«Мы далеко не единственная цивилизация во всей Вселенной… Со временем, вступая в полноценные Права, я узнавала все больше…. А пока я все еще расту… Вместе со мной вершится и моя личная История…»

Мы далеко не единственная цивилизация во всей Вселенной. Есть Планета, во многом похожая на нашу. У нас гораздо больше общего, чем мы могли предполагать. Создатели накрепко связали наше существование с ней. Со временем, вступая в полноценные Права, я узнавала все больше подробностей Истории. А пока я все еще расту и постоянно набираюсь опыта. Вместе со мной вершится и моя личная История…

Начало моей истории

Я появилась на свет на скалах могучих гор на закате. Это место было колыбелью всех появившихся стратомиренцев – жителей нашей Планеты. Немного дикая местность меня бы испугала, очнись я здесь в одиночестве. Но, кроме меня, здесь появлялись на свет миллионы, поэтому бояться было нечего.

Открыв глаза, я встретилась взглядом с невероятно голубым небом. Даже близясь к закату, оно все еще было изумительного морского оттенка. Воздух вокруг был тоже голубым. Наверное, это из-за мельчайших голубых частиц, летающих в воздухе. Говорят, что это миллионы угасших стратомиренцев разлетаются по воздуху, не желая покидать свою родину. Скорее всего, из-за этого наш Стратомирен прозвали Голубой Планетой. Именно на ней, одной из Планет Света, мне посчастливилось появиться в один из стратодней.

Мы появлялись полузрелыми. Обладая полным пониманием всего происходящего вокруг и с уже сформировавшимся чувством долга перед Планетой. Внешне ничем не отличаясь от стратомиренцев, уже построивших свою Историю, внутри мы нуждались в информации. Шел пятитясячный год. Это было удивительное время, когда стратомиренцы уже имели устоявшиеся правила, систему жизни и считали, что держат все под контролем. Даже гордились этим, думая, что многое повидали и предусмотрели все мелочи. Будучи невероятно спокойным народом, мы были предназначены для мирного сосуществования. Если во Вселенной существуют Создатели, то это им, мы, стратомиренцы, обязаны необычайно покладистым, созидательным характером, не заточенным под разрушения и войны. Еще не родился стратомиренец, желающий завоевывать и причинять зло. Мы слепо следовали нашей основной общей миссии – Поддержание и Строительство нашей Вселенной. И для этого каждый стратомиренец, достигший расцвета своего ума, получал свое предначертанное ему, предназначение. Их было нетрудно запомнить: Файеты (иными словами Учителя), Программеры, Стражи и Распорядители. Все остальные были Строителями. Кстати, их было большинство.

Скалистая местность бурого цвета разнообразила голубой фон. Десятки только что появивщихся стратомиренцев, уже перебрасывались словами и осматривали местность. Если бы не специально обученная команда, которая тут же выстраивала всех новопоявившихся обитателей Планеты, то тут бы царил беспорядок. Слава Богу, все было схвачено. Длинная шеренга, состоящая из таких же новичков, как и я, уже ждала своего распределения во временные лагери. Лагери представляли собой маленькие конусообразные палатки, разбросанные по всей долине у подножия скал. Распределяла, по-видимому, женщина, размахивающая руками и указывающая мужчинам что делать. Благодаря ее эффектным жестам, я вскоре оказалась в одной из таких палаток вместе с еще четырьмя девушками. Первое время у входа стоял молодой Страж, бросающий грозные взоры на нас. Как – будто мы угрожали безопасности Планеты. Но вскоре он ушел, подозванный своим товарищем.

– Прямо военное положение, – улыбнулась светловолосая девушка маленького роста. Мы так и сидели в тесной палатке в узком кругу, с интересом разглядывая друг друга.

– Ага, – согласились мы хором. С уходом Стража, девушки немного осмелели. Я наконец позволила себе оглядеться. Но вид был весьма скудный: повсюду темные матерчатые «стены» палатки да мягкая подстилка, на которой мы сидели. И еще одно небольшое подобие зеркала на стене. Маленькое отверстие в самом верху служило для проникновения света.

Обнаружив зеркало, девушки робко подходили и осматривали себя. Я сделала это последней, решив не подавать виду, что мне это интересно. На меня смотрела бледная блондинка с немного грустными серыми глазами. Поначалу мне даже стало непривычно видеть себя такой грустной особой при вполне нормальном расположении духа. Но после мне даже понравилась моя внешность.

Уже через некоторое время мы сидели и обсуждали наше неизвестное грядущее будущее.

– Всем на выход! – чересчур громко объявил наш вернувшийся грозный Страж. Девушки аж подскочили от испуга, чем доставили ему неимоверное удовольствие, судя по его усмешке.

– Мы куда-то уходим? Уже переезжаем? – полюбопытствовала темноволосая живая девушка.

Страж строго посмотрел на нее.

– Нет. Пока нет, – ответил он, – сейчас будет первое обучение.

Мы прошли за Стражем. Он вывел нас за палатки, где, как оказалось, располагалась ровная поляна. Сотни девушек и юношей уже сидели здесь. Найдя пустое место, мы уселись. Через некоторое время, на поляне появилась она. Та женщина, которую мы уже видели. Стражи почтенно склонили голову, подавая нам пример. Мы сделали то же самое.

– Добро пожаловать на нашу Планету! – громко сказала она. – Меня зовут Тая, и вы можете меня считать вашим первым Учителем. Правда, я буду им лишь в этот стратодень.

Она оглядела поляну, и довольная созданной ею почтенной тишиной, продолжила свою речь.

– Запомните эти скалы. Это место вашего появления, первое, что вы увидели. Уже завтра, на рассвете, вам придется попрощаться с ним, так и не успев здесь обжиться. Вас отвезут в ваш постоянный дом – Пансион – Семью, где вам предстоит взрослеть и обучаться, вплоть до следующей фазы вашего существования. Про фазы существования я вам рассказывать не стану, об этом вы узнаете в ваших Пансионах. Моя задача состоит лишь в том, чтобы сориентировать вас в начале вашей истории. Теперь, внимание: все опустили головы на ваши руки, точнее, на запястья.

С этими словами, она первая подняла свою руку и взглянула на нее. Я моментально сделала то же самое вместе с толпой стратомиренцев. От одновременного действия раздался даже звук.

Голубое свечение. Я заметила его на своем запястье еще раньше. Как только появилась. Он как будто был живой и самостоятельный. Тонкий ручеек, светящийся сквозь мою кожу.

– Все видят это голубое свечение на своем пульсе? – спросила женщина и тут же продолжила, – это признак вашей жизни. Если струя есть, значит, вы живы. И, наоборот. Если ее нет – то это значит, что через некоторое время, а именно 5–7 стратодней, не станет и вас.

Толпа синхронно ахнула.

– Да, это правда. Вся ваша жизнь сосредоточена в этой тонкой линии. В этой жизненной энергии. Но, правда также и в том, что эта жизненная энергия, за которой вы каждое стратоутро будет с трепетом наблюдать, – не ваша.

– Так чья же она? – воскликнул какой-то смелый паренек.

– Вашего спутника. – сказала Тая, найдя глазами спрашивающего. – Видите ли, наша Планета имеет Планету – спутника. И каждый житель Стратомирена имеет своего спутника на той Планете. Появляется он – появляетесь и вы. И его энергию вы наблюдаете. Не станет его, погаснет энергия – не станет и вас. И так вы…

Она говорила еще много странных вещей нашего бытия. О том, что Близнец нашей Планеты находится слишком далеко от нас. Это даже не миллион и не миллиард световых лет. Он находится в другом измерении. Мы зовем его А-Лион. Но у нас есть преимущество – мы знаем про него, а его жители нас нет. Только раз в десятилетие, открывается дыра в их измерение. Мы называем это явление – «Открытые Небеса или «Рвущиеся Небеса». И тогда выпускники своих Пансионов отправляются на А-Лион искать своих спутников. Это уже вторая фаза. Для а-лионцев все проходит незаметно, так как стратомиренцы займут тела их немощных жителей. Немощный – значит, теряющий свою жизненную энергию и более нежелающий продолжать свою фазу. Так в теле а-лионцев мы полностью вступаем на их Планету. Некоторым везет, они проживают со своим спутником до конца земной жизни. После смерти они со славой вступают в полноценные ряды счастливых Строителей Вселенной. В лучшем случае, они получают одно из вышеперечисленных элитных предназначений. Эта еще одна фаза…

Возможно, повезет и мне. Следующее десятилетие, как раз, может быть моим, если мой спутник протянет до моего выпуска. А пока остается гадать: каков он, мой будущий напарник? В кого придется воплощаться мне на А-Лионе? Мое любопытство возгоралось все больше. Но эта энергичная женщина не могла удовлетворить его одним уроком.

Уже стратовечером, лежа на подстилке, мы все вчетвером лежали, глядя в отверстие наверху. Наши ночи и вечера были светлы. Почти, как стратодни. Только больше синевы. Каждая из нас, наверное, думала об одном – нашей интересной судьбе, связанной с жителями далекой, загадочной Планеты – А-Лион.

Прибытие в Пансион

– Следующая отправка! – уже стратоутром командовала Тая. Ее длинные волосы были собраны в толстый пучок, небрежно склоняющийся на левую сторону.

– Дамы, на выход, – буркнул в нашу сторону наш грозный Страж. Мы молча встали, направляясь к женщине. Она вместе с несколькими мужчинами подсаживала новичков на огромных Орлов, которые уносили их в Пансионы, где они будут жить и учиться. Это нам объяснили еще вчера.

– Очередные хрупкие барышни, – ядовито прокомментировал нас моложавый мужчина, державший гордую птицу.

– Погоди, – весело возразил ему молодой Страж, стоящий рядом, – вдруг одна из них станет Распорядителем. И тебе придется забрать свои слова про «хрупкость».

Женщина испытующе оглядела каждую из нас с ног до головы.

– Сами-то долетите? – спросила она и не дожидаясь ответа, сразу отдала приказ тому язвительному насмешнику, – полетишь с ними.

– Есть, командир, – скаля белыми зубами, ответил тот, – залезайте, что стоите?

На одного Орла помещались как раз пять человек. Я залезла последней, заняв место сзади. Нас прикрепили специальными ремнями, и не успели мы опомниться, как оказались в воздухе. От такого резкого взлета у меня екнуло все внутри. Но по истечении некоторого времени, адаптировавшись, я поняла, что мне даже нравится полет. Ветер свистел в ушах, ощущение было непередаваемое. Орел летел не так высоко над поверхностью, но, конечно, нам, казалось, все наоборот.

Поначалу я осторожно поглядывала вниз. Под нами уже была вода – огромное море. Его поверхность сверкала, переливаясь, как мелкие драгоценные камни. Мне уже нравился этот мир, и я желала узнать его лучше. Впереди были блестящие высоченные здания. Их макушки были покрыты облаками. Наверное, именно туда нас и везут. Я затаила дыхание в предвкушении. Мой разум жаждал пополнения информацией.

Они казались близко. Эти высокие здания. Но потребовались целые страточасы, чтобы мы долетели до них. Орел был, видимо, очень могучей птицей, раз без остановки летел уже столько страточасов. Огромные здания в виде удлиненных капсул, словно глыбы, стояли тут и там. Орел искусно лавируя между этими стеклянными стенами, легко перемещался по воздуху. Все вокруг казалось сплошь голубым из-за стеклянных зданий. Крыш и концовок их не было видно. Сами стены были непроницаемы и плотными, что не давало любопытным узнать, что же творится в этих зданиях. Наш сопровождающий Страж за весь полет не сказал ни слова, ловко управляя птицей. Лишь спереди сидящие девушки изредка перешептывались между собой. Птица то и дело высаживалась перед какой-либо капсулой, каждый раз оставляя там девушку. Моя очередь все не наступала. Наконец, осталась я да Страж.

Постепенно я заметила, как наша птица стала плавно приземляться. Орел сел прямо на площадку перед одним из этих одинаковых зданий. Мужчина спрыгнул и протянул мне руку. Я с замиранием поняла, что это и есть моя остановка. Встав на твердую почву, я удивилась еще большей высоте и величественности здания. Разглядывать снизу его было еще более устрашающе. Я подошла к громадной двери. За это время Орел, привезший меня, поднялся в воздух и уже через короткое время растворился вместе со Стражем в голубой дали. Мне предстояло войти, но было немного страшно. Что ждет меня за этой дверью? Такие же там обитатели, что и привезли меня сюда? Или там я встречу нечто другое? Как меня там встретят? Эти вопросы тормозили меня. Так я и стояла перед огромной дверью, высота которой внушала страх и неуверенность. Поколебавшись так еще изрядное время, я наконец схватилась за ручку двери. Я даже не толкнула ее – она открылась сразу после моего прикосновения. Робкими мелкими шагами я вошла, и почувствовала, как дверь сразу закрылась за мной.

Я обнаружила себя в огромном холле. Он казался еще больше от того, что здесь никого не было. Высокий потолок был расписан какими-то созвездиями, которые с «высоты» моего роста не дано было разглядеть детально. Чуть подальше две винтовые широкие лестницы огибали холл. Развешанные по стенам картины были портретами каких-то мужчин, женщин. Наверное, известных личностей. Иначе, зачем их сюда бы вешали.

Ну раз, меня сюда привезли, значит, надо пройти дальше. Не зная, что ждет меня, я шагала в ближайшую неизвестность. Наверное, стоит подняться по лестнице. Пройдя первый пролет, мне показалось, что сверху доносятся голоса. И я не ошиблась: чем дальше я продвигалась, тем громче они были. Наконец, поднявшись, я очутилась в большом просторном холле. Он был светлее, чем на первом этаже. Пройдя чуть дальше, я обнаружила, что он превращается в коридор с несколькими дверьми. Я остановилась. В этот момент одна из этих дверей со звуком открылась. Не успела я испугаться, как из нее начали выбегать парни и девушки. Они тут же плотным кольцом обступили меня. Не зная, что дальше делать, я нерешительно поздоровалась с ними, не смея даже разглядывать их.

– Такое невинное выражение лица. Время покажет, насколько это искренне, – послышалось со стороны. Две говорящие это воспитанницы, даже не старались говорить тише. Остальные девушки шептались тут же. Я заметила только одну девушку, подошедшую к окну и усевшись на скамью под ним. Она даже не посмотрела на меня.

– А вот и новенькая! – высказался высокий блондин с озорными глазами. Он стоял прямо напротив меня, скрестив руки на груди. Он казался главарем этой шумной банды.

– Да она еще и трусиха! Вот на кого поменялся наш Ми-Файл! Им вся Академия гордилась. Вряд ли это сможет достойно остаивать наше семейство, – насмешливо продолжал он. Не зная, куда деться, мне хотелось обратно, наружу этой Академии.

– Аль-Стар! Брось издеваться! Себя вспомни в момент своего появления, – та самая сидящая девушка у окна, неожиданно встала на мою защиту. Видимо, с ее мнением считались, раз голоса смолкли, и воспитанники разомкнули кольцо, давая ей дорогу.

– Ладно тебе, Ка-Ниара! – примиряющим голосом сказал мой насмешник, – просто я никак не пойму, как эта девушка может заменить Ми-Файла! Он даже по классу выше всех стоял! Вселенная дала угаснуть лучшему среди нас! У нас больше не осталось таких знатоков.

Ка-Ниара тем временем, не обращая на него внимания, подошла ко мне и взяла меня за руку. Кольцо послушно раскрылось, пропустив ее.

– Как тебя зовут? – ласковым успокаивающим тоном спросила она.

– Я еще не знаю, – только и смогла ответить я, – мне еще не дали имя.

– Не бойся, – она ободряюще пожала мне руку. Так она навсегда завоевала мое расположение, – видимо, Эл-Файет еще не видел тебя. Он скоро придет, и ты получишь свое имя.

Я робко кивнула, убаюканная ее мелодичным голосом.

– Пойдем. Я покажу тебе твою комнату, – предложила она. Я послушно последовала за ней.

Она провела меня в мою комнату. Она располагалась очень высоко – на одном из самых высоких этажей. Пока мы поднимались, мне казалось, что лестнице не будет конца. По пути я с любопытством разглядывала картины на стенах. Собственно, только их, так как больше ничего на лестничных пролетах и не было. На моем этаже было еще три комнаты. Моя располагалась в самом конце. Я сразу приняла ее. Она была небольшая, но очень светлая и приветливая. Мне сразу понравились эти большие окна, отделяющие меня от свежего воздуха тонким, едва видным стеклом. Напротив моего окна были такие же Пансионы, а между ними виднелись цепи гор. Возможно, именно оттуда меня примчал Орел. У входа нас ждала крохотная пожилая женщина.

– Эта Саранта, она отвечает за чистоту на этом этаже, – пояснила моя приветливая проводница, – мы с ней общаемся с помощью жестов.

Маленькая старушка, доходящая мне едва ли до живота, отдала мне ключ. Она была юркой женщиной с необыкновенно живыми глазками, которые сверкали, как бусинки. Она перекатывалась с ноги на ногу при очень быстрой ходьбе. На ее ответственности было еще два-три этажа. Всего у нас было таких четыре старушек, как я узнала потом. Все они были очень похожими и всегда молчали. Если и говорили, то так быстро и тихо, что понять друг друга могли только они сами.

У входа в мою комнату Ка-Ниара попрощалась со мной.

– Может, войдешь? – нерешительно спросила я.

Ка-Ниара вежливо отказалась.

– Домашние задания в нашем Корпусе – чересчур важная вещь, – пояснила она, – позже узнаешь, насколько важно учиться. Но в следующий раз, приглашай. С удовольствием зайду.

И вот я осталась одна. В комнате, казавшейся мне огромной, в сравнении со вчерашней палаткой, где мы ютились впятером. Тут же я была полноправной хозяйкой. Большая кровать приветливо располагалась в середине комнаты, огромные окна делали ее величественной. Расписной белый столик со скамьей. И зеркало. Не такое, как там. Большое, во весь рост. Так что уже скоро я наконец могла лицезреть себя с головы до ног. Затем я рухнула на кровать с твердым решением не выходить из комнаты до самого утра.

В дверь постучали. Соскочив с кровати, я мигом оказалась возле нее.

Седовласый, высокий мужчина. Причем его седина его не старила, а скорее, внушала больше солидности и уважения. Очень благородная внешность его располагала к себе. Нетрудно было догадаться, что передо мной стоит сам Файет.

– Добро пожаловать! – его голос полностью подходил к его наружности, – хорошо, что ты уже осмотрелась. Как тебя встретили?

– Спасибо, все хорошо, – ответила я, отойдя и пропуская его в комнату. Он вошел, заложив руки за спину.

– Завтра тебя познакомят со всем, что есть в нашем Корпусе, – сказал он. – Сегодня мне пришлось задержаться в здании Совета. Как тебя встретили ребята?

Лучше не бывает.

– Хорошо, Учитель, – коротко ответила я.

Он внимательно посмотрел в мои глаза, видимо, не удовлетворившись ответом.

– Каждый новый стратомиренец – это напоминание об угасшем товарище, – серьезным голосом сказал Учитель, – им нелегко встречать нового члена семьи. Они сравнивают. Ты ни в коем случае не виновата и не обязана быть объектом сравнений. Ты не замена. Но первое время в своем горе они будут тебя воспринимать именно, как таковую. Это пройдет. Просто войди в их положение первое время.

– Все нормально, Учитель, – заверила его я, – они достаточно хорошо меня встретили, учитывая обстоятельства.

Файет удовлетворительно кивнул. Видно было, что ему понравился такой ответ.

– Я-Эл-Файет. И это один из самых старинных Корпусов, – он перешел к другой теме. – Располагайся, это твой Дом.

Файет дошел до двери. Возле нее он остановился и повернулся.

– Честно признаюсь, у меня давно не было сильных учеников. Ты нас застала при уходе сильнейшего из оставшихся. Ты пришла в мое отсутстие и не жаловалась. Ты должна стать Долгожданным Утешением. Что означает Неора. Добро пожаловать!

Так я получила свое имя.

Первый стратодень

Всю ночь я не сомкнула глаз. Сон не приходил до самого рассвета. Но я не ждала стратоутра. Вчера я так и легла в том, чем приехала. Я помнила слова Эл-Фаейта, но выходить из комнаты не хотелось совсем. За дверью меня никто не ждал. Сносить насмешки того светловолосого юноши было невыносимо. Сомневаюсь, что подружусь с кем-нибудь. Все они казались, кроме Ниары, такими неприветливыми.

– Неора, – тихо прошептала я. Мое имя, полученное мной вчера, все еще звучало, как чужое. Но уже начинало нравиться. Думаю, что быстро привыкну.

– Подъем! – бодрый крик за дверью принадлежал Учителю. Не дожидаясь его повторного окрика, я торопливо выскочила в коридор. Файет медленно шел, как раз, в сторону моей комнаты. Увидев меня, он одобрительно кивнул.

– Вот и хорошо. Привыкай к утренним обходам, – сказал он, – кстати, есть еще и вечерние.

Он ласково похлопал меня по плечу.

– Вот и хорошо. Но учти: Файет я строгий и отлынивания не допущу. Мы должны подготовиться к тому, чтобы каждый из вас понял свое предназначение и смог идти до конца. Ты видела галерею картин в холле?

Я утвердительно кивнула и сразу же за этим осознала, что за все время нашего с ним разговора еще не промолвила ни единого слова.

– Это наши выпускники, которыми мы гордимся. Я хочу, чтобы каждый из вас мог так висеть, – объяснил он.

Из соседних комнат лениво повылазили девушки. Взглянув на меня, они немедленно переглянулись и не преминули перешепнуться. Затем, взявшись за руки, направились к лестниц. Кажется, это были все мои соседи по этажу. Завидев Эл-Файета, они заметно присмирели.

– Лима, Рохи, – строго позвал он, – подойдите сюда.

Девочки переглянулись и подошли.

– Это Неора. Покажите ей зал занятий. Я подойду за вами.

Было видно, что им неудобно. Тем не менее, они представились. Та, которая была чуть выше, с темными длинными волосами звалась Рохи. Ее строгое выражение лица ей явно не шло. Особенно, когда она перешептывалась со своей подружкой. Ну а Лимой была худенькая маленькая, даже немного костлявая девушка с тоненьким голосом. Две очень разные девушки.

Втроем мы дошли до зала. Спуск по лестницам показался слишком длинным. Разговор как-то не склеился с самого начала, и мы больше не пытались его завязать.

– А вот и новенькая, – ехидно не преминул заметить вчерашний блондин, едва завидев меня с порога. Все уже сидели в круглом зале. Парты со скамьями образовывали здесь полукруг, оставляя место в середине, видимо, для Учителя.

К счастью, его насмешки были остановлены преждевременным появлением Эл-Файета. Чему я была очень рада.

Как я и думала, он встал в середине полукруга. Строго посмотрев на Стара, он перевел взгляд на меня, о уже более мягкий и снисходительный.

– Вчера в нашем семействе было пополнение, – начал он, – мы обрели новую сестру, товарища. Ее зовут Неора. Убедительно прошу принять ее в свое общество и помочь ей адаптироваться. Помните: не напрасно наш Корпус называется Корпусом Мира, и на нашей крыше гордо реет этот символ. Вчера мы не сделали этого, но сейчас, думаю, самое время познакомиться. Каждый из вас по очереди встанет и представится. Как свое имя, так и ваше почетное звание.

Просьба, точнее, приказ Эл-Файета был тут же выполнен наилучшим образом. Видно было, что он пользуется безграничным уважением. Воспитанники вставали по очереди и представлялись. Первой встала темноволосая девушка, Диара, самая старшая воспитанница по возрасту пребыванию в Пансионе, но не по званию. По званию она была – Да-Диара. Каждое новое звание давалось за качество усвоенного материала. Это было то, что приносило тут авторитет и вес. Их было восемь, перечислю их по увеличению почетности: А, Аль, Га, Да, Ка, Ли, Ми, Ре. Каждое из них нужно было заслужить, на повышение звания сдавался специальный экзамен. Очередное звание давало больше доступа к информации в архиве – скоплении мудрости всего Корпуса. Об архиве позже, а пока я вернусь к Диаре. Это была высокая, стройная стратомиренка с невероятно прямой осанкой. Позже я заметила ее натянутую, как струну, походку. Она шла, еле касаясь пола, словно летала. Что насчет характера? Положительна, даже чересчур. В этом я убедилась позже. Порядочная, правильная. Боится высказываться открыто и часто подвергается насмешкам Стара.

Далее шла моя защитница – Ниара. Вот, кто был уважаемой в коллективе за характер и умение сплотить. Она появилась здесь сразу после появления Диары. Ее добрая ангельская наружность полностью соответствовала ее характеру. Кстати, она была единственной, кого слушался Стар. Ну в этом я успела убедиться еще вчера. Ее званием было почетное среднее Ка.

Рядом с ней сидел Стар. Про него мне сразу стало все ясно. Насмешник, хулиган, громко говорит и часто жалуется на несправедливость. Высокий блондин, часто наказываем Файетом. Выражение его насмешливых глаз не менялось даже в момент особой серьезности. Кстати, свое звание он проговорил еле слышно, только после отдельного напоминания учителя. И оно было понятно почему. Званием Аль хвастаться было нечего.

Светловолосая кудрявая девушка, которая быстро встала и прощебетала свое имя и звание, звалась Луарой. Ее звание было Га, но это ничуть, видимо, ее не смущало. Энергия так и била ключом сквозь всю сущность этой эффектной девушки.

Далее сидели мои соседки по этажу. Несмотря на то, что мы уже были знакомы, они так же представились, как в первый раз. Удивительным было то, что подруги даже в звании были одинаковы – обе Да. При всей своей наружней непохожести, они старались компенсировать ее за счет одинаковой цветовой гаммы их одежды.

Миловидный, невероятно спокойный юноша располагался сразу за подругами. Его звали Нейл. Все выражение его лица говорило о внутренней гармонии и спокойствии. По виду он просто не мог быть не положительным. Если и были люди, которые располагают к себе одним видом, то Нейл беспрекословно относился к лучшим из них. Его звание было такое же, как у Ниары. Ка.

Долговязый парень с занудным выражением лица, вздернув нос, представился Клентом. Ли-Клентом. И у него было самое высокое звание среди воспитанников нашего Корпуса. Всем своим видом, казалось, он требует к себе уважения и почета. Не сказать, что этим располагал к себе своих товарищей.

Последняя и сидящая рядом со мной, была Ланерва. Очень простая девушка, судя по ее скромному виду, часто опущенному взору. Говорила она тихо, я даже не сразу услышала ее звание. Она находилась в звании Да. Как я узнала потом, тест на изменение звания было сравнительно недавно. Именно на нем она и повысила его.

Вот пожалуй и все воспитанники. Не считая меня. Мне еще предстояло завоевать свое личное звание. Просто удивительно, что в таких огромных многоэтажных Корпусах жили всего десять воспитанников, Файет и несколько старушек, следящих за чистотой и порядком.

После занятия, точнее, ознакомительного урока для меня, несколько стратомиренцев пошли в архив. Как я поняла, это место, где воспитанники занимались и выполняли задания. Я пошла за ними, пытаясь не отставать. Мои соседки тоже были в этом числе.

Как оказалось, архив находился на самом верху. Это было огромное помещение с кучей книг, стеллажей. Светлые окна с пола до потолка делали комнату необыкновенно светлой и просторной. Лично я пришла в тихий восторг от увиденного. Здесь можно было запросто затеряться. Величественные стеллажи были столь высокими, что повсюду стояли лестницы, по которым нужно было взбираться. Также возле входа было пять столов со скамьями. Здесь занимались воспитанники. Место за столиком было на двоих. Но сейчас за каждым столиком сидело по воспитаннику. Только две мои соседки сидели вдвоем. Ниары здесь не было, это я заметила сразу. Видимо, на моем лице было написано крайнее замешательство. Не зная куда сесть, я подошла к крайнему столику, за которым сидела светловолосая, голубоглазая девушка. Луара.

– Можно сесть? Ты не против? – осторожно спросила я.

Блондинка посмотрела на меня, потом на место, на которое я претендовала.

– Не против. Садись, – равнодушно сказала она, слегка подвинувшись.

Я села, испытывая тучу неловкости. Может, стоить заговорить? Но, взглянув на нее, я увидела, что она погружена в книгу, хмуря при этом брови. Я решила не вмешиваться. Пройдя к первому стеллажу, я механически вытащила первую попавшуюся книгу, уселась и принялась читать.

– Считаешь, это нормально? Столько задавать книг для чтения, – резко и неожиданно услышала я с ее стороны.

Я повернулась к ней. Но она сидела так же, как и некоторое время назад – уткнувшись в книгу.

– Это ты мне? – переспросила я.

– Ну да, – ответила она, захлопывая книгу.

– Думаю, что нормально, – в замешательстве ответила я.

– Да ладно тебе! – воскликнула она, – тут нет Файета, никто тебя ругать не будет, если выскажешь свое мнение.

– Я говорю, как думаю, – искренне ответила я.

Она удивленно повела своими тонкими бровями, затем улыбнулась.

– То, что ты видишь – это лишь та часть книг, которая доступна для твоего звания А. С каждым новым званием тебе будут открываться новые секции. Ты увидишь больше, – затараторила она.

– Ты не подумай, что я – лентяйка, добавила Луара, – просто ты еще не знаешь, как строг Эс-Файет. Если в других Корпусах задают одну норму, то у нас в два раза больше. Я уверенна, что наши звания достаются нам труднее, чем воспитанникам в других Корпусах.

– Так ты видишь больше книг, чем я? – искренне удивилась я.

Луара гордо вздернула нос.

– А то. Сейчас тебе надо впитать, как можно больше информации. Считай, что все, что видишь нужно прочесть. И как можно быстрее.

Я приняла эту информацию спокойно. Труд меня не пугал. Но в душе было тепло от того, что сегодня у меня появился еще один доброжелательный собеседник. Тогда я еще не знала, какую роль в моей Истории сыграет эта веселая блондинка с ясно голубыми глазами. Луара.

Корпус Мира

Время шло, я привыкала к жизни в Корпусе и уже почти не мыслила без него. Файет был прав: воспитанники были настроены против меня только из-за потери бывшего товарища. Мало-помалу их отношение ко мне перестало быть предвзятым. И меня это радовало.

Первая стратонеделя прошла в активном лицезрении всего Здания. Экскурсию мне проводила неугомонная Луара. Оказалось, что наше здание состояло из нескольких частей: жилой пансион занимал верхние этажи, где проживали воспитанники, Академия на нижних этажах, архив – самый верхний этаж (выше только крыша), галерея и служебные боковые части, в которых царили старушки. Само здание напоминало капсулу с заостренной крышей. Так как в здании располагалось все, что нужно, то выходить наружу не было нужды. Внутри проходила вся наша бурная жизнь, состоящая из обучений и тренировок. Но нельзя сказать, что нам хотелось наружу. Наши сплошь стеклянные стены отлично передавали нам изображение точно таких же капсул, расположенных вокруг нас. Лишь время от времени пролетаюшие мимо воздушные аппараты или Орлы разнообразили эту скучную картину. Круглосуточно в воздушных аппаратах дежурил патруль, поддерживая порядок, разнося информацию. Все работало, как часы. Иногда тот или иной аппарат развозил важных полноценных стратомиренцев, несущих службу.

Меня мало интересовала жизнь за окном. В основном, меня можно было найти в архиве. Меня интересовала жизнь на других Планетах. Жизнь на А-Лионе особенно будоражила мое любопытство. Все первые стратонедели я изучала книги только про эту Планету. Там жители жили одной жизнью, не подозревая о нашей Планете, и не отказывали себе ни в чем. Оно и хорошо, что не знали. Наш народ и был от того дисциплинирован – из-за знаний того, что приблизительно может случиться с нами и чего стоит опасаться.

Меня можно было найти в трех местах – конечно же, в лекционном зале на занятиях, в моей комнате и в архиве. В последнем месте чаще всего. Учитывая, что во всем здании нас было всего одиннадцать (этажей и того было двадцать), редко можно было встретить в какой-либо комнате сразу двоих человек. Только в особенные дни нас посещали стратомиренцы, и тогда здание казалось небывало набитым. В такие дни Луара сияла, как начищенный пятак и одевала свое лучшее одеяние.

Архив находился на самом последнем этаже нашего Пансиона. Посещался воспитанниками, чаще всего, перед тестами, поэтому во все остальное время им интересовалась только я. В предтестовые дни я автоматически становилась гидом для всех воспитанников. Почти вслепую зная, что и где находится, я охотно указывала всем нужные секции. Это помогло мне добиться доли уважения среди воспитанников. Даже Стар стал покладистее.

Огромный архив занимал площадь всего этажа. Стеллажи здесь величественно высились, приводя лично меня в восторг и нагоняя скуку на большую половину нашего семейства. Большая часть архива была заставлена ими, и было не много свободного пространства со столами и скамейками. Я любила затеряться среди стеллажей, устраиваясь прямо на полу. Наверное, эта привычка впоследствии сделала меня невольным свидетелем некоторых особенных случаев, которые постигли нашу ученическую жизнь в Пансионе.

Мое существование медленно, но верно приближалось к моему первому экзамену на изменение звания. Но экзамен меня не пугал, нет. На нашей Планете звание получали самым объективным способом. Не было никакого жюри, никакой отборочной комиссии. Зеркало Знания – единственный объективный отбор. Оно бережно оберегалось на первом этаже нашего корпуса. Его нельзя было обмануть. Оно проверяло не просто заученный материал. Оно сканировало всю нашу внутренность, анализируя степень усвоения и возможность применения на практике.

Я была к нему готова. Мы все боялись больше другого. Как бы не подвел спутник на Земле. От нас зависело лишь усвоение материала и его сдача, когда от предназначенного спутника зависело почти все. Самое сложное, что от него требовалось – продержаться в телесной оболочке до воссоединения со стратомиренкой или стратомиренцем. Если же его дух покидал тело раньше, то он терялся во Вселенной, становясь никому ненужным одиноким странником, так и не узнавшим свое предназначение. Но участь такого землянина все равно была лучше участи стратомиренца, лишившегося спутника. Ибо он медленно угасал. Хватало всего каких-то пяти-шести наших суток для того, чтобы стратомиренец превратился в звездную пыль. Наше семейство называли одним из самых стабильных и постоянных. Нас всегда было одиннадцать вместе с Эл-Файетом. Как я узнала, в наших рядах редко угасали, поэтому и новенькие приходили не часто. Обосноваться в уже устоявшимся семействе к опытному Эл-Файету на воспитание было большой удачей. Каждый день появлялись тысячи стратомиренцев по всей Планете, и, в основном, они соединялись в новые, на месте создаваемые, семейства. И тут же какой-нибудь молодой стратомиренец, прошедший фазу на А-Лионе, но оставшийся без пары, назначался новым Файетом. Мне повезло попасть в эту старую семью. Я запомню свое появление в семействе, как одну из больших удач своего существования. Но так мирно и стабильно было у нас в Корпусе. А ведь были миллионы других Корпусов, которые ежедневно теряют своих воспитанников.

Стратоутро у меня не заладилось. Традиционно пристально посмотрев на запястье, с тревогой обнаруживаю, что свечение кажется слабей, чем вчера. Тонкая струйка света еле просвечивает и кажется, что вот-вот потухнет. С беспокойством подношу ее ко свету, но при нем она и вовсе теряется.

– Дай-ка гляну, – подошедшим сзади оказался Эл-Файет. Мудрый наставник имел привычку ходить так тихо, что никто не удивлялся, неожиданно увидев его. Эл-Файет бережно взял мою руку, слегка склонив голову. Продолжительно посмотрев на нее, он молча опустил ее.

Легкая паника охватила меня. Я вопросительно посмотрела в его глаза, пытаясь найти ответ, стоит ли мне уже беспокоиться.

– Жизненная энергия в порядке, – произнес учитель, отвечая на мой немой вопрос, – просто твой спутник не умеет ее рационально расходовать. Я видел такое у многих, не переживай. Люди подвержены нестабильному настрою, они чересчур изменчивы. Поэтому не стоит пугаться всякий раз, когда свечение кажется слабее.

Его слова подействовали успокаивающе. Эл-Файет не обнадеживал понапрасну. Внутренне выдохнув, я поблагодарила его.

– Почему ты еще не у Зеркала? – вдруг спросил он.

Я мысленно хлопнула себя по лбу. Зеркало! Первый мой экзамен! Успев только кивнуть Файету, я мигом побежала к лестнице. Зеркальный Зал находился на нижних этажах в Академии. Сегодня я должна сменить свое звание с первого А на Аль! Во что бы то не стало!

И действительно – все воспитанники уже стояли у входа в Зеркальную комнату. Кто-то уже понурив голову. Я тихонько встала сзади, чтобы спокойно дождаться, когда все пройдут экзамен. Стоявшая впереди Луара повернулась и удивленно посмотрела на меня.

– Где ты ходишь? Это же твое первое испытание!

– Задержалась в архиве, – виновато сказала я.

– Ну вот – опять архив. Перед самим экзаменом редко помогает. От нервотрепки мало, что влезает в голову, – сказала она поучительным голосом и подтолкнула меня вперед, – а что ты стоишь? Все уже прошли тест.

Слегка замешкавшись у входа, я все-таки вошла в зал. Первый раз был волнителен, как никогда. Очутившись в просторной, абсолютно пустой комнате, я с недоумением посмотрела на единственный предмет, стоящий в середине – огромное зеркало. Подойдя к нему, я смело посмотрела в него, ожидая увидеть свое отражение. Но вместо этого, мое тело погрузилось в приятную негу…

… Скалы. Мои первые места на этой Планете, которые не успели стать родными. Но почему-то я здесь. Вокруг меня толпа таких же новичков. Все они цепью движутся в сторону палаток. Но почему-то я иду совершенно в противоположную сторону. Мои ноги не слушаются меня, я шагаю прочь от всей этой толпы. Удивительно то, что меня никто не останавливает. Я бреду, а мои ноги не чувствуя ничего, буквально летят, еле касаясь острых скалистых камней. И уже нет никого рядом. Вдруг я замедляюсь. Еще шаг и я отступаю перед глубоким оврагом впереди меня, зияющим мраком и тьмой. Аж холодок по коже… Откуда у нас на Планете такие места? Я набираюсь смелости и смотрю в овраг, пытаясь разглядеть сквозь гущу темноты. Что-то проблескивает на дне оврага. Я напрягаю зрение дальше. И…вижу, как нечто большое и вдвое темнее, чем сам мрак, ползает по оврагу… Я вскрикиваю и…

– …хорошо? Как первый раз? – кто-то трясет меня за плечи. Постепенно я прихожу в себя и вижу пред собой Луару, Ниару, Лиму и лица других ребят. Прямо гора с плеч. Я только и смогла, что торопливо кивнуть.

– Сейчас посмотрим на результаты! – крикнул кто-то. И прежде, чем я успела опомниться, как все рванули к стеклянной доске у двери. Я медленно побрела за всеми.

– Ооо! Всего за какие-то три стратонедели! – послышался мужской голос.

– Это ты! Молодец! – тут я очутилась в объятиях Луары. Только тут я сообразила, что они говорят про меня.

Я переведена! Моему внутреннему ликованию не было предела! Конечно, внешне я пыталась это скрыть, скромно стоя у таблицы.

– Смотрите-ка, а А-Неору перевели раньше, чем тебя, Аль-Стар, – насмешливо сказала Луара стоявшему рядом Аль-Стару, – она-то новенькая среди нас! Теперь вы в одном звании!

Аль-Стар буркнул, что-то вроде «подумаешь, я Файетом становиться не собираюсь» и отошел в сторону.

– Поздравляю! Ты одна из немногих, кого перевели после этого теста, – с восхищением сказала всегда полная жизни, Ниара.

– В это трудно поверить. Я думала, что завалю свой первый тест, – честно призналась я ей, – это удача.

– Да ладно скромничать! У нас никто из новеньких так быстро не получал свое первое звание. Его нелегко получить, – воскликнула она, – теперь тебе откроют доступ к еще нескольким секциям архива.

Я оживилась. Меня давно манила секция «Наше измерение».

– Можно выбрать любую?

– Нет, это вряд ли, – ответила Луара. – Когда я получила звание Аль, мне открылись три новые секции. Если не ошибаюсь, одной из них была «А-Лион». Самая нужная секция, кстати. Я бы другие совсем не читала, если бы не задания Эл-Файета, – беззаботно сказала она.

Честно говоря, я удивлялась ей. Редко видела ее паникующей. Интересно, что видела она в тестовой комнате? Если она видела нечто подобное, что и я, то как она могла так беззаботно веселиться? Хотела бы я иметь такой характер.

Позже, когда мы поднимались по лестнице в свои комнаты, я спросила у нее:

– Что за видения происходят в Зеркальной Комнате?

– Ах, видения? – беспечно переспросила Луара, – у всех по-разному. Кто-то видит отрывки из будущего, кто-то из прошлого. Кто-то видит свои желания. Например, я вижу бал. Но определенно то, что видения всегда добрые и радостные. А что радостного видела ты?

На этот вопрос я ответила неопределенным жестом. Слава Богу, она не стала переспрашивать.

Первая утрата

– Сегодня мы поговорим о нашей с вами родственной Планете – А-Лион, – начал Эл-Файет, оглядев зал многозначительным взглядом. В зале было тихо, он завладел всем вниманием. Убедившись в этом, он продолжил свою речь.

– Вселенная бесконечна, более того, она имеет несколько измерений. Кроме того, она постоянно расширяется. Конечно, случается и так, что Планеты исчезают. По одной версии, они исчезают в случае космических естественных катастроф, по другой версии, – тут его голос стал тише, – их убивают Планеты-Пожиратели.

Воспитанники расширенными глазами уставились на Файета, полностью загипнотизированные этим рассказом.

– Несмотря на число угасающих Планет, новорожденных все-таки больше. Благодаря Строителям Вселенной. Поэтому не стоит недооценивать это призвание. В Космосе полно вещества, которое образует новые Планеты, которые потом образуют себе подходящие Парные Планеты. Наша Планета, как вы знаете – А-Лион. И задача Строителей – заселять новые Планеты.

– Кто старше – наша Планета или А-Лион? – громко спросил Стар.

– Аль-Стар, не кричи с места, – строго сказал Файет, – если хочешь спросить, сначала спроси разрешения.

– Простите, Учитель, – торопливо, чисто формально затараторил Стар.

– Твой вопрос, на самом деле, очень к месту, – смягчившись, продолжил Эл-Файет, – наши Планеты – ровесники или ровесницы, не знаю, как сказать правильней. И они сравнительно молоды, в сравнении со многими другими Планетами. Давным – давно существовала одна Планета – Терион. Она была достаточно большой. Ранее упомянутые мной Планеты-Пожиратели, – тут он опять занизил тон голоса, – сговорились погубить эту Планету, расщепив ее на мельчайшие частицы, коих полно в Космосе. Но план их удался лишь частично. Планета лишь раскололась на две равные части. В момент раскола, одну из Планет с огромной скоростью занесло в известное нам явление «рвущиеся небеса», своеобразную поглощающую дыру, которая, как оказалось, была дверью в другое измерение.

– Так Пожиратели все-таки существуют? – не сдержался опять Стар, чем вновь вызвал недовольство Эл-Файета.

– Еще одно замечание, Стар, и я тебе дам индивидуальное задание. Неделю будешь готовиться к нему в архиве, – пригрозил он. Угроза подействовала, и он затих.

– Еще раз повторю, есть такая вероятность. Так вот. Расколотые надвое Планеты, стали существовать в разных измерениях. Одну назвали А-Лион, другую, закинутую в другое измерение – Стратомирен.

Я слушала во все уши, даже, несмотря на то, что успела прочитать обо всем этом. Мне нравился голос учителя и его манера рассказывать. Он говорил, выделяя текст интонацией, что делало его речь очень интересной и требующей внимания. Заслушавшись, я не сразу заметила вгрустнувшую рядом, Ниару. Но ее печальный вскрик заставил меня повернуться к ней. Она была сегодня моей соседкой по скамье.

Ниара с тревогой смотрела на свою руку.

– Что? Что произошло? – обеспокоенно спросила я, хотя мне уже была понятна причина ее испуга. На ее запястье не было свечения. Видя такое впервые, я была потрясена. Моя рука самопроизвольно потянулась вверх, чтобы предупредить Эл-Файета. Но Ниара слегка дернула мою руку. При этом ее глаза выражали немую просьбу. Я бессильно поддалась.

– Пожалуйста, – прошептала она, – не выставляй это на всеуслышание. У меня есть еще около пяти стратосуток. Не хочу, чтобы на меня смотрели, как на заживо угасшую.

Я поняла ее. Меня охватило какое-т оцепенение, я чувствовала себя в полусне. Зачем-то крепко стиснув ее руку, я сидела так до самого окончания занятия.

Она ошиблась. Ей было отведено не пять, а лишь трое стратосуток жизни на Планете. Но все это время она никому даже не намекнула, что ей плохо. Это была все та же добрая Ниара, думающая о других. Но теперь она носила платье с длинными рукавами, тщательно оберегая свой секрет. Трудно было описать мое состояние в эти моменты. Я чувствовала себя виноватой. Виноватой, что знаю о ее скором угасании. Виноватой, что только одна владею этим секретом. В то же время я хотела исполнить последнюю просьбу моей сестры, единственной, кто поддержал меня в период моего появления в Корпусе. Каждый день я чувствовала ее угасание, как свое собственное. На четвертое стратоутро моя сестра так и не появилась на занятии. Я была с ней, зайдя к ней перед уроком. Обеспокоенный Эл-Файет, знающий, что она никогда намеренно ничего не пропускала, сам поднялся к ней в спальню. В тот же стратодень мы переложили ее голубое, почти угасшее тело в усыпальню, чтобы на следующее стратоутро развеять ее остатки по ветру.

Грот

Кроме своего появления, я навсегда запомню появление еще одного стратомиренца. Грот, тогда еще А-Грот, появился в скорбные для всех нас, дни. Грот, заменивший Ниару. Самую добрую и лучезарную из всех нас. Ее уход был одним из самых тяжелых. Я была с ней до последнего, когда последняя струя свечения потухла на ее запястье, ярко вспыхнув напоследок резким сиянием. Сложно было описать мое состояние в этот момент. Меня разрывало на тысячи мелких частей. Именно в этот момент я впервые почувствовала, как тяжела и не зависима от нас, наша участь. Светлые глаза Ниары закрывались, а вместе с ними утекала ее недолгая светлая жизнь.

Эл-Файет был добр, хоть никогда при нас не сентиментальничал. Было видно, что даже он тяжело принял угасание одной из любимых и послушных воспитанниц. Хотя сам всегда учил нас не воспринимать угасание, как горе. Тем не менее, на следующий день, он, как и принято в таких случаях, отлучился на некоторое время. Именно в момент его отсутствия и появился А-Грот.

Худой, чересчур бледный, он ни на кого не произвел приятного впечатления. Тем более, все находились в огромной скорби. Это было тем хуже для него. Новобранцев редко хорошо принимали, как помнится по моему приходу.

Зарывшись в архиве, я пыталась забыть вчерашний случай. Но мысли и воспоминания казались громче, чем написанное в книге. Буквы плясали, и я не понимала ничего, упрямо продолжая держать книгу в руках.

Конец ознакомительного фрагмента. Купить полную версию книги.