ГЛАВА 1

Угасающие лучи солнца уже с трудом озаряли каменные стены тронного зала. Я стояла и с сожалением смотрела в огромное окно, разделённое фигурным переплётом. И ничто не могло заставить меня отвести взгляда от причудливой игры света, даже невыносимая боль от цепей. Но иногда моё внимание всё же переключалось на большую ритуальную чашу, до краёв наполненную тёмным вином. Но и она привлекала меня только тем, что в ней отражались отблески кровавого заката.

Он полыхал уже в полную силу, а значит, я проторчала здесь почти полдня! Но я совсем не против такой задержки… О Боги, неужели это последний заход солнца в моей жизни?!

Закат в Сотрионии. Какая завораживающая красота! Надо же… я в нескольких минутах от обряда, который вряд ли переживу, а мои глаза никак не могут оторваться от этого великолепного зрелища. Пускай этот мир жесток, но он безумно красив.

– Ведьма, жить хочешь? – раздался вдруг за моей спиной хриплый мужской голос.

«Идиот, а чего ещё может желать молодая здоровая женщина на пороге смерти?» – подумала я и лишь сильнее стиснула зубы.

В этот самый момент свод старинного замка осветили факелы, и в тронный зал, где происходило всё это бесстыдство, внесли главного зрителя – Главу клана ликанов Ройсека. Его грузное, расплывшееся в кресле тело с огромным трудом подняли на специальное возвышение несколько оборотней.

Фу! Мерзость какая! Я слышала о нём, но увидеть его мне «посчастливилось» только сейчас. Никогда бы не подумала, что оборотень может так разъесться. Он что, вообще не двигается и никогда не слазает со своего трона? И его всегда таскают на себе слуги? Но этот клан славился своей особой мужской привлекательностью. Честно говоря, я ещё ни разу не встречала несимпатичных ликантропов, а жирных как этот и подавно.

Неужели он тоже примет участие в обряде?! Хотя, это вряд ли… с его-то пузом. Буду надеяться, что мною займутся такие же привлекательные ликаны, которых я привыкла видеть в городах Сотрионии. Умереть так с удовольствием! Ну, или почти так, потому что вряд ли мне понравится последняя стадия этого обряда.

Но от таких мужчин я бы и сама не отказалась. Вот только я готова встретиться с ними при других обстоятельствах, а не в качестве жертвы для их Богини. Я бы согласилась на парочку, или даже на троих ликантропов… Но вот в чём беда – меня никто не спрашивал, чего я хочу. Меня просто схватили и притащили сюда. Искупали в нефритовой ванне, словно особу королевской крови, после чего долго втирали мне в тело дорогие благовония.

И теперь я стою здесь, прикованная к столбу, который подозрительно похож на гигантский фаллос, и жду своей участи…

– Если будешь послушной девочкой, то я вытащу тебя отсюда, – раздался уже знакомый мне низкий голос.

Я постаралась оглянуться назад, но обмотанная вокруг шеи цепь не позволила мне этого сделать.

– Кто ты? – процедила я сквозь зубы.

– Молчи, а то нас засекут. А я не хочу стать дополнительным подарком для собакоголовой Богини, – произнёс мой тайный благодетель. И я сразу же ощутила, как цепь, которая ещё секунду назад больно впивалась мне в тело, значительно ослабла. – Когда начнётся заварушка, просто сбрось эту железку с себя и всё. Но пока стой и не шевелись, а то она упадёт с тебя раньше времени.

Мне не нужно повторять дважды. Я сразу же поняла что к чему, поэтому замерла, едва дыша, и приготовилась не умирать. Но не успела я в полной мере осознать свалившуюся на меня удачу, как началось представление. Или обряд Волчьей Силы, как называли его ликаны. Ведь едва сюда внесли трон с жирным Главой клана, как зал наполнился полуобнажёнными мужчинами.

Интересно, сумела бы я по достоинству оценить это зрелище, не появись у меня надежда выжить? Вряд ли. Поэтому мои глаза с жадностью уставились на великолепно сложённых ликанов, а они, похоже, задумали меня порадовать своим зажигательным танцем. Вернее, не меня, а свою Богиню, но это уже не важно.

Все красавцы, один к одному. Высокие, широкоплечие, с обильной растительностью на теле, как и положено оборотням. Мне это даже нравилось. В них ощущалась звериная сила, необузданная мощь, причём во всех смыслах… Любовниками они были и на самом деле выдающимися, я знала это не понаслышке.

Неожиданно несколько донжуанов, как назвали бы их в Старом Свете, отделились от толпы. В страстном танце, о смысле которого нетрудно было догадаться, они начали приближаться ко мне. В конце концов они выстроились прямо передо мной и сбросили с себя свои набедренные повязки.

То, что я увидела, не стало для меня полной неожиданностью. Я и до этого момента прекрасно рассмотрела под этими тряпками их великолепную эрекцию. М-да… настоящие самцы, ничего не скажешь. Их Богиня наверняка осталась бы ими довольна. Чего нельзя сказать обо мне…

А в это время их танец становился всё откровеннее и откровеннее. Ещё немного и они начнут тереться об меня своими членами! Главное, чтобы дело не зашло ещё дальше, ведь тогда меня уже ничто не спасёт.

Не успела я об этом подумать, как началось главное зрелище этого балагана, а все, что происходило до этого, было лишь вступлением к нему. И меня это неслыханно обрадовало, так как мои горячие поклонники с вздыбленными достоинствами тут же отошли на второй план, а их место заняли участники поскромнее. Во всяком случае, они ещё не распалились, как их предшественники. Поэтому я тут же расслабилась и стала с любопытством наблюдать за их ловкими трюками.

Всё-таки любят ликаны напустить атмосферу раннего средневековья. Их мёдом не корми, дай только поиграть в диких людей. И это притом, что их клан считался одним из продвинутых в Сотрионии. Они давно уже применяли в своих домах газовое освещение, в отличие от других кланов. Но в некоторых случаях, например, как этот, ликаны предпочитали пользоваться примитивными факелами и прочими штучками из прошлого.

Вскоре я даже засмотрелась на чувственные танцы этих оборотней. В конце концов, я же ведьма. Не знаю, как их Богине, а мне очень понравились скачущие с огнём полуобнажённые красивые мужчины. Прямо-таки завораживающее зрелище…

Запах газа я почувствовала сразу. Но не успела я как следует испугаться, как началось то, о чём меня предупреждал мой загадочный доброжелатель. Все резко забегали и, похоже, ликаны враз обо мне забыли. Ещё бы! Все бросились спасать свои шкуры. И даже толстого Ройсека как ветром сдуло со своего трона.

– Долго ты собираешься здесь торчать?! – прорычал мне кто-то на ухо. – Сейчас рванёт! Бежим отсюда!

Не дожидаясь моей реакции, незнакомец буквально сдёрнул меня со столба. В результате чего я слетела с этого уродливого фаллического символа как пушинка. Правда, при этом я сильно ударилась коленом о каменный пол, но это не беда. Когда ты только что избежала смерти, на такие мелочи не обращаешь внимания.

Высокий незнакомец протянул мне руку, и я схватилась за неё, не раздумывая. Мы побежали с ним так быстро, что у меня ветер зашумел в ушах. И едва я со своим спасителем ворвалась в какой-то узкий коридор, как за нашими спинами раздался мощный взрыв. Рвануло так, что стены этого величественного старинного замка задрожали как при сильном землетрясении. Отчего с потолка сразу же посыпалась многовековая пыль и небольшие камни.

– Похоже, ты начисто разнёс их тронный зал. Бедный Ройсек… – ухмыльнулась я, с жадностью хватая ртом воздух. – Где мы? Откуда ты узнал об этом проходе?

– Тебе этого лучше не знать. И хватит болтать, побереги силы. Ведь мы ещё не выбрались из замка…

ГЛАВА 2

В Хокриостене образованные женщины не ценились, они считались там чем-то вроде проклятия. Ибо умная жена для любого мужа – сплошное наказание. Ведь гораздо приятнее иметь дело с безграмотной и забитой особой, которая не умеет ничего, кроме как выполнять домашнюю работу и раздвигать ноги. Только для мужа, конечно.

Я же, в отличие от здешних девушек, имела прекрасное образование. Я родом из Флиоса, а там к женщинам всегда относились уважительно, не как к домашнему скоту. К тому же отец всегда ко мне благоволил и выделял меня из числа своих детей. Но так было только до того момента, пока мне не исполнилось шестнадцать. И в одно НЕ прекрасное для меня утро, как раз в день моего совершеннолетия, мои глаза поменяли свой цвет. Из иссиня-чёрных они стали вдруг лазурными…

Не знаю, с кем изменила матушка моему отцу (вернее, для меня уже чужому дяде), но это явно был не ведьмак. Поэтому, я до сих пор терялась в догадках: кто я, к какому клану принадлежу? И как они относятся к таким как я: к тем, у кого в жилах течёт смешанная кровь?

В отличие от меня мой отец не особо задавался этим вопросом, он просто выгнал меня из дома и всё. Но я не виню его за это, закон есть закон. Грязнокровкам не место среди ведьмаков. А вот своей матери я бы посмотрела в глаза. О чём она только думала, когда ложилась под чужака? А когда поняла, что залетела? Задумывалась ли она о том, что обрекает своего ребёнка на судьбу вечного изгоя? Если уж у неё так зачесалось в одном месте, могла бы подыскать себе кого-то из своих. Но нет же, ей захотелось экзотики!

В общем, у меня были серьёзные претензии к своей матери. Вот только высказать их я уже не могла. Моя матушка отправилась к Богам ещё тогда, когда я под стол пешком ходила. Поэтому дети в моей семье росли как полевые цветы: кто посильнее и понаглее, тому и доставался весь солнечный свет. А если ты ни на что не годен – чахни в тени своих сильных собратьев.

Но я никогда не отличалась кротостью и послушанием, как мои сёстры. Поэтому всегда предпочитала компанию братьев. И, между прочим, среди них я пользовалась заслуженным авторитетом. Ведь никто не мог так ловко воровать на базаре вкусные фрокусы как я! Вернее, никто на это не осмеливался. Ведь ими торговали исключительно дракайны, так как эти изумительно вкусные плоды росли только на их землях.

Но с этими наполовину людьми, наполовину драконами опасно иметь дело. Особенно, когда ты человеческое отродье (так они называли всех, кто выглядели как люди), к тому же ещё слабый детёныш. Поэтому я умудрялась таскать скользкие фрокусы прямо у них под носом, так как дракайны не обращали на меня никакого внимания. Им и в голову не могло прийти, что какая-то девчонка способна на такое. Этим я и пользовалась, дурила этих чешуйчатых верзил, строя им при этом невинные глазки.

Это потом, спустя годы я уже не осмеливалась подойти к ним на близкое расстояние. Предпочитала обходить их стороной. Виной тому был мой женский запах, его дракайны чуяли за версту. И даже тогда они провожали меня голодными взглядами, заставляя меня невольно содрогаться от ужаса. Ведь я прекрасно знала, какая участь меня ожидала, попадись я им в их чешуйчатые руки.

И почему эти уроды так любили человеческих женщин? Им что, не хватало собственных зеленолицых и перепончатых красавиц? Но, похоже, всем мужчинам, независимо от их вида и клана, в постели хотелось чего-то особенного. И многим из них было плевать, что после соития с ним девушка могла остаться калекой. Главное – чтобы ему стало хорошо, а всё остальное мелочи жизни…

Я в ужасе проснулась. Открыла глаза и сразу же напоролась на чёрный, как сама бездна, взгляд своего спасителя.

– У тебя крепкие нервы. Отрубилась сразу же, едва присела на землю. Другая бы на твоём месте несколько ночей не смогла бы заснуть.

– Но я же не другая. Я побывала в таких переделках, что тебе и не снилось. И спать мне приходилось даже стоя в воде.

– Верю, – усмехнулся незнакомец. – Ты будешь покрепче многих моих соплеменников, но всё равно ты женщина. И этим всё сказано… Во сне ты стонала так, что мне пришлось тебя разбудить. Кошмары снились?

– Ага… моё детство.

Незнакомец вскинул на меня голову, и даже в свете костра я заметила вспыхнувшее в его глазах любопытство.

– А я-то удивлялся, почему ты не проронила там ни слезинки. Видимо, тебе и на самом деле досталось в жизни, – проронил незнакомец и начал вытаскивать из углей жареные плоды дикого батата. Я же промолчала, так как не привыкла изливать душу, тем более, непонятно кому.

Тем временем мой загадочный спаситель разломил клубень и протянул его мне со словами:

– Или же ты просто не знакома с обычаями ликанов и думала, что тебя ожидает лёгкая смерть. Хотя, даже в этом случае любая девушка на твоём месте стала бы умолять о пощаде и проливать горючие слёзы.

– Ты об обряде Волчьей Силы? – пробубнила я с набитым ртом. – Да знала я всё… Меня ликаны залюбили бы до смерти, вот и весь обряд. Так они ублажают свою Богиню. Уроды… это я в переносном смысле, на самом деле они очень даже ничего. Не считая их Главы клана, конечно.

Краем глаза я следила за своим спутником. Не привыкла я доверять и принимать пищу из рук чужаков. Но сейчас у меня не было другого выхода. Ведь мне нужно как следует подкрепиться и отдохнуть. В противном случае я стану для него лёгкой добычей… В благородство и сострадание незнакомца я не верила, даже несмотря на то, что он меня спас. Похоже, этот тип имел на меня виды, и для чего-то я ему сильно понадобилась. К тому же, кое-что в его облике меня настораживало.

Странно. Какая-то нестыковочка получается: лицо небритое, даже с небольшой бородкой, а ведёт он себя далеко не как простолюдин. Но в Сотрионии только мужчины знатного рода могли бриться, все остальные носили бороды или же многодневную щетину. Гладко выбритые щёки у чёрного народа, как называли здесь простолюдинов – серьёзный проступок. И вряд ли кто в здравом уме посмел бы нарушить это правило.

Кроме того у него холёные руки, не знавшие физического труда. Ухоженные ногти, на пальцах следы от колец… Никаких сомнений, что он кто-то из знати. Но зачем тогда он строит из себя бродягу? К тому же, его бородка говорит о том, что он готовился к встрече со мной заранее. Ох, не нравится мне это…

Но во всём этом был один большой плюс – мой спутник оказался весьма привлекательным мужчиной. Поэтому я постоянно ловила себя на том, что невольно на него засматриваюсь.

Высокий и широкоплечий как оборотень, хотя, всё остальное говорило о том, что передо мною обыкновенный человек. А тёмно-русые волосы, да к тому же ещё короткие, отметали предположение, что он колдун или ведьмак. Хотя, чёрные как ночь глаза очень напоминали мне колдовские. Да и его взгляд с какой-то шальной бесинкой наводил на мысль о колдовской крови. Может, он такой же, как и я, грязнокровка? Но это вряд ли. В Сотрионии смешение кровей – такое же редкое явление, как и милость Богов. И дело вовсе не в том, что все опасались заниматься сексом с кем-то из другого клана. Просто от такой любви, как правило, не рождались дети. Поэтому вряд ли в этом мире могли встретиться двое нечистых. Такая вероятность попросту сводилась к нулю…

Медленно наматывая на указательный палец свой чёрный как сажа локон, я думала о незнакомце. Я всегда так делала, когда обмозговывала что-то.

– Думаешь, в темноте этого не видно? – прервал мои мысли незнакомец.

– О чём ты?

– О том, что ты с меня глаз не сводишь. Настолько понравился? Хотя, о чём я? Ведь ты же ведьма…

– Далеко не все ведьмы шлюхи!

– Но зато все шлюхи, как правило, ведьмы, – огрызнулся он. Но почти сразу же на его лице промелькнула тень сожаления. Мужчина как-то затравленно мне улыбнулся и закончил: – Нам не мешало бы познакомиться. А-то как-то не по-человечески получается…

– А зачем? Лично я не собираюсь заводить с тобой дружбу. Это, во-первых, а во-вторых, по-человечески всё равно не получится. Ты же знаешь, кого спасал…

– Во-первых… – начал незнакомец с сарказмом, явно передразнивая меня. – Судя по цвету твоих глаз, ты ведьма только на половину. А во-вторых, я тебя спас от смерти, не забывай это.

– Ладно. Перейдём к главному: зачем я тебе понадобилась? Ведь ты же не просто так рисковал своей шкурой, чтобы вытащить меня оттуда.

Я отхлебнула из специального кожаного мешка родниковой воды. Её незнакомец набрал неподалёку от нашего привала, после чего любезно предложил мне из него напиться. Вот ещё одно доказательство того, что он далеко не простолюдин.

Такую вещицу мог позволить себе только богатый человек. Ведь при изготовлении таких мешочков использовали шкуру очень редкой в Сотрионии гидры. Одна такая зверюга стоила целого состояния!

– Да, ты права. Как правило, я не занимаюсь спасением ведьм, – начал издалека незнакомец. – Кстати, я Габриэл. А тебя как зовут?

Я чуть не подавилась ботатом. И всё потому, что его простой вопрос вызвал у меня недоумение.

Абсолютно никого и никогда не интересовало моё имя. Все называли меня ведьмой или же охотницей за головами. Даже в порыве страсти с губ моих любовников слетали ничего незначащие слова, типа «малышка» или же «сладкая девочка». Многие даже в постели называли меня ведьмой. Зато коротко и ясно. Тем более что в любви я и на самом деле была такой: горячей, ненасытной, с шаловливыми ручками и умелыми губками. В общем, настоящая ведьма.

Поэтому сначала я даже растерялась, после чего прокрутила в голове своё непривычное для меня имя и неохотно ответила:

– Афелина.

– Прекрасное имя, и оно тебе очень подходит.

– Не заговаривая мне зубы, так зачем я тебе понадобилась?

– Неужели ещё не догадалась?

– Допустим, догадалась. Но я же не единственный в Сотрионии охотник за головами. Стоило так рисковать и лезть из-за меня к ликанам!

– Стоило, потому что ты лучшая в своём деле. Ты себя явно недооцениваешь…

– Не волнуйся. Когда речь зайдёт об оплате, ты поменяешь своё мнение, – заметила я и откинулась на ствол дерева.

Наконец-то я наелась. Вернее, почти наелась. Но мне вообще не следовало сейчас много есть, так как с набитым брюхом тяжело бегать. Я же не какая-нибудь белошвейка, мне расслабляться нельзя…

– Это не имеет значения, я заплачу столько, сколько ты попросишь, – заверил меня мой наниматель.

– Да? – с сомнением протянула я, демонстративно окидывая его насмешливым взглядом. – Только деньги вперёд.

ГЛАВА 3

Я испытующе посмотрела на странного Габриэла. Интересно, пойдёт он на это или нет? Любой на его месте не согласился бы на такие условия. В лучшем случае, охотники за головами брали заранее треть от всей суммы…

– Без проблем, но как только доберёмся до моего тайника. А пока, в качестве гарантии моих слов, могу предложить тебе это.

Габриэл нагнулся и завернул край одной штанины. Затем он выудил из потайного кармана какую-то маленькую вещицу и протянул её мне. И каково было моё удивление, когда я ощутила на ладони приятную тяжесть большого транаилса, или сапфира, как его называли в Старом Свете.

– Ого! Я сразу поняла, что ты из богатых. Один этот камень с лихвой покроет все расходы и оплату моих трудов. Отлично! В таком случае, можно узнать своё задание?

Я тут же спрятала камень в потайной карман в лифчике, про себя усмехаясь.

Я тоже знаю, как хранить подобные вещи. Но у мальчиков и девочек разные потайные местечки. Но не имей я пышной груди, то вряд ли осмелилась засунуть туда такой крупный камень. Но надёжнее места для хранения драгоценностей и придумать себе нельзя.

Проследив за моими манипуляциями, мой наниматель улыбнулся:

– Если хочешь что-то спрятать, положи это у всех под носом? Похоже, у тебя там целый склад…

– Ничего подобного. На данный момент там хранится только твой камень, а всё остальное – подарок Богов, – ответила я, демонстративно поправляя свою шикарную грудь.

Но я ему слегка слукавила: у меня там хранился ещё мини клинок, верёвка и малюсенькая склянка с ядом. Кроме того сам лифчик имел специальную подкладку, которая приподымала мою грудь и делала её более соблазнительной… Но этого Габриэлю знать не следовало.

– Ладно, перейдём к делу, – произнёс мой наниматель, и его лицо сразу же стало серьёзным. – Ты должна спасти мою дочь. Она попала в плен к одному очень мерзкому типу. И только Богам известно, что он сейчас с ней делает…

– Вообще-то, я специализируюсь на отлове подобных гадов, – заметила я, сделав акцент на слове «отлов». – И чаще всего от меня требуется принести только его голову. А кого-то спасать – это не моё. Но в благодарность за своё избавление от смерти я займусь твоим делом. Но… давай по существу. Где её держат? Кто охраняет? Как долго она находится в плену, и требовали за неё выкуп?

– Про голову мне понравилось. Но, к сожалению, убить его невозможно… К тому же, он слишком влиятелен. А я не хочу потом всю жизнь опасаться за безопасность своей дочери, так как его соплеменники не оставят её в покое. Думаю, тебе это тоже не нужно.

– То, что мне нужно, я буду решать сама. А насчёт того, что его нельзя убить… Прикончить можно всё, что шевелится, было бы умение и желание.

– Этого точно нельзя убить, я уже пробовал… – Габриэл сделал приличную паузу, и тем самым вывел меня из себя. Он что, совсем идиот? Ведь в таких случаях счёт идёт на секунды! Неужели он сам этого не понимает? Но не успела я открыть рта, как он продолжил: – Четыре дня назад я подослал к нему своего человека. Надёжного, опытного и верного мне воина. Я даже не сомневаюсь, что он в точности выполнил мой приказ: всадил кол прямо вампиру в сердце… На следующее утро около замка этого кровососа нашли моего мёртвого слугу с окровавленным колом в руках, а хозяин этих владений и по сей день находится в полном здравии.

Едва я услышала о вампире, которого нельзя убить, как у меня резко испортилось настроение. Я готова была уже отказаться от этого задания и вернуть Габриэлу его камень… Но что-то меня остановило.

– Если это то, о чём я думаю…Ты же в курсе, что посылаешь меня на верную смерть? – недовольно пробурчала я.

– Но ты же самая лучшая! Неужели ничего нельзя сделать?!

– Схлестнуться с Вечным?! Ты смеёшься? Да я вообще не знала, что они существуют на самом деле! Ведь о них заговорили не так давно, поэтому я решила, что подобные слухи распускают сами же вампиры. Эти твари любят, чтобы их все боялись. Но если всё это правда… А где гарантия, что твоего человека не пришил кто-нибудь другой?

– Это исключено. Фозгэнен был отличным воином. Он прошёл войну с мормоликами и на его счету несколько эмпус, которых он придушил собственными руками. Так что с обыкновенным вампиром он бы справился в два счёта.

Мормолики, эмпусы… последних тварей я особенно ненавидела. Честно говоря, я недолюбливала всех демонов, но эти мрази женского пола заслуживали полного уничтожения. Эмпуса – женщина-демон, да к тому же ещё вампир, которая лакомилась исключительно детьми. Она воровала их по ночам прямо из люлек, после чего высасывала из них всю кровь.

Однажды меня наняли убить такую тварь. Та эмпуса утащила малыша одного горожанина. А так как у его папаши водились деньги, то я сразу же приступила к поискам… Её голову я принесла через несколько дней, которые показались мне нереально длинными. И всё потому, что выследить эту эмпусу оказалось не так-то просто.

Как выяснилось, эта тварь могла превращаться даже в животных! И не будь я ведьмой, то вряд ли мне удалось её выследить. В конце концов я её поймала и раздавила как мерзкого слизняка. Но я чуть не описалась от страха, когда эта тварь перевоплотилась (они все так делали, когда подыхали). И после того как её сердце перестало биться, она приняла свой настоящий облик – мерзкой волосатой бабы с козлиными ногами.

Мормолики тоже неприятные твари. Но те хотя бы изначально были наказаны Богами с момента своего рождения, так как эти существа не знали наслаждений любви. Им это просто не дано, отсюда их озлобленность и жажда убивать красивых людей. Поэтому они выслеживали именно внешне привлекательных. После чего мормолики превращались в особь противоположного пола и соблазняли своих жертв. А дальше они занимались с ними страстным безудержным сексом… Но, чем больше они предавались любовным утехам, тем сильнее росла их неудовлетворённость… В общем, заканчивалось всё очень печально, и вскоре находили обескровленный труп какого-нибудь красавца или красавицы.

Поэтому я знаю не понаслышке, каково это прикончить подобную тварь. Так что если тот слуга и на самом деле умел управляться с такими опасными существами, то вряд ли он стал жертвой обыкновенного вампира. И, скорее всего, здесь не обошлось без тех, кого и на самом деле невозможно убить. А вдруг, всё-таки это возможно?..

Что, вообще, мне известно о Вечных? Честно говоря, ничего. Единственное, что о них все знают, так это то, что появились они не так давно. Откуда – неизвестно. Обладают ли они ещё какими-нибудь способностями, кроме вампирских – тоже неизвестно. Но срази меня вонючий драйкан, если я не узнаю о них всё! В конце концов, мне это необходимо для работы.

– Афелина, ты хоть что-то услышала из того, что я тебе рассказал? – донеслось до меня откуда-то издалека.

Я тут же вздрогнула. Но неожиданность здесь была совсем не причём, меня напугало собственное имя.

– Конечно, услышала! Просто я не привыкла заглядывать в рот собеседника. И ещё одно… мог бы ты не называть меня по имени?

– И как же прикажешь к тебе обращаться?

– Просто ведьма. Договорились?

– Нет, не договорились. Я же тебе ни какой-нибудь неотёсанный бродяга, чтобы подобным образом обращаться к девушке! Только не ведьма…

От досады я чуть не пнула его ногой. Вот ведь попался мне клиент! С другими было значительно проще. Получила все наводки – и до свидания, до финальной встречи. А тут приходится строить из себя его напарницу, и это притом, что я привыкла работать в одиночку.

– Но совсем недавно ты обращался ко мне именно так. Что-то изменилось? – с раздражением поинтесовалась я у него.

– Конечно. Тогда ты была для меня просто ведьмой, одной из многих. А сейчас ты становишься для меня другом.

– О Боги! Про дружбу заговорил! Я сейчас умру от смеха, – заметила я с ещё большим раздражением, так как мне было совсем не смешно. – Во-первых, я не умею дружить, никак. А во-вторых, подобные отношения между мужчиной и женщиной в принципе невозможны. Ведь ты мне тут заливаешь про дружбу, а у самого одна только мысль – как бы залезть мне под юбку. То есть, в штаны, так как с моей профессией в женской одежде особо не походишь.

– Перестань! Не старайся казаться хуже, чем ты есть на самом деле. Но если тебе настолько ненавистно собственное имя, то я стану называть тебя… Лазурью. По цвету твоих глаз.

Я аж поморщилась. Ведь от его слов так и повеяло чем-то странным, запредельным для моего понимания.

Это что ещё за нежности?! Но всё же это лучше, чем Афелина…

– Ладно. Я, конечно, не в восторге, но пойдёт. Надеюсь, освобождение твоей дочки не займёт много времени. И больше я никогда уже не услышу это идиотское прозвище.

ГЛАВА 4

Родовой замок Лортогианов.

Оления лежала в огромной графской кровати, и её била безудержная дрожь. Ей было настолько холодно, словно бы на ней лежала не пуховая перина, а покрывало из снега. Её зубы непроизвольно стучали так, что она ничего не слышала вокруг себя. В то время как служанки шептались межу собой: как обычно они распускали про неё грязные сплетни. Вернее, о ней и об Арконе. О том, что она ему не пара…

Оления и представить себе не могла, что разлука с отцом станет для неё настолько тяжелой. Как же ей не хватало его доброго ласкового слова! Она сейчас отдала бы всё на свете за один только миг с ним. Ведь никто не понимал её лучше, чем отец. Никто не жалел её как он. Конечно, был ещё Аркон… Но он не относился к ней как отец, его чувства носили совсем другой характер…

Опять у неё ничего не вышло. В который раз она завалила своё испытание? Кажется, уже в пятый. И если бы не её особое положение, то вампиры давно вышвырнули бы её со своих земель. Ведь таким слабакам как она здесь не место.

Она и сама так думала до недавнего времени. Недоумевала по поводу своего постоянного недомогания, ломая над этим голову. Ведь дома у неё не наблюдалось ничего подобного!

Сначала она списывала всё на непривычную для себя пищу, так как вампирские повара готовили просто отвратительно. Ещё бы! Ведь если бы их готовку ели их хозяева, то они наверняка старались бы лучше. А так… стоило ли перенапрягаться ради каких-то людишек, которые обслуживали вампиров? Нет, конечно. И это притом, что им самим приходилось питаться этими помоями. Хотя… наверняка они урывали себе кусочек послаще, или же готовили для себя отдельно.

Но Оления не привыкла жаловаться, поэтому стойко сносила все невзгоды…

Сегодня она проснулась на заре, очнулась в сильном жаре, который в последние дни не оставлял её ни на минуту. Открыла глаза, и эта мысль буквально взорвала её мозг.

Ну конечно! Как она раньше не догадалась? Ведь женские дни должны были начаться у неё ещё неделю назад… Но… нет. Это невозможно: в Сотрионии ещё никто не зачал от вампира. Никто и никогда, даже с помощью колдовства. И пускай внешне вампиры походили на людей, но по своей сути они оставались живыми мертвецами. Именно поэтому их семя было бесплодным на протяжении всей их вампирской жизни.

Но Аркон отличался от своих собратьев. Причём, сильно. Конечно, он не мог и половины из того, что приписывалось испокон веков вампирам. Например, он не мог подчинять себе людей силой мысли, не мог превращаться в туман или же в летучую мышь… Зато он имел способности к левитации и мог летать уже как опытный ведьмак. Но Аркон почему-то это от всех скрывал (только не от неё). Кроме того он мог очень долго обходиться без крови. И самое главное – Аркон не был бездушным мерзавцем, как большинство его соплеменников.

Неужели она забеременела от вампира? Это объяснило бы её состояние. Ведь рождение полукровок – процесс противоестественный, и поэтому у неё жар. Возможно, таким образом её организм пытался избавиться от ребёнка-вампирёныша…

Но Оления тут же отмела эту мысль, посчитав её бредом. Придёт же такое в голову! Вместо этого ей сейчас нужно думать о своём здоровье, чтобы в скором времени встать на ноги и вновь попытаться пройти испытание. Ведь её никто не будет ждать. Число счастливчиков, прошедших все десять заданий, росло с каждым днём. А если учесть, что их количество ограничено…

Эти испытания вампиры придумали несколько лет назад, и тем самым настроили против себя чуть ли не всю Сотрионию.

Кровососов не любили на протяжении всего сосуществования этого мира. Причём, не только люди. Их ненавидели даже демоны и драйканы, потому как считали их выскочками и вконец обнаглевшими тварями. Кроме того им всегда завидовали. И на то были свои причины.

Примерно половина кладки драйканов отправлялась к Богам в первый же год своего появления на свет. И это несмотря на то, что родители тщательно оберегали свои драконьи яйца. Но кто-то из детёнышей обязательно становился жертвой грифонов или других летающих существ. А кто-то погибал под копытами кентавров, которые постоянно бились с драйканами за плодородную землю. Но даже если меленькому драйканчику удавалось избежать подобной участи, и он благополучно вылуплялся из яйца, то и это не гарантировало ему безопасную жизнь. Ведь ещё оставались его собратья, у которых, как и у него самого имелись острые зубы и когти. За кусок мяса они готовы были порвать любого, даже своего братика или сестрёнку, что они и делали при любом удобном случае…

Вампиры же, в отличие от других существ, не размножались естественным путём. По этой причине они не тратили сил и времени на охрану своего потомства, так как маленьких вампирчиков просто не существовало на свете. Вампиры делали себе подобных очень быстро и без каких-либо сложностей. Именно поэтому их вскоре стало так много, что это привело к дисбалансу между людьми и вампирами.

Это вызвало огромное недовольство во всех кланах без исключения. В результате чего в Кодекс Сотрионии внесли несколько пунктов, касающихся вампиров. И теперь количество новообращённых кровососов не превышало десятка в год…

Аркон Лосхингтон, шестнадцатый граф Лортогиан быстрым шагом вошёл в спальню Олении. Он улыбнулся ей как обычно, одними только губами. Его же глаза при этом остались холодными и ничего не выражающими, как и всегда. Но её это ни сколько не смутило: Оления прекрасно знала, что на самом деле скрывалось за этим взглядом.

– Тебе стало лучше? – спросил он у неё, взяв девушку за руку.

Его пальцы были холодны как камень. Но Олении его ладонь показалось самой тёплой, самой уютной, почти как у её отца.

– Да… кажется.

– Я бы этого не сказал, ты вся горишь.

– Это потому, что ты сам холодный, – улыбнулась Оления.

– Сегодня я пошлю за другим доктором в соседний клан. По всей видимости, вампиры неспособны врачевать, так как сами никогда не болеют.

– Смотри, не скажи так кому-нибудь из своих. Тебя не поймут…

– Знаю, – усмехнулся Аркон. – Честно говоря, я уже устал от нашей вампирской сущности. Почему нужно быть обязательно сильнее всех и вся? Я понимаю, что вампирами должны становится самые достойные, но нельзя же доводить всё до абсурда! Зачем столько шума вокруг этих испытаний? Я считаю, всё это можно сделать гораздо проще.

– Но так будет не интересно…

– И в чём заключается этот интерес? – Оления ещё никогда не видела своего возлюбленного таким раздражённым. Но не успела она сказать ему что-нибудь ласковое, как он продолжил: – Из-за этих дурацких правил ты должна доказывать, что достойна меня! Хотя, я вообще против того, чтобы ты становилась одной из нас…

– Даже не начинай. Мы это с тобой уже обсуждали. Я стану вампиром несмотря ни на что…

– По-моему, всё это неправильно. У людей должны быть свои ценности, а мы им навязываем вампирские идеалы… Поэтому ваша молодёжь больше стремится стать нами, чем воинами или же великими магами… Против нас опять настроены почти все кланы. Но Совет Вампиров словно бы только того и добивается! Идиоты!

– Аркон, давай не будем касаться дел Совета.

– Я бы с удовольствием, но зато они касаются нас. Ты болеешь, а до конца испытаний осталось совсем немного. И если ты не пройдёшь эти состязания, нам придётся ждать следующих…

– Я знаю, дорогой. Но это всего лишь простуда, и я скоро поправлюсь. Кроме того… – Оления замялась, испытывая неловкость. Но ей очень не хотелось выглядеть в его глазах немощной слабачкой, поэтому она ему соврала, хотя прежде этого не делала: – Кроме того у меня начались женские дни, поэтому я слаба сейчас как никогда. Ведь я ещё не вампирша, и мне приходится мириться со всеми «прелестями» человеческой жизни.

Граф испытующе посмотрел на Олению.

– Любовь моя, зачем ты мне так очаровательно лжёшь? Или ты забыла кто я?

Оления тут же ощутила невыносимый жар в щеках. И простуда здесь была совсем не причём.

– Не забыла. Но причём здесь это?

– А тебя никогда не интересовало, почему я даже не помышляю о близости в определённые дни? И они как раз совпадают с твоими женскими циклами?

– Хочешь сказать, ты знаешь… что мне тогда нельзя и я тебе всё равно откажу? Но как?!

– Милая моя, я кровь чую за сотни туазов. По этой же причине я уверен: ты меня сейчас обманываешь.

Оления грустно улыбнулась и протянула к нему руки. Граф тотчас прижал её стройное тело к себе.

– Любимый, иногда я забываю, что ты у меня вампир… Ведь ты не такой как остальные…

– И мне это порой совсем не нравится. Но я не хочу, чтобы обо мне узнали всю правду. Ведь тогда мной начнут пугать людей, делая из меня какого-то монстра. Поэтому, чем меньше вокруг меня слухов, тем лучше для нас обоих. Ведь ты же хочешь когда-нибудь воссоединиться с отцом?

– Конечно. Но вряд ли он меня когда простит…

ГЛАВА 5

Лес около Верумуна.

– Значит, от меня требуется освободить твою дочурку и доставить её к тебе в целости и сохранности. Но, предупреждаю сразу, это как получится…

– Что ты хочешь этим сказать? – пробормотал Габриэл, занимаясь костром и с возмущением посматривая на меня.

– Это я к тому, что её похитили уже несколько недель назад. Поэтому, скорее всего, она далеко уже не в целости и сохранности… К тому же, как она узнает, что меня послал ты? Она сейчас очень напугана, и вряд ли доверится первой встречной ведьме.

Габриэл тут же запустил руку в карман, вытащил из него какую-то тряпку и протянул её мне:

– Отдай ей вот это. Этот шарф связала мать Олении, когда ещё носила её в себе. К сожалению, она умерла при родах…

– Я, конечно, тебе сочувствую, но сейчас не время предаваться воспоминаниям. Думаешь, когда твоя дочь увидит эту тряпку, то сразу же проникнется ко мне доверием?

Я повертела в руках шарф, удивляясь сентиментальности некоторых людей.

– Думаю, что да.

– Тогда у твоей дочурки маловато мозгов. Как она ещё дожила до своего совершеннолетия?

– Прекрати. С головой у неё всё в порядке. К тому же, далеко не все девушки такие же хладнокровные и бессердечные как ты. А я воспитывал свою дочь доброй и отзывчивой.

– Вот и довоспитывался… В Сотрионии железные яйца нужно иметь всем без исключения, иначе тебя разжуют и выплюнут. А насчёт моей бессердечности… Да, ты прав, я такая. И горжусь этим. Моя мать не вязала мне шарфиков. – Я сделала паузу, чтобы разложить всё в голове по полочкам. И выводы, к которым я пришла, меня совсем не обрадовали… – Габриэл, я не сдвинусь с места, пока ты мне не расскажешь всё, что знаешь. Ведь я же не дура, в этом деле слишком много нестыковок. Во-первых, чем ты занимался всё это время, кроме того, что пытался убить вампира? А во-вторых, нафига этому кровососу понадобилась именно твоя дочь? Ему не хватает тех, которые добровольно хотят поделиться своей кровью? И ради неё он притащился аж в Треквекс?

Габриэл бросил на меня глубоко несчастный взгляд и отвернулся. Но почти сразу же он достал из нагрудного кармана аккуратно сложенный лист бумаги и протянул его мне. Я пробежала глазами написанное и чуть не рухнула от потрясения.

Это оказалось письмом Олении, дочери Габриэла, своему отцу. И в нём она признавалась ему в том, что сбегает из дома, чтобы «остаться с любимым навсегда»…

Вот это поворот. Только что моё задание из очень сложного стало просто невыполнимым! Тысяча драйканов! Почему этот красавчик сразу не рассказал мне всю правду? Я бы тогда ни за что на свете не согласилась на такое безумное задание! Хотя, именно поэтому он этого и не сделал…

– Неужели я похожа на идиотку?! – прошипела я в лицо Габриэла.

– Ни капли.

– А на самоубийцу?

– Тоже нет.

– Так почему ты выбрал именно меня?!

– Потому что внешне ты похожа на мою дочь.

Я чуть не задохнулась от возмущения. Ведь он провёл меня как девчонку. Заморочил мне голову с самого начала нашего с ним знакомства!

– Даже так? Я сразу поняла, что здесь что-то нечисто… Назови мне хоть одну причину, из-за которой я не должна послать тебя в зелёный зад драйкана.

– Назову, и даже несколько. Во-первых, я тебе понравился как мужчина. А во-вторых, я дам тебе столько денег, что ты сможешь безбедно прожить до конца дней своих. И тебе не придётся больше гоняться за всякими тварями, – ответил Габриэл и улыбнулся мне так, что моё ведьмовское сердце непривычно затрепетало. – А в третьих, ты не настолько бессердечна, как кажешься.

Честно говоря, я не ожидала от него такого ответа. Довольно самонадеянно, но не безосновательно. Это насчёт первого утверждения, а что касается второго… Даже не сомневаюсь, что он меня не обманывал. Жизненный опыт – лучший учитель, поэтому я прекрасно разбиралась в разных тварях, а в людях и подавно. К тому же ведьму нелегко обмануть (но можно, как только что выяснилось). А насчёт моей бессердечности, которой у меня якобы нет, тут он глубоко заблуждался. Я соглашаюсь на это безумное задание лишь по одной причине – деньги и ещё раз деньги. Ведь столько мне не заработать за всю свою жизнь! Так что мною движет лишь холодный расчёт, а вовсе не жалость к какой-то дурёхе, которая умудрилась влюбиться в кровососа.

– Между прочим, у меня были мужчины и покрасивее тебя… А во-вторых, может, ты поделишься со мной своим планом? Как ты задумал подсунуть тому вампиру меня вместо своей дочери? И как ты, вообще, собрался спасать человека, которого никто не похищал?

– Я знаю свою дочь. Она не глупа, но очень наивна. Этот кровосос, граф Лосхингтон, просто задурил ей голову. Очаровал её красивыми словами о любви!

– Допустим. Но как ты собираешься её возвращать, если она по уши влюблена в этого вампира? Да она не станет меня даже слушать! Вместо этого она сдаст меня своему дружку и всё!

– Нет. Оления добрая девочка, она никогда этого не сделает. Кроме того, я надеюсь, что она давно уже поняла, что представляет собой её возлюбленный. От тебя требуется только показать ей шарф и рассказать о том, что её отец на неё не злится. Что я безумно волнуюсь и жду её возвращения, – в сердцах произнёс Габриэл и отвернулся…

Не знаю почему, но его эмоциональная речь вызывала у меня странное ощущение. Я вдруг почувствовала себя какой-то ущербной, обделённой родительской любовью и не только. Но, хвала Богам, это состояние продлилось у меня не долго, и ко мне вновь вернулась моя прежняя невозмутимость. Но мысленно я отругала себя за опасную в моей профессии чувствительность. Расслабляться нельзя, никогда и ни с кем…

Я хлопнула себя по коленям и подытожила всё услышанное:

– Надеюсь, это сработает, и мне не придётся похищать Олению против её воли. Но меня волнует вот что… А где гарантия, что она ещё человек? Ведь прошло уже столько времени, её могли уже давно обратить.

– Это исключено. Вампиры строго соблюдают все пункты Кодекса, и даже их король Зонгроф Кровавый не осмеливается их нарушать. К тому же ежегодные испытания болванов, которые мечтают стать вампирами, ещё не закончились. Так что у нас есть ещё время.

– Я знаю об этом. Но сейчас ни в чём нельзя быть уверенным. И появление Вечных – вампиров, которых невозможно убить, прямое тому доказательство. Так что особо не надейся на их законопослушность… А сейчас мне нужно подготовиться, стать максимально похожей на твою дочурку. Какой цвет волос мне делать? Или же они у неё такие же черные, как и у меня?

Вместо ответа Габриэл вытащил из своей сумки маленькую шкатулку и протянул её мне:

– Это прядь волос её матери. Отрезал на память, когда её не стало. Оления вся пошла в мать…

Я с любопытством открыла шкатулку.

Золотистый локон, словно бы пропитанный солнечным светом, загадочно заискрился в свете костра. На какое-то мгновенье у меня даже укололо сердце от зависти: такие волосы мечтала бы иметь любая девушка. Но в то же время их красота стала для меня серьёзной помехой.

– И где мы сейчас найдём мочу блондинки? Отправимся за ней во Флиос? Там не проблема найти белокурую девушку, а вот в Верумуне с ними туго… – с возмущением заметила я, возвращая ему шкатулку. И пускай его вины в этом не было (иметь дочь блондинку – это не преступление), но я почему-то завелась. Ведь с этим делом сразу же всё пошло наперекосяк! И даже такая, казалось бы, мелочь вызвала у меня сложности. Хотя, поменять цвет волос для любой ведьмы – проще простого. Для этого нужна лишь моча женщины, у которой такой же цвет волос, какой тебе требуется.

– Что, значит, мы? Я не собираюсь выпрашивать у кого-то его мочу! Как ты себе это представляешь? – в свою очередь возмутился Габриэл. – «Девушка, не могли бы вы пописать для меня в эту склянку?» Так что ли?!

– А если даже и так! Ты хочешь вернуть свою дочь или нет?! – вспылила я, подобно сварливой старухе. – А ты думаешь, мне, ведьме, кто-то даст что-то просто так? У вас, людишек, и снега зимой не выпросишь! Вот только ликаны в первую очередь отняли у меня все деньги, а уже потом они покусились на мою жизнь.

– Так бы сразу и сказала, что загвоздка в деньгах, – пробурчал недовольно мой спутник и полез в свою сумку. И в ту же секунду он дал мне такую большую сумму, за которую мне с радостью пописала бы половина города. Вот только мне нужна была моча именно блондинки…

– Ладно, это я беру на себя, – пробурчала я, приводя себя в порядок. Как-никак мне предстояло отправиться в город.

В Верумуне проживало много богатых семей, и большинство из них были колдовскими. И, несмотря на то, что ведьмаки не очень-то их уважали, я прекрасно с ними ладила. Особенно с колдунами… чаще всего с молодыми и симпатичными… А зачем строить из себя гордую истинную ведьму, если ты сама только наполовину ведьмачка? Поэтому я не зацикливалась на таких мелочах и охотно отвечала им взаимностью.

С некоторыми из них у меня сложились довольно тёплые отношения. Поэтому я тут же перебрала в памяти всех своих знакомых из Верумуна и сразу же остановилась на Дрогаре.

С этим зрелым по возрасту колдуном я встретилась совершенно случайно, а вот расстаться навсегда у нас с Дрогаром так и не получилось. Люди наверняка назвали бы это любовью. Но подобное между нами просто невозможно: таким как мы это не дано. Так что после нескольких бурных расставаний и воссоединений мы с ним решили, что на этом всё, хватит. В конце концов, подобные чувства между колдуном и ведьмой – это нонсенс. Тем более, с моей-то работёнкой! Поэтому как любовники мы с ним расстались. Но иногда, при редких встречах мы позволяли друг другу всё…

В общем, я особо не раздумывала, куда мне пойти за помощью. Ноги сами несли меня к огромному дому на окраине Верумуна, который больше напоминал миниатюрный замок. Туда, где меня всегда ждал мрачный и холодный с виду колдун. Но только с ним я могла расслабиться и душой и телом…

– Ты?! – выдохнул Дрогар, когда я беспардонно ввалилась к нему в спальню.

– Извини, я не знала, что ты не один и… очень занят.

Я соврала. Мне сразу же стало всё понятно, едва я переступила порог его дома: запах секса так и витал в воздухе! Поэтому я решительно отодвинула в сторону онемевшую от страха служанку и прямиком направилась в хозяйскую спальню. Не знаю почему, но во мне вмиг проснулась собственница. И одна только мысль о том, что Дрогар ублажал сейчас какую-то девку, привела меня в бешенство.

ГЛАВА 6

Мой взгляд тут же приклеился к смазливой особе, которая бесстыдно раскинулась под колдуном. Но больше всего меня взбесило то, что своими пышными бёдрами она обхватила Дрогара так, словно он был её мужчина!.. Этого я уже не смогла вынести, поэтому бросилась на неё как кошка.

– Моя королева! – воскликнул Дрогар (так меня называл только он) и попытался встать на защиту этой шлюхи. Но, кажется, он забыл, кто я. Поэтому не успел колдун и глазом моргнуть, как я уже с ней закончила. На это у меня ушло пару секунд. И вот уже эта потаскуха прилипла к потолку спиной, раскинув в стороны руки и ноги. Так что от её сексуальности не осталось и следа, сейчас она выглядела словно раздавленная на стене муха. А судя по её истошным воплям, ощущала она себя так же.

– И я рада тебя видеть, – невозмутимо ответила я Дрогару, буквально пожирая его глазами. Ведь такое красивое тело не могло оставить равнодушной ни одну женщину. А ведьму и подавно.

Я тут же представила себе, как запускаю пальцы в его чёрную поросль на груди… От невыносимого желания у меня даже потемнело в глазах.

– Королева, оставь эту девушку в покое. Забудь про неё, она всего лишь игрушка на один день. Мне не терпится остаться с тобой наедине, – чарующе низким голосом произнёс Дрогар. И мне это предложение настолько понравилось, что я тотчас выполнила его просьбу.

Раздался увесистый удар об пол и раздражающий женский вопль. Я тотчас невинно захлопала ресницами и улыбнулась:

– Для тебя всё что угодно!

– Я же просил тебя просто…

– Ты сказал оставить её в покое, что я и сделала.

– Ладно, забудь, – пробормотал Дрогар и рявкнул барахтающейся на полу девице: – Пошла вон отсюда! И не забудь сказать слугам, чтобы поменяли бельё на постели.

Шлюху как ветром сдуло, а уже через минуту в спальню влетели две перепуганные насмерть служанки. Они встали перед кроватью столбом, не сводя глаз со своего Господина.

– Королева, я должен смыть с себя следы этой женщины. Надеюсь, во время омовения ты ко мне присоединишься.

– С огромным удовольствием. Тем более что мне это необходимо не меньше, чем тебе. Ведь я эту ночь провела в лесу на куче из веток, скрючившись у костра как собака. Да ещё на пару с одним ненормальным…

Одна только мысль о каменной ванне размером с огромную комнату наполняло меня радостным предвкушением. Насколько я помню, вода в ней всегда была кристально чистой, тёплой и благоухающая душистыми травами. После такой ванны кожа становилась нежной и бархатистой словно крылья у бабочки. Кроме того специальные масла, растворённые в воде, удивительно быстро снимали усталость и заряжали тело энергией. Причём настолько, что после неё безумно хотелось секса…

Когда-то я неплохо развлекалась в этой ванне с Дрогаром. Иногда к нам присоединялся молодой колдун, которого Дрогар держал при себе только для оргий… О Боги, как же я это любила! Особенно роскошь и богатство. Вот только они мне, почему-то, не отвечали взаимностью. Но я знала, что рождена для шикарной жизни. Я верила в это и упорно шла к намеченной цели. В то же время мне совсем не хотелось становиться ради этого чьей-нибудь содержанкой. Я мечтала быть сказочно богатой, но оставаясь при этом совершенно независимой. И только так.

Как я и предполагала, близость с Дрогаром была просто божественной. Зачастую мужчины набрасывались на меня как голодные псы на лакомый кусок мяса. Но только не он. И в этот раз колдун превзошёл самого себя, его нежность ко мне не знала границ. Мужской язык ласкал меня так, что даже у ведьмы сносило голову от запредельного удовольствия. Я стонала и кричала, словно безумная рвала ногтями гладкие простыни и ни как не могла им насытиться…

Но колдун удивил меня не только этим. И когда в очередной раз мы кончили с ним под звуки собственных стонов, Дрогар неожиданно прошептал мне на ухо:

– Оставайся.

– Что?! – выдохнула я поражённо. – В смысле, на время?

– Нет. В смысле навсегда.

Я замерла, не веря своим ушам.

И как это понимать? Ведь мы с ним это уже обсуждали! Зачем бередить старые раны?

– Не думаю, что это хорошая мысль. По-моему, мы нашли с тобой компромисс. Лично меня всё устраивает: я сплю с кем хочу, ты тоже от меня не отстаёшь.

– А меня это не устраивает! – прорычал колдун, и злость в его голосе неприятно меня поразила. Но то, что произошло потом…

Неожиданно Дрогар рывком развернул меня к себе спиной. Не успела я опомниться, как колдун навалился на меня сзади, его ладони сжали мои ягодицы, и он вошёл в меня одним мощным ударом. И сделал он это так, чтобы нарочно причинить мне боль. Сильную, обжигающую изнутри, такую, словно тебя посадили на кол.

Но Дрогар всегда спрашивал моего согласия на подобный секс! Так к чему это унижение и боль?..

Впервые он брал меня силой. И впервые Дрогар делал мне невыносимо больно. Причём, душевная мука не шла ни в какое сравнение с физической. Моё тело всё равно заживёт, ему не привыкать. А что делать с душою?! Ведь до этого момента я и не подозревала, что она у меня есть!

Тем временем колдун задвигался во мне с какой-то необъяснимой для меня яростью, словно одержимый. Поэтому меня не хватило надолго, к тому же я не собиралась терпеть подобное с собой обращение. Унижение, возмущение и боль вскипели во мне подобно гремучей смеси и выплеснулись на моего обидчика…

Опомнилась я только после того, как увидела на каменном полу кровь. С ужасом я посмотрела на колдуна.

Рана около его виска, судя по всему, была неглубокой, но выглядела она премерзко.

Неужели это я его так приложила?! Точно, моих рук дело. Ибо зажатая в моей ладони декоративная штуковина, сделанная из полудрагоценного камня, не оставляла мне никакой надежды.

– Извини! Всё вышло случайно! – воскликнула я и отшвырнула от себя эту каменную штуку. Бросилась к колдуну и обхватила его голову руками. Другая на моём месте запаниковала бы, но только не я, только не ведьма. Поэтому я тут же схватила с вешалки полотенце и приложила его к ране…

Через какое время я с опаской убрала руку с мужского лба.

У меня сразу же вырвался вздох облегчения: кровотечение полностью прекратилось.

– Слава Богам! Обошлось, кажется. Даже не пришлось прибегать к колдовству.

– М-да? Я так не думаю… – устало выдохнул Дрогар. – Я хочу, чтобы ты наложила на меня заклятие беспамятства. Хочу забыть всё, что здесь произошло. Иначе я с ума сойду от стыда.

– Какие мы нежные. Перебьёшься! Пусть это станет для тебя уроком: нельзя гадить тем, кому ты дорог. – Я посмотрела пристально на колдуна и… он отвёл взгляд как нашкодивший пёс. Ничего себе! Похоже, он и на самом деле здорово переживает из-за случившегося. Поэтому внутри у меня что-то ёкнуло, и я решила сгладить ситуацию: – Дрогар, если ты думаешь, что сделал мне по-настоящему больно, то не переживай. Я и не через такое проходила, просто я никогда тебе об этом не рассказывала. Однажды я вляпалась так, что даже вспоминать не хочется. В общем, меня тогда поймали двое любвеобильных кентавров. Вот это, я тебе скажу, было по-настоящему неприятно…

– Прекрати! Если ты меня таким образом успокаиваешь… то мне от этого становится только хуже. Ведь то были мерзкие твари, которые лишь наполовину люди! А это с тобой сделал я! – выкрикнул Дрогар мне в лицо с таким отчаянием, что мне и на самом деле стало за него страшно. – Я всего лишь хотел, чтобы ты осталась со мной…

После успокоительной с ним беседы (хотя, это он должен был меня сейчас успокаивать), я поняла, что ни к чему хорошему это не приведёт. Но я не могла оставить Дрогара в таком состоянии! Колдуны мужчины непредсказуемые, а влюблённые и подавно. Хотя, это в принципе невозможно, но всё же это случилось. И как всегда со мной! А всё потому, что я полукровка, неправильная ведьма.

В конце концов, окончательно намучившись с Дрогаром, я наложила на него заклятие беспамятства. Как он и просил. И сделала я это настолько быстро и незаметно, что он даже ничего не понял.

Колдунам для этого нужны магические предметы, у ведьмаков всё происходит гораздо проще. Магия уже заложена в нас с рождения, даже у таких полукровок как я. Для этого нам нужно только захотеть, всё остальное происходит само собой. Но это распространяется только на простейшие заклинания. Как заклятие беспамятства, например. А для колдовства посерьёзнее приходится поднапрячься, поэтому у каждого ведьмака и ведьмы припасено немало артефактов и других магических предметов. И это не считая всевозможных снадобий и зелья.

Так что колдунам приходилось гораздо сложнее, чем нам. Ведь все они по своей сути – обыкновенные людишки без каких-либо врождённых способностей к Магии. А умение колдовать – это результат их многолетнего труда и накопленных знаний. Но именно этим мне колдуны и нравились. Ведь им не доставалось всё по лёгкому, как ведьмакам. Именно поэтому из них получались сильные, целеустремлённые личности…

– Что произошло? – недоумённо воскликнул Дрогар, увидев на полу кровь.

– Хорошо же ты приложился головой, коли ничего не помнишь! Всё обошлось, жить будешь, – усмехнулась я, как ни в чём не бывало. – Я тебя давно уже предупреждала, чтобы ты не ходил босиком по мокрому полу. Вот и доходился.

ГЛАВА 7

– Зато я помню, что ты просила меня о помощи. Правда, мы не успели обсудить это, нашлись более важные дела… – усмехнулся Дрогар, запахивая на себе по-настоящему шикарный халат. Вышитый нитями из редчайшего вереска, он вспыхнул всеми цветами радуги, едва колдун пошевелился. И эта неописуемая красота заставила меня замереть от восхищения.

Такую одежду привозили из дальних земель, где обитали скрытные и легкоранимые существа – дриады. Здесь же их почти не было. Во всяком случае, мне ещё не приходилось с ними сталкиваться. Возможно, это объяснялось тем, что дриады предпочитали жить в непроходимых вересковых лесах. Только в них они находили уединение и покой, которые они так любили. И именно там произрастал многолетний вереск, стебель которого с годами становился невероятно ценным, настолько, что стоил он дороже любого драгоценного камня.

Похоже, это и заставляло дриад постоянно скрываться. А кому хочется стать случайной жертвой какого-нибудь охотника за этими редкими стеблями?

– Какая красота! Я бы на твоём месте повесила этот халат на стену и любовалась бы им целыми днями напролёт, – не выдержала я.

– Одежда предназначена для того, чтобы её носили… В следующий раз, когда ты вновь осчастливишь меня своим появлением, тебя будет ждать такой же халат. Закажу специально для тебя, женский. Возможно, это заставит тебя вернуться ко мне в скором времени…

Я тут же состроила милую улыбку. Но сделала вид, что не обратила внимания на его последнее замечание. Не хватало ещё, чтобы всё началось сначала!

– Кстати, о моей просьбе. Мне позарез нужна моча блондинки, – тут же перевела я тему разговора в другое русло. – А сок живородящего дерева я добуду и сама.

Дрогар окинул меня внимательным взглядом. На какое-то мгновенье мне даже показалось, что он догадался о происшедшем… Но что если он осилил заклинание, нейтрализующее колдовство? Но, это вряд ли. Во-первых, тогда бы он не просил меня наложить на него заклятие беспамятства. А во-вторых, такое может провернуть далеко не каждый ведьмак, а уж про колдуна и говорить нечего. Для защитного заклятия требуются немалые магические силы, а у Дрогара их как раз-то и нет. Если только он не прибегнул к помощи Чёрной Магии…

– Королева, ты и с белокурыми волосами будешь неотразима, но зачем тебе это? Какое-то необычное задание? – поинтересовался у меня Дрогар, развеяв все мои сомнения.

– Необычное это слабо сказано. Ведь мне ещё никогда не приходилось никого спасать. Рубить головы для меня гораздо привычнее.

Я не стала вдаваться в подробности, так как это касалось работы. А моё железное правило – не болтать о деле. Никогда. Даже если меня об этом очень попросят.

Но колдун не стал мучать меня расспросами. Видимо, за время нашего с ним знакомства он меня неплохо изучил. Поэтому он тут же вызвал к себе слугу и приказал ему принести с кухни большую склянку. Также он велел пригласить сюда какую-то Аделлу.

Похоже, ещё одна шлюшка колдуна. Одна из многих… Но почему меня это так волнует? Какое мне дело до его личной жизни?

С трудом поборов в себе ревность, я непринуждённо пошутила:

– Иногда тянет на блондинок?

– Да. Люблю разнообразие. Рыженькие тоже ничего так… – улыбнулся Дрогар, приводя меня в бешенство своими разносторонними интересами.

– Очень за тебя рада. Всё-таки неплохо быть богатым.

– Ты думаешь, они приходят ко мне только из-за этого? – усмехнулся колдун, и в его глазах вспыхнул знакомый мне огонь.

Не успела я собраться с мыслями, как на моё счастье открылась дверь. В комнату вошёл слуга в сопровождении девушки. И мне хватило одного только взгляда на неё, чтобы моё сердце забилось ровно и спокойно.

Странно, очень странно… Зачем колдуну держать при себе такую страшненькую особу? Но это меня совершенно не касается. Главное, что у неё белокурые волосы.

Недолго думая, я взяла с рабочего стола колдуна нож для бумаг и подошла с ним к блондинке. Увидев это, та аж изменилась в лице. Но у меня не было ни желания, ни времени успокаивать эту дуру, поэтому я просто отрезала у неё небольшой локон и всё. После чего я протянула ей принесённый слугой сосуд:

– Мне нужна твоя моча. Немного. Не старайся нассать полную склянку, всё равно этого никто не оценит.

– Аделла, ты свободна, – произнёс колдун металлическим голосом сразу же после того, как она, дрожащими от страха руками, взяла у меня склянку. – Королева, теперь ты довольна?

Последняя фраза предназначалась уже мне. И тон её разительно отличался от того, с которым он разговаривал с девушкой…

– Теперь да.

– Зачем тебе понадобились её волосы? Ведь для твоего заклинания они не требуются.

– В хозяйстве всё пригодится, – усмехнулась я, аккуратно сворачивая белокурую прядь в носовой платок. – Волосы беременной блондинки сложно достать, а в некоторых заклинаниях без них не обойдёшься.

– Беременной?! – воскликнул колдун, и его пальцы сжались в кулаки.

– Только не говори, что это от тебя, – со злорадством заметила я. – А посимпатичней блондинку ты не мог себе найти?

– Королева, о чём ты? Ты же знаешь мои вкусы. До своих служанок я даже пальцем не дотрагиваюсь. А ты не могла ошибиться?

– Я?! Смеёшься? Я же ведьма, а мы это за десять туазов чуем.

Колдун тяжело выдохнул и наконец-то соизволил мне всё объяснить:

– Аделла моя кухарка. Причём очень хорошая. И вряд ли после рождения отпрыска она вернётся обратно… Эта уже третья кухарка, которая залетает!

Невольно я рассмеялась. Ведь мне ещё не приходилось видеть, чтобы колдун так расстраивался из-за каких-то пустяков. Мне бы его проблемы!

– Дрогар, может, тебе всего лишь нужно убрать с кухни мужчин? Тогда и кухарок менять не придётся.

Я с тревогой посмотрела в окно.

Солнце уже садилось, и несравненный закат Сотрионии набирал свою силу. Совсем скоро он окрасит небо в ослепительно яркие цвета, и тогда от него невозможно будет оторвать глаз. Но мне сейчас не время им любоваться: на опушке леса меня ждал Габриэл.

– Королева, я могу тебе помочь и с живородящим деревом.

– Разве они появились и в Верумуне? Вчера я провела в вашем лесу всю ночь и ни одного из них там не встретила.

– Представь себе, появились. Но их пока очень мало. Наверное потому, что их опекает всего одна дриада.

При слове «дриада» моя нижняя челюсть плавно поползла вниз.

– Не может быть! Дриада?! Как она здесь оказалась?

– Кто-то её поймал и привёз в Верумун. Насколько я знаю, её держали в гареме около года. Потом ей удалось сбежать…

Я представила себе это несчастное существо, совершенно неспособное за себя постоять, и мне стало его безумно жаль. Я хоть и ведьма, но у меня есть сердце, к тому же женское. И одна только мысль о том, что дриаду держали в гареме, привела меня в бешенство.

– И кто этот урод? Ты его знаешь? Лично оторвала бы ему яйца, – прошипела я, не скрывая от колдуна свою злость.

– Разве ведьмы делают что-нибудь просто так? Ведь тебе это никто не оплатит, – произнёс Дрогар со странной улыбкой на лице.

– Такие как я делают. Иногда можно отойти от правил, тем более что я бы поступила так ради удовольствия. Думаю, отрывать яйца мерзким тварям не менее приятно, чем рубить им головы…

Наше с Дрогаром расставание прошло спокойно. Впрочем, как и всегда. Обычная для колдуна грусть в глазах и всё. Но в этот раз, как мне показалось, его печаль была особенно заметна. Но, чтобы я не ощущала при этом, я забыла о колдуне почти сразу же, едва вышла из города. Прибавила шаг, чтобы оказаться в условленном месте в нужное время. И, к моему огромному облегчению, ещё издалека я увидела силуэт Габриэла.

– Как всё прошло? – сходу поинтересовался у меня он.

– Достала.

В фиолетовых сумерках Сотрионии я без труда рассмотрела его прищуренный взгляд. Мало того, Габриэл зачем-то сделал шаг мне навстречу и оказался прямо передо мной. После чего он наклонил ко мне голову, и его ноздри затрепетали почти как у встревоженной лошади.

Не поняла… он что, меня обнюхивает?! И как это объяснить? Ох уж эти мужчины, почему они такие непредсказуемые?

– Кажется, ты неплохо провела время…

– И как ты это понял? По запаху что ли?

– И по нему тоже. От тебя пахнет благовониями, а твои волосы аж искрятся от чистоты, да и ты тоже… сияешь от удовольствия.

– Габриэл, оставь свои умозаключения при себе. Но коли ты затронул эту тему… Да, я люблю совмещать полезное с приятным. А почему бы и нет? Всё-таки я ведьма.

– Ясно. Но хоть кому-то из нас хорошо…

Понятное дело, я не стала объяснять Габриэлу, насколько он заблуждался. Что всё только начиналось прекрасно, но потом меня вдруг отымели в зад против моей воли. И кто? Тот, кому я всегда доверяла!

– Хватит болтать. Пошли, нам ещё нужно до ночи найти живородящее дерево. Без его сока ничего не получится.

ГЛАВА 8

Нужное мне дерево я нашла там, где и говорил Дрогар. Окружённое другими исполинами это небольшое деревце словно бы спряталось там от всех и вся. И если бы колдун не указал мне точное место его нахождения, я бы ни за что на свете его не отыскала.

Похоже, это работа дриады. Ловко же она спрятала своё детище! Жаль только, что эти лесные девы очень доверчивы. Лучше бы они так не деревья прятали, а самих себя…

Как ведьма я трепетно относилась к любой растительности. Нас с детства учили проявлять к ним уважение, так как порой от них зависела наша жизнь. И это не просто громкие слова. Ведь никто в Сотрионии не зависел от растений так, как ведьмы. Даже колдуны не нуждались в них как мы. А всё потому, что ведьмаки и ведьмы были связаны с Природой незримой нитью. От неё мы подпитывались, черпая у зелёного мира свои ведьмовские силы. Некоторые прибегали к этому довольно часто. Но сильные ведьмы, как я, например, использовали это в редких случаях.

Порой я и сама этому удивлялась: откуда у грязнокровки столько магических сил? Но уже с детства я знала, что не такая как все остальные мои соплеменники, что отличаюсь от них. И это притом, что тогда мне даже в голову не приходило, что я и ведьма-то только наполовину! Но у меня с детства получалось то, что не могли осилить даже взрослые ведьмаки.

– Не подходи близко к дереву, не будем понапрасну пугать дриаду, – прошептала я Габриэлу.

– А тебя, значит, она не испугается? – возразил он мне, и в его голосе просквозила едва скрываемая обида.

– Испугается, конечно. Но не так, как тебя. Они не любят мужчин… и правильно делают.

– О как! Всех мужчин, или же только из других кланов?

– Похоже, что всех, так как дриад-мужчин просто не существует, – пояснила я любопытному Габриэлу, делая на стволе живородящего дерева небольшой надрез. Я тотчас подставила пустой пузырёк под заструившуюся из коры живительную влагу, невольно залюбовавшись этим таинством.

Сок живородящего дерева не имел ничего общего с соком других растений. Это была даже не жидкость, а что-то газообразное, больше напоминающее пар. Ярко жёлтого цвета, искрящийся и пульсирующий словно сгусток волшебной энергии, этот живительный сок напоминал расплавленное солнце. Впитав в себя силу небесных лучей, это удивительное дерево несло в себе огромный потенциал. Именно поэтому его сок так ценился среди магической братии.

– Ого! Не видел ничего более странного, – донёсся до меня голос Габриэла. Он хоть и находился сейчас в нескольких метрах от меня, но, безусловно, ему было всё видно. – Я слышал, этот сок творит прямо-таки чудеса.

– Все мы их творим, и что в этом удивительного? Забыл, где ты находишься? Это же Сотриония… – недовольно пробурчала я.

Похоже, этот Габриэл думает, что я стану каждый раз ему всё объяснять. Будто мне делать больше нечего! Нашёл себе ходячую энциклопедию!

– Наши мужчины покупают у ваших этот сок за бешеные деньги. Говорят, он помогает при… – тут мой спутник замялся. – При мужских проблемах…

– Это когда не стоит? – гоготнула я, упиваясь его смущением. – Габриэл, говори прямо, тебе он тоже уже понадобился? Неужели у тебя всё так плохо? А на вид ты, вроде, ещё крепкий.

– Лазурь, не говори ерунды! У тебя всегда мозги работают только в одном направлении?

– У всех они работают именно так. Просто я не считаю нужным скрывать это.

Это идиотское имечко Лазурь сразу же отбило у меня всякое желание шутить. Мало того, мне враз захотелось наговорить ему гадостей. И почему этот необычный заказчик так меня раздражает? Что с ним не так?

– Лазурь, не кипятись. Но если ты думаешь, что я позволю тебе над собой надсмехаться, то ты глубоко заблуждаешься. А с ведьмами у меня разговор короткий…

Его вкрадчивый, подчёркнуто спокойный тон заставил меня внутренне содрогнуться. То, что Габриэл далеко не тряпка, и что он никогда не позволит мне вертеть им, это я поняла сразу. Но что означала его последняя фраза? Это была угроза?!

– Тысяча драйканов! Что ты хочешь этим сказать? Габриэл, у тебя память отшибло? Ведь это ты меня нанял, и это ты нуждаешься во мне, а не наоборот! К тому же, что ты имеешь против ведьм? Если я такая плохая, то зачем…

Неожиданно Габриэл оказался рядом со мной, а в следующее мгновение он уже прижимал меня к себе. И не успела я даже среагировать на подобную наглую выходку, как его губы впечатались в мои. После я уже ничего не соображала: вихрь дикого наслаждения закружил меня, и вознёс моё тело к заоблачным далям…

– А насчёт моей потенции можешь не волноваться, у меня с ней полный порядок. Особенно, когда рядом со мной находится такая девушка как ты, – прошептал Габриэл мне на ухо, всё ещё обнимая меня одной рукой. Но до меня с трудом дошёл смысл его слов, так как охватившее меня возбуждение начисто парализовало мой мозг. И это несмотря на то, что ещё совсем недавно я сношалась до потери пульса!..

– Да? – зачем-то пролепетала я.

Словно со стороны до меня долетел собственный растерянный голос, отчего я оцепенела, и меня сразу же захлестнула волна возмущения.

А ещё ведьма называется! Представляю, насколько глупо я сейчас выглядела.

– Девочка моя, но если ты хочешь это проверить…

– Вот ещё, размечтался! Ведьмой он меня стесняется называть, а лапать и целовать, значит, можно?! И что это ещё за «девочка моя»?!

Никогда мне ещё не приходилось видеть, чтобы мужчина настолько раскаивался в содеянном. Ведь не успела я закрыть рот, как Габриэл отшатнулся от меня словно от прокажённой. После чего он нервно провёл рукой по своим волосам, будто бы его враз заволновала собственная причёска, и ответил мне извиняющимся тоном:

– Как-то случайно получилось… Прости, больше это не повторится.

Как ни странно, но я на него совсем не злилась. Возможно, потому, что меня до сих пор не оставляло сильное к нему влечение. А может, всему виной его глубоко раскаявшееся выражение лица? К тому же он мне сейчас сильно напоминал Дрогара в схожей ситуации. Но то, что сделал мне колдун, не шло ни в какое сравнение с этим. Поэтому мне сейчас даже нравилось, что мой странный спутник так переживает из-за подобных мелочей. Ну, подумаешь, поцеловал девушку, и что в этом такого?

– Ладно, проехали. Держи пузырёк, – скомандовала я, протягивая ему наполненный до верха сосуд с чудесным соком. – И… уйди, наконец-то, отсюда! Бедная Дриада, наверное, с ума уже сошла от страха. Меня ты тоже порядочно волнуешь.

Последнюю фразу я пробубнила уже себе под нос, чтобы Габриэл её не услышал.

Едва он выполнил моё распоряжение, как я приступила к врачеванию надреза на стволе дерева. Ведь главное правило в общении с зелёным миром – не навреди. Поэтому я быстро прошептала нужное заклинание, после чего легонько дунула прямо на прореху в коре.

Разрез сросся моментально. А всё потому, что я не пожалела для этого дерева частичку своей магической силы. Для меня это неощутимо, а для него такой порез, скорее всего, неприятен. Может даже, это дерево испытало сильную боль. Именно поэтому я постаралась искупить перед ним свою вину. И пускай это дерево прекрасно излечилось бы и без меня, я не смогла поступить иначе.

– Ты меня удивляешь всё больше и больше, – громко высказался по этому поводу Габриэл.

– А я и должна удивлять, ведь я же потрясающая девушка. К тому же ведьма… – отшутилась я, приближаясь к нему. – В дорогу отправимся прямо сейчас, потому как я не намерена спать вторую ночь подряд на земле.

– Согласен. Если бы я мог, то совсем отказался бы от сна, чтобы не терять на него времени. Хочу как можно быстрее обнять свою дочурку… Только пойдём лесом, ночью на дорогах небезопасно. Кроме того, под Верумуном, как я слышал, орудуют банды кентавров.

– Ну ты и придумал! Думаешь, в ночном лесу меньше опасностей? Это раз, а два – мы себе там только ноги переломаем. У меня больше опыта в этом деле, так что позволь мне самой решать, какой дорогой нам идти.

– Предпочитаешь схлестнуться с кучей одичавших кентавров? Очень умное решение… – с насмешкой подчеркнул Габриэл, явно не собираясь прислушиваться к моему мнению.

– А не лучше ли тебе отправиться домой и там ждать от меня вестей? Вообще-то мне напарники не нужны.

– Мы это с тобой уже обсуждали, не хочу повторяться.

– А меня не интересует, чего ты хочешь. Не знаю как ты, а я буду поступать так, как считаю нужным! – вспылила я не на шутку.

Вместо ответа мой спутник резко остановился и демонстративно уселся на землю. Не торопясь он вытащил из сумки какие-то съестные припасы и начал аккуратно раскладывать их на жухлой от холода траве.

ГЛАВА 9

Какова наглость! Похоже, он не согласен с тем, что тут я принимаю решения. На редкость несговорчивый тип!

Но как бы Габриэл меня не бесил, я не могла уйти и бросить его здесь. Тем более что всю нашу поклажу нёс именно он, в том числе склянки с мочой блондинки и соком живительного дерева.

– И долго ты собираешься здесь прохлаждаться? – возмущённо поинтересовалась я у него.

– Столько, сколько нужно. Но пока я не поем, не сдвинусь с места. В отличие от некоторых, я несколько часов подряд выслеживал молодого кабанчика. После чего разделывал его тушу и жарил на костре мясо. Но в одиночку есть я не стал, ждал тебя. Думал, что ты придёшь вся уставшая, голодная… А ты, как выяснилось, неплохо проводила время и наверняка кушала всякие вкусности. Так что я тоже заслужил себе небольшой отдых…

Его слова резанули меня по-живому, причинив непонятную боль. Ещё мне стало мучительно стыдно, хотя прежде я никогда не испытывала подобного чувства. Но почему я должна этого стыдиться? Кто заставлял его ждать меня, оставаясь голодным? Уж точно не я. Каждый должен думать в первую очередь о себе, а уже потом о других.

Но обо мне прежде никто и никогда не думал, и уж тем более, не заботился обо мне как этот чудак. А Габриэл даже есть не стал без меня… Ох, как тяжело, оказывается, с порядочными мужчинами! С подлецами гораздо легче.

– Так уж и быть, перекуси на дорожку. Но спать я тебе всё равно не дам, – смилостивилась я, присаживаясь рядом с Габриэлом.

– А кто тут собирается спать? На, съешь лучше. – Мой спутник протянул мне наколотый на ветку кусок мяса, насыщенный аромат которого тут же ударил по моему обонянию. Поэтому я даже не стала ломаться, и молча взяла из его рук мясо. На что Габриэл сразу же среагировал: – Отъедайся… Вряд ли в других городах тебе будут устраивать такой же приём как в Верумуне… А может, у тебя в каждом городе по любовнику? Вас ведьм не поймёшь.

– Вот и молчи тогда, коли ничего не понимаешь, – огрызнулась я, с упоением уплетая мясо. Но уже в следующее мгновение кусок застрял у меня в горле, и я замерла, прислушиваясь.

Неужели опять? А я-то в прошлый раз понадеялась, что мне это показалось. Но у меня сейчас снова появилось ощущение, что из темноты за мной наблюдают. И это уже не случайность…

Все ведьмы в этом отношении сверхчувствительны, и я не исключение. Мы точно знаем, когда кто-то или что-то следит за нами исподтишка. У нас это в крови. Многие называют такое ведьмовским чутьём или интуицией, я же считаю это чем-то большим. Не знаю как другие ведьмы, а я иногда даже могу прочитать мысли того, кто меня пасёт. Но подобные озарения случается у меня очень редко, а жаль. Ведь один раз это умение даже спасло мне жизнь.

Поэтому я тотчас сконцентрировалась. Постаралась мысленно поймать те невидимые нити, соединяющие меня и моего тайного наблюдателя. И у меня это почти получилось…

– Ты почему не ешь? Попался не прожаренный кусок? – раздался зычный голос Габриэла, и та тонкая связь, которую мне удалось уловить, оборвалась в ту же секунду. Но настраиваться вновь не имело уже никакого смысла, поэтому про себя я послала Габриэла в зелёный зад драйкана, после чего со злостью ему ответила:

– О Боги! С тобой даже поесть нельзя спокойно! Ты за мной следишь, что ли?

– Делать мне больше нечего.

– Тогда перестань меня опекать. В конце концов, я не твоя дочь. И твой отцовский инстинкт нужен мне как собаке пятая нога!

– Если бы у меня была такая дочь, я бы бросился с обрыва вниз головой, – усмехнулся Габриэл, продолжая с невозмутимым видом жевать мясо.

– Лучше стать такой как я, чем холодной вампиршей.

Едва я закрыла рот, как тотчас пожалела о сказанном, так как лицо моего спутника тут же вытянулось, и он уставился на меня пристальным взглядом. В результате чего у меня начисто пропал аппетит. Поэтому я демонстративно отвернулась от импровизированного стола и посмотрела в непросветную лесную глушь.

Интересно, он ещё там? Тот, кто следит за мной?

Непроизвольно я покрутила головой, пытаясь рассмотреть в непроглядной темноте непонятно кого или что. А когда я уже решила оставить это совершенно бесполезное занятие, вдруг появились они – две красные точки, два глаза, горящие в ночи…

На какое-то мгновение меня охватил страх. Но я сразу же взяла себя в руки, трезво оценивая обстановку.

Судя по цвету глаз, это не демон, не драйкан и не кентавр. Это уже хорошо… так… остались только летающие твари и те, которые при всём желании не смогли бы оказаться сейчас в этих краях. Но вряд ли в ночной лес сунется кто-то из крылатых, ведь в темноте себе можно переломать крылья. Значит, мой преследователь – оборотень. Только у них глаза отливают красным. Вот бы ещё знать, какой именно: ликан, элурантроп или другой зверюга? Особенно мне не хотелось бы столкнуться с элурантропом, так как эти твари могли превращаться в любую кошку, начиная с самой мелкой и заканчивая пантерой и львом. Кроме того они прекрасно лазали по деревьям, да и ночь им не помеха…

– Это в тебе говорит ведьма или же твой примерзкий характер? – выдернул меня из моих мыслей Габриэл.

– И то, и другое. Но благодаря им я всё ещё живу. Ведь у меня же нет заботливого папочки, который бы вытаскивал мой зад из всяких бед, – ехидно закончила я.

Как ни странно, но мой спутник промолчал. Он начал быстро складывать оставшееся мясо обратно в сумку, и в другой ситуации я бы этому только обрадовалась. Но не сейчас.

Идти по ночному лесу – занятие небезопасное. А когда тебя ко всему прочему ещё и кто-то преследует, то и вовсе безумное. Поэтому нам с Габриэлем надо сейчас затаиться и как-нибудь продержаться до рассвета. Но разве мой наниматель пойдёт на это? Нет, конечно. Ему же надо как можно быстрее оказаться на вампирских землях. И какие-то там красные точки в темноте вряд ли его остановят.

Поэтому я решила пойти на хитрость. В конце концов, если его разорвёт оборотень, мне лучше не станет…

– Габриэл, затяни потуже ремешок на моей сумке, а то он вот-вот развяжется, – прощебетала я невинным голоском, протягивая ему свой кожаный мешок. И как только мой неугомонный спутник выполнил мою просьбу, я дотронулась до него кончиками пальцев и быстро прочитала сонное заклинание.

Я даже не успела произнести последнее магическое слово, как он рухнул на землю. И только благодаря своей реакции я не оказалась сейчас под Габриэлем.

Тысяча драйканов! Не хватало ещё, чтобы этот здоровяк меня раздавил! Теряю сноровку: из-за волнения совсем забыла, что колдовство действует на людей гораздо сильнее.

Я присела рядом с Габриэлем на корточки и прислушалась к его мерному дыханию.

Заснул как младенец. Так что теперь он мне не помешает, но и не поможет, в случае чего. Но смысл махать кулаками, когда на тебя нападает стая оборотней? Поэтому я выхватила из затушенного Габриэлем костра пригоршню ещё горячей золы и начала произносить защитное заклятие.

Просыпая пепел тонкой струйкой, я делала вокруг нас с Габриэлем большое защитное пространство. Старалась, чтобы полоска золы на земле получалась ровной и довольно широкой. Это было важно. Халтурно сделанный барьер мог не выдержать, и тогда оставалось надеяться только на свои быстрые ноги. Драться с оборотнями я не планировала, так как них имелись смертоносные клыки и когти, а у меня только шикарная грудь и смазливое личико.

Когда я закончила с наложением защитного заклятия, мне пришлось, как следует заняться здоровяком. В противном случае Габриэл мог бы о чём-то догадаться. Ведь никто в здравом уме не стал бы укладываться спать на голую землю. Тем более, когда уже начались осенние холода, и земля за ночь покрывалась инеем. Поэтому мне пришлось на время разомкнуть барьер и натаскать в защитный круг побольше хвороста. После чего мне с огромным трудом удалось затащить на него недвижимого Габриэля.

Я ещё раз внимательно осмотрела полоску из пепла и осталась ею довольна. Теперь нужно постараться не заснуть. Но, даже если это и случится, я проснусь при малейшей же опасности. Ведь как только к защитному барьеру приблизится какое-нибудь существо, моё ведьмовское чутьё тут же меня разбудит.

Чтобы сохранить своё тепло, я обхватила колени руками и устало прикрыла глаза. Последнее, что я запомнила, был надрывный крик какой-то ночной птицы и сонный шелест деревьев…

ГЛАВА 10

Очнулась я от какого-то звука. Я тут же включила свою ведьмовскую интуицию и прислушалась.

Мёртвая тишина, или почти мёртвая, так как я тут же различила звуки лесного мира. Похоже, если что-то и случилось в этом ночном лесу, то не здесь и, слава Богам, не со мной и не с Габриэлем. Поэтому я опять положила голову на согнутые колени и закрыла глаза.

В этот раз я даже не успела забыться, как где-то вдалеке раздался надрывный вой. Он пронёсся по ночному лесу, заставляя всё живое замереть от первобытного страха. Я тоже не стала исключением. У меня даже мурашки побежали по коже, настолько этот вой был жутким. В то же время он не показался мне грозным или же опасным, тот, кто его издал, явно не хотел на кого-то нападать. Скорее, это существо само находилось сейчас на грани жизни и смерти. Этот вой потряс меня до глубины души своим отчаянием и ощущением дикой, непереносимой боли.

Вскоре вой повторился снова, и в этот раз у меня волосы зашевелились от ужаса. Через некоторое время это произошло опять, а потом ещё и ещё…

Судя по всему, кого-то пытали. И мне очень хотелось бы знать: это кричал тот, кто меня преследовал? Или же он сам тот садист, измывающийся над каким-то несчастным оборотнем? Кажется, пора это выяснить. Я не намерена и дальше терпеть за собой слежку.

Хорошо хоть, что я имею дело не с целой стаей, а с оборотнем-одиночкой. Вой не поддержала вся стая, значит, там всего лишь один оборотень. В противном случае я мигом привела бы в чувство Габриэля, и мы бы уже уносили отсюда ноги.

Все оборотни так устроены: стоило кому-то из них открыть рот, как выть начинала вся стая. Это как у людей с зевотой: одного потянуло в сон, и сразу же остальные, находящиеся рядом, начинали непроизвольно зевать.

Бросив последний взгляд на Габриэла, я выудила из его сумки огромный тесак (ему он сейчас ни к чему). Не забыла прихватить и свой новый нож, хороший клинок не раз спасал меня в переделках.

Несмотря на свою обманчивую внешность, я неплохо управлялась с холодным оружием. Конечно, главным моим козырем были магические силы, но с помощью них нельзя снести кому-то голову. Так что приходилось овладевать мужскими навыками. Именно поэтому я с тоской вспоминала свой дробовик, который мне посчастливилось купить когда-то за тысячу сотрионов у торгашей из Старого Света. Но теперь мне приходилось обходиться без него, и это порядком усложняло мою жизнь…

Наши миры изначально существовали бок о бок, но их эссенциальные характеристики сильно отличались. В результате чего мы жили в разных измерениях, но на одной временной оси. Поэтому обыкновенные, лишённые каких-либо магических способностей люди даже не подозревали о другом мире. Для них мы всегда оставались сказочными персонажами, бредом умалишённых, а иногда и ночным кошмаром.

Так бы продолжалось и дальше, если бы реальный мир не преступил черту дозволенного. Ведь в какой-то момент их оружие стало настолько сильным, что оно могло с лёгкостью уничтожить все миры, существующие на этой планете.

Понятное дело, что никто из наших не хотел отправляться к Богам из-за глупости Старого Света, поэтому маги и старейшины кланов думали, думали и пришли к такому вот непростому решению. На осуществление этого плана ушёл почти год, и, в конце концов, магам удалось-таки разъединить наши миры. Так зародилась Сотриония, или Новый Свет, где легально могли существовать ведьмы, колдуны, вампиры и прочие твари.

К сожалению, после нашего отсоединения в Сотрионии исчезло всё, что связывало нас с прежним миром. В результате чего обитель всего магического и сверхъестественного оказалась отброшенной на несколько веков назад. Но никто не пожалел о случившемся: мы предпочли бы оказаться в средневековье, лишь бы не сгинуть вместе со Старым Светом.

Конечно, Высшие Маги предполагали, что будут последствия, но для всех это стало полной неожиданностью. И ровно пять лет назад в момент полного лунного затмения из нашего мира исчезло абсолютно всё, что было сделано в Старом Свете. Словно этого никогда и не существовало! А вместе с ними пропали и все мои книги Кембриджского университета, наручные часы и другие прикольные штуки, которые я с огромным трудом доставала в течение нескольких лет.

Но больше всего мне сейчас не хватало огнестрельного оружия. Наши умельцы пытались воссоздать хоть что-то из Старого Света, но у них так ничего и не вышло. То ли им мешали какие-то высшие силы, то ли наше техническое развитие оставляло желать лучшего, но вскоре мне опять пришлось взять в руки клинок…

Я с наслаждением вдохнула в себя ночной воздух.

Запах жухлой травы, прелых листьев и чего-то ещё, напоминающее мне о детстве. Как ни странно, но было в тех годах что-то и хорошее, то, о чём я вспоминала всегда с удовольствием. И пускай, как в любой ведьмовской семье большую часть дня я проводила за учебниками, у меня хватало времени на всё. Особенно я любила убегать в лес к озеру. Не знаю почему, но меня всегда тянуло к воде. Совсем ещё маленькой я с лёгкостью переплывала на другой берег, а ныряла я гораздо лучше своих братьев. Что самое странное, меня никто и никогда не учил плавать…

Раздавшийся вой заставил меня замереть на месте. Но, несмотря на страх, я обрадовалась. Ведь звук раздался совсем близко, а значит, я двигалась в нужном направлении.

Я тут же вытащила из кармана волчий дурман, который мне удалось нарвать благодаря яркому лунному свету. Хорошенько растерев его между ладонями, я нанесла это пахучее месиво себе на одежду и на волосы.

Надеюсь, это сработает. На молодых оборотней это действовало безотказно. Но опытный ликан мог бы меня учуять, правда, на близком расстоянии. И всё же это лучше, чем заявить о себе задолго до своего появления.

– Ублюдок! – донёсся до меня хриплый мужской голос. – Рано или поздно тебя всё равно поймают и намотают твои кишки на палку!

– Ублюдок здесь только ты. Мерзкий, вонючий оборотень, который недостоин даже временно носить человеческий облик! – ответил ему мужской голос с тембром повыше.

Послышался глухой стон и… хруст ломающихся костей. Ещё этот характерный звук выворачивающихся суставов, его я не могла бы ни с чем спутать. Услышав такое единожды, ты не забываешь его уже никогда.

Сомнений не было – один из собеседников был оборотнем, и прямо сейчас он обращался в свою звериную форму. В результате чего его человеческие кости ломались, превращаясь в скелет огромного волка.

Словно в подтверждение моих слов раздался душераздирающий волчий вой. Но не успел он затихнуть, как вновь послышался звук трансформирующейся плоти.

Но почему? Зачем он это делал?! Ведь он даже не успел толком превратиться в волка, как начал снова трансформироваться в человека! Он что, мазохист какой-то? Если только…

Страшная догадка полоснула мне мозг, и от гнева мои пальцы сами по себе сжали рукоять мачете.

– Надолго тебя всё равно не хватит. Это вопрос времени. Но если ты мне поможешь, то я обещаю убить тебя без боли. Одна щепотка гнойной плесени и ты заснёшь вечным сном. Считай это моим подарком. Но если ты и дальше продолжишь в том же духе, то у тебя будет самая ужасная смерть, какую только можно себе представить.

– Можешь даже не стараться, я не облегчу тебе задачу. И если ты хочешь получить мою тушку, то тебе придётся здорово попотеть, – едва успел произнести оборотень и начал обращаться. Послышался невыносимый хруст, и я с трудом себя сдержала, чтобы не закрыть уши руками.

Моя догадка подтверждалась, и всё вставало на свои места. Похоже, мне «посчастливилось» встретить одного из охотников за шкурами. Из своих трофеев они потом изготавливали на удивление реалистичные чучела. Но эти чучельники разительно отличались от своих собратьев по профессии, так как работали исключительно с телами оборотней. И одно только это ставило их промысел в разряд недопустимых и самых мерзких в Сотрионии. Но это было ещё не всё. Ведь некоторые из этих спецов шли ещё дальше…

Некоторые из заказчиков-извращенцев, по-другому их не назовёшь, хотели не просто чучело оборотня. Им нужно было что-то особенное, а именно оборотень в момент его обращения. То есть, когда тело ещё не приняло окончательный звериный облик. А для этого от охотника требовалось много сил и специальных знаний. Ведь для этого нужно было не только поймать оборотня живьём, но и убить его точно в момент обращения.

Но у всех оборотней процесс трансформации происходил очень быстро: от силы несколько секунд и всё. Поэтому эти чучельники нашли способ замедлить этот процесс. И я смутно подозреваю, что здесь не обошлось без помощи какого-нибудь продажного колдуна или ведьмы. В результате чего несколько лет назад в Сотрионии появилось снадобье, которое заметно тормозило процесс обращения всех оборотней без исключения.

Ну а про харризию – растение, способное вызывать непроизвольное обращение у всех видов оборотней без исключения, было известно уже давно. Ещё в детстве мы подшучивали над подростками-ликанами, подсыпая им в сладости эту травку.

– Если ты не проглотишь снадобье добровольно, то я засуну его прямо в твой волосатый зад, – прорычал обозлённый охотник.

Похоже, его терпение заканчивалось…

ГЛАВА 11

Видимо, харризию он засыпал в рот оборотню, когда тот был ещё в отключке. А вот с замедляющим превращение снадобьем у него вышла промашка: оборотень хоть и обращался без остановки, но не подпускал охотника к себе. А так как харризия действовала всего лишь от силы полчаса, то понятно, почему так нервничал этот ублюдок…

– А ты попробуй, подойди ближе… – огрызнулся оборотень, и до меня вновь донёсся невыносимый хруст костей.

«Довольно! Пора прекращать эту пытку!» – вспыхнуло у меня в мозгу, и я как тень беззвучно выскочила из своего укрытия…

Через пару секунд всё было кончено: труп охотника за шкурами остался лежать на земле. С удовлетворением я вытерла об его одежду окровавленный нож и вставила лезвие обратно в ножны.

Вообще-то не в моих привычках убивать людей, тем более, забесплатно. Но иногда так хочется отступить от правил и сделать что-то для себя. Ради удовольствия. Ведь такие моральные уроды как этот ублюдок недостойны жизни. И без них в Сотрионии хватает дерьма.

– Как давно он тебе дал харризию? – поинтересовалась я у ликана с железным ошейником на шее. Этот кованый обруч крепился к цепи, а та в свою очередь опоясывала ствол дерева и соединялась с помощью массивного замка.

– Скоро это закончится… может, ещё минут десять… – выдохнул с трудом оборотень.

– Ну, ну… Значит, подождём. У меня есть ещё время, – спокойно заявила я, присаживаясь на землю подальше от него.

– Так ты что, не собираешься снимать с меня этот ошейник?

– Нет, конечно. С какого перепуга?

– Но ты же меня спасла! Разве тебе не хочется довести это дело до конца? – обескураженно спросил у меня молодой ликан.

– Ага, чтобы ты сразу же вцепился мне в глотку?

– Зачем мне это нужно? Или ты думаешь, что все мы неблагодарные твари или же дикие животные, которые должны сидеть на цепи? Так чем же ты лучше этого дохлого ублюдка?

– Конечно, я так не думаю. Я не вчера родилась. Но ты меня преследуешь. И пока я не выясню, зачем ты это делаешь, останешься сидеть на цепи.

– Похоже, ты знаешь, о чём говоришь, и мне не удастся тебя переубедить… – подумал вслух детина под два метра ростом.

– Ещё бы! Я же ведьма.

Неожиданно ликан опять начал обращаться, и я невольно отвернулась. Не захотела смотреть на это противоестественное (для меня) и очень неприятное зрелище.

К сожалению, очень часто магия выглядела именно так. Она могла быть прекрасной и одновременно возмутительной до безобразия. Но, несмотря на это, магия восхищала и завораживала. Разве это не чудо?! Ещё секунду назад передо мной стояла человекоподобная гора мышц со звериным оскалом вместо лица. А сейчас я смотрела уже не на монстра, а на великолепно сложенного мужчину.

– Жаль, что вместе с вами не может трансформироваться и ваша одежда. Штаны бы тебе сейчас не помешали… – заметила я, поглядывая на его мужское достоинство.

Причём, слово «достоинство» в его случае подходило как нельзя лучше. А если учесть, что после превращения тело оборотня находилось в диком напряжении, то это относилось и к его члену тоже…

– Уж кому-кому, а ведьме это не может не нравиться. Я тоже не вчера родился.

– А кто сказал, что мне это не нравится? Но, всё же не до такой степени, чтобы я прибежала сюда с другого конца леса. Так ты объяснишь, зачем следил за мною?

Даже в темноте я увидела, как его рот растянулся широкой белозубой улыбкой. И это меня порядком разозлило.

Мужчины… Почему они думают, что вокруг них вращается мир?!

– Объясню, если ты хорошенько меня об этом попросишь… – самодовольно ухмыльнулся оборотень, сверкая на меня глазами.

– Я? Тебя?! – улыбнулась я и неожиданно дёрнула за его цепь так, что чуть не свернула ему башку. – Кажется, ты забыл, в каком положении находишься, и с кем разговариваешь.

Его сексуальный задор исчез также быстро, как и появился. Ликан хмуро уставился на меня, скрепя от злости зубами.

– Ты не только ведьма, но и порядочная стерва, – прохрипел он, растирая свою травмированную шею.

– А ты разве встречал других ведьм? Значит, ты с ними мало общался…

– Представь себе, общался. И не единожды. Не будь вы самыми искусными любовницами, я бы к вам и близко не подошёл! – в сердцах заявил мне ликан.

– А-а… вот как ты с нами общался… Это ещё ни о чём не говорит, так как ты видел самую хорошую нашу сторону.

Как бы то ни было, но оборотень не стал долго ломаться. К тому же, после ещё нескольких превращений, которые дались ему особенно тяжело, у него не осталось сил мне перечить.

Как выяснилось, он следил за мной уже три дня. И это почти сразу же после того, как Габриэл спас меня от ликанского жертвоприношения. Но этот оборотень оказался вовсе не преданным слугой своего уродливого Главы клана Ройсека, а как раз наоборот. И следил он за мной вовсе не для того, чтобы вернуть меня обратно к жертвенному столбу.

Почему-то этот оборотень решил, что я захочу отомстить Ройсеку за своё унижение. Как будто мне делать больше нечего и у меня совсем плохо с головой! Он надеялся, что ненависть к Главе клана ликанов заставит меня присоседиться к какому-то проходимцу из леса, и я стану его верным соратником!

Мне даже стало за себя обидно. Неужели он подумал, что я настолько глупа? Ведь у этого ликана насчёт меня созрели прямо-таки грандиозные планы: безмозглый нахал решил, что я помогу ему свергнуть самого Ройсека!..

Ведьмы и ведьмаки никогда не вмешивались в дела ликанов, а в такие как это и подавно. Конечно, я была в курсе всех их проблем, и меня тоже возмущало настоящее положение в волчьем клане. Благодаря влиянию богатых оборотней их Совет Старейшин принимал один глупый закон за другим! Одно только решение о замене Главы клана чего стоило!

Раньше Главой становился самый достойный, самый умный, сильный и ловкий оборотень. В общем, настоящий Альфа. И своё право на трон он доказывал в честном поединке, который проводился каждые пять лет.

Но два года назад, в результате очень «мудрого» решения старейшин это состязание отменили, заменив его Правом крови. Теперь на трон Главы клана мог взойти только тот, в чьих жилах текла кровь Избранного. Понятное дело, что таким оборотнем стал кто-то из самого знатного и богатого семейства клана. Вернее, сынок одного из старейшин – жирный и тупой Ройсек.

Естественно, далеко не всем оборотням понравились такие изменения. Многие открыто выступили против новой власти, за что вскоре и поплатились: их головы вывесили напоказ для устрашения всех непокорных…

– Ты совсем не похож на идиота. Неужели ты не понимаешь, что всё это бесполезно?

– Но если на нашей стороне будет магия, то есть опытная ведьма… Возможно, тогда нам удастся вернуть былое величие ликантропов.

– Знаешь что? Своё величие ты будешь возвращать как-нибудь без меня. Ты ведь знаешь, что я охотница за головами? И в данный момент я уже работаю над одним делом. Так что, красавчик, становись в очередь…

Не знаю почему, но мне не хотелось лишать его последней надежды. Этот оборотень нравился мне своим твёрдым духом и смелостью. К тому же я любила бунтарей. Не каждый день встретишь мужчину, способного пойти на такое не ради денег, а за идею.

Звучит, конечно, глупо. Да он и сам, похоже, не отличался большим умом, но его отвага перевешивала чашу весов. К тому же он был божественно красив…

Неожиданно мужчина зашатался и упал на колени, как раз настолько хватило длины его цепи. Поэтому он повис на ошейнике словно мертвяк (и если я ничего не предприму, то он станет таким совсем скоро).

Я тотчас обхватила мускулистый торс оборотня и рванула его что есть силы кверху. И у меня это почти получилось. Во всяком случае, теперь он не задушится на этом проклятом ошейнике.

– Надорвёшься. Столько усилий и всё ради какого-то ликана? – выдохнул мне в ухо оживший оборотень, поэтому я тут же убрала руки с мужского торса и сделала шаг назад.

С огромным трудом он выпрямил ноги в коленях, после чего привалился спиной к стволу дерева. Но, несмотря на то, что он самостоятельно стоял на ногах, мне совсем не понравилось, как он выглядел. Даже в темноте я рассмотрела, что оборотня била сильная дрожь.

Я взглянула ему в лицо и тут же встретилась с его насмешливым взглядом.

Как предсказуемо! Сам чуть ли не умирает, а строит из себя героя. Ох уж эти мужчины, все одинаковы…

– Что ухмыляешься? По-моему, тебе сейчас не до смеха, – заметила с раздражением я, после чего протянула к нему руку и положила ладонь на его вздымающуюся грудь. – Тысяча драйканов! Да ты весь горишь! Я знаю, что у ликанов температура тела намного выше моей, но у тебя она слишком высокая.

– Это от того, что я обращался много раз. Пройдёт… – тихо закончил оборотень, и его сильно качнуло в сторону. – Ого… что-то мне, действительно, нехорошо. Где-то поблизости должен быть ручей. Если я в него лягу, тогда моё тело охладится.

– Ты до него не дойдёшь, а на себе я не собираюсь тебя тащить, да и вряд ли у меня это получится. Но есть другой способ…

ГЛАВА 12

Не мешкая, я нашла в кармане у мертвяка ключ от замка и освободила оборотня от ошейника. После чего я подставила ему своё плечо, и мы с ним направились к близлежащим скалам. Слава Богам, что до них было рукой подать, поэтому мне не пришлось особо надрываться.

– Зачем мне скалы? Самое время любоваться на живописные окрестности!

– А вот зачем, – ответила я и со всей силы припечатала оборотня к скале, сплошь покрытой зеленовато-бурым лишайником. Для надёжности я со всей силы надавила ему на грудь, чтобы его спина как можно плотнее прижалась к ледяной каменной глыбе. – Я, надеюсь, ты не планируешь занять место Ройсека? С такой сообразительностью ты и его переплюнешь.

Оборотень к тому моменту уже понял, что от него требовалось, поэтому всем телом прилип к холодному камню. И, судя по всему, ему сразу же стало лучше.

– Этот способ тоже работает, – пробасил оборотень и повернулся ко мне спиной, грудью прижимаясь к скале. – Если честно, сам бы я не догадался.

Едва скользнув взглядом по его ягодицам, я не смогла сдержать смеха. Ведь его выпуклые полушария и спину сплошь покрыл зеленоватый лишайник.

– Отряхнись, а то ты весь зелёный. Прямо вылитый драйкан! – усмехнулась я, в то время как сама с жадностью лицезрела его накаченные ягодицы. Даже покрытые лишайником они не могли не вызывать во мне чувственного восторга…

В этот раз оборотень понял меня с полуслова, поэтому не успела я опомниться, как оказалась припечатанной к скале как и он.

– А вот и драйкан под номером два, – довольно хмыкнул ликан, убирая руку с моей груди.

– Идиот! И это твоя благодарность? Ты мне испачкал всю одежду!

Я попыталась стряхнуть со своей спины зелёную пыль, но у меня это плохо получилось. Но это было полбеды, главная проблема заключалась в том, что эти мелкие чешуйки забились мне в волосы.

И как я объясню Габриэлу свой вид? Ведь такой лишайник рос только на скалах. И он, конечно же, об этом прекрасно знал.

– Тоже мне проблема. Сними с себя рубашку и потряси её как следует.

– Голову тоже потрясти? – рявкнула я, жалея уже, что связалась с этим ликаном. – Отвернись! Я не собираюсь устраивать для тебя представление с раздеванием.

– Вот как? – наигранно изумился здоровяк. – Но я же тебе дал возможность любоваться своим телом. Мой зад до сих пор горит от твоих горячих взглядов.

– Какая самоуверенность! – вспылила я, снимая с себя рубашку. – Знаешь, сколько я перевидала в своей жизни симпатичных мужских задниц? Так что ты меня ничем не удивил.

– Ну да… я забыл, что ты ведьма. И ещё одно… Тебе раньше никто не говорил, что ты частенько выражаешься на языке Старого Света? Имей в виду, это раздражает, не все же знают его так, как ты. И вообще, откуда в тебе это? Сотриония отделилась от него уже пять лет назад, а многие и до этого момента знали о том мире лишь понаслышке.

– Поэтому я должна строить из себя дурочку? Мне плевать, нравится тебе это или нет. Я не виновата, что ликаны из бедных семей учебников в руках не держали. И в то время как вы наращивали себе мускулы, ведьмы учились. К тому же, мы предпочитали это делать по книгам Старого Света, так как в науках они продвинулись гораздо дальше, чем мы.

Воспользовавшись тем, что ликан стоял ко мне спиной, я наклонилась вперёд и начала трясти свои волосы. Попыталась избавиться от всех зелёных чешуек, но вряд ли у меня это получилось.

– Не так, дай я тебе помогу, – раздался совсем рядом со мной мужской голос. И не успела я возмутиться по этому поводу, как ощутила на своей голове его руки.

Оборотень погрузил пальцы в копну моих волос и начал плавными и ритмичными движениями освобождать меня от лишайника. И, надо отдать ему должное, у него это неплохо получилось. Но кроме этого ему удалось зажечь во мне пламя, которое было сейчас совсем ни к чему. К сожалению, не смотря на возмущённый внутренний голос, у меня не хватило сил его остановить. Я лишь замерла, наслаждаясь нежными и в то же время сильными прикосновениями оборотня.

– Кажется, получилось, – неожиданно хриплым голосом произнёс он.

– Так кажется, или же получилось? – Мой голос тоже прозвучал как-то неестественно глухо.

– Твои волосы в полном порядке. В темноте я вижу гораздо лучше тебя… Не волнуйся, твой спутник ни о чём не догадается.

– А о чём он может догадаться? Я не сделала ничего такого…

– Он никогда не узнает об этом… – прервал меня мой спутник, и его губы накрыли мои с какой-то животной страстью.

А дальше всё закружилось словно в диком безудержном танце. Я только отчётливо запомнила, как этот здоровяк подхватил меня на руки, после чего мои ноги сами по себе обвили его стройный стан, руками я обхватила его за шею…

Не помню, каким образом ликан избавился от моих штанов, но почти сразу же он вошёл в меня одним сильным ударом. В тот же миг моё тело начисто забыло голос разума, и я отрешённо отдалась этому восхитительному и первобытному чувству.

Мы двигались с ним на удивление слаженно, хотя поза не располагала к этому. Надо признать, этот оборотень знал толк в сексе, поэтому всё наслаждение, которое я сейчас получала, было его заслугой. Ведь это он приподымал меня за ягодицы, после чего яростно насаживал моё лоно на свой каменный член. И это казалось мне настолько восхитительным, что я бездумно впивалась ногтями ему в шею и издавала какие-то нечленораздельные звуки…

Наконец-то это безумное наваждение схлынуло. Не скажу, что я этому сильно обрадовалась. Но главное ведьмовское правило – всегда и везде не теряй над собой контроль. Даже когда тебе очень плохо или же хорошо, например, как мне сейчас. Тем не менее, когда мы насытились друг другом, я вновь стала прежней ведьмой. Холодной, независимой и очень осторожной.

– Ты был великолепен. А я знаю, о чём говорю…

– Зато ты верещала всё время как кошка, которой прищемили хвост, – ласково прошептал мне на ухо мой случайный любовник, помогая застегнуть пуговицы на моей рубашке. И этот проникновенный тон, плюс мужское обаяние не позволили мне рассердиться на него по-настоящему. Я только усмехнулась ему в ответ и занялась своими волосами.

– Прощай… даже не знаю, как тебя зовут, – произнесла я, когда мой внешний вид уже не вызывал у меня волнений.

– Моё имя несложно запо…

– Даже не хочу знать! – оборвала я его и для надёжности прикрыла ему рот ладонью.

– И всё-таки не прощай. Думаю, что мы с тобой ещё встретимся, – заметил ликан, ласково убирая мою ладонь со своего лица.

– Даже и не надейся на это. Я никогда не стану помогать тебе в твоих бредовых и совершенно безнадёжных планах.

– Поживём, увидим…

– Я бы на твоём месте лучше вернулась к дохлому охотнику за шкурами и позаимствовала у него одежду. Ты же не собираешься выйти в город в таком виде?

– Как скажешь, ведьма. Но именно мой вид позволяет мне сближаться с себе подобными. Особенно с девушками…

Я посмотрела ему вслед, и мои губы сами по себе растянулись в улыбку. В последний раз я оценила его мужскую красоту, и это меня вмиг отрезвило. Ведь высокую фигуру оборотня я различила среди деревьев без особого труда, а всё потому, что уже наступил рассвет! Поэтому я сорвалась с места и побежала так быстро, насколько мне позволила это сделать расслабленность после недавней близости.

Около Габриэля я оказалась как раз в тот момент, когда он открыл глаза. Он посмотрел на меня удивлённым взглядом и тут же обрушился на меня с обвинениями:

– Почему ты дала мне заснуть? Потеряли столько времени!

– Нечего подобного. Зато мы хорошенько выспались, – невозмутимо заметила я. «Особенно некоторые», едва не соскочило у меня с языка. – После отдыха мы пойдём с тобой в два раза быстрее…

Почти двое суток ушло у нас на то, чтобы дойти до вампирских земель, а потом и до родового замка Лортогианов. Ведь именно в вампира из этого рода влюбилась ненормальная дочка Габриэла.

– Как только стемнеет, сразу же пойду в город и разнюхаю обстановку. Как раз все вампиры повылезают из своих богатых нор и отправятся развлекаться. Ничто человеческое им не чуждо, поэтому симпатичной ведьмочке везде будут рады.

– Я с тобой, – тут же заявил Габриэл тоном, не терпящим возражений.

– И как ты себе это представляешь? – опешила я, не веря своим ушам.

– Не могу же я отпустить тебя одну в вампирское логово!

Я посмотрела Габриэлу в глаза и поняла, что он говорит совершенно серьёзно. Он и на самом деле возомнил себя эдаким благородным рыцарем, который видел во мне не только ведьму, но и просто девушку! И, судя по всему, такую же никчёмную и бестолковую, как и его дражайшая доченька.

– Так… слушай меня внимательно, папочка. Ты меня нанял, и на этом твоя миссия закончилась. А теперь позволь мне самой выполнить своё задание. В противном случае я тебя заколдую, и ты проспишь беспробудным сном вплоть до возвращения твоей дочери. Если это вообще когда-нибудь случится…

ГЛАВА 13

Я ожидала от Габриэла какую угодно реакцию, но только не такую.

Мой странный наниматель посмотрел на меня долгим изучающим взглядом, после чего тихим голосом поинтересовался:

– О тебе никогда в жизни никто не заботился, верно? Но как же твоя семья? Неужели никто из них не питал к тебе тёплых чувств?

Сначала я хотела послать его куда подальше, но, увидев его взгляд, осеклась на полуслове. И как это у него получилось задеть ту струну моей души, о которой я даже не подозревала?

– У ведьмаков всё устроено не так, как у вас, людей, – нехотя ответила я. – Семьи у нас совсем другие. Но мои родители даже по ведьмовским меркам относились к своим детям довольно странно, поэтому ни о какой родительской любви не могло быть и речи. Хотя, когда я под стол ещё пешком ходила, отец ко мне явно благоволил. Но такое отношение ко мне наблюдалось у него лишь по одной причине: он видел во мне большой магический потенциал. Он хотел сделать меня в дальнейшем своей кормилицей. Ту, которая содержала бы и его, и мать, а может даже кого-нибудь из моих братьев. В отличие от людей, у ведьмаков это распространено довольно часто: мужчины прохлаждаются, а их жёны или сёстры колдуют за деньги и день и ночь, чтобы прокормить всю семью.

Правда, даже мои способности не заставили отца отойти от правил. И как только выяснилось, что я не чистокровная ведьма, меня вышвырнули из дома словно нашкодившего щенка.

– Понятно…

– Да ничего тебе не понятно! Лучше помолчи. Я хочу немного вздремнуть, так как ночью мне спать не придётся.

– Значит, ты отвергаешь мою помощь… – грустно выдохнул Габриэл. – Но ведь я могу настоять на своём…

– И каким это образом? – усмехнулась я. – Кроме того, я ведь не шутила на счёт того, что могу тебя заколдовать. Но… неужели сам не понимаешь, что в городе ты мне будешь только мешать?

– Почему же сразу мешать?! Я сбрею бороду, всё равно мне уже незачем строить из себя бедняка… Разве богатый мужчина не может сопровождать ведьму в питейном доме?

– Может. Но тогда ко мне там никто не подойдёт. И как я смогу подцепить какого-нибудь вампира, если со мной будет кавалер?

Лицо Габриэла сразу же изменилось.

– Ясно… Можно подумать, информацию получают только таким способом! – с презрением заметил Габриэл. – Просто у тебя опять зачесалось между ног…

Я чуть не подавилась холодным мясом, которое мне за несколько минут до этого любезно нарезал мой спутник.

Тысяча драйканов! Откуда у него этот праведный гнев, и почему его так волнует моя половая жизнь? И какое, вообще, он имеет право говорить мне такое?!

В конце концов, окончательно рассорившись со своим несносным нанимателем, я еле-еле дождалась наступления сумерек. В какой-то момент у меня даже вспыхнула мысль о том, чтобы разорвать наш договор. Чем столько унижений, лучше сейчас же встать и уйти! Но перед глазами у меня сразу же встала моя будущая обеспеченная жизнь, которую я смогу себе позволить только лишь продав драгоценный камушек Габриэла. А его он мне, между прочим, отдал заранее, рассчитывая на мою честность и благородство…

Едва я об этом подумала, как мой рот сразу же захлопнулся. Тем не менее, я демонстративно повернулась к своему нанимателю спиной и сделала вид, что задремала…

После ночной вылазки я увиделась с Габриэлем только лишь во второй половине дня. Хотя, первый отборочный тур вампирских соревнований я прошла ещё до обеда. Но я специально задержалась в городе. Не стала торопиться, чтобы как следует его позлить. И, судя по выражению его лица, у меня это получилось.

Кроме того я испытывала сейчас радость, природа которой для меня самой оставалась загадкой. Неужели я настолько переживала за Габриэла? И поэтому радовалась, что он не пошёл в город вместе со мной и не узнал новости о своей дочери?

Все вампиры, которых я сегодня ночью охмурила и заболтала, в один голос рассказывали мне об Арконе Лосхингтоне. О том, что этот уважаемый в клане вампир, к тому же граф из очень богатого и знатного рода, привёл в свой дом обыкновенную девушку и жил с ней как с женой!

Не трудно догадаться, о ком шла речь, поэтому очень важно, чтобы Габриэл ничего не узнал. Ведь он до сих пор верил в то, что его дочь стала жертвой коварного обмана и что её держат в застенках как пленницу. А на самом деле всё обстояло совсем не так, и его ненаглядная Оления и не думала возвращаться к своему отцу.

Даже не сомневаюсь, что этот Аркон особо и не напрягался, чтобы заполучить дочку Габриэла, ибо девушки сами летели к вампирам как мотыльки на огонь. Честно говоря, я их прекрасно понимала. Было в кровососах что-то такое, заставляющее сердце учащённо биться. Но если они так воздействовали на ведьм, то что тогда говорить о людишках!

Лично меня в вампирах привлекало ощущение опасности, которое овладевало мною, едва я дотрагивалась до какого-нибудь смазливого кровососа. К сожалению, просто секс меня не всегда удовлетворял, хотелось чего-то особенного. И ничто не давало мне такой разрядки, как ночь с вампиром. Это напоминало своеобразное балансирование между удовольствием и страхом смерти, и поэтому действовало на меня как на наркотик…

– Мог бы снять для меня отдельный номер, – недовольно пробурчала я, устраиваясь на самом краешке огромной двуспальной кровати.

– Тогда бы это выглядело подозрительно. А так всё нормально: богатый проезжий пригласил на ночь ведьмочку. Обычная история…

– Ну конечно! – со злостью отозвалась я, но тут же заткнулась, так как он сказал чистую правду.

– К тому же, я не думал, что ты будешь переживать по этому поводу.

– Понятное дело, не буду. Для меня же привычно ложиться в постель непонятно с кем! – возмутилась я.

Не знаю почему, но меня эта тема сильно раздражала. Я злилась, что Габриэл обо мне так думал. Хотя… какое мне дело до его мнения? Он для меня никто, случайный человек, всего лишь очередной заказчик. Наши пути с ним скоро разойдутся, и вряд ли я о нём потом вспомню.

– А разве нет? – подлил масла в огонь Габриэл, словно бы меня провоцируя.

– Представь себе, нет! Я не совмещаю работу и подобные отношения. Для меня ты всего лишь мой работодатель. Так что, если ты надеешься на горячую ночь в моих объятиях, то успокойся. Этого никогда не будет.

В ответ мой спутник заржал как дикий необъезженный конь.

Это стало для меня последней каплей, поэтому я в горечах наложила на него заклинание безмолвия. И теперь он при всём желании не смог бы вымолвить и словечка.

Так ему и надо, пускай знает, как смеяться над ведьмой!

Но, почти сразу же я осознала свой безрассудный поступок, поэтому хотела уже его расколдовать, но вовремя передумала. А всё потому, что Габриэл даже не возмутился по поводу моего самоуправства. Он не стал мычать, хватать меня за руки, как обычно делали все на его месте. Он просто демонстративно отвернулся от меня и всё!

От этого я завелась ещё сильнее. Ведь у него вновь получилось унизить меня, причём, без единого слова! Именно поэтому я не стала снимать с него заклинания. К тому же, оно само спадёт, едва пробьются первые лучи солнца…

Я бежала по лесу, и моё сердце буквально выпрыгивало из груди от волнения. Ведьма внутри меня бесновалась от возмущения, но я ничего не могла с собою поделать. Знала, что поступаю крайне безрассудно, но ноги сами несли меня к Габриэлу.

Нет, я не пущу его в город! Он не должен узнать о том, что его дочь прекрасно ужилась с вампиром. Мало того, Оления стала участвовать в состязаниях на право стать кровососом! Габриэлу такое не приснилось бы в страшном сне! Поэтому я должна его остановить, чтобы он никогда не узнал эту горькую для него правду. Иначе он прямиком отправиться к Аркону Лосхингтону, и тогда уже ничто не сможет его спасти.

В траве таинственно мерцали росинки.

Какая завораживающая красота! Словно кто-то специально рассыпал по лесу драгоценные камни. В каждой крохотной капле отражался весь мир, хотя на первый взгляд она казалась всего лишь обыкновенной водой. Причём, я тоже так раньше думала, когда была маленькой, и мои ведьмовские силы ещё не проснулись. Сейчас же я могла видеть красоту там, где обыкновенный человек не заметил бы ничего примечательного. Но в данный момент мне было не до этого. Мои ноги топтали эти изящные капли, не оставляя в душе ни малейшего сожаления.

Главное – чтобы Габриэл ни о чём не узнал… иначе он точно наделает глупостей…

– Лазурь, проснись! Это всего лишь страшный сон, – донёсся издалека знакомый мне мужской голос. Отчего я сразу же вернулась в действительность и мысленно отругала себя последними словами.

– Что, голос прорезался? – недовольно пробурчала я и открыла глаза. И едва я это сделала, как у меня пропал дар речи, причём, без какого-либо колдовства…

Мои руки сейчас почему-то обнимали Габриэла, а моя левая нога была закинута на его бедро так, будто я проделывала такое постоянно! Честно говоря, я и на самом деле частенько вытворяла подобное во сне, неосознанно. Но только не с ним, а с теми любовниками, которым я доверяла. С Дрогаром, например. А с Габриэлем у меня ничего не было, слава Богам! Такое бы я точно не забыла…

Я тут же опомнилась и оттолкнула его от себя так, что Габриэл едва не свалился с кровати.

– Ничего себе! Сама же на меня залезла, а виноват остался я! – с наигранным возмущением заявил он, и его рот растянулся в ехидной улыбке. – Вообще-то я не против. Но сразу предупреждаю, я могу не выдержать и среагировать чисто по-мужски…

ГЛАВА 14

– Ты же понимаешь, что я это сделала во сне, в полной отключке? Так что лично к тебе это не имеет никакого отношения, – решила подчеркнуть я, чтобы у Габриэла не возникло никаких сомнений на этот счёт.

– Я и сам догадался, можешь не объяснять, – хмуро откликнулся мой вынужденный сосед по кровати.

Похоже, от его весёлости не осталось и следа. И меня это вполне устраивало… если только я не наболтала во сне лишнего. Иногда меня словно бы прорывало, и я начинала разговаривать во сне. Мне об этом как-то рассказал Дрогар, после чего я сразу же приняла меры: заварила себе специальное зелье от этой напасти и принимала его в течение месяца.

С тех пор прошёл почти год, но я понадеялась, что оно всё ещё действует. Но, как выяснилось, зелье уже утратило свою силу, из-за чего я попала в очень неловкое положение.

Интересно, почему Габриэл решил, что у меня ночные кошмары? Неужели я кричала во сне? Да быть такого не может! Наверняка он всё преувеличил…

– Между прочим, у меня не бывает страшных снов. Моя реальная жизнь такова, что придумать что-то ужаснее неё просто невозможно, – усмехнулась я.

– Да?! Ты в этом так уверена? – с неизменным сарказмом продолжил Габриэл. – Может, насчёт своей жизни ты сказала мне чистую правду, но что касается остального… Лазурь, о чём я не должен знать? Что ты от меня скрываешь?

Меня словно бы парализовало. Ведь я себя почти убедила в том, что теперь не разговариваю во сне. Возможно, ору как ненормальная, закидываю ноги куда не попадя, но только не произношу членораздельные слова!

Похоже, зря я на это надеялась.

– Что? – невозмутимо откликнулась я. – О чём ты?

– Не прикидывайся дурочкой, ты всё прекрасно поняла.

Я тут же изобразила возмущённое лицо, после чего с блеском разыграла истерику оскорблённой до глубины души ведьмы. Но… она не произвела на Габриэла никакого впечатления. И после продолжительной паузы он вновь повторил свой вопрос, слово в слово. Поэтому мне не оставалось ничего другого как рассказать ему всё. Но сделала я это только лишь потому, что уже знала, как поступлю дальше.