книжный портал
  к н и ж н ы й   п о р т а л
ЖАНРЫ
КНИГИ ПО ГОДАМ
КНИГИ ПО ИЗДАТЕЛЯМ
правообладателям

Даяна Вендэ

СЕМЬ ДВЕРЕЙ ДО ЖИЗНИ

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

Глава первая

Каждый человек, живущий в этом мире, в течение всей жизни накапливает и собирает свою уникальную коллекцию событий, какова бы ни была его жизнь, воспоминания о былом, – солнечные зайчики, либо мрачные черные дыры, – всегда хранятся взаперти сердца, причиняя боль или спасая в тоскливый день. Не столь важно, какие это события значимые или нет, важно то, какой след они оставляют в душе человека. Бывает, пережитый момент влияет на человека и меняет в нем одну сторону сущности, но самое удивительное, когда события меняют человека полностью, всего, без остатка. Такие события произошли с моей героиней этой весной.

На дворе было одиннадцатое мая. Слепящее, весеннее солнце окутывало теплом поверхность земли, деревья красовались в своих нарядах, а на улицах исчезли последние следы зимы.

В обеденные часы, несмотря на то, что неделя в самом разгаре, на кремлевских улицах были толпы народу. Среди них по территории Государственного универсального магазина гуляли две девушки – Владислава Карпова и Марина Лобова, студентки экономического факультета университета МГУ.

– Влада! Ты не представляешь, как чудесно я провела четыре месяца. Я купалась в океане, посетила половину Европы!

– Я очень за тебя рада, но Егор Денисович при всех несколько раз говорил, что тебе грозит отчисление.

– Я знаю. Он меня сегодня предупредил, что, если не сдам все долги, то меня выгонят. Все настроение мне испортил, старый зануда.

– Что же ты теперь будешь делать?

– Ничего. Зачем я буду что-то делать, если за меня все сделает… м-м-м, как же его зовут? А! Вспомнила: Сережа, – голубые глаза Влады вопросительно смотрели на Марину, ища на ее смуглом лице подсказку о незнакомом ей юноше.

– Ну, ты что? Не помнишь? Это же отличник из нашей группы, он по уши в меня влюблен.

Марина слегка улыбнулась мысли, что пришла ей в голову и, взяв под руку Владу, направилась к магазину фирменной одежды, где одеваются почти все наши модницы, имеющие достаток в семье:

– Зачем ты тащишь меня в этот магазин? У тебя куча вещей, привезенных вчера из Милана, – Марина быстро встряхнула головой, ее каштановые кудри обвились вокруг шеи, а она с недовольством посмотрела на подругу. – И что, теперь я не могу ничего себе купить? Влада, у меня плохое настроение. Нужно его поднять. Иначе я весь день буду ходить «кислая», а это пагубно действует на организм! Тебе тоже следует что-нибудь себе купить.

– Зачем? – весь день Влада пребывала в небольшом напряжении, и она не сразу сообразила, что хочет от нее подруга. Марина это поняла и разоблачила ее.

– Ты с утра не такая, как обычно. Кажется, ты волнуешься или переживаешь, а самый лучший способ снять напряжение – порадовать себя чем-нибудь.

Девушки зашли в большое помещение. Нежно-персиковые обои с розовыми нотками переливались под мягким светом бра. Одежда, занимавшая всю нижнюю часть стен, а также витрины в углах магазина освещались самым выгодным образом. Изделия, сшитые в лучших домах моды, купались в световых потоках и манили покупателей своей безупречностью. Безделушки со вставками из драгоценных камней блестели в витринах всеми цветами радуги, и их сияние отражалось в глазах девушек, но особенный шик интерьеру придавала роскошная люстра, висевшая прямо в центре магазина. Ее нежные, стеклянные цветы отражались во всех зеркалах, стоявших в зале.

Вскоре Марина стояла в бордовом атласном костюме модельера Жана Бо Вье. Изделие сидело великолепно и не имело недостатков, также как его обладательница, а вставки из натуральной кожи подчеркивали выразительность ее кофейных глаз. Марина, любуясь, расплылась в улыбке, когда осмотрела себя со всех сторон, ведь в зеркале она видела одну из первых красавиц университета, стоявшую в одном ряду с Кирой Свебиной, Марией Летской и, конечно же, Владой:

– Я, пожалуй, куплю этот костюм. Как ты думаешь?

– Да. Он хорошо сидит, и цвет тебе к лицу, – Марина ходила по магазину в поисках некой вещицы, чтобы костюм заиграл еще ярче. – А ты чего сидишь? Выбери и себе что-нибудь. Что у тебя случилось-то?

– Мама вчера сказала, что сегодня будем ужинать вдвоем, а потом поедем гулять по ночной Москве, но…

– Но ты в этом не уверена, – слова Марины прозвучали немного гневно из-за того, что она пересмотрела весь ассортимент магазина, не нашла нужного, и это ее сильно раздражало.

Тем временем Влада, сидя на небольшом диване, давно погрязла в своих мыслях. Надежда, что долгожданный вечер станет самым счастливым событием за долгое время, не теряла силы почти два года. Влада включила воображение на полную, придумывая идеальный вечер для себя с мамой, пытаясь предусмотреть все возможные варианты событий и приготовиться к любым неожиданностям. Девушка сияла ярче, чем сто звезд на небосклоне, однако разум готовил сердце к худшему, чтобы оно в очередной раз не разбилось вдребезги, а спокойно приняло правду.

Наручные часы показывали три. Вот уже скоро, в пять вечера приедет водитель и отвезет Владу навстречу мечте.

Суета, нарастающая вокруг Марины, которая вышла из себя, не сумев удовлетворить свою потребность, не волновала Владу. Ей было глубоко безразлично, что происходит в магазине, но почему-то побеспокоил силуэт по ту сторону двери. Он отражался в одном из зеркал в зале и был чем-то знаком Владе. Силуэт все приближался, и тут в магазин вошла Кира Свебина – еще одна знаменитость, разбившая немало мужских сердец.

– Какие люди?! Неужели ты уже приехала? – Кира обняла Марину и стала рассматривать ее костюм. – Чудесно выглядишь! А цвет… ну просто шик. Когда же ты вернулась?

– Еще вчера днем, – наигранная радость девушек оттенила Владу в дальний угол комнаты. Марина уже забыла, что вот совсем недавно безмятежно, в красках и подробностях обсуждала свое путешествие с подругой раннего детства.

– Рассказывай, как отдохнула. Впрочем, нет. Я твои фотографии в Инстаграме видела, так что слова излишни, – на минуту Марина смутилась. Она бы с удовольствием вспомнила снова волшебные моменты отдыха и путешествия, но поскольку Кира отняла у нее эту возможность, ей ничего не оставалась, как сменить тему разговора.

– А твои как дела? Я тебя сегодня не видела в университете.

– У меня все здорово! Вот уже четвертый день пропадаю на фотосессиях и съемках. Мое лицо будет на обложке журналов «Cosmopolitan» и «Vogue». Совсем скоро я стану знаменитой на всю Европу!

– Это так здорово! Потрясающе.

– А ты, я смотрю решила приодеться к вечеринке?

– Да. Мы с Владой…

– С Владой?! – недавняя улыбка Киры сменилась вопросительным выражением. Она интуитивно повернула голову в сторону дивана, где сидела Влада:

– Ой! Влада, привет! Я тебя не заметила, прости, пожалуйста, хотя, наверно, это так обидно, когда тебя не замечают, – Кира разговаривала с ней, как с ребенком, которого чем-то обидели, но Влада, несмотря на то, что в душе закипела от гнева, смогла взять себя в руки, и спокойно продолжила разговор.

– Нет. Не обидно. Мне совсем не хотелось влезать в ваш разговор. Я ничего удивительного и нового не услышала, – язвительная улыбка не пробила броню Киры, и та, сев рядом с Владой, продолжала наступление.

– Что-то, смотрю, вещей возле тебя никаких нет. Не выбрала ничего или не подошло? Хотя нет, ты, скорее всего, хочешь пойти к Реброву в старых обносках.

– Она еще ничего не выбрала. Мы только зашли, – накал страстей заставил Марину быстро вступить в разговор. Она всячески старалась намекнуть Владе, что бы та ей подыграла, но выражение лица Влады выдавало все ее мысли.

– Я подозреваю, Влада и понятия не имеет, о какой вечеринке идет речь.

– О чем ты говоришь? Конечно, знает…

В эту минуту раздался телефонный звонок. Влада вышла на улицу, мысленно благодаря того, кто ей позвонил:

– Алло?

– Детка, привет. Мне жаль, но у нас не получится сегодня погулять. Я срочно улетаю на модный показ и вернусь через два-три дня, – Влада не сразу распознала голос своей мамы.

– Мама, какой показ? Ты же не планировала поездок!

– У Жана Бо Вье случилось озарение. Завтра он представит свою новую коллекцию. Ты должна понимать, это моя работа. Не грусти, как только я прилечу, мы сразу же поедем гулять. Все, пока, целую.

– Я это уже слышала. Пока.

Улицы не опустели с тех пор, как Влада и Марина зашли в магазин, хотя время приближалось к пяти вечера. Северный ветер дарил прохладу и свежесть, но огонь, пылавший в груди Влады, ему было не потушить, и поэтому, как всегда, с тяжелым разочарованием, сама себе сказав: «Что ты еще ожидала?», Влада вернулась в магазин. Кира уже прощалась с Мариной и, подойдя к Владе, она решила поставить точку в их разговоре.

– Знаешь, Влад, ты начала серьезно сдавать свои позиции. Твоя репутация рушится так быстро, что скоро от нее ничего не останется, и даже твоя звучная фамилия скоро забудется. Это я тебе как подруга говорю.

Разочарованная и оскорбленная Влада шла по улице, стараясь ни в коем случае не заплакать, ведь она знала, что тогда станет еще хуже, и слезы польются потоком. Она тихо шла, не замечая никого на многолюдных улицах, в полном одиночестве. Шла туда, где ее сердце снова обрело бы спокойствие, а грудь не сдавливала боль и обида. Местом, любимым с детства, был Александровский сад. Его фонтаны, – «Четыре времени года», «Гейзер», «Герои сказок», – помогли бы Владе прийти в себя, но сейчас она смогла дойти только до ближайшей скамейки. Она сидела и только изредка замечала, что происходит вокруг нее. Молодая пара, сидящая напротив, ела мороженое, мальчик, плакал оттого, что не получил игрушку, – все сейчас не имело значения. Владе только хотелось скрыться, остаться одной. Стать свободной от чувств, что раздирали ее бедное сердце. Закрывшись на минуту от реальности, Влада даже не почувствовала, что рядом с ней села Марина, и только прикосновение подруги заставило Владу вернуться в наш мир. Весть о намечающейся вечеринке «золотой молодежи» стала последним ударом сегодняшнего дня.

Глава вторая

Наверно, многие из нас хотели бы обладать способностью видеть человеческую душу насквозь. Вот идешь ты, а навстречу тебе – совершенно незнакомый человек. Посмотрев на него, сразу видишь его мысли, чувства, которые он переживает в данный момент, и другую информацию о нем. Бывает, что человек соответствует своей внешности, а бывает и наоборот.

Казалось бы, что сложного описать жизнь Владиславы Карповой? Многогранные возможности, беззаботная юность, счастливая жизнь. Но все ли так хорошо, как кажется на первый взгляд? Кто знает…

Такую, как она, зовут принцессой. С самого детства девочка не знала, что такое нужда и, как это – нуждаться в чем-то. Мама Влады – Алина Дмитриевна, работает экспертом в мире моды, и знаменитый критик. Отец – Юрий Леонидович, имел свои предприятия в горнодобывающей промышленности. По большей части его компания добывает и продает железную руду и драгоценные металлы, но после его смерти все предприятия и права на них перешли к Алине Дмитриевне. Однако она мало что понимает в управлении компанией и финансовых документах, и поэтому всеми делами от ее имени занимается заместитель Юрия Леонидовича – Вадим Андреевич Досщев.

Да. Такой жизни завидуют многие: огромное состояние, позволяющие приобрести все, что душе угодно, личный банковский счет, который создал Юрий Леонидович после рождения дочери, и где накопилась сумма, обеспечивающая стабильную и уверенную жизнь, но я вам так скажу: за всеми сокровищами и миллиардами зеленых банкнот таятся обычные желания, которые даже деньги не в силах исполнить.

Алина Дмитриевна всегда баловала дочку, покупала все, что только Владе хотелось, даже зная, что через пару дней та или иная дорогостоящая вещица, навсегда ей надоест, но одно Алина Дмитриевна задолжала – это материнское внимание. Из-за ее частых и долгих разъездов Влада оставалась совсем одна, и каждое возвращение матери было для нее праздником. Бывало, маленькая Влада с недетской злостью и обидой смотрела на девочек из окна машины, игравших на детской площадке. Потому что у нее может быть все, о чем эти девчонки могут мечтать, но с ними рядом – мама. Мама, которая играет, обнимает, хвалит за мелкие победы и всегда поддержит, а ее мамы нет. С годами пропасть между ней и Алиной Дмитриевной все ширилась, и вскоре стала непреодолимой. Владе ничего не оставалось, кроме как привыкнуть к редкому вниманию Алины Дмитриевны и дарить часть своей любви внешнему миру, а другую себя спрятать внутри до лучших времен, но все же она любила маму и ждала тот миг, когда Алина Дмитриевна отложит все дела и вспомнит про любящую ее дочь. Было еще кое-что, сильно влияющее на их отношения, но об этом позднее.

Быстро темнело. Закат потихоньку окрашивал пенную белизну облаков в багрово-желтый цвет, а весенний ветер гнал их туда, где солнце заходит за горизонт. В седьмом часу черная «Bentley» подъехала к дому, где жила семья Карповых. Трехэтажный дом, похожий на дворец средних размеров, обнесенный железным забором, одиноко стоял среди лесного массива. Неглубокая, но быстрая речушка окружала его, словно оправа – бриллиант. Усадьба не оставляла равнодушным никого из гостей, и каждый раз хозяева принимали восхищенные комплименты. Это место Юрий Леонидович приобрел, будучи еще юношей, но оно так полюбилось его сердцу, что он не пожелал иметь другую недвижимость, и до самой своей кончины Юрий Леонидович ни разу не пожалел о том, что все свои лучшие годы провел здесь.

Наступило время ужина. В столовой, которая предназначалась для обычных дней, стояла Валентина Ивановна Гусева – экономка, работающая в доме Карповых уже больше двадцати пяти лет. Она была первой, кто после проверок на прочность не сбежал и сумел завоевать доверие Юрия Леонидовича. Она, по обыкновению, сама накрывала на стол и привозила еду для хозяев, после чего Гусева вместе с другими слугами уходила в другую комнату, где ужинали они сами. Ей поручалось не только следить за домом, – она руководила всеми работниками, кроме Павла Антоновича Хромова – водителя, с которым ездили только члены семьи Карповых.

Нехотя поужинав, Влада сидела в небольшой столовой. Молочно-сливочные стены, коричневатые бра, создающие уютную атмосферу, стол из дерева бокоте, занимавший большую часть комнаты, помогли на какое-то время освободиться от дневных проблем и легче пережить этот день. Влада задумчиво смотрела в окно, где были видны речные пороги. Те, словно триста спартанцев, выдерживали натиск речных потоков, создавая волны. Мысли Влады роились в голове, словно пчелы, но вскоре вырвались и, подобно речным волнам, заполнили одинокую столовую воспоминаниями. Перед глазами Влады промелькнул поход по магазинам с Алиной Дмитриевной на прошлой неделе, сегодняшняя встреча с Мариной в университете, а потом… Потом она вспомнила Киру, и ее слова. Теплые воспоминания обернулись леденящей душу тревогой, кожа девушки покрылась мурашками, а в голове всплыл вопрос: «Что делать? Что придумать, чтобы не идти на ночную субботнюю вечеринку?»

Никто не может упрекнуть Владу в том, что она «тихоня». На всех вечеринках она душа компании, собирает вокруг себя толпы поклонников, с охотой знакомится с новыми людьми, но только не тогда, когда рядом Кира. Она всегда вгоняет Владу в краску перед людьми. Не было ни одной вечеринки, чтобы Влада могла после спокойно пообщаться со знакомыми и не выслушать колкие шуточки в свой адрес, а последний инцидент на дне рождении подруги Киры – Марии Летской, еще неделю обсуждался в кругах «золотой молодежи».

На дне рождения Кира начала при всех обсуждать личную жизнь Влады и ее бывшего молодого человека. Это довело Владу до точки, но только она собралась все высказать ненавистной девчонке, как в голове у нее, как всегда, сработал барьер. Этим барьером были слова матери, они постоянно звучали у нее в ушах: «Ты можешь ненавидеть весь мир, но, если от кого-то зависит дело твоей семьи и твоя обеспеченная жизнь, то будь любезна прикусить язык.» И Владе ничего не оставалось, кроме как с позором уйти с праздника; но не все верили россказням Киры, ибо знали, что таким образом она просто ставит себя выше других. Дело в том, что отец Киры намного богаче и влиятельнее других, и считалось, что даже Юрий Леонидович стоит на более низкой ступени финансовой лестницы. Федор Михайлович настолько сильно любит дочь, что даже не заметил, как она превратилась в эгоистичную, строптивую особу.

Прошло полчаса, а Влада все сидела, погруженная в мысли, но неожиданно услышала чей-то голос. Он доносился из противоположной стороны дома. Влада пошла на звук голоса незнакомца, который перешел в крик. Увидев, что в кабинете отца кто-то находится, Влада слегка удивилась. По кабинету, размахивая руками, ходил Вадим Андреевич Досщев и в бешенстве, кричал на кого-то по телефону, но зайти и спросить о причине такого шума Влада не могла, так как с самого детства кабинет Юрия Леонидовича, а теперь – Вадима Андреевича был одним из мест, куда ей ходу не было. Она уже собиралась уйти к себе в комнату, но услышанные слова заинтересовали ее:

– Иван, я тебе поручил несложное, как мне кажется, дело: уговорить двух пенсионеров продать нам участок, а ты мне звонишь и говоришь, что у тебя ничего не получается? Так, ты объяснил им наши условия? Сказал, что мы заплатим в несколько раз больше за их хижину, чем она стоит на самом деле? Тогда я не понимаю, в чем проблема… Скажи им, что мы уже нашли лучший дом для пожилых людей, а с такими деньгами счастливая жизнь им обеспечена. Что? Родственников у них нет. Вот и я не понимаю, почему ты уже почти неделю с ними возишься? Ты меня разыгрываешь? – Влада слышала, как Вадим Андреевич начал тихо смеяться. – Если они считают свой дом священным, то компания заплатит еще больше начальной суммы. Ладно, завтра опять начинаешь все сначала, и постарайся завершить все к началу новой недели, а не то я с тебя три шкуры спущу, если не справишься. Да. Мне очень нужен этот участок. Компании нужен. Я давно его еще присмотрел, но не предположил, что с хозяевами будет столько хлопот. На сегодня я тебе все сказал. Держи меня в курсе и звони, если, что не так.

Разговор закончился, и Досщев стремительно направился к выходной двери. Влада испугалась при мысли, как она будет выглядеть, стоя у самой двери. Девушка аккуратно и тихо направилась к мраморной лестнице, ведущей на второй этаж. К счастью Влады, она уже стояла на первых ступеньках, когда Вадим Андреевич вышел из кабинета и закрыл за собой дверь:

– Владислава, добрый вечер! Я даже не слышал, как ты вернулась домой.

Сделав глубокий выдох, Влада спокойно повернулась к Досщеву с легкой улыбкой на лице, скрывшей факт, что она стала свидетелем разговора, который никто не должен был слышать, судя по тому, как быстро Вадим Андреевич утихомирил свой гнев.

– Добрый вечер. Вы что-то сегодня задержались допоздна. Все хорошо? А то я слышала какой-то шум.

– Не стоит беспокоиться – просто некоторые неувязки по работе. Надеюсь, я не слишком тебя напугал?

– Нет, что вы. Вы домой, или сказать Валентине Ивановне, что вы хотите перекусить?

– Премного благодарен, но я вынужден отказаться. Пора домой – уже поздно, и к тому же Павел Антонович меня уже ждет. Доброй ночи, до завтра.

– До свидания, – Влада еще минутку стояла на лестнице, провожая взглядом Досщева, после чего ушла в свою комнату.

Глава третья

Вечер, наполненный разочарованиями и осколками вновь возродившейся надежды, сменила ночь – самое любимое время суток Влады, когда она спокойно мечтала о будущем, думала о неизвестном и просто растворялась в ночной мгле. «Надеюсь, на сегодня сюрпризы закончились», – с этой мыслью Влада сменила голубоватую рубашку на домашнюю футболку, а джинсы – на шорты, и села на удобный пуфик возле открытого большого окна. Оперевшись на подоконник руками, Влада вдыхала воздух ночи, слушала песни сверчков, любовалась мерцанием звезд, и в полном одиночестве лечила душу. Никто ей не нужен в эти минуты, кроме тишины и спокойствия. Растущий месяц бросал лучи на водную гладь реки. Их свет озарял все вокруг, и даже комната Влады не была исключением. Стены приятного нежно-лилового цвета переливались оттенками под лучами молодого месяца, а большая кровать казалась пушистой сахарной ватой.

Но кто знает, на какие еще мысли наводит эта мертвая тишина? Может, с мечтами просыпаются наши тайные страхи, вместе с проблемами добивающие человека окончательно, и ему ничего не остается другого, только попытаться уснуть и забыться, чтобы наступил новый день.

Обиды Влады прошли. Она привела мысли в порядок, все взвесила, и сама себе сказала: «Завтра будет новый день, и никто мне его не испортит». Однако грусть не прошла, и причина скрывалась в потайном ящике шкафа. Там притаился самый настоящий секрет, о котором знала только Влада, – небольшой сундучок с книгами. Немного старенькие, потрепанные, но такие дорогие сердцу пособия по общей медицине и учебники по естественным наукам, которые бережно хранились вдалеке от чужих глаз. Влада никогда не думала быть врачом или ученым, но понять, почему ее так влекут факты и исследования, описанные в книгах, она не могла. На самом дне сундучка лежала еще одна книжка – не менее дорогая ее сердцу и отличавшаяся от остальных. Ее внешний вид был настолько ужасен, что любой другой выкинул бы это старье, но только не Влада. Синяя рваная обложка и старые пожелтевшие листы, которые могли рассыпаться от любого прикосновения, напоминали хозяйке о страшном событии ее жизни, которое произошло больше десяти лет назад.

Алина Дмитриевна в очередной раз улетела на модный показ и приняла участие в торжестве в честь удачного запуска новой линии одежды. Десятилетняя Влада часто сбегала из дома и в одиночестве пробегала по крутым, травянистым оврагам к речке. Девочка купалась, загорала, отдыхала от подготовительных кружков и знакомилась с окружающим ее миром. Ей было интересно все, что есть в воде, на деревьях, в полях. Влада гуляла вдоль берега и открывала для себя новые места, не боясь трудностей и приключений. Она обошла все тропы, окружавшие ее дом, но иногда любопытство заводило Владу совсем далеко от дома, и именно тогда девочка выработала в себе храбрость. Так проходили ее дни. Вечером Влада приносила в свою комнату находки, которые собирала во время своих путешествий. То были камни, ракушки, цветы, которые Влада рассматривала и сравнивала. Так с каждым днем в девочке креп дух первооткрывателя и исследователя. Комната Влады располагалась над гостиной, где стояли огромные фамильные дорогие часы – гордость Юрия Леонидовича, реликвия, передававшаяся из поколения в поколение. Они были из дорогого красного дерева с великолепной резьбой и золотой оправой циферблата. Юрий Леонидович сам за ними следил, потому что боялся доверить их кому-либо, ведь эти часы ходили исправно уже почти сто лет. Звон колокола в девять часов вечера прогремел на весь дом, и это означало, что Владе пора готовиться ко сну. Лежа в кровати, Влада с нетерпением ждала еще одного чуда, которое завершало очередной день. Этим чудом была сказка, которую Валентина Ивановна читала на ночь. Когда Алины Дмитриевны не было, Гусева оставалась в доме до приезда хозяйки, ведь никто больше не мог позаботиться о ребенке, кроме Валентины Ивановны. Мягкий полумрак царил в комнате, возле кровати горел ночник со звездами, а на настенной полке дожидалась своего часа книга сказок А. С. Пушкина в синей обложке. Голос Валентины Ивановны звучал так нежно, что персонажи тут же оживали на страницах книги. На примере каждого героя Валентина Ивановна учила девочку тому, что называется добро и зло, заботилась о ней, а Влада в свою очередь немного полюбила Валентину Ивановну. Как-то раз вечером в девочка слушала свою любимую сказку «О рыбаке и золотой рыбке», а в это время уже ехала домой Алина Дмитриевна, вернувшийся раньше срока.

Дослушав сказку, Влада посмотрела на Валентину Ивановну голубыми большими глазами, в которых загорелся интерес:

– Тетя Валя, а рыбка забрала у бабушки дом, потому что она была злой?

– Не совсем, моя маленькая. Старуха только и делала, что требовала от рыбки роскошной жизни, а ничего сама для этого не делала. Вот рыбка ее и проучила. Когда ты вырастешь, ты поймешь, что для того, чтобы что-то получить надо трудиться, и уважительно относиться к окружающим тебя людям.

– Но ведь до этого мне еще далеко. Я слишком маленькая, чтобы работать.

Валентина Ивановна обняла Владу и легко прижала ее к себе:

– Я понимаю, что ты немножко боишься, но уверяю тебя, в работе нет ничего страшного – особенно в той, которую любишь. Вот ты сейчас даже не подозреваешь, что изо дня в день ты трудишься.

– Я? Но я же ничего такого не делаю.

– Как это? Ты ничего не делаешь? – она тихонько рассмеялась. – А камушки и ракушки, которые ты находишь? Ты думаешь, это не труд? Ты каждый день бегаешь к речке, собираешь находки, зарисовываешь, сравниваешь их – это тоже работа, а в награду ты получаешь новые знания и умения, которые тебе пригодятся в будущем. Ведь ты сама собираешь свою коллекцию, а не просишь кого-то. Вот и во взрослой жизни тебе надо самой добиваться своих целей, а то будешь как старуха из сказки у разбитого корыта.

– Так это не очень сложно и даже весело, а работать тяжело.

– А кто сказал, что работа всегда должна быть тяжелой?

Кто бы мог подумать, что в один миг – это маленькое существо, которое едва можно было заметить на большой кровати, – вдруг ощутит новое чувство. Чувство гордости за то, что Влада делала, но оно было еще слишком мало. Тем не менее, оно начинало знакомить Владу с далеким миром взрослых, а внутренний голос говорил ей: «Ты просто умница, и скоро станешь совсем большой». Казалось, ничто не может разрушить это райское мгновение, но это оказалось не так. Не успела Влада насладиться этим моментом, как вдруг дверь комнаты распахнулась с такой силой, что ее частички разлетелись по комнате. В дверном проеме стояла Алина Дмитриевна, испепеляя взглядом все, что ей попадется. Она залетела в комнату и в гневе стала кричать:

– Ты! Никчемная, старая кляча! Кто тебе дал право учить мою дочь всякой чепухе! Я все слышала, всю ересь, которую ты здесь говорила. Так знай, что она никогда не будет работать, потому что у нее есть деньги, которые решаю все на этом свете, а ты работала и всегда будешь работать за копейки, и умрешь на работе, заработав себе на похороны. А у нас столько денег, что мы не только можем себе все позволить, но еще и мои внуки никогда не будут работать, также как я и моя дочь!

– Алина Дмитриевна, хватит! – услышав крики, в комнату вошел Вадим Андреевич в красивом, элегантном костюме.

– Не лезь не в свое, Досщев! Эта безмозглая клуша решила, что, если она работает здесь больше двадцати лет, и на особом положении, так, значит, ей все можно! – Алина Дмитриевна совсем обезумела от гнева. – Скажи спасибо моему покойному муженьку-идиоту, что он закрепил тебя документально в этом доме, и помощь твоей инвалидке оказывал…

– Не смейте так говорить о Юрии Леонидовиче! – сказала Валентина Ивановна, едва сдерживая слезы.

– Что ты сказала? – Алина Дмитриевна уж было кинулась на Валентину Ивановну, чтобы ударить ее, но Вадим Андреевич успел схватить Алину Дмитриевну за руки так, что та даже не смогла вырваться.

– Алина Дмитриевна, успокойтесь сейчас же! Ребенок весь в слезах сидит. У нее сейчас истерика будет от того, как вы ее напугали.

Алина Дмитриевна пыталась вырваться из сильных рук Досщева, но поняла, что это у нее не получится и, посмотрев на испуганного, дрожащего ребенка, успокоилась и приказным тоном сказала:

– Еще раз я тебя возле Влады увижу – клянусь Богом, найду способ выкинуть тебя из моего дома и устрою тебе на стоящий ад, а теперь пошла вон из комнаты.

– Я поняла, но дайте мне ее успокоить – она же до смерти перепугалась.

– Пошла вон, я сказала! – еще громче закричала Алина Дмитриевна, которую силой вытащил в коридор Вадим Андреевич.

– Валентина Ивановна идите вниз и займитесь своими обязанностями, а ребе нок сам успокоится или вы хотите выговор?

Валентина Ивановна помотала головой и с тяжелым сердцем, под плач Влады, покорно вышла из комнаты. Почти всю ночь с нижнего этажа раздавались крики и угрозы. Алина Дмитриевна еще долгое время метала молнии в Вадима Андреевича и Валентину Ивановну. На втором этаже в своей комнате, уткнувшись в подушку и одеяло навзрыд плакала Влада, но она старалась это делать так, чтобы никто ее не слышал, потому как боялась, что мама услышит, придет, рассердится, накричит, а, может, и ударит ее. Именно тогда, в тот страшный вечер, Влада начала бояться свою мать. Этот страх, сидевший в душе многие годы, не позволял Владе дерзить или ослушаться Алину Дмитриевну. Спустя какое-то время все книги, находившиеся в комнате Влады были уничтожены. Их сожгли в камине. Одну книгу огонь изуродовал, но до конца не сжег, и ее Влада столько лет хранила на дне секретного сундучка, – как напоминание.

Глава четвертая

Наступил очередной учебный день. Утро у Влады не задалось, так как она вчера поздно легла и сегодня проспала подъем. Впопыхах собравшись, она выбежала на улицу, где ее почти час ждал Павел Антонович. Влада не успела ничего съесть, и всю дорогу только и думала, что сразу пойдет в кафе рядом с университетом и хорошо позавтракает. Пробки на дорогах были жуткие настолько, что Влада добиралась до места почти три часа вместо обычных полтора.

Утолив голод, Влада успела к концу первой пары, но ее это не сильно волновало, потому что все зачеты у нее сданы, и она могла спокойно прогуливать учебу, особенно, когда до выпуска оставался месяц, а дипломная работа – наполовину сделана. Влада пошла к кабинету, в котором должна быть очередная пара и по дороге она встретила Марину.

– Влада, привет! С тобой все хорошо? Обычно ты не опаздываешь.

– Привет. Все хорошо, просто я вчера поздно легла, – вот и проспала. Так, что я пропустила? – Влада обняла Марину, и обе отошли к окну поболтать, пока перерыв.

– Да, собственно, ты ничего не пропустила. Опять Егор Денисович болтал про дипломную работу, сессии, про то, что мы должны к этому серьезно подойти и все в таком духе. Знаешь, мне сегодня утром написал красавчик из Высшей школы экономики. Такой милашка, написал кучу комплементов и предложил познакомиться поближе, – Марина игриво и счастливо улыбалась, потому что спустя две недели после расставания с молодым человеком у нее появился новый воздыхатель.

– Да ты что! Я помню, – ты мне его показывала; и когда у вас свидание?

– Мы решили, что ближе узнаем друг друга на вечеринке у Реброва. Оказывается, они с Ромой знакомы, и Давид тоже приглашен! Вот совпадение!

– Кстати, ты мне можешь сказать по какому поводу намечается вечеринка?

– А-а! Точно, ты же не знаешь. Вечеринка будет в честь скорого выпуска нашего курса. Ну, как такое событие можно не отметить? Я надеюсь ты придешь, а то наследующий день можешь такого про себя услышать. Ты же знаешь, Кира, как придумает…

– Приду! – сказала Влада, потихоньку выходя из себя, раз уж речь зашла о Кире. – Ты не думай, я эту Киру не боюсь. Мне на нее плевать, и на ее слухи тоже. Если ты заметила, мало кто ее слухам верит, потому как знают, что она все врет.

– Я-то знаю, что тебе плевать, и заметила, что слухам никто не верит, но в глаза-то говорят совсем другое. Вот она и не успокоится никак, потому что в глаза ей говорят, что верят.

– Меня это не трогает. Ты лучше скажи мне вот что. Насколько я понимаю, вечеринка будет в фамильном особняке Ребровых, об этом уже все говорят, но мне интересно, а как же его родители и брат? Я не помню, чтобы Виктория Александровна разрешала проводить в своем доме вечеринки. Обычно они снимали ресторан.

– Со слов Ромы: у его брата что-то случилось, и две недели назад Виктория Александровна уехала вместе с ним куда-то за границу отдыхать, а жили они в другом доме, поэтому Рома сказал, что может спокойно устроить вечеринку в особняке, так как никто туда из родни не приедет.

– Ничего себе! Рома не говорил, что случилось?

– Нет. Как я поняла, он и сам не в курсе. Ну, надеюсь ничего серьезного.

– Понятно. Подожди, а где его отец?

– По-моему уехал в командировку по делам несколько дней назад. Так что дом в полном распоряжении Ромы.

Девушки проболтали почти весь перерыв, и за несколько минут до начала пары пришли в аудиторию. День тянулся очень долго, особенно, когда сидишь на лекциях и слушаешь нудный голос профессора. Повезло, что в тот день было повторение некоторых тем для дипломной работы, поэтому Влада особо не слушала, а сидела в своем новом айфоне, который ей недавно подарили.

Без четверти шесть у Влады закончилась последняя пара, и они с Мариной вышли на улицу. Кира отсутствовала, так как была на очередной фотосессии. Настроение у Влады было потрясающее, и даже придирки одного из профессоров по поводу зачета его не испортили, – все получилось, как она себе вчера перед сном и сказала.

На площади возле университета толпились студенты. Кто-то спешил домой, а для кого-то вечер только начинался. Влада медленно спускалась по ступенькам, предвкушая вечер, когда можно спокойно устроить себе расслабляющие процедуры, пока мамы нет. Рядом шла Марина, уже больше десяти минут болтая со своим новым ухажером. Окинув взглядом студентов, Влада увидела, как неподалеку стоят молодые люди, и один из них машет ей рукой. Это были Роман Ребров, Сергей Монин и несколько других ребят, незнакомых Владе. Она дернула Марину за рукав пиджака, и они обе разбавили мужскую компанию.

– Привет, девчонки, как вы? – Рома по своей натуре парень бойкий, задорный, не без деловой жилки. Отец – Алексей Семенович Ребров, в свое время стал успешным и уважаемым адвокатом. В молодые годы ему удавалась выиграть очень много дел, не исключая самые сложные, за которые опытные адвокаты не хотели браться. Амбициозный, умный и обворожительный, Алексей Семенович совсем скоро завоевал популярность у богатых клиентов. Так он спустя годы стал человеком, который с самых низов поднялся по финансовой лестнице, нажив огромное состояние. Но Алексей Семенович, выросший в бедной семье, всегда помнил: не одни его способности, ум и харизма помогли ему утвердиться в жизни и достичь таких успехов, но и долгие дни и ночи, когда он, выполнив школьные задания, сидел с книгами по юриспруденции, изучал своды законов и читал наблюдения заграничных адвокатов. Поэтому Алексей Семенович с раннего детства учил Рому ведению судебных процессов, знакомил с некоторыми тонкостями, которые мальчик мог понять в силу своего возраста, заставлял его учиться, чтобы в будущем передать ему все дела. Но образовательному процессу старшего сына Алексей Семенович не уделял так много времени, потому что считал, что Петр не способен стать хорошим адвокатом и продолжить семейное дело, хотя признавал, что старший не обделен умом и хитростью, но тот тратил эти качества впустую, и ничего почти не желал в жизни, кроме развлечений и роскоши. Роман тоже любил веселиться, и был душой компании, но в нужный момент он становился собран и сосредоточен. Несмотря на то, что Алексей Семенович еще долгое время не планировал отходить от дел, – каждый день к нему приходили друзья и знакомые консультироваться по судебным делам и искам, – он учил молодых, перспективных адвокатов и юристов, в которых видел толк. После того, как ученики самостоятельно выигрывали несколько дел, Алексей Семенович советовал своих подопечных знакомым и друзьям, но в глубине души все же мечтал, что после себя оставит такого же способного и блестящего адвоката, которым всегда был. Своим приемником он видел Романа, который в будущем, когда придет время, легко подхватит дело отца и не осрамит его имени. Если говорить о Петре, то после долгих прошений супруги, Виктории Александровны, Алексей Семенович купил небольшой ресторан и поставил управляющим Петра, – с условием, что тот самостоятельно будет вести дела, без лишней родительской помощи, и не прогорит в первый же месяц.

– Мальчики! Мы рады вас видеть, – звонкий голос Марины разнесся по всей площади.

– Девушки! Позвольте представить двоих моих друзей. Серж Никсон и Роберт Грин, – Рома указал на двух молодых людей, стоявших рядом с массивным и немного полноватым Сережей Мониным. Они оба были невысокого роста, может, чуть выше Ромы. Худощавые юноши были очень похожи между собой. Можно было подумать, что они братья, но у Сержа глаза уже, чем у Роберта. – Эти парни еще в детстве уехали за границу и поступили в Оксфорд.

– Вы поступили в Оксфорд и учились там?! – Девушки были в восторге. До этого дня никому из них не удавалось познакомиться с теми, кто учился за границей.

– Да, девочки, они недавно закончили университет и ненадолго прилетели обратно. Ребята, познакомьтесь – Марина и Владислава, можно просто Влада.

Юноши проявили изысканные манеры, поцеловав руку каждой девушки, чем заставили Владу и Марину покраснеть.

– Я хотел спросить: вы придете на мою вечеринку?

– Конечно, Рома. Как мы можем пропустить такое событие, – Марина не переставала улыбаться. – Я, кстати, хотела тебя спросить, а на твоей вечеринке будет Давид? Если не ошибаюсь, он учится в Высшей школе экономики.

– Давид? Конечно, будет – это мой старый приятель, а ты его откуда знаешь? – Рома тоже начал улыбаться Марине. Его голубые глаза заблестели, когда в них отразились огни зажигающихся фонарей. Стоило ему улыбнуться, и в нем чувствовалась харизма отца, которая притягивала к Роме противоположный пол.

– Честно сказать, мы случайно познакомились.

– Понятно. Кстати, хорошо, что мы говорим о вечеринке. Я перенес дату на завтра. Так что вечером я вас жду.

– Ничего себе! Что-то случилось? – спросила Влада.

– Мама с братом раньше возвращаются. Не хочу рисковать. Все – таки моя мама не любительница громких вечеринок. Я всех предупредил.

– Рома, а девушки никуда не спешат? Может, мы прогуляемся? – иностранный акцент Сержа немного рассмешил девушек, особенно Марину. Ее всегда забавляли люди, у которых был любой акцент и говор.

– Не знаю. Девушки, вы спешите куда?

– Нет! Мы с удовольствием с вами погуляем, – Марина взяла за руку Владу, потому что не хотела, чтобы Влада уехала домой и оставила ее одну, а во время прогулки Марина планировала побольше узнать о Давиде, чтобы произвести сногсшибательное впечатление.

«Если так рассудить, времени еще мало, и я все успею сделать», – подумала про себя Влада и только кивнула головой в ответ.

– Ребята, зачем куда-то идти? Предлагаю все вопросы об судить за чашечкой кофе. Я как раз знаю одну отличную кофейню недалеко отсюда. Вы же не против, что я пойду с вами? – предложение Сережи Монина поставило точку в споре между членами компании по поводу места, где провести вечер. Эта идея показалась всем самой лучшей из предложенных.

– Отличная мысль, Сереж, но разве тебе не надо идти к Николаю Сергеевичу, или он отменил дополнительное занятие? – с удивлением спросил Рома.

– Знаешь, Ром, когда я проходил мимо его кабинета, то опять увидел этого «недотепу» из параллельного потока. Не проходит и дня, чтобы он не доставал Савина своим проектом, – Сергей так сильно рассмеялся, что его огромное тело затряслось, а маленькая русая голова чуть запрокинулась назад. – Так что вряд ли Николай Сергеевич будет проводить занятие. Ведь у него начинается дрожь, когда он даже издали видит этого умника. О! Кстати, вот и он.

Из дверей университета вышел высокий, тощий парень в очках, одетый, как учитель – в рубашку, какой-то ужасный жилет в разноцветный ромбик и классические брюки. По одному только внешнему виду можно предположить, что парень, кроме зубрежки и учебников, ничего в своей жизни не видел. Он сел на ступени университета и дрожащими руками схватился за голову, бросив свои папки на землю. Только иногда Влада видела в фильмах, как люди почти так же убиваются, но она никогда не видела такого в реальной жизни. Парень чуть ли не рвал на голове волосы, что-то бормотал непонятное себе под нос, но обрывки слов доносились до Влады и ребят, стоявших рядом. Ей показалось, он, возможно, даже плачет, но, смотря на эту картину, она краем уха слышала, как тихо смеются Монин с Ребровым.

– Над чем вы смеетесь? – спросила Влада, находясь в состоянии легкого шока.

– Ты не подумай, Влад, – начал Рома и, глядя на лицо Влады, перестал смеяться. – Мы не из злости смеемся, а из жалости. Видишь ли, он уже долгое время ходит к Савину, чтобы тот принял его научную работу и отправил на научный конкурс. Победитель конкурса получает признание, перспективы на будущее и денежную сумму, я хочу сказать – немалую, но Савин не хочет принимать работу Узлова. Я даже фамилию его запомнил. – Сказав это, Рома повернулся к Сере же, и они снова начали тихо смеяться.

– А почему Николай Сергеевич не хочет принимать у него работу? – продолжала расспрашивать Влада.

– Если честно, только ты никому не говори, Савину заплатил чей-то отец, чтобы он придержал одно место для его сына. Вот так. Николай Сергеевич держит место, а Узлов пытается на это место попасть, но у него ничего не получится, ведь деньги Савин уже взял и, скорее всего, потратил – вот он и отсылает парня куда подальше из-за каждой мелочи. Бедняга.

– Наверно, одежду хочет получше себе купить, чтобы оборванцем не дразнили, – опять раскаты смеха Сергея услышала вся площадь. Оба парня вытерли слезы смеха, выступившие на глазах, и вся компания направилась в кофейню. Уже отходя от университета, Влада еще раз окинула взглядом бедного парня, и у нее появилась мысль, не покидавшая ее половину пути: «Как ужасно жить, когда у тебя пусто в карманах, и за твоей спиной смеются над твоей бедностью, а ты, сколько ни старайся, ничего не можешь с этим поделать».

На улице с каждым днем все позже темнело, и это значило, что скоро придет долгожданное лето. Компания молодых людей прогулялась по скверу рядом с университетом. Марина, как и планировала, всю дорогу не отпускала от себя Рому, донимая его вопросами о Давиде; Монин почти все время не выпускал из рук телефон, так же, как и Роберт, а Серж шел позади всех рядом с Владой и рассказывал ей про свою жизнь, изредка отпуская спутнице комплименты. Влада внимательно слушала Сержа, но ее забавлял его акцент и то, как он коверкал некоторые слова, а потом пытался их исправить. Далее их путь проходил по Ломоносовскому проспекту, где среди больших домов втиснулась небольшая кофейня.

– Я очень люблю здешний кофе. Уверен, вы оцените, – первым гордо зашел Монин, как свой человек, которого в кофейне знал почти весь персонал. Как только вся компания вошла, к ним сразу подошла официантка.

– Здравствуйте, Сергей Николаевич! Мы рады видеть вас и ваших друзей в нашей кофейне! Вам как обычно?

– Привет, Алиса. Мы будем за вип-столиком. Через пять минут подойди к нам, и сразу принеси мне капучино, только смотри – как я люблю.

– Будет сделано, Сергей Николаевич.

Нельзя сказать, что в этом заведении отдыхали только богачи. Это было уютное кафе с завышенными ценами на все, что только можно. Работали здесь лишь знатоки своего дела. Отмечу, что требования к персоналу были самыми жесткими. За малейшую ошибку часто увольняли без разговоров, так что обслуживали клиентов на высшем уровне, а благодаря сочетанию с удачным интерьеру, глаза на высокие цены закрывали даже обычные люди, которые хотели подняться хотя бы на одну ступень выше на социальной лестнице.

– Ты, видимо, часто здесь бываешь, раз тебя так хорошо знают? – спросила у Монина Влада.

– Да. Довольно часто. Я бываю здесь при каждой удобной возможности, – ответил Сережа и улыбнулся.

– Это видно. Уже третий раз ты свой гардероб за год меняешь, – все слегка засмеялись после шуточного наблюдения Ромы и, как только вип-столику принесли заказы, Марина продолжила атаковать вопросами Рому, и все пошло так же, как и по пути сюда.

– Вот что я еще хотела бы узнать, Рома. Скажи, ты не знаешь, с кем он раньше встречался? Ведь если он со мной решил встретиться, значит, сейчас у него никого нет. Может, я ошибаюсь?

– Знаешь, Марин, я за его личной жизнью особо не слежу и не интересуюсь, но, по-моему, месяц назад у него была девушка. Какие у них сейчас отношения, я не знаю, но думаю, что раз он с тобой решил лично познакомится, значит, девушки у Давида сейчас нет.

В начале десятого Влада приехала домой. Вдоволь напившись кофе и наевшись местных блюд, Влада почти сразу приступила к осуществлению своих планов на вечер. Она почти час нежилась в джакузи с пеной, потом – расслабляющий массаж от домашнего массажиста, которого по первому звонку вызывала Валентина Ивановна. Все это сопровождалось расслабляющей музыкой, приглушенным светом и происходило при зажженных ароматических свечах. Насладившись всеми прелестями спа-процедур, Влада предупредила Валентину Ивановну, чтобы та на завтра вызвала массажиста и косметолога, и пошла к себе в комнату спать.

Глава пятая

Наступил день, когда должна состояться та самая, долгожданная вечеринка, о которой почти две недели говорила и писала «золотая молодежь». На сей раз утро у Влады прошло обычно. Как вчера, она приехала в университет с опозданием. Единственная странность: большая часть студенток отсутствовала на лекциях, но это довольно просто объяснить. Девушки уже с утра начали готовиться к празднику, который начинался в десять часов вечера. Влада особенно не беспокоилась по этому поводу, ведь она знала, что, в отличие от многих других модниц, она все успеет. Так и вышло. Влада приехала домой, где ее уже ждал косметолог, визажист и массажист, а до вечеринки у нее оставалось еще четыре часа с лишним. Спустя два часа Влада стояла в прекрасном серо-голубоватом коктейльном платье, привезенном из Парижа, с первоклассным макияжем и блестящими локонами светло-русых волос.

Вечеринка уже начиналась, когда Павел Антонович подъехал к особняку Ребровых. Парковочная площадка настолько перегружена дорогущими автомобилями, что Павлу Антоновичу пришлось сильно постараться, чтобы доставить Владу ко входу, и да еще и сдать назад, а вот с погодой проблем не было. День оказался теплым, даже можно сказать, жарким, и работники дома открыли бассейн с подогревом, так что гости могли не только потанцевать и выпить дорого шампанского, но и искупаться. Влада вошла в дом. По первому этажу развесили прожекторы, как в ночном клубе, диджей включил какую-то музыку, чтобы народ не сильно скучал, а барную стойку обступили те, кто не хотел ждать начала. Влада встретила Марину, одетую в недавно купленный бордовый костюм, недалеко от входа.

– Влада. Как я рада тебя видеть. Чудесно выглядишь!

– Спасибо, Мариш. Я так понимаю, ты Давида ждешь?

– Да. Я думаю, он оценит мой игривый наряд, – Марина закусила губку после этих слов, как это делают горячие модели в журналах.

– Если не оценит, то он просто идиот.

Марина, находясь в предвкушении новой встречи, обняла Владу, как лучшую подругу, и начала делиться с ней событиями прошедшего дня. Рассказ о посещении визажиста и парикмахера прервал Серж:

– Добрый вечер, дамы. Вы прелестно выглядите!

В этот момент в дом зашел Давид. Горячий высокий брюнет южных кровей с безупречным телом и мягкими чертами лица. На такого обращали внимание почти все девушки и женщины, стоило ему появиться в поле их зрения. Характерный и темпераментный альфа-самец прекрасно умел расположить к себе противоположный пол и пользовался у них успехом, а своими действиями вызывал зависть у других мужчин.

Марина продумала план действий и немедленно пошла в наступление. Вдруг музыка стихла, и в центр зала вышел Рома с микрофоном:

– Друзья! Я счастлив видеть вас в своем доме, на нашем празднике жизни. Когда-то давно мы с вами поступили в один университет и стали учиться вместе. Это были классные, веселые, потрясающие четыре года, но через месяц мы станем дипломированными специалистами и продолжим свой жизненный путь. Я считаю, будущий выпуск-праздник, который мы заслужили. Так давайте отпразднуем его, как надо. Сегодня наш вечер, а потому веселитесь сейчас, чтобы было, что вспомнить завтра!

Толпа заревела. Все аплодировали, свистели и что-то кричали. Рома завел толпу и, когда он замолк, выключился свет. Через секунду яркая вспышка озарила весь особняк и заиграла громкая, сногсшибательная музыка, а разноцветные прожекторы зажигали в сердцах гостей огонь веселья.

Серж повел Владу на задний двор, где был бассейн и столики с диванами. Влада была не против уйти подальше от этой шумной музыки и пообщаться с молодым человеком, который, как ей казалось, неравнодушен к ней. Тем более, Владе сейчас не очень хотелось танцевать. Может, она решится выйти на танцевальную площадку после одного или двух бокалов шампанского, но сейчас ее вполне развлекал кавалер.

– Влада, я очень рад вас видеть сегодня. Ничего, если я буду звать вас Влада?

– Конечно, и давайте перейдем на «ты», мы ведь не первый день знакомы, – Влада мило улыбнулась, а Серж застенчиво улыбнулся.

– Вы… ой! Прости, пожалуйста, то есть ты – самая красивая девушка, которая находится здесь. Когда я впервые тебя увидел, то не мог оторвать взгляд от тебя.

Влада поблагодарила его легким кивком, не переставая улыбаться.

– Я заметила.

– Твоя красота божественна! Я не могу описать словами, насколько в тебе все прекрасно, – его слова не успевали за мыслями. Он путался, менял буквы местами, потом в спешке пытался все исправить. Влада изредка касалась его руки, чтобы Серж не переживал и говорил спокойнее. Влада глотнула шампанского.

– Мне очень приятно слышать твои слова, но ты не можешь знать наверняка, какая я. Ты меня еще мало знаешь, чтобы делать такие выводы.

– О Влада, я бы очень хотел узнать ближе. Я все пытался тебя спросить… Есть ли у тебя молодой человек?

– Нет.

Серж улыбнулся глазами и поставил бокал шампанского на ближайший столик. Влада поправила платье и не заметила, что уже попала в объятия Сержа, целовавшего ее. Его губы так сильно прижались к губам Влады, что она вырвалась из обхвативших рук спустя несколько секунд. Влада оттолкнула его, но не более, потому как ожидала этого поступка, в отличие от Сержа. Он стоял немного растерянный. Может, даже с чувством стыда за столь скорое заблуждение.

– Влада, прости меня за поцелуй, но я подумал, что нравлюсь тебе и, когда ты сказала, что у тебя нет молодого человека, я мог бы им стать. Я не рассчитывал, что ты оттолкнешь меня, хотя я признаю, что поспешил.

– Ты мне действительно нравишься, Серж, но как хороший знакомый или друг. Я не готова пока с кем-то встречаться, и дело вовсе не в тебе. Просто у меня было тяжелое расставание с бывшим молодым человеком, и я еще не оправилась от разрыва.

– Я еще раз прошу прощения. Я даже не подумал об этом. Надеюсь, я могу рассчитывать на твою дружбу?

– Конечно.

Влада и Серж пошли танцевать. Прошло двадцать минут с тех пор, как Влада зашла на танцевальную площадку. Звуки музыки заставляли тело двигаться, а сердце биться в такт, что ей было сложно остановиться и вот, когда Влада без передышки протанцевала почти полчаса, она решила передохнуть и заодно найти Марину, но, обойдя все комнаты особняка, обнаружила, что подруги нигде нет. Позже к ней подошел Рома и рассказал, что Марина очень много выпила – до такого состояния, что начала легко буянить и нести всякий бред. Ему ничего не оставалась, кроме как попросить своего водителя отвести Марину домой, чтобы не произошло ничего дурного.

– Не может быть. Марина никогда не пила столько. Даже на праздниках она выпивала пару бокалов вина.

– Не переживай, Влад. Ну, решила она расслабиться чуть-чуть. Кто из нас хоть раз не напивался? Главное, сейчас она едет домой. Мой водитель позвонит мне, как только он привезет ее с Робертом.

– Как с Робертом? Он поехал с ней? – глаза Влады удивленно округлились.

– Да. Он вызвался проводить Марину на случай, если ей станет плохо в дороге. Все будет хорошо.

– Да, я знаю. Спасибо тебе большое, Рома. Я, пожалуй, тоже поеду.

– Как, уже? Да брось, Влад времени еще только два часа ночи. Вечеринка в самом разгаре.

– Нет, спасибо. Я все-таки поеду домой, а то с утра почувствую себя неважно.

Влада уехала домой. Еще в машине она начала потихоньку засыпать, поэтому сразу же заснула, как только оказалась в своей кровати.

Глава шестая

Какая прекрасная вещь выходные. Дни, когда ты спокойно можешь проснуться, полдня провести в кровати или уехать куда-нибудь, не думая об учебе или других бытовых проблемах. Разве это не здорово – быть хозяином своего дня? Ты сам планируешь время на хобби или любимые занятия, невзирая на возможные разъезды и прочую волокиту. Однако не у всех выходные дни проходят радостно и беззаботно. Наоборот, есть те, кому выходной день дается тяжелее, чем рабочий, но я считаю: каждый день, который я проживаю, может стать обычным или необычным, независимо от того, будни это или выходные. Необычный день наполнен разными событиями и дарит негативные и позитивные эмоции. Для Влады Карповой эта суббота тоже стала необычным днем. Возможно, самым необычным в ее жизни.

После вечеринки Влада проснулась ближе к полудню. Она прекрасно себя чувствовала, хотя приятно этому удивилась, потому что когда выпивала раньше даже один бокал шампанского, то наутро у нее болела голова. Субботнее обещанное солнце резко скрылось за тучами, а тепло сменилось порывистым ветром и кратковременным дождем. Влада спустилась в столовую, где Валентина Ивановна накрывала для нее завтрак. Поедая свои любимые блинчики с вареньем, Влада смотрела в окно, на гнущиеся деревья, большие волны реки, гонимые ветром, и серо-черное небо, затянутое стеной облаков, за которой не видно и луча света. После вкусного завтрака Влада сидела на первом этаже и ждала, когда Павел Антонович привезет маму.

Как и обещала Алина Дмитриевна, сегодня она должна была прилететь домой. В половине второго она была дома. Влада встретила ее у порога. Чуть погодя они сели в столовой, где Алина Дмитриевна пила чай и рассказывала о своей поездке. Когда она спросила дочь о ее делах, Влада кратко доложила матери о скучных днях в университете, и ни словом не обмолвилась о вечеринке.

После недолгого разговора Влада поднялась к себе в комнату и решила, что сегодня проведет весь день дома. Открыв ленту новостей в интернете, увидела кучу фотографий и несколько видео со вчерашней ночи. На фотографиях оказалось много знакомых Влады, в том числе Монин, Роберт, Кира и другие. Она с интересом просматривала фотографии и пыталась припомнить момент, когда это снимали. На одной фотографии она увидела Сержа и себя танцующими. Тут ей вспомнился их разговор у бассейна. Она в точности вспомнила все его слова, как Серж на нее смотрел, и его поцелуй. Влада о чем-то задумалась на минуту и пришла к неожиданному для себя выводу.

С подросткового возраста Влада была интересна мальчикам, и поклонников у нее было много, но с кем бы она ни встречалась, у нее не возникало того сильного чувства влюбленности и привязанности, в отличие от многих ее воздыхателей. Все молодые люди ей были симпатичны и интересны, но Влада довольно легко с ними расставалась, без лишних скандалов, и последующих рыданий, как это бывало у многих девушек. Однажды Влада даже безразлично отреагировала, когда молодой человек попытался подстроить сцену измены, чтобы добиться от Влады хоть каких-то эмоций, но очень скоро он из категории «нынешний» перебрался в категорию «бывший». Несмотря на это, Влада никогда не считала себя гулящей, как часто вела себя Кира. Вспомнив все это и подумав как следует, она спросила себя: «Почему так?» Но не на все вопросы можно быстро и легко найти ответы, сколько бы Влада ни пыталась. Цепочку мыслей прервал неожиданный мобильный звонок Марины.

– Алло, Марина, привет! Ты как?

– Привет. Ты дома? – голос Марины звучал так, будто ее разбудили посреди ночи. Сиплый, тихий, немного невнятный.

– Что с тобой вчера произошло? Рома сказал, ты не по-детски напилась.

– Влада, мне так плохо. Я никогда не чувствовала себя такой оскорбленной…

– Так, рассказывай, что случилось, – нетерпеливо сказала Влада.

– Ладно, слушай. Помнишь, вчера пришел Давид, и я пошла к нему? Мы общались, что-то выпивали, танцевали. Он казался таким милым и обаятельным. Потом я ушла в уборную на пару минут. Пришла обратно, а возле него Кира крутится как юла. Я еще подумала: «Змея какая», и не успела опомниться, как они уже целуются, причем не как знакомые или друзья.

– Серьезно? Вот кобель.

– Ты слушай дальше. Я подошла вся злая узнать, что происходит, а Кира мне и говорит: «Видишь ли, Мариш, какая ситуация получилась. Мы с Давидом уже почти полгода вместе, но недавно сильно поругались, вот он и решил найти очередную дурочку, чтобы я заревновала и вернулась к нему, и в принципе это сработало – мы снова вместе, но я не думала, что это окажешься ты». Ты представляешь? Мне стало так противно, так мерзко даже стоять рядом с ними.

– Какой ужас! И из-за этого ты решила напиться?

– Не совсем. Если честно, я не сама решила…

– В смысле?

– После того, как это произошло, я ушла опять в уборную, чтобы успокоиться, но по дороге меня увидел Роберт. Он начал расспрашивать, что со мной случилось, и почему я плачу. Я сначала не хотела говорить, но он был так настойчив, что я сдалась и все рассказала. Роберт начал вытирать мне слезы, говорить, что Давид подлец, и он меня недостоин. Мне было так обидно, что со мной так обошлись, и я решила отыграться на Роберте.

– Ты решила на нем отыграться? То есть ты решила его соблазнить, назло Кире и Давиду?

– Не могла же я показать им, что я убита этой ситуацией. В общем, Роберт предложил выпить, чтобы снять напряжение, но ты же знаешь, Влада – я алкоголем проблемы не решаю.

– Этот подлюга тебя напоил?

– Получается, так. Поймал нужный момент. Я так понимаю, он меня вчера домой привез?

– Рома попросил своего водителя тебя отвести, а Роберт напросился тебя проводить. Я еще тогда подумала, что это странно.

– Превосходно. Один обманул, как последнюю дуру, другой напоил и получил, что хотел.

Влада поняла, о чем говорит Марина, но надеялась, что, может, она ошибается.

– Что ты хочешь сказать?

– Влада, не строй из себя дуру. Ночью у нас был секс. Только я мало что помню, потому что слишком много выпила. Он мне записку оставил, что ему все понравилось. Боже! Влад, приезжай ко мне. Я не хочу сидеть дома одна.

Влада слышала, как Марина начала шмыгать носом.

– Хорошо, я скоро буду у тебя.

– Спасибо. Хоть ты меня не бросила.

Влада начала собираться к Марине. Кто бы мог подумать, что одна из первых красавиц попадет в такую заварушку. Влада позвонила Павлу Антоновичу и спустилась вниз, но случай с Мариной стал не единственной странной ситуацией за этот день.

К Алине Дмитриевне заглянула в гости ее подруга, Виктория Александровна Реброва. Она приехала в дом Карповых с какой-то проблемой, и обе светские дамы громко обсуждали ее в гостиной. Виктория Александровна очень нервничала – это было слышно по голосу. Влада подумала, что, может, этот визит связан с их поездкой за границу. Она знала, что Марина ее ждет, и подслушивать нехорошо, но опять ничего не смогла с собой поделать и осталась стоять на лестнице, что бы ее не увидели.

– Вика, хватит распускать нюни. Я догадываюсь, что проблема не решилась?

– Нет, конечно. Все стало еще хуже. Помнишь, я тебе рассказывала, что этот человек целыми днями возле моего дома находился? Кричал, портил мои стены и асфальт. Мне пришлось даже дополнительную охрану нанять, чтобы его сразу выгоняли. Потом я ему записку с извинениями послала и почти пять миллионов долларов, но этот псих принес мне деньги обратно, и пока его охрана не скрутила, он чуть не разбил мне все окна.

– А чего ты еще ждала? Что он успокоится и будет тихо-мирно с пятью миллионами сидеть? Мог, конечно, но я сразу тебе сказала, что это навряд ли.

– Мы уже за границу уехали, чтобы там переждать, но нам позвонил следователь и сказал, что этот человек покончил с собой.

– Как, покончил с собой?

– Спрыгнул с крыши дома и разбился. Когда проводили обыск, в квартире нашли предсмертную записку. Ее изъяли, а информацию всю скрыли.

– А если что-то вскроется и попадет в СМИ?

– Не вскроется. Алексей доверил это дело надежным людям. Столько денег отдали – ты бы знала.

– Ну и дела, – протянула Алина Дмитриевна.

– Алин, не смотри на меня так. Ты же знаешь, я не могу поступить иначе. Мы не можем. Я понимаю, что это просто бесчеловечно, и что он давно свою репутацию загубил, а другие за него расхлебывают, но я не могу допустить, чтобы на репутации моей семьи стояло клеймо «убийцы». Об этом никто не должен знать.

– Если ты думаешь, что я кому-то скажу, то можешь не волноваться. Я никому и словом не обмолвлюсь про твой секрет, также как и ты про мой. Правду говорят – лучшую подругу или убей, или дружи с ней до конца.

Как только разговор закончился, Влада начала спускаться вниз. Она прошла мимо гостиной, сделав вид, что ничего не слышала.

– Ой, здравствуйте, Виктория Александровна!

– Влада, привет. Дай-ка я тебя рассмотрю, а то последний раз я тебя видела несколько лет назад. Слушай, ну просто принцесса. Вся в маму пошла.

– Спасибо. Мам, можно я поеду к Марине домой?

– Конечно, солнце. Вы пойдете гулять? – Алина Дмитриевна почти никогда не меняла выражение лица. И сейчас она смотрела на дочь так же, как до этого – на подругу.

– Не знаю. Может быть, пойдем.

– Езжай, но ты знаешь: в десять быть дома, – Влада обняла маму, попрощалась с Викторией Александровной и села в машину.

По дороге начался дождь и сильный ветер. Он буквально валил деревья в сторону, а ветки падали на шоссе. Влада предупредила Марину, что задержится в пробке, произошедшей из-за аварии. Спустя два часа машина въехала в элитный район Москвы с высокими, дорогими и недавно построенными многоэтажками. Павел Антонович остановился около въезда к дому. Он вышел из машины и пошел куда-то. Спустя несколько минут вернулся обратно со словами:

– Владислава Юрьевна, я не могу подъехать к дому. Рабочие сказали, разгребают завал после урагана. Пока не разгребут, никто к дому не подъедет. Так что придется вам идти пешком.

– Ничего страшного, Павел Антонович. Мне как раз надо еще в одно место зайти. Спасибо, я вам позвоню, когда мне надо будет домой. До свидания.

– Как скажете, Владислава Юрьевна.

Хромов уехал обратно, а Влада пошла в магазин, где продавалось любимое мороженое, ее и Маринино. Все купив, она направилась к многоэтажке. На дороге валялись листья, ветки, сломанные ветром, какие-то бумажки и прочий мусор. «Однако сильный ветер сегодня поднялся», – думала про себя Влада, но вдруг услышала голоса. Кто-то кричал, голосил, звал на помощь, но откуда доносились эти крики, Влада не понимала. Она осматривалась по сторонам, пытаясь понять, что же все-таки происходит, и кто зовет на помощь. Вдруг она услышала, совсем близко кто-то кричит: «Девушка, уходите оттуда. Берегитесь!» и в ту же секунду оглушительный рев неуправляемой машины раздался в ушах Влады, а огромный, мощный, железный зверь отбросил ее тело в сторону.

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

Глава первая

Вы никогда не задумывались, что становится логическим завершением нашего пути? Как выглядит та точка невозврата, о которой по сей день спорят ученые и философы? Одни полагают, что место, где окажется большая часть живущих на земле, охвачено пламенем, в котором горят души грешников, издавая страшные крики и стоны. Другие полагают, что такого места нет. Они придерживаются мнения, что конец человеческой жизни – это и есть смерть. После нее тело, потеряв жизненную силу, просто растворится в земле и во времени так же, как и душа. Я не знаю, во что верите вы, и ни в коем случае не пытаюсь вас переубедить, но позвольте спросить: а может конец быть иным?

Открыв глаза, Влада увидела, что находится в неизвестном ей лесном парке. Повсюду зеленые деревья, было светло и тепло, как обычным летним днем. Чтобы хоть немного разобраться в произошедшем, она пошла по земляной широкой единственной во всем парке тропе, уходящей куда-то вдаль. Влада все шла и шла вперед по неизвестному маршруту, изредка оглядываясь по сторонам. С каждым пройденным шагом сердце девушки начинало биться сильнее от страха и волнения, ведь Влада шла уже давно, но по дороге она не слышала и не видела ни зверей, ни людей, ни птиц.

С того момента, как Влада сделала первый шаг, она не могла не думать о том, что же с ней произошло. Самой логичной версией казалось похищение. Может, ее действительно похитили и привезли в безлюдный парк, но возникает вопрос: где же тогда похитители? Как она смогла от них убежать? Да и по ее внешнему виду нельзя сказать, что ее где-то держали. Влада часто смотрела фильмы, и в некоторых встречались сцены с похищением. Жертвы находились в грязных местах или в багажнике машины, а ее голубая любимая блузка выглядела просто безупречно, как будто Влада только что достала ее из шкафа. Джинсы тоже были в отличном состоянии, не говоря уже о белоснежных кроссовках.

Пройдя еще несколько сот метров, Влада остановилась. Она сложила руки на груди и стала медленно оседать вниз. Страх намертво сковал ее тело, и она задрожала. На глазах появились слезы. Паника, нараставшая как снежный ком, поглотила сердце Влады, и та, встав на колени, начала в голос плакать. Впервые в жизни Влада походила на беспомощного котенка, брошенного в одиночестве на растерзание этому миру.

– Здравствуй, Карпова Владислава Юрьевна.

Влада подняла на нее мокрые и большие от страха глаза. Перед ней оказалась деревянная лавочка, на которой сидела незнакомая девушка.

– Ну что, так и будешь стоять на коленях или на лавку сядешь?

Влада чуть дрожащей рукой дотронулась до лавки. «Как же она появилась?» – подумала она. После чего оперлась на нее и села рядом с незнакомкой. Какое-то время в парке воцарилась привычная тишина.

Влада опять начала осматриваться по сторонам, не понимая ситуации. Она смотрела то на лавочку, то в сторону, то на девушку, которая с наслаждением наблюдала за испуганной красавицей. Такой типаж девушек Влада, как и другие, называли «серая мышь».

Ничем не примечательная, неяркая молодая девушка сидела рядом, но ее взгляд очень настораживал Владу. Под этим взглядом хищной птицы Влада чувствовала себя жертвой, и от этого ей было очень некомфортно:

– Кто ты такая? – спросила Влада. Дрожь в теле прошла, девушка выпрямилась, подняла выше голову, показывая собеседнице, что она хозяйка положения.

– Меня зовут Ася, – спокойно ответила незнакомка. Влада еще раз бросила взгляд на нее. Русые пряди до плеч, светлая кожа, голубоватые глаза, – по мнению Влады, не очень симпатичные черты, но все это напоминало ей кого-то:

– Мы с тобой раньше не встречались? Мне кажется, я тебя где-то видела.

– Нет, – с легкой ухмылкой сказала Ася – Можно подумать, ты кого-то еще, кроме своих друзей, видела!

Влада не ожидала такого ответа, и очень смутилась. Никто, кроме Киры, не разговаривал с ней таким тоном.

– Что? Да ты знаешь, с кем…

– Перестань! – перебила ее Ася. – Если ты будешь мне тут свой характер показывать, то не вернешься домой, – голос Аси звучал строго, но так же спокойно.

– Домой?

– Да. Я та, что может помочь тебе, но сначала расскажи мне то, что ты помнишь.

– Я… я ничего не помню.

– А ты попытайся вспомнить! – Влада уперлась локтями в коленки, а голову положила на ладони. Мозг начал так усиленно работать, что Владе казалось, будто ее голова сейчас взорвется. Спустя несколько минут перед мысленным взором девушки замелькали картинки.

– Я что-то помню. Я помню улицу, какое-то помещение… это был магазин, по-моему. Я куда-то шла. А! Я шла к подруге!

– Дальше. Что было дальше?

– Потом? – Влада закрыла глаза, чтобы лучше вспомнить, но через секунду резко их открыла. – Я слышала крики. Кто-то что-то кричал, а после… мне было больно, – Влада вспомнила не только события, но и боль, которую тогда почувствовала. Она обхватила руками живот и ребра, – те места куда пришелся удар, – и, повернувшись к Асе, с дрожащими губами и мокрыми глазами, тихо спросила:

– Что со мной?

– Это лучше, чем ничего. Ладно я расскажу тебе, но при условии, что ты не будешь меня перебивать, – Ася смотрела тем же взглядом хищника, а Владе ничего не оставалось, как согласиться.

– Ты действительно поехала к своей подруге Марине домой. После того, как ты вышла из магазина, по дороге к Марине тебя сбила неуправляемая машина. Сейчас твое тело находится в машине скорой помощи. Тебя везут в частную клинику доктора Римского, и раз ты здесь, это значит, что пошла первая секунда твоей смерти…

– Бред! Ты говоришь бред! Я же здесь… я же живая! – Владой опять начала овладевать паника.

– Ты есть то, что называется душа человека. Хочешь ты того или нет, сейчас ты мертва, но признаюсь, не все так плохо, как кажется, – Ася вздохнула и добавила. – Да, кстати, винить в этой ситуации уже некого. Водитель, который сбил тебя и еще троих людей, умер от инфаркта за рулем еще до аварии, поэтому машина была неуправляема. Вот видишь, как может получиться. Был человек. Учился в школе, ходил на работу… жил, в общем, а тут раз – и нет человека. Всякое бывает.

На лице Влады застыл ужас, по щекам лились слезы. Она не верила своим ушам. Ее мозг отказывался принимать все сказанное за правду. С обезумевшим лицом, Влада схватила Асю за серую футболку и начала ее трясти. «Где я! Как мне вернуться домой?» – в панике кричала она. Мощным рывком Ася вырвалась из захвата так, что Влада по инерции упала телом на скамейку. Как только девушке это удалось, она отвесила Владе пощечину.

– А ну-ка успокоилась, живо! И слушай меня очень внимательно: если ты еще раз что-то подобное сделаешь, я уйду и не стану тебе помогать, а ты останешься здесь, и тогда все твои шансы на возвращение сведутся к нулю. Тебе это ясно?

Ася разозлилась, но, выпалив это, она перевела дух и спокойно стала ждать, когда Влада придет в себя. Пощечина сработала. Паническая атака прошла, как ее и не было. Удар был не сильный, но очень действенный, и вскоре Влада сидела в нормальных чувствах.

– Не хочешь извиниться? – спросила Ася.

– Извиниться? Ведь это ты меня ударила, – удивленно переспросила Влада.

– Я ударила тебя, потому что ты начала паниковать, и чтобы тебя успокоить, мне пришлось применить силу. Когда слова не помогают, в игру вступают действия. Ты все мои слова пропускала мимо ушей. Ты меня перебивала, хотя я просила этого не делать, и я молчала, но когда ты на меня набросилась, не совладавши с собой, то получила пощечину и, между прочим, это тебя успокоило. Так что извиняться тебе, а не мне, или ты забыла, как это делается?

Влада немного помялась.

– Извини.

– Нормально извиняйся! Это там ты была принцессой, а здесь ты никто. Так что, либо извиняешься как надо, либо я ухожу.

– Извини меня… пожалуйста, – Владе было не по себе. Мысль, что она может диктовать свои условия, разлетелась в пух и прах. Теперь не она хозяйка положения, а эта нахальная девчонка. Влада поняла, что теперь ей надо слушаться Асю беспрекословно.

– Ладно, сойдет для принцесски, – Ася села на скамейку и облокотилась на спинку.

– Ты можешь мне сказать, где я? – тихо спросила Влада, нервно переплетая пальцы.

– Ты находишься в месте, где все то, что так ценят люди, – особенно материальное, – не имеет значения. Здесь все – будь то бедный или богатый, учитель или музыкант, – все отвечают за свою жизнь, за свои поступки, которые они совершили, и платят за это соответственно. Теперь сама догадайся.

– Это место похоже на… рай, – неуверенно ответила Влада.

Ася посмотрела на нее удивленными глазами.

– Ты слишком высоко себя ценишь, Владислава Юрьевна. Как я посмотрю, даже слишком высоко.

– Хочешь сказать, что это ад? Но не похоже на преисподнюю.

– А ты там уже бывала, чтобы сравнивать? – в голосе Аси проскользнул сарказм.

– Нет, но я же читала, что-то смотрела. По телевизору показывали людей, у которых была клиническая смерть. Кто выживал, рассказывал, что видел огонь, бесов и всякие другие ужасы, и вообще – это место описано в религиозных книгах.

– Ну, тогда ответь мне на вопрос. Обязательно ли нужен огонь и страшные бесы, чтобы грешник раскаялся в своих грехах, как думаешь? – Ася опять смотрела на Владу взглядом хищника.

– Не знаю…

Наступило недолгое молчание. Ася сидела все также, опираясь на спинку скамейки. Влада тоже откинулась на спинку. Ася сделала глубокий вдох и промолвила:

– Хорошо здесь, правда?

– Ну, не знаю. Симпатичный, пустой парк.

Влада увидела ухмылку собеседницы.

– Как это ты не знаешь? Ведь когда-то это было твое самое любимое место на планете.

– Мое любимое место? Я его не помню, – удивилась Влада.

Ася наклонилась и сорвала единственный белый одуванчик, что рос около скамейки. Она повернулась к Владе и протянула красавице одуванчик со словами:

– Возьми и подуй в правую сторону.

Влада сделала все, как ей велела Ася, и на ее глазах произошло настоящее чудо. Когда Влада дунула на одуванчик, его пушинки разлетелись, умножились в миллион раз и стеной закрыли правую сторону парка. Влада почуяла запах сладкой ваты и попкорна, а вдалеке услышала веселую музыку. Когда стена из одуванчиков разлетелась в стороны, Влада увидела перед собой парк детских аттракционов. Она улыбнулась удивленно и радостно. Это действительно было самое любимое место Влады на всей планете. Ведь здесь семь лет назад она впервые встретила свою любовь.

Глава вторая

С первого класса Влада училась в одной из лучших московских частных школ. В начальных классах детей обучали иностранным языкам, учили работать на компьютерах, доступным языком объясняли биологию, краеведение и естественные науки. Начиная с пятого класса, детей разделяли по группам со специальным уклоном. Влада вместе с Мариной и другими будущими однокурсницами попала в математический класс. Честно признаться, юная красавица не была в восторге от точных наук. Больше всего ее привлекали уроки изобразительного искусства. Влада несколько минут могла рассматривать картины великих художников и даже сама неплохо рисовала, но после того, как Алина Дмитриевна поставила окончательную точку в этом вопросе, девочка каждый день вместо прекрасных, многокрасочных картин стала изучать блеклые диаграммы и всевозможные законы с формулами.

Но вот наступили долгожданные летние каникулы, пожалуй, самая любимая пора всех учеников и студентов. Три месяца теплых, веселых дней, даже несмотря на временные капризы погоды. Сидя за школьной партой, Влада с нетерпением ждала летнего жаркого солнца, особенно, когда за окном еще лежали сугробы.

Наконец-то в школе закончился последний урок, и все школьники официально ушли на каникулы. Владе позвонил Павел Антонович и сказал, что приедет за ней позже, так как задерживается в жуткой пробке. Чтобы не торчать в душной, постылой школе, Влада вышла на двор. Погода была чудесная, как и настроение Влады. Солнце припекало так, что уже хотелось загорать, чуть чувствовался легкий ветерок, а на фоне храма знаний из коричневато-рыжего кирпича с белами колоннами еще ярче цвели фиолетовые сирени, дарующие свой сладкий аромат всей улице.

Недалеко от школы находился парк аттракционов. Зимой там обычно было мало народу, так как оставались лишь громоздкие карусели да колесо обозрения (и то в не рабочем состоянии), но зато летом наступало настоящее веселье. Повсюду стояли еще привозные карусели, детские игрушки – автомобили и паровозы с вагонами, открывались палатки с играми и призами, ларьки со сластями и небольшие кафе. За девять лет обучения Владе не разу не удалось там побывать, потому что открывался парк ближе к середине июня, но в этот год открытие случилось раньше, и Влада решила наверстать упущенное.

Конец ознакомительного фрагмента. Купить полную версию.