Глава 1

Утро, расцветающее за горизонтом, внезапно заплакало. Тучи, стремительно набегающие с востока, перечеркнули даже намёк на ясную погоду. Лиза утомлённо потёрла виски, захлопнула ноутбук и уселась на подоконник. Сегодня выходной и ночная работа сулила награду, а именно целый день сна! Струйки дождя, застрочившие по оконному стеклу, привносили в сумрачный рассвет лишние нотки меланхолии. И Лиза поймала себя на мысли, что не ведает значения этого слова. Не то что не помнит, а именно не знает.

– Мама, а что такое меланхолия? – Спросила она, заслышав поступь матери в коридоре.

– И тебе доброго утра, – последовал ответ, сопровождаемый тяжёлым вздохом. – Меланхолия, это когда тебе тридцать, а ты в шесть утра в субботу даже не думала ложиться спать. – Антонина помолчала, делая круглые глаза. – И не из-за того, что где-то веселилась или ребёнка укачивала! А потому, что кроме своей работы ничего вокруг не видишь!

– Ох, Антонина Алексеевна, отчего-то вы проснулись не в духе, – улыбка скользнула по лицу девушки. – Мама, ты должна быть счастлива! Твоя дочь не беспокоит тебя проблемами, не кутит до утра, а ведёт тихую жизнь «ботаника».

– Это-то меня и пугает. – Женщина запахнула полы длинного халата цвета морской волны, расписанного замысловатым узором золотых лилий. – Меня утешает, что ты хотя бы знаешь о таком понятии как «личная жизнь». – Мать покосилась на кофемашину. – Опять всю ночь кофе пила?

– Нет. Только чашечку с утра. – Лиза соскочила с подоконника. – Мама, ты не поверишь, я даже иногда хожу на свидания, – Она чмокнула женщину в щеку. – Ну всё, я спать!

– А куда это ты собралась? – Изумилась Антонина.

– На боковую. Буду целый день предаваться объятиям Морфея! – Лиза повернулась к матери уже на пороге кухни.

– Да ладно! – С улыбкой протянула женщина. – А как же твоё вчерашнее обещание?

– Мам, ты это о чём? – Лиза нахмурилась. Она смутно вспоминала, что Антонина и правда ей вчера часа полтора о чём-то рассказывала.

– Ну как же! – Хитро улыбаясь, женщина присела за стол. – Красуцкие купили дом. Он старый, там какая-то усадьба, но для них – новый. И сегодня что-то вроде приёма! И Анатолий поэтому не составил компанию твоему папе, хотя они собирались ехать вместе.

– Да, он что-то говорил об этом. У него симпозиум, а дядя Толя вроде должен был какое-то вино посмотреть для нового бутика. – Лиза поморщилась. – Вот я была против этого! Мам, ну посуди сама, мы не раскрутили ещё прежнюю линейку, а сейчас получается, что сталкиваем…

Антонина хлопнула в ладоши, перебивая дочь.

– Тихо! Если ты продолжишь говорить о своей работе, я с ума сойду! – Она приложила пальцы ко лбу и, сделав паузу, продолжила. – Короче, сегодня мы едем к ним отмечать! – Женщина взяла опешившую девушку за руки. – Ты обещала не только меня отвезти, но и остаться там со мной! – Она была явно довольна замешательством дочери. – Чайку́ налить тебе?

– У меня на днях важная конференция! – Лиза нахмурилась. – И я не могла дать тебе такое обещание. Мама, я, видимо, не в себе была! – Лиза в растерянности вернулась и присела напротив матери.

– Очень даже в себе. – Женщина, напевая, доставала из холодильника яйца и сыр. – Так что крошка моя, я на тебя рассчитываю.

– Мама, но у тебя ведь есть водитель! – Лиза развела руками в растерянности. Хотя она заранее понимала, что эта баталия уже проиграна.

– Да, – Антонина включила кофеварку, – но ты сказала его отпустить.

– Мама, этого просто не могло быть! – Лиза резко встала. – Нет, погоди, скажи мне дословно, как я тебе пообещала.

– Ну ты читала, – ответила женщина, – я тебе рассказывала про Красуцких. И я спросила, могу ли я рассчитывать на твою помощь.

– И?! – Лиза подозрительно сощурила глаза. – Что я ответила?

– Ты сказала «посмотрим»! – Антонина развела руками. – Я сказала «тогда я отпущу водителя», ты кивнула! Давай я травяной чай сейчас заварю.

– Мама, во-первых, я читала! – Лиза сделала упор на последнем слове.

– Да ты всё время, то читаешь, то пишешь, то на работе. Что же мне теперь с тобой не общаться? – Невозмутимо продолжала мать, наливая дочери в большую кружку кипяток.

– Мама давай хоть сегодняшнее утро проведём без плача по моей безвозвратно утерянной юности. – Лиза схватилась за чашку, но обожглась и тихо ругаясь поставила её обратно. – Во-вторых, выражение «посмотрим» не значит, что я согласна тебя отвезти.

– Ты ещё сказала: «Мама – реши сама»! Вот я и решила. Так что иди поспи два-три часа и поедем. – Парировала Антонина, помешивая яичницу и явно гордясь тем, что обхитрила дочь.

Она обернулась и хотела подцепить из стоя́щей на столе вазочки конфету.

– Сладкое вредно для здоровья! – Лиза от досады схватила креманку и громко топая отправилась к себе в комнату.

– Вот и славно, – довольная Антонина набрала номер телефона. – Алло Юлечка, мы приедем. О, Лиза сможет! Ничего страшного что так неожиданно! Скоро будем!

***

Дорога буквально тонула в потоках дождя. Конец лета в этом году был щедр на осеннюю непогоду. Но несмотря на ненастье и будний день, автострада жила полной жизнью. Некоторые рисковые водители сновали между ровными рядами, пытаясь выгадать несколько минут. Остальные ехали согласно общей схеме движения. Встречные автомашины мигали фарами, предупреждая о проверках на дороге, а Елизавета в ответ слегка покачивала головой.

– Что ты им киваешь? – Антонина хмурила брови, увлечённо роясь в своей сумке.

– Заигрываю! – Отшутилась Лиза.

– Ну разве они могут тебя здесь увидеть? В такой-то дождь! Ты зря тратишь свои силы! – Покачала головой женщина.

– Мама, я сейчас закричу. – Воскликнула Лиза.

– И нервная вон какая стала. Ладно не злись! Я шучу. – Антонина шумно выдохнула. – Мы можем притормозить? Хочу купить воды.

– Возьми в «бардачке». Правда, она, наверное, тёплая и совсем несвежая.

– Вот как ты относишься к маме! – В голосе матери послышались укоризненные нотки.

– Ну, если моя мама не видит, что нет магазинов рядом. – Елизавета приоткрыла окно, и салон наполнился мягким теплом влажного воздуха. – Могу у реки остановиться.

– Продолжишь дерзить, получишь по голове зонтиком! – Мать строго на неё посмотрела.

– Прости! Сейчас наверняка заправка какая-нибудь будет. – Лиза вздохнула. – Мама, а что их занесло в такую даль?

Девушка вдруг почувствовала себя уставшей, когда за окном промелькнул указатель показывающий, что родной город остался уже за несколько сотен километров позади.

– Да не знаю я. Толе предложили этот дом. Он почему-то загорелся идеей иногда пожить в «медвежьем углу» отшельником. – Антонина вздохнула. – Я думаю, он немного, так сказать, выбыл из строя, Анатолий вообще какой-то странный в последнее время. Не замечала?

– Нет. На работе вроде всё хорошо. Но зная дядю Толю, я себе так и представляю эту жизнь затворника. С массой челяди и нескончаемыми гостями. – Усмехнулась девушка. – Вон какой-то ларёк, сейчас за водой сбе́гаю. – Лиза увидела намерение матери. – Сиди, я сама!

Машина тяжело перевалилась через съезд с дороги и повозившись на крохотном пятачке парковки остановилась поодаль от торговой палатки. Каким-то чудом сохранившийся возле оживлённой трассы железный каркас ларька уже был оккупирован несколькими машинами. Захлопнув дверцу, Лиза еле удержала зонтик, вырываемый из рук поднявшимся ветром. Россыпь мокрых листьев, окрашенных в осенние цвета, взвилась возле её ног и осела. Поток воды хлестанул по лицу и провалился за шиворот. Лизу шатнуло на стоя́щую рядом машину, и она зацепилась брюками за острый край повреждённого крыла.

– Вот этого ещё не хватало, – расстроенно проговорила Лиза, оглядев прореху в ткани джинсов. – Воды, пожалуйста. – Буркнула она в прорезь окна ларька. – Без газа только. Вы карточки принимаете? – Без надежды спросила она.

– Нэт! – Улыбнулся продавец, флиртовавший до этого с барышней, сидящей возле него.

Вдруг Лизу от окошка нагло оттеснил мужчина, подскочивший сбоку.

– Простите, – сказал он. – Тасечка, я почти дозвонился. – Возликовал молодой человек, обращаясь к девушке внутри.

– Я вам не мешаю? – Съязвила, начинающая злиться Лиза, возвращаясь на своё место. – Сколько я за воду должна? – Она рылась по карманам, пытаясь найти мелочь.

Почувствовав на своём плече руку, девушка медленно подняла глаза. Взгляд её упёрся в радостное лицо мужчины, стоявшего рядом.

– Елизавета Андреевна, дорогая вы моя! – Жизнерадостность этого человека остановить было невозможно. Он обнял изумлённую Лизу и запрыгал вместе с ней. – Ну, здравствуйте! – Выдохнул Сергей, отпуская девушку и глядя на неё так, словно они оба ждали эту встречу уже вот как полжизни. – Тася вылезай, нас подвезут сейчас. – Дверь ларька открылась, пахнуло затхлостью и табаком. – Вон та ваша машина? – Мужчина потыкал пальцем в стоя́щий неподалёку внедорожник Лизы.

– Вы кто? – Наконец, ей удалось прервать ритмичный монолог молодого мужчины.

– Как? Ну я же Серёжа! – Он покосился на вышедшую из ларька жену и быстро запихал её обратно. – Ну, неужели вы не помните? Племянник Анатолия Даниловича я!

– Точно! – Выдохнула, в свою очередь, Лиза. – Простите, не сразу узнала.

– Ой, я представляю, – радостно засмеялся Сергей. – Ой, ну вы даёте! Ой умора, – он странно хихикал и грозил Лизе пальцем. – А вы юморная! Да машина, вон, встала как вкопанная. – Он поднял на неё полные печали глаза. – Может, на буксир возьмёте? А то её точно здесь на металлолом разберут у дороги.

– Ну давайте попробуем. Трос есть? – Лиза, наконец, выудила из кармана пару монет и расплатилась.

– Конечно! У меня и инструментов полный набор. – Похлопал машину по ржавому боку довольный водитель. – Я эту малышку уже пятый раз собираю.

Мужчина с нескрываемой любовью посмотрел на то корыто, которое только что порвало Лизе брюки и, вообще, по мнению девушки должно было давно и успешно участвовать в программе утилизации.

– Лиза, а можно жена моя к вам сядет в машину? – Сергей снова крикнул Тасе, чтобы она выбиралась. – А то в моей холодно и неуютно, а Тася так не любит, она комфорт предпочитает.

Сергей схватил за руку, появившуюся из ларька жену и поставил её перед собой словно на смотринах. Притихший на мгновенье дождь, вновь набравшись сил, хлынул на дорогу.

– Давайте быстрее только! Пошли, – кивнула она барышне, стоявшей рядом. – Серёжа, вы трос как привяжите, мигните мне фарами. Вот вам мой номер, – она сунула ему визитку. – Если в дороге что случится, звоните. – Её голос утонул в раскатах зарождающегося грома.

Подбежав к машине, Елизавета заметила, как эмоционально что-то высказывает своей молчаливой жене Сергей.

– Что ты там делала? – Спросила Антонина, наблюдавшая эту картину в боковое зеркало.

– Попутчиков нам нашла. – Вытирая воду с лица, проговорила Лиза. – Твой напиток! – Она вручила матери бутылку.

– Спасибо. Ты их в этой палатке, что ли, нашла? – Недоверчиво спросила Антонина.

Но вдруг боковая дверь со стороны женщины распахнулась и вместе с ворвавшимся мокрым ветром появилось довольное лицо Серёжи.

– Здрасьте, здрасьте. – Он потряс руку ошарашенной матери. – Можно я Тасины вещи в багажник кину?

– Быстрее только! – Резюмировала Лиза, которую начал утомлять этот спектакль.

– Кто это? – Тихо спросила мать, когда дверца захлопнулась.

– Мужчина! – Невозмутимо проговорила дочь. – Ты же сетовала на отсутствие у меня личной жизни. – Она пожала плечами. – Довольно жизнерадостный. И я пригласила его с нами прокатиться.

В этот момент на заднее сидение пробралась Тася и тихо пискнула.

– Здрасьте!

– Ах да, забыла, – Лиза наклонилась к совершенно сбитой с толку Антонине и тихо добавила, – но он согласился поехать, если только мы возьмём его жену.

В застеленных поволокой дождя окнах отразился свет мигающих фар, и машина стала плавно трогаться с места.

Неожиданная попутчица сидела молча. Лиза чуть прибавила музыку и наслаждалась минутой отмщения. Пока мать, не привыкшая на людях выяснять отношения, пыталась понять что к чему, вся гамма переживаний явно читалась на её лице. Немного насладившись моментом, Лиза сжалилась и, слегка локтем толкнув женщину, усмехнулась.

– Мама, знакомься, – сказала девушка, – это Тася.

– Очень приятно, Антонина Алексеевна. – Напряжённо проговорила Антонина.

– Она жена Сергея. А он племянник дяди Толи. – Расставляя слова и объясняя всё как пятилетнему ребёнку, сказала Лиза. – У них на самом подъезде машина сломалась. А с Серёжей я познакомилась, когда он в офис заезжал. – Добавила довольная собой девушка.

Вскоре перед ними замаячил нужный указатель. Асфальт оборвался мягкой грунтовкой, и обе машины плавно покатились по лесной дороге. Свернув пару раз, Лиза увидела впереди раскисший участок. Притормозив, девушка задумалась и решительно вышла из машины.

– Зонт возьми! – Только и успела крикнуть мать.

Лиза отмахнулась, сильный ливень прошёл, и теперь лишь слегка стучали по листьям деревьев редкие капли. Клубами на неё накатился влажный, напоённый дыханием леса воздух, на секунду девушка прикрыла глаза и даже порадовалась тому, что матери удался хитрый манёвр. Из задумчивости девушку вывел голос, послышавшийся буквально из-за плеча.

– Чё, тоже полагаете, что не проедем?

– Есть такие мысли. Вы заводить пробовали? – Лиза обернулась на стоявшего позади Серёжу.

– Ну да, – молодой человек махнул рукой. – Чих – пых, и всё! Сейчас ещё раз проверю, а вдруг повезёт.

Автомобиль, решив, что он всё-таки счастливый талисман, завёлся с полуоборота. Сергей от неожиданности выжал педаль газа, старенький жигуль икнул, подпрыгнул, свалился с сухого участка в колею с водой, что шла сбоку и заглох.

– По-моему, повезло! – Тихо проговорила Лиза.

Машина встала, причём настолько неудачно, что её нельзя было даже оставить на дороге, потому что она перекрывала половину проезда.

– Ой, а что же делать? – Задумчиво произнёс Сергей, выбираясь из автомобиля. – Ведь как неудачно плюхнулся, даже подцепить теперь не получится.

Стрелки на циферблате наручных часов уже подбирались к отметке, которая означала, что они страшно опаздывают.

– Серёжа, а давайте её просто вперёд толкнём? – Лиза умоляюще взглянула на него. – Ну никто её здесь не увидит, посмотрите глушь какая.

– Думаете? – Голос горе автолюбителя прозвучал как-то по-детски обиженно. – Не сопрут?

Лиза поняла, что любая шутка будет неуместной.

– Нет! – Твёрдо сказала она. – Сегодня точно нет! А завтра мы за ней вернёмся. – Для убедительности она даже перешла на «ты». – Я тебе обещаю.

– А как мы её туда затолкаем-то? – Сергей пару раз вяло попытался пихнуть завязшего железного коня вперёд.

– Чудесные выходные. – Резюмировала Лиза, доставая из своего багажника резиновые сапоги. – Так, я здесь ночевать не хочу, поэтому, – на мгновенье она задумалась, вспоминая, как зовут девушку, сидящую на заднем сиденье, – Тася, садись за руль «Жигулей».

– Ой, да она не сумеет, – усмехнулся по-доброму Сергей, – сколько раз…

– Что не сумеет? – Резко оборвала его Елизавета. – Руль покрутить не сможет? Давай быстро перебирайся, сейчас опять ливанёт. – Сказала Лиза, показывая на лиловый бок тучи, выползший из-за зубчатых верхушек елей.

– Я не смогу! – Скорчила гримасу недовольства Тася, выйдя из комфорта Лизиного автомобиля.

– Лизонька, я нужна? – Встряла ещё и Антонина в разговор.

– Ты, мама, сиди на месте! А ты, – она ткнула пальцем в сторону Таси, – быстро за руль! Я не в гонках прошу тебя участвовать. – Лиза выставила ладонь вперёд, предупреждая возражения девушки. – Тихо! Иначе я сейчас уеду, а вы здесь останетесь. – Движеньем головы она показала, чтобы Тася села на место водителя.

Колёса буксовали, как и жена Сергея, которая упорно не желала понимать, куда крутить руль. Короткими очередями снова зарядил мелкий дождь. Жидкая грязь растекалась под ногами, но машина сидела как влитая, не двигаясь с места. С той стороны откуда они приехали, послышался мерный гул, и из-за поворота показался ещё один внедорожник. Окно открылось, и наружу высунулась голова мужчины.

– Помочь? – Видимо, ради проформы спросил он, потому что уже вылезал наружу.

– Нет, можете там подождать! – Зло огрызнулась, выбившаяся из сил Лиза.

Молодой, спортивного вида мужчина бодро подскочил к ним, легко облокотился о багажник «Жигулей» и толкнул с криком:

– Э-эх, поднажали!

В результате этой команды Сергей с незнакомцем поднажали. Елизавета же, не успев сориентироваться, почувствовала, как из-под её ладоней уходит скользкий бок авто. Она лишь мельком увидела, что «Жигули», наконец, въехали на сухую полянку, ну а к ней в этот момент стала стремительно приближаться земля. Лиза буквально плашмя упала в жидкую грязь и секунду лежала без движения.

– Вставайте барышня! Не время и не место загорать. Дождь идёт! – Данила протянул Лизе руку. – Пока вы отдыхаете смотрите, сколько рыцарей собралось помогать вам карету выдворять. А подружка ваша чего там прячется? – Почти скороговоркой выпалил мужчина. – Парень, помоги второй барышне выйти-то, – по-свойски закричал он.

Под насмешливым взглядом незнакомца Лиза предприняла очередную неудачную попытку самостоятельно выбраться из грязного болотца.

– Ну что же вы?! – Данила откровенно веселился. – Давайте я вам помогу?! Я понимаю, нынче слабый пол не ценит рыцарскую помощь. Вылезайте, и я вас подвезу, куда вы скажете. Потому что боюсь ваше ландо далее пока ехать не сможет. – Данила подмигнул ей. – Устал я уже под дождём мокнуть.

Лиза, злобно сверкнув глазами, со всей силы хлопнула по ладони молодого человека и крепко уцепилась за его руку.

– Устал говоришь? – Девушка рывком поднялась на ноги, но в тот же момент нечаянно умудрилась подставить ему подножку. – Тогда отдыхай! – Лиза не могла сдержаться и рассмеялась. Мимо неё пролетела удивленно-недоуменная физиономия ещё минуту назад такого самодовольного человека. – Грязевые ванны полезны для кожи.

Она отошла к своей машине и, достав полотенце, стала растирать полосами съезжающую по её лицу жижу. Серёжа, стоявший неподалёку тоже тихо подхихикивал, пока на него не крикнула Тася, и тогда он метнулся за зонтом. Мужчина, полежав немного пластом, медленно повернулся и сел.

– Очень смешно!

– Ну да! Видели бы вы себя. – Лиза протянула ему руку.

– А вы себя! – Парировал мужчина, окинув девушку критическим взглядом.

Помогая ему подняться, Лиза крикнула Сергею, чтобы они садились к ней в машину.

– А, простите! – Данила покивал. – То есть помогал я не вам? Зовут-то вас хоть как?

– Вам зачем?

И без того шумный лес внезапно наполнился странным гулом. Сырой тенью протянулась мгла, и присутствующие люди почувствовали себя крайне неуютно.

– По-моему, пора выбираться. – Данила кивнул девушке и направился к своей машине.

– Спасибо за помощь. – Лиза помахала ему на прощанье, но остановилась прежде, чем сесть в автомобиль. – Елизавета!

– Что? – Он обернулся.

– Лиза меня зовут. Вы спрашивали!

– Ах да. А меня Данила. – Мужчина хлопнул дверцей, завёл мотор и произвёл жест, предлагающий Лизе проехать вперёд.

Оглядев присутствующих, девушка выдохнула.

– Надеюсь, теперь мы можем продолжить путь! Нам ещё километров десять добираться.

– Я как в кино сходила! – Выдохнула мать. – Лиза, какой хороший молодой человек.

– Ой да, чудесный. – Подал голос Сергей. – Как же ш помог-то, а сами б до вечера возились.

– Надо было его в гости позвать. Толя бы не был против. – Антонина посмотрела на Лизу и поджав губы помотала головой. – Как будто в лесу каждый день на дороге такие женихи валяются.

– А он бы не поехал. – Сергей просунул между передними сиденьями взъерошенную мокрую голову. – Я спросил, куда он путь держит, а он сказал, что у него свадьба завтра.

Машина плавно катилась вперёд, вдавливая колёса в землю и оставляя после себя борозды. Съехав на более плотную полосу грунтовки, Лиза остановила машину. Здесь лес был гуще и сигнал навигатора стал прерываться. Вокруг была тишина и лишь нижние облезлые ветви огромных елей стучали друг о друга от ветра.

– Лизонька, я открою немного окно. Такой воздух здесь чудный.

Лиза достала бумажную карту и сравнивала маршрут, как вдруг заметила среди редких стволов фигуру человека.

– Мама, приоткрой побольше окно. Вон грибник, наверное, я спрошу, как проехать.

– Сейчас детка. Заклинило что-то. – И в этот момент в стекло, которое ехало вниз, сильным ударом влетела птица.

Антонина завизжала и по инерции отшатнулась, схватившись при этом за руль. Лиза вздрогнула и взглянула на мать.

– Ты как? – Спросила девушка, смотря, как по стеклу Антонины медленно съезжает мятый клок перьев.

– Мне кажется плохо. – Икнула Антонина, хватаясь за сердце.

– Как же мне всё надоело. – Захныкала с заднего сиденья Тася. – Сережа, я домой хочу.

– Я, вообще, был против приезда сюда. – Недовольно буркнул молодой человек. – Погодите я стекло протру, – со вздохом проговорил Сергей, вылезая из машины. – Ой, чего-то большое в лесу мелькнуло. – Сказал он, счищая остатки. – Может зверь какой-то. А где грибник-то?

– Показалось, наверное, – пожала плечами Лиза, – навигатор ожил и показывает, что нам налево, и через восемьсот метров мы, наконец, доберёмся. – Лиза покачала головой, – я думала, никогда не доедем.

Вскоре лес закончился. За полем, утыканным побуревшими тюками забытого с прошлого года сена, обозначилась какая-то деревенька. Даже отсюда было видно, что дома старые, покосившиеся. Хотя возле двух из них на верёвках полоскалось на ветру развешанное бельё, остальные же были безжизненны. Далее дорога разбежалась несколькими ответвлениями. Просторные поля ярусами спускались к ленте изгибающейся реки, которая пузырилась внизу. Неутомимый дождь пошёл с удвоенной силой, и Лиза направила машину прямо по дороге, которая снова вела в лес.

– Дядя Толя, по-моему, специально себе место такое искал, чтоб никто доехать не смог. – Лиза осторожно объезжала глубокие лужи.

Коричневой лентой дорога вильнула в сторону и вкатилась в чащу. Навигатор настойчиво предлагал поехать дальше, но Лиза, увидев распахнутые ворота справа от машины и знакомые лица, облегчённо выдохнула. Повернув в открытые створки, автомобиль остановился.

– Толенька, здравствуй дорого́й. – Антонина буквально вылетела из машины. – Толя, ну как, как ты нашёл этот дом? Мы еле доехали. Вон и сюрприз тебе привезли. – Кивнула женщина на покидающих автомобиль Серёжу и его жену.

Лиза несколько секунд посидела в машине, потом, не выдержав, подала сигнал и знаками попросила расступиться обнимающуюся толпу.

– Привет, дядя Толя. – Чумазая Лиза выскочила навстречу Красуцкому.

– Милая, что это с тобой? – Шедший к ней мужчина даже остановился. – Ты как из боевика про командос.

– Решила профессию сменить, пробуюсь вот на роль! – Лиза рассмеялась.

– Анатолий Данилович, боюсь, это я виноват. – Из-за угла сторожки появился их прежний знакомый, помогавший на дороге.

– Да дорого́й, ты умеешь найти подход к женщине. Данила, признайся, зачем сам грязевые ванны принимал и мою крестницу вывалял там же?

– Ах, я не успела вас поблагодарить. Я мама Лизы. Я из машины наблюдала за вашими героическими усилиями. – Затараторила Антонина.

– Данила, а вы-то как здесь? – Одновременно с матерью Лизы заговорил Сергей.

– Дядя Толя, пока они там бурно радуются встрече героя, можно я где-нибудь душ приму? – Тихо попросила Лиза.

– Конечно, деточка. Иди по тропинке, которая сторожку огибает. – Он указал в сторону большого дома, отделанного светлым камнем. – Мы ещё подъезд к самому крыльцу не сделали, пока по лесу ходим или на гольф-каре катаемся. Но если хочешь поехать, то Зинаиду надо подождать, она пошла вид на реку посмотреть.

– Нет уж, спасибо. Я лучше пешком. – Лиза подхватила сумку. – Да дядя Толя, смешно вы пошутили. Я думаю, Симаков на своей «понтовозке» точно не доедет.

– Нет, он обязан приехать. Сева почти что главный человек на всех наших праздниках! – Красуцкий махнул ей. – Иди, там Ася в доме, она тебя встретит.

Лиза порадовалась тому, что увидит хоть одно лицо, которое она хотела бы лицезреть. Ася была дальней родственницей Красуцкого и из-за давней личной трагедии некоторое время жила у них дома. А потом так и осталась, кем-то вроде экономки.

Дождь напоминал о себе лёгкой водной взвесью, висящей на ветвях. Дышалось легко, лес отзывался на шаги птичьим многоголосьем. Вдруг Лиза почувствовала, как сзади кто-то дёрнул её за сумку.

– Я помогу?! – Послышался знакомый голос.

Остановившись, Лиза повернулась к нему и выдохнула.

– Вы уже достаточно помогли. Думаю, на сегодня с меня довольно. – Девушка потянула сумку на себя. – Я бы хотела пойти дальше. Одна!

– Я же не специально. Я вот уже успел душ принять, а вы всё ещё расписная. И потом мне тоже в дом нужно. – Данила улыбнулся. – Как быть?

– Да как хотите! – Лиза чувствовала себя совершенно разбитой и вымотанной. Она отдала сумку и побрела вперёд по тропе. – А вы же в другую сторону уехали? – Остановилась она, вспомнив об этом.

– Здесь две дороги. По той быстрее, но в дождь там даже не всякий внедорожник проедет.

– Ну, конечно, ваш не в счёт. Видимо, берёт и горные пики. – Съязвила Лиза.

– Пики нет, но вот как-то на две тысячи метров залез. Спускаться, правда, потом страшновато было. – Данила показал руками, по какому крутому спуску они ехали. – Он просто у меня подготовленный для дальних и трудных переходов. А вы любите вылазки на природу?

– Нет. И как видите, я к ним не подготовлена. – Лизе казалось, что лицо её стянуто маской. Кожа зудела и чесалась, а волосы были одним грязным и намокшим клоком. – Данила, необязательно быть любезным, я понимаю, что вам, по всей видимости, неловко за моё падение. Но вы не виноваты! – Девушка пожала плечами и почувствовала, как дыбом на спине встала подсохшая корка грязи на футболке.

Тропинка, сделав петлю, вывела их к широкому двору. В окаймлённую цветущими кустарниками мощёную дорогу вливались ещё несколько подъездных дорожек. По одной из них к ним медленно катился гольф-кар. А со ступенек быстрым шагом спускалась светловолосая девушка.

– Данила, – прокричала она, – наконец-то ты приехал. Здрасьте, – она остановилась в нескольких метрах от спутницы мужчины и замерла.

Лиза кивнула и почувствовала некий укол ревности, когда увидела потенциальную невесту Данилы.

– А что случилось? – Девушка была в явном недоумении.

– Я в лесу живу. К вам зашла помыться. Мне дядя Толя разрешил. Можно? – Съязвила Лиза.

– Привет, красавица. – Данила обнял девушку. – Я уже полчаса как приехал. Тебя не мог найти.

– Лиза, – из гольф-кара оживлённо махала рукой её мать. – Смотри, кто приехал!

– Тоня, что с твоей дочерью? – Громогласно проговорила чопорная сухопарая женщина преклонных лет, покидая с помощью Красуцкого автокар.

– Я, Зинаида Игнатьевна, в партизаны решила податься. Вот тренируюсь. – Лиза шумно выдохнула. – Может мне кто-нибудь, наконец, скажет, где здесь душ?

– Поднимайся в дом по боковой лестнице, там тебя Ася встретит. Я ей позвонил, она покажет комнату.

Лиза проследовала в дом по новеньким белоснежным ступеням. Встретив Асю и минув все охи-вздохи, она оказалась в комнате, которую на несколько дней полноправно могла считать своей.

Встреча с зеркалом показала, что реальность была ещё хуже, чем она предполагала. Светлыми на лице остались только белки глаз; грязь подсыхала и понемногу отваливалась, делая Лизу похожей на героиню фантастических ужастиков. Отодвинув занавеску, она увидела часть двора, где знакомились и беседовали прибывшие гости.

– Нужно маме как-то отомстить за этот дурдом. – Лиза открыла дверь в спасительную душевую.

Если с подъездом к дому пока было не решено, то ванная комната была сделана на славу. Горячая вода стянула грязь с благодарного тела. Девушка утопала в белоснежной пене и медленно вычёсывала травинки и налипшие веточки из волос. Она слышала, что иногда кто-то проходил по коридору. Ветер подхватил белый платок занавески окна, и она увидела, что снова пошёл дождь.

Незаметно для себя Лиза начала дремать, и только стук из-за стены разбудил её. Быстро смыв остатки пены, она покинула островок водного пространства, оставляя мокрые следы на полу. Нацепив халат на два размера больше, и присев перед зеркалом девушка долго смотрела на отражение. Потом нашла среди бутылочек, которыми был уставлен туалетный столик, какую-то маску для лица и быстро нанесла на кожу зеленоватую жижу. В следующий момент, дверь с другой стороны распахнулась, и на пороге возник Данила. Он минуту созерцал девушку. Лиза увидела, как мужчина перевёл взгляд на её лицо, густо смазанное зелёной массой.

– Так вы ещё неотразимее, – подавляя смешок, проговорил молодой человек, прикрывая глаза рукой.

– Пошёл вон! – Не выдержала Лиза и запустила в него расчёской, которая была у неё в руках.

Данила успел ретироваться за дверь, а щётка впечаталась в дверной косяк.

– Ну вы там поаккуратнее. Люди только ремонт сделали, – приоткрыв щёлку, проговорил мужчина. – Простите, но вы заняли мою ванную. Ваша с левой стороны от входа в комнату.

– Потерпите! – Яростно смывая маску, отрезала Лиза.

– И ещё вы надели мой халат! – Данила уже веселился на полную.

– Да подавись ты! – Лиза сорвала одеяние и, бросив его на пол, выбежала из ванной в свою комнату, пылая от злости.

Не в силах больше стоять на ногах, она опустилась в постель словно в светлое облако. Мягкие простыни и пушистое одеяло были как спасение от сегодняшней суматохи. Усталость последних дней мгновенно обездвижила всё тело. Но телефонный звонок снова вырвал её из дремотного рая.

– Что? – Рявкнула Лиза.

– Что ты так кричишь? – Антонина затараторила в трубку о местных красотах. – В общем, через сорок минут идём ужинать. Сделай маме одолжение, надень синее платье, я тебе его положила в сумку вместе со сменными джинсами и свитером.

– Я уже сделала маме одолжение и приехала сюда. Я спать хочу! – Лиза снова зарылась в подушки.

Вскоре благословенный сон танцевал на кончиках ресниц. Мягкий свет баюкал уставшую девушку, и её дыхание медленно сопровождало движение минутной стрелки часов. Сквозь сон Лиза услышала какой-то скрип и пару осторожных шагов. Она пошевелилась, открыла глаза, но увидела, что комната пуста. Через окно было видно, как огромной прозрачной птицей налетел туман и тяжело осел на пожелтевшее от лежалой травы поле. Лиза глянула на часы и с сожалением поняла, что надо выбираться из уютного пристанища; мама всё равно не оставит её в покое.

Побродив по комнате, девушка попинала сумку с вещами, потому что там лежало праздничное облачение, в которое непременно надо было нарядиться. Иначе мама всё равно каким-нибудь волшебным образом заставит пойти переодеться.

Вскоре струящаяся ткань облекла тело словно в футляр. Мягкие ниспадающие складки подчёркивали красоту каждой линии и выступа. Лиза покрутилась перед зеркалом, чуть тронула ресницы тушью и осталась довольна своим видом.

– Ну что, вперёд Елизавета Андреевна! – Она подмигнула себе, подхватила длинный шлейф и поспешила на ужин, куда итак уже опаздывала.

Следующее что она сказала, пройдя вниз неслышной походкой, это было странное выражение:

– Твою дивизию, ну как у меня так получается?

Елизавета стояла в дверном проёме, сияя наведённой красотой. Однако же остальное общество было закутано в куртки и шали. Дамы и господа были в джинсах и ветровках, и с бокалами бродили по мощёному дворику. В мангале веселилось рыжее пламя. Великосветский раут оказался обычным дружеским пикником. Лиза стояла, не в силах пошевелится и обозревала всю компанию с крытой веранды. Гости же, наоборот, посматривали на Лизу.

– Душа моя, ты, наверное, перепутала. Приём завтра! Сегодня просто дружеский ужин. – Откуда-то сбоку донёсся голос Зинаиды.

– Да неужели! – Лиза всплеснула руками.

– Дорогая, но тем не менее ты так прекрасно выглядишь. – Послышался высокий женский голос.

– Юля, привет. – Лиза подбежала к женщине, сидящей в кресле. – Рада тебя видеть! – Она обняла её. – Мне так стыдно, что только мама смогла привезти меня к вам в гости.

– Ах, – женщина улыбнулась и глянула на притихшую Антонину. – Главное, что вы доехали, и я наконец на тебя посмотрю. – Она неловким движением поправила причёску. – Зато наболтаемся сегодня вволю. Толяша нашёл себе жертву и пошёл мучить его разговорами о работе.

– Ну что, кому шашлыка с пылу с жару? – На крытую веранду, где был расположен стол, влетел Данила. Он нёс перед собой блюдо с ароматными разноцветными от зажарившихся овощей и мяса шампуры. – Здрасьте! – Он резко затормозил, увидев перед собой Лизу. – Я смотрю у нас новые лица. – Улыбаясь, он разглядывал девушку. Тарелка накренилась, и прекрасное кулинарное произведение было на грани обрушения на пол.

– Нет, старые. Просто хорошо отмытые! – Резко ответила Лиза. – Ну, пойду переоденусь, мама! – Она с нажимом произнесла последнее слово. – А у вас сейчас шашлык на пол свалится.

– Лиза, это вы? – На минуту растерялся молодой человек. – Я просто как-то вас не рассмотрел до падения.

– Не страшно! – Огрызнулась Лиза. – Я, пожалуй, пойду. Юля, я буду очень скоро!

Вернув себе в комнате комфорт и тепло удобной одежды, Лиза поспешила обратно, но звук с улицы привлёк её внимание. Девушка остановилась и прислушалась. Неясные глухие удары и сдавленные вскрик-стоны доносились из подлеска, после которого начиналось поле. Через пару мгновений всё стихло. Девушка постояла ещё немного, но решив, что это ночные звери или птицы, пошла к гостям.

Вечер лениво витал между людьми, находящимися в вальяжной праздности. Неспешное звучанье музыки, негромкие разговоры, кто-то подлаживал гитару, еле трогая струны. Девушка подумала, что она, пожалуй, рада своему приезду сюда.

– Лиза? – Послышался знакомый голос.

– Пашка! Ты?! – Девушка слетела с лестницы и бросилась на шею обросшему бородой молодому человеку, который стоял чуть поодаль. – Ух ты, какой ты стал!

– Да я вот только добрался. – Он пожал нескладными плечами. – Не думал тебя здесь застать!

– Ты вернулся-то давно? – Лиза увлекла его за собой к столу.

– На днях. Два года охотился за редкостями. – Он с гордостью стал показывать ей фотографии птиц. – Такого насмотрелся, не представляешь. Даже от медведя как-то бегал. Но кадры решают всё! Это слоган моей фирмы! – Однако Лизе показалось, что радость Паши какая-то неестественная.

– А меня в компанию возьмёте? —К столу подошла Юля.

Паша увидел стройную пышноволосую женщину. У неё были большие бледные глаза, надломленная нить бескровных губ, весь облик её выражал чистоту и какую-то по-осеннему тихую, уютную радость тепла.

– Я Павел! Как-то мы разминулись. Не встречал вас сегодня. – Вымолвил Паша. – Глаза у вас беззащитные и прозрачные.

– О, Пашка, – усмехнулась Лиза, – да я смотрю ты стал дамским угодником.

– Ну зачем же так! – Смутившись, Паша взял со стола бутылку и наполнил бокалы.

– Ладно, вы болтайте, а я на минутку отойду. – Лиза увидела, что мама загрустила.

Девушка присела рядом с ней и погладила по руке.

– Мама, ты чего?

– Устала что-то! Не обращай внимания, просто голова разболелась. Думаю, что пойду пораньше лягу спать. Завтра приём начинается в первой половине дня, силы нужны для грядущих празднеств.

– Мама, я что-то запуталась в торжествах! – Лиза недоумённо посмотрела на неё.

– Сегодня просто барбекю! А завтра другое мероприятие! Они предложили Даниле свой дом для того, чтобы справить свадьбу! – Антонина посмотрела на часы. – Пойду, пожелаю доброй ночи Зинаиде, а то завтра целый день будет ворчать.

Неподалёку от них остановился Данила вместе со светловолосой девушкой, что встречала его сегодня днём.

– Красивая пара! – Прицыкнула языком Антонина и приветственно помахала рукой Даниле.

Мужчина что-то сказал своей спутнице и направился к ним.

– Хороший вечер! – Он улыбнулся и присел напротив. – А ваше появление было особенно фантастическим.

– Смешно! – Лиза вздохнула, и светлый образ собеседника стал рассеиваться.

– Что вы колючая такая? – Данила подлил Лизе и её матери вина́ из стоявшей на столе бутылки.

– У вас очень красивая невеста. – Сказала Антонина, которую тоже стало напрягать такое внимание к её дочери от человека, который завтра взойдёт на алтарь семейной жизни.

– Кто? – Мужчина непонимающе уставился на неё.

– Я говорю, невеста ваша красивая. – Улыбнулась Антонина.

– Какая, простите, невеста? – Данила переводил взгляд с Елизаветы на её мать и обратно.

– Но у вас же завтра свадьба, – Антонина поводила руками, – вроде как.

– Ах, – Данила указал себе за спину, – то есть вы подумали, что та девушка моя суженная, а я вот так нахально оказываю знаки внимания вашей дочери? – Данила расхохотался. – Милые дамы, – подняв бокал, он замолчал, – давайте выпьем за завтрашнее торжество, – молодой человек улыбнулся, – то есть за свадьбу моей сестры!

– Сестры! – Ахнула Антонина и сразу как-то повеселела. – Но это же совсем другое дело! Такой праздник, правда Лиза? Да?

– Поздравляю! – Девушка вздохнула, она поняла, что теперь маман начнёт её активно сватать. – Я спать! Завтра тяжёлый день, да и гости как-то поредели.

– Много кто здесь уже неделю, кто-то разъезжается. Решение праздновать свадьбу Тамары в усадьбе было спонтанным. Это Юлия предложила, так как Тамара и её жених всё время ссорились из-за места проведения. Они даже что-то придумали с выездной регистрацией, должна приехать совершенно такая официальная тётенька из загса. Кстати, а что вы завтра делаете? – Данила посмотрел на Лизу.

– В смысле? На свадьбе присутствую, как и все. Наверное, так. – Лиза развела руками.

– А может выйдете за меня замуж? – Весёлые черти плясали в его глазах. – Антонина, вы не против, чтобы ваша дочь стала моей женой? – Данила перевёл взгляд на обомлевшую мать.

– Сегодня день открытых дверей в психиатрической клинике, наверное. – Выдохнула Лиза и поднялась со скамьи. – Извините, но я вас всё-таки покину. Мама, ты тоже вроде почивать собиралась, так что давай, руки в ноги и на боковую. Пока наш новый знакомый не придумал, что-нибудь ещё. А я смотрю вы весельчак!

Антонина ретировалась к Зинаиде, а Лиза пошла в сторону дома, но Данила нагнал её по дороге.

– Постойте. – Мужчина взял её за руку. – Вы не верите в серьёзность моего предложения?

– Нет, я не доверяю любви с первого взгляда. Не по расчёту же вы собрались на мне жениться. – Лиза отстранилась. – Извините, фарс затянулся, я пошла спать.

Девушка с раздражением вырвала руку и ушла в дом, а Данила остался в нерешительности стоять у дверей. Лиза быстро пересекла крытую веранду, поднялась в свою комнату и подошла к окну. Ничего, кроме комком стоя́щего в горле неприятного осадка, она сейчас не испытывала. Ей хотелось в мгновение ока очутиться у себя дома и погрузиться в волшебный мир книг или на худой конец кино. А здесь не было ни того ни другого, а ещё жутко захотелось выпить что-то горячее. Лиза вспомнила, что Ася показала, где стоит чайник для обслуги.

– Там меня точно никто не найдёт! – Проговорила девушка вслух и направилась на кухню.

Вскоре ароматы, напоённого травами чая, витали в крохотной светёлке, которая приютилась за перегородкой возле большой кухни. Лиза завернулась в плед, взяла чашку и выбралась на маленькое крылечко. Отсюда было видно большое поле, которое стелилось волнующимися травами, к самому дому подступал лес, но через зубчатый край елей был виден изгиб широкой реки. Звуки ночной жизни доносились до неё, и Лиза, замерев, вслушивалась в эту странную для городского обитателя ночную суету.

Вдруг до девушки донеслись чьи-то скорые шаги. Внизу, скрытый высоким кустарником, пробежал человек. Лиза услышала, как он остановился, звякнул металл и вскоре всё затихло, лишь на мгновение ей показалось, что под домом ухнуло что-то тяжёлое.

– Может у них и приведения ещё водятся, – проговорила она и встала. – Пора и правда предаться объятиям Морфея.

Ветер снова натащил на вечернее небо синей мглы, застрочил мелкий дождь, громада дома вскоре погрузилась во тьму, и никто не заметил, как высокая фигура в плаще пересекла двор.

Утро тоже не радовало погодой. Тучи уже были больше похожи на осенние, тяжёлые дождливые кошёлки с дождём, которые вот-вот растеряют по дороге собранную воду. Лиза проснулась от какого-то неясного шума. До неё доносились рыдания и мерный рокот мужского голоса. Она присела на кровати, огляделась и поняла, что звуки доносятся из-за стены. Наспех одевшись девушка постучала в комнату Данилы.

– У вас что-то случилось? – Спросила она, когда дверь ей открыл расстроенный мужчина.

Он кивнул и сделал шаг навстречу, призывая её к молчанию.

– Пойдёмте к вам! – Попросил он.

Лиза пожала плечами и пошла обратно.

– У нас очень большая проблема. – Тихо сказал Данила. – Точнее, у меня. Сегодня свадебные торжества, а жених Тамары прислал ей незатейливое смс, в котором признался о своей неготовности к семейной жизни. Она второй час рыдает, я не могу её успокоить.

– Да я в таких делах не помощник уж точно. – Лиза задумалась. – Эврика! Нам нужна Ася. Она удивительный человек и уже через полчаса сделает из вашей сестры мудрую женщину. Идите к Тамаре, а я побежала за Асей.

– Это было бы просто спасением, а то мой словарный запас был исчерпан уже минут сорок назад.

Лиза пробежала по пустому дому, обследовала кухню и веранду и увидела Асю в саду. Женщина что-то напевала и бродила среди цветников.

– Дорогая Ася, ты нам нужна как воздух! Ну, не нам, а сегодняшней невесте. Только ты сможешь помочь!

По дороге Лиза кратко описала ситуацию и уже стучала к Даниле. Когда он открыл дверь, Ася вздохнула, сделала короткий знак рукой, чтобы они оба ушли и отправилась спасать юную невесту.

– Пойдёмте, что ли, кофе попьём? – Развёл руками Данила, когда они остались одни в коридоре. – Причём сегодня с утра должен был целый автобус прийти с гостями на свадьбу. Так он написал ей, что ещё вчера всё отменил.

– Ну, наверное, лучше так, чем выходи́ть замуж против голоса сердца и разума. – Рассуждала девушка, направляясь к лестнице.

По стёклам застучал дождь, и Лиза остановилась на половине дороги.

– Может, пойдём на кухню? На веранде наверняка сейчас соберутся все домочадцы и остатки гостей. Надо же придумать, что говорить. Или вы уже готовы общаться с людьми, жаждущими подробностей? – Спросила Лиза.

– Пожалуй, нет.

Но прежде чем они успели скрыться от посторонних глаз, их заметил хозяин дома, шедший навстречу.

– Данила, я после вчерашнего вечера только проснулся. А где гости? Вроде должна идти подготовка полным ходом. Петровские едут, они регистраторшу везут. В течение часа уже должны здесь быть.

– Чёрт! – Данила вздохнул. – Жених Тамары ранним утром сообщил ей, что он не намерен продолжать с ней отношения. Вчера отменил и гостей, и кейтеринг.

– Н-да! Положеньице. Не позавидуешь! Но Петровские уже в пути. – Анатолий задумался. – Ну что ж, всё это крайне неприятно, но посидим тихой домашней компанией. Поддержим Тамару в сложной ситуации.

– Вряд ли! – задумчиво произнёс Данила. – Сегодня кто-то из ваших друзей уезжает, она договорилась с ними. Сказала, что хочет домой.

– Понимаю! – Покивал мужчина в ответ. – Ты с ней уедешь? – Спросил Анатолий.

Данила на минуту задумался.

– Нет, я останусь, если не возражаете.

Сверху спустилась Ася, оглядела присутствующих и изрекла.

– Данила, ваша сестра сегодня отправляется в Санкт-Петербург. Ей необходимо собрать вещи. Тамара сразу улетает в отпуск, ну точнее, в свадебное путешествие. Это поможет ей развеяться.

– Агнесса, вы мой спаситель! – Данила выдохнул.

– Чудненько! – Анатолий постучал пальцами по перилам. – Ну что ж друзья, давайте завтракать!

К полудню весть уже облетела всех присутствующих, заплаканная Тамара покинула усадьбу, немного задержавшись, приехали Петровские, и гости начали решать, чем же себя развлечь, раз уж свадьба не состоялась.

Лиза дышала воздухом на веранде, смотрела, как покрывается патиной близкой осени сад, слышала, как из гостиной доносятся звуки посуды и голоса. Так как в доме осталось немного народу, а на улице дождь не собирался завершать своё шествие, Юлия предложила провести тихий вечер в тесной компании. Ужин, свечи, воспоминания. Лиза понимала, что как минимум на сутки они с мамой ещё задержаться, увезти её из узкого круга друзей было невозможно.

– А я вас потерял! – Послышался позади неё голос Данилы.

– Очень удачно. Может быть, сделаем вид, что вы меня не нашли? – Спросила Лиза. – Тем более что погода располагает ко сну. Я только собиралась спать идти.

– Вы как медведь в зимний период, я вас знаю два дня, а твердите всё время одно и то же.

– Просто редко удаётся выспаться. – Улыбнулась Лиза.

– Ну хорошо, а уговорить вас выпить со мной бокал вина́ я могу? Раз уж решили ужин пропустить. – Данила показал ей бутылку и два бокала.

– А вы самонадеянны! Или для себя столько посуды захватили? – Лиза взяла у него из рук бутылку. – Сами выбирали? – Скептически взглянула она на него.

– Стянул из кухни. – Сказал Данила.

– Понятно. Пойдёмте! – Она поставила бутылку на стол и позвала мужчину за собой.

Они спустились в наполненный влагой сад, прошли между хлёстких мокрых ветвей кустарников и зашли в дом с торца здания. Здесь целая стена была выложена старым камнем, но уже стояла новая деревянная дверь. Лиза потянула за тяжёлое кольцо, и вход открылся. Девушка пошарила сначала по одной стене, потом по другой и пространство заиграло светом, цепь спускающихся ламп, озарила ступеньки, и они пошли вниз.

– Куда вы меня ведёте? – Поинтересовался Данила.

– В подвал. Закрою здесь и оставлю, а то вы мне совсем надоели за день.

– Умоляю нет, я не очень люблю закрытые помещения. – Данила посмеялся.

– Всё просто! Было бы странно для главы алкогольной компании не иметь винного погреба, и дядя Толя в первую очередь его сделал. Сегодня уже успел мне похвастать. То вино, которое вами было предложено, я пить точно не буду. У Аси оно для маринада приготовлено. Во-первых, Ася страшна в гневе, во-вторых, я энолог, – Лиза толкнула ещё одну дверь, – и пить то, что раздобыли вы, мне просто не позволяет профессиональная гордость.

Здесь в прохладе винного погреба на стеллажах, сделанных из тёмного дерева, лежали длинные ряды бутылок. Лиза направилась к дальней выкладке, побродила в задумчивости, но вдруг замерла и знаками позвала к себе Данилу. Мужчина собрался спросить в чём дело, но Лиза прижала ладонь к его рту и приложила палец к своим губам. Они замерли в тишине и ничто больше её не нарушало. Данила кивнул ей, как бы спрашивая «что случилось?».

Лиза пожала плечами и шёпотом ответила:

– Мне показалось, что стон услышала.

– Да кто здесь под землёй может быть? – Переспросил Данила. – Разве только ветер, они же для винного погреба вентиляцию делали, и, скорее всего, вы слышали песни Борея.

– Понятно. Просто это было так явно. Аж жутко стало. – Поёжилась Лиза. – Ну что? Вы долго будете меня не пускать спать? Одну бутылку берём или две?

– Лестница здесь крайне неудачная, лучше взять про запас! – Произнёс мужчина. – Командуйте, какое вино будет сопровождать наш вечер. Красиво сказал? – Рассмеялся Данила.

Выбравшись наружу, молодые люди попали под сильнейший ливень и добежали до веранды промокшие до нитки.

– Я думаю, что стоит переодеться. – Лиза оттягивала футболку, пластом прилипающую к телу. – Или вам так комфортно?

Данила на мгновение задумался и отрицательно покачал головой.

– Тогда предлагаю сменить гардероб и вернуться. – Она глянула на часы. – До ужина осталось часа полтора, я думаю мы успеем поболтать. У меня поднялось настроение, и я готова к подвигам пьянства.

– Тогда пошли.

Лиза стояла над своим нехитрым гардеробом, завёрнутая в банный халат и рассуждала, что же ей лучше надеть. Выбор был невелик либо вечернее платье, либо грязная вчерашняя футболка с джинсами или мокрая сегодняшняя, а ещё можно было остаться в этом наряде.

– Ладно, – девушка выбрала платье, – буду экстравагантной сегодня. Халат явно не оценят!

Она вскоре вышла в коридор и увидела, что Данила стоит облачённый в костюм.

– То есть я смотрю, вы тоже не любитель брать с собой много вещей?

Они долго хохотали, разглядывая друг друга.

– Привет! – В коридоре появился Паша. – А чё в вечернем сегодня надо?

– Конечно! – Лиза вмиг посерьёзнела. – Приём официальный никто не отменял! И бабочку к смокингу не забудь!

Данила отвернулся и зашёлся в беззвучном смехе, и они отправились вниз готовиться к праздничному вечеру.

Гости, видя на веранде нарядных и хохочущих Лизу и Данилу, решили, что так и надо, и скоро их скромная компания обросла новыми членами. Все одевались под стать вечера, ведь не зря же привезли на свадьбу платья и костюмы. А Лиза и Данила, видя, что их шутка удалась, веселились всё больше с появлением каждого нового гостя.

– Лиза, может тебе хватит уже? – Антонина попыталась утихомирить разошедшуюся не на шутку дочь, когда она громко рассказывала о том, что в этом году это уже вторая свадьба, которая не состоялась, и на которую она была приглашена.

– Мамочка, тебя не поймёшь. Ты хотела, я веселюсь! – Лиза обернулась к собравшимся и продолжила. – Так вот, наверное, я стала уже какой-то плохой приметой на свадьбах. – Смеялась Лиза, а за ней все гости.

– Ой, и мне так неудобно! – Сетовала худенькая сухопарая женщина. – Но мне же никак не уехать без Наташи и её мужа, – говорила она о Петровских. – Молодые нынче странные пошли. Все креди́ты берут, деньги делят, не осталось каких-то рыцарских поступков.

– И не говорите! – Тряхнула волосами высокая белокурая девушка.

– Где же я вас видела? – Спросила регистратор.

– Я Анна Смолина! – Со снисходительной улыбкой сказала девушка и встав пошла по направлению к столовой. – Друзья, здесь уже довольно холодно, а Ася устала нас звать. Все в дом, все в гостиную, – не оборачиваясь, она призывно махала рукой, демонстрируя свою идеальную фигуру, затянутую в серебристое платье.

– Bella! —Проговорил присутствующий на вечере винодел из Италии. – Лиза, ты меня знакомить с ней?

– Не, не знакомить, я её сама не знаю. – Отмахнулась Лиза.

– Это же Смолина, – с какой-то затаённой радостью проговорила регистраторша, – кинозвезда.

– Ну раз звезда зовёт, то надо идти, – произнесла Лиза и потянулась за остальными. – Данила, я не помню, мы перешли на «ты». – Она остановилась и посмотрела на сидящего подле неё молодого человека.

– Нет! – Он встал рядом с ней. – Но я думаю, что это нужно исправить. Есть прекрасная традиция, а именно выпивать на брудершафт. Готова?

– Валяй! – Махнула рукой Лиза.

 Было видно, что через большие окна столовой за ними задумчиво наблюдал хозяин дома. Он подозвал остальных гостей, они о чём-то бурно совещались, пока Лиза и Данила целовались под покровом звёздного, уже расчищенного от серой пелены неба.

– Теперь точно можно на «ты», – нежно проговорил Данила.

– Ну да, хорошее вино всегда даёт дорогу панибратству. – Лиза пошла вперёд. – Ты идёшь мой сегодняшний рыцарь? Продолжим этот праздник безумства!

И в её словах была доля правды, как только они появились на пороге столовой, почему-то заиграл «Марш Мендельсона». Данила привлёк Лизу к себе и шепнул ей на ухо.

– Ну что, подыграем им?

– Почему бы и нет, – улыбнулась Лиза, – а в чём?

Данила опустился на одно колено и произнёс:

– Елизавета, ты выйдешь за меня замуж?

– Да…, – только и успела сказать она, и остальная часть фразы утонула в общем ликовании, и продолжение никто уже не услышал, – что здесь происходит?

Шампанское и веселье лилось рекой, и гости наконец-то получили свадьбу, которую хотели!

Глава 2

Наутро Елизавета не помнила ничего после того момента, как они остались вдвоём с Данилой на веранде. Она боялась даже думать, так сильно ломило затылок и виски́, а в щёлки глаз пробивался серый дневной свет и нещадно пульсировал желудок, будто там плясали ежи. Елизавета с трудом открыла глаза и, оглядев пространство, убедилась, что она в доме у Красуцких.

«Наверное, я теперь смогу очень чётко представлять себе состояние Лиходеева наутро, когда к нему явился Воланд», – мелькнула и погасла мысль в раздражающей своей болью тишине.

Попытавшись снова забыться тревожным сном, Лиза вскоре открыла глаза и поняла, что пора расплачиваться за вчерашнюю несдержанность. Она встала с кровати и отыскав высохшую одежду отправилась вниз. В доме было необычно тихо, навстречу ей попалась только кухарка Соня, которая, не поднимая глаз, юркнула в подсобные помещения.

– Неужели я встала раньше всех, – пробормотала себе под нос Елизавета, доставая минеральную воду из холодильника. – Люди, где вы? – Тихо-тихо добавила она, пугаясь звука собственного голоса.

– Милая, мы здесь! – Донёсся ответ матери из столовой.

– Мама, привет, – Елизавета переместилась на кухню, – умоляю, говори очень тихо. Что с тобой, почему ты плакала?

– Доченька, как много бы я отдала, чтобы в такой важный для тебя день на улице светило солнце и распускалась радость – Сказала Антонина и прижала платок к покрасневшим глазам.

– Так, короче! Без пафоса! Что случилось? Мне кажется, что сегодняшний день отличается от вчерашнего, только жутким похмельем.

– Ты что ничего не помнишь? – Антонина развернулась к ней всем корпусом.

– Нет, а что? Я кутила? Ну, бывает. Я тебя предупреждала, что устала. Мам, не томи. – Лиза налила себе крепкого чая и села напротив матери. – Где люди? Уже все разъехались?

– Доченька, – Антонина замолчала на мгновенье, подыскивая слова, – ты вчера вышла замуж!

– Куда я вышла? – Лиза поперхнулась чаем. – Мама, что за глупый розыгрыш! Итак, башка раскалывается. Прошу тебя, – девушка сложила руки в молитвенном жесте, – не начинай!

– Елизавета, я серьёзно! Здесь была регистратор, которую привезли Петровские, это всё прошло на официальном уровне. – Медленно расставляя слова, проговорила Антонина.

Девушка подняла глаза на мать и вздохнула.

– Вы что, идиоты? Это у вас способ развлекаться такой? Где эта безумная женщина, которая расписала нас по пьянке? Её с работы должны уволить за такой фортель! Скоморохов нашли!

– А водитель ещё вчера вечером их увёз. У них что-то случилось и Петровский быстро уехал. – Антонина снова утёрла глаза.

– Суперотдых! Ладно, скандал я потом устрою, даже не сомневаюсь, что это твоя затея. – Лиза посмотрела в окно. – А где человек, который стал моим мужем? Хотя бы кто он?

– Лизонька, самое страшное впереди.

– Умер? – С надеждой спросила девушка.

В комнату тихо вошла Соня и протянула поднос со стопкой Антонине.

– Не до твоих замечаний едких сейчас! – Мать всхлипнула и приняла из рук кухарки стаканчик с каплями. – Вчера, после того как проводили Петровских, остались только близкие друзья. Ты уже спать ушла, все стали разбредаться и вдруг Толя заметил, что Юли нигде нет. А ты же знаешь, она всегда дождётся, пока последний гость уйдёт, а здесь как сквозь землю провалилась. Мужчины искали её до утра, обошли всю усадьбу, двор, сейчас ищут в лесу. Я и Зинаида Ильинична остались в доме, ну ещё Ася и Соня.

Неслышным шагом в столовую вошла Зинаида Игнатьевна.

– Со вчерашнего утра прошло чуть больше суток, а событий точно на год. – Поправляя перед зеркалом, безупречно уложенные волосы произнесла она. – Доброе утро дорогая, только вряд ли оно таковым является. Милочка, ну что же вы стоите, – обронила она к кухарке, – принесите кофейник. День просто жуткий, прямо бедой веет повсюду. Ох дорогая, не хотела бы я на следующее утро после свадьбы проснуться в такой обстановке.

– Смешно. – Съязвила Лиза. – А где они ищут Юлию? – Она подошла к высокому окну.

– Прочёсывают лес. Скажите мне, что делать здравомыслящей женщине ночью, в непогоду среди деревьев и дикого зверья? Фарс! – Вскинула руки Зинаида. – Ваш муж, между прочим, затеял.

– Не успела я пойти под венец, как тут же получаю оплеухи за его недостатки! – Усмехнулась Елизавета.

– Ах, простите дорогая. Я старая и глупая идиотка, к тому же трусливая. Жутко думать, что ты сидишь в доме, где пропал человек, и на каждом шагу с тобой могут случиться всякие неприятности. Ещё этот дом большой и недостроенный. Надо было такую махину выбрать.

– Зинаида, ты же сама была не против, чтобы Толя купил этот дом! – Тихо сказала Антонина.

– Так я же его только на картинке видела. – Поджала губы собеседница. – И потом, Толя говорил, что сюда ехать не так долго. А уж как посмотрела вблизи, – она махнула рукой, – так вообще чуть с сердцем плохо не случилось.

Вдруг дверь в столовую распахнулась, быстрым шагом вошли Данила с Павлом. Они были в промокших дождевиках с налипшими на них листьями. Данила заметив Лизу как-то сдержанно кивнул ей и покачал головой.

– Мы обошли каждый сантиметр дома и участка. Пока ничего не нашли, пришлось вызвать полицию. – Данила налил себе воды из графина и стал шумно пить из стакана. – Антонина Алексеевна и Зинаида Игнатьевна, я очень прошу вас, опекать и отвлекать Анатолия Даниловича. Просто не могу смотреть, как он скачет вместе с нами по лесу и болотам. Всё это может плохо кончиться. Мы сейчас с ним вернёмся, придумайте, как его оставить дома.

– Задержишь его! Ладно, что-то покумекаем. Зовите, буду сердечный приступ изображать. – Зинаида Игнатьевна, расстегнув верхнюю пуговку накрахмаленной блузки, прилегла на диван.

На этих словах Данила развернулся и отправился за Анатолием, Лиза дождалась, пока за ним закроется дверь и подошла к Павлу.

– Паш, я с тобой пойду.

– А стоит ли? – Мужчина нахмурился.

В этот момент вернулся Данила вместе с Анатолием.

– Лиза, детка, здравствуй, – он развёл руками, – видишь, как всё вышло.

– Толя, – Антонина положила руку ему на плечо, – в доме только женщины! Зинаиде Ильиничне плохо, мне так страшно! Останься с нами, пожалуйста.

– Знаю, все вы правы, я только торможу поиски, – он устало сел, – но как подумаю, что Юленька может быть где-то в лесу, на дороге, в любом непонятном месте, то не усидеть.

– Идите, идите, – сделала рукой изгоняющий жест Антонина, – Соня налейте чаю покрепче Анатолию.

Лиза с Пашей вышли на улицу, и девушка поразилась, как за короткую ночь так всё вокруг изменилось. Яркие краски августа совсем притухли, ветер снимал рано порыжевшую листву и укладывал её на землю. Лето в этом году быстро засобиралось в другие края.

– Паша, ты хоть можешь толком сказать, что случилось? – Девушка застегнула непромокаемую куртку, выданную ей экономкой.

– Боюсь, никто тебе толком ничего не скажет. Сами все в шоке. Аккуратнее, – он подал ей руку на лестнице. – Красуцкий вчера выбежал из дома во двор, стоит, молчит, озирается. Хорошо, мы с Данилой на веранде сидели. Спросили в чём дело, а он бледный, руки дрожат. Юленьки говорит, нет нигде. Ну, сад обошли, в сарай заглянули, даже к Соне. Весь дом потом обыскали. – Паша пожал плечами. – Просто все были в таком шоке, что даже полицию не сообразили вызвать. Поискали, покричали, почти всю ночь по участку лазили. Как расцвело, сразу двинулись в лес.

– Ну а что полиция? – Фыркнула Лиза. – Думаешь, они бы вот так приехали? В такую глушь? Да у них здесь, наверное, на всю округу один участковый, да и тот хромой.

Тропинка, по которой они шли, вскоре привела молодых людей в густые еловые заросли, которые периодически обрывались каменными грядами, полянками и буреломом поваленных деревьев. Лиза оглядывалась вокруг, искала глазами по сторонам, хоть что-то, что могло выдать присутствие Юли и вдруг услышала тяжёлую поступь догоняющего их человека.

– Куда вы так резко поскакали? – Подбежал к ним Данила.

– Решили подальше в лес пойти. – Паша огляделся. – Смолина с Энрико на дорогу отправились, полицейских встречать, – он ткнул в сторону вереницы фруктовых деревьев, уже укрывающихся шалью осени и выделяющихся на фоне зелени елей. – Заодно ещё раз сад проверят.

Данила остановил Лизу, взяв её за руку.

– Ты, пожалуйста, от меня не отходи? Хорошо? – Данила первый раз за день посмотрел на Лизу.

– А мы что уже перешли на «ты»? – Фыркнула девушка.

– Ну, вообще-то, – Данила замолчала, и вздохнув продолжил, – мы не только вчера на «ты» перешли, но и поженились.

– Бинго! – Воскликнула Лиза и в ту же секунду под её ногой что-то хрустнуло. – Да, уж лучше бы за сторожа дядю Петю вышла – тихо проговорила Лиза и наклонилась.

Она немного разгребла прошлогоднюю хвою и двумя пальцами подняла с земли за розовый шнурок чехол телефона.

– Это точно Юлин! – Мрачно сказала она. – Я ей этот чехол из Бельгии привезла в прошлом году.

Грязный футляр раскачивался на ветру, а собравшиеся молча смотрели на него. Опостылевший дождь забарабанил с новой силой, и Данила поднял глаза на Пашу.

– Можешь позвонить ребятам, кто ушёл полицию встречать?

– Да у меня номера нет их. – Развёл руками Паша. – Я в дом позвоню. А какой ориентир им дать?

– Да, какой к лешему ориентир, – Данила набрал воздуха в лёгкие, – будем звонить по местной связи, – и крикнул во всю силу, – здесь мы, сюда ведите полицейских, мы кое-что нашли. Чуть ближе к реке.

Его голос эхом прокатился по округе и через мгновение вдали замаячила синяя куртка прибывшего участкового.

– Здрасьте. Что у вас здесь случилось? – Капитан подошёл к тому месту, где они стояли. – Я участковый! Пасечников моя фамилия. Зовут Дмитрий Антонович.

– Здравствуйте. Это чехол от телефона Юлии. – Данила указал на аппарат. – Под хвоей лежал.

– А Юлей, значит, зовут барышню, что пропала! – Утвердительно хмыкнул прибывший мужчина. – А это точно её вещь? – Прищурившись, Пасечников стал рассматривать телефон.

– Да, я ей дарила. – Сказала Лиза. – Он эксклюзивный, мне за границей на заказ делали, поэтому можете не сомневаться.

Участковый достал из кармана мятый пакет, расправил его и взял из рук девушки чехол.

– Ладно, давайте уберём это пока. Будем надеяться, что она сейчас найдётся, живая и здоровая. – Неуверенно проговорил участковый. – Но, на всякий случай, положу в стерильный мешочек.

– Что делать-то? – Спросил Паша.

– Мил человек, ну искать, конечно! – Развёл руками участковый.

Данила заметил, что девушка отошла в сторону и углубляется в пролесок. Он последовал за ней.

– Лиза, я прошу тебя, не отходи далеко. Мы договорились по одному не разбегаться. Что с Юлей неясно.

Она вздохнула и глянула на него из-под намокшего капюшона с намерением осадить молодого человека, но взгляд её за что-то зацепился. Внимание отвлекли подошедшие Энрико и Смолина. Но Лиза стала снова осматривать наваленные камни в надежде понять, что так выделялось на общем фоне.

– Посмотри, – девушка кивнула в направлении наваленных друг на друга валунов.

Камни лежали так, словно их когда-то здесь высыпали и забыли. Огромные глыбы, поросшие мхом, сливались воедино и удачно маскировали небольшую щель, в которую вполне бы поместился человек.

– Это, скорее всего, либо вход в пещеру, либо бывший дзот. Может она провалилась!

Данила быстро пошёл в том направлении, а Лиза подозвала остальных.

– Да, мы здесь тридцать раз прошли и этого не заметили, – посетовал Паша.

– Э, погодь! – Крикнул участковый Даниле.

Дмитрий Антонович подошёл ближе и подняв фуражку за козырёк переместил свой головной убор на затылок, присаживаясь при этом на корточки. Он, кряхтя и опираясь на ладонь заглянул в тёмное нутро и поднявшись развёл руками.

– Но вот специальной подготовки у меня нет. А там пещера и воды, кажись, много. Шумело что-то. – Он отряхнул ото мха руки. – Не, ну ход-то широкий, человек явно пролезет. Только чего ей туда сигать? Она же не этот, не спелеолог?

– Хренолог, – раздражённо бросила Смолина, – ну лезьте уже туда, если Юля там, она замёрзла, наверное. Бедная девочка. Юля-я-я-я, – прокричала она, наклонившись вперёд.

– Дайте я!

Данила шагнул через гряду, отороченную острыми краями корней и, зацепившись за какую-то корягу, наклонился в чёрную зияющую дыру. Он высветил фонариком узкий проход, в нос ударил затхлый запах, и мужчина выбрался наружу. В тот же момент, коряга обломилась под его рукой, Данила потерял равновесие и упал, но сразу вскочил на ноги.

– Надо, к моей машине идти. У меня и снаряжение есть и лебёдка стоит. – Сказал он. – Там не спуститься без страховки, – мужчина поднялся и отряхнулся.

– Я пойду фонари поищу! – Засуетился Паша.

– Вы же не против? – Спросил Данила у участкового.

– Иди, – тот неопределённо пожал плечами.

– Мы тоже пойдём! – Воскликнула Смолина. – У меня скоро паническая атака начнётся. Пойдём Энрико, здесь слишком страшно. Тем более что Юле надо тёплые вещи принести.

– Ну, неси, неси, – тихо проговорил участковый.

– Если она там, думаете жива? – Спросил Данила, примериваясь к спуску.

– А я почём знаю? – Участковый присел на камень рядом. – Я туда, мил человек, не полезу хоть тресни, мне уже седьмой десяток, я оттуда тогда и не выберусь. А молодых у нас нет, я один на четыре деревни. И вот как-то всегда спокойно у нас, ну курей кто сворует, или дрова не поделят. Но люди не пропадают. Так и знал, приедут городские, начнётся ярмарка!

– Паша, погоди, вместе пойдём. – Данила остановился мужчину. – У меня в машине полный комплект, надо просто её пригнать сюда. Здесь связь фигово ловит, поэтому я сначала за спутниковым телефоном схожу. Потом геоточку сделаем и поймём, есть ли подъезд какой-то. От дома вроде вела какая-то грунтовка, но вот куда.

– Чего мудрить? – Взорвался Паша. – Проще на верёвку, а если нет её там?

– Тоже верно! – Вздохнул Данила. – Всё равно вместе пошли, потому что нужно хоть крепления взять. А то на этой верёвке можно и повеситься просто. – Он оглянулся на застывшую у прохода в пещеру девушку. – Лиза, ты с нами?

Она отрицательно покачала головой, подняла воротник у ветровки и отвернулась в другую сторону. Лиза смотрела, как лес аварийно сбрасывает с себя любые признаки присутствия лета, как спешно готовится к встрече осени.

– А чё у их скандал, что ли, какой? – Вдруг услышала она голос участкового.

– Почему скандал? – Недоумённо спросила девушка.

– Да, а что ж из дома сбежала? – Дмитрий Антонович примостился на большой плоском камне и облокотившись о колено смотрел на проём.

– А кто сказал, что она сбежала?

– Девушка, ну что вы вопросом на вопрос талдычите мне? – Устало почесал лоб Пасечников.

– Вы вопросы корректные задавайте, и тогда я буду достойно оппонировать. – Лиза не могла понять, почему ей так неуютно было в этом лесу. Да и ситуация с женитьбой была просто чудовищная, а про то, что они могут обнаружить под землёй, она старалась даже не думать.

– Чего она в ночь усвистала? – После некоторых размышлений спросил мужчина.

– Я не знаю, я спала. – Пожала плечами Лиза. – Я уходила спать она, наверное, была ещё среди гостей, а когда проснулась, то Юлю уже все искали.

– А что ж ты мне тогда голову-то морочишь? – Зло спросил Дмитрий Антонович.

Но этот разговор прервался звуком шагов и голосами, которые стали слышны через некоторое время.

– …Паша, я на себя трапецию надену, карабинами цепляем за неё, – разматывая на ходу верёвку, сказал Данила, – давай вот вокруг этого дерева обвяжем и закрепимся. Ну а дальше держать нужно.

Данила готовый к спуску резко выдохнул, закусил губу и включив налобный фонарь сделал шаг во тьму. В носу неприятно защипало, под руками скользила влажная земля, ноги катились по осыпающемуся грунту. Данила спустился до узкого лаза и наклонился, чтобы посмотреть что за ним.

Мужчина просунул голову, поводил фонариком и через мгновенье, скудный луч высветил небольшое подземное озерцо, посреди которого на каком-то возвышении лежала Юля, почти полностью погружённая в воду. Данила всмотрелся в синюшные губы, полуприкрытые глаза, и неестественную позу женщины. Он невольно сжал кулак, покачал головой и выдохнул. Ему было всё ясно. Данила выбрался наружу, хлебнул сырой воздух и оглядел присутствующих.

– Ну что? Что ты молчишь? Там она? – Лиза подскочила к нему.

Данила покивал, участковый посмотрел на него и зло сплюнул на землю.

– Там! – Бесцветно проговорил Данила.

– Как она? Замёрзла совсем, наверное. Постой, а почему ты не помог ей выбраться? – Лиза замерла. – Она ранена?

Данила взял Лизу за плечи, посмотрел ей в глаза и тихо произнёс.

– Она мертва!

– Ты что такое городишь? – Лиза вырвалась и побежала ко входу в пещеру. – Да вы обалдели тут сидеть? Что вы ничего не делаете? – Кричала она, развернувшись к ним, потом махнула рукой и рванула к проходу.

Данила подскочил сбоку, поймал девушку за талию, и прижал к себе. Лиза плакала и отбивалась, но мужчина крепко обхватил её и притянул голову к себе, что-то тихо приговаривая.

– Уверен? – Спросил участковый.

– Да! – Утвердительно кивнул Данила. – Опыт есть, понимаю.

– Придётся в район звонить. Тьфу ты, похлебал борща калошей через ерёмкину мать. – Витиевато выразился участковый. – Там же сейчас какая-то следственная группа работает из города, у нас тут женщины некоторое время назад пропадали. – Участковый замолчал и поднял глаза на Данилу. – Не, – он помотал головой, – это ж за пятьдесят километров отсюда было! – Пасечников встал с камней, держась за поясницу. Он достал телефон, покрутился вокруг своей оси, но связь не появлялась. – Ребятки у меня аппарат слабенький, у кого связь тута словит?

Одной рукой Данила покопался в кармане, всё ещё прижимая к себе притихшую Лизу и достал телефон.

– Диктуйте номер. У меня спутниковый, везде берёт.

– Погляди сам, цифры мелкие не увижу. Там Ласточкин фамилия.

По лесу прокатился стремительный порыв ветра, стряхнул с ветвей воду, ухнул со стоном в проём пещеры и внизу послышался какой-то шум.

– Что это? – Встрепенулась Лиза.

– Не знаю. А Паша где? – Удивился Данила.

– Да здесь был только что! – Лиза огляделась; затихающий лес готовился ко сну, звуки стали слышны чётче, судороги ветра успокаивались и вдалеке показалась фигура Павла. – Вон же он!

– Алё? А кто это? А, Тимохин, здорово. Это Пасечников. Слушай, у меня тут женщина пропала. – Он замолчал. – Да не тараторь, я их, что ли, теряю. Короче, нашлась она, но в пещере и говорят без признаков жизни. Не, я, что ль, должен сам скакать по лесам и весям, а вы там жопу свою отсиживать будете и указания мне давать. Эти городские смотреть поедут? Через Еремкину мать в дышло тебя. Кино приедут глядеть? На труп наш поедут смотреть? Или чего мне с ним делать? Нам её одним-то не поднять! Ну, давай звони на ентот номер, мой не пашет здесь.

Павел шумно бежал по лесу, держа в руке яркую розовую ветровку.

– Нашёл, нашёл! Смотрите! – Паша потряс курткой. – Может быть, это её?

– Чудак человек! – Всплеснул руками участковый. – Ну, что ты её руками-то заляпал. А если это улика?

– Какая улика? – Павел замер на месте.

– Юлия там, – Данила кивнул в стороны пещеры. – Она мертва!

Раздалась трель телефонного звонка и Пасечников схватил трубку.

– На проводе! – Участковый выпрямился, подобрался. – Так точно! Пасечников Дмитрий Антонович. Ну, сюда из района ехать часа полтора, не меньше. Так точно! Буду на месте ждать. – Он повесил трубку и зло обронил. – Ну, можете идти, а я покамест, буду здесь эти камни охранять, видимо, чтоб их злоумышленники не унесли. Как приедут, проводите их кто-нибудь сюды. Бабка моя щей наварганила, а я как сыч сидеть здесь буду.

Данила огляделся и задумчиво цокнул языком.

– Давайте так сделаем! Я сейчас провожу Лизу к дому, вернусь сюда на своей машине. Авто у меня подготовлено для походов. А то мы здесь без света и хорошей лебёдки не справимся. Паша пока останься здесь, а то Дмитрий Антонович совсем без связи будет. Я свой аппарат тебе оставлю. – Сказал Данила.

– Как же так? А ты как понял, что она, ну это, того? – Паша грыз ногти и старался не смотреть в ту сторону, где под грудой камней была Юлия.

– У меня есть медицинское образование, – коротко сказал Данила. – Мы пошли! Нужно сообщить остальным, я скоро приеду. Ты готова? – Посмотрел он на Лизу.

Девушка молча пошла вперёд. Через минуту они углубились в лесную чащу, темнота уже скрадывала всё пространство, и только лёгкий дождь нарушал тишину.

– Это какой-то кошмар! – Лиза пожала плечами. – Я её сто лет знаю, – девушка споткнулась и замолчала, – знала. А ты?

– Это друзья сестры, точнее, она когда-то с Юлией работала. У Красуцкого же ещё сеть салонов красоты была, вот она там управляющей трудилась, Юля пристроила.

– Понятно. А чего ты тогда не уехал с сестрой, раз здесь её друзья? – Спросила Лиза, нервно оглядываясь по сторонам.

– Из-за тебя! – Данила взял её за руку и остановился. – Увидел и понял, что всё, обратного хода нет. Видишь даже на что пошёл, против твоей воли женился на тебе.

– Я всё ещё надеялась, что это тупая шутка? – Лиза отступила на шаг. – Нас вчера реально расписали?

Данила покивал и показал рукой вперёд, предлагая идти дальше.

– Если бы не сегодняшние события, я бы, я бы, – Лиза сжала кулаки, – пока не знаю, что сделала, но месть моя была бы страшной. Пошли уже, теперь какую-то кучу документов переделывать. Я хоть фамилию твою не взяла?

– Взяла, – тихо ответил Данила.

– У меня нет комментариев. И какая у меня теперь фамилия? – Зло спросила девушка.

– Морозова. – Отозвался Данила.

– Зашибись. Это мне чтобы развестись, теперь паспорт сначала поменять надо, потом все документы, развестись и ещё раз всю эту процедуру проделать. Моя благодарность не заставит себя долго ждать! – Добавила она.

Впереди замаячили освещённые окна дома. Поднявшись со стороны веранды Данила и Лиза тихо вошли внутрь. Соня сновала на кухне, а в столовой сидели Антонина, Зинаида и Тася с Сережей.

– Где Анатолий Данилович? – Спросила Лиза.

– Плохо ему совсем стало, пришлось «скорую» вызвать. Там машина у них не проехала, – мама Лизы покачала головой, – короче, врачи с носилками сюда прибежали и унесли его. Мы хотели с ним ехать, но Ася вызвалась. Что Юля? Есть хоть какие-то вести? – Протараторила Антонина.

– Нашли, – кивнул Данила, – но, возможно, это и к лучшему, что Алексея Даниловича в больницу увезли. Юля мертва!

– Офигеть дипломат! – Зашипела Лиза.

Присутствующие захлебнулись общим вздохом.

– Как же так? Как случилось? Этого просто не может быть! – Понеслось со всех сторон.

Лиза подошла к матери, погладила её по голове и присела рядом.

– Мама сейчас не до сантиментов. Нужно собрать волю в кулак и помочь всем не раскиснуть. Сейчас приедет полиция, со всем разберутся, мы закроем здесь всё и тоже отправимся домой. Я пойду попрошу Соню поесть что-нибудь приготовить, а то там участковый совсем голодный.

Стараясь оставаться спокойной, девушка отправилась искать кухарку. В маленькой подсобке кипел чайник, а Соня сидела возле окошка и смотрела на улицу.

– Соня? Вы здесь? – Позвала девушка женщину. – Вы могли бы кофе или чай в термос налить и собрать еды какой-нибудь.

– Хорошо. – Женщина сразу засуетилась по хозяйству. – Хорошо, что дело появилось, а то сижу как квашня, прям всё из рук валится. А Юля-то нашлась?

– Да. Она умерла! – Каким-то севшим голосом сказала Лиза.

Кухарка застыла посередине кухни, потом покивала и продолжила какие-то механические движения. Наклонив голову под низкой притолокой, в подсобку вошёл Данила.

– Я поехал.

– Ты понял, как добраться? – Лиза поглядела на мужчину.

– Да, я там геоточку поставил. Сейчас загрузил. Хорошо что недалеко дорога проходит.

– Погоди. Я попросила еды сделать. И если честно я тоже не представляю, как туда проехать.

– Там дорога прямо сбоку лесная проходит, только выезжать надо налево. – Данила открыл навигатор и стал показывать путь.

– Может я за тобой поеду? Потом вернусь так же.

– Почти стемнело, что ты там увидишь? Навигатор покажет, куда ехать.

Лиза вышла в коридор и позвала его за собой.

– Не могу здесь оставаться, правда, не могу. Эти стоны меня добьют!

– Тогда конечно. Только ты на своей машине, чтобы вернуться. А мы там пока лебёдку размотаем, надо крепления наладить ещё.

Вскоре два внедорожника выехали из основных ворот, машины свернули в лес, распугали фарами вечернюю тьму и через некоторое время были на месте.

– Ну что? – Поднялся участковый им навстречу.

– Пока не звонили. Садитесь в машину погрейтесь, Лиза еды привезла вам. – Он кивнул на сиденье рядом с собой. – Паша залезай назад. Говорят, там дорогу развезло сильно, сейчас «скорая» приезжала, так они пешком до дома шли.

– Что случилось? – Паша застыл на месте.

– Красуцкому плохо стало, он пока даже не знает про Юлю. – Ответила Лиза, забираясь на место рядом с Павлом. – Давайте покормлю вас и поеду обратно.

– Ох, чувствую в этой темени, мы всю ночь проваландаемся. Разрешите телефончик, я жене наберу. Волнуется ведь баба. – Вздохнул участковый. – О, звонят! Алё! Где вы? В доме уже? Ну ждите, сейчас за вами приедет барышня.

– Быстро они! Надо было мне на месте оставаться. – Лиза выскочила из машины, и уже хотела сесть за руль своей, но Данила остановил её.

– Поезжай, пожалуйста, аккуратно! – Он взял её за руку.

– Откуда такая забота? – Фыркнула девушка.

Вместо ответа Данила резко наклонился к ней, поцеловал и сразу отошёл.

– Придурок! – Процедила она сквозь зубы и села за руль.

Опасаясь быстро ехать в темноте и на незнакомой местности, Лиза медленно плелась, всматриваясь в дорогу. До ворот дома уже было недалёко, как её внимание отвлекло какое-то движение сбоку. Она чётко на мгновение увидела, что из-за камня выглянул человек и снова скрылся. Остановив машину, девушка огляделась. Пространство за скальной грядой было не видно, но всё же, если там кто-то прячется, она сможет его рассмотреть. Вдруг её телефон зазвонил.

– Алло мама. А кто это? – Девушка услышала незнакомый голос.

– Капитан полиции. Я попросил у вашей мамы телефон, и мы ждём на веранде. Где вы? – Послышался мужской голос в ответ.

– Я уже почти к вам подъехала. Я в лесу. Выходите за ворота, я стою напротив большого валуна, а за ним вроде прячется человек. Я его ловить не пойду, и подъехать к нему не получается, могу только постоять и последить кто это, если он оттуда выйдет. – Лиза тщетно пыталась увидеть хоть какое-то движение в темноте.

– Никому не открывайте дверь машины, только мне! Вам понятно?!

– Да, да. Давайте быстрее.

Она нажала на кнопку отбоя и осталась наедине с человеком, который прятался за камнем. Движение среди веток заставило её напрячь зрение, вдруг она увидела, что человек вышел на открытую местность и стоя прямо напротив машины смотрел на неё. Всё это длилось не больше десяти секунд, но казалось что час. Елизавета судорожно открыла функцию камеры на мобильнике и, резко подняв телефон, ухватила фигуру человека в объектив, а затем нажала кнопку спуска фотоаппарата. Незнакомец стоял не двигаясь, его было плохо видно, но по фигуре было понятно, что это мужчина, притом высокий, капюшон куртки скрывал лицо, и цвет одежды сливался с темнотой. Он покачал головой и развернувшись стал углубляться в лес. Первым её желанием было кинуться за ним, но, к счастью, здравый смысл победил. Опомнившись, она снова набрала номер мамы.

– Ну, где же вы? Он ушёл, точнее, только что ушёл.

– Елизавета, я уже вижу ваш автомобиль. Открывайте дверь!

Лиза машинально потянулась к ручке дверцы, повернула голову и близко увидела того, кто минуту назад углубился в лес. Мужчина, стоявший с другой стороны, дёрнул за дверь, ударил по стеклу и сказал:

– Открывай, открой, пожалуйста, – отчётливо услышала Елизавета и поняла, что всё это время она говорила с ним.

Девушка бросила телефон, развернула машину, откинув человека на хвойную подстилку и понеслась вперёд к дому.

– Ты зря это сделала! – Услышала она голос в телефоне.

Не отрывая руки от сигнала, девушка подлетела к парковке и увидела, что навстречу уже бегут люди. Лиза вывались из машины, она всё время испуганно оглядывалась на тёмную громаду леса, где прятался человек и сбивчиво объясняла произошедшее.

– Мне мама звонила, когда вы только подъехали к дому. Может быть, он прятался где-то рядом, а мама могла запросто телефон на улице оставить. – Лиза развела руками. – Вот он и украл его. – Лиза выдохнула. – Послушайте, в доме одни женщины и Серёжа с этим ни хрена не говорящим по-русски итальянцем. Можно здесь кого-то оставить, меня очень пугает всё происходящее.

– Меня тоже! – Поделился с ней мужчина, – Человечка, конечно, оставим. Как же он так незаметно здесь ходит! – Задумчиво произнёс он. – Хотя по темноте одно удовольствие. Вот зачем им дом в такой глуши? Меня уже ввели в курс здешних событий.

– Не знаю зачем им дом здесь. Прихоть такая! – Раздражённо сказала Лиза. – Давайте решать кто останется и поедем. Они, между прочим, тоже там одни в машине сидят и не знают, что со мной произошло. – Лиза набрала номер Данилы. – Закройте все двери! Потому что! Напали на меня! Всё хорошо, я уже с полицией общаюсь. Едем.

– Иван Гаврилович, – представился Ласточкин, – я из следственного комитета, а не из полиции.

– А вы знаете мне, вообще, всё равно! Главное, найдите этого человека, который меня пугал. И теперь я думаю, что это именно он убил Юлю! – Твёрдо сказала Лиза.

– А вы уже установили, что это убийство? – Удивлённо поднял брови Ласточкин.

– Слушайте, хватит демагогии. Поехали на место. – Лиза села за руль и смотрела, как Ласточкин подзывает к себе остальных и даёт короткие указания.

Лиза глянула на кончики своих пальцев и увидела, что они подрагивают, в горле катался комок каких-то слёз и почему-то обиды, а сердце стучало в висках. После того как люди на улице посовещались, один из его подчинённых пошёл к дому, а к машине направились остальные.

– Здрасьте! – Послышалось с заднего сидения, и Лиза обернулась на голос. Ей улыбался молодой веснушчатый паренёк.

– Добрый вечер!

– Ну что, поехали? – Спросил Ласточкин, когда все, наконец, расселись по местам.

Лиза молча завела мотор и вырулила на дорогу. Она подъехала к тому камню, где произошла странная встреча.

– Что это? – Девушка вгляделась в освещаемое фарами пространство. – Смотрите.

Сверху на валуне лежал мобильный телефон.

– Это мамин вроде. – Лиза посмотрела на Ласточкина.

– Ну сейчас увидим. Зинченко твой выход, ты криминалист или я? – Развернулся Ласточкин к мужчине с длинным печальным лицом.

– С утра я был, как и тридцать долгих лет до сего дня. – Криминалист вышел из машины и достал телефон. – Телефон красный, заставка рыбка золотая. Ваш? – Спросил он, подойдя к Лизе.

Лиза покивала. Зинченко вздохнул, складки на его лбу между бровей стали ещё глубже, а взгляд печальнее.

– Ну, чё сели-то? – Он всунул лицо в приоткрытое окно. – Выходим, берём фонарики и осматриваем местность. Если здесь кто-то и бродил, то, наверное, он здесь и наследил! Не видно, правда, ни хрена. – Покачал головой Мстислав и побрёл вперёд, водя перед собой лучом фонаря.

Выйдя из машины, девушка огляделась, она смотрела, как со всех сторон валуна ходят люди. Вдруг позади себя она услышала треск ветки в лесу. Лиза развернулась и стала светить перед собой, луч фонаря метался по лапам елей, обломанным и сухим веткам осины и пожухлой траве.

– Что такое? – Спросил Ласточкин, подойдя к ней.

– Будто кто-то есть.

– Здесь много кто есть, это же лес. – Ласточкин кивнул на машину. – Сядьте обратно. Мы тоже закончили. Поехали.

Через несколько минут они оказались на месте. Данила выскочил навстречу, подбежал к Лизе и схватил её за плечи.

– Что значит напали? Как это случилось? Ты цела? – Он ощупывал её и тревожно вглядывался в лицо.

– Данила, ты как-то увлёкся своей новой ролью! Не стоит так стараться, считай, что ты не прошёл кастинг, а уведомление о расторжении я тебе вышлю сразу по приезде в город. Так что убери от меня руки! – Прошипела Лиза и пошла к людям, собравшимся у входа в пещеру.

– Кто тело обнаружил? – Спросил Ласточкин у участкового. – Это Мстислав Зинченко криминалист, Вася Потёмкин, – он указал на улыбчивого веснушчатого парня, – и Юра Береговой – оперативники. Второй оперативник был угрюм, высок и широк в плечах.

– Я спускался в пещеру. Подготовка есть, я альпинист, но в спусках под землю тоже участвовал, поэтому пошёл я. Там лаз очень узкий, небольшое подземное озеро, она плавает там или лежит на чём-то, я не понял. – Данила поздоровался за руку с каждым из членов следственной группы.

– Темень-то какая! – Развёл руками Ласточкин, – что же я должен здесь увидеть. Так, а кроме вот добровольного помощника, кто-нибудь у нас подготовленный ещё есть? Точнее, кто с ним пойдёт на место обнаружения тела? – Ласточкин оглядел молчаливых людей. – Что-то я не вижу леса рук. Олег Арсеньевич, что ты там копаешься? – Крикнул он возившемуся у машины судмедэксперту.

Смирновский подошёл к ним и вопросительно взглянул на Ласточкина.

– Слушайте, там пролезут разве что двое. И то её надо как-то закрепить и вытащить наружу. Там ступить-то негде, не то что тело осматривать. Я думал, что мы её завернём в одеяла, взятые из дома, лебёдкой подцепим и вытащим. – Сказал Данила.

– Ага, и сразу уничтожим все улики. Правильно, на кой ляд они нам нужны. – Развёл руками Ласточкин.

– А что ты предлагаешь Ваня? – Смирновский похлопал себя по мягким бокам, – прости, но я туда явно не пролезу. Молодой человек всё правильно говорит, извини не всегда обстоятельства позволяют нам сделать всё идеально.

Пока они решали, как спускаться, Паша подошёл к стоя́щей чуть позади Лизы.

– Ты зачем останавливалась? – Спросил он у неё.

– Ох Пашка, так мне страшно было. – Девушка взяла его под руку и прижалась к нему. – Даже ног не чувствовала, когда ехала. Хорошо в доме полицейского оставили, а то я за них переживаю. Сказали им никуда не выходи́ть. Пойдём поближе, послушаем, о чём ребята договорились.

Паша обнял Лизу за талию, и они сделали несколько шагов вперёд.

– Так, давайте решать уже что-то.

Отодвинув судмедэксперта, молчаливый Береговой подошёл к Даниле.

– Закрепляемся и пошли. На месте осмотримся, там видно будет.

– Ок. – Данила глянул на Лизу, перевёл тяжёлый взгляд на обнимавшего её Пашу и последний, почувствовав себя некомфортно, сразу убрал руку. – Лиза, обе машины подгони поближе и нужно как можно больше света. Моя люстра включается на торпеде там кнопка отдельная красная. Паша, а ты иди к лебёдке. Помнишь куда чего включать?

Мужчина утвердительно кивнул и суетливо побежал выполнять распоряжения.

Данила, зацепив крюком от лебёдки свой пояс, крикнул:

– Трави! – И соскользнул ь вниз.

Ласточкин огляделся, присел в машину Лизы, набрал номер телефона и стал ждать.

–Товарищ полковник? Простите, что так поздно. Так в Выселках ещё, только приехали. Да нет, здесь про дороги просто местная администрация никогда не слышала, одна грязь круго́м, не проехать. Не знаю подходит под наш случай или нет, но самое важное, что ещё на одну девушку было совершено нападение. Она хоть и смазано, но сфоткала нападавшего! А труп сейчас поднимем. Да он в пещере. Ну что вы орёте, я же не специально только такие интересные случаи выбираю. Вы мне ещё народу выделите? И это всё? Ну ладно, жду. – Ласточкин повесил трубку. – Куда же деваться от щедрот таких! «У тебя, итак, пол-отделения с собой», – передразнил он начальство и пошёл обратно.

Данила достиг конца прохода и постарался отойти как можно дальше, чтобы освободить место для Берегового. Он осветил спокойную гладь озера и застыл. На поверхности тела Юлии не было.

– Ну чего? Где? – Тяжело дыша и пытаясь удержаться на скользкой поверхности, спросил оперативник.

– Не знаю, – Данила развёл руками. – Это нереально, чтобы она отсюда куда-то делась.

– А точно была-то? – Посветил ему в лицо Береговой.

– Да, точно. Вот смотри! – Данила достал телефон и включил видеозапись, на которой явно было видно плавающее тело девушки.

– А она точно мёртвая то была? – Прицыкнул языком Юра.

– Нет блин, купалась. Дальше смотри. Ты что думаешь, я для коллекции себе снимал. Мне же к ней не подойти было, я лицо приблизил. – В подтверждение его слов лицо девушки высветилось крупным планом, и можно было хорошо рассмотреть синий след на распухшей шее, узкие щёлки остекленевших глаз и запёкшуюся кровь в уголке губ.

– Понял. Беда! Куда же она делась. Утопнуть-то не могла, уйти тоже. Мистика! – Береговой огляделся. – И выход один как я понимаю.

В это время послышался сильный гул, и вода с шумом ушла куда-то вниз, показалось бугристое дно и всё стихло.

– Чё это за чертовщина? – Переглянулись Данила с Береговым.

– Хрен знает, но зато понятно, что труп куда-то смыло! – Береговой кивнул Морозову. – Пошли обратно, задолбало сырость нюхать.

Выбравшись наружу, они обнаружили, что начался ливень и все расселись по машинам. Смотав лебёдку, Данила вернулся на водительское место и спросил Ласточкина, которому тем временем всё разъяснил Береговой:

– Что делать?

– Бегать по лесу и письками махать! – Буркнул Ласточкин и сразу поправился. – Простите не сдержался, у меня к концу второй недели нервы ни к чёрту. Ну что делать, ну возвращаться. – Он потыкал пальцами в тёмное пространство. – Где я вам её искать сейчас буду? Темень вокруг, лес и куда там вода эта сливается, никто не знает. Поехали обратно, утром оглядимся. Это только в кино люди в тёмном лесу что-то находят, а в реальности, кроме светлого пятна фонаря, ни хрена не видно.

Машины тронулись в обратный путь.

Вернувшись в дом, они застали всех присутствующих в бодрствующем состоянии. Напряжение, как видно, нарастало с каждой минутой и как только участники поисков появились на пороге, они были атакованы людьми с расспросами.

– Так, товарищи! – Ласточкин сел за большой обеденный стол. – Я если сразу начну отвечать на все ваши вопросы, то буду сродни бабке на базаре сплетнями торговать. Я лицо официальное, – Иван Гаврилович оглядел присутствующих, – и привык оперировать фактами! А они таковы! Сейчас идёт следствие, а все све́дения – это материалы дела и раскрывать их я не намерен, да и прав не имею.

– А что вы так себя ведёте? – Выступила Зинаида Игнатьевна. – Мы все переживаем, например, мне и Антонине нельзя быть в неведении, это сильно сказываться на нашей сердечно-сосудистой системе и может случиться удар!

Ласточкин вздохнул, ещё раз обвёл глазами пространство и продолжил.

– Итак, поэтому я буду с каждым беседовать в отдельности! И прошу в кулуарах друг с дружкой не обсуждать детали наших разговоров, о чём вы непременно дадите мне письменное согласие. Сейчас прошу выделить мне и моим людям спокойное место как для работы, так и для сна. Ибо завтра с утра мы возобновим поиски пропавшей.

– Как? – Антонина выдохнула. – Но, Лиза… Ты же говорила, что она нашлась.

– Мама, ты слышала, что сказал товарищ из следственного комитета. Я такую расписку уже написала. Я очень устала и хочу в постель! – Лиза опустилась в кресло. – Скажите, а можно уже спать идти.

– Обстановка у вас здесь нервная. – Ласточкин покивал. – Идите, идите, только дверь заприте. Это всех касается. Давайте по спальным местам. И попросите кого-нибудь ответственного мне и моим людям горячее питание организовать, нам ещё поработать надо. С утра всех опросим, потом поисками займёмся. Как же много дел! – Ворчал Ласточкин.

Люди стали разбредаться по комнатам. Ласточкин попросил Потёмкина пройти вместе с Соней и перекрыть на ночь все возможные входы в жилую часть дома.

– Лизонька, меня Зинаида с собой в комнату тащит спать. Страшно ей одной, может ты с нами? – Тихо проговорила Антонина.

– Мама, нет. Я вымоталась до предела. Я иду спать. Двери закрыты, никто меня не тронет.

– Ну, я пойду тогда. Тоже столько переживаний, я про Юлю прямо с ума схожу. – Антонина промокнула глаза и посеменила вверх по лестнице.

Налив себе воды в стакан, Лиза вышла в скрытый сумерками коридор и мыслями вернулась к разговору в машине. Ей было очень неуютно оставаться одной, но и видеть кого-либо сейчас она не могла. Попытки Данилы провести ночь вместе, как он утверждал исключительно для охраны её персоны, она отвергла сразу. Вскоре девушку остановил Ласточкин.

– Не нравится мне, что он телефон стащил и, так сказать, заигрывал с вами. – Мрачно сказал Ласточкин. – Может просто придурок какой-то, а может маньяк. И дом, я смотрю, он неплохо знает, раз мобильник так филигранно стащил. А маньяки они парни такие настырные, пока своего не добьются, ну вот ни в какую не хотят успокаиваться. Короче, делаем так! Один из моих бойцов будет с вами в спальне и раз говорите, что они смежные, то и второй будет рядом. Ну и мы все на связи. Может придёт, и мы его тёпленьким возьмём. Сможете убедительно сыграть? Только никаких разговоров! Пришла, легла спать. Мой пусть тихо в углу сидит.

Лиза в ответ пожала плечами и уронила лишь.

– Да делайте вы что хотите. Моя комната, если по лестнице подняться, то первая по ходу движения слева.

Через некоторое время девушка вошла в свою комнату и увидела, что в углу сидит Береговой Юра. Лиза присела на кровать, и сама не заметила, как у неё отяжелели веки, и она уснула.

***

Ночь прошла спокойно, а утром все обитатели снова встретились в столовой. Ласточкин расхаживал по веранде и очень часто употреблял непечатные выражения. Зинаида Игнатьевна тщательно следила за его передвижениями и после каждого крепкого словечка цокала языком. Тася сидела забившись в угол, а Сергей крутился между кухней и обеденным залом, помогая накрывать на стол. Актриса появилась под руку с итальянским виноделом, печально огляделась, подхватила кофейник и устроилась в гостиной.

– Так, – деловито потёр руки Ласточкин, – не пришлют нам подмогу, как минимум до завтра. В городе усиление! Похоже, ко всем бедам на район надвигается наводнение. – Он замолчал на секунду. – Ночь прошла вроде тихо, глядишь и потерявшуюся найдём. Добровольцы есть? – Посмотрев на кислые и невыспавшиеся лица собравшихся, Ласточкин покивал. – Сразу скажу, что прочешем лес для видимости. Она наверх, как мне кажется, выбраться не могла. Но ни один водолаз сейчас не попрёт под воду. Эти дожди таких дел натворили, что русло вообще непонятно чем загажено. Только давайте кофе попьём, а то прямо как-то не с руки без кофеина по лесу бегать.

Спустя полчаса из дома выдвинулась небольшая группа людей. На веранде они разделились и вошли в лес с двух сторон.

– А может на берегу озера посмотреть? – Лиза обернулась к шедшему позади неё Даниле и Ласточкину. – И Паша ветровку Юлину нашёл в том направлении.

– Тьфу ты, телефон у Юрки в кармане забыл. – Похлопал себя по куртке Ласточкин. – Идите тогда на озеро смотрите, а я за телефоном схожу. Они, я полагаю, параллельно нам идут?

– Да. – Данила показал в сторону, где шла дорога. – Но, мобильные здесь ловят плохо.

– У нас всё в последнее время плохо, – махнул рукой Ласточкин. – И мобильник ловит плохо, и преступники тоже ловятся плохо. Идите, я догоню!

Обойдя небольшой холм, в котором и был вход в пещеру, Данила и Лиза углубились в лесной массив. Редкие сосновые деревья остались позади, и вскоре начался бурелом еловых лап, перевитый полосами сухостоя и изломанными скелетами лежащих деревьев. Молодые люди перебирались через поваленные стволы, ныряли под густые заросли, продирались сквозь толщу ветвей.

– Лиза, не отходи от меня далеко. – Сказал Данила.

– Сама решу, что мне делать. – Буркнула она в ответ. – Ну вот смотри. Там пещера, здесь озеро, явно что вода сливается сюда! Точно!

Впереди плескалась ширь водоёма, вода которого была холодного стального цвета. Береговая линия почти сразу обрывалась и от этого многие деревья падали и врастали ветвями в илистое дно, образовывая небольшие запруды и преграждали путь вывороченными корнями.

– Здесь просто невозможно идти. Плохая затея. – В раздражении сказала Елизавета, споткнувшись в очередной раз.

– Давай пройдём ещё этот участок и потом обратно. Как спала?

– Всё ждала, когда ты притащишься меня охранять! – Съязвила Лиза. – Спала как убитая! – Она замолчала. – Хотя сейчас это плохое сравнение.

– Я ночевал под твоей дверью, в ванной комнате. – Обронил Данила и ушёл чуть вперёд.

– А-а-а-а. То-то я думаю такая назойливость в воздухе прям разлита была. Теперь понятно. – Девушка резко остановилась. – Погоди! – Позвала она Данилу. – Смотри!

Здесь деревья были навалены целой грудой и переплетены так тесно, что создавалось некое подобие помоста и вот на самом его краю лежал синий рюкзак.

– Её сумка? – Спросил Данила.

– Не знаю. – Лиза пожала плечами и ступила на шаткую поверхность.

– Подожди, я попробую Ивану Гавриловичу позвонить.

Пока Данила набирал номер Ласточкина и разговаривал с ним, девушка быстро дошла до того места, где стоял рюкзак.

– Да, да, прямо в лес и сразу налево, мы здесь на берегу… Прервалось, но я надеюсь, они меня услышали. – Прокричал Данила. – Ты куда? – Ахнул он, когда увидел, что Лиза стоит поверх этой ненадёжной природной конструкции, а вокруг плещется холодная вода. – Возвращайся, пожалуйста. – Мужчина видел, как нагоняемые ветром мелкие волны просачиваются вверх. – Лиза, это не шутки!

– Смотри, в доме свет включили. Хм, что за люди. Сказали же не разбредаться, а на втором этаже кто-то есть.

– Почему ты так думаешь? – Данила стал осторожно продвигаться к ней, видя, что она игнорирует его предупреждения.

– Несмотря на день в доме как-то очень темно. На веранде свет горел с самого утра, а на втором этаже зажгли сейчас. – Она замолчала. – Я надеюсь, что это кто-то из своих.

– Слушай, ну там двое мужчин! Один из них полицейский. Возможно, кто-нибудь из женщин решил, что надо что-то в комнате взять и их сопровождают. Не переживай. – Данила с тревогой наблюдал за ней.

– Но, по-моему, это нежилая часть. Ты хорошо видишь?

– Да.

– Смотри! Там вроде кто-то ходит, вон идёт в сторону леса. – Лиза напряжённо всматривалась в видимый отсюда участок территории усадьбы.

– Да. Точно. Мужчина.

Вдруг свет стал загораться во всех жилых комнатах и на лестнице.

– Данила, там точно что-то случилось! – С этими словами Лиза отступила и провалилась через расступившиеся ветви.

Гибкий помост пропускал её всё дальше, она попыталась кричать, но лишь наглоталась вода. Смертельный танец водоворота клубился вокруг пузырьками воздуха, и не давал девушке выбраться. Но даже если бы ей это удалось, она не смогла бы прорваться наверх из-за намокших, толстых прутьев, которые легко возвращались на прежнее место туда, где она только что стояла на поверхности.

Теряющая сознание девушка прекрасно понимала, что воздуха в лёгких остаётся совсем немного и выхода нет. Она отчаянно попыталась поплыть в том направлении, где по её мнению заканчивался помост, но не могла понять в какой это стороне. Голова закружилась, и последнее воспоминание улетело вместе с завихрениями зеленоватой воды.

Данила, опешивший на секунду, рванул вперёд на то место, где только что стояла Лиза. Он попытался нырнуть за ней, но помост сложился новым узором и толщу древесины было не прожать.

– Данила, что случилось? – Юра Береговой бежал впереди, за ним еле поспевал, грузный Ласточкин.

– Лиза оступилась и упала. Нож, топор, что-то есть? – Данила махнул рукой и нырнул в озеро.

– Куда? – Береговой рванул за ним, но остановился. – Да куда же он?

Данила тем временем в слегка мутной воде старался рассмотреть, куда предположительно могла упасть девушка. Он пытался разжать руками эту чёрную клетку из утонувших деревьев, рычал словно обезумевший зверь, но не мог прорваться вперёд даже на миллиметр. Мужчина вынырнул, набрал воздуха и снова стремительно ушёл вниз, но на всём обозримом пространстве был только непролазный бурелом.

– Куда же ты кинулся, дурной? – Закричал Ласточкин, как только над водой показалась голова Данилы.

– Я не смог найти Лизу, она провалилась. – Еле переводя дух, сказал Данила. – Я хочу найти её, не могу не найти.

– Данила, боюсь, что уже поздно. С того времени как мы бежали на помощь, прошло минут десять, ты, скорее всего, её не найдёшь. – Береговой ухватил Данилу за руку. – Вылазь давай!

– Нет, я ещё раз. Я так не могу. Я должен её найти! Отправь кого-то в дом, походу там что-то произошло. – С этими словами он набрал воздух и снова ушёл под воду.

***

Водоворот утягивал ко дну бесчувственное тело Лизы, но путь стремительному и гибельному потоку преградил лежащий ствол дерева и девушку перекинуло через него. От удара она пришла в себя, отчаянно закрутила головой и боковым зрением зацепилась за кучу ветвей, которые лежали уже на берегу, но слой был настолько плотный, что выбраться через него не представлялось возможным. Лиза сделала стремительный выпад, схватилась за висящие прутья и прижалась к ним лицом, делая надрывные вдохи. Она увидела, что здесь же можно проползти и попасть в небольшой грот, который не был затоплен. Страх подгонял её, девушка изо всех сил ползла вперёд, перегнулась в пахнущее сыростью нутро земли и провалилась в неизвестность.

Она очнулась полулёжа в воде и вязком иле, темнота вокруг чуть подсвечивалась сквозь отверстие в потолке грота. Лиза трясущимися руками схватилась за стены и попыталась встать, но под ногами не было твёрдой земли, и она съехала обратно в жижу, накопившуюся на дне. Вокруг была тишина и только слышно было плесканье волн. Девушка была на грани отчаяния, она не понимала, куда она попала и как ей теперь выбираться. Лиза поняла, что не рассчитала, и яма была слишком глубокой для того, чтобы она могла выбраться самостоятельно. Лиза была в ловушке и с ужасом думала о том, что для того чтобы спастись, ей придётся снова пройти через этот кошмар. Ощупав руками стенки грота, девушка встала во весь рост, но поняла, что даже так дотянуться до отверстия в потолке будет нереально. Она ухватилась за какую-то траву, что свисала со стены, но растение мгновенно оборвалось, и девушка снова упала в земляную жижу. Почувствовав, что острая боль обожгла руку, она застонала. В темноте было не разглядеть, обо что она поранилась и насколько глубоко, но, судя по всему, повреждение было серьёзным. Присев на маленький сухой островок, ощупав пальцами края иссечённой кожи, она стиснула зубы от боли.

– Помогите, – крикнула она, но земля поглотила этот призыв и он, ударившись о глухие стены, разбился о воду. – Что же делать? – Сама у себя спросила девушка. Она стянула мокрую ветровку, которая всё равно теперь только мешала, оторвала край футболки и прополоскав его перетянула руку. Боль была очень сильной, но кровотечение удалось остановить. Елизавета опустила руку в жидкую грязь и попыталась понять обо что она могла так распороть кожу. Пальцы нащупали твёрдую круглую поверхность, и через секунду Лиза вытянула длинную железную палку и поняла, что это шанс дать о себе знать!

***

Данила всё ещё держался за край помоста и вытирал лицо от воды, он бешено водил глазами по ребристой от ветра поверхности водоёма, но нигде не было даже намёка на присутствие человека в озере.

– Данила, не дури! Вылезай! Ну не найдёшь ты её! Двадцать минут без воздуха невозможно. А если у тебя дыхалки не хватит, то и тебя ещё искать будем. Жабры-то не отрастил. Данила, будь мужиком. – Ласточкин схватил его за руку и дал знак Береговому, помочь вытащить Данилу.

Мужчина поддался на уговоры, тяжело перевалился через край помоста и остался лежать. Так не могло быть, просто не могло. Встретить ту, ради которой хочется встречать новый день, обнимать небосвод и совершать подвиги и тут же потерять. Так не бывает!

Ласточкин с Береговым стояли над ним в полной нерешительности. Бездействовать сейчас было чудовищно, но и без конца нырять глупо. Вода была холодная, ветер гнал волны, а искать тело по всей акватории сейчас не было возможности.

Морозов поднялся на колени, сел и стал отрешённо смотреть перед собой. Вдруг Данила уловил, что в конце помоста сквозь ветви что-то пробивается. Ласточкин увидел, как изменилось лицо мужчины и проследил его взгляд. Там куда он смотрел, сквозь валежник толчок за толчком пробивалось что-то мохнатое, испачканное в земле и это нечто упорно прокладывало себе дорогу. Пока, наконец, наверх не вырвался клубок какой-то грязи на конце длинной палки. Когда они подбежали к этому месту, то услышали приглушённый крик.

– Я здесь, – еле слышно доносилось из-под земли. – Помогите мне.

– Это Лиза, – встряхнулся Данила и готов бы, кинутся вниз.

– Стоять. – Ласточкин снова перехватил его. – Это просто невозможно, я не могу тебя всё время держать. – Он лёг на землю. – Мы сейчас сообразим, как вытащить вас.

– Давайте быстрее, вода прибывает. Уже по колено. – Плачущим голосом проговорила Лиза.

Ласточкин поднялся и увидел, что Данила и Береговой быстро скидывают брюки и ремни, связывают их вместе.

– Я кину свою куртку, одень её на голову, чтобы не поранится, когда будем тебя вытаскивать. – Ласточкин скомкал кожанку и метнул её вниз.

– Пожалуйста, быстрее, меня скоро затопит!

Лиза сидела на самом высоком месте, но вода, начавшая вдруг прибывать, заливалась через край грота и уже плескалась возле её талии. Девушка делала отчаянные попытки допрыгнуть и уцепиться за потолок, сплетённый из прутьев, но тщетно. Ласточкин сверху ломал неподатливую древесину, и через минуту появилась голова Данилы. Он максимально свесился в расширенное отверстие и спустил Лизе импровизированную верёвку.

– Застегни ремень на поясе и обмотай брюками руки. Голову курткой накрой обязательно!

Вместе с его словами в грот залилась новая порция вода и Лизу затопило почти по шею.

Данила резко вскочил и закричал.

– Быстро вытаскиваем. Ласточкин, страхуешь её. Поехали!

Ремень впился в локти, сдавил талию, куртка спасла лицо и голову, но открытый живот, спина и рука, прикрывающая повреждённую руку, испытали на себе глубокий пилинг жёсткими корнями травы, лесной подстилкой, землёй и обломками прутьев.

– Второй раз тебя обретаю, и опять ты вымазана грязью так, что не узнать. – Данила аккуратно подхватил её на руки, и обессиленная девушка даже не пыталась сопротивляться.

– Палку возьмите с собой, которой я подавала сигнал. И рюкзак не забудьте.

– Палка-то тебе зачем? – Удивился Данила.

– Посмотри на неё внимательно, такие вещи просто так не валяются у нас в лесах! Как же болит. – Лиза отняла руку от раны на предплечье, футболка вмиг набухла кровью, и в её затухающем сознании мелькнула спасительная мысль, что она рада тому, что о ней есть кому позаботиться.

– Заполошная девица! – Буркнул Ласточкин. – Пошли быстрее.

Им навстречу уже мчалась машина из дома и через минуту бесчувственную Лизу поместили на заднее сиденье, Данила положил её голову себе на колени, и они отправились в усадьбу.

Морозов занёс Лизу на руках в дом, окликнул Смирновского, и они вдвоём сразу поднялись в комнату, минуя столовую, где их ждали остальные. Разговоры с родственниками на себя взял Ласточкин. А Вася Потёмкин и Юра Береговой ушли вновь обследовать территорию. Пасечников подошёл к Зинченко.

– О, тебе мил человек это просили передать! – Он отдал палку, о которую поранилась Лиза и устало разогнул спину. – Половину этого леса исползали, ну вот как сквозь землю…ай, – он махнул рукой, – и вправду сквозь.

В этот момент он увидел, что к лестнице, ведущей наверх семенит Антонина.

– А вы этой куда? – Пасечников еле успел перехватить её.

– Я хочу увидеть свою дочь! – Отняла руку у участкового женщина.

– У неё там, – Дмитрий Антонович задумался, как бы ему отвадить Антонину от попытки пройти наверх, – интим!

– Что? – Антонина попятилась.

– А что! Дело молодое! – Участковый снова взял её за руку, – идёмте дама, идёмте.

Столовая жужжала разговорами как рой, больше всего слышен был голос Зинаиды, что ужасно раздражало Ласточкина, который тщетно пытался дозвониться до начальства.

– Мне всё это надоело! – Актриса Анна Смолина вскинула голову. – Я всё чёртово утро торчу здесь! Мне не выйти во двор, не выпить вина́, не вернуться в комнату. Я хочу домой! Это я могу сделать?

– Да как? – Вспылила Зинаида. – Речка вышла из берегов, все подъезды затоплены, и когда закончится этот чёртов дождь, не знает никто. Но нам точно нужно уезжать. Товарищи полицейские, давайте нас эвакуируем отсюда!

– Как? – Ласточкин устало присел и посмотрел на сновавшую между ними Соню. – Милая, сделай мне чаю покрепче. Была бы у меня возможность, я первый, сверкая пятками, убежал, ненавижу я эти лесные приключения с оголодавшими комарами.

На пороге появился Зинченко и кивнул Ласточкину, приглашая пойти за собой.

– Так, всё! Мне это надоело! Энрико, пошли со мной. – Тихо сказала Анна и вышла за дверь. – Развели диктатуру. Уроды. Пойдём, опустошим подвалы Красуцкого, – шёпотом добавила она, – а то я скоро не выдержу.

Итальянец молча последовал за ней, испуганно оглядываясь по сторонам. На помощь себе он призывал уже всех богов в которых верил, но они, по всей видимости, не спешили за ним в русскую глубинку.

Когда Лиза пришла в себя, она обнаружила, что лежит на кровати. Девушка поморщилась от боли, когда пошевелилась и тут же увидела, что проснулся дремлющий в кресле Данила.

– Что случилось? Плохо? – Он встревоженно посмотрел на неё.

– Всё хорошо. Ночь уже?

– Да. – Мужчина покивал. – Есть хочешь?

Лиза прислушалась к своим ощущениям.

– Мне кажется очень.

Данила подхватил со стола поднос и поставил его на кровать рядом с девушкой.

– Мама твоя принесла. Вид у неё какой-то странный был.

– А где она? – Лиза дрожащими руками взяла бутерброд.

– Не волнуйся, Ласточкин никого без присмотра не оставил. Мама, Зинаида и Тася с Сережей спят в гостиной под охраной Юры Берегового. – Рука болит?

– Ещё у меня болит всё тело, сознание, мозг, и я не понимаю, как я могла попасть в такую передрягу. А ещё разрывается сердце за Юлю. Что с ней случилось? – Лиза почувствовала жуткую слабость и откинувшись на подушках, посмотрела на Данилу. – Спасибо тебе, что ты спас меня. Там было страшно так, что я сейчас даже боюсь вспоминать. – Лиза помолчала. – Что полиция предполагает делать?

– Не знаю, но подмогу на поиски точно не пришлют. Всё воедино сошлось. В город какие-то важные шишки приехали, там усиление. А у нас может пойти речь об эвакуации целого района, выше по течению реки дожди похлеще, чем здесь. Всё затопило, ни пройти, ни проехать. – Данила убрал поднос и укрыл Лизу ещё одним пледом. – Не холодно?

– Нет. Давай спать, я уже еле говорю. – Она задумалась. – Ты что в кресле собираешься ночевать?

– Или на полу. Не волнуйся, я разберусь.

Лиза помолчала, окинула себя взглядом под одеялом, поплотнее укуталась и приподняла плед.

– Иди ложись. Только не надумай себе что-то! Во-первых, с тобой явно будет теплее, во-вторых, я не буду терзаться стыдом, что человек, спасший мою жизнь, корячится где-то на кресле.

– Сопротивляться не буду! – Усмехнулся мужчина и погасив свет лёг рядом с девушкой.

Данила обнял её, поцеловал в макушку, и оба мгновенно погрузились в сон. Они не заметили, как через несколько минут на внешнем балконе возникла тень, как человек подошедший с той стороны пару раз аккуратно надавил на хорошо заблокированную ручку двери, немного постоял и ушёл.

Глава 3

Утро еле забрезжило серым рассветом, бесконечный дождь не прерывался ни на минуту, дом понемногу оживал. Со стороны лестницы слышались звуки и голоса, кто-то быстро пробежал по коридору, затем тревожный вскрик прокатился по пространству. Лиза проснулась, перевела взгляд на спящего Данилу, предшествующий день навалился на неё воспоминаниями, и девушка почувствовала себя разбитой и потерянной. Попытавшись встать, Лиза охнула, потому что саднящая боль пронзила руку, а все остальные мышцы, казалось, были закованы в панцирь.

– Доброе утро. – Прошептал Данила.

– Привет. Разбудила? – Лиза внутренне ругаясь свесила ноги с кровати и встала.

– Нет, я уже давно в таком полусне. Как ты? Как рука? – Данила вскочил на ноги и сделал несколько махов руками.

– Я плохо и, кажется, опять что-то случилось. Пойду посмотрю! – С трудом встав, Лиза двинулась к выходу.

– Э нет, только со мной! – Данила отпер закрытую на ключ дверь.

Молодые люди вышли в коридор, со стороны комнаты Смолиной доносились голоса. Мимо них прошёл с озабоченным лицом Потёмкин.

– Что там? – Окликнул его Данила.

Но Вася лишь махнул рукой и ускорил шаг. Данила пожал плечами, и они с Лизой подались за оперативником. Дойдя до дальней по коридору комнаты, они увидели, что внутри стоят Ласточкин и Зинченко. На кровати лежала на животе Анна. Голова была неестественно вывернута и было понятно, что ей сломали шею. Лиза задохнулась от увиденного, подавила вскрик прижав ладонь к губам и застыла.

– Так, а с кем у нас спала Аня? – Не двигаясь из центра комнаты, спросил Ласточкин.

– Зачем вы так? – Тихо сказала Лиза. – Она же умерла.

– Я вижу, но если я сейчас поплачу, то быстрее не узна́ю, что происходит в этом доме. Видно же, что она кого-то ждала. В чулках спать не ложатся, бутылка вина́ открыта и два бокала. Она точно кого-то ждала этой ночью. Так зачем, говорите, ходили наверх? – Оглянулся на кого-то позади себя Ласточкин.

Лиза заметила стоя́щего возле открытого окна Энрико.

– Э-э-э, ну я не хотел бы тревожить честь девушки.

– Второй труп за несколько дней, и тем более труп этой мадам даёт повод потревожить её честь. Ну? – Ласточкин уставился на него.

– Она сказала, что очень утомилась ото всех, и ждёт меня, как единственного здравомыслящего человека разделить с ней вино. – Смотря в пол, ответил Энрико. – Ещё она звала меня в винный погреб, но я не хотел идти в такую темноту. И ушёл спать.

– То есть она одна где-то шлялась, а потом всё-таки ждала вас? – Ласточкин вопросительно выгнул брови.

– Я не знаю! Я пришёл принести извинения за малодушие. Я вошёл в комнату, позвал её по имени. Подумал, что она уснула, подошёл ближе и услышал, что она не дышит. Ну, почувствовал. – Голос Энрико стал раздражённым. – Это всё!

– Полный абзац! – Резюмировал Ласточкин. – Ну, что же делать, давайте всё по порядку, всё как положено. Где эта хреновина, которую ты просил посмотреть? – Спросил Ласточкин у Зинченко.

– Она внизу, где всё вещдоки и записи. Там участковый охраняет. – Криминалист взял двумя пальцами за занавеску и отодвинул её в сторону. Но гладкое полотно не поддалось, так как кусочек ткани застрял между балконной дверью и рамой. – Вполне возможно, что убийца проник через этот вход.

– Значит, она знала его, раз впустила и не кричала. Вот дура, зачем наверх-то пошла, сейчас может жива была. – Ласточкин махнул рукой и выглянул в окно.

– Ничего интересного. Даже никаких следов борьбы. Но, скорее всего, она думала, что это француз пришёл. – Мстислав пожал плечами. – Если бы пришли с улицы, то в такую погоду на подошве обязательно принесли грязь. Хорошо, что здесь везде водная преграда, а то желтушники уже осаждали бы дом.

– В смысле? – Поперечные морщины сложились на лбу Ласточкина.

– Ну журналисты. Она ведь была известной киноактрисой. Да я сам её не раз видел; сестра сериалы смотрит.

– Ладно, надо собрать всех в кучу и пусть не расползаются по дому. Товарищ настроен серьёзно и, как видно, в зоне риска женщины. – Иван Гаврилович хлопнул себя по колену и вышел вон.

Лиза задумчиво посмотрела на Данилу.

– А ведь к нашей комнате тоже балкон внешний примыкает. Страшно подумать, что он там бродил, а мы спали.

– Н-да, – взгляд Данилы был сосредоточен на трупе девушки. – Пойдём, я тебе провожу в гостиную, где все, а мне нужно потолковать с Ласточкиным.

***

Иван Гаврилович спустился по лестнице, по дороге расправил ногой смятую ковровую дорожку и прошёл дальше, но остановился, как будто споткнувшись. Он вернулся на то место, где находилась последняя ступенька лестницы и, отодвинув носком ботинка дорожку, увидел причину залома.

– Соня, – он громко позвал стоявшую к нему спиной кухарку.

– Да? – Деловито вытирая мокрые руки о передник, спросила Соня и поспешила навстречу.

– Ну, сюда идите, что я орать буду на весь дом. – Ласточкин кивнул на курительную трубку, лежащую на полу. – Это чьё?

– Это же Алексея Даниловича! Он же практически с ней не расставался, курить-то почти не курил, но всегда с собой носил. Это ему друг подарил. Наверное, в суматохе потерял. Он же по дому ходил, прямо места себе найти не мог. Вы трубку-то тётке его вернёте? Это его любимая! – Покачивая головой в разные стороны, говорила Соня.

– Нет себе оставлю! – Рявкнул Ласточкин. – Дайте-ка! – Он снял с плеча женщины чистое полотенце и аккуратно поднял трубку.

– Ой, она бедная так перепугалась, когда у него с сердцем плохо случилось. Так на врачей кричала по телефону, – Соня всплеснула руками, – а нешто они что могут сделать быстрее. Как приехали за ним, так она только успокоилась.

– А как же они проехали? Нам пришлось свою машину бросить наверху и пешком идти. – Иван Гаврилович на минуту оторвался от рассматривания трубки.

– Так они и не приезжали. Они наверху ждали. А сюда санитара прислали, здоровый такой бугай, – Соня развела руками, будто пытаясь измерить гиганта. – Анатолий Данилович к тому времени, как они приехали, чуть уже оклемался и шутит: «Мол, что ж ты меня милый на руках, что ли, понесёшь?». Санитар и говорит, если надо, то и на руках. А так мол, если уже смеётесь, тогда пешочком.

– Так чего врачей-то вызывали, если он ходил, шутил?

– Да что вы, – Соня недоумённо на него посмотрела, – он на пол упал, стал воздух хватать и потом сознания лишился. Мы так все перепугались, рот разжали, влили туда корвалол, и, хотя он в сознание пришёл, Зинаида на враче настояла. Он никуда ехать-то не хотел, но уговорили.

Через два часа Ласточкин отдал распоряжение оперативникам, чтобы они собрали всех обитателей дома в гостиной. Иван Гаврилович раздражённо ходил, пока люди рассаживались по свободным местам, и когда все успокоились, то посмотрел на них и вздохнул:

– Новости крайне неутешительные! Только прошу без истерик, а то времени и так мало, скоро опять стемнеет, а у меня ещё масса дел. Итак, актрису убили этой ночью, – он поморщился, когда женщины стали охать и ахать, – поэтому сейчас мы думаем, как эвакуировать всех из этой опасной зоны, а пока соберитесь в одном месте и никуда, слышите, никуда не расходиться! Гальюн есть за стеной, кухня здесь! Все двери будут перекрыты. Если кому нужны лекарства, подштанники или нюхательная соль, в порядке очереди будут сопровождены ребятами за своими вещами.

– А где Анечка? – Промолвила Зинаида, – я хотела бы попрощаться!

– В подвале! Пойдёте? – Мрачно спросил Ласточкин. – Товарищи, вы, вообще, отдаёте отчёт, что в доме происходят убийства, и кто это сделал, никто не знает!

– Дамы, кому нужны личные вещи? – Данила взял инициативу в свои руки. – Сейчас самое время организовать наш ночлег. Верно?

– На дворе ещё ясный день! – С вызовом сказала Зинаида.

– Поверьте милая, пока мы вас всех организуем, будет тёмная ночь. – Съязвил Ласточкин. – Я пошёл немного поработаю, здесь за старшего остаётся Потёмкин.

– Иван Гаврилович, погоди! – Нагнал его Данила. – Поговорить надо!

– Чего? – Недружелюбно отозвался Ласточкин.

– Хочу поделиться одной вещью. – Он открыл свой телефон.

На экране показался участок балкона, видный сверху. Вдруг из темноты возникла фигура, она словно появилась из ниоткуда, подёргала дверную ручку и спустя мгновение исчезла.

– Охренеть! – Только и смог сказать Ласточкин.

– Да, но это он в нашу с Лизой комнату ломился. Точнее, в её комнату.

– То есть он за Лизой получается охотится? – Иван Гаврилович остановился. – Ох, не нравится мне всё это, не нравится. А ты камеру установил, что ли? – Поинтересовался Ласточкин.

– Сразу отвечу на все вопросы! Да. С собой ещё есть такие. Да, я незаметно могу пройтись по периметру и их установить. Работаем? – Данила протянул ему руку.

Ласточкин задумчиво посмотрел на него.

– А здесь я потому, что моя сестра должна была выйти замуж, но праздник для неё сорвался. – Данила кивнул собеседнику. – Теряем время, надо сеть расставить до темноты. И, кстати, запереть все двери, ведущие сюда.

– Поучи меня щи варить, иди «тыркалки» свои устанавливай. – Отмахнулся Ласточкин, но было видно, что он доволен.

До вечера дамы сновали то в свои комнаты, то обратно, то снова что-то забывали, а Береговой и Потёмкин покорно ходили за ними. Наконец, Ласточкин рявкнул на них и женщины несколько ускорились.

– Мама, ты может Соней покомандуешь? – Лиза понимала, что нужно чем-то занять мать. – Надо ужин организовать. Хорошо хоть продуктов полный холодильник.

– Я бы, если честно вина́ выпила. – Призналась Антонина.

– О, а у меня, наверное, теперь стойкая аллергия на алкоголь. – Лиза посмотрела на племянника Красуцкого и его жену, которые всё это время молча сидели в углу и испуганно озирались. – Сережа, не нервничайте вы так, полный дом полицейских.

– Ага, но тем не менее девушку-то убили! – Истерично вскрикнула Тася.

– Милочка, что ж вы так кричите, – поморщилась Зинаида. – Лиза, детка, мужчины такие занятые, а я такая старая, чтобы само́й о себе заботиться, подлей мне коньячка, пожалуйста.

Вдруг во дворе раздался громкий хлопо́к, задребезжало и осыпалось стекло, и возле Лизы в стене образовалась внушительная дыра в печной кладке.

Лиза машинально упала на пол. Она лежала на полу вся в оцепенении, и не могла даже пошевелиться от охватившего ужаса, боковым зрением девушка заметила, что судорожно сжимает горлышко разбитой бутылки и из рассечённых пальцев идёт кровь, но поняла, что даже не чувствовала боли. Свет в комнате погас и раздался приглушённый голос Ласточкина.

– Всем сидеть на местах и не двигаться!

– В гостиной на каждом окне успели, эти как их, ставни, которые катаются приладить! – Плачущим голосом проговорила Соня. – На кухне щиток есть, он возле холодильника стоит и там только на кнопочки нажать надо. Но я не пойду, я боюсь.

– Справа или слева? – Тенью метнулся на кухню Данила.

– Слева. Пошарь по стене и найдёшь. – Сказала Соня.

Через мгновение раздался шорох и ролл-ставни поплыли вниз, Потёмкин по стенке добрался до рамы, где выло выбитое окно и скинул осколки, лежащие на ней. Вскоре надёжные щиты были наглухо закрыты, оставался только открытый проём, который соединял гостиную и обеденный зал.

– Соня, в столовой можно как-то стеклянные двери перекрыть? Или в гостиную вход заблокировать? – Тихо спросил Данила.

Лиза, в отсвете фонарей с улицы, которые пробивались через незаделанный проём, увидела, что к ней идёт Смирновский. Он двигался тихо и быстро. Олег Арсеньевич взял девушку подмышки, поставил на непослушные ноги, перекинул через плечо и унёс в каморку возле кухни, где расположилась следственная бригада. Там не было окон, был всего один вход, свет и можно было спокойно осмотреть раны.

– Как вы? – Он внимательно посмотрел в расширенные от ужаса глаза Елизаветы.

– В меня что стреляли?

Конечно, Лиза слышала звуки выстрелов, даже периодически ездила на стрельбища, когда-то бывала в тире, но разве это сравнить с осознанием того, что в тебя на огромной скорости из темноты, разбивая все преграды, летит кусок свинца, который способен в одну минуту оборвать твою жизнь. От страха Лиза могла только еле-еле шевелить языком, ноги были до сих пор ватными, а тело противно пластилиновым.

– Похоже, что так. – Вздохнул судмедэксперт. – Но я рад, что осматриваю вас, и мы беседуем. Обычно мои пациенты молчаливы! – Пошутил он.

– Смешно! – Выдавила из себя Лиза.

– Издержки профессии! – Пожал плечами он.

Смирновский быстро осмотрел царапины и порезы и с облегчением выдохнул.

– Ну, вроде бы всё в порядке, – он похлопал девушку по плечу.

Лиза в ответ посмотрела на него, прыснула со смеху и через минуту уже смеялась в голос.

– Что с вами? – Его встревоженный взгляд метался по её лицу. Олег Арсеньевич покачал головой и полез в свой сундук за успокоительным.

– Всё хорошо, хорошо, – чуть постукивая зубами, продолжала улыбаться девушка, – это адреналин, наверное, не истерика. Это и правда, забавно, когда тебя осматривает патологоанатом, а ты при этом жива.

– Ну вот, значит, мы друг друга понимаем. – Улыбнулся Смирновский.

Из темноты на пороге возник Данила, он наклонился над Лизой взял её за подбородок и поцеловал, потом прижал её голову к себе и долго стоял не двигаясь.

– Ладно, вы здесь, я смотрю, под защитой. – Почувствовав неловкость сказал Смирновский и ретировался.

Лиза попыталась высвободиться, но Данила лишь крепче прижимался к ней.

– Ты меня задушишь сейчас. – Просипела она. – Дышать нечем.

– Прости. – Данила присел перед ней на корточки и положил голову ей на руки.

– Блин, больно, – девушка отдёрнула руки, – я сильно порезалась. Давай, пожалуйста, без этих телячьих нежностей.

Данила резко встал, на секунду отвернулся и выдохнул, после чего присел на стул рядом.

– Ну что, вроде, все входы-выходы мы перекрыли. Мужики там шаманят с пулей, – Данила поднял на неё глаза.

– Пойдём к людям, а то ты меня доведёшь своими охами-вздохами. – Твёрдо сказала Лиза и встала на ноги. – Тем более чувствительность в конечностях уже есть.

Лиза бодрилась, но в душе её поселилось мерзенькое и гаденькое чувство страха. Она бесконечно жалела, что приехала сюда, но устраивать по этому поводу сцены, конечно, не могла. Никто не знает в каком месте нас могут караулить такие трагические неожиданности.

В гостиной снова горел свет, но все сидели притихшие и встревоженные. Антонина бросилась навстречу дочери, обняла её.

– Я никогда себе эту поездку не прощу. Лиза, это какой-то кошмар.

– Мама не нагнетай, иди сядь рядом с Зинаидой, а ещё лучше помогите всё-таки Соне на стол накрыть. Все уставшие и голодные. А на сытый желудок думается легче. – Лиза погладила мать по спине и отстранилась. – Тем более смотри какой защитник у меня есть! – Она обняла стоя́щего поблизости Данилу, но, когда мама отошла, сразу отстранилась. – Не надо себе надумывать ничего! Это шоу для мамы! Ей так спокойнее.

Лиза как-то незаметно для себя смогла увлечь женскую половину хлопотами по хозяйству, а сама подошла к Ласточкину.

– Простите, но мне кажется или это именно меня преследуют? Он же мне сказал тогда, что я пожалею, что не открыла дверь. – Спросила она.

– Вы знаете, я сам в растерянности, если честно. Я постараюсь во всём разобраться, но в первую очередь мне нужно обеспечить сохранность жизни и здоровья всех присутствующих. А вас я прошу подумать, причём так серьёзно подумать о том, какие ваши поступки или знакомства могли иметь такие последствия. – Ласточкин отодвинул стул от стола. – Садитесь и думайте!

– Да что такого могло в моей жизни произойти? – Всплеснула руками девушка. – Да я живу между работой и домом.

– Это мне не ведомо! – Покачал головой Ласточкин. – Сева, иди сюда. – Подозвал он неприметного юношу, который всё это время присматривал за праздно шатающимися людьми, чтобы они не натворили что-нибудь в панике. – Сева, сейчас можно не собирать это стадо, – он осекся, – короче, надо опросить того, кто лучше всех ориентируется в доме. Кто это может быть? – Обернулся он к Лизе.

– Соня, конечно!

– Соня, конечно! – Передразнил её Ласточкин. – А мне почём знать Соня это или ещё кто. Ладно, Соня, так Соня.

Лиза и Всеволод переместились на кухню, где Антонина помогала готовить ужин, а Зинаида периодически прикладывалась к коньячному бокалу и делала им ценные замечания.

– Сонечка, ну что вы так рубите ветчину, это же не капуста! Тоньше надо, тоньше! – Рука её вальсировала с бокалом в пространстве. – И не накидывайте так на тарелку, не колхоз же!

– Я смотрю вы сами уже накидались. – Пробурчала Соня и сунула в руки подошедшей Таси тарелку с мясной нарезкой. – На-ка, неси на стол.

– Я не горничная! – Вспыхнула Тася.

– А я два раза не повторяю! – Взглянула на неё исподлобья Соня. – Лиза, ты чего хотела?

– Ловко вы с ней. – Улыбнулась Лиза, которая порядком устала от капризов Таси.

– Да ну её, приехала из какого-то Новодрищенска и строит из себя прынцессу. И зачем хозяин только позвал. Мне Ася про неё всё рассказывала, что Красуцкий погостил у них и по доброте своей пригласил в город, ну они и припёрлись. – Соня осеклась. – Не моё, короче, это дело!

– Соня, можешь вот товарищу план дома рассказать. – Лиза достала из холодильника стеклянную вазу с овощами. – А я пока овощи помою и салат сварганю.

– Чё говорить-то? С виду дом большой, но жилая только эта пристройка перед домом, да вот комнаты под гостей наверху отделали. Винный склад он нашарашил хороший, да и всё, наверное. Дальше разруха, я туда не хожу, страшно там. Не дай тебе кирпич на голову ещё свалится. – Продолжила Соня, – Когда собираются гости, то хозяева нанимают дополнительных людей для уборки, а так мы с мужем справляемся сами.

– А где сейчас ваш муж? – Перебил её Сева.

– Мать у него сильно приболела, – Соня сложила руки на животе, – ему пришлось уехать. А, да, забыла сказать. Внутри есть проход, он соединяет две половины дома, но сюда простенок перекрывается дверью. Железную сварганили, сами понимаете, не очень приятно жить в таком большом доме, особенно когда нет уверенности, что кто-то не забрёл в недоделанную часть. – Соня ни на минуту не прекращала сервировать закуски, но при этом не отвлекалась и от рассказа. – Мы же живём с мужем в домике на заднем дворе, ну как бы свой участок.

– Соня, а сейчас эта дверь закрыта? – Нахмурился Сева.

– Не знаю. Я же через кухню бегала. Надо посмотреть.

Всеволод быстро встал, взял её за руку и потащил за собой в гостиную.

– Иван Гаврилович, – он громко позвал Ласточкина, – здесь ещё один вход есть.

Ласточкин быстро организовал Потёмкина и Берегового, чтобы они вместе с Соней отыскали дверь и заблокировали её.

– А ключ есть? – Береговой вопросительно посмотрел на Соню.

– Ну, у меня-то точно нет!

– Приехали! – Развёл руками Ласточкин. – Зинченко, мастер-рукодел, иди глянь на эту дверь, как можно её закрыть. Пасечников! – Крикнул Ласточкин. – Где участковый-то? Хватит дрыхнуть. Здесь то стреляют, то ещё хрень какая-то, а ему хоть бы хны. Иди патрулируй периметр, пока мы осматриваемся! – Скомандовал Иван Гаврилович, когда увидел заспанного Дмитрия Антоновича.

Мужчины выдвинулись в скрытый сумраком коридор, здесь тишина гулко выдавала все звуки. Они напряжённо оглядывались. Ласточкин сделал знак рукой и приоткрыл железную дверь, оттуда потянуло сыростью, запахло мышами и засквозил ветер, но в темноте не было ничего видно. Зинченко осмотрел дверь, потыкал в навесные петли пальцем и через минуту принёс замок.

– Чего здесь думать?! – Тихо спросил он и надёжно запер засов.

Вскоре все коридоры были обследованы, накрытый стол манил к себе аппетитными ароматами, и люди потянулись ужинать. Все сидели вокруг стола, понуро ковырялись в тарелках и перекидывались незначительными фразами.

– Нет, – бросила на тарелку полотняную салфетку Зинаида Ильинична, – такое впечатление, что ничего не происходит! В доме полно́ полиции, так сказать, а мы все в опасности! Вот что вы мне можете сказать на этот счёт? – Она с прищуром посмотрела на Ласточкина.

Иван Гаврилович с сожалением отложил вилку, только он один ел с видимым удовольствием и взглянул на женщину.

– Медам, я больше всего хотел бы, чтобы этот ваш родственник купил себе дом где-то в другом месте, и я никогда не знал вашу семейку. Но так сложились звёзды! Я что могу сейчас сделать? Обползти по-пластунски весь дом по периметру? Или закричать «пиф-паф, злодей выходи»? Давайте лучше каждый из вас подумает, кто может так хорошо знать это, с позволения сказать, родовое гнездо. Соня и ты, Дмитрий Антонович, вы тоже покумекайте! Вы ж с этих мест. Что? Кто? – Ласточкин протянул Соне тарелку. – Милая моя и чудесная кулинарка, насыпь мне ещё горяченького, мне на сытый желудок лучше думается.

– А где этот-то? – Вася Потёмкин поводил головой из стороны в сторону. – Ну, итальянец?

Все присутствующие за столом переглянулись.

– А нет его! И давно? – Сам у себя спросил Ласточкин.

– Да с утра никто не видел, после смерти актрисы. – Поднялся с места Береговой. – По дому ходили, тоже его не видели.

– Так, а из комнаты куда он направился? – Ласточкин резко встал. – Как вы мне все надоели.

– Он, по-моему, выходи́л на лестницу. Может быть, направился на улицу.

– Надеюсь, он на родину утопал. – Зло кинул Ласточкин. – Где мне этого Чиполино итальянского искать теперь?

– Иван Гаврилович давай мы с Васей пошукаем немного? – Береговой встал из-за стола. – Мы по-тихому, всё равно на обход собирались.

– Юра, ты свой героизм прибереги! У Васьки жена с дитём маленьким, а тебе ещё рожать! Ну в смысле, – запутался в словах Ласточкин, – ну ты меня понял!

– Давайте рассуждать здраво! Если бы с ним всё было в порядке, то он давно был бы здесь. – Сказал молчавший до сих пор Данила. – Я предлагаю сворачивать этот ужин, выключать свет и послушать, что будет происходить за окнами. Иван Гаврилович, можно с вами наедине переговорить?

Они вышли на кухню, Данила достал свой телефон и включил экран.

– Никто к дому с того времени, как я камеры понатыкал не подходил. Если бы итальянец пытался позвать на помощь, мы бы увидели. Остаётся одно, либо это он Анну убил, либо с расстройства побежал на улицу и сам попал в беду. Как только всё затихнет, я думаю, наш деятель объявится. Я посижу в уголке с телефоном и посмотрю. Не против?

– Да я только за! Я начальству звонил, они сказали держаться, сейчас пытаются снарядить нам на помощь ещё спецов. Но там такая топь вокруг, что кроме нас ещё кучу людей спасать надо! – Ласточкин развёл руками. – Пойдём, чаю хлебнём и гасим свет. Искать итальянца, чтоб его, будем с утра.

Вернувшись в гостиную, они увидели, что Зинаида стоит посреди комнаты с бокалом в руке и с какой-то папкой в другой.

– Это чего у вас такое? – Спросил Ласточкин.

– Это секрет! – Игриво протянула она.

– Ой загадочная вы моя, – не меняя выражения лица, сказал Иван Гаврилович, – вы бы с коньяка на чай переходили уже, а то мы ночью от перегара задохнёмся.

– А мы что спать вместе будем? – Подняла брови Зинаида.

– Ну, не конкретно мы с вами, – Ласточкин смерил её взглядом и чуть посторонился, – но, вообще, всем предполагалось спать в одном помещении.

– А я хочу отдельную комнату!

– Милости просим! У вашего родственника большой дом и все комнаты свободны.

– Ну я же боюсь одна. – Зинаида скривила губы.

– Тогда милая моя, давайте папочку и прикладывайте свою пятую точку вот на ту софу. Там и ножки можно вытянуть и спать обособленно будете.

Зинаида послушно отдала Ласточкину папку, а сама направилась к дивану.

– А вы её где взяли, милая моя?

– А вон там кусок кладки отвалился, я и вытянула. Она там стояла.

– Всё интереснее и интереснее.

Иван Гаврилович раскрыл папку, оглядел присутствующих и подозвал Лизу.

– Пошли пошушукаемся в наш полевой штаб. – Сказал он ей.

– Я тоже шушукаться с вами пойду! – Рядом возник Данила.

– Куда ж без тебя. Баранки вон захвати, а ты девочка – чаю горячего. Устал я сильно.

Когда Лиза вошла в каморку, куда её позвал Ласточкин, она застала его за разглядыванием бумаг. Данила примостился в самом углу и созерцал экран мобильника.

– Садись! – Ласточкин похлопал по стулу рядом с собой. – Чего, никуда тебя одну не отпускает?

– Давайте ближе к делу! – Твёрдо сказала девушка.

– Расскажи-ка мне девонька о семье Красуцкого. А то я здесь такие интересные бумаги нашёл, что прям всё с новой стороны открывается.

– А что там? Можно узнать? – С любопытством спросила девушка.

– Отчего же нет! – Ласточкин развёл руками. – Вот смотри, в завещании указано, что всё движимое и недвижимое имущество, принадлежащее Красуцкому после его кончины отходит предъявителю какого-то документа, который подтверждает то, что, – Иван Гаврилович запнулся, – короче! Тому, кто докажет, что именно про него в завещании написано, а отгадка на этот вопрос хранится у нотариуса. Здесь даже сказано к кому пойти!

– А так можно? – С любопытством спросила Лиза.

– Да фиг его знает. Дела наследственные такая муть, что даже думать об этом страшно! В связи с вновь открывшимися деталями, можешь мне поведать про семью Красуцкого. Ну кто у него кроме Юлии-то был?

– Дети от первого брака. Настя, правда, живёт в Голландии, Петя окончил институт и уехал на практику, а Галя – свободный художник, постоянно ездит с выставками. С Галей у Алексея Даниловича было больше всего проблем.

– Почему? – Ласточкин поднял глаза.

– Она самая старшая, очень болезненно переживала смерть матери, после этого правда стала писать картины и ездить по миру. А была талантливым экономистом, блестяще защитила диссертацию, ей прочили великое будущее, но в один день она закончила все дела и, написав заявление, уволилась с работы. Произошло это в день свадьбы Алексея Даниловича и Юлии. Это было после кончины его первой жены. Галя устроила страшный скандал, она пришла на свадьбу, мрачно пила в углу, а потом, взяв микрофон для поздравлений, высказала всё о Юлии и своём отце. Конечно, это постарались загладить, но праздник был испорчен. Вот так. – Лиза покосилась на Данилу, который не отрывался от экрана.

– А другие дети?

– Настя с тех пор как завела семью, совсем охладела к папе, сестре и брату. Насколько я помню, она приезжала к отцу с мужем всего один раз, чтобы показать дочь, – Лиза помолчала, – Петя ветреный мальчик, но благо Анатолий Данилович состоятельный человек, и его сын может себе позволить выбирать путь в жизни. Он приезжал, уезжал, прекрасно относился к Юлии, звонил сёстрам, и, как ни странно, даже Галя с ним общалась, и он постоянно её навещал. Но ветреность его не состояла в том, чтобы ничего не делать. Напротив, он умный, много чего знал, но хватался за всё сразу, и как что-то ему надоедало, то брался за какие-то другие вещи. – Лиза пожала плечами.

– То есть здесь он редкий гость?

– Так он появляется всегда неожиданно; захотел-приехал, захотел-уехал. – Она помотала головой.

– У меня калган болит от всего этого. – Задумавшись, сказал Ласточкин. – Надо спать идти и завтра поутру выбираться отсюда. Начальство звонило, вода может подобраться быстрее, чем они рассчитывали. У тебя тихо? – Посмотрел он на Данилу, и тот согласно покивал головой.

Войдя в гостиную, они увидели, что на столе стоит несколько свечей, люди тихо переговариваются между собой, и только с кушетки доносился мощный храп Зинаиды.

– Что не спите? – Ласточкин потрогал тёплый бок чайника. – Соня подогрей чайку́ мне.

– Уснёшь тут! – Проговорил Павел.

– Ну, вон у Зинаиды Ильиничны шикарно получается! – Съязвил Ласточкин.

– У неё анестезия мощная! – Сказал Паша и поморщился.

Ласточкин оглядел сидящих за столом. В отсвете свечей, плясавших на лицах, было видно, что люди измучены страхом, и паника бьётся в их глазах.

– А чего свечи-то зажгли? – Спросил Иван Гаврилович.

– Не знаю. – Серёжа пожал плечами. – Так уютнее, что ли.

– Где Соня-то с чайником? – Завертелся на месте Ласточкин. – Юр, будь другом пойди глянь!