книжный портал
  к н и ж н ы й   п о р т а л
ЖАНРЫ
КНИГИ ПО ГОДАМ
КНИГИ ПО ИЗДАТЕЛЯМ
правообладателям

Мне двадцать пять и я уже всего достигла. Не верите? Сейчас все докажу. Вот скажите, о чем мечтают девушки. Затрудняетесь так сразу ответить? Не стесняйтесь, расслабьтесь и помните, что говорим сейчас без свидетелей, и наши откровения никому не станут известны. О замужестве мечтают? Обязательно! И некоторые чуть ни с детского сада. И поначалу пределом мечтаний был Ванечка или Стасик, те мальчики, которых в группу за руку приводили их нарядные мамы. А особо одаренные от природы девочки успевали еще до школы стребовать с некоторых юных представителей мужского пола клятвы в любви и обещание жениться. У вас такое было? Так да или нет?! Вот, было, и я об этом!

И уж конечно замуж надо выходить, не абы как, а удачно. Что это значит? Вот здесь мнения могут разойтись. Потому что кому-то нужна большая любовь, кто-то от успешного брака требует резкое увеличение собственного материального состояния, кому-то вынь и положи красавца, а иначе никак. И перечислять можно долго, практически, до бесконечности. Но есть такие мечтательницы, которым для счастья надо сразу все. Это, конечно, круто. Кто же спорит?! Но вот такая неуемная фантазия частенько приводит прямиком к одиночеству. Так могли десятилетия тикать, шуршать страницами многочисленных календарей, а подходящая кандидатура в мужья не отыскаться.

И представьте себе, лично я оказалась из таких. Из неуемных мечтательниц я. А на самом-то деле родилась в простой семье рабочего и крестьянки. Не в столице родители жили и даже не в ее области, а в далеком лесном крае, где люди рассвет встречали на несколько часов раньше москвичей. Казалось бы, откуда было взяться буйной фантазии? Меня же мама чуть свет поднимала и за несколько километров топать в школу заставляла, а после еще приходилось в огороде спину гнуть. Но факт оставался фактом, что к моменту, когда подружки начали встречаться с парнями, уже знала, что моя судьба обреталась где-то не в здешних просторах. А потому с легкостью покинула отчий дом и отправилась на ее поиски.

Сначала искала нареченного в областном университете. Не нашла. И стала собираться на запад. Взяла с собой красный диплом и все прочие документы, необходимые для трудоустройства. Приехала в аэропорт с чемоданом и только там задумалась, куда лететь. Нет, легкомыслие во мне имелось, но в допустимом объеме. Просто решила положиться на случай, а так-то мне адреса надавали и московские и питерские, и омские и томские. Земляки наши, знаете ли, по всей России матушке расселились к тому времени, и имелись даже в Канаде, причем именно там жил один мой дальний родственник. Но свободное место оказалось в самолете, летящем до Москвы. Судьба!

Когда прибыла в столицу, сразу отправилась к троюродной сестре маминой племянницы. Встретили меня там радушно. Но у москвичей очень жестко стоял квартирный вопрос. Не хотелось никого стеснять, поэтому подыскали мне маленькую квартирку на окраине, заранее познакомив с девушкой, с которой предстояло жилплощадь делить. Людмила была одного со мной возраста и тоже приехала в Москву счастье искать или просто заработать деньжат. Меня, кстати, Ольгой зовут. А то говорю и не представилась…

Так вот, мое счастье отыскалось ровно через месяц, как устроилась на работу. С документами меня послали в другой наш офис, а на выходе из здания оно и подвернулось. Вернее, он. Учредитель фирмы… О чем это я, не важно же, какая фирма, тем более, что у Вадима их несколько. Он меня нечаянно задел. Слегка. А его охранник взялся коршуном нападать, мол, смотри, куда идешь, раззява. Мне стало обидно, вот и поднесла платок к глазам. Без всякого там рисования и работы на публику. А бизнесмен меня заметил, остановился рассмотреть и потом извинился. Не верите? Чистую правду говорю. С того и началось наше знакомство. Потом был месяц ухаживаний, и мы поженились. Снова не верите? Напрасно! Наша земля знаете, каких красавиц родит? Ого! У многих сибирячек и рост, и грудь, и талия, и глаза, и румянец, что надо. А меня родители наградили всем этим одновременно. Прибавьте сюда легкий характер, и получите, как есть, Ольгу Викторовну Наумову.

Вот так исполнилась моя мечта. Я встретила красивого, умного, обаятельного, очень богатого мужчину средних лет, который на третий день знакомства заявил, что всю жизнь мечтал о такой женщине, как я. Не замечательно ли?! Он нашел меня, а я – его. И как еще после этого принялся ухаживать!.. Мне казалось, что быль закончилась, и наступила сплошная сказка. Ну, кто бы отказался от такого подарка судьбы? Я не из тех. Мертвой хваткой за Вадима не цеплялась, конечно, но и из поля зрения не выпускала. А то, знаете, охотниц до чужого счастья, их ведь всегда хватало…

И теперь мы стали мужем и женой. Наш брак длится около трех лет. По словам подруг, такого счастья, как наша семья с Вадимом, просто не может существовать в реальности. Ан, нет, существует. Вот же она. И между нами любовь и согласие. Дом наш – полная чаша. И это, заметьте, скромно сказано. Муж мой, конечно, много трудится, и это понятно, такие деньжищи наживает. А я отвечаю теперь за домашний уют, так сказать. То есть, сижу дома и его жду. Нет, у меня все есть, включая возможность пойти в любой театр, слетать, хоть на пару часов или долее, в любой город мира. Захочу искупаться, к примеру, то могу выбирать не бассейн в городе, а любое море на земном шаре. А приспичит окунуться в Северном Ледовитом океане, так мне и там, наверное, это устроят, в смысле, водичку подогреют. Но в основном, да, сижу дома. Вот такой домоседкой меня мама воспитала. А без особого дела, знаете ли, скучно. Вот если бы дети были… Но Вадим сказал, что еще не время, и что за меня очень волнуется. Беременность, нагрузки, перегрузки… Мало ли что?! А я ему очень дорога. Он клялся мне в этом, если не каждый день, то раз в месяц точно.

* * *

Людмила позвонила мне часов в двенадцать. Конечно же, днем. Хотя ей не возбранялось набирать мой номер в любое время суток. Вот такими близкими подругами стали, хоть и прожили в одной квартире всего месяц. Да, это была та самая девушка, с которой снимала жилье по приезду в Москву. Мировая девчонка. И собой очень даже привлекательная. Не знала только, отчего ей не везло в личной жизни. И сама была хороша, и характер спокойный, преданный, а в любви у нее что-то не клеилось. А уж как Люде замуж хотелось… И при том, уверена, из нее получилась бы отличная жена и хозяйка. Поэтому, когда она мне намекнула пару месяцев назад, что начала встречаться с необыкновенным, единственным в своем роде мужчиной, была за нее очень рада.

– Оль, ты сейчас где? – поинтересовалась она у меня каким-то скучным голосом.

Я поспешила ее успокоить, что не заграницей, а в России и даже в Москве. А еще подумала, что вот ни одна скукой маялась в выходной день, муж-то мой в последние полгода совсем в работе увяз, даже по воскресеньям начал совещания устраивать.

– И что делаешь? – совсем уж грустно спросила она меня.

Что на это было сказать? Ничего не делала. От этого меланхолия напала и грозила в совсем упадническое настроение вогнать. А чтобы попытаться развеяться и уйти от унылой, хоть и сказочно богатой, действительности, взяла в руки книгу и принялась читать. Но взгляд скользил, скользил по обложке, по строчкам, а настроение не улучшалось. Пока, во всяком случае. Хоть и обложка была такая веселенькая, и эльф шустрый необыкновенно все норовил нашу попаданку разными затейливыми способами соблазнить, а меня что-то роман не зацепил.

– Почитать тут устроилась. А ты? Что-то у тебя голос…мне не нравится. Ничего не случилось, Людочка?

– Ну, как?.. – мне все больше и больше этот разговор не нравился. Вот ведь уже и еле сдерживаемые слезы у подруги расслышала.

– Люда! Не тяни. Отвечай четко. Что случилось?

– Видишь ли…я в больницу загремела, – и на том конце связи отчетливо расслышала всхлип, а дальше подруга начала с надрывом сморкать нос.

– Ух! В какой ты клинике? Сейчас приеду.

– Не надо, – невнятно проплакала Люда. – Ни в коем случае. И мне уже нормально.

– То есть?! У тебя инфекционное отделение, что ли? Почему не надо приезжать? Могут не пустить? Эй! Хватит носом хлюпать. Толком сказать можешь, что с тобой?

– Видишь ли…я ногу сломала. Сложный перелом, смещение и прочее.

– Так почему же мне нельзя приехать? А звонишь тогда зачем? Чтобы расстроить и не дать возможности руку помощи протянуть? И что ни говори, а голос у тебя странный. Что-то ты еще от меня скрываешь, Людмила.

– Догадалась, да? Ох, Олька! Меня же Сергей бросил…

– Какой…ах, Сергей?!! Это тот, про которого недавно рассказывала? Тогда, тем более, мне надо к тебе приехать. Не по телефону же душу подруге лечить! Говори адрес.

И через час я уже входила в ее палату. Люда выглядела так, будто рыдала сутки напролет. Я на нее прищурилась и решила, что виной такому ее внешнему виду был больше разрыв с тем, не известным мне, Сергеем, чем поднятая на каких-то приспособлениях загипсованная нога. По всему дело обстояло так.

– Я сейчас вот здесь присяду… – и охранник немедленно подставил под мое мягкое место стул. Даже обернуться в его сторону не посчитала нужным, знала, что у Вадима все служащие даже мысли на лету читали и исполняли. Могла нисколько не сомневаться, что тот внушительно габаритный тип был очень расторопным. – И ты мне, Людочка, все по порядку расскажешь. Идет? Как не стоит? Надо, Люда, надо! Выплеснешь сейчас весь негатив, и сделается легче. Приступим!

Так я и узнала, что с моей подругой поступили самым наглым образом. А Сергей оказался ее начальником. Не самым непосредственным, Людмила, вообще-то, в бухгалтерии трудилась, а рангом повыше. Но все равно, на лицо имелся служебный роман. И этот самый начальник Людочкой откровенно воспользовался и потом бросил. Она же, бедняжка, от этого сильно страдала, и от его измены и от «сочувственных» взглядов коллег, так как в чисто женском коллективе, сами понимаете, ничего долго в тайне не держится. Вот и про Людмилу сослуживицы узнали.

– Они как издевались надо мной, Оля! – подруга не успевала вытирать потоки слез, бегущие по ее щекам. – Как специально на все лады рассказывали, кто занял мое место и прочее. Ш-шшоу устроили! Работать н-невозможно с-стало… – вот, даже заикаться, бедняжка, начала. – А я решила с Сергеем поговорить. Понимаешь?! Потому что он как-то уж очень показательно начал волочиться за этой Верой из юридического отдела. Как мне назло. Понимаешь?! Я надумала с ним объясниться и договориться, а он начал меня избегать. Пришлось его подкараулить. И как раз перерыв, и народу никого не было. Но ничего хорошего не получилось. А еще уборщица полы намыла…Сергей меня с прохода резко отстранил, ноги у меня поехали, и вот!..

– Негодяйство! – в сердцах выдохнула я. – Так и перелом получился по его вине?! Это им всем даром не пройдет! Я на них управу найду!..

– Оля!!! Не надо! Ты только хуже сделаешь. Да, мне сейчас плохо, но Сережа меня сам поднял и в больницу доставил. И лечение оплатить обещал.

– Еще бы он этого не сделал! – чуть не подскочила я от возмущения со стула.

– Оля, не губи меня. А вдруг, у нас с ним еще все наладится? Ты же сейчас адвоката мужа сюда притянешь?!

– Обязательно у него проконсультируюсь.

– Вот! Или бугаев этих…Ой, извините, товарищ, я не вас имела в виду! Хотела сказать, что силовые методы тоже не подойдут.

– А что подойдет? – насторожилась я.

– Сережа обещал меня в больнице навещать. И еще намекнул, что сожалеет обо всем. Поняла? Обо всем! Вдруг, он ко мне снова проникся?..

Мне хотелось сказать, что чрезвычайное происшествие на рабочем месте ее бывший, скорее всего, замять решил таким вот образом, но смолчала. Очень уж Люду жаль было. И хотелось ей хоть чем-то помочь.

– У меня к тебе просьба будет, Оля. Можешь ко мне на работу подъехать и обстановку там разведать?

– Я бы с радостью. Но каким же образом? Меня и не пустят на вашу фирму без пропуска, наверное?

– Это улажу. У меня там подружка есть. Алла. Хорошая девушка. Она тебя проведет, будто бы ты заказчица и пришла договор заключать. А ты, пока и до переговорной дойдешь, везде осмотришься. Да я тебя всему научу и расскажу, где и что находится. Мне надо знать, не крутится ли возле кабинета генерального вот эта фифа, – и она протянула мне свой мобильный с фотографиями.

– А что же Алла? Она же своя, местная, должна бы это знать…

– Скромная она очень. Боязливая. И работает на другом этаже. Так ты поможешь? А из переговорной все хорошо просматривается. Имею в виду, что там перегородки из стекла, потому дверь в кабинет Сергея…Петровича…хорошо видна. Сходи, Оль, а?!

– Ладно. Уговорила. Объясняй, как проехать.

– Но ты же понимаешь, что не должна очень уж бросаться в глаза? И эта охрана…

– Ясно, как белым днем! Я в здание сама, то есть одна, без охраны пойду. Объясняй!

– Запоминай! Как главные двери прошла, так…

В общем, я все запомнила. Надо было много раз свернуть налево, один раз направо, потом снова налево. Там меня должна ждать рыженькая девушка с короткой стрижкой. Это бы и оказалась Алла. Все представлялось совершенно простым. Мне ничего не стоило пожертвовать на проблему подруги полдня времени – у меня его было полно. Несколько волнительно, правда, ввязываться в авантюру, но встряска мне только на пользу должна была пойти. Вот я и согласилась.

* * *

Еще когда меня Гарик, шофер Вадима, вез на следующий день к офису Людмилы, я все повторяла маршрут моего следования внутри здания. Казалось, что все отлично запомнила, но некое беспокойство заставляло бубнить вновь и вновь:

– Раз налево, два налево, всего пять раз налево. Потом единожды свернуть направо. И снова налево. А там должна ждать рыжая Алла. Все же просто!

Отчего же тогда так сосало под ложечкой? Давно забытое ощущение, однако! Поерзала в который раз на сиденье мужниного Бентли, обвела глазами водителя и охранника.

– Гарик! Ты не забыл, что меня надо высадить за квартал до объекта?

– Естественно! – подмигнул мне этот веселый парень и лихо развернул автомобиль на очередном повороте.

А охранник тут же смерил хмурым взглядом его, меня, нас, но смолчал.

– Вам же, Григорий, не следует заходить со мной в само здание, – произнесла строгим и уверенным голосом, специально выработанным для бдительного соглядатая.

– А Вадим Андреевич точно знает, хм, об этом…приключении?

– Это ваше «хм» ни к чему. И это совсем даже не приключение. Я долг сейчас исполняю. По отношению к подруге. А займет все совсем мало времени. От силы полчаса, я так думаю. Мне следует зайти и…в прочем, это чужая тайна. Поэтому болтать на эту тему не будем.

– Мне кажется, Ольга Викторовна, у вас не должно быть никаких тайн от супруга, абсолютно никаких, – естественно особое ударение сделал на «никаких» и чуть меньшее, но тоже произнес с нажимом «от супруга».

И это было понятно. Человек зарплату получал у мужа, а не у меня. И специалистом в своей области, говорят, был наивысочайшего класса, и на репутации не имел ни пятнышка. А тут я навязывала ему изменения в установленном порядке. Ясно, что имел право на возмущение, только долгие годы службы у богатейших людей мира, выработали…умение остановиться. Но я почувствовала перед ним вину. Оттого и протянула записку Людмилы, где она нацарапала название фирмы и те самые лево и право.

– Вот! Это дала мне подруга. Держите. Видите, что там написано? Алла! Мне всего-то надо встретиться с ней, еще несколько минут займет разговор. Пустяковый, женский. Но не должно произойти засветки. Сами понимаете, если со мной пойдете вы, то потерплю фиаско. Что так смотрите? Ну, да! Вы же неотразимый мужчина! Вся женская половина начнет на вас глазеть, а заодно и на меня. А это совсем во вред моему поручению встанет.

Сознаюсь, лукавила. Никаким красавцем Григорий не был. Грубоватое лицо, вечно хмурый. Фигуру имел отменную, но и только. Вот мой Вадим был красавцем. К слову сказать, на других мужчин, как с ним познакомилась, и не смотрела.

– И как вы себе представляете? По каждому пустяку должна мужу надоедать? Может, еще ему сообщать о визитах к парикмахеру. Раз он мужчина, то…

– Это ему и так известно, – произнес Григорий, отвернувшись к лобовому стеклу, а я так и не смогла понять, пришлась ли по нраву моя маленькая лесть. – Как и про визиты в бассейн, на выставки-ярмарки… Это все плановые выезды были. Но я все равно о них должен докладывать.

– Да? – задумчиво проговорила я, потому что у меня возникли серьезные подозрения. – А про то, что уроки рукопашного боя начала брать, Вадиму известно? – решилась на вопрос.

Однако считала, что отлучки из дома в квартиру на три этажа ниже к знаменитой спортсменке и тренировки там остались нашей с ней маленькой тайной. Я же всего-то не более часа у нее проводила. По три дня в неделю. А мужу однажды сказала только, что мы подружились и пьем вместе чай. Кстати, все было чистой правдой. И даже про чай.

– Естественно. И даже то, что на последнем занятии вы халтурили.

– Что! Халтурила?! Да как вы!.. А вам-то, откуда это известно?.. Вы что, Карлсон? Летаете и в окна заглядываете? А ну, сознавайтесь? – иногда я очень даже могла сердиться.

– Не догадывались, что мне известен каждый ваш шаг, Ольга Викторовна? Да, вот же!

И он перегнулся ко мне через сиденье, взял из моих рук сумочку, по-деловому извлек кошелек и покрутил им перед моим носом. Ну и, перед всей мной, обалдевшей, конечно, тоже.

– Что это?! – мои же губы показались чужими, хоть ничего с ними с рождения не творила.

– Отслеживающее-подслушивающее устройство, модификация этого года.

– Это вот эта кнопочка?! Круто! Так вы…что, правда, все мужу докладываете?

– Обязательно. Поэтому лучше бы Вадиму Андреевичу заранее было все про вас знать, и из ваших же уст. Так что, по-прежнему станете настаивать, что визит в этот офис исполнение долга перед подругой? Или уже сейчас развернемся, и домой поедем?

– Вот уж нет! Все по плану. И я честная женщина! Вы в этом сомневаетесь, Григорий?

– Никак нет.

– И в здание вы со мной, как и сказала в начале разговора, не идете.

– Да я же…

– Не идете! Там и без вас охранников хватает, и никто меня не украдет. И со мной вот это вот пойдет, последняя модификация. Вы же ей доверяете? Отлично! Тогда согласуем наши действия…

Неунывающий Гарик остановил машину так, как я его и просила. А вот Григорий еще некоторое время продолжал упрямиться. В автомобиле не усидел, вперед меня выскочил. Допустим, это у него профессионализм сработал. Но потом-то я ему сколько раз прошипела, чтобы отстал. Нет, тащился следом. Весь план мне рушил! Какая подлость, ведь в авто кивал, яко бы соглашаясь. Ну да, ничего, у меня тоже реакция была хорошая, вот и решила мысок туфли подставить, чтобы крутящуюся дверь заблокировало, а я бы в узкую щелку утекла.

– Ольга Викторовна! С ножкой осторожнее. И все равно я вашей травмы не допустил бы. И ладно, идите – отпускаю. Но помните, что я тут и все слышу. Чуть что, подскочу. И сколько вам времени надо? Полчаса? Договоримся, что не более?

Этот тип с меня еще и клятву взял. Подумать только! Но все вышло в итоге, по-моему. И вот, шла я по коридорам одна и повороты считала.

– Один раз налево. Два…

А внутри так все и кипело. Это надо! Слежку за мной супруг вел. Он мне не доверял, или как?! И с чего бы это? Вот я ему целиком и полностью…

– Три. Или четыре?.. Нет, конечно, четыре! Три было там, где я свой кошелек на какую-то стойку подбросила.

Это я так ловко от прослушки избавилась. Увидала ресепшн другой фирмы, администратор отвернулась, и раз, кошелек на полочке сбоку оказался. Нет, банковские карты я вынула, а мелочь оставила – пусть сегодня кому-то повезет.

– И где тут лифт? Люда говорила, что…а вот и он.

Уверенно нажала на кнопку, и передо мной тут же раскрылись двери. На этаж поднялась за минуту. Вышла и огляделась. Куда теперь? Жалко, что Людкина записка у Григория осталась. А у меня от расстройства и волнения что-то уверенность убавилась. И вроде бы подруга говорила, что на этаже должно быть две фирмы? Или нет? А, ладно. Что по плану? Налево или направо? Должен же прийти черед правого поворота? Рискнула. И двадцати шагов не прошла, как увидала улыбающуюся мне женщину с пламенеющей прической.

– Хм, а Людмила охарактеризовала эту Аллу очень скромной девушкой. Ну, не знаю!.. Если ирокез на голове – это обычно, то, наверное, да, я вижу перед собой именно того, кого надо.

* * *

– Добрый день! Приветствую вас в компании… Чем могу быть полезна?

Что-то меня сразу при встрече с этой огненной женщиной насторожило. И так поняла, не только ее вызывающая прическа. Да, внешний облик встретившей меня рыженькой девушки не соответствовал тому, что успела нарисовать, слушая поучения подруги. Но вроде бы она еще и говорила что-то не то, не так и, вообще, встреча представлялась мне иначе. Думала, она поздоровается и просто спросит, не от Людмилы ли я. А тут такое официальное приветствие… И как, как она назвала компанию? Что-то совсем по чужому она прозвучала, в записке, вроде бы, другое значилось…

– Черт, Григорий! – мысленно выругалась, жалея об утрате шпаргалки.

А еще я закружилась вокруг своей оси, собираясь самой прочесть название фирмы, раз не успела расслышать, как следует. Правда, с этого моего положения в холле красиво подсвеченные буквы вывески, увы, не просматривались. Но я все равно достала телефон, чтобы немедленно связаться с Людой и у нее все уточнить, а там еще и пятиться начала.

– Оля у меня обход. А потом процедуры. Но как смогу, наберу тебя. Выключаюсь! – Прошипела из трубки подруга.

– Так вы, по какому вопросу?! – продолжала допытываться рыжая.

– Я, Ольга. А вы, Алла? – с надеждой на взаимопонимание улыбнулась ей.

– Хм! – что-то ее в моем вопросе шокировало. – Не совсем… Аля!

Тут я впала в задумчивость. Не могла же настолько вчера ослышаться? Ну, рыдала много Людочка и сморкалась часто, но я бы поклялась, что четко разобрала имя Алла.

– Эээ!.. А как вы компанию назвали? Я вот тут попыталась со своей подругой по телефону связаться. Я, собственно…

– Так понимаю, вы от Людмилы Семеновны?

Вообще-то отчество у Людки, кажется, было Сергеевна. И лично с ее папой я знакома никак не была. А так все сходилось, ведь это сама рыжая имя моей подруги назвала. Вот и решила обмолвку проигнорировать.

– Точно! – уверенно качнула ей головой.

А из личного жизненного опыта уже знала, что уверенность в поведении даже в самых безвыходных ситуациях помогает. Моя же была, так, пустячная.

– И вы… Ольга Васильевна?

– Ее близкая подруга! Да!

Что-то у этой девушки было не так с головой. Вот, снова отчество спутала. Оно и понятно, все же, не каждая способна ирокез носить да еще на службе, видно, на внутреннем содержании головы тоже это как-то отражается. Но мне, честно говоря, было по барабану. Хоть как могла меня называть, мне бы только быстрее в ту переговорную пройти, там минут двадцать отсидеть, и с чувством выполненного долга смогла бы тогда домой убраться.

– Хорошо. Паспорт давайте.

– Зачем?! – произнести получилось с вызовом. – Подруга сказала, что ничего не потребуется, что она обо всем договорилась, и меня сразу же проведут, куда требуется.

Людка же сама утверждала, что меня и так пустят. Это я, как раз, все допытывалась, нужен ли будет паспорт, а она только рукой отмахивалась. И утром решила вот этот коралловый костюм надеть, а к нему эта сумочка полагалась. Очень маленькая. Я в нее обычно ничего кроме пары-тройки мелких вещиц не клала.

– Да, да. Мне все известно. Действительно, у нас уже лежит папка с копиями ваших документов. Если что, оригиналы можно будет и потом показать. Думаю, у отдела кадров претензий не возникнет. Вы же не просто так сюда пришли, а по рекомендации. Да еще самой Людмилы Семеновны. Кстати, как ей отдыхается?

Я хотела всерьез уже задуматься, что здесь происходило. Помешательство ли это было? Временное или стойкое, у меня или у…Али? Но тут заметила, что мимо стойки проходила группа сотрудников, вот и решила, что это мы так сейчас изображали деловой разговор. Ладно, от меня не убудет поиграться в собеседование или, что там мне могли еще предложить, Люда намекала на заключение какого-то договора. Вот только странно как-то было слышать, чтобы про человека, лежащего в клинике со сломанной ногой, говорили, что он там отдыхает. Но, опять же, я сюда всего на несколько минут зашла. Так, какая разница?..

– Спасибо, нормально, – и потрясла в воздухе телефоном. Наверное, хотела им показать, что сведения совершенно свежие. – Процедуры сплошные у нее там.

– Что же…пройдемте?..

– Конечно. Отчего же не пройти?

– Я вам сразу покажу ваше рабочее место. Но Сергей Павлович сейчас занят. Просил не беспокоить. Думаю, минут десять еще его подождать придется. Вот его приемная. Взгляните. Здесь все очень функционально и в то же время уютно. Вам не кажется?

– Вполне.

– Само рабочее место вот. Стеллажи хорошо просматриваются, и с ними все понятно.

– Отлично, – но меня мало это все интересовало. Особенно наличие у них там кофемашины и прочей чепухи. Я глазами нащупала табличку на двери по соседству. И поняла, что именно за ней сидел и творил Людкин Сереженька. А на деле он оказался Сергеем Павловичем и главным типом в неслабой такой компании. Это если судить по тому, что успела рассмотреть. Целый этаж в дорогом офисном центре, серьезный дизайн помещений, оснащение рабочих мест, опять же…

– Вопросы есть? – вывел из задумчивости голос Али.

– Нет. Все ясно, – на самом деле хотелось просто по-свойски взять и спросить, ходила ли сюда все это время та мымра с фотографий в Людкином телефоне. Но подруга велела разведать это мне самой.

– Тогда, может, пойдем пока ко мне на ресепшн? Ой! Минутку, – и она склонилась к переговорному устройству. – Сергей Павлович, ваш помощник явилась и ждет у меня.

Я вздрогнула. Это-то зачем?! Заигралась Аля, заигралась. Поэтому посмотрела на нее с осуждением.

– Спасибо, Аля. Пусть ждет, – хрипловатый мужской голос ей в ответ, прямо бритвой по нервам моим прошелся.

– Пойдемте.

А потом я себя успокоила. Подумаешь! Что бы сейчас ни вышло, а волноваться не стану. У меня тут поручение. Я проездом. Была и не станет меня. И вообще, с кем дело иметь могло прийтись? С негодяем же! Да этот Сергей – мерзавец, меняющий женщин, как перчатки. Честно, мне на него и смотреть не хотелось, но, возможно, пришлось бы. И только про это подумала, как из кабинета высокого начальства начали выходить солидные мужчины в костюмах. Ага! Совещание закончилось.

– И который из них Сереженька?! – сидела в кресле холла и слегка ногой, возможно, что все же из-за нервов, покачивала.

Покачивала и мужчин рассматривала. А они в основном были с залысинами, или даже лысинами, с брюшками и еще казались какими-то помятыми. И который из них Людке приглянулся? Кто из них мог подругу мою отсюда до скорой на улице на руках вынести. А в ней не менее шестидесяти кило было. Что-то не складывалось…

– А вот и он! – вытянулась тут в струнку Аля.

Я проследила за ее взглядом и открыла рот от удивления. Пожалуй, да! По такой мужской особи можно было повздыхать. Красавцем, опять же, не назвала бы. Это же не мой Вадим! Но что-то притягательное в мужике имелось. Некая сила в нем чувствовалась и не только физическая. Но чтобы из-за него ноги ломать? Это нет. Не про меня. И еще вспомнила, каким бабником являлся, а от этого мой нос уже и сморщился. Фи!

– Сергей Павлович! Вот Оля. Ее Людмила рекомендовала… Вас дожидается.

– Хорошо. Пошли, – и взгляд его серых глаз меня будто холодом обдал.

С чего бы это? И вообще, вокруг продолжались твориться странности. Зачем и для чего меня Людка рекомендовала? Я думала это игра, чтобы время потянуть, но выходило что-то другое. Подруга решила теперь, что нам следует с этим типом познакомиться? Раз так, он мог успеть навести обо мне справки. И ему что-то стало известно. Что могу большие неприятности устроить? Это точно – могу. И даже желание имею сделать ему гадость. Почему, нет? Ему можно вот так низко поступать, обещать Людочке на ней жениться, а потом резко объявляться на публике с другой, а мне запрещено прижать гада к стенке? Кстати, а где была та самая, соперница Людкина? Я в холле минут десять просидела и до того еще было минут пять, пока с Алей общалась. Нет, никого похожего на ту фифу не заметила. Может, правда, за ум взялся герой-любовник?

– Прошу в мой кабинет.

На самом деле, я бы уже домой хотела развернуться. Что подружке сказать, информация имелась. Разве что, глубже копнуть? Ладно. Схожу в его кабинет.

– Забыл…как ваше имя и отчество? Извините.

– Ольга Викторовна, – сложила я чинно ручки на коленках, когда он меня напротив себя на стул усадил.

– Да, да. Сейчас все вспомнил…

А ни черта он не вспомнил. Взгляд у него был несколько растерянный и недоумевающий, а еще уставший. Вон, даже висок потер и потом еще лоб над бровью.

– Так вы знакомы с работой?

– Какой?! – мне отчего-то сделалось смешно, еле сдерживалась.

– Надеюсь, вы не шутки пришли сюда шутить…Оля?! – о, а в голосе-то что-то вроде предупреждения прозвучало. Или даже угроза? – Хотя, ладно. Я сегодня дьявольски устал. И пора кончать с бедламом, что здесь Людмила устроила. А еще думаю, что она не слишком безголовая, чтобы подсовывать мне не специалиста, а…

А вот это уже было слишком. Этот хам мерил меня таким взглядом!.. Чуть не раздел сначала, а потом передернулся. От чего, хотела бы знать?! Он меня явно сейчас унизил. Да кто он такой! Как смел?!

– Хотя, последнее время она меня сильно удивляла. Опять же…вот и вы… такая вся явились. Люда, хоть сказала вам, что останетесь здесь всего на неделю? Или ладно! Все! Решено! Выходите завтра к девяти. Я обычно появляюсь здесь к десяти. А завтра вообще буду к обеду. За это время успеете немного освоиться и вникнуть в дела. Все, что от вас требуется, это не допустить завала документов до выхода Людмилы. Героического подвига не жду. Просто подвига тоже. Главное будьте незаметной и шуршите потихоньку с самыми важными деловыми бумагами. Завтра вам на все первоочередное укажут.

Я слушала и удивлялась. Уверенности и самомнению этого человека. Он был убежден, что облагодетельствовал меня, и благо сделал для Людочки, раз она за меня просила. Только хотелось еще закричать: «Какого черта?! Что здесь происходит?!» Почему Люда работала последнее время здесь, секретарем этого типа, а не в бухгалтерии? И я нисколько, ни разу, не собиралась здесь у него работать. Вот завтра удивится, когда у него этот самый завал случится. И поделом ему! И так, с этим героем все решено. Я его на свой манер кину. А вот к подруге у меня скопилось очень много вопросов. Миллион! И рука моя так и тянулась к сумочке, где лежал мобильный.

– До завтра, – вскочила я с места, снова, похоже, удивив этого большого босса. – Я буду! Завтра! Ждите!

* * *

Выбежала от этого биг-босса и героя любовника в одном лице и хотела немедленно метнуться на выход, там сесть в машину или просто на улице около здания набрать номер Люды и поговорить. В спокойствии. Но около Али притормозила.

– Где здесь есть кафе или что-то в этом духе? Кофейку выпить, – спросила у нее.

Что-то, знаете ли, разволновалась я с этим спецзаданием, игрой в шпионов и всеми непонятками. Потому решила, что спокойного разговора с подругой могло бы и не получиться. А она же, где в тот момент была? Правильно, в больнице. Ей мое раздражение и взвинченность передаться не должны были.

– Это надо на два этажа ниже спуститься, – улыбнулась мне администратор Аля.

Вот, как славно. На два этажа ниже. Далеко идти не пришлось бы. Именно там и решила тихонечко посидеть, выпить чашечку кофе, возможно, с пирожным. В себя бы немного пришла и сформулировала бы мысленно те вопросы к подруге, что наболели. А как вошла я в то кафе, так мне сразу в глаза бросилась та фифа. В смысле, Людкина разлучница. Ну, прямо сразу. Она за крайним столиком сидела и громко смеялась. Слишком громко. Я бы сказала, показно. Клянусь, это не только мое мнение такое было – многие на нее косились. А ей, похоже, любое внимание годилось, и дамочка как в некоторой эйфории пребывала. И конечно, я решила случаем воспользоваться, за фифой понаблюдать и, так сказать, поближе врага изучить. Поэтому быстренько заказала экспрессо, схватила первое попавшееся пирожное и, бочком-бочком, к тому самому столику.

Сесть получилось неподалеку. Совсем даже рядом. Оттого мне каждое слово фифы слышно было. Правда, она сама еще старалась говорить предельно громко. И как же! Кольцом же новым хвасталась. Помолвочным! Я как это расслышала, наверное, вся позеленела, так мне за свою подругу стало больно. Вот ведь, козел, везде поспевал. Людку в больницу с переломом сбагрил и, чин по чину, ее там навещал, цветочки с конфетками таскал, лапшу на уши про раскаяние вешал. А еще и в ювелирный магазин сподобился смотаться за этим вот самым…за самым обыкновенным мелким бриллиантиком, величиной с маковую семечку, в лапках. И для кого? Для этой вот Верки! Кстати, имя подтвердилось. Я слышала, что ее те курицы, кудахчущие над маковым зерном в лапках, называли.

– Негодяй! Мерзавец! – негодовала вся я, даже нестерпимо жарко стало от волнения.

И на кого мою Людочку променял?!! Эта Вера ей в подметки не годилась. Моя подружка красавица! А эта?! Пугало огородное. Это я в сердцах все, конечно, но, в общем-то, заподозрила у фифы скверный характер. Беспринципность же уже была доказана. Как это она могла так сразу ликовать, если ее жених еще вчера с другой женщиной встречался и ей в любви клялся. Выходило, лишь бы схватить чужое, а там уж все неважно станет, и за свое сойдет? Вот нравы! Нет, эта Вера была еще тот экземпляр!

Но как бы она мне не показалась, а я напомнила себе, что находилась сейчас и здесь на задании. Вот и решила момент использовать до самого конца, то есть продолжить за этой Верой наблюдение. Чтобы во всем, во всем уже быть уверенной. В идеале было бы еще увидеть этих «голубков» вместе. А тут фифа стала с дамами за своим столом прощаться. Я, недолго думая, из-за стола тоже поднялась. И тут!..

– Ай! Ой! Мужчина! Да вы!.. Да! Ай! – это все я кричала.

А получилось это потому, что один недотепа на меня горячий кофе выплеснул. Он шел к своему столу, нес чашку и тарелку с пирогами, кажется. В общем, руки у него были заняты, а смотрел куда-то в сторону и меня, встающую из-за стола, не заметил. В результате что получили? Чуть ни ожог и испорченный костюм. Мой костюм, а ожог мы с ним пополам разделили. И он разволновался, схватил со стола салфетки и стал ими мою юбку оттирать. А я принялась от него отбиваться. Представили картинку? Чужак при всех, к примеру, вас за бедро хватает! Ну и, конечно, еще бумажкой дорогущую юбку от Валентино Гаравани трет. Ясно, что я вопила. И пока мы с этим типом потасовку устраивали и народ забавляли, фифа Вера из кафе успела испариться.

– Пустите! Да, пустите же! Мужчина! Руки убрал!

Уф! Еле отбилась. Из его рук загребущих вывернулась и кинулась догонять Веру. След ее взяла быстро – она у лифта задержалась. И как раз его двери открылись. Фифа в кабину, а я на автопилоте и с разгона за ней. Влетела туда и только тогда осмотрелась. Ох, как-то не профессионально, в смысле, не по-шпионски, вот так нос к носу с объектом наблюдения сталкиваться. Но что делать?! Так уж вышло. Вот и стояла я, голову в другую сторону от фифы вывернув, и сумочкой еще не забыла грязное пятно на юбке прикрыть. А что, может, не заметила бы меня? Но нет, заметила.

– Вот урод! Такую вещь испортил, – раздался ее голос рядом.

Скосила на нее глаза, а она на мою юбку указывала.

– Вам надо было с него компенсацию стребовать. В следующий раз смотрел бы в оба глаза, куда идет. Вещь-то не дешевая, сразу видно. Я сама люблю дорого одеться. Вот это платье неделю назад на «Садоводе» купила. Отвалила немало, но оно того стоило. Представьте, жених мне, как в нем увидел, предложение сделал. Что скажете?!

– Надо же!..

– Вот так! – и она, блеснув глазами, поцеловала то самое колечко.

А после этого из кабины лифта вышла. Я за ней, но постаралась тут же немного отстать. И так, преследование продолжилось. И оказалось, что мы приехали на первый этаж. И Вере этой, похоже, мало было о помолвке с начальником поведать всем присутствующим в кафе и случайной пассажирке в лифте, так она дальше отправилась всех посвящать в эту новость. И так получилось, что где мы с ней только не были. Общительная, однако, фифа. И я за ней повсюду хвостом следовала. Честно, устала таиться за углами, прохожими и автоматами со всякой мелочевкой и напитками. А потом снова был лифт. Правда, уже другой. И я нагло снова зашла за ней в кабину. А куда деваться? Здесь так сложно было с поворотами, что побоялась сбиться и заблудиться. Еще и поэтому Веру не стоило из глаз выпускать. Я же так и не удосужилась то название фирмы прочитать. Так что, даже спросить туда дорогу не смогла бы.

– Вы бы костюмчик-то…замыли!.. – снова она кивала на мою юбку.

– Надо бы…

– Я выхожу. О, и вы к нам?! А вот тут у нас, как раз, дамская комната. Не желаете пятно отстирать?

А так как она туда и направилась, то я и нырнула за ней.

– Как? Отмывается? Нет, я понимаю…кофе же… – прошла она мимо раковин и меня через несколько минут. – Ну, желаю успеха!

Она вышла, а я скорее отжимать вконец испорченную, наверное, юбку, и снова за ней. И только в коридор выскочила…а там!.. Там Григорий! И он напал на фифу. Я глаза вытаращила и окаменела. А он ей руки заломил, к стене прижал и принялся кошелек отнимать. Присмотрелась, а он мой. Кошелек. Тот самый, что я кинула. Это что же получалось? Его фифа, что ли, подобрала? А там та штука! Последняя модификация. И в кафе мы сидели за соседними столиками. А потом мужик облил меня кофе, а я вопила!.. Значит, Григорий примчался по команде «Тревога». Вот оно что!

– Кхм, кхм! – покашляла я за его плечом, чтобы прекратить безобразие. – Я тут!

– А?! – встрепенулся охранник, но жертвы захвата, ошарашенной до обморока жертвы, еще не выпустил. – Вот! – помахал он вырванным все же из цепких лапок дамочки моим кошельком. – Вы потеряли, Ольга Викторовна.

Да! Права была моя бабушка, когда говорила, что деньги находить не к добру.

– А кошелек-то, и правда, мой! – покивала я Вере, замершей с упавшей челюстью, и начавшей собираться публике. – Вот!

Взяла из рук мужчины кожаный портмоне, раскрыла его со словами, что ожидаемо в нем увидеть. Однако там же мое фото с Вадимом осталось. Вот дела! Как же я так? Нехорошо получилось, что банковские карты взяла, а фотографию вынуть забыла. Уф! Слава Богу, нашлась.

– Пойдемте, Григорий?

И мы под взглядами замершей толпы покинули коридор, потом этаж, а там и в машине оказались.

* * *

– Господи! Как это нас еще здесь не арестовали?! Это надо было додуматься, нападать на людей из-за ерундового портмоне за триста долларов! Вы в своем уме, Григорий?!

– Это, надо понимать, вы, Ольга Викторовна, хотите сейчас меня во всех смертных грехах обвинить? Используете тактику, яко бы беспроигрышную, что нападение – лучший вариант защиты? Не пройдет, Ольга Викторовна! Нет, не начинайте снова делать такие глаза…

– Какие такие?..

– Такие!

– Объяснитесь!

На этой моей реплике Гарик сокрушенно помотал головой из стороны в сторону и скрылся быстренько из зеркала заднего вида, мол, вы как хотите, а мое дело сторона. В доказательство этой своей точки зрения еще и руль крутанул резко, весельчак-то наш, что нас с Григорием так и припечатало к правому боку автомобиля.

– Гарик!

– А я что?! Между прочим, тоже переволновался, когда у Гришки в ухе ваш заполошный голос раздался: « Ай! Мужчина, руки уберите!» – передразнил он меня.

– Что, что?!

– Да, да! Было. Иначе, чего бы Гришке с места подрываться? Он почти мозгов лишился, пока щебет тот мерзкий слушал. Ну, этой, вашей подружки, что это…замуж собралась. Я еще у него поинтересовался, обязательно ли было весь тот бред прослушивать? Никакого же терпения тогда не осталось. Или говорю, на крайний случай тише звук сделай. Я-то почему обязан страдать…

– Она мне не подружка…

– А мы так и поняли. Чтобы такая…извините, но у нее язык, как помело… А Григорий от нее просто перекалился. Но потом переживать стал.

– Из-за чего?

– А он сказал: «Что-то нашей-то совсем не слышно!..» А я ему говорю: «А ты мог бы в этот поток слово вставить?» А тут и, о-па! Наша и объявилась!..

– Заткнись, трепло! – недовольно сверкнул глазами на шофера охранник. – А теперь, Ольга Викторовна, ничего не хотите рассказать? Например, как у не подружки оказалась эта ваша вещь?

– Как, как?.. Она плохой человек оказалась. Руки у нее к чужому так и тянутся. Вот!

– Воровка, что ли? – присвистнул тут Гарик.

– Это как же вы, Ольга Викторовна, с такими и водитесь? Ай, ай, ай! Мне же придется сей факт Вадиму Андреевичу сегодня вечером доложить.

– Да чего там докладывать-то? – неуютно как-то мне сразу стало сидеть на сиденье. – Подумаешь, клептомания у нее. Гребет все подряд. Женихов, портмоне… Болезнь, между прочим. Ей посочувствовать нужно. А так она вполне нормальная женщина…юрист, между прочим.

– Ай, ай! Ольга Викторовна… – по прищуренным глазам и изгибу губ Григория точно поняла, что нисколько мне не верил.

А тут еще и Гарик все норовил масла в наш разгорающийся спор, если не подлить, то накапать:

– Да…Вадиму Андреевичу это все не понравится…

– За дорогой лучше следи!

– А я так понял, что кошельком своим вы, Ольга Викторовна, не очень дорожили, – принялся Гришка этим портмоне себя по колену постукивать. – Про женихов мне пока ничего не известно, конечно…но теперь мой профессиональный долг обязывает и этим вопросом заняться.

– Че – йе – м?! – ой, икота что-то открылась. – А при чем здесь жених? Это же я, йе, к слову просто сказала. Никакого дела здесь нет. Все! Закрыта тема!

– Не знаю, не знаю!.. Опять же…запись доказывает наличие около вас мужчины!..

– Что?.. Какой еще, йе, мужчина?

– А вот этот!

И Григорий дал прослушать компромат на меня. То есть, где-то там у себя на приборе в руках нажал кнопочку, и в салоне автомобиля сначала зашипело, потом послышалось «кля-коля-кля», это он запись перематывал. Затем услышала противный голос Верки, когда она с теми дамами в кафе прощалась, и вот за ней уже, перекрывая все другие звуки общепита, раздались мои вопли.

– Ах, это!.. Да чепуха! Мелочи! Один раззява вылил на меня кофе. Вот! У меня и доказательство имеется.

И я потянула к глазам сердитого охранника пострадавшую часть одежды. А ею, как известно, была юбка. Глянув на нее, а еще на мои оголившиеся коленки, Гришка крякнул и отвел газа в сторону. Но его дерганье привлекло внимание Гарика. Наш пострел везде поспел…

– Ого! Ничего себе мелочи!

А я не поняла, он, про что, это говорил…

– За дорогой смотри!

– Да чего там?! Я про костюмчик же! Интересно, такой на сколько баксов тянет?

– Не отвлекаемся, Ольга Викторовна! – прокашлялся Григорий. – Вы утверждаете, что, зная про прослушку, от кошелька избавиться нисколько не желали и, вообще, наш договор исполнили в точности. Так?

– Конечно!

– О, женщины! – присвистнул Гарик.

– За дорогой смотри! – набросились на него мы оба.

А потом Григорий отдышался и начал мне перечислять.

– Я вам поверил. В здание одну отпустил. Вы сказали, что там охрана на каждом шагу. А она там только при входе и состоит из одного пенсионера.

– Как же, как же?.. Он такой габаритный же мужчина! Там еще и этот, турникет, кажется, был.

– Был! И я его легко перепрыгнул. И меня даже не попытались остановить. Охраннички!

– Да кто же тебя смог бы остановить?!! – это снова Гарик объявился.

– Друг, дай поговорить, а? Замолкни уже? – возмутился Григорий, а водитель обиженно засопел и стал смотреть исключительно на дорогу.

– И вот бегу я на сигнал…

– Что?! Эта штука еще и мое местоположение показывает?!

– А как же! – засверкал глазами Григорий уже на меня. – И эта штука, и… Вот я болван! – ударил он себя вдруг ладонью по лбу. – Надо же было с сигналом телефона свериться!..

– Это все паника, наверное… – решила оправдать я свою охрану и, так сказать, мосты навести для урегулирования конфликта.

– Да! – кивнул он мне сгоряча, но тут же напрягся. – Нет! Я не паниковал! Действовал я. Стремительно очень действовал.

– Понятно! Конечно!

– Преследую объект, а он давай по зданию метаться. Туда – сюда, туда – сюда! А попробуй, разберись, какой коридор проходной, а какой тупиком заканчивается… Вот если бы с самого начала рядом находился, то…

– Да понятно! Чашку с тем кофе налету бы подхватил!

А что, я серьезно это сказала. Но Гарик, давай хохотать. Григорий же, только что смотрел уже добрее, и вот вам…

– Что бы я еще повелся! Никогда! Так и буду ходить рядом. Отныне и во веки вечные!

– Аминь!

– Гарик!

– А вечером во всем Вадиму Андреевичу повинюсь. Вот так!

– А надо ли? Гриш? – подхалимски заглянула ему в глаза. – Чего виниться-то?! В чем проблема? Ничего же не случилось! Фифа та дура, и мы про нее все дружно забудем. Правда, Гарик?

– Я за дорогой слежу!

– Как же ее забыть? Я же к ней подбежал…вернее к объекту, испускающему сигнал, а портмоне в ее руках. Ну, рявкнул, возможно: «Где?!» И на кошелек указал. А она в него двумя руками вцепилась и нахально соврала: «Ничего не знаю, это мое!» Ну, я и…

– Забудь! Неприятная эта Вера во всех отношениях. Но ведь, из всего-то, какая моя провинность? Что вышла к машине на десять минут позже?! Так я костюм замывала…

– Вот так вот, да?.. – с сомнением посмотрел в мою сторону Григорий, а я пожала только плечами. Перевел он взгляд на Гарика, но тот тоже не отреагировал, а продолжил спокойно рулить.

– Нет, если желаешь доложить мужу, где мы были, так это, пожалуйста. Тайны в этом никакой нет. Это работа Людмилы. Помнишь, вчера в больнице ее навещали? Вот! Я ее просьбу исполняла. И со мной ничего в этом офисе не случилось. Нет же? А костюм испачкала, так муж не в курсе, сколько у меня их. Выброшу, и все. А ты как хочешь, можешь и сказать, что завел меня за турникет и сам у выхода ждал. Можешь и просто сказать, где были. Решать тебе. Но, на мой взгляд, история пустячная.

– Да, – подал тут голос Гарик. – В смысле, приехали, господа.

И вечером выяснилось, что у меня появился рычаг давления на Григория. А может даже, и на Гарика. Потому что один вообще не доложил супругу о том пустячном случае, не обмолвился о поездке и второй.

* * *

Когда уже приехала домой, вдруг подумала, что это Людмила в подполье ушла. Неужели, у нее процедуры так долго длились? Потом не выдержала и сама набрала ее номер. И удостоверилась, что телефон подруги отключен. Чудненько! У меня голова под завязку забита ее проблемами, а она…хотя конечно, в больнице мог быть режим. Что там в это время, тихий час больным положен?

– Наверное. А мне не мешало бы пообедать.

В столовой, как обычно, для меня одной уже накрыли стол. Он был рассчитан, как минимум, на двенадцать персон. Но день изо дня за ним восседала я одна. Скромненько так присаживалась на одном его конце. А почти вся его поверхность так и оставалась полированной, лаковой. И изредка компанию мне составлял Вадим. В основном по вечерам, за ужином. Но в последнее время что-то совсем заработался, уже, наверное, от домашней пищи отвык, несчастный мой трудоголик.

– Эх! Хоть бы ребенка родить, что ли?..

На такой грустной ноте я пошла из столовой в кабинет мужа. Почему туда? Решила, что его обстановка, самое то, что нужно для серьезных размышлений. А подумать мне было, над чем. В первую очередь мучило ощущение, что сегодня со мной все творилось не то и не так. У вас бывает такое? Вот и у меня раньше не было. А сегодня… в общем, было над чем подумать.

– Что же это получается? Они же серьезно мне работу предложили. Чудеса!

Подняла я глаза к потолку, сидя в глубоком кожаном какого-то там века антикварном кресле супруга. И в памяти отчетливо всплыл разговор с Алей, а потом и с этим, Сергеем… Павловичем или Петровичем?

– Что-то я отчества его не припомню. Нет, посмотрите-ка! Сначала эта Аля все путала, а теперь у меня в голове что-то все стираться начинает. Не заразное ли у них там поветрие?..

Далее начала обдумывать, чтобы значила фраза, что Людмила дала мне рекомендацию.

– Да. Аля так и сказала. Что дала, и ее слово дорогого стоило, и настолько, что мне вовсю светил зеленый свет и даже с оригиналами документов могла не торопиться. Погодите-ка! А откуда у Людки копии моих диплома и трудовой? Хороший вопрос!

От подобных мыслей делалось тревожно. Вот прямо сидела так, крутила в пальцах карандаш, и некие не очень-то хорошие предчувствия начинали заползать в душу.

– И вообще, что за должность у нее там с некоторых пор нарисовалась, что к ней стали так прислушиваться? Что-то не стыкуется. Тем более что сама поняла, будто именно на ее это золотое место меня и сватали. А это же…да нет, они же меня секретарем этого Сергея, как там отчество-то, черт, не хочет запоминаться. Он еще мне сказал, чтобы не геройствовала, а… Точно! Меня брали его личным секретарем. Людка и секретарь?! Не вяжется! Ох! Какой-то кабинет у Вадима!.. Что-то мне здесь не думается!.. Вопросов стало еще больше.

И тут зазвонил мой телефон. Глянула на экран. Людмила! Отлично. Попалась, голубушка!

– Привет. Как здоровье? Почему так долго не звонила? Обход, процедуры, обед, тихий час… А, я так и думала! Слушай, как отчество у твоего Сергея? Как, как, Петрович?.. Вроде сходится…А, нет, это я так, о своем тут подумала. И еще я хотела тебя спросить. Ты трудишься там кем? Почему это спрашиваю? Да, я… Что? Алла? Кстати! И про нее хотела у тебя узнать… Дело в том, что та девушка назвалась… Ах, вот оно что, у нее ребенок заболел, значит. Ну что же, тогда все сходится. Почти. Но остались еще вопросы. Так вот, ответь мне, Людмила… Да что же ты меня все перебиваешь? Нет, я понимаю, что тебе не терпится узнать про… Ну, вот, опять! Что там у тебя случилось? Кто пришел? Ах, Сергей! Так вот я и хотела тебе сказать, что твой Сергей… Стой, стой, стой!!! Не отключай, это важно! Ну, надо же!..

И что, спрашивается, я у нее выяснила? Да почти ничего! Видите ли, возлюбленный в палату вошел! И она сразу трубку бросила. Вот так. И даже добытая мной информация перестала ее интересовать. Разве это правильно? Сама же на задание послала!

– Раз так, то и быть по сему!

Если ее перестали интересовать вопросы про фифу Веру, то мне оно уж точно не надо было. Я решила из головы все выбросить и пошла читать дальше фэнтези. Очень удобно устроилась с книгой в гостиной и провела так несколько часов. А к ужину приехал Вадим. То-то у меня радости было. В холл выпорхнула – встречать мужа.

– Кисонька, как день провела? – ритуальный вопрос, однако.

– Нормально, но по тебе очень скучала.

И поймала себя на мысли, что и мои ответы стали, однако, смахивать на заезженную пластинку. Но потом окинула Вадима любящим взглядом, встряхнула своей ухоженной золотисто-блондинистой гривой и тепло ему улыбнулась. Красавец! Ох, красавец. И такой мужчина мне достался! И сразу как-то захотелось к нему прижаться, о волевой подбородок макушкой нежно потереться. Он же за эту привычку и прозвал меня «кисонькой». И вот я уже была рядом и к груди супруга прилипла.

– Что-то, муж мой…от тебя женскими духами пахнет?..

– Женскими?! – напряглись мышцы на той самой груди. – Тебе не кажется? Ах, женскими духами!.. Ну!.. Как без вас обойтись? Это же невозможно. Сегодня договор подписывали. Важный. А потом его обмывали. Кстати, я ужинать не буду – в ресторане наелся слишком. Если только чайку…

– Так что там с духами?

– А что с ними? Ничего! Из вежливости пригласил супругу будущего компаньона на танец. Она так за столом ножкой такт все отбивала. Ты же понимаешь: ресторан, партнеры, музыка…

– Вот видишь! Другие бизнесмены с собой жен берут на сделки. А я?..

– А ты, кисонька, у меня книжки, вон, читаешь! А тех, никчемных, ничто не интересует. Ты же, и спортом занимаешься, и в бассейн ходишь, и языки изучаешь… Кстати, как твой английский, произношение лучше стало?

– Преподаватель хвалит.

– Как преподаватель? – нахмурил собольи брови мой неподражаемо прекрасный супруг. – А разве, это он?

– О чем ты? Я же у Элеоноры Владиславовны занимаюсь!

– Точно! У Элеоноры! Так что чай, кисонька?

Вы ничего про моего мужа не подумали? Вот и не надо. Он у меня – само совершенство. И я не собиралась наш счастливый брак осквернять глупыми подозрениями. Мы еще только пожениться хотели, так все моменты будущей жизни обсудили. И Вадим четко дал понять, что много работает, устает, разрядки ему нужны, но на работе он, ни-ни. И вообще, он однолюб, а я лучшая в мире. Понятно? Но в тот вечер он устал. И хоть и лег в моей спальне, но…устал, одним словом. А я что? Я так его любила, что лежала и долго-долго на него смотрела. На лучшего в мире спящего мужчину.

А утром меня неожиданно разбудил звонок телефона. Спросонок даже не поняла сначала, что происходило. Посмотрела на экран, а там какой-то непонятный номер. И зачем-то нажала на соединение, не проснулась, наверное, до конца.

– Алло! Это Ольга? А это Аля. С вами что-то случилось? Как почему звоню? Сейчас уже половина одиннадцатого, вообще-то. Вы про работу не забыли?

Черт! Я же ей вчера свой номер дала. Зачем, спрашивается? Вроде бы в мои планы не входило там появляться. Зачем тогда дала номер телефона? Чертовщина! И только так подумала, как по второй линии ко мне стала пробиваться Людмила.

– Минуточку, Аля. Подождите, пожалуйста… Да, Люда! Доброе утро!

– Какое на…оно доброе?! Олька, меня Сергей бросил!

– Когда?! Утром?

– Ты там чего?! Вчера сказал, конечно. Я прямо сразу после этих слов в глубокий транс и впала. А затем была истерика. Врачи тут меня чем-то накачали, и вот, сейчас только очухалась. А то и говорить-то не была в состоянии. Мне так сейчас хреново, Ольга! Ты можешь ко мне приехать?

– Могу. Но сначала я должна еще в одно место съездить. Не думаю, что это займет много времени. Ты там не раскисай, а меня жди. Договорились?

Разговор с подругой я закончила и снова включила первую линию.

– Аля? Извините. Я уже бегу. Да, недоразумение приключилось. Приеду и все объясню. До встречи!

* * *

С места моментально сорвалась в стремительные сборы. Что на себя надевала, как-то оно мимо сознания прошло. Уже берясь за ручку двери, глянула мимолетно в зеркало, и в голове проскочило, что этот брючный костюм мне всегда шел и в разных жизненных ситуациях выручал. А то, что на скорую руку совсем обошлась без косметики и почти без расчески, просто схватив волосы заколкой в хвост, так это ничего: красота от этого не пострадала, а вот время сэкономило. А вообще-то, мало что меня тогда заботило, потому что была очень зла. За подругу и на того самого Сергея. Праведный гнев во мне так и кипел.

– Мерзавец! Сам девчонку в больницу упек, и там еще ее и достает. Негодяй! Не мог с откровениями подождать.

Я-то была в курсе помолвки Веры с Сергеем, но так сразу вываливать эту новость на Людочку не собиралась. Думала постепенно подругу к печальной развязке романа подготовить. Как в воду смотрела, что нервы у той истончились, и все могло кончиться истерикой и ухудшением здоровья.

– Я сейчас этому типу все выскажу. Непременно! Пусть не думает, что абсолютно все вокруг будут молча наблюдать, как он ноги вытирает о брошенных им женщин.

Вот такие имела намерения. Думала приехать на фирму, в кабинет зайти, свое возмущение излить и гордо удалиться. А чтобы знал, как такое поведение называется! Но было в этом одно «но». Как в это мою охрану не вмешивать? Как с этим быть? Поэтому придумала незаметно к собственной машине проскользнуть. Взглянула на золотые часики на руке и довольно улыбнулась. Дело в том, что мне в это время положено только-только просыпаться, а моя «бдительна тень» имела обыкновение до завтрака «хозяйки» торчать с Гариком возле машины.

– Только бы с Григорием не столкнуться! – мысленно принялась повторять эту фразу.

Повторяла и повторяла, и до лифта дойти получилось, ни с кем вообще не столкнувшись. А там и в подземный гараж спустилась, шаг за шагом, прячась за чужими БМВ, Мерседесами и Бентли, и до своей букашечки добралась. Хорошая моя маленькая английская машинка стояла в самом углу и далеко от проходных мест. В тиши, так сказать. Пользовалась я ею редко. Муж запрещал. Он привык доверять мою жизнь профессиональному водителю, а не…в общем, в мои способности вождения авто не очень верил.

– Ага! Стоят, голубчики! – наблюдала я за этими двумя, то есть за Григорием и Гариком, что-то обсуждающими около Бентли супруга.

На всякий случай присела, чтобы макушка не очень высовывалась из-за невысокой машины. И приготовилась ждать. Надеялась, что недолго. Так и вышло.

– О! Время начало двенадцатого! Надо подниматься в квартиру. Наша должна уже проснуться. Сейчас узнаем, что нам сегодня предстоит, – возвестил громким голосом Григорий, взглянув на наручные «командирские» часы, а гулкое эхо подземной парковки донесло до меня каждое слово.

– Пошли! – добродушно согласился с ним Гарик, и они направились к лифтам. – Лучше заранее тебе пост рядом занять, конечно. А то потом улизнет куда-нибудь. Она у нас такая шустрая бывает. Помнишь, два дня назад? Правда, ты быстро ее тогда по маячку отследил…

Черт! Как я могла забыть?! Прослушка, маячки, телефон, опять же. Надо было с этим что-то делать. Подумала и принялась себе же обыск учинять. В сумке, слава Богу, ничего подозрительного не нашла, поэтому ее оставила. А вот с телефоном и кошельком надо было расставаться. Увидала в углу противопожарный щит и засунула за скрученный шланг эти предметы, не мешкая. Потом уже в машину нырнула, завела ее и была такова.

Уф! Улизнула. Даже настроение от этого факта немного улучшилось. Правда, дурища, не учла, что совсем без связи осталась, но озарение пришло много позже. А пока на предельно допустимой скорости рулила к тому самому офисному зданию. Но в Москве знаете, какое движение? Правильно, на метро, говорят, ездить быстрее выходит . Вот поэтому на место я прибыла ровно к часу дня, и получилось с Сергеем, как его там, столкнуться в вертящихся дверях при самом входе. Мы к той вертушке подошли одновременно, но с разных сторон. И у него, клянусь, глаза полезли на лоб, встретить меня в этот час и в этом месте.

– А вот и вы мне попались! – произнесла я с вызовом и сверкнула при этом глазами.

– А разве, эта реплика не мне должна принадлежать? – прищурился на меня не по– доброму большой босс.

– Я вам сейчас еще такие реплики собираюсь выдать, что…

– Разберемся! – совершено неожиданно меня больно ухватили за предплечье и потащили вовнутрь здания. – В моем кабинете сейчас, милая, все-все выясним. Но при людях визг устраивать не советую!

– Какая я вам милая?!! И руку! Руку уберите!

Признаться, в этот момент кляла себя, что на мне не оказалось той круглой штучки, которая вчера Григорию позволила среагировать на вопли в кафетерии. Сейчас мускулы охранника, как никогда, пришлись бы к месту. Но, увы, тот важный прибор последней модификации остался лежать, засунутый за шланг на парковке, да и мускулистый Гришка, непонятно где, теперь пребывал.

– Вы еще и пихаться? – это он возмущался, что я попыталась к нему применить прием, чтобы вывернуться. – И лягаться?! Ну, это уже слишком!

Я думала, что после этих слов выпустит из рук и пошлет на все четыре стороны. Обычно же так и бывает, правда? А этот тип какой-то неправильный попался, если и оскорбился, то не плюнул на меня, а взял и перехватил удобнее, чтобы легче было меня за собой перемещать. И получилось, что я вся его рукой оказалась к боку прижата, а ногами просто так в воздухе перебирала.

– А будете визжать, то еще и рот зажму.

И его сверкающие гневом глаза оказались совсем рядом с моими полыхающими возмущением глазами. И хоть я вся жутко распалилась, но тут же поняла, что именно так и сделал бы. Оттого голос сбавила, но совсем, все же, не замолчала.

– Вы сумасшедший?! – зашипела ему в самое ухо, отчего он даже дернулся.

– Послал же бог психопатку! – поморщился мужчина и зашипел в ответ. – Угомонитесь, мы сейчас в офис входим, если заметили. Это в холле и в лифте нам повезло, что в этот час народу мало, а вот теперь… Вам, в самом деле, хочется позориться перед всеми? Нет? Тогда я сейчас отпущу, а вы, милая, спокойно пройдете на рабочее место. Идет? А там спокойно мне расскажите, почему в рабочее время расхаживаете по улице и зачем такая буйная на меня реакция. Все. Отпускаю. Тихо! Идем в кабинет.

И мы пошли. Он легонько там меня впереди себя пихал. Шел и со всеми здоровался.

* * *

Как только оказались одни в кабинете, сразу оба снова приняли воинствующий вид. Еще и в стойки соответствующие встали. А вот слова ни у него, ни у меня как-то сразу необходимые не нашлись. И еще он принялся странно меня рассматривать, что даже захотелось на себе одежду одернуть. Вот ведь…бабник! Разумеется, после этого я вспомнила, зачем сюда вообще пришла.

– Как вас земля носит?! – тыкнула ему в грудь указательным пальцем, разумеется, на расстоянии, но так, чтобы не было сомнений, о ком была моя пламенная речь. – Одна женщина вчера, а сегодня другая?! Вы беспринципный, эгоистичный, аморальный тип! Я бы такому не доверила руководить компанией. И у вас здесь, – обвела все тем же пальцем помещение по кругу, – Не пойми, что творится. Развели, понимаешь ли!..

На этом моя обвинительная речь грозила захлебнуться. Что-то запас фраз, заготовленных во время дороги сюда, закончился. Но я могла поклясться, что произвести впечатление на Людкиного босса получилось. И он даже, был момент, немного растерялся. Правда, быстро взял себя в руки, а потом тоже рассердился.

– Что, что? Да вы кто такая?..

– Забыли?! Я Людочкина подруга!..

– А то, что еще и моя сотрудница… новая?..

– Это ерунда, и вы меня с мысли не сбивайте…

– С одной проблема на проблеме, возомнила о себе, так еще и подругу мне подкинула… И не ясно еще, кто хлеще!.. Или это для того, чтобы устроить развеселую жизнь?! А я бы потом с отчаяния принял вашу «подругу» с распростертыми объятиями? Не выйдет! У меня стальные нервы. А если допечете, то уволю…обеих!

– Прекратите оскорблять – вы не имеете на это права! Это у меня к вам претензии, что ведете себя, как последний мерзавец.

– И вы считаете себя адекватной?

– Речь сейчас не обо мне, а о Людмиле. Вы поступили с ней мерзко. Вы…вы…

– И что же, я?.. Всего лишь, держу между нами расстояние. Но почему вы-то во все это встреваете? Какое ваше дело? У вас сейчас вполне определенная задача – заменить Людмилу на рабочем месте. Вот и вспомните, наконец, о своих обязанностях.

– Ах, вот, как! Расстояние он держит! После того, как разбил ей сердце! Нехороший вы человек!

– Не знаю, что она вам наговорила, но…

– Сбагрили девушку в больницу, а сами…

– Что значит, сбагрил и в больницу? Людмила Семеновна пошла в отпуск, насколько мне известно.

– Это так теперь называется?!

– Послушайте! – посерьезнел он лицом, но гнев с него куда-то схлынул. – Давайте уже успокоимся. И попрошу мне сейчас сказать, намерены вы отработать за подругу неделю, или нет? Серьезно вас спрашиваю.

– А почему я должна за нее отрабатывать? – недоуменно пожала плечами, причем вполне серьезно.

– Например, потому, что вчера подписали трудовой договор.

А ведь, и правда, Аля попросила подписать какую-то бумагу, перед тем, как взяла у меня номер личного телефона. Но это ничего не значило для меня в тот момент, да и в этот тоже.

– Знаете ли, нет. После того, как высказала все, что про вас думаю, собираюсь удалиться. И надеюсь никогда больше с вами не встречаться. Прощайте!

И решительно направилась на выход. Но не успела выйти за порог, только-только дверь чуть приоткрыла, как меня грубо отдернули назад.

– Стоять! – сверкал на меня глазами взбешенный мужчина. Ничего себе, темперамент! Или у него нервишки того…вовсе и не стальные, разве что в его воображении когда-то такими были. – Простимся, когда обязанности по договору исполните. А сейчас, марш на рабочее место!

Это он серьезно? Чего хотел добиться? Да я только сильнее сердиться начала. А этот негодяй еще руки снова принялся распускать. Подтянул меня сначала к столу секретаря, а потом и в кресло толкнул.

– Вот! Сидеть и работать. А я обедать. Голоден, как волк. Приду и проверю, что вы здесь мне наработаете. И помните, я страшен в гневе, – и как в подтверждение этих слов недобро на меня оскалился и рявкнул так, что в окнах стекла задребезжали. – Аля! Подойдите сюда! Введите в курс дела…Ольгу!

О! Имя мое вспомнил. А потом этот психопат развернулся и вышел, хлопнув дверью. Нет, где это видано, чтобы силой принуждали сотрудников к труду? Я же ему русским языком сказала…о, а это что такое? Это он здесь бросил свой портфель? Занятно! В первый раз меня видел, нет, во второй, но не суть. Как же он так погорячился? Этот ненормальный оставил меня со своим портфелем, своего врага, а я же этого ничуть не скрывала.

– И что там у нас лежит?

Пальчиком провела по замку, а тот возьми и откройся. А внутри разные папки лежали. Я схватила одну и успела просмотреть, пока Аля цокала каблуками до дверей кабинета. Очень интересно! Приложение к договору. Чертежи. И успела еще кое-что, пока в дверь не вошла администратор. Я похитила содержимое этой папки, а пустой пластик засунула быстро на место. И так удачно получилось, что сумка сегодня со мной оказалась самого подходящего размера, объемная, не то, что вчера, мизерная. Судьба! Решила так под влиянием предыдущего выяснения отношений. Нет, я не воровка. Не была ею. Но черт, наверное, попутал, поступить именно так, а не иначе.

– Что тут у вас произошло? – недоуменно хлопала на меня глазами Аля. – Никогда еще не слышала, чтобы Сергей Павлович так выходил из себя. Это он рассердился за опоздание? Ну, в общем-то…все же на полдня… Но это все ничего. Обойдется. Он у нас отходчивый. Еще бывает суровый, но всегда справедливый. Да! Вот вам временный пропуск. Постоянный-то, наверное, и не понадобится. И так, приступим?..

Не поверите, я даже успела там у них что-то наработать. За тот час, что провела за монитором с Алей, но чувствовала себя при том, точно активировала под своим стулом бомбу с часовым механизмом, и секунды тикали, тикали… Мне давно надо было бежать без оглядки, а все подходящего момента не подворачивалось. Я уже затравленно смотрела на входную дверь приемной босса, когда моя консультант заметила это мое дикое напряжение.

– Что с тобой, Оля? – она спросила, а я чуть ни выскочила из кресла . Ох, промышленный шпионаж – это уже не мое. – Приспичило, что ли?

А я в тот момент уже увидала Сергея Павловича. Через стеклянную перегородку. Он вернулся в офис, только в кабинет свой не спешил, остановился с сотрудниками переговорить.

– Да! Мне срочно надо в туалет…

Вскочила и юркнула в дверь. Бочком и скрытно подалась вообще из офиса. А вслед мне неслись слова Али, как нужное заведение найти.

– Да, поняла, – успела обронить ей через плечо.

И вот я уже выскакивала вон из офиса. Погони не было, слава богу. Но я не велела себе расслабляться. Поэтому на всей скорости устремилась дальше, к лифту. А он, как раз и подъехал. Его двери распахнулись, и мне навстречу вышла изможденного вида девица. Почему я про нее так сказала? Да мы с ней никак разминуться не могли. Вроде она габаритами была со щепку, а начала передо мной метаться и проход загораживать. Или это я разнервничалась и дергалась…

– Не подскажете?.. – только я ее обошла, а она возьми и ко мне обратись. – Где тут офис компании…

– Там! – ткнула я пальцем в сторону, откуда только что ноги унесла.

– Спасибо!

Вот, двери лифта закрылись, и кабина благополучно спустила меня на первый этаж. Дальше вся на нервах быстрым деловым шагом отмерила положенные метры коридоров, пересекла холл, миновала вертушку и охранника. Боже! Как же мне было не по себе. Даже пот прошиб. Нет, промышленный грабеж не для меня.

* * *

Пока не добралась до дома, никак не могла успокоиться. Сердце ухало где-то в горле, дышать было затруднительно, и стойко мерещилась погоня за плечами. Чуть шею себе не вывернула из-за этого и аварию не сотворила, так как вперед мало смотрела. Все больше назад и изредка по сторонам. Но никто мне «на хвост не сел» и к обочине, то есть к тротуару, «не прижал». В общем, роль похитительницы документов далась нелегко – много нервных клеток погубила. Нет, жила себе спокойно, а тут «бах», сотворила себе встряску, да еще такого масштаба…

– Нет, правда! Зачем я во все это ввязалась? А потом еще и воровством занялась!..

Но додумать проблему и масштабность грозивших последствий не успела. Подошел момент парковки. А я к этому относилась со всей серьезностью, потому что были, знаете ли, неприятные случаи… В общем, я однажды Мерседес Петра Гавриловича поцарапала. Чуть-чуть. Но Вадим так на меня орал!.. Грозился права отобрать. Не подумайте, ему для меня не было жалко пары тысячи долларов на покраску того крыла. Просто у него в тот день неприятности какие-то на работе случились. Вот и… Он потом сам так и сказал, что извини, не со зла. Я все поняла, да и виноватой себя действительно чувствовала, но вот повторения того ора не хотела больше.

Так вот! Что было дальше? Впихнула я свой Мини Купер в тесный уголок подземной парковки без проблем. Сделала за минуту дыхательные упражнения для успокоения, и начала выбираться из салона. На ноги встать получилось уверенно. Дальше рука потянулась к противопожарному щиту, а он был в досягаемости. Потом, раз хвать, два, а вещей-то моих за шлангом и не было.

– Что за черт?! У них здесь что, пожар, что ли случился? Шланг кому-то понадобился? – А потом хлопнула себя ладошкой по лбу. – А! Это же Григорий вещички обнаружил и забрал! Кстати, а где он, моя бдительная тень?

А Тень уже ко мне приближалась, выйдя из Бентли, заехавшего на парковку через минуту после моей машинки. А за ним шла уже его тень в виде неунывающего Гарика. И тот типчик с веселенькой рыжей копной волос, как всегда, улыбался. Мне же сделалось не до улыбок, так как в голове снова всплыло дневное злоключение. И что от него поимею неприятности, нисколько не сомневалась. Вот ведь, первая их порция уже приближалась. Злющая и с прищуренными глазами.

– Добрый день, Ольга Викторовна, – процедил Гришка сквозь зубы.

– Вечер! В смысле, добрый вечер, – встрял Гарик.

– Тем более! – рявкнул на него Тень и тут же снова ко мне обернулся. – И что вы творите?! Как это все понимать?!

– Мне бы самой сейчас во всем разобраться… – в глубокой задумчивости ответила ему. – Вот сейчас пойду к себе и попытаюсь все понять.

И пошла. К лифту. А несколько сбитый с толку Григорий с товарищем пошли за мной.

– Как это понимать? – уже с беспокойством в голосе заговорил. – Что-то случилось? Вас обидели? Урон нанесли? Да что это с вами?! Вы на себя не похожи! Это все там, в этом же офисе, та грымза?..

– Какая…грымза? Почему речь пошла про тот офис? И какой именно?

– Вчерашний! – опять Гарик. – Мы там были! А вас не нашли…

– Погоди, друг! Так, где же вы были все это время, Ольга Викторовна? Машину вашу мы нашли, а хозяйка как сквозь землю провалилась.

– Так вы что?.. Сейчас оттуда? Прямо вот сейчас?

– Угу! За вами следовали.

– Следили, значит! – вскинула на них глаза.

– Ага! Работа такая! – ответили мне одновременно.

– Странно… Я ничего не заметила. А так старалась!..

– А зачем это вы слежку высматривали?

– Значит, так! Я все объясню, но потом, – и мы дружной троицей шагнули в лифт. – После того, как сама все обдумаю.

– А как мне Вадиму Андреевичу докладывать? – с силой, способной прогнуть стенку кабины лифта, вдавил Григорий кнопку нашего этажа.

– Мы ему пока ничего докладывать не будем. Время еще не пришло, – промолвила я с самым загадочным своим выражением лица.

Оно Гришке не понравилось. Наверное, потому он чуть не руками раздвигал двери лифта, показавшиеся ему слишком медленными.

– И когда ждать объяснений? – открыл передо мной двери квартиры.

– Сдается мне, что совсем скоро. А пока, мальчики, замрите. Кстати! Где мой телефон и кошелек? Давайте их сюда. И теперь все, расходимся в разные стороны. Вы идете на кухню. Чтобы вас покормили. А то, мужчины голодные, точно волки злые…

Ох, опять этот Сергей Павлович вспомнился. И его высказывание о голоде. Не к добру!

– А вы? Куда?..

– В кабинет! Думать!!

И как только я туда вошла, сразу же включила телефон. А там!.. Миллион пропущенных вызовов. Ну, Людины звонки пока пропустила, а вот на тот номер, с которого звонила Аля, я приметила сразу. И еще пару номеров, мне неизвестных, тоже взяла на заметку, пометив на свой лад, звездочками. Подозревала, что те звонки были связаны с моим ужасным поступком. С кражей документов. А вспомнив про них, сразу же полезла в сумку.

– Так! Что имеем?

На свет были извлечены те самые бумаги, что стащила у Людкиного бывшего, у того мужественного мерзавца. Первые под руку попались чертежи. А на них штамп. Яркий такой прямоугольник. И там значилось…

– Черт! Людмила же в мебельной компании работает. Это я знаю наверняка. Она еще диваном хвасталась, что купила по себестоимости как сотрудник. И было это…две недели назад. А здесь… Причем здесь архитектурное бюро? И чертеж самый настоящий, – тряхнула я документом, разворачивая полностью и в огромную простыню превратив. – Во! Серьезный-то какой! Поэтажный план!..

От увиденного впала в задумчивость. В глубокую. Но потом спохватилась, что время зря теряла, и принялась дальше изучать бумаги. И с их помощью убедилась, что украла у крупного архитектурного бюро. А Сергей Павлович Карсов был там главным.

– Ничего себе!..

И угнетаемая нехорошими предчувствиями стала набирать Людкин номер.

– Люда! Привет. Как ты там? Почему не приехала? Да, я… Что?! Как это мои люди твоему Сергею палец сломали? Которые?.. Нет, у меня всего один охранник… Что ты говоришь?! Минутку, минутку! Как, говоришь, отчество твоего Сергея? Петрович?!! Точно? Не вопи, Людмила. А еще ответь. Как его фирма называется? Как, как?!! Точно? Не кричи, я сказала. Вот теперь в моей голове начало проясняться. Нет!!! Даже все окончательно прояснилось! Что тебе объяснить?.. Это потом. Потом, сказала! Пока!

Я не узнавала собственного голоса, так на подругу рявкнула, когда она начала приставать с вопросами и обвинениями. Как-то мне вдруг моментально не до нее сделалось. А вот к Григорию с его товарищем появился срочный разговор.

* * *

– Вы уже готовы начать отвечать на вопросы? Ольга Викторовна, неужели? – с улыбочкой вошел в кабинет Григорий, моментально откликнувшийся на мой зов.

– А вы, Григорий? Поведаете, что за бедлам учинили в офисном центре на этот раз?

После такого обмена фразами мы с минуту потом сверлили друг друга глазами. Но потом я первой продолжила разговор.

– Зачем вы генеральному директору мебельной компании сломали палец? Неужели, пытали, решив таким образом раскрыть мое местонахождение?

– Между прочим, я явился в ту компанию, по вашей записке. А вас там не было!

– Да что вас туда принесло-то?!

– А как же! Ваша машина у здания на парковке стояла? Стояла! Значит, вы туда снова приехали. Координаты офиса у меня, с вашей помощью, были. Координаты были, а вас там не было!

– Хорошо. Не было. Но зачем стали к гендиректору ломиться?

– Я и не ломился. Просто вошел к ним и стал вопросы задавать.

– То есть, вопросы? И никакого рукоприкладства? А у меня, вот, другая информация, – и я покрутила в воздухе своим айфоном, намекая на показания подруги.

– Все иначе происходило. В смысле, я вошел, стал задавать, а тут, откуда ни возьмись, та грымза вывернула. Видно она меня с прошлого раза не полюбила, потому что начала в мою сторону пальцем указывать и что-то тому типу плешивому визжать.

– Типу? Плешивому?..

– Тому, которому потом случайно палец сломал.

– Так все же сломали! – я вся так в кресле и осела.

– На месте я этого не понял. И вообще, просто его грабли от себя отцеплял. И это он первый на меня напал. А я уже собирался от них уходить, так как многие сотрудники подтвердили, что вас там и не было.

– То есть, как? Они меня в лицо, что ли знали?..

– Да вот же!.. – и Григорий продемонстрировать мне то фото, где я висела на локте самого обворожительного мужчины мира, на Вадима руке то есть, и улыбалась во все тридцать два зуба.

Надо же, опять фотографию в портмоне оставила, когда его за тот шланг запихивала.

– И что дальше было?

– Грымза меня в чем-то обвинила, а тип, не разобравшись, накинулся. Я его от себя отцепил и офис покинул. Все.

– Все?!

– Да. А теперь хотелось бы и вас, Ольга Викторовна, выслушать. Где же вы-то были, если в тот офис и не заходили ни разу?

– Вы, Григорий, можете мне не поверить… – такое вступление мою Тень насторожило. – Но была там где-то рядом. Видите ли…тяжело об этом говорить, но со мной приключилась чертовщина, никак не меньше.

– А без мистики нельзя? – хмыкнул Григорий. – Потому что я со всем могу справиться и разрулить многое, но с потусторонними силами боюсь не сладить.

– То, что скажу далее, боюсь, сотрет улыбку с вашего лица.

– Бояться не надо. Лучше сразу признаться, где были и с кем.

– Я заблудилась там в их коридорах и по ошибке попала в другой офис.

– Так, так! Заблудились, значит? Ладненько. А испугаться я, чего должен?

– Из-за некоторых обстоятельств и моей реакции на них у меня получилось…в общем, я украла там вот это.

– Что это? – вытянул он сначала шею в направлении чертежа и прочих документов, а потом потянул на себя за край простыню с поэтажным планом. – Чертеж какой-то? – по всему он пока ситуацией не проникся, так как посматривал на меня недоуменно, это потом уже лицо его приняло обалдевшее выражение. – А подробнее пояснить можете?

– Пожалуйста!

Он был похож на человека, внезапно получившего удар под дых, на протяжении всего моего рассказа. А я догадывалась, что такое с Григорием случалось крайне редко и, скорее всего, разве что, на заре его карьеры. Но к концу моей печальной повести он все же отмер и даже немного взбодрился.

– Это все? Хм! Или что-то забыли мне рассказать?

– Клянусь, что все. Ничего не утаила.

– Тогда подведем итог. На лицо имеем что? Кражу. Согласны?

– Целиком и полностью.

– И украли не кошелек, что валялся где-то на полу. Так?

– Ну…что уж там, так, конечно. Только можно не сгущать краски? Честное слово, я уже раскаиваюсь.

– А раскаяния мало, Ольга Викторовна. За этот поступок ответить придется. Причем…нам обоим.

– Это тоже скверно. А можно мужу пока не докладывать?

– Смеетесь? Я уже и так основательно влип, когда первый раз утаил от него…

– Гриша! У меня идея! Давайте, этот документ им назад подкинем?!

– Вот так вот все просто? Раз, и в дамках?! Как хорошо, Ольга Викторовна, что вы редко из дома выбираетесь. Э…раньше редко выбирались. А теперь…каждый день…

– Нет, Григорий, а что если, и правда, по-тихому вернуть документы? Согласна, что незаметно это сделать не получится. Хотя, есть у меня задумка… Представьте, в офис приходит курьер с почты и доставляет пакет. И все как бы взаправду. А? Что скажете?

– Детский сад!

– Ладно. А если просто прийти и сказать, что нашли…

– Что бы сейчас вы ни придумали, считаю, без неприятностей и некоторой денежной компенсации не обойдется.

– Вас так и тянет пойти к мужу с докладом? А я считаю, что сначала надо самим попробовать все уладить. А потом, если не выйдет…

– А улаживать, кто будет? Я?

– Не согласны? Тогда я сама оденусь соответственно и…

– Под почтальона?!

– Почему бы и нет? Идея, мне кажется, неплоха.

– И вы знаете, как выглядят сегодняшние почтальоны?

– Нет. А вы? Тоже нет? Тогда нам надо немедленно отправиться на почту.

– Завтра. Имею в виду, что сегодня отделения уже закрыты.

– Так вы согласны?! Как вы меня осчастливили, Григорий!

И я не удержалась от объятий. Дружеских. Мне именно так казалось. А Григорий отчего-то пошел весь красными пятнами.

– А поедем на моей машине? На Мини?

– Зачем? Нас Гарик же отвезет.

– И его берем в нашу бригаду?

– Какую бригаду? Скажете тоже…

– Ну, не шайка же? Или ладно, пусть просто будет компания. Правда? И зовите ко мне теперь Гарика.

– Зачем? Я сам с ним поговорю и все устрою.

Надо ли говорить, что ночью мне не спалось. Почти до утра промаялась. Все простыни на себя накрутила. А чуть свет уже вставать пришлось. Поднялась и давай гардероб перетрясать. Все искала нечто, подходящее для нашей операции.

– Готовы? – это Григорий за мной пришел. – Тогда едем.

И очень быстро мы выяснили, что мои брюки и блузка вполне сошли бы под наряд почтальона. Бирок же не было видно, а так все смотрелось скромно и строго. Еще я водрузила на голову бейсболку, что обычно надевала для игры в теннис, и надвинула ее ниже на глаза.

– Так пойдет? Вот и отлично. А о конверте я позаботилась. Вот он. Стандартный и подходит к случаю.

И мы поехали все к тому же злосчастному офисному центру.

* * *

В дороге все препирались. Григорий утверждал, что ему роль почтальона подходит больше. И мне было ясно, что снова не хотел отпускать в это здание одну. Если честно, то мне и самой ничуть не хотелось лицедействовать сегодня. А еще думала, что и завтра и послезавтра. Мне, знаете ли, впечатлений от встряски надолго теперь должно было хватить. Только считала, что, раз наделала дел, то должна была за все ответить. Но вот еще встретить Сергея Павловича было страшно. Клянусь! Давно забыла, какой он страх, с таким-то мужем и приставленной ко мне охраной. Но вот оно, случилось же такое!

– Ну, какая из вас, Ольга Викторовна, почтальонша? С вашей-то фигурой и походкой!..

– Что тебе снова не так?

– Вам по подиуму ходить, а не… В общем, представляю, как сейчас каждый встречный начнет на вас глаза ломать и шею выворачивать.

– Не преувеличивай.

– Клянусь. Много раз замечал.

– Можно подумать, ты на почтальона похож! – и я обвела его фигуру красноречивым взглядом. – Терминатор, вылитый. Правда, Гарик?

А тот точно в рот воды набрал. Не странно ли это было? Странно. И мы с Гришей оба так решили, оттого и принялись к водителю нашему присматриваться. А он почувствовал взгляды и занервничал.

– Эй, эй! Я не пойду. И не просите, и не заставляйте. У меня со школы боязнь выступлений на публике. Могу на нервной почве в обморок грохнуться.

– Что ты говоришь?! – удивилась я.

– А так сразу и не подумаешь! Трещать можешь так, словно привык, как раз, к публичным выступлениям, – прищурил на него глаза его друг закадычный. – И твоя кандидатура на роль почтальона очень бы подошла.

– Не согласен, – заерзал на сиденье Гарик. – Ни за что не пойду. У меня даже уже, только от этих разговоров живот начало подводить.

И кончилась наша перепалка тем, что Григорий снял с моей головы бейсболку, вытянул из рук конверт с документами. Все, мы посовещались, и он решил. Гарик подкатил поближе к входу и приготовился парковаться.

– Гриш! Давайте я вас до входа провожу, – сама не знаю, отчего предложила.

– Зачем? На новые приключения потянуло?

– Какой там!.. Просто…из солидарности, для поддержки, в общем, это же все из-за меня…

– Хотелось бы, чтобы это прозрение вас подольше не покинуло. Может, мне тогда жилось бы спокойнее.

– Что, я такой плохой охраняемый объект? – как-то вдруг сделалось обидно.

– Нормальный, когда спите. А в общем, не расстраивайтесь, Ольга Викторовна. Сейчас проблемку эту разрулим, и все встанет на свои места. Снова вас будет заботить парикмахер, бассейн, теннис, английский…

– Твои слова, да… А можно, я все же тебя до тех дверей провожу?

– Ладно. Пошли. Не успокоитесь же…

Покаюсь, у меня от души отлегло, когда Григорий настоял на том, что сам пойдет пакет относить. Страх сразу улегся и больше не возникал. Но совесть теперь в душе завозилась. Это же я во всем виновата была. Элементарно повороты посчитать правильно не смогла, дурище. А потом еще и документы свистнула… Нет, кто меня тогда дернул папку подцепить? Не иначе, а помутнение рассудка случилось. А теперь вот, Григорий за меня отдувался.

– Ну, все. Дошли. Идите, Ольга Викторовна назад в машину. Спасибо за помощь и…

– Ой! Посмотрите! Что это там делается?

А за стеклянными дверьми и стеной хорошо просматривался холл. И там у турникета сегодня стоял не пенсионер, как вчера, а два дюжих молодца. И они очень внимательно, даже придирчиво, проверяли всех входящих и выходящих людей.

– Приплыли! – раздраженно выдохнул Григорий. – Охрану усилили.

– Наверное, из-за того, что я документы умыкнула.

– Или из-за того, что я два дня подряд через их турникет перепрыгивал.

– Ага! И на женщин кидался, а еще гендиректору мебельной компании палец сломал, – с удовольствием ему поддакнула. Чужую-то вину всегда приятнее признавать.

– Нет! Все же из-за документов, скорее! – состроил мне вредное лицо Гришка.

Мы так пререкались некоторое время, но решать-то что-то надо было. И так вышло, что у меня был пропуск в здание, а у Григория его не было. Поэтому бейсболка снова оказалась на моей голове, а пакет – подмышкой.

– Готова? В смысле…готовы?..

– Да брось, Гриш! В одной же упряжке. Опять же, у нас теперь компания единомышленников образовалась. Давай уж на «ты» перейдем. Заметано?!

– Так! А прослушку взяла? Где она?

– Вот. Я без нее теперь никуда, клянусь. Оно и мне с ней спокойнее. Телефон тоже при мне. Ну! С Богом!

Надвинув козырек на самые глаза, я двинулась в здание. Когда подходила к турникету, ноги стали отказываться сгибаться в коленях. Но оно ничего, я и на прямых ходулях смогла миновать охрану, так как их мой пропуск вполне устроил. И, грешным делом, позлорадствовала, что архитектор тот, как есть, лопух. Панику развел, понимаешь ли, а пропускной документ на меня отменить забыл. Дуралей! И от этой мысли сделалось весело. Даже боязнь быть обнаруженной притупилась. Правда, в лифте я еще раз себя пристально рассмотрела и волосы, до последней прядки, постаралась все под кепку запихнуть. А когда подходила к стойке администратора, еще и ссутулилась. И так вот, приволакивая слегка снова негнущиеся ноги, доковыляла до Али. Да, она снова оказалась на посту. А может, она у них здесь и не менялась никогда.

– Пакет! – произнесла я хриплым голосом. Похоже, он от волнения у меня осип.

– Где расписаться? – а не очень-то она меня и рассматривала.

– Здесь, – ткнула пальцем в листок бумаги, что предусмотрительно приготовила.

Вот и все! А я боялась! Дело стоило мне пяти минут и вспотевших подмышек. Теперь можно было и на выход поворачивать. Но мне же стало очень интересно покрутить по сторонам головой. Тогда же и заметила ту девушку, с которой вчера столкнулась у лифта. У! У нее еще и зрение было неважное. Вон, какие мощные линзы носила… А между прочим, она теперь занимала мое место. В смысле, неведомой Людмилы Семеновны. То есть, сидела за секретаря в приемной.

– Так вот ты какая, Ольга Васильевна, – мысленно усмехнулась я своей догадке.

И правда, было чему удивиться Сергею Павловичу, когда увидал меня впервые. Похоже, местная Людмила домогалась своего начальника. Возможно даже, что имела в этом некоторый успех. Иначе, отчего это к ее слову и рекомендациям настолько прислушивались? Ясно, что неспроста. И вдруг дамочка, наверняка ревнивая, посылает себе на временную замену красотку вроде меня. Парадокс! Да ни одна женщина в здравом уме так не сделала бы. А вот теперь все встало на свои места. Та щепочка с линзами, скорее всего, не внушала Семеновне никаких опасений, как соперница. Только ее что-то задержало. А там я подоспела, голова непутевая, со счетом не ладящая.

– Ну, да ладно. Все теперь позади.

Подумала я так и развернулась к выходу. Шаг, другой, все шло нормально. Но только ногу занесла над порогом, как между лопаток ощутила нестерпимое жжение. Не выдержала и оглянулась. А там… Руководитель бюро собственной персоной. И Аля в тот момент передавала ему конверт. А он что-то спрашивал, вот она и махнула рукой в мою сторону. Ой! Мы, кажется, глазами встретились.

Разумеется, я сразу отвернулась и прочь подалась. Чем ближе к лифту, тем шаг ускоряла. Добраться до него получилось. Даже кнопку вызова уже нажала, но бросила взгляд себе через плечо, а там был Сергей Павлович. И он приближался. Мне сразу стало ясно, с какой целью. А там и нервы не выдержали. В общем, я сорвалась с места и побежала, этого чертова лифта не дожидаясь. И неслась я к лестнице, которую в прошлый приход там приметила. Хлопнула дверью и оказалась на ступенях. Вниз скакала через ступень, а то и через две. Получалось быстро. Но вот беда, мужчины бегают и прыгают быстрее нас, женщин.

* * *

Я неслась вниз, а сзади приближался топот мужских ботинок. И вот уже темный силуэт преследователя отставал всего на лестничный пролет. Ясно, что шанс убежать стремился к нулю. Но это если дальше скакать по ступеням. А вот если очутиться в людном месте да затеряться в толпе… И я рванула на себя первую попавшуюся дверь. А в следующий момент уже лавировала в людской массе, что спешила пойти и подкрепиться. Да, было время обеда, и народ хлынул в кафе, которое располагалось именно на этом этаже. Удача? Да кто же ее знал?!

– Стой! Все равно догоню! Лучше остановись, не то хуже будет!

– Ага! Прямо сейчас! – и получилось включить следующую скорость.

Кепку я где-то потеряла, волосы растрепались и хлестали по спине. Несколько раз столкнулась с кем-то в толпе, и пару раз получила ощутимые тычки. А еще на меня многие шипели и даже покрикивали, вернее, на нас. Подозревала, что архитектору от граждан доставалось более чем мне, такая ругань пошла за спиной. Но, сколь веревочке ни виться…

– Попалась!!!

Он впечатал меня в стену, негодяй. Случайно или нет, разбираться некогда было.

– Пустите! Да, пустите же! Что вы себе позволяете?!

Вопила я прилично так, надеясь, что этот тип поостережется нагло продолжать вжимать меня своим телом в стену. А он еще и руки мои перехватил и завел их в стороны и вверх, чтобы не могла оттолкнуть. Представили, да? Это же неприлично было! По меньшей мере. А кругом граждане сновали. Тоже мне, архитектор, вроде бы должен быть культурным человеком…

– Смирись, теперь ты в моей власти, – он тяжело дышал чуть мне ни в лицо.

– А мы уже на «ты»? – мое дыхание тоже прерывалось, и даже еще и с хрипами было, но я пыталась отвернуться, чтобы этот тип не сверлил своими серыми глазищами.

– Ха! С воровками еще и раскланиваться?! Эй! Не ерзай!

– Я не воровка. Вернее, не совсем так. Слушайте!!! – это я взвилась, потому что этот гад…в общем, зря он так плотно льнул ко мне своими бедрами. – Держите себя в руках! Мужчина, отодвиньтесь!

Как ни странно, но мне, вроде бы, удалось его смутить своими брыканиями и извиванием. А может, и нет. Но, так или иначе, а он ослабил нажим на низ живота тем самым, что никак не должно было быть таким каменным в подобной ситуации. Я так считала.

– Сказал же, чтобы не ерзала!

– Что?! Я еще в чем-то виновата?.. А документы ваши я вернула. Сами же знаете! Зачем гнаться-то было? И вообще, все вышло случайно. Недоразумение произошло. Понятно?

– Ты сейчас мне все это с подробностями объяснишь! А ну, пошли! – и он сграбастал меня в железный захват. Нет! Разве, архитекторам положено быть такими ловкими и сильными?!

– Но документы же у вас! Пустите! Не пойду я с вами никуда!

– Мне охрану позвать?! – сверкнул он на меня глазами и недобро усмехнулся. – Я думаю, что лучше обойтись без лишних свидетелей.

А мне что-то его хриплый голос не понравился. Да и глаза так нехорошо потемнели…

– Слушайте! – попыталась по ходу общения зацепиться ногой за аппарат с напитками, но ничего не вышло. – А я не против свидетелей. Давайте! Зовите!

– А вот это мне решать, милая.

– Никакая я вам… – вот тут он впихнул меня в лифт, и я поняла, что тащил к себе в офис, а не на первый этаж к охране. – Или ладно, пошлите.

Это я тактику поменяла. Решила усыпить его бдительность, чтобы потом вырваться и убежать. Пусть бы только расслабился. А то так крепко держал, что точно синяков наставил. И еще про Григория вспомнила. Он должен был получить сигнал о нападении на меня врага. Только вот как пробрался бы? Но я на него продолжала надеяться.

– Сопротивляться больше не будешь? Отлично. Пошли.

Но до конца руки моей не выпустил. И в итоге, в его офис мы входили под руку. И выглядело это чинно. Правда, многим, наверное, показалось странным. Я точно несколько вопросительных взглядов на себе словила.

– Аля? – обратился этот босс к своему администратору. – Вы проверили содержание пакета? Там точно те самые пропавшие документы оказались?

– Да, Сергей Павлович. Все в наличии.

– Я же сказала! – взглянула на Карсова с большим таким упреком. – Теперь отпустите!

– Еще чего!

– Так…так происшествие же счастливо разрешилось.

– Если бы! Эти чертежи мне вчера вечером нужны были. Так что, по твоей милости, Ольга, у меня крупнейшая сделка на грани срыва. Кстати, Ольга – это настоящее хоть имя?

– На грани, это еще не конец света. Уверена, что вы все уладите. И если хотите, обсудим сумму моего наказания. Но повторяю, произошло недоразумение…

– Имя свое для начала назови! И паспорт мне сюда положи, – это мы уже в его кабинет зашли, и он ладонью стучал по столешнице. – А потом сядем, и ты мне все с подробностями расскажешь.

– Непременно! – и я сделала вид, что полезла в сумку исполнять его требование, то есть за своим документом. – Но на мой взгляд, лучше бы занялись улаживанием дела насчет того самого договора. Он же у вас на грани срыва.

– А это мне решать, милая. Давай, давай! Паспорт – на стол!

И тут Бог услышал мою молитву. А я несколько раз успела к нему обратиться, когда бежала по лестнице и потом, в лифте. И вот, был ниспослан телефонный звонок. Не мне, а Карсову. Я им только воспользовалась. В смысле, архитектор начал отвечать и машинально отвернулся от меня к окну. Возможно, у них здесь связь была со сбоями. А я тихонько, тихонько и бочком, бочком…в общем, не в первый раз, и сбежала.

И вот, второй раз за день, с интервалом всего в минут двадцать, я неслась вниз прежним маршрутом. Погони на этот раз не наблюдалось. Но на четвертом пролете лестницы у меня зазвонил телефон. Замедлилась, чтобы ответить, причем не глядя, так как ожидала услышать Григория. А звонил Карсов.

– Можешь не нестись, как угорелая. Побереги свои красивые ноги, Оля. Я охране внизу уже позвонил, и они перекрыли все входы-выходы. Так что выбирай: или поднимаешься снова ко мне в кабинет, или встречаемся внизу. Что скажешь, милая?

– Внизу, конечно. У меня сил больше нет подниматься. И вообще, чего я не видела в вашем кабинете?..

– Как скажешь. До встречи у турникета. И бегать по этажам не советую. Это только усугубит и без того непростое твое положение.

– Конечно, конечно!

Разумеется, я пошла бродить по этажам. На одном почти прошла длинный коридор, как увидала в конце Григория. Счастье-то какое! Он ко мне прорвался, и я, скорее всего, теперь была спасена. А мой охранник несся ко мне, как говорят, во весь опор. Ясно, что спешил на помощь очень. Но каково было мое изумление, когда между мной и Гришей начал метаться какой-то плюгавенький мужичок. В чем дело, почему на его лице явственно читалась паника, а действия были такими суматошными, поняла не сразу. Это потом уже заметила, что на его левой кисти был наложен гипс. Когда этот колобок на ножках заполошно промчался мимо.

– Ничего себе! Это и есть Людкин бывший? То есть, Сергей Петрович, ее неотразимый мужчина?!

А тот пробежал мимо меня, пытаясь найти укрытие от Григория. И что совсем уж странно, Гришка зачем-то помчался его догонять. Сумасшествие! У них рефлекс, что ли, друг на друга выработался? А как же я? Меня кто спасать будет?

– Гриша! – окликнула охранника на всякий случай.

– Сейчас! Этому гаду только поддам, чтобы дальше к вам прикасаться охота отпала.

– Нет! Григорий, вернись!

Докричаться не успела – эти двое скрылись за поворотом. Во, дела! Ладно, решила спасать себя самостоятельно. По-деловому подошла к лифту и вызвала кабину. На первом этаже оказалась, как показалось, за мгновение. А там!.. Было побоище. С разных сторон от турникета валялись поверженные охранники. Причем, не двое, а четверо. Видно, к ним успело подойти подкрепление, но пало под натиском противника. И мне в голову пришла мысль, что это все было делом рук Григория. Нет, вы не подумайте, смертоубийства не случилось. Те дядьки в униформе уже начали приходить в себя. Один даже почти на ноги встал, согнулся пополам только. И другие тоже признаки жизни на разные лады демонстрировали. Но главное заключалось в другом. Путь-то был открыт. К свободе!

Вот я и вышла. Миновала крутящиеся двери и встала осмотреться. Тут же с радостью пришла к выводу, что жизнь хороша, когда тебя никто не преследует. А там и машина, и Гарик показались на горизонте. Но, как оказалось, порадовалась я преждевременно. Мне всего ничего оставалось до Бентли дойти, как меня перехватили ненавистные крепкие руки. Когда же их успевали так натренировать и накачать некоторые архитекторы? Вот неугомонный!

* * *

Если бы он меня тащил к машине, то, наверное, смогла бы отбиться. Потому что настроена была дать отпор очень даже решительно. А там и толпа зевак бы собралась, что тоже было мне на руку. Но похитителю потребовалось всего на пару метров отволочь меня к подлетевшему автомобилю. И как это все было понимать? У него имелись сообщники? Выходило так! За рулем сидел незнакомый дядька, и век бы мне его не видеть. А пихнуть меня в открытую уже дверь архитектору не составило труда, и времени ничего не заняло. Вот так я оказалась в салоне какой-то черной машины с тонированными стеклами. Больше ничего не могла сказать. Ни марки назвать, ни…в общем, растерялась очень.

– Попалась! – в который раз за это утро праздновал победу надо мной Сергей Павлович, а я надеялась, что опять преждевременно.

– Вы соображаете, что делаете?!! – мое гневное возмущение имело место выразиться во всем: в глазах, в тоне, в позе, в ярком румянце на щеках. – Это же похищение! Скажете, не так?! И ради чего?! Нет, вы точно не в себе. Теперь сами попадете в неприятную историю, еще, вон, и его за собой потянете, – мотнула головой в сторону водителя.

А этих двоих, похоже, мои слова и возмущение позабавили. Потому что точно видела, что дядька за рулем ухмыльнулся, а еще глумливо крякнул, архитектор же придвинулся ко мне до неприличия близко и наглым образом положил ладонь на колено. Хорошо, что была в брюках, не то…а ничего хорошего и так не было.

– Ты задолжала мне откровения, милая. Но поговорить желаю в такой обстановке, где никто не помешал бы.

– Да я не против! И открою всю правду о той нелепой истории хоть сейчас. А еще, если потребуется, то расскажу о себе, о маме с папой, да о чем угодно, но только попрошу обойтись без пыток. Их могу не выдержать из-за ранимой и очень чувствительной к насилию конституции.

– О, да. Ты расскажешь мне все. Ни сколько в этом не сомневаюсь.

Клянусь, в его стальных глазах заметила искры предвкушения. Вопрос был в том, чего именно. И у меня зародились очень нехорошие предчувствия. Представьте, машина с наглухо тонированными окнами везет вас в неизвестном направлении, вы там одна с двумя неслабыми мужчинами, а рука одного из них уже проделала приличный путь от колена и по бедру выше.

– Эй, ой! А куда вы меня везете?! – хотела покрутиться и что-нибудь рассмотреть, но архитектору это не понравилось, и он навис надо мной еще больше.

Но был все же плюс от моего барахтанья, мне удалось, вывернув шею и сломав глаза, рассмотреть родной Бентли. И так, моя «бригада» меня не бросила. И теперь, судя по всему, Григорий с Гариком, или один Гарик, сели на хвост похитителю. Уф! Хоть что-то!

– Не волнуйся, милая, здесь недалеко, – сергей Павлович положил вторую свою руку мне на плечо, яко бы удержать на месте хотел.

Ага! Я прямо так и поверила, что сама была виновата и второму вторжению в мое личное пространство. А уж его, что бы их, нежные поглаживания, еще больше хотели убедить меня, чтобы много не вертелась?

– Точно! – хохотнул водитель. – Сейчас только город покинем, а там будет рукой подать…

Ох, и не понравились мне его слова о загороде!..

– Вы сами себе не представляете, во что ввязываетесь, – обвела их испепеляющим взглядом, а еще попыталась отодвинуться от архитектора, только ничего не вышло. – Я замужняя женщина, и мой супруг…

Конец ознакомительного фрагмента. Купить полную версию.