книжный портал
  к н и ж н ы й   п о р т а л
ЖАНРЫ
КНИГИ ПО ГОДАМ
КНИГИ ПО ИЗДАТЕЛЯМ
правообладателям

Михаил Костин

Полотно судьбы

Часть первая. Власть безумия

Глава 1

Лес вокруг был как настоящий и даже красивее.

Огромные стволы поднимались в изумрудный сумрак, шелковистые зеленые листья и толстые стебли создавали настоящие занавеси, яркий свет струился непонятно откуда. Что-то негромко шуршало в чаще, издалека доносились приглушенные трели. Вот только ажурный трон из черных сучьев, что находился на противоположном от меня конце того, что выглядело как поляна, выбивался из общего ряда. Как и сидевшая на нем красавица с длинными золотистыми волосами, облаченная в роскошное платье из тончайшего шелка, отделанное по краям гирляндами живых цветов. На голове ее светился тонкий серебряный обруч, а в руке был зажат жезл.

Безупречное лицо обитательницы трона отражало гнев, а в прекрасных глазах сверкали молнии.

– Как посмел ты, смертный червь, встать у меня на пути?! – услышал я грозный и в то же время мелодичный голос. – После всего, что я сделала для тебя? После всего, что сделала я для твоего брата?! Для твоих друзей?

Я промолчал.

– Или ты забыл, как я помогала тебе, когда за тобой охотились, как за диким зверем? Когда тебя и твоих спутников гнали через всю Эторию, как бешеных лис?

Я вновь не ответил.

– Как отважился ты поднять оружие на моих воинов?

Жезл в тонкой, изящной руке красавицы превратился в меч с длинным и узким клинком, и я окончательно уверился, что нахожусь в видении, а не в одном из залов лесного города Аркер-сом-Грой. Даже могущественнейший из волшебников-аалов не способен превратить один предмет в другой вот так, одним щелчком пальцев.

– Не стоит гневаться, – произнес я примирительно.

– Смертный червь! Ты должен лизать прах у моих ног, благодаря за благодеяния и умоляя о милости! Немедленно согнись в поклоне и пади на колени перед той, в чьей власти уничтожить тебя в мгновение ока! Иначе я заставлю тебя претерпеть страшные муки, превращу в живой труп, набитый грызущими твою плоть червями!

В этот момент она выглядела уже не красивой, а страшной – настоящая бешеная фурия на троне, пряди волос извиваются, точно змеи, губы искажены. Еще не так давно я бы испугался, услышав такие угрозы, да еще от столь могущественной персоны, как A-ти-фрай-муртер-итэя, правительницы аалов, древнего народа, обитателей Великого леса. Но за время странствий по Этории я, когда-то простой парень Дарольд Ллойд из города Виллон, что в провинции Буа, узнал многое.

Мне открылись секреты магии, я научился кое-как ей пользоваться, по крайней мере той ее частью, которая повелевала видениями. Я получил достаточное количество знаний, чтобы понимать то, что видел, что ощущал. И я освоил искусство общаться с теми, кто обладал силами за пределами возможностей обычных людей.

– Не гневайся, – повторил я. – За то, что ты сделала раньше, спасибо. Благодарность моя велика. Ты помогла мне и моим друзьям, но ведь в ответ и мы, не забывай об этом, помогли тебе.

– Вы?! Помогли? Ты называешь помощью похищение Эйва? Или убийство А-лиса! – продолжила А-ти. – Вы посмели пролить кровь аала! Вы подняли руку на моего Ризари! За него вы, черви, должны понести самую страшную, невообразимую кару! Вы все, весь ваш ничтожный народец, тысячами – за одного из нас!

– Но ведь только благодаря нашей помощи ты узнала о Духе Жиморе, что прятался у тебя под носом много тысячелетий и смеялся надо всей вашей мудростью, которой не…

– Ложь! – перебила А-ти, дрожа от ярости.

– Пусть так, но то, что было, не изменишь, как и не изменишь тот факт, что сейчас мы противники.

– Ошибаешься! – воскликнула волшебница, подавшись вперед так, что я испугался – того гляди соскочит с трона и бросится на меня: нет, убить здесь, в видении, правительница аалов меня не сумеет, несмотря на все угрозы, но какой-то вред она мне нанести в состоянии.

Тут я понял, что начинаю злиться.

Пусть она и правительница аалов, и прожила неизвестно сколько веков, и владеет магией, а в прошлом и на самом деле нам помогала, но это не повод, чтобы вот так на меня орать, да еще в видении, где я вполне мог бы заняться чем-нибудь более полезным. Если сумел бы вырваться из этого зала.

– Твой Ризари не оставил нам выбора! А Эйв, между прочим, мой родной брат, которого ты превратила в одурманенную марионетку! – воскликнул я сердито.

От таких слов А-ти на мгновение опешила, глаза ее расширились. Думаю, что за все тысячелетия, проведенные ею на троне в Великом лесу, никто не осмеливался говорить с правительницей таким тоном. А если кто и находился такой отважный, то быстро замолкал. Скоропостижно попадал в темницу, удалялся в изгнание или расставался с жизнью.

– Ну ты еще пожалеешь о своих словах и о поступках тоже. – Правительница аалов не говорила, а скорее, шипела, точно большая и очень сердитая змея. – Вы все пожалеете. Как только мы возьмем город, каждый попавший к нам в руки умрет, причем так медленно и мучительно, как и помыслить не может, ведь нам ведомы такие способы казни, какие вы, ничтожные людишки, никогда не изобретете! А для тебя, предатель, я придумаю что-нибудь особенное, такое, что ты будешь молить о пощаде годами… Твой же брат, когда мы вызволим его из неволи, встанет во главе победоносного воинства, что избавит Эторию от…

Я хотел ответить, жестко, с издевкой, но не успел.

Меня потрясли за плечо, потом еще раз, грубой силой выдергивая из видения. Очертания зала-леса поплыли перед глазами, стены из листвы и стеблей заколыхались, а затем и вовсе исчезли. Я моргнул и обнаружил, что нахожусь в той комнате, что нам отвели в Рам Дире.

Надо мной склонился встревоженный оруженосец сира Джама Ожье, на лбу его красовался свежий шрам.

– С вами все в порядке? – спросил Ожье.

– Да, – ответил я, морщась от боли в затылке: такая появляется иногда, если тебя вырывают из видения насильно.

– Вы так стонали и просыпаться не хотели, хотя я вас долго тряс… очень долго.

– Все хорошо, – проговорил я с наигранной бодростью, да еще и улыбнулся.

Ни к чему парню знать, где я только что был и с кем разговаривал.

– Сир Джам хочет вас видеть, – поспешно сообщил Ожье, вспомнив о своих обязанностях.

– А что такое? – поинтересовался я.

– Не знаю, какое-то важное дело, и прямо сейчас.

Сир Джам Огарский, некогда второй капитан сира Тэма, герцога Буасского, что до восстания правил моей родной провинцией Буа и ее столицей, городом Бонвилем, а ныне фактический правитель Рам Дира, разместил свой «штаб» в здании бывшего храма. Сам широкоплечий рыцарь почти не изменился с того времени, как я в последний раз встречался с ним, разве что на лбу стало больше морщин, а в волосах прибавилось седины.

– Когда в первый раз я встретил тебя, ты был желторотым оруженосцем сира Рона, да смилуются над его душой все Духи, – сказал он, увидев меня. – Потом ты помог мне найти этот город и открыть врата… Теперь же… появился непонятно откуда, пришел на помощь моим воинам. Как это понимать?

– Рассказ будет долгим, сир, – сказал я.

– Я не сомневаюсь, других я от вас и не слышал. – Сир Джам указал на стоявший у стола табурет. – Присаживайся, в ногах, как известно, правды нет.

Я выполнил его просьбу.

– Вина? – осведомился полководец.

– Нет, спасибо.

Я немного помялся и начал – с того дня, как я вместе с друзьями покинул Рам Дир, опасаясь, что хранитель Жимор заставит нас разбудить спящих в пределах древнего города стражей. Рассказал о том, как очутился в башне посреди Леса Потерянных Душ, о взрыве и о том, как оказался снова в Нормандии. Поведал о пустом Виллоне, братьях Ордена Духов и их коварных планах, отшельнике Ирке Мудром, солдатах-мятежниках во главе с сержантом Эймсом. Описал наш поход к Великой Крепости, побег в Пустошь, нордов, сестер и своих старых друзей, Арка и Роба, которые управляли целым племенем, обитавшим в руинах древнего города.

Правда, как всегда, о многом мне пришлось умолчать, особенно о вещах, связанных с магией, о древних и бесплотных обитателях нашего мира, повествование о которых выглядело бы сказкой для простого воина, пусть и рыцаря.

Сир Джам несколько раз недоверчиво хмыкал, потирал лоб и качал головой. Но меня не перебивал, а когда пару раз его пытались отвлечь появлявшиеся в бывшем храме люди, он всякий раз отсылал их прочь нетерпеливым движением руки.

Говорил я так долго, что в горле у меня пересохло, а голос стал сиплым. Рыцарь это заметил, и по его знаку Ожье принес большой кубок подогретого с пряностями вина. Я с благодарностью сделал несколько глотков и отставил медную посудину на стол.

– Да-а-а, ничего не скажешь, история удивительная, – протянул сир Джам, когда я закончил. – Раньше бы я бы тебе не поверил, решил бы, что ты сумасшедший или враль-проходимец. Но то в прошлом, а сейчас, после всего того, что произошло со мной, да и с миром, я готов принять и не такое…

– Раньше никто из нас в такое бы не поверил, – подтвердил я.

– Слушай, Дарольд, а ты говоришь, что был в Великом лесу у аалов, – неожиданно сменил тему сир Джам.

– Да.

– А расскажи, как у них устроено воинское дело, как они сражаются, каковы они в бою.

– Увы, сир, но нам там ничего не показывали, постоянно держали в колдовском тумане. А каковы они в бою – ваши воины уже и сами видели, в том числе и тот доблестный рыцарь, что погиб на наших глазах.

– Сир Бэррон. – Сир Джам тяжело вздохнул. – Да, это большая потеря. Умелый командир и отменный боец. Мы с ним вместе с самого восстания. Это он вытащил меня из застенков, куда я угодил по навету Царственного Лиса, да не видать этому гаду покоя до конца его дней!

Имя, вернее, прозвище мне было очень хорошо знакомо, его обладателя я не раз встречал в видениях. Лиор Бургуньонский, племянник короля Нордении, получил свое прозвище за хитрость и за страсть к нечистоплотным интригам, в которых он был большой мастак.

– Кстати, – сказал я, встрепенувшись. – Тех четырех сотен воинов, что пришли сюда с Лисом, вы можете не опасаться. Они покинули лагерь генерала Орнаво, после того как их командиры не сошлись во мнениях. Поругались, иначе говоря.

– Сведения верные?

– Вернее не бывает, – подтвердил я.

– Новость, конечно, хорошая. – Сир Джам задумчиво потер подбородок. – Только вот ее перекрывает другая – у имперцев теперь есть иной союзник, намного лучше.

– Неужели аалы? – с недоверием спросил я.

– Именно так, ведь проклятые нелюди снюхались с Орнаво. Наши же силы невелики. Ополчение, те воины, что пришли со мной из Нордении, прибившиеся по дороге вояки. Все они храбры и готовы стоять до последнего, но нас немного. Не хватает выучки. А Рам Дир – большой город, и защитить его, перекрыть весь периметр не так просто.

– Разве город не обороняет сам себя? – спросил я, вспоминая то видение, в котором наблюдал неудачный штурм и гибель сотен наемников в незримом огненном вихре.

– Это сила, которую мы не можем предсказать и тем более контролировать. Что, если древний город решит, что аалы ему по вкусу, и впустит их или, еще хуже, обрушится на нас, начнет давить, как тараканов? Нет, рассчитывать на всякие мутные штуки вроде магии нельзя, нужно полагаться на собственную доблесть, умение, крепость мышц и мечей. Хорошо, что о провианте волноваться нет необходимости. Можем сидеть в осаде хоть до следующей зимы. Вот только поганец Орнаво не успокоится, залижет раны, договорится с новыми друзьями и вновь двинется на штурм. И в тот день, когда это случится, нам самим не помешала бы поддержка. – Сир Джам посмотрел на меня испытующе, нахмурив брови. – Понимаешь, о чем я?

– Сир, и я и мои друзья встанем вместе с остальными на защиту Рам Дира, и наша собственная магия поможет там, где не справится или не захочет действовать сам город. Пусть нас нельзя назвать опытными чародеями, но мы не беззубые котята.

– В этом я нисколько не сомневаюсь, – сир Джам одобрительно улыбнулся, – но я сейчас не об этом.

– О чем же?

– Мне доложили, что в окрестностях Рам Дира появились странные существа, темнокожие, на двух ногах и с парой рук, но при этом вовсе не люди. Более того, если верить сообщениям, это даары, тот самый народ из древности, который исчез после войны с аалами.

– Вы знакомы с древней историей времен Кровавых Войн? – искренне удивился я.

– Сам удивлен, но вот пришлось взяться за изучение пыльных легенд. Потому как, судя по тому, что в мире творится, никакие это не легенды, а правдивые рассказы. Но самое главное в другом. Предводительствует этими существами твой бывший командир, один из оруженосцев сира Рона, Минар Эмиль.

– И… – начал было я, но рыцарь меня перебил:

– Может, я и не хочу, но я вынужден просить тебя! – воскликнул сир Джам, вскакивая со стула. Я видел, что он волнуется и сердится. – Мне Минар отказал, когда я попытался убедить его поднять оружие на наших врагов, но, может быть, он послушает тебя, старого друга и соратника, вдобавок обошедшего всю Эторию, увидевшего много чудес, научившегося таким обхождениям, которым я, простой капитан, не обучен?

Да, правитель Рам Дира был прав – отряды воинов-дааров помогли бы отстоять город, а уж если они узнают, что сражаться придется против родичей и давних недругов-аалов, то вообще станут биться с остервенением. Но вот будет ли Минар Эмиль слушать меня? Насколько я мог понять из своих видений, он сильно изменился с тех пор, как мы бились рука об руку и скакали по Нордении, спасаясь от врагов. Теперь он возглавляет целый народ и никто ему не указ.

Стоит ли вообще обращаться за помощью к даарам?

Примет ли их Рам Дир или отвергнет?

Может быть, есть другой путь к победе?

Или высокомерный Орнаво не сумеет договориться с еще более надменными аалами и их предводительницей А-ти и осада будет снята сама собой через пару дней?

Надо подумать и, может быть, посоветоваться с Вар Ло.

Не зря же он привел нас сюда?

– Не уверен, что Минар будет слушать меня, но я попробую, только мне нужно немного времени, чтобы подготовиться, – сказал я.

– Хорошо. – Следы волнения исчезли с лица сира Джама, передо мной вновь был бесстрастный, «железный» полководец. – Все равно в ближайшие несколько дней нет смысла ждать нового штурма. Если разведка не врет.

И легким кивком он дал мне понять, что беседа окончена.

Глава 2

Чаща казалась непроходимой: толстенные стволы, сучья, похожие на искривленные руки, обрушившиеся старые деревья, поросшие темно-зеленым и серым мхом, зловещие папоротники с черными листьями. Все это выглядело опасным и мрачным, на каждой травинке и листе будто лежала густая тень, а из глубин леса не доносилось ни звука. Молчали птицы, если они тут вообще были, не шуршал ветер в кронах, словно не осмеливаясь до них дотрагиваться, не жужжали насекомые.

– Неприятное все же местечко, – протянул Элсон.

– Бывают похуже, – фыркнул Айк.

За те несколько дней, что прошли с момента гибели Рии, мой друг словно даже не повзрослел, а постарел. В седле сидел сгорбившись, точно дряхлый старик. В каштановых волосах поблескивали серебристые пряди, а в глазах пряталась боль.

– Надеюсь, второй раз в Лес Потерянных Душ нам заходить не придется, – продолжил Элсон с кривой усмешкой. – Мне и первого хватило. Вспоминаю порой и вздрагиваю…

Айк нахмурился и бросил через плечо:

– Нет, туда мы не пойдем.

Видение, четкое и ясное, позволяло мне наблюдать, как мой лучший друг Айк Андерс и его спутник, дорс и наемник, южанин Элсон Риан, сидят в седлах, рассматривая мрачную опушку.

Глядя на них, я вспомнил слова, которые произнес один из солдат, когда мы впервые оказались вблизи печально известного Леса Потерянных Душ: «Воду из ручьев, что текут под его кронами, нельзя пить, воздух, напоенный ароматом его листьев, ядовит, а в тенях обитают страшные сны и предсмертные крики».

– Отсюда до Рам Дира уже не так далеко, и дорогу я помню, – заявил Айк.

– Это хорошо. А то надоело уже плутать! – обрадовался Элсон.

Южанину и вправду не по вкусу пришлось мотаться через порталы, выскакивая то в одном, то в другом конце Этории. Несмотря на то что он был дорсом, членом древнего секретного сообщества, которое боролось с Духами и Хранителями, он куда больше доверял собственным ногам и копытам своей лошади, чем древним каменным сооружениям, покрытым искусной резьбой и насыщенным непонятно чьей магией.

Повернув коней, они двинулись вдоль леса на восток, в сторону Рам Дира.

Айк помнил дорогу хорошо, хотя воспоминания о тех днях, когда он проезжал тут, затмили недавние, куда более яркие. И очень болезненные: Рия, сидящая рядом с ним на троне, она же в седле, командующая воинами, и ее объятая пламенем фигура, обугливающиеся волосы, истошный крик.

Он очень хотел бы обо всем этом забыть. Но не мог.

Пытался помочь сам себе магией, как-то придумать, чтобы отрезать насыщенные печалью эмоции. Но ничего не выходило. По всему получалось, что искусство управления энергией, способность творить чудеса, которое он кое-как освоил, годилось для убийств и разрушения, но было бесполезно в исцелении собственной души. Зачем тогда вообще оно нужно?

– Тихо! – Ехавший впереди Элсон натянул поводья, вскидывая руку. – Голоса!

С той стороны, куда они направлялись, и вправду донеслось чье-то восклицание, а за ним – взрыв грубого хохота.

Айк и южанин немедленно спешились, взяли лошадей под уздцы и укрылись в густых зарослях орешника, в одной из тех рощ, которых так много рядом с Лесом Потерянных Душ. Вскоре в поле зрения появилась едущая вереницей группа из дюжины всадников. Разношерстное оружие, злые лица, шрамы, заводные лошади с вьюками на спинах – все говорило о том, что это наемники.

– Что же они тут забыли? – спросил Элсон шепотом.

Айк ответить не успел. Один из наемников, самый большой, с гривой черных волос, внезапно повернул голову. Глянул в ту сторону, где укрывались путешественники, и недоуменно нахмурился. Мой друг потянул из ножен свой меч, клинок южанина уже был в его могучей ручище. Но наемник, видимо, решил, что ему померещилось, отвернулся. А затем еще и пришпорил коня, и кавалькада всадников, обмениваясь грубыми штуками и скабрезными анекдотами, вскоре исчезла из виду.

Подождав еще какое-то время, Элсон и Айк выбрались из зарослей и поехали дальше. Вскоре они добрались до широкой дороги, той самой, по которой некогда прошло войско сира Джама. Сейчас она выглядела куда более утоптанной, чем прежде, заросли на обочинах были вырублены, и всюду валялся всякий мусор.

– Чую дым, – проговорил Элсон, поведя носом.

– Да, тут нынче людно, – проворчал Айк.

– Вон что магические города с людьми делают, не пройдет и несколько сезонов, как народ возьмется руины Магниссии восстанавливать, – со смешком заявил южанин.

Двинуться прямиком по дороге они не рискнули, поехали сбоку от нее, укрываясь за кустами и деревьями. Пусть так медленнее, но зато безопасно. В том, что поступили правильно, они убедились очень быстро, когда на тракте появилась тяжело нагруженная повозка с толстым мужиком в грязном балахоне вроде тех, что носят братья Ордена Духов. Обладатель его воровато оглядывался по сторонам и тискал поводья так, словно боялся, что они выскользнут у него из пальцев. Едва он миновал крутой поворот, как из зарослей с противоположной стороны дороги донесся залихватский свист. На открытое место полезли люди. Звероватые, оборванные, они напоминали скорее не воинов, а одичавших крестьян, но бегали быстро, и вскоре телега оказалась в окружении.

– Ай, смилуйтесь! – закричал мужик, бросая поводья. – Я – смиренный брат Кратир! Везу пожертвования в нашу бедную обитель! Пропустите меня!

– Чего у тебя там? – спросил один из разбойников с тяжелым топором.

– Да ничего особенного… – заюлил мужик в балахоне.

Но звероватые люди уже лезли к нему в телегу, рылись в мешках. Вскинув над головой тяжело булькнувший бочонок, один из них торжествующе завопил. Второй наколол на меч связку колбас, третий обнаружил тюк с дорогими тканями и с воем принялся рвать его в клочья.

– Торгаш переодетый, – кинул Элсон. – А места тут еще более опасные, чем я думал… всякой швали полно.

– Бывают и похуже, – повторил Айк.

– Может, выручим бедолагу?

– Не стоит. Это уж точно не наша драка, – буркнул мой друг.

– И то верно, – согласился южанин, и они поехали дальше, не желая смотреть, что станет с самозваным «братом».

До вечера они больше никого не встретили.

На ночлег остановились в глухом овраге и разводить огня не стали. Отправились дальше с первыми лучами рассвета, в густом тумане. Повернули первым делом в сторону дороги, чтобы проверить, не уклонились ли слишком далеко от нее. Когда завидели тракт, Айку показалось, что он услышал впереди всхрапывание лошади. Натянул поводья, но оказалось поздно, темные силуэты всадников обнаружились сразу со всех сторон.

– Стоять! – воскликнул командный голос. – Кто такие?

– Путники с юга, – ответил Элсон, нахмурившись и положив ладонь на эфес.

– Оружие не трогать!

Всадники приблизились, и стало видно, что вооружены и снаряжены они одинаково, а на попонах красуется герб Нордении. Увидев его, Айк нахмурился, да и лицо южанина не выразило радости.

Встреча с солдатами уж точно не сулила ничего хорошего.

– С седел, живо! – продолжил командовать один из всадников.

– А вы кто такие и почему мы должны вас слушать? – с вызовом спросил Элсон.

– Мы служим его светлости сиру Лиору Бургуньонскому, и в его власти казнить всяких негодяев и мародеров, что осмеливаются бродить по этим дорогам! С седел!

Команды никакой не последовало, но, видимо, она все-таки была, поскольку один из всадников выстрелил. Свистнуло, и арбалетный болт прошел над самой головой Айка. Тот вздрогнул и нахмурился, внезапно осознав, что его могут не просто ограбить, а еще и убить.

Элсон, ворча, принялся слезать с лошади.

Мой друг начал делать то же самое, одновременно сосредотачивая свой разум. Да, огня под рукой сейчас не было, зато имелся воздух, щедро напоенный влагой тумана. И он задвигался, повинуясь воле магии, воле того, кто умеет повелевать воплощенными в стихии магическими потоками, что незримы для простых смертных.

Туман колыхнулся в тот момент, когда Айк ступил на землю. Холодное дуновение коснулось щеки, в гуще дымки задвигались смутные образы, над головой будто заколыхались исполинские крылья, из них выросли огромные когтистые лапы.

– Что это?! Что происходит?! – закричали воины Нордении.

А Айк продолжал управлять туманом, скручивая его в тугие пряди, готовя удар сразу со многих сторон и одновременно заворачивая себя в плотный, непроницаемый для чужих глаз кокон. Пот бежал по его лицу.

– Вязать их! Быстро! Хватай! Где они?! – завопил тот всадник, что командовал остальными. – Второй куда делся?

Айк вместе с лошадью исчез из виду, растворился в дрожащем мареве. Еще немного, и он сплел бы маскировочную сеть и вокруг Элсона, но просто не успел. Воины Нордении действовали быстро и слаженно. Несмотря на сопротивление южанина, они повалили его наземь и начали вязать руки.

– Уходи! – рявкнул Элсон, вывернув голову так, чтобы слова его не заглушались землей.

Айк с трудом, цепляясь за седло, взобрался обратно на спину лошади, руки его дрожали. Он спустил с привязи многохвостую плеть ветра и тумана. Взвыло и засвистело со всех сторон, потоки воздуха ударили, точно копья, один из всадников слетел с седла и остался лежать, кони других заплясали на месте, молотя копытами. Несколько норденцев выстрелили из арбалетов, и тяжелые болты полетели в разные стороны. Крики боли возвестили, что некоторые из стрелков попали в своих же.

– Колдун! – воскликнул один из воинов.

– Руби ему голову ко всем Духам! – прокричал другой.

Блеснул занесенный над южанином острый изогнутый клинок.

Айк взмахнул рукой, и беснование ветра завершилось, остались лишь столбы густого тумана, в полном безмолвии бродившие туда-сюда, да тот кокон, внутри которого прятался он сам.

– Вроде все закончилось, – проворчал тот всадник, что командовал остальными. – Немедленно искать второго!

Но Айк, невидимый и неслышимый для остальных, уже скакал прочь. Оглянулся несколько раз и пообещал себе, что обязательно освободит спутника. Пусть не в одиночку, пусть с подмогой, которую, вполне вероятно, удастся найти в Рам Дире.

Когда суетящиеся и бегающие солдаты остались позади, Айк позволил кокону распасться. Все равно на его поддержание больше не было сил. Пришпорил коня и помчался дальше на восток.

Туманное утро сменилось ясным днем, и тут Айк вновь вышел к древней дороге, чтобы убедиться, что не заблудился, а дальше двинулся так же, как они ехали с Элсоном, – чуть в стороне. Вскоре после того, как солнце перевалило полдень, далеко впереди показалась группа всадников. Завертев головой, мой друг очень кстати обнаружил густые заросли, способные укрыть не одного, а дюжину конных воинов. Вскоре он уже прятался там, в сумраке под густыми, почти как в Лесу Потерянных Душ, кронами.

Группа обвешанных оружием вояк, которые оказались норденцами, проехала мимо, и ни один не посмотрел в его сторону. Но, когда последний скрылся из виду, шорох раздался прямо за спиной. Айк повернулся, хватаясь за меч и одновременно пригибаясь и уходя в сторону, чтобы избежать возможной атаки сзади.

Клинок он выхватил, но в следующий момент замер в изумлении.

К нему подбирались изящные существа, очень похожие на людей. Вот только кожа у них была лиловой, точно плоть ядовитого гриба, а глаза в сумраке светились ярко-зеленым. Двигались они с ленивой грацией, оставляющей впечатление хрупкой, изящной силы, скрытой угрозы.

– Брось меч, лазутчик, нас слишком много, и бежать тебе некуда, – произнес один из лиловокожих незнакомцев. В его речи чувствовался акцент, но говорил он более чем понятно.

Мой друг оглянулся – зеленоглазые подбирались со всех сторон и сзади тоже. Как он не заметил их сразу, когда только влез в эти заросли?

– Я не лазутчик! – наконец сказал Айк. – Я простой путешественник! Мне надо в Рам Дир!

– Не лазутчик? – спросил другой обладатель зеленых светящихся глаз. – Один, с оружием, прячешься от посторонних глаз? Бросай меч!

– Нет! – рявкнул мой друг, после чего ринулся вперед, но кто-то ловко подставил ногу, и Айк Андерс, в недавнем прошлом король Лима Оз, правитель и завоеватель, шлепнулся лицом в грязь.

Несколько легких, но жилистых тел навалились сверху.

– Не дергайся, – прошептали в самое ухо.

– Раз решили убить, убивайте! Что ждете?! – ругался Айк, пока его быстро и сноровисто связывали по рукам и ногам.

– Не нам решать, жить тебе или умереть. Мы доставим тебя Великому Прорицателю, он и определит твою судьбу. А пока отдыхай, человечек.

– Великий Прорицатель! – выкрикнул Айк, но тут его ударили по затылку, и перед глазами все померкло.

Тут же картинка поплыла перед моим взглядом, лишилась четкости, я потерял Айка из вида, но, как оказалось, лишь на мгновение. Вскоре я обнаружил, что мой друг лежит на полу в просторной хижине, неумело сложенной из толстенных бревен. В стенах виднелись щели, кое-где торчали огрызки сучьев, с потолка свисали пряди мха, так что казалось, что это жилище каких-то лесных духов. Через некоторое время Айк открыл глаза, попробовал пошевелиться, но обнаружил, что связан так, что может только извиваться. Послышались шаги, и в изображающий дверь неровный проем вошел невысокий и крепкий человек в черном с золотом плаще поверх наборного панциря и коротких широких штанов.

На мгновение Айку показалось, что он бредит или во власти видения.

– Минар… – прошептал он.

– Тебе ведомо мое имя? – Вошедший нахмурил густые брови.

– Не узнаешь что ли? – Айк напрягся.

– Айк! Айк из Виллона! Дружище! Так это ты – тот лазутчик, которого схватили мои воины? – Минар изумленно покачал головой.

– Никакой я не лазутчик! А вот ты, как я погляжу, мои видения не врали, ты действительно Прорицатель… причем Великий.

Минар подошел, осторожно перекатил Айка на бок и принялся развязывать ему руки. Одновременно он начал рассказывать, задумчиво, с паузами, словно нехотя:

– Ох, столько всего приключилось с того момента, как мы расстались… не поверишь.

– Поверю, поверю, – кивнул Айк.

– И как тебе тот факт, что я теперь правитель для целого народа?

– Очень даже тебя понимаю, я сам успел побывать правителем, хотя народ у меня был обычный и не синий.

– Не обращай внимание на цвет кожи, дружище. Это сильный, мудрый и очень древний народ, хотя и наивный.

А в следующий момент путы спали, и мой друг невольно поморщился, растирая запястья, которые наверняка в этот миг невыносимо зудели.

– Мне приходится учить их почти всему, в том числе и тому, что я сам не умею, – продолжал Минар, занявшись веревкой на лодыжках пленника. – Утомительно это невероятно, но оставить я их не могу, без меня эти бедолаги пропадут.

Веревка поддалась, и Айк сел на лежаке, шевеля пальцами ног, что уже начали понемногу неметь.

– Я распоряжусь, чтобы тебе вернули оружие и вещи.

– Так зачем было отбирать? – фыркнул Айк насмешливо.

– Для дааров это чужой и странный мир, да еще война. По окрестностям шастает куча всякой подозрительной швали: имперцы, норденцы, вообще не пойми кто, просто дезертиры и бандиты. Поэтому я начеку!

– Да уж, начеку, ты это верно подметил, – с горечью в голосе произнес Айк. – Я же до последнего не один странствовал. Со мной Элсон был.

– Элсон? – Минар насторожился. – Наш Элсон?

– Конечно наш, чей же еще! Мы в Рам Дир пробирались, но нас солдатня Царственного Лиса поймала. Я смог уйти, а он нет.

– Значит, Элсон жив, – протянул Минар.

– Надеюсь, что жив. Я когда улизнул, его человек пять вязали, ох, только б не прибили… Слушай! Твои ж ребята в военном деле смыслят, сам видел. Давайте мы вместе Элсона освободим.

Минар выглядел вроде таким же, как раньше, но в то же время другим. Словно, пожив с даарами, он пропитался их древней мудростью, научился вещам, о которых люди никогда не знали, но в то же время забыл кое-что из того, что умел и осознавал как само собой разумеющееся в те далекие времена, когда был простым человеком, оруженосцем на службе сира Рона Сиронского и членом секретного сообщества дорсов, что противостояли Духам.

– Ты помнишь, где на вас напали?

– Конечно. Это не так далеко отсюда. Поспешим, мы еще успеем!

Минар отрицательно покачал головой.

– Элсон и мой друг тоже. Но я не могу рисковать жизнями дааров ради него. Не для того я вывел их из тьмы подземелий к свету, чтобы они умирали ради пустяков.

– Ради пустяков?! – Айк не поверил своим ушам, лицо его вытянулось. – Жизнь друга – не пустяк! Как ты можешь такое говорить! – покраснел он. – Понимаешь ли ты, что сам стал точно нелюдь, как эти, с зелеными глазами!

– Тебе нужно успокоиться, отдохнуть. – Минар положил ладонь моему другу на плечо, и тот даже через одежду почувствовал, как она холодна – точно камень, никогда не видевший солнечного света. – Пользуйся нашим гостеприимством, а потом мы поговорим еще, обсудим, останешься ли ты у нас или продолжишь свой путь…

Айк хотел возразить, воскликнуть, что он никогда не останется здесь. Но понял, что не в силах двигать даже губами и языком, не говоря уже обо всем остальном. Вялое онемение захватило его целиком, заставило отступить на шаг и сесть на лежак, с которого он только что поднялся. Еще он успел увидеть, как в неровном проеме, что заменял дверь, появились двое дааров, а после чего то ли потерял сознание, то ли просто уснул.

Глава 3

Огромный шатер, где разместился генерал Орнаво, слуги привели в порядок после его вспышки ярости, когда он рубил все вокруг. Вымели мусор, заменили опорные столбы, принесли новые знамена и мебель, постелили чистые мерисские ковры взамен старых, что были испорчены кровью.

Но вот сам генерал, даже облаченный в вышитый золотом камзол с позументами, все равно больше напоминал дородного, краснолицего трактирщика, чем полководца Великой Северной Империи. Орнаво это знал и сам и потому пыжился изо всех сил, надувался, как петух на заборе, скрывая за показным бахвальством страх и неуверенность. А он боялся, очень боялся, ведь у него в шатре была особенная гостья, могущественная правительница аалов, золотокудрая красавица с длинным именем и еще более длинным титулом!

Рядом с А-ти генерал выглядел жалким уродцем, как, впрочем, и все его офицеры, даже самые изящные и утонченные. В ослепительном сиянии грациозной лесной жительницы, облаченной в простое зеленое платье, меркло всё и вся.

Орнаво попытался выдавить из себя очередной комплимент, такой же неуклюжий, как и его манеры, но А-ти неожиданно перебила его.

– Бросьте пустые разговоры, генерал, – объявила она, отставив золотой кубок с вином, откуда не сделала и глотка.

– Э, да-да… – заюлил Орнаво. – Готов слушать вас, дорогая гостья…

– Вы хотите взять город. – Голос А-ти журчал, словно ручей, лицо казалось спокойным, но я-то знал, что она в гневе.

– Воистину так. – Генерал вновь надулся и стал напоминать бочку в обертке из золотой ткани. – Мы хотим захватить город, но это всего лишь начало, мы прибыли сюда закрепить и преумножить справедливую власть нашего любимого императора Уриса Фрумаска Третьего! Ведь я представляю его интересы как глава Особого Оккупационного Корпуса с правами наместника и судьи!

– Генерал, мне нет дела до людских титулов и названий, мне так же все равно, какую власть и какие порядки вы будете устанавливать на этих землях. Мне нужен сам Рам Дир. Только он и больше ничего.

– Уважаемая госпожа, Рам Дир требуется императору… – протянул Орнаво и сам же испугался собственных слов.

– Вы меня не расслышали, генерал? Я сказала, что город нужен мне! Тем более, что вам его все равно не взять.

– Э-э-э-э… Вы, дорогая моя гостья, говорите, но не заговаривайтесь. – Орнаво, похоже, набрался смелости. – Я не просто какой-то солдафон, я генерал Великой Северной Империи, у меня в подчинении целая армия.

– И что? Чего вы достигли со своей армией?

Орнаво побагровел еще больше, уже открыл рот, собираясь что-то сказать. Но тут его потянул за локоть один из стоявших позади имперского командира штабных офицеров, горячо зашептал что-то прямо в ухо, наверняка призывая одуматься, не перечить правительнице могущественных нелюдей.

– Ничего, – продолжила А-ти, и гнев в ее голосе стал явным. – Я бы сказала – потерпели позорную неудачу.

– Имперская армия будет выполнять приказы, пока целиком не падет на поле боя! – выпалил Орнаво, пытаясь гордо задрать подбородок, хотя вышло это у него скорее жалко.

А-ти издевательски улыбнулась.

– Оставим громкие слова вашим владыкам, – сказала она. – Радуйтесь, генерал, ведь я предлагаю вам сделку. Вы отводите свои войска на безопасное расстояние, после чего мы, аалы, берем город, вычищаем его от всякого мусора и навсегда запираем все входы и выходы. Взамен вы получаете контроль над всеми окрестными землями. И еще, я обещаю, что Рам Дир никогда больше не откроет своих врат и никогда не проявит враждебность к вашей Империи.

– Я… я… это несправедливо.

– Что?

– Я… я не могу принять такое решение, мне нужно согласовать его с императором, – как-то жалко промямлил Орнаво.

– Ситуация такова, уважаемый генерал, что времени на бесполезные согласования нет. Решение нужно принимать здесь и сейчас. Вы либо соглашаетесь на мои условия о союзе, либо их отвергаете.

Орнаво поправил воротник, что показался ему слишком тесным, утер пот со лба. Когда заговорил, то голос его более не звучал самоуверенно, даже следа нахальства в нем не осталось.

– Поймите, госпожа, я просто не имею права решить это сам. Я должен отправить гонца к императору. Только он может…

– Такой ответ меня не устраивает, – спокойным и в то же время грозным тоном произнесла А-ти.

Орнаво глянул через плечо, и вновь штабной офицер склонился к его уху, зашептал, подсказывая командиру.

– Уважаемая госпожа, прошу, дайте мне хотя бы неделю… всего одну неделю. Обещаю, я отправлю лучших своих гонцов на самых резвых конях… немедленно!

– Хорошо, у вас есть семь дней. – А-ти поднялась изящным струящимся движением, зашелестели складки ее платья, и этот звук заставил генерала сглотнуть. – Удачи, генерал.

Она величественно кивнула и поплыла к выходу. Через мгновение правительницы аалов не было в шатре, и Орнаво позволил себе сотрясти его жаркий и пыльный объем громкими и многочисленными проклятиями.

Я стряхнул с себя оцепенение дальновидения, перенесшего меня в ставку осаждающих Рам Дир войск. Но не успел даже подняться с кровати, как на меня накатило новое видение. Пролетев через туман, я очутился в круглой комнате, пол которой покрывали плиты черного камня, а стены и потолок были украшены фресками с изображениями людей и чудного вида домов. В центре комнаты стоял невысокий и худощавый старик с седыми волосами и бородой, облаченный в серую мантию до самого пола. Старца я узнал сразу. Хранитель Жимор. Давненько о нем ничего не было слышно, точнее, с того самого дня, как мы уничтожили его спящих собратьев в катакомбах разрушенного древнего города Ша Мир, укрытого за горами Края Земли.

– Дарольд, – кротко произнес старец.

– Жимор, – ответил я в той же манере.

– Поговорим?

– По-моему, мы обо всем уже поговорили, – сказал я с легкой насмешкой. – Насколько я помню, в последний раз ты пообещал уничтожить меня и моих товарищей.

– Да, угроза такая была озвучена, более того, я от нее не отказываюсь, но разве мы не можем просто побеседовать?

– Хорошо, говори.

– Я вижу, ты по-прежнему действуешь по подсказке отвратительного мерзкого существа по имени Вар Ло. Того самого, что гниет в какой-то заброшенной гробнице, укрытой где-то на краю мира.

– По мне, так ты мало чем отличаешься от него.

– Не надо сравнивать меня с этим порождением мерзости! – Глаза Жимора вспыхнули, но тон остался спокойным. – Он – создание Бездны, выходец из другого мира, ему нет никакого дела до нашей Этории!

– Неужели?

– Именно так! Он чужой, а мы, и ты и я, – плоть и кровь Этории, мы ее дети! И мы хотим сохранить ее, пусть даже и разными путями! Дарольд, мы оба хотим вернуть нашему миру славные счастливые дни!

– Славные, счастливые и древние дни хочешь вернуть ты, а я всего лишь желаю мира и покоя, – уточнил я.

– Не будем углубляться в детали, сейчас не время погружаться в такие вот общие вопросы.

– Где-то я это уже слышал. – Я усмехнулся и, выдержав небольшую паузу, добавил: – Ты сам мне такое говорил, давно, еще в самом начале наших «теплых» отношений. И, если мне не изменяет память, сейчас должно последовать какое-то предложение, верно?

– Что ж, ты прав, я позвал тебя не просто так, у меня действительно есть к тебе предложение.

– Прекрасно, я слушаю.

– Ты и твои бедолаги-друзья сидите, запертые в ловушке, точно крысы, – говорил Жимор, смакуя каждое слово, и видно было, что ситуация, в которой мы оказались, его радует. – Вас взял в окружение могучий и умелый враг.

– Это ты о генерале Орнаво?

– Брось глупые шутки, я говорю об аалах. Против них вам не устоять.

– Ну это еще неизвестно, Рам Дир – город непростой…

– Наш древний город, может, и непростой, но вы-то самые обычные смертные люди, и вас всего горстка.

– Этой горстке удалось отбить не одну атаку…

– То были детские шалости, настоящее испытание впереди, и вам с ним не справиться. Но есть те, кто может прийти к вам на помощь. – В голосе Хранителя появились вкрадчивые нотки. – Обладающие силой и знанием. Способные обратить ваших врагов в бегство могуществом своей магии.

– Ты говоришь о своих собратьях, что спят мертвым сном под улицами Рам Дира? – спросил я.

– Воистину о них! Разбуди их, и я гарантирую, они помогут вам! Поклянусь чем угодно, памятью своей, силой, что у меня осталась!

Я рассмеялся.

Жимор осекся, посмотрел на меня с недоверием и ненавистью.

– Да, сейчас ты меня даже не обманываешь, – сказал я. – Они-то помогут нам, без сомнений. Мы прогоним аалов обратно в Великий лес, разобьем имперцев, но что после? Неужели прежние хозяева древнего города потерпят в нем чужаков?

– Вы уже не будете чужаками, вы будете младшими союзниками! – уверенно произнес Хранитель.

– В игре словами тебе нет равных, – заметил я. – Но с меня хватит. Отправляйся туда, откуда пришел!

– Хорошо, я уйду, но знай! – уже совсем не спокойно объявил Жимор. – Очень скоро Рам Дир откажется вам помогать! Не для того он впустил тебя и твоих друзей, чтобы вы устроили тут людское королевство, еще один хлев с пьяными бардами и свиньями под столом!

На этом образ древнего духа, явившегося мне в видении, исчез, и через миг я вновь оказался в своей комнате, где прилег отдохнуть после военного совета.

– Эй, Дарольд, как спалось? – спросил Эйо, сидевший на койке у противоположной стены.

Бывший начальник стражи сира Рона из Сирона не терпел безделья. Вот и сейчас широколицый рыжий вояка водил точильным камнем по лезвию своего меча, которым и так вполне можно было бриться. На табуретке рядом с ним стояла банка с маслом и лежала тряпка для протирки.

– Хорошо, – ответил я, поднимаясь. – Надо навестить сира Джама.

– Решил, какой дашь ему ответ? – Физиономия Эйо отразила хищное предвкушение.

Стоит ли нанести визит Минару, мы обсуждали вчера вчетвером, и если мои друзья высказывались осторожно, то бывший начальник стражи горой стоял за вылазку. Меньше всего на свете он любил праздность и всегда был готов взяться за дело, пусть даже рискованное и безнадежное, но зато не скучное.

– Да, – сказал я. – Боюсь, без дааров нам не победить.

– Отлично! – Эйо отложил меч. – Я с тобой!

– Куда? К сиру Джаму?

– Да куда угодно! – Рыжий вояка расплылся в широкой улыбке.

– А где Роб с Арком?

– Упражняются.

И точно, через неплотно прикрытую дверь доносился звон клинков. Мои друзья, после того как из простых рабов превратились в рускас, колдунов целого племени нордов, мало уделяли внимания воинскому искусству, за что их очень сильно распек Эйо. Вот сейчас они, пользуясь свободным временем, наверстывали упущенное.

Я накинул плащ, поскольку в Рам Дире, несмотря на наступившую весну, было прохладно, и вышел на улицу. Эйо поспешил за мной. Завидев нас, Роб и Арк опустили мечи. Они, в отличие от Айка, не сильно изменились внешне с тех времен, когда мы только покинули родной Виллон, лишь глаза их стали другими, гораздо более серьезными и мудрыми, и на шее у каждого появился светящийся зеленый кристалл.

– Куда собрались? – поинтересовался Роб.

– К сиру Джаму, – ответил я. – Пора объявить ему наше решение.

– И каким оно будет? – встрял Арк.

– А то ты не догадываешься?

– Конечно, догадываюсь! Пошли быстрее!

– Погоди, надо сначала заглянуть к Эйву. – Эта мысль пришла мне в голову только что, и я счел ее удачной.

– Точно! Может, ему полегче стало, – поддержали меня друзья.

Моего старшего брата, которого мы освободили во время схватки с аалами у стен Рам Дира, пришлось заключить под стражу, поскольку он вел себя враждебно. Держали его в дальней комнате одного из больших зданий в центре города. Эта была не темница или камера, а просторное, светлое, обставленное всем самым удобным и необходимым помещение, но находился Эйв там под постоянным присмотром, поскольку сир Джам, да и я тоже опасались, что он может пойти на отчаянный шаг вроде попытки бегства или самоубийства. Слишком долго он пробыл в руках аалов, слишком долго находился под воздействием одурманивающих чар А-ти. Даже оказавшись на свободе, среди друзей и в компании родного брата, он не перестал до глубины души верить в то, что он и есть Избранный, призванный спасти мир от древнего зла.

– Привет, Эйв, – сказал я, когда мы обменялись рукопожатиями с сержантом стражи, охранявшей важного пленника.

– Явились, что вам еще от меня надо? – вместо приветствия процедил мой старший брат.

Вход в его комнату закрывала решетка на прочном замке, но в остальном помещение ничем не напоминало тюремную камеру. Гобелены на стенах, ковры на полу, широкое ложе и даже ваза с фруктами на большом столе. Белокурый и мускулистый Эйв сидел на стуле, опершись локтями на столешницу, и смотрел на нас с неприязнью. Волосы его были всклокочены, одежда выглядела грязной и помятой, в глазах стояла муть.

– С чего такой унылый тон? – спросил я, пытаясь сделать ситуацию не такой напряженной.

– С чего? Да с того, что вы силой меня сюда притащили и держите под пятью замками, как какого-то дикого зверя.

– Мы тебя не держим… Мы…

– Что «мы»?

– Мы тебя освободили, – очень тихо произнес я.

– Освободили? – рассмеялся Эйв. – Не-е-ет, вы взяли меня в плен! – Всегда раньше выдержанный и спокойный, сейчас мой брат с легкостью срывался на крик. – Неужели ты не видишь?!

– Эйв, успокойся.

– А я спокоен, ох как спокоен.

– Я могу что-то для тебя сделать?

– Можешь, вы все можете. Немедленно отпустите меня и сдайтесь на милость аалов! Только они могут встать во главе войска, что пойдет навстречу Господину Древности!

– Да-а-а, сильно его пропесочили, – покачал головой Роб.

– Точно, магия, – добавил Арк.

Эйв отмахнулся и буркнул:

– Ничего вы, глупцы, не понимаете.

– Нет, это ты ничего не понимаешь! – не выдержал я. – Тебе лгали! Принцесса из Великого леса!

– Глупцы! – Эйв вскочил со стула, на лице его появились красные пятна. – Вы попали в тенета ложных истин, поверили искусно сплетенным наветам!

– Бесполезно, – обратился я к своим спутникам, после чего тяжело вздохнул. – Дурман пока слишком силен. Придется ждать еще какое-то время, пока он не придет в себя.

И мы пошли прочь, не слушая криков моего старшего брата, что бросился на решетку и принялся трясти ее так, что замок забренчал, а петли, намертво прикрученные к каменной кладке, завизжали. Я оглянулся, но только для того, чтобы увидеть сумасшедшие, вытаращенные глаза Эйва и то, как к решетке направляются двое решительно выглядевших крепких стражников. И то хорошо, пленнику не дадут причинить вред ни себе, ни другим!

Сир Джам в отличие от брата выслушал нас спокойно и молча и заговорил, только когда мы закончили.

– Другого решения я от вас и не ждал. Когда отправляемся?

– Сегодня же, прямо сейчас, – ответил я, глядя на окна. Проходящий через них свет понемногу тускнел, знаменуя тем самым приближение вечера. – Сумерки – лучшее время для того, чтобы обмануть дозорных. Наверняка вокруг города их расставили предостаточно и аалы, и имперцы.

– Это точно.

– Надеюсь, сир, – продолжил я, – вам ведом не только тот секретный ход, через который мы попали сюда?

– На данный момент нам открылось пять. – И сир Джам поведал о тех подземных проходах, что вели из Рам Дира в разные стороны, порой очень далеко за пределы стен. – Нам что-нибудь нужно еще для путешествия?

Мы с друзьями переглянулись.

– Сир, ваша светлость, мы пойдем одни… без вас, – ответил Эйо, самый опытный в том, что касалось всякого рода воинских хитростей. – Слишком это опасно, и вы не можете рисковать собой, от вас слишком много зависит.

Бывший второй капитан нахмурился и задумался.

– Значит, без меня, – произнес сир Джам как-то сухо, подумал еще немного, потом встал из-за стола и подошел ко мне почти вплотную. – Логично… Без меня… правильное решение. Все я понимаю, но так хотелось самому развеяться, прогуляться, выйти за эти стены… Эх, печаль.

Он протянул мне руку, я ухватился за нее и сжал, как мне показалось, слишком крепко.

– Ожье проводит вас до выхода. Обратно будем ждать у входа в секретный тоннель каждую ночь перед рассветом. Надеюсь, что вы успешно справитесь со своей миссией и быстро вернетесь к нам.

Я наконец выпустил руку сира Джама и вышел из зала, остальные поспешили за мной. Уже через полчаса вслед за Ожье мы двинулись через Рам Дир, совсем не такой, каким он был, когда я покидал его. Сейчас он был полон жизни и людей, хотя оставались еще участки, где никто не жил.

Постепенно темнело, и к неприметному зданию на северной окраине мы подошли уже во мраке. Его охраняло несколько воинов, и у них в караулке имелся большой пук факелов из смолистой древесины, из которого мы взяли несколько штук. Стражники, молодые ребята, открыли массивную дверь, что выдержала бы удар тарана. Мы спустились по лестнице и оказались в широком коридоре с высоким каменным потолком в виде арки. Тут было сыро, по стенам ползали мокрицы, кое-где встречались трещины, но в остальном творение древних архитекторов выдержало пролетевшие над ним тысячелетия очень хорошо.

– А вы не боитесь, что враг прорвется в город через один из этих проходов? – спросил я.

– Нет, – ответил Ожье. – Пока город на нашей стороне, нам нечего опасаться. Даже если вояки генерала Орнаво попадут сюда, что маловероятно, Рам Дир их все равно не пустит.

В стенах время от времени попадались впадины, вроде бы неглубокие, но заполненные такой темнотой, что ее не могло развеять даже пламя факелов. А затем ход пошел вверх, и мы оказались перед тяжелой дверью, почти такой же, как та, через которую мы попали сюда. Оруженосец сира Джама нажал на несколько неприметных выступов стены, и дверь бесшумно приоткрылась. Снаружи пахнуло лесной свежестью, стало слышно далекое уханье совы и шорох ветвей, которые качал ветер.

– Удачи. – Ожье кивнул и отступил в сторону.

Эйо пошел первым, я за ним, а позади двинулись мои друзья. Переступив порог, мы оказались в густом ельнике, погруженном в ночную тьму. Оглянувшись, я увидел, что дверь закрылась и стала совершенно невидимой, превратилась в обыкновенную ямину на отвесном склоне глинистого холма. Строители Рам Дира умели возводить не только величественное, но и полезное. Едва я успел отвернуться от спрятанного прохода, как на меня накатило видение.

После того как у Элсона отобрали оружие, его еще и обыскали. Сделали это тщательно, нашли все припрятанные в разных укромных местах штучки, без которых серьезный наемник и до ветру не пойдет. Тогда-то он понял, что попал в руки суровых профессионалов, и слегка напрягся.

– Значит, так, – сказал один из норденцев, когда южанина вздернули на ноги. – Вздумаешь суетиться, бормотать что-то или вести себя странно – получишь одну стрелу в брюхо, вторую в голову, третью – в спину. Заклинания тебе не помогут.

– Да не колдун я! – попробовал возразить Элсон.

– Это ты бабушкам у храма Духов будешь рассказывать, – осадил его норденец. – Видели мы, что тут творилось. В общем, веди себя тихо и не вякай!

Южанин кивнул.

В переделках он бывал в самых разных, в том числе и в плену.

Пленители его ехали верхом, самому же Элсону приходилось бежать. Продолжалось это, к счастью, недолго. Не успел туман поредеть, как перед ними показался воинский лагерь, расположившийся на берегу озера меж нескольких холмов. Флаги Нордении реяли над шатрами, среди прочих выделялся один, из роскошной ткани. К нему пленника и отвели. Из шатра, вход в который охраняла четверка огромных воинов, почти тут же вышел молодой сеньор с тонкими чертами лица, густыми бровями и холодными темными глазами. Сам сир Лиор Бургуньонский, племянник короля Филиппа и командир контингента, отправленного на помощь имперцам.

– Кого это вы мне притащили? – спросил сир Лиор, презрительно разглядывая Элсона. – На вид – типичная бандитская шваль. Зачем он мне?

– Задержанный пленник показал наличие колдовских способностей, – доложил тот норденец, что возглавлял патруль.

– Вот как? – Во взгляде Царственного Лиса появился интерес. – Немедленно отвечай, голодранец, ты и вправду чародей?

– Никоим образом, ваша светлость, – заявил Элсон.

Но и здесь ему не поверили, поскольку командир патруля рассказал о том, как его воинов сшибало с седел порывами ветра, как из тумана появлялись ужасные существа, как незримые руки хватали за одежду и сбивали прицел у лучников и арбалетчиков.

– Либо они все были пьяны, во что я бы охотно поверил, только вот, увы, вино у нас закончилось еще неделю назад, либо ты лжешь, лысый, – сказал сир Лиор.

– Никоим образом, ваша светлость, – повторил Элсон умоляюще.

– Поколотите его как следует, от души, но не до смерти, а потом посадите в кандалы, – приказал Царственный Лис. – Нет, лучше свяжите его по рукам и ногам и рот кляпом заткните, чтобы колдовать не мог. Еды не давать, только воду, и ту понемногу. Глядишь, и признается.

Царственный Лис подошел к Элсону, нагнулся и прошептал:

– Подумай хорошо, голодранец, колдун нам бы очень пригодился, особенно сейчас, когда от Нордении остались только мы, а со всех сторон подлые враги! Согласишься служить мне, получишь свободу, почет, деньги.

Южанин не успел ничего ответить, а его уже поволокли прочь, куда-то к озеру. Потом на него обрушился град ударов, от которого он благодаря большому опыту сумел закрыться даже со связанными руками. Защитил пах, спрятал голову, так что, когда его оставили в покое, он был покрыт синяками, но в целом в порядке.

Избиение – не самая худшая штука, что может случиться с тем, кто ведет жизнь наемника. А до вечера можно отлежаться и осмотреться, понять, как можно сбежать из этого лагеря. А там, глядишь, Айк придет на помощь. В то, что друг просто оставил его, Элсон не верил.

Глава 4

Огромное и разношерстное войско двигалось, точно неповоротливый великан. Вперед и в стороны были посланы отряды разведчиков из наемников, что охотно шли на службу к Великому Повелителю Севера. Катились по дорогам перемешанные племена нордов, скакали, держа строй, мрачные латники во главе с немногочисленными выжившими сеньорами Нордении. Истошно визжали полуголые женщины, ведомые рехнувшейся фурией с рыжими волосами, щелкали зубами чудовищные, вечно голодные троллеры. И вся эта мощь катилась и ползла на юго-восток, туда, где лежали земли Северной империи.

Рик жаждал завоеваний, желал покорить всю Эторию, чтобы самые дальние его уголки признали его власть! Его не смущало то, что король Филипп так и не появился, чтобы принести вассальную присягу, что он поклялся в верности лишь заочно, а сам сказался больным и остался в своем дворце. Ничего страшного, у этого волка зубы слишком мелкие и слишком хрупкие, чтобы противостоять ему, Повелителю Севера.

Жители селений и городов впадали в панику, услышав о продвижении непобедимого воинства, сравнимого с армадами легендарной древности. Одни убегали в леса, другие запирались в домах, третьи готовились к смерти. Рик по мере сил сдерживал своих диких подданных, даже полузверей-троллеров, но случалось это не всегда и не везде. Кровь и горе тянулись и расползались от северной орды, как чернильные пятна на бумаге.

На ночь Рик всегда останавливался за пределами городов, разбивая шатер под охраной преданных нордов. Все предложения переночевать в замках или дворцах он отвергал, сохраняя тем самым образ сурового завоевателя, что даже ест вместе со своими воинами, а спит чуть ли не на голой земле.

На самом деле, как я видел, шатер моего брата был ничуть не менее роскошным, чем у генерала Орнаво, хоть и не таким большим. Хватало внутри роскошной мебели, золота, благовоний в драгоценных курильницах и изысканных яств. Вечера, все без исключения, Рик проводил в компании зеленоглазой изящной наложницы. Что-то с ней было не так, это я мог различить с помощью своего дальновидения, но вот что именно, какая странность заключена в этой хрупкой девушке, я понять не мог.

– Еще несколько дней, и мы достигнем границ империи, – говорил Рик, положив голову наложнице на колени, а она перебирала его волосы. – Наверняка там нас уже ждут! Но кто может противостоять моей мощи? Заставлю гореть землю под ногами, воздух обращу ядом, а падающие с деревьев листья сделаю металлическими, чтобы они рвали и резали плоть!

Мой брат упивался тем могуществом, которое он полагал своим. Только не подозревал, что все это на самом деле принадлежало древнему существу по имени Овир, для которого сам Рик был не более чем куклой, подвешенной на нитках, перчаткой, натянутой на руку, прекрасно заточенным инструментом.

– Да, мой господин могуч, как никто, и неодолим, – прошептала наложница, и зеленые глаза ее вспыхнули: насмешкой, радостью, презрением, чем-то еще? – Он может сокрушить империю в считаные дни… Только вот…

– Что «только»? – Рик извернулся и недовольно посмотрел на девушку.

– Уверен ли господин, что император Урис Фрумаск Третий ему враг?

– Ты о чем?

– Да, можно уничтожить Северную империю, перемолоть на поле боя ее войска, взять и сровнять с землей столицу, но это потребует времени и сил. Пока мой господин будет тратить и то и другое, истинные его враги найдут время, чтобы укрыться, спрятаться в каких-либо щелях, где их трудно будет найти, а заодно выдумают десяток новых пакостей.

Рик сел, лицо его стало подозрительным:

– Что за разговоры? Ты же простой скин, я сам выбрал тебя из толпы девчонок-рабов! И тем не менее твои советы всегда по делу, твои слова…

Девушка подняла руку, прикоснулась к щеке брата.

– Я – та, кто служит своему господину, – мягко улыбнулась наложница. – И я искренне желаю, чтобы сила господина возрастала, а недруги были повержены…

Рик задумался.

– Значит, ты думаешь, что мои враги – не император и его воины? – спросил он.

– Можно присвоить любое название, взять любой титул, мой господин. Я могу назваться владычицей всех земель, я могу возомнить себя правительницей гор или небес, но это не изменит тот факт, что я простая рабыня, скин, призванная служить своему господину до конца своих дней.

Рик нахмурился, но ничего не произнес, а наложница продолжила:

– Кто такой император Урис Фрумаск Третий? На бумаге, в приказах, в титулатуре – он громко звучащий правитель Великой Всемогущей Северной Империи, а в реальности он всего лишь мелкий хозяин небольшого клочка земли, который соткали из лоскутков другого государства совсем иные люди. Это бумажный повелитель грозен только в борьбе с другими такими же ненастоящими владыками, а господина он боится, восхищается, и стоит только господину пожелать, Урис приползет на поклон точно так же, как это сделал липовый король Нордении. Зачем проливать кровь ваших воинов, зачем тратить силы, энергию и время, пытаясь взять силой то, что уже ваше?

– И что ты предлагаешь?

– Нужно только позволить бумажному императору отдать вам во владение его земли и подданных.

– А с ним мне что делать?

– Оставьте его там где он сидит, пусть продолжает быть дутым, самоназванным владыкой, только служить он будет господину, и восхвалять и воспевать он будет только господина.

Рик невольно почесал затылок. Наверняка он вспомнил, насколько тяжела была битва за Великую Крепость, как мужественно дрались войска норденцев. Северная империя, может, и является империей только на бумаге, но победить и захватить ее будет не так легко.

– Хм, ладно, надо подумать над этим, – сказал мой брат, потирая лоб. – Сейчас же хватит разговаривать!

Девушка изогнулась всем гибким телом и обняла Рика, притянула его к себе.

Я выпал из видения, чтобы тут же вернуться в него, но перенестись в другое место и время.

Казалось, что Ули вот-вот лопнет от ярости, рыжие волосы мели плечи и спину, по лицу ее плыли красные пятна, а злые глаза были налиты кровью. Ее уравновешивала Аги, скромно державшаяся позади, но выглядевшая так, словно от нее дул ледяной ветер, заставлявший вздрагивать даже опытных, повидавших многое воинов.

Рик, сидевший на походном троне, который он приказал изготовить, смотрел на девушек без страха.

– Ты что, братец, сошел с ума? – рычала Ули, остановившись от трона в трех шагах. – Почему ты приказал задержать войско? Впереди лежат обширные земли, где укрываются тысячи братьев Ордена Духов, и смерть ждет не дождется, чтобы взять каждого из них за шею и вырвать кишки!

При упоминании Ордена Духов Аги вздрогнула, ее лицо исказилось от ненависти.

– Спокойно, сестра, – сказал мой брат, и я подумал, что если кто и сошел с ума, то это они, Аги и Ули, бывшие такими милыми девочками в Виллоне. Но потом им пришлось столько пережить, начиная с разрушения родного дома и заканчивая рабством у нордов, что рассудок обеих помутился самым странным образом. – Не забывай, что вы обе находитесь у меня на службе и выполняете мои приказы, – продолжил Рик, сидевший на троне так, чтобы всем положением тела подчеркнуть великую власть, которой он облечен.

– Это можно изменить! – произнесла Ули.

– Можно, но чего ты добьешься в этом случае? Затеешь свою, отдельную войну? Чтобы перебить твоих фурий, хватит одного большого отряда имперской армии, и что тогда? Ты погибнешь, и только.

Моя сестра стала выглядеть немного спокойнее, хотя глаза ее все так же пылали яростью.

– Нам все равно нужно подтянуть обозы, перегруппировать силы. – Рик говорил спокойно, увещевательно. – Это потребует времени. Если император в ближайшие дни не пришлет нам извещения о своей покорности, то мы обрушимся на его земли, точно лавина, если же пришлет, то одним из наших условий станет казнь всех братьев Ордена Духов в его владениях. И ты, сестра, проследишь за тем, чтобы он был исполнен!

Ули и Аги содрогнулись, на это раз обе в сладострастном жестоком упоении. Мне же захотелось воскликнуть: «Что вы делаете! Как позволили вы ненависти и жажде мести захватить вас! Остановитесь – или это пожрет вас!» Но сделать я этого не мог, я был всего лишь невидимым немым свидетелем происходящего.

– Хорошо, – сказала Ули сухо. – Ты прав, брат. Но знай, я долго ждать не намерена!

Рик сошел с трона и подошел к девушкам. Приобнял за плечо одну, взял за запястье другую. И так они и стояли втроем, слитый вместе осколок того, что когда-то было для меня семьей. Спаянные вместе не родственными чувствами, а злобой и жестокостью, жаждой крови и безумием, что пульсировало в их жилах вместо обычной крови.

И вновь картинка перед глазами поплыла, размазалась в набор цветных полос, что почти тут же сложились в новое изображение.

Я видел трон брата, установленный на холме в центре огромного воинского лагеря. Только на этот раз было темно, и ветер рвал на клочья огонь факелов, которые держали в руках выстроившиеся кругом охранники. Трещали ветки в пламени огромных костров, разведенных по сторонам от трона. На голове Рика красовалась корона из серого металла, похожего на серебро. Ее широкий обруч украшали уродливые, свирепые лица, а меж завитушек сверкали крупные багровые камни, словно измазанные свежей кровью. С первого взгляда на эту корону становилась ясна недобрая древняя сила, заключенное в простом вроде бы украшении могущество власти.

Трон охраняли четверо вооруженных до зубов могучих нордов, а перед ним стоял воин в роскошном пластинчатом доспехе. Гравировка на латах изображала цветы и листья, а на легком шлеме без забрала расправлял крылья белый филин. Вид у воина был надменный, квадратная нижняя челюсть гордо торчала, как оголовье тарана, но только вот в глазах его читалась опаска.

– Говори, – велел Рик.

– Великий Повелитель Севера и Нордении, я благородный барон Тертейн, – начал воин с филином на шлеме. – И именно мне выпала честь стать посланцем императора Уриса Фрумаска Третьего, милостью Духов повелителя Великой Северной империи, Приграничных земель, владыки руин Магниссии и Лорандии.

– Ого, император присвоил себе титулы на земли, которыми не обладает, – прошипела Аги прямо в ухо моему брату.

Она и Ули стояли по обе стороны Рика, слушая речь посланника.

– Рам Дир он еще не взял, да и королева Лола Овербурно с верными ей легионами и генералами продолжает отчаянно сражаться, насколько мы знаем, – сообщила Ули, и ее слова попали в другое ухо.

– Мой повелитель предлагает могущественному Великому Повелителю Севера и сюзерену Нордении слово дружбы и союза, основанное на понятиях взаимной выгоды и уважения, подкрепленных следующими кондициями…

И барон Тертейн принялся перечислять многочисленные пункты, где упоминалась всякая всячина, начиная от беспошлинной торговли и заканчивая ежегодным обменом посольствами. Значение среди них имели немногие, и Рик слушал, скучая, даже время от времени позевывая в рукав.

– Ты много говоришь, посланец, – сказал мой брат, когда ему совсем надоело. – Только самого главного я не услышал – готов ли твой господин стать моей правой рукой в великом походе, ради которого я и покинул Северную Пустошь?

Глаза Тертейна забегали, а крылья филина, как показалось, обвисли.

– Полагаю, это условие приемлемо для моего императора, – заявил он.

– Хорошо, – продолжил Рик, – а согласен ли император объявить Орден Духов вне закона во всех его владениях, нынешних и будущих? Готов ли он предать всех братьев немедленной смерти?

– Насчет этого…

Рик остановил посланца движением руки, поднялся на троне и внезапно стал выглядеть не лениво-скучающим, а грозно-величественным.

– Ты понимаешь, что у вас нет выбора? – загрохотал он. – Что либо твой господин заключит союз с нами, либо я пройду через Северную империю так же, как прошел через Нордению!

Тертейн склонил голову, а затем произнес, едва шевеля занемевшими губами:

– Да, я понимаю.

– И?

– Мы… Вернее, император, мой господин принимает все ваши условия. Мы готовы подписать договор в Уранивале в тот день, когда вы согласны будете туда прибыть. Кондиции же мы готовы передать для рассмотрения немедленно.

И он вытянул вперед руку с пачкой листков в ней.

Мой брат сделал небрежный жест, и прятавшийся в тени за троном сутулый клерк торопливо выбежал вперед, забрал бумаги. Через мгновение он исчез там, откуда появился, а барон сделал шаг назад, точно опасался, что на него набросятся.

– Жди ответ завтра, – громогласно объявил Рик.

И вновь изображение перед моими глазами сменилось, на этот раз резко, рывком.

Бумаги, которые мой брат получил от посланца императора, были небрежно разбросаны по полу шатра, а сам Рик вновь лежал на ложе в объятиях девушки-скина. Глаза ее в полумраке горели зеленым огнем, а голос звучал вкрадчиво.

– Конечно, только мой господин может решать, что ему делать, – говорила она. – Но я полагаю, что лучшей возможности для того, чтобы сокрушить истинную силу империи, ему не представится. Сам Фрумаск, того не осознавая, дает моему господину возможность нанести удар в его самую уязвимую точку.

– Каким это образом?

– Тот договор, в котором империя униженно объявляет себя вассалом Великого Повелителя Севера, – это просто прекрасно, но его недостаточно. Великолепно то, что мой господин имеет шанс лично отправиться в столицу, Уранивал, и совершить там одно дело, без которого победа не будет полной.

– Какое еще дело?

– До того как попасть в Северные пустоши и стать рабыней, я жила в Уранивале, и поскольку родилась в богатой семье, то знала все, что творится при дворе. А там ни для кого не секрет, что истинным правителем Северной империи является вовсе не тот, кто сидит на троне и носит корону, а некий скромный субъект, что всегда в тени и обладает всего лишь титулом «учителя». Он появляется в столице не так часто, но его приказы выполняются беспрекословно, и все происходит так, как он хочет. Учителя зовут Эвено, и, пока он не будет устранен, мой господин не станет полным хозяином империи.

– Учитель… – задумался Рик. – Помнится, встречал я одного «учителя», – глаза брата наполнила злость, – он меня держал пленником в старой башне, в Лесу Потерянных Душ, а потом еще и чуть не прикончил своей магией.

– Это он и есть.

– Откуда ты знаешь?

– Я просто знаю.

– Так к чему тогда все эти задержки и обходные маневры? – вспылил Рик. – Можно просто пройти огнем через всю эту жалкую империю и вычистить ее от всяких императоров, братьев и учителей!

– В том то и дело, что так вот просто всех этих братьев, императоров и учителей не уничтожить. Они же все как тараканы, при малейшей опасности расползаются по самым незаметным щелям и сидят там, пока угроза не пройдет. Но та угроза, которую представляет учитель, очень велика…

– Что ж ты о нем мне раньше не рассказывала? – перебил собеседницу Рик.

– Всему свое время… у моего господина очень много дел, много задач, много планов, много забот. Если бы я рассказала об учителе раньше, мой господин мог бы и не услышать и не запомнить. – Девушка прижалась к Рику и поцеловала в грудь. – Всему свое время, и сейчас настал момент убрать Эвено.

– Учитель Эвено, – повторил мой брат, словно пробуя на вкус имя, возможно, он вспомнил о событиях в башне посреди Леса Потерянных Душ. – Ты уверена, что он находится в Уранивале? – спросил Рик.

– Нет, такой уверенности у меня нет. Но он обязательно там появится, ведь решается судьба его владений.

– Может, у тебя к нему что-то личное? Поэтому ты хочешь его смерти?

– Нет. Я просто всем сердцем желаю, чтобы мой господин победил!

Новая смена перспективы. Теперь брат стоял уже в компании сестер.

– Ерунда! Как можно?! Отправиться прямо в пасть своему врагу? Неужели ты не мог придумать ничего глупее? – Ули смотрела на Рика не как на могущественного правителя, завоевателя и полководца, а как на несмышленого мальца, что собирается совершить глупость и достоин того, чтобы его одернули.

Аги, как всегда, держалась позади и молчала, по ее глазам нельзя было прочитать, что она думала. Не мог это и я, наблюдавший за происходящим с помощью дальновидения, не мог наверняка и Рик, стоявший с сестрами лицом к лицу.

– Ты боишься, что император попытается меня убить? – спросил он.

– На его месте я бы попыталась, – прямо заявила Ули. – Не пожалев сил. Всякому ясно, что если ты погибнешь, то созданная тобой мощь рассыплется, сеньоры Нордении мигом переметнутся обратно к королю, а сам Филипп поднимет голову. А кто, кроме тебя, способен повелевать нордами и троллерами?

– Это понятно. – Рик нетерпеливо махнул рукой. – Но ты недооцениваешь меня! Чтобы погубить меня, не хватит и тысячи умелых воинов! Что их клинки и стрелы против той магической мощи, что клокочет во мне? Стоит только кому-нибудь поднять на меня оружие, как я обрушу крыши всех домов Уранивала, сровняю с землей его стены, нашлю на жителей мор, а предателя-императора разорву, как дранную кошку!

В этот момент мой брат был просто страшен и больше напоминал троллера, чем человека. Но Ули не боялась его, после того, что произошло с ней за последний год, не осталось таких вещей, что могли бы ее испугать.

– Верю, – сказала она. – Но зачем ты берешь с собой нас?

– О, для вас у меня будет особое задание. Достойное столь умелых и безжалостных воительниц. Но о нем вы узнаете позже, когда мы прибудем в столицу империи. Так что собирайтесь и не забудьте отдать распоряжения своим фуриям, чтобы они повиновались приказам моих командиров.

Большой отряд покинул лагерь Великого Повелителя Севера следующим утром. Впереди под бело-зеленым имперским знаменем скакал барон Тертейн и группа прибывших с ним охранников. Следом двигался сам Рик в окружении телохранителей из нордов, а также Ули и Аги, державшиеся сами по себе. Войско моего брата осталось на месте, понемногу стягиваясь в кулак, подбирая обозы и отставшие части. Командиры муштровали солдат, пострадавшие в предыдущих битвах залечивали раны, и вся эта громадная мощь готовилась или просто двинуться через земли империи, или вторгнуться на них, предавая все огню и мечу.

Глава 5

С даарами мы столкнулись на второй день после того, как вышли из подземного хода. Услышал их Эйо, неожиданно приказавший нам замереть, когда мы переправлялись через неширокий лесной ручей с топкими, заросшими камышом берегами. Роб и Арк подняли луки, которыми они за время пребывания у нордов выучились хорошо владеть. Я потянул из ножен верный клинок. Бывший же начальник стражи сира Рона пригнулся и засопел, точно охотничья собака, взявшая след. А в следующий момент вскинул меч.

Нечто металлическое ударилось об него и отлетело в сторону. Камыши зашуршали, и на открытое место выбрались несколько лиловокожих воинов в черных доспехах из кожи. Почти все они держали диски из металла – это оружие дааров я наблюдал до сих пор только в видениях и первый раз вживую.

– Доброго дня вам, – произнес я спокойно. – Мы пришли к вашему предводителю, Великому Прорицателю, Минару Эмилю.

– Вам знакомом наземное имя Великого Прорицателя? – Лицо даара отразило удивление.

– Да. Я знал Прорицателя еще до того, как он оказался в вашем подземного городе, – пояснил я.

– Как твое имя?

– Дарольд… Дарольд Ллойд.

Предводитель дааров поднял руку, а его сородичи тревожно зашептались между собой, после чего один из них заявил:

– Мы не можем просто так открыть вам путь к Прорицателю. Ждите.

Я полагал, что даары отправят гонца и нам придется провести на одном месте много времени. Но, видимо, у них был какой-то свой секретный способ связи, поскольку не прошло и двадцати минут, как предводитель дааров предложил нам следовать за ним.

– Великий Прорицатель ждет! – тожественно объявил он.

Свое первое обиталище в этом мире даары устроили на большой поляне в лесу, где наставили неуклюжих кривых хижин. Некоторые были побольше, другие поменьше, но все выдавали то, что их создатели весьма неловко обращались с пилами, топорами и другими инструментами, а также с деревом. Понятное дело, что в подземельях такого материала у них не было. В центре селения располагалась площадь, и вот тут-то нас ждал Минар, разряженный в одежды Великого Прорицателя, и рядом с ним Айк, постаревший и похудевший, утративший бо́льшую часть своего веселого нрава.

– Рад видеть вас, друзья! – воскликнул Минар и обнял нас одного за другим. – Надо же, командир! – добавил он, хлопая Эйо по плечу.

– Ты сам теперь командир хоть куда! – ворчливо отозвался тот. – Обзавелся собственной армией! Правда, караульные из них так себе!

Старый вояка не был бы самим собой, если бы не нашел повода поворчать.

Айк же смотрел на нас на всех недоверчиво, словно подозревал, что все мы ему мерещимся. Оружия при нем не было, и вел он себя скованно, напоминая тяжело больного, что после долгого перерыва вышел из своей комнаты и увидел людей.

– Прошу ко мне, – сказал Минар. – Только дворца у меня нет, и с едой у нас тоже не очень, так что не обессудьте.

Прибеднялся он зря: нам подали несколько видов дичи, пожаренной и запеченной с лесными травами, речную рыбу и даже какой-то хмельной напиток. Мы ели и пили, веселились и смеялись, пересказывая друг другу недавние приключения и вспоминая старые времена. Даже Айк оттаял, стал немного напоминать себя прежнего и вскользь упомянул о том, как он был королем в Лима Оз и пытался завоевать остальные Свободные города, чтобы свергнуть власть местных вельмож и купцов.

– Ну что, друзья, вы же прибыли ко мне не просто так, – сказал Минар, когда даже Роб прекратил жевать и тост «за встречу», произнесенный в пятнадцатый раз, вызвал лишь слабое оживление. – Говорите, что нужно.

– Нас отправил к тебе сир Джам, – начал я.

Лицо Минара посуровело.

– Тогда можешь не продолжать, – проговорил он. – Ответ будет таким же. Я не для того выводил дааров из тьмы подземной на солнечный свет, чтобы погубить в войнах, не нужных этому народу.

– Не нужных? – возразил я. – По-моему, ты ошибаешься! Неужели ты думаешь, что имперцы оставят вас в покое, если им удастся взять Рам Дир? Генерал Орнаво спит и видит себя властителем всех территорий бывшей Магниссии, и даары ему вовсе не нужны. Кроме того, вполне возможно, что скоро на его стороне начнут сражаться аалы, смертельные враги твоих подданных.

– Тем более. Вражда между аалами и даарами давно похоронена, и оживлять ее я не намерен. Если Орнаво рискнет напасть на нас, то он получит достойный отпор, если же он оставит нас в покое, то и мы не тронем его.

– А он не оставит, – вмешался Арк.

– Этого вы знать просто не можете, – покачал головой Минар. – Что до аалов… Подозреваю, что им не до нас и они, забравшись так далеко от родного леса, чувствуют себя сейчас так же неуверенно, как и даары.

– Не-е-ет, они себя очень уверенно чувствуют, и пришли они сюда с одной целью – взять Рам Дир. Если им это удастся, они останутся здесь надолго, и поверь мне, как только они разберутся с нами, тут же займутся вами, – возразил я, и друзья поддержали меня кивками и одобрительными восклицаниями.

– Наверное, я сейчас больше даар, чем норденец, – сказал Минар немного печально.

– Не старайтесь зря, – подал голос Айк. – Великого Прорицателя вам не уговорить. Если уж он отказался помочь мне в освобождении Элсона… Ха!

Он рассмеялся, но смех этот прозвучал невесело.

– Да, еще ведь Элсон! – Роб почесал в затылке. – Что будет с ним? Нельзя оставлять его в руках Царственного Лиса!

О том, что происходит с южанином, я рассказал друзьям, пока мы шагали от Рам Дира к селению дааров.

– Нельзя, – согласился я. – Короче, Минар, ты подумай пока насчет того, что предлагаем тебе мы и сир Джам. В том пожаре, что охватил сейчас земли Этории, твои даары могут уцелеть, лишь обзаведясь союзниками. Одни они не сумеют противостоять никому, любая из сил, что сошлись в схватке, их уничтожит!

Наш друг, ставший Великим Прорицателем, кивнул:

– Хорошо. А вы пока будьте моими гостями.

Насчет того, как помочь Элсону, мы совещались в отведенной нам хижине. По всему выходило, что нам ничего не остается, как впятером отправиться к лагерю сира Лиора и попытаться освободить южанина, полагаясь на наше магическое искусство, наши мечи и воинские хитрости. Все вместе это грозная сила, но ее может не хватить, чтобы справиться с несколькими сотнями опытных бойцов. Правда, было кое-что еще. Вар Ло! Мой тайный союзник и советчик.

– Ладно, друзья, утро вечера мудренее, – сказал я, прерывая спор. – Нужно ложиться спать, а утром мы что-нибудь придумаем.

За окнами нашей хижины и вправду было уже темно, из леса доносилось уханье готовящегося к охоте филина. Мои друзья тут же согласились, погасили свет и растянулись на койках. Я же обратился внутрь себя и, как делал это уже один раз, тихо позвал своего невидимого собеседника:

– Вар Ло! Ты меня слышишь?

Древний маг откликнулся не сразу, мне пришлось напрячься и повторить имя несколько раз. Но затем я ощутил чужое присутствие, и голос древнего существа, видевшего Эторию еще до появления в ней не только людей, но даже дааров с аалами, прозвучал в моей голове:

– Здравствуй, Дарольд.

– Мне нужна твоя помощь.

– Я слушаю.

– Мы собираемся освободить попавшего в плен друга, но нас мало, а врагов много.

– Паутина событий там, – ответил Вар Ло казалось бы невпопад, – где ты сейчас находишься, слишком густа. Достаточно тронуть одну ниточку, чтобы задрожали десятки идущих в разные стороны. Стоит ранить того же Царственного Лиса, и это приведет к изменению баланса сил в Свободных городах, к оползням в северных горах и разрушительным волнам, что придут со стороны Бездны.

– Как мне быть?

– Воспользуйтесь той силой, что находится рядом с вами.

– Ты имеешь в виду дааров?

– Да.

– Уже пытался. Ничего не получается. Минар не хочет нам помогать, он настроен сохранить свой народ, уберечь его от любой опасности во что бы то ни стало.

– Я его понимаю. – Вар Ло вздохнул. – Эх, если бы у меня был свой народ, я бы тоже не стал рисковать. Но способ убедить твоего друга есть.

– Какой?

– Надо предложить Минару то, от чего он не сможет отказаться.

– У тебя есть идея?

– Да. Предложи ему безопасную и плодородную землю для поселения, где его поданных не достанут никакие враги. Там даары смогут спокойно жить, привыкая к существованию на поверхности и строя собственное государство без страха и лишних тревог.

– Где же я такую возьму? – удивился я.

– Тебе это не по силам, зато я знаю, как через портал добраться до острова, спрятанного за необозримыми просторами Бездны. Некогда там существовал могущественный народ, но он исчез, и от него остались лишь руины. Больше там никто не появлялся. – В этот момент голос Вар Ло прозвучал чуточку самодовольно, ну или мне показалось.

– А где находится портал, через который можно туда попасть?

– Не так далеко. – Тут голос Вар Ло перешел в шепот, и через мгновения я точно знал, где искать портал и как его привести в действие.

Один прыжок через магические врата, до которых полдня пути от селения дааров. И затем новый скачок с пустынной каменистой пустоши где-то за Краем Земли далеко на запад, туда, где каждый день тонет в Бездне заходящее солнце.

Об острове, скрытом за водами моря, я рассказал Минару на следующий день, прямо после завтрака. Бывший оруженосец и дорс неспешно отставил кубок, из которого пил простую родниковую воду, и посмотрел на меня укоризненно.

– Слишком похоже на сказку, – объявил Минар, выслушав мой рассказ.

– А то, что ты командуешь даарами, не похоже на кусок из легенды? – пришел мне на помощь Арк. – Или то, что аалы стоят станом в лиге от волшебного города Хранителей?

Некоторое время Минар молчал, обдумывая услышанное.

– Хорошо, – сказал он, нахмурившись. – Если все это правда… Если остров и в самом деле существует, то я помогу и вам освободить Элсона, и сиру Джаму в его войне с аалами и имперцами. Но сначала я должен увидеть землю за Бездной собственными глазами и переправить туда бо́льшую часть своего народа.

– Тогда к чему терять время?! – Я вскочил из-за стола, едва не опрокинув стул. – Отправляемся прямо сейчас!

Наш маленький отряд покинул лесное селение с невероятной быстротой. С Верховным Прорицателем отправилась дюжина лиловокожих воинов, хотя я видел, что ему это не нравится, но противоречить собственным подданным Минар не стал. Даары берегли его как зеницу ока. До портала мы добрались без приключений, и он перенес нас на север, туда, где еще лежал снег, а холодный ветер сек лица кристаллами льда, сдутыми с заиндевевших валунов. Второй портал, тот, через который мы должны были попасть на указанный Вар Ло остров, не просто колонна или камень, испещренный символами давно забытого алфавита. Нет, тут было нечто вроде круга из колоссальных валунов, и в центре его располагалось корявое подобие пирамиды из черных потрескавшихся плит.

– Интересно, кто все это построил? – спросил Арк, ежившийся на пронизывающем ветру.

– Может быть, и Хранители, а может быть, кто-то и посильнее, – отозвался я. – Пойдем, нечего тут мерзнуть. Того гляди уши отвалятся.

Ослепительная вспышка ударила по глазам, и я оказался в густом лесу с необычными деревьями. Они напоминали сосны, вот только хвоя имела голубоватый оттенок, а желтые стволы были покрыты мелкими бороздками. В кронах сновали необычайно крупные белки с белыми кончиками хвостов, пронзительно кричали птицы. Чуть в стороне через чащу с треском и топотом ломился какой-то крупный зверь.

– О, симпатично тут, – оценил Эйо, оглядываясь.

Портал тут был точно такой же, огромный и странный, вот только все его камни покрывал лишайник.

– Как тебе? – спросил я у Минара.

– Погоди, мы еще толком ничего не видели, – ответил он, оглядываясь.

– Но видно же, что это не Этория, – сказал Айк. – Таких деревьев я не видел нигде! И вон, смотрите, если кто знает это животное, пусть бросит в меня камнем!

На одной из «сосен» сидела крупная ящерица такой яркой расцветки, словно она искупалась в радуге. Посмотрев на нас недовольным взглядом, она развернула настоящие крылья, длинные и перепончатые и, трепыхая ими, улетела прочь. В моей голове снова что-то вспыхнуло, возникла картинка, сначала мутная, и понял, куда надо двигаться дальше. Мы направились на юг, туда, где висело теплое, очень крупное солнце. Вскоре лес поредел, стали попадаться полускрытые подо мхом валуны, а затем мы оказались на полого спускающейся пустоши. Еще через час ходьбы земля внезапно закончилась, и стало ясно, что мы стоим на краю высокого обрыва, а внизу нежится ласковое синее море. Волны словно шептали о чем-то, в них скользили тени крупных рыб.

– Смотрите, вон там! – воскликнул Роб, вскидывая руку.

Чуть восточнее виднелся длинный мыс, и на его окончании из скал выпирали башни большой крепости, похожие на старые серые грибы. Тянулись наполовину обвалившиеся стены, напоминавшие гребни какого-то чудища, мрачно смотрели бойницы.

– Это надо изучить, – сказал Минар.

Мы остановились, чтобы перекусить, а затем зашагали дальше. Добраться до крепости мы смогли, только пройдя узкой, осыпающейся тропкой, где местами камни вываливались из-под ног, а кое-где приходилось ползти, прижавшись лицом к скале и цепляясь за уступы, трещины и неровности. Но затем мы оказались среди могучих бастионов и мигом забыли про все трудности пути. Никто во всех уголках Этории, где мне доводилось побывать, не строил ничего подобного. Камни были обтесаны и сложены так, что получались геометрические фигуры, треугольники, квадраты и круги. Кое-где виднелся необычный герб – вставший на хвост морской змей, пытающийся схватить парящую в вышине птицу. Резьба древних искусников была столь надежной, что пережила даже падение их государства.

– Здесь никого не было сотни лет, – сказал Минар, когда мы осмотрели крепость. – Но в колодце по-прежнему есть вода, а привести жилища в порядок будет не так трудно.

С мыса мы вернулись на материк и пошли обратно к порталу, но при этом дали крюка к востоку, туда, где тянулись бескрайние поля. Тут, на берегу широкой реки, мы обнаружили развалины еще одного селения, тоже не укрепленного, но вплоть до последнего амбара построенного из камня. Встретили стадо животных, похожих на диких быков, и те подпустили нас близко и лишь затем предпочли удалиться. Тем самым они показали, что не боятся людей, а значит, давно, много поколений не сталкивались с двуногими охотниками. С вершины холма, на котором возвышались руины некогда величественного храма, мы разглядели, что дальше на восток берег загибается к северу. А там, на горизонте, за лесом, среди облаков громоздились горы, заснеженные вершины ярко сверкали в лучах солнца.

– Ну что, как видишь, не обманул, – сказал я, повернувшись к Минару. – Похоже, что это действительно остров, и твоим подданным не придется делить его ни с кем. Здесь можно ловить рыбу, охотиться, тут есть поля, годные для обработки, и животные, подходящие для приручения. Неужели ты можешь желать чего-нибудь лучшего для дааров?

Прежде чем ответить, мой друг некоторое время оглядывался.

– Да, ты не солгал, – торжественно произнес он. – Тут можно жить. Обустроить руины, разместиться, а вот насчет врагов… кто знает, какие опасности таит в себе эта земля?

– Возможно, и таит, – ответил я, – но в Магниссии опасностей уж точно не меньше. Так что лучше уж здесь в тихих руинах, чем в лесу около города, за который вот-вот начнется битва.

– Хорошо, – объявил Минар, – после того как бо́льшая часть моего народа переберется сюда, войско дааров будет готово помочь вам там, где вы хотите.

– Вот это дело! Ух, мы тогда им покажем! – воскликнул Эйо.

– Для начала давайте спасем Элсона, – вставил Айк.

И мы все вместе разразились радостными криками, что полетели над полями и лесами пустынного острова, много веков не знавшего разумных обитателей.

Глава 6

Рядом с Минаром, что стоял на помосте, располагался молодой рыцарь, сир Адим, разделивший с бывшим оруженосцем сира Рона все злоключения в подземельях и ставший для него кем-то вроде ординарца и первого помощника. Место с другой стороны занимал даар в черном плаще, носивший титул Верховного Связного, и еще несколько его сородичей в одежде такого же покроя, но алого и синего цветов. Прочие обитатели лесного селения собрались перед помостом, заполнив все пространство вокруг него. Мы встали в стороне, чтобы не мешать.

– Да здравствуют Свет, и Рассвет, и смиренные даары, и будущее, которое нам предсказано! – заговорил Верховный Связной мерно, точно читая стихи. – Мы, дети Великого Каменного Дома, вышли наконец на поверхность, и все это случилось благодаря Великому Прорицателю! Восславим же того, кто произошел из другого племени, но принес свободу нам!

Собравшиеся вокруг помоста разразились одобрительным гулом.

– Но этого недостаточно! – продолжил Верховный Связной. – Чтобы обрести настоящее убежище на поверхности, мы должны еще многое сделать! И поведет нас на этом пути все тот же Великий Прорицатель!

– Я принес вам весть, – заговорил Минар, – о том, что есть земля далеко от этого мира, где можем мы поселиться и спокойно жить так, чтобы никто нам не мешал. Я сам посетил эту землю обетованную и готов отвести вас туда, если вы решите, что цена, которую запрашивают с вас за доступ, не чрезмерна…

Даары слушали своих правителей в благоговейной тишине, не позволяя себе даже кашлянуть. Молчали дети, которых среди выходцев из подземелий было не очень много. Минар же в подробностях описал землю, покрытую руинами строений народа, на чьих гербах был морской змей. Поведал, что путь на остров, лежащий далеко за пределами Бездны, открыли ему посланцы сира Джама, правителя города Рам Дир, и что взамен они попросили о помощи в грядущей битве.

При упоминании аалов над площадью пронесся ропот.

– Древняя вражда похоронена под пластами времени! – воскликнул Минар, пресекая его. – Не дайте ей вновь вспыхнуть в ваших сердцах! Решайте, глядя в будущее, а не в прошлое! Если мы позволим кровной распре разгореться вновь, то не обретем мира, а лишь позор, горе и смерть!

Даары послушно смолкли, гнев покинул их лица.

После того как Великий Прорицатель закончил свою речь, его место занял Верховный Связной.

– Судьба нашего народа возвещена! – объявил он с радостью в голосе. – Сегодня же первые отряды разведчиков отправляются к новой земле. Готовьтесь и собирайтесь!

Мы переглянулись.

– Ну что, действуем, как решили? – спросил я.

– Конечно, – хором ответили мне Роб и Арк.

Мы договорились заранее, как будем вести себя в том случае, если придется повести дааров на остров. Мы с Айком и Эйо остаемся тут и доставим радостную весть сиру Джаму, а остальные двое моих друзей отправятся в путь с даарами, чтобы, если что, помочь им своей колдовской силой. Не прошло и часа, как из лесного селения вышла процессия из полусотни дааров. Разведчики, которым предстоит взять под охрану порталы и рассеяться по острову, определить, где лучше всего будет разместиться прибывающим сородичам. Повел их Минар, а рядом с ним шагали Роб и Арк.

Второй караван, на этот раз большей частью из женщин и детей, выступил в путь позже, и его возглавили сир Адим и несколько дааров из Совета. Лиловокожие тащили немногочисленные пожитки на своих плечах и покидали поселок без печали. Слишком немного времени провели они здесь по сравнению с вечностью в подземельях и не успели привыкнуть. Третья партия переселенцев отправилась через два дня, и одновременно с ней покинули дааров и мы. Нам предстояло добраться до окрестностей Рам Дира в темноте, избежав встречи с патрулями имперцев, и найти вход в подземный тоннель.

Яма на склоне холма выглядела так обыкновенно, что, увидь я ее в первый раз, никогда бы не поверил, что в ней есть что-то необычное. Попытавшись ткнуть в нее мечом, я не нащупал ничего, не больше преуспел и Эйо, попробовавший копать по бокам от ямы.

– Те, кто создал это, умели не только строить, но и прятать, – проговорил Айк, наблюдая за нашими попытками. – А еще и защищать. Лучше не трогайте.

– Ты прав, – сказал я, убирая меч в ножны. – Если это то место.

– То самое, – проворчал Эйо. – Я вон ту кривую елку запомнил.

Обратный путь от поселения дааров мы проделали без особенных проблем. Лагерь генерала Орнаво мы оставили в стороне, дозорных из числа зевающих ленивых недотеп с обозной выправкой обманули без труда, на аалов, к счастью, не наткнулись. Теперь осталось убедиться, что мы не ошиблись с местом и что нас действительно будут ждать здесь ночью.

Дверь открылась в тот момент, когда полностью стемнело, причем совершенно бесшумно. Раз, и на месте ямы объявилась каменная плита, отошла в сторону, открывая темный проем, и из него шагнул настороженный Ожье, а за ним сам сир Джам.

– О, ваша светлость! – воскликнул я обрадованно, титулуя собеседника формально неправильно, но по фактическому статусу правителя большого города. – Не ждал, что вы лично появитесь здесь.

– Решил размять ноги. Сидеть на одном месте мне надоело до ужаса. Ну, рассказывайте. Удалось ли вам договориться?

– Удалось!

– Тогда где же их войско? Или оно спряталось вон в тех зарослях?

– Войско будет, но позже, – сказал я и в подробностях поведал сиру Джаму о том, как шли наши дела с даарами.

– То есть для начала они уведут всех своих на этот далекий остров? – спросил он, недовольно хмурясь, когда я замолк.

– Именно так, сир.

– Веришь ли ты их предводителю?

– Верю.

– Что ж, тогда и мне придется поверить.

– Ваша светлость, как дела в городе? – вступил в разговор Эйо.

– Пока все тихо, – сказал сир Джам. – Имперцы держатся отдельно, нелюди отдельно. Судя по данным разведки, готовят тараны, осадные лестницы, все прочее, и только. Похоже ты, Дарольд, был прав насчет того, что как минимум неделю ничего не произойдет.

– Так точно, ничего, – кивнул я. – Орнаво должен получить приказ императора. Только тогда он сможет пообещать А-ти то, что она хочет, или отказать ей. Но второе маловероятно, поскольку генерал без помощи аалов ничего сделать не в состоянии, и это он уже понял.

– Да, пока город на нашей стороне… – Сир Джам потер подбородок. – Ладно, значит, связные будут ждать вас и войско дааров тут каждую ночь. Поторопите этого пророка.

На этом мы и распрощались.

Крепость, стоявшая в излучине реки, была даже больше той, которую мы осматривали на побережье. Могучие бастионы сумели устоять перед всесокрушающими зубами времени, хотя улицы поросли травой и даже кое-где деревьями. Уцелел и дворец, все еще красивый, с изваяниями в виде морского змея, стоящего на хвосте, что украшали каждый угол. Минар и его свита ходили по дворцу, изучая расположение комнат. От звука их шагов разбегались мыши, белки и другие мелкие животные, что в отсутствие людей выбрали здание местом своего обитания. Даары осматривали дворец с восторгом, им тут откровенно нравилось. Наверняка во время своего пребывания на земле они строили нечто подобное, но затем на века оказались заперты в Рах Вор Драср, прекрасном, но неизменном.

Минар же, в отличие от сопровождающих, выглядел мрачным и озабоченным. Он видел, сколько всего предстоит сделать, чтобы вернуть этому месту жизнь и величие. Когда обход оказался закончен, он взял Верховного Связного под руку и отвел в сторону.

– Теперь это наш дом, – сказал он, остановившись в огромном помещении без крыши, но с зелеными и синими колоннами, что теснились вдоль стен.

– Да, Великий Прорицатель! – воскликнул Верховный Связной.

– Но ты понимаешь, что я не могу здесь остаться, – заявил Минар решительно.

– Да, Великий Прорицатель, – ответил даар.

– Я не могу остаться, потому что у нашего дома есть цена и ее надо выплатить, – продолжал объяснять Минар, хотя с ним никто не спорил. – Сегодня я во главе войска отправлюсь в путь, чтобы оказать помощь, которую я обещал. Здесь же распоряжаться будете ты и совет, а еще в помощь тебе я оставляют сира Адим!

– Но как же! Я хотел пойти с тобой! – воскликнул услышавший эти слова молодой рыцарь.

– Строить и восстанавливать – не менее почетно, чем сражаться и лишать жизни. Задача перед вами стоит очень трудная. Нужно разместить дааров так, чтобы они не мешали друг другу, отремонтировать множество зданий. Организовать охоту и рыбалку, отлов животных для приручения, чтобы наш народ не знал голода. Выставить дозоры и изучить весь остров до самых дальних уголков, чтобы убедиться, что тут нет никакой опасности. Дело это трудное и долгое, и ты именно тот, кто может с ним справиться. Я верю в тебя.

Услышав эти слова, молодой рыцарь немного приободрился.

– Сколько ты планируешь отсутствовать, Великий Прорицатель? – спросил Верховный Связной.

– Сейчас трудно сказать. – Минар пожал плечами. – Это же война. Пока не сдержу своего слова. Я вернусь, лишь когда мы разобьем тех врагов, что угрожают осажденному городу.

– Сколько воинов ты возьмешь с собой?

– Четыре сотни.

– Так тому и быть, – и даар склонил голову.

– Вот и славно. – Минар решительно кивнул. – Тогда за дело.

В окрестностях дворца царила суета. Только что прибывшие в город даары расчищали улицы с помощью топоров, выбирали те дома, что получше, для поселения. Таскали каменные блоки и бревна, стучали молотками и переговаривались, понимая, что наконец-то обрели настоящий дом на поверхности, под светом солнца. Воины, готовые отправиться на войну, выстроились плотным квадратом: решительные, суровые лица, идеальная выправка, оружие и доспехи в полном порядке. Минар отдал команду, и его отряд двинулся к тем воротам, за которыми начиналась дорога, ведущая к лесу, где укрывался огромный портал.

Мы встретились там, где и планировали, – в покинутом уже селении дааров. Увидев меня, Айка и Эйо, Арк и Роб разразились приветственными восклицаниями, Минар же остался бесстрастным, как и его вышколенные воины.

– Мы прибыли, как и обещали, и готовы исполнить свою клятву, – сказал он серьезно.

Несмотря на громкое заявление о том, что Нордения покидает земли Магниссии, Царственный Лис никуда уходить не собирался. Он со своими воинами встал лагерем достаточно далеко от Рам Дира, чтобы не казаться частью армии генерала Орнаво, и достаточно близко, чтобы в случае чего вмешаться в события. Возможно, он ждал своего часа в борьбе за древний город, а может, он просто не хотел возвращаться домой. Если вернешься, то того гляди придется участвовать в большой войне, идти на юг, сражаться вместе с троллерами и дикими нордами. Вряд ли сир Лиор, о котором давно ходили слухи, что он сам мечтает о троне, сильно жаждал подобной участи. Наверняка он решил выждать, посмотреть, как обернется ситуация, и лишь затем вступить в дело.

Элсон, когда я в последний раз наблюдал за ним через дальновидение, был жив, хотя его заковали в кандалы, не кормили и избивали каждый день. Южанин держался благодаря опыту и силе воли и начал вызывать сочувствие у простых воинов-норденцев, которые не верили, что их пленник колдун, и роптали на жестокость своих командиров.

Мы выдвинулись в ту сторону, где стоял лагерем сир Лиор, почти сразу после прибытия дааров. Отдельного скакуна мы нашли и для Минара, который давно не ездил верхом и сейчас с удовольствием вспоминал былые навыки. Даары же смотрели на наших верных животных с недоверием и отказались даже попробовать.

– Ничего, мы от вас не отстанем, не сомневайтесь, – сказал один из них, самый высокий, черные доспехи которого украшала серебристая гравировка.

Вскоре выяснилось, что лиловокожие воины и вправду могут держать темп наравне с конями, если не пускать тех в рысь или галоп. Вперед мы выслали разведчиков, чтобы случайно не наткнуться на отряд имперцев или аалов. Шли целую ночь, в самую глухую пору остановились поесть и отдохнуть. А утром, едва солнце поднялось из рассветной дымки, были уже в окрестностях лагеря Царственного Лиса.

Айк, Эйо и я поднялись на вершину холма, откуда лагерь хорошо просматривался.

– Не больше трех сотен, – пробурчал бывший начальник стражи, окинув шатры и расположившихся по периметру дозорных опытным взглядом. – Только скрытно не подойдешь, а значит, нас заметят, и будут потери.

– Не подойдешь, – согласился я, а потом кое-что вспомнил. – Слушай, Айк. Ты же вроде умеешь туман вызывать?

Айк поглядел на меня с опаской, потом тряхнул головой и ответил:

– Не умею, но попробую.

– Отлично! – объявил Минар. – Нам нужно любое преимущество.

Я хлопнул друга по плечу и шепнул:

– Начинай.

Айк посмотрел по сторонам, потом закрыл глаза, скулы его напряглись, на лбу появились морщины. Создать туман оказалось намного сложнее, чем работать с уже имеющимся, но это всегда так в магии – взять под контроль готовую форму, насыщенную энергией, всегда легче, чем творить ее с нуля, вдыхать в нее жизнь. Здесь же под руками моего друга были только воздух и вода, и предстояло создать их смесь. Подул ветерок, стало холоднее, легкая дымка заклубилась над озером. За спиной, в лесу, воины-даары сосредотачивались, готовились к броску, разбивались на отряды, чтобы атаковать лагерь сразу с нескольких сторон, но я не обращал на это внимания.

Я следил за Айком.

Туман над озером загустел, скрыв от нас дальний берег, словно над водной гладью повесили полотнище из грубой дерюги. А затем пополз, неспешно двинулся в сторону лагеря, как неторопливое могущественное чудовище. Из его бесформенной туши высовывались длинные лапы, усики и щупальца, словно ощупывали дорогу. Я ощутил на лице влажное дуновение, мой друг застонал, напрягая силы, подтаскивая облако ближе. А когда он открыл глаза, утро исчезло, поглощенное серой бесформенной мглой, мы стояли посреди густого марева, и я мог различить лишь силуэты друзей.

– Получилось! – шепнул Арк, я поддержал его кивком.

Рядом объявился молодой даар, торжественный и мрачный.

– Великий Прорицатель объявил атаку.

– Как? Без нас? – удивился и явно расстроился Эйо.

– Если желаете присоединиться, то вам нужно выступать, не мешкая, – ответил даар.

– Конечно, желаем! – воскликнул рыжий вояка, вытаскивая меч.

Вместе с посланцем мы спустились с холма и оказались в одном из отрядов, что направлялся в сторону лагеря. Даары двигались очень тихо, лишь трава шелестела под их легкими ногами, но и этот звук наверняка глушил туман. Так что для часового, совсем молодого парня, наше появление стало полной неожиданностью. Он лишь разинул рот, но вскрикнуть, поднять тревогу не успел, поскольку один из дааров дернул рукой, и заточенный по краям диск из полированной стали покинул его ладонь и отправился в полет. Причем метнулся он сначала куда-то в сторону, но затем повернул и вонзился воину прямо в горло. Хлынула кровь, и часовой повалился набок, брякнуло выпавшее из кулака копье.

– Что там у тебя, Санни? – спросил басистый голос из тумана, и в нем показалась грузная фигура.

Второй диск отправился за первым, но нового вояку спас то ли опыт, то ли чутье на опасность. Он сумел пригнуться в последний момент, и даарский диск лишь со скрежетом вспорол верхушку его металлического шлема.

– Тревога! Враги! – завопил басистый, удирая вприпрыжку.

Но похожие крики уже неслись со всех сторон, а кое-откуда долетал и лязг стали. Не мешкая, мы рванулись вперед и почти тут же напоролись на группу спешивших нам навстречу воинов. Предводитель их, рыцарь в тяжелых доспехах, попытался разделаться со мной одним ударом, но я легко отразил нападение. Атаковал сам и даже обошел защиту, но лишь попал в сердито зазвеневший наплечник. Противник был настроен решительно и отказываться от намерения меня убить не собирался. Своим клинком он махал с такой легкостью, словно тот не весил ничего, и я никак не мог подобрать момент для удара. А потом неожиданно враг оступился, я сделал выпад, нанес резкий удар. И меч мой проскочил в щель между сочленениями доспехов ниже шеи. Рыцарь захрипел, по пластинам его нагрудника потекла кровь. Он застонал и опустился на колени.

Смотреть, что с ним будет потом, я не стал, я уже бежал дальше. На пути появилась группа лучников, я замер, но очень быстро понял, что в тумане тетивы отсыревают мгновенно, а вот дискам в руках дааров влага не мешает. Из пелены вылетели смертоносные орудия, пять человек остались лежать на земле, а я метнулся к шатрам. Прямо на меня выскочил всадник на испуганно храпящем коне, но, поскольку он явно собирался удирать, а не сражаться, я просто отступил в сторону, давая ему дорогу.

Перед самым большим шатром я оказался в тот момент, когда из него выскочил сир Лиор Бургуньонский. Царственный Лис успел нацепить панцирь, но вот шлем, украшенный рыжим хвостом и остроконечной мордочкой зверя, давшего прозвище благородному сеньору, был у него в руке.

– Негодяй! – завопил Айк из-за моей спины и, не дожидаясь ответа, бросился на норденского полководца.

Два стражника попытались перехватить друга, но им пришлось отвлечься на дааров. Зазвенели клинки. Царственный Лис не сыграл труса – хоть он и был интриган и жестокий, бессердечный подлец, но при этом никогда не боялся открытой схватки. Сир Лиор изящным движением выхватил меч и нацелился на моего друга. Айк, полный решимости отомстить за Элсона, налетел как ураган. Царственный Лис натиск выдержал и сам перешел в контрнаступление. Удар, и на кольчуге Айка, что защищала его предплечье, появилась свежая зарубка.

Покончив со стражами, даары и я двинулись на Лиса.

– Все на одного? – спросил тот, оглядываясь с презрительной небрежностью. – Очень по-благородному…

– Не тебе говорить о благородстве! – ответил ему Айк.

– Солдаты! Ко мне! – закричал сир Лиор, надеясь привлечь внимание кого-либо из своих подчиненных, которых вокруг было много. Но все они, похоже, оказались заняты либо сражением за свою жизнь, либо попытками удрать, и никто не явился на зов командира.

Айк вновь ринулся в атаку, размахивая мечом с новой силой. Столкновение, другое, и вот уже Царственный Лис вынужден отступить, и на лице его возникла тень тревоги. Сир Лиор замахнулся для очередного выпада, но сделать его не успел. Айк оказался быстрее, и клинок его меча вонзился в плоть точно над нагрудником роскошного доспеха, туда, где шея была ничем не защищена. Царственный Лис захрипел, сначала упал на одно колено, затем и вовсе повалился лицом вперед, разбросав руки. Так умер один из самых перспективных и дерзких членов королевского двора Нордении, который устроил массу неприятностей и нам, и сиру Джаму.

Тем временем туман над лагерем начал рассеиваться, но он был уже и не нужен. Разгром оказался полным. Не ожидавшие атаки, да еще и впервые в жизни столкнувшиеся с даарами воины Нордении частью пали, частью разбежались, бросив оружие и доспехи, а частью сдались в плен. Мы же отправились к берегу, туда, где находился Элсон.

Он встретил нас неизменной ухмылкой, что напомнила мне о том дне, когда мы освободили его из плена в городе Пули. Тогда он, правда, мог похвастаться роскошной шевелюрой, от которой сейчас не осталось и следа. Тело южанина покрывали синяки, он сидел в кандалах, но вид у него был совсем не жалкий, а даже воинственный.

– Я знал, что вы не забудете про старого вояку, – сказал он, звякая цепями. – Только вот не ждал, что такой толпой. Надоели мне эти украшения ужасно. Снимете?

Кандалы слетели мгновенно. Переодев недавнего узника в чистую одежду, мы двинулись прочь. Пленников оставили там же в лагере, а о том, чтобы ловить их попрятавшихся по зарослям товарищей, даже и не побеспокоились. Теперь, лишившись своего предводителя, норденцы стали неопасны. Наверняка, едва собравшись, они покинут эти негостеприимные земли и двинутся домой, на запад.

До Рам Дира мы добрались без каких-либо серьезных трудностей. У двери в подземный ход нас встретил Ожье. Безмолвная процессия лиловокожих воинов двинулась по широкому тоннелю, и вскоре мы уже были среди зданий, так похожих на те, что высились в подземной твердыне Рах Вор Драсра. Встретивший нас сир Джам обрадовался и приказал готовить праздник в честь прибытия новых союзников. Из подвалов выкатили тщательно оберегаемые бочки с вином, над огромными кострами завертелись целые бычьи туши.

– Друзья! – сказал сир Джам, поднимая большой золотой кубок с вычеканенными на его боках виноградными листьями и плодами. – Радостный день у нас сегодня! Такой, каких давно не было! Веселимся же!

И все мы подняли наши бокалы и присоединились к его тосту, даже серьезный и мрачный Минар. Да, сейчас время праздновать воссоединение и ликовать, а о том, как лучше использовать подкрепление и противостоять А-ти с генералом Орнаво, мы подумаем завтра.

Глава 7

Совет города Азор в полном составе собирался нечасто, только для решения важнейших вопросов. Для таких редких случаев в городе было специальное здание, Дом Мудрости, обширное и пышно украшенное, с огромным залом внутри. В стенах зала были прорезаны узкие и высокие окна, между ними висели лиловые и золотые занавеси, скамьи ярусами поднимались во все стороны от расположенного в центре места председателя. И сейчас все скамьи были заполнены богато одетыми важными людьми. Лица их выглядели встревоженными, в глазах прятались опаска и недоверие. Никто не знал, зачем точно Орис Лександро, купец Шафрановой гильдии, последние пять лет являвшийся председателем, собрал их всех.

Когда сам Орис вошел в зал, сопровождаемый дюжиной телохранителей из наемников, то по скамьям прокатился гул, но тут же стих.

– Братья и друзья! – объявил он, подняв руку, чьи пальцы были унизаны золотыми кольцами. – Слушайте меня внимательно, ибо сегодня решается судьба нашего города и всего Азороса! Решается наше будущее и будущее наших детей!

Дальновидение позволяло мне слышать каждый звук, различать даже то, как жилка бьется на виске Ориса, как нервно бегают туда-сюда его глаза, такие же серые, как у Рии.

– Чаша нашего терпения не бездонна! Сколько можно смотреть на то, как творится беззаконие? Как узурпатор, взявшийся неведомо откуда, нарушает веками складывавшийся баланс сил, вредит нашей торговле и выгоде!

– О ком ты говоришь? Кого ты имеешь в виду? – послышались выкрики из задних рядов.

– Я говорю об Айке Северянине! – объявил Орис. – Когда в Лима Оз правил благодушный принц Ятэп, понимающий все сплетения хитрой политики Свободных городов, мы могли с ним всегда договориться! Но теперь там на троне чужак! Из-за него и его деяний падают наши прибыли, это он виноват в том, что торговые пути небезопасны, товары исчезают, сделки разваливаются.

– Что ты предлагаешь? – спросил один из купцов, занимавших почетное место в первом ряду, толстый, с роскошной седой бородой.

– Нужно покончить с этим самозванцем раз и навсегда!

– Каким образом?

– Способ один – война!

Это слово породило гул на скамьях, не смолкавший некоторое время. Торговцы везде и всюду одинаково не любят военных действий, что нарушают порядок и рушат связи, но в то же время понимают, что без применения силы порой не обойтись.

– А как ты собираешься ее вести? – поинтересовался старый купец, глядевший на Ориса с тщательно скрываемой неприязнью.

– У меня есть договоренности с отрядами доблестных наемных капитанов. – Купец Шафрановой гильдии повел рукой, указывая на наемников, что остались у двери. – Они готовы выдвинуться немедленно!

– Сколько это нам будет стоить? – зазвучало сразу с нескольких мест. – Озвучь цену!

Купцы есть купцы и всегда первым делом думают о своей мошне.

– Видя горестное положение, в котором оказался наш город, я готов оплатить расходы на содержание армии из собственного кармана! – выкрикнул Орис, перекрывая общий гвалт. – На первый месяц кампании! Даже два!

Это предложение вызвало в зале мертвую тишину.

– Но ты понимаешь, что даже если ты платишь, то командовать войском будет все равно Совет, – вкрадчиво проговорил купец с седой бородой. – А точнее, комитет, что должен быть создан для решения такой задачи.

– Неужели мои собратья, знающие меня много лет, могут полагать, что я стремлюсь к единоличной власти? – Орис попытался изобразить обиду, хотя, на мой взгляд, слишком театрально.

Собравшиеся в Доме Мудрости люди действительно знали его как облупленного, со всеми потрохами, да еще и с тех времен, когда он был молодым, начинающим торговцем.

– Ну если так, то можно проголосовать, – сказал купец с седой бородой, и часть из собравшихся одобрительно зашумела.

– Даже нужно, – прохрипел тот его собрат, что смотрел на Ориса с неприязнью.

– Тогда я объявляю голосование! – провозгласил тот, не скрывая радости. – Согласен ли Совет поддержать военную экспедицию против узурпатора, захватившего власть в городе Лима Оз, финансировать которую будет Орис Лександро, представитель Дома Денег и Шафрановой гильдии?

Конец ознакомительного фрагмента. Купить полную версию.