«Россия! Что за чудное явление на позорище мира… Мысль останавливается, дух захватывает! Девятая часть всей обитаемой земли и чуть ли не девятая часть всего народонаселения. Пол-экватора, четверть меридиана!
Да, фантастические силы достигли до высшей степени, на какой они не стояли и не стоят нигде в Европе. Но они не значат еще ничего по сравнению с нравственными силами, с благоприятными обстоятельствами, в коих Россия находится к остальному миру… Не в наших ли руках политическая судьба Европы и, следовательно, мира, если только мы захотим решить ее? Русский государь теперь ближе Карла V и Наполеона к их мечте об универсальной империи».Михаил Петрович Погодин, русский историк, коллекционер, журналист, публицист, писатель-беллетрист, издатель; академик Петербургской академии наук по отделению русского языка и словесности, профессор Московского университета; тайный советник, выразитель николаевской самодержавности; с 1820-х годов отстаивал норманнскую теорию
У каждого государства – свой путь исторического развития. В чем-то схожий с другими государствами, в чем-то особенный. Своеобразность России и выражение русских феноменов в геополитике характеризуют различные явления в ее истории, к которым можно относиться по-разному, но не преуменьшать их роль в формировании русской национальной идентичности.
Основными моделями Русского государства в его истории были: Великое княжество, или «царство Московское и всея Руси» в XV–XVII веках (государство Ивана III); Российская империя в XVIII–XIX веках (государство Петра I); Союз Советских Социалистических Республик в ХХ веке (государство Владимира Ленина); Российская Федерация в XXI веке (государство Владимира Путина).
Сменяя друг друга, эти геополитические структуры последовательно обеспечивали развитие русского мира, представляя его в Киевской, Владимиро-Суздальской и Московской Руси, имперской, советской и постсоветской России.
«Ожидание чуда есть одна из слабостей русского народа».Николай Александрович Бердяев, русский религиозный и политический философ, представитель русского экзистенциализмa и персонализма, автор оригинальной концепции философии свободы и концепции «нового средневековья»
«Самый умный немец, когда начнет говорить о России, непременно окажется глупцом».Федор Иванович Тютчев, русский лирик, поэт-мыслитель, дипломат, консервативный публицист, тайный советник, член-корреспондент Петербургской академии наук
«Россия не вмещается в шляпу».Михаил Афанасьевич Булгаков, русский писатель, драматург, театральный режиссер и актер, автор романов, повестей и рассказов, множества фельетонов, пьес, инсценировок, киносценариев, оперных либретто
«Если России суждено возродиться, то только через евразийство».Лев Николаевич Гумилев, советский и российский ученый, писатель и переводчик, археолог, востоковед и географ, историк, этнолог, философ, сын известных поэтовНиколая Гумилева и Анны Ахматовой
Восприятие Россией себя в мире основано на базисной самоидентификации, включающей в себя разнообразные исторические, географические, ментальные, политико-экономические и другие составляющие, формирующие многосоставное понятие «русский феномен».
К феноменам русской державы можно отнести: ментальность, историю, науку, культуру, смыслы, символы, привлекательность и влиятельность, проживающие народы и личности, расселение и ассимиляцию выходцев из российской империи в различных регионах и странах мира, русское зарубежье, интеллигенцию, самозванчество, правдоискательство, донкихотство, казачество, старообрядчество, честь, бунт, русскую философскую школу, смутные времена, крепостничество, национальную политику, веротерпимость, православную миссию и религиозно-этническую идентичность, мессианскую идею.
Геополитика русской цивилизации является выражением синтеза энергии, объединенных огромными и разнообразными евразийскими просторами почти двухсот этносов. Божественно-космическая предназначенность России играет огромную роль в исторической судьбе народов мира и оберегает человечество от самоуничтожения.
Это, в частности, отчетливо и ярко контрастно представляется в сравнениях и сопоставлениях с другими гигантами мировой геополитической сцены.
Одной из идеологем Соединенных Штатов Америки является представление себя в качестве классического либерально-демократического образца, но это опровергается историческим срезом их традиционной авторитарно-демократической политики. В американских колониях крупнейшей в истории человечества сверхдержавы, обладавшей ими на всех обитаемых континентах Британской империи государственное вмешательство в экономику изначально считалось обычной практикой. В XVII веке она позволяла выживать обществу, имеющему ограниченные ресурсы. Но победившая американская революция это государственное регулирование утвердила.
Геополитическое пространство – это зона влияния субъекта геополитики, преследующего свои жизненно важные интересы. Оно, как правило, не совпадает с государственными границами конкретного субъекта геополитики, который распространяет на него свою реальную власть. В таком многомерном мультиструктурном временном пространстве земного шара противоборствуют геополитические субъекты, преследующие свои цели, касающиеся установления неформальной или формальной власти.
Укрепление российской государственности способствовало развитию теоретического и практического формирования евразийского пространства и геополитической доктрины Российской державы.
В Евразию входят части света Европа и Азия. Это самобытный материк, своеобразный континент, самостоятельное геополитическое пространство мира, самое масштабное как по территории, так и по числу населяющих ее народов и их национальных культур.
Суть Евразии как геополитической категории можно определить как сочетание географического пространства: с историей населяющих издревле его территорию народов; с процессом взаимного познания друг друга; с объединением в рамках общей исторической судьбы; с реализацией согласованной единой политической стратегии в рамках общей духовно-интеллектуальной среды.
Папа римский предпочел личную власть соборному устройству Церкви. Следствием духовного разделения стало размежевание политическое. В результате этого в Европе начался процесс формирования мононациональных королевств, в которых возникала идея отдельно взятой нации как опоры государства. Русь осталась приверженной византийскому принципу приоритета религиозной принадлежности над национальной. Это позволило сформировать великую русскую полиэтничную культуру и стало основой существования Российской империи в формате многонациональной державы. Единым геополитическим проектом России являются идеологические концепции «Москва – Третий Рим» и евразийство.
XX век принес России появление в ней двух новых идеологий: евразийства и коммунизма. Первая формировалась в ходе всей истории российской государственности, вторая возникла в ней почти случайно. Обе эти идеологии похожи на концепцию «Третьего Рима». Евразийское течение российской мысли со временем оформилось в оказавшийся актуальным и в начале XXI века геополитический проект. Евразийство – теоретические изыскания выдающихся аналитиков и исследователей, научные концепции и доктринальные решения в официальной политике государств.
Отличительной от других подобных ему направлений цивилизационного самоутверждения особенностью евразийства стало то, что оно учитывало взаимодействие различных этносов и конфессий в рамках единого пространства. Вопрос о возможности объединения православия и ислама в рамках единого геополитического проекта был решен мощным стратегически выверенным шагом в этом направлении, который сделала императрица Всероссийская Екатерина II Алексеевна Великая, правившая с 1762 по 1796 год. В научной среде преобладает мнение, что евразийцы стали наследниками мыслителей XIX века: Алексея Степановича Хомякова, Константина Николаевича Леонтьева, Николая Яковлевича Данилевского, Владимира Сергеевича Соловьева, Федора Михайловича Достоевского и Николая Васильевича Гоголя. Исследователи прослеживают взаимосвязь евразийцев с Филофеем, выстраивая ряд «Третий Рим» – славянофильство – евразийство.
Будущее России как государства связано с сохранением его самоидентификации, самобытной культуры и цивилизационной модели. Важнейший императив РФ в XXI веке – обеспечение ее геополитической безопасности, являющееся приоритетной задачей по отношению ко всем другим вопросам существования и развития этого государства.
Используемые другими государствами геополитические модели непригодны для РФ из-за ее уникального положения на земном шаре, особенностей географического и культурно-исторического ландшафта, традиции вовлеченности в решение глобальных проблем развития мира.
В настоящее время определение своего пути геополитического развития и оптимальных направлений реализации национальных интересов превращается для России в актуальную приоритетную задачу, решение которой предполагает: комплексную оценку геополитического положения РФ, глубокий анализ влияния геополитических факторов на систему ее национальной безопасности и перспективы развития данного государства, адекватность концептуальных подходов и стратегических решений в интересах его стабильного поступательного развития. Объединение стран Запада против России сопровождается нарастанием ухудшающих ее геополитическое положение военно-силового давления и угроз с их стороны.
Существенное влияние на внешнюю и внутреннюю политику государства, помимо объективных, оказывают и субъективные факторы. Именно последние на протяжении трех десятилетий, начиная с Михаила Горбачева, в корне ухудшили геополитическое положение России и поставили ее на грань выживания. Огромные геополитические потенциалы СССР и РФ были растрачены и задействованы против их национальных интересов. Президенты этих государств Михаил Сергеевич Горбачев и Борис Николаевич Ельцин провели наиболее коварную и предательскую политику за всю историю России. Их геополитическое предательство состояло в подмене многовековой геополитической практики собирания земель разрушением единого пространства, замене служения национальным интересам служением иностранным государствам и их интересам.
Геополитическое положение РФ – сложно структурированное явление, отражающее характер и особенности вовлечения России в систему глобальных пространственно-силовых отношений, ее способность влиять на развитие геополитической обстановки на планете, возможности реализации российских национальных интересов. Геополитическое положение РФ включает в себя ряд составляющих, важнейшими из которых являются: территориально-географическая, геоисторическая, геоэкономическая, геостратегическая. Эти компоненты формируются под воздействием геополитических факторов в процессах осознания потребностей развития общества и государства в России и определения ее национальных интересов.
Особое географическое положение РФ предопределило уникальность ее геополитического статуса. Как центральная часть Евразийского континента она является геополитическим мостом и посредником в отношениях между государствами Запада и Востока. Одновременное присутствие России в Европе и Азии влияет на содержание политических, экономических, военных и культурных процессов в этих регионах мира. Благодаря тому что Россия занимает огромную территорию, имеет выходы к морям и океанам, является международным транзитером, обладает системами космической, воздушной, морской навигации, она имеет уникальные возможности для активного и эффективного участия в международной интеграции и воздействия на глобальные процессы.
Однако использование имеющихся средств для освоения, удержания и использования пространства в интересах внутренней стабильности и безопасности значительно затрудняют большие размеры территории, многообразный характер соприкосновения с другими государствами и центрами международного влияния.
Особенности геополитической истории России и культурно-цивилизационные традиции суперэтноса определяют ее геоисторический компонент геополитического положения.
Вне зависимости от существовавшей формы правления и характера политического режима России особенностью ее геополитической истории является преемственность геополитического развития российской государственности. Во все времена и эпохи она опиралась на четыре взаимосвязанных базиса: централизованная и управляемая государством, обеспечивающая военную мощь плановая экономика; управляющая ею и опирающаяся на военную силу иерархическая авторитарная или тоталитарная политическая система и мессианская идеология; строительство империи, ограниченной лишь географией и мягким сопротивлением других народов, территориальной и политической экспансией; принципиальные оправдания российских политических режимов и всех их особенностей.
Увеличение периметра безопасности выявляло новые точки уязвимости, и это является стимулом дальнейшей территориальной и иной экспансии, являющейся отражением реактивной конфронтации с внешним миром.
Для России характерен активный тип геополитического поведения. Он проявляется в том, что, не дожидаясь благоприятных условий, она предпочитала инициативно действовать против своих соперников. Особенностями присущего на протяжении веков российскому государству стереотипа геополитической активности являются: преобладание в геополитической активности форсированных режимов, не оставляющих возможности для развития в нормальном режиме геополитического гомеостаза; изначально сложившийся экстенсивный путь геополитической эволюции.
В настоящее время Российская Федерация (далее – РФ) геополитически развивается преимущественно интенсивно, чему в условиях растущих ресурсных ограничений нет альтернативы. Россия обладает опытом создания глобальных социально-политических систем и переустройства мира и человечества по своему геополитическому проекту. Геоисторический компонент геополитического положения страны имеет, в частности, культурно-цивилизационное измерение. В процессе длительного исторического развития России в ней сложился особый, специфический тип локальной цивилизации, характерными чертами которого являются: особый, преимущественно общинный тип хозяйства в традиционно многоукладной экономике; пронизанная отношениями духовной общности и соборности неповторимая культура, обеспечивающая экономическое, политико-правовое, социально-психологическое единение различных слоев российского общества; братское единство восточнославянских народов и сближение с другими коренными этносами российского пространства; строительство единого духовного пространства совместными усилиями Православия, ислама и буддизма; социальная солидарность; соединение индивидуальной благотворительности и коллективной взаимопомощи; просвещенное светское общество при равноправных и равнодостойных взаимоотношениях мировоззрений, религий и вероисповеданий; упрочение Православия как традиционной основы жизни русского народа и государства; поддержка народной и классической традиций в культуре как в основе духовного и нравственного здоровья общества; культура и образование – безусловные приоритеты общественной деятельности и государственной политики; оборонный потенциал и опыт мобилизации народа на защиту своей Родины.
«Так, значит, вот страна, что честью, правдою и до сих пор полна?»Пауль Флеминг, немецкий поэт, врач по образованию, один из наиболее выдающихся лириков немецкого барокко
«Только Россия способна одухотворить человеческий род, погрязший в вещности и испорченный жаждой власти».Вальтер Шубарт, немецкий философ и культуролог
«ООН не может одобрить ни географическое положение, ни климат, ни историю России. Запад хочет от нее только одного – чтобы ее не было».Леонид Владимирович Шебаршин, деятель советской разведки, генерал-лейтенант, начальник внешней разведки СССР (1989–1991 гг.), и. о. председателя КГБ СССР с 22 по 23 августа 1991 г.
«14-й год нашего века… Событие это – завершение эпического путешествия России на Запад, прекращение многократных и бесплодных попыток стать частью Западной цивилизации, породниться с “хорошей семьей” европейских народов.
С 14-го года и далее простирается неопределенно долгое новое время, эпоха 14+, в которую нам предстоит сто (двести? триста?) лет геополитического одиночества.
Великие победы и великие жертвы приносили стране много западных территорий, но не друзей.
При внешнем подобии русской и европейской культурных моделей у них несхожие софты и неодинаковые разъемы. Составиться в общую систему им не дано. Сегодня, когда это старинное подозрение превратилось в очевидный факт, зазвучали предложения: а не шарахнуться ли нам в другую сторону – в Азию, на Восток?
Не нужно. И вот почему: потому что Россия там уже была.
Московская протоимперия создавалась в сложном военно-политическом коворкинге с азиатской Ордой, который одни склонны называть игом, другие – союзом. Иго ли, союз ли, вольно или невольно, но восточный вектор развития был выбран и опробован.
Даже после стояния на Угре Русское царство продолжало, по сути, быть частью Азии. Охотно присоединяло восточные земли. Претендовало на наследие Византии, этого азиатского Рима. Находилось под огромным влиянием знатных семей ордынского происхождения.
Итак, Россия четыре века шла на Восток и еще четыре века на Запад. Ни там ни там не укоренилась. Обе дороги пройдены. Теперь будут востребованы идеологии третьего пути, третьего типа цивилизации, третьего мира, Третьего Рима…
И все-таки вряд ли мы третья цивилизация. Скорее, сдвоенная и двойственная. Вместившая и Восток, и Запад. И европейская, и азиатская одновременно, а оттого не азиатская и не европейская вполне.
Наша культурная и геополитическая принадлежность напоминает блуждающую идентичность человека, рожденного в смешанном браке. Он везде родственник и нигде не родной. Свой среди чужих, чужой среди своих. Всех понимающий, никем не понятый. Полукровка, метис, странный какой-то.
Россия – это западно-восточная страна-полукровка. С ее двуглавой государственностью, гибридной ментальностью, межконтинентальной территорией, биполярной историей она, как положено полукровке, харизматична, талантлива, красива и одинока.
Замечательные слова, некогда сказанные Александром III: «…у России только два союзника – армия и флот», – самая, пожалуй, доходчивая метафора геополитического одиночества, которое давно пора принять как судьбу. Список союзников можно, конечно, расширить по вкусу: рабочие и учителя, нефть и газ, креативное сословие и патриотически настроенные боты, генерал Мороз и архистратиг Михаил… Смысл от этого не изменится: мы сами себе союзники.
Каким будет предстоящее нам одиночество? Прозябанием бобыля на отшибе? Или счастливым одиночеством лидера ушедшей в отрыв альфа-нации, перед которой «постораниваются и дают ей дорогу другие народы и государства»? От нас зависит.
Только уже без ложных целей и самоотрицания.
Будет трудно, не раз вспомнится классика отечественной поэзии: «Вокруг только тернии, тернии, тернии… б…ь, когда уже звезды?!»
Будет интересно. И звезды будут».
Владислав Юрьевич Сурков, помощник Президента Российской Федерации Владимира Владимировича Путина (из статьи «Одиночество полукровки»)
Глава 1. Вокруг России
1.1. Современная Российская Федерация
«Всегда эта страна представляла собой грудь, о которую разбивались удары истории. Выжила она и удельную поножовщину, и татарщину, и московские идеалы государственности, и петербургское просветительское озорство, и закрепощение. Все выстрадала, за всем тем осталась загадочною, не выбрав самостоятельных форм общежития. А между тем самый поверхностный взгляд на карту удостоверяет, что без этих форм в будущем предстоит только мучительное умирание…»Михаил Евграфович Салтыков-Щедрин русский писатель, журналист, редактор журнала «Отечественные записки», Рязанский и Тверской вице-губернатор
Элиты и граждане России традиционно воспринимают ее в качестве великой державы, имеющей особую миссию. Обеспечение этого статуса является не столько прихотью российских правителей, сколько необходимостью для традиционно одинокой страны, одним из важнейших условий ее выживания. РФ – одна из немногих стран, органически не признающих гегемонию, доминирование или лидерство других государств. Русские элиты и общество обладают редким свойством: они ценят собственный политический суверенитет выше экономических и других благ и в состоянии отстаивать его политическими или военными средствами. Немногие страны готовы реально отстаивать свою свободу в принятии важнейших решений.
«Россия – огромнейшая страна. Практически две крайние точки нашей страны. И от Калининграда до Камчатки лететь 11 часов со скоростью 900 километров в час! У нас единственная в мире страна, из которой можно вылететь, куда-то лететь 11 часов и все равно приземлиться в своей стране».Руслан Викторович Белый, резидент Comedy Club
Глобальный статус государства связан как с его самостоятельностью и связанным с ней моральным авторитетом, так и с ролью, которую страна, в соответствии с амбициями ее руководства, стремится играть на международной арене. Великой державе России логично выполнять миссию, направленную на поддержание геополитического равновесия, укрепление безопасности в различных регионах Большой Евразии и на ее континенте в целом на правовой основе при поддержке дипломатии и силового ресурса.
Российская Федерация может быть одним из модераторов решения региональных проблем на основе соединения принципов международного права и справедливости. Порядок будет меняться, иерархия – корректироваться, ценности − сочетаться и гармонизироваться.
Как состоящая из субъектов система, в которой выстроены взаимоотношения, бюджетные взаимодействия, различные виды коммуникации, Российская Федерация подтверждает свою эффективность, основательность и безусловную перспективность.
«Россия никогда не сильна и не слаба настолько, насколько кажется».Отто Эдуард Леопольд фон Бисмарк-Шенхаузен, Герцог цу Лауэнбург, граф, князь, первый канцлер Германской империи, герцог Лауэнбургский, прусский генерал-полковник в ранге генерал-фельдмаршала
Геополитическое положение РФ определяется геоэкономическим аспектами.
Введенные в 2014 году против нее Западом экономические санкции показали нежелательность подобной политики для безопасности страны.
Существенный атрибут ее геоэкономического положения – способность промышленного потенциала обеспечивать потребности обороны в различных видах вооружений. Российская Федерация имеет следующие особенности своего современного геостратегического положения.
1. Находящаяся в Северном полушарии и на Евразийском континенте Россия должна уделять повышенное внимание происходящим в Европе и Азии военно-политическим процессам и адаптировать свою военную политику к ситуациям в прилегающих к геополитическому пространству РФ регионах.
2. РФ расположена на важнейших транснациональных воздушных, морских и наземных магистралях, функционирование которых влияет на развитие геополитической обстановки в мире и регионах, ход возможных боевых действий на различных театрах военных действий (ТВД).
3. Большие пространственные размеры предъявляют особые требования к решению стратегических задач обороны страны и руководству вооруженной борьбой на конкретных направлениях.
4. Подготовку и осуществление мероприятий стратегического характера усложняют неравномерная плотность населения на территории РФ, очаговый характер экономических зон, их контраст в использовании людских ресурсов и энергии (значительное число рабочих на предприятиях малой энергоемкости европейской части и большая энергоемкость предприятий Сибири и Дальнего Востока с относительно небольшой долей трудоспособного населения), уязвимость транспортных коммуникаций, АЭС и предприятий с потенциальной экологической опасностью.
5. Неоднородность геополитического периметра РФ и разное отношение к ней со стороны соседей определяются спецификой национальных интересов этого государства и способами их реализации, обусловливает разнообразный характер соприкосновения России с ее внешней средой.
6. На РФ влияют конфликты и очаги напряженности в различных регионах мира, происходящие вооруженные столкновения вблизи ее границ делают ее территорию уязвимой в военном отношении; при возникновении экстремальных ситуаций, согласно принципу болевых точек, проверяется военно-политическая реакция России, выявляются уязвимые места ее геополитического контура.
Обширная территория с богатыми природными ресурсами, обладающее высоким интеллектуальным потенциалом население, огромный военно-стратегический потенциал, геоисторические традиции державности и общий «цивилизационный ресурс» – параметры России как великой державы. Императивы сохранения этого статуса задают рамки для функционирования системы национальной безопасности РФ и возлагают на нее ответственность за безопасность на региональном и глобальном уровне.
Закономерности геополитического поведения России требуют от ее руководства проведения внешней политики с учетом континентальной природы государства, особого типа локальной цивилизации на его территории, федеративного государственного устройства и переходного характера экономики.
Существенное влияние на геополитическое положение России оказывают происходящие в мире геополитические процессы глобализации, регионализации, фрагментации, сепаратизма. Глобальное геополитическое противоборство сопровождается негативным воздействием на своих оппонентов. Факторами укрепления геополитического положения России являются: упрочение российской государственности и суверенитета, обеспечение экономического роста, модернизация вооруженных сил, стимулирование интеграционных процессов на постсоветском пространстве.
Геополитическое положение России не является неизменным. Оно меняется в процессе реализации национальных интересов, поступательного развития общества и государства, обеспечения его национальной безопасности. Существенными показателями современного этапа геополитического развития РФ являются: отсутствие адекватно отражающей основные параметры государства национальной идеи, научно обоснованных концепций общественного развития; практика принятия политических решений без должного учета национально-исторических традиций и психологических особенностей населения, неспособность политической элиты эффективно решать масштабные государственные задачи.
Вступая во взаимодействие с системами геополитических факторов других государств, система геополитических факторов России в целом отражает ее пространственное положение и характер отношений системы национальной безопасности страны с ее внешней средой. Геополитические факторы оказывают существенное влияние на формирование жизненных потребностей населения РФ и задают основные качественные параметры ее национальным интересам. В системе геополитических факторов преломляется совокупность пространственно-силовых отношений России с другими геополитическими субъектами. Ее система нацбезопасности является определяющей в планировании будущего на основе реализации национальных интересов РФ.
Начало XXI века можно считать периодом нереализованных надежд. Как и перед Первой и Второй мировыми войнами, человечество находится в состоянии неопределенности, страха и депрессии. Провалились грандиозные планы и устремления великих держав и региональных образований. Не сбылись планы США в деле построения однополярного мира, у ЕС исчезли надежды на возможность освободиться от американской опеки и выйти на первые роли в мировой политике. Китайская Народная Республика (далее – КНР) больше не соблюдает призыв Дэн Сяопина: «Скрывать наш потенциал!» и «Выжидать удобного случая!». Китай принимает вызов США. Его военное присутствие в Азиатско-Тихоокеанском регионе (далее – АТР) увеличивается.
В годы холодной войны проамериканский курс диктаторских режимов Никарагуа, Гаити, Заира и Индонезии был прикрытием для экономического регресса, коррупции и политических репрессий. В тот исторический период так называемый свободный от коммунизма и советского влияния мир был более проамериканским, чем демократическим. Главными направлениями российской внутренней трансформации 1980–1990-х годов стали отказ от «особого пути» в общественной жизни и возвращение в «мировую цивилизацию».
СССР создавался альтернативой «мировому капитализму» Запада. На рубеже 1980–1990-х годов она была снята, руководство РФ взяло курс на строительство демократического государства, рыночной экономики, гражданского общества. Россия стала официальным партнером США и Европы.
Россия представляется в разных целостных ипостасях: страна, государство, народ, культура, цивилизация.…
Во времена глубоких кризисов, подобных революциям, это не изолированные конфликты, а охватывающие все общество и чреватые гражданскими войнами большие системы цивилизационных кризисов. С середины 1980-х годов такой кризис наблюдается в открытой форме.
С XVIII века Запад стал идентифицировать культуры по цивилизационному, а не по религиозному признаку. В советский период это измерение было задавлено очень дорого обошедшимся СССР формационным подходом. Чехи, латыши или еврокоммунисты мечтали не о капитализме, а о «социализме с западным лицом». Но в формационной риторике этот конфликт не мог быть рационально вербализован. Такой конфликт внутри РФ требует определить ее статус и договориться двум частям российского общества, представляющим расходящиеся мировоззренческие цивилизационные векторы.
Придающая стране характер цивилизации система, может быть ослаблена, взломана или разрушена. Это приводит к социальным и культурным бедствиям всех составляющих цивилизацию народов.
Принадлежность народа к той или иной цивилизации выражается множеством признаков. Необходимым фактором является самоосознание народа.
Одной из главных целей воюющих сторон является убедить население противника и мировое общественное мнение в том, что враг не является цивилизацией. Враждебную державу оценивают как цивилизацию с дефектной мировоззренческой матрицей (например, «в глубине души каждого русского пульсирует ментальность раба») или как деградировавшую версию другой цивилизации. Это уничтожает символические ресурсы атакуемой страны, лишает ее статуса цивилизации и субъекта международного права. Применяется разработанная английским педагогом и философом, представителем эмпиризма и либерализма Джоном Локком презумпция естественного права цивилизованного государства воевать с варварской страной, захватывать ее территорию, экспроприировать ее достояние.
В период перестройки последних лет существования СССР среди ее идеологов бытовало три версии.
Первая из них утверждала, что Россия выпала из мирового цивилизационного развития и осталась в состоянии варварства. Реформу представляли попыткой политическими средствами превратить ее в цивилизованное общество – «Реформацией России».
Вторая версия доминировала в 1990-е годы и состояла в том, что Россия представляет собой цивилизацию, но изначально антигуманную и тоталитарную. Изначально присущим, примордиальным качеством России была патологическая жестокость. В этой версии реформа представлена не переходом из варварства в цивилизацию, а сменой типа цивилизации, «вступлением в Запад».
Третья версия, самая мягкая, сводилась к тому, что Россия – часть Запада, несколько отклонившаяся от «столбовой дороги» по причине советского эксперимента.
После 2000 года руководство РФ какое-то время избегало декларировать ее цивилизационный статус.
«Мы должны и будем опираться на базовые морально-нравственные ценности, выработанные народом России за более чем тысячелетнюю свою историю».Владимир Владимирович Путин, Президент Российской Федерации (из послания Федеральному собранию РФ, 2007 г.)
В настоящее время ключевым является утверждение о «российской версии европейской цивилизации». Это лишает мировоззренческую матрицу РФ стержневого положения о самобытности русской и других культур народов российской цивилизации.
«Не выпасть из Европы, держаться Запада – существенный элемент конструирования России».Владислав Юрьевич Сурков
Между Западом и Россией издавна существует неизбежная напряженность в отношениях между двумя разными цивилизациями, одна из которых очень динамична и агрессивна.
Началом большой операции против «империи зла» стала опубликованная в газете The New York Times в 1984 году статья «Похищенный Запад» французского писателя-прозаика чешского происхождения Милана Кундеры. Ее автор обвинял Запад в предательстве Центральной Европы, в том, что он отдал ее на растерзание неевропейским варварам – России. При этом СССР рассматривался как органичное воплощение русских черт.
Американский социолог и политолог, автор концепции этнокультурного разделения цивилизаций и идеолог их войны, профессор Гарвардского университета Сэмюэл Филлипс Хантингтон, не считая Россию частью Запада, проводит их политическую и экономическую границу по линии, «веками отделявшей западнохристианские народы от мусульман и православных».
Россия сформировалась как альтернативная западной христианская цивилизация, по главным вопросам бытия постоянно предлагающая человечеству иные, нежели Запад, решения. Она стала его конкурентом, экзистенциальным и бытийным оппонентом, ареной цивилизационного конфликта, несмотря на попытки власти и элиты России избежать такого хода событий. Но этим она ценна миру!
Классик русской литературы, один из величайших писателей-романистов мира граф Лев Николаевич Толстой обратил внимание на глубину короткого русского слова «мир», выражающего человечество, реальность, ансамбль локальных цивилизаций, одной из которых является Россия. В чем смысл ее существования, назначение, идентичность, сущность?
Современное развитие мира определяется тремя крупными факторами: экономическими и военными ресурсами, а также информационно-психологическим воздействием на массовое сознание простого народа и государственных деятелей. Эти ресурсные потенциалы – производное от мощнейшего фактора – денег.
Миром сегодня правят финансы, управляемые локальной группой людей, фамилии которых широкой общественности в большинстве своем неизвестны. РФ сегодня также склоняют к этому ценностному выбору, в котором нет нужды думать о смысле жизни человечества, его существовании и развитии, нравственности.
Перед глобальным миром стоит выбор между двумя ценностными парадигмами в мегаисторических координатах.
Конституция РФ запрещает государству официальную идеологию – это фактически запрет на ценностную и мировоззренческую позиции.
Над Россией производится масштабный эксперимент. Шкала ценностей кардинально перестраивается. Профиль РФ пытаются подогнать под идеологию западных стран, неплохо живущих в рамках ценностного пространства, базирующегося на критериях материального успеха. Но такая среда является ограниченной для России, у которой максимальный ресурс духовной и нематериальной мотивации, индивидуальной производительности труда.
К факторам экономической успешности относятся: доля государственных расходов во внутреннем валовом продукте (ВВП) страны, коэффициент монетизации экономики, ставка рефинансирования.
Вычисленный коэффициент жизнеспособности страны, его динамика в истории РФ показывают, что СССР развалился практически на пике своего могущества. Причиной развала государства стало предательство его верхушки. Кроме него, к гибели Советского Союза привело профессионально организованное внешнее воздействие на него.
В отличие от ценностей-эталонов и созерцания, ценностей-мотиваторов не так много. Последние являются производными. Необходимый и достаточный «ценностный мотивационный пакет» включает в себя 11 позиций: труд, душа, любовь, семья, дети, инновационность, альтруизм, терпимость, ценность человеческой жизни, сострадание, стремление к совершенству.
Продвижение мира в таком направлении можно считать критерием успеха и прогресса, ключами к выживанию составляющих его стран. Динамика среднего ценностного пакета для России и мира показывает, что этим набором можно управлять.
Современные беды глобальной цивилизации производны от попыток ее расчеловечить, лишить духовного и идейного начал, пристрастить к материальной и либеральной культурам.
Идентичность России базируется на ее собственных духовных позициях. Она не США и не Европа. Цивилизационно-ценностный профиль РФ не совпадает во многом со схожими европейским и американским профилями.
«Россия есть игра природы, а не ума».Федор Михайлович Достоевский, русский писатель, мыслитель, философ и публицист, член-корреспондент Петербургской академии наук
«Наши ценности – те же, что и у вас, на Западе. Я не вижу больших различий… Разница с Россией заключается только в том, что мы большие, очень большие и у нас есть атомное оружие. Просто неверно говорить: вот здесь есть единая Европа, в которой демократия уже сбылась, а там – мрачная, необразованная Россия, которую пока нельзя пускать в Европу».Дмитрий Анатольевич Медведев, российский государственный и политический деятель, Председатель Правительства РФ, Президент Российской Федерации (2008–2012 гг.) (в интервью немецкому журналу Der Spiegel, 2009 г.)
«Россия – это неотъемлемая часть европейской цивилизации, ее культурные и духовные ценности – это и наши ценности. Народ России сделал свой исторический выбор, выбор в пользу демократии, открытости, свободы общественной и деловой инициативы. Это та основа, которая не может быть подвергнута ревизии. Это главные ориентиры нашей стратегии».
Сергей Борисович Иванов, советский и российский государственный, политический и военный деятель, специальный представитель Президента РФ по вопросам природоохранной деятельности, экологии и транспорта, постоянный член Совета Безопасности Российской Федерации (на XI Петербургском международном экономическом форуме), 2007 г.
1.2. Россия и ее партнеры
«Россия – наследник и продолжатель славных традиций всех культур и народов, государств и конфессий евразийского пространства. Мы по праву можем говорить, что являемся правопреемниками не только СССР, Российской империи, Московской Руси и Киевской, но и Волжской Булгарии, Золотой Орды, а также кавказских государственных образований, создававшихся еще сподвижниками пророка Мухаммеда».Николай Васильевич Гоголь, русский прозаик, драматург, поэт, критик, публицист, классик русской литературы
«Мы признаны, напротив, обучить Европу бесконечному множеству вещей, которых ей не понять без этого… Придет день, когда мы станем умственным средоточием Европы, как мы уже сейчас являемся ее политическим средоточием, наше грядущее могущество, основанное на разуме, превысит наше теперешнее могущество, опирающееся на материальную силу».Петр Яковлевич Чаадаев, русский философ и публицист, критиковал действительность русской жизни. Его труды были запрещены к публикации в императорской России (из письма своему другу Ивану Сергеевичу Тургеневу, 1835 г.)
Международные организации, крупнейшие инвесторы, санкции – все это вносит свою лепту в жизнь в Российской Федерации. Ей удается с течением времени, аргументами, заинтересованностями в совместных проектах переубеждать и переводить на свою сторону вчерашних убежденных или временных оппонентов, конкурентов, противников.
«Будущее Британской империи может зависеть от того, как будет развиваться ситуация в России, и лично я не могу хладнокровно думать о могучей и единой России со 130-миллионным населением».Дэвид Ллойд Джордж, 1-й граф Дуйвор, виконт Гвинед, британский политический деятель, последний премьер-министр Великобритании от Либеральной партии (1916–1922 гг.)
«Плохо иметь англосакса врагом, но не дай Бог иметь его другом».Алексей Ефимович Вандам, генерал-майор, военный разведчик, писатель, автор работ в области геополитики, геостратегии и стратегической географии
Следующая попытка консолидации западных демократий отнюдь не была связана с Октябрьской революцией в России и с последующим строительством социализма в СССР. Военная интервенция США, Англии, Франции, Японии в России и политическое вмешательство этих стран в Гражданскую войну на стороне противников большевиков было периферийной военной акцией, направленной не на свержение красных, а на скорейший разгром Германии. На вызов международного коммунизма и мировой экономический кризис страны Запада ответили не войной, а политической изоляцией дипломатически признанной ими же советской России, созданием так называемого санитарного кордона вдоль ее европейских границ, кооптацией рабочих партий и движений внутри западных стран, серией социально-экономических реформ. Такой асимметричной, но эффективной была реакция западных правящих кругов на политику, проводимую III Интернационалом.
Окончание холодной войны разрушило «второй мир», в который входили тогдашний СССР, страны социалистического содружества, и создало феномен современного политического Запада.
После завершения холодной войны на Западе существует несколько противоречивых тенденций.
Одна – феномен расширяющегося Запада. На глобальном уровне происходит: распространение и институтов либерализма, демократии, рыночной экономики, гражданского общества в Восточной Европе, Латинской Америке, ряде стран Азии; расширение институтов коллективного Запада – НАТО, ЕС, системы союзов США. Несмотря на очевидные проблемы, оба процесса успешны, поэтому все труднее называть расширяющееся общество в географическом и цивилизационном отношении западным. Католические и протестантские страны Центральной Европы и Балтии могут считаться возвращенными в Европу, как в лоно западной цивилизации. Однако тяготеющие к НАТО и ЕС большая часть Балкан, страны «новой» Восточной Европы и Южного Кавказа в культурном смысле не Запад. Расширение географии стран «нового Запада» делает новое сообщество в культурно-цивилизационном отношении менее западным.
Другая – феномен разделяющегося политического Запада. Он перестал быть единым в силу различия интересов компонентов современного международного общества. Холодная война была исторической аберрацией, когда доминировал единственный интерес выживания Запада и его институтов в противостоянии с СССР и международным коммунизмом. Расширяющийся и разделяющийся Запад остается целостным интегрированным обществом.
Современный Запад представляет собой систему институтов, обеспечивающих свободу личности, защиту частной собственности, верховенство закона, свободу предпринимательства, политический плюрализм, уважение и защиту прав меньшинств, религиозную свободу и т. п. Любое общество, в котором действуют эти институты, может считаться западным вне зависимости от своих географического расположения, культурных и цивилизационных корней.
В отношениях России с ведущими европейскими членами НАТО и Японией достигнут уровень взаимодействия, при котором война между РФ и Германией столь же маловероятна, как между Германией и Францией.
РФ и США продолжают политику взаимного ядерного сдерживания.
Интеграция отражается на идентичности интегрируемой страны, ее самобытности, месте и роли среди других геополитических единиц. Идентичность государства связана с его характером, позиционированием в международной системе, амбициями его элит и самоощущением нации. Идентичность страны может быть потеряна вместе с государственностью, как это произошло с Польшей в 1795–1918 годах, радикально изменена, подобно Второму и Третьему рейхам, послевоенным ФРГ и ГДР, нынешней объединенной Германии. Самобытные народы могут приобрести идентичность, как это сделали в том числе республики бывшего СССР, став независимыми государствами.
Национальная идентичность имеет свойство сохраняться даже тогда, когда параллельно ей возникает и усиливается наднациональная, в частности европейская.
Многовековое, с середины XVI века, существование России в качестве державы сформировало соответствующий характер ее власти государственности. В отличие от морских империй Англии, Франции, Голландии и др., но подобно османской Турции, Россия практически интегрировала присоединяемые области в «Большую Россию». СССР попытался решить национальный вопрос всесторонней интеграцией окраинных республик с историческим ядром государства и формированием на этой основе «новой исторической общности – советский народ». На международной арене СССР проводил политику «социалистической интеграции» союзников и был центром притяжения стран социалистической ориентации. ЦК КПСС направлял деятельность коммунистических, левосоциалистических партий и национальных движений в большинстве стран мира. Стремление элит РФ играть самостоятельную международную роль в европейском, евроазиатском и глобальном масштабах является производной исторического опыта России и вынесенного из него представления о ее роли в мире.
Идентификационные характеристики той или иной страны на исторических дистанциях не являются постоянными. В XX веке Россия дважды резко изменила свою идентичность – в 1917 и 1991 годах— и осуществила несколько ее корректировок – в середине 1920-х, середине 1940-х и конце 1980-хгодов.
«У России было два реализованных ею выбора: самодержавие и социализм; были два грандиозных сооружения на их основе, и оба рухнули.
Российские либералы утверждают, что фактически с конца XX века Россия стоит перед выбором – либо в Византию, либо в Европу.
Казалось бы, какие могут быть сомнения на сей счет? Какая может быть еще национальная идея реальнее и яснее, чем путь в Европу?
Но российская власть, даже выбрав капитализм, не хочет и не может отказаться от самодержавности, а общество дезориентировано, не организовано, плохо знает, чего хочет. Отсюда – характерная амбивалентность элитного и общественного мнения, межеумочность российской внешней политики, оставляющая Россию в “подвешенном состоянии”».Юрий Николаевич Афанасьев, советский и российский политик и историк, ректор Московского государственного историко-архивного института (1986–1991 гг.), основатель, а также ректор (1991–2003 гг.) и президент (2003–2006 гг.) Российского государственного гуманитарного университета
Мощнейшим фактором самоидентификации России является ее патриотическое сознание. Начиная с Петра Чаадаева, либеральный взгляд на ее историю, как правило, категоричен в выводах: она – предостережение другим народам. Рассуждая таким образом, либералы подрывали свои позиции, но и усиливали оппонентов. Западничество является составной и наиболее прогрессивной частью российской внутри- и внешнеполитической традиции.
Со времен правления последнего царя всея Руси и первого Императора Всероссийского, представителя династии Романовых Петра I Алексеевича, прозванного Великим, Россия являлась составной частью европейской геополитической системы в качестве одной из великих держав и периодически совершала «модернизационные рывки», опираясь на опыт Западной Европы. В XVIII–XIX веках Россия была непременным участником, предполагавшей постоянные многосторонние коалиции в многочисленных войнах, системы баланса сил на Евразийском континенте. Российская элита, сознательно ориентируясь на французские, немецкие, английские образцы, направляла развитие своей страны по западному пути. После разгрома Наполеона император Александр I играл выдающуюся роль на Венском конгрессе в 1814–1815 годах; Россия была вдохновителем и одним из основателей первой постоянной организации управления международными процессами – Священного союза. До Крымской войны 1853–1856 годов русский император был практически единоличным гарантом стабильности и легитимного порядка в Центральной и Восточной Европе. Во второй половине XIX века Россия вновь участвовала в многосторонних дипломатических комбинациях вместе с государствами Центральной и Западной Европы, пока в начале XX столетия она не связала свою судьбу с прото-Западом – англо-французской Антантой. В то же время Россия периодически «выпадала из Европы», прорывы в сближении с которой сменялись во времена Николая I, Александра III и Иосифа Сталина периодами выпадения из нее.
Коалиция между самодержавной Россией и либеральными государствами Запада основывалась не на общих ценностях, а на геополитических и экономических расчетах. Принимая в Санкт-Петербурге президента Франции Мари Франсуа Сади Карно в 1891 году, Александр II стоя слушал «Марсельезу», но не проникался республиканским и конституционалистским духом. Российские либералы – часто англо- и франкофилы, хотя и занимали высокие должности, но были в меньшинстве при царском дворе, а впоследствии в Государственной думе. Правящие классы России начала XX столетия имели гораздо больше общих ценностей с прусскими юнкерами, чем с английскими «лавочниками». В это же время в России быстро развивался капитализм, а геополитика, стратегия и экономика диктовали Санкт-Петербургу союзы с демократиями против родственных авторитарных режимов.
Такие «противоестественные» союзы были сложными в их поддержании. Высокую степень фонового недоверия между Россией и ее западными союзниками продемонстрировала уже Первая мировая война 1914–1918 годов. Но, несмотря на ее колоссальную тяжесть, многочисленные жертвы и отсутствие в ней понятных населению России целей, ее царское, а затем Временное правительство оставались верными союзническим обязательствам. Эта война настолько обострила внутренние противоречия в данной стране, что в ней произошла революция. Руководство СССР вывело свое государство из этого военного противостояния глобального масштаба, заключило сепаратный мир с Германией, но при этом действовало вне- и антисистемно, рассматривая Россию не столько как государство с определенными интересами, сколько в качестве базы мировой пролетарской революции.
Из политического и военного союзника Запада Россия превратилась в его фактического противника, из потенциального победителя – в страну, разделившую судьбу побежденных. По мнению многих русских эмигрантов, Запад не оценил этой жертвенности и обошелся с ослабевшей Россией вполне прагматично. Он не оказал действенной помощи силам контрреволюции, признал независимость бывших окраин Российской империи и дополнил большевистскую самоизоляцию внешней изоляцией посредством санитарного кордона. Советская Россия получила формальное признание Запада, но до середины 1930-х годов и затем с 1939 года до нападения Германии на СССР оставалась вне рамок сообщества государств.
Период непризнания Западом власти большевиков длился менее пяти лет – практически столько же продолжалась Гражданская война, а у советского правительства сохранялась надежда на мировую революцию. С 1922–1924 годов СССР был постепенно подключен к мировому сообществу государств в формате восстановления дипломатических отношений. Но Советский Союз оставался вне общества «цивилизованных государств».
Лишь в 1934 году он в качестве прямой реакции западных держав на решение основоположника и центральной фигуры национал-социализма основателя тоталитарной диктатуры Третьего рейха, главы Национал-социалистической немецкой рабочей партии (НСДРП), рейхсканцлера и фюрера Германии Адольфа Гитлера о выходе Германии из Лиги Наций был в нее принят. Аналогичными соображениями руководствовалась и признавшая СССР в ноябре 1933 года администрация 32-го президента США Франклина Делано Рузвельта. Уже в 1935 году Франция и союзная ей Чехословакия заключили договоры о взаимопомощи с Советским Союзом. Однако сближение на геополитической основе было непродолжительным.
Недоверие правящих кругов Лондона и Парижа к коммунистическому режиму и России, а также аналогичный подход к «империалистам Англии и Франции» со стороны Москвы сделали невозможным создание действенной системы коллективной безопасности в Европе. Руководитель Советского Союза, его маршал и генералиссимус Иосиф Виссарионович Сталин рассматривал англо-французскую политику умиротворения рейхсканцлера и фюрера Германии, Верховного главнокомандующего ее вооруженными силами во Второй мировой войне Адольфа Гитлера как объективно направленную против СССР и делал аналогичные расчеты. На Западе надеялись, что Гитлер повернет на восток, Сталин рассчитывал, что Германия сначала начнет войну на западном фронте. Сталин и западные руководители предполагали, что Германия и ее противники измотают друг друга в затяжной войне.
Несмотря на взаимную неприязнь Запада и СССР, гитлеровская Германия была для них наиболее опасным противником. Однако преобладание тактического маневрирования над стратегическими ходами, неспособность договариваться вопреки убеждениям и готовность принимать желаемое за действительное привели к катастрофе. Ведомые слабыми и недальновидными лидерами западные демократии несут такую же ответственность за провал летних переговоров 1939 года, как и Иосиф Сталин, заключивший пакт с Адольфом Гитлером.
После Первой мировой войны и Великой Октябрьской социалистической революции красные и многие белые русские пришли к сходным выводам о роли и месте России в мире. Коммунистические вожди приступили к строительству социализма в отдельно взятой стране. А русские общественные деятели – Петр Николаевич Савицкий, географ, экономист, геополитик, культуролог, философ, поэт; князь Николай Сергеевич Трубецкой, лингвист, философ, правовед, публицист, и их соратники, находясь в изгнании в городе Праге, разработали теорию «евразийства». Представители одной и другой идеологических теорий по разным причинам отвергали «неверный» Запад и противопоставляли ему «отдельно стоящую» Россию.
Включенность СССР в международные экономические, политические, общественные связи в силу этих причин была крайне ограниченной и односторонней. Наряду с США он играл ведущую роль в мировой политике и в военной сфере. Но по причине автаркического характера советской экономики был слабо интегрирован в систему глобальных мирохозяйственных связей и отношений. Советская политическая система требовала централизации и регламентации всех контактов с внешним миром.
У глобализации сложный и противоречивый характер. Ее опорные узлы составляют условный мировой архипелаг, который внутренне связан многочисленными нитями контактов, но окружен образными морями и проливами. На ту или иную страну глобализационные импульсы воздействуют избирательно. Поэтому возникают отдельные анклавы, конгломераты новаций и архаики.
В вопросе о целесообразности и возможности институциональной интеграции с Россией политика Соединенных Штатов Америки колебалась от сдержанности своего 41-го президента Джорджа Герберта Уокера Буша – старшего до энтузиазма 42-го – Уильяма Джефферсона (Билла) Клинтона и прагматической практики антитеррористической коалиции 43-го – Джорджа Уокера Буша – младшего. Администрация США видит РФ «союзником нового типа» в противостоянии международному терроризму, распространению оружия массового поражения (ОМП) и региональной нестабильности.
Провозгласивший своей целью воссоединение Европы ЕС не определил пределы своего расширения. Концепции «широкой Европы», «нового соседства», «общих пространств», большинства лидеров ЕС исходят из того, что РФ может стать партнером объединенной Европы, возможно, «стратегическим» или «привилегированным», но не ее частью.
«По оценкам мирового сообщества, экономически целесообразно проживание на территории России 15 млн человек.
Слабая или сильная, как партнер или как головная боль, Россия всегда имеет значение».Маргарет Тэтчер, премьер-министр Великобритании (1979–1990 гг.)
Глобализация не ведет к сплошной вестернизации. Усилия Уильяма Джефферсона (Билла) Клинтона в отношении РФ в 1990-е годы были на два порядка слабее, чем в 1940–1950-е годы у его коллеги – 33-го президента США Гарри Эс Трумэна в отношении Германии, Западной Европы и Японии. Действия администрации Джорджа Буша – младшего на направлении демократизации нацелены не на преобразование Большого Ближнего Востока в часть Запада, а на повышение общей управляемости возглавляемой США мировой системы.
«Не надейтесь, что, единожды воспользовавшись слабостью России, вы будете получать дивиденды вечно. Русские всегда приходят за своими деньгами.
И когда они придут – не надейтесь на подписанные вами иезуитские соглашения, якобы вас оправдывающие. Они не стоят той бумаги, на которой написаны. Поэтому с русскими стоит или играть честно, или вообще не играть».Отто Эдуард Леопольд фон Бисмарк-Шенхаузен
1.3. Сближения менталитетов
«Надо отдать должное уму и такту наших предков… Они относились к окрестным народам как к равным, пусть даже непохожим на них. И благодаря этому они устояли в вековой борьбе, утвердив как принцип не истребление соседей, а дружбу народов».Лев Николаевич Гумилев
Различные способы познания России иностранцами находят свое воплощение в туризме, индивидуальном и совместном бизнесе, дружеских и личных контактах. Что помогает, а что мешает таким процессам – является развернутой темой с множеством ее ответвлений.
Между Россией и ЕС не меньше связей, чем между ним и США, в которых трудно найти фигуры, равные мэтрам культуры: Льву Николаевичу Толстому, Александру Сергеевичу Пушкину, Федору Михайловичу Достоевскому, Петру Ильичу Чайковскому, Ивану Сергеевичу Тургеневу, Борису Леонидовичу Пастернаку и другим известным личностям.
На основе общности интересов можно достигать договоренностей и сближать позиции.
Базовые ментальные особенности народов остаются константными и выражаются через религиозные и духовные ценности, культурный продукт. Массовая интернациональная культура выражается, в частности, в потреблении импортных товаров, в продуцировании межтерриториальных смыслов, в межэтнических и межгосударственных браках.
Предел сближения, слияния и поглощения определяется необходимостью сохранения индивидуальных черт и их развития, в частности, во взаимопроникновении и взаимном переплетении взаимодействующих субстанций.
Вырабатываемые правила и принципы направлены на то, чтобы сделать жизнь интереснее, насыщеннее смыслами, красочными впечатлениями и положительными эмоциями в широких диапазонах. Интересно проследить за тем, как это происходило в истории с учетом психофизиологических особенностей и менталитета предстателей различных стран и континентов.
Важную роль играют среда жизнедеятельности, влияние медиа и кинематографа как эмоционально сильнейших из аудиовизуальных искусств массового воздействия.
Одним из необходимых условий предотвращения межцивилизационных конфликтов служит формирование в ходе диалога цивилизаций, способного обеспечивать стабильность и преемственность развития человечества, глобалистского или общецивилизационного менталитета, элементы которого включают в себя совокупность конструктивных ментальных сходств различных цивилизаций.
Детерминация социальных процессов имеет политический, экономический и духовный характер. Благополучное состояние отдельной цивилизации требует оптимального соотношения ментальных различий и сходств социальных групп. Оно должно обеспечивать в обществе поддержание конструктивной напряженности, порождение культурных инноваций в процессе экзистенциального диалога, не приводить к конфронтации и насилию. Нарушение баланса способно вызывать негативные последствия в обществе: стагнацию, конфронтацию, самоуничтожение.
Между менталитетами внутри и между цивилизациями существуют противоречия. В отдельных обществах и в человеческой цивилизации в целом должен существовать в качестве условия общественной солидарности и прогресса закон меры ментального различия и сходства социальных групп и цивилизаций. Мир должен сохранять необходимое для прогресса конструктивное, комплементарное ментальное разнообразие и избавляться от деструктивных различий для обретения конструктивной общности. В настоящее время конфликты между цивилизациями, в частности, западной и мусульманской обостряются. Поэтому насущной проблемой человечества является поддержание общности различных цивилизаций в контексте решения политических и экономических вопросов.
Источником мировых конфликтов в 21-м столетии становятся не столько экономические, сколько культурные противоречия, воплощающиеся в религиозных, нравственных, эстетических представлениях и понятиях, отражающих различия менталитетов представителей разных цивилизаций. Их основные типы: западная, конфуцианская, японская, исламская, индуистская, православно-славянская, латиноамериканская, африканская.
Теория столкновения цивилизаций фиксирует тенденции, которые, если им не противодействовать, в будущем могут определять мировое глобальное развитие. Это не конфликтообразующая концепция, а позволяющая своевременно увидеть опасность и создать противодейственные механизмы необходимая диагностика важнейших проблем современного мира.
Развитие общества многовариантно – из точек бифуркации оно может пойти по одному из множества путей и реализовать один из возможных сценариев. На смену столкновению цивилизаций должен приходить их диалог и сотрудничество. Одним из условий предотвращения межцивилизационных конфликтов является формирование глобалистского, общецивилизационного менталитета.
Менталитет – это система качественных и количественных социально-психологических особенностей человека или социальной общности, сформировавшаяся на основе генотипа в результате влияния природной и социальной среды, а также собственного духовного творчества субъекта. У отдельных людей и социальных групп они могут быть различные Особенности темперамента: сенсорные и перцептивные; мотивационные; чувственно-эмоциональные; волевые и характерологические; мнемонические; когнитивно-интеллектуальные; мыслительные или рациональные. К ментальным особенностям относятся качества личности и содержание духовного мира. Ядром, в значительной степени определяющим характер всех других его компонентов, служат мотивационные особенности.
Носителем менталитета является индивидуальный или коллективный субъект. В первом случае менталитет – это отличие одного человека от других в социально-психологическом плане, во втором – показатель того, что общего в духовном мире группы и что отличает ее от других сообществ.
Духовный мир регулирует активность, общение, поведение, деятельность субъекта в целом, а менталитет детерминирует специфический характер всего этого. Применение понятие менталитета к взаимодействию цивилизаций позволяет определить, почему в одних случаях такое взаимодействие плодотворно для взаимодействующих сторон, а в других, из-за деструктивных различий социумов, ведет к негативным последствиям.
Основной закономерностью развития человечества в настоящее время является глобализация: установление политических, экономических, культурных связей между странами и возрастание их взаимозависимости. В результате этого государства частично теряют свои суверенитеты, а человечество превращается в единое сообщество – в мегасоциум.
К позитивным аспектам глобализации относятся: обогащение культур, заимствование передовых технологий, возможности экономического роста; к негативным – исчезновение культур малочисленных народов, несправедливость распределения экономической выгоды между государствами, унификация образования. Усиление взаимодействия имеющих существенные деструктивные отличия в своих менталитетах государств и народов чревато обострением межстрановых конфликтов. Одно из проявлений этого – распространение терроризма.
«Трансформации естественных крайностей в экстремизм – это сильное нежелание понять другие ментальные состояния и культуры».Владимир Иванович Красиков, профессор, доктор философских наук, заведующий кафедрой философии и социально-экономических дисциплин Российской правовой академии Министерства юстиции РФ (об одной из главных причин терроризма в современном мире)
Жизненно важной необходимостью становится достижение взаимопонимания и доверия между людьми. Во избежание возникновения глобальных катастроф и экологических катаклизмов человечество должно руководствоваться системой ценностей, технологий, связей, приоритетов, адекватно отражающей все вызовы современного динамичного мира.
«Эта энергия, рано или поздно материализуясь в сугубо силовой конфронтации, грозит оказаться ничуть не менее разрушительной, чем неукрощенная энергия атома. Как снизить эту духовную разность потенциалов без посягательств на абсолютный уровень потенциалов противостоящих сторон?»Борис Семенович Гершунский, педагог, один из учредителей и академик Российской академии образования, доктор педагогических наук, профессор (о поляризации духовной энергии социумов, придерживающихся различных доктрин, приоритетов, догматов, устремлений)
Взаимодействия и духовная интеграция социумов могут быть реализованы лишь на основе постепенного сближения ментальностей соответствующих человеческих сообществ. Осуществление таких преобразований представляет собой наиболее существенную проблему для человеческой цивилизации, связанную с выделением тех ценностей и соответствующих им особенностей, которые адекватны требованиям социального прогресса. Все политические силы, партии, правительства, тоталитарные режимы, представители религиозных и философских течений представляют свои системы ценностей и идеологические установки как общечеловеческие и самые оптимальные.
В ценностной сфере существует феномен: с появлением в обществе новых жизненно важных проблем старые ценности с целью их решения частично пересматриваются и корректируются. Конструктивные сходства между субъектами могут порождать существование общих проблем. По мере расширения их пространства ценностные системы разных социумов способны сближаться. Во время Второй мировой войны широкое поле взаимодействия и сближения противников фашизма возникло на базе общих антифашистских ценностей, проявившихся в братании русских и американцев недалеко от немецкого города Торгау на реке Эльбе. В последовавшем позже периоде холодной войны это сближение культур и менталитетов, сильно отличающихся друг от друга, социумов, прекратилось.
Способность людей объединяться перед лицом общей опасности имеет глубинную природно-генетическую основу.
«Тот факт, что перед лицом общей опасности люди проявляют солидарность, свидетельствует о том, что эта черта менталитета имеет под собой весьма первичное эволюционное основание, когда наш далекий предок в суровых условиях мог выжить лишь сообща, в первобытном коллективе».Николай Евграфович Осипов, российский невролог, психиатр и психотерапевт
Конструктивное ментальное сближение социумов требует существования мощных объединяющих целей. Сегодня – это необходимость решения глобальных проблем: угрозы экологической катастрофы, мировой войны, широкомасштабного терроризма, исчерпанности традиционных природных ресурсов и источников энергии, распространения опасных заболеваний и других. Последовательность разрешения конфликта ценностных ориентаций и менталитетов различных социумов подразумевает осознание общих опасностей и порождаемых ими проблем в диалогах, перестройке ценностных смысловых систем, нахождении консенсуса. Глобальные проблемы порождают невиданные человечеством опасности и выступают фактором необходимого для решения этих проблем сближения.
Зарождающийся на планете новый тип менталитета имеет интернациональный характер: его носители – передовые люди разных национальностей и стран. Его составят оптимальные для прогресса элементы национальных и региональных менталитетов. Глобалистский и общецивилизационный характер позволит эффективно решать проблему столкновения цивилизаций, используя совокупность интенсивных конструктивных сходств различных национальностей и стран.
«Человек впервые реально понял, что он житель Планеты. Он может и должен мыслить не только в аспекте отдельной личности, семьи или рода, государства или их союзов, но и в планетарном аспекте».Владимир Иванович Вернадский, российский и украинский ученый-естествоиспытатель, мыслитель и общественный деятель конца XIX века и первой половины XX века, академик Императорской Санкт-Петербургской академии наук, один из основателей и первый президент Украинской академии наук
Ядром общецивилизационного менталитета можно считать выражающееся в представлении себя неотъемлемой частицей общего человечества чувство глобальности или всечеловеческой идентичности. Другие компоненты этого менталитета: нетерпимость к насилию, любовь к справедливости, бережное отношение к природе, умеренное потребление материальных благ.
Универсальными общецивилизационными ценностями можно считать все, что необходимо для комфортного существования в едином мировом сообществе: право на жизнь и продолжение рода; сохранение здоровья; неприкосновенность личности; чистые почва, вода, воздух; достаточность основных ресурсов; защиту от насилия и принуждения; свободу перемещения, совести, собраний, ассоциаций; неприкосновенность жилища; независимость суда и средств массовой информации (СМИ); свободу слова; различные формы участия граждан в политической жизни.
Существенным фактором становления глобалистского менталитета является мультилингвизм – употребление в определенной социальной общности нескольких языков. Это средство обогащения культур и особый, впитывающий в себя культурные ценности нескольких цивилизаций тип открытого к диалогу мышления.
Кроме существующих, глобалистский менталитет будет содержать и новые ценностные ориентации, которые возникнут в ходе развития человечества. Возникновения новой ценностной ориентации можно ожидать, в частности, как результат синтеза ценностей традиционной и техногенной цивилизаций.
Одна из главных, обусловливающая соответствующую ментальную особенность ценностей техногенной цивилизации, – преобразующая творческая деятельность и активность суверенной личности. В традиционных культурах цель преобразования мира не ставилась, а активность определялась прежде всего в семейно-клановых, сословных и кастовых отношениях. В либеральной техногенной цивилизации ценностью утверждается идеал свободной индивидуальности, автономной личности, благодаря своей активности и равенству прав включающейся в различные социальные группы.
Значительными ценностями техногенной цивилизации являются новации и инновации. В традиционных обществах этого не было. Она дала человечеству много достижений, но во второй половине XX века породила глобальные проблемы, ставящие человечество на грань самоуничтожения. Для выхода из глобального кризиса человечеству необходима адекватная система ценностей. Их радикальное изменение ведет к возникновению нового типа цивилизационного развития. Началом перехода к нему, третьему после традиционалистского и техногенного, является становление постиндустриального информационного общества.
Ценности техногенной цивилизации оправдались не в полной мере, однако возврат к традиционалистскому типу развития невозможен. В период зарождения техногенной цивилизации на планете Земля проживали около 500 млн человек, в XXI веке более 6 млрд человек. Без современных технологий их жизнеобеспечение невозможно даже на минимально необходимом уровне. В основе нового типа развития будет лежать не типично западная или восточная система ценностей, а творчески синтезированные достижения техногенной цивилизации и лучшие идеи традиционных культур.
В новом обществе, вероятно, снизится характерная для техногенной цивилизации ценность потребления и возрастет присущее восточному менталитету самосовершенствование человека. Новые измерения обретет ценность преобразовательной деятельности, включающей в себя бережное отношение к природе и ненасильственные действия. Какими еще должны быть ценности цивилизации нового типа – предугадывать сложно.
Для обнаружения точек и направлений роста, создания синтетической модели будущей системы ценностей как ядра развития необходимы данные серьезных исследований в политике, экономике, праве, социологии, философии, психологии, науке, культуре.
В глобализующемся мире трансформирующиеся ментальности обладают своей динамикой. Доминирующим на планете становится охватывающий наибольшую часть населения планеты, обеспечивающий мир, стабильность и преемственность развития человеческой цивилизации глобалистский менталитет. Помимо доминирующего существуют характеризующиеся конструктивными различиями региональные, национальные, конфессиональные, профессиональные и другие групповые менталитеты: европейский, американский, азиатский, африканский и другие.
Глобалистский включит в себя наиболее важные для прогресса, представляющие совокупность конструктивных сходств и обеспечивающие единство человеческой цивилизации элементы всех других менталитетов.
Сближение их групповых типов и формирование глобалистского менталитета будет происходить одновременно. Национальные особенности сохранятся, но их существенными компонентами станут особенности глобалистского менталитета. Экзистенциальный диалог между носителями многообразных групповых и индивидуальных особенностей и интересов, их дискуссия с глобалистами создают в мировом сообществе систему конструктивной напряженности, продуцирующую политические, экономические, технологические, научные, правовые, нравственные и другие новации, стимулирующие социальный прогресс. Доминирование на планете глобалистского менталитета является фактором, способствующим исключению конфликта цивилизаций.
Научные данные изучения взаимовлияния менталитетов населения Забайкальского края РФ, в котором 350 лет мирно проживают представители более 120 этносов, свидетельствуют о том, что характеризующиеся крайней суровостью одинаковые климатические условия проживания порождали общие свойства менталитета, формируя совместную самоидентификацию «мы».
Забайкальский менталитет русских впитал в себя модели жизни и ментальные особенности коренных народов. Со своей стороны, они стали обладать определенными особенностями русских. В результате взаимной восприимчивости установилась зона совместного перекрытия и возникла контактная ментальность, включающая в себя комплекс черт: неприхотливость к условиям жизни, сострадание и веротерпимость, расовая и этническая толерантность, выносливость и упорство, осмотрительность и созерцательность. Контактная ментальность позволяет мирно коммуницировать с представителями других культур или этносов, признавая достоинство других людей, их право быть самими собой. У этносов Забайкалья отмечены как общие для региона, так и свои собственные особенные ментальные признаки. Важно, что в отношении различающихся признаков они проявляют толерантность. Условия глобализации делают мир контактной цивилизацией. Забайкалье можно считать моделью формирования толерантных взаимоотношений между людьми различных конфессий и национальностей. Мирное сосуществование различных этносов основывается на наличии необходимых для взаимодействующих этносов конструктивных ментальных сходств и различий, толерантности по отношению к ним деструктивных. Достижение консенсуса в ценностной сфере не происходит стихийно и автоматически.
Для превращения порождаемых глобальными проблемами угроз в мощный интегрирующий фактор, разрешения конфликтов разных типов менталитета и соответствующих им систем ценностей необходимы сознательные целенаправленные усилия правительств, ученых, представителей культуры и религии. Важно предложить и реализовывать конструктивные, общезначимые и привлекательные для всей глобальной цивилизации идеи. Определению и принятию человеческим сообществом оптимальных для него нравственных, политических, религиозных установок и ментальных особенностей способствуют: межкультурные диалоги; толерантность; уважение самобытности социумов; создание надправительственных советов экспертов по проблемам менталитета; вовлечение в работу мощной инфраструктуры рейтинговых СМИ; влияние на культурные процессы и систему образования в разных странах.
В мире периодически и закономерно возникают создающие вызовы истории антропогенные кризисы. Если вызванные ими изменения менталитета адекватны вызову истории, то противоречия разрешаются и социум вступает на более высокий уровень своего развития. Если необходимые и востребованные ментальные изменения не происходят, то социум сходит с исторической сцены. Глобальные проблемы современности являются серьезным вызовом человечеству. Формирование глобалистского менталитета – один из необходимых компонентов духовной составляющей ответа на это.
Расширение Североатлантического альянса на восток оказало существенное влияние на современное мировидение российского общества, государства, их культурно-цивилизационное национальное самоутверждение как лидера православного мира, носителя специфических моральных, религиозных, этических ценностей, противостоящих набору негативных черт Запада. Такая реакция не раз была в истории России в качестве ответа на его недружественное поведение.
Характер создающейся ныне мировой системы определяется решением вопроса о приоритетах внешней политики России и ее идейных оснований. От степени сотрудничества РФ с западным миром зависит возможная структура международных отношений в форматах: однополярного, биполярного или многополюсного мира; системы баланса сил и суверенных государств; мира нескольких цивилизаций или хаоса.
Россия обдумывает свои пути военной, политической и цивилизационно-культурной адаптации к современной ситуации. Выработка общенациональной реакции на процессы, которые воспринимаются и частью демократической эволюции европейского региона и рецидивом холодной войны, покушением на национальную безопасность, болезненна и зависит от культурного сближения РФ с Западом.
Отношения России к военному союзу Запада в контексте его восточной геополитики базируется на военно-стратегических, экономических оценках соотношения сил, различиях в общественной психологии, национальном менталитете, традиционном восприятии, парадигмах массового сознания, в основе которых находится коллективная память народа.
Для плодотворных и гармоничных международных отношений, выработки внешнеполитического курса каждой из участвующих стран необходимы знания культурных ценностей и ментального кода народов, особенно имеющих многовековые устоявшиеся традиции.
Культурно-исторические особенности проявлений российского менталитета в его контактах с западной цивилизацией базируются на психо-парадигмальных особенностях русского народа. Монография Сэмюэла Филлипса Хантингтона «Столкновение цивилизаций» запустила дискуссионные процессы, касающиеся соотношений культур, политики и геостратегий, проблем культурно-цивилизационных особенностей и их роли в международных отношениях, во взаимодействии различных геополитических элементов, противостоянии основных мировых сил, борьбе с мировым терроризмом.
В современной Европе в военном смысле преобладает НАТО, но не создана стабильная система безопасности.
Безусловное цивилизационно-культурное своеобразие России определяет выбор ею пути своего развития, концепций, идей, доктрин, парадигм во взаимоотношениях с Западом в критический период истории.
Они основаны на военно-политико-экономическом базисе и абстрагируются от национальной психологии и культуры. Столкновения различных политических традиций и противостояние ценностных ориентаций приводят к идейной борьбе, связанной с решением проблем формирования стабильных и адекватных отношений в Европе.
В современном мире протекают процессы национального, религиозного, этнического, культурного самоутверждения. Они создают новые формы связи внешнеполитических концепций с реальной культурной практикой ведущих держав мира. Большую роль исторически играют: классические внешнеполитические теории неореализма и либерализма; новые социологические подходы; концепции национальных интересов; теории глобализации и лидерства; сравнительные политические исследования, применяющие метод сценарных прогнозов; концептуальные модели национальных кодов, использующие идейные и культурные составляющие российского менталитета как результата исторического развития.
Основными противоречиями в деятельности реализующего военно-политическую экспансию Запада в восточном направлении Североатлантического альянса являются: интервенционизм и изоляционизм; стремление к глобальному контролю и ограничители этого стремления как следствие западной политической культуры; теоретические и культурные источники стратегии Запада после окончания холодной войны.
Идейные основания внешнеполитической стратегии России опираются на своеобразный культурно-психологический ментальный код, являющийся продуктом исторического развития страны, характерного трагическим опытом, вызывающим настороженное отношение к любой угрозе политико-силового давления, ведущего к конфликтному разрешению противоречий.
От зарождения своей государственности и до наших дней Россия жила в своем собственном, являющемся источником ее культурной специфики, неимитируемом мире как минимум по пяти причинам, раскрытым в исследовании историка Левона Арамовича Петросяна.
1. Из-за того что по ее территории не проходили основные торговые пути, единственный стратегически первостепенный по ценности путь «из варяг в греки» довольно быстро потерял свою значимость. Далее, в связи с вторжениями восточных народов, происходит ослабление связей с Персией. Критическую значимость приобретает обрыв «великого шелкового пути» из Китая в Европу. Волею «торговых» судеб Русь оказалась оттертой в сторону от взаимообмена великих промышленно-торговых зон мира. Но, словно в компенсацию, ключевым обстоятельством истории этого огромного края земли было отстояние от основных торговых и стратегических путей основных мировых цивилизаций. Царь Дарий вторгся в Скифию, чтобы потеряться в великой степи. Александр Македонский ослабил порыв на самых дальних подходах. Римляне не рисковали подниматься по Днепру. Иудаистский прозелитизм остановился на Северном Кавказе. Воины ислама – невероятный арабский порыв был заслонен Византией, которая не шла вглубь Евразии ввиду варварского натиска с Балкан.
2. Жизнь на европейском северо-востоке была сложным испытанием – там скрывались от потоков великих грабителей мира, но естественной устремленности в эти края не существовало. Ввиду суровости климата, не стимулировался приток чужеземного населения. Россия – северная страна. Там, где в Скандинавии и Канаде сосредоточены 90 % населения, средняя температура самого холодного зимнего месяца – плюс 4 ºС, а на южном Ставрополье – минус 10 ºС.
Климат требовал серьезной подготовки к суровой зиме, земледелие было ограничено очень сокращенным периодом вегетации, обязательна была капитальная одежда, южного безделья Север не терпел. До тех пор пока капитан Ченселлор не открыл дорогу из Западной Европы в Белое море, даже чисто физическое проникновение предполагало исключительно тысячекилометровый долгий путь по Каме, Северной Двине и небольшим северным рекам – дорогу, которую мог преодолеть не каждый.
3. Восточные славяне получили благодать и духовное наследие уходящей с исторической сцены Византии. Шаг за шагом с VIII века и по 989 год, год своего Крещения в христианскую веру, Киевская Русь все более признавала превосходство, привлекательность Византии и стремилась к ней как к наследнице античности. Именно в то время когда Византия теряет всякое влияние на формирующий свою идентичность Запад, она оказывает влияние на южных славян, а затем на Русь. По известному выражению, Русь получила от Византии пять даров: религию, законы, видение мира, искусство и письменность. А. С. Пушкин полагал, что «греческое вероисповедание, отдельное от всех прочих, дает нам особенный национальный характер». Ввиду особенности той ветви христианства, которая оказалась главенствующей религией в России, исключен был приток христиан из северных земель Западной Европы. Католические миссионеры и епископы на протяжении многих веков стремились подвести Русскую православную церковь под римский престол (особенно это было нужно Вене, Венеции, южногерманским государствам и отчасти Польше для успешного противостояния Оттоманской империи). Русь поддерживала особые отношения с Византией (до ее падения в 1453 году), с православными общинами Балкан – греками, сербами, болгарами, румынами – для противостояния натиску католического германо-польского мира.
4. По большому историческому счету Россия стояла между двумя грандиозными цивилизациями – китайской и западноевропейской. Россия никогда в полной (и подлинно) мере не являлась частью Запада, каким он вышел вперед в мировом развитии в XVI веке. (Более того, Россия явилась единственной незападной страной, не ставшей колонией Запада.) Но объединяющими были параметры индоевропейской расы, христианства, общего наследия античности. Китай был дальше, но он был, существовал в связях России с внешним миром и по-своему привлекал. Собственно, речь идет в меньшей степени о собственно Китае, а больше об Азии в целом. Именно гибрид из поствизантийской системы и азиатской формы правления (тайна, жесткие внутренние выяснения; персональная лояльность и ответственность; группирование не вокруг идеи-программы, а вокруг лидера) явил собой российскую систему управления – от Святого Владимира до президента Путина. Европа же дала России ее интеллигенцию, культуру, науку, искусство. Россия прошла свой тысячелетний путь между этими двумя полюсами. Но при этом важно помнить, что Россия сознательно сняла с себя миссию «крестового похода», она по возможности христианизировала ареал своей опеки, но никогда не делала это своей «мировой» или азиатской миссией. Если бы русские витязи пошли к Тихому океану как крестоносцы, они утонули бы в море мусульманского, буддийского, конфуцианского населения и погибли бы раньше времени – как средневековые крестоносцы в Палестине. Но они отдали определенную дань обычаям и верованиям своих подданных и соседей, благодаря чему и просуществовали тысячу лет.
5. Огромный территориальный размер, открытость границ, отсталость экономики и гетерогенность населения обусловили стойкость авторитарного правления на Руси. Любая форма конституционного устройства немедленно пришла бы в противоречие с одной из частей огромного российского космоса. В условиях особенного российского развития гораздо более гибкой была система, когда верховный правитель – будь он князь, царь, император, генеральный секретарь или президент – предпочитает не «причесывать всю страну под одну конституционную гребенку». Это чревато расколом, и православный, или коммунистический, или демократический царь предпочитает мириться с особой формой местного правления (скажем, в Грузии, Башкортостане или Калмыкии). Противоположный курс способен принести ему только нечто вроде очередной северокавказской войны. В какой-то мере это напоминает античный Рим, где принцепс не особенно старался ввести «двенадцать таблиц» города Рима или кодекс Юстиниана на всю подопечную территорию. Отношения патрон – клиент, московский правитель – местный вождь оказывались в обоих случаях гибче и жизнеспособнее. Когда любой московский правитель давал земли на кормление или привилегии постоянно перемещаемой номенклатуре, то он действовал по вековому канону, оказывающемуся живучее, жизнеспособнее, чем строгая норма писаного закона. Орудием приведения сражающихся клик в порядок был жестокий террор, выполнявший одну и ту же функцию – что при Иване Грозном, что при Сталине. Чистый результат этой доминирующей 1000 лет формы правления – жесткость на самом верху и сплоченность на самом низу при отсутствии живительно-действенных связей на самом важном – среднем уровне. Это и обусловило отсутствие «гражданского общества», решающую слабость российского государства на протяжении всех десяти веков его существования. И сегодня ярчайшей чертой России является система отношений патрон – клиент, наиболее жесткая связка, обеспечивающая собственно функционирование общества. Без понимания значимости этой связки Западу нечего стремиться вести дела с русскими внутри и вне России.
Национальная идея является продуктом согласия с существованием у представителей народа общих видения, дел, перспектив. Переживаемая российским обществом аномия не сломала систему его фундаментальных ценностей.
В 2001 году Академия государственного управления при Президенте РФ провела опрос на тему «Что такое русский народ?». «Это народ-освободитель» – ответили 80 % опрошенных в возрасте 40–49 лет и 74 % от 18 до 24 лет. «Это народ-строитель» – считают 64 % среди молодежи, 70 % людей среднего возраста, 72 % людей старшего возраста. «Это народ – защитник народов» – соответственно 61, 66 и 65 %. Данные ценности могут находиться в ядре национальной идеи в качестве основы морального минимума, составляющего комплекс ценностей, необходимых для выработки этой идеи исходя из необходимости смотреть вперед, а не назад – на царскую Россию, в «золотой век» и легендарные былинные времена. Национальная идея создает нацию, но не наоборот. Она собирается именно на направленном в будущее проекте нациестроительства. Группы участников этого процесса могут составить новый культурно-исторический тип, способный обеспечивать развитие и прогресс.
Базовыми потенциалами государства являются территории, народонаселение и публичная власть. Государственная идеология обосновывает территориальное единство страны и ее целостность, выступает идейно-духовным и деятельностным мотиватором для народа, обеспечивает стратегическое целеполагание государственной власти.
Федор Достоевский считал невозможным существование человека и нации без высшей идеи. Статья 13 Конституции РФ запрещает наличие в ней государственной идеологии. Стран, основополагающие акты которых запрещают ее наличие, в мире мало. К ним относится абсолютный аутсайдер по динамике ВВП и коэффициенту естественного воспроизводства населения среди стран Восточной Европы – Болгария.
В Западной Европе конституционный запрет на государственную идеологию существует только в Португалии. Коэффициент естественного воспроизводства населения в этом недавно являвшемся одним из лидирующих в Европе государств по показателям рождаемости оказывается среди худших. По динамике своего ВВП Португалия сегодня стала аутсайдером.
В России, на Украине и в Молдавии государственная идеология запрещена. По показателю динамики ВВП наблюдается все та же свойственная конституционно-деидеологизированным государствам картина аутсайдерского положения.
Наблюдается связь исторической успешности России с идеологичностью ее государственности. В ее истории идентифицируются смены периодов национально-идентичной идеологии и деидеологизации или переноса универсальных иноцивилизационных идеологем. В XIX веке, в периоды либеральных реформирований, проводившихся русскими императорами Александром I Павловичем и Александром II Николаевичем, сокращались рождаемость среди православного населения и показатели экономики. При императоре Всероссийском Николае I Павловиче, правившем в 1825–1855 годах, Россия по объему производства занимала 2–3-е место в мире. «Великие реформы» Александра I опустили ее на 5-е место в этом рейтинге.
Во второй половине XX века было два деидеологизационных периода: первый, хрущевский, осуществлялся под лозунгом десталинизации, второй, с 1988 года, – под девизом свертывания коммунистической идеологии.
По показателю естественного воспроизводства населения в эти времена векторы рождаемости и смертности были изменены. В дореформенные периоды первая находилась в стабильном положении или даже улучшалась, а вторая уменьшалась. Но после деидеологизации репродуктивность резко снижалась, а смертность возрастала.
Те же явления наблюдались и в экономических процессах. Запуск деидеологизационных тенденций – десталинизации и декоммунизации – вел в обоих случаях к спадам валового объема промышленного производства.
Функции государственной идеологии состоят: в мобилизации перехода на инновационный тип развития; в формулировании целей и организации народа на их достижение; в формировании мировоззрения, посредством которого задаются смыслы бытия соответствующего социума; в интеграции для создания объединяющих индивидуумов в единый народ, скреп социума; в социализации, превращающей индивидуумы в личности.
В деидеологизированных обществах происходит ведущая к состоянию фрустрации и повышенной суицидальности утрата смыслов.
Одним из факторов происходящего мирового геоэкономического надлома и наступления на традиционно успешный Запад азиатского Востока является то, что многие его страны сформулировали национально идентичную идею и государственную идеологию. Запад же долгое время находился в парадигме противоборства с советской системой. Его завершение образовало смысловой вакуум.
Идеократические страны, включая особый идеологический ресурс, демонстрируют более высокие показатели темпов экономического развития и международного индекса счастья. Он дает представление о том, население идеократических или деидеологизированных стран более удовлетворено жизнью. Жители первых значительно счастливее последних. По данным международного социологического проекта World Valuese, по уровню счастья США находятся только на 114-м месте в иерархии стран мира. Этот важный параметр социального бытия связан с готовностью населения жертвовать собой и защищать свою Родину. Очевиден раскол по значимости патриотизма между идеократическими и деидеологизированными странами. Там, где действует государственная идеология, уровень патриотичности оказывается выше.
Современный идеологический облик мира имеет свое выраженное позиционирование. Большинство правящих партий в мире сейчас принадлежат к консервативному идеологическому направлению, они самоопределились по критерию универсальной и национальной идентичностей.
Демонтаж коммунизма и кратное снижение популярности либеральной идеологии привели к расколу между неолиберальной идеологией властей и стремлением собственно народа к выдвижению своей, преобладающей сейчас в мире как тенденции национально-идентичной идеологии.
При том что Запад, казалось бы, демонстрирует достижение высокой успешности при отсутствии государственной идеологии, исторически устойчивое наличие доминирующих там идеологических моделей реализует идентичность единой западной цивилизации, утверждает ее мировую гегемонии и выражается: в «Римском мире» (лат. Pax Romano. – Ю.С.), в «Христианском мире» (лат. Pax Christiana. – Ю.С.), в идеологии просвещенного Запада и т. п. Триада «свобода – равенство – братство» дифференцировалась в рамках соответствующих идеологических направлений. Свобода реализовывалась в либерализме, равенство – в социализме, братство – в консерватизме. В XX столетии они выразились в имеющих единую основу тоталитарных проекциях: неолиберализм, коммунизм, фашизм. Адекватно они воспринимаются в рамках западного цивилизационного контекста. А их включения в иные цивилизации приводило, как правило, к существенной деформации данных концепций. За указанными идеологическими версиями стоят претендующие на исполнение миссии интегратора западного пространства геополитические субъекты. Сегодня Запад выступает с двумя акцентированными на факторе своей цивилизационной идентичности идеологиями – «американский мир» (лат. Pax Americano. – Ю.С.) и «европеизм». В географическом преломлении модели идеологий оказываются аналогичными. Выраженные цивилизации формировались вокруг определенных идентичных религий.
Модернизационное переустройство мира не нарушило его базовых основ. Религию сменила идеология. И вновь, в настоящее время, цивилизации выдвигают собственные идентичные идеологические конструкты и проекты. Как и прежде, они соотносятся с границами цивилизаций: североамериканская цивилизация генерирует проект Pax Americano, Южной Америки – боливарианский социализм, Европа – европеизм, мусульманский Восток – исламскую интеграции нового халифата, Индия – духовную альтернативу, неогандизм, Япония – японскую национальную самобытность, КНР – китайскую глобализацию.
Россия создает собственную идеологию и проект цивилизационной идентичности.
Задача генерации новых идеологий особенно актуализировалась в периоды кризисов, исторически выступавших в качестве катализаторов идеологической рефлексии. Выдвижение новых идеологий ведет к преодолению кризисных ситуаций, в частности в глобальном мире, находящемся в поиске новых идеологических концептов.
В идеологическом плане история России представляла собой инверсию трех концептуально оформленных моделей государственного развития: Третьего Рима, православной империи и коммунизма. Кроме них, в разное время выдвигались и иные идеологические проекты: Нового Константинополя (Ярослав Мудрый), Нового Иерусалима (Никон), Государства всеобщего блага (Петр I), Всемирной христианской империи (Павел I) и др. Однако все они были вторичными и не обладали, уровнем доктринальной завершенности, соответствующим трем перечисленным выше образующим идеологии моделям.
Фактом своего существования Святая Русь как оплот православия удерживает мир от Апокалипсиса. Советская социалистическая государственность была направлена на исторический переход к коммунизму. РФ является инициатором нового мессианского проекта цивилизационной интеграции. Российский цивилизационно-ценностный пакет формируется как универсальное основание будущей конвергенции цивилизаций.
Русь выступает духовной и политической преемницей «Рима и Византии». Главными историческими событиями того времени были: призвание новгородского князя Рюрика, Крещение Руси, падение Византии.
Российская история насыщена противостояниями православной государственности внешнему враждебному окружению. В канве героических свершений русского народа находятся: Крещение Руси, избрание на царство Михаила Романова, Отечественная война 1812 года.
Утверждение государственности СССР стало началом важной эры в истории человечества. Противопоставление советского и дореволюционного периодов истории выразилось в Великой Октябрьской социалистической революции, Гражданской и Великой Отечественной войнах.
Идеологическим компонентом является концепт «Москва – Третий Рим», включающий в себя православную империю, самодержавие, народность.
Новые реалии и вызовы развития страны и мира приводят к смене идеологем. Их модификация часто носила формальный характер, скрывая за своими маркерами константные принципы и ориентиры российской национальной идеи.
«Есть нечто более сильное, чем все на свете войска, – это идея, время которой пришло».Виктор Мари Гюго, французский писатель, поэт, прозаик и драматург, одна из главных фигур французского романтизма, член Французской академии
1.4. Геополитические процессы
«Россия и Китай понимают мировые проблемы гораздо лучше, чем США, потому что им пришлось пройти через ужасающие войны, столкнуться со слепым эгоизмом фашизма. У меня нет сомнений в том, что, имея революционный опыт и исторические традиции, сделают все для того, чтобы избежать войны, а также для мирного развития Венесуэлы, Латинской Америки, Азии и Африки».Фидель Алехандро Кастро Рус, кубинский революционер, государственный, политический и партийный деятель, руководивший Кубой в качестве ее премьер-министра (1959–1976 гг.), председателя Совета министров и председателя Государственного совета (1976–2008 гг.)
Происходящие в мире события глобального масштаба могут иметь различные черты своего характера: быть многочисленными и многообразными, строго направленными и разновекторными, комплексными и разрозненными, краткосрочными и протяженными, разветвленными дискретные и перманентными, с различным количеством участвующих субъектов и объектов и т. д.
Во многие геополитические процессы, в той или иной мере, вовлечена РФ, имеющая свою определенную систему значимостей и перспективностей в собственной внешней политике.
События глобального значения в мире определяются деятельностью старых и новых лидеров, традициями, интересами, тенденциями, трендами, потенциальными возможностями, желаниями и необходимостями.
«Европа, где мы родились, Европа, поделенная на конференциях в Тегеране, Ялте и Потсдаме, – эта Европа противна жизни… Мы осознали, что нас планомерно удушают, и поняли эту стратегию: блокировать Европу… от России… для предотвращения евро-российской синергии».Робер Стекерс, бельгийский политик, издатель журналов Orientations, Vouloir, бюллетеня Nouvelles de Synergies Europeennes
Существовавшие после крушения коммунизма надежды на возможность быстрой интеграции России в международное сообщество быстро исчезли. После террористических актов 11 сентября 2001 года ожидания, что стратегическое решение Путина поддержать США в их борьбе с терроризмом приведет руководство РФ к стратегии интеграции с Западом, возникли снова.
В меняющихся условиях современной глобальной политико-экономической жизни необходим перманентный поиск наилучшей конфигурации политической системы.
Руководство РФ обрело уверенность и демонстрирует напор, последовательность, направленность, результативность. Оно заявило своей целью восстановление России как современной великой державы, среди символов мирового престижа и политического инструмента которой энергетические ресурсы. В понимании официальной Москвы РФ должна быть независимой от США и Европы в зонах их влияния на постсоветском пространстве. Концептуально многовекторная внешняя политика Кремля в значительно возрастающей степени ориентируется на набирающие силу азиатские державы, особенно на КНР.
Интеграция с Западом и идентичность России происходят с противоположными векторами. Она стремится к самоидентификации, связанной с тем, что отличает ее от него. В возможном противостоянии между Западом и Востоком перед РФ встанет вопрос о ее согласии с руководящей ролью Пекина в таком геополитическом конфликте. Равная по размерам континенту РФ отказывается от самоизоляции, открыта для внешнего мира и проводит преобразование своего общества.
Формально не интегрируясь в западное сообщество, Россия может стать страной с его типом институций, но членом ЕС. Это обеспечивает разрешение дилеммы «интеграция или самоидентификация».
Критерии сравнения государств меняются. До Второй мировой войны важнейшими характеристиками были: количество и качество войск, сила флотов, во второй половине XX века – ядерный «мегатоннаж». Все это зависело от экономического развития, но в индустриальную эпоху системы мобилизационного типа могли добиваться больших успехов и длительное время соперничать с системами, основанными на либеральных принципах. В 21-м столетии важнейшим качеством государств, вероятно, будет их способность к своему инновационному развитию. Она зависит от характера политических, экономических, социальных и ценностных систем общества на постиндустриальной стадии его развития.
В мире, где соревнование приобрело всеобщий и глобальный характер, лишь достижение равенства по этому критерию сделает РФ конкурентоспособной. Факторы географического, ресурсного, военного и прочего характера как традиционно упоминаемые преимущества России в международной конкурентной борьбе будут эффективно задействованы лишь в случае равенства основных систем общества этого государства и лидеров современного развития.
Запад не географическое или культурно-цивилизационное понятие, а современное постиндустриальное общество, возникшее на основе модели, впервые появившейся в Европе в XII–XIV веков и с тех пор постепенно распространяющейся по всему миру. В 21-м столетии главным «фронтиром» процесса вестернизации стала Азия, и прежде всего КНР. В ближайшие 15–20 лет глобализация будет все больше связываться не с США, а с Китаем и Индией.
При росте своих потенциалов Россия может возглавить всемирную альтернативу, стать лидером пяти миллиардов «жертв глобализации» в борьбе против «золотого миллиарда», влиять на ход мировой истории, взяв реванш за поражение в конце XX века. Поднимающиеся Индия, Индонезия, Бразилия, ЮАР и Китай формируют собой новую, не поднятую империализмом Запада, а созревшую в местных условиях и обладающую выраженной национальной спецификой волну вестернизации. Все эти страны будут успешными.
Связь между международной интеграцией и национальной идентичностью существует как исторический континуум.
Геополитическая структура современного мира формируется на основе ряда взаимосвязанных тенденций. Главной из них является глобализация. Она подразумевает: интеграцию мировой экономики; создание планетарных товарных и финансовых рынков; постепенное размывание государственных границ; создание единого всемирного информационного пространства; формирование геополитических центров силы на базе военных, географических и иных преимуществ, тяготеющих к захвату рынков и иным формам экспансии.
Интеграционные процессы проявляют себя многопланово: в расширении географии ООН, всемирной торговой организации (ВТО), Международного агентства по атомной энергии (МАГАТЭ), региональных международных организаций; росте влияния ЕС и НАТО.
США стремятся трансформировать НАТО в Лигу демократий – организацию, в которую помимо атлантических государств, войдут и азиатские страны, прежде всего Австралия, Южная Корея и Япония.
Особенно активно геополитические центры силы стали консолидироваться после краха двухполярного мира, центрами которого были Соединенные Штаты Америки и Союз Советских Социалистических Республик. Это противоречивый процесс, фоном которого являются экономический и финансовый кризисы, многочисленные локальные конфликты.
Систему критериев принадлежности конкретных субъектов к центрам силы составляют: связанные с географическим положением стратегические преимущества; доля в мировом производстве; контроль над стратегическими сегментами мирового рынка; уровень конвертируемости национальной (межнациональной) валюты; уровень обладания ракетно-ядерным оружием; участие в освоении космоса; инновационный потенциал экономики; интегральный потенциал экспансии, особенно важный для оценки перспектив конкретного центра силы и геополитической структуры мира.
В современных условиях проявляют себя семь основных геополитических центров силы или глобальных и трансрегиональных геополитических игроков: США, Россия, Евросоюз, Китай, мусульманский мир, Япония, Индия.
После победы над Советским Союзом основные усилия Соединенных Штатов были направлены на недопущение реализации имперского проекта «Халифат». Будучи увлеченными этой стратегией, они пропустили стремительный взлет и возрождение КНР. Осознав ошибку, американцы стали реализовывать относительно китайцев стратегию их «отсечения от ресурсов», целью которой является резкое торможение темпов экономического роста их страны. Распад СССР и безнаказанность нападения на Югославию подтолкнули руководство США к осуществлению глобальной экспансии по всем стратегическим направлениям. Однако последовавшие вслед за этим неудачи Соединенных Штатов в Ираке и Афганистане, ослабление позиций доллара и усиление КНР поставили под сомнение концепцию однополярного мира. Возникла неопределенность – однополярный мир не состоялся, а многополярный не сложился.
Геополитическое и геоэкономическое положение РФ в системе современного мирового хозяйства на мировой арене определяется ролью правопреемника распавшегося экономически развитого Советского Союза.
СССР обладал: крупными запасами минерального сырья и топливно-энергетических ресурсов; высоким научно-техническим потенциалом; значительным производственным потенциалом в ряде отраслей промышленности, особенно в военно-промышленном комплексе (ВПК); высоким общеобразовательным уровнем населения и высококвалифицированной рабочей силой; развитыми системами транспорта и связи; управляемой плановой экономикой; емким внутренним рынком.
Распад Советского Союза привел к тому:
1) что в результате образования новых независимых государств из числа бывших республик СССР на западе и юге России она оказалась как бы отодвинутой вглубь материка Евразия – на север и восток от центров наиболее интенсивного внешнеэкономического взаимодействия (прежде всего со странами Западной и Центральной Европы);
2) что более отчетливо стал проявляться континентальный характер территории России. Хотя она омывается тремя из четырех мировых океанов (Атлантическим, Северным Ледовитым и Тихим), специфика природно-климатических условий Северного Ледовитого океана делает его воды труднодоступными для регулярного коммерческого судоходства. Слабость развития транспортных структур Сибири и Дальнего Востока существенно снижает возможности использования весьма протяженной береговой линии на Тихом океане, резко ограничился доступ России к портам Балтийского и Черного морей, более сложной стала ситуация на закрытом Каспийском море;
3) что возникла необходимость транзитного (через территорию указанных новых независимых государств) внешнеэкономического общения с большинством развитых стран с рыночной экономикой (прежде всего западноевропейскими странами). Для России оказались потерянными многие незамерзающие порты, значительная часть морского флота. Осложнились проблемы использования трубопроводов, железнодорожных и автомобильных магистралей, проходящих по территории новых независимых государств, а также международных воздушных перевозок;
4) что если в условиях СССР только шесть из 11 экономических районов России имели выход к государственным границам и океану, то после распада СССР их стало 10 (за исключением Волго-Вятского экономического района), а из 85 субъектов РФ – 44. В связи с этим возникли сложные проблемы обустройства границы, развития пограничной и таможенной службы и другие;
5) после распада СССР отчетливо проявились другие особенности экономико-географического положения России, в частности тот факт, что 2/3 ее территории приходятся на районы Крайнего Севера и приравненные к ним зоны с суровыми климатическими условиями. Только 35 % российских сельскохозяйственных угодий получают достаточно солнечного тепла для вызревания зерновых культур. Жизнеобеспечение на обращенных к северу российских равнинах требует повышенных энергетических затрат;
6) что выявилась относительно слабая обеспеченность России собственным продовольствием, целым рядом цветных и редкоземельных металлов, многими техническими культурами (например, хлопком);
7) что в значительной степени оказались свернутыми и даже разорванными кооперационные производственные и научно-технические связи, формировавшиеся в течение десятилетий в рамках единого народнохозяйственного комплекса СССР. (Ранее такого же рода связи были фактически разорваны или в значительной степени сокращены со странами Центральной и Восточной Европы – бывшими членами Совета экономической взаимопомощи (СЭВ), значительная часть которых в настоящее время входит в Евросоюз.) Фактически произошел распад существовавшего ранее единого союзного экономического, научно-технического, информационного, образовательного и культурного пространства;
8) что, несмотря на предпринимаемые меры, указанные проблемы в целом не удается эффективно решать в связи с противоречиями в деятельности международной организации, возникшей на базе распавшегося СССР – Содружества Независимых Государств (СНГ). Более успешно экономическое и политическое взаимодействие осуществляется в рамках Евразийского экономического сообщества, начавшего свою деятельность в 2010 году Таможенного союза (ТС) трех государств (Белоруссии, Казахстана и России) и в рамках Союзного государства Республики Беларусь и Российской Федерации.
На протяжении 1990-х годов Россия по основным макроэкономическим показателям, характеризующим уровень экономического развития, не приблизилась к группе развитых стран с рыночной экономикой, а опустилась вниз, приблизившись к группе развивающихся стран.
При определении качества жизни при помощи подсчета индекса развития человеческого потенциала (ИРЧП) используются три вида показателей: средняя продолжительность предстоящей при рождении жизни; уровень грамотности взрослого населения страны (2/3 индекса) и совокупная доля учащихся (1/3 индекса); уровень жизни, оцененный через ВВП на душу населения.
Уникальным ресурсом России является ее благоприятное геополитическое и геоэкономическое положение. Она находится между двумя динамично развивающимися регионами мирового хозяйства – Западной Европой, определяющую роль в которой играют ЕС и АТР. РФ может развивать эффективные двусторонние связи со странами соседями по всему периметру своих протяженных границ.
Этот евразийский трансконтинентальный фактор следует эффективно использовать.
Для того чтобы реализовать свое выгодное геоэкономическое положение, России необходимо использовать различные направления и формы экономической политики.
«Россия является одной из крупнейших стран мира с многовековой историей и богатыми культурными традициями. Несмотря на сложную международную обстановку и трудности внутреннего характера, она в силу значительного экономического, научно-технического и военного потенциала, уникального стратегического положения на Евразийском континенте объективно продолжает играть важную роль в мировых процессах».Из Концепции национальной безопасности Российской Федерации, утвержденной Указом и.о. Президента РФ Владимира Владимировича Путина 10 января 2000 г.
В утвержденной Указом Президента РФ Дмитрия Медведева 12 мая 2009 года «Стратегии национальной безопасности Российской Федерации до 2020 года» была поставлена задача вхождения России в среднесрочной перспективе в число пяти стран-лидеров по объему ВВП и достижения необходимого для этого уровня национальной безопасности в экономической и технологической областях. В «Стратегии…» сформулированы основные риски и угрозы национальной безопасности РФ на долгосрочную перспективу: сохранение экспортно-сырьевой модели развития национальной экономики; снижение конкурентоспособности национальной экономики, высокая зависимость ее важнейших сфер от внешнеэкономической конъюнктуры; опасность потери контроля над национальными ресурсами; ухудшение состояния сырьевой базы промышленности и энергетики; появление дефицита торгового и платежного баланса; сокращение доходных статей федерального бюджета страны; замедление перехода экономики страны к инновационному развитию.
Эти угрозы в последние годы дополняются дискриминационными мерами и усилением недобросовестной конкуренции в отношении РФ и представителей ее бизнеса.
У России есть значительные возможности для существенного расширения экспорта своих коммерческих услуг: транспортных, туристических, научно-консультационных, образовательных, информационных. Развитие в РФ систем финансовых институтов может создать предпосылки для распространения услуг в этих сферах за ее рубеж.
«Русские уже благодаря размерам своей страны свободны от узкосердечия языческого национализма, они космополиты или, по крайней мере, на одну шестую космополиты, поскольку Россия занимает почти шестую часть всего населенного мира».Христиан Иоганн Генрих Гейне, немецкий поэт, публицист и критик позднего романтизма, мастер сатиры, фельетона, путевых заметок, идеолог движения «Молодая Германия»
1.5. Территориальные преобразования
«Границы России нигде не заканчиваются».Владимир Владимирович Путин
Качество результатов тех или иных действий определяется системами экономичного эффективного управления. Работа с большими пространствами, насыщенными различными инфраструктурами требует умелых действий, междисциплинарных знаний, хорошего понимания местной специфики.
По заключению экспертов ЕС по России, с одной стороны, в политическом и концептуальном плане она является частью Европы, с другой – целостный перспективный план развития последней пока не просматривается.
В середине ХIХ века Владимир Иванович Ламанский, выдающийся русский исследователь, историк, славист, утверждал, что существуют собственно Европа, собственно Азия и срединный мир – получившая продолжение в Евразии Россия.
В ХIХ веке в русской элите родилась идея панславянского единения. В начале ХХ века возникло мощное научное течение евразийцев, представленное Петром Николаевичем Савицким, Николаем Сергеевичем Трубецким, Георгием Владимировичем Вернадским, Львом Николаевичем Гумилевым. На пространстве СНГ существуют две «недостроенные» цивилизационные сущности: рухнувшая в 1917 году Российская империя и распавшийся в декабре 1991 года Союз ССР. Необходимо отметить, что состоявшиеся устойчивые этнокультурные цивилизации легко не разрушаются. Неудачи указанных цивилизационных проектов обусловлены их отходом от столетиями складывавшегося на пространстве Евразии ряда принципиально важных ценностных парадигм русско-евразийской традиции попытками ввести в традиционный евразийский ареал народы других культурно-исторических типов или «пограничные» типы (лимитрофы), создавая этим внутренние духовно-культурные противоречия. Успешные в своем развитии страны и цивилизации Востока сохранили свои базовые ценности и культуру, совместив их с современными технологиями. Не сумевшие сохранить или не имевшие своих глубинных своих корней народы растворились в истории или иных цивилизациях.
Страны СНГ стремятся быть похожими на Запад. Его благополучие основано на опирающейся на доллар финансовой поддержке и НАТО эксплуатации других народов, колонизации и неоколонизации.
Евразийское пространство сегодня раздирается более мощными цивилизациями и транснациональными структурами. Экономические проекты, как правило, сопровождаются политическими требованиями, но прежде малозаметным изначально размыванием национальных и продвижением инородных ценностных ориентиров. Таким образом, вместе с экономикой, военным и политическим сотрудничеством идет переидентификация народов под свои интересы. Главной сферой противостояния в глобальной борьбе за ресурсы и территории является духовно-цивилизационная. Подавив или размыв духовный стержень народа, его можно легко купить, колонизировать, уничтожить. Или организовать в подавляемой стране «цветную революцию». В результате таких действий отдельные государства перестают быть мировыми и региональными игроками, становятся объектами геополитических войн. А властвующие элиты попавших под раздачу административно-территориальных образований превращаются в прислугу победителей.
Евразия и ее основной объект – Россия – главный приз глобальным победителю или игрокам. С геополитической позиции РФ – центр Евразии и мира. С ее пространством соприкасаются шесть из восьми мировых цивилизаций. Ни у одной из них нет такой привилегии. Фактом является длительный исторический опыт мирного объединения в рамках общего цивилизационного проекта и единого государства двух сотен народов, наций и народностей. Это немногим меньше, чем в Индии. У участников СНГ существует: единая шкала ценностей и традиций, память о совместной борьбе против внешних врагов и великих победах, культурная близость, общий русский язык. Евразийское пространство обладает огромными пригодными для проживания и развития территориальными и природными ресурсами.
Масштабы углеводородных, биологических, коммуникационных ресурсов арктической зоны могут значительно увеличиться. Их главным собственником претендует быть Россия. Этими возможностями Арктики интересуются Китай и Индия. КНР волнует перспектива импорта углеводородов из Ирана и стран Ближнего Востока. Соединенные Штаты играют против Китая и Европейского союза, чтобы иметь возможность остановить движение углеводородов в китайскую экономику, держат под прицелом Малаккский пролив. Американцы хотят заставить Пекин устремить свой взор на российские просторы и природные богатства. США, Европа и Канада готовы лишить РФ арктических и каспийских ресурсов, а КНР – сибирских и центрально-азиатских.
Евразийский проект России задуман как начало новой цивилизационной модели мира XXI века.
Для РФ – это основанный на разумных началах и ее геополитическом потенциале проект восстановления российской цивилизационной сущности и ее преображения. Достижение этой цели требует от власти и общества России: иметь в виду, что кризисным явлениям в ней присущ фундаментальный системный характер; сконцентрировать научную деятельность и интеллект народа на разработке образа и детализированной модели будущей РФ; реализовывать стратегию и программу ее развития.
Евразийский союз – модель мощного наднационального объединения, способного эффективно связывать между собой Европу и АТР и стать одним из полюсов современного мира. Сложение природных ресурсов, капиталов, человеческого потенциала делает ЕАЭС конкурентоспособным: в индустриальной и технологической гонке за инвестициями; в создании новых рабочих места и передовых производств; в обеспечении устойчивости глобального развития наряду с другими ключевыми игроками и структурами – ЕС, США, КНР, Азиатско-Тихоокеанским экономическим сотрудничеством (АТЭС) и т. д.
Экономические успехи китайцев, индусов, бразильцев, японцев стали возможны после возвращения этих народов к своим национальным ценностям, соединения культурно-исторической традиции с результатами технологического прогресса. Дэн Сяопин вернул китайцев к конфуцианству, «Книге перемен», истокам цивилизации этого народа. Национальной идеей китайцев всего мира является символ Поднебесной. Их успехи проявляются в образовании, экономике, культуре, науке, социальной сфере и являются результатом развития личности, устремления в будущее. В идеологии Евразийского экономического союза (ЕАЭС) экономика должна выступать не самоцелью, а средством комплексного развития человека и общества. Либеральная экономическая модель и западные ценности жизни противоречат базовым принципам русской и советской цивилизации, которые стали частью менталитета народов России и Союза ССР.
Однако потенциал ЕАЭС, даже если в него вступит большинство членов СНГ, будет недостаточным для успешной конкуренции с Китаем, Европой, США и транснациональным финансовым монстром. Существует потребность в объединении несогласных с действующим миропорядком для создания новой глобальной геополитической конфигурации, в частности, на базе Шанхайской организации сотрудничества (ШОС), группы Бразилия, Россия, Индия, Китай, Южно-Африканская Республика (БРИКС), Ассоциации государств Юго-Восточной Азии (АСЕАН) и др.
ЕАЭС должен выступать единым целым с РФ, приступить к формированию самостоятельного геополитического центра на базе экономического пространства. В рамках этого образования могут и должны формироваться общая или сближенная внешнеполитическая позиция, практика совместного отстаивания экономических интересов, системы коллективной безопасности. В настоящее время биполярная модель мироустройства прекратила существование, а сменяющий ее новый устойчивый вариант мирового порядка создается. Геополитическая конструкция современного мира представляется неустойчивой транзитной многополюсной, в которой все отчетливее лидируют восточные цивилизации, прежде всего Китай и Индия.
«Даже самый благополучный исход войны никогда не приведет к распаду России, которая держится на миллионах верующих русских греческой конфессии. Эти последние, даже если они впоследствии международных договоров будут разъединены, так же быстро вновь соединятся друг с другом, как находят этот путь друг к другу разъединенные капельки ртути».Отто Эдуард Леопольд фон Бисмарк-Шенхаузен
«Нужно прекратить исторический пинг-понг по этим территориям».Владимир Владимирович Путин
Глава 2
Российский конструкт
2.1. Формирование элит
«Действительно, я не отрицаю того, что русский человек сформировался на стыке восточной и западной культур. Но и влияния «оси Север – Юг» не отрицаю. Русская культура уникальна и многомерна».Александр Сергеевич Запесоцкий, советский и российский ученый, доктор культурологии, профессор, действительный член Российской академии образования, член-корреспондент Российской академии наук (РАН), ректор Санкт-Петербургского гуманитарного университета профсоюзов с 1991 г.
«Нам особенно нужны образованные люди, близко знающие всю русскую действительность, для того чтобы мы смогли сделать настоящие, самостоятельные, а не подражательные шаги в деле развития своей страны».Дмитрий Иванович Менделеев, русский ученый-энциклопедист: химик, физикохимик, физик, метролог, экономист, геолог, метеоролог, нефтяник, технолог, приборостроитель, воздухоплаватель, педагог, преподаватель
Современная элита РФ имеет свои истоки и перспективы, подвержена селекции.
Получение хорошего образования традиционно связывают с обучением в Гарвардском университет, Московском государственном университете (МГУ) им. М. В. Ломоносова, Национальном исследовательском университете «Высшая школа экономики» (НИУ ВШЭ) и т. п., а также с должным финансированием науки и культуры. Наполняет знаниями, умениями и опытом человек себя сам своим трудом. Помогают достигать результатов ему в этом его собственные таланты, способности и другие личностные качества.
В дипломатическом корпусе России с незапамятных времен существуют традиции, системы образования и процессы их развития.
В 1993 году сектор изучения элиты Института социологии РАН зафиксировал состав и происхождение сформировавших новую бизнес-элиту группы предпринимателей. 55 % ее участников являлись членами семей советских ответственных работников, 88,2 % новых банкиров в прошлом были работниками государственных банков СССР. Доля советских хозяйственников в производственном секторе составляла тогда 86,9 %. В целом из 119 самых влиятельных бизнесменов первой половины 1990-х годов 67 создали собственный бизнес, используя свое служебное положение в СССР.
Путей в современную олигархию, по сути, три: собственно бизнесменов в этой группе только 27 %; около 25 % состава представителей элиты до момента вхождения в олигархию были директорами предприятий; весомую долю составляют вышедшие в отставку члены правительств 1990х годов. Первым в бизнес ушел в 1992 году Петр Авен: после отставки с поста министра внешнеэкономических связей в правительстве Егора Гайдара он стал президентом «Альфа-банка». Позже подобная практика стала нормой.
Политбюро Центрального комитета (ЦК) Коммунистической партии Советского Союза (КПСС) участия в приватизации практически не принимало. Ресурсы же, подконтрольные партии на уровне отделов ЦК и ниже, конвертировались в создание совместных предприятий, крупных банков, концернов, финансовые активы которых были размещены преимущественно за рубежом. Реальными менеджерами при этом становились ранее малозаметные работники аппарата ЦК, заместители министров и начальников союзных главков, помощники и советники союзных министров, ответственные работники специализированных партийных структур, например ЦК Всесоюзного Ленинского коммунистического союза молодежи (ВЛКСМ).
Все большую популярность на Западе набирают исследования российских элит. Изучением верхов российского общества все серьезнее занимаются в США и Великобритании. Это связано с непониманием западными специалистами феномена власти РФ, которая, несмотря на неблагоприятную для нее обстановку в мире и давление геополитических противников и оппонентов, продолжает вести успешную внешнюю и внутреннюю политику.
По мнению экспертов, интерес Запада к РФ и к ее элите объясняется желанием западных умов понять феномен России. Ученые из Европы и США не могут самостоятельно объяснить тот факт, что находящаяся под действием экономических санкций государств мира страна продолжает упорно развиваться, выражать свои национальные интересы на глобальном уровне, создавать ощутимую угрозу западному обществу, а ее лидер пользуется поддержкой более чем у 80 % населения.
Западных ученых интересует положение РФ, в которой экономические сложности не приводят к внутренним конфликтам. В последнее время, особенно начиная с 2013 года, США приложили немалые усилия для усложнения жизни в России санкциями, снижением цен на нефть и газ, своей политикой относительно Украины. Но, несмотря на это, рейтинг Путина растет, что для зарубежных наблюдателей представляется загадкой. Если исходить из классического политологического постулата о том, что «короля делает свита», то есть элита, то она, очевидно, поддерживают президента и народ за него голосует. Западным исследователям такой расклад представляется существующим на грани абсурда, неожиданным и любопытным, заслуживающим того, чтобы в этом разобраться, потому что привычные закономерности в этом вопросе в России не наблюдаются.
После распада СССР в США закрылись многие более чем из ста различных организаций, занимавшихся изучением России. Они проводили тотальные исследования всех сфер жизни Советского Союза. Когда же он распался, американцы решили, что они стали победителями, и перестали финансировать свои аналитические структуры. Поэтому сейчас американцы без проведения дополнительных исследований часто не могут найти для себя объяснения происходящему в РФ.
«Если отмечают недостаток или достоинство объекта А, то, само собой подразумевается, порицают или хвалят данный объект в целом. Это было бы понятно, по крайней мере, отчасти для выступления ради пропаганды или для случая, когда рассуждают в соответствии с чувствами. Такое заключение оказывается, однако, неверным, если требуется исходить из простого описания и изучения единообразий, так как при этом рассуждение строится в объективной манере согласно логико-экспериментальному методу, и здесь недопустимо выражение собственных чувств ни эксплицитно, ни имплицитно».Вильфредо Федерико Дамасо Парето, итальянский инженер, экономист и социолог, один из основоположников теории элит, разработчик теорий, названных впоследствии его именем статистического Парето-распределения и Парето-оптимума, широко используемых в экономической теории и иных научных дисциплинах (в «Компендиуме по общей социологии»)
Происходящие в России в исторической непрерывности социальные процессы обладают своими уникальными и феноменальными особенностями по сравнению с происходившими или происходящими в других странах. Термины «царская Россия», «советский период», «постсоветская Россия», «ельцинская Россия», «путинская Россия» создают представление о дискретности и несвязанности этих исторических периодов.
Несмотря на социальные катаклизмы, полностью уничтожить социальные конструкции и человеческий материал очень трудно. Российское общество, государство и отдельные граждане живут на обломках отечественной дореволюционной и советской институциональной и социально-групповой структур.
«Любое общество в своей совокупности постоянно обретает свою сложность из самого своего долгожительства. Конечно, общество меняется, оно даже может целиком перемениться в каком-то одном из своих секторов; но оно упорно сохраняет свои главные выборы и структуры и на самом деле эволюционирует, оставаясь достаточно похожим на самое себя. Значит, если вы пытаетесь его понять, оно оказывается одновременно и тем, чем оно было, и тем, что оно есть, и тем, чем оно будет, оно предстает как бы накоплением в рамках длительной временной протяженности сменяющих друг друга постоянств и отклонений».Фернан Бродель, французский историк, осуществивший революцию в исторической науке своим предложением учитывать экономические и географические факторы при анализе исторического процесса; яркий представитель французской историографической школы «Анналов», занимавшийся доскональным изучением исторических феноменов в социальных науках; один из основоположников мир-системной теории как исследователь зарождения системы капитализма
В императорский период национальной спецификой русских, несколькими поколениями ранее встречавшейся в других европейских странах, считались являющиеся определяющими по отношению ко всем прочим факторам иерархия и порядок.
Вильфредо Парето выделяет в составе общества две страты: высшую, состоящую из правящей и неправящей частей, – управляющие и низшую – управляемые. А также богатство, родство и личные связи как свидетельства принадлежности к классу правящей элиты.
«Класс означает не конкретную группу лиц, а систему, установившую основополагающие правила приобретения, владения и передачи различных полномочий и связанных с ними привилегий.
В американском обществе существуют три модели власти и социальной мобильности. Прежняя модель собственности как основы благосостояния и власти, причем основным источником ее приобретения является наследование. Существуют технические знания как основа власти и положения, причем необходимым источником знаний служит образование. И, наконец, существует политическая должность как основа власти, причем путь к ее достижению лежит через организационный аппарат».Даниел Белл, американский социолог и публицист, создатель теории постиндустриального общества, профессор Гарвардского университета. Позиционировал себя как «социалиста в экономике, либерала в политике и консерватора в культуре» (о США последней трети XX века)
В дореволюционной России со второй половины XIX века действовали первая и третья модели власти, а с 1905 года и вторая власть. В СССР функционировали вторая и третья модели. К истории РФ трудно применить какую-либо из этих моделей в чистом виде. Применяемую в ней модель можно определить термином Даниела Белла «организационный аппарат». Ни одна из этих моделей за последние полтора столетия не обрела законченной или устойчивой формы. В США первую модель власти не отменяли. Она была дополнена второй и третьей, хотя система собственности при этом стала разрушаться.
Три модели власти могут интерпретироваться и как определенное состояние элит, позволяющее им играть решающую роль в поддержании равновесия в обществе на основе традиции или системы правил приобретения, владения и передачи различных полномочий и связанных с ними привилегий.
В последние 150–160 лет в России в силу приведших к революции нарастающих в обществе противоречий аналогичная система сложиться не успела. Поэтому на смену сошедшей с политической сцены элите императорской России пришла другая, но не как наследница традиций, а как отрицающая все предыдущее российское бытие.
Одним из ключевых обстоятельств, ведущим к пониманию природы элиты, американский социолог, публицист и публичный интеллектуал, один из основоположников леворадикального направления в западной социологии профессор Колумбийского университета Чарльз Райт Миллс считал психологические особенности входящих в нее людей. Часть из них вышла из партийно-комсомольской, советской и хозяйственной номенклатуры советского периода, часть – из других слоев населения. Но у большинства представителей правящей верхушки было общее психологическое и идейное прошлое.
Владимир Ленин родословную революционного движения возводил к декабристам, в среде которых были разные люди, в том числе крайних взглядов.
«Самодержавие в России решительно уничтожается. Уничтожается не только самый институт самодержавия, но и физически должен быть истреблен весь царствующий дом… Да, я был сторонником цареубийства, казни всех без исключения членов царского дома в самом начале революции».Павел Иванович Пестель, руководитель Южного общества декабристов
«Революционер вступает в государственный, сословный и так называемый образованный мир и живет в нем только с целью его полнейшего, скорейшего разрушения. Он не революционер, если ему чего-нибудь жаль в этом мире. Если он может остановиться перед истреблением положения, отношения или какого-либо человека, принадлежащего к этому миру, в котором все и все должны быть ему равно ненавистны. Тем хуже для него, если у него есть в нем родственные, дружеские или любовные отношения; он не революционер, если они могут остановить его руку».Сергей Геннадиевич Нечаев, русский нигилист и революционер XIX века, один из первых представителей русского революционного активизма, лидер «Народной Расправы» (в своем «Катехизисе революционера»)
«…Наша так именуемая либеральная сторона… сохраняет целиком старинную мифологию метафизических существ, либеральных отвлеченностей, избираемых, разумеется, по собственному вкусу, и поклоняется ей по-язычески. Идеал ее – не какая-либо действительность, а либерально-аллегорический Олимп».Ростислав Андреевич Фадеев, известный российский военный историк, публицист, генерал-майор, сторонник панславизма, доброволец в Русско-турецкой войне, участник национально-освободительной борьбы балканских народов
Эта же линия поведения доминировала и после смены политического строя в России в результате революции. Приход к власти не изменил вектора социального действия. Накал преобразовательской агрессивности даже вырос.
«С точки зрения коммунистической мифологии не только “призрак бродит по Европе, призрак коммунизма” (начало “Коммунистического манифеста»), но при этом «копошатся шакалы империализма” “оскаливает зубы гидра буржуазии”, “зияют пастью финансовые акулы” и т. д. Тут же снуют такие фигуры, как “бандиты во фраках”, “разбойники с моноклем”, “венценосные кровопускатели”, “людоеды в митрах”, “рясофорные скулодробители”. Кроме того, везде тут “темные силы”, “мрачная реакция”, “черная рать мракобесов”, и в этой тьме – “красная заря” “мирового пожара”, “красное знамя» восстаний”».
Алексей Федорович Лосев, в монашестве Андроник, русский философ, антиковед, переводчик, писатель, видный деятель советской культуры, профессор, доктор филологических наук (в своей книге «Диалектика мифа»)
Этот настрой привел к тотальной войне с социальной и экономической структурой общества: сословностью (классами), собственностью, религией, семьей, правом.
Когда в 1990-е годы политико-экономический уклад опять изменился, аффективность должна была бы уступить место рациональности, поскольку капитализм требует именно ее. Но объектом аффективности оказалась не буржуазия, а народ, за интересы которого боролись революционеры предыдущей эпохи. Произошло это исходя из формата условий и оснований второго в ХХ веке перераспределения власти и собственности в России. В первый раз после 1917 года социальные и экономические ресурсы были сконцентрированы в руках победившей группы людей. Большевики воспользовались доставшимися им от царского прошлого умственным капиталом и управленческим опытом. Когда борьба с капиталистическим миром была проиграна, элита взяла на свое вооружения понятия: «рынок», «демократия», «общечеловеческие ценности» и другие.
«Вопрос о категории и статусе народа – это очень уместный вопрос. Когда возникает новая концепция государства (ratio status), оказывается, что государство – отдельно, а народ – отдельно. Впервые оказывается, что народ – это особая группа, особое множество, которое не равно той части государства, которая теперь только и называется государством.
То есть, грубо говоря, народ – это неразумная часть государства. Или объект, грубо говоря. Ведь в Средние века слова “субъект” и “объект” обозначали прямо противоположные вещи. Народ – это подданные, подчиненные, т. е. субъекты, иначе говоря, – объекты воздействия».Александр Фридрихович Филиппов, русский социолог, философ, переводчик главный редактор журнала «Социологическое обозрение» (в своей лекции «Дискурсы о государстве»)
Люди, которые в рамках своей теории говорили об отмирании товарно-денежных отношений, заняли противоположную позицию.
У современной элиты была возможность сменить тип социального поведения с аффективного на рациональный. Но из-за открывшихся возможностей обогащения, она не захотела ею воспользоваться и этим окончательно подорвала уже и в советское время пошатнувшийся свой престиж.
«С того момента как престиж поставлен под вопрос, он перестает быть престижем».Гюстав Лебон, французский психолог, социолог, антрополог и историк
Западной элите, для того чтобы быть сильной, необходимо иметь в своем подчинении слабого, управляемого обывателя-потребителя. Такая сила не может быть стабильной и способной создавать программы устойчивого роста и процветания цивилизации.
Россия в состоянии предложить миру другой взгляд на человека XXI века. Это необходимо прежде всего самой русской нации, поскольку нахождение ответов на вызовы кризиса современной цивилизации необходимо для восстановления полноты духовной суверенности РФ, применения в ней новых стандартов качества жизни.
Русской цивилизации необходим опирающийся на сильных и самостоятельных носителей нравственной и культурной идентичности России мощный правящий слой.
«Наш русский либерал прежде всего лакей и только и смотрит, как бы кому-нибудь сапоги вычистить».Федор Михайлович Достоевский
«Величие, могущество и богатство всего государства состоит в сохранении и размножении русского народа, а не в территории, тщетной без обитателей».Михаил Васильевич Ломоносов, первый русский ученый-естествоиспытатель, пример «универсального человека»: энциклопедист, физик, химик, основоположник научного мореплавания и физической химии, основатель науки о стекле, астроном, географ, геолог, приборостроитель, металлург
2.2. Власть и управление
«Русское государство обладает тем преимуществом перед другими, что оно управляется непосредственно самим Богом, иначе невозможно понять, как оно существует».Христофор Антонович Миних (Бурхард Кристоф фон Мюнних), граф, российский генерал-фельдмаршал немецкого происхождения, первый министр Российской империи по военным, гражданским и дипломатическим делам
Вертикали, параллели, башни, кремли, белые дома и взаимодействия между ними. Таковы хештеги, характеризующие систему власти в Российской Федерации. Управление строится на механизмах комплексного взаимодействия, алгоритмах бюрократического и быстрого реагирования на различные штатные и неординарные, в частности, чрезвычайные ситуации, а также на ассиметричных ответах на различные вопросы и вызовы.
Стабильность государственной политики реализуется в четком и насыщенном графике работы президента РФ, долгосрочности ее правительственных программ, оправдывающих ожидания, вызревания ситуаций, прогнозирование, освоение ресурсов.
События августа 2008 года, по логике, должны были бы привести к возобновлению противостояния с Западом во внешней политике России. Но начались иные процессы. Дмитрий Медведев провозгласил курс на сближение с ним, в первую очередь с Соединенными Штатами Америки, модернизацию и вестернизацию российского общества, развитие и углубление либеральных реформ. Этот курс поддержал Президент США Барак Обама. Российско-грузинской вооруженный конфликт вызвал бурю возмущений на Западе, но не стал серьезным аргументом в пользу начала нового витка антироссийской кампании. В Соединенных Штатах понимали, что Россия одержала тактическую победу, но пошли на то, чтобы смягчить ситуацию и резко не повышать градус конфронтации.
В этот период начался процесс «перезагрузки» (the reset) – сближения позиций РФ и США после связанного с эпохой Путина периода охлаждения в межгосударственных отношениях. «Перезагрузка» предполагала гармонизацию региональных интересов обеих стран и проведение общих операций в случаях наличия сходных целей. На практике это выразилось в следующих действиях: выступление РФ на стороне США и НАТО в их военных операциях в Афганистане; подписание договора по сокращению стратегических вооружений СНВ-3; отказ России от поставок некоторых видов вооружений в Иран; поддержка РФ политики США и НАТО в арабском мире, в частности отказ от вето в Совете Безопасности ООН резолюции по Ливии, которая привела к военной интервенции Соединенных Штатов и Североатлантического альянса в эту страну и свержению режима Каддафи, и другие.
Кроме этих, дававших некоторые преимущества США и практически ничего РФ шагов, серьезных подвижек в российско-американских отношениях в период президентства Дмитрия Медведева не произошло. При этом, несмотря на протесты России, Соединенные Штаты продолжали развертывать систему противоракетной обороны (ПРО) в Европе, меняя свои планы только из-за процесса переговоров с теми странами в Восточной Европе, которых это напрямую затрагивало. США также разместили ряд элементов ПРО в непосредственной близости к границам РФ в Турции. При этом, по мнению Путина и военного руководства России, вся система европейской ПРО направлена на сдерживание РФ и может работать наступательно. «Перезагрузка» не замедлила и не остановила американскую инициативу по европейской ПРО.
При отсутствии у претендующего на глобальность цивилизации Моря и находящейся в редуцированном и ослабленном состоянии цивилизации Суши общего врага (третьей силы) никаких общих серьезных стратегических целей быть не может. В этих условиях и с учетом асимметрии силового, экономического и военного потенциалов поиск точек соприкосновения вел к дальнейшему одностороннему процессу десуверенизации России, как это было в эпохи президентств Михаила Горбачева и Бориса Ельцина, и свертыванию курса, обозначенного в период правления Владимира Путина. Определенные декларации, проекты курируемого Дмитрием Медведевым Института современного развития (ИНСОР), информационное обеспечение «Перезагрузки» в российских СМИ свидетельствовали именно об этом. Возможно, западные стратеги так и отнеслись к данным проявлениям политической активности, а промедления в совершении необратимых шагов в сторону Запада связали с тем, что новый президент еще не полностью освободился от влияния Путина, который привел его к власти. Однако по мере приближения к марту 2012 года все больше атлантистских аналитиков высказывали сомнения в самостоятельности и серьезности намерений Медведева и его ультралиберального окружения. Возникли предположения о том, что срок президентства Дмитрия Медведева был средством оттянуть время перед конфронтацией, которая стала бы неизбежной в случае возвращения Владимира Путина к власти в марте 2012 года. Но надежда на то, что русский президент-реформатор останется на второй срок, сдерживала Запад от более серьезного давления на Россию. Весной 2011 года во время своего визита в Москву вице-президент США Джозеф Байден, вмешиваясь во внутреннюю политику РФ, открыто призвал Путина не баллотироваться на следующий срок под угрозой организации «цветной революции».
При Президенте РФ Дмитрии Медведеве не были осуществлены необратимые действия, связанные с отказом от курса, проводимого Владимиром Путиным до 2012 года. Все шаги, сделанные Медведевым в сторону США и НАТО, носили преимущественно декларативный характер или затрагивали второстепенные аспекты большой стратегии. Потери России при этом были незначительными и несопоставимыми с теми, которые СССР понес в эпохи Горбачева и Ельцина, когда Москва по собственной воле размагнитила один из полюсов двухполюсного мира и предоставила возможность цивилизации Моря свободно занимать пространство контроля и влияния, в том числе оставшегося после ухода структур цивилизации Суши военно-стратегического присутствия.
В процессах экономической интеграции Владимир Путин намечает геополитическую и политическую цели: создание в будущем на пространстве Северной Евразии наднационального образования, построенного на общности цивилизационной принадлежности. Соединяющий относящиеся к европейской цивилизации страны и общества Европейский союз начинался с образования в 1951 году Европейского объединения угля и стали (ЕОУС), чтобы постепенно стать новым надгосударственным образованием. По аналогии с ним Евразийский союз обозначен Владимиром Путиным в качестве долгосрочного ориентира, цели, горизонта исторического пути. Это нагруженный глубоким политическим и геополитическим смыслом политический концепт.
Как конкретное воплощение евразийского проекта Евразийский союз содержит в себе одновременно три уровня: планетарный, региональный и внутриполитический.
В планетарном масштабе речь идет об установлении вместо однополярного или «бесполярного» мира многополярной модели, в которой полюсом может быть только мощное интегрированное региональное образование, превышающее по своим масштабу, совокупному экономическому, военно-стратегическому и энергетическому потенциалам то, что по отдельности имеют даже самые крупные державы.
В региональном масштабе имеется в виду создание интеграционного образования, способного представлять собой полюс многополярного мира. На Западе таким интеграционным проектом может быть ЕС. Для РФ это означает интеграцию постсоветского пространства в единый стратегический блок.
На внутриполитическом уровне евразийство означает утверждение стратегического централизма, который не допускает наличия внутри страны прообразов национальной государственности в формате субъектов федерации, но и широкой программы, направленной на укрепление культурной, языковой и социальной идентичности этносов, традиционно входящих в состав России.
С весны 2011 года Владимир Путин говорит о необходимости различать понятия «нация» как политическое образование и «этносы».
Укрепляется и реализуется стратегия возврата России к своей геополитической континентальной функции в роли центральной земли – Heartland.
Начатый Путиным с осени 1999 года геополитический процесс представляет собой движение в совершенно ином направлении, нежели вектор российской геополитики второй половины 1980-х – конца 1990-х эпох Горбачева и Ельцина. Владимир Путин затормозил ведущее к ослаблению России движение и сумел обратить его вспять.
Геополитическая линия Владимира Путина в целом ориентирована в континентальном теллурократическом ключе, но содержит в себе внутренние противоречия в лице влиятельного модуля атлантистской сети агентов влияния на самых высоких этажах власти и в приближенных к ней аналитических структурах. Это проявилось в выборе президентом Путиным в марте 2008 года идеологически близкого себе Дмитрия Медведева своим преемником, имеющим политический образ либерала и западника. Такое сочетание создавало намного более обостренное и выпуклое, нежели в политической линии самого Путина, внутреннее противоречие между теллурократией и талассократией. Выдвигая своим преемником на посту главы РФ именно Медведева, Путин еще более акцентировал противоречивость ее положения на геополитической карте мира. Западничество и либерализм Медведева не вуалировались, а подчеркивались.
Понимая значение либерализма и западничества, Путин санкционировал такое отношение со штабами атлантизма и его авангардом, выдвинул своего преемника, демонстрирующего эту направленность в своих декларациях, но последовательно проводил политику, направленную на укрепление российского суверенитета. Владимир Владимирович намеренно демонстрирует определенную лояльность атлантистским проектам и готовность к проведению политической линии отличной от той, которую он действительно реализовывает.
Исключительно благодаря Путину во главе страны стал человек с номинально атлантистскими и глобалистскими либеральными подходами и взглядами. Разгадкой такого тактического хода стало заявление Дмитрия Анатольевича Медведева на съезде партии «Единая Россия» 24 сентября 2011 года о том, что он не будет выдвигаться на второй президентский срок, и предложил баллотироваться на пост главы России Владимиру Путину. С геополитической точки зрения «операция Медведев» оказалась попыткой дезинформации Запада и выигрышем времени для легального возвращения Путина на пост президента РФ. Несмотря на многочисленные декларации и символические шаги, критических уступок атлантизму в период правления Медведева сделано не было.
Внешнеполитические действия, предпринимаемые Президентом РФ Владимиром Путиным, выдержаны в евразийском державном духе. Эта геополитическая линия была развита и закреплена в серии реформ, изменивших политический и идеологический курс, по которому двигалась Россия в период президентского правления ею Михаила Горбачева и Бориса Ельцина. Основными наделенными ясным геополитическим содержанием и символическими действиями в реформах Путина были следующие:
1. Осуждение курса политики 1990-х годов на десуверенизацию РФ и фактического введения внешнего управления с соответствующим провозглашением суверенитета как высшей ценности современной России.
2. Укрепление расшатанного территориального единства Российской Федерации через ряд мер, включающих в себя жесткие военные действия против чеченских сепаратистов; укрепление позиций Москвы на Северном Кавказе в целом; введение семи федеральных округов с целью недопущения сепаратистских попыток в любой точке России; ликвидация понятия «суверенитет» в законодательных актах субъектов Федераций и национальных республик; переход к системе назначения глав субъектов Федерации взамен старой модели их выборности (эта мера была введена после трагических событий в Беслане, когда заложниками террористов стали дети средней школы).
3. Изгнание наиболее одиозных олигархов, бывших почти всевластными в 1990-е годы, за рубеж (Борис Березовский, Владимир Гусинский, Леонид Невзлин) и уголовное преследование других за совершенные преступления (Михаил Ходорковский, Платон Лебедев и т. д.); национализация ряда крупных сырьевых монополистов и принуждение остальных олигархов, признающих легитимность курса на укрепление суверенитета России, к игре по устанавливаемым государством правилам.
4. Откровенный и подчас нелицеприятный диалог с США и Западом с осуждением практики двойных стандартов, американской гегемонии и однополярного мира, вопреки чему провозглашалась ориентация на многополярность и сотрудничество со всеми силами (в частности, с континентальной Европой), заинтересованными в противодействии американской гегемонии.
5. Изменение информационной политики основных национальных СМИ, ранее транслировавших точку зрения их олигархических владельцев, а отныне призванных учитывать в своей деятельности государственные интересы.
6. Пересмотр отношения к российской истории с нигилизма, основанного на некритическом принятии западного либерально-демократического подхода, к уважению и почтению ее наиболее значимых вех и фигур (в частности, учреждение нового праздника Дня народного единства 4 ноября в честь освобождения Москвы Вторым народным ополчением от польско-литовских оккупантов).
7. Поддержка интеграционных процессов на постсоветском пространстве и активизация действий России в странах СНГ, образование или оживление интеграционных структур: Евразийского экономического содружества (ЕЭС), Организации Договора о коллективной безопасности (ОДКБ), Единого экономического пространства (ЕЭП) и т. д.
8. Нормализация партийной жизни за счет запрета олигархическим структурам заниматься политическим лоббированием своих частных и корпоративных интересов с использованием парламентских партий.
9. Выработка консолидированной государственной политики в области торговли энергоресурсами, что превратило Россию в могущественную энергетическую державу, способную влиять на экономические процессы в соседних с ней регионах Европы и Азии; схемы прокладывания газо- и нефтепроводов на запад и на восток стали зримым выражением энергетической геополитики новой России, повторяя основные силовые линии классической геополитики на новом уровне.
Всем этим реформам сопротивлялись силы, ориентировавшиеся в эпоху Михаила Горбачева и Бориса Ельцина на Запад, на цивилизацию Моря, и осознанно или неосознанно представлявшие собой агентов влияния талассократии, носителей либерально-демократического мировоззрения и глобально-капиталистических тенденций. Это сопротивление курсу Владимира Путина выразилось в оппозиции правых партий («Яблоко», «Правое дело»), появлении новой радикальной оппозиции ультралиберального и проамериканского толка, спонсируемых США и западными фондами («Несогласные»), антироссийской деятельности удаленных от власти олигархов, давлении Запада на Кремль для предотвращения дальнейшего развертывании данного направления, сопротивлении российской стратегии в СНГ со стороны прозападных сил в этих странах – «оранжевая революция» на Украине, «революция роз» в Тбилиси, антироссийская политика Молдовы и т. д.
Путин и его политика стали выражением в целом соответствующих основным вехам цивилизации Суши и константам российской истории геополитических, социальных и мировоззренческих тенденций. В отличие от системы действий Горбачева и Ельцина, находившейся в сильном противоречии с основными силовыми линиям русской геополитики, правление Путина восстанавливало традиционный для нее ход, возвращало ее на привычную континентальную, теллурократическую орбиту. Владимир Путин дал понятию Heartland новый исторический шанс, а на пути установления однополярного мира встала существенная преграда. Россия – Евразия представляет собой ядро альтернативы для цивилизации Суши.
Курс Путина в целом выдержан в теллурократических тонах. В деталях же он действует часто прагматично и отдаляясь от главной линии своей политики. Впервые такое отклонение стало очевидным после трагических событий 11 сентября 2001 года в Нью-Йорке. Путин принял решение о поддержке США и оказании дипломатической и политической помощи в последовавшем за этим вторжении американских военных в Афганистан. Силы противостоявшего талибам Североатлантического альянса находились в тесном контакте с российскими спецслужбами, и в момент вторжения США и стран НАТО в Афганистан РФ помогла в установлении их контакта с оккупационными силами, что стало одним из факторов относительно быстрого свержения власти талибана.
Вероятно, Путин рассчитывал на то, что по представляющему существенную угрозу для России и находящихся в зоне ее влияния стран Средней Азии радикальному исламу афганских талибов американское вторжение нанесет удар. Своей поддержкой объявившего «крестовый поход» против международного терроризма Буша-младшего Путин стремился подорвать систему, поступавшей сепаратистам Чечни и Северного Кавказа со стороны Запада политической, дипломатической, информационной и экономической поддержки. Поддерживая чеченских боевиков, американцы выступали на стороне сил, нанесших чувствительный удар по их собственной стране. Поэтому сближение с США и атлантистским полюсом было прагматическим действием и не отменяло его основной ориентации Путина на теллурократию.
Получив поддержку от России, США, вслед за Афганистаном, вторглись в Ирак и оккупировали его. Это вызвало протест со стороны России, Франции и Германии. Созданная ими антиамериканская коалиция получила название «ось Париж – Берлин – Москва», и создалось впечатление, что происходит формирование направленного на сдерживание однополярной американской гегемонии европейско-евразийского многополярного блока. Эта перспектива озаботила американцев. Они предприняли усилия, направленные на развал этой коалиции. «Ось Париж – Берлин – Москва» представляла собой эскиз теллурократического альянса, воспроизводящего более ранние евразийские проекты европейских геополитиков-континенталистов: бельгийского националиста, представителя идеологии «Третьего пути», или «Третьей позиции» Жан-Франсуа Тириара с его «Евро-советской империей от Владивостока до Дублина»; французского философа, писателя, политика, основателя и теоретика движения «Новые правые» Алена де Бенуа, призывавшего к альянсу континентальной Европы с Россией.
Вторжение американцев в Ирак показывало, что США действуют исключительно в своих собственных интересах и не намерены считаться с РФ, несмотря на ее уступки в Афганистане. Вашингтон не перестал оказывать помощь чеченским и кавказским сепаратистам, а известный геостратег Збигнев Бжезинский объяснил, что к «международном терроризму» следует причислять только тех, кто борется с Соединенными Штатами, а те, кто ослабляет их конкурентов и противников, в частности фундаменталисты Северного Кавказа, должны быть исключены из этой категории и приравнены к «борцам за свободу» (freedom fighters).
После 11 сентября многие российские эксперты поддержали Путина и его решение, и они же осудили его инициативу по созданию «оси Париж – Берлин – Москва» во время американо-британского вторжения в Ирак.
Резкое изменение курса российской политики при Владимире Путине в противоположную сторону от того направления, по которому события развивались перед этим, не было, однако, закреплено в стратегической доктрине России, мировоззренческих программах, манифестах, определении национальных интересов и методов их реализации, планомерном повышении совокупного геополитического, экономического и политического могущества России. Миссия Путина состояла в нормализации ситуации, в ликвидации наиболее разрушительных и катастрофических явлений.
Так выработался особый прагматико-технологический стиль его правления. Общая линия развития современной политики РФ направлена вдоль евразийского сухопутного теллурократического вектора, и это определяет основное содержание путинских реформ. Но концептуального и теоретического оформления она не получила. Политика проводилась преимущественно технологическими и политтехнологическими методами. При этом часто провозглашалось одно, а делалось другое; властный дискурс содержал в себе намеренные или случайные противоречия; апелляции к талассократическим ценностям, либерализму и западничеству перемежались с патриотизмом, теллурократией и обращениями к самобытности русской цивилизации. Благодаря этому в целом возникала атмосфера эклектики, в которой острые углы сглаживались сбивающими с толку пиар-кампаниями.
В период правления Путина обострилась геополитическая ситуация на постсоветском пространстве. Существуют две разнонаправленные тенденции. С одной стороны, с приходом к президентской власти Путина активизировались процессы интеграции ряда стран СНГ с центром в РФ одновременно на разных уровнях. На экономическом – это создание Евразийского экономического сообщества (ЕврАзЭС) Белоруссии, Казахстана, Киргизии, России, Таджикистана и Узбекистана; ЕЭП Белоруссии, Казахстана и России с приглашением в него Украины; ТС Белоруссии, Казахстана и России, а также ЕАЭС, в который в настоящее время входят Армения, Белоруссия, Казахстан, Киргизия и Россия. На военно-стратегическом – ОДКБ Армении, Белоруссии, Казахстана, Киргизии, России и Таджикистана.
В отношении ШОС Владимир Путин предпринял шаги, направленные на интенсификацию стратегического партнерства с Китаем в региональных вопросах, включая ряд символически значимых военных учений. Альянс с Китаем был построен на многополярной логике и ориентирован на обозначение возможного формата стратегического противостояния единоличной американской гегемонии и однополярному миру.
С другой стороны, возникла волна «цветных революций», направленных на приведение к власти в странах СНГ антироссийски и прозападно настроенных националистических политических сил, действующих на отрыв этих государств от РФ, срыв интеграции и их включение в перспективе в НАТО вслед за странами Прибалтики. Все эти революции были направлены на сближение государств, в которых они совершились, с США, Западом и технологически происходили по методологии «ненасильственного сопротивления», разработанной американскими стратегами в рамках проекта Freedom House на основе практики проведенных Центральным разведывательным управлением (ЦРУ) США диверсионных мероприятий и переворотов в Третьем мире.
Постсоветское пространство в эпоху Путина представляло собой поле противостояния воплощенной в РФ и ее союзниках цивилизации Суши и состоящей из стран Организации за демократию и экономическое развитие ГУАМ (Грузии, Украины, Азербайджана и Молдовы) цивилизации Моря. Heartland, с помощью интеграционных процессов, стремился расширить зону своего влияния на пространство СНГ. А США хотели через своих сателлитов ограничить распространение влияния России в постсоветской зоне, замкнуть ее только в своих границах и интегрировать в НАТО окружающие ее новые формально независимые государства.
Борьба на постсоветском пространстве евразийства и атлантизма, роль интеграционных процессов и «цветных революций» были очевидными. Но могущество атлантистских сетей влияния в РФ купировало потенциальную возможность широкого общественного осмысления сути вышеуказанных процессов. Направленные на решение интеграционных задач действия Путина замалчивались или критиковались, а царившая в Грузии или на Украине русофобия обходилась вниманием или трактовалась нейтрально.
Российские СМИ и экспертное сообщество не помогали Путину вести евразийскую кампанию на постсоветском пространстве, а даже мешали ему в этом. Это было одним из парадоксов периода президентства Путина.
Запад крайне негативно отреагировал на Мюнхенскую речь Путина, там заговорили о возобновлении холодной войны. Великая война континентов не прекращалась. После этого многие западные стратеги стали видеть в Путине четкое воплощение геополитического противника, традиционный, сложившийся на протяжении всей геополитической истории противостояния Моря и Суши образ «русского врага». Путин является континенталистом, евразийцем и державником.
«Территориальные размеры России требуют сильной власти.
Быть русским – значит не только говорить по-русски. Но значит – воспринимать Россию сердцем, видеть ее драгоценную самобытность и неповторимое своеобразие, понимать, что это своеобразие есть Дар Божий, данный русским людям, и в то же время – указание Божие, имеющее оградить Россию от посягательств других народов и требовать для этого дара – свободы и самостоятельности на земле. Быть русским – значит верить в Россию, так как верили в нее все русские великие люди, все ее гении и строители».Иван Александрович Ильин, русский философ, писатель и публицист, сторонник Белого движения и последовательный критик коммунистической власти в России, идеолог Русского общевоинского союза (РОВС)
2.3. «Башни» Кремля
Высшее звено управления государством Российская Федерация находится в центре ее столицы. Администрация Президента РФ и другие ветви власти определяют параметры целостной политики державной страны. Соревновательность в выдвижении и отстаивании законодательных нормотворческих инициатив формирует конкурентность и плюрализм различных мнений и точек зрения. Кто матери-истории и государству более ценен, определяют обстоятельства и время. Личные интересы не должны преобладать и превалировать над общественными, общегосударственными.
