Ольга Пасс

Вассалы света

Часть первая

Я призываю всех вассалов света,

всех сущностей добра,

всех тех, кто эхо слышит, где то,

то эхо, что идет сюда.

Сюда из мировоззрения океана,

зовущего, увы, всех в бой.

За силу за энергию портала,

за сущность света, против слова БОЛЬ.

Зову я под знамена мира

и те, кто не совсем уж бел,

ведь для вселенной сущность, это веер

из света, тени, он для те, кто смел.

И не без нотки сожаления,

и понимая неизбежность битв,

я все же ближе к примиренью,

что быть без мрака и обид.

Я призываю всех вассалов света,

стать миру этому щитом,

и чтоб бескровною победой,

был окружен мой космос-дом

и чтоб мои вассалы света

лишь помогали всем добром.

Юниты

Море. Неудержимая стихия. Оно грохотало и пенилось, со злостью набрасывало свои волны на скалистый берег. Гудел ветер, в такт волнам отрывая песок со склона. Казалось, они в сговоре сь до глубины пещеры. В этом крохотном убежище, прижавшись друг к другу, сидели двое. Совсем еще деи не оставят от берега ничего. Соленые брызги доносилити, оборваные и испуганные. Мальчик крепко сжимал плечи девочки, пытался заслонить ее от брызг. Они были одни, и помощи ждать было неоткуда.

Праздник был в самом разгаре. Дети в ярких карнавальных костюмах с интересом посматривали в большую комнату, где на столе уже стоял невероятного размера торт.

Наступали сумерки, ветер становился настойчивей и холодней. Ади и Ейв прижались друг к другу. Они уже почти потеряли сознание. Вдруг неожиданно сильный порыв ветра поднял огромную волну, морская стихия ворвалась в пещерку и накрыла детей. Ейв, как мог, заслонил сестру. Но они теперь оба были мокрые и замершие.

…Дети шумели и веселились. Вдруг один из них заметил, что нигде не видно брата.

– А кто видел Игоря?

– Да вот только тут был.

– Он вроде пошел в свою комнату.

Семен поднялся на второй этаж и постучал в комнату к брату.

– Да, входите.

– Ты чего? Все внизу, скоро к столу. Чего ушел?

– Ты видел, что нам подарили?!!

– Нет, я еще не открывал подарок.

– А зря, вот смотри – новая компьютерная игра, с полной симуляцией.

– И что?

– Как что?! Ты можешь полностью модулировать мир, управлять юнитами. Создавать для них испытания. Вот у меня уже 4-й уровень!

– Идем, гости ждут.

– Хорошо, сейчас…поставлю на паузу.

…Вдруг вокруг все застыло, словно стоп-кадр. Часть брызг зависла в воздухе, пропали все звуки. Ади и Ейв не могли пошевелиться, но их сердца бились…

Семен немного задержался в комнате брата, все-таки любопытство взяло верх, и он подошел к компьютеру. На экране какая-то пещера, в ней – двое. Вдруг ему стало их жаль, словно это не игровые юниты, а настоящие люди. Семен отлично знал страсть своего брата к жестоким компьютерным играм. Но такую видел впервые. Он зашел в опции. Вот «создать юнитов», вот «описать местность, ситуацию». И какая «цель»? Ага, максимально приблизить к настоящим условиям и получать балы от процента выживаемости или скорости гибели – в зависимости от выбора.

– Какой ужас! Даю 100 из 100 – он их убивает!

Семен, не колеблясь, вошел в игру. Он знал брата, как себя, – они были близняшки и даже коды-пароли у них были всегда одинаковыми.

Он изменил условия.

…Последняя волна как-то вяло накатила, и все стихло. Неожиданно появился яркий свет. Что-то зашумело.

– Эй, сюда, я их нашел!!! Они живы!!! Спускайте люльку!

– Сейчас ребятки, сейчас… – в пещерку, практически полностью заняв проход, на троссе спустился мужчина.

Уже через двадцать минут детей перенесли в вертолет, их укутали в теплые одеяла, дали горячего какао. Ади и Ейв по-прежнему жались друг к другу, но теперь он были уверены в своем будущем, теперь они – выживут…

Семен поставил маячок «миссия завершена» и поспешил к столу.

– Что ж, рассмотрим две кандидатуры. Первая имеет большие волевые качества, наиболее стрессоустойчива и целенаправлена. Вторая – менее стрессоустойчива, слабее волей. Менее лабильна.

Комисия внимательно изучала показатели.

– Да, интересный материал, все же, несмотря на более сильные стороны первого претендента, есть много «но».

Перед комиссией стоял уже немолодой Вассал. Это его подопечных сейчас обсуждали.

– Какие аргументы Вы можете привести?

– Изначально направленность в выборе была на первого претендента. Второй объект был лишь клоном – «про запас» и для отвода излишков энергии.

– Как Вы объясните, что клон, а не объект сейчас соответствует требованиям кандитатуры?

– Я никак не могу объяснить этот феномен, но ясно одно. Именно объект под кодом «Семен» должен стать Вассалом Света, а объект под кодом «Игорь» будет переведен в юниты фона.

– Хорошо. Если у председателя комиссии нет дополнительных замечаний, я зачитаю наши предписания.

– Замечаний нет.

– Высокой комиссией установлены следующие факты:

1) необходимые качества – в объекте 1000096-код 778(клон), имя Семен, отныне признано за ним право стать Вассалом Света в соответствии с особеностями его сектора;

2) в объекте 1000096-код 778, имя Игорь, не признан Вассал Света, данный объект переходит в фоновый режим. Предписано немедленно провести активацию и обеспечить необходимый энерго-информационный поток.

…Далеко за полночь, наконец, все улягись. Игорь крепко спал в своей комнате. А Семен не мог уснуть, словно в нем включилось, родилось, зажглось внутри что-то новое, ранее ему неизвестное. Теперь он понимал, что его предназначение – помогать, и почему-то ему казалось, что он на это вполне способен.

На следующее утро Игорь обнаружил, что игры в компьютере нет, а на подаренном диске – сборник гонок. Но почему-то его это не удивило…

Начало любви

На улице скрипел снег под ногами, а лед на арках сверкал под лунным светом. Еще небо было лиловым, а бледное солнце по утрам едва пробивалось сквозь облака. Еще была середина зимы, а душа требовала тепла – тепла, света, запаха молодой травы, шелеста листьев, теплого дождя и трелей птиц. Эта жажда нарастала все сильней и сильней. Становилась похожей на манию. И с каждым днем образ весны вытеснял холодную, пасмурную реальность.

У кровати стояли двое. Пожилой врач со смешной бородкой и печальными близорукими глазами и молодой ординатор с непослушной шевелюрой и неизменной улыбкой. Классические примеры скептика и оптимиста во плоти.

Они стояли и молча, наблюдали за мониторами. Вдруг один из показателей резко стал снижаться…

– Ей не хватает кислорода.

– Да, вижу.

Старый врач подошел к приборам, что-то нажал, аппарат искусственного дыхания заработал интенсивней. Показатели постепенно вернулись в норму.

– Не вижу, коллега, в этом большого смысла. Нам не вернуть полноценно ее к жизни.

– Но, пока она на поддержке, ведь отключать не будем?

– Завтра консилиум по этому вопросу. Вы идете?

– Моя смена закончена, я побуду рядом.

– Ваше право. Дело молодое, но Вам мой совет – не принимайте все так близко к сердцу, о-го-го, что еще будет.

Старый врач похлопал ординатора по плечу и вышел.

Борис взял табурет и сел возле кровати. Эта девушка поступила неделю назад. Ее привезли в тяжелом состоянии, замерзшей. Казалось, что она и вовсе не отсюда. Ни документов, ни чего-то другого, что могло указать, кто она, при ней не было. Рыбаки-любители, решившие порыбачить, обнаружили на своем излюбленном месте сугроб и, когда стали его разгребать, нашли в нем девушку в легком летнем платье. Вызвали полицию, а те уже – «скорую». Ее доставили и положили в реанимацию, уже неделю девушка жила на полном искусственном поддержании. И вот завтра будет решаться ее судьба.

Борис взял мертвецки холодную руку и стал ее нежно гладить.

– Ну, проснись, проснись. Ты же жива, я это чувствую.

Девушка не была сказочной красавицей, не была принцессой из детских снов, но почему-то Борис не мог перестать о ней думать. И не как о тяжелом пациенте, а именно как о девушке, ему она почему-то показалась особенной. Какой-то светлой. Парень держал руку и сам не заметил, как задремал возле кровати. Медленно погружаясь в сон, он оперся на кровать и уронил голову на одеяло. Сутки дежурства взяли свое.

– Эй, проснись! Проснись же…

Борис попытался шевельнуться, но тело его не слушалось, тяжело было дышать, все настойчивей и раздражительней становились неприятный писк и скрежет.

– Он моргнул! Кажется, возвращается сознание.

Борис хотел поднять голову, но что-то мешало. Наконец ему удалось открыть глаза. Все вокруг плыло и имело неясные очертания.

– Он открыл глаза!!!

– Не волнуйтесь, Вы в больнице, сейчас я удалю трубки, и Вы сможете говорить…

– Что случилось?

– Вы помните, как Вас зовут?

– Да, Борис.

– Хорошо. А какой сейчас год и месяц?

– Две тысячи семнадцатый, февраль.

– У Вас что-то болит?

– Нет, но я плохо вижу, и голова кружится.

– Вы пробыли в коме почти две недели.

– Что случилось, что с девушкой?

– С какой девушкой?

Постепенно образы становились более четкими. И Борис наконец смог расмотреть лицо врача, что сним говорил…Это и была девушка из реанимации.

– С Вами… – едва выговорил Борис и снова закрыл глаза.

– Пусть отдыхает. Вы поработали на славу, теперь ему ничего не угрожает, впереди – реабилитация и полное выздоровление. Вы идете?

– Я побуду рядом, – едва уловимым шепотом проговорила Элиза…

– Ваше право, не засиживайтесь, уже поздно.

Элиза взяла руку Бориса и начала ее гладить.

– Теперь все будет хорошо, теперь ты выживешь.

Борис снова открыл глаза.

– А как же ты?

Почему-то Элизу вопрос не удивил. Она пожала плечами.

– Я? Я – не важно. Ты будешь жить здесь. И сейчас. И я – здесь и сейчас.

– А там? – Почему-то Борису было важно, чтобы эта девушка была жива везде. – А там?

Неожиданно Элиза встала и повернулась к двери:

– Там…Там я – никто. Меня там не должно быть…

– Это был бред?

Девушка обернулась и мягко улыбнулась:

– Да, можешь и так считать.

Неожиданно Борису стало холодно. Он хотел попросить его укрыть, двинул рукой и выдернул датчик, система взвыла сиреной…

Борис вскочил. Все показатели падали. Он тряхнул головой и исчезло последнее наваждение. Перед ним на кровати лежала умирающая девушка…уже слышался топот реанимационной бригады…

С самого утра в отделе инициатив и чувства самопожертвования все были в волнении. Именно сегодня будет решен вопрос об аттестации сразу двух претендентов на степень и, возможно, на крылья. Уже ближе к полудню в зале заседаний закончились приготовления к слушанию. В час пополудню началась комиссия.

– Уважаемые присутствующие! Начинаем наше заседание. Сегодня мы решаем вопрос о присвоении первой степени двум Вассалам Света. Итак, первый претендент.

Возле докладчика возник объемный образ Бориса.

– Сущность первого воплощения, работа заявителя, нахождение в образе жителя жестко материального мира, без материальных благ, в 4-й степени сложности судьбы. Второй претендент.

Возле докладчика возник объемный образ Элизы.

– Сущность первого воплощения, работа заявителя, нахождение в образе жителя жестко материального мира, без материальных благ, в 4-й степени сложности судьбы. Эти два претендента получили одинаковые условия и одинаковое задание, для экономии ресурсов было принято решение не использовать дополнительные объекты, а устроить перекрестные реальности. Для усложнения ситуации в заключительной фазе по условиям перекрестного ринга победителем считается тот претендент, который наиболее будет соответствовать заявленному статусу самопожертвования.

– И какие результаты?

– Несмотря на частично возвращенную память обоим претендентам и разьяснения им в форме подсознательного чувства, что именно гибель одного образа является спасением другого, оба претендента продолжают свое сознательное самопожертвование.

Конец ознакомительного фрагмента. Полный текст доступен на www.litres.ru