Читать онлайн книгу «Шерше ля нефть. Почему наш Стабилизационный фонд находится ТАМ?» автора Николай Стариков

У каждого времени свои главные вопросы. Какой вопрос самый актуальный сегодня? Ответить сможет каждый, кто хоть раз выступит перед аудиторией в любом уголке нашей страны. Существуют проблемы местного значения, но стоит только начать говорить о России, о трудностях и задачах, стоящих перед всей страной, как этот самый актуальный вопрос сразу всплывет на поверхность.

Почему наш Стабилизационный фонд находится ТАМ?

♦ Это волнует всех, от интеллигента до рабочего, от домохозяйки до студента.

Как же так может быть? Есть огромная куча денег, а пользоваться ею нельзя. Пользы своим существованием она вроде бы не приносит, в нашу экономику живительная денежная струя не вливается. Вот и хочет каждый услышать вразумительный ответ, почему на деньги российского Стабилизационного фонда покупаются не станки или новые предприятия, а казначейские обязательства США. Непонятно простым людям, отчего наши деньги работают не на нас, а на Соединенные Штаты.

Даваемые ответы невнятны и невразумительны. Министр финансов, робко улыбаясь, говорит нам о неминуемой страшной инфляции, которая случится, если все деньги Российской Федерации вернутся на Родину. Оппозиционные лидеры громят продажную власть, укравшую для себя деньги Стабфонда и разместившую их за границей. Но от таких пояснений понятнее не становится. Все инстинктивно чувствуют: что-то здесь не так, а что – понять не могут.

Зачем власть так подставляется? Зачем ей обвинения в воровстве этих денег?

Писатель Михаил Веллер и лидеры коммунистов страстно требуют вернуть их назад, но Стабилизационный фонд все растет и растет, и львиная доля его по-прежнему находится за пределами России.

Так все же почему наши деньги находятся ТАМ?

Деньги Российской Федерации находятся на Западе потому, что это… ДАНЬ.

Глава 1

Почему наш Стабилизационный фонд находится ТАМ?

Мы продаем нефть за фантики американские. Эти фантики отдаем американцам под 2–3 %, которые убиваются инфляцией. Сергей Лисовский, член Совета Федерации[1]

Для чего нужны государства? Политический смысл существования любого государства, возглавляемого любым правительством, при любом строе всегда одинаков. Он несет в себе несколько целей, и все они универсальны и одинаковы во всех уголках нашей планеты, во все времена, у любых народов:

♦ поддержание собственной внутренней и внешней устойчивости;

♦ нарушение устойчивости государства-конкурента.

Все, более никаких целей у государства нет. Все остальное лишь разговоры и сознательный обман своих или чужих избирателей. А как же забота о благосостоянии своего населения? Она есть всегда. В том то и дело, что народ успешного государства всегда живет лучше, чем государства аутсайдера. Следовательно, стремится страна расшатывать конкурентов и расширять зону действия своей экономики, делает это успешно – ее граждане живут все богаче и лучше. И наоборот это правило действует безотказно. Если немцы и французы строят свои заводы в Болгарии и Румынии, то и жить будут более качественно, чем болгары и румыны.

Любое государство всегда хочет блага своим гражданам. Никто никогда не стремится сознательно ухудшить их положение. Нацистский рейх создавался для того, чтобы немцы жили лучше других народов. Большевики осуществили революцию, чтобы в итоге построить более справедливое общество, коммунистическую утопию, где каждому должно быть хорошо. Даже полпотовцы в Кампучии забивали мотыгами более образованных соотечественников, будучи искренне убежденными, что это путь к настоящему равенству. Так что цели всегда благие, а вот ПУТЬ ИХ ДОСТИЖЕНИЯ – это и есть самое важное.

И высший политический пилотаж– подсунуть государству-сопернику путь решения его проблем, приводящий на самом деле к их усугублению. В конечном итоге это всегда приводит к загниванию и упадку одной страны и к расцвету другой.

Это раньше, в эпоху Древнего мира войны между государствами были простыми и честными. Когда Карфаген воевал с Римом, каждый римлянин или карфагенянин знал: если его страна проиграет, лично его ждет либо смерть, либо рабство. В случае победы наоборот – процветание, дешевые рабы, денежные выплаты и бесплатный хлеб. Стимул сражаться за свою страну был, согласитесь, весьма серьезный. Не могло быть ситуации, когда при поражении или крахе государства часть его жителей оказывалась в выигрыше. Все или вместе шли наверх по трупам врагов или отправлялись в историческое небытие. Когда греки после многолетней осады обманом взяли Трою, то перебили и продали в рабство всех ее жителей, а сам город уничтожили.

Кто лучше: Рим, Карфаген или царство Александра Македонского? Такой вопрос может повергнуть в смущение любого историка.

Как это кто лучше? Были разные государства, у них был различный общественный строй, разные языки, разная культура. Они боролись друг с другом, кто-то проиграл, а кто-то выиграл. Наверное, победитель и есть лучший, раз сумел победить.

А вот в современной жизни все не так. Нам старательно пытаются внушить, что государства бывают «хорошие» и «плохие». И еще «очень плохие». Пример последних – Третий Рейх и Советский Союз. «Плохие» страны – это опять мы, то есть современная Россия, Иран, Северная Корея и еще многие другие. Список «хороших» тоже известен – это США, Англия, Германия, Франция, Япония, Италия. Это «большие хорошие». Но есть и «маленькие хорошие». Они хорошие, но просто маленькие – Эстония, Латвия, Польша, Хорватия. Поскольку они «хорошие», но маленькие, то «хорошие», но «большие» могут на их территории творить любые вещи. Но поскольку это все во имя торжества благих идей, то это все правильно.

И ведь мы взяли слова «плохие» и «хорошие» в кавычки, а современные мировые СМИ говорят их на полном серьезе и без кавычек. Цель тут весьма прозаична и двояка: внушить населению чужой страны симпатию к государству-сопернику и ненависть к своему собственному государству.

Далеко шагнул политический прогресс со времен античности. В те времена никому и в голову не приходило пытаться убедить жителей Карфагена в том, что Рим «хороший», а Карфаген «плохой», а потому властвовать в мире должны именно римляне. Каждый житель Карфагена знал: случись так, и ему на шею наденут рабский ошейник, – а потому готов был биться за свою Родину насмерть. Поэтому в течение трех Пунических войн карфагеняне и их союзники боролись против римлян и их союзников. Резали друг друга, жгли и убивали, всегда находясь по одну, «по свою» сторону баррикад.

Были ли перебежчики? Были, конечно, подонки и трусы есть во все времена. Но это были именно подонки и трусы. Никогда у перебежчиков не было никакой идеологии, не ради блага цивилизации или мира во всем мире они предавали свою Родину. Эти люди просто спасали свою шкуру. Ничего кроме презрения они не вызывали и у тех, кого предали, и у тех, к кому перешли. Но использовали их охотно, просто потому, что таким отщепенцам не было пути назад. Последними защитниками горящего Карфагена были как раз римские перебежчики, сражавшиеся с отчаянием обреченных…

Но потом ситуация поменялась. На определенном этапе стало ясно, что если внушить населению противника, что их держава «неправа», то сражаться они будут не с таким большим рвением. Неизвестно, какой гений, неизвестно, в каком году вывел формулу уничтожения противника изнутри. Чтобы предавать свою страну было приятно и легко, нужны две вещи:

♦ перебежчик не должен чувствовать себя негодяем ни в своих собственных глазах, ни в глазах общества;

♦ держава, ради которой он предает свою Родину, должна в его глазах быть одета в белоснежные одежды.

А для этого нужен критерий оценки. Он, этот критерий, должен дезориентировать человека, сбить его с толку. Внушить ему, что «та» сторона борется за правду и справедливость, а «эта» сторона в корне неправа. Так родились «общечеловеческие ценности», «права человека», «свобода слова» и многие другие понятия, которые в современном нам мире повторяют все, но смысла которых на самом деле не понимает почти никто. Точно так же ускользает от обычного человека и главный смысл появления этих понятий. Люди в большинстве своем не понимают, что красивые и прогрессивные слова-символы на самом деле страшное оружие. Оно призвано обеспечить победу одному государству (или конгломерату государств) над другим путем его внутреннего разложения.

Политика, как известно, грязное дело. Вся политика всех государств, всех правительств во все времена является одинаково дурнопахнущей субстанцией. Это может не нравиться, но борьба между государствами, которая является высшим проявлением политики, именно такова. На мировом политическом поле есть только политики, преследующие выгоду своих государств. Своих! Значит, и мы должны стоять на стороне именно своей страны. Вроде бы мысль абсолютно очевидная. Мы же все понимаем, что главной заботой любого нормального человека является благополучие его семьи. Друзья, соседи по лестничной клетке или даче, благотворительность – все это важно и нужно, но сначала всегда семья. А вот на уровне страны эта очевидная истина нам почему-то уже не так понятна.

Любые войны – горячие, холодные, информационные и локальные – всегда ведутся для того, чтобы их выиграть. И в случае победы что-то приобрести, забрав это у проигравшей стороны. Объектом вожделения может быть территория, полезные ископаемые, получение военных баз – то есть все, что угодно. Не может быть только одного.

Никогда одна держава не начнет воевать с другой ради того, чтобы население страны-соперника стало жить лучше и свободнее.

Альтруизма политика не терпит. Не ради свободы африканских племен Рим уничтожал Карфаген, а чтобы самому выжимать из них все соки. Чтобы во всех мировых портах и рынках исчезла конкуренция у римских купцов, а их карфагенские коллеги вместо торговли стали ворочать тяжелые весла на римских триремах. В России же многие хорошо образованные люди по сей день искренне верят, что главной заботой американских сенаторов является благополучие народа России, а британский парламент создан для того, чтобы во всем мире дети хорошо питались. Это было бы весьма смешно, если бы не было так грустно. Взрослые дяди и тети с помощью десятилетий пропаганды поверили в созданную Западом сказку о «рыцарях свободы», несущих свет всему человечеству. Только сказка эта не вполне безобидная – дважды в XX веке, в 1917-м и в 1991-м, эти ушлые ребята догола раздели и пустили по миру наш народ, поверивший красивым байкам.

Но пришла пора разобраться в обстановке. Пора просыпаться, пора понять, что в реальном мире, в котором мы живем, сказок не бывает. И чудес тоже. Он вообще очень жесткий, этот мир. У него есть свои незыблемые правила.

Побежденные всегда живут хуже победителей.

Побежденные всегда платят дань победителям.

Так было всегда и так будет всегда. И не надо думать, что холодная война имеет другие правила в отличие от войны «горячей». Разница лишь в способах ее ведения. До последнего времени была разница и в награждении отличившихся: героям реальных сражений давали ордена и медали, а героям холодной войны предлагались лишь мемуары и сытая старость. Но вот совсем недавно сенатор Хиллари Клинтон и ее коллеги по партии предложила ввести в США новую государственную награду «За службу во время холодной войны»[2]. Теперь героев холодной войны будут ждать ордена, как и героев «горячей». «Холодная война была глобальной военной операцией, которая была крайне опасной и порой смертельной для храбрых солдат, моряков, летчиков и морских пехотинцев, участвовавших в этой кампании», – говорится в заявлении конгрессмена-демократа Роберта Эндрюса, являющегося инициатором внесения законопроекта в палату представителей.

Так намного честнее и правильнее – глобальная военная операция. Но такую честность американцы позволяют себе в документах, направленных в свой парламент и предназначенных для своих избирателей. Для России «цивилизованный мир» предлагает совершенно другую версию событий. Ее же на разные лады перепевают наши либералы и западники всех мастей. И в этом «хоре» за безобидным словом «холодная война» теряется смысл поражения целой цивилизации. А ведь последствия этого «мягкого» поражения были для нашей страны не менее страшными, чем, например, для Германии стал ее разгром в первой или во второй мировой войне. Мы точно так же потеряли массу территорий, экономический потенциал, десятки миллионов соотечественников…

Вы можете себе представить карфагенянина, радостно пляшущего на пепелище родного города и славящего доблестных римлян, уничтоживших «империю Зла» – Карфаген? А отплясав, выражающего недоумение, отчего же его жизненный уровень не соответствует жизненному уровню жителей Рима? Нет? Тогда посмотрите телевизор и послушайте радио. И вы увидите и услышите это чудо.

Как хорошо, что Рональд Рейган сумел-таки разрушить Империю Зла – Советский Союз! Ведь после этого граждане СССР стали по-настоящему свободны. Такого рода рассуждения очень часто можно услышать от либеральных политологов и политиков. Они говорят на полном серьезе. Обычно их выступление так и идет: сначала похвала США и лично товарищу Рейгану за ликвидацию красной империи, потом ухмылки и ужимки по поводу Стабилизационного фонда. Мол, понятно, почему и зачем он ТАМ находится: ребята из нынешней российской власти просто зарабатывают деньги. И никак в их либеральные головы не может попасть очевидная мысль, что размещение наших денег против всякого здравого смысла в зарубежные бумаги, номинируемые в падающей валюте, есть прямое следствие нашего поражения в холодной войне.

Наш Стабилизационный фонд находится в Соединенных Штатах потому, что мы проиграли им холодную войну.

И проигравшая Россия начала платить дань своим победителям. Удивляться тут нечему, такое уже было в нашей истории. В 1237–1240 годах монголы под предводительством Батыя завоевали большую часть тогдашней Древней Руси. Дань ордынцам наша страна платила более 200 лет. Разве это плохо характеризовало наших руководителей тех лет? Нет, князь Александр Невский возил деньги в Орду и на коленях подползал к монгольскому владыке, показывая покорность. А псов-рыцарей князь встречал мечом да рогатиной. Почему так разнился подход? Потому что Ливонский орден новгородское войско разбить могло, а монголов нет. Героическую гибель всего русского народа можно было организовать очень легко – отказаться платить дань. Монголы пришли бы и всех перерезали. Когда сил для сопротивления нет, нужно их собирать, а чтобы тебя не трогали, покой необходимо оплачивать деньгами. Хороший государственный деятель в первую очередь старается сохранить свой народ. Будут люди – будут и деньги. Если бы во времена Золотой Орды у Руси имелся Стабилизационный фонд, можете не сомневаться: он был бы вложен в золотоордынские ценные бумаги!

И это единственно правильное и мудрое решение. Дань монголам платили все русские князья на протяжении столетий. Ни для кого исключения не было. Но знаете, почему именно Москва стала центром русской земли? Потому, что именно здесь правили наиболее грамотные политики, такие, как князь Иван Калита. Он тоже не гнушался проползти по расстеленному ковру к ногам ордынского властелина. Выполнял все прихоти монгольских ханов, а главное, регулярно и аккуратно платил монголам дань. Иван Данилович Калита всегда привозил дань раньше других, как сказали бы во времена КПСС, – «на неделю раньше срока». Такой энтузиазм московского князя не остался незамеченным – именно ему ордынцы вскоре поручили собирать деньги со всей территории Руси, расколотой тогда на множество мелких княжеств. По словам летописца, результатом мудрой политики «была тишина великая на всей Русской земле, и перестали татары убивать христиан». В то время князь Иван и получил свое прозвище «Калита», что означало мешок с деньгами, кошелек, потому как при сборе и сдаче положенных Орде сумм, он не обделял и себя любимого. Тем самым положил начало финансовому могуществу Московского княжества, которое потом вкупе с вооруженной силой стало «магнитом», притянувшим к Москве остальные области России.

Шло время, Москва укреплялась, но продолжала исправно платить дань. Даже когда в 1380 году Дмитрий Донской наголову разгромил войска хана Мамая в знаменитой Куликовской битве, выплаты продолжались. Дело в том, что разбитый Мамай был узурпатором и его разгромом Дмитрий Донской не только не ликвидировал иго, а даже оказал большую услугу законному властелину Золотой Орды хану Тохтамышу. Однако, когда князь Дмитрий не заплатил положенных денег в Орду, «благодарный» Тохтамыш через 2 года после Куликовской битвы, в 1382 году, дотла сжег Москву. И все пошло по-старому: сын Дмитрия Донского отвез ордынцам дань сразу за два года.

Неужели министр финансов Донского или он сам банально переводили деньги за границу, уводя их от собственного народа? Нет, никто из историков никогда не обвинял тогдашнюю элиту московского княжества в открытии оффшорных счетов и разворовывании национального достояния.

Почему же столь разнятся подход и принципы оценки абсолютно одинаковых действий российских властей в одинаковых исторических ситуациях?

Потому, что прошлое всегда понятнее настоящего. О прошлом написаны тысячи книг, и действия правителей тех лет кажутся единственно возможными и разумными. Спросите сегодня любого, почему Русь платила дань Орде более двух столетий, и ответ будет однозначным: сил для отказа от дани у Руси не было, поэтому она и платила. Разве не было у России того времени войска, разве не было самого современного вооружения? Было и то и другое – но шансов победить Орду в военном противостоянии не было, и поэтому мудрые князья предпочитали отдавать золото, но сохранять страну и народ. С той далекой поры в политической борьбе мало что изменилось. Сегодняшняя Россия тоже имеет армию, имеет ядерный щит, обрела дипломатический суверенитет. Но значительная доля нашего собственного населения по-прежнему считает свое государство неправильным и «нехорошим», а царящую на мировой арене западную «Орду» образцом и идеалом. Когда часть населения страны, пусть и не очень большая, «видит свет» вовсе не в родных окошках, существует опасность, что через нее вновь, как в 1917 и 1991 годах может быть инициирован новый развал России. Революцию ведь делают всегда в столицах и никогда – на периферии. Революцию всегда осуществляет весьма малая часть населения, ничтожная по сравнению со всей массой жителей страны, которая, однако, является пассивным зрителем происходящих катаклизмов.

Чтобы нас оставили в покое и дали спокойно восстанавливаться, приходится платить Орде дань.

Победив на Куликовом поле, наши прадеды платили ордынцам дальше. Князь Василий II, правивший столетием позже, сумел объединить Русь, разгромил князей-соперников, но продолжал выплаты сразу трем (!) ханствам, на которые в то время распалась Орда. Лишь бы не было набегов, лишь бы русский народ мог восстанавливать свои силы. Лишь в 1476 году другой князь, Иван III, перестал платить ежегодный денежный «выход». Долгое монгольское иго закончилось безрезультатным стоянием на реке Угре, куда подошло войско обозленного отказом хана Ахмата. Подойти-то подошло, но напасть на русские войска уже не решилось…

Вот и сегодняшняя Российская Федерация платит современной Орде дань. Это наш Стабилизационный фонд, на средства которого, к удивлению экономистов, Российская Федерация покупает государственные облигации Соединенных Штатов Америки и зеленые бумажки с портретами американских президентов, которые по недоразумению называются долларами США[3].

На вопрос, почему мы покупаем ценные бумаги американского государства, ответ готов: они имеют высший рейтинг надежности. Пусть процент по ним маленький, зато надежный. Объяснение красивое, но достаточно посмотреть на список тех стран, что скупают американские бумаги, как все становится понятно. Это – дань и ничто другое. Оказывается, так сильно, как мы, госбумаги США любит только Япония, приобретающая до 60 % всех имеющих хождение на рынке бумаг[4]. Кто до России-СССР проиграл Соединенным Штатам войну?

И зачем правительство так глупо поступает? – недоумевают политологи, комментаторы и простые граждане России. Не надо держать наши деньги ТАМ, надо вложить их в свою собственную экономику! – раздаются призывы со всех сторон. И более всего радеют за Стабилизационный фонд Хакамада и Немцов, Касьянов и Каспаров. То есть те, кто считает уничтожение Советского Союза великим счастьем для российского народа, а попытки укрепить и усилить страну – «рецидивами имперского прошлого»…

Очень любит ценные бумаги «made in USA» и Центральный Банк Российской Федерации. Согласно статье 4 закона «О Центральном Банке Российской Федерации (Банке России)» он осуществляет «эффективное управление золотовалютными резервами Банка России»[5]. Что в понимании банкиров «эффективное управление»? Покупка еще более рискованных американских бумаг. Все мы слышали об ипотечном кризисе в США, все мы знаем радующую слух фразу про золотовалютные резервы страны и слышим цифры их неуклонного роста. Так вот ЦБ вкладывает наши резервы в… падающие облигации ипотечных агентств – Фэнни Мэй (Fannie Мае), Фредди Мэк (Freddie Mac) и участников американской федеральной системы ипотечного кредитования Federal Home Loan

Banks. Об этом стало известно из годового отчета нашего Центробанка за 2007 год[6]. За год объем наших вложений вырос в 2,5 раза: на 1 января 2007 года он составлял 1 трлн рублей, а на 1 января 2008 года – 2,475 млрд рублей. В общем объеме наших золотовалютных запасов доля падающих американских облигаций выросла за год с 12,6 до 21 %. Иными словами, чем сильнее падали эти облигации, тем активнее ЦБ России их скупал. В первом квартале 2008 года компания Fannie Мае получила убыток $2,5 млрд, а в четвертом квартале 2007 года – $3,6 млрд, аналогичные результаты демонстрирует и Freddie Mac.

Зачем поддерживать американские убыточные ипотечные фонды, если перспектива их выздоровления даже не просматривается? Ведь риску подвергаются личные сбережения не брокера и пары доверчивых вкладчиков, а целой страны. Неужели опытнейшим финансистам и экономистам никак не осознать того, что очевидно всем остальным?

Если действия политиков и экономистов кажутся нам бессмысленными, значит, мы просто не понимаем их истинной цели и мотивов принятия «странного» решения.

Раз ипотека в США «падает», кто-то должен ее поддержать. Проигравшие всегда должны что-то победителю. Дань есть дань.

Но так, я уверен, будет не всегда. После Александра Невского и Ивана Калиты обязательно придет Дмитрий Донской. А там наступит очередь и Ивана III. И иго падет. Наберитесь терпения – всему свое время…

В вопросе о нашем Стабилизационном фонде надо обязательно разобраться. Но и другие вопросы требуют ответов:

♦ Как же мы дошли до того, что вынуждены платить дань?

♦ Почему и отчего Советский Союз проиграл холодную войну и мог ли он ее выиграть?

Наш Стабилизационный фонд – это деньги от продажи нефти. Но ведь Советский Союз тоже продавал углеводороды, занималась этим в 90-е годы и молодая российская демократия. Отсюда следующий ряд вопросов.

♦ Почему же таких доходов от продажи нефти раньше не было?

♦ Почему Стабилизационный фонд появился только при Путине, а не при Брежневе или Горбачеве?

♦ Откуда берутся деньги в Стабилизационном фонде и почему этих денег не было при Ельцине?

♦ Почему цена на нефть именно сегодня бьет все мыслимые рекорды?

Нет, ничего мы не сможем толком понять в современной политике, если внимательно не приглядимся к черному золоту. Не сможем понять и нашу недавнюю историю, если забудем о нефтяном факторе. Если мы хотим понять, куда, зачем и как текут политические реки в современных нам кисельных берегах, надо лишь вспомнить старую французскую поговорку. «Шерше ля фам (Ищите женщину)», – говорили французы, имея в виду скрытую причину любых событий. И были по-своему правы.

Позволим себе немного поправить французских кавалеров.

Глава 2

Шерше ля нефть

С точки зрения демократии Путин стал большим разочарованием. Цитата из британской газеты «Independent»[7]

Перефразируя известную поговорку можно смело утверждать: нефть всему голова. Без углеводородов немыслимо ни одно современное производство. Мы нефть носим на себе, мы ею пользуемся в быту, мы даже ее едим. Иссякни фонтаны черной жидкости, и всем нам придется несладко. Часто приходится слышать, что Россия работать так и не научилась, а просто стрижет нефтяные купоны и ничего путного не производит. И улыбается злорадно говорящий эти слова: что же вы потом будете делать, когда нефть кончится?

Улыбается он зря. Ведь тот же самый вопрос можно смело адресовать ему: что вы, господин или товарищ, будете делать, когда в России, в Саудовской Аравии и далеком Эквадоре закончится нефть? Ведь это у России огромная территория, арктический шельф и вечная мерзлота, в которой можно найти все, что угодно, если хорошо поискать. А что будет делать Норвегия, чья территория с нами сравниться не может? А Катар как жить будет? Как сложится судьба Арабских Эмиратов? Никто почему-то такими вопросами не задается, а «печется» лишь о судьбе российской нефти. Как будто дорогостоящий природный ресурс должен закончиться только у нас одних. По различным оценкам, Россия обладает примерно 6-15 % разведанных мировых запасов нефти. Вроде бы немного, но надо понимать, что остающиеся проценты также не принадлежат какой-то одной державе. Иными словами, когда нефть у нас закончится, она подойдет к концу практически везде.

Вот тогда, говорят некоторые (обычно недовольные нынешней российской властью), и наступит тяжелое похмелье. Придется, мол, слезать России с нефтяной иглы и готовиться к неизбежному краху своей экономики. На самом деле на пресловутой «игле» сидит вовсе не Россия. Один из профессоров Принстонского университета (Princeton University), Джеффри Хербст (Jeffrey Herbst), недавно опубликовал перечень стран, которые в наибольшей степени зависят от экспорта минеральных ресурсов. России среди них нет. Это Кувейт, Ангола, Нигерия, Уганда, Иран, Ирак, Ливия, Оман и Саудовская Аравия[8]. Вот кому на самом деле придется слезать с нефтяной иглы. Гражданам же России можно спокойно смотреть в будущее и не поддаваться паническим публикациям и выступлениям.

Такие «страшилки» рассчитаны исключительно на эмоции, и цель их одна: внушить в нас неуверенность в завтрашнем дне, посеять панику и беспокойство. Причин для которых нет! Почему? Потому что помимо нефти, которой у нас и впрямь не так уж много, бог наделил российский народ куда более серьезными запасами газа. Россия владеет порядка 30–36 % мирового запаса голубого топлива. Но даже не это должно внушать нам оптимизм. Дело совсем в другом. Когда радостно потирают руки, говоря о скором истощении российских нефтяных запасов, почему-то никто не задается вопросом, а как же будут жить в таких условиях все остальные мировые экономики? Вместе с нами «на нефтяной игле» сидят США, Великобритания, Япония, Германия и все остальные промышленно развитые страны планеты. Как будет функционировать их хозяйство, если вдруг исчезнет ТО, из чего производят ВСЕ? Возьмем, к примеру, современный автомобиль. Нефть в виде топлива залита в его утробу, но это лишь маленькая часть углеводородов, потраченных на его создание. Наполовину пластмассовые современные автомобили сделаны из пластика, полученного из нефти. Внутри автомобиля сидения обтянуты «натуральной» кожей, сделанной вовсе не из шкур несчастных животных. Если ваша машина, когда была новой, стоила менее $ 70 ООО, то уверяю вас, что ее кожаный салон совсем кожаным и не является, хотя именно так обозначен в спецификации. Катится автомобиль на шинах, в производстве которых огромную роль играют углеводороды. Когда разом кончится нефть, из чего начнут делать свои машины не сидящие, якобы, на нефтяной игле Япония и Германия? Из дерева и железа? Из рыбьих косточек и баварских сосисок?

А мировое производство синтетической одежды и обуви? Как оно будет жить дальше? Все эти найки, рибоки и адидасы. Они же сплошь ненатуральные. Кто и чем возместит мировым производителям бытовой электроники отсутствие синтетических корпусов для телевизоров и магнитофонов, видеоплейеров и кухонных комбайнов? Но и это еще детские игрушки по сравнению с топливными проблемами. Топить нефтью – это топить ассигнациями. Аксиому эту знают все, но, однако, топят и топят. А чем начнут топить потом? Настоящими ассигнациями?

Куда ни кинь взгляд, вся современная цивилизация так крепко держится на нефти и ее составляющих, что представить ее существование без потребления черного золота совершенно невозможно. Когда кончится нефть, плохо станет не России или Кувейту, плохо станет всему человечеству. И потому только нам одним по этому поводу убиваться нет никакой причины. Проблема эта не наша, а всеобщая, и ее решение опять-таки лежит на всем населении земли, а не только на правительстве Российской Федерации. Наша задача – развивать новые области экономики, а не биться в истерике по поводу иссякающего нефтяного благополучия.

Но самая главная наша задача – это поставить работу нефтяной промышленности России так, чтобы от густого потока нашей нефти в нашем же бюджете оставался не менее густой осадок денежных сумм.

Ну а теперь поговорим о Стабфонде. Будь наш Стабилизационный фонд человеком, он без сомнения имел бы черную кожу. Это дитя Российского правительства и высоких цен на нефть. Стабилизационный фонд Российской Федерации, основанный 1 января 2004 года, является (а вернее говоря, являлся) частью федерального бюджета. Источники его наполнения – это налог на добычу нефти и экспортная пошлина на нее же, «при цене на нефть сорта Юралс, превышающей базовую цену»[9]. Все нефтяные сливки сверх установленного государством порога снимаются в Стабилизационный фонд. И от этого «ребенок» растет буквально не по дням, а по часам. Точный его «рост и вес» узнать несложно: достаточно зайти на официальный сайт Министерства финансов нашей страны.

Совокупный объем средств Стабилизационного фонда Российской Федерации[10]

Динамика роста нашего «малыша» весьма впечатляющая. Прямо как былинный Илья Муромец вырос Стабилизационный фонд. Сколько средств будет в нем на момент, когда вы читаете эту книгу, тоже ответить очень просто – нисколько. Потому что, как и положено подросшему чаду, называют наш Фонд теперь совсем по-другому.

Нет больше в Российской Федерации Стабилизационного фонда. 12 апреля 2007 года Государственная Дума утвердила законопроект, согласно которому на его основе 1 февраля 2008 года образуется целых два фонда: Фонд национального благосостояния и Резервный фонд. Их активы также весьма внушительны. Совокупный объем средств Резервного фонда на 01.05.2008 составил $129, 8 млрд (или в рублях 3 069,47 млрд)[11], а Фонд национального благосостояния – $32,72 млрд (или в рублях 773,82 млрд)[12].

Поэтому правильно на сегодняшний день говорить не о Стабилизационном фонде, а о его двух составляющих. Но это название настолько укоренилось в нашей сегодняшней жизни, что, немного погрешив против истины, мы и далее будем использовать старое название кубышки, куда Российская Федерация тщательно складывает свои нефтяные сверхдоходы. Чтобы было из чего выплачивать Орде дань…

Тяжелая работа у нашего министра финансов: надо людям объяснять, почему Стабилизационный фонд нельзя вернуть на Родину. Делать это надо так, чтобы звучало убедительно, не подвергалось проверке, но при этом и чтобы туман, окутывающий наш Фонд, не рассеялся. Пока получается. Только, думаю, зря наше руководство это делает.

Надо народу прямо объяснить, к каким последствиям приводит ЛЮБОЕ поражение государства и что платить за роскошь проигрыша приходится очень долго и очень много. И главное – ВСЕМУ НАСЕЛЕНИЮ СТРАНЫ!

Но давайте же вникнем и в трудности российского руководства. Какая же Орда будет благодушно взирать на антиордынскую информационную кампанию? Тем более что сила не той монгольской, а нынешней Орды как раз и состоит во владении умами и сердцами граждан государства-конкурента. Неудобно говорить о дани, заседая с этими самыми ордынцами за столами переговоров, в ООН и на саммитах Россия-Запад. Что ж, возьмем этот труд на себя…

Сумма в Стабфонде и вправду набралась очень внушительная. И вопреки расхожему мнению о том, что все эти деньжищи приносят пользу вовсе не российской экономике, деньги Стабфонда все же сослужили России хорошую службу. Просто мы с вами этого почти не заметили. Между тем именно из этих средств наша страна погасила свои внешние долги, которые, как казалось, нам никогда не удастся выплатить. Именно на это рассчитывал Запад, когда активно кредитовал умирающий Советский Союз и «молодую российскую демократию». Принцип тут очень простой: будучи в долгах, как в шелках, Россия никак не сможет вести независимую политику, а всегда будет вынуждена оглядываться на мнение своих кредиторов. Напомню, что Стабфонд был создан 1 января 2004 года. Прошел всего год, и из средств Фонда была погашена почти вся наша внешняя задолженность:

♦ 93,5 млрд рублей (эквивалент $3,3 млрд) было направлено на погашение долга перед Международным валютным фондом;

♦ 430,1 млрд рублей (эквивалент $15 млрд) – на погашение долга перед странами-членами Парижского клуба;

♦ 123,8 млрд рублей (эквивалент $4,3 млрд) – на погашение долга перед Внешэкономбанком по кредитам, предоставленным Министерству финансов Российской Федерации в 1998–1999 годах для погашения и обслуживания государственного внешнего долга Российской Федерации[13].

В то же время еще 30 млрд рублей (эквивалент $1,04 млрд) покрыли дефицит Пенсионного фонда Российской Федерации, и наши пенсионеры вовремя получили свои деньги[14]. Как видно из цифр современного состояния Стабфонда, он благополучно пережил такое кровопускание и вновь до краев налился деньгами. И вот эти новые средства и по сей день вложены, большей частью, в государственные облигации США и в американскую валюту…

Итак, немного разобравшись с цифрами и структурой наших фондов, давайте попытаемся разобраться с другими вопросами. И главный из них такой:

Почему только во время правления президента Путина в России появился Стабфонд, а в нем сумасшедшие деньги?

Это кажется само собой разумеющимся, так и должно быть. Раз страна имеет нефть, как она может не иметь доходов от ее реализации? Тем не менее вплоть до начала путинского правления дела у нас именно так и обстояли: нефть есть, бюджет есть, а денег в нем нет. Как же зародились такие чудеса? Ответ на этот вопрос даст каждый. Деньги от продажи нефти попросту воровали, и именно поэтому при Ельцине казна была пуста, как выеденная скорлупа. Зная страсть российских чиновников к казенным деньгам, удивляться этому не приходится. Удивление вызывает другой факт: в самом начале перестройки ловкие реформаторы первым делом приватизировали все нефтяные скважины, поделили и добывающие компании. В новой России не было государственных нефтяных компаний, были сплошь частные, как и положено вроде бы в настоящей рыночной экономике. Так кто же у кого тогда воровал? Неужели капиталисты-олигархи у самих себя?

Вот этому можно и нужно удивиться. Построили в России систему нефтедобычи, как во всем «цивилизованном мире», и пропали из казны денежные знаки. Сегодня в казне денег полно, а нефтедобычей занимаются акционерные общества, по сути являющиеся государственными компаниями, так как их контрольный пакет принадлежит государству, либо у руля в них стоят верные «государевы слуги». Странно, нам ведь всегда твердили, что частная фирма в нефтедобыче куда эффективней государственной. Но мы своими глазами видим, что все как раз наоборот. А прогрессивные газеты и независимое радио так и галдят с утра до вечера, мол, все у нас не так, как у людей. Взяли вот и разорили хорошую компанию «ЮКОС», да и отдали скважины государственным и полугосударственным образованиям. Значит, нефти добудут меньше и родная Российская Федерация получит в итоге меньше нефтедолларов, чем могла бы, если бы российское черное золото качал из глубин частный олигарх. А на Западе ведь вся нефтедобыча – частное дело…

Когда услышал этот мотив в очередной раз, захотелось разобраться. Как же на разумном Западе обстоит дело с добычей нефти?

Экспортеров нефти в мире великое множество. Они различаются величиной запасов, способом добычи. Но везде или почти везде сам процесс «доставания» драгоценного ресурса организован одинаково. И вовсе не так, как нам рассказывают либеральные экономисты. Крупнейшей организацией, объединяющей экспортеров нефти, является ОПЕК. Львиная доля членов этой структуры – страны Ближнего Востока. С них мы наш нефтяной экскурс и начнем.

Главный мировой нефтедобытчик — Саудовская Аравия – это монархия во главе с эмиром. Недра страны эксплуатирует не частная, а государственная компания Сауди Арамко (Saudi Aramco). Она добывает всю аравийскую нефть, а это ни много ни мало, а почти четверть доказанных запасов нефти в мире.

10 % мировых запасов нефти находится в Кувейте. Экспорт нефти эта страна начала с 1946 года. Но по-настоящему кувейтская нефтяная труба заработала к началу 60-х. В 1960 году была образована Кувейтская нефтяная компания (Kuwait Petroleum Corporation), доля государства в которой составляла сначала 60 %, а с 1975 года – 100 %.

Весьма причудливое государственное устройство никак не сказалось и на организации нефтяного бизнеса в Объединенных Арабских Эмиратах. ОАЭ – федерация в составе семи княжеств (эмиратов): Абу Даби, Дубай, Шарджа, Аджман, Рас аль-Хайма, Умм аль-Кайвайн и Аль-Фуджайра. Каждое княжество – отдельная монархия. В этой уникальной федерации монархий (!) высшим органом власти является Федеральный национальный совет, в который входят все эмиры. Одного из этих наследственных монархов и избирают коллеги президентом на 5 лет.

Доказанные запасы черного золота в Объединенных Арабских Эмиратах – чуть менее 10 % мировых запасов. Однако в нефтяных делах порядки в ОАЭ совсем не такие «демократичные», как в политическом устройстве. Нефтяная отрасль в каждом из эмиратов контролируется правительством. Причем месторождения черного золота эксплуатируют не семь различных компаний, как можно было бы предположить (то есть по одной своей в каждом эмирате), а одна государственная нефтяная компания. Это – Национальная нефтяная компания Абу Даби (Abu Dhabi National Oil Company). Справедливости ради заметим, что такая организация добычи нефти появилась в ОАЭ только в начале 70-х годов XX века, а до этого черное золото качали западные корпорации. Почему арабские шейхи отказались от помощи «эффективных» западных монополий и отдали свои недра «неэффективной» государственной монополии? Ответ прост – потому, что она своя.

Дело в том, что с XIX века ОАЭ находились под британским протекторатом. И жили арабы бедно в своей пустыне, пока эксплуатацией природных богатств края занимались англичане. Как только Эмираты обрели независимость (2 декабря 1971 года), так быстренько забрали добычу нефти под себя и сразу же стали одной из самых богатых стран мира. У нас в стране часто любят приводить ОАЭ в пример: как на пользу своему народу можно истратить средства, полученные от продажи природных ресурсов. Так вот, для того чтобы в пустыне, словно мираж, выросли современные отели и города, для начала надо отобрать нефтяные скважины у «сверхэффективных» западных монополий. А об этом говорить не любят…

Освободившаяся от британской опеки одновременно с ОАЭ в сентябре 1971 года монархия Катар во главе с эмиром также жестко контролирует свой основной источник дохода. Государственная нефтяная компания Катара (Qatar General Petroleum Corporation) занимается поисково-разведочными работами и добычей нефти. Нефтепереработкой ведает государственная структура, носящая название National Oil Distribution Company. Еще одна монархия, управляемая султаном, Оман, позднее других стран региона начала нефтедобычу и экспорт. Но система все та же – недрами распоряжается государственная Нефтяная компания Омана (Petroleum Development Oman).

Может быть, арабы слишком консервативны, чтобы отдать эксплуатацию своих природных богатств «просвещенным» европейцам? Нет, это не так. Европейцы нефть качали без устали, когда регион Персидского залива им безраздельно принадлежал. В условиях независимости арабских монархий ситуация поменялась. Но и сегодня достаточно часто государственная нефтяная компания какой-либо нефтеносной страны привлекает иностранцев для разработки месторождений. Но только на своих условиях, когда львиная доля прибыли остается в стране, обладающей запасами черного золота. Принцип тут простой: добыча нефти настолько прибыльный бизнес, что лучше делать это самому. Сторонних «добытчиков» привлекают, когда не хватает своих собственных сил, инвестиций или технологий. Но саму скважину им в собственность никогда не отдают…

Никто и никогда добровольно и в здравом уме не отдает свой кошелек в чужие руки. Точно так же поступает и государство, оно всегда старается держать свой источник дохода под контролем. Этот стиль поведения не зависит ни от государственного строя, ни от цвета кожи населяющего страну народа, ни от фамилии руководителя страны, ни от степени развития прав человека и демократии, ни от членства в ОПЕК или даже в НАТО.

Членами ОПЕК являются демократическая республика Индонезия, где главой является президент, и Ливия, недавно отметившая тридцатилетие Социалистической народной арабской Джамахирии – государственного строя, аналогов которому в современном мире нет[15]. Однако и избираемые руководители Индонезии, и бессменный лидер ливийской революции Муаммар Каддафи строят свою нефтяную отрасль по одной и той же модели. В 1945 году Индонезия провозгласила себя независимым государством, и все природные ресурсы, включая нефть, были объявлены государственной собственностью. Для эксплуатации минеральных ресурсов было организовано предприятие, разумеется, государственное. Компания Пертамина (Pertamina), согласно законодательству страны, имеет исключительное право на разведку и добычу нефти. При этом Индонезия вовсе не является тоталитарным государством, а в настоящее время бурно развивается, используя свои доходы от продажи нефти.

В Ливии, которую не раз обвиняли в поддержке международного терроризма и авторитаризме, все операции по добыче и переработке нефти точно так же контролирует государство. А началось все в далеком сентябре 1969 года, когда группа молодых армейских офицеров во главе с Муаммаром Каддафи свергла режим короля Идриса I. К 1973 году в собственность ливийского государства перешел 51 % акций всех нефтяных компаний, качающих черное золото из ливийских недр. Затем последовало и введение государственной монополии на экспорт нефтепродуктов. На сегодня единоличным распорядителем минеральных богатств страны является государственная Национальная нефтяная корпорация Ливии (National Oil Corporation of Libya). Эта монополия привлекает к добыче иностранцев, но обязательно имеет не менее 50 %-ную долю участия в каждом из соглашений по разработке и эксплуатации нефтяных месторождений.

Практически ничем не отличаются системы, построенные в бывших колониях: французской — Алжире, населенной арабами, и английской — Нигерии, имеющей чернокожее население. В обеих африканских странах не хватало собственных ресурсов для начала масштабных геологоразведочных работ, для создания инфраструктуры добывающей отрасли… Поэтому они активно привлекали своих бывших европейских «патронов». Но опять же осторожно – оператором почти всех алжирских месторождений является государственная компания Сонатрэк (Sonatrach). В самой многонаселенной стране черного континента, Нигерии, почти 100 % добычи нефти осуществляет Национальная нигерийская нефтяная корпорация, а вернее говоря, ее совместные предприятия. Если лидер ливийской революции Каддафи разом взял да и национализировал всю нефтедобычу, попав за это в разряд изгоев, то нигерийские власти действуют тоньше и хитрее. В Нигерии проводится политика мягкой, неконфискационной «нигеризации» нефтяного сектора. К примеру, в 1999 году пришедшее к власти гражданское правительство разом отозвало лицензии у 16 нигерийских нефте-компаний. Причина – опасение, что они попадут под иностранный контроль. Видите ли, есть у Нигерии своя особенность – ею с 1963 года с небольшими перерывами правят военные диктаторы. Из сорокалетнего самостоятельного развития этой страны 30 лет прошли в условиях военных режимов. А работа у диктаторов в Африке очень опасная и очень нестабильная. Вот и создают нигерийские полковники себе «для пенсии» маленькие нефтедобывающие компании, с радостью делящиеся добытым с западными корпорациями, облегчающими диктаторам процесс перекачки денег в европейские банки. К власти приходит гражданское правительство, оно лавочку прикрывает, отзывая лицензии, а когда военные устраивают новый переворот, то начинается все заново. Так и живут…

На том же самом африканском континенте находится еще одно нефтедобывающее государство — Габон. В отличии от Нигерии, в Габоне полная демократия. Глава государства – президент, законодательный орган – Национальное собрание. Но нефтяная отрасль «монопольно» находится под контролем государства. Государственная нефтяная компания – Societe Nationale Petroliere Gabonaise – решает, что как, где и кому добывать.

Так где же это пресловутое частное и потому «очень эффективное» управление нефтяными потоками? Пока нам не удалось обнаружить его ни в мусульманском Востоке, ни в черной Африке. Может быть истинно рыночная, «настоящая» система функционирует на американском континенте, в Соединенных Штатах и в окружающем их пространстве?

Боюсь, что и тут нас ждет горькое разочарование. В стране сомбреро и острой кухни Мексике нефтью распоряжается государственная компания «Пемекс» (Ремех). И делает это уже достаточно давно – с 1938 года, как только нефтяная промышленность была национализирована. Так что время на понимание ошибочности государственного «неэффективного» вмешательства в столь деликатное дело, как добыча черного золота, у мексиканских товарищей было. Но за прошедшие 70 лет мексиканцы движутся прямо в обратном направлении: если вначале 100 % нефти добывали частные западные компании, то теперь их участие минимальное. И заметьте, что никто Мексику в числе диктаторских и тоталитарных режимов никогда не числил. Ну а то, что творится среди остальных нефтедобывающих латиноамериканских стран в отношении тех самых «эффективных» западных частных компаний, иначе как беспределом и не назовешь! Отчего-то руководство прижимает их со всех сторон. Неужели все президенты разом сошли с ума и хотят на корню загубить нефтяную курочку, несущую золотые яйца для экономики их стран?

Нет, все как раз наоборот. В мае 2006 года президент Боливии Эво Моралес национализировал все газовые и нефтяные месторождения страны. Теперь весь объем нефти и газа, добываемых в стране, проходит через государственную энергетическую компанию Yacimientos Petroliferos Fiscales Bolivianos. В феврале 2007 года президент Венесуэлы Уго Чавес подписал указ о национализации нефтяных месторождений, которые ранее в одиночку разрабатывали зарубежные компании. Предложенный Чавесом вариант не оставлял «частникам» выбора: 60 % акций в создаваемых совместных предприятиях с иностранными партнерами должно принадлежать государственной Нефтяной компании Венесуэлы (Petroleos de Venezuela). Не согласны – до свидания. И нефтяные гиганты согласились, потому что деваться было некуда, а власти Венесуэлы установили полный контроль над нефтедобычей.

Еще дальше своих соседей пошел руководитель Эквадора. Эта страна является вторым по величине после Венесуэлы южноамериканским поставщиком сырой нефти для США. Из добываемой в Эквадоре нефти лишь одна треть приходится на долю госкомпании Петроэквадор (Petroecuador). Но вместо радости такая ситуация почему-то вызывала у властей страны беспокойство. Причем настолько острое, что президент Эквадора Рафаэль Корреа в октябре 2007 года подписал декрет, согласно которому государство будет оставлять работающим в стране нефтяным компаниям только один процент (!) прибыли. Ранее налогообложение «частников» было в Эквадоре небольшим. В 2006 году налог на прибыль для них был увеличен до 50 %, а вот теперь, в 2007-м, – до 99 %. Круто, ничего не скажешь. Вы слышали что-нибудь об этом? Читали в газетах? Видели по ТВ? Слышали возмущенные реплики западных экономистов или политологов? Попадался ли вам термин «нецивилизованный Эквадор»? Нет. А какие прибыли имели нефтяные монополии, пока их не ограничили 1 %? Колоссальные! И тишина. Почему? Неужели не хотят побороться за свои деньги?

Хотят, еще как хотят. Но прекрасно понимают, что разговоры делу не помогут. Что нищее население Эквадора поддержит правительство, снимающее сливки с «гринго» и отдающее нефтяные деньги на внутренние программы помощи бедным и прокладки дорог. Ни статьи, ни гневные речи эквадорских правозащитников не помогут. Потому что полуграмотное индейское население их слушать не будет, и разговоры о правах человека и прелестях свободного предпринимательства тут никого не убедят. Но нефтяные монополии своих денег просто так не отдадут. Борьба за них только начинается. И может быть, лет через пять мы услышим о военном перевороте в Эквадоре, массовых беспорядках или еще каком-либо катаклизме, который поможет сменить власть в этой стране. Ну а уж новое руководство введет и новые правила нефтяной игры…

Теперь самое время поговорить о нефтедобыче в США. А точнее говоря, говорить об этом можно все меньше и меньше. Скоро, вероятно, и вовсе будет нечего обсуждать. Ведь вопреки всем законам рынка, которые так тщательно американцы пытались насадить в России, нефтедобыча в мировой цитадели демократии неуклонно сокращается. Ее пик пришелся на начало 70-х годов XX века, и с тех пор она постоянно снижается, так что можно смело сказать: последние 25 лет США сосредоточились на потреблении нефтяных запасов всего остального мира, в особенности своих соседей. При этом колоссальный рост цены на нефть никак не привел к увеличению ее добычи в Штатах, что само по себе противоречит рыночной логике. Как нас учат: увеличение цены ведет к увеличению производства, что, в свою очередь, приводит к снижению цены на товар. Это и есть пресловутая саморегуляция рынка. Когда правительство «младореформаторов», следуя этой нехитрой модели, стало реформировать российскую промышленность, мы почему-то моментально остались без промышленности. А в итоге, слава богу, и без «младореформаторов».

Отчего же американцы поступают вопреки рыночной логике? Почему в Канаде добычу все время увеличивают, а в США сокращают? Вроде страны рядом, капиталисты одинаковые, цены на нефть тоже едины для всех. Откуда же такая разница в подходах? Потому что рыночная идея имеет свои ограничения и в либеральной западной модели. Когда речь идет о безопасности государства, отбрасываются все условности, и «рыночное» правительство в США поступает совсем не так, как можно было бы ожидать. Большинство нефтяных скважин в США заморожены, и добыча из них постоянно сокращается. Почему? Потому, что рано или поздно в Мексике, Катаре и Эквадоре нефть закончится. А в США она будет, и это даст американцам огромное преимущество. На века вперед глядят американские империалисты, под шумок газетных разглагольствований о поиске альтернативных источников энергии консервирующие свои нефтяные скважины[16].

Но как можно целенаправленно замораживать добычу в своей стране, не давая падким до прибылей капиталистам добывать «родную» американскую нефть? Одними уговорами тут ничего не добьешься. Тут требуется… государственное регулирование. Да-да – в цитадели свободного предпринимательства существует жесткое государственное регулирование. Просто оно в глаза не бросается, но осуществляется целенаправленно и методично. В соответствии с федеральным законодательством США, недра принадлежат государству. Запасы нефти и газа, там находящиеся, могут сдаваться разработчикам указанных ресурсов в аренду на срок вплоть до их исчерпания. Не дал в аренду новое месторождение, а старое исчерпалось – добыча упала. Есть и много других методов. Ведь госрегулирование в области использования природных ресурсов осуществляется в США сразу на двух уровнях: на федеральном и на уровне штата. На федеральном уровне этим занимаются Бюро земельного управления и Служба управления минеральными ресурсами, входящие в одну систему с МВД США. В итоге хоть нефть и добывают частные компании, но направляет их в нужное стране русло именно государство и его интересы, а отнюдь не ее величество прибыль.

Эта аксиома наиболее ярко проявляется даже не в самих США, а в совсем другой цивилизованной стране. Ее очень любят приводить в качестве примера именно русским. Тоже, мол, северная страна – а как живет! Речь идет о Норвегии, действительно имеющей один из самых высоких уровней жизни в мире. Благополучие этой страны базируется на нефти. Именно нефть, а не сверхпроизводительность труда или мегатрудолюбие населения превратила Норвегию в одно из самых богатых государств мира. Норвежцы являются третьим крупнейшим экспортером черного золота в мире. Население Норвегии – 4 млн 600 тысяч человек. Вторым экспортером стала Россия (население примерно 150 млн чел.). Крупнейший экспортер – Саудовская Аравия (население – 22 млн 670 тысяч чел.). Даже не вдаваясь в долгие арифметические вычисления нефтедобычи и деления этого числа на количество населения страны, легко догадаться, что самый высокий уровень жизни будет не у нас, и не у саудитов, а в стране фьордов. Вот и все объяснение норвежского экономического «чуда». Именно поэтому уже несколько лет подряд Норвегия признается ООН лучшей в мире страной для проживания. Норвежцев мало, а нефти много. В России нефти больше, но и людей больше в сорок раз…

Не будем преуменьшать и заслуг норвежского правительства. Оно внесло огромный вклад в развитие своей страны, создав все условия для ее процветания. Как? Придушив законами и налогами иностранные нефтяные компании и направив поток нефтедолларов в государственный бюджет. В семидесятые годы в разведке и добыче норвежских углеводородов на шельфе лидировали те самые «эффективные» частные монополии. И тогда член ЕЭС, член НАТО, страна Норвегия создала государственную компанию Статойл (Statoil), а затем обязала всех иностранных участников обеспечить 50-процентное представительство Statoil в каждом из разрабатываемых месторождений.

Но и этого суровым норвежцам показалось мало: с начала 1985 года нефтегазовая отрасль была снова реорганизована. Statoil по-прежнему осталась в государственной собственности, но в дополнение к этому был введен в действие механизм прямого государственного экономического участия во всех проектах, на которые давались лицензии. Благодаря этому теперь норвежское государство, а следовательно, весь народ владеет собственностью в нефтяных и газовых месторождениях, трубопроводах, терминалах и перерабатывающих предприятиях. Забрав под себя всю инфраструктуру, правительство Норвегии смогло позволить себе в 2001 году вывести акции Statoil на биржу, сохранив контрольный пакет у себя. В 2007 году норвежский нефтяной гигант еще раз реорганизовали, соединив с другой госкорпорацией, главной в Норвегии «по газу», – Norsk Hydro. Госпакет акций получившегося гиганта СтатойлГидро (StatoilHydro) составляет 62,5 %, что дает норвежцам уверенность в завтрашнем дне.

Помимо этого, в каждом из разрабатываемых месторождений государство владеет долей на добычу углеводородов. Для этого в Норвегии существует компания со 100-процентным государственным участием Петоро (Petoro), которая распоряжается этими долями. То есть часть добытой нефти принадлежит самому норвежскому государству, и оно само ее реализует, получая доход. А еще есть налог на прибыль – 28 %, а ставка специального для нефтяников налога – 50 %. Чтобы хитрые нефтяники не поступали так, как у нас в России совсем недавно делали некоторые олигархи, в Норвегии существуют так называемые нормативные цены на нефть.

Что это такое? Налог платится с прибыли, следовательно, чем меньше прибыль, тем меньше денег придется отдать. Ушлые российские олигархи, регистрировали фирму где-нибудь в оффшорной зоне, на каких-нибудь Каймановых островах, и продавали, например, сами себе нефть не по 100 долларов за баррель, а по 50. При ее себестоимости в 49. Прибыль 1 доллар, с нее и платились налоги. А потом «кайманова фирма» сливала на Западе купленую нефть по реальной цене. В итоге – бюджет пуст, карман олигарха полон.

В России, чтобы прекратить такое безобразие, пришлось одного олигарха посадить. В Норвегии сделали иначе. Здесь придумали «нормативные цены», устанавливающие стоимость, по которой, и только по ней, можно продавать нефть в определенный промежуток времени. Продать «сам себе» нефть или газ дешевле никто не имеет права. Все это, по сути, является прямым диктатом государства и его «грубым» вмешательством в экономику. Но что-то голосов протеста и выступлений за свободу предпринимательства не слышно и не видно…

Совершив этот небольшой экскурс по нефтедобывающим странам, мы убедились в следующем:

1. Везде государство, а не лихие «частники» жестко следит за добычей нефти и забирает себе львиную долю доходов.

2. Именно на нефтяные деньги, именно на нефтедоллары расцвели крупнейшие экспортеры этого сырья.

3. Именно нефтедоллары поддерживают существование экономик менее крупных экспортеров черного золота.

Вывод напрашивается очевидный: нефтяная отрасль – это как раз та, где наиболее важна и наиболее нужна рука государства. Чем больше степень участия государства в нефтебизнесе на ее территории, тем больше денег получает страна и ее бюджет. И наоборот – если отдать добычу углеводородов на откуп частникам, наши старушки останутся без пенсий, а водители – без дорог. Доходы «ходорковских», может и замечательно управлявших нефтедобычей, составляли миллиарды долларов в год. Миллиард долларов – это очень много. Для обычного человека, что миллион, что миллиард зеленых американских бумажек – одинаково космическая величина. А на самом деле между этими цифрами колоссальная разница. Пять миллионов долларов может стоить особняк на Рублевке, а бюджет такого мегаполиса, как Санкт-Петербург, составляет $5,5 млрд[17]. Разница, согласитесь, есть, и очень существенная.

Можете ли вы сказать, что нелегкий и неблагодарный труд нефтеолигархов действительно должен оплачиваться такой денежной суммой, на которую год может жить и развиваться почти пятимиллионный город?

Вам еще непонятно, почему не было денег в российской казне в период правления незабвенного Бориса Николаевича?

Так посчитайте, сколько олигархов тогда качало нефть из наших недр, сложите их «гонорары» и получите бюджет Российской Федерации, которого в те годы как раз «не было». Разве не может директор государственной компании эффективно управлять нефтяным бизнесом за зарплату в пару миллионов долларов? Может. Его зарплата должна быть очень большой, но все же не миллиардной. А разницу в виде тех самых миллиардов надо пустить на строительство школ, больниц и дорог. Именно это сейчас и происходит в нашей стране. Именно такая система строится и уже функционирует в России. Не для того, чтобы красть деньги, полученные государственной нефтяной кампанией, а чтобы наполнить госбюджет, но не зарубежные счета десятка олигархов. Может, конечно, что и украдут, но, во-первых, с этим нужно и можно бороться, а во-вторых, с потерями от «каймановых» схем это ни в какое сравнение не пойдет…

А теперь задайте себе такой вопрос: если нефтедобыча всегда находится под полным госконтролем, если во всем «цивилизованном мире» именно так эксплуатируют недра, отчего же первым, что очень быстро приватизировали после крушения СССР, были скважины и месторождения? Правительство Ельцина было облеплено иностранными советниками, как улей пчелами, но почему-то они советовали России делать то, что никто в этом мире не делает.

С чего бы это советники от МВФ и разных организаций Запада предлагали срочно приватизировать нефтяную отрасль?

Отчего, торопя нас идти в ногу со всем человечеством, направляли совсем в другую сторону?

Почему, зная, что в Норвегии налоги на доходы от нефти составляют примерно 75 % от общей суммы прибыли нефтедобывающих компаний, в России младореформаторы и их зарубежные друзья строили систему, позволявшую платить в бюджет сущие копейки?

Если бы в России президента Ельцина сменил другой президент, продолживший «курс реформ», то к сегодняшнему дню Российской Федерации уже не было бы. С этим тезисом, конечно, можно спорить, но то, что при таком президенте Стабилизационного фонда не было вовсе – это точно[18]. Стабфонд появился на свет и быстро наполнился нефтедолларами именно потому, что правительство Путина провело в России тихую деприватизацию нефтяных активов. Бюджет и Стабилизационный фонд полны до краев, потому что ни одна из государственных и полугосударственных компаний, качающих нефть в России, сегодня не пытается уклониться от уплаты налогов. Честными трудягами и налогоплательщиками стали и немногие оставшиеся осколки былого частного нефтяного величия. Но все эти приятные перемены произошли не сами собой, а благодаря живительной силе примера. Стоило посадить одного жулика, как тысячи остальных за одну ночь стали кристально честными…

Ну а для тех, кто искренне считает, что все дело лишь в высоких ценах на нефть и никаких заслуг нынешней российской власти в наполнении бюджета нет, мы написали следующую главу. Спорить не будем – просто читайте.

Глава 3

Про биржевых брокеров и рыночную экономику

Пузырь на рынке нефти не лопнет, пока экономики США и Великобритании находятся в рецессии. Но настанет момент, когда стоимость нефти резко упадет. Джордж Сорос, миллиардер, глава фонда «Открытое общество»[19]

Странное все-таки существо человек. Только он испытывает потребность и использует в своей жизни массу того, что не использует ни одно животное планеты Земля. Например, нефть. Эта горючая маслянистая жидкость, являющаяся смесью углеводородов, красно-коричневого, иногда почти черного цвета не нужна никому, кроме человека. А человек ради нее готов начинать войны, устраивать перевороты и революции и убивать себе подобных.

Зачем человеку нефть? Из нее можно произвести все, что угодно. Это верно, но суть человеческой привязанности к жидким углеводородам вовсе не в этом. Нефть в современном нам мире – это власть. А власть – это деньги. Еще один феномен человеческой цивилизации. Ни одному живому существу на планете деньги не нужны. Они не представляют никакого интереса для муравья или тигра – ведь деньги нельзя есть. Ими нельзя укрыться в непогоду, ими нельзя отбиться от нападения хищника. В отрыве от человеческой цивилизации деньги – смешное и никчемное изобретение.

Но именно вокруг нефти, денег и власти и крутится вся современная политика.

Какова сегодня главная задача Российского правительства и президента РФ?

Их, этих задач, конечно, масса. Но все же, какая основная? Повысить пенсии старикам и зарплату бюджетникам? Перевооружить армию новейшим оружием? Сделать рубль реально конвертируемой мировой валютой?

Самая главная задача правительства и президента РФ – всеми силами стараться поддерживать цену на нефть на высоком уровне.

Мы ничуть не упрощаем. Мы ничуть не утрируем. Всякую мысль очень легко довести до абсурда и вывернуть наизнанку. Но именно сохранение высоких цен на углеводороды может (и должно) помочь России выйти на передовые позиции в мировой политике и экономике. Будет высокая цена на нефть и газ, будут деньги в бюджете и Стабфонде, тогда можно будет и пенсии повышать и армию вооружать. И на деньги, вырученные от продажи нефти, развивать новые наукоемкие отрасли промышленности. Ведь и развитие промышленности, и развитие науки стоят колоссальных средств. Чтобы снизить нашу зависимость от нефти, чтобы купить и создать технологии, чтобы платить высочайшую зарплату ученым, для всего этого нужны деньги. Парадокс получается-, хочешь менее зависеть от экспорта углеводородов – постарайся продать их как можно дороже!

Только как поддерживать эту высокую цену? Это невозможно, скажете вы, ведь цена на нефть определяется на бирже, то есть самым что ни на есть рыночным способом, а значит, гарантировать, что она будет высокой, невозможно…

Это самое главное заблуждение современного мира. Это ложный фундамент, на котором любое возведенное здание не замедлит обрушиться. Для правильного понимания мировой политики, нашей в ней роли и правильного формирования всех последующих выводов нам надо обязательно разобраться, как же на самом деле образуется цена на нефть…

Представьте себе, что вы искали работу. Долго, упорно, и наконец нашли. Все вас в ней устраивает: расположена удобно, престижная должность, хорошие карьерные перспективы, коллектив вроде бы симпатичный. Одно вам пока не ясно: сколько вам будут на этой работе платить. Это, конечно, плохо, соглашаясь на работу, не знать размер оплаты труда, но это поправимо. Вопрос «какова моя зарплата» задаете в бухгалтерии, когда подписываете трудовой договор. А в ответ слышите уж совсем странные вещи.

– А не знаю, – говорит вам бухгалтер. – Понятия не имею, сколько вы будете получать.

Странно такое слышать. Не знаете сами, так посмотрите в штатном расписании, спросите у финансового директора.

– Да бесполезно спрашивать, – изрекает бухгалтер и смотрит на вас умными глазами. – Никто вам на этот вопрос не ответит. Потому что все зависит от макроэкономических факторов, от конъюнктуры рынка.

– Да вы хоть примерно сумму назовите, – кипятитесь вы. – Минимум какой, какая премия может быть.

– Ну какой же вы непонятливый, – теряет терпение дама. – Говорю же вам, все зависит от конъюнктуры. А потому нет ни минимума, ни максимума. Каждый месяц все уникально и индивидуально.

Как же можно идти на работу, не зная хотя бы примерно уровень ее оплаты? Нельзя. Поэтому просите бухгалтера хоть пример какой привести, цифру назвать. А заодно объяснить, от какой такой конъюнктуры зависит ваша зарплата. Кто и как будет определять ее размер. На что смотреть будут: на дисциплину, на выработку, на выполнение плана или на внешний вид.

– Ой, ну какой же вы смешной, – следует ответ. – Да не будет никто смотреть ни на план, ни на трудовую дисциплину. Вообще ни на что смотреть не будут. Главное – в каком настроении будет находиться наш шеф, когда будет вашу зарплату определять. Если вчера кушал хорошо, в семье порядок, машина завелась, то будет довольный и веселый и заплатит вам тридцать тысяч рублей. Если с утра плохие новости услышит, катастрофа там, террористический акт, с женой поругался – получите тысяч пять.

Пойдете вы на такую работу, где единственным мерилом вашей оплаты будет настроение, в котором директор и его заместители появились на работе? Думаю, что нет. Потому что вы понимаете абсурдность ситуации, когда ваш доход зависит вовсе не от вас и вашей деятельности, а от поваров соседнего ресторана, дикторов центрального телевидения и любовницы вашего директора. Но почему-то, понимая странность такой ситуации в нашей обычной жизни, мы охотно соглашаемся с теми же вещами, но уже на уровне мировой экономики. Как определяется цена на нефть? Спросите любого, и он ответит, что она слагается на бирже как результат соотношения спроса и предложения. Упал спрос – снизилась цена, вырос – увеличилась. Кто определяет цену? Никто – будет вам ответ, она сама собой получается.

Но это не совсем так. Вернее говоря – совсем не так. Где в нашей жизни вы видели цену, которая, как нас учили либеральные экономисты, сложилась сама собой? В магазине ценники утвердил директор, в автобусе – владелец парка или муниципалитет. Тарифы на электричество – «Чубайс», а стоимость автомобиля, собранного в Японии и продаваемого в России, утвердил даже не дилерский центр, а представительство автокомпании. Нигде нет той самой стихийной цены. Даже на рынке ее нет. Придешь на колхозный рынок – дорого. Уже сезон в разгаре, а цены не падают. Почему? Не дают цене падать установившие ее перекупщики.

А на нефть цена складывается сама собой? Неужели на самый главный ресурс на планете Земля, на который завязано практически все производство на планете, весь транспорт, вся энергетика, цена определяется путем «тыка» пальцем в небо? Вы в это верите?

Вы можете допустить ситуацию, когда мощнейшие сверхдержавы современности пускают на самотек процесс ценообразования ресурса, от которого полностью зависит их существование? Даже ленивые родители проверяют домашние задания у детей, потому что знают – нужен контроль. Ведь, кроме Ломоносова, почти никто и никогда сам собой не смог чему-то научится. Детям больше нравится играть, вот и приходится их к обучению принуждать. Это плохо, но без этого ничего не получится. Так уж устроен человек.

Но с нефтью еще интересней. Нас искренне пытаются убедить в том, что уровень цены на нее определяется на биржевых торгах. И результат их сложно предсказать. Взорвался танкер, началась война, упал самолет – цена пошла вверх. Подписали мирный договор, увеличилось число безработных, какой-то банк опубликовал плохой прогноз – цена пошла вниз. Но она же не автоматически скачет туда-сюда. Для ее определения существуют брокеры, которые на этой бирже покупают-продают черное золото. Это они читают газеты, смотрят отчеты банков и последние новости, интересуются прогнозами, а потом уже на бирже путем сложения их усилий цена идет вверх-вниз. А еще эти самые брокеры едят, спят с женами, ругаются с подругами, теряют родителей. В своей повседневной жизни они получают негативную или позитивную информацию не только из газет, но и из самой жизни. А значит, могут сегодня смотреть на жизнь более мрачно, чем вчера, исключительно по личным причинам. А завтра стать оптимистами опять-таки по каким-то своим глубинным причинам. Получается парадоксальная ситуация: вся планета Земля считает нормальным, что ее благополучие или его отсутствие зависит от самочувствия или личной жизни 200–300 брокеров!

Парадокс разрешается весьма просто, если понять, что цену на базовый ресурс никто и никогда на самотек не пустит. Это все равно, что ставить ядерные ракеты на боевое дежурство не каждый день, а раз в неделю или раз в месяц. Зачем эта ежедневная бдительность? Мы же в XXI веке живем, кто же решится начать войну с ядерной страной? Можно еще много подобных глупостей наговорить, но ведь фактом остается постоянная боеготовность армий всех стран. Ладно, Россию все время в паранойе обвиняют либеральные политики и свободные журналисты… Мол, видим везде врагов. НАТО к нашим границам придвинулся – так это чтобы защититься от афганских талибов. Ракеты ставят в Польше, радары в Чехии – так это от иранских ракет. Но зачем нужна американцам самая большая армия в мире – ничего не говорят. С международным терроризмом бороться? Так для этого спецназ, полиция, ЦРУ и ФБР нужны. А зачем США ядерные ракеты на боевом дежурстве? Кто на них нападет? Соседи? Мексика? Канада? Может, Россия? Кто может нанести Штатам такой удар, что в ответ потенциальному агрессору надо грозить ядерной дубинкой?

Никто. Однако боеготовность американской армии не снижается. Потому что от этого зависит жизнь государства. Сегодня никто не может напасть, завтра смогут. А не смогут, будут пытаться. Вот для того, чтобы даже не пытались, стоит на боевом дежурстве ядерное оружие всех стран. Аналогично этому цену на нефть никто не позволит формировать произвольно. Ее будет конструировать сильный, в угоду себе, своим нуждам, и на горе слабым. Кто сейчас самый сильный на нашей планете? Это понятно – США, Запад. Вот эти страны и манипулируют ценой на нефть в своих интересах.

Однако у всякой игры есть свои правила. Поскольку всех убедили, что цена на нефть непредсказуема, для образования нужного ее уровня надо использовать внешние факторы воздействия на психику тех самых брокеров, что формируют стоимость черного золота. Нельзя просто так прийти на биржу и сказать: цена будет такая. Действовать приходится тоньше. Для понижения цены надо создать поток негативной информации, для повышения – позитивной. Это не так сложно, как можно себе представить. Как выглядит классическая информация с нефтяной биржи? «Запасы мазута в США уменьшились на столько-то баррелей, поэтому сегодня цена на нефть увеличилась на столько-то долларов».

Вдумайтесь, какая связь между этими двумя событиями? Почему нефть, а за ней и бензин в Москве должны подорожать, если в далеком Коннектикуте увеличились запасы? Чтобы понять странность подобных построений, давайте немного изменим «информацию» с биржи: «На Марсе открыты нефтяные месторождения, цена на нефть уменьшилась». Смешно? А по сути, все тот же бред, выдаваемый за высокую экономическую науку. Конечно, вам аналитики все красиво объяснят. Но не забывайте, что они для того и получают свою зарплату, чтобы вам затуманивать мозги.

А кто считал эти запасы в США? Есть ли уверенность, что они не ошиблись? Ведь от их «подсчетов» зависит благополучие стран, народов и континентов. Почему эти таинственные «счетчики» считают мазут и топливо только в США, а не в Германии, Китае или России? Потому что нефтепродукты «считает» Министерство энергетики США (DOE). Разве министерство может считаться независимым? Можно ли быть уверенным, что оно честно подсчитает баррели на американских складах, даже если экономике США от этого станет хуже? Кто сможет эти данные проверить, опровергнуть или подтвердить? Никто, кому еще доступна информация со всех резервуаров и хранилищ страны, кроме американских чиновников. Значит, считать они могут как угодно, точнее говоря, «как надо». Все равно проверить их некому. А ведь от их подсчетов зависит зачастую вся мировая нефтяная конъюнктура. А еще есть статистика безработицы, данные по промышленности и строительству жилья. Все это считается государственными и полугосударственными органами ОДНОЙ СТРАНЫ, но от этого зависит экономика ВСЕХ СТРАН.

Или вот еще образец откровенного бреда, выдаваемого за объективный рыночный фактор.

«По сообщению ФРБ Нью-Йорка[20], рассчитываемый им индекс деловых настроений в региональном производственном секторе Empire State Manufacturing Survey, составил в апреле 0,63 пункта, резко повысившись по сравнению с -22,23 пункта в марте. Индекс Empire State Manufacturing Survey рассчитывается на основе опроса менеджеров производственных компаний региона. Отрицательное значение индекса означает, что количество компаний, указывающих на ухудшение деловых условий, превышает количество компаний, указывающих на их улучшение. Считается, что положительные значения индекса означают повышение производственной активности в регионе, а отрицательные – снижение»[21].

Самое смешное, что такая галиматья печатается на полном серьезе. Людям настолько заморочили голову, что никто не хочет вдумываться и просто верит на слово «специалистам», создающим такие шедевры. Вы действительно верите, что цена на нефть и на все остальные «становые хребты» современной экономию! зависит от того, что сказали менеджеры компаний? Вы убеждены, что их «высказывания» нельзя суммировать так, как это нужно, и направить рыночную динамику цены в необходимую сторону?

А если опрос господ менеджеров проводить в баньке да под водочку? Если девочек в ту баньку завести? Как думаете, в таком случае поднимется индекс деловых настроений в региональном производственном секторе или нет? Поднимется, как миленький поднимется! Вслед за ним поползут вверх акции компаний, что приведет к увеличению их капитализации на рынке и росту всей американской экономики, из этих компаний состоящей. Вслед за экономикой США, мировым локомотивом, вверх пойдет и экономика всего Запада. За ней потянутся к новым высоким значениям индексы деловой активности и курс акций азиатских «тигров»…

Вот и выходит, что цена мировой экономики – пара ящиков хорошей водки да десяток проституток!

Чем больше читаешь биржевые сообщения, тем больше удивляешься. Нет числа различным индексам и факторам. Звучат они научно и красиво, а на поверку оказываются полной ерундой. К примеру, индекс производственной активности в США, рассчитываемый Институтом менеджмента по снабжению (Institute for Supply Management, сокращенно ISM)[22]. Это очень важный индекс. Любое значение индекса выше 50 указывает на повышение производственной активности в регионе, а ниже 50 – на ее снижение. Как подсчитывают этот важнейший экономический показатель? Как обычно – тыкают пальцем в небо. Вернее говоря, опрашивают 200 менеджеров по снабжению компаний производственного сектора. Если более половины из них оказались оптимистами, то индекс более 50, если пессимистов больше – он менее 50. Соответственно, раз растет или падает «производственная активность», показываемая этим индексом, то американская (а за ней и мировая) экономика идет на подъем или уходит в минус.

Экономика – это наука или нет? Раз есть кандидаты и профессора экономики – значит, наука. Но уж больно странные методы в ней применяются, слишком передовые. Пора брать их на вооружение ученым из соседних областей. Тогда астрономы будут определять важные моменты своей отрасли путем опроса 200 работников ведущих обсерваторий[23]. Сколько звезд в нашей Галактике? Назвало большинство какую-то цифру – значит, столько и есть. Вращается Земля вокруг Солнца или наоборот? Если большинство за то, что светило крутится вокруг нашей планеты, – так тому и быть. А в истории какие горизонты открываются! Опроси 200 американских учителей истории и узнаешь удивительные вещи: это они в одиночку разбили Гитлера, а СССР сбросил атомную бомбу на Японию. Но теперь это уже не просто мнение, а фактор, влияющий на мировую политику. Раз так показал опрос – значит, так и есть. Ведь именно такова логика ВСЕХ без исключения биржевых индексов. Раз индекс увеличился сегодня по сравнению с вчерашним днем, значит, мировая экономика процветает. Если уменьшился – начались проблемы. И никто не задумывается, что сотни тысяч заводов и фабрик как производили свой продукт, так и производят, никак не завися от роста или падения «доуджонсов» и «стандарт пауэрзов».

Еще более забавная система установлена при определении цены на золото. Кричащие и махающие руками брокеры к механизму определения стоимости желтого металла имеют такое же отношение, как торговцы шавермой из ближайшего ларька к динамике курса доллара. Наши представления вновь оказываются прекрасной сказкой, не имеющей с действительностью ничего общего. Золото – становой хребет мировой экономической системы. Цена на желтый металл не менее важный компонент, чем цена на нефть. Более того, они напрямую зависят друг от друга. Так вот, если с нефтью сильные мира сего еще соблюдают хоть какую-то видимость рыночности, то с золотом не делается даже этого. Ежедневная фиксация рыночной цены золота называется Золотым фиксингом (Gold fixing) и производится в Лондоне дважды в день. Установленная в столице Великобритании цена на золото является «официальной», и на нее ориентируются все продавцы золота во всех сделках во всем мире. Никакой другой цены на драгоценный металл на нашей планете не существует. Одним словом, это очень важный экономический показатель.

Знаете, как его определяют? Представили себе биржу, кричащих брокеров?

Никто даже ничего не пытается продать или купить.

Более того, для определения стоимости золота не проводится никаких торгов.

Скажу больше: никто даже не приходит ни на какую биржу.

Беседа, от результатов которой зависит судьба мировой экономики, не происходит за обедом или ужином.

Пять брокеров, представители пяти банков[24], просто беседуют между собой и устанавливают цену на золото… путем телефонных переговоров!

И такая «рыночная» система действует с 1919 года по сей день, с небольшим «перерывом» на вторую мировую войну[25]. Меняется ли в этой странной процедуре хоть что-то? Конечно. Совсем недавно банк NM Rothschild перестал участвовать в определении Золотого фиксинга, и на сегодняшний день мировую цену на главный металл планеты определяют по телефону всего 4 человека.

Древняя Троя была разрушена греками, Древняя Спарта уничтожена врагами. Сегодня и Троя, и Спарта существуют лишь в рассказах археологов и специалистов, занимающихся историей. В их рассказах давно погибшая цивилизация кажется живой и существующей. Чем больше погружаешься в сюрреалистический, абсолютно виртуальный мир современной экономики, тем больше убеждаешься в том, что никакой рыночной экономики сегодня не существует. Вот такой вот, настоящей, о которой в учебниках пишут. Где все спрос да предложение. Где честный рынок все регулирует сам.

На уровне универсама, она, рыночная экономика, конечно же, есть. Какой лимонад и сколько будет стоить в супермаркете, решают директор и хозяин магазина. Но это самый низший уровень современной экономики, это ее трюм. А вот на верхних палубах, среди капитанов и штурманов экономической жизни, никакой «рыночности» нет и в помине. А есть жесткое планирование, назначение нужной цены. А как иначе назвать «рынок», на котором 4 человека решают, сколько стоит основной товар для всего мира?

Больной умер, но нам об этом не сообщили. Доктора-экономисты рассказывают подробности течения болезни, вещают о прописанных ими средствах. Настоящая рыночная экономика живет лишь в рассказах специалистов. Сегодня ее существование нам подтверждают лишь рассказы биржевых аналитиков, брокеров и прочих политологов. Как с Древней Троей: слушаешь археолога, есть этот город, стоит перед тобой, как живой. Возвращаешься в реальность – понимаешь, что его давно уже нет. Так и с «рыночниками»: пока смотришь ТВ или листаешь газету – вот она, рыночная экономика. Начинаешь разбираться и углубляться – бред какой-то, нет ее…

Но давайте от золота вернемся к нефти. Надеюсь, последние сомнения в «рыночности» образования цен на основополагающие, базовые элементы современной экономики у вас уже улетучились. Кто же назначает цены на черное золото?

Для того чтобы убедиться, что вся современная политика крутится исключительно вокруг нефтяного стержня, достаточно просто подойти к карте. Затем надо вспомнить, где на земном шаре сосредоточены наибольшие запасы черного золота. Правильный ответ – в районе Персидского залива. Здесь, на относительно небольшой территории, находится около 50 % мировых запасов нефти. Хотите понять, кто в мире главный регулятор цен на углеводороды? Тогда ответьте на вопрос: где находится наибольшее количество американских военных баз? Правильно, здесь же, где расположены главные нефтяные кладовые. Если посмотреть на район Персидского залива из далекого космоса, тот впечатление будет однозначным: частокол, своеобразный «забор» из баз вооруженных сил США окружает главную нефтяную площадку планеты. Судите сами:

♦ «Принц Султан» (Саудовская Аравия). Здесь размещен Центр управления аэрокосмическими операциями США на Ближнем Востоке. Впрочем, эта база настолько секретна, что часть ее на снимках закрашена серой краской.

♦ «Манама» (Бахрейн). База ВМФ, главная стоянка 5-го флота США.

♦ «Тумрат» (Оман). База поддержки морской авиации США.

♦ «Аль Дафра» (Объединенные Арабские Эмираты). База ВВС США.

♦ «Фуджара» (Объединенные Арабские Эмираты). База ВВС США, одна из стоянок 5-го флота США.

♦ «Инсирлик» (Турция). База ВВС США (это не Ближний Восток, но база «работает» как перевалочный пункт для американских войск в ближневосточном регионе).

А рядышком плавает мощный американский флот. Кого же так активно защищают американцы в этом регионе? Везде и всегда США защищают только свои собственные интересы. Даже термин такой выработали – «зона жизненных интересов». И простирается она очень далеко от государственных границ. На сегодняшний день главный интерес американцев – это нефть. Точнее говоря, контроль над этим жизненно важным ресурсом. Для этого нет необходимости вводить войска во все нефтедобывающие страны. Необходимо контролировать процентов 30–40 мировой добычи углеводородов, и тогда ценообразование на этот ресурс можно будет направлять в нужную для себя сторону.

Ну а для формирования нужного тренда цены на углеводороды как раз и нужны те самые брокеры, с помощью которых создается видимость чисто рыночного, а значит, самопроизвольного колебания стоимости главного рынка. Схема влияния нехитрая: в печать попадают сведения, направляющие ход мысли брокеров: упал самолет, затонул танкер. Один танкер для нефтедобычи это ничто. Но его взорвали террористы, и они обещали взорвать еще десять. А завтра публикуется прогноз температурного режима будущей зимой. Опять в США. И она, американская зима, обещает быть очень холодной. Слушают брокеры – растет цена. Не в США – она растет во всем мире! Но на самом деле цена на нефть пошла вверх не потому, что зима будет холодной. Она может потом быть какой угодно, о прогнозах никто и не вспомнит. Не потому, что финансируемые кем-нибудь террористы взорвали танкер, не потому, что неведомая организация пересчитала зачем-то все бочки с мазутом в США. Цена на нефть растет потому, что является важнейшим инструментом борьбы за мировое господство. Потому что в данный момент главным игрокам на мировой шахматной доске надо, чтобы она пошла вверх. Или вниз. Иначе вы никак не объясните скачки от 9 до 130 долларов за баррель в смешной по историческим меркам период с 1985 по 2008 год. Зато если посмотреть, с кем и как боролись в это время западные политики, то все встает на свои места. Понимая суть политической интриги, вы на уровне телевизионного аналитика сможете прогнозировать рост или снижение котировок на нефть, потому что именно вокруг нее, с помощью нее и ради нее ведется вся современная политика.

И раньше ситуация была точно такой же. Например, в 1985 году, когда Михаил Сергеевич начал перестройку…

Глава 4

Как Саудовская Аравия угробила Советский Союз и почему западные рекламодатели так любят Михаила Горбачева

Чтобы поставить экономику и политику мировой сверхдержавы в зависимость от решений твоих потенциальных противников и основного конкурента на нефтяном рынке и ждать, когда они договорятся, надо долго рекрутировать в состав руководства страны особо некомпетентных людей. Е. Гайдар. Гибель империи

Теперь, когда мы разобрались с реальной управляемостью цены на черное золото, впору немного окунуться в историю. Снижение цены на нефть более чем в 6 раз в 1986 году стало «катализатором краха советской экономики» и последующего распада Советского Союза, убедительно говорит в своих книгах и выступлениях Егор Тимурович Гайдар[26]. Вы читали статьи этого уважаемого автора? Это графики, таблицы. Цифры, цифры, цифры. Простому человеку непонятно ровным счетом ничего. Это не случайность, это традиция. Когда, будучи еще премьером, Егор Тимурович выступал публично, его почти никто и никогда не понимал. Слишком сложно и научно изъясняется Гайдар. Потому и ушел он в политический отвал, в шлаки. Теперь нам приходится толковать путаные изыскания бывшего премьера. Хотя надо сказать ему спасибо. Не за крах экономики, конечно, а за его книги. Он ведь, сам того не ведая, доносит до нас один очень важный посыл: СССР развалился под давлением экономической катастрофы невиданной силы! Не было никаких объективных причин для распада Союза, это именно шестикратное падение цены на главный предмет нашего экспорта вызвало серьезнейшие проблемы советской экономики.

Важно, что звучат эти слова из уст либерала и ярого рыночника. Тем дороже стоит это признание. Советская экономика не была сверхэффективной, она была в плохом состоянии. Но точно в таком же состоянии окажется любая экономика любой страны в случае падении цены на предметы своего экспорта в 6 раз в течение одного года! Япония начнет дышать на ладан, если японские автомобили и бытовая электроника подешевеют в несколько раз. Можно сколько угодно говорить, что СССР сидел на «нефтяной игле», такой коллапс пережить очень трудно, а скорее всего, невозможно любому субъекту экономики. Ведь сроки колоссального падения цены очень сжаты, за год не перестроить самую распрекрасную динамично эффективную экономику. Это просто невозможно.

На какой игле сидит Франция? На сырно-винной? Упади цена разом на алкоголь и молочные продукты на мировом рынке в 6 раз, целые провинции Франции останутся без работы и без средств существования. Зарплата людей упадет в разы, целые города начнут жить на пособие по безработице, которое должно будет выплачивать французское государство своим гражданам. То самое государство, бюджет которого будет опустошен недобором налогов и сборов за подешевевшие разом экспортные товары. А потом встанут заводы, и придет «вторая волна»: бюджет не получит вообще ничего, потому что обанкротятся коньячные фирмы, сыроварни и винодельческие предприятия. Катастрофическое падение жизненного уровня моментально создаст питательную среду для сепаратистских настроений. Во Франции нет национальных окраин, а в соседней Испании они есть. Случись такая катастрофа там, и баски тут же заговорят об отделении от гибнущей страны. Даже не заговорят, а закричат. Осталось только поддержать их в этом. Вспомнить, как «кровавый» режим генерала Франко карал свободолюбивых басков. Копнуть еще глубже, уйти в средневековье, там наверняка есть масса обид на испанцев. Вспомнить инквизицию. Это ведь испанцы любили сжигать людей на кострах, а баски, они, наоборот, всегда стремились к свободе, к свету. Кто же их не пускал и угнетал? Останется подкинуть сепаратистам денег – и все. Сидеть, ждать раскола Испании…

Механизм мирного разгрома любой экономики прост – «опускание» цен на предметы экспорта этой страны и «подымание» цен на предметы ее экспорта. Советский Союз был одним из крупнейших поставщиков нефти на мировой рынок, одновременно являясь крупнейшим покупателем зерна в мире. Хотите разрушить «красную империю» – заставьте расти цены на зерно и падать – на черное золото. Но хорошо сказать «заставьте», а как это сделать в реальности? Если цены действительно свободно скачут вверх и вниз – то никак. Но почему-то именно в момент начала перестройки в СССР цена на нефть опустилась в шесть раз и синхронно поднялись мировые цены на зерно. До сих пор светлые рыночники, типа Егора Тимуровича Гайдара, пытаются убедить нас, что это получилось случайно. Стихийно одни цены упали, стихийно поднялись другие. Советскому Союзу просто не повезло. Вдобавок к множественным внутренним экономическим проблемам Союз получил проблемы внешнеэкономические, и поскольку обладал крайне неэффективной экономикой, то приказал долго жить. Однако достаточно почитать самого Гайдара, как наивность и близорукость таких выкладок будут для нас очевидны.

Но сначала несколько слов… о Саудовской Аравии. Много слов сказано на тему, что же погубило Советский Союз. Вариантов тут множество: и коммунистическая система, и предательство ее элиты, и бездумное разбрасывание средств, и проигрыш идеологической войны. Все это правильно, но лишь отчасти.

На самом деле СССР погубила… Саудовская Аравия.

Не спешите удивляться – сейчас поймете, в чем дело. И тогда для вас станет понятным красивый и элегантный механизм уничтожения нашей с вами Родины. Уничтожения без войны, без агрессии, без прямого военного вмешательства…

Думаю, не открою Америки, если скажу, что в механизме образования цены на любой товар главную роль играет поведение самого крупного игрока на рынке. Представьте себе, что корпорация Тойота вдруг начала резко снижать цены на свои автомобили, одновременно начав увеличение их производства. Что остается делать Ниссану, Мицубиси, Форду и остальным? Смогут они торговать по прежним ценам своими машинами? Вряд ли. Придется понизить цены и им. А если Тойота не уймется и сбросит цену еще в два раза? Что тогда?

Конечно, пример с автомобилями не совсем корректен, но очень нагляден. Все сообщество нефтедобывающих стран заинтересовано в одном: чтобы их товар, нефть, покупался на мировом рынке. У покупателей углеводородов интерес практически такой же: им также жизненно необходимо, чтобы нефть на рынке продавалась. А вот далее начинаются нюансы. Продавцам нужна высокая цена, покупателям – низкая. Где-то между этими ценами находится золотая середина, на которой и сходятся. И так было довольно долго. Цена нефти колебалась, росла и опускалась, но все это было в рамках приличий. Пока король Саудовской Аравии Фейсал ибн Абд аль-Азиз ас-Сауд не показал, каким мощным оружием в умелых руках может быть цена на углеводородное сырье.

Причиной для его весьма решительного поступка стала однозначная поддержка, оказанная Западом Израилю в его беспрерывных военных конфликтах с соседними арабскими странами. США поддерживали израильтян и в нежелании последних вернуть оккупированные арабские территории и урегулировать палестинскую проблему. Под занавес очередной арабо-израильской войны[27] в октябре 1973 года король Фейсал стал инициатором арабского нефтяного эмбарго. Он поступил как настоящий король: то есть решительно и неожиданно. Более того, то, что сделал Фейсал, было чисто рыночной мерой, если судить об этом отстраненно. Но если помнить, что он своим демаршем поставил на грань краха экономики ведущих держав мира, то оценка этого поступка будет уже иной. Как и его последствия…

Так что же сделал король Фейсал? 17 октября 1973 года он неожиданно снял саудовскую нефть с мировых рынков! Отсутствие на торгах примерно 25 % предлагаемого товара немедленно вызвало бурный рост цены на нефть. А затем и другие нефтедобывающие арабские страны поддержали эмбарго, искусственно занизив продаваемые объемы сырья[28]. В результате цена на нефть всего за один месяц выросла в четыре раза (с $3 до $12 за баррель)! И продолжала расти далее. За полгода экономика западных держав оказалась в тяжелейшем состоянии. В США удвоилась безработица, а ВНП страны сократился на 6 %.

Зато в арабские страны хлынул поток нефтедолларов. Именно тогда начался бешеный расцвет Саудовской Аравии, когда в пустыне, как по мановению волшебной палочки, стали возникать красавцы города, а арабские шейхи в одночасье стали богатейшими людьми планеты. В 1960 году доходы от продажи нефти в Саудовской Аравии составляли $334 млн, в 1972 году эта цифра увеличилась до $2,7 млрд, а в 1976 году составила $33,5 млрд[29].

Решительный король Фейсал наглядно показал то, что знает каждый школьник: резкое падение предложения товара приводит к его большому подорожанию. Стремительный взлет цены на нефть привел к появлению сверхдоходов и в бюджете СССР. Очень часто говорят, что Союз сидел на нефтяной игле, а сегодня на ней сидит Россия. Только говорящие эту красивую фразу, видимо, никак не могут взять в толк, что на этой же игле сидит и Саудовская Аравия, и Эмираты, и Кувейт. Значительно плотнее нас на ней – Норвегия, получающая порядка 60 % своих бюджетных доходов от продажи углеводородов. Но ведь никто не беспокоится о судьбе этих нефтяных держав. Беспокойство у журналистов и псевдоэкономистов вызывает только судьба России. Ведь пропадет же она с такими ценами в $130 за баррель! Вот если бы цена была $25, тогда все было бы в порядке. Страна наша очнулась бы от дурмана и заработала бы…

Господа хорошие, а как же Япония? Вот она-то плотно сидит на автомобильно-компьютерной игле. Ей-то куда хуже, чем нам. Мы качаем себе и качаем, а японцам надо все время весь мир удивлять, чтобы продавать свои машины и электронику. Вот если бы и у нас нефть из прошлогодней скважины становилась в будущем году «немодной», то тогда нам было бы так же «плохо», как Японии…

Очень часто приходится слышать такую чушь. Удивительнее всего то, что ее иногда произносят люди, в чьем уме и адекватности сомневаться не приходится. Например, чемпион мира по шахматам Гарри Каспаров. В интервью австрийскому журналу NU он заявил, что зависимость от нефти и газа губительна для России: «Когда цена на нефть в России была $10 за баррель, у нас была демократия. При $60 мы живем в полицейском государстве с коррумпированным диктаторским режимом»[30]. Вывод напрашивается незатейливый: чем ниже цена на нефть, тем больше в России будет демократии. Лучше всего, если будет $10 за баррель, тогда свобода будет полная. И если в уме Гарри Кимовича сомневаться не приходится, то начинаешь думать о его порядочности. Кто же в здравом уме будет желать сокращения в разы бюджета своей собственной страны? Или Каспаров нашу страну, за чью свободу он так борется, уже своей не считает и старается для бюджета других держав?

Им-то действительно лучше, если нефть стоит дешевле. Не всем, правда, но многим.

И ведь не чувствуют эти господа, повторяющие нефтяные «страшилки» про губительность высоких цен, что противоречат здравому смыслу. Вся деятельность всех предприятий, устроенных на капиталистический (да и на социалистический) лад, преследует одну цель – получение прибыли. Чем ее больше, тем лучше. Если можно продать товар дороже, никто не преминет это сделать. Получит еще больше прибыли, а ведь это единственное мерило успеха. Сколько раз мы слышали, что такая-то западная контора увеличила прибыль в отчетном году. После объявления цифр ее акции взмывают вверх. Компания считается успешной, с нее берут пример. Но вот если Российская Федерация продала свой товар дороже, чем рассчитывала, то это уже трагедия. И идут косяками радиопередачи, газетные статьи, а там сплошной плач и стенания. Названия, как из фильма ужасов: «Нефтяное проклятие России»[31].

Рост цены на нефть – это плохо и ужасно. Людям и государству от этого только хуже: инфляция растет, цены взлетают. И кивает обыватель, читая газету: точно так, получение бюджетом страны сверхдоходов – это плохо. Очень жаль, что Россия так дорого продает свою нефть. Вот если бы продавала дешево, то цены снижались бы, и жизнь улучшалась бы. А потом этот же самый человек идет на работу и целый день трудится, чтобы продать свой собственный труд подороже, получив прибавку к зарплате, или старается продать по максимальной цене товар своего предприятия. И вообще, кто в мире пытается продать хоть что-то дешевле, а не дороже? Нет таких. Так не надо верить и газетным сказкам, единственная цель публикации которых – создать общественное мнение, пусть медленно, но создать, путем манипуляции которым заставить наше руководство отдавать богатства России Западу за бесценок…

Однако вернемся к Советскому Союзу. Если честно, то сидел он на пресловутой «игле» совсем недолго. Крупным экспортером нефти страна стала становиться к середине шестидесятых. А потом наступили семидесятые, и тут саудовский король Фейсал сделал советскому руководству поистине королевский подарок. Цена выросла в четыре раза. Это моментально привело к тому, что добыча нефти в таежных сибирских дебрях, в отдаленных областях нашей огромной страны стала рентабельной. Теперь можно было строить дороги, города и осваивать места с таким климатом, куда раньше и не думали соваться. Цена на нефть теперь все это разрешала. И СССР начал качать углеводороды, получая массу валюты. Чтобы понять состояние советской элиты, нужно вспомнить, с каким трудом, какой ценой восстанавливали промышленность в Советском Союзе. Сначала, после гражданской войны, ее отстроили практически заново, преодолев отставание от Запада, потом, после Великой Отечественной, еще раз пришлось поднимать половину страны.

Далее – освоение целины, разные соцсоревнования, попытки ускорить подъем экономики любым способом. И вдруг открылся Клондайк. Без особого труда страна смогла зарабатывать сумасшедшие деньги. По данным Всероссийского научно-исследовательского института комплексных топливно-энергетических проблем (ВНИ-ИКТЭП) при Госплане СССР, доля выручки от продажи нефти и газа в бюджете Союза достигла своего максимального уровня в 55 % как раз в 1984 году[32]. Так усталый путник, умирающий от жажды, припадает в пустыне к нежданному колодцу оазиса. И пьет, пьет…

Высокая прибыль никогда не была проблемой. Проблемой является ее правильное использование. Элита СССР совершила ошибку. По оценкам экспертов, Советский Союз за весь период продажи нефти за границу заработал в общей сложности около $200 млрд. Это огромные деньги, но как они были потрачены?

Можно назвать лишь один удачный пример вложения советских нефтедолларов – строительство совместно с итальянской компанией FIAT Волжского автозавода. Более припомнить ничего не удается. Но когда очередной экономист расскажет вам, что именно из-за «проедания» и закупки ширпотреба СССР бездарно потратил огромную сумму, – не верьте. Решив, что нефтедоллары и дальше будут течь рекой, деньги руководством СССР были действительно брошены на закупку румынской мебели и венгерского горошка, финского пива и индийских джинсов. Но трагедия заключалась не в этом. Столько пива, джинсов и колбасы население Союза на сотни миллиардов долларов просто не могло потребить.

Полученные нефтяные сверхдоходы СССР, как и полагается думающему о своем будущем государству, вложил в развитие промышленности. Вопрос в том, в какую промышленность?! Имея в виду сумасшедшую динамику роста цены на нефть, руководство страны стало вкладывать средства в нефтедобычу. Начиная со второй половины 70-х годов темпы роста капитальных вложений в нефтяную и газовую промышленность были существенно выше (до 3–5 раз), чем в среднем по всему народному хозяйству. Если до нефтяного эмбарго СССР вкладывал туда лишь 8,8–9,3 % капиталовложений, то к роковому 1986 году доля «нефтянки» составляла уже 19,5 Но и это было еще не все. Рост вложений в нефтедобычу автоматически вел к ускоренному развитию сопутствующих отраслей экономики, которые было логичнее и проще развивать при возрастающем объеме добычи нефти и газа. Доходы от продажи углеводородов тратились не столько на закупку горошка и пива, сколько на обеспечение оборудованием традиционных, а не новейших наукоемких отраслей. Образно говоря, нефтедоллары потекли не в науку, а на закупку очередных доменных печей и перегонных установок, в которых будущее увеличение добычи углеводородов должно было воплотиться в новые тонны стали и минеральных удобрений. Но все рекорды бил импорт именно нефтегазового оборудования: он вырос за 1970–1983 годы в стоимостном выражении в 80 раз[33]!

То, что случилось с СССР, достойно подробного анализа. Наша страна развивалась в расчете на один сценарий, а в реальности случился совершенно другой. Добыча нефти, ее себестоимость обходилась все дороже. Ведь открытие новых месторождений в отдаленных районах требовало огромных вложений в их разработку и строительство, а доходы предполагалось получать только через несколько лет. Когда цена на нефть рухнула, добыча доброй половины нашей нефти стала нерентабельной. Вместе с буровыми остановились или никогда так и не заработали и предприятия по переработке углеводородов. Колоссальные деньги оказались в буквальном смысле закопанными в землю, без надежды вернуть их в ближайшее время. Другая куча денег осталась в приобретенном оборудовании, которое так никогда и не была установлено, и в технологиях, которые никогда не заработали. Правила игры неожиданно поменялись: отправившись играть в шахматы и расслабившись от череды легких экономических успехов, СССР неожиданно оказался на боксерском ринге. И получил нокаут…

Но думать, что эти правила поменялись сами, а не были сознательно изменены после долгой и кропотливой подготовки, могут лишь очень наивные люди вроде нашего бывшего премьера Гайдара. После арабского нефтяного эмбарго Соединенные Штаты внимательно изучали преподанный им урок. Ведь если сокращение предложения нефти привело к росту цены в четыре раза, следовательно, и резкое увеличение ее предложения должно привести к такому падению стоимости! Оставался «сущий пустяк»: убедить сидящих на нефтяных деньгах арабов начать делать явные глупости.

Именно главные игроки на рынке, а это и по сию пору Саудовская Аравия, должны были начать безудержную добычу нефти, которая неизбежно приведет к падению цены на нее. Понятно, что король Фейсал такой радости американцам не доставил бы. Вообще с его приходом к власти арабы стали вести куда более независимую политику. Фейсал мешал США и ранее, а после своего нефтяного демарша и вовсе стал крайне опасным политиком. Его смерть должна была стать уроком остальным. И она не заставила себя ждать. Через два года и шесть дней после своей знаменитой «выходки», 25 марта 1975 года, король Фейсал был убит в своем дворце прямо во время приема. Убийцей стал 28-летний племянник короля, носивший такое же имя – Фейсал (бен Мусаид). Причины его невероятного поступка и по сей день являются тайной. Преступник был арестован, объявлен душевнобольным и приговорен к смертной казни через обезглавливание. Его безумием явно старались прикрыть какую-то тайну. Но какую? Фактов причастности западных спецслужб к гибели короля Фейсала нет, кроме косвенных: убийца короля вернулся в страну после обучения в американском университете. Там же он был обвинен в торговле наркотиками и выслан на родину, где по неизвестной причине вдруг убил своего дядю-короля.

На саудовский престол вступил брат погибшего монарха – Халед. Из-за слабого здоровья Халеда значительная часть властных полномочий была передана наследному принцу Фахду. Ситуация в тот момент была для саудитов весьма благоприятной. Цена на нефть продолжала расти и к концу семидесятых балансировала уже на уровне $35 за баррель. Саудовская Аравия и другие экспортеры начали увеличивать добычу сырья. В конце семидесятых это привело к снижению цены, пока незначительному. Нефть подешевела в долларах, но из-за подорожания последнего к другим валютам, в немецких марках или фунтах цена осталась неизменной.

Что случилось потом, нам наглядно демонстрирует Егор Гайдар. Казалось бы, что проще для Саудовской Аравии и остальных арабов: сиди да смотри, чтобы цена на нефть не падала. А для этого много ее не добывай. Если ошибся и перебрал малость, тут же отреагируй и сократи добычу. Не допускай снижения стоимости своего главного ресурса. Но у саудитов это почему-то никак не получалось: в начале 1981 года цена начинает ползти вниз. К началу 1982 года она $31,76, в следующем, 1983-м, – $28,67, в 1984-м – $27 за баррель.

Почему в 80-е годы у саудитов никак не получается делать то, что они прекрасно делали в 70-е? Почему удержанная цена плавно (пока еще), но неуклонно снижается? Почему они не пытаются сокращать объемы добычи?

В том то и дело, что Саудовская Аравия действовала абсолютно правильно. Она сократила объемы добычи, что и привело к незначительному падению цены. Однако такую правильную линию, саудиты вели лишь до… 1985 года. Этот год войдет в историю России – СССР как год начала перестройки. Ее Михаил Горбачев объявил якобы с целью изменения неэффективной экономической советской системы. И поэтому начал перестройку под чисто экономическими лозунгами «ускорения» и «повышения эффективности», закончившуюся крушением государства и экономическим коллапсом. Удивительным образом именно до 1985 года «хватило терпения» у саудитов. В апреле пленум КПСС берет курс на перестройку а 13 сентября 1985 года министр нефтяной промышленности Саудовской Аравии Ямани делает неожиданное заявление. Он говорит, что его страна не готова дальше сокращать добычу нефти и будет наращивать ее производство!

И начинаются чудеса. Почему Саудовская Аравия якобы решила увеличить добычу нефти в 1985 году? Ответ очевиден: чтобы заработать больше нефтедолларов. Однако поступки саудитов заставляют усомниться в их здравом уме. Всего лишь 12 лет назад их король Фейсал наглядно показал, к чему приводит резкое изменение объемов добычи. Его наследники прекрасно знали, что если увеличат добычу скачкообразно, то цена также скачкообразно рухнет. Но несмотря ни на что, в 1985–1986 годах в Саудовской Аравии происходит невероятное увеличение добычи нефти! Рост более чем в три раза и приведет, как пишет Егор Тимурович, к падению цены в 6 раз в течение 1986 года.

Динамика текущих цен на нефть на мировом рынке в 1985–1986 годах (доллары США за 1 баррель)[34]

Механизм демпинга запущен. Остальные нефтедобывающие страны невольно присоединяются к конкурсу «кто быстрее снизит цену на нефть», и стоимость черного золота очень быстро падает «ниже плинтуса». Вместе с ценой опускается и экономика Советского Союза, чей бюджет получает страшный удар. Начинается агония, которая продлится еще до 1991 года. Только после падения и распада СССР цены на нефть начнут понемногу выравниваться и расти.

Но как же Саудовская Аравия могла так странно и самоубийственно поступить? Причем не случайно, а сознательно! Когда убитый король Фейсал снял свою нефть с торгов в 1973 году, он поступил так целенаправленно. Руководитель Саудовской Аравии прекрасно понимал, что от его поступка цена на нефть неминуемо вырастет. Конечно, он не мог точно знать, насколько, но что это будет существенный рост, сомнений у Фейсала не было. Ведь его целью было взять Запад за горло и слегка придушить, чтобы заставить изменить свое отношение к арабо-израильским взаимоотношениям. Цель – нажим на США и их союзников, а увеличение цены на нефть лишь средство ее достижения.

Точно так же наследники Фейсала не могли не понимать, что резкое увеличение добычи неминуемо снизит цену на углеводороды. Неужели руководство Саудовской Аравии хотело сознательно резко обрушить цену на основной товар своего экспорта? Ответ – да. Саудиты целенаправленно и методично стали пилить сук, на котором вольготно сидела их экономика. Средство ясно – снижение цены на нефть, а вот какова же была цель Саудовской Аравии, неясно до сих пор. Точнее говоря, эту цель тщательно скрывают за псевдонаучными графиками и схемами. Нас хотят убедить, что получилось все случайно и, не имея никакой заранее заданной цели, Саудовская Аравия буквально взорвала нефтяной рынок.

Вывод напрашивается простой: либо в руководстве Аравии круглые идиоты, либо такая цель все же была. Но что это за цель? Ради чего саудиты сознательно пошли на это экономическое самоубийство?

А никакого самоубийства, пусть и экономического, не было. Была красиво рассчитанная политическая комбинация. В декабре 1979 года СССР вторгается в Афганистан. Это дает мощный аргумент в пользу готовящейся против советской экономики игры в демпинг «на выбивание». Ради единоверцев Саудовская Аравия начинает поступать вопреки всем рыночным законам, вопреки здравому смыслу[35]. Вместе с ней солидарность с моджахедами проявляют и остальные арабские страны, заправляющие в ОПЕК. Выиграть войну и спасти братьев-мусульман можно путем практически бескровным: если перерезать СССР нефтяную аорту, он воевать в Афганистане просто не сможет. И Саудовская Аравия начинает резко наращивать добычу.

Но не будем наивными. Одной солидарностью мусульман объяснить поведение арабов нельзя. Цена упала так низко, что это могло закончиться плачевно для всех «демпингующих». А по странному стечению обстоятельств никаких признаков упадка мы в Саудовской Аравии, Кувейте и Эмиратах в этот период не наблюдаем. Наоборот, полный расцвет. Строятся шикарные отели, новые дороги, новые города. Качество жизни в этих арабских нефтедобывающих странах не падает. Но ведь так быть не может, они же получили в 6 раз меньше денег, недополучили миллиарды, десятки миллиардов долларов. Однако в столь сложный для бюджета момент в Саудовской Аравии деньги находятся даже на борьбу за выживание животных. В середине 80-х годов правительство этой страны организовало Национальный парк Асир, где сохраняются почти исчезнувшие виды диких животных: орикс (сернобык) и нубийский горный козел[36]. Чудеса да и только.

Огромные деньги тратились и на социальные выплаты. В сегодняшней Аравии из 12-миллионного населения страны работают только 2,4 млн человек. Похожая ситуация была и в то время. Почему саудиты не имеют работы? Потому что не особенно хотят работать. Вместо них трудятся иностранные рабочие, которые завозятся в страну[37]. Получить саудовское гражданство для них совершенно невозможно. Сколько лет ни находись на территории страны, никакой «гринкард» не получишь. Отчего так жестко? Потому что быть гражданином Саудовской Аравии очень завидная участь. И чужих туда не пускают.

Так откуда же брала деньги страна-организатор невиданного демпинга, подкосившего СССР? На какие «шиши» чудесным образом расцветала, если ничего подобного не было у других экспортеров нефти. Тех, кто не начинал демпинговать и кто в разы был вынужден увеличить добычу углеводородов? У того же Гайдара можно прочитать, что между 1980 и 1986 годами доходы от добычи нефти (в реальном исчислении) у Венесуэлы сократились на 64,5 %, у Индонезии – на 76,1 %[38]. Доходы от экспорта нефти за 9 лет (1981–1989) в самой Саудовской Аравии упали с $102 до $24 млрд в год[39]. А она процветает. Но так не бывает! Если цена на общий товар падает, никак не может быть расцвета в одном месте и беспросветной нищеты в другом.

Поставим вопрос по-другому: кто же дал деньги Саудовской Аравии?

Кто и чем компенсировал огромные потери от демпинга?

И не эти ли деньги дали возможность саудитам спокойно «опустить» весь нефтедобывающий мир, не боясь обанкротиться самим?

Ответ очевиден – Запад. Невозможно убедить кого-то продавать свой товар за бесценок, ничего не дав ему взамен. Даже красивые слова о мусульманской солидарности не заменят вам десятки миллиардов долларов. Тут нужны аргументы повесомее. И американцы их нашли. Когда нефтяное эмбарго, объявленное арабами, дало невероятный финансовый результат, перед руководством Саудовской Аравии, а следом и перед руководством остальных арабских государств, встала серьезная проблема – куда девать деньги. Раньше этой проблемы не было, но в новых условиях она появилась очень быстро. Словно по мановению волшебной палочки образовались миллиарды долларов, требующие применения и вложения. Советский Союз решил проблему путем наращивания потребительского импорта и закупки новых буровых, для маленьких государств Ближнего Востока покупки различных товаров за рубежом погоды не делали. Огромные средства были направлены на развитие самих нефтедобывающих стран. Тогда-то и появились новые города, начали расти небоскребы, а дети бедуинов отправились учиться в самые престижные западные вузы. Но денег становилось все больше, и одним бурным развитием инфраструктуры их было не «стерилизовать». Помимо всего прочего, надо было смотреть в будущее: развивать экономику, стараться уйти от 100 %-ной зависимости от экспорта нефти. Но это не так просто, как кажется. За ваши деньги вам с удовольствием построят город и небоскребы, но заводы по производству строительных материалов с такой же готовностью строить не будут. А если речь пойдет о высокотехнологичном производстве, то решение, а точнее РАЗРЕШЕНИЕ, на постройку такого предприятия будет давать политическое руководство страны, где производится интересующее вас оборудование.

Сколько лет Советский Союз, а теперь уже Российская Федерация занимается экспортом необработанной древесины. В ту же Финляндию, к примеру. А обратно к нам едут столы и стулья из наших деревьев, доски и многое другое, но уже значительно дороже, чем простой валежник. Та же ситуации и с нефтью. Если экспортировать ее в сыром виде – это один доход, если вывозить бензин и нефтепродукты, произведя их на заводе прямо у скважины, – деньги будут совсем другие. Но для этого нужны технологии. Какие страны в конце 70-х – начале 80-х были самыми передовыми и самыми развитыми в техническом отношении? США и их друзья из Западной Европы.

Первое, что Запад дал саудитам за обвал цен на нефть, ведущий к гибели Советского Союза, были новейшие технологии.

И, о чудо, экономика Саудовской Аравии, Кувейта и Эмиратов в одночасье стала диверсифицироваться. Запад, которому куда выгоднее вывезти сырую нефть, а потом вернуть ее арабам в виде бензина и дизельного топлива, вдруг начал в массовом порядке строить на Ближнем Востоке новейшие нефтеперерабатывающие предприятия. Это все равно как финны усеяли бы северо-запад России новыми деревообрабатывающими заводами, создавая мощную конкуренцию и подрезая под корень свои предприятия.

Мощности кувейтских заводов по переработке черного золота составляют около 90 % от объема добываемых в этой стране, а доходы от экспорта нефтепродуктов уже превышают доходы от экспорта сырой нефти. Поскольку нефть, то есть топливо, рядом и своя, в странах Персидского залива получает неожиданно бурное развитие нефтехимия и даже производство энергоемкой продукции. В топках новейших местных ТЭС сжигается нефть, а арабы начинают экспортировать алюминий и сталь, выплавленные из ввезенных руд. Понятно, что «зачинщику» нефтяного демпинга – Саудовской Аравии Запад уделяет наибольшее внимание. Именно здесь появляются крупнейшие нефтеперерабатывающие и нефтехимические комплесы: Эль-Джубайль (на побережье Персидского залива) и Янбу (на побережье Красного моря). Не внакладе и остальные арабские государства: в Кувейте вырастает комплекс предприятий Эш-Шуайба, в ОАЭ – Рувайс, в Катаре – Умм-Саид. Не желавшие ранее строить здесь заводы, крупные транснациональные корпорации, словно по команде, бросаются основывать совместные с арабами предприятия с более чем 50 %-ным участием местного капитала. Широким потоком начинают литься лицензионные соглашения, быстро налаживается подготовка кадров, помощь в управлении.

В результате столь чудесных преобразований экономика Саудовской Аравии и ее соседей смогла безболезненно пережить катастрофическое падение цены на нефть. Ведь теперь на фабриках внутри страны производится львиная доля потребляемых и ранее ввозившихся из-за рубежа товаров. Более того, начинается их экспорт, и все это на фоне гибнущего СССР и дышащей на ладан экономики такой же нефтеносной Венесуэлы. Благодарный Запад открывает для саудитов и свой продовольственный рынок. Это фермерам из Латвии и Эстонии при вступлении в «цивилизованный» мир некуда становится девать молоко, сыры и мясо. У молодого и бурно растущего сельского хозяйства Саудовской Аравии таких проблем почему-то не было. Раньше арабы занимались разведением верблюдов, коз и выращивали финики. Теперь, получив новейшие сельскохозяйственные технологии, страна не только полностью стала обеспечивать себя продовольствием, но и начала экспортировать пшеницу, овощи, куриные яйца, мясо птицы и многое другое.

Вторым, что получили саудиты за обвал цен на нефть, стал допуск их финансовых активов на западные рынки.

Что толку с массы свободной наличности, если ты ничего не можешь на нее купить. Сегодня мы постоянно наблюдаем, как Запад под всевозможными предлогами старается не допустить российские капиталы на свой рынок. Ставятся препоны для покупки западных компаний. Единственное, что разрешают свободно покупать, – так это дома и футбольные клубы. А захотите купить завод – хлебнете горя вдоволь. Казалось бы, какая разница, откуда деньги – из России или из Германии. Не наркомафия же, а Газпром пытается купить западные газовые сети. А оказывается, разница есть и большая – это Западу можно и нужно скупать наши предприятия, а вот нам покупать их активы нельзя. Опасно. Те, кто с пеной у рта обвиняет руководство России (а ранее СССР) в том, что они не развивают другие отрасли экономики, а только нефтяные и газовые, вероятно, никогда не задумывались, что сделать это очень сложно. Запад вовсе не заинтересован в создании конкурента самому себе. Под газетную трескотню о свободе конкуренции и торговли нам не продают новейшие технологии и не позволяют вкладывать деньги в передовые области западной экономики.

Вот лишь несколько фактов, буквально за неделю с легкостью найденных в периодике. Российские нефтяные компании пытались купить литовскую Mazeikiu nafta. Они предлагали лучшую цену и гарантировали снабжение нефтеперерабатывающего завода сырьем. Для отнюдь не блещущей высоким экономическим ростом Литвы – это те самые долгожданные инвесторы, которых россияне, по совету Чубайса, ждали все 90-е годы. Нет, компанию продают польской PKN Orlen. И ничего, что теперь заводу не хватает сырья и он не может нормально работать. Главное, что его не купили русские.

Может быть, литовцы нас не любят за «советскую оккупацию»? Вряд ли, потому что в Великобритании советской власти не было никогда, а ситуация аналогичная литовской. Газпром пытался купить Centrica – крупнейшую в Великобритании газораспределительную компанию. Она уже несколько лет ищет, кому бы продаться, – на острове дефицит газа. Получить в качестве акционера компанию-поставщика было бы для нее единственным спасением. Но когда в 2005 году Газпром стал присматриваться к Centrica, британские законодатели подняли крик, дело дошло до принятия отдельного закона, запрещающего продажу Centrica российскому гиганту. Те же трудности и в других европейских странах, куда не ступала нога советского солдата. «Аэрофлот», пытавшийся купить итальянскую авиакомпанию Alitalia, столкнулся с противодействием итальянских властей, которые выставили неприемлемые условия. Потом ее все же продали. Но опять не нам. Значит, дело отнюдь не в «исторической памяти».

Для большей наглядности приведем таблицу из газеты «Известия» от 25.06.2007.

Что нам не дали купить за границей (2006–2007 годы)

Российские $ 82 млрд западной экономике оказались не нужны. Другие $ 82 млрд она с радостью приняла. Только не российские. К чему мы вспомнили об этом печальном правиле? Да к тому что саудовские инвесторы никогда с такими проблемами не сталкивались. Они быстренько, с разрешения западных властей пристроили свои миллиарды, скупив крупные пакеты акций американских и европейских предприятий. Это все сплошь «громкие» имена: British Petroleum, General Motors, IBM, Kodak, Total, Sony. Объем иностранных инвестиций Саудовской Аравии исчисляется уже сотнями миллиардами долларов, причем большая часть направляется в США. Кувейт специализируется на скупке АЗС. Их у кувейтских шейхов уже тысячи: в Дании, Швеции, Великобритании, Италии и Норвегии, а также десять авиазаправочных станций в крупных западноевропейских аэропортах. Почему так лояльно отнеслись западные правительства к инвесторам с Ближнего Востока и так сторонятся инвесторов из Восточной Европы? Ведь арабский терроризм всегда был (якобы) серьезной угрозой безопасности США и их союзников. А ну как накупят разных предприятий, заводов, пароходов, а потом взорвут?

Трогательная любовь Запада к арабским инвесторам будет еще более удивительной на фоне небольшого исторического экскурса.

Оказывается, сама Саудовская Аравия поступала с западными инвесторами вовсе не так лояльно. Незадолго до своей гибели король Фейсал дал старт банковской реформе. Правила игры поменялись в 1975 году радикально. Как минимум 60 % банковских активов всех западных банков переходило в собственность государства. Сегодня британская HSBC владеет лишь 40 % Saudi British Bank, французская Credit Agricole – 30 % Saudi Fransi Bank, американская Citigroup – 20 % Saudi American Bank. Западные банкиры были вынуждены продать контрольные пакеты основанных ими банков, потеряв контроль над финансово-кредитной системой страны, но никто и никогда об этом сегодня не упоминает. Потому что тогда будет очень сложно объяснить немыслимую лояльность, проявленную западными финансистами к Саудовскому королевству…

Третьим «пунктом» договоренности Запада и Саудовской Аравии стало широкое и дешевое кредитование.

Каким образом можно компенсировать потери арабской экономике? Дать ей дешевые заемные средства. Для этого Запад активно использовал Международный валютный фонд и другие подконтрольные ему финансовые институты[40]. Любопытно, что буквально накануне обвала цены на нефть, в 1984 году, было заключено соглашение о получении кредита на общую сумму $6 млрд между МВФ и Саудовской Аравией, Японией, Бельгией и Банком Международных Расчетов. Суть в том, что это не Саудовская Аравия взяла деньги у МВФ, а МВФ взял деньги у нее в долг. Под проценты, разумеется. А потом, как активному участнику международного кредитного рынка, облегчил через год получение кредитов от международных банковских институтов, но уже под совсем другой, сверхльготный процент. Никто же не может запретить банкам давать деньги в рост под маленький процент, как никто не может запретить другим финансовым структурам брать деньги в долг под большой процент. И что с того, что дают и берут западные банкиры у одного и того же субъекта…

Примечания

1

Деловой Петербург. 2008. 23 мая. № 092. С. 11.

2

http://www.rambler.ru/news/politics/0/10167424.html?mediacenter=l.

3

О том, что доллар США вовсе не принадлежит США и потому должен называться совсем по-другому, мы поговорим в главе, целиком посвященной этому вопросу.

4

http://www.tam-bce.ru.

5

http://www.cbr.ru/today/status_functions/law_cb.pdf.

6

Вся информация о покупке ипотечных облигаций нашим ЦБ: http://www. rbcdaily.ru/index5.shtml.

7

Independent. 2008. 7 мая.

8

http://www.washprofile.org/ru/node/3994.

9

Бюджетный кодекс Российской Федерации. Гл. 13.1. Ст. 96.1.

10

Таблица с сайта Министерства финансов РФ: http://wwwl.minfin.ru/ru/ stabfund/statistics/volume/.

11

http://wwwl.minfin.ru/ru/reservefund/statistics/volume/index.php?id4=5796.

12

http://wwwl.minfin.ru/ru/national we althfund/statistics/volume/index. php?id4=5802.

13

http://wwwl.minfin.ru/ru/stabfund/statistics/volume/.

14

Там же.

15

Это сложнопроизносимое слово означает «власть народных масс».

16

Вопроса, почему американцам выгоднее закупать нефть по очень дорогой цене, а не добывать ее самостоятельно, мы коснемся чуть позже.

17

Доходная часть проекта бюджета Санкт-Петербурга на 2006 год составляла 144,3 млрд рублей. По курсу 26 рублей за доллар получится 35,511 млрд с копейками.

18

Подробно об этом в главе 10.

19

Деловой Петербург. 2008. 27 мая. № 094. С. 61.

20

Федеральный резервный банк Нью-Йорка.

21

http://www.quote.rU/bonds/news/2008/04/16/31900147.shtml#top_static.

22

http://www.quote.ru/stocks/news/2008/05/01/31919575.shtml#top_static.

23

В экономике для получения данных опрашивают менеджеров, которые не являются учеными-экономистами и не ведут научных изысканий, поэтому и в астрономии, и в истории, и в географии надо поступать аналогично. Точно так же опрашивать не ученых, а, к примеру, школьных учителей. Причем обязательно из США. И если от мнения двух сотен менеджеров зависит состояние мировой экономики, почему от двух сотен учителей не может зависеть географическая карта или история человечества?

24

NM Rothschild & Sons Ltd, Bank of Nova Scotia, Deutsche Bank AG, HSBC Bank USA, Societe Generale.

25

Процедура Золотого фиксинга не осуществлялась с 3 сентября 1939 года до 22 марта 1954 года.

26

http://www.vremya.ru/print/143291.html.

27

Так называемой войны Судного дня, или «войны Йом-Киппур». Это была уже четвертая арабо-израильская битва, которая отличалась от предыдущих прежде всего своей масштабностью: кроме Египта и Сирии – основных противников Израиля – в составе арабской коалиции сражались войска Алжира, Иордании, Ирака, Кувейта, Марокко, Саудовской Аравии, Судана и Туниса. Поэтому она стала первой войной, в которой Израиль понес весьма существенные потери: за 19 дней боев погибли около 3000 солдат и офицеров, было уничтожено свыше 900 танков и 250 самолетов. Если бы не огромная помощь США (порядка 32,2 млрд), поражение Израиля было бы неминуемо.

28

Эмбарго заключалось в ограничении добычи нефти и полном запрете ее экспорта в страны, поддержавшие в ходе войны Израиль. Сначала запрет коснулся только США и Нидерландов, а затем Португалии и ЮАР. Потом эмбарго было распространено на поставки нефти для американских военных группировок в Восточном полушарии. Угроза остаться без топлива затронула даже базировавшийся в непосредственной близости от нефтяных полей Ближнего Востока 6-й флот Военно-морских сил США.

29

http://www.nationalsecurity.ru/maps/saudiarabialand.htm.

30

http://www.inopressa.ru/nu/2006/04/17/14:12:00/kasparov.

31

Дайджест «24 часа». 2008. 7 февраля; http://www.svoboda.org/programs/ vg/2005/vg.051305.asp.

32

http://www.fief.ru/index.php?id=52&rzd=20.

33

Там же.

34

International Financial Statistics 2004, IMF (CD-ROM edition).

35

Следует отметить и тот факт, что советское вторжение в Афганистан тут же привело к значительному росту цен на нефть (почти до $40), что объективно было на руку и арабским странам. Да и для советского руководства это было экономическим сигналом, что война в Афганистане может не только окупить сама себя, принести политические дивиденды, но даже способствовать росту экономики СССР. Увы, как известно, бесплатный сыр бывает только в мышеловке…

36

http://www.geogid.ru/countries/saudovskaya_araviya/2880.html.

37

Все социальные гарантии в Объединенных Арабских Эмиратах доступны лишь 10 % их населения, которые являются коренными жителями.

38

http://www.ej.ru/experts/entry/3114/.

39

http://www.fief.ru/index.php?id=52&rzd=20.

40

Любопытно, что Советский Союз стоял у истоков МВФ, который был учрежден на международной валютно-финансовой конференции ООН, проходившей с 1 по 22 июля 1944 года в Бреттон-Вудсе (США, штат Нью-Гэмпшир). Конференция приняла статьи Соглашения о МВФ, которое является его Уставом и вступило в силу 27 декабря 1945 года; практическую деятельность Фонд начал с 1 марта 1947 года. СССР принял участие в Бреттон-Вудской конференции, но впоследствии, в связи с холодной войной, он не ратифицировал статьи соглашения МВФ. По той же причине на протяжении 50-60-х годов из МВФ вышли Польша, Чехословакия и Куба.

«Шерше ля нефть. Почему наш Стабилизационный фонд находится ТАМ?» » Николай Стариков » Публицистика

Николай Викторович Стариков Шерше ля нефть Почему наш Стабилизационный фонд находится ТАМ?

От автора

Глава 1 Почему наш Стабилизационный фонд находится ТАМ?

Глава 2 Шерше ля нефть

Глава 3 Про биржевых брокеров и рыночную экономику

Глава 4 Как Саудовская Аравия угробила Советский Союз и почему западные рекламодатели так любят Михаила Горбачева

Примечания

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

15

16

17

18

19

20

21

22

23

24

25

26

27

28

29

30

31

32

33

34

35

36

37

38

39

40

Николай Викторович Стариков
Шерше ля нефть
Почему наш Стабилизационный фонд находится ТАМ?

Глава 1
Почему наш Стабилизационный фонд находится ТАМ?

Глава 2
Шерше ля нефть

Глава 3
Про биржевых брокеров и рыночную экономику

Глава 4
Как Саудовская Аравия угробила Советский Союз и почему западные рекламодатели так любят Михаила Горбачева