Ирина Чеснова

Рожаю! Записки сумасшедшей мамочки

Посвящение

Авторы многих книг посвящают их кому-то конкретному – родителям, мужу, жене, другу, просто близкому человеку. Читать такие книги мне всегда было как-то неловко. Как будто я здесь лишняя. Как будто, работая над книгой, автор думал не обо мне, читателе, а о том (тех), кому она посвящена.

Конечно же, это не так. Но с этим своим впечатлением я ничего не могу поделать. Поэтому, чтобы у моих дорогих читателей не было подобного неприятного осадка, я посвящаю эту книгу всем, кто ее откроет.

Потому что при ее написании я думала о вас!

Благодарности

Только теперь я понимаю, как важен для любого автора этот раздел. Потому что написание книги – это поистине огромный, кропотливый труд. И довести его до конца без поддержки, помощи, советов близких и знающих людей – задача, на мой взгляд, просто непосильная.

Поэтому я от всей души благодарю всех, без кого эта книга так навсегда и осталась бы просто замыслом.

Спасибо моим родителям за то, что подарили мне жизнь, возможность самой стать мамой и поделиться материнским опытом в этой книге.

Спасибо моему мужу за любовь и преданность, а также за то, что подвигнул меня на написание «Записок» и стал моим соавтором.

Спасибо П.А. Гази и О.В. Захаровой, профессиональным и внимательным акушерам-гинекологам, которые помогли моим детишкам увидеть мир.

Спасибо моей подруге Юле за то, что она у меня есть, а также за ценные идеи для этой книги и за то, что стала ее первым читателем.

Спасибо моим подругам, которые поделились своим опытом и дали чистосердечные интервью, рассказав о самом сокровенном.

Наконец, спасибо издательству АСТРЕЛЬ за веру в меня и возможность представить мой первый литературный труд на суд читателей.

О чем эта книга?

Если честно, я до сих пор до конца так и не поняла, что я – мама. Мама четырехлетней девочки Даши и полуторагодовалого мальчика Гриши. И я – самый главный для них человек на земле. Они безумно любят меня и где-то там, в глубинах подсознания, панически боятся потерять. А я их. И мы не мыслим себя друг без друга...

Мир поделился на ДО и ПОСЛЕ их появления на свет. Все, что было ДО, оказалось неважным. Незначительным. Преходящим. А вот ПОСЛЕ... началась жизнь. Настоящая. Жизнь, имеющая смысл. И только ПОСЛЕ я поняла, что главное счастье в ней – видеть радостное личико твоего ребенка и знать, что все у него хорошо. Иногда я с ужасом думаю, что если бы не дети, я никогда бы так и не узнала, какое оно, это безгранично-бездонное счастье...

В жизни случается много разных событий. Радостных и не очень, важных и несущественных. А еще бывают события эпохальные. События-вехи. События-рубежи. Появление на свет ребенка – первое в этом списке.

А теперь давайте на секунду задумаемся: до конца ли мы понимаем всю глубину, всю судьбоносность этого события? Всецело ли осознаем, какое это великое чудо – рождение новой жизни? Каков ваш ответ? Мой ответ – нет. В стремительном течении жизни нам не удается полностью прочувствовать его. Запомнить и бережно сохранить в памяти всю гамму пережитых чувств и эмоций. А ведь если мы это сделаем – прочувствуем, сбережем, запомним (пусть даже и спустя годы после самого события) – наш внутренний мир станет богаче и ярче, и к детям мы будем относиться куда более трепетно, и наше отношение к жизни заметно изменится.

С детства мы знаем, что самые сладостные, самые сильные ощущения мы получаем не от самого радостного события, а от его ожидания. Беременность – это тоже ожидание праздника. Томительное, насыщенное переживаниями, наполненное нежностью, волнением, нетерпением. Но кто из нас детально помнит это волшебное время? Кто из нас полностью погрузился в него? Кто из нас понял, насколько это короткий период нашей жизни особенный? Его можно пролететь галопом, не заметив ничего вокруг, а можно пройти медленным шагом, наслаждаясь каждым днем, каждым новым ощущением.

К чему я все это говорю? К тому, что побудило меня написать эти «Записки» и, в частности, их первую часть – «Рожаю!». В ней – опыт, воспоминания и размышления молодой женщины, родившей и воспитывающей двоих детей. Эта книга о том, «как бывает» до, во время и после беременности и родов. О том, что пережито, передумано и перечувствовано за это время. О том, что сделано правильно, какие ошибки допущены и какие уроки извлечены.

В продолжении «Записок» речь пойдет об уходе за маленьким ребенком, о его развитии и воспитании. И о том, как сделать так, чтобы такая важная и счастливая миссия – материнство – не превратилась в повинность и тяжкий крест. Здесь будет тот же формат – мысли и чувства, сомнения, верные решения и ошибки, уроки и взгляд с исторических вершин.

В основу книги положен мой личный опыт, а также опыт моих друзей и знакомых, что делает «Записки», по сути, книгой историй. Историй самых разных (веселых и поучительных, драматичных и счастливых), но непременно жизненных. И правдивых от первого до последнего слова.

Мои «Записки» адресованы не только будущим и начинающим мамочкам, но и будущим и начинающим бабушкам. А также всем, кто познал счастье материнства, кто готов еще раз с удовольствием погрузиться в радужный мир ожидания и появления ЧУДА, кто хочет вспомнить и снова пережить давние эмоции и ощущения, связанные с рождением ребенка. Кроме того, очень рассчитываю, что эта книга подтолкнет к активным действиям молодых женщин, которые по разным причинам пока не решаются зачать ребенка.

Будущие и настоящие папочки! Не проходите мимо! Эта книга предназначена не только для дам. В ней, я надеюсь, вы также сможете найти массу полезной и интересной информации. И не будете чувствовать себя «чужими на этом празднике жизни», поскольку красной нитью через все повествование проходит «мужской взгляд» – комментарии моего мужа, многоопытного отца двоих детишек.

Вместе мы через многое прошли, многому научились и охотно поделимся с вами нашим родительским опытом.

Глава 1

РОЖАТЬ НЕЛЬЗЯ ОТКЛАДЫВАТЬ

(где поставить запятую?)

Почему я не хотела детей, но потом передумала

Откровенно говоря, я не очень хотела заводить ребенка. Нет, я, конечно, предполагала, что у меня когда-нибудь будут дети, но в двадцать четыре года перспектива погрузиться в мир пеленок-распашонок меня абсолютно не прельщала. Я была не готова посвятить себя малышу. Защита диссертации об истоках европейской интеграции и освоение выбранной профессии специалиста по связям с общественностью – вот на эти вершины я собиралась карабкаться ближайшие несколько лет.

Признаться, детей я не воспринимала вообще. То есть я могла повосхищаться, притом совершенно искренне, красивой прилежной девочкой или послушным смышленым мальчиком, но не более. Повосхищаться и тут же переключиться на более интересные для меня темы. И у меня не возникало естественного желания иметь такую же дочку (или сына).

Меня раздражал детский плач в общественных местах да еще и в замкнутых пространствах, например в самолете. Мне не нравилось, когда малыши моих знакомых мешали нам общаться, требуя к себе внимания. Меня совершено не тянуло поиграть с ними, рассказать сказку, побегать. Я не понимала, как можно вынести их постоянное мельтешение туда-сюда, громкий смех, нытье и крики. В общем, общаться с детьми я не умела и не хотела. И относилась к ним как к чему-то далекому, чужому, как к существам с другой планеты.

Я совершенно не понимала стремления многих женщин родить от любимого мужчины. Даже (и особенно!) если этот мужчина – не законный муж, а объект всепоглощающей страсти, без какого-либо намека на взаимность с его стороны. Рожать ребенка, чтобы он напоминал тебе о «самом прекрасном моменте» в твоей жизни? Что это – жертвоприношение во имя вселенской любви? Неверие в то, что ты достойна большего, что ты встретишь мужчину, который будет боготворить тебя и души не чаять в вашем ОБЩЕМ малыше? В любом случае, подобные порывы были мне абсолютно чужды.

Меня не умиляли беременные женщины. Я никогда не представляла себя на их месте. А молоденьких мамочек, запоем обсуждавших детские проблемы, пока их чада играли в песочнице, считала клушами, после того, как несколько раз случайно подслушала их разговоры.

– Вы какими подгузниками пользуетесь?

– Мы памперсы не одеваем принципиально! И уже какаем сами на горшок!

– Как тебе наш педиатр? По-моему, полный ноль.

– Я своему готовлю еду только сама и только из натуральных продуктов! Банки – это же сплошная химия.

– А мой мальчик сел в пять с половиной месяцев!

– А мой пошел в десять!

– А у нас уже восемь зубов!

– Вы записались в детский сад? Нет? Ну так вам мест не достанется!

– А моя все время болеет! Что только не делала? Замучилась уже ночами не спать...

– А я, когда у сыночки что-то болит, крестильную рубашечку нагрею утюгом и к больному месту приложу – очень помогает. А если температурит – так в этой рубашечке и спит! Попробуйте тоже так!

Неужели, думалось мне, можно в здравом уме и твердой памяти отречься от всех радостей жизни и сознательно сузить круг своих интересов до такой вот «бытовухи»? Крестильная рубашечка помогает от болезней! Боже мой, неужели она серьезно? Неужели и я превращусь в такую же клушу, которую не интересует ничего, кроме подгузников, прививок, зубов и очереди в детский сад? И я тоже буду «лечить» ребенка крестильной рубашечкой? Неужели радость материнства стоит бессонных ночей, постоянного беспокойства за малыша, каждодневной суеты и, самое главное, невозможности свободно распоряжаться собой, жить, как ты хочешь?

Я считала, что материнство – это жертва. И быть матерью – значит жертвовать собой ради ребенка. Я выросла в дружной, любящей семье и каждый день видела, как родители свои интересы и желания подчиняют моим. И думала, что так и должно быть, что это в порядке вещей. Но сама становиться на их место почему-то не хотела. Здоровый эгоизм!

Материнский инстинкт просыпаться во мне не спешил, но я, несмотря на всю свою «антидетскую» позицию, тем не менее предполагала, что когда-нибудь все же созрею и предпочту жизни ДЛЯ себя жизнь РАДИ кого-то. Когда-нибудь. Может, лет через пять?

В 24 года мне казалось: уж что-что, а родить я еще успею, но потом, попозже, не сейчас. И все вокруг меня думали так же. Мама, папа, куча подружек, которые, следуя модной волне, мечтали, как и я, о профессиональном успехе и самореализации. Все, но не мой муж.

Методично, ненавязчиво и незатейливо он внушал мне мысль, что семья без детей – это вроде как и не семья вовсе, а так – непрочный союз двух личностей, свободных от обязательств.

Я отнекивалась, как могла. Ах, подожди, вот еще чуть-чуть! Ах, только на денежную работу устроилась, дай пожить в свое удовольствие! Ах, надо съездить во Францию на стажировку, потом когда? Ах, вот допишу еще одну главу диссертации, не бросать же на полпути. И вообще такие дела с бухты-барахты не делаются – надо хотя бы анализы сдать.

Муж понимающе кивал, но не сдавался.

– Мы женаты с тобой уже два года! – пытался он образумить меня. – И у нас то одно возникает, то другое. Мы живем сегодняшним днем, а надо думать о завтрашнем, о главном – о детях. Мы скоро уже состаримся и будем, как дед с бабкой из сказки, горевать, что не нажили детей.

Какой у меня не по годам мудрый муж! И какой зануда! Не могу больше это слушать! И тогда, памятуя о том, что лучшая защита – это нападение, я пошла в атаку.

– Чего пристал, я только жить начала, а ты! Я одна тебе не нужна, только с ребенком, что ли? Ни у кого из наших друзей еще нет детей! Все живут для себя, чем мы хуже?

В ходе непродолжительной разведки боем выяснились интересные мотивы мужниного поведения. Оказалось, муж мечтал о наследнике. Именно о мальчике, который бы продолжил его славный род. Но главное – чтобы его ФАМИЛИЯ не прервалась и продолжала бы жить в веках. Девочка, понятное дело, с такой важной миссией не справилась бы.

Атака захлебнулась. То, что муж так трепетно и всерьез относится к вещам, которые для меня мало что значат, потрясло меня до глубины души.

И я СДАЛАСЬ.

Возможно, слишком быстро, учитывая мою прежде стройную «антидетскую» философию. Но, скорее всего, мои бастионы так стремительно пали не от внешнего воздействия, а из-за «внутренних противоречий». Наверное, в глубине души, где-то очень глубоко, я тоже склонялась к тому, что уже пора «делать ребенка». Может быть потому, что прекрасно понимала: рано или поздно этот вопрос придется решать. Рано или поздно у нас все же появится малыш. Так, может, лучше рано, чем поздно?

И все-таки к судьбоносному решению «зачинать» я пришла не сама. Оно не было мной продумано и осознано, меня к нему подтолкнули. Но как бы то ни было результат известен – через два года официальной совместной жизни я согласилась рожать. В моем активе на тот момент было: три с половиной года трудового стажа, почти написанная диссертация, крыша над головой в виде двухкомнатной квартиры, любящий муж, клятвенно пообещавший выполнять любые мои капризы, и преданные родители, готовые в любую минуту броситься мне на помощь. Неплохо, правда?

Мужской взгляд. Сказать по правде, я сам до конца не осознавал всей прелести материнства и отцовства. Собственно, мне тоже было только двадцать пять... Но было одно очень важное и серьезное внутреннее ощущение: наши отношения должны развиваться дальше, в другой плоскости, выйти на новый уровень. Все кафешки обхожены, сериалы пересмотрены, компьютерные игры переиграны, «конфетно-букетный» период остался позади. Хотелось чего-то нового, фундаментального и очень важного – детей. При этом я совершенно не представлял, да и не мог представить, что ребенок имеет обыкновение плакать, когда хочет есть, и это может случаться раз пять за ночь, а утром – опять на работу; что, когда колики и режутся зубки, дите тоже орет и т.д. А еще я не представлял, что для меня в жизни самыми счастливыми станут минуты, когда Даша и Гриша будут мне улыбаться, встречать с работы и говорить «папа». В общем, всего этого я не знал, но смутно догадывался, что дети должны быть, поэтому и настаивал. А «наследник» – это понты, как потом я выяснил для себя самого.

Итак, серьезному делу – серьезный подход. Для начала я проделала огромную работу над собой. Согласиться-то я согласилась, но ведь надо было еще и убедить саму себя, что этот шаг – правильный, своевременный, необходимый и все такое в этом же духе. При всей моей любви к мужу, мне вовсе не хотелось зачинать ребенка только для того, чтобы сделать ему приятное, а тем более, чтобы было кому передать по наследству нашу фамилию.

Я провела в размышлениях не один день и в итоге нашла ответ.

– Вот мы с Димой очень любим друг друга, – размышляла я, – но любовь – это абстрактное чувство. Сейчас оно есть, а завтра? То, что есть у нас сейчас надо попытаться... сохранить, выразить в чем-то осязаемом, неабстрактном. Короче, у нашей любви должно быть материальное воплощение. И этим воплощением станет наш малыш.

Придя к таким фундаментальным выводам, я успокоилась и, довольная собой, приступила к реализации заранее намеченного плана.

План был таков. Пункт первый: все-таки сдать анализы. Мы (я) так долго морально решались (решалась) на этот ответственный шаг, что было бы совсем безответственно пускать все на самотек. Я не поленилась – поехала в Институт эпидемиологии и микробиологии им. Н.Ф. Гамалеи. Там необходимый анализ так неформально и назывался – «для планирующих беременность».

Через несколько недель Институт дал добро: все в порядке, можно зачинать. Вообще, для полнейшей уверенности в собственном здоровье и готовности организма к беременности надо было сдать еще кучу тестов (например, исследование гормонального фона). Их список, кстати, висит в виде плаката в каждой женской консультации. Но! Ни капельки не сомневаясь в могучести собственного организма, я ограничилась основным списком анализов на инфекции. Мы сначала попробуем, думала я тогда, а если не получится – будем проверяться дальше.

Пункт второй: хорошенько отдохнуть перед тем, как... (или во время того, как...). Чтобы, так сказать, с новыми силами да с чувством, с толком, с расстановкой. О том, что перед беременностью женскому организму, потрепанному ежедневной беготней, запаркой и нервотрепкой, не мешало бы отдохнуть и восстановиться, мне говорила еще моя мама. Мысль показалась мне очень здравой: все знают, что от здоровья матери зависит и здоровье будущего малыша. Так зачем же испытывать судьбу и беременеть в перерыве между пиар-проектами, когда можно дождаться отпуска и уж тогда...

В отпуск муж «уговорил меня уехать с ним в Гагры».

Рожать надо вовремя!

Только сейчас, оглядываясь назад с «исторических вершин», я понимаю, как прав был Дима, когда торопил меня с решением «детского вопроса», и как была неправа я, когда поначалу артачилась. Потому что в этой жизни все надо делать ВОВРЕМЯ. И детей заводить тоже. Даже если не очень хочется, а обстоятельства (скажем, в виде надежного и любящего мужчины) позволяют.

По себе знаю: решиться на ребенка, если ты не мечтаешь о нем со школьной скамьи, действительно очень трудно. И это не только моя проблема. Вот, например, моя подруга Лиза. Замечательный человек. Эффектная, образованная, с великолепным чувством стиля. Из интеллигентной семьи. Родители и старший брат ее просто обожают, у них отличные отношения. Всю свою жизнь Лиза окружена любовью и заботой. Муж Саша очень трепетно к ней относится, а ведь поженились они в ранней молодости – когда обоим было по 20 лет. Казалось бы, Лиза с молоком матери должна была впитать приверженность семейным ценностям, желание иметь семью по образу и подобию родительской. Да и Саша вырос в доме, где было двое детей.

Ан нет! Лиза с Сашей рожать наследников не спешили. Просто не хотели. Им было хорошо друг с другом. Более того, Лиза вполне могла себе представить, что она проживет жизнь, так и не родив ребенка. Как и я, детей она не воспринимала абсолютно. Не могла отличить двухлетнего малыша от пятилетнего. И когда их приглашали в гости, где есть дети, совершенно не знала, что, кроме банальной плюшевой игрушки, им подарить. А поскольку на банальности у Лизы стойкая аллергия, приходилось советоваться с мамой, что купить.

Как-то весной шумной компанией мы сидели в баре и болтали «за жизнь». Разговор зашел о детях, которых ни у кого из нас тогда еще не было. (Мы с Димой, как сейчас помню, только собирались через месяц отчалить в Гагры «зачинать», поэтому чужие планы на этот счет меня очень даже интересовали).

– Лиз, – воспользовалась я удобным моментом, – у вас с Сашей самый большой стаж семейной жизни, о детях-то вы еще не думали?

– Ой, Ира, какие дети? Я к этому совершенно не готова. У нас и квартиры-то своей пока нет...

Сказала – как отрезала. Ну, думаю, долго они еще будут «готовиться». Лиза – она такая, ей важна профессиональная самореализация, она ценит свою свободу. И представьте себе мое удивление, когда через полгода я узнаю, что Лиза беременна. Это с ее-то категоричной позицией! Может, случайно? Нет, исключено! Что же тогда произошло?

А вот что. Близкие друзья пригласили Лизу с Сашей на свою свадьбу. Среди прочих гостей там была маленькая девочка. Совершенно очаровательный двухлетний ребенок. (Чей возраст Лиза, как известно, в этом вопросе не разбирающаяся, потом спросила у ее мамы). Так вот, эта девчушка из всех взрослых дядей и тетей выбрала почему-то Лизу, подошла к ней и попросилась на руки. Та очень удивилась, но просьбу незамедлительно выполнила. И пока малышка, удобно устроившись у красивой тети на коленях, увлеченно дрыгала ножками и с любопытством смотрела на нее распахнутыми глазами, с моей подругой что-то случилось. Она так расчувствовалась, что... заплакала. Это были настоящие слезы! И от чего? От ребенка на коленях?

На Лизу это было совсем не похоже. Она не из тех эксцентричных мадам, у которых глаза всегда на мокром месте. Уж что-что, а держать себя в руках она умеет. А тут – слезы. Лиза до сих пор не может объяснить, почему с ней все это произошло, но в тот момент ей отчаянно захотелось, чтобы и у нее была такая же дочка – симпатичная, нежная, умненькая.

Что это было? Знак свыше? Перст судьбы? Лиза – материалистка и не склонна мистифицировать случившееся. Просто, видимо, она внутренне уже не была так категорично настроена против детей. Она уже стала задумываться об этом. Всего лишь задумываться. Размышлять. Вот с работой сейчас не все понятно. Вот папа с мамой говорят, что надо рожать, пока еще нет 30-ти. К тому же сама Лиза – поздний ребенок, и чем дольше она будет тянуть, тем, возможно, меньше времени останется у ее родителей на общение с долгожданным внуком... Может, действительно, уже пора?

Так что к моменту неожиданной и, наверное, все-таки неслучайной встречи Лизы и двухлетней девочки на свадьбе, моя подруга была уже не столь уверена, что проживет жизнь без детей. Но чтобы от мысли перейти к делу ей требовался мощный импульс, толчок. И кудрявая девчушка как раз и стала этим импульсом. Лиза подержала ее за пухленькую ручку, ощутила биение доброго сердечка, заглянула в любопытные глазки, на физическом уровне ПРОЧУВСТВОВАЛА этого ребенка. А малышка своей энергетикой разбудила в Лизе все то главное, что до сих пор мирно дремало и не спешило просыпаться. Подтолкнула к активным действиям. Сподвигла на судьбоносный шаг. Подумать только! Маленькая девочка, совсем еще кроха, которая говорить-то толком не научилась, а вызвала такую бурю эмоций, такую гамму чувств, привела к такому важному решению, став, в итоге, предвестницей рождения новой жизни на земле.

Вообще, как я понимаю, бездетные (но замужние) женщины делятся на две категории: тех, кто мечтает о ребенке (ну, вот такие они правильные, у них сильно развит материнский инстинкт, хотя и не знают они, что это такое – быть матерью) и тех, кто НЕ мечтает. Просто живет, наслаждается жизнью и считает, как и я когда-то, что все еще успеет. Почему-то последних в моем окружении больше. Это тенденция?

Я смотрю вокруг и прихожу к такому выводу: если ты не забеременела до 25-27 лет (случайно или осознанно, не важно) и продолжаешь откладывать рождение ребенка, он все меньше и меньше вписывается в твою уютную жизнь. Примеров из жизни могу привести массу. Вот, скажем, наш дружный женский коллектив, в котором я работала, тоже поделился на два идеологически враждебных лагеря: тех, у кого были дети, и тех, у кого их не было и не планировалось. Мне приходилось присутствовать при жарких дискуссиях с множеством аргументов «за» и «против» деторождения и даже выступать на стороне мамочек, после того как у нас родилась Даша. Но эти споры никогда не заканчивались мировой.

(Как вы уже догадались, с появлением ребенка мое сознание полностью изменилось. Конечно, а разве может быть по-другому? Став матерью, я поменяла приоритеты и ориентиры. Я ощутила себя полноценной женщиной. Я увидела, ЧТО (вернее, КТО) составляет главную ценность моей жизни. И никак не могла понять, как же раньше я могла НЕ ХОТЕТЬ ребенка. Это же счастье великое и чудо расчудесное. Не было ничего и вдруг появилось – твое, родное, самое-самое любимое. И ты живешь и радуешься, что у тебя подрастает смешной и добрый человечек, который любит тебя больше всех на свете, а ты его).

Как-то раз я разговорилась по душам с Любой, своей коллегой из «другого лагеря». Она в красках описывала, как ее муж хочет ребенка. Он у нее вообще, судя по рассказам, просто мечта. Деньги зарабатывает, завтраки-обеды-ужины готовит, пылинки с нее сдувает да еще и по детям с ума сходит. А она, видите ли, нет. «Дети это такая ответственность!» – ее любимые слова.

Ходили они с друзьями в ресторан. У друзей – годовалая дочка. Они ее прямо в прогулочной коляске и привезли. Благо ресторан – под открытым небом. Так Любин муж весь вечер от этой девочки не отходил. И развлекал ее, и кормил, и сказки рассказывал, и песенки пел, и в итоге спать уложил все в той же коляске. И все говорил жене:

– Смотри, смотри, ну разве она не прелесть?

А Люба на детей вообще смотреть не может. Они для нее – одна большая ПРОБЛЕМА.

Дома состоялся серьезный разговор.

– Ну, что, что мне для тебя сделать, чтобы ты, наконец, согласилась? – спрашивал муж Любу.

– Хочу, – отвечает она, – машину новую.

– Будет тебе новая машина!

Раз! И через несколько дней «карета подана». У Любы появился новенький Peugeot. Красавец, просто загляденье!

Ай да муж, ай да молодец – выполнил свое обещание. А Люба? А Люба уже вошла в роль капризной принцессы.

– Еще шубу хочу, – она стала загибать пальцы.

Появилась и шуба.

Потом был отдых на островах.

Потом... Честно говоря, я не знаю, что еще она просила у благоверного.

С тех пор прошло больше двух лет. Люба (ей уже 32) так и не забеременела, но по-прежнему живет со своим любящим и преданным мужем. Неужели он больше не хочет детей? Или решил подождать, пока Люба сама созреет? (Что-то мне подсказывает, что не созреет). Или смирился с тем, что не судьба ему нянчиться со своими малышами?

Сейчас, чует мое сердце, у всех читательниц в глазах застыл один и тот же вопрос: где, ну где дают таких замечательных мужей? «Чтоб не пил, не курил и цветы всегда дарил...»

Успокойтесь, девушки! Жестокий закон жизни гласит: такие «правильные» мужья, такие «мужчины-мечты» НЕ достаются заботливым, домовитым и бескорыстным женщинам. Как вы. Они достаются капризным и требовательным эгоисткам. Как Люба. Что их в них привлекает? Почему именно такие союзы оказываются чуть ли не самыми прочными? Остается загадкой. C’est la vie![1]

Уж как только я не пыталась Любу образумить. Уж какие только доводы ей не приводила.

– Мужик-то у тебя просто золото. От него рожать бы и рожать! Что ж ты так уперлась? Люб, да ты пойми, – я все больше входила в раж, – и я не особо хотела рожать. И я думала, что не готова, не созрела, еще успею. А ведь родила и счастлива безумно. Тебя вот уговариваю. В свою веру обращаю. Мы ж все не молодеем, Люб. Еще несколько лет, и такие проблемы начнутся. Рожай, пока не поздно!

Все безрезультатно.

– Что ты! Дети – это такая ответственность! – Как заклинание повторяла Люба. – Столько проблем! Ты себе уже не принадлежишь. Всю свою жизнь подчиняешь ребенку. Нет, я пока не готова...

И каждый остался при своем. И ладно бы Люба была законченной карьеристкой. Я тогда хоть как-то могла бы объяснить ее стойкое нежелание рожать. Так ведь нет! Не надо ей (в принципе, хорошему работнику) ничего – ни должностей, ни повышения окладов. Только не трогайте! Просто человек живет в своё удовольствие! И не нужны ей никакие «геморрои» ни на работе, ни в семье.

Стоп! Что-то я разошлась. Брюзжать чего-то начала. Отставить! Нет, Любу я не осуждаю. В конце концов, это ее жизнь, и она в ней сама разберется. Я так просто... Размышляю вслух.

С момента нашего с ней разговора я сделала для себя один важный вывод: НИКОГДА женщина, не имеющая и не планирующая детей, не поймет женщину, познавшую радость материнства. НИКОГДА опытная мама не убедит бездетную подругу в том, что дети – это цветы жизни, если той неплохо живется и без такого сомнительного для нее букета.

А между тем... Девчонкам, которые, будучи счастливы в браке, по различным причинам откладывали самое главное событие в своей жизни («Вот еще квартиру не купили», «Вот скоро на должность новую назначат» и т.д. и т.п.), так незаметненько стукнуло тридцать, потом тридцать два, потом тридцать три... И вот мы уже спохватились, задумались, решились (Люба – не в счет, она уж совсем экстремальный пример). И вот мы уже ЗАХОТЕЛИ ребенка. Но! Ушло драгоценное время, когда это можно было сделать «с полпинка». Повылезали разные болячки, недолеченные в бесшабашной юности. В нагрузку добавились психологические проблемы. И теперь один путь – бегать по врачам, сдавать анализы, лечиться, нервничать и гадать, получится или не получится.

Я это потому с такой уверенностью говорю, что вот они, все эти истории, перед глазами. И не одна, не две, не три! Эх! Ка бы я была царицей, всем бы внушила простую мысль – рожайте, пока не поздно! Просто закройте глаза и сделайте это!

Что, что? Вас смущает отсутствие жилищных условий и обилие финансовых проблем? Вы хотите об этом поговорить? Давайте поговорим!

Пожалуй, я не буду обижаться на тех, кто закидает мой огород камнями: мол, легко рассуждать о потомстве, имея двухкомнатную квартиру в Москве и мужа, регулярно приносящего зарплату. В защиту своей позиции имею сказать следующее.

Есть у нас друзья – семейная пара. Совокупный доход – несколько тысяч долларов. Квартиру снимают, поскольку хотят жить отдельно от родителей. И когда речь заходит о детях, дружно отвечают: «Ну нет, нам надо сначала встать на ноги, жилье купить хотя бы!»

Есть другие друзья. Молодожены, но вместе со студенческих времен. Совокупный доход поменьше – около четырех десятков тысяч рублей, хотят увеличить его как минимум вдвое. Квартира своя, досталась от бабушки. И опять те же слова о том, что сначала надо встать на ноги.

Есть еще мой двоюродный брат с женой. Эти вообще приехали покорять Москву из другого города. Живут в общежитии. И им тоже надо встать на ноги!

Господи, вокруг одни сплошные «инвалиды безногие»!

Наверное, всем из приведенного выше уже стало понятно, что «встать на ноги» – понятие относительное и субъективное. Так всю жизнь можно подниматься с колен! Сначала копить на первоначальный взнос за квартиру, потом отдавать ипотечный кредит (хотя сейчас можно и без первоначального взноса квартирку прикупить), потом расплачиваться за машину и мебель, потом бороться с коллегами за хлебную должность... Только ради чего или кого весь этот мучительный процесс достижения благ? Вы не задумывались?

Мое теперь уже твердое убеждение такое: чтобы потом, как говорится, не было мучительно больно за бесцельно прожитые годы, можно и нужно действовать не последовательно (сначала «встать на ноги», а потом думать о детях), а ПАРАЛЛЕЛЬНО! Параллельно – это же так эффективно!

Моя приятельница Лена, в отличие от Любы, как раз являет собой пример законченной карьеристки. Никак не может остановиться ни на одной из ступенек длинной служебной лестницы. Все скачет и скачет. Попутно хочет заработать все деньги мира. «Ах, вот еще этот проект. Это же так интересно! Ах, предложили новое направление. Такой шанс упускать нельзя! Ах, у нас недостаточно накоплений, чтобы обеспечить себя и ребенка!» Просто торжество капиталистического уклада жизни какое-то!

Сидим мы с Леной в кафе в разгар рабочего дня и обедаем. Разговор вертится вокруг... конечно же, вокруг работы. О чем нам с Леной еще говорить? Лена увлеченно рассказывает мне про профессиональные достижения своей близкой подруги, тоже, кстати, специалиста по связям с общественностью. Я слушаю с интересом – все-таки любопытно узнать, чего добиваются в жизни твои ровесницы.

– Представляешь, какая она молодец! – Ленины глаза светятся от восторга. – Помимо того, что на основной работе выкладывается, так она еще и «левую деньгу» зашибает: для кого-то пиар-тексты пишет, кого-то консультирует, в разных там проектах участвует. Ну, потому и может себе позволить купить сумку за 800 баксов...

Я, молча, жую салат и представляю, как эта несчастная после девятнадцати ноль-ноль еще несется на «левую» бизнес-встречу. Или едет на вечеринку, чтобы пообщаться в нужными людьми и быть «своей» в профессиональной тусовке. Или приходит домой и, не ужиная, садится (снова!) за компьютер, чтобы набить очередной текст, который она придумала по дороге в машине. И когда этот человек отдыхает? Когда расслабляется? Когда переключается на что-то другое? Когда любит, радуется жизни, занимается домом, наконец? В выходные? Почему-то мне кажется, что в выходные она тоже работает.

Еще я думаю о том, что эта подруга – Ленин кумир. (Именно кумир, к которому относятся с пиететом и о котором говорят с придыханием). Ходячий пример того, как надо жить, работать и к чему стремиться. Образец для подражания. Ведь Лена тоже хочет такую же высокую должность и такой же солидный оклад. Они для нее – главные показатели того, что жизнь удалась. Она тоже хочет стать супер-пупер-специалистом и быть нарасхват. И я хочу. Но неужели для этого нужно настолько погрузиться в работу, что забыть обо всем на свете? Неужели успеха добиваются только такие вот «маньячки», круглосуточно погруженные в рабочий процесс?

– Слышь, Лен, а муж-то ее как на такой плотный график смотрит?

– Так она разведена...

– А дети?

– Нет, детей нет.

Все ясно. Ну чем еще заниматься молодой женщине, свободной от каких-либо обязательств? Конечно, карьеру делать! И чтобы не было ни одной лишней секунды для предательских мыслей в голове. О чем? Например, о том, что она одинока и, по сути, несчастна. Или о том, что все вокруг живут своей личной жизнью, а ей не повезло...

– Лена, ну понятно, ей заняться больше нечем, а ты-то что? Тебя ведь муж вечерами дома ждет. Ты-то куда, попрыгунья-стрекоза, скачешь? – Тут я медленно сворачиваю к своей любимой теме о детях. – Остановись, подумай о своей жизни! Тебе тридцатник уже! В твоих бизнес-планах ребенок вообще значится?

– Значится, но не сейчас.

– А когда? Лет через десять?

– Слушай, – Лена начинает горячиться. – Тебе легко рассуждать. Ты за Димой как за каменной стеной. Он у вас в семье главный добытчик. А у нас – я. Мы только что квартиру в кредит купили. Если я уйду в декрет, расплачиваться-то как? На моего Вову надежды нет.

– Ну что ты его так принижаешь? Ты же его сама выбрала со всеми достоинствами и недостатками. Он твой муж, он тебя любит. И, я уверена, старается. И будет стараться еще больше, если ты дашь ему почувствовать всю полноту ответственности.

– Ты не понимаешь! Вот сейчас самое время золотое чего-то добиться, преуспеть! Я хочу РАБОТАТЬ! Да и не созрела я еще морально для детей.

– Лена, расставь приоритеты! У тебя будет целых 9 месяцев, чтобы созреть морально. Роди ребенка, посиди с ним годик, а потом скачи дальше. Ты ничего не по-те-ря-ешь. Только приобретешь!

– Как это «не потеряешь», а время? Вот ты сейчас сидишь с ребенком. Ты понимаешь, сколько возможностей ты упускаешь?

– Ага, наступаешь на больную мозоль?!

– Да не хочу я тебя обидеть, – и тут я замечаю в Лениных словах налет снисходительности. – Просто сейчас передо мной открылись большие перспективы, и что мне теперь – отказаться от них ради ребенка? Которого, кстати, родить я еще успею.

Так-так-так. Мотивчик до боли знакомый.

– Значит так, – я делаю лицо мудрой женщины, которая видит дальше и мыслит шире. – Объясняю на пальцах. Ты говорила, что твоя мама увлеченный садовод...

– И что?

– Семена на рассаду она весной сажает?

– Сажает.

– Посадила, полила и ждет, пока взойдут, а сама тем временем другими важными делами занимается? Ну, например, грядки делает или замерзшие ветки с деревьев срезает?

– Что-то я не пойму, куда ты клонишь?

– А клоню я, Лена, к тому, что дети – это те же семена для рассады. Посадил, то есть родил, чуть-чуть поставил на ноги и вперед – иди дальше, осваивай свои профессиональные горизонты. А малыш, вот он, рядом. Ты и оглянуться не успеешь, как он вырастет! И будет у тебя все сразу – и ребенок, и карьера, и деньги. Красота!

Жаль, что Лена меня не слышит. Как большинство бездетных self-made women, она вряд ли проникнется чуждыми для нее идеями материнства. И никогда она не поймет, ЧТО самое главное в этой жизни, пока КАКИМ-ТО ЧУДОМ не родит. И я бы не поняла, и никто из моих подружек не понял бы, если бы у нас не было детей. Умная мысля-то приходит опосля!

Поэтому я, как опытная мамочка, все еще полная решимости сделать головокружительную карьеру пиар-директора, всех призываю: не откладывайте счастье на потом! Живите полноценной жизнью сейчас! Воспитывайте детей и делайте карьеру. Кстати, психологи утверждают, что наибольших результатов на профессиональном поприще достигают именно те женщины, у которых все в этой жизни сбалансировано – есть работа и есть «семья-муж-дети». Или это они нас просто успокаивают? Но мне очень хочется им верить. Поэтому – да здравствует гармония!

Мужской взгляд. Когда мы, наконец, решили рожать ребенка, больше всего я боялся одного – что нашей семье не хватит денег. Жена уйдет в декрет, и все доходы сведутся к моей зарплате. Мозг услужливо рисовал картинки голодающих детей «по лавкам» и ситуации типа «эту игрушку не купим, потому что дорого». Ощущение полной материальной ответственности на предстоящие три года сильно напрягало. Как потом оказалось, у страха глаза велики – моей будущей великой писательнице выдали достаточное количество «декретных денег» на службе, мне удачно подвернулась преподавательская работа по совместительству и т.д. В общем, на мой взгляд, бояться резкого обнищания после рождения ребенка не стоит. Да, дети нынче дороги, но не настолько, чтобы разорить семейство.

А что касается карьеры (как для будущего отца, так и для матери), то я считаю, что с рождением детей стремление подняться по карьерной лестнице приобретает новые стимулы и мотивы. После рождения Даши для меня самым главным стало то, чтобы мной гордился мой ребенок. Самое важное в карьере, это когда, играя в песочнице, твоя дочка скажет другим детям: «А мой папа лучше!»

Напоследок приведу совсем другой пример.

Моя подруга-коллега Женька пока не встретила свою судьбу в лице умного, сильного и любящего. Но надежды никогда не оставляла, потому активно встречалась с молодыми людьми. Жене было уже тридцать, как вдруг, совершенно неожиданно, она забеременела. Случайная связь! Никаких перспектив в отношениях!

Что сделали бы вы на месте Жени? И я, наверное, аборт.

А Женя не стала! Она восприняла случившееся как шанс. Возможно, единственный в ее жизни! И только сейчас я понимаю, насколько мудрым было ее решение. Еще неизвестно, прискачет ли он, долгожданный принц на белом коне, зато ты не проведешь лучшие годы своей жизни в томительном ожидании. Ты будешь занята важным делом – воспитанием нового члена общества.

Женьке очень тяжело. Она ничего не сказала биологическому отцу ребенка, и тот до сих пор не подозревает, что у него растет сын! Так что Женя может рассчитывать только на себя. И своих родителей-пенсионеров. Но мне почему-то кажется, что даже в самые трудные минуты она ни разу не пожалела о том, что оставила малыша. И теперь именно он – самый главный и самый любимый мужчина в ее жизни.

Поэтому, когда сейчас мне говорят о том, что кто-то еще не «встал на ноги» или не созрел морально, чтобы иметь детей, я вспоминаю Женьку. Я горжусь ей. И от всего сердца желаю ей простого женского счастья. Кто-кто, а она его уж точно заслужила!

Глава 2

ПОРОЧНОЕ ЗАЧАТИЕ

(иногда это не так просто, как кажется)

К морю!

Как вы уже поняли, к наиважнейшему вопросу зачатия мы с мужем подошли самым ответственным образом. Поэтому совсем неудивительно, что для полноты картины мне захотелось выяснить, когда же в моем организме, отягощенном диагнозом «дисфункция яичников», наступает овуляция. Т. е. тот самый период, когда оплодотворение наиболее вероятно. Ну, чтобы спланировать график сами знаете чего... Мы же не ищем легких путей!

Что это вдруг меня потянуло на физиологические тесты? Ну, я уже была наслышана, что овуляция – это важно. Овуляция должна быть. А главное – быть вовремя! Я ведь никогда особо не интересовалась, что там у меня внутри происходит. Правильно ли протекает цикл? И когда, собственно, в какие конкретные дни, мой организм готов к зачатию?

Итак, задача – вычислить овуляцию! Про то, что в аптеках продаются специальные тесты, мне никто тогда не сказал, но я была наслышана про измерение базальной температуры. Что я знала? Примерно следующее: в момент овуляции базальная температура поднимается на 0,4-0,5 градуса и остается в этих пределах не менее чем три дня. Очень важно, чтобы перед менструацией базальная температура снижалась. Если это происходит, то, считай, все в порядке. Если температура не повышается – организм к зачатию не готов.

И вот, на протяжении нескольких недель, по утрам, вместо зарядки я послушно «употребляла» градусник, пардон, ректально, ждала 5 минут, смотрела результаты и бежала к компьютеру, чтобы занести их в специально созданный для этого график. Думаете, я одна такая чокнутая? Вовсе нет! Я лично знаю как минимум трех женщин, которые поступали точно так же. (И вообще считается, что измерение базальной температуры просто необходимо тем, у кого проблемы с зачатием. Хотя многие специалисты уже давно говорят, что этот метод неточен и безнадежно устарел).

В какой-то момент температура поднялась до отметки 37 градусов и замерла там на целых три дня. Потом еще чуть-чуть выросла и стала постепенно снижаться. Ага, все, как и должно быть! Оно! Ну, теперь мне все ясно.

С этим самым градусником и графиком базальной температуры я и улетела с мужем на отдых в Гагры.

О-о-о-о-о! Писать о Гаграх удовольствие неземное. Как и проводить там летний отпуск. Если есть на свете рай, то это... нет, не Краснодарский край, а курорты незаслуженно непризнанной Абхазии. И, на мой субъективный взгляд, найти более подходящее место для зачатия новой жизни просто невозможно!

Климат – мягкий (мы приехали в начале июня, когда еще нет изнуряющей жары), солнце – ласковое, море – чистое, пляжи – немноголюдные. Воздух наполнен ароматами юга – запахами самшитовых рощ, цветков магнолий, кофе «по-турецки», шашлыков. Неповторимый пьянящий коктейль. Красота!

А эти ни с чем не сравнимые звуки! Шепот горных деревьев, шум морского прибоя, зажигательные песни, вырывающиеся из динамиков прибрежных кафешек. «Черные глаза, самые прекрасные черные глаза, черные глаза...» Кажется, что это не Айдамир Мугу, а душа твоя поет. Волшебная музыка!

Мы купались в море, гуляли по знаменитому гагрскому парку, сидели в кафешках, ездили на экскурсию в Новый Афон (там древний монастырь и сталактитовые пещеры) и любовались реликтовыми соснами в Пицунде. Короче, отдыхали по полной!

Уже сколько раз я замечала: в Гаграх забываешь обо всем на свете. Кажется, что нет никакой душной Москвы с вечными пробками, неприветливыми прохожими и толкотней в метро, нет бесконечных проблем на работе, нет этого нескончаемого бега с препятствиями, называемого написанием диссертации. Ничего этого нет! Жизнь на курорте течет размеренно, никто никуда не торопится, везде тебя встречают как самого дорогого гостя. Ты дышишь полной грудью, радуешься солнцу, голубому небу и даже летнему ливню с грозой. И ощущаешь себя безумно счастливым!

Но среди всего этого природного и рукотворного великолепия нас все же не покидала мысль о том, что приехали мы сюда не просто в очередной отпуск, а с важной миссией, имеющей далеко идущие последствия. Эта мысль сидела в подкорке. Она незримо витала вокруг нас. Она воодушевляла. Но и накладывала определенные ограничения.

И мне приходилось, например, отказываться от спиртного, а также следить за тем, чтобы и муж не пил литрами местное вино, от которого невозможно оторваться. Или не пробовал местную семидесятиградусную (!) чачу. Или, наконец, не ходил вечером играть в покер со своими местными друзьями, если по графику у нас... ну, вы понимаете. А график был такой – через два дня на третий. У меня все в точности, как советуют светила науки!

Еще мы ели острую местную пищу. Дима где-то вычитал, что именно ее надо потреблять, чтобы родился мальчик. Мы же хотели наследника! Конечно, бред сивой кобылы, но было очень весело. Я вообще просто в восторге от кавказской кухни. И мне кажется, что в Гаграх она особенно вкусна. Я нигде больше не ела таких тающих во рту хачапури или «лодочек»[2]. Никто лучше местных поварих не готовит хинкали. А баклажаны в ореховом соусе? А маринованная капустка? А копченый сулугуни в мамалыге? А вареники с сыром? А жареная рыбка, только что выловленная на причале? Вот вспоминаю сейчас все эти яства, а у самой слюнки так и текут, так и текут.

Я всегда в Гаграх наедаюсь этих разносолов на год вперед. А в Москве никогда не хожу в рестораны кавказской кухни. Потому что не тянет. А не тянет, потому что нет в них той неповторимой атмосферы гагрских кафешек, уютно зажатых на узкой прибрежной полосе между величественными горами Кавказа и бескрайним Черным морем. Той атмосферы беззаботного отдыха и вечного праздника живота, которая делает кушанья особенно сочными и аппетитными. А без атмосферы вкус блюд уже не тот.

Еще одно мое любимое место в Гаграх – местный рынок. Там всегда витает только ему присущий дух – смесь ароматов восточных специй, спелых фруктов, свежевыпеченного хлеба. Я никогда спокойно не могла пройти мимо прилавков с потрясающе вкусной чурчхелой или свежим сулугуни. А ряды с выпечкой? Это же просто мечта всех сладкоежек! Пирожные и торты на любой вкус: и «черепашки», и «персики», и трубочки со сгущенкой, и «орешки», и «наполеоны», и чего там только нет. Самое дорогое пирожное – вы не поверите – 6 (!) рублей. Толстей – не хочу.

Да, Гагры – необычное место. И все там особенное. С каким-то особым настроением...

Мужской взгляд. В Гаграх получаются самые солнечные детишки в мире! Конечно, практика показала, что аджика, перец и прочие острые приправы не дают гарантию рождения мальчика, но девчонки рождаются – просто загляденье! Я очень хорошо помню, как придумывал отговорки, чтобы не пить с друзьями. Не скажешь же: «Братцы! Мы тут сегодня детей зачинать будем, поэтому я – пас!» Ребята, конечно, на меня обижались, но через три года, когда мы приехали с Дашей, они меня «вычислили» и простили...

Вспоминая то время, я еще раз скажу: «Дети – это действительно материальное воплощение любви, и чем это чувство сильнее, тем лучше результат!»

В Москву мы с мужем вылетали из адлерского аэропорта. Напоследок решили зайти в местное кафе. Я заказала «лодочку», Дима – шашлык. Поели и... нам не понравилось. Ни вкус блюд, ни обслуживание. И тесто не такое вкусное, и мясо не так замариновано, и кофе без пенки, и официантка с кислой миной. В общем, все какое-то бездушное, поставленное на поток. Это уже не гостеприимные немноголюдные Гагры... Все! Отдых закончился. Впереди – серые будни.

Домой мы вернулись окрыленными. Судя по всему, такой полный захватывающих впечатлений и в тоже время расслабляющий отдых повлиял на нас очень и очень благотворно. Мы отвлеклись от привычной суматохи большого города, сменили ритм жизни, забыли про работу и важные дела, зарядились солнечной энергией и вообще почувствовали себя обновленными и готовыми вновь сворачивать горы.

А еще мы были заинтригованы – получилось или нет?

Через несколько дней я простыла – реакклиматизация. Но, на всякий случай, лечилась безобидными народными средствами. Долго донимал глубокий кашель. Взялась за таблетки. И были мысли о том, как бы чего не вышло, если я уже...

На работе ко мне все приставали с дурацким вопросом: вот, мол, была на югах, а совсем не загорела. И я уже устала всем объяснять, что к рыжим загар не пристает, они сами – ходячее солнце.

Через три недели выяснилось: у ходячего солнца задержка. В принципе, этим меня не удивишь. У меня ведь диагноз – дисфункция яичников. Но задержка в две недели – это, скажу я вам, даже для такого бывалого товарища, как я, уже срок. Неужели получилось? С первого раза? Не может быть!

Вообще-то мы с мужем искренне думали, что, начав работать в выбранном направлении, результата достигнем не сразу, и придется хорошенько потрудиться несколько месяцев. Тем более что для здоровых пар наука допускает отсутствие зачатия в течение полугода. Неужели, и правда, получилось? Тьфу-тьфу-тьфу, чтоб не сглазить!

Кинулась звонить маме: что делать? Идти к врачу? Мама позвонила с тем же вопросом своему гинекологу. Та посоветовала не торопиться, выдохнуть и для начала купить в аптеке тест. Простой такой, дешевый тест на беременность. Купила. Та-а-а-к. Сколько-сколько тут должно быть полосок для положительного результата? Две. А у меня одна... Эх, напрасные надежды!

Мама сказала, что задержка может быть результатом акклиматизации. Кстати, у меня так уже было. Но давно. Решили подождать еще две недели, и уж если и тогда ничего, то идем к врачу.

Через 14 дней, ровно в восемь часов утра, мы с мамой стояли у дверей женской консультации. Видимо, аптечный тест и впрямь был слишком дешевым.

Любовь нечаянно нагрянет...

Зачатия, как известно, бывают разные. Нет, я сейчас не об ЭКО[3]. А о вполне традиционных, естественных зачатиях.

Бывают, например, неожиданные. Бац! И ничего такого не планировавшая пара поставлена перед фактом. Можно, конечно, долго рассуждать о том, что, мол, раньше надо было думать, все взрослые люди, есть куча способов предохранения и т. д. и т. п. Но это в данном случае уже не конструктивно. Факт остается фактом: зачатие свершилось. Решаем проблемы по мере их поступления. Кто-то несется на аборт, а кто-то, как Женька, мужественно решает рожать.

Еще бывают неожиданно-неожиданные зачатия. «Это как?» спросите вы. Рассказываю.

В один прекрасный день у моей коллеги Оксаны жутко разболелась нижняя часть спины. Болит и болит, болит и болит. День, два, три. В чем дело? Может, застудила или защемила что-нибудь? Оксана и мазями мазалась, и обезболивающие глотала. Не помогает. Начальница, которая уже не могла смотреть на страдания ценной сотрудницы, отпустила ее к врачу. Хирургу. А тот возьми да и пошли Оксанку к гинекологу.

Гинеколог посмотрела ее и серьезно так говорит: «А вы, дорогуша, беременны. Срок уже приличный. Недель десять».

Оксана вскинула на нее изумленные глаза: «Какие десять недель, у меня месячные две недели как закончились». Гинеколог ей сначала не поверила. Стала расспрашивать: «А до этого тоже были месячные? По плану? Ничего необычного не заметили? Дайте-ка я еще раз посмотрю, может, ошиблась!»

Нет, не ошиблась. Позвали местного светилу науки – профессора. Тот «диагноз» подтвердил. Да, беременность. Да, уже не ранняя. Месячные, говорите? Это бывает, правда редко.

Оксана и сама слышала, что бывает, но чтобы такое произошло именно с ней?!

Вся жизнь перевернулась. Мысли закружились в голове, словно рой потревоженных пчел: с отцом ребенка не расписаны, и еще неизвестно, сложатся ли отношения; так, аборт делать еще можно, но опасно; как быть?

Честно говоря, я не знаю, что стало определяющим в решении Оксаны. Может, поддержка и оптимизм ее друга; может, мнение родителей; может, ее собственные размышления, но ни на какой аборт она не пошла. Стала потихоньку привыкать к своему новому статусу будущей мамочки и к мысли, что, наверное, все лучшее в жизни и должно случаться вот так – неожиданно.

Впрочем, не все разделяют эту точку зрения, считая, что лучший экспромт – это заранее подготовленный экспромт. Такие люди все важные дела (в том числе и зачатия) тщательно и скрупулезно планируют. Мы с мужем как раз из их числа. Решили – подготовились – сделали. Получили результат.

Кстати, о результате. Только со временем, насмотревшись на опыт других пар, их страдания и слезы, я осознала, что нам с Димой очень повезло. Повезло в том, что у нас все получилось с первого раза. И в нашей книге жизни не было драматической главы под названием «Неудачные попытки», главные герои которой – разочарование, отчаяние и страх.

Это ведь настоящая трагедия: вы наконец-таки нагулялись, созрели, решились, провели артподготовку. Казалось бы, все должно получиться. И... ничего! Один раз, другой, третий, пятый... Так было у моей самой лучшей, самой близкой подруги Ольги.

Отпуск для головы

Как все сознательные люди, ответственно подходящие к вопросу продолжения рода, Оля с мужем Олегом сдали необходимые анализы. Результаты показали наличие инфекции – уреоплазмы. Пролечили. Проверились повторно. Результат отрицательный. Ура! За дело!

Первые два месяца были самыми волнительными. Любое покалывание или потягивание в области живота, очередная задержка, которые у Оли тоже были в порядке вещей, воспринимались однозначно – оно! Но «оно» все никак не наступало.

Сначала Оля растерялась: как так? Вроде, все нормально, а не получается. Полезли за информацией в Интернет. Оказалось, не они первые – не у всех получается сразу. Вернее, с первого раза – скорее даже исключение, чем правило. Это немного обнадежило, утешило, но все равно некоторое недоумение осталось.

Прошел месяц, еще один, потом еще. Недоумение сменилось раздражением. Ну, когда же?

Через полгода стало ясно: что-то все-таки не в порядке. Пошли по врачам. Сдали еще кучу анализов. У Оли никакой патологии. Тут же в голову закрался «червячок»: может, у Олега чего не так? Встал вопрос о спермограмме. Олег сразу согласился, хотя обычно мужики реагируют на необходимость этой процедуры весьма болезненно. Нет, спермограмма в норме.

– Что же это такое, как нам быть? – спрашивали они эскулапов.

– Все скоро получится, не оставляйте попыток, – таков был ответ.

Потянулись тяжелые будни. Не было дня, чтобы Оля не задавалась вопросом – почему так? За что? За какие грехи небеса не дают мне ребенка? Почему бог посылает детей тем, кому они не нужны, кто стремится от них избавиться и бежит на аборт, а ты и хочешь, и готова, и стремишься к этому всей душой – и ничего?

Сколько всего передумано и перечувствовано было за это время! Оля кляла себя за то, что раньше каждую задержку воспринимала с ужасом – ой, только не это, не дай бог забеременеть! А теперь? Да она все на свете отдала бы, лишь бы очередная попытка увенчалась успехом. Но успеха не было. А было крепнущее чувство собственной неполноценности, разочарование и обида.

И так день за днем, мысль за мыслью... А тут еще коллега, с которой установились очень теплые, дружеские отношения, которая, конечно, не знала об Олиных проблемах, признается, что беременна. Первая, естественная, реакция Оли – радость, а вторая, неконтролируемая, – зависть.

Зависть, что у кого-то получилось раньше, чем у нее. За это чувство было очень стыдно.

Через месяц случилось страшное: у коллеги выкидыш. Узнав об этом, Оля тихо плакала на офисной кухне. Но когда первая боль от потери, пережитой коллегой, прошла, голову пронзила безумная мысль: «У меня снова есть шанс, я еще смогу забеременеть первой!» Из-за этой мысли захотелось пойти и удавиться...

Оля поняла, что у нее «сносит крышу». Нужно было решительно что-то делать. Снова мысль: если мне не могут помочь на земле, надо обратиться к небесам. Стала выяснять, кто из святых помогает бездетным. Оказалось – Матронушка, блаженная слепая старица, чьи нетленные мощи лежат в монастыре на Таганке. Оля рванула туда, приложилась к мощам, помолилась о малыше и стала ждать.

Безрезультатно.

И тогда просто опустились руки. Оля почувствовала внутри и вокруг себя зияющую пустоту. Она продолжала работать, общаться с друзьями, но все это делала как будто на автомате.

Поменялось отношение к сексу. Из удовольствия супружеский долг превратился в механический акт. В процессе Оля думала только о том, как бы все поскорее закончилось. А потом, как советовал врач, еще полчаса лежала с поднятыми ногами и глотала горькие слезы.

Вскоре это состояние безразличия ко всему сменилось настоящим психозом. С криками, истериками и нежеланием так жить. Все сразу опротивело: нелепые попытки, постоянные спринцевания. А измерение базальной температуры? Оно стало восприниматься как унижение собственного достоинства!

Да, поначалу градусник вставлялся с воодушевлением, но потом это превратилось с тяжкую повинность. Будний день на дворе или выходной, но ты должна проснуться в 7 утра, взять этот чертов градусник и постараться опять не вырубиться с ним, а посмотреть результат ровно через 5 минут. И вот лежишь ты с торчащим градусником и думаешь: «Как бы, блин, он у меня там не треснул, а то еще, не дай бог, получу ртутное отравление ректально!»

Видимо, в этот момент на небесах решили, что Оля достаточно настрадалась, смилостивились над ней и послали... нет, не ребенка. Ей послали прозрение.

В один прекрасный день Оля проснулась с мыслью: «Все!!! Я так больше не могу! Эти поднятые после секса ноги, этот градусник, который я готова сожрать, эти графики – видеть их больше не хочу! Я набегалась по врачам. Я перемолилась всем святым. Я устала. Мне нужен отдых. Я должна отключиться и устроить “отпуск для головы”».

Волевым решением были прекращены все специальные действия, направленные на достижение цели, и манипуляции с собственным организмом. Проблема «я хочу, но не могу зачать» была вычеркнута из списка приоритетных. Было восстановлено прежнее отношение к сексу – Оля просто ложилась в постель с любимым мужем, а не для того, чтобы...

Она сменила прическу. Увлеклась фотографией: начала осваивать недавно купленный фотоаппарат, экспериментировать и делать интересные снимки. В общем, зажила прежней полноценной жизнью.

На «отпуск» Оля отвела три месяца, пообещав себе, что после их истечения они с Олегом возобновят целенаправленные попытки зачать.

Я думаю, вы уже догадались, что случилось во время этого «отпуска»? И вам показалось такое развитие событий сюжетом из плохой мелодрамы? Вот, мол, оказывается, как все просто! Старались-старались, прошли все круги ада и как только успокоились, все у них тут же и получилось? Не слишком ли примитивно?

Вы не поверите, но в жизни очень часто именно так и бывает. Оля потом специально интересовалась, как удалось зачать парам, которые, как и они, долго мучились. Оказалось – так же! Отключив голову и настроившись на другую волну! Наверное, это должно стать предметом серьезного психологического исследования. И уже специалисты ответят на вопрос, почему так происходит.

Обо всем, что пришлось пережить ради появления на свет сына Максима, Оля в красках рассказала мне совсем недавно. Я слушала ее с замиранием сердца, а потом спросила:

– Как же так! Я же твоя лучшая подруга! Почему ты ни о чем мне не рассказывала? Почему переживала одна такие тяжелые моменты? Почему не дала мне возможности поддержать тебя, когда тебе это было так необходимо?

Вот что ответила Оля:

– Тут много всего намешано. У вас в то время родилась Даша. Ты пребывала в эйфории, с головой ушла в ребенка. Твои чувства, эмоции были такими светлыми, а я ощущала себя на дне канализационного колодца. И мне просто не хотелось передавать тебе накопившийся негатив и отрицательную энергию.

По правде, этот ответ расстроил меня. Оля не поделилась со мной самым сокровенным, тем, что тогда мучило ее. А я ощутила себя невнимательным и нечутким другом...

В конце нашего разговора я попросила Олю рассказать, как же в итоге она узнала, что беременна. Вот как это было.

У Оли хронический гастрит, и в ее жизни периодически случаются приступы этой болезни. Однажды будним утром Оля проснулась от жуткой рези в животе: опять гастрит, будь он неладен. Желудок просто разрывался. Оля еле встала с кровати. Температура 37 и 7. Ни о какой работе в тот день и речи не могло быть.

Позвонила на службу, отпросилась. Поела кашку, выпила мотилиум – этот нехитрый набор средств обычно спасал от приступа. Но в этот раз не помог. Болит живот и все тут.

На второй день мучений свекровь прислала какую-то чудо-таблетку, якобы помогающую при гастрите. Оля, которая обычно готова слопать что угодно, лишь бы унять боль, на этот раз чего-то испугалась. И пить таблетку не стала. Решила потерпеть до завтра.

Тут Олегу, звонившему с работы справиться о состоянии жены, пришла в голову неожиданная мысль:

– Оля, сделай тест на беременность, а вдруг?

А у той как раз привычная задержка.

Оля на мужа обиделась.

– Ну зачем ты меня травмируешь?..

Но все равно поплелась в туалет делать тест. Смотрит на него, а на нем... такая бледненькая, еле-еле заметная вторая полосочка.

У Оли заколотилось сердце. «Мама моя! Этого просто не может быть!» Только что умиравшая от приступа гастрита, она вскочила и пулей помчалась в ближайшую аптеку за более дорогим и качественным тестом. Купила сразу две штуки. Прибежала домой. Опять в туалет. А на этом тесте вторая полоса уже такая явная, жирненькая.

Оле плохо. Сидит в туалете и ревет. Немного успокоившись, бросилась звонить Олегу: «Похоже, да!» Тот роняет трубку...

Вечером на семейном совете решили недельки через две пойти на УЗИ. Потом встал вопрос: говорить родителям или подождать результатов. Нет, лучше сейчас. Оля позвонила маме: готовься стать бабушкой. И попросила передать Лёне, своему отчиму, что он, соответственно, скоро станет дедушкой. Мама в шоке. Перезванивает вечером: «Я сказала Лёне. Он... заплакал!»

На следующий день Оля встречала гостей: вместе с Олегом пришли свекор и Лёня. Принесли бутылку дорогого вина, чтобы выпить за ее здоровье. Оля посмотрела на отчима и в тот момент отчетливо поняла, что только НАСТОЯЩИЙ отец может ТАК смотреть на дочь, объявившую о долгожданной беременности. Вот как бывает в жизни! Чужой по крови человек становится тебе ближе, роднее и любимее, чем тот, кому ты обязан своим появлением на свет.

На УЗИ Оля пошла к знакомому врачу. Та провела ей датчиком по животу и спрашивает:

– А ты уверена? Что-то я ничего не вижу.

Внутри у Ольги все оборвалось. Как? Опять ничего? Нет, она этого просто не вынесет!

– Подожди, – говорит врач, – давай посмотрим, так сказать, изнутри.

Оля даже боялась дышать.

– Ах, вот ты где, маленький! – заулыбалась доктор. – Нашелся карапуз!

На прощание протянула Оле распечатку изображения – первый снимок ее малыша. Оля увидела на этом снимке ма-а-а-ленькое пятнышко, похожее на фасолинку. И вот с этой фасолинки, которую ждали ПОЛТОРА года, началась совсем другая жизнь.

Шесть лет надежды

В жизни моей подруги Ланы события развивались еще более драматично. Если Оле с физиологической точки зрения ничто не мешало зачать, то у Ланы по этой части были большие проблемы.

Со своим любимым мужчиной, ставшим затем ее законным мужем, Лана вместе уже почти двадцать лет. Первые десять они радовались жизни, друг другу, упивались своими чувствами и, как большинство наших друзей, считали, что все на этом свете еще успеют, в том числе и родить ребенка.

Перспектива стать папой и мамой замаячила совершенно случайно. Никто, как говорится, и не ожидал. Лана с Мишей тогда подумали, что раз бог дал, надо «брать», и решили рожать. Но бог, видимо, передумал. На третьем месяце у Ланы произошел выкидыш. Причина – неразвивающаяся беременность, замершая на сроке 4-5 недель. Оказалось, оплодотворенная яйцеклетка просто росла, наполняясь жидкостью, и даже не начала делиться.

Конечно, это было время сильных переживаний. Именно тогда к Лане и Мише пришло понимание, что время беззаботной жизни проходит, что все в этом мире непросто. И к рождению ребенка нужно подходить серьезно.

Осознание того, что «пора», пришло три года спустя. Супруги всерьез задумались о малыше. Оба уже очень сильно хотели детей. Наверное, отношения мужчины и женщины, как бы сильно они ни любили друг друга, в какой-то момент должны выйти на качественно новый уровень, иначе – неизбежное «вырождение», угасание чувств. Новый уровень – это новый формат отношений, когда люди примеряют на себя новые роли. И ты начинаешь воспринимать своего партнера не только как любимого человека, но и заботливого родителя.

Лана с Мишей тоже хотели видеть друг в друге родителей. Любящих, внимательных, самоотверженных. Они уже были готовы примерить на себя эти новые роли. Но! Памятуя о прошлом печальном опыте, Лана приготовилась к серьезному обследованию. Из женской консультации ее направили в Центр планирования семьи и репродукции на Севастопольском проспекте (ЦПСиР). Там предложили сделать диагностическую лапароскопию. От самого названия уже бросало в дрожь.

Лапароскопия – операция небольшая, но проводится она под общим наркозом. Сначала живот надувают углекислым газом, потом в сделанные несколько надрезов (в пупке, по бокам и внизу живота) вставляются специальные трубочки, на концах которых находятся «мини-камеры». Они-то и показывают специалистам, как обстоят дела в женской мочеполовой системе. Все ли в порядке, проходимы ли трубы и т. д. и т. п.

Лана, не задумываясь, согласилась на эту операцию. Не струсила. Не выбрала более консервативный путь диагностики. Не пошла на попятный. Ее не пугало огромное количество трудностей, связанных с операцией. Не смутило, что надо на время оставить работу, взять больничный, лечь в стационар. Пережить волнение ожидания хирургического вмешательства, а потом еще отходить от наркоза. Наверное, так решительно поступает лишь тот, кто, действительно, ОЧЕНЬ хочет родить ребенка.

Я много раз ставила себя на место Ланы. А я бы вела себя столь же мужественно? А я бы пошла на лапароскопию? Операция ведь не решала никаких проблем, а лишь могла показать их наличие. Могла, но НЕ показала. Да, да, у Ланы не выявили никаких серьезных физиологических отклонений, которые бы мешали ей зачать. Получается, что операция была проведена зря? Или отрицательный результат – это тоже результат?

Пришлось возвращаться к тому, с чего начали. Вновь анализы, исследование гормонального фона, измерение базальной температуры, графики... Выяснилось, что какой-то гормон «шалит». Назначили лечение. Потом другое. Еще и еще. Снова анализы, и так по кругу...

В этой бесконечной круговерти прошло три (!) года. Вы только вдумайтесь в эту цифру. Три года бесплодных ожиданий! Три года тщетных усилий и непонимания, что же все-таки не так. Каждый месяц Лана, не дожидаясь возможной задержки, хваталась за тест. Рассматривала его чуть ли не через лупу. И каждый раз – страшное разочарование.

За эти три года Лане делали три «стимуляции». Это сложная процедура, в которую входили прием специальных препаратов, многочисленные уколы, расписанные по дням. Все это преследовало одну-единственную цель – создать в организме самые благоприятные условия для зачатия. Т. е. результатом сильнейшей гормональной атаки должна была стать долгожданная беременность.

Но эти залпы били мимо цели. Три раза – впустую. После последней стимуляции у Ланы уже ни на что не было сил. Три года она жила с одной лишь мыслью о ребенке. Три года всю свою энергию тратила на походы по врачам, лабораториям и аптекам. И все – зря? Напрасно? Безнадежно?

Лана поняла, что зациклилась, и решила передохнуть. Просто на время выпасть из этого бесконечного марафона за материнским счастьем. Она перестала пить таблетки, мерить температуру, строить графики. «Отключила» голову. Вычеркнула из повседневности все, что было связано с попыткой забеременеть. И...

Сценарий до боли знакомый: в следующем же месяце она забеременела. ДА! Это случилось! Произошло то, чего так долго ждали. О чем молились. Что считали главным событием в жизни. Тесты, анализы, общее состояние – все говорило о долгожданном чуде. Значит, все не напрасно! Лапароскопия, таблетки горстями, уколы по часам и минутам, бесконечные анализы – это дало результат! Лана с Мишей так этого хотели – и вот дождались!..

Я не знаю, какие слова мне подобрать, чтобы написать о том, что произошло дальше. Я не знаю, как вообще такое можно пережить после стольких лет усилий и страстного желания зачать ребенка. Я не знаю, почему господь заставляет иных испить горькую чашу до дна. Я не знаю...

Через 10 дней после того, как Лана узнала о беременности, у нее случился выкидыш. Уже второй в ее жизни! Не помогли ни операция, ни лечение, ни стимуляции. НИЧЕГО!

Лана не знала, как ей жить дальше. Она плакала и плакала. И даже когда не хотела, слезы все равно безудержно лились из глаз. Казалось, что мир вокруг никогда не обретет прежних ярких красок. Они ушли вместе с нерожденным ребенком. Миша, как мог, поддерживал жену, но она должна была сама пережить это горе. Выстрадать, выплакать, выдавить из себя с каждой новой слезинкой.

Сейчас, спустя годы после тех событий, Лана считает, что врачи в ЦПСиР ее упустили. Они же видели, что прописанное лечение не помогает, стимуляции безрезультатны, значит надо было обратить внимание на что-то еще, попытаться найти настоящую причину тщетности всех усилий. Или хотя бы предупредить Лану, что, если она забеременеет, нужно сразу ложиться в больницу от греха подальше. Но они ничего этого не сделали. А в результате – человеческая трагедия. Море слез и неверие, что когда-нибудь мечта о ребенке сбудется.

Больше в ЦПСиР Лана не ходила. Все знают, что Центр планирования – самое авторитетное и самое передовое медицинское учреждение в своей области. В нем работают лучшие врачи страны! Там рожает цвет нашего общества! Но моей подруге эти чудо-доктора, увы, не помогли.

Лане требовалось не менее полугода, чтобы восстановиться. И физически, и морально. Время, как известно, лучший лекарь. Шли месяцы, раны стали заживать, а мысли о новых попытках зачать – появляться все чаще.

Но они были отодвинуты на второй план новой, не менее серьезной проблемой. У Ланы резко схватило спину. Грыжа межпозвонковых дисков – страшный диагноз. Боль была пронзительной и невыносимой. Стала хромать.

Через несколько месяцев ситуация усугубилась настолько, что Лана уже не могла вставать с кровати! Миша, весь белый от переживаний, на руках носил ее в туалет и ванную. Долгих полтора месяца Лана провела в постели, пока ее не положили в госпиталь им. Бурденко. Снова операция. Снова больничные стены. Снова неизвестность и пустота в душе.

После небольшого реабилитационного периода Лана вышла, наконец, на работу. Но ей еще долго не разрешалось сидеть. Она ездила на службу на такси, ЛЕЖА на заднем сидении, а за рабочим столом не сидела, а СТОЯЛА на коленках. И постоянно ходила на различные процедуры, по сути, проводя с коллегами лишь по полдня.

Вообще, я отвлекусь на секундочку, начальнику Ланы надо поставить памятник. За гуманизм. За сострадание. За неравнодушие. Какой еще руководитель – мужчина! – будет с таким участием относиться к вечно отсутствующей и занятой собственным здоровьем подчиненной? Константин! Я снимаю перед Вами шляпу.

Говорят, что трудности сплачивают. Это я опять о Лане и Мише. Еще говорят, что страстное желание родить ребенка скрепляет союз двух любящих людей нерушимыми узами, разорвать которые уже не смогут никакие невзгоды. Много чего говорят. Но так ли это бывает в жизни? К концу четвертого года титанических усилий зачать, в отношениях Ланы и Миши... что-то надломилось. Они устали бороться. Устали ждать. Устали надеяться. Может, они устали друг от друга?

Каким-то особым женским чутьем Лана уловила, что Миша уже не дышит с ней одним воздухом. Не живет их общими проблемами. И в голове у него совсем другие, чуждые ей, мысли.

Конечно, она безумно переживала. Конечно, она хотела верить, что все образуется, как-то наладится, вернется прежняя гармония. Но нет. Ничего не вернулось. Не знаю, может, действительно, ребенок, который все никак не хотел появляться в их жизни, и создал в их отношениях пустоту. Может, они так страстно о нем мечтали, что в этом своем стремлении стать мамой и папой позабыли, что они – мужчина и женщина, две половинки единого целого?

Лана предложила разъехаться. Миша не возражал. На время они перестали жить под одной крышей, вести хозяйство, спать в одной постели. Но не перестали быть друг другу родными людьми: созванивались по несколько раз на дню, вели долгие разговоры «за жизнь», бросались на любой зов о помощи. Но главное – возобновили попытки забеременеть. Странная ситуация, не правда ли?

Оказавшись в съемной квартире, Лана остро ощутила, что безумно одинока. Мама давно умерла, сводный брат живет в другой стране, и, если сейчас она потеряет Мишу, у нее никого не останется. Никого! А ей уже 34. Осталось совсем немного времени, чтобы все же родить ребенка и перестать выть от одиночества.

Стоп! А может, ребенка стоит УСЫНОВИТЬ, вдруг подумалось Лане? В конце концов, может, ей вообще на дано иметь собственных детей? Может, все не складывается неслучайно? Может, таким образом высшие силы говорят ей о каком-то другом ее предназначении? И оно заключается в том, чтобы воспитать малыша, от которого отказались родные родители и который остался один на один с этим жестоким миром? К тому же, сколько случаев, когда бездетные пары усыновляли ребенка, а потом – вопреки всем поставленным диагнозам – рожали своего.

Поразмыслив немного, Лана все же отказалась от этой затеи. Потому что в тот момент она искренне не понимала, как это можно – любить ЧУЖОГО ребенка. Ей казалось, что по-настоящему любить можно только СВОЕГО.

Именно эти мысли толкнули ее на решительные действия.

Лана обратилась в Национальный медико-хирургический центр им. Пирогова. Стойко сдала – в который раз! – все анализы и тесты. Вновь пролечила преследовавшую ее инфекцию – уреоплазму. Мужественно прошла другие, новые для нее, процедуры: очищение крови, например.

Главной причиной Ланиного бесплодия (какое ужасное слово!) врачи объявили недостаточный слой эндометрия (слизистой оболочки тела матки), к которому прикрепляется оплодотворенная яйцеклетка. В идеале он должен быть 12 мм, 10 мм – тоже ничего, 8 мм – необходимый минимум. А у Ланы больше 6 мм он не рос! Почему – непонятно. О какой беременности здесь могла идти речь?

Лане прописали лошадиные дозы гормональных таблеток. На лекарства она тратила больше 20 тысяч рублей в месяц! Ну как тут опять не вспомнить добрым словом ее начальника, не предложившего Лане «поискать себе другое место»?

Параллельно врачи посоветовали сделать «инсеменацию». Т. е. ввести сперму непосредственно в полость матки, минуя влагалище. На ЭКО (экстракорпоральное оплодотворение) Лана пока не соглашалась. Главным образом потому, что это дорого (более трех тысяч долларов вместе с лекарствами), а вероятность удачного исхода почти такая же, как и при инсеменации, – примерно 30 %.

Всего инсеменаций было три. В июле, в августе и на следующий год – в апреле. Эндометрий по-прежнему не рос, и былое воодушевление таяло на глазах, как весенний снег. В мае Лана собралась лететь в Стамбул – отдохнуть, развеяться. Надежды на то, что последняя инсеменация будет удачной, не было никакой. На четверг были куплены билеты. А накануне, в среду, Лана отправилась на обязательный после инсеменации тест на беременность. И тест... дал ПОЛОЖИТЕЛЬНЫЙ ответ!

Лана не поверила! В это невозможно было поверить! В душе поднялся целый вихрь чувств. Радость, смятение, восторг, испуг и... любовь. Любовь к СВОЕМУ ребенку.

Оглядываясь на пройденный путь, полный сомнений, тревог и разочарований, Лана говорит, что все сделала правильно. «Всем известно: чтобы забеременеть, надо расслабиться. Но чтобы расслабиться, надо смириться. Я не могла себе этого позволить. Смириться – это значит ничего не делать. А я не могла ничего не делать. Я должна была ходить по врачам, сдавать анализы, пить таблетки. Это хоть как-то приближало меня к заветной цели. Сложить лапки – значило похоронить свою мечту».

А мечта сбылась. Ведь если очень захотеть, очень-очень-очень, все обязательно сложится.

Раз «хочушка», два «хочушка»

Если провести циничный статистический анализ среди моих подруг-коллег-знакомых, кто из них в какие сроки смог забеременеть, то картина получится безрадостной. Счастливиц, кому это удалось сразу (или случайно), ЕДИНИЦЫ. Гораздо больше тех, у кого процесс зачатия прилично растянулся во времени. И кому пришлось изрядно понервничать и побегать по врачам, прежде чем они достигли желаемого. А ведь есть еще и такие, кто желаемого пока так и не достиг.

Тут стоит оговориться. Статистический анализ проводился среди тех, кто задумался о потомстве после 25–28, т. е. к вопросам продолжения рода подошел, как я люблю говорить, осознанно и отнесся более чем серьезно, устроив свою личную жизнь и чего-то достигнув в профессиональном плане. Так уж сложилось, что именно такие барышни окружают меня по жизни. Впрочем, чего тут удивляться: рыбак рыбака видит издалека.

Но у меня есть и другие примеры перед глазами. Скажем, большинство моих одноклассниц. Я, родив первого ребенка в 25 с хвостиком лет, оказалась среди них чуть ли не самой «старородящей». И ни у кого из моих бывших коллег по парте, насколько я знаю, никаких проблем с зачатием не было. Потому что беременели они еще в студенческие времена (или сразу после), что, конечно же, было для многих из них полнейшим сюрпризом. И я им даже немножко завидую: мои малыши еще в детский сад не пошли, а их дети – уже школьники.

Безусловно, здорово быть молодой мамой. Во-первых, у тебя масса сил и энергии, которые с годами предательски куда-то исчезают, ты пышешь здоровьем, как румяный пирожок, и разные хвори пока еще не омрачили твое существование. Во-вторых, относишься ко всему легко, и никакие трудности особо не пугают. Опять же совсем не старые еще бабушка с дедушкой чем смогут – помогут. В-третьих, как говорится, «отстрелялся, и весь день свободен»: у тебя впереди вся жизнь, чтобы строить карьеру, и не надо будет делать в ней паузу, чтобы родить ребенка. А ведь это многих останавливает – когда уже вошел в профессиональную обойму, сознательно выпасть из нее, пусть даже на небольшой промежуток времени, становится невыносимо сложно.

Да, все было бы хорошо в «раннем» материнстве, если бы не два важных обстоятельства. Первое состоит в том, что в ветреной молодости ты не всегда можешь до конца прочувствовать волшебное состояние беременности, осознать, какое на самом деле это судьбоносное событие – рождение ребенка. ТВОЕГО ребенка.

Мои одноклассницы во время беременности сдавали сессии, писали дипломы, выясняли отношения со своими мужчинами – им было не до ожидания чуда. И теперь многие из них задумываются о втором малыше, чтобы все-таки понять, что это такое – ЖДАТЬ ребенка.

Второе обстоятельство самое, на мой взгляд, главное. Как правило, молодым мамам не удается построить прочные отношения с отцами своих детей. Пара распадается, часто еще до родов, и мамочки остаются, пусть и на время, одни с ребенком на руках. Они погружаются в работу, чтобы были деньги, пытаются устроить свою личную жизнь, а малышу достаются крохи материнской ласки и внимания. Потом они все же встречают «своего» мужчину, а ребенок начинает ревновать маму к «чужому дяде». Да, порой отчимы намного лучше относятся к детям своих жен, чем родные папаши. Но тот факт, что мама с папой не одна семья, безусловно, травмирует ребенка. И еще неизвестно, как это отразится на его психике в дальнейшем.

Есть, конечно, счастливые исключения, когда люди нашли друг друга еще в институте, создали семью, родили ребенка и дальше идут по жизни рука об руку. Среди моих одноклассниц, ставших мамами до 24 лет, такие примеры есть. Но всего ДВА! Против пяти других случаев, когда девушки расстались с отцами своих детей.

Безусловно, нет никаких гарантий, что пара, родившая ребенка в более зрелом возрасте, морально подготовившись к этому событию, не распадется в дальнейшем. Но пока (тьфу-тьфу-тьфу) среди моих друзей и знакомых, подошедших к тридцатилетнему рубежу и перешагнувших его, таких примеров нет. Что ж, поживем – увидим.

Вообще, мои наблюдения говорят о том, что за все в этой жизни нужно платить: и за легкость ранней беременности, и за радость поздней. Как показывает практика, те молодые женщины, которые сначала откладывали свою беременность до лучших времен, а после 28-ми решили, что эти времена уже наступили, сталкиваются с уже не раз озвученной мною проблемой – невозможностью зачать сразу.

Причины у всех разные. Более или менее серьезные. У кого-то – поликистоз яичников, у кого-то – дисфункция, у кого-то – тяжелое заболевание щитовидки. У кого-то просто «шалят» гормоны. А эти бесконечные половые инфекции? Да они практически – у каждой первой! Откуда только что берется? Лечишь их, лечишь. А они, окаянные, как будто обессмертились. А пока не вылечишь – и думать про беременность забудь.

Впрочем... Уж сколько раз твердили миру про безопасный секс? Про то, что есть цивилизованные средства для цивилизованных людей. Презервативы называются. Нет, мы все ищем себе приключений. А подумать, с кем до тебя «мужчина твоей мечты»... интимно общался, мозгов не хватает. Ну, конечно, до встречи с тобой он питался исключительно духовной пищей и испытывал исключительно платонические чувства.

Господи, как же легкомысленно мы относимся к собственному здоровью! Все хотим произвести ВПЕЧАТЛЕНИЕ, редко задумываясь о последствиях. Щеголяем зимой в мини-юбках, напяленных на колготки в 15 ден. Садимся в апреле на голую землю, устав от пешей прогулки с друзьями. Оголяем животы, стремясь быть супер-секси. Соглашаемся на секс без презерватива, потому что, видите ли, для кого-то «с резинкой не тот кайф». Но, к сожалению, понимаешь, как все на самом деле серьезно, только на приеме у гинеколога. И происходит это, как правило, после многосерийной мелодрамы под названием «Я не могу забеременеть, доктор, помогите!». И вот сидишь ты напротив дамы в белом халате, которая вправляет тебе мозги, и думаешь: «Какой же я была дурой!»

Увы и ах! В беззаботной юности хочется думать о чем угодно, только не о том, как родить здорового ребенка. Ты мечтаешь о куче поклонников, роскошной жизни, наполненной романтикой, красивыми ухаживаниями, щедрыми подарками и гламурными вечеринками. А в действительности, натянув самую короткую юбку, слоняешься с подружками по улицам или идешь с дворовой компанией в ближайший бар и, глупо хихикая, слушаешь пошлости и небылицы ровесников, уже окосевших от двух глотков дешевого пива.

После школы ты вроде бы уже не та наивная дурочка. Уже умеешь одеваться и краситься, знаешь цену инфантильным сверстникам и мнишь себя безумно взрослой и самостоятельной. Днем ты сидишь в библиотеке, готовясь к очередному семинару. А потом до утра зажигаешь на модных дискотеках, пытаясь взять от жизни все.

Но, где бы ты ни находилась, везде тебе хочется внимания противоположного пола, томных взглядов, признаний, гуляний по ночному городу, «большой и чистой любви». И вот ты бросаешься на поиски «прынца», начинаешь строить отношения, ошибаешься, разочаровываешься, вновь надеешься... В общем, познаешь мир. И тебя не смущает, что в процессе этого «познания» допущена куча ошибок, которые еще ой как напомнят о себе. Ведь цель у тебя святая – твое личное женское счастье.

И, конечно же, во всем этом жизненном калейдоскопе, беспроблемная беременность – это последнее, над чем ты будешь задумываться всерьез и к чему будешь готовиться загодя. И так будет вечно! Спустя годы, уже став не единожды мамой, ты будешь пытаться образумить свою непутевую дочурку и призывать ее не повторять твоих ошибок, а та будет отмахиваться от этих советов и считать тебя занудой, ничего не смыслящей в жизни.

Вообще, оглядываясь вокруг, я прихожу к неутешительным выводам. Мое поколение – тем, кому сейчас около тридцати или чуть больше – насквозь БОЛЬНОЕ. В физическом плане. Я уже молчу про нынешних подростков, которым еще аукнется их сегодняшний ежедневный «драйв», замешанный на вседозволенности, цинизме и отрицании фундаментальных ценностей.

И на этом фоне тем более странным выглядит то, что мои ровесницы – дети еще советских семей, рожденные в более-менее нормальной экологической обстановке, в эпоху «самой передовой в мире» бесплатной медицины, прилежные ученицы, вкусившие лишь маленькую толику обрушившейся на нас свободы (в т. ч. и сексуальной) – уже после 25-ти испытывают проблемы со здоровьем. Их нестойкие организмы ослаблены различными вирусами, хроническими заболеваниями, блуждающими инфекциями, отравлены дешевыми гормональными контрацептивами. А это сказывается при попытках забеременеть.

Кстати! А знаете, что еще влияет на способность женщины к зачатию? Только не смейтесь – рост. Об этом врачи говорят вполне серьезно. За последние несколько десятилетий мы выросли сантиметров на пять. Девушки с классическим ростом Венеры в 164 см (как у меня) уже считаются невысокими. Все мои подружки смотрят на меня «свысока». А найти одежду на мой скромный «метр с кепкой» – настоящая проблема. Купишь брюки, а потом несешься в ателье, чтобы их укоротить.

Так вот, считается, что рост выше 170 см негативно влияет на работу яичников. А яичники, как известно, – «наше все». Конечно, это вовсе не значит, что все высокие барышни обречены на проблемы, а все низенькие счастливо их избегут. Но все же, согласитесь, наблюдение любопытное. Косвенно оно подтверждается расхожим мнением, что мужчинам больше нравятся не длинноногие красотки, а маленькие уютные дамочки с формами. Может, они подсознательно выбирают тех, кто способен родить им кучу детишек?

А если говорить совсем серьезно... Суровая правда жизни заключается в том, что женский организм подходит к осознанной беременности уже порядком изношенным. На нем успели сказаться и ошибки молодости, и плохая экология. Но главное – тот воз совсем неженских проблем, который взвалили на себя современные женщины.

Мы стали лидерами. Самостоятельными, независимыми, целеустремленными. Мы сами решаем, с кем и на что жить. Мы доказали (в первую очередь самим себе), что ни в чем не уступаем мужчинам – ни в силе характера, ни в выносливости, ни в мужестве. И большинство из нас уверено, что мы сильнее мужчин. Мы так собой гордимся и так убеждены в собственном превосходстве, что берем на себя все больше и больше. А потом жалуемся подружкам, что «мужик совсем измельчал и деградировал».

Но ведь физиологически наш организм не приспособлен к таким бешеным нагрузкам – прежде всего, моральным. Мы созданы, чтобы рожать и воспитывать детей. Ну, еще можем осилить небольшой физический труд, но не эти бесконечные стрессы, переходящие в депрессию, «синдром менеджера» и т. п. Мы растрачиваем себя. В итоге, наш организм, «распыляясь» на множество несвойственных нам функций, уже отказывается выполнять свою самую главную функцию – деторождение. И проблема здесь даже не в гормонах и инфекциях, проблема – в наших головах.

В эти милые женские головки, оказывается, столько понапихано! Им бы думать о погоде и шляпках, а не о бизнес-планах и покупке квартиры в кредит. Мы вообще стали слишком много думать! И НЕ думать мы уже не можем. Но самое ужасное то, что мы не просто думаем. Мы продумываем, надумываем, придумываем, задумываем и передумываем. В итоге, «выкинуть все из головы и расслабиться» становится для нас задачей просто-таки невыполнимой. Результат – зацикленность, мнительность, самокопание. И примеров того, что в проблемах с зачатием была виновата именно женская голова, очень много.

Впрочем, долой занудство! Тем более что не все так грустно и безнадежно. Как показывает жизнь, у подавляющего большинства моих знакомых (тех самых, кому пришлось порядком побеспокоиться, прежде чем они забеременели) все закончилось благополучно. Инфекции пролечили, гормоны подправили, голову на место поставили, настроились на нужную волну. В конечном итоге практически все, кто этого хочет, беременеют и рожают. Практически ВСЕ. Рано или поздно!

Реальные шансы есть даже в, казалось бы, самых безнадежных случаях. Лана рассказывала мне, что вместе с ней в медико-хирургическом центре им. Пирогова пыталась забеременеть девушка, у которой из-за эндометриоза[4] и нескольких гинекологических операций не было одного яичника и части матки! И ей это удалось с помощью ЭКО!

Другое дело, сколько всего пришлось пережить, до того как прозвучало заветное «Поздравляю, вы беременны». Сколько разных нужных и ненужных мыслей расплодилось в мозгах, сколько было сомнений, вопросов без ответов, молитв, обсуждений с «товарищами по несчастью»... И не сосчитаешь!

Вот пример. На одном из интернет-форумов, где собираются будущие и настоящие мамочки, я стала свидетельницей (вернее, читательницей) душераздирающей переписки тех, кто «очень хочет, но пока не может». Стержневым персонажем этой странички, главным, так сказать, действующим лицом была девушка с ником Мышка. Барышня очень эмоциональная, отчаянно мечтающая забеременеть, что, увы, никак не получалось. Было видно, что эта проблема буквально поглотила ее. Ни о чем другом она думать больше не могла. И жила в Интернете. Описывала все, что делала для того, чтобы забеременеть, делилась своими переживаниями, спрашивала совета. Спокойно читать ее высказывания было невозможно – сплошной крик души. «Девчонки, держите за меня кулачки, на днях решается наша судьба», – чуть ли не каждый месяц писала она. И через некоторое время – плач по поводу очередной неудачи.

Другие участницы форума (такие же «хочушки», как она) живо откликались на ее высказывания, рассказывали о своем опыте, предлагали ссылки на различные научные и псевдонаучные статьи по вопросам зачатия, поддерживали друг друга, как могли.

Конечно, очень важно, когда у тебя такая проблема, иметь круг единомышленников, которые поймут тебя как никто другой. Кому еще можно поплакаться в жилетку, как не человеку, испытывающему точь-в-точь такие же чувства, что и ты? Кто еще будет искренне сопереживать тебе, как не товарищ по несчастью?

Но в то же время, как я поняла, замкнутое сообщество женщин, зациклившихся на своей невозможности забеременеть, – явление опасное. И, прежде всего, для них самих. При чтении их переписки меня, человека, в принципе, далекого от обсуждаемого вопроса, не покидало ощущение, что все «ой, как запущено». Просто клиника какая-то. В этом тесном коллективе с явными признаками легкого помешательства не хватало одного – человека БЕЗ проблем с беременностью, который бы вправил всем мозги.

Впрочем, такой человек вскоре появился. Им стала администратор сайта. Видимо, она также не могла спокойно читать высказывания «жителей» этой странички и мужественно решила спасти их от дальнейших мучений. Она, пережившая точно такой же период в жизни, стала объяснять, как важно найти в себе силы и выкинуть все мысли на эту тему из головы. Что хорошо бы поехать отдохнуть, переключиться, найти новые интересы и не общаться некоторое время с «хочушками».

Не знаю, подействовали ли слова админа на кого-то из участниц форума, но через некоторое время на сайте появился победоносный клич Мышки: она, наконец-то забеременела. И на радостях создала новую страничку: «Для тех, кто, наконец, дождался». А ведь у нее наверняка были мысли, что с ней это не случится НИКОГДА. Но случилось же! Теперь Мышка воспитывает сынишку и, я думаю, уже не вспоминает о тех жутких месяцах, которые она проводила в обществе «хочушек».

Жизнь – очень мудрая штука. Она все расставляет по своим местам, и тебе после всех мучений уже начинает казаться, что твое любимое дитятко, твое ненаглядное солнышко, появилось именно тогда, когда и должно было появиться в твоей жизни.

Глава 3

ТОМИТЕЛЬНОЕ ОЖИДАНИЕ

(несколько месяцев из жизни будущих мам)

Прописка в женской консультации

Еще до беременности я знала, какому врачу доверю себя и свое будущее дитя, – Анне Мамедовне. Она – давняя приятельница моей мамы, а ее сын – мой друг детства и по совместительству одноклассник.

Стоит ли вообще говорить о том, как важно, чтобы тебя наблюдал опытный врач? И не просто профессионал от медицины, а Человек. Именно так – с большой буквы. Врач, который не только будет следить за течением твоей беременности самым внимательным образом, но и поддержит, когда надо, подберет нужные слова, утешит, в конце концов. Это ведь так необходимо беременным!

Но таких врачей встретить непросто. Поэтому грамотные доктора, не тронутые черствостью и не зацикленные на собственных проблемах, ценятся на вес золота. Их ищут, находят и бережно передают из рук в руки, как редкое сокровище.

Многие мои приятельницы делали так: вставали на учет в консультации по месту жительства, отмечались там раз в месяц и параллельно наблюдались у того врача, которому всецело доверяли. Я же поступила по-другому – «прикрепилась» именно к той женской консультации (ЖК), в которой работала Анна Мамедовна.

Как сейчас помню свой первый визит к ней. На дворе – начало августа. Утро. Тепло. Дует легкий ветерок. В душе гремят фанфары: я беременна!

В консультации безлюдно. Только мы с мамой. Вообще, обычно я маму с собой никуда не беру (я даже вступительные экзамены в Университет сдавала одна, в то время как храм науки осаждали взволнованные родители других абитуриентов). Но маме очень хотелось услышать самой, что скажет Анна Мамедовна.

Заходим в кабинет. Я все рассказала как на духу: про анализы, Гагры, графики, задержку и т. д. Заполнили карту, вспомнили все мои болячки, взвесились и пошли на УЗИ. Анна Мамедовна ценна еще и тем, что по совместительству проводит ультразвуковые исследования. Очень удобно!

Когда Анна Мамедовна смотрит в монитор, у нее всегда серьезно– сосредоточенное выражение лица. И мне, лежащей на кушетке, каждый раз кажется, что увидела она там что-то нехорошее. Вот и в этот, самый первый мой визит она долго изучала содержимое органов моего малого таза. Потом неожиданное спросила:

– У вас в роду ни у кого не было двойни?

К чему бы это?

– Нет, – отвечаю, – что-то не припомню.

Все, можно вставать и одеваться. Анна Мамедовна, не говоря ни слова, с лицом, не выражающим никаких эмоций, открыла книгу об УЗИ и углубилась в изучение картинок.

Мне не терпелось узнать, что же там такое интересное она у меня увидела. Но я боялась ее потревожить.

Захлопнув книгу, Анна Мамедовна наконец утолила мое любопытство: беременность примерно 8 недель и... не один, а целых два эмбриона! Причем один из них вдвое больше второго.

Приплыли!

Сказать, что я сильно удивилась, – значит не сказать ничего. Я просто потеряла дар речи. Столько информации сразу! Ну, о том, что беременна, я, допустим, догадывалась, но чтобы двойней?! И потом, что это за загадочная фраза про «один вдвое больше другого?»

Выяснилось, что один из двух зародышей по своим размерам соответствует сроку 8 недель и, по всей видимости, отбирает все соки и питательные вещества у второго, который необходимыми габаритами не обладает. Вариантов развития событий два: либо второй выживет и продолжит развиваться, либо «старший брат» по законам естественного отбора вытеснит его окончательно.

Мне сразу стало очень жалко «младшенького», и я с ужасом спросила:

– А что будет, если он погибнет?

Оказалось, ничего особенного – просто «рассосется». Это слово меня больно кольнуло: МОЙ ребенок «рассосется»?!

Мужской взгляд. Когда любимая позвонила и сказала, что у нас не исключена вероятность двойни, я чуть со стула не упал. Думали об одном малыше, а тут оказалось, что может родиться сразу два! Ведь до визита к гинекологу мы не знали толком, произошло зачатие или нет, только подозревали. Я, честно говоря, опешил и не знал, радоваться или нет. Потому что, с одной стороны, двойня могла разом закрыть вопрос дальнейшей работы по продолжению рода (так сказать, «отстрелялся и пошел»), а с другой – две коляски (или двойная, что по деньгам почти то же самое), две кроватки, две соски, два чепчика и т. д. и два кричащих рта – перспектива не из радужных. Но когда я переварил полученную информацию, то решил, что двойня – это очень даже хорошо.

Я не могу сказать, как я отреагировал на новость о беременности как таковой, поскольку эту новость перешибла новость о двойне, но одно я понял точно: начался новый период в нашей жизни – мега-проект под названием «дети». Я со всей ясностью осознал, что назад дороги нет, и жизнь сильно изменится, правда не представлял, что так сильно...

На этом новости не закончились. Господи, что еще? Анна Мамедовна, предварительно успокоив меня, сообщила, что матка в тонусе, а значит есть угроза прерывания. Проще говоря, можно потерять не одного, а сразу двоих, если не...

Далее последовал объемный список рекомендаций, которые я должна была неукоснительно выполнять. Шаг влево, шаг вправо – расстрел. Первый пункт этого списка звучал так: ЛЕЖАТЬ. Утром, днем, вечером и ночью! Полный покой и никаких резких движений. Мне не разрешалось даже сидеть! Ну, если только во время еды.

Вторым пунктом значились многочисленные лекарственные препараты, которые я должна была глотать пригоршнями: но-шпа, валерьяна, витамин Е, фолиевая кислота, магне В6 и уже не помню, что еще. Мне даже подумалось тогда, что они вполне могли бы заменить привычные завтрак, обед и ужин. Еще бы и на полдник хватило. Боже, в тот момент я и представить себе не могла, что эти мысли станут пророческими! И очень скоро!

Последним пунктом была жестокая диета. Никаких тебе колбас (даже вареных!), сосисок, цитрусовых, закусочных консервов, красной икры, черного чая, кофе, шоколада и прочего сладкого. Запрещалось все, без чего я не могла представить свое меню. Ничего жареного, острого, соленого (м-м-м, обожаю!). Творог, сыр, курица, рыба, овощи-фрукты, макароны, рис и орехи – так выглядел мой рацион на ближайшие месяцы. Караул! Жить-то теперь как?

Напоследок Анна Мамедовна торжественно вручила мне больничный и наказала прийти на осмотр через неделю, чтобы узнать, как там обстоят дела у «младшенького».

Расставшись с мамой, я пошла домой. Пешком. Путь, прямо скажем, неблизкий, но всю обрушившуюся на меня лавину информации необходимо было тщательно переварить. За эту прогулку я успела позвонить мужу и убить его новостью о двойне, зайти в аптеку за лекарствами, попрощаться со своей прежней жизнью и нарисовать радужную картину недалекого будущего. Никакие ужасы в виде угрозы прерывания, диеты и перспективы валяться круглыми сутками в кровати не смогли омрачить мое восторженное настроение.

Но! На самом деле, картина оказалась контрастной. Окончательное понимание того, что ждет меня в ближайшее время, пришло только дома, когда я, навалив на диван кучу подушек, приняла рекомендованное лежачее положение.

Сначала я радовалась тому, что наконец-то у меня есть время почитать свежую прессу и глянцевые журнальчики. Потом я с удовольствием в разгар рабочего дня смотрела телевизор. Но уже через пару-тройку часов с ужасом поняла: долго на этом царском ложе я не протяну. И мне потребуется мужество всех супергероев вселенной, чтобы выдержать пытку «ничегонеделанием». А совсем плохо мне стало, когда вместо зажаристого стейка я вынула из холодильника маложирную сметанку и, сокрушаясь над своей незавидной долей, съела ее с хлебушком.

Наверное, прописанный мне образ жизни не был такой уж необходимой мерой. Диагноз «угроза выкидыша» ставят теперь чуть ли не каждой первой беременной. Что поделать – экология, стрессы, болячки. К тому же у меня не было никаких сопутствующих симптомов (болей, выделений). Но Анна Мамедовна, в отличие от меня, понимала, что первая беременность – это слишком серьезно. И ни в коем случае нельзя было допустить, чтобы она прервалась, пусть даже вероятность этого совсем невелика. Так что лучше перестраховаться, чем потом кусать локти и сожалеть, что недоглядели.

Всю неделю до следующего похода в консультацию я думала о том, как было бы здорово, если бы у нас все же родилась двойня. Да, тяжело. И вынашивать, и рожать, и потом ухаживать. Но как удобно! Родила сразу двоих, подняла на ноги, а потом СВОБОДНА! Больше не надо думать о потомстве! Мечта! Но сбудется ли она?

Ровно через неделю я снова лежала на кушетке в кабинете УЗИ. Конечно, все мысли были об одном – выжил ли второй эмбрион.

Нет, не выжил.

В карте так и написали – визуализируется один живой плод. Срок – 9-10 недель.

Расстроилась ли я? Да, расстроилась. Но, наверное, внутренне уже была готова к такому повороту событий. Двойня – это слишком неожиданно и слишком заманчиво, чтобы стать реальностью.

В тот момент меня потянуло на философию. Я задумалась о том, как Хрупка человеческая жизнь. Какую огромную власть над нами имеет Господь бог. Или Провидение. Или Судьба. Как часто случается так, что от тебя ничего не зависит, и ни ты, ни кто-то другой не в силах что-либо изменить. Вот уж действительно – на все воля Божья.

Подумать только! Вот зародилась новая жизнь. Даже не одна, а две! Это же настоящее чудо! Но! Одна продолжает развиваться, а другая... уже нет. Она просто «рассосалась». И ничего – НИЧЕГО – от нее не осталось... Свершилось чудо и ушло в небытие! И если бы не аппарат УЗИ, мы никогда бы о нем не узнали!

Мужской взгляд. Я тоже расстроился. Все-таки за неделю привык думать о том, что будет два малыша. Мы только об этом и говорили. И потом было непонятно, как это – «рассосался»? Я очень долго приходил в себя по этому поводу.

В то же время, один-то остался, и зачатие произошло. Здесь я мог бы поставить восклицательный знак, но ставлю точку, потому что известие о наступившей беременности меня никак по-особому не тронуло. Да, я, конечно, понимал, что произошло нечто важное и серьезное, но сказать, что я испытал какой-то душевный подъем, нельзя. Ну, ребенок, ну беременность...

Тот день преподнес мне еще один неприятный сюрприз. Анна Мамедовна сообщила мне, уже настроившейся закрывать больничный и идти на службу, что работа... отменяется. Месяца эдак на два! И не надо спорить, врач лучше знает!

Я так и села.

Вы понимаете, что это значило? Нет, не то, что придется опять валяться дома и смотреть все сериалы подряд. Это значило, что придется звонить начальству и как-то объяснять, почему оно не увидит своего незаменимого сотрудника на рабочем месте в течение нескольких недель. И ничего вразумительного, кроме правды, мне на ум почему-то не приходило!

Это было ужасно! В своих планах я собиралась молчать до последнего. Но сейчас, когда до официального декрета еще месяцев пять! Меня же просто скинут со счетов! Махнут рукой и будут воспринимать как отрезанный ломоть. И – что самое ужасное – начнут искать замену! При живом-то специалисте!

Это теперь я смеюсь над тогдашними своими переживаниями (ну и глупая же была, дурочка амбициозная), но в тот момент мне казалось, что стоит только заикнуться о беременности, и на всей моей карьере можно будет ставить жирный крест. Навсегда!

Я никогда не забуду, как на следующий день собралась звонить на работу. Это было настоящим испытанием. Меня всю трясло от волнения. Я в сотый раз повторяла фразы, которые намеревалась выпалить в трубку. Господи, что же теперь будет?

Дрожащими пальцами набрала номер. Прилипшим к небу языком сообщила про свои 10 недель. Пообещала, что «отстрадаю, отслужу». Предложила выполнять какую-то работу дома.

– Вот уж от кого не ожидала, так не ожидала! – ответила мне начальница.

Но на самом деле, оказалось, не так все страшно. Ну, позвонила. Ну, сказала. Что теперь, удавиться, что ли? Все равно это когда-нибудь случилось бы. Месяцем раньше, месяцем позже, подумаешь! Фу-у-у-ух. Самое ужасное позади. Можно выдохнуть и полностью погрузиться в свое новое состояние.

Как я «лечила» свой токсикоз

Я до сих пор вспоминаю то время лежания на диване как худшее в своей жизни. Вернее даже так: я не хочу о нем вспоминать. Нет, у меня не было того страшного токсикоза с унитазом в обнимку, о котором многие рассказывают. Мне не ставили капельниц, не клали в стационар. Мой токсикоз был другим. Скрытым, но очень коварным.

Он выражался в жутком подавленном моральном состоянии. Меня ничто не радовало. Казалось, жизнь проходит мимо. Вокруг все менялось: лето сменилось осенью, детишки пошли в школу, по телевизору показывали все новые сериалы. Неизменным оставался только мой диван с кучей подушек.

Ситуацию не спасали даже книги серии «Мировой бестселлер» из домашней библиотеки. Раньше я и представить себе не могла, что когда-нибудь у меня будет время их прочитать. И вот оно наступило. Тоскливое. Плаксивое. Однообразное. И даже мысли о том, что все это не просто так, а ради малыша, не могли вывести меня из состояния глубокой угнетенности и слезной жалости к самой себе.

Из скромного списка того, что доставило бы мне удовольствие и хоть немножечко отвлекло от тяжких мыслей, я не могла себе позволить практически ничего! Ни полазить по Интернету, ни поиграть в компьютерную игрушку, потому что нельзя было долго сидеть. Ни перехватить чего-нибудь вкусненького, например, пиццу с копченостями, потому что она не вписывалась в мою диету. Я могла только смотреть телевизор и читать. И то, и другое я очень скоро просто возненавидела!

Я срывалась на всех и вся. Больше других досталось, конечно, мужу. Как он выдержал мое постоянно перекошенное от неудовольствия лицо – уму непостижимо. Я громко возмущалась, когда он приходил домой с работы на 5 минут позже, обвиняла его в невнимательности и черствости, обижалась, когда он говорил что-то, что мне не нравилось. Короче, вываливала на него весь свой негатив.

Мужской взгляд. Период первой беременности своей благоверной я помню очень хорошо.

Буквально через несколько дней после визита к гинекологу наша жизнь стала меняться. Меняться сильно и не всегда в лучшую сторону. До этого мы жили в свое удовольствие, работали с упоением, по вечерам писали свои диссертации, играли в компьютер, смотрели кино, ходили в кафешки, в общем – не загонялись. И тут – бац! Все становится по-другому. Не сразу, но с каждым днем все больше...

Всем известно, что организм женщины получает при беременности серьезную гормональную встряску, что тут же отражается на ее поведении. Беременные становятся капризными, плаксивыми, вредными, требуют к себе повышенного внимания и никогда не радуются, сколько бы внимания им оказано ни было. Так-то оно так, но когда сталкиваешься с этим «вживую», возникает некое недоумение, а порой (что там говорить) и раздражение.

Сложно объяснить человеку с плохим самочувствием и настроением, который лежал весь день на диване, почему я выключил компьютер на работе в 18.05, почему маршрутка простояла в пробке, почему в магазине я был третьим в очереди в кассу... Но, слава богу, терпения хватило, и мы это пережили. К тому же, чем объемней становилась талия жены, тем больше мыслей наша будущая мамочка посвящала предстоящим переменам, а не припозднившемуся мужу.

Хоть какое-то разнообразие в мою унылую жизнь вносили походы в женскую консультацию. Анна Мамедовна, как я поняла, взялась за меня основательно и для начала отправила сдавать кучу анализов. Мало я их насдавалась до беременности!

У меня взяли кровь из пальца на сахар и протромбин (свертываемость крови). Плюс ее же для определения группы крови и резус фактора. Из вены – для биохимического анализа, а также на СПИД, сифилис и гепатит. Клинический анализ крови приходилось повторять каждый месяц. Остальное предстояло сдать еще два раза за беременность. Какое счастье, что все это можно было сделать в самой консультации, а не бегать с токсикозом в наводненную пенсионерами поликлинику, где устраивались настоящие побоища за место в очереди.

Еще у меня взяли мазки на флору и на самые распространенные инфекции (микоплазму, уреоплазму, хламидии и пр.). За них, кстати, пришлось заплатить – они не значатся в списке бесплатных по программе ОМС! А куда деваться? Плакат на стене в консультации грозно призывал своевременно выявить все возможные гадости и красочно описывал, как эти гадости могут навредить ребенку. Ужас!

Но особенно мне запомнился так называемый «анализ мочи на 17 КС». Это выявление количества андрогенов (мужских гормонов) в надпочечниках. (Вот и я говорю: китайская грамота да и только!). Чем запомнился? Своей изощренностью. Надо было целые сутки наполнять трехлитровую баночку, весь день записывать количество выпитого, наутро измерить объем выделенного, отлить в небольшую емкость и отвезти к «черту на рога» для исследования. Вот такая веселая жизнь.

Мужской взгляд. «К черту на рога» возить приходилось мне. Баночки были самые разнокалиберные. Так что я смело могу сказать, где в Москве сдают мочу и сколько ее требуется. Но самое главное заключалось в том, что именно в анализах (точнее, в их развозе) я чувствовал, что приношу хоть какую-то пользу общему делу. Как еще можно помочь жене, когда она себя плохо чувствует по определению?

Еще на каждом приеме Анна Мамедовна прописывала мне все новые и новые препараты, начиная от комплекса витаминов для беременных и заканчивая неизвестным дексаметазоном, который как раз и подавляет избыточное образование тех самых андрогенов в тех самых надпочечниках. Все эти лекарства я покупала скупала в аптеке, а потом также послушно принимала по расписанию. Конечно, обилие лекарств меня смущало. Так ли все это необходимо? Но потом знающие люди убедили меня: ничего лишнего врач прописывать не будет. Только то, без чего действительно никак!

Наверное, я бы все же пала смертью храбрых в неравной битве с токсикозом, если бы не грандиозный проект, затеянный мной в это самое время. Видимо, в моем погибающем мозгу в последний момент включились функции, ответственные за самосохранение, и я поняла, ЧТО вернет меня к жизни. Нечто масштабное, фундаментальное и жизнеутверждающее. Это «нечто» я назвала громко: проект «Ближняя дача». История интересная, поэтому рассказываю в красках.

В начале 90-х годов моей маме на работе предложили земельный участок в дальнем Подмосковье в рамках модной тогда тенденции «возрождения деревни». То есть вокруг умирающей деревушки «нарезали» участки для соскучившихся по природе городских жителей. Тех самых, которые за свою жизнь при советской власти умудрились не обзавестись личным дачным хозяйством.

Участки давались бесплатно, поэтому мама дала согласие. Очень уж она устала каждый год решать проблему «куда деть ребенка летом». И хоть «ребенок» (то есть я) в тот момент учился уже в 9-ом классе и, по всей видимости, в скором времени собирался начать самостоятельную жизнь, дачу решено было строить. Наверное, все-таки мама тоже была из тех горожан, кто соскучился по свежему воздуху.

Земельный надел нам по жребию достался очень неплохой. В глубине деревни, на лугу, перед живописным оврагом. Из этого самого оврага при благоустройстве участка мы потом вытащили заржавевшую раму немецкого автомобиля времен Великой Отечественной!

Вскоре мы построили дом. Из бруса, между прочим, что в то время было большой редкостью. С огромными окнами и красивой печкой, огонь в которой зажигался от одной спички. А крышу покрыли не шифером, а сиявшим на солнце гофрированным оцинкованным алюминием.

В общем, это был вызов! Настоящий вызов сложившимся представлениям об обычном дачном доме. Наши соседи даже не скрывали завистливых взглядов, обращенных в сторону нашего деревянного красавца размером 5х6 м. И, насмотревшись на их хмурые лица, мы с родителями отчетливо поняли, что такое классовая ненависть и как свершалась в 1917 году Октябрьская революция.

Да, быт мы наладили на даче неплохо. Но «мичурины» из нас вышли никакие. Деревца у нас каждый год подмерзали и жестоко страдали от голодных зайцев. Единственное, что радовало глаз, так это яркие пятна клумб из настурций, небывалые урожаи огурцов и кабачков, а также настоящие плантации ремонтантной земляники, плодоносившей с июля по октябрь.

Все было хорошо в нашей даче, кроме одного «но»: она находилась невероятно, просто убийственно далеко от Москвы. Нет, конечно, кому-то 140 км по вроде бы скоростному Новорижскому шоссе покажутся увеселительной прогулкой. Но для меня эти два с половиной часа бешеного галопа, перемежающегося нудным стоянием в заторах (летом то один мост чинят, то другой), были просто невыносимой пыткой. Пока доедешь – с ума сойдешь. И уже не нужны тебе ни свежий воздух, ни чарующие звуки почти девственного леса, ни миски с сочной земляникой.

Именно поэтому, поступив в Университет, я под самыми разнообразными предлогами отклоняла просьбы родителей провести на даче выходные. Они же ездили туда с завидной регулярностью – каждую неделю. И хотя папа с мамой не принадлежат к числу увлеченных дачников, которые проводят лето на грядках отбыть на субботу-воскресенье на лоно природы считалось у них непременным условием хорошего отдыха.

Когда же я встретила Диму, мои поездки на дачу и вовсе прекратились. Что я там забыла, когда в городе в выходные так много всего интересного!

С годами я начала задумываться о перспективах развития нашей фазенды. И эти перспективы меня не радовали. Более того – пугали! Вот лет эдак через двадцать мои старенькие родители захотят окончательно переселиться на дачу (хотя бы на лето), и что меня ждет? Мотание челноком 140 км туда, 140 км обратно? Ведь там даже хлеб продается только в сельпо за 3 км!

Так бы я и сокрушалась над своим незавидным будущим хорошей дочери, если бы не судьбоносное решение Диминых родителей. Они, не имевшие собственной квартиры в Москве, решили купить в ближайшем Подмосковье участок и построить на нем капитальный дом.

Я бы никогда не поверила, что люди со скромным достатком могут осилить такую махину, если бы эта махина не выросла у меня на глазах буквально за два года! Безусловно, совсем в одиночку они бы строились намного дольше, и помощь детей и близких родственников нельзя скидывать со счетов, но факт остается фактом: не было дома, и вот он стоит, красавец, полюбуйтесь!

Конечно, успех этого рискованного предприятия произвел впечатление на всех, включая моих родителей. Но никто из нас в тот момент даже не задумывался, что этот успех можно повторить.

– Как же здорово получилось все у Диминых родителей, – сказала мне как-то мама. – Какие они молодцы, что вовремя купили участок. Жить за городом – что может быть лучше! Может, и нам надо было так поступить? Да нет, зачем? У нас же есть дача.

Ее слова глубоко засели в мою душу. Так-так-так! Дайте-ка подумать, а, может, и нам... Эврика! Нам тоже нужно купить участок рядом с Москвой, построить теплый кирпичный дом и жить в нем круглый год! Это вполне реально, Диминым родителям же удалось!

Эта грандиозная идея пришла в мою светлую голову, где бы вы думали? В Гаграх! И я вернулась домой, полная решимости уговорить родителей ввязаться в такую интересную, а главное перспективную авантюру.

Папа согласился сразу. Он вообще у нас товарищ легкий на подъем и восприимчивый ко всему новому, пусть и рискованному. Мама же более консервативна и осмотрительна. И, зная ее характер и трепетное отношение к денежным накоплениям, которые предполагалось пустить на мой «прожект», я думала, что на уговоры уйдет в лучшем случае год. Каково же было мое удивление, когда она сообщила мне, умирающей на диване от токсикозной тоски, что СОГЛАСНА. Может, решила спасти единственную дочь? Или интуиция подсказала ей, что дело стоящее?

Услышав мамино «да», я просто воспряла духом. Господи, неужели я буду жить? К черту надоевший диван, долой ненавистные журналы и сериалы! Да здравствует газета «Из рук в руки» и самые свежие объявления о продаже участков!

Пара подходящих вариантов нашлась очень быстро. А может, я очень хотела их найти? Да нет, просто четко знала, что ищу – участок по нераскрученному, но удобному Пятницкому шоссе (это Димины родители стали для нас его первооткрывателями), не дальше 30 км от МКАД (хватит с меня тех 140 км до дачи), в стороне от дороги и в живописном месте (мне в моем положении нужно только на красоту любоваться).

Покупка кусочка земли превратилась в настоящий детектив. Мы решили брать первый же увиденный нами участок, так он нам понравился. Но ушлые риэлторы «прокатили» нас: в самый последний момент отказались от сделки, вероятно, решив попридержать эти 12 соток до весны, когда они будут стоить в два раза дороже.

Это был провал!

Но, как известно, случай идет навстречу тому, кто его ищет! В том же номере «Из рук в руки» я отыскала объявление от другого риэлтора, который продавал... соседний с тем первым участок. И уже через три недели мы стали полноправными землевладельцами – обладателями целых 15 соток плодородной подмосковной земли. Поначалу немного смущала близость Зеленограда (это после глуши дальней дачи), но потом мы в полной мере оценили преимущества соседства с «зеленым городом».

Уже прошло несколько лет, а я до сих пор удивляюсь, как нам повезло. Вы знаете, сколько сейчас стоит такой участок в 30 км от Москвы? За каких-то несколько лет цена удесятерилась!

Господи, какая удача, что я так вовремя взялась за проект «Ближняя дача», как же все-таки здорово, что мама согласилась почти сразу, а не через год, когда цены полетели вверх!

Мужской взгляд. Действительно, решение о покупке нового участка и строительстве дома было очень своевременным. Резонно посчитав, что теще еще жить да радоваться, мы раскрутили ее на последнюю заначку и купили участок. Сейчас на этом месте за те же деньги можно приобрести только одну сотку... Потом мы заливали фундамент, затем поднимали «коробочку» и т. д. Это история для отдельной книги.

Мальчик или девочка?

...К моменту нашей исторической покупки уже пошел второй месяц, как я сидела на больничном. Вообще, по правилам, принятым в медицинском мире, врач имеет право выдавать бюллетень максимум на 10 дней, потом может продлевать его еще в течение двух декад, но только с согласия заведующего отделением (в моем случае – заведующей консультацией). Если же больной настолько плох, что требуется еще подержать его дома, тогда назначается КЭК. Это специальная комиссия во главе с главврачом, которая проверяет, не симулирует ли пациент и не в сговоре ли с ним его доктор, и потом выносит окончательный вердикт.

В начале сентября первый – самый ответственный – триместр моего «интересного положения» подошел к концу и, по большому счету, ничего не мешало мне продолжить трудовую деятельность. Но у Анны Мамедовны были свои планы на этот счет. Она и слышать ничего не хотела о моем возвращении к активной жизни и отправила меня на КЭК.

Предварительно, в медицинской карте были красочно описаны ужасы моего состояния, как то: непрекращающаяся угроза выкидыша и сопутствующие ей симптомы, жуткий токсикоз и пр. Да после таких записей меня надо было хватать в охапку и с воем сирен везти в больницу. Но и тут все было «продумано». В конце «диагноза» стояла сакраментальная фраза – «от госпитализации отказывается», которая снимала все вопросы.

На КЭК идти страшно не хотелось, но куда деваться? Стерев помаду с губ и сделав страдальческое лицо, я поплелась в поликлинику к главному врачу. Тот сурово спросил, почему я, такая легкомысленная и несознательная, отказываюсь от госпитализации, услышал невнятный ответ про «до#ма и стены помогают» и благосклонно продлил мой больничный.

Пришлось еще четыре недели проваляться дома. Но это было уже совсем другое «валяние»! Книги серии «Мировой бестселлер» были заброшены, сериалы – забыты. А я с упоением листала журналы с планами загородных домов – искала подходящий для нас проект. Мы же начинали «стройку века»!

Я была взволнована, увлечена, вдохновлена. Я вновь почувствовала вкус к жизни. И была готова свернуть горы.

Уже потом я поняла, что в этой жизни ничего не бывает случайным. Или ненужным. Или лишним. Да, за эти два месяца я сбилась с привычного ритма и тяжело переживала, что тихо плетусь по обочине, а не лечу во весь опор, как все вокруг. Но, с другой стороны, это время «домашнего сидения», наверное, было мне дано не только для того, чтобы мой малыш правильно развивался в утробе. Но и для того, чтобы я задумалась о важном, переключилась, сменила ориентиры, дописала диссертацию, наконец.

Да, эти два месяца не прошли даром, но... «Мавр сделал свое дело, мавр может уходить». Жить так дальше я категорически отказывалась. Поэтому к концу второго моего больничного «срока» твердо для себя решила, что на очередную КЭК ни за что не пойду и устрою в кабинете Анны Мамедовны забастовку, если она не выпишет меня на работу.

Невероятно! У меня получилось! Завтра выхожу на службу!

На работе меня уже заждались. Вот оно как! «Лицом к лицу лица не увидать – большое видится на расстоянии». Довольная тем, что так нужна и незаменима, я с энтузиазмом включилась в рабочий процесс. Мое возвращение пришлось на самый разгар второго триместра беременности – время, когда все будущие мамочки чувствуют небывалый прилив сил, бодрости и энергии.

Дел скопилось – масса! Самое главное – предстояло организовать масштабное и интересное мероприятие: презентацию новой необычной книги очень известного поэта. Я развила кипучую деятельность и чувствовала себя абсолютно счастливой.

Наверное, именно тогда я в полной мере ощутила, что беременность –замечательное время. Я вовсю пользовалась бережным к себе отношением, требовала от коллег внимания и заботы, без стеснения отпрашивалась с работы по своим личным делам (например, на встречу с научным руководителем). Вела себя как капризная принцесса. И все мне сходило с рук. Беременных же нельзя расстраивать!

Но среди всего этого безоблачного счастья две вещи не давали мне покоя: все ли в порядке с ребенком и кого же мы все-таки ждем – сына или дочку? Мучимая этими мыслями я еле-еле дождалась 21-ой недели, когда по науке можно было сделать очередное УЗИ, чтобы проверить, нет ли пороков развития и других отклонений и, кроме того, узнать пол малыша.

Я почему-то ни минуты не сомневалась, что у нас родится мальчик. Я же должна была подарить Диме наследника! А как иначе? Моя интуиция, которой я всегда доверяла, подсказывала мне, что по-другому и быть не может. Только сын! Я даже на работе поспорила на коробку конфет, что УЗИ покажет мальчика. А они уперлись – нет, девочку.

...Анна Мамедовна, как всегда, сосредоточенно смотрела в монитор, а я пыталась сдержать бешеный стук своего сердца. Ну? Ну? Кто – мальчик или девочка?

– Мальчика ждем? – улыбнулась врач.

У меня восторженно раскрылись глаза. Господи, спасибо! И кто был прав? Моя интуиция меня никогда не подводит! Коробка самых дорогих конфет теперь моя!

Мне даже не хватает слов, чтобы описать мое тогдашнее состояние. Меня переполняло чувство гордости. Я, несмотря на уже округлившийся животик, буквально парила над землей. Какое же это счастье – ждать желанного малыша (мальчика!) и знать, что у него, тьфу-тьфу-тьфу, все в порядке!

Естественно, мы тут же рассказали о результатах УЗИ всем близким родственникам. Помню, Димина мама пошутила, что у сластен, которых в беременность тянет на клубничное варенье, как правило, рождаются девочки. Это про меня. Это я потребляла домашнее клубничное варенье банками и никак не могла остановиться. Но при чем здесь варенье, если ультразвук «показал» мальчика?! Это ж не гадание на кофейной гуще, это ж техника!

Еще после УЗИ мне позвонила Лиза. Та самая, которая решила рожать после судьбоносной встречи с маленькой девочкой на свадьбе друзей. Лиза в тот момент уже тоже ждала ребенка. И вот мы с ней, две беременные дамочки, наперебой стали рассказывать друг другу о том, кого же мы в итоге родим.

– УЗИ показало мальчика, – говорю я. – Я с самого начала это знала. Вернее, подозревала. Что-то внутри мне настойчиво подсказывало, что будет именно парень. Интуиция все-таки – великая вещь!

– У меня тоже такое внутреннее ощущение, что у нас родится мальчик, – отвечает Лиза, у которой срок еще небольшой, поэтому на УЗИ пока ничего не видно. – Как назовете?

– Пока не решили...

Но это неправда. На самом деле – решили. Просто из суеверия я не говорю об этом Лизе.

В ранней юности мне очень нравилось имя Игорь. И в детских мечтах я представляла, что своего сына назову именно так. Игорек, Игоряша...

Когда я забеременела, мы с Димой, конечно, тут же стали думать о том, как наречем нашего малыша. Имя Игорь к тому моменту уже потеряло для меня былую привлекательность. Но на смену ему ничего так и появилось. Поэтому, чтобы освежить в памяти все существующие имена, я полезла в орфографический словарь, в конце которого приводился их полный список. Так-так-так, посмотрим. Начнем с буквы «А».

– Дим, как тебе имя Авдей?

– Никак.

– Сейчас модно называть детей редкими именами.

– Даже такими, как Авдей? Ты жизнь ребенку искалечить хочешь?

– Ну, ладно тебе, я же пошутила. Но, согласись, в этом что-то есть. Вот у Наташи Королевой сын Архип, у телеведущей Лены Старостиной – Матвей, у актера Селина, который опера Дукалиса играл, – Прохор. Необычные имена – уникальные дети. Наверное. Ну, во всяком случае, они в классе уж точно единственные с такими именами. А не как в наше время – сплошные Наташи, Маши, Сережи, Андрюши и Вовы.

– Надо не просто имя подбирать, а чтобы с отчеством сочеталось! Оно же такое звучное – Дмитриевич! Или Дмитриевна.

Конечно! Мы совсем забыли про Его Величество! Куда же деться без Вашего отчества? Простите великодушно, что запамятовали. Вот так у нас всегда: Дима придает большое значение тому, что для меня ничего не значит.

Лично я считаю, что отчество – это атавизм. Пережиток прошлого. Вон на Западе ничего подобного нет. Все очень демократично: «Hi, Paul». Даже если Пол – твой начальник или, например, тесть. И мне почему-то кажется, что скоро и у нас отчества потихоньку выйдут из употребления. Ну, как раз к тому моменту, когда наши дети вырастут и превратятся в тех самых дядей и теть, которых мы привыкли уважительно называть по имени-отчеству.

Но раз «шеф» сказал подбирать к отчеству, будем подбирать к отчеству.

Имя Дима мне безумно нравится. Оно такое мягкое, тягучее, приятное на слух. Дмитрий – тоже красиво, но твердо. Но Дмитриевич..! Это же язык сломать можно! Моего свекра зовут Виктор Дмитриевич. Но на моей памяти его никто никогда так не величал. Максимум – Виктор Дмитрич. А если скороговоркой, так вообще одни согласные слышатся – Виктр Дмитч. Те же, у кого проблемы с дикцией, называют его по-свойски ласково и просто – Митрич.

Вот и нам досталось такое сложное для воспроизводства отчество – Дмитриевич. Что же к нему подходит? Ага, короткое имя без рычащих звуков и с ударением на первом слоге. Например – Павел Дмитриевич.

– Дим, что скажешь про имя Павел?

– Не пойдет.

– Почему?

– Паша – простокваша.

Весомый аргумент. Пойдем дальше. Юрий, Игорь, Федор не подходят, уж слишком много «р» получается. Ладно, давайте попробуем более длинные имена, из тех, что мне нравятся. В конце концов, мое мнение здесь будет учитываться?

– Дим, Константин Дмитриевич – звучит?

– Нет.

– Почему?

– Его всю жизнь будут звать Костиком. Я не могу этого допустить!

– Хорошо. Виталий Дмитриевич.

– Виталик! С таким именем у нас не мужик, а соплежуй вырастет.

– Почему это соплежуй? Ласковый, нежный ребенок.

– Еще варианты есть?

– Владислав Дмитриевич.

– Не, некрасиво.

– Тебе не угодишь. А если Михаил Дмитриевич.

– Можно подумать.

– Алексей Дмитриевич.

– Уже лучше.

– А тебе-то самому какое имя нравится?

– Иван. Иван Дмитриевич. Вот это звучит!

А по мне, так совсем не звучит! Да, знаю, имя Ваня сейчас на волне, но у меня к нему душа не лежит.

В общем, выбирали мы долго и мучительно. Одно время вполне всерьез рассматривали имя Добрыня. И необычное, и мужественное. Ух, Добрыня-богатырь!

С женскими именами (дело было в ту пору, когда мы еще пребывали в неведении относительно пола нашего малыша) вообще был один большой вопрос. Все, что нравилось мне, не нравилось Диме, и наоборот. Так что когда мы узнали, что все же ждем мальчика (наследника!), с облегчением вздохнули, потому что девочка у нас наверняка осталась бы безымянной.

А после того памятного УЗИ на 21-й неделе мы уже твердо знали, что у нас родится ДАНИЛА. Это имя я откопала все в том же орфографическом словаре и очень собой гордилась. Мне казалось (наивная!), что оно очень редкое, незаурядное. И с отчеством сочетается – Даниил Дмитриевич. Звучит? Еще как звучит! Но главное – нам обоим нравится. Так что на этом мы и успокоились. Я же после решения такого важного вопроса еще долго светилась от счастья.

Мужской взгляд. Тогда я очень хотел назвать будущего сына Данилой и считал это имя наиболее подходящим для нашего мальчика. А сейчас, когда родился Гришка, Данила меня совершенно не вдохновляет. Вопрос о том, как назвать ребенка, безусловно, очень важный, но безумно субъективный. С одной стороны, имя – это одна из составляющих путевки в жизнь. Ведь если человека назовут, например, древним именем Дадын (один из моих друзей как-то хотел так наречь своего сынишку, слава Богу, передумал), то с таким именем ему придется нелегко... Детский сад, школа, институт – в этих коллективах с подобными именами выжить сложно. С другой стороны, еще месяц назад мне нравилось одно имя, сейчас другое...

Беременным угодить легко!

Про то, что настроение у беременных меняется, «как ветер в мае», ходят легенды. Хотя сами женщины на сносях, естественно, ничего подобного за собой не замечают. Зато замечают их близкие. Но я, как бывшая мадам в положении, хочу сказать: беременным много для счастья не надо. Всего ничего – чуточку внимания («Ты не устала? ляг, отдохни»), горсточку заботы («Вот тебе зеленого чаю»), щепоточку терпения («Хорошо, я схожу с тобой на УЗИ») и капельку понимания («Я знаю, тебе сейчас непросто, так давай развеемся и купим тебе новую кофточку»).

И в обычной-то жизни шопинг для женщины – лучшее средство от депрессии, а уж в беременном состоянии – и подавно. Ничто так не поднимает настроения как стильная вещица, заботливо созданная специально для будущей мамочки. Я очень хорошо помню, что мой первый поход за покупками в магазин для беременных стал настоящим событием.

Начнем с того, что реклама этого самого магазина попалась мне на глаза совершенно случайно: я лишь мельком взглянула на последнюю страницу бесплатной газеты, которую регулярно бросают нам в ящик, а там... Там он – магазин для беременных. Может, мой взгляд неспроста задержался на этой газете?

А случилось это как раз в тот момент, когда мой прежний гардероб пришел в окончательную негодность по естественной причине увеличения объемов. Настало время вплотную заняться его обновлением. Что там советуют глянцевые журналы будущим мамочкам? Ага! Не жалеть денег на новые вещи! И не думать о том, что носить их предстоит всего несколько месяцев. Так мы и сделаем, ведь в конце концов, себя надо любить!

За покупками мы отправились целой процессией: я, Дима и мой папа. Им, понятное дело, весь этот «беременный шопинг» был не особо нужен, но что ни сделаешь ради любимой жены и дочки? Ассортимент в магазине меня просто потряс. Я и представить себе не могла, что, кроме джинсовых комбинезонов и сарафанов, для будущих мамочек можно вообще что-то придумать. А тут такое изобилие! И брючки, и джинсы, и юбки разной длины и фасона, и кофточки, и свитера, и блузочки, и рубашки, и жилетки, и даже вечерние туалеты! И все такое стильное, из хороших материалов. Мама моя! Выбрать-то что?

Эх, была б моя воля, скупила бы весь магазин. Но! Цены, конечно, на такую красоту – дай бог. Нет, не заоблачные. И даже не завышенные. Но приличные. Так что особо не разгуляешься. Ладно, будем рассуждать логически. Что нужно в первую очередь? Брюки. Классические черные брюки. Чтоб и на работу, и по врачам, и на прогулку. Нашли. Померили. Сидят – как влитые. Это при том, что купить брюки с моей большой попой и сравнительно узкой талией всегда было невероятной проблемой. А тут – как будто на меня шили. Да еще эта трогательная вставочка на животе с резиночкой вместо пояса!

К брюкам нужна кофточка. Желательно теплая – поздняя осень на дворе. Подобрали. Такая мягкая, с опушкой вокруг шеи и на запястьях. Красота! Ну а мимо длинной джинсовой юбки, расшитой цветами, я пройти просто не смогла. Взяли и ее. А к ней – синий свитер. Всего четыре обновки, а сколько эмоций..!

Через месяц мы предприняли еще одну вылазку в тот же магазин – вновь захотелось расширения гардероба и адреналина. Взяли две кофточки, свитер и рубашку. Ну, я же говорю: беременным много для счастья не надо. На кассе вспомнили, что еще нужен бандаж, специальные «антиварикозные» колготки и белье. Кстати, о белье. Трусики для беременных – это, конечно, что-то. Настоящие парашюты. Но удобные! Ольга, моя подруга, когда их увидела, ласково назвала «трусики Ау». Ну, мол, они такие большие, что в них и заблудиться можно.

А вот колготки мне не понравились. Может, и есть в них необходимый поддерживающий эффект, не знаю, но то, что они невероятно узкие (хотя и куплены по размеру), это факт. Помню, натягивала я их просто со слезами на глазах. А разве даме на сносях можно так утруждаться?

В общем и целом впечатления от магазина одежды для беременных остались у меня самые радужные. Девочки-консультанты там очень внимательные (еще бы, с таким капризным контингентом работают), тысячу раз все принесут-унесут, предложат, посоветуют, оценят. Одежда качественная, модная. И что самое приятное – вещи скроены таким образом, что их запросто можно носить и после родов. Проверила на себе! Сидят замечательно и с животом, и без. Вот что значит профессионализм.

Я искренне рада за владельцев этого магазина (сейчас это уже целая сеть). Молодцы! Нашли свою нишу, создали качественный продукт, раскрутились. Да еще с такой пользой для общества!

На работе мои обновки тут же заметили. Наговорили кучу комплиментов. А я их благосклонно выслушала. Беременным ведь кажется, что мир вертится исключительно вокруг них, ненаглядных. Вообще, я очень благодарна своим коллегам и начальству за то, что они, как могли, меня поддерживали, не нагружали делами и относились трепетно. А когда к тебе со всей душой, так и ты готова горы свернуть! Когда ничто не тревожит, не расстраивает и не пугает, трудовая деятельность просто обречена на успех. В рабочее время твои мысли заняты одним – работой!

Уже упоминавшаяся здесь презентация новой книги известного поэта, над которой я трудилась, должна была стать финальным аккордом в моей профессиональной деятельности, на взлете прерываемой декретом. Аккордом звучным, красивым, впечатляющим. Я хотела оставить о себе только приятные воспоминания с налетом некой незавершенности в отношениях. В тот момент я не знала, как сложится жизнь и сколько продлится мой отпуск по уходу за ребенком.

Мероприятие назначили на 23 декабря. По такому поводу Дима специально купил мне вечерний наряд. Такой красивый вечерний наряд для беременных... (Кстати, я до сих пор его ношу).

Наверное, я очень колоритно смотрелась со сцены со своим аппетитным животом. И было смешно, когда наш поэт – герой торжества – во всеуслышание объявил, что книга писалась ровно девять месяцев, но это всего лишь совпадение и пусть никто не думает, что между этим событием и моим «интересным положением» есть прямая связь.

После презентации я со спокойной совестью и чувством выполненного долга отправилась в декрет. Все! Трудовые будни остались в безвозвратном прошлом. Я без сожаления перевернула эту страницу собственной жизни, поскольку была уже к этому морально готова. Да, было бы, конечно, здорово еще поработать, повзбираться на высоты карьерной лестницы, подзаработать деньжат и пр. и пр. Но! Меня ждали другие, более важные – великие! – дела.

Настало время полностью переключиться на себя, на будущего ребенка, более внимательно прислушаться к себе, к своему настроению, своим желаниям. И начать активную подготовку к ответственному часу Х, который неумолимо приближался.

Мужской взгляд. Беременная женщина – это вещь в себе. То есть полностью замкнутая система. Ее не интересует остальной мир, в ней зарождается новая жизнь, а это поважнее всего остального. И уж кто-кто, а муж первым ощущает эти изменения. Сначала я столкнулся с плохим самочувствием и настроением своей ненаглядной, мои заботы и проблемы по сравнению с этим были слишком мелкими. Потом самым главным в нашей семье были таблетки, анализы, вес, питание... В общем все по списку. Для другого места почти не осталось.

Сказать, что это смертельно напрягало, нельзя. Но это была уже другая жизнь, как потом выяснилось – самое начало другой жизни. Жизни, посвященной своим детям. Эти изменения в привычном семейном укладе, естественно, не проходили незаметно.

Чем мне запомнился тот магазин для беременных, так это тем, что там очень удобный диван для ожидающих будущих папаш. Пока неуклюжие девушки на сносях часами выбирают себе наряды, можно посидеть и передохнуть...

Когда все хорошо...

Каждая беременность неповторима. И у каждой мамы есть на нее свой взгляд, есть свой опыт, своя история.

За последние несколько лет почти у всех моих подруг и многих знакомых появились дети. И я собственными глазами видела, как они переживали СВОЮ беременность. И если систематизировать увиденное мною, то картина получится следующей. Жизнь делит женщин на три неравные категории: тех, у кого беременность протекает более-менее благополучно, тех, кому она дается очень тяжело с физической точки зрения (к чему присоединяются соответствующие переживания), и тех, у кого этот период сопряжен с большими моральными проблемами.

Вот Женька и Ольга. Им посчастливилось попасть в первую категорию. Всю свою беременность они работали. А Евгения (которая мужественно решилась стать матерью-одиночкой) даже ни одного дня не провела на больничном. Во-первых, она хорошо себя чувствовала, и ничего особо ее не беспокоило. А во-вторых... Женьке надо было использовать эти месяцы, чтобы заработать денег. Много денег. Такую внушительную сумму, на которую она смогла бы не только купить приданое своему малышу, но и ЖИТЬ потом с ребенком как минимум ГОД! Только вдумайтесь: жить целый год, находясь в декрете, получая лишь мизерное пособие в 500 (на тот момент) рублей! Так что Женя, рассчитывающая в жизни только на себя, пахала, как вол. Она хваталась за любую возможность подзаработать, экономила на всем, отказывала себе в удовольствиях и откладывала, откладывала, откладывала каждую копейку.

Забегу немного вперед. Когда у Женьки уже родился Петюня, я поехала к ним в гости. Мы сидели с подругой на кухне, пока маленький гулял с дедушкой под снегопадом, пили чай с пирожными и не могли наговориться. Меня беспокоил один-единственный вопрос: как Женьке живется, и каким она видит свое ближайшее будущее.

– Конечно, Ир, тяжело, чего там скрывать, – ответила она без тени жеманства. – Но мне очень родители помогают. Петя днем спит только в коляске на улице, так отец с ним и в дождь, и в снег – вон как сейчас – гуляет.

– А с деньгами что? Полный швах?

– Да я скопила энную сумму. Подсчитала, что если в месяц буду тратить не больше 6 тысяч, хватит на год, как я и планировала. Плюс еще останется на непредвиденные расходы. А через год выйду на работу.

Признаться, я не смогла сдержать слез. 6 тысяч рублей в месяц! По 200 рублей в день! На еду, коммунальные услуги, памперсы, лекарства! Жизнь в строгих рамках! Ничего лишнего! Все только для ребенка. Женька в очередной раз поразила меня. Своей ответственностью, трезвостью мысли и чувством собственного достоинства. Она не стенала, не плакалась, не жаловалась на судьбу. Она смело смотрела вперед. И еще с нежностью вспоминала золотое время, когда она только ждала своего Петюню.

Надежда и приятная неизвестность – вот какие эмоции испытывала тогда Женя. Никакого пессимизма, никакого ужаса в глазах («Как же я буду одна воспитывать ребенка?»), а лишь спокойная уверенность: все сложится, все трудности окажутся по плечу. Женя с самого начала была морально готова к тому, что ей предстоит обрести новый, особый, статус. И это ее (в отличие от многих других женщин с похожей судьбой) не смущало, а наоборот – радовало. Мужчину своей мечты она пока не встретила, ну и что? Зато совсем скоро в ее жизни появится самый родной и близкий для нее человечек!

Ольга тоже вспоминает свою долгожданную беременность с большой теплотой и даже ностальгией. Сейчас, по прошествии времени, ей уже кажется, что эти 25 недель до декретного отпуска пронеслись просто молниеносно. И во многом благодаря тому, что Оля не сидела дома в четырех стенах, а работала.

Нет, все-таки беременные должны вести активную профессиональную жизнь. Это и отвлекает, и развлекает, и дает ощущение удовлетворенности, собственной общественной значимости, материально обеспечивает, наконец. Это важно! Время пролетает незаметно. Не зацикливаешься на своем состоянии, не занимаешься самокопанием, не ищешь мнимые недуги, не рисуешь картин неизвестного будущего. Так что авторитетно заявляю: для будущей мамочки во всех смыслах полезна полноценная жизнь, а через нее – и для малыша.

К сожалению, у профессиональных акушеров-гинекологов иной взгляд на «жизнь до родов». Была бы их воля – всех бы усадили на больничный и заставили смотреть на мир с дорожки ветвистого парка. Врачи не устают сокрушаться, что их пациентки ждут ребенка «неправильно» – до последнего носятся, как угорелые, спорят с начальством, стоят в пробках и пытаются заработать все деньги мира. Тогда как решать свои финансовые проблемы надо ДО беременности, а не ВО ВРЕМЯ. Легко сказать! В жизни, увы, такая сознательность встречается чрезвычайно редко.

Всю беременность Оля была окружена вниманием и заботой. Муж и свекор попеременно всюду возили ее на машине – на работу, в женскую консультацию. За все это время Оля ни разу (!) не спустилась в метро. И это мудро. Наша столичная подземка ужасно коварна. Кто-нибудь один чихнет, и весь вагон подхватил заразу. Я уже молчу про то, что затопчут и не заметят.

Кстати, вспомнила сейчас, как я ездила на работу, будучи беременной. Ни один мужчина – НИ ОДИН – не уступил мне место в вагоне метро. Впрочем, справедливости ради стоит сказать, что дело было зимой, и за верхней одеждой мой седьмой месяц был не очень-то заметен. Да и мужчины наши особой внимательностью и догадливостью, как известно, не отличаются. Но зато очень часто предлагали присесть женщины. Причем делали это мгновенно, как только меня видели. И как они так быстро угадывали мое положение за объемной лисьей шубой?

На службе Ольге организовали щадящий график: ее рабочий день начинался в десять, а заканчивался в пять. Так что можно было даже не отпрашиваться к врачу – она и так к нему успевала. Вообще подобное участливое отношение со стороны окружающих было Оле безумно приятно. Сейчас она признается, что такого внимания к своей скромной персоне никогда в жизни не получала. Ей очень нравилось, что за ее здоровьем следят (например, врачи в консультации), и она сама за собой следит, живет по режиму, принимает необходимые лекарства. И внутри нее крепло чувство ответственности за себя и за новую жизнь, которую она так бережно вынашивала.

Беременность у Ольги протекала хорошо. Но... несмотря на то, что никаких серьезных поводов для беспокойства не было, ее постоянно терзали сомнения: все ли в порядке, правильно ли развивается ребенок. Это чувство неуверенности не покидало ее, не давало полностью расслабиться и погрузиться в состояние эйфории.

Так происходит с каждой из нас. Я не знаю ни одной женщины, которая, будучи беременной, не мучилась бы точно такими же переживаниями. Мы ложимся с мыслью о ребенке и с этой же мыслью встаем. И даже если мы отвлекаемся на какие-то дела, все равно подспудно беспокоимся о своем еще не рожденном малыше.

Оглядываясь назад, Оля говорит, что самое главное для беременной – это иметь знакомого гинеколога. И не важно, как у тебя складываются отношения с врачом из женской консультации. Даже если отлично, нужен СВОЙ доктор. Тот, которому можно позвонить в любое время дня и ночи и задать волнующий вопрос, высказать сомнения и получить грамотный ответ. Это очень важно! Случиться может всякое. Ранним утром, вечером, ночью... Или почудиться. Или присниться. И куда бежать в этих случаях, скажите на милость? У кого спросить совета? Кто прояснит ситуацию?

Вспомнила сейчас один случай. Как-то вечером мне звонит Оля.

– Привет.

– Привет.

– Я по важному делу.

– Какому?

– Слушай, ты не могла бы позвонить Анне Мамедовне?

– Тебе нужна ее консультация?

– Не мне, а Светке.

Света – это жена Олиного друга детства.

– Что случилось?

– У нее 8 недель, и вдруг начались какие-то непонятные боли внизу живота. Она в истерике, не знает, что делать, и проконсультироваться не с кем. Может, свяжешься с Анной, спросишь, можно ли ей позвонить?

Я не могла отказать. Пока набирала домашний телефон Анны Мамедовны, думала про себя: врагу не пожелаешь оказаться на месте Светки. Представляю, в каком она сейчас состоянии. Но самое ужасное то, что НИ У КОГО из ее окружения (ни у мамы, ни у свекрови, ни у подружек) НЕТ знакомого акушера-гинеколога, с которым можно было бы в таких экстренных случаях посоветоваться. И бедная Света звонит Оле с последней надеждой – может, у нее кто-то есть. Но у Оли ТОЖЕ нет! А есть только у меня.

И вот, чтобы не было таких стрессовых ситуаций, абсолютно противопоказанных будущим мамочкам, понятие «беременность» должно быть неотделимо от понятия «личный гинеколог». СВОЙ доктор – это наше все! Здоровье, спокойствие и безмятежный сон.

Но вернемся к Олиной истории беременности. Все 9 месяцев моя подруга страшно, просто панически боялась одного – обвития шеи ребенка пуповиной. И на УЗИ первым делом спрашивала именно об этом. И каждый раз врачи ее успокаивали, говоря, что все в порядке. Но страх не проходил. Он просто поселился в Ольге. Она каждый день молилась, чтобы вокруг нежной шейки ее маленького не затянулась опасная петля.

И что вы думаете? Максик все-таки родился с обвитием. И не простым обвитием, а двойным! Спасибо акушерке, которая, как только показалась головка, мгновенно сориентировалась и освободила мальчику шею. С тех пор Оля поняла: мысль МАТЕРИАЛЬНА. Все проблемы рождаются в первую очередь в твоей ГОЛОВЕ. Если мучить себя необоснованными страхами, организм и ребенок невольно поддадутся общей панике. И тогда то, чего ты так смертельно боишься, обязательно случится. Чем больше нервничаешь, тем больше проблем.

Я тоже боялась обвития. Все его боятся, потому что вокруг так много рассказов, что детишки от него сильно страдают. Но потом я на одном из уважаемых сайтов для беременных прочитала комментарий авторитетного доктора. В нем говорилось, что обвитие, даже если оно и есть, как правило, не тугое, и ребенку в утробе никакого дискомфорта не доставляет. Проблемы чаще всего возникают во время родов, когда пуповина, затянувшись вокруг шеи, не дает ребенку продвигаться по родовым путям, по ней хуже поступает кислород, в результате чего развивается гипоксия. Вот это уже серьезно.

Прочитав все это, я немного успокоилась (ведь СЕЙЧАС моему ребенку ничего не мешает). И дала себе установку: не переживать! Есть обвитие, нет обвития... Все равно ничего от меня не зависит, и я никак – ну совсем никак – не могу повлиять на это обстоятельство. Так зачем гадать и мучиться? Во время родов все и узнаем.

Еще Оля рассказывала мне, что отказалась сдавать альфа-фетопротеиновый (АФП) тест. Вообще-то его делают бесплатно в наших консультациях, и, насколько я знаю, беременные довольно часто этим пользуются. Анализ на АФП определяет вещество, выделяемое плодом и попадающее в кровь мамы. Превышение допустимого уровня АФП означает, что в развитии ребенка есть отклонения. И чаще всего это нарушение формирования позвоночника и костного мозга. Этот тест делают строго с 15-ой по 20-ую неделю.

Я очень хорошо помню, что, как только подошел срок, я просто-таки полетела в ЖК на этот анализ. Мне нужно было быть абсолютно уверенной, что с ребенком все в порядке. А вот Ольга не полетела. Она посчитала, что каким бы ни был результат теста, это ровным счетом ничего не изменит. И даже если – не дай бог – есть какая-то патология, она все равно ни за что в жизни не прервет беременность. Ведь она ее так долго ждала! Поэтому лучше не знать, есть там отклонения или нет. Меньше знаешь – крепче спишь. Вот такой парадокс: с одной стороны, постоянная тревога за малыша и мысли, правильно ли он развивается, а с другой – сознательный отказ делать анализ, который, хотя бы на время, мог бы успокоить измученную сомнениями душу.

Беременные – существа безумно мнительные. Вроде бы все нормально, но все равно переживают, волнуются, беспокоятся. А что тогда говорить о тех, у кого беременность протекает тяжело, с осложнениями? У кого велик риск развития патологий? Над кем постоянно висит угроза потери ребенка? Что должны думать и чувствовать они? Такие, как, например, Лана.

...И когда тяжело и трудно

Если помните, Лана забеременела после долгих, мучительных лет ожидания чуда. Забеременела ранней весной в результате третьей по счету инсеменации, когда никаких надежд на этот способ зачатия уже не было. И, узнав о том, что чудо все-таки произошло, отменила поездку в Стамбул, куда должна была вылетать на следующий день. Тот день она запомнила очень хорошо – он был одним из счастливейших в ее жизни. А наутро... Наутро началось кровотечение. Кровотечение!!! Лану просто парализовало от страха. Господи, только не это! Неужели опять выкидыш? Третий по счету?! Неужели она ОПЯТЬ потеряет ребенка? Этого она уж точно не переживет!

Лана рванула в больницу. В приемном отделении ее встретил врач. Выслушал историю беременности. По его лицу было видно, что пациентке с ТАКИМ анамнезом он явно не рад. Конечно! Ведь его долг – сохранить Лане ребенка. А получится ли, с ее-то диагнозом? Доктор стал расспрашивать Лану про лекарства, которые она принимает. Та стала перечислять. Названия, дозы, сроки. От всего услышанного глаза у доктора оказались... нет, не на лбу – на затылке. Он еще несколько раз переспросил, не ошиблась ли Лана. Нет, не ошиблась, именно эти препараты и именно в таких дозах позволили ей все-таки зачать ребенка. А теперь его надо было СОХРАНИТЬ! Во что бы то ни стало!

Две недели Лана провела в больнице. Ничем особенным там ей не помогли, но все же она находилась под наблюдением врачей, и это хоть как-то успокаивало. Потом ее выписали домой со строгим наказом – лежать. Только в этом случае был шанс, что течение беременности войдет в норму.

Лана лежала. И каждую минуту, нет, каждую секунду молила Бога, чтобы тот кошмар трехлетней давности, когда у нее случился выкидыш, больше не повторился.

Выделения не прекращались целый месяц. Вы представляете, что все это время чувствовала Лана? Что вообще это такое – жить в постоянном страхе: одно неосторожное движение, и чудом зародившаяся внутри тебя жизнь погибнет?! Поэтому Лана лежала и боялась пошевелиться. Боялась дышать. Миша все это время был рядом. Как и прежде, носил ее в туалет и ванную, покупал все необходимое, готовил еду.

Конец ознакомительного фрагмента. Купить полную версию книги.

Примечания