Глава 1

Дорога в ад вымощена благими намерениями

Возле окна за столом сидел юноша лет 24, худощавый брюнет с живыми глазами. Он живо заносил данные, которые ему диктовал профессор. Тот был высокого роста, стоял ровно, как по струнке, со стороны походил на военного, на лоб спадали пряди русых волос с редкой сединой. Он любил носить очки, хоть со зрением проблем пока не было. Профессор стоял за юношей в другом конце лаборатории возле стены, которая от пола до потолка была усеяна различными приборами. От приборов провода шли тугим жгутом к дальней стене, где находились стеллажи с реактивами и столик с небольшим стеклянным куполом сверху.

Стук в дверь заставил юношу остановиться. Профессор, не отводя глаз от приборов, чертыхнулся. С тех пор, как они решили обнародовать свое открытие и найти спонсора для дальнейших исследований, к ним стали приходить люди в «сером» с более интересными предложениями. Предложения всегда были одни и те же— прикрыть свою лавочку и не мешать их бизнесу. Ожидая еще одного посыльного в сером, профессор, не церемонясь ответил:

– Мы заняты, пошли прочь, – и опять посыпал на своего лаборанта цифрами и показаниями.

В дверь последовал еще один стук, и не дожидаясь «теплого» приема, ее открыли. На пороге показался мужчина среднего телосложения, невысокий, с русыми волосами и в общем внешностью заурядной. Он был в сером костюме и с папкой в руке. За его спиной показались еще двое. Те были на порядок выше и крупнее, явно охрана. Мужчина зашел, огляделся и жестом приказал охране закрыть дверь. Только тогда он обратил внимание на профессора и его лаборанта, улыбнувшись, пошел к столу у окна.

Профессор был поражен наглостью. Лаборант заметил, что тот начал глубоко дышать и стал по струнке, чтобы не выйти из себя. Но несмотря на это, он смог спокойно произнести:

– Я же сказал: мы заняты. Вы мешаете научной работе. Нам ничего не нужно. И заранее вас уверяю, что все это ради науки. Все останется исключительно в рамках исследования, – он выдохнул.

– А зря, очень зря, – сказал гость, ставя папку на стол. – И как это вам ничего не нужно? А как же ваша реклама? – он поднял руки и в воздухе «написал»: «Ищем спонсора!» Что, уже нашли?

Гость сделал круг по лаборатории и подошел к столу с куполом.

– Это он? – указывая на маленький кристалл внутри. – Это, это-то чудо, прорыв в науке?

Профессор покраснел от злости и в два шага оказался возле стола, загородив собой кристалл.

– Да, он. Я вас прошу. Это единственный экземпляр. Я гарантирую – только наука и все.

– А как насчет спонсирования?

– Спонсирование?!

– Да. Мы вам деньги, оборудование, вы нам результаты.

Лаборант, Леонид Азотов (так его звали), чуть не выпрыгнул из-за стола с улыбкой до ушей. Но его остудил холодный взгляд профессора:

– А с чего мне вам верить? Может вы решили себе присвоить моё открытие?

– Извольте. Я-то не знаю и половины названий аппаратов, здесь стоящих. И зачем мне голову ломать, если есть вы? И можно набрать еще парочку мозголомов.

– Надо обдумать, – все, что и смог сказать профессор. – А сейчас мы заняты. Леонид, записывайте дальше.

– Да вы никак торговаться вздумали?! Ну, ладно. Я приду завтра с договорами, – не дожидаясь ответа, он вышел.

Не успела закрыться дверь, как Леонид подскочил с места и быстро затараторил, сопровождая свою речь жестикуляцией:

– Профессор, вы что?! Что это еще за «подумаю»?! Будто к нам на порог каждый день такие «кошельки» приходят.

– Ну-ну, что за выражения?

– Да ладно вам. Ну вот зачем вы так?

– А ты хотел уже ему ноги целовать? Нет. Нужно иметь хоть каплю достоинства. А если завтра придет, тогда и обсудим все «за» и «против».

– Что?! Какие еще «против»? – не успокаивался Леонид.

– А такие. Ты что же думаешь: они нам это за «просто так» дадут? Нет, здесь какой-то подвох. И кто он такой вообще? – осенило профессора.

– Вот с этого и нужно было начинать. А то «подумаю».

– Так, хватит обсуждений, работа не ждет. На каком месте мы остановились? – подойдя к аппаратам, спросил профессор Леонида.

Тот сел за журналы в поисках последней записи. Профессор, не спрашивая, готов ли его подопечный, продолжил изливать поток показаний.

С виду работа шла, как обычно, но каждый ломал голову, правда, мысли были абсолютно различны.

Профессора все мучило, кто они, эти визитеры, зачем им кристалл, как они хотят его использовать и в каких целях? Ну, а Леонида интересовали более насущные вопросы: сколько заплатят, хватит ли на авто, жилье и новый прикид? С момента ухода гостя пошло немало времени, как тут прозвенел будильник.

Профессор завел привычку заводить его, чтобы не забывать кушать и спать. А также учить лаборанта дисциплине и своевременности. Он выключил будильник, взял журнал, в который его подопечный заносил показания, и стал сравнивать с предыдущими. Не обращая на профессора внимания, Леонид на ходу снимал халат и попивал кофе, который успел остыть.

– Хватит вам брови хмурить, все по-прежнему плюс-минус одна единица. Надо что-то новое придумать, или дать катализатор, – последнюю фразу он сказал вполголоса, словно про себя.

– Катализатор… Где же его взять то, катализатор? – закрывая журнал, риторически спросил профессор. – Я полжизни потратил, собирая и подбирая компоненты, а ты говоришь «взять и добавить».

– Ну да. Только скажите, что им служило, и начнем поиски, вдвоем то быстрее будет, – усмехнулся Леонид.

– Так-то оно так. Только (м-м-м) я не помню, что им послужило.

Профессор снял очки и положил в футляр:

– Как сегодня домой, пешком?

– Э-э-э, вот вы опять. Ну, что мне сделать, чтобы вы наконец мне поверили? Три года у вас работаю, а вы даже одного компонента не назвали. Обидно как-то, – Леонид скривил губы то ли от холодного кофе, то ли впрямь обиделся.

– Я же говорю, что забыл. Склероз, вот и таблеточки прикупил, – он достал с кармана упаковку с надписью «Глицин». – Так что еще все впереди, – что-то вроде улыбки выдавил из себя профессор.

– Да ну вас. Как с преподавателем астрологии ругались, вы помните, а как в то же время кристалл создавали, не помните, – махнул рукой на профессора Леонид. Он вылил остатки кофе в раковину и накинул пальто. – Ладно, пойду я, а то от ваших тайн изжога начинается, – с этими словами он вышел.

Профессор, как всегда, посмотрел в окно, ожидая выхода своего лаборанта. Леонид вышел на крыльцо и запахнул пальто. Удовлетворенный увиденным, он направился к стеллажу с реактивами, подошел к дальней его стороне и просунул руку между стеллажом и стеной. Нащупав пружину, профессор нажал. Открылась боковая сторона, а в полке была полость, где хранилась тайна, в которую он боится посвятить даже Леонида.

Раздался звонок. От неожиданности профессор подпрыгнул и быстро защелкнул тайник. Убедившись, что это всего лишь его мобильник, он направился к столу. Лабораторию заполонило эхо от разрывающегося телефона, звонил Леонид. Профессор сел на стул и поднял трубку:

– Что-то забыли?

– Да вот иду и думаю, как вы там, все ли спокойно? – Леонид был чем-то встревожен.

– Как я? Все хорошо, собираюсь домой. А что? Почему спрашиваешь?

– Да так. Во дворе черное авто стоит, в нем четыре амбала сидит. Я мимо них прохожу, а они мне улыбаются. Ну, я мимо себе и пошел. Думаю, мало ли, может, анекдот смешной кто рассказал? А потом зашел в магазин за сигаретами и смотрю в витрину, а двое из них за мной увязались. Так вот, у вас все хорошо? Посмотрите, они в машине еще?

– Минутку… – профессор подошел к окну и из-за угла выглянул. Машина стояла в тени, но в лобовое окно был виден один уголек и из окна шел дым. – Да, вижу, сидят. Леонид, вы уйти сможете?

– Не знаю, попробую. Вы там закройтесь, а то мало ли что.

– Хорошо.

В ответ послышались гудки, Леонид положил трубку. Профессор принялся мерить лабораторию шагами. Замок он проверил, но что толку? Если захотят зайти, то этот «совдеповский» замок их не остановит. Он пошарил в ящиках стола и достал валерьянку, накапывая ее в стакан, начал бормотать себе под нос:

– Да, вот вам спонсоры, вот вам наука! Иди, Мишенька, в профессуру, там спокойно. Да, спокойно и не стреляют. Там люди интеллигентные, образованные. Как бы не так! – одним глотком он осушил стакан. – То «кошелек» с утра заявился и требует чуть ли не повиновения из-за того, что он на нас, видите ли, взор свой обратил, – встав из-за стола, профессор начал говорить уверенно и во весь голос. – Теперь эти шкафы сидят. Курят!

Его пылкую речь прервал стук в дверь. У Михаила Аркадьевича сердце на миг замерло и дыхание перехватило. Секунды, продлившиеся до следующего стука, показались бесконечностью.

Он, оправившись от ступора и пытаясь совладать с голосом, спросил:

– Кто там?

– Да я это, я! – затараторил Леонид. – Открывайте, или мне тут дрогнуть?

В этот момент профессор был рад столь спонтанному появлению Леонида и, не скрывая улыбки, открыл дверь.

– Что же это вы вернулись, никак забыли чего?

– Что? А, нет, – растерянно ответил Леонид. – Я это, ну. Подумал: вам наверное не по себе. И что так лабораторию оставлять без присмотра? Нехорошо, – раздеваясь и ставя пакет на стол. – Вот взял пару пакетов кое-каких калорий для мозговой деятельности. Кушать нужно, знаете ли. А вы все так же чаи гоняете? Да я-то, если что, отбился бы от своих, а вы? Они-то вон какие здоровые. Вот и решил: чтобы вам спокойней было и мне на душе, пришел, – выдохнув он, плюхнулся на стул со стороны стола.

– Ну да, правда обо мне беспокоились? – спросил профессор, пытливо глядя прямо в глаза. – Или не по себе стало от теней за спиной? – улыбнувшись, налил себе чай.

– Да ну вас.

– Они с вами говорили?

– Да нет. Прошел мимо, они за мной, туда и обратно. Знаете, я одного узнал. Он это, у «кошелька» нашего был.

Профессор помрачнел. Значит, все не фарс, и этот «кошелек», как выразился Леонид, на самом деле чего-то хочет.

– Я так понимаю, что он к нам охрану приставил, видать, чтобы другие не увели, – уплетая бутерброд, рассуждал Леонид.

Профессор ничего не ответил, лишь присоединился к ужину. Перекусив, они достали раскладушку, на ней расположился профессор, ему не привыкать, ведь он не раз оставался ночевать в лаборатории. А Азотов придвинул два стула рядом и улегся. Понимая, что люди в машине скорее всего охрана, им все равно было спокойней спать вдвоем. Леонид долго перебирал вслух, кем мог быть их будущий спонсор и как он будет использовать кристалл. Лаборант подытожил, что «кошелек» сумеет узнать, каким образом был создан кристалл, и сделает его еще не один. Тогда они с профессором ему больше не нужны будут. После чего он спокойно уснул. А профессор решил избавиться от записей создания кристалла. Тогда он все так же с может прикидываться склерозным, и никакая случайность ему не помешает.

Глава 2

Профессор приоткрыл глаза и, осматривая лабораторию, увидев мирно спящего Леонида, привстал. Утро было столь же паршивым, как и их ситуация. За окном пасмурно, идет дождь. Без грома, молний, а просто надоедливый осенний дождь. Заставив себя встать, он включил чайник и подошел к окну. Машина была все там же, а окна запотели. Их охрана находилась на месте. Сложив раскладушку, профессор подошел к спящему лаборанту:

– Леонид, просыпайтесь, пора вставать, – он толкнул его в плечо.

– Угу. Еще минут пять, и подъем. Мы же все равно в лаборатории.

– Да, но скоро наши друзья могут заявиться. К тому времени я хотел бы попить кофе и не быть застигнутым врасплох, – профессор залил чашки с кофе кипятком. – Вот, возьмите, – он подвинул в сторону Леонида одну из них.

Тот приоткрыл один глаз и уставился на чашку, представляя как пьет, но так не хотелось вставать. Тем более, он уже мог представить, сколь мучителен будет подъем с его самодельной кровати. Упираясь на локти, лаборант привстал, и вдоль позвоночника пробежала тугая боль. Самое неприятное было, что это затекшая шея. Делая над собой усилие, чтобы не ругнуться вслух, он сел. Отодвинул второй стул, пытаясь собрать все свое мужество, дабы вытянуть ноги. Профессор, не скрывая улыбки, наблюдал за попытками Леонида встать.

– Есть повод сделать утреннюю зарядку.

– Ага, – Азотов потянулся за чашкой и резко изменился в лице, ведь где-то в спине стрельнуло. – А что вы так улыбаетесь? Уже размялись? Хотя вам то зачем? Вы то спали на пре удобненькой раскладушке. Вон и кофе успели сделать. Давайте условимся, что в следующий раз я займу раскладушку, так будет справедливо.

– С чего вы взяли, что будет следующий раз? И если вспомнить, то я вас не заставлял оставаться здесь, это вы изъявили желание.

– Да, но согласитесь, вдвоем спокойней, и я из лучших побуждений!

– Догадываюсь, какое побуждение вас подтолкнуло. Случайно от него коленки не трясутся?

– Ладно вам. Вы лучше скажите: они заходили?

– Нет. Спали, если я не ошибаюсь. А вы пейте свой кофе и приводите себя в порядок. Как бы ни было, работать надо.

– И вас с добрым утром.

С этими словами Леонид допил напиток и побрел к раковине. Он умыл лицо холодной водой и пригладил волосы руками, накинул халат и направился к столу. Профессор за это время убрал со стола и достал журналы.

– Сегодня попробуем кое-что новое, – закрывая окно темной тканью и поднося лампу, – проверим наш кристалл, только ли ему солнце нужно.

Леонид расплылся в улыбке:

– Мне отвести отдельную колонку?

– Погоди ты! – скомандовал профессор. – Проверим сначала, есть ли вообще реакция, а потом решать будем, что и куда записывать. Лучше помоги.

Они зафиксировали и подключили лампу. А внутрь купола поместили датчик температуры.

– Ну, что ж, давайте начнем с двадцати градусов.

Профессор следил за поведением кристалла на приборах, а Леонид регулировал температуру.

– Ничего. Значит так, каждые полчаса прибавляем по пять градусов. Дойдем до ста, тогда и посмотрим.

Леонид кивнул и направился к стеллажу с реактивами за таймером. Наведя его на тридцать минут, положил на подоконник, чтобы заодно посмотреть, чем там охрана их занята.

– Профессор, собирайтесь, наша охрана чего-то засуетилась, – отходя от окна, констатировал он.

– Что значит – засуетилась?

– Все четверо идут к нам.

Глава 3

Профессор выключил лампу и приборы. Леонид сложил журналы на место и уселся сбоку стола, профессор сел рядом. Они слышали стук шагов в коридоре, но в тот момент так же могли стучать и их сердца. Раздался двойной стук в дверь и низким басом кто-то сказал:

– Профессор, собирайтесь, нужно прокатиться. И своего малого не забудьте. Жду через пять минут в машине.

Затем последовали шаги в обратном направлении. Профессор и лаборант не заставили долго себя ждать, понимая, что в любом случае придется ехать. Добровольно, или добровольно принудительно – решать им. Накинув верхнюю одежду и выключив свет, они открыли дверь. За дверью стояли двое:

– Мы здесь будем, пока вы катаетесь. Так что не волнуйтесь, – они втиснулись между дверью и профессором.

– Но постойте! Я не согласен. Я вас не приглашал! Хотите охранять —, пожалуйста, но не внутри! – возмущался профессор.

– У нас приказ, а вам пора идти, – их вытолкнули в коридор.

Дверь за ними сразу закрылась. Еще несколько секунд они, ошарашенные, смотрели на дверь. В чувства парочку привел пронзительный и настойчивый сигнал машины. Сейчас они чувствовали себя лабораторными мышками, которых пустили бегать по лабиринту, и им осталось только следовать строго намеченному плану. Профессор с подчиненным пошли по коридору во двор.

Возле машины стоял один из охранников и жестом приглашал сесть. Когда они уселись, водитель сказал:

– Вы не волнуйтесь, у них приказ ничего не трогать, кроме чая с кофе. Вы же не против?

Профессор хотел ответить что-то язвительное, но ничего на ум не приходило, он лишь вздохнул. Наконец поехали. Путь был долгим. Они ехали по объездной и свернули в сторону пригорода, еще часа два по трассе, затем повернули на проселочную дорогу, где их неплохо трясло.

Леонид, понимал: так или иначе их привезут к намеченной цели. Узнав, что в дороге им быть плюс-минус еще час, он свернул свое пальто в подобие подушки и лег вздремнуть.

В свою очередь Михаил все пытался сориентироваться на местности и размышлял, что ждет их в конце поездки.

Неожиданно машина выехала на асфальтную дорогу и мимо промелькнуло пару жилых домов, затем автомобиль подъехал к площади и остановился перед пятиэтажным зданием. Оно было старым, но несмотря на это, выглядело весьма прилично.

– Где это мы? – протирая глаза, спросил Азотов.

– Это что-то вроде лагеря для таких, как вы, – засмеялся водитель. – Выходите, приехали.

– Лагерь? Надеюсь, не концлагерь? – поинтересовался Леонид.

Они вышли из машины и последовали в здание вслед за своим провожатым. Внутри не оказалось ничего примечательного: стены выкрашены в белый цвет, длинные коридоры, паркетный пол. Но вдоль коридора было несколько дверей с интересными табличками: «Генная инженерия», «Биотопливо», «Генбиология».

Их охранник оказался прав: только это не лагерь, а научно-исследовательский центр. «Но кому он принадлежит?» – размышлял профессор.

Все поднялись на второй этаж и зашли в крайнюю дверь, над которой скромно, каким было и ее расположение, висела табличка «Начальник».

– Профессор, как-то странно, не находите? Не директор, не главный какой-нибудь доктор, а просто начальник, – удивился Азотов.

Они зашли в маленький кабинет, где сидел секретарь. Молодой человек окинул новоприбывших взглядом и, ничего не спрашивая, подняв трубку, сказал:

– Прибыли ученые по альтернативной энергии, – после чего он указал им на дверь и снова занялся работой.

Они зашли в просторный кабинет, где чувствовался столь явный контраст с остальным зданием, что появилось ощущение, будто попали в другую реальность. Стены были выполнены под черное дерево. А это уже создавало угнетающую обстановку по сравнению с помещениями, оформленными в белом цвете. По обе стороны кабинета стояли стеллажи с книгами, переплеты которых варьировали в тонах от черного до светло-коричневого. В центре комнаты находились два небольших черных дивана, рядом с одним из них стоял чайный столик. Дальше был расположен стол, за которым размещалось окно во всю стену. За столом сидел их знакомый и что-то серьезно рассматривал. Но завидев гостей, сразу расплылся в улыбке. Он встал и направился к ним:

– Прошу, прошу. Проходите, присаживайтесь. Как дорога? Утомила, наверное? – он показал гостям на диваны, а сам подошел к столику, где стояли чайные принадлежности. – Чай, кофе? Наш разговор будет долгим. Так что?

– Нам, пожалуй, кофе, – ответил за двоих профессор.

Пока гостеприимный хозяин делал кофе (причем сам, что никак не вписывалось в первое о нем впечатление), его гости пытались найти наиболее комфортную позу. Но как не старались, чувствовали себя, как мышки в мышеловке, которым еще предлагают сыр перед приговором. Они взяли кофе, любезно поднесенный хозяином, который сел напротив.

– Я очень рад, что вы приняли моё приглашение. Могу расценивать это как хорошее начало нашего сотрудничества. Признаться, переживал, что вы не захотите меня видеть, поскольку наша первая встреча, чего скрывать, была не из лучших. Но мы это исправим.

– Разве мы могли отказаться? – хихикнул Леонид, за что получил толчок в бок. – А, я пошутил.

– Понимаю, все мы в вашем возрасте были остры на язык. Давайте начнем все сначала. Я это сделаю первым. Меня зовут Сергей Алексеевич, я непосредственный начальник всего научно-исследовательского комплекса, сокращенно НИК. И НИК, в свою очередь, всецело принадлежит государству.

Гости, не скрывая удивления, переглянулись.

– Да, да, вам не послышалось – это все государственное. Естественно, многое здесь сделано за деньги спонсоров. Но все открытия и достижения принадлежат стране, а уж потом остальным. Так вот: некоторые люди, в том числе и мы, заинтересовались вашим открытием. Поэтому для вас сейчас готовят лабораторию, а также жилое помещение. Аппаратуру мы предоставим и обеспечим всем необходимым. В течение пару дней вы должны переехать в наш в шутку называемый лагерь для науки. Если вам нужны какие-либо записи, подготовьте их к завтрашнему утру и передайте нам. Их занесут в базу данных. И впредь вся работа будет вестись в электронном виде. Вы, разумеется, можете делать записи. Но тогда к вам приставят оператора, который будет все заносить. Ну, есть еще много тем, но это вы узнаете позже. С вами первое время будет наш человек, он-то все и расскажет. А пока что поставьте здесь, внизу, подписи, и будем считать, что мы договорились, – он указал на внушительного размера стопку листов. – Это наш договор.

Тишина повисла в кабинете, ученые пытались переварить нахлынувшую информацию. Причем это было не предложение, а констатация факта. Мол, осталась одна формальность. Как долго бы длилось молчание, неизвестно, но у их нового начальника не было времени это выяснять:

– Так ясно. Вы сейчас в ступоре и замешательстве от нашего предложения. Понимаю: ну, кто еще предложит столь хорошее, а главное, взаимовыгодное сотрудничество? – он поднес ручку и последний листик, где было написано «Совсем согласен» и «Подпись». – Прошу, ручка.

Человек любезно подложил планшет под листик и вложил ручку профессору в руку. Тот не мог понять, что он от него хочет. Столь наглого предложения Михаилу Аркадьевичу слышать еще не приходилось:

– Что я подписываю?

– Как что? Договор. Я только что вкратце изложил вам его. А после передам копию и сможете подробно его изучить.

– Вы хотите, чтобы мы его подписали, не читая? Вы что ж, думаете, раз мы ученые, то нам можно лапшу на уши вешать? Мол, мы в этих делах лопухи.

– Вот почему вы сопротивляетесь? – недавний гость вскинул руки и пошел к окну. – Давайте разберемся. Вы сделали научное открытие, но вам не хватает средств довести его до ума. Я же, в свою очередь, располагаю ими и предлагаю их вам. Причем прошу заметить: не свои, а государственные. Стране вы нужны. Вы должны наоборот – радоваться. А в наше время любое сотрудничество документируют для более спокойной дальнейшей работы. А то, что он такой большой, наш договор, так туда входит описание всего, вплоть до гвоздика в вашем доме.

– Я все понимаю. Но прежде чем что-то подписывать, привык это читать. Так что сначала прочтем, затем подпишем, – профессор положил ручку на столик.

– Нет! – начальник произнес это тоном, не терпящим возражений. – Позволю себе вам напомнить, что мои люди остались в лаборатории. И если вы не хотите вместе с нами изучать возможности кристалла, то мы будем вынуждены нанять других.

Профессор привстал, начал было что-то говорить, но, по-видимому, сейчас его речевой аппарат не успевал за потоком мыслей, поскольку это больше походило на мычание. Михаил Аркадьевич порывался подойти к двери, но остановился на втором шаге, только сейчас осознав безысходность ситуации. Они, конечно, могли отказаться, но пришлось бы начать все сначала. Да и найти нужные компоненты уже невозможно. Профессору была противна мысль отдать какому-то докторишке свое детище, и в случае успеха все лавры достались бы тому. Он сел на место и заметил удовлетворительную улыбку на лице Сергея.

Леонид в этот момент поставил кофе и взял ручку. Подойдя к столу, поставил подпись. Взял листок и подошел к профессору:

– Думать потом будем, – с этими словами он подставил планшет под листик.

Профессор подписал.

Глава 4

– Вот видите, как все просто, – Сергей Алексеевич забрал лист у Леонида. – А вы бежать собрались, чуть с начальником не поругались.

Вся речь сопровождалась не сходящей с лица улыбкой. Он положил лист в конец внушительного договора и нажал на кнопку вызова помощника. Парень не заставил себя ждать.

– Прошу, возьми договор, оформи и подготовь копию для наших новых сотрудников, – указывая на поникших докторов. – И позови управляющего.

Помощник кивнул и вышел.

– Ну же, господа, веселей, сейчас придет Александр, управляющий. Он вам здесь все покажет и расскажет, как у нас что устроено.

– Конечно, мы посмотрим, – Леонид взял на себя диалог, понимая, что профессор еще кое-какое время будет в ступоре. – Как-никак, это наш будущий дом.

– А вы, как я посмотрю, быстро освоились. Вот, профессор, нам нужно брать пример с молодежи, у них все просто и легко.

– Пришел управляющий, – известил помощник.

В следующую минуту дверь открылась, а на пороге появился среднего возраста мужчина. Его черные волосы были кое-как приглажены, он имел мелкие черты лица и слегка прищуривался. Человек прошел в кабинет. Он был в сером костюме, поверх которого надел халат.

– Александр, познакомьтесь: это Михаил Аркадьевич и его помощник Леонид Азотов. Они наши новые сотрудники по альтернативной энергии. Прошу вас ввести их в курс дела, – закончив фразу, Сергей Алексеевич сел за стол и принялся что-то изучать в мониторе.

– Здравствуйте, – подошел тот к ученым и протянул руку. Профессор, не вставая, пожал ее и коротко сказал «Михаил», то же сделал Леонид.

– Ну что ж, господа коллеги, прошу за мной, экскурсия будет увлекательной, – с этими словами управляющий сделал шаг в направлении дверей и сопровождающим жестом показал на выход.

Профессор злобно глянул на начальника, но тот не смог этого оценить, поскольку был полностью поглощен работой и происходящее в кабинете его больше не интересовало. Результат достигнут.

Все трое покинули кабинет. Проходя мимо помощника, Леонид обратил внимание на работающий принтер. «О, вот и наша копия лезет», – подумал он, но решил, что юмор сейчас не уместен.

Выйдя в коридор, Александр пошел впереди, остановился возле лестницы:

– Как вы хотите: сначала осмотреть весь комплекс, или увидеть, каким образом продвигается работа в лаборатории?

– Давайте весь комплекс, – холодно ответил профессор.

– Ну что ж, тогда прошу вниз. Изначально это здание принадлежало колледжу, но по определенным причинам он закрылся и на его месте решено было сделать НИК. Как вы могли обратить внимание, мы находимся на приличном расстоянии от цивилизации, что дает возможность без лишних глаз производить любые, прошу заметить, любые исследования. Сначала это было одно пятиэтажное здание, но по мере поступления и развития науки мы поняли: многие лаборатории не могут поместиться в обычных кабинетах. По этим причинам здание перепланировали. Помещения, выходящие на фасад, сохранили, и они остались прежних размеров.

Все вышли на улицу и остановились у центрального входа:

– А вот все кабинеты с тыльной стороны объединили в что-то наподобие спортзалов. То есть, впереди пять этажей, а сзади всего три, – при этом управляющий просто расцвел, видимо, это была его идея. – Прошу внутрь.

Они зашли в середину здания, прошли по первому этажу, где находились все «бумажные» кабинеты: бухгалтерия, отдел кадров, кабинет управляющего и так далее. С другой стороны все те же вывески, лаборатория, как и наверху.

Затем они вышли во внутренний двор и были поражены. По обе стороны, будто образуя большую букву П, шли пристройки различной высоты и размеров.

– Это уже в течение последних десяти лет мы пристраиваем лаборатории. Наука не стоит на месте и мы тоже, – и пошел по аллее вперед.

Вдоль нее были расставлены скамейки и фонари, в стороны отходили тропинки к лабораториям, а в длину высажены различные деревья и цветы. Они прошли приблизительно 500 метров, и Леонид весь путь, не церемонясь, бегал и читал таблички у дверей, как он объяснил: «Это же не запрещено, и нужно знать соседей». Все подошли к повороту строений, за углом шли строительные работы. Повернув по аллее направо, они вышли к последнему зданию.

– Ну вот, левое последнее здание ваше, – управляющий остановился и дал осмотреться.

Возле дверей висела табличка: «Лаборатория альтернативной энергии профессора Михаила Аркадьевича».

Леонид хмыкнул:

– Ну да, а меня то забыли, или просто места не хватило.

Несмотря на возмущения Леонида, профессор зашел внутрь. Первое помещение было небольшим, слева стоял стол с охранным пультом, где сидело двое охранников, а прямо находилась дверь на электронном замке.

– Вот, знакомьтесь – это ваша охрана, – представил Александр. – Они несут вахту посменно. Ребята, а это ваше новое начальство. Прошу, – указал на пикнувшую дверь управляющий.

Профессор мельком оглядел охранников и понял одно: что кто-кто, а они с Леонидом уж точно им не начальники. Внутри был коридор, расходящийся по обе стороны, прямо находилась еще одна дверь. Она, как и вся стена, состояла из стекла и также имела электронный замок. А внутри было расположено внушительных размеров помещение, где рабочие устанавливали столы и настраивали аппаратуру. Александр указал на левую сторону коридора:

– Там две комнаты с диванами, шкафом, отдельным душем. Вы можете здесь оставаться. Если есть пожелания относительно каких-либо принадлежностей, пишите заявку. Прямо уборная. Направо по коридору компьютерный кабинет, там будет ваш айтишник. Дальше комната различных энергоносителей, также ее можно использовать как небольшой склад. И, как вы уже, наверное, поняли, прямо – собственно лаборатория. Прошу, пройдемте.

Он провел ключ-картой по сканеру, и все прошли. Лаборатория по размерам была соизмерима с небольшим спортзалом. Большие окна, находящиеся вдоль всей длины стены, выходили на лес. Возле левой стены был вмонтирован второй этаж в виде мостика, где располагалось два рабочих места. Под мостиком рабочие собирали еще четыре стола. В центре, на расстоянии двух метров, располагались приборы, которые, по-видимому, сейчас настраивали и проверяли. У правой стены было пустое пространство.

– Ну, вот как-то так, – разводя руками, сказал Александр. – Мы осмелились приобрести приборы, которые, на наш взгляд, могут вам понадобиться. Было бы замечательно, если бы вы прямо сейчас сообщили, какие из них вам не нужны, а какие стоило приобрести. По этой же причине вся правая часть пустая. Прошу, осмотритесь.

Профессор подходил к каждому столику и изучал аппараты. По выражению его лица можно было прочесть, будто он уже и забыл, что пару минут назад был взбешен. Работа начала поглощать Михаила Аркадьевича. Он коротко что-то спрашивал у настройщиков, молча кивал и шел к следующему. Леонид ходил следом за ученым, поскольку многие аппараты были ему не знакомы. Их удивляло, но в то же время радовало, что вся находившаяся здесь аппаратура была новой. Так прошло около часа. Управляющий сидел на мостике и пил кофе. Предусмотрительно поставили кофейный аппарат. Михаил с Леонидом поднялись на мостик, и начиная осваиваться, делали себе напиток, попутно отвечая на немой вопрос:

– Меня все устраивает, оборудование отличное. Правда, я добавил бы еще пару приборов, и мне понадобится стол для образцов.

– Да, конечно. Вот бланк, в котором вы можете указать все необходимое, и в ближайшие дни мы его предоставим, – Александр указал на стопку листов. – И впредь все, что нужно, вплоть до ручек, карандашей, записывайте здесь и отдавайте в главный корпус.

– Хорошо. Нужен монитор в центре. И не экранный, а то, не дай Бог, что попадет. Также мне необходимы жалюзи на каждое окно, и все с отдельным пультом. Еще жалюзи на коридорные витрины, – он прохаживался по мостику и попивал кофе. – Пока все. Леонид, записали?

Леонид сел за бланки и посерел:

– Так тут один бланк на одну единицу. Это что же – мне столько писанины? Вы только гляньте на… на… на эти шапки, – он тыкал пальцем в оформление бланка.

– Хватит вам, не в первой писать.

– Ну что ж, я рад, что вы уже освоились. Через час будет ждать машина у главного входа. Вас сегодня отвезут домой. А завтра придут рабочие и помогут собрать вещи. Да, и если вдруг какие-то вопросы, вот корпоративный телефон, нажмите единицу – и выйдете на меня.

Управляющий допил кофе и направился к выходу.

Глава 5

Профессор прошел за соседний стол. Он решил не отвлекать Леонида от работы и осмотреться. Его стол стоял напротив лестницы. Дальше вдоль стены находился небольшой шкаф с пока еще пустыми папками. Напротив, у лестницы, стоял кофейный аппарат чуть выше метра и рядом небольшой столик со стулом.

Все рабочие трудились – кто еще с настройками, кто прятал провода в пол. Но больше профессора интересовали те, которые прямо под ними, под мостиком, собирали столы. Он поставил чашку и спустился вниз.

– Для кого эти столы?

– Не знаем, – не отвлекаясь, ответил один.

– А кто сказал ставить их здесь?

– Сказано под эту стену, и все.

– Перенесите их ближе к окну из-под мостика, здесь будут реактивы. И я бы хотел посмотреть, кто за ними будет сидеть, – он медленно пошел к коридору.

Рабочие переглянулись, но спорить не стали, взяли один уже собранный стол и понесли к окну.

Профессор пошел к кабинету айтишника. Но был удивлен, что дверь оказалась заперта. Он пошел к охране. Когда зашел в охранный пульт, ребята сразу встали.

– Сядьте. Айтишник появлялся?

– Не-а, – ответил один.

– Так его еще не наняли, – ответил другой.

Профессор посмотрел на часы и решил, что им пора идти.

– Леонид! – крикнул профессор, стоя в дверях. – Бросайте писать, нам пора ехать.

Не дожидаясь ответа, ученый пошел на улицу. Леонид расцвел, когда услышал приказ Михаила и, не дописав слово, бросился по лестнице вниз. Он догнал профессора всего в паре метров от лаборатории:

– Я секретарем работать не буду, и вообще, зачем столько лишних действий?

Михаил Аркадьевич словно не слышал Леонида и спокойно шел вперед, рассматривая окрестности.

– Не, ну вам-то, конечно, все равно, не вы же будете их заполнять. Вы хоть слушаете меня?

– Вы лучше скажите: что это за госкомпания такая, что все оборудование только с конвейера? Да и мой выпад насчет монитора в центре даже не удивил и не смутил управляющего. Откуда деньги на все это? – он непроизвольно обвел окрестности рукой.

– А мне почем знать? Так это шутка? А я уже бланк заполнил…

– Пусть будет, не помешает. Только вот: я считаю, за нами не только смотреть будут, но и слушать. Так что если нечто серьезное – лучше говорите на улице.

– Ну вы впрямь Шерлока включили, – рассмеялся Леонид.

– За такие деньги я не думаю, что тут все на самотек пустят.

Они дошли до главного корпуса. Пройдя через холл, заметили: уж очень много людей в белом толпится у одной из дверей. Леонид решил, что он сам быстрее выяснит, в чем там дело. Догнал профессора у машины, улыбка не сходила с лица:

– Я завтра буду есть вот тако-о-ой стейк, – он сложил ладони вместе, – с картошкой, а вам заказал бизнес-ланч, не знал, что вы будете. Там столовая, но если нет возможности отлучиться от работы, ты заказываешь и тебе приносят. Это же круто!

– Думаю, охране понравится твой заказ, – закрывая дверь, сказал профессор.

– А причем тут охрана? Есть-то я буду, – удивился Леонид.

– Завтра мы лабораторию нашу разбирать будем, – улыбнулся теперь профессор.

Машина отъехала и повезла их по тому же длинному маршруту обратно. Первую половину дороги без остановки тараторил Леонид. Он размышлял, есть ли у них услуга доставки, и так ли он нужен при собирании бумаг. А профессор все больше убеждался в том, что записи должны исчезнуть.

Глава 6

Когда они приехали, на улице серело, а в лаборатории горел свет. Медленно поднялись наверх и застали охрану за карточной игрой.

– О, явились, – завидев хозяев, сказал один.

– Ну что ж, можно и кости размять, – улыбнулся второй. Леонид непроизвольно сделал шаг к дверям.

– Мелкий, проход освободи, а то мы тут у вас заржавеем.

Охранники вышли из лаборатории. Профессор украдкой пробегал глазами по кабинету, пока раздевался. Беспорядок, любезно оставленный охраной, его не удивлял, но поразило, что вроде ни одна папка не была тронута.

– Ну и кто это убирать будет?! – возмутился Леонид. – Они, к тому же, весь кофе выдули, а заварник как пепельницу использовали – выбрасывая содержимое в ведро!

– Я так понимаю, раз вы не разделись, то пойдете в магазин, заодно будет возможность высказать свое возмущение лично, – улыбнулся профессор.

– Ха-ха, вот и выскажу. Ладно, иду я, а с вас тогда уборка, – и быстро шмыгнул в коридор.

Профессор подошел к окну и увидел выходящего Леонида. Он, было, хотел отойти от окна, но его удивило, что лаборант поравнялся с машиной и остановился.

– Неужто и впрямь скажет? – вслух произнес ученый.

Но в следующий момент лабораторию разразил искренний смех. В этот момент Леонид брал деньги у охранников и что-то произносил, словно повторяя. Профессор понял, что ребята решили использовать его как гонца, после чего Леонид пошел дальше.

Он не стал проверять свои бумаги, поскольку был уверен, что их не искали, и начал убирать со стола, на ходу раздумывая, как уничтожить записи, ведь оставлять их было небезопасно, а брать с собой неразумно. Перебирая в голове варианты, он зацепил чашку с недопитым кофе, и содержимое быстро разлилось и впиталось в лежащий рядом журнал. Михаил подхватил его и начал отряхивать, но напиток испортил страницы, а в некоторых местах еще и потекла ручка.

– Замечательно, месячная работа, – он отправил записи в мусорное ведро. – Стоп, а это вариант.

Он быстро достал журнал, полистал на ходу пару страниц, убедился, что кофе сделало свою работу, закрыл двери и рванул к стеллажу. Достав свои записи, разложил их на столе, где еще красовалась черная лужа. Аккуратно промачивая листы, он вложил их в журнал. Затем взял вторую чашку, где были остатки кофе, добавил немного воды и полил. Отошел к окну, дожидаясь прихода Леонида. Все было готово. Журнал залит, речь приготовлена. Осталось только хорошо сыграть свою роль.

От раздумий его отвлек оглушительный сигнал. Охрана пыталась напомнить о себе забывчивому лаборанту, который уже поднимался по ступенькам. Михаил не стал смотреть, как Леонид будет вручать им покупки, и отошел к столу. Парень появился в дверях минут через пять. В этот момент профессор поднял чашку с журнала.

– Что? Что вы сделали?! – Леонид положил пакеты на пол.

– Успокойтесь. Ну да, месячная работа замокла, и к сожалению у нас нет времени ее восстанавливать, – поднимая журнал, он пролистал его.

– Вы издеваетесь? Я целыми днями то и делал, что строчил журналы, а теперь что? Просто кофе пролили и в мусорник?! – пытаясь забрать журнал, возмущался Леонид.

– Что вы как маленький. Сами же знаете: во всех журналах почти одни и те же показания. Так что невелика потеря, – он спокойно бросил его в мусор.

Леонид упал на стул, будто оплакивая свои труды, но в следующую минуту улыбнулся и рванул к ведру:

– Я придумал! У нас же будет секретарь, или кто там все вводить будет. Вот он пусть и разбирается.

– Какой еще секретарь? – профессор забрал из рук Леонида записи. – Вы что ж, хотите, чтобы о нас говорили, мол, на чистые листы даже не хватало? Я такого не позволю, – и опять бросил журнал в ведро.

– Но какая вам разница, что скажут? Зато посмеемся, – и ринулся к ведру.

– Да хватит вам в мусоре копошиться, – профессор отодвинул ведро ногой. – Я сказал, нет!

– Это несправедливо, записи мои.

– А старший здесь я. Поэтому вы сейчас же пойдете и выбросите мусор. А я прослежу, – он дал Леониду ведро и отошел к окну.

– Ну да, может вы меня в гонцы понизите, а то что-то уж очень часто гоняйте.

– А вы не гоняйте для кого попало, – усмехнулся профессор.

Леонид не стал дальше спорить. Выйдя в коридор, он все никак не мог расстаться с чувством, что его труды безжалостно уничтожили.

– Ну что, я свой почерк не пойму? Вот восстановлю все сам, тогда посмотрим, – он остановился на лестничной площадке, быстро оторвал обложку от остальных листов и спрятал их в пальто.

Глава 7

Остаток вечера Леонид с Михаилом Аркадьевичем провели, сортируя документы. Что-то шло в большие коробки с надписью «Госимущество», что-то скидывали просто на пол рядом со столом. Профессор не считал нужным брать с собой журналы с одинаковыми показаниями. Вместо этого Леонид помечал их датой, что такие показания были, от и до. Также пересматривали реактивы и препараты, лишь немногие отправятся с ними. Они решили, раз телевизор не проблема, то нужные им вещества тем более. Закончили глубокой ночью.

– Леонид, пора ехать домой. Начну собирать вещи, советую и вам заняться тем же, – профессор снял халат.

– Не-а, я лучше посплю. А то прошлой ночью как-то не особо получилось.

– С каких это пор сон так важен для вас?

– А с тех самых, когда я узнал, что нас ждет новый дом с новой кроватью. Я, как бы вам сказать, хочу попрощаться со своим столетним матрасом, – Леонид, смеясь, потянулся.

– Я бы на вашем месте не радовался так, – профессор надел пальто.

– Так, что у вас за пессимистичный настрой? Может наоборот – нам крупно повезло. Можно сказать, это наш джекпот. Вы еще его потратить не успели, а уже причитаете. Мне тамошние доктора не показались опечаленными. И я собираюсь использовать наше положение на полную, – он мечтательно поднял глаза. – И вы мне своими подозрениями не помешаете.

– Вы молоды, Леонид. И сейчас вас заботит только ваша жизнь. Возможно, со временем вы поменяете свое мнение. Сергей Алексеевич был прав, говоря, что молодежи легче принимать перемены, – он вышел из кабинета вслед за лаборантом.

– Такие перемены я бы принимал каждый день и не устал бы. А вы будете машину ловить или пешком?

– Я хочу воспользоваться, как вы говорите, нашим положением.

Они вышли на улицу. Осень оказалась на редкость тихая. Ни ветерка, ни облачка на небе, звезды освещали внутренний двор не хуже фонарей. Профессор с лаборантом подошли к машине, один из свиты их нынешнего начальника приспустил окно.

– Ну что, улепетываете домой?

– Да вот, решил воспользоваться вашим предложением, – спокойно сказал профессор и подошел к задней двери. – Вы хотели уступить нам место, – сказал двум сидящим сзади. – А вы хотели отвезти нас домой, поскольку уже поздно и мало ли что может случиться и кого можно встретить в темном переулке.

Профессор с непроницательным лицом сел сзади и пригласил Леонида. А охранники, которые уступили место, вопросительно смотрели на главного за рулем.

– Что? Я вам ничего не предлагал. И мне, откровенно говоря, все равно, кто вам повстречается и что он захочет с вами сделать!

– Ну как же, а если такое случится, виноваты окажитесь вы, потому что не уследили. Думаете, нашему начальству нужны будут головорезы, которые не в силе проследить за какими-то докторишками? – не отступал профессор. – А вы двое, можете отправляться в лабораторию охранять, – он кинул одному ключи и закрыл дверь.

– С каких пор вы указываете нам? Вышли и потопали отсюда! – Федор отвернулся, и было видно, как напряглись жилы на его шее от гнева.

– Да ну их. Федор, оставь. Может, и впрямь лучше отвезти? – сказал тот, кому кинули ключи.

– Ну да. А мы здесь побудем, а то все кости затекли от сидения, – поддержал второй.

Федор смотрел на своих подчиненных и пытался взять себя в руки.

– Ладно. Только не спать. Приеду – проверю. А вы что замолчали, куда ехать?

Глава 8

Утром Михаил Аркадьевич шел к лаборатории медленно, рассматривая дома и витрины, чем ни разу не занимался раньше. Его мысли всегда вертелись вокруг работы… Ну, а раз сейчас все приостановилось и голова начинала болеть от прокручивания всевозможных вариантов будущего, то по этим причинам сегодня утром он решил абстрагироваться от всего. Заметил, как дальше, на соседней улице шел Леонид. Вперед и не оглядываясь. Он периодически качал головой и, будто пританцовывая в такт музыки, направлялся в лабораторию. Профессор решил, что с его лаборантом что-то не так, но потом заметил наушники. Только сейчас ученый ощутил, насколько велика между ними разница. В какой степени Леонид был открыт миру, в такой профессор закрыт. Михаил Аркадьевич уже не мог вспомнить, когда его интересы ограничились лишь исследованием, а вся остальная жизнь просто ушла. Они поравнялись возле магазина, находившегося рядом с лабораторией. Леонид, не снимая наушников, кивнув профессору, приглашая его в торговое помещение, но тот отказался, на что парень ответил:

– Там наверняка все под ноль подмели, – он, по-видимому, решил, что говорит нормально, но получилось наоборот – проходящий мимо юноша непроизвольно шарахнулся от Леонида и ткнул пальцем в уши. Тот засмеялся и снял один наушник. – Прошу прощения, забыл, – и, повернувшись на каблуках, направился в магазин.

Заметив фургон, заезжавший к ним во двор, профессор не стал дожидаться лаборанта. Зайдя в лабораторию, он отметил, что Леонид отчасти был прав. Только к предыдущей картине добавилось еще две чашки и разложенная раскладушка. В этот раз они не отказали себе в отдыхе.

Люди в серой форме выносили коробки, а за всем процессом наблюдал их знакомый Александр. Он неизменно пил кофе, и по аромату, заполонившему весь кабинет, чувствовалось, что явно не растворимый.

– Доброе утро, коллега. Вижу, вас не особо интересует переезд, раз вы опаздываете, – не особо радушно приветствовал управляющий Михаила.

– Здравствуйте. Я еще не определился, повезло ли нам, – он подошел к столу и сел сбоку на свободный стул. – Ведь намеренно оттягивал приход сюда в надежде, что вчера просто переутомился, вследствие чего мне приснился кошмар, – он обвел рукой суетящихся рабочих.

– Хочу вас обрадовать, мы реальны, – ответил управляющий, улыбнувшись лишь уголками рта.

Профессор отметил, что Александр получает от всего этого удовольствие.

– И для вас будет лучше, если вы как можно скорее это осознаете и присоединитесь к нам. Поскольку…

– Опочки, и вы уже тут! – крича, залетел Леонид, словно сквозняк. – Ой, сори, я наушники опять забыл снять.

Он, улыбаясь, подошел к столу и начал доставать круасаны из пакета.

– Ну что, я был прав? Эти верзилы опять организовали фэншуй у нас? – быстро окидывая взглядом лабораторию, спросил он. – Ну ничего, я тут нам кое-что взял. Правда, не стейк, но все же с кофе пойдет. Только я на гостей не рассчитывал, но думаю, мы с вами поделимся, – обращаясь к управляющему, тараторил Леонид. – Так, а вы-то чего к нам с самого утра? Не спится что ли, или лишние руки не помешают?

– Я как раз собирался сказать, по какому поводу приехал, когда вы так бесцеремонно перебили меня. Предупреждаю один раз, чтобы такого больше не повторялось, – он встал и, не выражая ни единой эмоции, подошел к кристаллу. – Меня интересует, каким образом его транспортировать, чтобы не повредить?

Леонид положил руку профессору на плечо и, улыбнувшись, направился к Александру. Лаборант, по-видимому, решил отомстить:

– Знаете, это на самом деле большая проблема. Как вы могли заметить, он должен постоянно находиться в изолированном состоянии, поскольку соприкосновение с кислородом вызывает разрушение. Также нужно поддерживать постоянную температуру в диапазоне +24 °С, не больше и не меньше, еще надо исключить тряску. Вот, видите, мы внизу даже ткань положили как амортизатор.

Управляющий выслушал бред, который нес Леонид, и вопросительно посмотрел на профессора.

– Вы что же, мне не верите? – проследил лаборант за взглядом Александра.

– Хорошо, – Александр кому-то позвонил, распоряжаясь о транспортировке кристалла. – Хорошо, – повторил снова, когда кристалл был погружен. – Через час прибудут две машины, на которые вы погрузите свои вещи. И прошу вас – хлам с собой не берите. А пока вот ваша копия договора, – он достал из чемоданчика две копии. – И с завтрашнего дня у вас начинается рабочая неделя. А сейчас мне пора.

Профессор поменялся в лице, завидев две внушительные стопки, он вспомнил вчерашний день, и злость опять его одолела. Как они могли так просто сдаться?! Подумал он, а вслух произнес:

– Зачем они нам? Мы и так все подписали, – он отошел к окну.

– Да, я знаю, иначе мы бы с вами не разговаривали сейчас. Там есть пункты, интересные вам. И я не хотел бы на протяжении недели отвечать на вопросы, ответы на которые вы можете найти в договоре.

– Это какие, например?

– Ну, из-за каких проступков вы можете лишиться вашего исследования и быть отлучены от НИКа, – Александр улыбнулся и ушел.

Леонид взял увесистую папку и пробежался глазами по содержанию.

– Да тут целая глава посвящена тому, из-за чего нас могут отлучить. Они даже с названием не стали возиться, так и написали – «отлучение». Почему у меня ощущение, что мы вступили в какую-то секту? Только вместо слов «брат» будет «коллега», – он сел и открыл главу.

– Возможно, ты в чем-то прав, – профессор был готов к тому, что их обманут и заставят жить по чужим правилам, он не стал брать свой экземпляр, доверясь Леониду. – Да, и вы бы больше так не шутили.

– Ничего с ним не случится. Он всего лишь управляющий, а говорит так, словно центр вселенной, – ответил тот, не отводя глаз от страницы.

– Вы заметили, что ему доставляет удовольствие притеснять нас и сообщать новости, заведомо нас не устраиваемые.

– Да, да, заметил. И поэтому я с удовольствием усложнил бы ему жизнь еще раз хотя бы на йоту, – в этот раз Леонид поднял глаза и улыбнулся. – Знаете, а мы по ходу точно «попали», ведь нам запрещено все, что позволено свободному человеку. В чем смысл зарплаты, если тебе запрещено покидать центр? Мы просто подписали, что согласны на добровольное заключение у них, да еще никаких связей с внешним миром. Ну, а как же простые человеческие потребности? Например, сбросить стресс, – он расплылся в улыбке.

Слова молодого человека смутили профессора. Леонид периодически удивлял и смущал своей простотой.

– Я не пойму – вас огорчает или радует вся эта ситуация?

– Знаете, правила созданы, чтобы их нарушать. Ну, а если станет скучно, меня этот свод лагерных законов не удержит, – он снова расплылся в улыбке.

Их разговор прервал Федор:

– Ну что, заучки, поехали? Вещички ваши грузить? – позвав их, он вышел.

– Одно ясно, охрана умом не блещет, – забирая договора, сказал Леонид.

– Я бы на это и не надеялся.

Они вышли на улицу, там их ждали две легковые машины. Рабочие завершили погрузку и собирались отъезжать.

– И никакого хлама. Такой, вроде, был приказ, – поднял руки, показывая кавычки. – Для этого и машины соответствующие.

Профессор воздержался от комментариев и направился к одной из машин, где сидел Федор.

– Не удивлен, что мне повезло везти вас, – он выбросил окурок из окна и завел мотор. – Садитесь уже. Времени в обрез: к вечеру нужно быть на месте.

Глава 9

Профессор поднялся на этаж и открыл дверь. За ней показался небольшой коридор и дверь в комнату и на кухню. Вдоль стены стоял один чемодан.

– Не много барахлишка вы нажили, – Федор зашел в квартиру и направился на кухню. – Вы одни жили?

– Да, – односложно ответил профессор.

Ему не хотелось заходить. Все, что нужно, он уже сделал. Напарник Федора взял чемодан и пошел вниз:

– А с квартирой что делать будете? Вам-то она в любом случае не пригодится уже, – многозначительно улыбнувшись, вышел оттуда.

Профессор догадывался, что он последний раз находится здесь.

– Так быстро мы еще не собирались. Вы, конечно, извините, но что, семьи нет?

– Нет.

– Вы меня удивляете. Как, вот как, скажите, может вся эта наука, – он обвел руками вокруг, – заменить все земные радости, семью, друзей? Вот как? Это что-то вроде научного обета целомудрия?

– Вы когда-нибудь были чем-то поглощены так, что забывали есть, пить и терялись во времени?

– Нет, пожалуй. Я не могу и представить, что может этим послужить. За исключением…

– Нет. Женщина не подходит. Тогда вам нас не понять.

Профессор хотел закончить этот диалог. Может Леонид был прав об интеллекте их сопровождающих. Хотя не стоит делать поспешных выводов. Профессора спас его напарник, который вспомнил и начал рассказывать анекдоты про докторов науки.

Оставшуюся часть пути он предавался своим мыслям о том, как наука и исследования вытеснили его семью из его жизни. Одно его радовало, что жилье предоставлялось. Квартира была напоминанием о его первой жертве во имя науки. И он с уверенностью мог сказать, что это лишь начало.

Подъехав к исследовательскому центру, он увидел машину, на которой уехал Леонид. Профессор не надеялся увидеть лаборанта раньше вечера. Его высадили у центрального входа. Парень бежал ему навстречу.

– Наконец-то. Идемте со мной. Я вам дом покажу. Мы, оказывается, соседи, – он многозначительно улыбнулся. – Ого, вы там что, половину квартиры уместили? – указывая на чемодан. – Я вот налегке: пару рубах, нижнее белье, а все остальное уже здесь приобрету.

Он подхватил чемодан профессора и направился по левую сторону аллеи от центрального входа. Вдоль нее, как и в центре, росли редкостные виды деревьев, цветы, стояли лавочки с фонарями. Они проходили мимо небольших многоэтажных домиков, которые походили на большие игрушки. Аккуратные, свежевыкрашенные. Пройдя вдоль девяти домов, они повернули к десятому, с правой стороны аллеи. Номер домика был тридцать один. Леонид забежал на небольшое крыльцо и открыл дверь.

– Да, у них замки не предусмотрены. Говорят, поскольку периметр охраняется, в замках нет необходимости, – он зашел внутрь.

Домик был маленький, прямо находился небольшой холл, по обе стороны двери в комнаты и прямо – уборная.

– Я себе взял, ту, что слева, ваша, соответственно, справа. Прямо душ. Здесь кухня не предусмотрена, поскольку есть столовая и еду можно взять в главном корпусе. Я нам уже заказал на вечер три порции, отпразднуем!

Леонид поставил чемодан в комнату. Внутри, прямо, стоял шкаф, по левую сторону – кровать, а справа под окном стол.

– Ну что, обживайтесь, а я пройдусь, познакомлюсь с местностью.

Когда Леонид ушел, профессор еще раз окинул взглядом свое новое жилье. Здесь все говорило о том, что работа на первом месте. Их работодатели не позаботились даже о таком примитивном развлечении, как радио или телевизор. Этот дом был предназначен исключительно для сна. Ученый расположил одежду в шкафу. Теперь ясно, зачем управляющий акцентировал внимание на лишних вещах. Кровать на удивление была весьма удобной и располагала к отдыху. Михаил, может, и дал возможность своему организму погрузиться в сон, но еще был только вечер. Он лишь сейчас понял, что с самого утра кроме чашки чая с круасанами ничего не ел. А Леонид обещал ужин. Поэтому он направился в душ, чтобы проснуться.

Выйдя из душа, профессор обнаружил открытой входную дверь. С улицы доносился странный шум, будто что-то волокли. В дверном проеме показался лаборант. Его лицо покраснело, а по лбу стекала капля пота. Но это не мешало ему быть в отличном настроении:

– Ну что, ужин есть, место для вечерней трапезы готово, одевайтесь и айда праздновать.

Он опять скрылся из вида. Профессор вышел через пять минут. Леонид вытащил свой стол на улицу перед домом, также здесь стояли стулья. На столе были три пачки пиццы, чашка с чаем, бутылка с неизвестным содержимым и два пустых стакана.

– Присаживайтесь, не стесняйтесь, – садясь, приглашал Леонид.

– Мы ждем компанию? – спросил Михаил Аркадьевич, указывая на пустые стаканы.

– Нет. Я просто не знал, будете ли вы. Оказывается, здесь можно иногда. Но заказывать разрешено только пиво, вот я и взял. А на тот случай, если вы откажетесь, для вас есть чай, – он скорчил гримасу. – Так что? – он развел руками, предлагая профессору выбор.

– Думаю, что от стакана плохо не будет. Да и чай к пицце вроде бы не подходит, – он улыбнулся.

Леонид не заставил себя ждать, открыл бутылку и налил содержимое в стаканы. Аккуратно раздвинув их, сказал:

– За светлое будущее! – и сделал два больших глотка.

Михаил держал стакан и нерешительно смотрел то на пену в нем, то в растерянности глядел перед собой. Сделав наконец глоток, он отставил пиво в сторону. Леонид успел взять один из кусков пиццы.

– Ну, что вы прям, как призрак, сидите? Научитесь хоть немного радоваться жизни.

– Да, да конечно. А вы где были?

– Осматривался. Правда, мне многое осмотреть не удалось, но все же. Здесь просто супер. Если не учитывать, что мы здесь почти что заключенные. А так ничего. Домики, подобные нашему, выстроены в два ряда вокруг центра. Они однотипные, только в начале трехэтажный, что-то вроде казармы.

– И что, во всех домах живут?

– Не-а, – Леонид откусил большой кусок. – Второй ряд, по ходу, вообще пустой, – он продолжал жевать. – Да и в нашем еще три дома заселены, а дальше пустые.

Профессор принялся за пиццу, когда увидел, что от главной аллеи весело шла компания молодых людей. Они смеялись и шутили.

– С приездом! – прокричал Леонид, когда те поравнялись.

Один парень толкнул рыжеволосую девушку, показывая на профессора, и что-то сказал.

– Спасибо, – ответила девушка.

– Я вижу, вам местечко тоже понравилось. А то у меня с профессором мнения на этот счет расходятся.

– Мы еще не определились, – ответил парень с весьма кудрявой шевелюрой.

– Ну так бросайте якорь и айда к нам за стол. Пицца есть, выпить имеется, только стаканов нет, – озадачено сказал Леонид. – Но это поправимо. И определимся, повезло нам с этим местом, или нет, – он, как всегда, улыбнулся во весь рот.

Девушка и кудрявый парень улыбнулись в ответ и пожали плечами.

– Ну, даже и не знаю. А можно ли нам? Вы же договор читали? Нам запрещено говорить об исследованиях друг другу, – отчеканил низенький парень, и его взгляд забегал по товарищам.

Михаила удивил столь быстрый ответ и содержание пункта.

– Ну и что? – запротестовал другой. По сравнению с остальными он не вписывался в общую картину. Высокий, мускулистый, и лицо больше походило на такое, какое бывает у вышибал.

– Ты хоть иногда голову из конспектов вытаскивал? В жизни много интересного может быть. Мы придем. Ну, может, не все, – заметил он.

– Но это фигурально, – быстро вставила девушка, заметив взгляд профессора.

Они шли к своим домикам, и верзила что-то очень настойчиво говорил низкому парню, а тот все качал головой в знак протеста.

– Веселые, да, Михаил Аркадьевич? Теперь уж точно будет интересно, – Леонид сделал глоток.

– Что-то они очень молоды.

– Ну и что? Не всем же делать открытия на закате.., – он осекся. – Ну, в смысле, ну, вы поняли.

– Что, стариком меня назвать хотел? – прищурив один глаз, сказал профессор.

– Да нет, просто в возрасте, ой, в самом соку, – он поднял руку. – А до старости там ой-ой как далеко, – он задумался. – Далеко.

Профессор рассмеялся:

– О, быстро они! – показывая на ребят, которые вышли из домиков. Здоровый парень и кудрявый несли стулья, а девушка пластиковые стаканы.

– Ставьте плотнее, никто в каннибализме уличен не был, – сказал верзила. – Меня Антон зовут, – протянув руку Михаилу. – А это Виктория, наша звездочка. Захар, – указывая на кудрявого парня. – Ну, а это наш мозг – Максим, – он улыбнулся.

– Меня Леонид зовут, это мой руководитель Михаил Аркадьевич, ну, или просто профессор, – они с Антоном рассмеялись.

– В какой сфере вы будете работать? Это, надеюсь, сообщить можете? – интересовался Профессор.

– Думаю, да, – ответил Максим. – Энергетика.

Он подставил стаканчик Антону.

– Правда? Какое совпадение – и мы тоже, – подхватил Леонид. – Ну, тогда, коллеги, выпьем за знакомство, – они чокнулись.

– И давно вы в этой области работаете?

– Нет, вот только аспирантуру закончили.

– Правда?! – не отставал профессор. – И каким образом вас сюда занесло?

– Ну что вы, Михаил Аркадьевич, все о работе да о работе? Успеем еще, лучше послушайте, как мы в университете над Захаром шутили, – сказал Антон.

Больше они не касались тем о работе. А все начали вспоминать студенческую жизнь.

Глава 10

Утром их разбудил будильник, встроенный в стену, а точнее, динамик с музыкой.

– Что это за издевательство?! – выходя из комнаты, возмущался Леонид. – Живем в пяти минутах от работы, а они будят за час. И что это еще за лагерные замашки? – он побрел в душ.

А у профессора так и играла музыка, пока он не встал. Его удивило, что она сама отключилась. Михаил решил прилечь, пока Леонид моется, душ-то один. Но как только он сел на кровать, мелодия возобновилась. Профессор встал, и опять тишина.

– Интересное устройство, – заключил он.

Через полчаса они собрались и направились в центр позавтракать.

– Леонид, где же ваш задор вчерашний?

– Как где? Он еще спит, – ели волоча ноги, тот шел позади.

– Ну так нужно было его взять с собой. А то смотреть на вас без слез невозможно.

– Не-а, я решил, что хотя бы один из нас должен отоспаться, – улыбнувшись уголком рта, выдавил он. – И меня совсем не радует, что нужно идти с пустым желудком. Кому в голову пришло, будто кушать нужно в общей столовой? Вот вы, профессор, хотите видеть белые халаты с самого утра за чашкой кофе? Вот и я нет. А еще погода просто чудесная, туман так и располагает к пешим прогулкам, – ворчал он.

– Что, будущее не столь радужное, как вы себе его рисовали? Между прочем, туман полезен для здоровья.

– Не, не, вы не путайте, – он поравнялся с Михаилом Аркадьевичем. – Из-за двух нюансов я мнение не поменяю. Думаю, что есть и свои плюсы в этом.

Михаил Аркадьевич вопросительно поднял бровь.

– Ну вот, например. Вы же сами говорили, что мне нужна дисциплина, надо заняться собой. Вот вам и подъем, и ходьба, – он прибавил шаг. – Так, глядишь, и ноги подкачаю, – рассмеялся парень.

– Не-а, так не накачаешь. А вот если идти правильно, – Антон поравнялся с ними. – И идти вот так, то есть заняться спортивной ходьбой, тогда да, есть все шансы.

– А вы почему один? Где коллеги, или они не разделяют утреннюю пробежку с вами?

– А они завтракают. А я вот перекусил и кружок другой намотал, теперь в душ и трудиться. Так что побежал, пока время есть. А то полчаса осталось.

– Вот, Леонид, берите на заметку, а вечером поинтересуйтесь, как правильно ходить. Не хочу показаться вам подозрительным, но еще вчера мне показалось, будто они чего-то не договаривают. И что это еще за пункт такой, что запрещено общаться на рабочие темы? Если мы здесь заперты, то кому можем рассказать?

– Да, мне тоже стало интересно. Но в нашем договоре ничего такого не было. Хотя, может, меня при чтении это не особо заинтересовало?

– С этим я соглашусь, – вставил профессор. – Что еще вас могло не заинтересовать, чего вы не заметили?

Они поднялись в холл и, повернув направо, зашли в просторную и светлую столовую. Все было просто и привычно. По левую стену от входа стояли столики с едой, а остальной зал заставлен пустыми столами. Прямо было окно во всю стену, за которым виднелись деревья.

Они подошли к столу и приятно удивились обширным выбором.

– О желудке здесь заботятся хорошо, – констатировал профессор.

Леонид взял сэндвич и кофе. Профессор выбрал жареное яйцо с беконом и натуральный кофе. Он направился к столу у окна, когда с конца зала их окликнули.

– Михаил Аркадьевич, Леонид. Идите к нам, мы вам место заняли.

Ребята сидели в самом конце зала за последним длинным столом. К счастью, также у окна. Они начали идти между столами, когда профессор заметил управляющего, за маленьким столиком пьющего также натуральный кофе и читающего газету.

– Доброе утро! А мы уж решили, что вы уже позавтракали и ушли, – сказала Виктория.

– Здравствуйте. Мы решили прогуляться. Утро такое хорошее, – присел рядом с Викторией Леонид.

– Правда? – улыбнулся профессор. – Не знал, что туман и сырость вам по душе, – он поставил поднос.

– Ну, вы многого не знаете, – парировал Леонид. – А как вам местный будильник? По-моему, замечательный парень. Будет, правда, немного поздновато, вы не находите? – юноша состроил недовольное лицо.

– Так его можно перенастроить. Вот мы свои на шесть утра завели. Точнее, Антон завел, – недовольно сообщил Максим.

– Правда? А где же это можно сделать? – поинтересовался профессор, поглядывая невзначай на Леонида, который слегка округлил глаза, а кофе так и застыл у него во рту.

– Так на столе книжечка была. В ней все и описывалось: и про комплекс, и про дом, что и как работает, про местный уклад.

– Скорее не уклад, а режим. Это было бы более подходящее слово, – не скрывая своего недовольства, сказал Леонид.

– А что вам в режиме не нравится? – поинтересовалась Виктория.

– Видите ли, Виктория, нашему Леониду не по душе все, что связано с постоянством.

– Что вы утрируете? Просто я сам хочу решать, когда мне вставать и где кушать.

– Так вы поставьте будильник на то время, которое вас устраивает. Не вижу в этом проблемы, – вмешался Захар.

– Ну как вы не понимаете? Есть своя прелесть в пяти-десяти минутах сна, на которые вы переустанавливаете будильник.

– Вот вы о чем. Так нам такая роскошь не известна. Наш культурист нам этого не позволит.

– Верно подмечено, – поддержал Максим.

– А где находится ваша лаборатория? – резко сменил тему профессор.

– Мы еще не знаем, – быстро ответил Максим.

– Как, вам еще не показывали? Или это также запрещено? И какой это пункт, а то мы его не нашли?

– Точно не скажу, нужно посмотреть, – не так уверенно сказал Максим, занявшись своим завтраком.

– Чего вы за этот договор зацепились? Вам, профессор, нужно было его самому прочитать, поскольку сегодня вас ждет большой сюрприз, – заулыбавшись, заявил Леонид.

– Это какой же? И я понадеялся на вас. Вы сами изъявили желание его изучить.

– Ага, а теперь весь день буду этим пользоваться, – не отступал Леонид.

– Допустим.

– Ну что, поели? Нам пора идти, – подойдя к столу, сказал Антон. Он выглядел вполне отдохнувшим, несмотря на поздние посиделки и утреннею пробежку. Пил смузи и указал на дверь. – Нас управляющий ждет.

Глава 11

Они направились к выходу. Профессор проводил их взглядом.

– Дружные ребята. Не находите, Леонид?

– Да, есть такое. Повезло их руководителю, – он широко улыбнулся.

– Это вы на что намекаете?

– Да так просто, – он улыбнулся еще шире.

– Что с вами? Что вы такое знаете, чего не знаю я?

– А вот это секрет, – он допил кофе одним глотком. – Нам тоже пора.

– Что значит, секрет? Это же несерьезно.

Они вышли на аллею. Михаилу Аркадьевичу так и не удалось добиться внятного ответа. Зайдя в лабораторию, Леонид просто сиял.

– Вот так же и я себя чувствую, когда вы говорите, что не помните как, а точнее, что послужило катализатором.

– Это не одно и то же.

Они зашли внутрь и увидели, что на мостике столпотворение.

– А это что еще значит? – нахмурился профессор, подойдя к лестнице. – Александр, доброе утро! А что это вы к нам с делегацией с самого утра? – пытался как можно вежливее спросить он.

– Доброе. Почему со своей? С вашей. Вот ждем вас, чтобы представить вашу команду, – он указал на ребят, стоящих тесно у стола.

– Команду?

– Так вы же знакомы? Или я что-то путаю?

– Знакомы то знакомы. Но о какой новой команде вы говорите, я не особо понимаю.

– Сюрприз, – прошептал Леонид, на что в ответ получил ледяной взгляд профессора.

– Мы просто не сообщили профессору об этом. Решили сначала познакомиться, чтобы нас лучше узнали, – начала нерешительно Виктория.

– Решили…

– Так, ясно. Михаил Аркадьевич, прошу вас любить и жаловать новых коллег. Это Захар – ваш айтишник, молодой хакер, если хотите. А то Виктория, Антон и Максим – физики-математики. Ребята умные, лучшие из своих потоков. Мы точно не были уверены, из какой сферы вам нужны специалисты, так что если что – сообщите. А раз формальная часть окончена, и, как я понимаю, вы, ребята, не успев начать работать, уже оплошали, не стану мешать профессору, – он направился к лестнице.

– Постойте. Я не просил помощников. Мне и Леонида достаточно.

– А вам и не нужно было просить. В договоре четко прописано, что вам будут предоставлены молодые специалисты для обучения и продолжения исследования в случае чего. Но я так понимаю, вы не удосужились его прочесть.

Профессор снова одарил Леонида взглядом.

– Если на этом все, прошу, дайте пройти.

Михаил Аркадьевич пропустил Александра и направился к столу. Ребята пытались разойтись, давая дорогу профессору. Он сел за стол и отвернулся от них к окну, пытаясь взять себя в руки. Слышно было какое-то перешептывание и негромкие шаги по лестнице. Затем заработала кофемашина. Аромат свежесваренного напитка долетел до профессора, затем последовала чашка и блюдце. Профессор взял чашку и попытался расслабиться настолько, насколько позволяла ситуация. Он чувствовал, что Леонид стоит сзади.

– Вы что-то хотели мне сообщить? – вкладывая всю силу воли, чтобы не выйти из себя, сказал профессор.

– Я не знал, что вас так это разозлит. Вы тем более сами говорили, что ребята хорошие, дружные (Михаил Аркадьевич в это время сделал глубокий вдох). Ладно, я тогда пойду, а после поговорим, да?

– Стоять! – немного громче, чем хотелось, сказал он.

– О чем еще вы хотели поговорить? Ну, может, мне сначала принести валерьянки?

– Как вы смеете мне еще и хамить?! – он резко повернулся на стуле, чуть не пролив кофе.

– Нет, что вы! Я просто опасаюсь вашей реакции, – отступив на пару шагов, ответил Леонид. – Кофе-то горячий, – констатировал он. – Ну хорошо. Как бы вам сказать? Наша, то есть ваша квартира, уже не ваша, – он одним махом оказался на лестнице. – Она теперь принадлежит государству. И мы считаемся без вести пропавшими, – после чего он быстро сбежал по лестнице, отойдя подальше. Лаборант смотрел на профессора, ожидая взрыва или хотя бы полета чашки с кофе в его сторону. – Ну и что вы молчите? – переминаясь с ноги на ногу, проговорил парень. – Хоть выругайтесь. А то сидите там с чашкой, как бомба замедленного действия.

Ребята стояли под мостиком. По-видимому, решили не попадаться под горячую руку в прямом и переносном смысле.

Профессор встал и подошел к кофемашине, сделав еще одну чашку, и начал спускаться. В такт его шагов Леонид отступал к выходу.

– Ну, вы хоть осознаете, что не я составлял договор и у нас не было выбора? – он остановился у дверей.

– Берите свой кофе, – профессор протянул чашку. – Нужно прогуляться.

Он вышел из лаборатории, следом побрел Леонид.

Глава 12

Они покинули лабораторию и пошли дальше по аллее, повернув налево. Проходя мимо стройплощадок, профессор даже не обращал внимания на происходящее. В отличие от Леонида, который все пытался уловить и увидеть. Дорога пришла к грунтовой широкой тропе, уходящей вглубь.

– Вы же не собираетесь идти в лес, правда? – наконец нарушил их молчание Леонид.

Профессор допил кофе и поставил чашку на край бордюра.

– Идемте, хочу прогуляться, – он пошел вперед размеренным шагом.

Азотов оставил свою чашку там же, где и профессор, но так и не прикоснулся к напитку.

– Хватит вам молчать. Это, откровенно говоря, пугает.

– Красиво здесь. Не правда ли?

– Да, но не настолько, чтобы быть столь загадочным. Я конечно, не говорю, будто вы серийный убийца. Но уж очень вся эта обстановка напоминает мне…

– Вы меня подвели, – сказал Михаил спокойным голосом.

– Я? Ну, возможно, что не договорил либо не поставил в известность. Но сами посудите, мы так или иначе здесь заложники. Подозреваю, выйти отсюда можно лишь вперед ногами либо по частям. Но я рассматриваю и тот вариант, что и выходить-то не нужно, отдадут какому-нибудь больному…

– Не отходите от темы.

– Я вижу, что вся эта ситуация на вас плохо влияет.

– Угу?

– Ну нет, правда. Вы все время серьезный, а тут еще и злой. А поскольку мы здесь на очень долгий срок, то я решил вам пока не сообщать.

Профессор вопросительно посмотрел на Леонида.

– Ну, а насчет ребят… Да, там есть пункт, где говорилось о новых сотрудниках. И поскольку ребята вам понравились, они сами захотели вам не говорить. Я решил их не выдавать. Но вы должны согласиться, что они хорошие, – выдохнул Азотов.

– Очень…

– Ладно, накосячил я. Понятно.

– Вы, Леонид, не накосячили, а подвели. Вы понимаете, что здесь довериться я могу только вам. И нет ли еще чего-нибудь интересного?

– Ну есть. Связываться с внешним миром нельзя. А так все. Пару правил, гласящих о запрете выхода за периметр. Мне одно стало интересно: а наказывают они как, если и так мы в их власти?

– Не советую вам этого знать. Хорошо, нам, пожалуй, нужно возвращаться. А то наши новые ученые, чего хорошего, кристалл разобьют.

Они развернулись и направились в лабораторию.

– Ну, вот видите, если бы они сразу признались, вы бы им и шанса не дали, а тотчас препарировать стали, – Леонид сопровождал слова соответствующими жестами.

– Хорошо, я понял. Но раз вы их от меня скрывали, вам ими и заниматься. Мне с головой вас хватает.

Они забрали чашки, и Леонид спокойно допил свой кофе, попутно рассказывая о своих идеях насчет того, чем могут заниматься их соседи, какие невероятные опыты ставить.

Глава 13

– И правда: потрудились и хватит, – рассмеялся Антон.

– Столько приборов, и все из-за кристалла размером с пачку сигарет? – Захар пошел к куполу. – Ребят, ну правда, я не особо понимаю.

– Как мне сказали, он вырабатывает энергию, – подошла Виктория.

– Да вот чем он лучше солнечных батарей?

– Об этом лучше спросить профессора.

Захар проследил за проводом, отходящим от купола.

– О, вот вам преобразователь и аккумулятор. Он на два киловатта. Интересно, сколько выдает энергии наш маленький друг?

– Скажем, в среднем 200-250 Ватт в зависимости от погоды, – сообщил профессор, заходя в лабораторию. – Рад, что вы хоть не в карты играете.

– Михаил Аркадьевич, мы хотели… – заговорил Антон.

– Знаю, что вы хотели, – остановил профессор. – Леонид, как мог, объяснил причину вашего поведения. Я так понимаю, что это больше исходит от молодости, из чего следует, что вашим куратором будет Леонид. И по всем вопросам обращайтесь к нему. Леонид, прошу – вы же не хотели только бланки заполнять, вот вам работа – руководите.

Ученый развернулся и направился на мостик, ему больше хотелось остаться одному и обдумать все происходящее.

– Ну что ж, я смотрю, вы и перестановку затеяли, ладно. С чего начать-то?

– А вы с него начните, – Захар указал на кристалл.

– Его лет пять назад изобрел, а лучше сказать, вырастил профессор. Как и при каких условиях – тайна. И не советую задавать этот вопрос ему, знаю по себе. Пробовал. Я присоединился три года назад и, честно сказать, мы не продвинулись дальше 250 Ватт.

– А от чего он заряжается? – спросил Антон.

– От солнца. Даже в такую, вроде, пасмурную погоду выдает до 200 Ватт.

– А при ярком свете?

– Всего 250, – разочарованно сказал Леонид. – Мы с профессором уже и солнечные лучи разложили на составляющие, и каждую переменную проверяли отдельно. Результат нулевой. Вот, хотели проверить последнее непосредственное нагревание.

– Ну так давайте, чего время терять! – сказал Антон.

– Подожди, мне сначала все приборы подключить нужно, программу прописать, – серьезно сказал Захар.

– Да, и не забывайте, что нужно проанализировать записи и занести их в программу. И нам еще не предоставили лампу, бланки заполнить нужно, – добавил Леонид.

– Ну что ж, вот и работа начинается. Я могу проанализировать записи, покажите, где журналы, – предложил Максим.

– Хорошо. Виктория, а вас я попрошу заполнить пару бланков, чтобы оставалось вписать только названия необходимого. Антон поможет Захару, а потом все помогаем Максиму. Вопросы есть? Нет? Ну тогда Виктория и Максим, прошу за мной на мостик.

Захар с Антоном начали смотреть, какие провода еще нужны. Леонид с ребятами поднялся на мостик, где профессор с головой ушел в свои конспекты. От записей его отвлек телефонный звонок.

– Да. Хорошо, подойду, – он положил трубку.

– С кем это у вас встреча? Уже друзей завели? – шутя спросил Леонид.

– Звонил Александр. Хочет, чтобы я поднялся к начальнику. Я так понимаю, у них есть еще для меня сюрприз, – он взглянул на Викторию и Максима. – Не много ли для одного дня? Ну хорошо, вижу, что сейчас время обеда, – профессор посмотрел на часы. – Значит так, оставляем работу и идем на обед.

– Да ну, позже, – ответил Леонид. – Мы только к работе приступили и распределили обязанности.

– Леонид! Сейчас все идут на обед! – серьезно и громко сказал профессор.

И сошел с мостика. Ребята поняли, что спорить бесполезно, и пошли дружно на обед, на ходу бурно обсуждая грядущую работу. И профессор улыбнулся, наблюдая энергичность новых сотрудников. Они зашли в столовую и сели за тот же стол.

– Михаил Аркадьевич, мне нужно будет знать, какие параметры фиксировать, что записывать и с какой периодичностью, чтобы программа вносила все изменения без нашего вмешательства.

– Это к Леониду, – коротко ответил тот.

Его мысли были заняты грядущей встречей. Он пытался предугадать, что ждет его у Сергея Алексеевича и как себе вести, а точнее, как держать себя в руках. Наскоро перекусив, ученый встал из-за стола.

– Ну что вы сидите? Обедайте. А я пойду наверх. Леонид, возьмите. Я думаю, он мне там не пригодится, – профессор дал лаборанту телефон.

– Жезл власти теперь у меня, – юноша весело рассмеялся.

– Леонид, а как вы познакомились? – поинтересовалась Виктория.

– А я заканчивал физмат и должен был встретиться со своим куратором на факультете астрономии. Там-то и увидел профессора. Он ругался с одним из астрономов. И, к стати, из-за кристалла, но этот разговор также не известен. Якобы это меня не касается.

– Ну, а на работу он как вас взял? Я бы не сказал, что к нему легко попасть в лаборанты.

– Михаил Аркадьевич просил моего куратора походить пару дней в лабораторию и поснимать показания, поскольку ему срочно нужно было улететь. Тот не смог. Когда профессор уходил, я к нему подошел и сказал, что я могу, а куратор за меня поручился. Вот так и остался после.

Леонид уже доедал свой обед, когда зазвонил телефон.

– Да. Что? Хорошо. Ничего не трогайте, – он подскочил. – Так, мне в лабораторию нужно, а вы тут сидите. Да, и не могли бы мне бургер захватить? – он помчался к выходу.

То, что ему сообщил охранник, не укладывалось в голове:

– Ваш аккумулятор пищит, и ваша погремушка искрит, – заявил охранник.

Как это пищит? Леонид лично с утра разряженный подключал, его должно было хватить до завтра. И искрит… Что за бред?! Он летел как ошпаренный. Забежав, обнаружил охранника в коридоре. Тот смотрел на купол, внутри которого и правда весь искрил и испускал разряды кристалл. Леонид побежал в кабинет с приборами и нашел там аккумулятор на 2 кВатт. И пулей вернулся к дверям. Охранник открыл дверь и отошел в сторону, не собираясь заходить внутрь. Леонид схватил провод, отходящий от купола, и закричал. Тот очень нагрелся и обжег руку. Лаборант метнулся к столу Захара, где лежали провода. Он пытался как можно быстрее отыскать походящий. Найдя нужный, парень осторожно отсоединил старый, заменил новым и стал ждать. Через десять минут искры прекратились. Леонид перевел дыхание. Взяв заряженный аккумулятор, понес его в подсобку, а заодно хотел захватить ваттметр. Он не понимал, как это раньше его хватало на полтора дня, а теперь еле до обеда дотянул. Когда Леонид подсоединил устройство, то его глаза округлились: прибор показал 1 кВатт, а аккумулятор был на четверть полон.

– Что такое?!

Он решил, что прибор неисправен, и пошел за вторым. Но и второй показал те же данные.

– Ну что там? Порядок? – охранник все это время наблюдал из коридора за происходящим.

– Да, да, – махнул рукой Леонид. – Порядок.

Охранник, удовлетворенный ответом, вернулся на свое рабочее место. А Леонид взял два прибора и пошел на мостик. Все время не сводил глаз с кристалла, у него в голове крутились вопросы: «Что произошло, как, из-за чего?» Но ответов не находил. Он все бубнил под нос показания:

– Но ведь это отлично! Но как?

В лабораторию зашли ребята после обеда, Виктория несла его заказ и поднялась на мостик.

– Ну что тут? Чего ты так торопился? – спросил Захар.

– Та, кристалл, – тут Леонид сам себя остановил. Может ли он им рассказывать? Нет, это должен решать профессор. – Видите ли, он может одну, две искры пустить, а охранник-то не знал, вот и испугался. Пугливых они, однако, набрали, – пытался шутить Леонид.

– Ясно. Будем знать, мы же тоже не знали, – сказала Виктория. – Вот, возьми, приятного.

Она поднялась на мостик и положила на маленький столик бургер.

– Вы профессора по дороге часом не видели?

– Нет, а что?

– Так, просто. Ну хорошо, давайте работать.

– Леонид, какие журналы смотреть первыми?

Он, не глядя, сунул Максиму пару журналов, а сам не мог оторвать взгляд от кристалла.

– Что смотреть?

– Что? – растерянно переспросил Леонид.

– Как мне сократить, сдать данные? – уточнил Максим.

– А ты смотри на показатели и на время, как-то так, – ответил он.

Леонид не мог собраться с мыслями и сконцентрироваться, а больше всего ему хотелось кому-нибудь рассказать о происшествии.

Глава 14

Профессор спокойно поднялся наверх. Зайдя к секретарю, он хотел представиться. Но молодой человек его опередил, надавил кнопку и отрапортовал:

– Пришел Михаил Аркадьевич.

– Пусть проходит, – послышался ответ.

– Прошу, – секретарь указал на дверь.

Зайдя в кабинет, профессор опять ощутил себя маленькой мышкой, которую пустили в лабиринт. И как бы он не хотел, все равно придет к точке, где находится сыр. Только для мышей хоть сыр был, чего профессору не предлагалось. В этой большой мышеловке он чувствовал себя очень подавленным и выбитым из колеи. И был уверен, что этот контраст в обстановке был не случаен. За одним из диванов сидел мужчина лет тридцати, высокий, худощавый, лицо его напоминало птицу из-за орлиного носа и серых холодных глаз. Завидев профессора, он улыбнулся, пытаясь выглядеть наиболее дружелюбно, но у него это плохо получалось. Михаила заинтересовал один вопрос: какую роль играет этот мужчина – мышки или хищной птицы?

– Здравствуйте, Михаил Аркадьевич, прошу, присаживайтесь, – начальник указал на свободный диван справа. – Знакомьтесь – это Степан Дмитриевич, заведует у нас лабораторией по разработке космических кораблей.

Орлиный нос встал и, не убирая улыбки, протянул руку.

– Рад знакомству. Я счастлив, что вы не отказались с нами сотрудничать и приехали в комплекс.

– Да, я тоже, – профессор пожал руку.

Он попытался принять как можно более непринужденную позу.

– Сергей Алексеевич говорит, что вам не по душе была идея переезда к нам в НИК. И вы очень скептически отнеслись к тому, что это госучреждение. Видите ли, меня как ученого, как человека, идущего к своей цели, напрямую интересует ваш проект, поскольку это может решить ряд вопросов и убрать лишние денежные затраты, – он не переставал улыбаться.

– Пока я не особо понимаю, причем мой кристалл к вашим кораблям?

– Мой отдел занимается не только кораблями, но и применяет на практике прыжки в пространстве. Мы пытаемся построить такой корабль, который будет устойчив к перемещениям вне зависимости от давления, трения, температур. Но для этого нам нужно проверять на деле, какие сплавы годятся, какие соединения пригодны, какие системы не дают сбой и многое другое. На данном этапе в чем мы точно уверены, так это в капсулах, в которые помещается команда. Для прыжков нам нужно колоссальное количество энергии. Мы использовали солнечные батареи и накопители, но есть ряд проблем. Во-первых, это затратно. Во-вторых, при повреждении нужно иметь замену и человека, который может ее произвести. И с третьей проблемой мы столкнулись при последнем прыжке: корабль попал в мертвую зону, а точнее, батареи просто не заряжались. И вместо того, чтобы собрать информацию, где они, что вокруг, второй команде сразу после летаргического сна пришлось совершить обратный скачок. И взамен ста процентов информации мы получили в лучшем случае один. Это провал! – он вскинул руки. – А если только представить, что ваш кристалл смог выдавать нужную нам мощность, то мы лишились бы всех подобных проблем. Тогда нам было бы не принципиально – попали мы в кольцо астероидов или нет, в мертвой зоне или нет. Это было бы великолепно, – он откинулся на спинку дивана.

– Согласен, это было бы великолепно. Но, к сожалению, у нас нет такой мощности. Все, что мы сейчас можем, – это содержать пару лампочек, – вздохнул профессор.

– Да, конечно. Потому вы и здесь, – вмешался Сергей. – Мы вам создаем все условия для развития.

– Спасибо, я заметил, – многозначительно улыбнулся профессор.

– Михаил Аркадьевич, поймите, что никто не хочет спонсировать убыточные проекты. Хоть мы и совершили большой прорыв, корабль вернулся, несмотря на то, что покалеченный. Но самое главное: вернулся один из команды. Это, конечно, прорыв. Но на следующий полет мне поставили условия: вернуть всю команду и, как вы понимаете…

– Подождите, о чем это вы? Вы только что говорили, будто уверены в капсулах для команды, а сейчас рассказываете, что выжил всего один? – недоумевал профессор.

– Да, все верно. В прошлый раз погибли все. Второго прыжка капсулы не выдержали. А команда, к сожалению, чтобы отправиться обратно, должна находиться в рубке. Но в этот раз капсулы не дали осечек. И на их основе будут строить корабль.

– Если быть точными, его уже строят, – добавил Сергей.

– Остальная команда погибла?

– Ну в общем-то, на сегодня имеется четыре команды. А найти космонавтов и обучить, да так, чтобы не привлекать лишнего внимания, сложновато.

– И вы так спокойно об этом говорите! – возмутился профессор.

– Как вам сказать? У кого-то мышки, собачки, а в моем случае они не подходят. Так что, да, – он равнодушно пожал плечами.

– Вы убили сколько? Пятнадцать, двадцать человек и сидите тут как ни в чем не бывало! Совесть не мучает? Как вы спите?

– Они знали, на что идут. Тем более все условия по контракту были выполнены. Их семьям оказана помощь. А сплю я замечательно. Видите ли, жизнь наша очень коротка в рамках науки, и я хочу успеть на своем веку отправиться в путешествие по космосу. И моя совесть спокойна как никогда, тем более, что я тружусь во благо человечества. Лет так через сто-двести места на земле будет ой как мало, и человечеству придется что-то с этим делать. А у меня ответ готов уже сейчас. Орбитальные станции, и не на десять человек, а на тысячи две-три, а то и больше. Это же великолепно. А вы, Михаил Аркадьевич, своим эгоизмом как раз вредите более моего. И на ваших руках куда больше крови, и с каждым зря проведенным днем ее становится еще больше, – он откинулся на спинку, довольный своей речью.

– Что?! Как вы смеете! Я в отличие от вас не причастен ни к одной смерти! – вспылил профессор.

– Напрямую, конечно же, нет, а вот косвенно – да.

– В отличие от вас, я ценю жизнь в любом ее проявлении.

– О, я и не знал, что вы столь гуманны и сердечны, – насмешливо произнес Степан. – Вот скажите: какая наука обходится без проб и ошибок? Вы же ученый человек, должны понимать, что здесь не в шашки играют.

– Вы бессердечный, – процедил профессор.

– Возможно и так. Но вот что мне интересно. Вы хоть раз задумывались, сколько проблем может решить ваш кристалл? Если он сможет выдавать большой поток энергии и снабжать города, то тогда газ, нефть, уголь уйдут в прошлое, станут историей. Вот сколько по-вашему за месяц гибнет хотя бы шахтеров, чтобы добыть уголь? А благодаря вам подобного можно избежать. И это не только для людей, так еще вы поможете нашей матушке Земле. И если смотреть с такой стороны, то вы не просто убийца, а убийца планетарного масштаба. А мне в упрек ставите пару десятков?

Профессор был поражен и не знал чем возразить, поскольку в чем-то оппонент был прав. С этой стороны он и впрямь не чист.

– И для полного счастья мне не хватает вашего кристалла. Поэтому я приложу все усилия, чтобы его улучшить.

– Это какие же? – профессор взял себя в руки и выпрямился.

– Поскольку ваш кристалл работает от солнечной энергии, то вам могут пригодиться астрономические сведения. А я ими обладаю, поэтому вашим сотрудникам разрешено заходить к нам в лабораторию и они могут получить любую информацию без ограничения.

– Как великодушно с вашей стороны.

– Сарказм не уместен. Я говорю вполне серьезно. Мой проект – это вся моя жизнь, мое творение. Потому я не пожалею никаких средств для него. А вас, профессор, я не понимаю. Как можно было потерять интерес к своему детищу? Вы его создали и не хотите увидеть, как оно вырастет? – серьезно рассуждал астроном.

– Хватит. Не вам меня поучать. Суть ваших речей я уловил. Подумаю над вашим предложением, и если это все, разрешить откланяться, работа не ждет.

– Михаил Аркадьевич, мы не хотели вас оскорбить, а уж тем более ссориться. Мы желали показать вам, насколько важен ваш проект и необходим нам. Но в то же время Степан Дмитриевич прав: вас словно не интересует его развитие и вы довольствуетесь малым. Я советую вам оставить угрюмую маску за пределами НИКа и приступить к работе, – последние слова были сказаны не столь радушно.

– Конечно, коллега, – он кивнул на прощание и покинул кабинет.

– Не знаю, Сергей Алексеевич, думаю, это нереально – с ним договариваться. Он вышел еще больше озлобленным, чем зашел.

– Если бы кто-то не поучал его жизни, может все и получилось. Вы должны были убедить профессора, что здесь его окружают друзья и коллеги, а не завистники и хамы. Тем более, что ваш успех напрямую зависит от его успеха. Поэтому вы должны все исправить. Если у него все получится, то следующий запуск будет не через два года, а через год.

– Я прекрасно все понимаю. Но как это сделать, если ему важнее сейчас спасти одну жизнь, чем в перспективе тысячи. Как, живя в наше время, можно не понимать, что нам нужны альтернативные решения для дальнейшего существования. Он просто слеп или эгоистичен больше моего. Профессор как динозавр научного мира со своими принципами.

– Как бы ни было, с этим динозавром вам нужно помириться. И советую начать обдумывать план действий уже сейчас.

Глава 15

Покинув кабинет, профессор направился в лабораторию. Он хотел погрузиться в рабочий процесс. Но, как ни старался, в голове все повторялась фраза «Напрямую, конечно же, нет, а вот косвенно – да». Он пытался убедить себя, что его просто хотели зацепить.

Но что было бы, будь кристалл мощнее. Многое и впрямь ушло бы в историю. Но в таком случае ему придется согласиться, что нынешние смерти на его руках. С такими мыслями он зашел в лабораторию. От раздумий профессора отвлекло то, что в там все были заняты работой. Леонид смог организовать рабочий процесс. Сам же он сидел на мостике за столом.

– Леонид, о чем задумались? – подходя к столу, спросил профессор.

– О, наконец-то! Я решил, что вы уже не вернетесь. Знаете, хотел вам позвонить, но телефон-то один. Я решил, что второй нам не помешает, и пока вас ждал, заполнил бланк. А то сиди здесь, нервничай.

– Что вы уже натворили?

– Я? Ничего. Это все он, – указывая на кристалл, оправдывался Леонид.

– Он?

– Ну да. Не успели вы отойти, как мне позвонили и сказали, что кристалл шалит. Я сюда, а здесь… В общем, это нужно было видеть, на слово вы мне не поверите. Да я и сам бы не поверил. Охране и ребятам сказал, что это у него бывает. Но по факту такого не было еще ни разу. Идемте в охранный пульт, сами все увидите. Но не забудьте, что они считают это нормой.

Профессор последовал за Леонидом на проходную.

– Привет. А ну покажи, как тут без нас наш подопечный развлекался, – скомандовал Леонид.

– Сейчас. Вы-то сразу скажите, что норма, а что нет. А то еще вся ночь впереди, – обеспокоено попросил охранник.

– Да, хорошо. Ну что там? Готово? – торопил Леонид.

– Вот, пожалуйста.

Он повернул монитор. Охранник включил запись с того времени, когда все уходили на обед. Затем Леонид ткнул пальцем в монитор.

– Вот, видите – аккумулятор уже на максимуме был. Можешь промотать немного?

Охранник кивнул. Видео ускорилось, и через двадцать минут от кристалла до купола начали отходить небольшие разряды. И с каждой минутой их становилось все больше, затем появился Леонид.

– Все, можешь выключать. Дальше я сам расскажу. Идемте, профессор.

За все время Михаил Аркадьевич не проронил ни звука. Профессор не мог поверить в происходящее. Они поднялись на мостик, и тогда ученый нарушил молчание.

– Вы замеряли?

– Да, и вы не поверите: одна.

– Что, одна?

– Одна тысяча ватт. Это же в пять раз больше обычного, – Леонид перешел на шепот.

– Говорите нормально. Мы все равно не сможем скрыть от них данные. И это меня не так заботит, как причина его нестабильности. Они предлагали помощь. Ну, что ж, пусть помогают.

– Вы о ком?

– Астрономы. Пошли вниз к ребятам.

Они спустились и подошли к столам.

– Минуточку внимания. Итак, кто чем занят? – спросил профессор.

– Сравниваю показатели и время, свожу таблицу, – отозвался Максим.

– Заполняю бланки, – сказала Виктория.

– Мы с Антоном подключаем приборы к моему компьютеру, а потом я сяду писать программу, – сообщил Захар.

– Хорошо. Значит так: Антон, вы сейчас займитесь проводами. А чтобы дело шло быстрее, вызову одного из электриков, которые здесь все подключали. Захар, вы уже сейчас садитесь за написание. Виктория, найдите последний журнал и составьте колонки с Леонидом тех приборов, которые имеются. Потом Леонид будет вам диктовать показания, а вы записывать. Максим, вы пойдете со мной. Если вопросов нет, тогда прошу к работе. Максим, идемте.

Профессор направился к выходу с Максимом. Когда они ушли, Антон не сдержал своего удивления:

– Ого. Он же говорил, что заниматься нами не хочет. Что поменялось?

– Показатели поменялись, – ответил Леонид.

– Как поменялись?

– Скажем, в пять раз, и да, разряды, это ненормально. Я не мог вам сказать, не обсудив это с профессором. Когда пришел, то наш друг выдавал одну тысячу ватт, вместо двухсот.

– Да ладно! А сейчас сколько? – удивлялся Антон.

– Вот мы и посмотрим. Ладно, хватит болтать! Профессора слышали? Давайте работать.

– Да, только он мне никого так и не вызвал.

– Ах да. Сейчас. Телефон-то у меня так и остался. Виктория, пойдемте на мостик, – пока они поднимались, Леонид составлял порядок работы. – Сейчас я дам вам ваттметр, вы его подсоедините, пока я буду звонить. Заодно найду журнал.

Они поднялись на мостик. Леонид вручил Виктории аппарат, а сам достал телефон и, нажимая цифру «один», подошел к стеллажу.

– Здравствуйте, Александр. Это Леонид из лаборатории альтернативной энергии. Нам нужен электрик или настройщик аппаратуры.

– Здравствуйте. А по какому поводу? Захар вас не устраивает?

– Да нет, Захар занят очень. И профессор строго-настрого запретил его трогать. Сказал, что я могу вызвать помощь. Нам-то всего на час-другой.

– А что с аппаратурой не так, ее же уже настроили? – недоумевал Александр.

– Да. Нам теперь нужно кое-что переделать. Так что, если не хотите покупать новые, пришлите кого-нибудь.