И никогда я о подобном не мечтала. Никогда! Честное слово! Это все Лялечка Василевская из маркетингового отдела виновата. Она, блондинка с полной четверкой, заявила, дескать, всё – всё, девочки! – в этом мире делается лишь для нее. И виллы на Багамах строятся, и лимузины железные на заводах куются, и олигархи-миллиардеры свои миллиарды зарабатывает.
Всё!
Всё для нее! Вернее, для таких, как она – молодых, высоких, загорелых и длинноногих.
А еще сказала, что купальник для поездки в Портофино она себе уже купила.
Я тогда возьми да ляпни – мол, как же тогда быть нам? Обычным Соням Огурцовым с ростом табуретки и талией креветки? Немолодым. Тридцать мне почти пять лет назад как стукнуло. Да не просто так стукнуло, а, как пел «Король и Шут», «камнем по голове» огрело. А на последнее, вчера случившееся, не-буду-говорить-скока-летие мне официально объявили, что я теперь совсем старушка и неликвид. Вечером мама позвонила и со слезами полтора часа сокрушалась о том, что, часы мои свой лимит протикали, и внуков теперь она не дождется. Ах, да-а-а! Забыла сказать, что перед этим, утром, мне позвонил мой бойфренд (теперь уже бывший) и сообщил, что бросает меня. Чтобы жениться на другой (ну, вы понимаете)… И, вот, до самого вечера я сидела, ревела, запивая рыдания коньяком, и обещала себе, что больше ни за что! Больше никогда…
… а тут эта Лялечка со своим купальником. И такая, девочки, меня обида взяла! Чем я хуже то? Ну, полновата. И волосы от краски посеклись. Ну, ногти на нервах сгрызла – после разрыва с милым же была! И, этот, как его…
…возраст. А мелкий рост, между прочим, каблуки неплохо исправляют!
В общем, обозлилась я тогда на Лялечку, как собака Баскервилей на сэра Генри. Обозвала ее в сердцах пустоголовой. А они – Василевская и все ее коллеги из отдела – надо мной только поржали. Не смеялась лишь Рая из бухгалтерии – пятидесятилетняя старая дева с приданым в виде выводка котов, собрания сочинений Оскара Уайльда и радикулита.
Уж она-то меня хорошо понимала!
– Я, Сонька, хоть и пустоголовая, – не стала спорить Ляля, – зато красотка и счастливица. И мужики мне под ноги штабелями ложатся.
Она смотрела на меня сверху вниз, вся такая блондинисто-загорелая, сияющая персиковыми румянами на щеках, так что во мне проснулся дух противоречия:
– Пф-ф, штабелями. Это ты загнула. Современные олигархи – люди образованные. Их одними ногами-сиськами не покоришь.
– Так говоришь, будто тебе есть чем другим их покорять? – заломила бровь Василевская, а ее подружки хором хихикнули.
– А вот и найду чем! – зачем-то вступила в спор я.
– Хо-о-о! – округлила глаза Ляля, и на лице ее появилось коварное выражение. – Вы слышали это, девочки? Наша Огурцова – тайная секс-бомба, покорительница олигархов.
– Тоже мне, Анастейша из «Пятидесяти оттенков» нашлась, – хохотнула с южным акцентом черноволосая шикарная Алла.
– Эй, где своего мистера Грэя потеряла? – поддержала ее тоненькая, как тростинка, Ника.
– Тише. Тише, девочки, – шикнула на них Ляля, и глаза ее пугающе сверкнули. – А, знаете, что я придумала? Пари! Спор. – Рука с алыми нарощенными ноготками протянулась ко мне. – Если Огурцова закадрит миллиардера, я отдам ей свою новую машину, которую мне пусик подарил.
– Слухай, Ляль, а на шо ей твоя машина будет нужна, если она соблазнит олигарха? Он ей десять машин купит, – засомневалась Алла.
– Ну-у-у, – задумалась Василевская, – ладно, пусть будет не машина. Пусть будет любое желание. Слышишь, Огурцова? Любое, если, конечно, тебе не потребуется единорог.
– Прям любое-любое? – усомнилась я. – То есть, и собственность твою потребовать можно? И чтобы ты с работы, например, уволилась?
– Да, – жеманно пожала плечиками Ляля.
Я нахмурилась. Чего ей, Ляльке, собственно терять? Квартира у нее съемная, машины-наряды – все любовниками надарено. С нее не убудет. И работа ей, кажется, не сильно нужна. Может себе Василевская такой спор позволить.
– А что с моей стороны?
– Проиграешь – уволишься. Мне этого будет достаточно.
Черт! А я себе такой риск позволить не могу. Я эту работу и так кое-как получила. Я за нее зубами держусь. Ведь тут, в Тумановске, таким, как я, девам со скромным дипломом местного вуза, посредственной внешностью и отсутствием нужных связей, работенку со сносной зарплатой найти просто нереально.
– Ну, готова ответить за свои слова? Или трусишь?
И тут мне так за себя обидно стало! За всех, вот таких как я, Сонь Огурцовых, которых списали со счетов и на помойку жизни выбросили из-за того, что у нас вид не модельный. Не знаю, кто меня за язык тянул, но я зачем-то повелась на Лялькину провокацию и протянула ей свою дрожащую от волнения руку.
– А вот и не трушу. Спорим! Спорим, что я выйду замуж за миллиардера!
– Смело, Огурцова. Смело, – скривила лицо Василевская, двумя пальчиками, словно боясь испачкаться, пожала мне руку, – и срок давай оговорим, чтобы в этой жизни… Даже, в этом году все у тебя с олигархом получилось. А точнее, в ближайший месяц. Ты ведь как раз завтра в отпуск идешь.
Отпуск отпуском, но…
– Эй, так быстро?
– Конечно, чтобы все по честному было, и ты себе пластическую операцию сделать не успела.
– Да мне и в голову такое бы не пришло, – краснея, оправдалась я (на самом деле пришло, и я уже подумывала, где бы взять на это дело кредит).
– Не важно, – грубо перебила Ляля. – Через месяц я уезжаю с пусиком в США на полгода. У меня нет времени ждать бесконечно.
Я гневно выдохнула. С Василевской хрен поспоришь.
Роковое пари было заключено.
Закончив общаться с отделом маркетинга, я гордо собрала тарелки на поднос – дело было в столовой на обеде – и понесла его к стойкам для грязной посуды, но, поскользнувшись на оброненном кем-то чайном пакетике, морской звездой растянулась на полу. Вот стыдобища-то! И обидно…
Обидно до слез!
Лялечка, как ни странно, надо мной смеяться больше не стала. Только посмотрела так высокомерно-презрительно, и глаза ее как будто говорили, что тут, в луже из размазанного по полу недоеденного пюре вперемешку с недопитым компотом мне, Соне Огурцовой, самое место.
Не выдержала я такого позора. Сбежала от обидчиков в туалет и там, сидя в закрытой кабинке на унитазе, разревелась в голос. Ну, почему я такая несчастная? Такая невезучая! И внешность-то у меня непрезентабельная, и квартира тесная, и зарплата самая маленькая в отделе.
А в этом месяце еще и премии лишат за опоздание и за то, что, сама того не зная, важному клиенту нахамила. А я что? Я ж не знала, что тот нетрезвый дядька с перегаром, что вывалился на меня из лифта и попытался схватить за грудь, приговаривая «Наташенька, вы же сегодня совершенно свободны?» – не просто важный клиент, но еще и друг моего начальника. Если б знала, разве б я ему по морде дала? Эх… Я ведь дала! От души! И не пощечину какую-нибудь чисто-символическую, а прямо в зубы кулаком! Слава богу, дядька был настолько нетрезв, что ничего толком про наш конфликт потом не вспомнил. Это генеральный на записи с камеры все разглядел. Хорошо хоть со стороны дядькиной спины смотрел и удар мой не увидел – решил, что его друг сам споткнулся и на меня завалился, – но конфликт засек и долго меня потом ругал за поведение. А я что? Я – ничего. Молчала. Не хотелось быть уволенной…
До вечера доработала кое-как. Сидела и злилась на весь мир, кутаясь в поношенную кофточку, которую хранила в рабочем шкафчике на случай холодов. Организация у нас большая – огромное офисное здание, соединенное со складами, стоит в промзоне на отшибе. Тут ветры такие, что иногда по пути к остановке корпоративных автобусов, что развозят сотрудников, тебя чуть ли не от земли отрывает. А зимой иногда на всех не хватает тепла. Так и работаем в обнимку с обогревателем и вечной чашкой кофе-чая под рукой.
Когда рабочий день, наконец, завершился, я последней вышла с этажа и направилась к остановке. Мой наряд был безнадежно испорчен пятнами от компота. Не отстирается ведь теперь! Новые шмотки придется покупать, а зарплата не резиновая… А скоро ее вообще не будет, ведь дурацкий спор – какой подлый демон меня за язык тянул? – явно разрешится не в мою пользу.
Ссутулившись, я плюхнулась на пластиковую скамейку под навесом остановки, залипла в телефон. Разбитый сенсорник понимал прикосновения лишь с третьего раза – играть в аркаду так вообще невозможно! Психанув, я его как следует тряхнула, и он вообще вырубился. Автобуса ждать еще минут тридцать. Скукота-а-а.
Вскоре на остановку начнут подтягиваться люди – такие же, как я, неудачники без личных машин. Мой взгляд упал на забытую кем-то желтую газетенку, последняя страница которой пестрела объявлениями всевозможных доморощенных магов, целителей и прочих шарлатанов. Я пробежалась по ним глазами.
«Контактер с космосом Пьер с божьей помощью слетает на Альфу Центавра и пошлет вам оттуда лучи счастья». «Потомственная целительница Аграфена избавит вас от болезней, депрессии, собственного мнения и тринадцатой зарплаты. Выезд на дом». «Дипломированный черный маг Евлампий лечит импотенцию по фотографии» и так далее и тому подобное.
Я задумчиво повертела газетенку. Значит, говорите, Евлампий? Интересно, где это у нас черных магов дипломируют? А, вообще, мне бы сейчас какой-нибудь маг не помешал, ибо выиграть дурацкий спор я смогу только с помощью потусторонних сил.
Надо будет завтра поговорить с Василевской и отказаться от пари, как бы постыдно это не звучало… Вот только Лялька мне этого не позволит – со свету сживет. Будут травить меня потом всем отделом в тройном размере. Я шмыгнула носом – ситуация, кажется безвыходной.
Я на кой-то ляд свернула найденную газету и сунула в сумку. Посмотрела на дорогу. До автобуса минут пятнадцать. Вон, уже подтягиваются остальные пассажиры. Рая из бухгалтерии идет, тащит в руках какую-то огромную сумку. Что у нее там, интересно?
И вдруг, словно в ответ на мой мысленный вопрос, молния на сумке разошлась и оттуда высунулась огромная черная кошачья морда. Рая вскрикнула, попыталась запихать кота назад, но тот злобно зашипел, зафыркал и, вырвавшись из сумки, сломя голову понесся прямо на дорогу. А там, как назло, появились машины – с одной стороны летит спортивное авто коммерческого директора нашего склада, с другой – фура с товаром. Секунда, и кот оказался прямо между ними…
Меня охватил ужас! Они же сейчас хвостатого беднягу в лепешку раскатают! Ничего не соображая от страха, я, как полоумная, замахала руками и кинулась на помощь бедному животному. Чудом увернувшись от легковушки, выхватила кота из-под колес фуры и, прижав к груди, как родного, галопом вскочила под навес остановки.
К моему несчастью, бедный зверик оказался не таким уж бедным и за пару секунд побега от фуры успел разодрать мне все руки. Хорошо, хоть глаза не выцарапал!
– Ах, Сонечка! Боже мой… – запричитала Рая, спешно убирая свое чудовище обратно в сумку. – Я не знаю, как тебя отблагодарить!
– Да… ничего особенного, – пробормотала я, разглядывая, как набухают на руках алые царапины.
Рая тоже их увидела. Схватилась за сердце.
– Черноус! Вот, негодяй! Одни проблемы от него – поскорее бы уже вернуть хозяйке, – женщина виновато посмотрела на меня и предложила. – Пойдем ко мне, Сонечка. Я тебя лечебным чаем напою и твои раны обработаю.
Я пожала плечами. Чаю я бы сейчас действительно попила. Настроение – в ноль. Альтернатив Раиному предложению тоже особо нет. Сидеть дома одной и жалеть себя с бутылкой коньяка – так себе вариант.
Подошел автобус.
Мы с Раей сели на заднее сиденье.
– Соня, – обратилась ко мне спутница, – я ведь все слышала.
– Что именно?
– Ваш спор с Лялей Василевской.
– Дурацкий спор, – скуксилась я, – дура я была, что согласилась на него.
Рая вдруг загадочно улыбнулась – в уголках ее зеленых глаз пролегли озорные морщинки. Она положила мне на плечо руку и заговорщицки шепнула:
– Мне кажется, я знаю, как помочь тебе выиграть спор.
– Ты? – с недоумением воскликнула я.
Получилось громко – остальные пассажиры повернулись к нам.
– Я, – прижимая палец к губам, повторила Рая.
– Интересно, как?
Вместо ответа Рая кивнула на торчащую из моей сумки газету и ответила вопросом на вопрос.
– Ты, кажется, хотела обратиться к ведьме?
– Хотела… – неуверенно почесывая затылок, протянула я. – Но я не думаю…
– Я тебе с этим помогу. У меня есть, как бы это сказать, нужные связи.
Глава 2. Ведьма
Мы вышли в центре и направились к богатому старинному району, где стояли пафосные купеческие дома. Они до сих пор ценились своим расположением и просторными квартирами, где из-под потолка, кажется, можно с парашютом прыгать, а в коридоре устраивать военные парады.
Не думала, что Рая тут живет.
Мы прошли в отделанный мрамором подъезд и поднялись по красивой лестнице с деревянными перилами. Потом перед нами возникла дубовая дверь со старинной ручкой, в виде держащего кольцо льва.
– Проходи, будь, как дома, – Рая отперла замок и пропустила меня внутрь.
Уже в прихожей я обомлела. Даже не представляла, что квартиры могут быть настолько огромными. А эта – Раина – еще и выглядела, как музей. Или даже как дворец. Эрмитаж – я в нем была пару раз, когда на экскурсию с классом в школе ездила. На стенах – картины (бьюсь об заклад, какие-то очень старые и дорогие). На полу – ковры. У стены стоит белая статуя в виде козлоногого рогатого дядьки с дудкой.
– Офигеть, – вырвалось у меня непроизвольно, – я, конечно, знала, что в бухгалтерии лучше зарплата, но чтобы настолько?
Рая изобразила на лице кислую мину.
– В нашей бухгалтерии, увы, с зарплатами так же печально, как и у тебя в отделе. Просто я подрабатываю. Кошек на передержку беру.
Она кивнула в сторону длинного коридора. Там, в полумраке светилось полсотни зеленых и желтых глаз.
– Ого! Их, правда, сорок? – ляпнула я.
– Точнее, сорок две, – гордо поправила Рая.
Я быстренько прикинула в уме. Сорок две кошки на полторы тысячи рублей в месяц. Полторы тысячи – потому как именно такие суммы собирала обычно для бездомных животных в соцсетях моя знакомая волонтерка Женя. Приличная сумма получается. Мне, пожалуй, тоже стоит задуматься о паре-тройке таких котиков. Вот только в моей малогабаритке и одному животному будет тесно…
Рая провела меня на просторную кухню, уставленную старинной мебелью. На стене, возле высокого окна в венецианском стиле висела картина с горным пейзажем, похожим на Японию.
– Это Волошин. Подлинник, – как бы невзначай похвасталась Рая.
Я со скрипом вспомнила, что Волошин – это такой известный поэт-художник и мысленно пообещала себе взяться за собственное образование. А то стыдно! Ляльку в пустоголовости обвиняю, а сама в высоком искусстве не шарю – от слова «совсем». Еще олигарха покорять собралась чем-то, помимо «красоты».
– Это тоже… благодаря котикам? – не поверила я.
– Да.
– Котики нынче дорогие, – с восхищением выдала я, на что Рая с улыбкой ответила.
– Ну, это же не простые котики. Их хозяева – самые могущественные ведьмы и колдуны нашего города.
Скажи это Рая на остановке или где-нибудь в бухгалтерии – я бы ни в жизнь не приняла ее слова всерьез. Но сейчас, сидящая посреди квартиры-Эрмитажа таинственная Рая, окруженная армией огнеглазых котов – все они, черные, как смоль, сползлись на кухню и расселись вокруг нас полукругом – выглядела внушительно.
– Ничего себе, – только и смогла сдавленно пискнуть я.
А Рая поправила сбившийся на бок пучок седых волос и продолжила:
– Сейчас за тем самым котиком, которого ты сегодня спасла, прилетит его хозяйка – одна местная ведьма. Я представлю тебя ей, расскажу про твой благородный поступок, а дальше дело будет за тобой, поняла?
Я не успела ничего понять. Свет в комнате замигал, венецианское окно с треском распахнулось, и на его подоконнике возникла женщина.
– А вот и Лолита Самуиловна пожаловала, – загадочно улыбнулась мне Рая.
Женщина спрыгнула с подоконника, опираясь на метлу, которую сжимала в руке. Значит, Лолита Самуиловна… Она, и правда, была похожа на певицу Лолиту – такая же темноволосая, роскошная и основательная. Сверкая черными очами, ведьма подошла к нам и села на свободный стул.
Поинтересовалась:
– Как мой Черноусик, Раечка? Надеюсь, он не доставил тебе больших проблем?
– Почти нет. Правда, сегодня он попытался сбежать и чуть под машину не угодил. Я так перепугалась! Но вот эта отважная юная особа, рискуя жизнью, спасла его.
– Вот как? – ведьма уставилась на меня своим огромными глазищами с макияжем в духе Мартиши Аддамс. Мне показалось, что она просканировала меня насквозь со всеми моими недолеченными гастритами, грехами, тайнами, лишним весом, коньяком и пошлыми мыслишками по вечерам. – Как тебя зовут, дорогая?
– Соня Огурцова, – отчеканила я.
– Ты сегодня и вправду спасла моего драгоценного питомца?
Я смутилась. Начала мямлить и путаться в словах. Было страшно показаться ведьме чересчур корыстной или хвастливой, но и отказываться от сделанного тоже не хотелось. Поэтому из моих уст вырвалась очередная белиберда:
– Да… Я ж не знала, что он ваш… В смысле, что я не специально… То есть случайно… Само получилось.
– Спасибо, дорогая. Я очень признательна тебе.
– Да… не за что. В смысле, обращайтесь…
Вот дура! Ну, чего я такое несу?
– И что же ты, Сонечка, хотела бы получить от меня в благодарность? – с места в карьер выдала вдруг Лолита Самуиловна.
Я от такого аж на стуле подскочила. Вот это да! И что же делать теперь? Награду просить? Как-то стыдно.
Тут Рая пнула меня под столом по ноге – значит, отмолчаться не получится. Да и не для того я здесь, чтобы отмалчиваться!
– Я… – слова застряли в горле от волнения. – Я… Кхе-кхе… – и дурацкий кашель вылез так некстати. – Мне очень нужно выти замуж за миллиардера, в самый короткий возможный срок! – выпалила, наконец, и вся сжалась, ожидая, что за подобную наглость ведьма испепелит меня на месте.
Лолита Самуиловна нахмурилась. Осмотрела меня с ног до головы.
– Ты ведь знаешь, что это серьезная просьба? Олигархи, принцы, царевичи – это у меня обычно за отдельную плату. Хлопот много.
Ну вот, облом. Дура я. Наивная дура! Губу раскатала… С чего этой ведьме из-за меня тут особенно заморачиваться? За кота и шоколадкой отдариться можно.
– У меня денег нету, – с грустью признав поражение, протянула я. И сдуру ляпнула. – Помогите мне бесплатно, пожалуйста. Я, как миллиардера охмурю – сразу вам долг отдам!
Что я несу? Кто меня за язык тянет? Она же меня сейчас сожжет! Сожжет заживо – за такое-то нахальство! Или в жабу превратит! Но раз начала – поздно отступать. Хорошо хоть Рая опять за меня вступилась.
– Лолита Самуиловна, ну, помогите, пожалуйста, Соне. Она ведь не ради корысти – она с девочками из соседнего отдела поспорила… Они ее и так всегда травят, а если она и спор проиграет, то…
–Поняла-поняла, – отмахнулась ведьма, массируя пальцами виски. – Знаешь, дорогая моя Раечка, когда-то давно я поклялась себе, что буду стараться помочь всем нуждающимся во мне женщинам. Сейчас подумаю, как устроить жизнь твоей подружке эффективно и бесплатно. И так, чтобы мне сильно не напрягаться.
Минут пять она молчала. Все это время, я сидела, как на иголках, и боялась даже дышать. Вдруг передумает? Вдруг на фиг меня сейчас пошлет? Или все-таки в жабу? А, ну и пусть – в жабу! Упрыгаю на болото жить, и никакая Василевская меня больше не достанет. Буду есть комариков, сидеть на листе кувшинке и любоваться закатом…
– О! – ведьма подняла наманикюренный коготь вверх. Лицо ее сияло. – Придумала! Есть у меня одна прекрасная идея – и тебе будет помощь и мне польза. Только помогать тебе буду не я сама, а мои… помощники.
– Помощники? Что за помощники? – хором спросили мы с Раей.
– Ну, как помощники? – пояснила Лолита Самуиловна. – Скорее, должники. Мне их на перевоспитание прислали. Сказали, выпустить на свободу того, кто лучше всех себя покажет. Вот я и устрою им соревнование – кто поможет тебе эффективнее остальных в твоей интрижке с миллиардером, того и отпущу.
Я не совсем поняла про этих должников-помощников, поэтому на всякий пожарный уточнила.
– А они точно справятся?
– Они постараются.
– А у них получится?
– Думаю, получится. Они ведь не абы кто, а могущественные демоны Семи Смертных Грехов.
– Ого-о-о, – присвистнула я.
– Я бы даже сказала – ого-го! – подмигнула мне ведьма. – Сейчас я тебе их представлю.
Она щелкнула пальцами и в комнате, одна за одной, стали появляться окруженные пламенем фигуры. Мужчины, или… Их действительно было семеро, и выглядели они внушительно – все красавцы, как на подбор, на башке у каждого рога, а за спиной хвост с кисточкой. Вот, блин…
– Познакомься, Сонечка. Это знаменитая семерка – Гнев, Похоть, Алчность, Гордыня, Обжорство, Зависть и Лень, – рогатые парни приветственно кивнули мне головами. – А это наша Сонечка, прошу любить и жаловать, – представила ведьма меня. – Ваша задача помочь ей обрести любовь какого-нибудь, скажем, миллиардера. Тот, кто станет помогать лучше остальных, будет снят с должности демона грехов и отправлен в человеческий мир. И не смейте нашу девочку обижать, ясно?
– Я-я-ясно, – покорным хором отозвались демоны.
Ведьма еще раз щелкнула пальцами, материализуя прямо из воздуха пожелтевший лист бумаги, чернильницу и перо.
– Сейчас мы с вами подпишем вот этот договор, – пояснила она, – и приступим к работе. Соня, ты первая.
С замиранием сердца я вывела внизу свою фамилию и инициалы. То же самое сделали семеро демонов.
Итак, сделка состоялась.
Глава 3. Гнев
Утром я проснулась в своей кровати с одной единственной мыслью: все, что произошло вчера – сон! Ведьма, демоны, договор… Какая чушь только в голову не полезет от безысходности. Хотя, не все так плохо. У меня первый день отпуска – первого длинного и настоящего отпуска за несколько лет. Начальник смены с барского плеча решил отдать мне все долги, поэтому гулять мне полагается аж тридцать дней.
Первый день отпуска! М-м-м-м-м. Никакого будильника, никаких подъемов в шесть утра. Не открывая глаз, я сладко потянулась, и вдруг кто-то бесцеремонно заорал мне прямо в лицо:
– А ну, вставай! Ишь, развалилась! Отрывай свою задницу от постели, и пошли.
Я быстро открыла глаза, натянув одеяло да самого носа, с удивлением и страхом уставилась на высокого черноволосого незнакомца. Хотя, это как сказать – «незнакомца». Он был вчера там, в квартире Раи и подписывал тот договор…
– Вставай! – прорычал мне в лицо парень. – Ну? Валяется тут…
Из своего «одеяльного» убежища я внимательно разглядела гостя. Высок, статен, брутален, красив. Эдакий секси-плохиш-хулиган в кожанке и забитый татуировками. Черные волосы взлохмачены, как у крутого героя японской видеоигры.
Он – красавчик, конечно, но кто, интересно, позволял ему вламываться вот так бесцеремонно в мою квартиру и орать на меня? Нужно поставить товарища на место, пока он совсем не обнаглел.
– Ты бы представился сначала, – я нахмурилась, высунув нос из-за одеяла.
– Я – Гнев, – прорычал парень, – неужели такая тупая, что сама не догадалась?
– Гнев, значит, – прищурилась я, и, как черепаха из панциря, вытянула вперед шею. – Ты не мог бы общаться со мною повежливее, Гнев? А то я Лолите Самуиловне пожалуюсь. Она, помнится, просила вас семерых меня не обижать.
– Ишь, обидчивая какая… – начал, было, мой утренний гость, но, спохватившись, три раза глубоко вдохнул-выдохнул, а потом произнес. – Извини. Мне тяжело сдерживаться. Я не нарочно.
– Ладно, мир, – вздохнула я. – Ты не мог бы выйти, мне одеться надо…
Пока я одевалась, Гнев ждал меня на кухне и тихо ругался на медленно работавшую кофеварку.
– Я готова, – сообщила из коридора, засовывая ноги в розовые ношеные кеды.
– Отлично, пошли.
– Ты уже знаешь, как мы будем охмурять олигарха? – сдуру брякнула я.
Гнев удивился:
– Мы? Нет, подруга, это только твоя забота. Я тут просто «принеси-подай» – могу тебя на крутой тачке к пафосному ресторану подвезти, могу денег на красивые шмотки выдать, могу охрану твою изобразить и в морду дать кому-нибудь ненужному, кто не вовремя лапаться полезет, но вот насчет «охмурять» – тут уж как-нибудь сама.
– М-да, – хмыкнула я разочарованно. – Чтобы дать в морду кому-нибудь ненужному, надо сначала найти кого-нибудь ненужного… То есть, ты не возьмешь меня под ручку и к олигарху не отведешь?
– Не-а…
– Печально.
Мы посмотрели друг на друга с тоской. Похоже, этому чуваку не светит победа в соревновании, как мне в его компании не светит олигарх. Тут меня осенило:
– Постой. Ты действительно можешь меня в крутой ресторан провести?
– Не только в ресторан, – оживился Гнев. – Вообще в любое место. Хоть на ужин к президенту.
– Боюсь, с президентского ужина меня сразу выпрут.
– Не выпрут. Я обладаю способностью к затуманиванию человеческих мозгов. Всем будет казаться, что ты попала туда по объективной причине. Что находишься на своем месте. Они будут принимать тебя за какую-нибудь свою полузабытую знакомую, модель с обложки или журналистку – в общем, лишнего внимания не привлечешь. Главное, ты сама должна понимать, куда тебе надо идти.
– Это уже разговор! – я воодушевленно потерла ладони. Та-а-ак, и где у нас тут миллиардеры водятся? В каком-нибудь Лялькином Портофино? И тут же попыталась выяснить детали. – В Портофино доставить можешь?
– Это что в Италии, да? – Гнев, хмурясь, почесал затылок. – Не-е, не могу. Туда добира-а-аться, а у меня телепорта нет.
– Как же это, нет? – огорченно всплеснула руками я, слабо представляя, о каком телепорте вообще идет речь.
– Не положено нам, – буркнул демон.
– Так давай на самолете долетим?
– Туда долетим – сюда долетим… Пока до аэропорта доберемся. Не успеем. Я ж с тобой только на один день.
– Один день? – мои глаза округлились.
– Конечно! – возмутился Гнев. – Подруга, ты что, договор вообще не читала?
– Нет, – сгорая от стыда, призналась я.
Уж сколько раз твердили миру… Читайте договора перед тем, как подписать! А я вот лично была в некондиции, в шоке, я вообще в происходящее до конца вчера не верила… В общем, не повторяйте моих ошибок.
– Ну, мать, ты даешь!
– Да я же… не думала.
– Не думала она, – фыркнул демон, – объяснять тебе теперь. В общем, так. Каждый из нас, Семи Грехов, может помогать тебе только в течение одного дня.
– Рабочего? – уточнила я.
– Можно и так сказать. А, точнее, с утра и до вечера. С утра мы тебя забираем, вечером возвращаем домой. Ночью ты спишь.
– А если не сплю? – насела я. – Если я ночью уже… с олигархом…
– С олигархом ты можешь ночью только после свадьбы. Это тоже, между прочим, в договоре было прописано. Поражаюсь я на тебя, вообще, Огурцова. Как ты живешь – такая растяпа?
– Хреново живу. И ты давай тут, не отчитывай меня, а помогай, – обидевшись, огрызнулась я. И тут же поняла две важные вещи. Во-первых, для Гнева я теперь «растяпа, подруга и мать», а во-вторых, желаемого олигарха мне придется искать прямо вот туточки, у себя под носом, в родном Тумановске. Я последний раз уточнила. – Значит, в Портофино, говоришь, не успеем? Тогда давай думать, как выкручиваться из сложившейся ситуации.
Мы уселись прямо в коридоре – я на пуфик, а Гнев на полку-подставку для сумок – и стали думать. Демон несколько раз резко вскидывался и поднимал к потолку палец, выдавая обрадованное: «О! Придумал…», но всякий раз это «О» заканчивалось унылым – «а, вообще, нет». В конце концов, он достал из кармана огромный смартфон и принялся что-то усиленно гуглить в нем.
– Что ты ищешь? – спросила я.
– Листаю список Форбс, – отмахнулся Гнев. – Нефть, газ… Газ, нефть… Слушай, все эти богатеи – владельцы серьезных отраслей. Что у нас есть тут, в Тумановске?
– Нефти нет. Газа тоже, – развела руками я.
– А что есть? – Гнев, в отличие от меня, пока не терял надежду.
Я задумалась:
– Торфоразработки, банки, строительство.
– Так–так, – демон радостно мазнул пальцем по экрану смартфона. – Компания «Торфяник-Плюс», головной офис находится в Тумановске, в паре кварталов от тебя.
– И что нам это даст? – не разделила я восторгов Гнева. – Нам нужен, как минимум, фактический владелец компании. Не думаю, что он круглосуточно в офисе сидит. Он, может, вообще за границей живет – так сейчас многие влиятельные люди поступают.
– Давай-ка это выясним.
Гнев бодро соскочил с подставки для сумок и, схватив меня за руку, потащил к выходу. Я на ходу схватила рюкзак и захлопнула дверь – благо, французский замок позволял это сделать.
Первое, что бросилась мне в глаза на улице – роскошный черный мотоцикл-чоппер, стоящий посреди двора. Демон уверенно направился к нему, снял с руля рогатый шлем и протянул мне.
– Надевай и запрыгивай.
Упаковав в шлем свою растрепанную голову, я села позади Гнева и обхватила его за пояс. Почему-то стало страшно. Не думаю, что этот товарищ – аккуратный водитель.
Поехали.
На удивление, стиль езды у Гнева оказался не слишком торопливым, что радовало, но по дороге он постоянно на кого-то ворчал и с кем-то ругался.
– Ползешь, как черепаха! – грозил кулаком соседу спереди, оказавшись в пробке на узкой улице. – А ты чего разбибикался, урод? Ишь, торопливый какой? Неймется ему, – поносил соседа сзади.
Водители отвечали ему, не смущаясь и не скупясь на крепкие выражения. Мне отчего-то было жутко стыдно, хотелось сквозь землю провалиться. Хорошо хоть на мне шлем с зазеркаленным стеклом, и лица никто не видит.
Мы остановились перед высоким новым зданием в десять этажей вышиной. «Торфяник-Плюс» – значилось на массивной вывеске. На стоянке теснились машины. Гнев с трудом отыскал место для парковки.
– А потом, – демон задумался на секунду. – Потом разберемся!
Меня терзали смутные сомнения. У Гнева явно не имеется никакого четко плана. Хотя, у меня его тоже нет, так что – и правда – будь, что будет! Вот только… выясним мы имя-фамилию-адрес этого господина и что? В гости без приглашения вломимся?
– Ну, тогда с богом, – не в тему ляпнула я.
– С чертом, – согласился Гнев. – С любой потусторонней помощью, лишь бы помогло.
Он первым шагнул на широкие ступени, ведущие к застекленному входу. Я притормозила.
– Нас оттуда точно не выкинут?
– Точно. Я ведь тебе рассказывал, как наши чары работают. Мы сольемся с общей массой сотрудников, и нас никто не заметит…
– Никто не заметит, даже если мы нагло полезем за важными сведениями и документами? Ты уверен? – я все еще сомневалась. Что все будет так просто. – Мы совсем-совсем не привлечем внимания?
– Мы постараемся, – буркнул Гнев и вошел в здание.
Мне не осталось ничего, как только последовать за ним.
В светлом фойе на нас никто не обращал внимания. Вокруг были люди в деловой одежде. Они проходили через турникет, который отделял от просторного холла лифтовую площадку и лестницы. В стеклянной будке, как рыба в аквариуме, сидел охранник.
– Ну-у? – шепнула я спутнику. – Что дальше то?
– Надо узнать, где тут кабинет главного, зайти к нему и выяснить – кто самый главный. В смысле – самый-самый. Все просто, не ссы!
– Тогда давай у охранника, может, спросим, где тут директор сидит? – нервно озираясь, промямлила я.
На нас все еще никто не обращал внимания.
– Сейчас пойду и спрошу, – согласился демон.
– Погоди, – я схватила его за рукав кожанки, – а вдруг охранник что-то заподозрит?
– Не заподозрит.
– Точно? Ты уверен?
– Уверен, – приосанился Гнев и спросил зачем-то. – Ты «Звездные войны» смотрела?
– Ага, – непонимающе кивнула я.
– Тогда наблюдай и восхищайся!
Он подошел к «аквариуму» и, сунувшись в окошко, с серьезным видом заявил:
– Сейчас ты расскажешь мне, где у вас тут директор сидит, как его зовут, кто его любовница и сколько у него зарплата.
Магия магией, а это уже ни в какие рамки не лезет! Я чуть под землю от такой глупости не провалилась. Покраснела до ушей, представляя, как охренеет сейчас охранник. Но охранник почему-то совсем не удивился. Он сонно зевнул и лениво ответил:
– Сейчас я расскажу тебе, все что ты просишь. Директора звать Иван Иваныч Сидоренко. Сидит он на последнем этаже в кабинете с золотой дверью… – он замялся, – а, вообще-то, всего я не расскажу. Про любовницу и зарплату я не знаю. Спросите кого-нибудь еще.
– Вот видишь! – Гнев самодовольно подмигнул мне, а потом, заметив, что на него с интересом смотрят стоящие вокруг сотрудники «Торфяник-Плюса», обратился к ним. – Сейчас вы забудете о том, что я только что разговаривал с охранником и о моем здесь присутствии вообще. Поняли?
– Поняли-поняли, – безразлично закивали сотрудники, расходясь по своим делам.
– А ты пропустишь нас внутрь, – снова обратившись к охраннику, демон взял меня за руку и деловито протащил через турникет. – Пока!
– Да ты просто магистр джедай, – оценила я способности своего спутника.
– Чего уж там, – заскромничав, отмахнулся Гнев. – Я еще и не то умею.
Он подошел к стоящей в углу кофе-машине, коснулся пальцем черного, лоснящегося глянцем, бока и вежливо потребовал капучино. Выскочил из паза картонный стаканчик, зашуршал, наполняя емкость, напиток. Без какой-либо оплаты.
– Тебе? – предложил Гнев.
– Нет, спасибо, – отказалась я.
Как-то меня все это смутило.
– Тогда вперед.
Махом выпив кофе, демон метко зашвырнул смятый стаканчик в урну и нажал кнопку вызова лифта.
– Не нервничай. Пока ты со мной, тебе ничего ни за что не будет. С любым из нас.
Перед кабинетом того самого Сидоренко я встала, как вкопанная. И чего я волнуюсь? Гнев сейчас снова применит эти свои джедайские штучки… Нечего волноваться!
Гнев почему-то больше не стал играть в волшебных космических рыцарей (согласна, не его это роль) и выступил, не ужимаясь, во всей своей «гневьей» красе. Он сгробастал бедного Сидоренко практически с порога. Тот пытался нажать кнопку вызова охраны – демон это пресек. Я пыталась остановить своего спутника, честно, но Гнев был неудержим. Он спросил с Сидоренко все напрямую – кто хозяин фирмы и где живет? «Пленник» ответил честно и без утаек, после чего был усажен обратно в свое начальничье кресло.
– Пошли, – гордо окликнул меня Гнев.
– Э-э-э… А как же? – я многозначительно кивнула в сторону нашего невольного осведомителя.
– А-а-а, забудь! – отмахнулся демон.
– В смысле? – не поняла я.
– Я ему сказал «забудь», а не тебе. Не переживай, мать, он через пять минут ничего не вспомнит.
– Круто, – многозначительно покивала я, искренне надеясь, что джедайские фокусы Гнева прокатят и на этот раз.
Фокусы-фокусами, а внимания мы привлекли слишком много. Будь я на месте Сидоренко – ни за что такое стремное обращение с собой не забыла бы!
И не простила бы.
Всю дорогу, пока мы не вышли из здания и не сели на байк, я огладывалась. Мне казалось, что сотрудники «Торфяник-Плюса» смотрят на меня осуждающе. Мне и самой было очень неловко из-за того, что мы, как какие-то бандиты с большой дороги, ворвались в кабинет совершенно незнакомого человека и практически на него напали.
Гнев, словно пес, почуял мои сомнения и одернул решительным голосом:
– Не смей сомневаться и жалеть! Ты встала на непростой путь – так имей смелость пройти его до конца. Не дай мне повода в тебе разочароваться. И себе тоже.
– Да, конечно, – послушно выпалила я.
Крутые слова сказал Гнев. Пафосные. Они меня здорово взбодрили и настроили на решительный лад. Я теперь девушка роковая и опасная, как какая-нибудь героиня из «Города грехов». Отважная, решительная и порочная. И я плюю на законы и привычные понятия нравственности…
Ощущение собственной крутизны захлестнуло меня с головой, а тут еще кожаная куртка Гнева перед носом, хищный глянцевый мотоцикл, дорога, летящая за спину и начинающий кутаться в вечерние сумерки город…
Как кадры из фильма.
Байк промчался через центр и выбрался на Трехрублевое шоссе, вдоль которого протянулся богатый райончик с дорогими домами, неприступными заборами и экзотической зеленью в садах.
Гнев остановился возле одного из домов – не самого впечатляющего, надо сказать. Посмотрел на часы.
– Ну вот, времени почти не осталось.
Я вздохнула.
– Значит, в другой раз? Через сколько мы там с тобой встретимся? Через семь дней?
– Может, уже и не встретимся, – сквозь зубы прорычал демон. – Кто-то из оставшихся шести ублюдков может оказаться проворнее, – он страшно сверкнул глазами, посмотрел на меня, – только хрена лысого я им это позволю. Ну что, готова повеселиться?
– Повеселиться? – с сомнением переспросила я. – Как я понимаю, у тебя есть какая-то идея?
– Очень простая и конкретная.
– Поделишься?
– Ага.
Демон открыл седельную сумку и достал оттуда «Пустынного орла» – пистолет, который я только в видеогирхах-стрелялках раньше видела. Сердце запрыгало в груди от нехороших предчувствий.
– Ты чего это задумал-то? – я отступила от Гнева на шаг.
– А ничего такого, – буркнул тот. – Короче, так: сейчас мы заваливаемся к этому твоему богатею в дом, я приставляю пушку к его голове и под страхом смерти заставляю жениться на тебе.
– Э-э-э… – я просто зависла от такого предложения. Нужно было как-то прокомментировать безумную идею Гнева, но я смогла выдать лишь бессмысленное, – а он не обманет?
– Демонов не обманывают, – кровожадно оскалился мой безбашенный спутник. – Есть у нас такое свойство, выбивать из людей честные обещания. Ну что? Вперед?
– Вот я тебе сейчас дам такой «вперед», негодник! – грянуло откуда-то сверху. Прямо с небес на нас буквально рухнула Лолита Самуиловна – сама, собственной персоной. Она грозно уперла руки в бока и принялась отчитывать демона. – Ты что такое удумал? Забыл, что запугивать и принуждать нельзя? Это в договоре крупным шрифтом прописано, для таких, как ты, невнимательных. Не зря я тут мимо летела и за тобой понаблюдать решила. Так и знала – какую-нибудь глупость выкинешь.
– Простите, Лолита Самуиловна, – виновато потупился Гнев. – Этого больше не повторится.
Я тоже испуганно опустила голову и пробухтела едва слышное «Простите».
– То-то же, – смягчилась ведьма. Но пальцем демону напоследок все же погрозила. – Смотри у меня. На первый раз прощаю, но еще одна ошибка – и дисквалифицирую…
Когда она исчезла, мы с Гневом переглянулись.
– Ты что, тоже договор не читал? – Я пораженно приподняла бровь. – А еще меня за это отчитывал…
– Я читал, – сердито фыркнул Гнев, – просто не до конца. И всякие там мелкие шрифты…
– Лолита Самуиловна сказала, что там крупный шрифт, – съехидничала я.
– Какая на хрен разница! – сорвался Гнев, но тут же взял себя в руки. – Ладно. Пойдем.
– Куда?
– Домой тебя отвезу. Сегодня, как видишь, у нас вряд ли что-то толковое выйдет.
И мы поехали домой.
Демон выглядел таким несчастным и подавленным, что мне его даже стало жалко. Всю дорогу я пялилась в его широкую спину, пытаясь выдумать слова поддержки, но в голову ничего подходящего не приходило.
Когда чоппер плавно затормозил перед моим подъездом, Гнев, не оборачиваясь, бросил мне грубое:
– Приехали. Слазь.
Я хотела положить ему руку на плечо и сказать нечто утешающее… Что-то вроде: «Мы еще поборемся! Ты – парень ого-го и вообще красавчик!» Глупо, конечно, но хоть что-то…
Вместо этого я перелетела через бедро демона, и растянулась на асфальте от мощного толчка.
– Вот же ж … – не успела выругаться я.
Матерясь на чем свет стоит, Гнев мгновенно оказался рядом и бережно отскреб меня от асфальта. Оказалось, какой-то невнимательный водитель въехал в зад мотоцикла. Парковался так.
– И… извините пожалуйста! – Не в меру рассеянный товарищ уже спешил к нам. – Вы там в порядке?
Это был интеллигентного вида молодой человек в очках. Его голубые глаза лучились неподдельной тревогой. Золотистые волосы растрепал ветер.
– Да вроде цела… – я, охнув, села и потерла отшибленную задницу.
Гнев, присевший до этого рядом со мной, медленно поднялся во весь свой немалый рост и так грозно посмотрел на незнакомца, что мне стало не по себе. Кажется, сейчас свершится убийство!
– Слышь, ты, очконавт! Глаза четыре, а соседей по парковке в упор не видим, да?
– Простите, – виновато развел руками блондин, – просто в моей машине неожиданно сломался парк-троник, и…
– Парк-троник у него сломался? Нет, вы слышали? – Гнев двинулся на несчастного парня, заставив того отступить и испуганно прижаться спиной к двери черного «Мерседеса». – Да тебе на корове надо ездить, а не на «мерине». Понакупят прав, маменькины сынки, чтоб вас всех!
Демон занес свой огромный кулачище над блондиниствой головой бедняги-водителя, и я поняла – дело дрянь! Парня надо спасать, или Гнев выместит на нем сейчас все свое разочарование неудачами этого дня.
– Нет! Стой! – пискнула я и быстро (насколько позволяла отбитая пятая точка) заняла позицию между демоном и его жертвой. – Не нужно драться. Со мной все в порядке!
– Да, девушка права, не нужно распускать руки. Можно ведь все миром решить – зачем-то ляпнул блондин.
Не нужно было ему ничего «ляпать»! Реплика только еще больше разъярила Гнева. Демон с рыком бросился на бедолагу, и я едва сдержала его. Пришлось упереться обеими руками в накачанную грудь.
– Прекрати! Прекрати сейчас же! Я прошу!
– Ну, только лишь потому, что ты просишь…
Гнев, наконец, послушался и отступил, бросив на «противника» последний уничтожающий взгляд.
– Не попадайся мне больше, очконавт.
– Простите нас, – бешено округлив глаза, одними губами произнесла я, когда демон повернулся и направился к подъезду.
Гнев не стал заходить со мной в квартиру. Сухо попрощавшись на лестничной площадке, ушел. Я же в растерянных чувствах отправилась на свою скромную кухоньку и, щелкнув в тишине кнопкой электрочайника, задумалась о прошедшем дне. А вообще, все неплохо прошло. И пусть цель пока не достигнута – сотрудничество с могущественными демонами вырисовывает многообещающие перспективы.
После скудного ужина из пяти печенек и остатков сгущенки, вымазанных булкой из жестянки, я решила сделать зарядку. А что? Для охмурения миллиардера я должна быть в отличной форме. И, нет, не ради красоты (с красотой мы, кажется, уже все решили), а лишь для бодрости и хорошего самочувствия.
Почистив зубы и сполоснувшись под душем, я поскорее отправилась в постель в предвкушении новых приключений.
Интересно, кто придет ко мне завтра?
Глава 4. Глатоний
Утром меня разбудил восхитительный аромат еды.
Я открыла сперва один глаз, потом другой… Наверное соседи сверху готовят. В нос ударил аромат жареного бекона с базиликом. М-м-м-м! Даже слюнки потекли. Надо срочно доползти до собственной кухни и что-нибудь съесть.
А на кухне меня ждал самый настоящий сюрприз. Даже не сюрприз, а целый праздник. Мой придвинутый к маленькому окошку колченогий столик, который я все никак не удосуживалась поменять или хотя бы починить, ломился от яств. Там были и фрукты в красивой плетеной корзинке, и огромная чашка капучино с узорной пенкой, и бутерброд с тремя сортами сыра… Посреди стола исходило паром огромное блюдо – яичница с помидорами и авокадо, из трех яиц! Посыпана нежно-розовой с золотом беконной стружечкой перемеженной с фиолетовыми листьями базилика.
Я все еще не проснулась и вижу сон?
Ущипнула себя – нет, не сон. В ванной кто-то движется и напевает себе под нос. Течет вода.
– Доброе утро, барышня, – раздалось из-за приоткрытой двери.
Спустя миг оттуда вышел основательный такой мужчина. Помимо своей основательности выглядел он весьма необычно. Его голову украшала копна длинных дредов, с вплетенными в них цветными бусинами, а также листьями петрушки, укропа, салата и другой зелени. Носил незнакомец широкую радужную футболку, рваные джинсы до колен и пляжные тапочки.
– Доброе, – вежливо кивнула я. – А это вы все приготовили?
– Да, – кивнул демон (в потусторонней сущности нового гостя я не сомневалась), – для вас.
– Спасибо, – облизнулась я.
– Ах, не благодарите, барышня, лучше садитесь и кушайте! Уж простите за столь скромный стол…
– Скромный? Вы шутите? Да у меня такого стола со времен последней днюхи не водилось.
– Вы меня, барышня, совершенно захвалили, – демон наигранно обхватил ладонями щеки, изображая смущение.
– Уверена, что похвала заслужена. Смею предположить, что вы отвечаете за обжорство? Если так, то ваш кулинарный талант вполне обоснован.
– Обжорство… – утренний гость обиженно покачал головой. – Предпочитаю слово «чревоугодие». А лучше, барышня, называйте меня просто – Глатоний.
– Гл… атоний? – споткнувшись посреди имени, переспросила я.
– Глатоний – это и есть чревоугодие, если по-английски. Глатоний Сергеевич Аппетитов – если полностью.
– Аппетитов? – я задумчиво почесала затылок. – Где-то мне эта фамилия уже попадалась… а, погодите! Сеть люксовых ресторанов «Аппетитофф» – это ваши? Вы что же – их владелец?
– Может и владелец, – уклончиво ответил Глатоний, – а, может, и просто однофамилец. Поверьте, милая барышня, в сложившейся ситуации это не имеет совершенно никакого значения. Все будет зависеть от контекста, – добавил он загадочно в конце. – Вы покушали?
– Да.
– Тогда идемте. Собирайтесь скорее.
Я быстро накинула на себя привычную одежду.
Кеды на ноги. Рюкзак на плечо. Ключи громко звякнули, падая на дно кармана…
Демон галантно подставил мне свой локоть и повел по лестнице вниз. У подъезда, заняв половину парковки, неуклюже раскорячился странного вида автомобиль – тот самый доисторический «хипповский» Фольксваген, на котором катались обычно в сериале герои «Скуби-Ду».
Когда мы погрузились в авто, все вокруг окутал запах специй. Я оглушительно чихнула.
– Обожаю специи! – блаженно зажмурился демон. – Кстати, в бардачке есть печеньки с корицей и имбирем. Угощайтесь, барышня. Не стесняйтесь. Из термоса наливайте какао…
Машина тронулась.
Печеньки Глатония оказались такими вкусными, что к концу пути мне начало казаться, будто я вот-вот лопну. Нужно было сдержать себя и не есть, но не получалось. Еще и демон все время подначивал – предлагал еще и еще вкусняшек!
Я шариком скатилась с сиденья, когда Фольксваген притормозил возле того самого ресторана «Аппетитофф».
– Так мы все-таки сюда?
– Естественно, – невозмутимо согласился демон. – Это лучшее место в городе. Если тут и водятся миллиардеры, обходящиеся без личных поваров, то они точно заходят сюда. Прошу…
Он снова подставил мне руку, помогая вывалиться из машины наружу. Над нами нависла стена старинного городского особняка в готическом стиле. Мраморная лестница со львами вела к дубовым дверям, перед которыми в услужливой позе застыл портье. Пока я стряхивала с джинсов крошки от печенья, мимо нас к ресторанному крыльцу прошла нарядная пара. Он – в дорогом повседневном костюме. Она – в строгом офисном платье от «Карден».
– Ну, барышня, вперед? – Глатоний потянул меня следом за красивой парой, но я уперлась кедами в асфальт.
– Вы уверены, что нас в таком виде пустят?
– Пустят, не переживайте, – успокоил демон, – но если вы волнуетесь по поводу наряда, могу предложить один вариант…
Он порылся в фургоне и вытащил яркое голубое сари, расшитое блестками.
– Подойдет?
– Э-э-э… Не уверена…
– Не переживайте, надевайте. Тут еще туфельки.
Голос демона звучал так уверенно и спокойно, что я подумала – а гори оно все огнем! Сари – так сари! Выгонят – так выгонят!
Но нас не выгнали.
Нас, кажется, даже и не заметили!
В упор…
Мы просто «протекли» мимо портье, медленно и плавно. Тягуче опустились за стол. Лениво взяли меню. Надо отметить, что сари на мне сидело, в общем-то, неплохо. Жаль, наетый живот слегка выпирал. Ну, или не совсем слегка… А, впрочем, какая разница? Ведь печеньки Глатония были просто божественно вкусными!
– Ну, что у нас тут? – мой спутник в предвкушении взял из рук подоспевшего официанта меню. – О-о-о! Я, пожалуй, буду все меню от шеф-поваа! А вы, барышня?
– Я? – я неуверенно заглянула на страничку с десертами. Интересно, в меня сейчас вообще что-то влезет? Но отказываться как-то неудобно. Глатоний такой вежливый и заботливый. Не хочется обижать его. Значит, надо что-нибудь сесть. Что-нибудь маленькое. – Вот это пирожное, пожалуйста.
– Хорошо, – официант невозмутимо чиркнул в своем блокнотике и немедленно удалился.
Вскоре на столе перед нами возникли две чашки кофе – пока ждали горячее (Глатоний ждал) – потом начали подъезжать другие блюда. Предпоследней принесли мою пироженку. Она оказалась крошечной и выглядела довольно странно. Цвет у крема был весьма сомнительный.
И вкус тоже!
– Фу, ну и гадость! – не сдержалась я, выплевывая откушенный кусок обратно на тарелку.
– А как вы думали? – строго погрозил мне чайной ложечкой Глатоний. – Вы ведь, барышня, встали на весьма гадкий путь. Брак по расчету – та еще гадость. Так что не удивляйтесь теперь и… возьмите мою еду, если хотите.
Он милостиво пододвинул ко мне тарелку с рагу.
– Спасибо, не надо, – насупилась я. – Что же мне теперь и не поесть нормально? – я уныло уставилась на разгромленную пироженку. – Вся еда теперь гадкой будет?
– Нет, почему? – удивился Глатоний. Он посмотрел на меня, потом на мое блюдо, отковырнул кусок злополучного десерта, сунул в рот и скривился. – Фу! Действительно гадость! Я-то думал вы в переносном смысле говорили, абстрактно, и не о том, чем вас угостили.
– Вы меня просто не так поняли, – пожала плечами я. – Наверное, стоит это вернуть.
– Пойдемте же! Пойдемте скорее, – милое лицо Глатония исказилось от возмущения. – Надо лично сказать об этом повару. Людям такое подавать нельзя! Это же неуважение, просто неуважение!
Демон первый пошел к закрытым матовыми стеклами дверям, за которыми находилась кухня. На ходу он потрясал остатками окончательно развалившейся пироженки и зло бормотал под нос: «Какое неуважение! Немыслимо!»
На кухне кипела работа, команда поваров что-то дружно жарила, парила, строгала, чистила и пассировала.
– Простите, уважаемые, – громогласно окликнул их Глатоний. – Кто приготовил… сие?
– Это? – повара дружно посмотрели на блюдо. – Никто из нас.
– Как это никто? – удивленно приподнял брови демон. – В смысле – никто?
– Это досадное недоразумение. Вот, посмотрите, – один из поваров принес телефон и включил на нем видео. – Какой-то непонятный тип заходил на кухню…
– Ай-я-яй, – разочарованно покачал головой Глатоний, – наверное, это он все напортил. Вы уж проверьте остальные блюда перед тем, как подавать.
– Хорошо, – согласились повара. – Проверим все. Ресторан, похоже, придется на время закрыть.
– Не нужно закрывать. Человек на видео – не преступник и не террорист. Просто шутник.
Мы вернулись за столик.
Я, если честно, так и не поняла, действительно ли весь персонал кухни слушался Глатония потому, что он владелец сего заведения, или это просто были те же «джедайские» штучки, что и у Гнева. Впрочем, какая разница. Меня сейчас больше интересовало другое.
– И кто же это был? Там, на кухне? Вы сказали, что знаете его?
– А вы не узнали? – Глатоний сложил брови умилительным домиком. – Вы же его тоже видели.
– Один из демонов Семи Смертных Грехов? Точно! Ваш конкурент. Кто из них?
– Зависть, конечно. Кто же еще? Гордость до такого не снизойдет, Алчность – пожалеет времени, Гневу не хватит изощренности и терпения – он обычно сразу в морду дает, если что, у Похоти тоже другие методы, а Лени просто будет влом. Остается Зависть. Сказать по правде – терпеть не могу этого типа. От него всегда столько проблем, – Глатоний вздохнул и, вытянув из прически мятный листик, бросил его себе в чай. – Ладно, не будем о грустном.
–Жуть, – поежилась я. – Мне ведь с этим Завистью скоро встретиться придется…
– Вы-то не переживайте, – успокоил меня демон. – Для вас-то он наверняка расстарается.
И тут наш разговор прервали.
– Извините, простите… Это ведь вы, да?
К столику подошел вчерашний молодой человек в очках. Тот самый, что въехал в мотоцикл Гнева и чуть не попал под горячую руку вспыльчивого демона. Парень смотрел на меня своими лучистыми голубыми глазами и улыбался, как кинозвезда.
Я непроизвольно ответила на эту улыбку, смутившись, начала тупить и заикаться:
– К-кто? Я-я? Да, наверное… я. А что?
– Ничего такого. Просто хотел искренне поблагодарить вас за помощь. Если бы вы не заступились за меня вчера перед тем типом… Ой! Это же, наверное, ваш бойфренд был…
– Не-не, никакой не бойфренд! – поспешно открестилась я от отношений с Гневом. Еще не хватало! Придумала на ходу. – Он… просто… сосед по лестничной клетке. Жуткий тип, из тюрьмы недавно вышел, вот на всех и кидается.
Надеюсь, Гнев не обидится на меня за подобное представление.
– Ох, понятно, – с сочувствием вздохнул блондин и дружелюбно посмотрел на Глатония. – Если ваш спутник не против, я хотел бы угостить вас чем-нибудь в знак благодарности.
– Пожалуйста-пожалуйста, – заулыбался демон и протянул собеседнику раскрытую ладонь. – Конечно, я не против. Кстати, может, и меня угостите? Я этой особе прихожусь четвероюродным дядюшкой. Глатоний Сергеевич, к вашим услугам.
Ой, как мило. В противовес соседу-уголовнику у меня теперь еще и добрый дядюшка появился.
– Рад познакомиться, – парень пожал протянутую руку и тоже представился. – Меня зовут Игорь. Игорь Петрович Малеев. Но для вас – просто Игорь. Не люблю я весь этот официоз.
Настала моя очередь назвать свое имя, и я смущенно пролепетала:
– Соня.
Так, в компании Игоря, мы просидели до самого вечера, а потом распрощались с новым знакомым и поехали домой. И мне совершенно не хотелось думать ни про каких олигархов. Голубые глаза и теплая улыбка Игоря никак не выходили из головы.
– Ну что, барышня, как вам сегодняшний день? – хитро подмигнул мне Глатоний в зеркало заднего вида, когда мы сели в «Фольксваген».
– Замечательно. Хоть и не очень продуктивно, – честно ответила я. – Мы ведь с вами должны были…
– Да-да, помню, – трагически закатил глаза демон. – Дурацкое все же задание, не находите? Олигархи, миллиардеры – зачем это все? Вот ведь милый молодой человек сегодня с нами ужинал? Он вам понравился?
– Да, – ляпнула я, пытаясь на ходу перевести тему, – но у нас ведь договор. И, согласно ему, получается, что вы сегодня… Мы сегодня…
– Согласно договору, се-ля-ви, весь день прошел впустую, – печально вздохнул Глатоний, – но, разве это действительно было так? Разве можно назвать пустым такой хороший день?
– Не знаю, – я совсем запуталась. И устала. И объелась. В общем, находилась не в лучшем настроении для глубоких философских размышлений. – Вы так странно говорите про сегодняшний день. Мне даже кажется, что вам плевать на охоту за миллиардером? Вы будто совсем не хотите победить?
– Вы правы, барышня, я к этому не особо стремлюсь. Мне гораздо приятнее видеть вас сытой и довольной. Знаете почему?
– Не-е-ет.
– Начну с самого начала. Все мы, семеро, боремся тут за одну лишь вещь – возможность снова стать человеком и вернуться в реальный мир. Чтобы испытывать простые и бесценные человеческие радости.
– Ну и наивные вы ребята, – непонимающе фыркнула я. – Какие тут могут быть радости? Денег вечно нету, везет по жизни вечно не тебе. Сплошные обломы. То ли дело быть волшебным демоном! Уметь колдовать и зачаровывать! Вам все всё дают, вас везде пускают. Готова поспорить, вы еще и бессмертные?
– Главная проблема в том, что мы не совсем реальные. Мы вроде бы есть, а вроде нас и нет. Стабильности нет, понимаете?
– Ага-а-а.
О, это я понимала, как никто другой! Нестабильность – лучшее определение всей моей жизни. Всего существования. В школе училась вроде хорошо, но как-то неуверенно. В вуз поступала с трудом и все боялась, что выгонят… И на работе. И теперь…
– Вот видите, – резюмировал Глатоний.
– Так почему же вы все-таки решили отказаться от победы?
И демон вдруг признался.
– Конкуренты сильные. Они глотку друг другу за победу рвать готовы, а я существо мягкое, спокойное – не такого порядка. Поэтому решил – черт с ним, с соревнованием. Не буду сильно напрягаться, лучше сделаю вам приятное. Грызть сухарики у меня, знаете ли, получается лучше, чем чужие глотки. А еще, в приятности я вижу стабильность.
– Как это?
– Ну, очень же просто, барышня. Мы вот с вами сегодня подружились, познакомились, мило побеседовали и день прекрасно провели. И в следующий раз при встрече вы будете рады меня видеть. Вы будете моей подругой. По мне хорошая дружба – и есть одна из форм стабильности.
– А-а, ясно, – протянула я, улыбаясь, а потом по-дружески обняла демона за шею. – Спасибо вам, Глатоний, теперь вы, и, правда, мой друг. Ой, сари… – вспомнила про наряд.
– Оставьте себе. Это подарок.
Подхватив свои вещи, я покинула машину Глатония и направилась к своему подъезду.
На душе было одновременно тепло и грустно.
Глава 5. Мистер Прайд
Утром в мою дверь постучали.
О-о-очень рано!
Я продрала глаза и, пробормотав сонное «Кто там?», тяжело свалилась с кровати. На самом деле я хотела вскочить ловко и грациозно, аки лихая газель, но запуталась в одеяле, и все получилось как обычно.
Закутавшись в халат, я подобралась к двери, посмотрела в глазок. На лестничной площадке стоял незнакомый мужчина в кителе и фуражке. Обнаружив мое присутствие, он кивнул, предлагая открыть дверь.
Что за странный тип? На демона не похож. Что ему, интересно знать, от меня понадобилось?
– Что вы хотели? – поинтересовалась я как можно более громко и грозно.
– Мистер Прайд ожидает вас внизу. У вас десять минут, чтобы собраться. И оденьтесь прилично.
– Э-э-э… – я ничего не поняла. – Что еще за мистер Прайд? Погодите…
Но утренний визитер уже откланялся. Он уже ушел с площадки, оставив меня одну стоять на коврике у двери, растерянную, сонную и растрепанную.
Десять минут, значит? Да я за это время ни кофе сварить не успею, ни в душ залезть. И что это еще за «прилично оденьтесь»? Для меня прилично – это джинсы (не рваные, темные) и футболочка или ковбойки без принта. Этого достаточно.
В итоге, поразмыслив, я все же отыскала в шкафу черные классические брюки и блузку с коротким рукавом. Надеюсь, так достаточно прилично?
Сунув в рот корявый бутер с сыром, запив его водой, а напоследок спешно почистив зубы, я выскочила из подъезда, забыв причесаться. Незнакомец в кителе уж ждал внизу. Он скептически оглядел меня с головы до ног и высокомерно кивнул.
– Следуйте за мной.
– Куда еще? – усомнилась я.
– К мистеру Прайду, конечно.
– А где он?
– Он ждет вас у парка. Не задавайте больше лишних вопросов. Просто следуйте за мной.
И почему все так загадочно? Чего бы ему, мистеру Прайду этому, перед подъездом не остановиться? Как всем остальным, предыдущим, а? Он что, особенный?
Пока я думала, человек Прайда привел меня на площадь возле парка. Там, прямо посередине площади, рядом с памятником какому-то всеми забытому полководцу, припарковался огромный серебристый лимузин «Роллс-Ройс». Бесконечно длинная махина неуклюже жалась боком к каменному постаменту. Рядом валялась опрокинутая корзина цветов.
– Прошу, – мужчина в кителе (тут-то до меня дошло, что это шофер) подошел к дверце и услужливо распахнул ее, предупреждая. – Только не садитесь слишком близко к мистеру Прайду. Он этого не любит.
– Хорошо, – буркнула я и забралась в лоснящееся кожей и золотом чрево огромной машины.
Ну, там внутри была и красота! Прямо красотища – шик и блеск! Роскошные сиденья, мобильный бар, зеркальный потолок. И всюду огни, огни, огни…
Я попыталась подсесть к столику с нарезанными фруктами – не успела позавтракать толком, как-никак – но меня окликнули из искрящегося полумрака в глубине салона.
– Нет! Не приближайся! Сядь там.
Это как-то грубовато прозвучало. Обидно. Посему я, решив тоже особенно не страдать излишней учтивостью, сказала хмурым тоном:
– Я, вообще-то, поесть нормально не успела. Можно мне взять фрукты с той тарелки? И, кстати, кто вы такой и зачем позвали меня?
