Андрей Донцов
THE ОФИС
Офисные легенды о жизни менеджеров среднего звена в компаниях средней руки с руководителями среднего ума
Группа В Контакте The ОФИС – The ТЮРЬМА http://vkontakte.ru/club6885754
Все совпадения имен и жизненных судеб в этой книге настолько случайны, что не стоит и пытаться в ком-то себя узнать. Тем более что в наше время никто уже давно не мечтает поехать в Москву на заработки и не стремится работать в офисе, где есть факс, доска и маркеры.
ДО КРИЗИСА
АПОКАЛИПСИС БОРЗУХИНА
1Водитель Валечка Борзухин не любил свое новое место работы. Чем-то оно ему сразу не понравилось. После начальника РОНО, с его вполне понятной и объяснимой страстью к групповухам в сауне, в этой корпорации все бесило.
У начальника РОНО – у него все было просто.
Поставили за счет сбора родительских денег в каждой школе у дверей на месяц охранников – угрюмых лузеров, далее пошли система видеонаблюдения и прочие проекты на ниве школьной безопасности, на что выделялись еще большие средства… Вот и весь источник внезапного финансового благополучия РОНО.
График работы – тоже проще некуда.
Доставил шефа на службу, затем вернулся, отвез его ребенка в школу, привез начальника на обед, отвез ребенка из школы домой (или на секцию), привез начальника в сауну, съездил в агентство за девочками, отвез девочек на работу, отвез начальника домой, по пути забрав (или не забрав) из секции ребенка, – вот и все операции.
Возможные отклонения от графика происходили в трех случаях: ребенок начальника болел или был на каникулах, начальник посещал одну из вверенных ему министерством школ или в хорошем расположении духа заезжал в агентство за девочками вместе с Валей и проводил кастинг по новой, утверждая, как он выражался, «новый педагогический состав».
Эти нечастые изменения привычного расписания не упрощали и не усложняли рабочий день Борзухина. Но все спокойное и размеренное в этой жизни рано или поздно заканчивается – таков закон джунглей – и неожиданно уступает нервному и бесшабашному. Так случилось и с карьерой Вали Борзухина.
Два месяца поиска работы привели его в уныние. Никаких предложений, адекватных тому, что он зарабатывал у начальника РОНО.
Через два месяца уже пришлось хвататься за то, что есть. Без особых раздумий и пафоса. Не до жиру – быть бы живу. Семья без денег ворчала, старая теща и вовсе кричала как белый медведь в жаркую погоду. Даже любимая дочь, возвращаясь из института, смотрела с легкой укоризной. Или, быть может, Борзухину это только казалось…
Борзухин вспомнил, как прощался с ним начальник РОНО. Как по-человечески накрыл стол на даче, пригласил к себе в дом. Как Борзухин, сняв у порога обувь, застеснялся запаха своих носков и подумал, что в первый раз снимает обувь в присутствии начальника (хотя самого его видел как в простыне, так и без нее, в компании несостоявшихся одиннадцатиклассниц). Вспомнил, как сидели, пили водку, в первый раз за одним столом. Да и в последний. Как вытащили на террасу караоке и стали петь песни. Причем знали, что вот ты сейчас поешь – а тебя слышит добрая половина поселка: минимум пятнадцать домов. И потому – стараться надо. И пели, обнявшись:
Прощай, со всех вокзалов поезда Уходят в дальние края…
Хороший человек. Таких людей сейчас мало осталось. С душой и принципами…
А все ученицы виноваты – запалили. Хоть Москва и большой город, так и человек был видный. И сам по себе крупный, и чин фактуре соответствующий. Они его, быть может, и не узнали бы, так он сам их всех узнавал. Как начнет в сауне расспрашивать, из какого района, из какой школы, да про учителей трепаться, если ведомство его. Своим выпускницам платил больше, приезжих недолюбливал. С принципами человек – ничего не скажешь…
2Свою новую контору Борзухин не любил. Здесь было слишком много молодежи. Гиперактивной, фамильярной, борзой, ушлой… Молодежи, которой было по большому счету все равно, что происходит на работе. В шесть они еще были в офисе, в восемь – уже в клубе. В пять утра они еще были в ночном клубе, в девять – уже на работе. Куда это годится? Нельзя сказать, что к нему относились предвзято. Не придирались, не наказывали… Никак не относились. Как к пустому месту. А ведь он был коренной москвич, прокрутивший баранку двадцать лет, знавший каждый кусок дороги и каждую улицу. Он-то был здесь своим, а они в Москву приезжали словно на большую дискотеку. Ни история ее, ни география их совершенно не интересовали. И машины их, пришедшие на смену «Волгам», «Жигулям» и современным уродливым «Ладам», смахивали на иноземных мерзких животных, которые, словно саранча, за какие-то пять лет так наводнили город, что нормально не проедешь. И рекламой своей названия домов и улиц завесили…
«Э-хе-хе… – приговаривал про себя Борзухин, – жизнь, она ведь к лучшему не меняется!» Но делать нечего. Приспосабливаться надо, жена вот на пенсию вышла, и это ощутимо усложнило их существование. Он же такой ошибки, как выход на пенсию, да еще по собственному желанию, совершать не хотел. Потому и терпел все. Даже стал водителем «Баргузина», машины, на самом деле куда менее престижной и легендарной, чем «Волга». Ничего не попишешь: дочь только пошла на первый курс. Вот что значит поздний ребенок.
Тогда и не думали, что в стране так поменяется жизнь и так тяжело станет учить детей. Когда родилась – радовались. Назвали Валей, в честь отца. Когда была маленькой, читал ей все время: «Валя, Валя, Валентина, где же ты теперь?» – «Здесь, папа, здесь», – тревожно отвечала ему кроха, удивленно стуча себе в грудь кулачком. Все вокруг смеялись. Этот номер неоднократно повторялся в гостях на родственных посиделках.
Тяжело растить поздних детей стало в наше время. Ты уже старый, а они только в институт. Правильно показывают в иностранных фильмах, как все – полицейские, врачи, юристы, преступники… – откладывают деньги на учебу детям с самых младых лет. У нас раньше думали, что учеба будет бесплатной. А бесплатной учеба стала для тех, кто потом за бесплатно собирался работать.
Ну, «Баргузин» так «Баргузин». По крайней мере не буржуйское название, а восточное. Почти как «бар грузин», чудно, ей-богу, так машину называть.
Когда поменяли директора и здесь, и нового назначили из своих молодых да ранних, каждую пятницу начались корпоративы. Борзухина, как человека непьющего и на гулянки никогда не претендующего, гоняли до трех-четырех утра.
Ладно хоть платили сверхурочные. Вон, молодому коллеге на «Киа Рио» и не платили. А Борзухину сказали: лови старик, но не распространяйся.
Вот же был начальник РОНО. Какие неприятности на работе ни случались, с кем бы днем ни встречался, какая бы оргия у него там в бане ни проходила, а в одиннадцать всегда оказывался дома, причем трезвый и свежий как огурец.
«Баргузин» для корпоративов оказался вещью незаменимой. У молодых даже пословица такая была: «Сколько „Баргузин“ водкой ни грузи, а Борзухину все равно два раза ездить!» Так его машину и называли – «Недогрузин».
Этим летом, спустя год алкоголических марафонов, с приходом нового руководителя по снабжению, тоже молодого сосунка тридцати годов, концепции вечеринок стали меняться. Алкоголя закупалось теперь все меньше и меньше, а веселье длилось все дольше и дольше.
«Эх, жизнь, она лучше не становится, – вздыхал Борзухин. – Не к добру это».
До того всегда плавно выскальзывавшие из нетрезвых мужских рук женщины вдруг стали сами инициировать свальный грех на природе. Особенно преобразилась в последнее время главбух Татьяна Степановна. Вот уж от кого не ожидали – солидная полная женщина в очках… Интересовалась творчеством Баскова… И тут – в каждом танце давала фору обеим молоденьким секретаршам.
Закончилось все очень странным образом. Однажды на поляне в лесу шефу приспичило устроить просмотр фильмов. Загрузили в «Недогрузин» колонки, проектор, экран, радостно показывали друг другу обложку фильма со словами «долби сюрраунт» и смеялись, что «теперь совсем без алкоголя можно обойтись». «Что, даже пиво не возьмете, что ли?» – спросил Борзухин. Все заржали еще больше. «Есть средство, усиливающее восприятие кинематографа, а пиво – оно его уменьшает…» – и ржут.
«Сдать их, что ли? – пришла мысль в голову Борзухина. – Бесовщина ведь сплошная. Должен же быть на каждую бесовскую партию какой-нибудь комитет».
Борзухин дремал в «Баргузине», когда начался просмотр. Шум стоял на весь лес. В прошлую пятницу его вообще никуда не послали – всем всего хватило. Видимо, не все продается в супермаркетах за МКАДом.
Но тут подрулил коммерческий, с большими стеклянными глазами. И, уставившись на Борзухина немигающим взглядом, попросил привезти из офиса ноутбук. Точнее, не сам ноутбук, а сумку от него.
– А что там в этой сумке такого, чтобы за ней ехать ночью… – проворчал Борзухин, стараясь с глазами коммерческого не встречаться. На этих вечеринках он в глаза никому не смотрел – брезговал. Коммерческий ответил неожиданно и, как показалось Валентину, довольно искренне: «Амулет!» И через некоторое время, довольно долгое для обыкновенной паузы в беседе, положив ему руку на плечо, добавил как-то по-мальчишески: «Съезди, Валя! Съезди, родной!»
Валентину почему-то вспомнилась обложка фильма с изображенным на ней голым человеком в бусах. Его как-то нехорошо передернуло. А вокруг уже, действительно, кто-то бегал по пояс голый, включая некоторых женщин и, само собой, главбуха Татьяну Степановну, кто-то зачем-то ломал и пилил здоровые ветки деревьев…
«Огня, что ли, мало – лес ломать… Тьфу… Ну и черт с вами, – подумал Борзухин. – На дороге безопасней, чем здесь с вами, демонами, в лесу сидеть…»
Вместо положенных полутора часов Валентин прокопался целых три. Нигде ее, сумки окаянной, не было: ни в кабинете на столе и на стульях, ни в раздевалке. Пустота… Только чьи-то невыключенные компьютеры мелькали по кабинетам причудливыми геометрическими фигурами.
– Ты что ищешь, Борзухин? Пригнали-то зачем тебя сегодня? – спросил меланхоличный охранник офиса, видимо раскладывающий пасьянс и только что оторвавшийся от процесса.
– Да сумку от этого… ноутлука… ну от компьютера переносного… книжкой который… Да вот от этого, черт, на столе который стоит…
– Так ее два часа назад кадровик новый увез! Он опоздал на общий отъезд, заехал – говорит, «хоть не с пустом приеду».
– Вот ведь демоническая сила… А меня, значит, можно так посылать. Я ведь пожилой уже человек. Что мне по дорогам темным за так гоняться… Эх!.. – сказал с досадой Борзухин и сразу вспомнил про сверхурочные.
В желудке неприятно сводило – не дождался шашлычной кульминации пирушки и остался без мяса. Порыскал по кабинетам в поисках чего-нибудь съестного – пусто. Зашел к вечно жующему печенье заму – на столе тот же результат: пустая тарелка с крошками.
«Куплю по дороге шоколадку», – подумал Валентин и опять вспомнил срамного героя на обложке фильма с названием, которое никак не мог запомнить, несмотря на всю рекламную шумиху вокруг этого кино.
«Варварское племя», – проворчал он и вдруг наткнулся в кабинете у главбуха Татьяны Степановны на суп. Сначала даже подумал – мерещится. Прямо на столе стояла огромная тарелка супа, полная на две трети.
«Вот так подарок!» – Борзухин недоверчиво протер глаза кулаками и чуть не прослезился от умиления. Пусть холодный и странный на вкус – отдаленно напоминавший грибной – зато как ведь вовремя. Словно для него приготовлено…
А ложка у него всегда была с собой. С туристических времен. Складная. Раньше в сапоге носил, а теперь в чехле для сотового телефона.
3Уже на подъезде Борзухину привиделась довольно странная картина – голый человек в кустах с бусами на шее и разрисованным лицом показал на него пальцем и затем кинул в сторону машины какую-то длинную палку. Даже послышался гулкий удар. Надо же, какая усталость накопилась…
Борзухин, видимо от растерянности и пресловутой усталости, не там свернул, потому что, когда вышел из машины, поляна показалась ему совершенно незнакомой.
К счастью, в кустах раздался шорох, и на свет фар вышла женщина. Со странной прической, с висящими голыми грудями, в юбке из лопухов, под которыми еще, не дай бог, ничего нет. Сраму ведь потом не оберешься! Несмотря на этот наряд Борзухин без труда признал в женщине главбуха Татьяну Степановну. Лицо ее было раскрашено красками, глаза и рот распахнуты от ужаса. Неужели это ее так Олег Владимирович и юрист Петрович напугали? Чем, интересно? Ну а лицо красить было зачем?
Татьяна Степановна приблизила свое безобразно раскрашенное близорукое лицо и произнесла Борзухину прямо в ухо: «Беги!»
– Что? Мне? Бежать? Это зачем? – тихо и удивленно спросил Борзухин.
– Бросай машину и беги! – повторила главбух еще более ужасным голосом. Она как-то обреченно посторонилась и, отойдя на несколько шагов, вдруг развернулась и достала из-под юбки огромный нож.
Нож блестел при свете фар, а лицо Татьяны Степановны не предвещало ничего хорошего. Она запричитала блаженным голосом и, не спеша, стала возвращаться к Борзухину, делая какие-то угрожающие ритуальные движения ножом и бедрами, ножом и бедрами.
В это же время из кустов позади «Баргузина» выскочили две фигуры. «Уж не Олег ли с юристом?» – пронеслось в голове у Борзухина. Но сейчас на свету стоял он, а фигуры были в темноте. Точнее, было ощущение, что они как-то зловеще из темноты на него надвигаются. И это ощущение было не из приятных.
– Я пожилой человек и… – начал было Борзухин.
Вдруг одна из фигур издала ужасный вопль, и Валентин заметил, как у него перед носом пронеслось копье.
– Да ну вас к лешему! – ругнулся Борзухин и бросился бежать в лес, минуя размахивающего в диком танце ножом главбуха.
Он мчался напролом сквозь деревья, не пытаясь ничего анализировать и не желая верить в реальность всего происходящего. Дыхалка сбилась почти сразу, он вспомнил, что не бегал уже лет десять, а то и больше, наверное, с тех пор как играл в догонялки с дочерью, когда та училась в младших классах… – в общем, за рулем он чувствовал себя куда привычней, чем во время ночной погони в лесу.
Бежать было очень непросто, сердце выпрыгивало из груди, в боку кололо буквально на каждом шаге, и Борзухин, стараясь шагать пореже, чтобы не причинять себе лишней боли, стал передвигаться большими прыжками. Ему казалось, что именно так должна передвигаться по лесу быстрая лань – не отталкиваясь, а как бы паря над землей.
Вдруг он очутился на освещенной лунным светом волшебной поляне, наподобие той, что встречаются в детских сказках с добрыми феями. Пересекая ее, он остановился и еще раз посмотрел ну луну. «Может, все-таки мне все это кажется?»
Он посмотрел назад. Лес был тих, молчалив и прекрасен. Нельзя в старости столько работать, привидится же такое… Только Борзухин хотел рассмеяться и не спеша тронуться назад, как увидел, что с той стороны на поляну выбегают семь голых мужских фигур и одна уродливая женская.
– Товарищи! – крикнул им Борзухин, с трудом переводя дух и выговаривая слова. – Мы с вами не первый год работаем вместе…
В ответ тот, кто бежал первым, размахнулся не сбавляя ходу…
«Копье», – сообразил Борзухин.
– Беги! – теперь уже тихо сам себе скомандовал Валентин. – Беги, Борзухин, беги!
4Больше всего во всем этом – как это ни странно может показаться – Борзухина удивляло выражение их лиц. В них кроме зловещих гримас проскакивала еще странная, почти детская, игривость.
Он вспомнил, как с маленькой дочкой оказался в Питере. Тогда у него сформировалось подозрение, что его двоюродная тетушка может завещать ему квартиру на улице Марата, а это совсем недалеко от Невского. Большую трехкомнатную квартиру. В какой-то момент Борзухину стало казаться, что ближе родственников, чем он, у тетушки нет. Вот и отправился специально с трехлетней Валечкой.
Гуляли они с ней в Летнем саду, кидали крошки от батона лебедям. Вдруг малышке пришло в голову кинуть в них палку. Большую. А народу вокруг – тьма, и все интеллигентные донельзя.
Борзухин топнул на дочь ногой сердито: «Нельзя. Ай-ай-ай». А она знай тащит. Громадную корягу. Он взял ее за руку и повел от озера прочь. Все интеллигенты вокруг улыбаются, но чувствуется – готовы осудить если что.
Валечка не заплакала. Идет, на лебедей оглядывается. И говорить-то тогда толком не могла. А тут: «Папа, пуси, я больсе не буду… ну пуси…»
Отнял он руку, удивленный, а она развернется да как побежит назад. С такой скоростью, что он от нее и не ожидал никогда. Шагнул за ней, а тут не шагать – бежать надо. А она у пруда уже подхватила корягу да как метнет ее в лебедей, а в глазах такая решимость и такой восторг – он аж обомлел. Никогда потом такой решимости у нее не видел. Два воспаления легких подряд – и уколы сделали ее совсем испуганной и тихой. А до этого бойкая была. Пока не стала уколов бояться.
«Как-то странно они бегут, – Борзухин на секунду остановился перевести дыхание, – могли б уже давно старика и догнать. Такое ощущение, что они хотят измотать меня до смерти».
Он вгляделся в освещенную звездами чащу. Пот застилал глаза и был липким, с привкусом крови. Веткой лоб расцарапал…
Так и есть – они бежали той же шеренгой на том же расстоянии. Бежали в ногу, раскачиваясь синхронно в такт, прыжками перенося вес тела с левой ноги на правую и обратно.
Борзухин опять попробовал вступить с ними в диалог: уже не говорил, а хрипел в их сторону, прислонившись лбом к березе:
– Когда я устроился на работу, я был поражен профессионализмом и царящим вокруг духом партнерства, дружелюбия и крепкой взаимовыручки…
Он задыхался на каждом слове, но слова, которые он произносил, казались ему политически правильными и единственно верными в сложившейся ситуации.
В ответ над ним гулко стукнулось о ствол копье, буквально в сантиметрах над головой.
«Надо было раньше стараться найти с ними общий язык… а теперь поздно: убьют!»
Борзухин бежал из последних сил. У него было ощущение, что не бежал, а умирал уже на ходу. Неудивительно, что дочка явилась как наяву. Стоит на том конце леса, рукой машет и кричит: «Сюда беги, папа Борзухин. Здесь копья не ранят».
Оглянулся он, а эта стая бежит все так же близко. И все с таким же звериным восторгом. И тут же что-то больно ударило его под лопатку.
«Копье попало, – подумал Борзухин. – Надо было вообще с этой долбаной работы еще в том году уволиться… Почему не доверился интуиции? Ничего хорошего не бывает, когда перестаешь верить своим предчувствиям!»
Борзухин, казалось, стал медленно умирать. Не из-за копья, а, похоже, из-за давления в мозг. И стал вспоминать, сколько положено семье денег в случае его смерти. Должна же быть какая-то страховка. Пробовал разделить сумму, пришедшую ему на ум, на оставшиеся месяцы до конца учебы дочери. Если разделить ее на сорок восемь или на сорок семь – получалось все одно несоизмеримо мало. Куда меньше, чем если бы ему еще несколько годков удалось покрутить баранку.
Он повернул свою голову к подбегающей алчной стае сослуживцев и обратился к ним с предсмертной речью:
– Плохо ценят нашу жизнь наши пенсионные органы, товарищи. Гибнем на работе за копейки. Советую, искренне всем оставшимся в живых советую поменять этот сраный профсоюз…
А стая уже окружила его и танцевала ритуальной танец смерти, потрясая копьями над головой.
5Борзухин очнулся в больничной палате, за руку его держала дочь. «Сейчас будет Страшный суд, и дочка пришла замолвить за меня доброе словечко, – подумал Борзухин. – Кто-кто, а она-то ведь за всю жизнь слова от меня плохого не слышала. Руки не поднял, покрикивал и то редко…»
– Папа, ну почему ты никому не сказал, что плохо себя чувствуешь? Тебя бы сразу отвезли в больницу твои коллеги. Они приходили утром, такие милые ребята…
– Дочка… Родная моя… – Борзухин заплакал жалобно, как ребенок. Или это только казалось ему, что он плачет? – Ты о ком, милая? Ребята с работы? Так ведь это все они… Они кидали в меня копья и гнались за мной голые по всему лесу…
– Папа, у тебя случился инсульт. Еще, падая, ты ударился спиной о пень. По лесу бегал как угорелый… Папка, папка… Нельзя работать по ночам, если чувствуешь себя неважно, пойми…
– Это не пень – это копье вонзилось мне в спину…
– Олег, обаятельный такой… Он твой руководитель, да? Сказал, что на тебя произвел, судя по всему, странное впечатление просмотр фильма «Апокалипсис» Мэла Гибсона. Ты же никогда не смотрел триллеров раньше… все наше отечественное кино… про школу и любовь учителей…
– Это на них он произвел странное впечатление, дочка. Не на меня – а на них. И не столько фильм, сколько вся дрянь, которую они глотают. Они думают – я тупой и ничего не вижу. Но я разве тупой, доча? Скажи мне, я разве тупой? Думаешь, у них в сумке из-под компьютера компьютер?
Она испуганно уставилась на него своими всегда детскими невинными глазами.
Почему дочь ему не верила? Когда он ее обманывал? Неужели так легко поверить, что твой отец выжил из ума?
– Эти люди кидали в меня копья. В меня и в мою машину…
– Ладно, папа, – не волнуйся: у тебя смотри какая классная палата. Кровать хорошая, не провисает, телевизор, доктор будет заходить три раза в день. Все Олег постарался… Все будет хорошо, и ты поправишься.
«Поправлюсь, подведу ее к „Баргузину“. На нем наверняка осталась вмятина от удара копьем, на левой стороне. Если мне не верит…» – думал обиженный недоверием дочери Борзухин. Думал и погружался в приятный глубокий сон.
Такой сон, каких раньше у него и не было никогда…
После всей беготни по лесу хорошо вот так вот лежать на белой простыне и держать дочь за руку. А дочь что-то бормочет и даже вроде всхлипывает… А почему она всхлипывает? Переживает за меня, значит, доченька…
ОДИН В ОФИСЕ
1Я не знаю, с чего началось мое перевоплощение.
Может, с того, что меня перестали замечать на собраниях. Когда я что-то говорил, все улыбались заговорщицки и делали вид, что сказанное мной не имеет к происходящему никакого отношения и серьезно воспринимать мои слова не нужно.
Я начинал нервничать, иногда что-то кричал и порой даже срывался на визг, но от этого все выглядело еще более неуместным. Их улыбки становились все более таинственными. Иногда возникала пауза. Долгая и весомая пауза, подчеркивающая, как мне казалось, полную нецелесообразность моего присутствия среди них.
Мое мнение перестали слушать на собраниях – это факт.
Потом меня перестали слышать.
Не слышат меня и сейчас.
Но вот с тем, что меня и видеть вовсе перестали, – тут все значительно сложнее и глубже…
Как бы это объяснить.
Я ведь не силен в науке.
В общем, я считаю, что причины намного серьезнее и скрываются на молекулярном уровне.
Все дело в моем долгом сидении перед монитором. И, может быть, в пище, которую я употреблял. Точнее – в совокупности этих двух факторов.
Попробую объяснить.
Когда начал просиживать за монитором больше шестнадцати часов подряд, уже не отрываясь на перерыв, чтобы поесть, – я подвергался влиянию вредного излучения.
Это все не шутки про излучение от монитора. Тем временем, пока на меня воздействовало излучение, я ел некачественные продукты в пластиковых упаковках. Или не ел вовсе.
В связи с этим то ли различные пластификаторы способствовали началу процессов мутации, то ли из-за отсутствия нормальной пищи организм потерял свои иммунные свойства, чтобы противодействовать излучению…
Не знаю…
Как бы спонтанно я все ни объяснял: чем все закончилось, вы знаете – меня как бы не существует. То есть меня не просто не замечают, как раньше, – меня теперь не видят вовсе.
2Я стал невидим, и при этом сил покинуть офис у меня нет.
Что бы я ни пытался предпринять – я остаюсь на работе.
Вполне возможно, что я умер, – обычная смерть менеджера от переработки, и сейчас я влачу уже загробное существование.
Тогда это подтверждает тот факт, что архаичной системы ада и рая уже не существует, по крайней мере для менеджеров, чья жизнь оборвалась прямо на работе: в наше время они просто продолжают находиться в офисе уже в новой, бестелесной, субстанции.
Кстати, именно я передвигаю красный квадратик на квартальных календарях в ваших кабинетах, отслеживая таким образом тайминг своей неземной жизни. Это длится уже два месяца.
Первую неделю, по привычке, я пытался выступать на собраниях, ругал руководство в курилке и даже схватил за локти кассиршу в день зарплаты.
Нелегко было свыкнуться с мыслью, что офис – теперь навсегда моя обитель, и при этом меня здесь в упор не замечают.
Потом я стал буквально ощущать ту презрительную прохладу, которая исходила от людей, равнодушных ко мне и в прежние времена… Сейчас они просто смотрели сквозь, и мороз пробегал по моей коже.
Я рыдал на своем пустом столе. На мое место искали сотрудника. Долго, и, кажется, даже свыклись с мыслью, что я и не нужен был вовсе.
Я садился в свое кресло, а потом в сломанное чужое, которое кто-то подсунул вместо моего, и выл в голос. Временами у меня получался такой истошный вопль, что кто-нибудь отрывался от своего монитора и растерянно оглядывался по сторонам. Видимо, чуткое ухо улавливало вибрацию в воздухе.
Я перестал мучиться только недавно. К их прохладе я привык.
Я подумал, что это, наверное, нехудший вариант из того, что могло случиться со мной после смерти…
3А до этого я рвался на свободу.
Пытался выскочить во входную дверь, проскользнув мимо ресепшена, пару раз неимоверным усилием мне даже удалось на несколько секунд приоткрыть ее миллиметров на 18–20, точнее, воспрепятствовать ее закрытию, но выйти сил уже не оставалось, да и не мог я в эту щель протиснуться…
«Какой жуткий сквозняк, даже доводчик не спасает!» – заявила секретарша Любочка и буквально вырвала мне руки, захлопнув дверь.
Произошла невероятная ошибка Господа.
Из-за того, что я просиживал на работе вечерами, а затем стал забирать и часть ночи, Он, вероятно, посчитал, что главное для меня – остаться в офисе навсегда.
И сделал это Своим подарком свыше.
С Его стороны это было благословлением на новую жизнь, о которой можно только мечтать.
Я пытался вспомнить, какое мгновение моей земной жизни было последним, но не мог.
Неужели все случилось настолько плавно. Без какого-либо яркого эмоционального всплеска, повергшего за собой, например, инфаркт.
Ничего не вспоминалось.
Меня никто не ругал и никто не хвалил. Никто не замечал, если я не приходил на важные заседания, и не замечал также, если я приходил на них.
С коллегами связь пропала, как только я перестал ездить на бизнес-ланч и бросил курить, чтобы не отрываться от работы. Смутно я вспоминал какую-то сотрудницу, с которой мы договорились встретиться после полугодового отчета. Но и она меня не искала.
Больше всего меня бесила Любочка-секретарша. Бесила, несмотря на всю длину и красоту своих ног. Обладая потрясающе короткой памятью, она то и дело подходила к моему столу и спрашивала: «А за этим столом кто-нибудь сидит?»
Когда все вокруг пожимали плечами, она поправляла лифчик под блузкой и заявляла: «Надо же… Пустует столько места… Странно… И мы платим такие деньги за аренду».
Своим родителям я не звонил по полгода, так что немудрено, что меня не хватились даже они…
Но Любочке-то я звонил! Поздравлял ее с Восьмым марта и Новым годом. Улыбался ей при встрече, и, как мне казалось, она отвечала мне полной взаимностью… В смысле улыбки и обоюдной симпатии…
За это я разместился у нее под столом и добрую половину дня наблюдал ее шелковые колготки и все, что можно было разглядеть, располагаясь под столом сидящей в мини-юбке секретарши.
К тому времени я уже понял, что несмотря на полное отсутствие возможности механически воздействовать на окружающие меня предметы – кое-чего невероятным усилием воли мне удавалось добиться.
Например, я не мог подвинуть стул или ударить кого-нибудь так, чтобы это принесло ощутимые другим результаты.
Но у меня получалось, ценой невероятных усилий, навалившись всем телом, нажать несколько клавиш на клавиатуре.
Когда кто-то оставлял письмо на экране, я иногда дописывал пару слов.
Совершенно ненужных и нелепых, а иногда просто озорных… Во многих письмах появлялись эти неведомо откуда взявшиеся слоги. Мало кто прочитывает письмо перед отправкой еще раз.
В фразу «Добрый день» я мог добавить несколько букв и переврать ее до неузнаваемости. А все думали, что они просто опечатались, и пеняли на ширину своих пальцев.
Извините, но «добрый пиздень», пришедший нашей толстой дуре по финансам, встал кое-кому боком. А в фразе «надеюсь, теперь ты понимаешь, что я прав», трудно было удержаться, чтобы не вставить частичку «не» перед словом «прав».
И все пеняют на усталость…
На самом деле уставал от этих проделок я.
Немаленькая нагрузка для бестелесного существа.
После, обессиленный, я валился на пол и откатывался под стол к Любочке, если она была в этот день в чем-то новом.
Теперь, со стороны, мне многое становится понятно.
Я пользуюсь своим правом войти в любой кабинет.
Но мое отношение к офису и всему происходящему в нем переменилось после одного совещания. Посвящено оно было итогам первого полугодия. Во время совещания я, конечно, вел себя не очень хорошо.
Не любил я эти совещания и в бытность свою реальным менеджером, а уж в теперешнем состоянии не мог себе отказать в удовольствии немного побезобразничать.
Ходил по столу и в самый неподходящий момент, когда кто-то начинал выступать с докладом, ронял ручки со стола – если ручка не прилегала плотно к ежедневнику, откатить ее мне было по силам.
Позволял себе и покуражиться.
Вставал на плечи генерального и во время его выступления делал вид, что это самый удобный в мире стульчак, а его плешь не зря отдает фаянсовым блеском дешевого унитаза.
Испуганные взгляды, которые бросались в нашу сторону, были мне симпатичны. Казалось, все видели, где я восседаю и что делаю.
Как приятно было многим менеджерам узнать, что их директору тоже срут прямо в мозг.
Когда финансовый директор смотрела на окружающих сквозь свои полные презрения и высокомерия очки, я подходил к ней вплотную, снимал штаны и прижимался к ее линзам своими колокольчиками.
После чего она, рассерженная, срывала их со своего носа, протирала нелепым фиолетовым платком и ворчала: «Включите кондиционер, наконец! У меня даже запотевают очки».
Все удивленно переглядывались.
Никому особенно не было душно.
Конечно, жестоко.
Но эти люди не читали тех отчетов, которые я делал.
Теперь, пользуясь тем, что невидим, я часами стою за спиной у руководства.
Я стою и пребываю в бешенстве.
Мою папку на общем диске вообще никто не открывает.
Зачем я сидел над отчетом со страшным названием «Сэйлз репорт уиз деталз» по шесть вечеров кряду?!
Твои линзы всегда будут покрываться испариной, потому как я работал в никуда и не встретил ни человеческого, ни профессионального участия к результатам своей работы.
Зато теперь я вижу, какие файлы открываешь ты, плешивый Карабас, в своем тысячедолларовом кожаном кресле.
Но то собрание возродило во мне надежду, что все может исправиться.
Что в моей жизни снова может появиться общение, взгляд, улыбка, подаренная от души, а не подобная спазму прямой кишки в момент опорожнения.
4Ее посадили за мой стол.
Дали другое кресло, но компьютер оставили мой.
И сказали все эти слова, которыми обманывают новеньких.
Слова, полные лжи и фальши.
Просто им надо было поставить галочку в графе «предприняты шаги по устранению недостатков».
Отметить плюсиком в пустом и давно заброшенном ежедневнике строчку «антикризисные меры: ужесточить финансовый контроль».
Ей сказали, моей бледной в первый же рабочий день принцессе, что:
1) на нее возлагаются особые надежды;
2) ее появление – значимое событие в жизни офиса;
3) ее работа будет под особым и пристальным вниманием;
4) с мотивацией в случае успешного сотрудничества не возникнет никаких проблем;
5) под это направление планируется в перспективе создать отдел, а то и целый департамент, и только на первых порах все придется делать самой;
6) у нас особый коллектив и чудная атмосфера. Что из этого не говорилось мне? Теперь я знаю всю глубину пустоты этих фраз. Всю безысходность их смысла.
Бледная принцесса на девятый день работы странно посмотрела в мою сторону.
Я уже сутками сидел напротив, перестав даже следить за новинками Любочкиного гардероба.
Ее взгляд, уставший от света монитора, казалось, остановился на моем лице. На долю секунды она различила меня в пространстве, и я понял: нам суждено быть вместе! У меня есть шанс избавиться от одиночества!
Это внезапное озарение и надежда настолько сильно меня взволновали, что я начал вихрем носиться по офису. В итоге, оказавшись в кабинете у директорши по финансам, я так интенсивно стал елозить своими бубенчиками по ее линзам, что она в сердцах швырнула очки об стену.
Но я даже не стал радоваться такому успеху.
Я был влюблен.
Лишь бы все продолжалось как есть.
Лишь бы она работала так же много, как и в эти первые дни.
5«Моя бледная принцесса. Милая белокурая тень», – мог сказать про нее кто-либо другой, но только не я. Ибо сам являлся тенью.
Ее появление дало мне невиданные силы.
Я чувствовал, что окреп.
В моих жилах вновь заиграла кровь.
Но все протекало не так гладко, как хотелось бы.
На третьей неделе она дважды ушла с работы вовремя, чем чуть не ввергла меня в состояние шока.
Я привык сидеть напротив нее каждый вечер и ждать, когда наши взгляды снова встретятся.
Во второй случай ее преждевременного, с точки зрения моей любви, но не общих корпоративных стандартов ухода, я набрался сил и с трудом написал на первой странице оставленной ксерокопии ее паспорта
Останься в офисе…
Только любовь может подвигнуть на такой мужественный поступок.
На следующий день она удивленно уставилась на эту надпись.
Она и так собиралась остаться, чтобы переделать форму отчетов. Не знаю, подкрепила ли моя надпись в ней эту решимость.
Два дня я без сил лежал в ее ногах, не тая надежды увидеть ее глаза.
По телефону она призналась подруге, что, несмотря на то что одна в офисе, ей кажется, что рядом кто-то есть.
В этот момент я нежно гладил ее худую лодыжку.
Однажды я поменял плавающую заставку на ее мониторе, отсчитывающую время, на надпись:
Не уходи!
Все шло к счастливым изменениям в моей жизни. И я с предвкушением ждал их.
6Тот вечер стал последним для наших отношений. Хотя мне казалось, что все только начинается и за ним последуют другие вечера, еще более прекрасные и романтические.
Три дня, три поздних вечера, три тяжелых утра кропотливой работы – изменение форм отчетности повлекло за собой необходимость переделки всех последних «репортов», согласно вновь разработанному содержанию.
Не буду вдаваться в подробности ее профессиональных достижений и описывать новаторство новых таблиц. Она была умница. Умница, каких не видел свет. Наверняка круглая отличница в прошлом.
Так вот, в конце трехдневного марафона она как обычно стала посматривать в мою сторону и щурить глазки… В офисе был выключен общий свет – горел бледно-голубым цветом монитор, мелькали по углам красно-оранжевые огоньки сетевых фильтров, да сквозь стеклянную дверь с ресепшен лил теплый желтый световой поток.
По радио заиграла одна из бессмертных баллад группы «Скорпионс», одна из тех самых, которая у целого поколения вызывает незабываемые школьные воспоминания о первом парном танце, о романтике классных огоньков, о влюбленности и прикосновении, которое стоит значительно больше бесконечного сексуального однообразия, приходящего в нашу жизнь через восемь-десять лет.
Когда вслед волшебному ритму баллады и раздирающему душу голосу Клауса она встала и приблизилась ко мне, я поцеловал ее в губы, провел руками по спине, погладил ее бедра. И вдруг она, почувствовав меня, обхватила мои плечи, и мы стали танцевать…
Бог ты мой, ради этого мгновения стоило задерживаться на работе.
Мы ласкали друг друга в танце, и счастье было настолько ощутимым, что казалось, эта баллада длится целую вечность…
У идиота охранника была в тот вечер Лига чемпионов. По обыкновению он должен сдавать офис на сигнализацию и покидать его последним.
И ни разу до этого охранники не имели наглости подходить с подобным вопросом к менеджеру. Но это был новый молодой, наглый бычок, помешанный на футболе.
– Вы когда заканчиваете работать?
Да никогда. Я работаю постоянно. Вся моя жизнь работа, неужели не ясно. Даже когда я возвращаюсь домой, я думаю о том, что бы мне успеть сделать на работе завтра.
Скоро в Москве будут приветствовать ночевку на рабочих местах – остались считанные дни до этого. Пробки и честолюбие генеральных директоров сделают свое дело. Зачем высокооплачиваемым специалистам тратить столько времени на дорогу. Боитесь свального греха на ваших кожаных офисных диванах? По себе судите? Он и так там произойдет, если суждено, – в необходимых позах и количествах.
Создайте элементарные условия для соблюдения гигиены – устройте мини-душевую, и мы будем работать круглосуточно…
Будьте в авангарде московских трендов.
Я подсказывал ей кучи вариантов ответа, я хотел, чтобы наш ответ был гневным и яростным. Не ответ, а отповедь.
Но моя милая белокурая принцесса вместо этого страшно засмущалась. Поправила юбку, которая очень высоко задралась во время наших жарких ласк, и, нарушив прекрасную бледность кожи ярким неестественным румянцем, прошептала:
– Да… да… я уже ухожу.
Люди, опомнитесь! Директора, где вы, слепые бездельники?
Менеджера гонят с работы!
Менеджера, которому вы платите зарплату, – гонят!
Но напрасно я бегал по офису, кричал и воздевал руки к подвесному потолку. Меня опять никто не слышал и никто не замечал…
Счастье длилось один недолгий танец…
Много это или мало?
Для меня, бестелесного существа, это целая вечность.
7В ближайшую пятницу она заболела, а уже в следующую пошла с подругами в клуб на дискотеку восьмидесятых.
Я, конечно, как мог сопротивлялся ее новому поведению.
Я даже загнал в узкую щель между плинтусом и столом ее абонемент для фитнеса… Так что она искала четыре часа и не могла найти…
Но уже ничто не помогало…
Все мои знаки, намеки она перестала замечать.
Сталкиваясь с прямыми посланиями и предложениями провести сегодня вечер со мной в офисе, она слегка бледнела – теперь не так прекрасно и изысканно, как раньше, в первый месяц работы, – и бормотала:
– Это бред… этого не может быть…
Нас больше не могло быть!
Ах, если бы не этот охранник…
Вполне вероятно, если бы в моем распоряжении были баллады три-четыре, я бы доказал ей, что со мной лучше, чем с любым другим, состоящим из примитивной плоти и крови. Что никто не понимает ее так, как я. Никто так не чувствует и не угадывает ее малейших желаний…
Ну зачем ему смотреть в Москве матчи питерского «Зенита»?! Неужели он родом из Питера? Понаехали вслед за президентом… Просочились во все щели…
И ладно бы, например, игра «Ювентус» – «Зенит» или «Зенит» – «Реал»… Это было бы хоть как-то объяснимо… Но что матч «Зенита» с борисовским «Батэ» разрушил мою личную жизнь…
Этого я ему никогда не прощу…
Если бы я только мог выходить из офиса, я превратил бы его жизнь в кошмар. Фильмы про привидения и истории про злых духов показались бы ему детским лепетом и ребячеством.
Вы бы простили человека, разбившего вашу жизнь из-за матча «Зенит» – «Батэ»?!
8О том, что компания переезжает в другой офис, я узнал последним.
Настолько я был убит своим горем, что потерял всякую бдительность.
Конечно, первое время я метался и стенал вместе со всеми. Проклинал Москву, эти бешеные цены на аренду и тупое руководство.
Но затем вдруг подумал: может, оно и к лучшему?
В этой компании я потерял свою любовь, может, повезет в другой?
То, что я никуда не смогу уехать при всем желании, я прекрасно понимал.
Я принадлежал этим стенам, светильникам, розеткам, ламинату, подоконникам, окнам, дверям…
Новый приступ разочарования постиг меня, когда я узнал, что здесь будет располагаться рекламное агентство.
– Это же сколько денег крутится в рекламе, что наша компания не смогла снимать такой офис, а никому не известное агентство средней руки может? – восклицал я вместе с толстой директоршей по финансам.-Как хоть оно называется? Ти Джи Дабл Э Пи Си? Бред! Откуда у них такие деньги! Вот кто жирует на белом свете и делает деньги из воздуха! Бред, полный бред! Кто они такие? Что за хрень! – кричал я вместе с ней и, наверное, уже последний раз терся об ее линзы своими пампушками.
Главной причиной моего расстройства было умозаключение, что если эта отрасль настолько избалована, то кого там заставишь работать на износ – день и ночь напролет?
С кем я смогу повторить свой успех?
Но затем, сидя под столом и любуясь красненьким кружевным у Любочки, я представил себе людей, придумывающих идеи.
Нет, не тех, кто их продает. А именно тех, кто их придумывает. Не тусуется по ресторанам и клубам, а рожает в муках.
Бледных творцов, работающих за копейки.
Неужели нет таких?
Должны быть.
Я буду ждать.
Надеюсь, долго офис не будет пустым.
В Москве не должны пустовать офисные помещения.
Работа – деньги. Деньги – работа.
Я жду тебя.
Здесь, в офисе.
Иди ко мне.
Моя новая бледная любовь.
 ИДЕАС – ЛЮБОВЬ С ПЕРВОГО ВЗГЛЯДА
От кого: gorkiy alexander < [email protected] >
Кому: Альберт Иванов < [email protected] >
Тема: Главная новость
Друг! Это случилось. Сказать, что сбылась мечта моего детства, – конечно же, соврать. В детстве я мечтал служить, как Штирлиц, в разведке за границей, чуть позже – стать хоккейным вратарем. Для этого я кидал об стену большой ластик и ловил его, не пропуская в сделанные из стульев ворота. Когда кидаешь ластик так, чтобы он отскакивал к тебе от пола, – угадать отскок очень непросто. Оказалось, реакции недостаточно – нужно еще учиться кататься на коньках, а про это я как-то не подумал. Кроме навсегда отбитых коленей, ничем хорошим мечта о хоккейных воротах не закончилась. А с этой мечтой – полный порядок. Я устроился на работу… Ну ты уже сам понял куда! В «ИДЕАС»! В ту самую норвежскую «ИДЕАС», о которой мечтал пять последних лет.
От кого: Альберт Иванов < [email protected] >
Кому: gorkiy alexander < [email protected] >
Тема: re[1]: Главная новость
Санчоус! Поздравляю! «Кто весел – тот смеется, кто хочет – тот добьется, кто ищет – тот всегда найдет!» – как говаривали грибники в наших лесах! Надеюсь, по ЗП тебя удовлетворили в любимой конторе-мечте? У меня, если честно, – прежний тухляк. Плаваем здесь как рыбы в большом аквариуме. Вода попахивает болотом, но пока деньги платят, менять одно болото на другое вроде не хочется…
От кого: gorkiy alexander < [email protected] >
Кому: Альберт Иванов < [email protected] >
Тема: О бабках
Альбертик! Я не перестаю тебе удивляться! Работать только за бабки – это высший грех, который не простят нам наши дети. Это бездуховно как пукать в церкви. Если бы ты знал, на какую я зарплату сюда пошел, – ты бы рухнул со стула. У вас в конторе, наверное, столько получает охранник. Но еще раз тебе говорю: в «ИДЕАСЕ» работают ради «идеи». Это наш корпоративный слоган.
От кого: Альберт Иванов < [email protected] >
Кому: gorkiy alexander < [email protected] >
Тема: re[1]: О бабках
Охранник? Че, бывший руководитель клиентской службы ушел на четыреста зеленых? Сашунь, разубеди меня, что Октябрьская не произошла снова!
От кого: gorkiy alexander < [email protected] >
Кому: Альберт Иванов < [email protected] >
Тема: re[2]: О бабках
Прошла неделя, и я счастлив, что здесь. Понимаешь, счастлив! С предыдущих мест работы мне хотелось бежать на второй день. Передавай привет родному болоту! А неплохо у вас зарабатывают охранники!
От кого: Альберт Иванов < [email protected] >
Кому: gorkiy alexander < [email protected] >
Тема: re[3]: Главная новость
Ты – святой. Когда пойдешь в наш клуб? Может, и билеты тебе там дадут со скидкой? И коктейли по полцены?
От кого: gorkiy alexander < [email protected] >
Кому: Альберт Иванов < [email protected] >
Тема: Корпоративный дух
Хорошая иллюстрация к твоим словам – сегодняшний день. Приезжал руководитель из Норвегии.
Приближенный к основателю всей розничной сети «ИДЕАС». Можно сказать, «друг семьи» по-нашему. Знаешь, на чем он приехал в наш магазин? Ну, давай, давай, фантазируй! Норвежских машин ты не знаешь… Думаешь «Вольво»? «БМВ»? «Мерседес»? «Тойота Прадо»? А ты всегда мечтал о «Лексусе» – счастливо тебе на него накопить! Ваши мечты совершенно не совпадают с Оле-Гуннером (так зовут нашего норвежского босса). Он приехал к нам на бесплатном автобусе-доставке. А до этого ехал к нам на метро от самого аэропорта. Он добирался так, как добираются до наших магазинов покупатели. Быть с ними заодно. Со своими клиентами! Понимаешь, что такое настоящий маркетинг?
От кого: Альберт Иванов < [email protected] >
Кому: gorkiy alexander < [email protected] >
Тема: re[1]: Корпоративный дух
Ты мня порядком удивил со своим боссом… Не ожидал, что бывает такое. Наше чмо бредит о «Хаммере». Серебряном. Не иначе, увидел, как разъезжает на нем в заставке «Убойной лиги» Паша Воля. На работе все замы трут одну тему – «Камри» свою он загонит или отдаст кому по служебной лестнице – она на фирме ведь числится. Полная бездуховность, согласен. А ты на чем ездишь, кста?
От кого: gorkiy alexander < [email protected] >
Кому: Альберт Иванов < [email protected] >
Тема: Серебристый «Хаммер»
На серебристом «Хаммере», конечно же… Думаю, продать «десятку» свою… Ма затеяла ремонт в квартире: надоело жить в цементе. Чего-то мы ошиблись в смете чуть ли не в два раза.
От кого: gorkiy alexander < [email protected] >
Кому: Альберт Иванов < [email protected] >
Тема: Новый год
Сегодня был новогодний вечер. Не разрешили приносить другой еды и напитков, кроме тех, которые продаются в фирменном ресторане. И на праздник все друг другу дарили только вещи, которые продаются в нашем магазине. Трогательно, не находишь? Купил маме подушечку и лесенку для книжной полочки.
От кого: Альберт Иванов < [email protected] >
Кому: gorkiy alexander < [email protected] >
Тема: re[1]: Новый год
Без водки, что ли? Новый год?
Кстати, с праздником тебя!
Творческих и коммерческих узбеков!
От кого: gorkiy alexander < [email protected] >
Кому: Альберт Иванов < [email protected] >
Тема: re[2]: Новый год
Конечно, без водки… Хотя прецеденты случались – ее пытались разливать в красивые графины и пить как воду. Некоторые ходили, переливали в стаканы и пили не чокаясь. Но норвежцы их быстро вычислили, после каникул будут разбираться, скорее всего уволят.
От кого: Альберт Иванов < [email protected] >
Кому: gorkiy alexander < [email protected] >
Тема: re[3]: Новый год
Тебе не кажется, что такая корпорация, владеющая кучей магазинов по всему свету, не только в Европе, но и по всему миру, могла бы быть щедрее к своим сотрудникам? Странно читать твои письма и тем более врубаться в восторг, который ты излучаешь.
Тебе на вечеринку, может, стоит сходить и вспомнить, какие цены в барах? Что-то ты уже замариновался в своем скупермаркете.
От кого: gorkiy alexander < [email protected] >
Кому: Альберт Иванов < [email protected] >
Тема: Опять корпоративный дух
Мне сегодня давали читать письмо основателя компании к двоюродному брату. Точнее, копию и построчный перевод, который заставляют делать заново каждого нового директора в каждой стране, куда приходит на работу с потребителем великий гуманистический бренд «ИДЕАС». Понимаешь, как это чертовски трогательно: первое служебное задание – это самому перевести письмо, написанное от руки самим основателем фирмы – Олафом. Письмо Олафа – это наша клятва Гиппократа.
Там простым человеческим языком написана просьба минимизировать расходы, особенно в поездках – ездить в поездах и желательно в вагонах третьего класса – потому что все это позволит сэкономить на издержках и предоставить потребителю товар прекрасного качества по прекрасной цене.
Он даже просит своего двоюродного брата бросить курить эти дорогие сигары, потому как на это тоже уходит много денег, а бюджет фирмы и их семейный личный бюджет в те времена было одно и то же.
Понимаешь – писать это своему брату и думать не о его здоровье, а о потребителе? Естественно, это письмо стало легендарным и является самой ценной миссией из всех, что существуют на рынке, – потому что оно – человечно.
От кого: Альберт Иванов < [email protected] >
Кому: gorkiy alexander < [email protected] >
Тема: Несколько вопросов
В ответ на твое письмо возникает, конечно, ряд простых человеческих вопросов.
1) Как пахли через год Олаф и его кузен после открытия фирмы? Я о том, экономили ли они на парфюмерии и средствах гигиены.
2) Подъедали ли они согласно древнерусской традиции крошки со стола после обеда? Выкидывали ли черствый хлеб?
3) Рекомендовал ли Олаф своему двоюродному брату пользоваться презервативами, этим не в меру дорогим и накладным для бюджета фирмы средством?
4) Когда у Олафа и его кузена пошли дети – покупали ли они памперсы?
От кого: gorkiy alexander < [email protected] >
Кому: Альберт Иванов < [email protected] >
Тема: Без темы
У нас планируется издать в головном офисе переписку братьев для внутреннего пользования. Как учебник бережного отношения к средствам компании. Только тогда можно понять, что речь идет не о скупости, а просто о бережливости и даже где-то самоотверженности… Место, где кузен отвечает Олафу, чтобы он для экономии поехал с пересадкой в вагоне третьего класса с местами для курящих, а сам ни разу не закурил, выполняя данное Олафу обещание, – это классика.
От кого: Альберт Иванов < [email protected] >
Кому: gorkiy alexander < [email protected] >
Тема: Я удивлен
Самоотверженность и скупость в данном случае расцениваются мной как синонимы, дорогой друх. Ты еще не ездил в общих вагонах, надеюсь?
От кого: gorkiy alexander < [email protected] >
Кому: Альберт Иванов < [email protected] >
Тема: re[1]: Я удивлен
Я еще нет, но, если быть до конца честным, я вообще редко куда выбираюсь. А вот директор по развитию регионов как-то доехал до Нижнего Новгорода на «собаках». Вспомнил свою рок-н-ролльную молодость.
От кого: Альберт Иванов < [email protected] >
Кому: gorkiy alexander < [email protected] >
Тема: re[2]: Я удивлен
А время, которое он потратил, не считается ресурсом? Неужели разница в деньгах между электричкой и поездом так существенна? Вообще, а как он одет был, если ехал на переговоры?
От кого: gorkiy alexander < [email protected] >
Кому: Альберт Иванов < [email protected] >
Тема: re[3]: Я удивлен
Ехал в субботу.
От кого: gorkiy alexander < [email protected] >
Кому: Альберт Иванов < [email protected] >
Тема: re[4]: Я удивлен
Ехал бесплатно – говорю же, рок-н-ролльная молодость.
От кого: Альберт Иванов < [email protected] >
Кому: gorkiy alexander < [email protected] >
Тема: re[5]: Я удивлен
Вот такая, бля, вечная молодость? Да, харизматичный у вас там коллектив. Сам планируешь подобный подвиг?
От кого: gorkiy alexander < [email protected] >
Кому: Альберт Иванов < [email protected] >
Тема: О планах
Планирую. Здесь все пишут о подобных вещах письма своему эйчару и ставят на копию головной офис. Описывают подробно, как весело все проходило. И в конце – сколько денег удалось сэкономить для компании.
В книге переписки Олафа с кузеном будет вторая часть, так там из разных стран будут опубликованы письма такого типа: дух корпорации крепнет в веках и на всех материках. Все хотят попасть в этот том, ибо книга будет продаваться в 272 странах на 65 языках. И там может быть твоя фамилия и твое письмо! Это след в истории какой-никакой. Не получилось с музыкальной группой в школе – так хоть здесь…
От кого: Альберт Иванов < [email protected] >
Кому: gorkiy alexander < [email protected] >
Тема: re[1]: О планах
Ты тоже планируешь оставить свой след в книге рекордов «Скупого Олафа»? Да брось… Ты же угощал в школе мороженым Волкову Женьку и Машку Болдыреву. Куда все подевалось?
От кого: gorkiy alexander < [email protected] >
Кому: Альберт Иванов < [email protected] >
Тема: re[2]: О планах
Не путай, плис, концепцию мегахолдинга с личными качествами человека. Ты забываешь о главном: дело не в экономии ради экономии. Это позволяет сокращать расходы, а значит, продавать товар потребителям по максимально низкой цене.
У нас во многих регионах проблемы с открытием магазинов, потому что мэры, выделяющие землю, привыкли получать за это серьезный откат. Сам понимаешь – разрешение на строительство, да еще земля, да еще для гипермаркета – золотая жила для каждого чиновника-трутня. Так вот – мы единственные в России не платим ни копейки. Только законные платежи. Поэтому у нас иногда морозят стройки, по году подключают нам водопровод, запрещают работу пожарники. Все из-за того, что мы не платим взятки. У нас безопаснее, чем в любом другом месте, где все решает конверт. Так вот: и мы все равно открываемся! Мы все равно работаем!
Потому что нас ждут люди. Нас просят. Можно смело расценивать нас как общероссийский катализатор. Где нас нет – там уровень коррупции бешеный. Где был слух, что мы будем, но нас там не стало, – там сидит наглый государственный вор.
Взятка – это тоже причина дороготни товаров в большинстве случаев. Одна из причин. А куда это все закладывается? Конечно, в расходы, не в прибыль же, верно?
От кого: Альберт Иванов < [email protected] >
Кому: gorkiy alexander < [email protected] >
Тема: re[3]: О планах
Слушай – я согласен насчет взяток целиком и полностью, но стремление попасть в книгу «Переписка скупердяев» меня весьма и весьма тревожит. Как и твое отсутствие в баре, где ты не показывался с того момента, как вышел на новую работу. Если у тебя поют романсы твои финансы – мы с парнями тебя угостим, ты, главное, появись. Мы там каждую пятницу, как обычно.
От кого: gorkiy alexander < [email protected] >
Кому: Альберт Иванов < [email protected] >
Тема: re[4]: О планах
Честно говоря, у нас не так много шансов, как ты себе вообразил. Это мировой холдинг, и экономия – главное кредо каждого филиала. Сотни, тысячи, миллионы людей ведут простой и понятный образ жизни, без излишеств и недостойных поступков, ставя во главу угла простые человеческие ценности, высшие из которых – семья и уют. Именно эту мысль доносят до наших покупателей и наши товары, но мы и наше поведение должны этому соответствовать в первую очередь.
Так что книга нашего корпоративного духа – как бы ты ее ни называл – «Книга рекордов скупого Олафа» или «Переписка скупердяев», – это не такой уж простой и доступный барьер. На самом деле она будет называться просто: «ИДЕАС. Корпоративный дух».
От кого: Альберт Иванов < [email protected] >
Кому: gorkiy alexander < [email protected] >
Тема: У меня тоже новость
Я был в Египте. Познакомился в клубе с парнем, танцующим, а точнее будет сказать, двигающимся по сцене на концертах группы «Пикник». Он там глотает огонь и вообще показывает всякие такие интересные штуки. Пригласил его на море. У него был перерыв в концертах. Прикольный человек – давно таких не встречал. Все-таки музыка накладывает отпечаток на мировоззрение людей. У Шклярского и тексты еще такие… необычные. Отдохнули хорошо. Увлекся дайвингом. Это что-то…
Я ему рассказывал о тебе и твоей работе. Это его сильно заинтересовало. Скажи, а в своей квартире ты уже навел дизайн по-скандинавски? Может, пригласишь нас на экскурсию?
Как твои успехи с попаданием в историческую книгу рекордов? Удается?
От кого: gorkiy alexander < [email protected] >
Кому: Альберт Иванов < [email protected] >
Тема: re[1]: У меня тоже новость
У нас осталось две недели. Говорю «у нас», потому что задумали вдвоем с компаньоном одну беспроигрышную, на наш взгляд, концепцию поездки. Компаньон тоже человек творческий – раньше работал декоратором в театре, специализировался на исторических костюмах… Ладно, не буду выдавать планы заранее, боюсь сглазить. Осталось немного.
Вокруг подготовки книги внутри холдинга такой ажиотаж! Представляю, что будет, когда она выйдет в свет, в том числе у нас в стране. Это будет новое слово в воспитании бизнесменов. Наверняка дело дойдет до телевидения и новостных репортажей.
И если все будет о’кей – мы там тоже будем!!!!!!!
От кого: gorkiy alexander < [email protected] >
Кому: Альберт Иванов < [email protected] >
Тема: Мебель
Кстати, по поводу мебели.
Тут нужно осознать свою решимость.
Готов ли ты начать жизнь с чистого листа.
Несмотря на то что она не является дорогой и рассчитана на весьма простых людей, тяжело купить сразу большое количество. Ну, чтобы заставить всю комнату одним махом. А со старыми советскими динозаврами мебельного цеха ничто человеческое смотреться по-человечески не будет. Я бы пожил в пустоте. Например, кровать и тумбочка. Какое-то время…
Но ты же знаешь мою маму! Выбросить что-то из квартиры для нее трагедия. «Эту стенку купила бабушка в кредит, этот комод достался нам от покойной тети Степаниды…» – и так далее. Не хочется с ней скандалить.
Я, конечно, навел у себя в комнате кое-какой дизайн, с помощью полочек, стеллажика и света, – но на экскурсию это не катит. Но в гости заходите. Мы с Вадиком расскажем о своей поездке, вы с приятелем – о своих подводных приключениях.
От кого: Альберт Иванов < [email protected] >
Кому: gorkiy alexander < [email protected] >
Тема: re[1]: Мебель
Ладно – договорились. Зайдем. Пиши, приглашай.
От кого: Альберт Иванов < [email protected] >
Кому: gorkiy alexander < [email protected] >
Тема: re[1]: Мебель
Привет, как дела. Что-то прошел месяц – от тебя нет новостей. И нового твоего телефона у меня нет служебного. У вас там есть, кстати, служебные телефоны? По крайней мере старый твой тоже не отвечает, я тебе на него звонил несколько раз.
От кого: gorkiy alexander < [email protected] >
Кому: Альберт Иванов < [email protected] >
Тема: П…дец
Мы забываем песни, на которых выросли. А ведь в них наша сила и наша мудрость. Поколение, идущее следом, не выросло на этих песнях, поколение, шедшее перед нами, – с ними тоже не знакомо. В этих песнях наше знание. Почему мы не собираемся вместе и не поем их?
Про козлов? Сегодня мне хочется не просто спеть ее. Мне хочется написать продолжение. Вторую серию, сиквел. Потому как с годами количество козлов не уменьшается. И быков с козлиными мозгами тоже.
Примерно так:
На сцене в кровавой бане, с песней Лещенко на устах,
В парике, как у Маркиза де Сада, с огнем в голубых глазах….
Думая, что вокруг вдохновенье, что нет священней земли,
И тут с кольцом вместо носа, вокруг появились они…
Быки! Быки!
Если мы чуть-чуть не такие,
не стоит нас принимать в штыки!
Чтоб вы сдохли уже к рассвету,
Быки!
Может, в этой убогой деревне вас доили жесткой рукой?
Может, кто-то еще в колыбели вас погладил прыщавой ногой?
Может, в юной зеленой травке рос колючий чертополох,
И с тех пор ты не знаешь точно, почему,
кто другой – тот плох.
Быки! Быки!
Если мы чуть-чуть не такие,
не стоит нас принимать в штыки!
Чтоб вы сдохли уже к рассвету,
Быки!
Написать на спине «Чикаго», а на пальцах высинить «зло»,
Если есть на трусах лейбл «Буффало»,
значит, точно тебе свезло.
В баскетболе не шарят в стаде,
здесь не шарят в любой игре.
Лучше просто ударить сзади, стать Сталлоне в своей дыре.
Быки! Быки!
Если мы чуть-чуть не такие,
не стоит нас принимать в штыки!
Чтоб вы сдохли уже к рассвету,
Быки!
Прости, может, где-то слишком примитивно и не соблюден размер, зато от души, веришь?
От кого: Альберт Иванов < [email protected] >
Кому: gorkiy alexander < [email protected] >
Тема: re[1]: П…дец
Ты о чем, Санчоус? Конечно, помню эту песню. Точнее, прочитал твою и вспомнил. Даже купил диск mp3 с песнями Гребня. Ты мне разбередил память о школьных годках. Но у тебя все нормально? Ты в какое-то подозрительное творчество ударился. План по завоеванию мировой славы удался?
От кого: gorkiy alexander < [email protected] >
Кому: Альберт Иванов < [email protected] >
Тема: re[2]: П…дец
Я в шоке.
Долго не писал, потому что находился дома в жуткой депрессии.
Мы ехали в командировку в Воронеж. Решили для экономической подоплеки мотнуться туда на «собаках». Три электрички, если не будут высаживать. Ну, как в былые времена.
Как ты уже понял, подобный поступок для нашей компании не является событием из ряда вон выходящим, особенно в мировом масштабе. Поэтому Вадик придумал беспроигрышную фишку, как нам тогда казалось…
Он использовал свои давние связи и достал нам два костюма. Исторических театральных костюма, причем норвежских. То ли из спектакля по Ибсену они там остались, то ли – словом, не помню… но сшиты они были очень давно.
Они состояли из панталон до колена, льняной рубашки, плотной жилетки с несколькими рядами пуговиц и верхней куртки. У него ярко-красного, а у меня ярко-желтого цвета. Также еще полагались шерстяные носки-гольфы до колена, но они куда-то исчезли. Вполне возможно, перекочевали в другой спектакль, так как гетры вещь универсальная. Мы не хотели проиграть из-за мелочей и потом кусать себе локти. Я попросил маму, и она связала нам две пары. Мне в красно-желтую полоску, а Вадику в красно-черную. Да, совсем забыл, на голове у нас были шляпы-котелки. Можешь себе представить, как мы выглядели…
Согласись, разумный расчет в этом был – фотосессия в российских электричках в национальных норвежских костюмах имела серьезные шансы на успех и на попадание в книгу.
Одного мы не учли. Того, о чем писал я тебе в последнем письме.
Ясно, что мы привлекали внимание, кто-то крутил пальцем у виска и все такое… Мы к этому были готовы и особо не обращали внимания. Когда отъехали от Москвы и пересели во вторую электричку, мир вокруг нас изменился. Он стал совсем другим. Наполненный исчадиями ада, упырями, быками, дебилами, козлами. Через три часа мы поняли, что сделали ошибку.
К нам подсел сначала один даун в куртке с надписью «Чикаго» и десять минут таращил на нас глаза. Он смотрел на нас так, словно мы были рыбы в аквариуме и не могли ни разговаривать, ни возражать, словно мы и созданы для того, чтобы на нас пялиться.
Он смотрел и приговаривал только два слова: «Я ох…ваю!» Выговорил их, наверное, раз десять. Нам бы надо было бежать, выпрыгивать из электрички, потому как было понятно, что ничего хорошего нас не ждет. Но какая-то дурацкая гордость мешала. Мы сидели и делали вид, что ничего не происходит, и не обращали на него внимания.
Подошли еще двое, один в грязном спортивном костюме, а другой – здоровый, как баскетболист Шакил Онил, – в ватнике. Они стали к нам цепляться, ну, помнишь, наверное, все эти вопросы «вы что, пидоры?» и тому подобное… Затем нас решили выкинуть из электрички. Потащили Вадика в тамбур, там здоровый его ударил по лицу, а со мной сидел один упырь, наступив мне на ногу, и рычал: «Сиди тихо… не рыпайся…»
Мы были просто парализованы страхом и этой наглой грубой силой. Представляешь, даже не пытались драться или защищать друг друга. Нас бы тогда просто изуродовали. Никто не обращал внимания на это безобразие, все были такими же ублюдками, только в возрасте и молча переходили в другой вагон.
В итоге Вадик стал пищать про то, что мы артисты, опоздали на поезд, вполне возможно, он спас жизнь и себе и мне.
Закончилось все равно ужасно. Нас высадили на какой-то станции, чуть ли не в лесах. И пинками повели через огромное поле. Если бы нас убили и закопали, никто никогда бы нас не нашел. Шел дождь, и поле было свежевспаханным. Наши костюмы выглядели не очень хорошо: Вадик падал, я помогал ему подняться. Кажется, у него началась истерика. Не могу сказать, что сам был адекватен.
Нам сказали, что нас отпустят, если завтра мы выступим на свадьбе. Был уже вечер, нас заперли на ночь в бане, и мы были рады только тому, что, скорее всего, останемся живы.
Эти свиньи не боялись никакой уголовной ответственности. Им казалось, что это шутка, за которую нельзя наказывать. Хотя у нас в стране за это полагается тюрьма. За насильственную эксплуатацию человека, за содержание его взаперти, за временное лишение свободы.
Но не удивлюсь, если московские законы не действуют в других областях. Потому как эти люди явно были с другого конца света. И самое страшное – их уверенность в своей правоте и безнаказанности.
Вадик потерял по дороге свой котелок, и с утра нас погнали в поле искать его среди грязи и луж.
Свадьба начиналась, слава богу, в два, и мы упросили выпустить нас в начале.
Самым серьезным унижением было придумывать номер. Мы реально чуть не сошли с ума… Перебрали все песни, которые знаем. Танцевать было глупо вдвойне. Вадик совершенно не любил в свое время рок и практически не знал песен из нашего детства. Оказалось, что более-менее сносно мы оба знаем только одну песню – ее пели Кузьмин и Пугачева в период расцвета своих романтических отношений. «Две звезды»…
Ублюдки были в восторге. С нами фотографировались все по очереди, начиная с невесты и заканчивая какими-то беззубыми старухами, которые опьянели на 45-й секунде застолья.
Нас проводили улюлюканьем, дали каких-то пирожков в дорогу. На обратном пути Вадик снова плакал, а я скрежетал зубами.
Знаешь, чем я занимался прошлую неделю? Я узнавал у разных бандитов, во сколько обернется мне возвращение в эту деревню, чтобы на моих глазах их отпинали до потери сознания. Самое страшное – это желание мести отняло у меня больше сил, чем само унижение. Разговоры с какими-то людьми, ответы на вопросы «что произошло?» и так далее. В итоге и в Москве я вынужден был переживать эту историю снова и снова. И хоть рассказывал все очень завуалированно, все равно выглядел полным идиотом. Двое парней не смогли оказать никакого сопротивления троим сельским трактористам. На меня смотрели как на насекомое…
Теперь я решил поскорее забыть эту историю.
На работе мы ничего не сказали. Заведующий постановочной частью в театре оказался свиньей и заломил за испорченные костюмы такую цену…
Больше я решил не ездить в командировки. У меня прямо какой-то страх перед вокзалами. Если на моей работе это окажется невозможно, вполне вероятно, я даже уволюсь.
От кого: gorkiy alexander < [email protected] >
Кому: Альберт Иванов < [email protected] >
Тема: Кстати
Вы еще собираетесь в клубе по пятницам?
ЗАПИСКИ ЭЙЧАРА-ВРЕДИТЕЛЯ
1Особенно приятно вспоминать день, когда я впервые появилась в этой компании. Когда я заключила с моим милым и возлюбленным священный союз, суливший мне серьезные барыши.
На собеседовании женщина должна производить яркое впечатление. Женщина всегда должна оставлять за собой шлейф ярко-красного излучения. Но это не значит, что надо напяливать на работу красные кожаные сапоги или красную блузку с красным же ремнем. Упаси боже! Красные сапоги, по мне, – так это чуть ли не главный признак поразившего нацию дурновкусия.
Наоборот, пусть деловой костюм в полоску нежно обнимет вашу фигуру, пусть волосы будут убраны строго и просто, не мешая никому любоваться вашим лицом, не измученным солярием, но свежим. Пусть из красного на вас будет только помада, но, если будете себя правильно держать, вы оставите впечатление необходимого красного оттенка.
Чтобы сохранять себя в форме – мало ходить в спортзал. Мужчин нужно покорять логикой. Умением мыслить четко, ясно и последовательно. И говорить свои мысли вслух. Тогда они потянутся за вами, как крысы за дудочкой сказочного персонажа.
Идя на собеседование, я была очень уверена в себе.
И у меня была очень четкая цель в тот день.
2Главное – уметь оправдать свои амбиции простыми математическими раскладами. Это обезоруживает. Особенно из уст красивой молодой, яркой женщины.
Все очень просто. Вы объясняете примерно так.
Я работала вторым человеком в отделе кадров компании, где трудится 860 человек. Треть моего персонального вклада, а треть – это, конечно, минимум (здесь можно мысленно подмигнуть вашему главному собеседнику) – в управлении процессами приходится на почти три сотни сотрудников. Поэтому я считаю, что смогу управлять коллективом с таким количеством людей самостоятельно. У вас сколько сотрудников? Двести восемьдесят? Вот ведь какое приятное совпадение.
Еще какие пожелания? Хочется работать в преимущественно мужском коллективе. Такие коллективы способны развиваться динамичнее и, как правило, обладают более серьезным потенциалом. На предыдущем месте восемьдесят процентов составляли женщины. А у вас какая пропорция? Прямо противоположная? Отлично! С мужчинами мне работать интереснее.
Скромно опускаю глазки в пол и вешаю небольшую паузу в разговоре. Пусть думают, что мне неловко и мной легко манипулировать. Да! И еще пусть думают, что я чертовски милая… Вот бы еще покраснеть щечками.
Директор радостно то ли хихикает, то ли хрюкает. Нет, я не замужем. Пока не собираюсь.
А потом еще смешнее: они спрашивали меня о миссии. Спрашивать меня о миссии компании! Смех. Как я к ней отношусь. Знаю ли я ее вообще. Дебилы, ей-богу! Миссии всех подобных контор делятся на два подвида:
1. Как заработать побольше бабла для акционеров.
2. Как не обосраться при этом с сервисом до такой степени, что акционерам будет явно мало бабла.
Но они, конечно же, гонят про другое. Телеги про уровень сервиса, превышающий уровень ожидания своих потребителей, лепили 75 процентов фирм.
Кого они хотят этим удивить?
Я рассказала им об универсальной миссии. Которая должна касаться и вовлекать все отделы и подразделения. О технологии ее выработки. О том, как задействовать при этом все службы до единой. Чтобы каждая потом представляла, как она может и как должна влиять на миссию фирмы.
Суть миссии не в том, чтобы ее придумал один человек, а выучили все остальные. Суть как раз в совместном процессе ее формулирования.
Я так и думала. Эти мутанты из теории менеджмента знают немногое.
1. Что такое цели SMART – мало кто способен перевести аббревиатуру, но многие из них пытались и даже определяли цели согласно SMART, напирая на то, что «там должна быть конечная дата». Ну ладно – хоть на этом. Букву «R» в этом слове как «релевантность» переведут считанные вундеркинды «горе-смартисты».
2. А! Еще все знают, что такое «SWOT-анализ», хотя никто его, как правило, не делал – потому что долго очень.
Набор этих знаний плюс двухгодичные курсы за кучу бабок позволяют им считать себя сведущими в бизнесе и очень образованными людьми.
Ну, я им вывезла. Про PDD-диалог. Performance Development Dialog.
Они радостно закивали и захрюкали, услышав слово «перформанс» – опять же знакомое. Никто и здесь не подозревал, как оно переводится именно в этой связке слов, но все равно: в глубине души – наше, почти родное понятие.
Оценка персонала по целям, которые они ставят себе сами, согласовывая их с руководством. Ежеквартальная оценка этапов достижения этих целей, перечисление конкретных дел и мероприятий, способствующих решению всех необходимых промежуточных задач. И все это в понятном разжеванном виде на сайте компании, с возможностью доступа каждого руководителя. С картинками и фотографиями сотрудников. Все просто и гениально в своей простоте.
Они сделали удивленные рожи и спросили меня, «за сколько времени можно провести такой процесс в холдинге». За сколько времени я откорректирую их миссию. Бред. Полный бред.
То, что они получат спустя четыре месяца после начала моей работы, не будет являться их настоящей миссией. Их настоящая миссия в другом. Сдохнуть через два года. Но сейчас они ничего не знают об этом. Для этого я и пришла сюда, господа. Чтобы вы сдохли.
Не лично вы, нет. Я ничего не имею против вас, ваших детей, супругов, любовниц и бабушек. Нет. Многие из вас найдут себе работу получше. Через два года сдохнет ваш холдинг. Это мне надо. И я это сделаю! Это моя миссия. И она целиком совпадает с вашей.
3Никогда не ссорьтесь с лучшими. Не ссорьтесь с лидерами. Хвалите их изо всех сил. Причем не только в глаза – это и дураку понятно. Хвалите их за глаза. Везде и всюду. Только не в кабинете директора.
Хвалите на всех встречах, где присутствуют директора других структур, акционеры, имеющие кучу параллельных бизнесов, на семинарах и конференциях, где присутствуют ваши коллеги из других отраслей. Из отраслей, где больше бюджеты и выше зарплаты.
Хвалите их изо всех сил – и их купят. Очень быстро.
Употребляйте выражения типа: «конечно, тяжело им делать одну и ту же работу из года в год», «гении должны развиваться и осваивать новые горизонты», «их терпение и умение находить все новые и новые детали в привычной рутине просто удивительны».
Их купят. А ваш авторитет станет крепче. Им на смену вы наберете людей сами. Когда из двадцати руководителей первого и среднего звена вы примете на работу двенадцать – смерти этому холдингу не избежать.
Да! И не забывайте раздувать огонь среди вечно обиженных мира сего. Те, кто проработал три года и не продвинулся по службе, – ваши стопроцентные соратники. Они готовы возненавидеть всех и вся, а уж тем более этих успешных счастливчиков-карьеристов. Они подуют им в спину лучше всякого попутного ветра. Расскажите им, что «кое-кто здесь катается как сыр в масле», «таких успехов не добиваются просто так» и «сами знаете, кому везет». Сделайте их своими соратниками и осведомителями.
Если ваш шеф и предыдущая идиотка не знают одного простого правила: людей, проработавших три года и не получивших пост (повышение и индексации заработных плат не играют здесь никакой роли), надо выгонять, – то вы не станете рассказывать им об этом.
Хи-хи!
Вызывайте их к себе на беседу. Удивляйтесь вместе с ними несправедливости всех последних назначений. Они будут в восторге от вас. Они знают всех и говорят со всеми. Они сметут с лица земли тех, кто над ними.
Как правило, это работники бухгалтерии.
Скоро здесь воцарится такая атмосфера, что лучшие сами захотят, чтобы их купили, – и тогда их купят.
4Там, в далекой чешской деревне, я заведу себе трактор. Я буду обязательно заниматься сельским хозяйством, и у меня будет свой трактор. Это мечта из моих детских каникул в деревне. Тогда всем дали поуправлять трактором, а мне – нет. Потому что – девчонка. Теперь я в состоянии исполнить все мечты своего детства, даже самые пустячные.
Я – уже давно машина по достижению цели.
Пусть тупицы скупают квартиры в Праге и ее окрестностях. Я куплю дом в самой глухой провинции Чехии. Там, где горы и пока еще совсем смешные цены. Я много ездила по этим местам и оставила там свое сердце. Все ходят в церковь по воскресеньям с детишками и стариками родителями. Там я буду растить сына. (Блин, как же я сентиментальна в этом дневнике!) Вокруг моего дома будет много земли. Моей собственной. Дом ведь еще не самое главное – важно, чтобы вокруг было много земли…
Деньгами он меня обеспечит. После того, что я сотворю с этим псевдолидером рынка. Лопну этот мыльный пузырь. Сотру с лица земли. Он меня обеспечит. Не только потому, что я уничтожу его конкурентов, но и потому, что у меня будет его ребенок.
5Тема с трактором уже, кстати, частично реализована. У нас по территории завода ездит трактор для уборки. Управляет им Федя. Здоровый мужик. Немного «отстающий в развитии». Федя получает полторы ставки. За водителя и за механика трактора.
К людям из офиса он обращается обычно с незатейливыми просьбами, крича им издалека: «Эй, офисный, дай часы поносить, я через месяц отдам!» или «Эй, офисный, а тот синий пиджак в полоску, он тебе уже не нужен?» Федя считает людей из офиса богатыми людьми.
Я подарила ему сумку от ноутбука, и Федор неделю после семи часов вечера обучал меня езде на тракторе. Обо мне пошли некоторые слухи, но большинство сошлось на том, что меня все-таки интересует трактор. Хотя этот факт тоже не укладывался в их головах.
Позавчера я позвонила знакомому, и он мне нарисовал права на этот вид транспорта. Категория «С». Правда, я не уверена, что данная категория ликвидна в Европе.
На следующей неделе поеду на бизнес-ланч в кафешку на тракторе. Надо дать повод для разговоров всей этой шушере.
Вот было бы здорово найти водителя с фамилией Харон. Чтобы придать метафорическую завершенность тому процессу, который я здесь кропотливо выстраиваю.
6Еще одна важная глава в описании распада.
Корпоративы – частые и беспощадные – это то, что сметет с лица земли любую фирму.
Во время этих праздников устанавливается такое равенство и панибратство, что директорам начинает казаться, будто руководителем отдела может стать любой. Почему нет?
Директор будет удивлен такому количеству праздников. Ему будет жалко денег. Да им всегда их жалко. Я помню, на каком-то важнейшем собрании, решавшем судьбы основных клиентов, директор выпал чуть ли не на полчаса после того, как офис-менеджер положила ему на стол бумажку на подпись. Он шептал, спрятав лицо от окружающих мясистой ладонью: «Я не уверен, что это надо, Галочка!» – «Но девочки просят, Юрий Викторович… Хотя бы на втором этаже в бухгалтерии…» Речь шла всего лишь о размещении жидкого мыла в туалетах. А в холдинге, целиком занимающем большое трехэтажное здание, работали под тысячу человек. Каких бы оборотов ни достигал их бизнес, по духу все эти начальники остаются директорами чепэшных ларьков и руководителями комсомольских ячеек.
Но на праздники у них вы деньги выбьете.
Нужно подготовить бюджетные варианты. Всегда есть санатории, которые расположены дальше и стоят дешевле. Главное, чтобы люди встречались после работы. У вас всегда будут соратники в этом процессе. Если отмечали день рождения одного зама, как не отметить трех других? Как обидеть главбуха?
Это принесет на работу новые сексуальные связи и межличностные отношения, это создаст нужные временные проблемы в семьях.
Этот холдинг должен сдохнуть. Благодаря вашей кропотливой работе.
7Берите на работу злых людей. Побольше. Если на вопрос «что вам не нравилось на предыдущем месте работы?», у человека не загораются глаза и щеки не полыхают боевым румянцем – это не ваш клиент.
С добрыми можно долго на плаву барахтаться. Отсеивать их жестко. С формулировками «мягкотелость», «слабохарактерность», «стрессо– и стреммонеустойчивость».[1]
Под предлогом омоложения состава берите на работу побольше детей и племянников по рекомендациям и просьбам руководителей всех рангов. Идите сами к ним с вопросом «а нет ли у вас кого на примете?». Берите всех, как милых и подающих большие надежды студентов. Они быстро станут балластом, который можно разыгрывать как сильную козырную карту.
Своих детей боссы увозят по британским школам. А далекую родню они не видят. Но в целом не прочь поучаствовать в ее судьбе. Таким простым способом. По предложению эйчара совершить небольшую «отмазу» перед своей совестью.
Ко мне влетает разгневанный директор по развитию регионов. В его регионах все больше и больше таких людей. Он что-то кричит с порога и машет руками. Просто Лопахин в пьесе «Вишневый сад». А! Понятно. Это все по поводу очередного дальнего родственника сильных мира сего. Кажется, новый парень меня не подвел!
«Не смог слить креатив с флэшки! Четыре дня этот идиот не брал трубку, сотовый, который ему оплачивает компания… и тут мне приходит эта смс-ка… Я ему направил график переговоров с крупнейшими операторами рынка на Урале еще в понедельник. Послал неделю назад. И он мне пишет смс-ку: „Не смог слить креатив с флэшки!“ Мне пох… чей он сын или племянник, за план отвечаю – я. В нашей компании за план отвечаю – я! Это вы его набирали?»
Конечно, тот директор быстро остыл и через два месяца уволился. Этот – последний из могикан. Наверное, брал с каких-либо «операторов рынка» откаты за какой-нибудь бонус с размытыми условиями… за «глубину дистрибуции», например… Поэтому и торчал здесь до последнего…
Прикольным было то, что он чуть ли не единственный попытался меня в чем-то обвинить. Меня, полтора года кропотливо и ежедневно организовывавшую этот слив. Хоть кто-то заметил мою работу… Несправедливость судьбы эйчара заключается в том, что каких бы клоунов ты ни собрала вместе – никто не задается простым и логичным вопросом: «А как вышло, что все они оказались под одним куполом?» Никто!
8Настоящей находкой стали праздники 23 февраля и 8 Марта. Именно на них и завертелась настоящая сценическая война между отделом продаж и маркетинга.
По моей идее, на День защитника все готовили номера, и дернул же черт руководителя отдела маркетинга сыграть в Пашу Волю из «Камеди» и смело пройтись в своих шутках по отделу продаж. Несколько сальных (как и положено) шуток про то, что в этот отдел берут тех, «кто перед клиентами в сауне музыкально шарами трясет», и «про образование банщика, которое необходимо», про то, что «продажи можно взорвать, если взять в отдел опытного массажиста и доверить ему самый проблемный регион», и прочая ерунда.
Директор по продажам лишился покоя, нервно играл скулами. У его отдела была заготовлена безобидная песня из «Ивана Васильевича» «Маруся над планом слезы льет» про девушку-менеджера, а тут такой наезд!
Все время до женского дня шла подготовка мести. Теперь уже Пашей Волей выступил продажник.
Все менеджеры отдела продаж тащили на стол руководителю «жесткий обоср маркетинга в художественной форме». По своей грандиозности подготовка вряд ли уступала организации съемок крушения «Титаника».
Именно художественная форма в итоге и подкачала, так как, поднабравшись, директор по продажам скатился с прозрачных намеков на прямые обвинения… И закончилось все шуткой: «У вас из кармана что-то выпало, уважаемый маркетолог… пачка какая-то… а – это же вчера фирменные стенды на склад приехали».
Ситуацию осложняло то, что на празднике были учредители из Турции, люди веселые и почти не говорящие по-русски, но даже они почувствовали нехороший нерв праздника и предложили всем выпить на мировую.
Наших же директоров-идиотов надо было видеть. Насупились, нахохлились, покраснели лицами. Холодная война отделов – не иначе. Интересно, в других компаниях так же легко посрать «продажи» и «маркетинг»?
Снисходительно улыбающийся продажник, умывший конкурента, уже было согласился на брудершафт под натиском начальства, но маркетолог был упрям и несговорчив.
Закончилось все настоящим скандалом с увольнениями – не зря же я старалась на ниве организации. Для продолжения праздника в три ночи двух особо проворных манагеров послали докупать алкоголь. Все припасенные ящики были выпиты, ибо в голову уже ударяла весенняя лихорадка женского праздника. Все вокруг спаривалось и дышало интенсивно, как при оргазме.
Два смышленых бойца из отдела продаж, не впечатлившись ассортиментом и ценами расположенного близ пансионата магазина, проделали двухкилометровый путь по тихим ночным тропам и вышли к Щелковской трассе. Вдоль нее стояли ларьки и в каждом – коньяк «Хеннесси» по 600 рублей. Это после полутора-двух тысяч в привычной городской среде! Да еще «Хеннесси» VSOP!!!
Проведя успешные переговоры, разузнав, сколько всего «Хеннесси» в трех ларьках, какие будут скидки в случае оптовой закупки, и выкупив всю партию из 11 бутылок по 520 рублей, рассчитавшись выданными турецкими соучредителями долларами, они, довольные собой, внесли эту чачу в пансионат.
Надо ли описывать все события, происходившие после массовой дегустации напитка! Каждый запомнит эту ночь навсегда.
Вернемся к нашим главным героям.
Уснувший на столе в тревожном беспамятстве доктор продажных наук – он словно потянулся через край за чьей-то юбкой да так и остался лежать – попал в зону видимости почти такому же пьяному корифею маркетинга. Хотя, может, он был и не такой уж пьяный и следил за ним специально весь вечер – кто знает этих исследователей рынка в дорогущих прямоугольных очках с толстой черной оправой.
Факт тот, что, когда продажник был найден, его задница стала мишенью. Причем на этот раз отнюдь не для шуток. Со стены был снят дартс, точнее, дротики – комплект из трех штук с синим, красным и зеленым оперением.
Сильно удаляться от новой мишени маркетолог не стал, видимо, не собирался добиваться серьезных спортивных достижений. Хотя для чистоты эксперимента любовно нарисовал на брюках у спящего два круга канцелярским клеем. С трех шагов он остервенело запускал дротики в благодушно оставленную без присмотра задницу продажника, и каждый бросок сопровождался вскрикиванием крепко спящего пьяного, но страдающего организма.
После трех серий, когда зеленый дротик наконец-то не отскочил, а по всем правилам дартса остался торчать в мишени, раздался серьезный вопль, привлекший внимание коллег, танцующих под громкую музыку на веранде неподалеку.
Словом, все завершилось логично – согласно главной драматической линии сюжета.
Маркетолог, не столько из-за угрызений совести, а скорее из опасений быть попросту зарезанным как свинья на ближайшем корпоративе, благополучно сгинул на большую зарплату в место иное.
Скатертью дорога. Чем больше у меня работы по подбору персонала, тем серьезнее будет ваша команда, елки-палки дед на палке!
Ну вот – откуда-то палка вылезла: тяжело две недели без секса. Запарил он меня своими командировками. Так ведь можно и сорваться…
9Когда я подъехала к ресторану на тракторе в дорогом костюме – пиджак с юбкой до колена – синего цвета, не очень сочетающемся с оранжевой покраской кузова, – полуразвитые менеджеры закрутили головами и облились входящим в бизнес-ланч борщом. Все обедавшие в это время мои коллеги подскочили к окнам. Но я говорила им, что в скором времени собираюсь серьезно заняться сельским хозяйством, поэтому готовлю себя к этому большому и светлому сельскохозяйственному будущему.
Это, похоже, единственное, в чем я не вру людям из этой конторы-мертвеца. Ну что же – человек осваивает свое будущее хобби, имеет, кстати, права и доверенность на использование служебного транспорта.
Немного распоясался Федор в последнее время. Слухи про его шизофренические наклонности явно не беспочвенны. Может, еще сказывается приближение весны. На прошлой неделе вечером он, стоя с лопатой у свежего сугроба, кричал идущим к проходной: «Офисные! А я вашу начальницу каждый вечер имею!
Слышите, офисные? Вот так вот: раз! Раз! Раз-два! Раз-два! Эй, офисные! Дайте часы поносить!»
Иногда его просьбы менялись на «дайте пиджак поносить, есть у кого старый?» или на «вы какой коньяк пили вчера на юбилее? Курвасье? А людям оставили, а, офисные?» Но, судя по тому, что именно часы оставались наиболее востребованными в его громогласных обращениях, – все остальное, так или иначе, перепадало ему от добрых сослуживцев.
А вчера вечером, когда я зашла к нему в подсобку, он вообще стоял там и ждал меня в одних кирзовых сапогах – то есть голый буквально. Этот снаряд между ног надо было видеть. Если у Федора сломается какой-нибудь ломовой инструмент, ему будет чем его заменить, не дожидаясь корпоративной закупки. А может, у всех слабоумных такие приспособления?
10Последние страницы распада.
И все-таки хочется иногда немного садизма. Сейчас, когда агония фирмы близка как никогда, грешно не воспользоваться этой полной всеобщей ситуацией безответственности. Этой вакханалией умирающих в совместной оргии сотрудников.
Айтишники уже вовсю расклеивают по своим стенам порнолозунги, с Сети снят запрет на скачивание порнухи. Менеджеры отдела продаж бегают к мониторам друг друга, тыкая пальцами в экраны и гогоча как сношающиеся орангутанги. Звонки клиентов ходят от одного внутреннего номера к другому, безнадежно и ненастойчиво. «Идите на х…й» – у нас два часа «Контрстрайка» после обеда. Главный пидор в командировке затыкает собой в бане какую-то внеплановую щель в отгрузках. Когда же люди поймут, что они – дебилы, создающие идиотизм вокруг себя своими руками!
Все нормальные уже давно ушли. Я сделала из этого лидера рынка скопище скудоумных, но энергичных даунов. Ибо тихий дурак – это еще полбеды, но когда вам одного за другим приводят бодрых и энергичных идиотов…
Итак – небольшой садистский штришок напоследок.
Конкурс детского рисунка среди детей сотрудников – победителя-малыша ждет поездка с одним из родителей в американский Диснейленд. Раздали по коробке карандашей.
Видели эти преображенные ночным творчеством физиономии? Все как один ударились в живопись со своими вторыми половинами и младшими чадами.
Чтобы не было обиженных – ведь все рисунки настолько замечательны, – главный приз решили не присуждать. Естественно, обиделись – все. Если бы кого-нибудь послали за бугор – обида была бы другого рода: больше понятной простому человеческому сердцу зависти, меньше нескрываемой ненависти…
Ну да ладно, вы рисовали – вам дали за это карандаши, в чем проблема? В чем гимор, как говорят в вашем отделе по работе с претензиями?
Решилась-таки.
Переспать с Федором – хотя в этом случае так, наверное, и не скажешь. Скорее – прыгнуть под трактор. Дать себя пробороздить. Угодить под плуг. Какие еще в деревне есть выражения?
Это было что-то дикое совершенно. Сначала мне казалось, что меня пытаются разорвать пополам. Чувство страха, унижения, досады на то, что я пошла на это, – заставило меня верещать как на плахе. А я и побывала на плахе. Его гильотина и была из серии орудий пыток.
Когда я стала кричать: «Стоп!» и «Скотина!» – он приговаривал: «Кричи-кричи, мне так нравится…»
Сложно описать тот момент, когда я поняла, что кричу уже не от страха, а от бешеного наслаждения.
Хорошо, что повернулась к нему спиной. Не видела это чудовищное, лишенное любых индивидуальных черт лицо.
Ну и ну… Хорошо прокатились. В деревне о трактористах не зря слагают легенды…
Закончив, Федя хлопнул меня по спине и сказал:
– Вот так тебе, офисная…
11Вчера Федор наведался ко мне в кабинет. Подкараулил, когда никого на этаже не было. Стоял, дышал тяжело. В офисе он, конечно, не такой страшный… Правда, когда он внутри, офис становится плохо сконструированным сараем.
– Это что, – спрашивает, – факс?
– Нет, – отвечаю, – это ксерокс.
– Не люблю я эти понты…
– И я – понты?
– И ты – понты! Придешь сегодня, я из тебя эти понты буду выбивать!
– Ты что ж это, Федя, – спрашиваю, – уж не влюбился ли?
– Любить тебя офисные будут, а я тебя трахать буду! Зверь без клетки. Все мачо Голливуда отдыхают в сторонке. Тут бы и Мадонна в молодые годы не отважилась.
– А здесь, Федя, не продемонстрируешь свои пылкие намерения?
– Чего?
– Прямо здесь, в офисе, попробовать не хочешь?
– Нет, здесь я не могу. Мерзко здесь у вас. В офисах всегда деревьями мертвыми пахнет!
И через три часа – за которые я сорвала голос, кажется, на неделю – продолжает в своей будке:
– Устроилась бы куда на природе поработать. Да хоть на склад. Передохнула бы полгода. У вас же там в офисах облучение одно.
Вот это персонаж.
12Кризисное собрание.
Все руководители делают доклады на тему «Главные причины кризиса организации и пути выхода из него».
Мой доклад был признан лучшим. Я советовала компании быстрее меняться, следовать за моделью рынка, создать аналитическую группу и изменить всю структуру, брать молодежь, забыть былые заслуги, представить, что все начинается с нуля, и броситься с энергией заблуждения в дело получения бабла.
Конечно, против этого никто не возражал.
Где идеи? Где люди, способные оторваться от текучки и генерировать их. Поднять голову над процессом? По моему опыту подобные вопросы можно смело задавать в любой компании, и шеф начнет потирать потные ладони и ерзать на стуле, шепча про себя: «Да. Да-да-да. А действительно: где все это? Гд е все это? – я вас спрашиваю».
Мне было важно окунуть их в бурные перемены, поиграть перед смертью в игры «вход-выход для каждого отдела», «внутренние и внешние потребители», поискать «критерии эффективности», по которым их дела вдруг станут не так уж безнадежны.
Оторвать их от реальной жизни и работы. Дать напоследок увидеть перспективу и умереть. Чтобы в зрачках мертвой компании отражался путь, который нащупан, в который все верят, но по которому не успели вовремя ломануться.
Правда, со стороны – так прямо смерть великого путешественника в начале пути к великим открытиям. Афанасий Никитин и Колумб в одном лице.
Ну-ну. Давайте. Рисуйте на ватманах свои предсмертные наскальные узоры, пишите в десять-двенадцать рук свои эпитафии.
Вам же лень торговаться и втюхивать изо всех сил. Лень очень хорошо или, на худой конец, просто хорошо делать свою работу. Вы потеряли нюх и сноровку в этой главной своей составляющей труда. Продавец должен быть назойлив, как раненный в жопу бык на корриде.
А эти ходят и нудят по офису – озвучивают проблемы клиентов и это считают своей главной обязанностью. Вызывать всеобщее удивление тем фактом, что с нашими проблемами еще кто-то с нами работает.
Действительно. С вашими-то проблемами в квалификации – как?!
13Конец этой истории был потрясающим. До глубины моей души. До тех мест, где обида и смех превращаются в единое целое.
Компанию все-таки лишили годового бонуса. Все поувольнялись и всех поувольняли. Даже топов вышвырнули, хотя это и казалось им невероятным до последнего момента.
Пришедший новый молодой директор, повстречав меня в коридоре, пригласил зайти. Такой милый, бойкий такой, энергичный местами. Просто молоденький Уилл Тернер, возглавивший корабль с мертвецами.
– Я много хорошего слышал про вашу работу и ваш профессионализм, несмотря на то, что в целом у компании были нелегкие времена. Но это ведь не повод красить все одной черной краской, правда? Я бы хотел видеть вас в своей обновленной команде.
У меня внутри все тряслось от смеха. Почему во всех фирмах проверяют всех, кроме эйчаров? Неужели потому, что у нас нет бюджетов. Копейки на обучение и праздники не в счет. Что это по сравнению с отделом снабжения, закупок, левых бонусов продажников и рекламных откатов?
Меня берут в новую команду!
Ну уж нет! Мой договор с моим настоящим нанимателем истекает, и продлевать его я не собираюсь. На ваше счастье.
Мне стало жутко обидно из-за неоцененности моей работы. Неужели они думают, что она так мало значит?
А ничего, что это я пустила ко дну вашу преуспевающую некогда посудину? Кто-нибудь заедет ко мне в мой новый домик в Чехии и расспросит меня об этом? Вряд ли. Вряд ли кто-то доберется в мою глушь. Так я и останусь безвестным героем-подпольщиком.
Конечно, он сдержал свое слово. Этот красивый как дьявол француз, хозяин сразу семи направлений бизнеса (с разной учредительской долей), перекинувшего мостик из Франции в Россию. После моей успешной работы в течение двух лет это направление по доходности перешло с седьмого места на третье.
Я купила себе дом в деревне неподалеку от города, носящего имя хоккеиста из тихоновского ЦСКА. Команды, за которую болел мой отец, когда был жив. Все увлекались первой звездной пятеркой, а ему нравилась вторая.
Вот уже три года как я не имею возможности поздравить его с днем рождения. Поцеловать в щеку, прижаться к нему. Спросить совета по любому вопросу, даже про то, какие тряпки носят, на его взгляд, «достойные внимания женщины». Мне всегда нравились его рассуждения на эту тему.
Но не буду о грустном.
Не буду писать и название моей деревушки. Вдруг все это сохраняется где-то на общем диске и станет когда-нибудь достоянием общественности. Раскопает занудный и ушлый айтишник. И еще кто-то вознамерится меня искать.
Паранойя, конечно, но все же…
Буду играть роль Штирлица в юбке до конца.
14Теперь можно подумать и о ребенке.
Лучше иметь в качестве отца человека на удалении, но с демонической внешностью, породистого как самец-чемпион, нежели ту плотву, которая вьется возле меня в течение последних семи лет. Не было ни одного мужика российского происхождения, которого можно было бы поставить рядом, не надев предварительно бабушкины очки на минус четыре с половиной (в них можно только смело и беспробудно спать перед кухонной плитой и телевизором). Конец ознакомительного фрагмента. Купить полную версию книги. Примечания
1
Cтреммоустойчивость – устойчивость к большому количеству стремных проектов, смысл проведения которых не ясен, но сроки очень сжатые. Стрем – легкая разновидность стресса.
| 