – чтобы быть скрытным от посторонних глаз. Во всяком случае, мы должны и это проверить, иначе ему опять все с рук сойдет.

– В Штатах он, наверное, проворачивает одно из своих грязных дел, – добавил капитан.

– Да тут сам черт ногу сломит, – сказал лейтенант, глядя на многочисленную дорогую мебель, украшенную арабесками, причудливыми узорами искусных мастеров по дереву. – Здесь множество мебели, встроенных в стены шкафов. Мы можем искать этот плоский, но узкий предмет месяц, не ломать же все подряд.

– А какие есть идеи у вас? – спросил капитан Ланера, глядя с надеждой в глаза. – Не зря же наш босс потревожил вас из Марселя?

– Да, в самом деле, вы что-нибудь обнаружили? – спросил лейтенант, покусывая губу.

Ланер, прежде чем собраться с мыслями и рассказать о коричневом жучке, обнаруженном Бокаром, тяжело вздохнул. В этот момент послышались бодрые шаги в коридоре. Дверь распахнулась, и на пороге появился Бокар.

– А вот и он, он все расскажет, – еще раз вздохнув, только на этот раз с облегчением, сказал Ланер.

Все уставились на Бокара. В его руке они увидели какую-то стеклянную, крошечную баночку. Бокар протянул ее вперед со словами:

– Вот, вот здесь ответ на ваш вопрос.

– Не понял, – сказал капитан.

– Что там? – удивленно и даже настороженно спросил лейтенант.

Бокар подошел к письменному столу и поставил на него маленькую стеклянную баночку.

– Вот тот, кто нам поможет, – сказал твердым и уверенным голосом Бокар, словно знал, где находится картина.

Лейтенант и капитан с настороженностью, переходящей в интерес, наклонились над столом.

– Что это? – спросил капитан, разглядывая черное насекомое, находящееся в баночке, схожее с крупным черным муравьем, но с длинными крылышками. На брюшке насекомого, виднелась какая-то тонкая нить, напоминающая жало. На лице лейтенанта уже начала зарождаться улыбка, выражающая сомнение и недоверие.

– Перед вами насекомое из отряда перепончатокрылые, подотряд стебельчатобрюхие, инфраотряд – наездники, – начал Бокар. – В Америке их называют паразитами. Но на деле это не так. Эти насекомые помогают фермерам контролировать численность вредных для урожая насекомых. Наездники, схожие, по сути, с осами, но в отличие от них, они не имеют жала. Они откладывают свои яйца в личинки других насекомых или в тела взрослых насекомых. Когда личинка наездника выходит из яйца, то питается плотью насекомого, которое затем погибает. Это насекомое забирается на тело своей жертвы и, при помощи вот этого длинного яйцеклада с белым цветом на конце, откладывает в тело жертвы свое будущее потомство. Отсюда и название – наездник.

– Вы уверены, что это нам поможет, – сказал капитан, неуверенно протянув указательный палец в сторону баночки. Насекомое, словно услышало голос человека, завиляло усиком, как бы отвечая: «Ты что, сомневаешься в моей компетенции?»

– Обычно жертвами наездника служат более крупные насекомые, например, гусеницы бабочек, личинки жуков, включая некоторые виды пауков.

При последних словах капитан поморщился.

– Вы хотите сказать, что этот паразит сможет нам отыскать картину? – с недоверием сказал капитан.

– Все может быть, – загадочно произнес Бокар.

– Но, как? – удивился капитан.

– Мы уже были у столяра, – начал Бокар, – и я лично видел, что черное дерево, из которого была изготовлена рамка для картины, было заражено насекомым, которое зовется точильщиком.

– Его норками изъедено это дерево, – подтвердил Ланер.

– Яйцеклад, что имеется на вооружении нашего наездника, сможет пролезть даже в тонкое отверстие, – сказал Бокар.

– Это понятно, – возражал капитан. – Но нам-то что до этого: поймает ли этот наездник другого паразита или нет?

– Вы сами только что ответили на свой вопрос, – сказал Бокар, и вытащил из кармана небольшую баночку с каким-то жидким веществом белого цвета.

Конец ознакомительного фрагмента. Купить полную версию книги.