Семён Неизвестный

Границы выбора

Глава 1

Алексей проснулся в отличном настроении, несмотря на то, что вчера проиграл в рулетку в казино всю, имеющуюся при себе наличность, сто тысяч рублей. Правда, если бы вовремя остановился, то был бы в неплохом выигрыше. Он встал с постели, прошёл на кухню и сварил кофе, затем отправился в ванную бриться. Неожиданно, увидев в зеркале отражение жены, вздрогнул и чуть не порезался.

– Лена, ты чего такая хмурая? Посмотри в окно. На улице прекрасный, солнечный день, – повернувшись к жене с улыбкой, на покрытом пеной лице, добродушно произнёс он.

– Опять намыливаешься исчезнуть из дома до самого утра? – Мрачно поинтересовалась супруга.

– Не заводись, я на работу.

– Знаю хорошо я твою работу. Очередную девку в своём клубе подцепил. У меня на карточке деньги закончились. Не забудь пополнить.

– Сколько тебе положить? Я сегодня планирую заехать в банк.

– Будто ты не знаешь, сколько мне нужно на хозяйственные расходы?

– Знаю, но ты могла бы тратить экономнее.

– Сам экономь на своих удовольствиях.

– Успокойся, тебе же с детьми общаться. Кстати, где они?

– Наконец-то, вспомнил про детей! Можно подумать, что они тебя интересуют!

– Конечно, интересуют, а ты, как думала. – Наверное, тёща гуляет с ними на улице, – подумал Алексей.

– Да пошёл ты! – Жена сильно хлопнула дверью, закрывая её. Алексей спокойно добрился и прошёл в свою комнату. Одевшись, он взял со стола коробку с сигарами и осторожно вытряхнул из неё сигары на стол. Со дна коробки достал пачку денег и пересчитал купюры. – Что-то маловато осталось, – подумал он. Сигары он сложил в коробку, а деньги небрежно сунул в бумажник. В этот момент в комнату вошла жена.

– Оставь мне тоже наличными, – потребовала она. Алексей достал из бумажника несколько крупных купюр и положил на стол.

– Хватит или ещё? – Супруга, не ответив, взяла деньги и вышла из комнаты.

– Молчание её только украшает, – подумал Алексей, закрывая дверь за женою.

Алексей решил сначала заехать к Бегемоту, у которого покупал кокаин. Минут через десять быстрой езды, он припарковался напротив городской бани, перешёл улицу и пролез через дыру в заборе. Он, посещая Бегемота, всегда предпочитал этот путь. Ему так было удобнее и быстрее.

– Принёс? – Спросил Бегемот, не отрываясь от монитора компьютера. Было похоже, что он был не очень доволен появлением своего постоянного клиента. – Сколько раз тебе было говорено, чтобы ты предупреждал меня по телефону?

– Ты, чем недоволен, Бегемот?

– Долг спрашиваю принёс?

– Естественно. – Алексей достал из бумажника деньги и положил на стол. Бегемот посчитал. – Здесь половина.

– В течение двух-трёх дней завезу вторую половину.

– Мне за товар надо рассчитаться. Смотри, Прут, не подведи.

– Спи спокойно, дорогой товарищ, не забуду. – Бегемот убрал деньги в сейф, достал тетрадь, сделал в ней отметки и достал небольшой пакетик с белым порошком.

– Прут, держи, – положил он пакетик на стол. – Свеженький, не разбодяженный, специально для приличных клиентов оставляю. Поторопись с остатком долга, а то может так случится, что без бабосов больше не отпущу. Я не дойная корова. Сам понимаешь, у меня тоже бизнес, хоть и криминальный, в отличии от твоего.

– Бегемот, твоя доброта не имеет предела, – убирая пакетик в карман, сказал Алексей. – А за то, что не бодяжешь тебе от меня отдельное спасибо.

– Прут, можешь не сомневаться, я в курсе, что добрые дела безнаказанными не остаются.

– Напрасно ты так. Это не про меня. Я добро помню. Ладно, будь здоров.

– Посмотрим, – усмехнулся Бегемот. – Вот баловень судьбы этот племянничек мэра. Живёт, будто сыр в масле катается. Мне бы такого влиятельного дядю.

Я бы давно уже на его месте долларовым миллионером заделался, – подумал Бегемот, усаживаясь за компьютер.

Алексей, расставшись с Бегемотом, по той же тропинке, через дыру в заборе покинул территорию автосервиса. Через несколько минут он припарковался во дворе кирпичной многоэтажки и на лифте поднялся на третий этаж. Открыв ключом дверь квартиры, он вошёл в уютную прихожую. Навстречу ему из комнаты вышла молодая, стройная блондинка в лиловом коротеньком халатике.

– Ты, где задержался? Я тебя уже заждалась. – Алексей радостно засветился улыбкой, подхватил блондинку на руки и, покрывая её лицо поцелуями, понёс в комнату. В комнате он бережно положил её на кровать и торопливо скинул с себя одежду.

Насытившись друг другом, притомившиеся любовники, остались лежать в постели, слегка прикрывшись простынями.

– Твоя родинка на груди, как в тот, первый раз, всё так же продолжает сводить меня с ума.

– А ты сегодня был таким нежным. Я вся растаяла от твоих поцелуев, как снеговик на солнце. Ты завтракал или не успел?

– Не успел.

– Хочешь, быстро яичницу приготовлю?

– Спешу.

– Давай, хоть кофе сварю.

– Не откажусь. – Почувствовав аромат кофе и, не дожидаясь приглашения, Алексей накинул халат и вышел на кухню.

– Давай в Турцию слетаем, – забравшись к Алексею на колени и обняв его, предложила любовница.

– Ноу проблем, слетаем.

– Не спеши, побудь ещё, хоть немножко.

– Поверь, не могу. Лучше, в следующий раз.

– У тебя, никогда не хватает на меня времени. Ты всегда куда-то торопишься.

– Ладно, не капризничай. – Алексей одним большим глотком выпил кофе, затем подхватил любовницу на руки и понёс в комнату.

От любовницы Алексей заехал в банк, снял со счёта наличные и с него же пополнил карточку жены. Раз в неделю он перечислял ей тридцать тысяч рублей. Выйдя из банка, он стал в уме сводить дебет с кредитом. Баланс у него получился отрицательным, потому что с прошлого месяца завис долг в двести тысяч.

Любовница Алексея, актриса областного драматического театра, Катя Шубина, после его ухода, продолжая находиться в приподнятом настроении, решила позвонить подруге. Но её планы нарушил звонок в дверь. – Алексей что ли вернулся? Забыл, наверное, что-то, – подумала она и открыла дверь, не посмотрев в дверной глазок. Но перед нею на лестничной площадке стоял режиссёр Смирнов.

– Ты зачем явился?

– Боишься, что бой фрэнд увидит?

– Не твоё дело.

– Он не вернётся. Я видел, как он вышел из подъезда, с таким озабоченным лицом, что ему сейчас, точно, не до тебя. Позволь войти.

– Входи, коль пришёл, но ненадолго. Проходи на кухню.

– Кофе свари.

– Обойдёшься. Смирнов, не тяни время, выкладывай зачем явился.

– Хочу попросить тебя об одной, деликатной услуге.

– Господи, ты о чём, Смирнов? Деликатность и ты две, абсолютно не совместимых вещи.

– Шубина, не перегибай палку. Мне халтурка подвернулась. Моему знакомому необходим компромат на кандидата в мэры. Скоро выборы. Возьмёшься?

– Я-то здесь при чём?!

– Очень даже при чём. Сначала соблазнишь, затем разыграешь изнасилование. Он на женщин падок. Твоё изнасилование, будет снято скрытой камерой.

– Смирнов, у тебя с головой всё в порядке?

– Не жалуюсь.

– Дружок, ты ошибся адресом.

– Подумай хорошенько у тебя ещё есть время.

– Если всё сказал, то иди вон.

– Надеешься увести его от жены? Не получится. Думаю, что тебя на свою семью он не променяет. Не питай иллюзий, Шубина.

– Смирнов, идика ты и ложись в постель с этим кандидатом сам. – Катя сильно хлопнула входной дверью, закрывая её за режиссёром.

Алексей вечером навестил приёмных родителей. Мэра дома не было, он ещё не вернулся со службы. Его радостно встретила Дарья Семёновна, жена дяди.

– Я уже начала думать, что ты забыл про нас, Алексей.

– Всё, как-то некогда, да и устаю что-то последнее время.

– В чём дело, Лёша? Слетай на две недельки в Испанию, я оплачу твою поездку. Заодно выполнишь, некоторые мои поручения. Посмотришь, хорошо ли садовник ухаживает за моими розами. Я не могу Антона надолго одного оставить. Он без меня нормально не позавтракает и рубашку свежую не найдёт.

– Я бы с удовольствием, но Лена без меня совсем с близняшками замучается.

– Не беспокойся, я Лене помогу.

– Думаю, что она неправильно меня поймёт. Я бы лучше у дяди на заимке пару дней отдохнул. Отключился бы ото всех проблем, выспался. Ты, кстати, не знаешь, когда он туда собирается?

– Знаю, в ближайшие выходные.

– Замолви за меня словечко.

– Хорошо. Тебя покормить?

– Спасибо, я дома поем, а то Лена обидится.

Антон Иванович вернулся домой поздно. Дарья Семёновна в это время уже спала, но утром, во время завтрака вспомнила про просьбу Алексея.

– Антон, возьми мальчика с собой на заимку, пусть отдохнёт немного от городской суеты.

– Какого мальчика? – Не понял Антон Иванович.

– Господи, боже мой, какой ты не внимательный стал. Нашего Алексея, племянника своего. Он вчера заезжал к нам, но тебя не стал ждать.

– Да, ради бога, пусть летит. Места в вертолёте хватит и ему.

Глава 2

Заимка мэра города Еловска находилась глубоко в тайге. На тщательно очищенном, от деревьев участке сосновой рощи, размерами с гектар, стояло несколько бревенчатых гостевых домиков и размещались хозяйственные постройки. Баню, по просьбе хозяина, строители срубили на берегу реки. Дом Антона Ивановича, солидный, двухэтажный сруб располагался в центре. Когда расчищали участок от деревьев, то несколько сосен не тронули. Они росли рядом со срубами и оживляли ландшафт. При заимке жили два работника: Степан и Фёдор, ещё не старые жители деревни, которая находилась в семидесяти километрах от неё. Они охотились, ловили рыбу, кормили охотничьих собак и смотрели за охотничьими угодьями. Прилетев на заимку, Алексей поселился в доме. У него в нём была своя комната.

Несколько человек, прилетевших с дядей, два дня, за накрытым едой столом на просторной террасе, на свежем воздухе обсуждали какие-то проекты, выпивали и обильно закусывали. Алексей в этом участия не принимал. Всё это время он спал в своей комнате или нежился в шезлонге под солнечными лучами короткого Северного лета на берегу искусственного водоёма, наслаждаясь тишиной и покоем. Правда, один раз в нём проснулся инстинкт рыболова и он, накопав дождевых червей, взялся ловить рыбу. Но после того, как поймал с десятка два окуньков, охладел к этому занятию, да и мошкара достала.

Накануне вылета домой, вечером, от нечего делать, Алексей присоединился к дядиной компании. Через некоторое время гости стали расходиться по своим домикам, кто самостоятельно, а кто и с помощью друг друга. Алексей вовремя оказался рядом с дядей. Он закинул левую руку дяди себе на плечо и помог ему добраться до кабинета, на второй этаж. Дверь кабинета была закрыта на замок. – Интересно, что за сокровища и от кого он прячет в своём кабинете, если в глухой тайге закрывает дверь на ключ? – Удивился Алексей.

Как только дядина голова коснулась диванной подушки, он отключился и заснул. Алексей отошёл от него, чтобы закрыть окна шторами. В углу за шторой он увидел высокий металлический шкаф, когда-то, лет пятьдесят тому назад, выкрашенный в коричневый цвет. – Ни этот ли допотопный шкаф причина того, что дядя запирает свой кабинет на ключ? – Подумал он.

Через некоторое время, разыгравшееся любопытство, заставило Алексея подняться с постели и пройти в дядин кабинет. Он взял со столика дядины ключи и одним из них открыл замок металлического шкафа. На верхней полке лежала папка. Средняя и нижняя полки были пустыми. Алексей взял папку и вернулся в свою комнату.

Перевернув последнюю страничку в папке, он подумал, что её необходимо положить на место, пока не проснулся дядя. Но ему не хотелось с ней расставаться. То, что его дядя был богатым человеком он знал давно. Но то, что он был, просто, сказочно богатым, он узнал сейчас, ознакомившись с выписками из зарубежных банков в офшорных зонах. Из ящика письменного стола он достал пачку бумаги. Половину пачки положил в папку, а документы из папки завернул в чёрный полиэтиленовый пакет и убрал в свою дорожную сумку. – Копии я сделаю дома, а документы в ближайшее время верну на место, – решил он.

Надежду на то, что когда-нибудь всё дядино богатство достанется ему, он особо не питал, потому что знал его слабость к прекрасному полу.

– Найдётся какая-нибудь молодая и смазливая, окрутит его в два счёта и прощай наследство и деньги. А мне они сейчас нужны, хотя бы десять миллионов долларов, в качестве стартового капитала на открытие торгово развлекательного центра. – Не разбудив дядю, Алексей положил папку с чистыми листами на место, вернулся в свою комнату и заснул крепким, безмятежным сном, нисколько не беспокоясь о том, что дядя утром может обнаружить пропажу.

Командир экипажа вырулил на взлётно посадочную полосу, разогнал по ней самолёт, поднял его в воздух и стал набирать высоту. Слабо доносящийся в салон бизнес класса звук, работающих турбин, всегда действовал на Алексея успокаивающе. Он поудобнее устроился в кресле и прикрыл веки. Стюардесса принесла плед и бережно накрыла им Алексея, но он не спал. Каждый раз, когда ему приходилось летать, особенно, при наборе высоты, Алексею невольно приходили на память прыжки с парашютом, во время срочной службы в армии. Короткий разбег военного транспортника, мощный гул турбин, набор высоты, непродолжительный полёт, а затем по команде выпускающего, десантирование. Далее следовал шаг за борт и пьянящее ощущение свободного полёта.

Самолёт набрал высоту, занял полётный коридор, в соответствии со своим маршрутом, командир экипажа перешёл на режим автоматического управления полётом и попросил стюардессу приготовить чашечку кофе, а Алексей вспомнил, как он, после учебного подразделения зелёным салажонком, попал служить в одну из горячих точек на Кавказе. Прослужив месяца три, он даже стал подумывать о том, чтобы остаться служить в армии на контрактной основе. Но полученное в последнем бою ранение, перед самой демобилизацией, нарушило его планы. В тот самый день, когда его ранило в ногу осколками миномётного снаряда, он со своими товарищами колонной на бэтээрах возвращался, после плановой зачистки одного из квадратов горной местности. До базы оставалось рукой подать, когда они наткнулись на засаду боевиков.

Алексей, вспоминая службу в армии, уснул. Ему приснилась, давно умершая мама. Он видел во сне, как она пришла домой, у неё было хорошее настроение, она не ругалась, а улыбалась. Сев на диван, она посадила его к себе на колени и стала гладить по голове. Алексей, никак не мог понять, почему мама молчит и не разговаривает с ним и от этого он проснулся. Когда он понял, что это был сон, то пожалел о том, что он был, таким коротким. Мама ушла из жизни рано, когда ему едва исполнилось пять лет. После смерти мамы жить к себе, его взял старший мамин брат, Прутков Антон Иванович. Жена дяди, Дарья Семёновна, с самых первых дней стала с любовью заботиться о нём, но ему всё время казалось, что она не любит его, как любила мама, а жалеет, как бездомного щенка, которого подобрала на улице и принесла ненадолго домой, чтобы накормить и дать возможность согреться, а это унижало его. Ровесникам из благополучных семей, которые жили с родителями, он завидовал, поэтому лупил их постоянно и беспощадно.

Вернувшись с заимки, Алексей, в текучке дел забыл про документы. Но через три дня, собираясь в командировку в Москву, наткнулся на них. Оставлять их дома он не рискнул и поэтому взял с собою. Но времени для того, чтобы снять с них копии не нашёл. Сначала встречался с поставщиками товаров, вёл с ними переговоры, подписывал договора. Затем потратил много времени, посетив несколько торгово развлекательных центров столицы. Закончив дела, Алексей в своём Московском офисе, укладывая вещи в сумку, перед выездом в аэропорт, обнаружил, что в ней мало места. Почти весь объём заняли подарки, которые он купил в Москве для любовницы, жены и детей, а, может быть, купил и в обратном порядке, сначала для детей, затем для жены и любовницы. Но это не важно, главное, что не забыл это сделать.

– Эдик, я оставлю эти бумаги здесь, что-то не помещаются в сумку, – Сказал он директору своего филиала. – Положи их в папку и убери в сейф. Я, всё равно, через пять дней вернусь, тогда и заберу её у тебя, только ты мне напомни.

– Хорошо. А что за бумаги?

– Макулатура, но она мне нужна.

– И долго её хранить?

– Ты на что намекаешь, Эдик? Не дождётесь.

– Это я так, на всякий случай.

– Если этот случай наступит, то можешь этой бумагой растопить камин на даче.

– У меня нет камина на даче.

– Мангал, надеюсь, есть?

– Мангал есть.

– Значит, не проблема, Эдик, главное не парься. – То, что дядя может в любой момент обнаружить пропажу документов, его, по-прежнему, не волновало.

– Дядя столько гостей на своей заимке принимает, что, наверняка, среди них найдутся его враги или завистники. Поэтому совсем не обязательно, что он подумает на меня, если обнаружит пропажу. Не будет же он обращаться в милицию, – рассудил Алексей.

Вернувшись из Москвы, Алексей предложил своему партнёру по бизнесу, Сергею Яковлеву.

– Давай в этом году начнём, какой-нибудь масштабный проект.

– Например?

– Например, строительство торгово развлекательного центра.

– Нашей прибыли хватит, в лучшем случае, на нулевой инженерный цикл. Я хотел предложить тебе вложить средства в приобретение ещё нескольких фур. У грузоперевозок в этом году неплохая отдача. Если и дальше так будет продолжаться, то через два года, я думаю, затраты окупятся и инвестиции начнут приносить прибыль.

– Согласен, неплохая идея. Но в строительство торгового центра, можно привлечь средства со стороны.

– Не думаю, что ты найдёшь такую сумму инвестиций в нашем регионе. Как минимум, в рублях – миллионов триста необходимо.

– Ты прав. Но по поводу инвестиций есть у меня одна задумка. Правда, пока не знаю сработает она или нет. – Их разговор прервал телефонный звонок. Алексей посмотрел на номер. Звонил Бегемот.

– Серёга, потом договорим.

– Хорошо, – Яковлев вышел из кабинета.

– Прут, ты что забыл про свой базар?

– Какой? Напомни.

– Не коси, ты пообещал бегом вернуть вторую половину долга.

– Обещал, значит верну. Завтра вечером и завезу.

– Точно?

– Точнее, только у провизора в аптеке.

– Смотри, Прут. Ты меня знаешь, я шуток не люблю.

Переговорив с Бегемотом, Алексей закрыл кабинет на ключ и достал из тайника в шкафу пакетик с кокаином. – Что-то быстро в этот раз он закончился? – Удивился он. Присев за стол, он принял дозу. Минут через пятнадцать он покинул офис и поехал к Дарье Семёновне.

– Дарья, у меня проблема.

– Какая? – Встревожилась Дарья Семёновна.

– Моя жизнь в любую минуту может дать трещину.

– Почему, что случилось?

– Высох, как никогда.

– И сколько нужно тебе, чтобы обойтись без этой трещины? – Улыбнулась Дарья Семёновна.

– Хотя бы, штук сто.

– Подожди минутку, я посмотрю, сколько есть у меня наличными. – Дарья Семёновна ушла к себе в комнату. Вскоре вернулась и положила стопку купюр на столик перед Алексеем. Он их посчитал.

– Здесь сто двадцать. Спасибо, на днях верну.

– Не беспокойся. Напоить тебя чаем с вареньем, яблочным? Свежее, ароматное вчера сама варила, весь вечер провозилась.

– Дарья, в следующий раз, я очень спешу.

Мэр позвонил своему заместителю, Клочкову.

– Юра, зайди. Что значит не могу? А, у тебя люди. Ну, как освободишься. – Антон Иванович не любил ждать, поэтому Клочков торопливо вошёл к нему в кабинет через несколько минут.

– Чего звал, Иваныч?

– Ты не знаешь, у нас в городе есть детективное агентство?

– По-моему, практикуют и детективы, и агентство имеется. Но хоть убей, ни за что не поверю, что тебе Дарья Семёновна изменяет.

– Дело не в моей супруге, ты прав. Мне нужен хороший сыщик. Чтобы опытный был. Найди мне такого.

– Хорошо, постараюсь, – вздохнул Клочков.

– Ты, чего так тяжело вздыхаешь?

– Я ещё вчера две встречи запланировал с руководителями предприятий.

– Встречи отмени и перенеси на завтра. Ты, очевидно, забыл, что просьба начальника – закон для подчинённого?

– Иваныч, да как ты мог подумать про меня такое, чтобы я, да забыл первую заповедь служивого человечка?!

– В таком случае, служивый, иди и занимайся моим поручением.

– Была бы на то воля твоя, Иваныч, а я-то всегда готов быть полезным тебе.

– Вот за это я тебя и ценю, Михалыч. Поторопись.

Глава 3

Вечером, в пять часов в кабинет мэра в сопровождении Клочкова вошёл коренастый мужчина, на вид лет сорока пяти, в сером костюме.

– Владимир Михайлович Беркутов, – представился он, пожимая руку мэра.

– Иваныч, я у себя, – Клочков вышел из кабинета.

– Рассказывайте, Антон Иванович, что заставило Вас обратиться к частному сыщику? – Не теряя времени, перешёл к делу Беркутов.

– У меня из сейфа пропали документы. Вор в папку вместо них положил чистые листы бумаги. Скоро выборы. Я не хочу, чтобы они оказались в руках у кого-нибудь из моих конкурентов.

– Вы, кого-то подозреваете?

– В том-то всё и дело, что никого.

– Понятно. К этому вопросу мы ещё вернёмся. Кто, кроме Вас на момент пропажи, знал про документы или имел доступ к сейфу?

– То, что именно эти документы лежат в сейфе, никто не знал, кроме меня.

– Про сейф знают Фёдор и Степан. Это егеря. Они постоянно живут на заимке.

– Я правильно понял, что сейф находится в тайге, на заимке?

– Да. Точнее сказать, это даже не сейф, а железный шкаф под бумаги высотой метр шестьдесят и шириной шестьдесят сантиметров, изготовленный ещё в середине прошлого века.

– Скажите, каков характер содержания документов: деловая переписка, финансовая или бухгалтерская отчётность?

– Бухгалтерская отчётность о финансовой деятельности, банковские проводки и тому подобное. К ним приложена опись.

– Почему именно там, Вы хранили эти документы?

– Подальше положишь – поближе возьмёшь.

– Автомобильным транспортом можно добраться до этого места?

– Можно, но долго и некомфортно. Можно также по реке, но это ещё дольше.

– Я должен побывать там.

– Отправлю вертолётом, когда скажите.

– Завтра утром я буду готов вылететь. Когда обнаружили пропажу документов?

– Когда последний раз летал туда, в прошедшие выходные.

– Когда предпоследний раз, проверяли на месте документы или нет?

– Месяцев пять или шесть назад, точно не помню.

– Понятно. Мне нужен список людей, побывавших там за это время.

– Хорошо. Вам понадобятся деньги, – Антон Иванович положил на стол перед Беркутовым кредитную карточку. – На ней сумма в рублях, эквивалентная двадцати тысячам долларов. Это на текущие расходы. Понадобятся ещё, скажите. Каков размер Вашего гонорара?

– Он будет зависеть от конечного результата, но в разумных пределах. Вознаграждение моему агентству мы обсудим, чуть позже, если Вы не против?

– Меня это устраивает. Завтра утром во сколько и по какому адресу прислать за Вами машину?

– К восьми, на Ленина, пятнадцать.

– Запишите номер телефона, по которому можете звонить мне в любое время дня и ночи. – Мэр продиктовал номер. Попрощавшись, Беркутов вышел из кабинета.

Заимка поразила сыщика своими размерами, на которые он обратил внимание ещё в вертолёте, с высоты птичьего полёта. – Какая же это заимка – это целое поместье, – подумал он, разглядывая её в иллюминатор, при приземлении. На вертолётной площадке его встретил работник, которого Антон Иванович предупредил о нём по спутниковой связи. Ещё не старый, на вид лет под пятьдесят, высокий здоровяк в камуфляжной одежде с лицом, заросшим густой, чёрной бородой, с хитринкой в глазах, приветливо поздоровался.

– Добрага здаровьячка табе, Владимяр Мяхалач. Фёдар я, а Стяпан у дяревню падалси, сваих праведать, значатся.

Фёдор поселил Беркутова в гостевом домике. Гостевой домик был рассчитан на проживание двух человек и начинался с тесного тамбура, через который, вошедший в него, попадал в небольшую комнату с двумя крохотными окошками на боковых стенах. Под ними стояли две кровати, а между ними у стены две тумбочки. Верхнюю одежду можно было повесить на вешалку, при входе справа от двери. Там же приютился небольшой деревянный стол с двумя табуретками. Слева от двери стояла небольшая чугунная печка. В тёмное время суток комната освещалась электрической лампочкой в матовом плафоне, который был прикреплён к самому потолку.

– Удобства на дваре, ня абясуть, – улыбаясь, предупредил Фёдор.

– Не беспокойся, мне не привыкать.

– В баньку-та сходяшь?

– Не откажусь. Но сначала переоденусь.

– Пярадявайся тада, я абажду табе чуток.

Баня оказалась не такой большой, как показалась Беркутову с высоты. Само строение из брёвен, возведённое под одну крышу, было, конечно, внушительных размеров. Но большую часть площади занимала терраса на открытом воздухе и комната, в которой стоял огромный бильярдный стол.

После манипуляций Фёдора веником над телом Беркутова, он распаренный и красный, завернувшись в простыню, сидел на террасе и млел от удовольствия, попивая маленькими глоточками прохладный клюквенный морс, лениво отмахиваясь от комаров берёзовой веткой. День был солнечным и ветреным, поэтому комары не очень ему досаждали. Тела он не чувствовал, оно находилось будто в невесомости.

– Мяхалач, ты сялёнкя-та у парной аставял, нада васстанавить. Ушицу папробашь, иша с вячерняга улова гатовял? Картошачка даваряватся.

– Пожалуй перекушу и уху твою попробую.

– Так ить, я мигам.

Фёдор спустился по ступенькам с террасы, завернул за угол бани и вскоре вернулся с плетёной корзиной в руке, которую поставил на лавку. Содержимое корзины было накрыто тонким разноцветным полотенцем, которое Фёдор снял и, аккуратно свернув, положил на лавку. Затем, не спеша, стал выкладывать на стол содержимое корзины. Сначала, достал и поставил запотевшую, полулитровую бутылку, заткнутую самодельной пробкой. – Ета на любитяля, апасля баньки. Шас с лядняка узял. Стяпан заняматся, када яму делать неча. – Затем поставил на стол миску с солёными грибами.

– Груздя, с прошлага гаду грябочки, на крепянька иша. Стяпан-та бальшай мастяр саленья па осяни гатовять. А эта, сёмашка, наша, местна, таку у лавки ня абмяняшь на дяньгу-та, – Фёдор достал из корзины и поставил на стол миску с красной рыбой, нарезанную продолговатыми кусочками. – Тож с лядняка.

– Фёдор, ты, когда успел картошку-то отварить?! – Удивился Беркутов.

– Мы усё успявам. Нам инача няльзя. Яванач ня любят ждать. – Всё приготовив, Фёдор сел за стол.

– Сам бог вялел, апасля баньки прянять, – взяв в руку бутылку, сказал он.

– Табе Мяхалач, как, да краёв?

– Плесни грамм пятьдесят, мне хватит.

– Так ить, я тож шибка ня насядаю на яё, ня к чаму ета, да и вредян арганизму пярабор у етям деля. Так, с устатку яной раз, да штаба ня захварать, када азябняшь.

– И правильно делаешь. Давай, Фёдор, будь здоров. – Беркутов одним движением вылил содержимое стакана себе в рот и одним глотком отправил дальше. Но ему показалось, что вместо самогонки он проглотил огненный шар, который, обжигая пищевод, стал медленно опускаться вниз и остановился в области солнечного сплетения. Фёдор пить не спешил, а прищурившись, наблюдал за реакцией Беркутова.

– Нака, выпяй, – протянул он стакан с клюквенным морсом гостю. Беркутов схватил стакан и судорожно сделал несколько глотков. На глазах у него выступили слёзы. Через некоторое время спазм, перехвативший горло, стал отпускать. Он подцепил вилкой из миски кусочек солёного груздя и отправил в рот. Затем, поделив вилкой на кусочки, большую отварную картофелину, то-торопливо, съел её. И только после этого почувствовал, что к нему вновь вернулась способность говорить.

– Фёдор, сколько же градусов ваш самогон?

– Так ить, хта жа яга знат, сколь градасав етях.

– Вы, что крепость не замеряете, когда гоните?

– Как ня замярям, абязатяльна замярям. Стяпан пляснёт чуток на стол и спичку зажигат. Гарит синям пламяням, значат гатов прадукт. Так и правярям крепасть. А ты, как думал? Мы тожа ня лыкам шита. Чага ваду-та пачом зря хлябать.

– А ты лыко в нём, случайно, не пробовал растворять?

– Иша ня давялось спытать ня разу.

– Понятно всё с вами, аборигенами.

– Яванач тожа бават нас со Стяпанам барягенамя абзават, када ня у духя и ругатса. Тока славца крепянькага дабавлят.

– Это какого же?

– Матярнага.

– В таком случае, прости. Я же не знал об этом.

– Так ить, мы ня абяжамся. Яванач такта мужик добрай и справядливасть уважат.

– Судя по произношению, ты, вроде как, не коренной житель этих мест?

– Правяльна, ня местнай. Ёся Сталян иша да вайны маих деда и бабку, ане тада мальцамя быля, паслал на ляченяе у етя мяста. Ён тада целамя хутарамя атпралял людишак у етат край. Ане чудам жавымя асталясь. Тута карня и пустиля.

– Понятно.

– Ушицу-та пробай, пака ня стыла, ня атвлякайся, иша успешь, нагаварисься.

С заимки Беркутов вернулся через день, днём и из аэропорта поехал в офис.

– Добрый день, Владимир Михайлович. Как слетали? А загорели-то как! – Встретил его помощник, Александр Зайцев.

– Добрый. А ты, что думаешь, в тайге солнце не светит? Светит и ещё как. Я вижу ты собрался уходить?

– Хочу пообедать съездить.

– Заедь в отдел и договорись с криминалистом, чтобы он проверил по базе вот эти отпечатки пальцев. – Беркутов достал из сумки папку и отдал помощнику.

– Только предупреди, чтобы он поаккуратнее с ними обращался, потому что снял я их дедовским методом.

– Хорошо, заеду.

– Меня до дома подбрось.

Утром, на следующий день Беркутов спросил у помощника.

– Ну и чем, нас порадовал криминалист?

– Отпечатки под номером один принадлежат Алексею Пруткову, двое других в базе данных не числятся.

– Как его отпечатки попали в картотеку?

– Несколько лет тому назад он привлекался органами. Точнее привлекались трое: он, Жуков и Савченко. Все трое, в то время, учились в одном колледже. Только Прутков учился на первом курсе, а те двое на третьем. Они находились в хорошем подпитии. Напугали продавца муляжом пистолета, взяли несколько бутылок водки и несколько шоколадок. Прутков стоял на шухере. Жукова и Савченко посадили. Прутков отделался условным сроком. За него заступился его дядя. Савченко в колонии был убит. Жуков вышел из колонии по УДО, в данный момент проживает в городе. По оперативной информации, торгует наркотой, среди уголовников в авторитете, носит кличку Бегемот, которую получил ещё до колонии.

– Ты, когда про всё успел узнать?

– Повезло, я в отделе встретил приятеля. Несколько лет тому назад он этим делом, как раз и занимался.

– Выясни в городе сейчас Алексей Прутков или нет?

– Хорошо. – Через несколько минут Зайцев доложил шефу. – В данный момент Алексея Пруткова в городе нет. Он в командировке, в Москве.

– Когда вернётся, не узнал?

– Секретарь сказала, что точно неизвестно, но, возможно, что через два дня будет на месте.

– Это его отпечатки пальцев я обнаружил на гладкой полихлорвиниловой поверхности папки, на сейфе, точнее, на железном шкафу и в комнате, в которой он жил на заимке.

– Кому принадлежат остальные отпечатки?

– Отпечатки под номером два принадлежат егерю. Я их снял у него, но не обнаружил, ни на папке, ни на шкафу. Отпечатки под номером три, были мною обнаружены и сняты со шкафа и с папки и, скорее всего, принадлежат хозяину заимки, то есть Пруткову Антону Ивановичу. Других отпечатков пальцев, ни на шкафу, ни на папке нет.

– Значит, попался воришка.

– Не спеши.

– Почему?

– Хотя бы потому, что ещё не получены ответы на некоторые вопросы и, кроме отпечатков пальцев на папке и на шкафу у нас нет других доказательств. Как они там оказались, нам не известно. Почему он, не опасаясь, оставил их на папке и на шкафу? Вполне возможно, что в его действиях не было преступного умысла.

– После разговора с ним, многое выяснится.

– Надеюсь. Кстати, егерь сказал мне, что Прутков старший стал реже бывать на заимке. Любит прилетать осенью один, без компании, побродить в лесу с ружьём, с собакой.

– Правильно, ему тоже отдых требуется, после его-то напряжённых будней.

Глава 4

Первые два месяца лета две тысячи первого года в Еловске выдались солнечными и жаркими, а прогноз синоптиков на август тоже обещал порадовать северян теплом. Такое на Крайнем Севере происходит редко, но иногда случается. Днём, в понедельник, шестого августа мэр получил известие об убийстве племянника, Алексея Пруткова, от начальника управления внутренних дел полковника Мурзина. Не каждый день в Еловске погибал от руки неизвестного близкий родственник чиновника, такого высокого ранга, как мэр. Поэтому Мурзин счёл своим долгом, лично сообщить ему об этом.

Антон Иванович, как и подобает в таких случаях добропорядочному чиновнику и человеку, кто бы в этом сомневался, но только не он, в текучке дел не забыл одеть маску, убитого горем близкого родственника. И так увлёкся ролью, что в первый день траура забыл её снять вечером, дома. Супруга, укладываясь спать, сказала ему об этом.

– Антон, на ночь глядя, хотя бы выражение на лице смени, а то, не дай бог, ещё какой-нибудь кошмар во сне прицепится, – и с чувством, искренне верующей, три раза перекрестилась.

– Ты права, Даша, я слишком увлёкся ролью скорбящего. Прости, господи, мою душу грешную и упокой душу несчастного мальчика. Хорошо, что сестра не дожила до этого скорбного дня. – И соединив три пальца правой руки в пучок, уже лёжа в постели, неумело, но с наигранным чувством, свято верующего, трижды осенил себя крестом.

– Каким хулиганом был в молодости, таким и остался. – Недовольным тоном сказала Дарья Семёновна и повернулась на правый бок.

Следователь прокуратуры Борисов не любил выезжать на место преступления перед перерывом на обед. Но, как правило, выбирать не приходилось, тем более сегодня был день его дежурства. В десять часов тридцать минут утра на пульт дежурного городского отдела милиции поступил сигнал об обнаружении двух трупов в помещении автосервиса по улице Лесной, дом тридцать два, от работника этого предприятия. Оперативно следственная группа прибыла на место преступления в одиннадцать. По документам, найденным в одежде, были предварительно установлены личности убитых. Одним из убитых был Жуков Андрей, криминальный авторитет, торговец наркотиками, хозяин автомастерской, по кличке Бегемот, а другим – Прутков Алексей. Борисов осмотрел место преступления, распорядился изъять на контрольно пропускном пункте журнал посещений, записи камер видеонаблюдения, опросил имеющихся свидетелей, попросил криминалиста не задерживать результаты экспертиз и спокойно поехал домой обедать, так как ничего сложного в этом деле, пока не видел. – Похоже, на какую-то криминальную разборку, а Прутков, племянник мэра, мог оказаться в автомастерской случайно, как клиент, – подумал он.

Когда супруги Прутковы оформляли опекунство над пятилетним сыном младшей сестры Антона Ивановича, вместе они прожили уже более семи лет, а бог так и не послал им к этому времени своих детей. Сестра Антона Ивановича ушла из жизни рано от тяжёлой болезни, а точнее, от бытового пьянства. Теперь все заботы о мальчике легли на хрупкие женские плечи, тогда работающей, Дарьи Семёновны. Надо сказать, что особых хлопот он ей не доставлял. Только постоянно дрался с кем-нибудь из своих сверстников. Сначала в детском садике, а затем и в школе. Заботливые педагоги всегда просто объясняли Дарье Семёновне мотивы его хулиганского поведения.

– А что Вы хотите, Дарья Семёновна, ребёнок, очевидно, в своё время не получил достаточно ласки, любви, тепла и заботы от родной мамы, – рассуждал, после очередной драки, очередной педагог, сочувствуя Дарье Семёновне, – вот Вам на лицо и причина агрессии. – Дарья Семёновна со временем успокоилась и перестала близко к сердцу принимать драки Алексея.

– Бьёт мальчик своих сверстников, значит заслужили. И ничего плохого в том нет, если может постоять за себя, – рассудила она.

Время шло, Алексей закончил девять классов. И, как не билась с ним за хорошие оценки Дарья Семёновна, закончил кое-как, на одни тройки. Из колледжа его не отчислили за хулиганское поведение, только благодаря тому, что его родной дядя занимал кресло мэра. Пришло время Алексею служить в армии. Дарья Семёновна, совершенно искренне, стала его отговаривать. Но он упёрся, как известное всем, рогатое домашнее животное и своё решение, честно исполнить воинский долг, не поменял.

– Молодец! – похвалил патриотический порыв племянника Антон Иванович, а сам, умудрённый жизненным опытом, подумал. – Хотелось бы надеяться, что поможет тебе, парень, армейская служба выбрать правильные ориентиры в жизни.

– Ты уж там побереги себя. Голову не теряй, командира слушай, – напутствовала Алексея со слезами на глазах Дарья Семёновна, при прощании на пункте сбора призывников, перед отправкой в воинскую часть. Алексей шутил, обещал часто писать, а сам внутри был зажат, как пружина, очевидно, от напряжения, вызванного сильным волнением. Пойти служить в армию, а не спрятаться за спину дяди, по сути, это было первое, важное решение в его жизни, которое он принял самостоятельно.

С тех пор, как Алексей отправился исполнять свой воинский долг, прошёл месяц. Дарья Семёновна, традиционно, в один из выходных дней делала в доме лёгкую уборку, а точнее, проверяла всё ли на месте, потому что не доверяла, приходящей молодой домработнице. Её дом, как настоящий музей декоративно-прикладного искусства, был уставлен сверху донизу дорогими китайскими фарфоровыми вазами и вазочками, различными статуэтками и, не обделён прочими, не дешёвыми безделушками. Поэтому огромная площадь и внутреннее убранство двухэтажного особняка мэра Пруткова требовали неусыпного внимания хозяйки. Дольше обычного задержалась, в пока необитаемой, комнате Алексея. Задумавшись, остановилась у книжного шкафа. Открыла дверцу, бросила беглый взгляд на корешки собраний сочинений, с увлечением собираемых в молодости, и задержалась им на томике Пушкина. Вспомнила, как маленькому Алёше иногда читала перед сном. Осторожно достала книгу, начала листать страничку, за страничкой, освежая в памяти, сказку о царе Салтане. Алёша всегда слушал её внимательно, затаив дыхание и быстро засыпал, набегавшись за день. Перед тем, как поставить книгу на место, она ещё раз окинула придирчивым взглядом ровные книжные ряды и обратила внимание на толстую тетрадь, выглядывающую тёмно коричневой обложкой в верхнем ряду справа. Положив книгу на стол, осторожно достала её и открыла. Сразу догадалась, что держит в руках дневник Алексея.

Прочитав дневник, Дарья Семёновна поняла, что Алексей, живя у них, страдал от одиночества. Тосковал по своей пьянице матери, побаивался важного дядю Антона и, что самое обидное, у него в душе не нашлось, ни одного тёплого слова о ней.

Случайно обнаруженный дневник, вывел её окончательно из душевного равновесия через несколько дней, после прочтения. Дарья Семёновна устала пытать себя, мучительно отыскивая ответы на вопросы что, где и когда она упустила в воспитании ребёнка. И дабы, вновь обрести душевный покой, решила посетить известного в Еловске психоаналитика, кандидата медицинских наук, Быкова Семёна Михайловича. Он назначил время на четырнадцать в субботу и строго предупредил не опаздывать.

Семён Михайлович Быков был не стар, но успел поседеть, носил очки из тонкой металлической оправы, а по характеру был мягок и добродетелен. Жил с семьёй за городом в собственном доме, где изредка, в виде исключения, принимал состоятельных пациентов. Он встретил Дарью Семёновну радушно, как старую знакомую, и предложил пройти в рабочий кабинет.

– Дарья Семёновна, слушаю Вас внимательнейшим образом. – Пока она выкладывала Быкову свои душевные терзания он, ни разу не перебил её. Когда она замолчала, он поинтересовался.

– Дневник у Вас с собою? Позвольте мне взглянуть. – Дарья Семёновна достала из сумочки тетрадь. Минут тридцать он изучал записи Алексея. Затем бережно положил тетрадь на столик.

– Семён Михайлович, как думаете, Алексей специально оставил тетрадь на видном месте, чтобы сделать мне больно? И за что он мстит мне?

– Я, конечно, могу предположить, с большой долей вероятности, что он сделал это сознательно, именно для того, чтобы Вы обратили на неё внимание.

Не огорчайтесь, прошу успокойтесь. Не вижу серьёзных причин драматизировать ситуацию. Тем более, если учесть дату, когда была сделана последняя запись в дневнике. Ему сейчас двадцать один, а последняя запись его рукой датирована четырьмя годами раньше. – Семён Михайлович сделал короткую паузу, затем продолжил. – Думаю, что он мстит не конкретно Вам. Он мстит людям за ту жестокость и несправедливость, которые окружали его с самого рождения и, скорее всего, уже в утробе матери.

Семён Михайлович говорил увлечённо, а Дарья Семёновна почувствовала, что на душе у неё полегчало. Она с интересом слушала, правда, иногда не понимая смысла некоторых слов. Кандидат медицинских наук не стал долго утомлять Дарью Семёновну своей обширной эрудицией.

– Дарья Семёновна, может быть, ещё кофе? – Сделав паузу, предложил Семён Михайлович.

– Нет, благодарю. Сколько я Вам должна?

– По выходным дням моя консультация стоит пятнадцать тысяч рублей. – Дарья Семёновна достала из сумочки деньги и положила на столик. – Благодарю.

– Если возникнут проблемы, Дарья Семёновна, звоните, я всегда готов помочь.

– Как у батюшки на исповеди побывала, – вздохнула Дарья Семёновна, усаживаясь за руль в свою шикарную иномарку. – И совсем не дорого, по-божески, взял с меня психоаналитик за разовую консультацию. – Довольная посещением Быкова, решила она. – Я точно такую же сумму в церкви, по воскресным дням жертвую. – И умиротворённая, медленно отъехала от дома кандидата медицинских наук.

Организацией похорон Алексея занимался Юрий Михайлович Клочков и занимался основательно, с размахом, а если точнее сказать, то горел желанием угодить шефу. Поэтому сотрудники ГАИ, временно, перекрыли движение автомобильного транспорта на нескольких участках в городе и сопровождали похоронную процессию до самых ворот кладбища. Караван, состоящий из множества черных джипов, во главе с катафалком, медленно двигался по притихшим улицам Еловска, свирепо извергая звуки автомобильных клаксонов. На тротуарах вдоль движения траурной вереницы машин, стояли редкие зеваки. Зажатые, в искусственно созданных пробках, водители автомобилей, сдержано матерились.

В первой половине дня небо зависло над городом серым колпаком. Так получилось, что сама матушка природа захотела проститься с Алексеем, всплакнув по покойнику мелким, моросящим дождичком. Антон Иванович и Дарья Семёновна выглядели совершенно потерянными на фоне, присутствующих на церемонии прощания. Он высокий, крупный мужчина с властным лицом, привыкший повелевать окружающими. Она стройная, красивая женщина стояли под зонтами, чуть в сторонке от многочисленной траурной толпы. Каждому из них, по – своему, было жалко Алексея. Жалко, потому что ушёл на веки молодой парень, который, как слепой котёнок, на отпущенном жизненном отрезке так же, как и его мать, не смог прочно устоять на ногах в этом изменчивом мире. Подразделение ОМОН, присланное командиром отряда по личной просьбе организатора похорон, произвело трёхкратный залп из штатного стрелкового оружия над свежим бугорком могилы Алексея. Дарья Семёновна от звука выстрелов все три раза, пугливо, вздрагивала. Похороны закончились, супруги вместе прошли по аллее кладбища до ворот.

– Даша, так сложились обстоятельства, надо с этим смириться. К сожалению, не в наших силах, что-нибудь изменить. Возьми себя в руки и постарайся успокоиться.

– Хорошо, Антон, – вздохнула Дарья Семёновна. Антон Иванович заторопился на сессию городского совета депутатов, а она отправилась на поминальный обед, который был заказан в одном из лучших ресторанов города. Компанию Дарье Семёновне составила жена Алексея – Лена, ставшая вдовой в двадцать пять лет.

Глава 5

Когда от ворот кладбища отъехал последний автобус, с провожающими в последний путь Алексея, из-за туч выглянуло солнце, а на кладбищенской стоянке припарковалась красная иномарка. Из неё вышла с цветами в руке молодая, стройная, красивая блондинка в траурном, скромном наряде и спросила у сторожа в каком месте, только что похоронили племянника мэра. Сторож, молча, проводил её до могилы. Женщина поблагодарила его и, достав из сумочки, протянула ему пятьсот рублей, – помяните Алексея, уважаемый, он был хорошим человеком. Сторож взял деньги, – конечно, помяну, не беспокойтесь, дамочка, отчего же не помянуть, раз человек был хороший, царствие ему небесное, – и оставил её одну. Катя нагнулась и аккуратно положила цветы на свежий бугорок могилы. – Спи, Лёшенька, спокойно, пусть земля тебе будет пухом. – Вернувшись домой, она позвонила Смирнову.

– Твоё предложение ещё в силе? Фамилию кандидата назови.

– Что созрела? Молодец, давно бы так. – Засмеялся Смирнов. – Прутков его фамилия, действующий мэр. Будь спок, Шубина, всё будет тип-топ.

– Я почему-то, так и подумала.

– Что, я не понял?

– Да это я так, про своё, про девичье.

– Во сколько завтра с утра к тебе заехать? Мне надо тебя проинструктировать.

– Только не с утра. – Катя выключила телефон. – Да пошёл ты со своими инструкциями, придурок, – тихо, произнесла она.

Лена побыла на поминках недолго, где-то, около часа. Простилась с Дарьей Семёновной и уехала домой, потому что двойняшек ещё с утра оставила со своей мамой.

– Как вы тут? – Зайдя домой, спросила она у мамы.

– Нормально, играют в своей комнате.

– Пока меня не увидели, пойду полежу немного, голова что-то раскалывается от боли.

– Таблетку выпей. Ты, не голодная?

– Мама, я же из ресторана, – сделав над собою усилие, улыбнулась Лена.

– Мало ли, не на вечеринку ходила, всё-таки. – Лена сняла туфли, сунула ноги в домашние тапочки, обняла маму, поцеловала её и тихонько, чтобы не услышали дети, прошла в свою комнату. Со столика взяла фотографию в рамке, на которой они вдвоём, с Алексеем счастливые улыбались в объектив фотокамеры. Приятель Алексея поймал это мгновение во время пикника, в один из выходных летних дней.

Познакомились они с Алексеем на улице, поздним, летним вечером. Как-то в субботу она засиделась у подруги. Подруга предложила ей остаться и переночевать, но Лена отказалась, потому что не хотела волновать маму. На автобусе доехала до остановки, от которой до дома было совсем близко. Повесив сумочку на плечо, она торопливо зашагала в его сторону. Неожиданно, у неё на пути возникли из темноты два пьяных молодых парня.

– Познакомимся, – предложил один из них. В это время рядом остановилась машина, а из неё вышел мужчина. Лене терять в такой ситуации было нечего. Она шагнула вперёд и нанесла удар ногою в пах пьяному парню, который стоял ближе к ней. – Хорошо, что на мне джинсы, а на ногах кроссовки, – подумала она. Пьяный, схватившись за низ живота, согнулся. Лена размахнулась и добавила ему сумочкой по голове. Парень, не устояв на ногах, упал. Лене повезло, потому что вышедший из машины мужчина, пришёл ей на помощь и ударом кулака отправил второго на землю.

– Вы в порядке? – На Лену смотрел молодой парень с мужественным лицом, спокойный и уверенный в себе.

– Да.

– Я видел, как Вы лихо расправились с одни из них. Откуда у Вас, такие бойцовские навыки?

– Если Вы имеете ввиду умение в критической ситуации постоять за себя, то это качество у меня воспитала улица.

– Вы, выросли на улице?

– В каком-то смысле, можно сказать и так. В детстве, после школы, выучив уроки, я всё свободное время проводила во дворе с мальчишками.

– Я уже стал об этом догадываться. – Её воспоминания прервала, тихонько вошедшая в комнату мама.

– Не спишь?

– Нет. А что?

– Мне кажется, у Антошки температура. Жаром, так и пышет от него.

– Не волнуйся, сейчас я встану и поставлю ему градусник.

Юрий Михайлович Клочков пухленький, лысенький, розовощёкий, в прекрасном расположении духа, шустро, перебирая короткими ножками, как сказочный колобок, весело катился по коридору второго этажа городской администрации в кабинет к шефу. Время было позднее и все кабинеты пустовали, только мэр продолжал работать. То, что Антон Иванович обязательно отметит его старание в организации похорон племянника, Юрий Михайлович, нисколько не сомневался. Нисколько он не сомневался и в том, что похороны организовал по высшему разряду.

Антон Иванович последнее время редко задерживался на работе допоздна. Но сегодня так получилось, из-за похорон племянника, да сессии депутатов городского совета, которая по времени затянулась дольше обычного. Когда в кабинете появился Клочков, он его даже не заметил, потому что сидел в глубокой задумчивости за рабочим столом и знакомился с документами, которые ему подготовила секретарь. Некоторые сразу подписывал, а некоторые откладывал в сторону для последующего, более детального ознакомления.

Клочков бесшумно приблизился к огромному столу мэра и ему, даже пришлось два раза негромко кашлянуть, прежде чем шеф обратил на него внимание. Антон Иванович поднял голову от бумаг и отрешённым взглядом уставился на Клочкова.

– Тебе чего?

– Зашёл узнать, чего задержался?

– А ты, я вижу, торопишься благодарность получить? Не терпится тебе? Без благодарности и не заснёшь?

– Охранник сказал мне, что ты ещё в кабинете. Вот я и заглянул, – начал оправдываться Юрий Михайлович, но мэр перебил его.

– Скажи-ка мне лучше, дорогой, ты зачем похороны моего племянника превратил в дешёвое театральное представление? Тоска по девяностым спокойно жить мешает?!

– Не понял? Он же был ветераном локальных военных конфликтов?! – оторопело уставился Клочков на шефа.

– Чего ты не понял?! Выборы на носу! Или ты не в курсе?! Забыл, так могу напомнить?!

– Не шуми, Иваныч, не шуми. Я всё организовал, как обычно. До выборов ещё вагон и маленькая тележка времени.

– Скажи, кто тебя надоумил, умника, перекрыть на нескольких улицах автомобильное движение в городе?

– Сам же сказал, что у тебя времени мало. Вот я и ускорил процесс.

– Ускорил он процесс. Можно подумать, что про пираний с телевидения ты ничего и, никогда не слышал. Еле успел выдернуть из вечернего эфира сегодняшних новостей скандальный репортаж о небывалых автомобильных пробках на улицах города! Я тебе, что поручил?! Меня закопать?! Так я ещё кашляю. Только заставь тебя богу молиться, ты готов весь лоб себе расшибить! Иди с глаз долой, не мешай работать! – Клочков, испытавший на себе не раз за время многолетней службы крутой нрав шефа, демонстрируя покорность, поднял обе руки вверх и, пятясь задом, виновато улыбаясь, поспешил покинуть кабинет.

– Всё, всё, всё ухожу, работай.

Вот вляпался, – стал ругать себя Юрий Михайлович. – Явился на глаза шефу по собственной инициативе. Поэтому вместо заслуженной благодарности и бесплатной путёвки в элитный санаторий госслужащих получил нагоняй. Ничего время пройдёт: остынет и успокоится. А я в следующий раз умнее буду, – успокоил себя Клочков, отъезжая с парковки от здания администрации. – Во рту что – то стало пересыхать, ни с того, ни с сего последнее время. Вот и сейчас жажда мучает нестерпимо. Надо бы заехать в магазин и купить минеральной воды, – подумал Юрий Михайлович и мысленно проложил оптимальный маршрут к ближайшему магазину.

Валентина Михайловна удивительно добрая женщина, не потерявшая с годами природной красоты, заботливая мать и бабушка, а по сложившимся жизненным обстоятельствам, преданная супруга Клочкова, с самого порога уловила мрачное настроение мужа. И поспешила на кухню, собирать на стол простенький ужин. Достала из холодильника салат из свежих овощей, котлеты, приготовленные по особому рецепту, запечённого в фольге цыплёнка; поставила в микроволновку подогреться жареный картофель, затем вернулась к холодильнику и торопливо выгрузила на стол из его огромного нутра: свежие помидорчики, огурчики, зелень и некоторые другие запасы. Потому что знала, что Юра к вечеру бывал особенно голоден.

– А как не быть к вечеру голодным с его-то многочисленными обязанностями на работе и ненормированным рабочим днём?! Да ещё старается всё время быть под рукой у Антона Ивановича. А как не стараться?! Дай бог здоровья Антону Ивановичу! К кому только не обращались, когда понадобились срочно деньги дочке на операцию за границей, а выручил Антон Иванович.

Хорошо хоть утром успевает нормально позавтракать, – вздохнула Валентина Михайловна, заботливым взглядом ещё раз окинула старательно накрытый к ужину стол и позвала мужа.

– Юра, иди, всё готово, не тянись, а то картошка остынет!

– Бегу Валюша, – нехотя, оторвался от экрана телевизора Юрий Михайлович.

Детектив Зайцев приехал на работу в четверг, девятого августа пораньше, в восемь утра, но шеф уже сидел за рабочим столом.

– Владимир Михайлович, Вы в курсе? – После приветствия, поинтересовался он у Беркутова.

– Да, в автомобильной пробке узнал.

– Что будем делать?

– Как что? Продолжим поиск документов. Ты, сегодня постарайся взять распечатку с его номера, а я попробую договориться с мэром о встрече.

Когда Беркутов вернулся в офис во второй половине дня, ближе к вечеру, то помощник уже поджидал его.

– Докладывай Александр, только коротко. А я пока кофе себе сварю. У нас в холодильнике есть бутерброды? Сегодня не успел пообедать.

– Бутербродов точно нет, но есть сыр, масло, колбаса. Хлеб тоже есть, я купил.

– Слушаю тебя внимательно.

– Да особо-то и докладывать нечего. Распечатку добыл, знакомый из отдела помог. У Вас на столе лежит.

– А ты говоришь, докладывать нечего.

– Вам-то удалось встретиться с мэром?

– Встретился. Отпечатки пальцев под номером три, как я и предполагал, принадлежат ему. Я их снял у него таким же кустарным методом, как и на заимке.

– И всё?

– Нет, не всё. Он передал мне список гостей, которые посетили заимку за последние полгода. Кстати, мэр сам выделил красным маркером две, стоящих рядом фамилии, с них и начнём. Список я положил на стол, посмотри. Да, купи мне на ближайший авиарейс билет в Москву. Антон Иванович сказал, что племянник полгода тому назад в Москве открыл дополнительный офис.

Мой голос, внутренний, почему-то настойчиво шепчет мне, что необходимо и, чем быстрее, тем лучше, пообщаться с его руководителем.

– Хорошо, куплю. Только бы внутренний голос не ошибся. Билет купить в бизнес класс?

– Естественно. Сам-то я мог бы, конечно, лететь и эконом классом, а вот мой внутренний голос привык перемещаться на большие расстояния с максимальным комфортом и поэтому редко ошибается, так что по поводу превышения затрат, можешь не беспокоиться, они обязательно окупятся.

– Да я и не беспокоюсь. Голос-то Ваш и Вам шепчет, а не мне. Лучше скажите, как мэр отреагировал на то, что на папке с документами и на шкафу, Вы обнаружили отпечатки пальцев его племянника?

– Ему-то они зачем понадобились?! – Очень удивился он.

– Что, больше никак и не прокомментировал?

– Нет.

– Владимир Михайлович, в этом списке выделены фамилии: Курагин А. Д. и Дёмин М. И. Кто они?

– Они вдвоём гостили у него на заимке весной. Приятели, оба на пенсии.

– А почему он их выделил?

– Он не успел договорить. Его отвлёк телефонный звонок, затем ему куда-то необходимо было срочно ехать.

Глава 6

Прилетев в Москву, вечером из гостиницы Беркутов позвонил директору дополнительного офиса Торгового Дома Прутков и компания, Шток Эдуарду Альбертовичу.

– Эдуард Альбертович, добрый вечер. Вас беспокоит Беркутов Владимир Михайлович. Мне необходимо с Вами встретиться. Во сколько завтра, в первой половине дня, Вы сможете найти для меня время? Хорошо, завтра в одиннадцать буду у Вас в офисе. Адрес знаю. – На следующий день Беркутов ровно в одиннадцать вошёл к нему в кабинет.

– Вы, собственно, по какому вопросу ко мне? Если по поводу красной икры, то опоздали. Мы уже заключили договора с поставщиками. – С недовольным видом, встретил Беркутова молодой, худощавый мужчина в очках, сидящий за столом, заваленным бумагами. – Детектив подошёл к столу ближе.

– Моя фамилия Беркутов. Выполняю поручение Пруткова Антона Ивановича.

Красную икру я Вам предлагать не собираюсь. Меня интересует другой вопрос.

– Простите, я принял Вас за коммерческого агента. Партнёр покойного Алексея планирует провести в ближайшее время аудиторскую проверку, мне необходимо подготовиться к ней, а они всё идут и идут, идут и идут с этой красной икрой, совершенно работать не дают. Посредников на рынке развелось больше раз в сто, чем икры. Вы, по какому вопросу ко мне? Вы, не стойте, присядьте.

– Спасибо, – Беркутов сел на стул. – Дело в том, что Антон Иванович недавно передал своему племяннику, то есть Алексею, некоторые документы для ознакомления. Эти документы обладают определённой коммерческой тайной, а Алексей не успел их вернуть. Антон Иванович обеспокоен, как бы эти бумаги не пропали бесследно.

– По-моему, я догадываюсь о каких документах идёт речь. – Беркутов от такой неожиданности замер.

– Вам бы встретиться со мною на два дня раньше. Я эти бумаги отдал бы Вам прямо в руки.

– Что мешает Вам, сделать это сейчас?

– У меня их уже нет. – Вот так всегда, если интуиция не подводит, то удача обязательно мимо промчится, – подумал Беркутов. – Не надо огорчаться, дело поправимое. – Сказал Шток и набрал номер на мобильном телефоне. У Беркутова на душе отлегло. – Дядя, добрый день! Как твоё дражайшее? Моими молитвами? Понятно. Нашёлся хозяин документов, которые я тебе отдал два дня тому назад. Ага, ага. Кто же знал. Сейчас я его на своей служебной машине отправлю к тебе. Хорошо, хорошо. Тебе тоже не хворать.

Через два часа Беркутов сидел на просторной кухне Михаила Ивановича Дёмина и пил чай.

– Говорил же Эдику, он мой племянник, не торопись избавляться от документов, так нет не послушал меня. Сказал, что ревизия у него скоро, а сейф и так забит разной макулатурой под самую завязку. Знает, что я книгу пишу, вот и подумал, что эти документы могут мне пригодиться. А я посмотрел, не моя тема. Позвонил своему приятелю, Курагину Анатолию, он в вашем городе живёт, осел в нём, когда вышел на пенсию, правда, не усидел дома, работает. Его эти бумаги заинтересовали. Вчера от него человек ко мне заходил, я и передал ему папочку. Я сейчас номер сотового телефона Анатолия на листочке запишу.

– Да, пожалуйста, – думая о своём, машинально, ответил Беркутов.

Анохин гнал машину так, будто пытался во что бы то ни стало, оторваться от погони. Необходимости в этом у него не было. Просто, это был стиль его вождения. Он изредка бросал взгляд на приборную панель. Стрелка спидометра гуляла по циферблату от отметки сто до отметки сто восемьдесят, вот уже в течение двух часов. Иногда ему казалось, что машины, двигающиеся в попутном направлении, стояли на месте, когда он догонял и обгонял их. Мелькнувший на горизонте силуэт трубы старой, заброшенной котельной напомнил ему о том, что скоро можно будет дозаправиться и перекусить в придорожном кафе. Сначала он завернул на заправку, затем припарковался, на только что освободившееся место, рядом с кафе. Рассчитавшись на кассе, Виктор взглядом отыскал свободное место и присел за столик у окна лицом к выходу и, со зверским аппетитом, накинулся на бифштекс с жареным картофелем. На мгновение, подняв взгляд от тарелки, заметил, что по направлению к его столику с подносом на вытянутых руках, медленно движется от кассы стройная, коротко стриженая, брюнетка в светлых брюках и лёгкой синей дорожной куртке. Он приметил её ещё на улице. Она подъехала к кафе на шикарном, ярко красном купе марки Ауди минутой позже, чем он.

– Приятного аппетита, – поставив поднос на столик, сказала брюнетка.

– Спасибо. Если мне не изменяет память, Вы, кажется, работаете юристом в администрации Еловска, Елена Николаевна Пруткова?

– Да. А Вы откуда знаете?

– Я Вам, как-то, в отдел документы завозил. – После небольшой паузы, Анохин продолжил. – Я слышал, что в городе, на Лермонтова, новый ресторан открыли, а шеф повара в него из Москвы пригласили.

– Я тоже слышала об этом.

– Интересно, на что способен этот кулинар? А давайте как-нибудь вечером посетим его, если Вы свободны? Вы возьмёте с собой подругу, а я своего приятеля.

– Ну, не знаю.

– Я могу Вам позвонить?

– Да, конечно.

– У меня нет номера Вашего телефона. – Лена назвала номер сотового телефона. Виктор записал его в телефонную книгу своего мобильника и встал из-за стола.

– Приятного аппетита, к сожалению, я спешу. Надеюсь, что скоро увидимся.

– Вам приятной дороги, звоните.

Выйдя из кафе, Виктор от яркого солнца спрятал глаза за солнцезащитными очками. К нему подлетела стайка бойких подростков. Местные ребятишки, не стесняясь, клянчила у клиентов кафе деньги, когда те выходили. Виктор достал из бумажника сторублёвую купюру и сунул в руку самому шустрому. – На всех, только без обмана, – строго предупредил он. – Спасибо, – обрадовавшись, загалдели дети.

Анохин медленно отъехал от кафе, а затем привычно включился в гонку. Дорога была ему хорошо знакома, и он не напрягался за рулём. Сегодня рабочий день близился к завершению. Позавчера с утра, как обычно, он взял почту в офисе московского филиала, затем по просьбе Курагина заехал на квартиру к благовидному старичку и забрал у него папку с документами. Ему оставалось передать документы Ильину, папку Курагину и свободен целых двадцать четыре часа. Правда, необъяснимое чувство тревоги преследовало его с тех пор, как он проснулся.

В отдел экономической безопасности предпринимателя Зубова Анохин пришёл на работу два года назад. С начальником отдела, полковником Курагиным майор Анохин познакомились в военном госпитале, когда перед увольнением из армии проходил медицинскую комиссию, после ранения на Кавказе. В госпитале познакомился и с капитаном Ивановым: все трое лежали в одной палате. Как-то вечером, после врачебного обхода, они разговорились.

– Что, мужики, бездельничать ещё не устали? – Поинтересовался Курагин.

– Есть, немного, – ответил Иванов.

– Устроиться на работу не думаете?

– Да, куда с нашей профессией можно устроиться? Если только сторожем на автомобильную стоянку, – усмехнулся Иванов.

– Может быть, ко мне пойдёте? Мне недавно предложили возглавить отдел экономической безопасности в одной солидной фирме.

– Можно было бы, но я в этом, ничего не понимаю, – уныло произнёс Иванов.

– Ни боги горшки обжигают, – подбодрил его Курагин.

До Еловска осталось минут десять езды. Виктор включил сигнал левого поворота и уверенно пошёл на обгон. В этом месте дорога петляла, но ширина дорожного полотна позволяла ему сделать этот, рискованный манёвр. Вдруг, вместо чистой полосы он увидел впереди прицеп фуры, который перекрыл собой всю проезжею часть. Времени на раздумья у него не осталось. Чтобы избежать столкновения, он начал тормозить и резко повернул руль в лево, в сторону обочины. От такого дерзкого манёвра водителя, машина с дороги, сначала полетела по воздуху, затем цепляясь колёсами и днищем за низкий кустарник, стремительно пронеслась ещё несколько метров и врезалась в толстую сосну. Виктор с облегчением выдохнул. Для него всё произошло мгновенно. Необъяснимое чувство тревоги, которое преследовало его с утра, тут же исчезло. Мозг, натренированный на мгновенные действия, не оставил мышцы тела в покое, ни на одну долю секунды. Выключив двигатель и, освободившись от ремня и обмякших подушек безопасности, он выбрался из машины. Боль в правой лодыжке мешала двигаться быстро. А надо было торопиться, он опасался, что машина в любой момент может загореться и взорваться. Дверь багажного отделения открылась без особых усилий. Из потайной ниши он достал портфель и прихрамывая, стал удаляться от машины. Но успел отойти метров на пятнадцать, споткнулся о пенёк, острая боль пронзила внизу правую ногу, широко раскинув руки, он упал, а портфель отлетел в сторону. Виктор потерял сознание.

Водитель фуры, которая перекрыла дорогу джипу Анохина, сам чуть не улетел в кювет вместе с машиной и грузом. На крутом спуске, когда он только начал заходить в не менее крутой правый поворот, перед ним возникло препятствие, объехать которое было невозможно. Он вовремя среагировал на проблесковые маячки служебных машин. Когда тридцать тонн машины и груза замерли на месте, он тыльной стороной ладони вытер пот со лба и выбрался из кабины, чтобы осмотреться. Прицеп при торможении, развернуло поперёк дорожной полосы, а находясь в таком положении, он не мог самостоятельно, под уклон, спровоцировать движение, но тормозные башмаки под несколько колёс прицепа, на всякий случай, он подложил. Затем отправился за поворот, чтобы установить красный треугольник стоп-сигнала. Но не успел предупредить, ехавшего за ним водителя. Прямо на его изумлённых глазах чёрный джип, уходя от столкновения с прицепом фуры, улетел с дороги и скрылся за пределами видимости. Установив знак и прихватив аптечку из кабины, он поспешил на помощь водителю джипа.

Лена, не только утолила чувство голода в придорожном кафе, но и немного отдохнула. До Еловска оставалось часа два езды. Дорога не требовала пристального внимания, так как Лена проезжала по ней не раз. Она расслабилась и слушала музыку. Лента дороги стремительно неслась под капот, время летело незаметно. Чёрный джип, за рулём которого сидел высокий, светловолосый, понравившийся ей мужчина, то появлялся в её поле зрения на дороге, то исчезал. До города оставалось совсем немного, когда его джип растворился в воздухе. Причину столь неожиданного исчезновения джипа, Лена успела заметить. Ей повезло больше, чем водителю за рулём джипа, она вовремя затормозила. Быстро выйдя из машины, Лена кинулась к левому краю дороги. Но спуститься вниз с насыпи и отправиться, к лежащему на боку джипу, не рискнула, увидев, что туда уже спешили люди, и ей стало понятно, что они опередят её.

Стас Боев подъехал к месту аварии, когда за прицепом фуры, перегородившим дорогу, скопилось уже до десятка разных машин. Поинтересовавшись у водителя, впереди стоящего большегруза о случившемся, он чтобы скоротать время в ожидании, когда можно будет ехать дальше, отправился к тому месту, где приземлился джип. Пока он осторожно пробирался сквозь кустарник малинника, все действия по оказанию первой медицинской помощи, пострадавшему водителю джипа, закончились и, принимавшие в этом участие добровольные помощники, стали расходиться по своим машинам. Он увидел, что водителя джипа, привязанного к носилкам, несколько крепких мужчин, из числа помощников, несли к дороге. Стас обошёл лежащий на боку джип, через разбитое лобовое стекло заглянул внутрь, затем отправился назад на дорогу, к своей машине. Но не успел сделать и десяти шагов, как остановился, потому что наткнулся взглядом в кустах малины на чёрный предмет, своими очертаниями напоминающий портфель. Стас, отмахиваясь одной рукой, от назойливо наседающей мошкары, осторожно двумя пальцами другой за ручку достал портфель. Он оказался тяжёлым и закрытым на ключ, который свисал с ручки на кожаном шнурке. – Надо завтра в милиции узнать адрес хозяина джипа, скорее всего, это его дипломат и вернуть ему, – подумал он, и ещё раз посмотрел на номерной знак, лежащего на боку джипа. Вернувшись на дорогу, к своей машине, он открыл дипломат. Кроме каких-то документов в нём ничего не было. Стас положил его в багажник.

Глава 7

Зубова остановил звонок телефона на выходе из кабинета, с электрочайником в руке. Он направлялся за водой, чтобы заварить кофе. Рабочий день закончился. Служащие конторы давно покинули свои рабочие места, но он ещё работал с документами. Пришлось вернуться к столу. Звонил Ильин.

– Ну, – буркнул Зубов.

– Иван Сергеевич, курьер опаздывает на час.

– Курагину звонил?

– Не могу дозвониться, его телефон находится вне зоны действия сети.

– Возможно, что-то случилось. Подожди ещё немного.

– Хорошо, Иван Сергеевич, я подожду.

– Рано ещё беспокоиться, – решил Зубов. Он знал, что схема, по которой курьер доставлял почту и важные документы давно отработана, тем более, контроль над ситуацией Курагин из своих рук, ни в коем случае не выпустит.

Наверное, трудно представить себе человека, которому внешний облик Зубова, особенно, при первой с ним встрече, невольно не внушал бы, если не страх, то уважение. За редким исключением, постоянно хмурый, ростом под два метра, широкий в плечах, с крупными мясистыми чертами лица. Его голос, иногда гремел на планёрках так, что присутствующим, невольно хотелось, хоть на мгновение, заткнуть уши. Нерадивые работники его баялись и старались лишний раз, не попадаться ему на глаза.

Когда утром Курагин и Ильин зашли в кабинет генерального директора, тот всем своим видом напоминал грозовую тучу, тяжело нависшую над рабочим столом. Он внимательно окинул обоих жёстким взглядом и жестом руки предложил присаживаться. По правую руку от него за офисной приставкой расположился Курагин Анатолий Дмитриевич. Одевается всегда со вкусом, элегантно, но не ярко, а так, чтобы не привлекать к себе внимания. Такие мужчины, как Курагин, невольно притягивают к себе взгляды женщин. Офицер в отставке. У Зубова отвечает за экономическую безопасность. Исполняет свои обязанности спокойно и добросовестно. С первых дней работы серьёзно взялся за дело и для начала отладил финансовую дисциплину отчётности по статье расхода дизельного топлива. При этом, организовал работу на этом технологическом отрезке так, чтобы полностью исключить рецидивы воровства. Эффект в денежных знаках получился очень заметный. По леву руку от генерального директора расположился Ильин, Владимир Алексеевич. Нет ещё и тридцати, но уже успел располнеть. Умница. Закончил университет с красным дипломом. Близорукость, иногда скрывает за контактными линзами. Вполне типичная внешность мягкого интеллигентного человека. Но сильному характеру и целеустремлённости Ильина, мог бы позавидовать любой спортсмен, стремящийся к высоким результатам. Зубов всегда думал, что Ильина ему послал сам бог. И самое главное вовремя.

– Анатолий Дмитриевич, объясни, как получилось так, что в твоей цепочке оказалось слабое звено? – Прервал, затянувшееся молчание, Зубов.

– Иван Сергеевич, сам знаешь, и на старуху бывает проруха.

– А это смотря, какая проруха и у какой старухи, Анатолий Дмитриевич.

– Я у старух прорухи не проверял, мне сейчас не до этого, разреши я продолжу.

– Валяй.

– Вечером, в больнице дежурный врач позволил мне поговорить с курьером.

Анохин утверждает, что хорошо помнит, как достал портфель с документами из багажника и отошёл от машины на несколько метров. Я занимаюсь поиском портфеля и документов, которые в нём находились в соответствии, с составленным мною планом. Ознакомить?

– Нет, уволь, – отмахнулся Зубов. – У меня нет времени, чтобы знакомиться с твоими, хитро расставленными ловушками на мелких хищников. – Он вдруг что-то вспомнил и записал, в лежащий на столе, рабочий блокнот, затем продолжил. – И тем не менее, Анатолий Дмитриевич я хочу, чтобы твои люди в следующий раз, действовали более осмотрительно. Надеюсь, что Владимир Алексеевич в ближайшие дни начнёт работать с найденными документами. Зубов поднялся из-за стола, тем самым давая понять Курагину и Ильину, что он их не задерживает.

Алексей Кривошеев, молодой бездельник и наркоман, по кличке Кривой, затаив дыхание, застыл на месте, заметив своё спасение, от затянувшегося безденежья. Чтобы убедиться в отсутствии опасности, покрутил по сторонам головой. Он уже два часа носился по улицам Еловска, высматривая цель. И вдруг, прямо перед ним, во всей своей красе, нарисовалась бэха третьей серии. Настоящая, реальная тачка, на которую он получил заказ. Его, правда, интересовала не конкретно эта машина, а нужна была БМВ, именно, третьей серии. Её заказал Бычков, по кличке Бык. Он скупал краденые авто, разбирал и через автосервис Бегемота продавал.

За машиной Кривой отправился, когда на городские улицы опустилась ночь. Отключить сигнализацию в машине и открыть её без ключа, это было для него так же просто, как утолить жажду из водопроводного крана, потому что для этой цели он использовал программу на своём ноутбуке. Немного сложнее было запустить двигатель, но и с этим он справился в этот раз легко. Оставался совсем один пустяк – добраться до условленного места и получить вознаграждение. И в этом ему несказанно повезло. Домой вернулся под утро, на такси. Довольный собой, побаловал себя дозой с бугорком и отъехал в мир иллюзий.

Можно себе представить, каково было удивление Стаса Боева, когда утром, выйдя из подъезда, он не увидел около дома свою машину. Он присел на скамеечку рядом с подъездом. Мысли в его голове спутались от такой неожиданности. Но надо было срочно что-то делать. Он позвонил начальнику на работу и предупредил о том, что задержится, а сам отправился в милицию заявить об угоне, в глубине души надеясь на то, что машина не пропала навсегда, а произошло какое-то нелепое недоразумение, которое вскоре проясниться.

Кривой, вяло передвигая ногами и, чувствуя упадок сил во всём организме, поплёлся в прихожую. С дивана его заставили подняться настойчивые звонки в дверь. Давно известно, что всё хорошее в жизни любого человека длится не долго. Суровая действительность она ведь не спит и даже, никогда не дремлет. Как только он повернул язычок замка в положение открыто, дверь резко распахнулась, Кривой получил удар в челюсть, отключился и рухнул на пол. Когда он пришёл в себя и открыл глаза, то увидел сидящих на стульях двух здоровых, коротко стриженых парней, приветливо улыбающихся и разглядывающих его с интересом инопланетян.

– Смотри, оклемался, – удивился один из них. – А я подумал, что ты его прихлопнул.

– Не-а, не должен, я не в форме что-то, почему-то не выспался сегодня. Сам даже не знаю, почему? – Сладко зевнув и потянувшись, ответил другой. – Почему в момент потягивания не рассыпался под его массивным телом дряхлый стул Кривого осталось в прошлом, необъяснимой загадкой.

Услышав незатейливый диалог двух, не прошеных гостей, Кривой понял, что эти парни заглянули к нему не косячок по кругу погонять и, что в догонялки с ними, лучше не играть.

– Наркоша, ты кому бэху слил? – Задушевно так, ласково, будто ворковал с любимой в парке на скамейке, обратился к Кривому тот, который сегодня почему-то не выспался. Кривой собрался с силами и выдавил из себя.

– Какая сволочь, вас на хату навела? – А сам подумал, – лучше бы ты вообще сегодня не просыпался, катарпиллер не обкатанный.

– Ты не груби, а отвечай, когда тебя вежливо спрашивают. Или добавки организм требует? – Поинтересовался другой.

– Не надо. От вашей обходительности, только копыта откинешь. Уж как-нибудь, перебьюсь одной дозой.

– И это правильно! И это радует! – Парадируя голос и фразы популярного в восьмидесятые годы советского политика, похвалил его тот, который сегодня почему-то не выспался. – Кривой готов уже был, вот-вот, концы отдать, но на посошок адрес Быка и адрес автосервиса Бегемота всё же озвучил.

– Сиди в своей конуре тихо и не вздумай о нашем визите, хоть кому-нибудь капнуть. Из-под земли достанем, – посоветовал ему тот, который сегодня почему-то не выспался. Они бесшумно, как приведения, встали со стульев и покинули квартиру Кривого.

– Эти откопают и не побрезгуют опять закопать, – без тени сомнения, поверил Кривой обещанию, неожиданных посетителей его более, чем скромного жилища. – Менты так не трясут. Не их почерк. Отморозки тоже. И те, и другие вывернули бы всю душу наизнанку. И остаток навара за бэху выгребли бы. А эти, даже не намекнули. Малахольные какие-то. Ну что, касатик, попал, как кур в ощип?! – вспомнил он визгливый голос, воспитавшей его родной тётки и героически предпринял третью попытку подняться и обрести, хотя бы четыре точки опоры.

Внезапными посетителями Кривого были люди Курагина, которые выполняли особо деликатные поручения своего шефа по линии экономической безопасности в бизнесе Зубова. Они отправились по адресам, известных в городе угонщиков, как только Курагин получил информацию в милиции от «своего человека».

Беркутов, вернувшись в Еловск, позвонил Курагину и договорился с ним о встрече.

– Проходите, Владимир Михайлович, присаживайтесь, – приветливо встретил его Курагин в своём кабинете. – Михаил мне позвонил и поведал о Вашей проблеме. Но увы, пока, ничем не могу помочь. Курьер, который доставляет почту из Москвы, перед самым Еловском попал в аварию. Портфель с почтой и документами пропал с места аварии. Разумеется, я организовал поиск, но результата пока нет.

– Может быть, содержимое этого портфеля, уже давно отправилось из какого-нибудь мусорного бака на городскую свалку?

– Всё может быть, Владимир Михайлович.

– Сразу видно, что Курагин не намерен делиться со мною информацией, – подумал Беркутов и попрощался с ним.

Восьмого августа, в среду, Ильин, собираясь на работу, строил, как всегда, планы на вечер и подумать не мог, что сегодня днём, может круто измениться привычный для него ритм и образ жизни. А началось всё со звонка охранника, в десять утра.

– Владимир Алексеевич, Вас хочет видеть сотрудник милиции. Пропустить?

– Да, конечно, пропусти. – Через несколько минут в кабинет вошёл молодой человек в джинсах и светлой летней рубашке. Лёгкую куртку он держал в руке. Подойдя к столу, за которым работал Ильин, он достал из кармана куртки удостоверение, показал и представился.

– Оперуполномоченный капитан Сергеев. Владимир Алексеевич, на контрольно пропускном пункте предприятия «Автотехсервис» в журнале имеется запись, сделанная охранником о том, что позавчера вечером Вы посещали автосервис, расположенный на территории этого предприятия в период с восемнадцати тридцати до восемнадцати пятидесяти. Это так?

– Да, припоминаю, после работы заезжал.

– Приблизительно в это время, там произошло двойное убийство.

– Странно, но ничего похожего на двойное убийство, я не заметил. Пообщался недолго с хозяином и уехал.

– В любом случае, Владимир Алексеевич, Вам придётся проехать со мной в отдел, потому что необходимо снять отпечатки Ваших пальцев.

– Меня подозревают в двойном убийстве?

– Вы, какое-то время находились в автосервисе, к чему-то прикасались, что-то трогали. Необходимо их идентифицировать. Простая формальность, не более того. Это не займёт много времени.

– Назад привезёте?

– Привезу, не беспокойтесь. – Ильин закрыл программу, в которой работал, выключил компьютер и встал из-за рабочего стола.

Глава 8

Молодая женщина в форме лейтенанта милиции сделала свою работу быстро, затем подсказала Ильину, как пройти в туалетную комнату, чтобы вымыть руки. Сергеев, заметив Ильина, выходящим из туалетной комнаты, подошёл к нему.

– Вам хочет задать несколько вопросов следователь. Прокуратура находится недалеко от отдела. Пойдёмте, я Вас провожу. Дворами быстро дойдём.

Через несколько минут Ильин в сопровождении капитана Сергеева, подошёл к кабинету номер пять на первом этаже прокуратуры. Дверь кабинета, оказалась закрытой на ключ. Сергеев, нетерпеливо посмотрел на ручные часы. – Впрочем, Вы можете дождаться его и без меня. – Он протянул свою визитную карточку Ильину. – Как освободитесь, звоните. Я Вас отвезу на работу. Следователя, который будет Вас опрашивать, зовут Вадим Александрович, фамилия Борисов.

Борисов появился, только через пятнадцать минут. Это был мужчина на вид лет сорока пяти, высокого роста, худощавый и в очках.

– Здравствуйте, Владимир Алексеевич. Прошу прощения, в отделе задержали, – начал оправдываться Борисов, открывая ключом дверь кабинета.

– Проходите, присаживайтесь, ещё минута и мы приступим. – Он некоторое время, стоя, внимательно просматривал документы в папке, которую принёс с собою.

– Обстоятельства изменились, поэтому допрашивать Вас без адвоката, я не имею права. У Вас есть адвокат? Позвоните ему, чтобы он подъехал.

– У меня нет адвоката. Первый раз в жизни, в Вашем кабинете мне понадобился адвокат.

– Наша жизнь так устроена, что в ней всегда, что-нибудь приходиться делать первый раз, – улыбаясь, сказал Борисов. – В таком случае, Вам по закону положен адвокат, услуги которого будут оплачены из бюджета, если, конечно, у Вас нет возражений?

– Хорошо, я не против бюджетного адвоката. Это, по крайней мере, лучше, чем никакого адвоката и существенно сэкономит моё время.

– Я это предусмотрел. Адвокат сейчас подойдёт.

– Вы знали, что мне потребуется адвокат или, что у меня нет адвоката?

– И ни то, и ни другое. Просто, за годы службы я научился ценить своё рабочее время.

В это время в кабинет вошёл солидный мужчина в светлой, летней рубашке.

– А вот и адвокат. Заходи, Фёдор Осипович, присаживайся. – Приветливо встретил адвоката Борисов. Адвокат поздоровался и присел на один из свободных стульев, стоявших вдоль стены просторного кабинета Борисова.

– Давай контора, начинай писать, не теряй время, – энергичным голосом распорядился он, обращаясь к следователю. Сам в это время достал удостоверение, повернулся назад, выставил в лицо Ильину, моментально закрыл, убрал в карман рубашки и назвал себя, – Бочкин Фёдор Осипович, Ваш адвокат. – Борисов приступил к допросу.

– Фамилия, имя, отчество, год и место рождения, образование, – приготовившись записывать, начал он задавать вопросы. Записав ответы Ильина, он продолжил.

– Позавчера вечером, Вы посещали автосервис, расположенный по адресу улица Лесная, дом тридцать два?

– Да, заезжал после работы.

– Охранник в своих показаниях свидетельствует о том, что, когда Вы направлялись через проходную в автосервис, то в руках у Вас ничего не было. Когда возвращались назад, то в одной руке держали чёрный полиэтиленовый пакет, в котором что-то выносили с территории. Что Вы несли в пакете?

– Я купил на правую сторону бэушное зеркало заднего вида, которое планирую заменить, так как на моей машине оно серьёзно повреждено. Чёрный пакет мне, любезно, предложил хозяин автосервиса.

– Вчера утром работником автосервиса был обнаружен труп владельца автомастерской Жукова Андрея и труп Алексея Пруткова в кабинете хозяина автосервиса, на втором этаже. Вы, были знакомы с кем-нибудь из них?

– Нет. Я пообщался несколько минут с хозяином автосервиса и уехал.

– Кроме хозяина автосервиса Жукова Андрея, Вы ещё кого-нибудь видели у него в кабинете, в момент посещения?

– Нет.

– Когда Вы вошли в кабинет хозяина автосервиса, чем он в тот момент был занят?

– Он сидел за компьютером.

– Когда шли назад, к проходной, никого не встретили на своём пути?

– Нет.

– На проходной в журнале точно зафиксировано время Вашего посещения. В нём чёрным по белому записано, что Ильин В. А. прибыл на территорию в восемнадцать тридцать, а убыл в восемнадцать пятьдесят и в этом же журнале записаны Ваши паспортные данные. По результатам экспертизы, убийство произошло в это время. Погрешность допускается, но не значительная.

Охранник объекта Вас опознает. На территории самого автосервиса, возможно, Вас видели работники автомастерской. Они тоже могут Вас опознать.

На рукоятке ножа, которым были убиты Жуков и Прутков, обнаружены отпечатки Ваших пальцев. Я предлагаю Вам оформить явку с повинной.

– Вы, Вадим Александрович, переходите все мыслимые границы здравого смысла. – Спокойно отреагировал Ильин на предложение следователя.

– Вадим Александрович, – вмешался Бочкин, молчавший на протяжении всего допроса, – ты, на крутых поворотах не газуй, – а затем обратился к Ильину. – Я тоже не вижу оснований для того, чтобы писать явку с повинной. Ваши отпечатки пальцев могли случайно оказаться на рукоятке ножа.

После процедуры опознания Ильина охранником и двумя работниками автосервиса, следователь сказал Ильину, что вынужден его задержать. Адвокат выразил устный протест, но это не повлияло на решение Борисова.

Борисов вызвав конвой, неожиданно для Ильина, предложил ему сделать один телефонный звонок. Ильин поблагодарил его, достал из внутреннего кармана пиджака мобильный телефон и набрал кнопкой быстрого вызова номер телефона Курагина.

– Анатолий Дмитриевич, меня только что задержали по подозрению в убийстве двух человек. В данный момент, я нахожусь в прокуратуре. Запишите номер телефона адвоката, – и он, повторяя за Бочкиным, продиктовал номер.

– Владимир Алексеевич, ты превысил меру необходимой самообороны?

– Нет.

– Ты, совершил наезд на пешеходов, со смертельным исходом?

– Нет.

– Супруга дала тебе повод, а ты в порыве ревности убил кого-то?

– Нет. – Ильин не смог сдержать улыбку.

– Скажи тогда, за какое преступление тебя задержали?

– Я сам пребываю в полном недоумении. Вам лучше поговорить с адвокатом.

Вы записали номер его телефона?

– Записал.

– Мне добавить больше нечего. Позвоните жене, чтобы она не волновалась.

Когда Ильин вышел с конвойным, адвокат на несколько минут задержался в кабинете следователя.

– Вадим, я думаю, что ты переборщил с задержанием. На мой взгляд, достаточно было взять с него подписку о невыезде. Лично я не вижу мотива преступления.

– Мотива говоришь, не видишь? – Переспросил Борисов, глядя внимательно мимо Бочкина, будто за его спиной, где-то на стене пытался разглядеть, тот самый, невидимый адвокату мотив.

– В рабочем кабинете предпринимателя Жукова, а больше известного в криминальных кругах Еловска, как Бегемота, из его сейфа, в вечер убийства, пропала по оперативной информации крупная сумма денег.

– А ты, значит, полагаешь, что Ильин, в течение нескольких секунд смог насадить на ножичек двух нехилых мужичков ради того, чтобы забрать деньги из сейфа у наркодилера? Не смеши мои копыта, как выражается мой малолетний внук. Факты, конечно, штука серьёзная. С ними трудно спорить, ты прав.

А то, как держится Ильин: спокойно и уверенно, а? Тебя это не наводит на некоторые размышления? У меня, лично, сложилось впечатление, что этот парень не способен совершить убийство.

– Наводит, не наводит, какая тебе разница, Бочкин? Делай свою работу и не мешай мне делать мою. Способен подозреваемый Ильин на убийство или не способен – это уже другой вопрос. Загнанная в угол мышь, превращается в леопарда. Так, кажется, говорят на востоке? Может, его жизни в тот момент, угрожала смертельная опасность? Может, такое быть? Может.

– То мышь, а тут вполне нормальный человек. Печёнкой чувствую не виновен Ильин.

– Может быть, ещё прикажешь твои ощущения в дело подшить?

– А что? Подшей, не помешает.

Через пятнадцать минут после допроса, Ильин оказался в камере изолятора временного содержания в обществе двух молодых парней, злостных нарушителей правил дорожного движения. Без компьютера, без мобильного телефона, без всесильных кредитных карточек, а самое главное, без возможности общения с любимой женой и малышкой дочерью.

То, что убили наркодилера и племянника мэра, не удивило Курагина, потому что его трудно было, чем-нибудь удивить. А то, что по подозрению в убийствах задержали Ильина, это известие обрушилось на него, как гром среди ясного неба. – Просто бред какой-то, – подумал он. Бред, не бред, а разбирать эту головоломку, он сразу понял, придётся ему. Курагин без предварительного телефонного звонка, направился к Зубову. Когда он вошёл, то застал его, работающим с документами.

– У тебя, что-то срочное? А то я плотно занят.

– Да, Иван Сергеевич.

– Что? Говори.

– Ильина задержали.

– Кто его задержал?

– Следователь Борисов.

– Дай следователю денег, он отпустит его, не вижу проблемы, – не отвлекаясь от работы, сказал Зубов.

– Иван Сергеевич, думаю, что это не поможет.

– Дай следователю много денег. Это поможет, поверь мне.

– Полагаю, что и это не поможет. Его задержали по подозрению в убийстве двух человек.

– Что за отморозки его так достали, что ему пришлось пойти на такую, крайнюю меру? – Спокойно, даже не подняв голову от бумаг, отреагировал Зубов на слова Курагина, будто давно уже привык к тому, что Ильин чуть ли не каждый день, в обязательном порядке, отправлял кого-нибудь на тот свет.

– Убит криминальный авторитет Бегемот, а рядом с ним нашли труп племянника нашего мэра.

– Что они из себя представляли?

– Бегемот торговал наркотиками, а вот про племянника, пока сказать ничего не могу.

– Не знал, что у мэра был племянник. Только понять не могу, какая связь могла быть между Ильиным, этим Бегемотом и племянником мэра, объясни мне? – Наконец-то, отвлёкся от работы Зубов.

– Никакой связи на самом деле между ними не было и быть не могло. Просто, на орудии убийства обнаружили отпечатки пальцев Ильина, а в активе у следователя имеются свидетели.

– Простота какая-то туманная. Не нравится мне это. Возьмёт его в оборот этот Борисов, и он не выйдет на свободу и после суда. Что прикажешь тогда делать? Может есть смысл подключить к делу столичных адвокатов?

– Пока, не вижу в этом необходимости.

– Смотри сам, конечно, но учти, Анатолий Дмитриевич, у нас с Ильиным запланировано очень важное мероприятие, которое нельзя отложить на более позднее время. Владимир Алексеевич уже начал готовиться к нему. Поэтому каждый, проведённый им день в тюремной камере, может обернуться мне серьёзными финансовыми потерями. Меня абсолютно не интересуют что, кто и почему ему инкриминирует. Для меня крайне важно сейчас, чтобы он, как можно быстрее, приступил к работе. Вопросы есть? Молчишь, значит нет.

Если нет, действуй, – и он опять погрузился в бумаги, лежащие перед ним на столе.

Но сосредоточиться на работе у него не получилось. После ухода Курагина, он попросил секретаря, заварить кофе, а сам перешёл из кабинета в комнату отдыха. – Арест Ильина может серьёзно нарушить мои планы. Это случайность или чей-то, хорошо продуманный ход? Знать бы ещё, кто посмел сделать этот ход? – Теперь Зубова беспокоили только эти мысли, потому что врагов и завистников, как и у любого другого, преуспевающего предпринимателя, у него хватало.

Глава 9

Кофе давно остыл, а Зубов, не притронувшись к нему, сидел в кресле около камина. Он рассеянно наблюдал за язычками пламени, погрузившись в воспоминания. В комнате царил полумрак. Окна были занавешены плотными шторами. Зайдя в комнату из кабинета, он включил настенные боковые светильники. Тень от кресла, в котором он сидел и от него падала тёмной треугольной фигурой на пол. Из-за мерцающего освещение от камина, фигура не имела чётких границ.

Зубов хорошо помнил, как он поздним вечером, три года тому назад, проходя по коридору офиса, увидел приоткрытую дверь кабинета финансового отдела, вошёл и застал на рабочем месте, за компьютером, взъерошенного молодого человека, с горящими от возбуждения глазами.

– Ты, чем здесь занимаешься, кто такой, как звать?

– Так, ерунда, – смущённо, заулыбался парень, неожиданно увидев перед собой недовольного Зубова и чётко ответил.

– Зовут – Владимиром, фамилия – Ильин.

– Ерунда, не ерунда давай, выкладывай Владимир Ильин, – потребовал он. И Ильина прорвало, будто слабую плотину на пути мощного потока во время весеннего половодья. Он взял чистый лист бумаги и стал увлечённо писать какие-то незнакомые Зубову формулы, чертить графики, при этом торопливо поясняя, непонятными словами. Зубов спокойно выдержал, обрушившийся на него поток информации, затем сказал.

– Завтра утром, после планёрки, в одиннадцать зайди ко мне с информацией, изложенной не более, чем в пятнадцать строчек машинописного текста. Секретаря я предупрежу. – И уже на выходе из кабинета, пообещал.

– Заинтересуешь, тема сработает, не обижу. Иди, я позвоню на вахту, чтобы тебя отвезли домой. Поздно уже, да и дождь на улице льёт, как из ведра. Финансовая ситуация в делах у Зубова на тот момент была, крайне, неустойчивой.

То, что предложил на следующий день Ильин, по мнению Зубова, было больше похоже на авантюру, чем на хорошо продуманный план выхода предприятия, из назревающего финансового кризиса, но он рискнул. После нескольких удачных финансовых операций на фондовом рынке, спекуляция ценными бумагами принесла Зубову сумму, которая позволила ему, не только выправить, пошатнувшееся финансовое положение, но и серьёзно расширить бизнес. Ни Зубов, ни Ильин сами не ожидали, такого ошеломительного успеха. В этой игре Зубов рисковал по-крупному, заложив в банке производственную недвижимость, машины, станки и оборудование, а самое главное рисковал коллективом специалистов и своим честным именем в среде банкиров и многим, чем другим, и удача повернулась к нему лицом. Он был уверен, что такое везение долго продолжаться не может и решительно вышел из игры. В долгу перед Ильиным, Зубов оставаться не захотел и решил щедро отблагодарить его, предложив Ильину самому назвать сумму вознаграждения. Ильин взял ручку и аккуратно вывел на листочке бумаги цифру один. Зубов внимательно посмотрел Ильину в глаза.

– Как понимать эту цифру? – Заметив, в каком внутреннем напряжении находится Зубов, Ильин пояснил.

– Один миллион.

– Понятно, что не два. В какой валюте предпочитаешь?

– В рублях и, если можно, то лучше американских.

Эта сумма, нисколько не смутила Зубова. Через три дня, увеличенная в два раза, она поступили на счёт Ильина. Через месяц по распоряжению Зубова, Ильин занимал просторный кабинет рядом с его приёмной. Этот кабинет в своё время, был приготовлен для заместителя Зубова, но должность оставалась вакантной, и поэтому пустовал. На двери кабинета повесили табличку с надписью: «Заместитель генерального директора по экономике». Официальную зарплату Ильин, по-прежнему, получал на предприятии, но кроме этого сумма в рублях, эквивалентная двадцати тысячам американских долларов, стала ежемесячно поступать ему на счёт, минуя кассу предприятия. Эту сумму, дополнительно, платил ему Зубов из своего дохода.

Недавно Ильин предложил Зубову, вновь заняться спекуляцией ценными бумагами на фондовом рынке. Зубов, немного подумав, согласился. И вот теперь, в самый неподходящий момент, Ильин оказался в тюрьме. Он очнулся от воспоминаний, посмотрел на каминные часы, стрелки показывали восемь вечера. Поднявшись с кресла, он прошёл в кабинет и по телефону вызвал служебную машину.

Вечером, в тот день, когда следователем Борисовым был задержан Ильин, Курагин, пообщавшись с Бочкиным, решил не отказываться от его услуг, поняв, что его собеседник опытный адвокат, много лет до адвокатской практики, проработавший следователем. Доверие со стороны начальника службы экономической безопасности богатого и влиятельного предпринимателя Зубова, Бочкина вдохновило. После разговора с Курагиным, на следующий день, Бочкин, забыв про повышенное артериальное давление, как вол, запрягся в работу. С утра он со своим молодым помощником, студентом практикантом третьего курса юридического факультета отправился обследовать территорию предприятия, на которой располагался автосервис, убитого криминального авторитета Бегемота.

– Найдёшь, что-нибудь стоящее моего внимания, можешь считать, что удовлетворительную оценку за практику заработал. Не найдёшь, получишь неуд. Понял?! – Напутствовал он студента.

– Да понял я, понял, сколько можно, меня пугать, Фёдор Осипович?! А, что искать надо? – Вялым голосом поинтересовался практикант. Он всю ночь напролёт зажигал в ночном клубе и, если бы у него была такая возможность, то он сейчас, лучше бы завалился спать.

– А говоришь, что понял. Ничего, ты я вижу не понял. Внимательно осмотри все мусорные баки на территории. В одном из них, возможно, могут оказаться доказательства невиновности моего клиента. По моей информации, полученной из надёжного источника, их на территории должно быть несколько. Будешь хорошенько искать, значит что-нибудь да найдёшь. – Безо всякой надежды на успех, благословил практиканта на трудовой подвиг Бочкин, а сам отправился вдоль забора. И вскоре наткнулся, на замаскированную сеткой рабицей дыру в нём. Как он и предполагал, оказалось, что на территорию базы можно было пройти, не только через проходную. Ещё он заметил, что весь, огороженный забором периметр, занимаемой предприятием площади, находится под видеонаблюдением. В кармане его куртки, которую он держал в руке, зазвонил мобильный телефон.

– Фёдор Осипович, я кое-что нашёл. В каком месте находитесь, сориентируете, я к Вам подойду.

– Подходи к проходной, я сейчас там буду.

Практиканта адвокат заметил издали. Он стоял недалеко от проходной, а в правой руке держал тёмный полиэтиленовый пакет. Внутри пакета, что-то находилось. Это было заметно по его выпуклым бокам.

– Иди к автосервису Бегемота. Как туда пройти, ты знаешь. Мы, когда зашли на территорию, к нему подходили. От ангара по тропинке подойдёшь к забору, в нём есть дыра. Пролезешь в неё и жди меня. Понял?

– Понял.

– Тогда, чего застыл на месте, как статуя? – Выйдя с проходной, адвокат сел в машину, проехал метров пятьсот вперёд, повернул на перекрёстке налево, проехал ещё метров пятьсот, затем ещё раз повернул на перекрёстке налево и метров через триста остановился. К машине подошёл практикант и предложил положить пакет в багажник, так как от него неприятно пахло. Фёдор Осипович согласился с ним, вышел из машины, взял пакет у студента и, прежде чем убрать в багажник, заглянул в него. Сверху лежала, испачканная в кровь белая футболка, а из-под неё выглядывали синие джинсы. – Похоже на то, что студент не напрасно сегодня трудился, – подумал Бочкин.

– В мусорном баке нашёл?

– Не поверите, Фёдор Осипович, отобрал у собаки. А она вытащила этот пакет из мусорного бака. Зараза, отдавать не хотела, еле отобрал.

– Значит, сама хотела мне притащить. Надеялась, наверное, кусок колбасы заработать, – трогаясь с места, и, подмигнув практиканту, пошутил Бочкин. – Отгул себе ты сегодня заработал. Но не расслабляйся, чтобы завтра, как свежий огурчик, на службу явился. Понял?!

– Спасибо, Фёдор Осипович.

– Где тебя высадить?

– Желательно дома, в моей комнате и рядом с моим диванчиком.

– Что, круто вчера оттянулся?

– Не то чтобы круто, просто, не спал всю ночь.

– Ладно, пользуйся моей добротой, отсыпайся.

Приехав в офис, Бочкин выложил содержимое пакета на стол. Кроме, испачканной кровью одежды, в пакете находились летние туфли сорок третьего размера и пустая бутылка из-под водки. Находка студента обнадёжила его на дальнейший успех. Немного подумав, он позвонил жене Ильина. Согласившись на встречу с ним, она выбрала кафе недалеко от офиса фирмы, в которой работала, в конце рабочего дня.

Затем, с помощью своего приятеля, майора милиции, Бочкин получил доступ к записям камер видеонаблюдения. Он в ускоренном темпе, внимательно просмотрел их и более подробно остановился на двух, заинтересовавших его фрагментах. На первом, было зафиксировано время посещения Алексеем Прутковым, в восемнадцать тридцать, через дыру в заборе территории предприятия «Автотехсервис». На втором, территорию базы «Автотехсервис» в восемнадцать пятьдесят, через эту же дыру в заборе покидал мужчина, с сумкой в руке. Он не спеша подошёл к забору, приподнял сетку и перед тем, как шагнуть по ту сторону, внимательно посмотрел в объектив видеокамеры. Бочкину даже показалось, что мужчина подмигнул. Он попросил приблизить и увеличить изображение лица этого мужчины. Когда сотрудник милиции, помогающий ему, сделал это, то Бочкин сразу узнал его. Ошибиться он не мог, это был Степан Колычев, отсидевший в колонии строго режима четырнадцать лет и недавно вышедший на свободу. – Тогда почему в автосервисе Ильин не встретил Пруткова? Судя по записи в журнале на вахте и по этой видеозаписи, они появились у Жукова одновременно? Мистика какая-то, да и только, – вздохнул Бочкин.

– Помогла тебе видеозапись? – Поинтересовался у него приятель.

– Да. И ещё как. Спасибо, – машинально ответил Бочкин, продолжая в уме анализировать события того вечера.

– Спасибо в карман не положишь, сам знаешь.

– Понятно, – усмехнулся Бочкин. – С меня коньяк.

Бочкин появился в кафе на десять минут раньше, выбрал столик у окна, заказал кофе и осмотрелся. За барной стойкой все места были свободны, а в самом зале было занято два столика молодыми парами. Жена Ильина, Света пришла в кафе без опоздания. Бочкин сразу догадался, что это она, несмотря на то, что ни разу не видел её и встал, из-за столика навстречу. К нему подошла стройная, привлекательная женщина среднего роста. Всё пространство рядом с ней, сразу наполнилось тонким ароматом дорогого французского парфюма. У столика мгновенно появилась официантка. Света, не заглядывая в меню, сделала заказ и попросила приготовить и принести: отварную куриную грудку под грибным соусом, овощной салат, мороженное и не газированную минеральную воду.

– Я вижу, что Вы хорошо знакомы с кухней этого заведения.

– Да, я часто здесь обедаю. Мне нравится. – К Свете ещё раз подошла официантка, чтобы уточнить, чем она будет заправлять овощной салат.

– Оливковым маслом. – Бочкин почувствовал, что тоже проголодался. Воспользовавшись моментом, сделал заказ официантке и попросил, чтобы ему приготовили то же самое. Только уточнил, что грудку надо подать под острым томатным соусом, салат заправлять он будет сметаной, мороженое ему не надо и вместо минеральной воды заказал клюквенный морс.

– А Вы, великолепно выглядите в конце рабочего дня, – не удержался Бочкин от комплимента. – Если не секрет, что Вам помогает поддерживать такую, прекрасную форму?

– Занятие спортом, Фёдор Осипович, а Вы, поможете Владимиру? – Взгляд её печальных, карих глаз пронзил его насквозь. От этого взгляда ему стало немного не по себе.

– Конечно, но в этом деле мне, пока не всё ясно. Простите Света, но этот вопрос мне необходимо задать.

– Я готова ответить на любой, если это поможет Владимиру.

– Как Вы думаете, у вашего мужа на стороне, может быть увлечение другой женщиной? – Услышав этот вопрос, Света засмеялась.

– Я бы сразу это почувствовала. Как это не печально звучит, но главное его увлечение – это работа.

– Скажите, если не секрет, он много зарабатывает у Зубова?

– Он зарабатывает вполне достаточно, чтобы можно было прилично содержать нашу молодую семью. Но крупные покупки, такие, например, как машина, мы совершаем в кредит. Правда, иногда он получает премии. Если бы не эти премии, то пришлось бы туговато. А так, как все – живём от зарплаты до зарплаты.

– Понятно. – Бочкин сделал паузу, давая тем самым возможность обоим уделить внимание еде, затем продолжил. – Вы не знаете, что сотрудники милиции искали во время обыска в вашей квартире и на даче?

– Не знаю.

– Может быть, догадываетесь?

– Нет, – не отвлекаясь от еды, ответила Света.

– Как Вы думаете, способен Владимир присвоить чужое имущество, например, деньги?

– Он не так воспитан, чтобы позволить себе это.

Света оказалась не такой легкомысленной и избалованной женщиной, как могла показаться на первый взгляд. Бочкин сразу обратил внимание на то, как она тщательно взвешивала каждое слово, прежде чем ответить, на заданный им вопрос. Не только еда, но и общение с умной и обаятельной молодой женщиной, в течение тридцати минут, доставили адвокату удовольствие.

Глава 10

Бочкин, договорившись о встрече с Сергеем Яковлевым, партнёром по бизнесу, убитого Алексея Пруткова, приехал к нему в офис на следующий день, после обеда, в четырнадцать тридцать.

Конец ознакомительного фрагмента. Купить полную версию книги.