Сознание приходило медленно в череде неясных сменяющихся образов. Он был только что невесом и счастлив, а теперь на него навалилась тяжесть и какая-то грусть, словно он только что-то потерял, вот только что, не мог вспомнить.
Не открывая глаз, Кирилл глубоко вздохнул, вздохнул так, словно ему не хватало воздуха. Пахло луговой травой и прелой землей. Пошевелился, травинки нежно щекотали лицо.
–Трава?..
Мысль эта сначала лениво удивила, а потом заставила вздрогнуть.
– Трава!
Откуда ему, городскому жителю просыпаться вот так, в траве?.. Он судорожно попытался вспомнить, что с ним произошло вчера, и не смог. Мысли путались и разбегались, словно тараканы на кухне, в которой включили свет.
Открыв глаза, он резко сел. Огляделся. Находился Кирилл на поросшем травой холме. Вдалеке петляла небольшая река, у которой компактно раскинулся небольшой городок. Странный такой городок… Деревянные срубы, крыши из красной черепицы и пыль, жёлтая, невесомая пыль от не знавших асфальта дорог. Картина почти идиллическая и умиротворяющая, если бы не одно «но» – такого просто не могло быть. Поверить, что в пригородах Москвы может существовать такой вот городок, было выше его сил.
Повернувшись, Кирилл окончательно растерялся. За его спиной чернел вздымающийся ввысь обелиск, за которым вверх уходили горы. И надо сказать очень высокие горы. К Подмосковью это точно не имело никакого отношения!
Увидев на себе грубые домотанные штаны и рубаху, Кирилл уже не удивился. Скорее его ощущения можно было назвать началом приближающейся паники. В мозгу все настойчивее и настойчивее металась мысль – он просто сошел с ума.
А может это сон? Спасительная мысль мелькнула, но была отброшена. Не бывает столь детальных снов при столь чистом сознании. Или бывают?
Обдумать эту мысль Кирилл не успел, потому что заметил парня, метрах в ста от него собиравшего что-то в плетеную корзину. Грибник?
Вот парень повернулся к нему и приветливо помахал рукой.
Пытаться спросить что-то на таком расстоянии, было сложно, а кричать не хотелось, так что Кирилл встал, и быстрым шагом направился к незнакомцу.
Тот этому явно не удивился, и напротив, улыбнувшись, поставил плетеную корзину у ног, и присел, дожидаясь Кирилла.
Не доходя метров пяти Кирилл поздоровался, – здравствуйте, вы бы не могли мне подсказать, где я нахожусь?
– Можно на ты. – Спокойно ответил парень и, указав взглядом на место рядом с собой, предложил:
– Присаживайся.
– Да я уж лучше стоя, – ответил Кирилл.
Но парень лишь покачал головой, – лучше присядь. Поверь, так будет лучше.
Пришлось подчиниться. Ну не спорить же по таким пустякам, когда тебя волнует куда более важный вопрос – где ты вообще оказался, а главное, как?
– Ты последнее что помнишь? – спросил парнишка едва Кирилл присел рядом.
– Да в том-то и дело, что ничего не… – начал, было, Кирилл, но осекся. Память понемногу начала возвращаться. Вот вчера с друзьями он был на даче. Точно был, если конечно это было вчера.
– Ну и? – вопросительно посмотрел на него незнакомец.
– Кажется, вчера я был за городом на даче, – ответил Кирилл, – но это, – он обвел рукой вокруг, – явно не то место где мы отдыхали.
Парнишка вздохнул, – а дальше, дальше, что после дачи было? Спать легли?
– Да нет, неуверенно произнес Кирилл, – Шашлыки жарили… вроде. Ну и пили, как без этого. А потом вроде как живот схватило.
Память, пусть и не четко, словно обрывками выхватила картинку дачного двора, резь в животе и куда-то вдаль уплывающего сознания. А дальше…, а дальше была темнота.
Все это время его незнакомый собеседник молчал, внимательно разглядывая его лицо и эмоции, которые на нем отражались.
– Ну что, вспомнил? – спросил он после затянувшейся паузы.
– Кажется…, кажется, траванулся. Это санаторий?
– Парнишка лишь покачал головой, – боюсь тебя огорчить, но ты умер. Впрочем, как и я. Я вот, к примеру, отравился. Помню, лишь как меня полоскало, и сознание соскальзывало в бред. Давненько это было, а вот до сих пор помню, – задумчиво произнес он и закончил, – а потом мы оказались здесь.
– Мы? – переспросил Кирилл.
–Да, мы. Нас было пятнадцать тысяч человек, что осознали себя тут на холме.
–А я? – неуверенно поинтересовался Кирилл.
– Ты то? Нет, ты вот, только сейчас тут появился.
– А вы? Давно это было.
– Да давненько. С полгода уже как прошло.
– И это что, рай? – Оглядываясь по сторонам, спросил Кирилл. Мысль о том, что он мог умереть, казалась одновременно отстраненной и в то же время единственно здравой. Он ощущал себя вполне живым, но вот происходящее вокруг никак не вязалось с его прошлой жизнью.
Да ты не переживай бро, – миролюбиво произнес парень, – умер, понятно, что это неприятно, но есть ведь и положительный момент – теперь ты знаешь, что жизнь после смерти существует. И нет, это не рай.
Ад? – едва ли веря в то, что это место может быть адом, спросил удивленный Кирилл.
– И не ад. Мы называем этот мир "перекрестком", вернее, нам его так представили, – все так же спокойно произнес собеседник. Вздохнул, и начал свой рассказ:
Когда мы тут очутились, во-о-он там, – он показал на подножье склона, – стоял человек. Илия. Но имени мы его тогда не знали. А потом он стал расти, и вымахал метров этак на пятнадцать в высоту. Ну и зрелище было, скажу я тебе. Вот он-то нам и рассказал, куда мы попали.
Это не рай и не ад. По словам Илии, все мы еще при жизни, вместо того чтобы нормально жить, сбегали от этой самой жизни в придуманные виртуальные миры. Вот и до сбегались… – парнишка вздохнул, – вроде как жил человек, а по факту, по факту считай, и не жил вовсе. Ну, той, нормальной жизнью. Так что вроде и плохого ничего не сделал, чтобы в ад определить, но и рай не заслужил. И поэтому ОН, – парень ткнул пальцем вверх, – создал для нас вот этот новый мир. Вроде как дал второй шанс прожить свою жизнь, реальную жизнь, а не жизнь по ту сторону монитора, но в мире похожем на те, в которые мы так стремились.
– А ОН это кто? – уже догадываясь о ком идет речь, все же уточнил Кирилл.
– Бог, – подтвердил его догадку незнакомец и добавил, – вот такие дела брат. И не важно, верил ты в него или нет, а он оказывается есть.
– Так это что, он этот мир по типу игры сделал? – неуверенно предположил Кирилл.
–Игры?! – Недобро усмехнулся парень, – забудь про игры. Ты вот часто в той, прошлой жизни на медведя с одним ножичком ходил?
– Да я вообще ни разу на охоте не был, – Кирилл даже поежился, увидев реакцию незнакомца на слово "игра".
– Ну вот, а ближайший мишка вон в том лесу – парнишка указал на лес за городом. – Сходи, поиграй с ним. А еще там есть Ург, что-то вроде мини-босса, так эта зверюга, когда на задние лапы встанет, метра под три будет. До сих пор мороз по коже, когда его вспомню.
– Так вы что, тут как в осаде живете? – поинтересовался Кирилл.
– Ну, почему же, ходят, охотятся. И Угра этого убивают и медведей с волками, и много еще кого. Только вот на игру это брат мало походит. Ты там, в прошлой жизни в креслице перед монитором сидел, пивко попивал, а тут это все перед тобой, вживую. Даром что умереть нельзя, вернее можно, но все равно возродишься, но ни боль, ни страх никуда не денешь. Тот, кто это все сделал, свое дело знал. Мир этот хоть и сделан по тем же принципам, которые мы в играх так любили, но в реальности это совсем другое. Тут ты не играешь, тут ты живешь. Восполняешь так сказать то, от чего сбегал в прошлой жизни.
С тем, что он отчего-то там сбегал в прошлой жизни, Кирилл был категорически не согласен. Ну играл он в игры, и что? Так не он один, все играли. Ну может кто-то больше кто-то меньше, но вот чтобы так, умереть и попасть сюда?!
Хотя… кому он врал, себе? На игры он подсел в той жизни конкретно, и вот результат.
– А тя хоть как звать-то? – прервал его мысли парнишка, – меня Жекой. А то, как-то и не представились друг другу.
– Кирилл, – Кирилл протянул руку.
Рукопожатие его нового знакомого было очень крепким. Ладошка вроде маленькая, но сжал руку Кирилла он крепко.
Заметив, как Кирилл дернулся от такого рукопожатия, Женя извинился, – прости, ты же у нас новенький. Так что привыкай. Мир этот на тот, в котором мы жили, совсем не похож. – И немного помолчав, продолжил:
– Тут не просто жизнь другая, тут само пространство другое. Кое-кто ему даже название придумал – моделируемое пространство. Вот только моделируем его не мы…
Это не как на Земле. Вот, к примеру: пшеница, картошка, лук, все за день на огороде вырастает. Так что с поесть проблем вообще нет. Ну, или травки, которые я собираю, из них такие зелья готовятся, что врачи на Земле с ума бы от зависти сошли.
Да много еще чего. У нас тут, например, что-то вроде магии есть, – при этом над указательным пальцем Женьки возник язычок пламени, – только это не магия, это просто так мир этот создан, типа хотели поиграть в магию – получите. Но ты это позже поймешь, когда лучше с этим разберешься.
Вот только у всего этого и обратная сторона есть, – прищурившись, парнишка посмотрел на небо, и тихо произнес – знал ведь гад что делает. Это там, на Земле, все эти заклинания, монстры всякие, приключения, выглядели заманчиво. А тут… тут ты парень всего этого полной ложкой хлебнешь, тут уж не до игр будет, тут как-то жить со всем этим приходится. Но как говорится, за что боролись – на то и напоролись. Скучно вам на матушке Земле жилось? Приключений в придуманных мирах искали? Ну так вот вам веселья полные штаны с магией и прочими атрибутами – наслаждайтесь. Только знаешь, будь моя воля, я бы сейчас лучше в "реал" поиграл, да только кто нас теперь спросит.
– Неужели все так плохо? – Смотря на реакцию парня, Кириллу стало не по себе.
– Да по-разному, – взглянув на него, Женя улыбнулся, – прости, накатило просто. А вообще, тут кто как приспособится, кому-то этот мир очень даже подходит. Живет, наслаждается магией. Это, как и в той жизни, кого-то в лес отвези, так он и повесится со скуки, а кто-то из леса по собственной воле не вылезает, ружье на плечо и большего ему и не надо. Или вон с удочкой… А кто-то и вовсе в огороде своем копается, и счастлив безмерно. Только вот нас, когда сюда определяли, не спрашивали.
– Так и на Земле вроде тоже заранее не спрашивали, – вставил Кирилл.
– Это верно, – со вздохом согласился парень, – не спрашивали.
– А эта магия, какая она? – спросил Кирилл.
– Магия, – парень почесал себя за ухом, – магия она… да сам потом посмотришь – вон там, видишь зеленое двухэтажное здание?
Присмотревшись, Кирилл кивнул.
– Ну, так это пристанище для новичков. Там на первом этаже учителя магии стоят, у них первые заклинания и получишь. Ты кем в прошлой жизни играть любил?
– Да по-разному, – неуверенно произнес Кирилл, – а тут вообще, что лучше выбрать?
Вопрос был глупый. Глупый потому что он умер, а спросил так, словно решил глянуть на какой-то новый игровой проект. Откуда-то из глубины сознания начала накатывать паника – ОН УМЕР! Но тут же, словно спасительный круг пришла мысль – "умер!? Тогда почему я дышу, почему вижу перед собой вполне пышущего здоровьем парня, почему говорю с ним, сотни почему".
– Ну, тут тебе решать, – словно из другой реальности послышался голос парня. Сознание билось в тисках нереальности происходящего, и этот голос, словно якорь хоть как-то удерживал его от падения в омут отрицания происходящего, – … маги, к примеру, лупят как боги. Но почти все приличные заклинания еще произнести надо, а если до тебя кто добрался, тут, знаешь ли, не до пасов руками, ноги бы унести.
Кирилл постарался сконцентрироваться на рассказе парня. Он умер? Ладно, примем это как данность, пока примем, а потом разберемся.
– … с другой стороны воин, у него с этим делом вроде проще – почти все заклинания на меч или щит привязаны. Только вот ему приходится нос к носу со всей этой нечистью биться.
Или, к примеру, взять убийц, они тут разведчиками называются. Невидимость классная фишка, при ее использовании тебя в трех шагах не видно, но когда идешь, трава под ногами шелестит, а главное, если доспехи металлические одел, то гремишь как ведро с болтами. Так что только тряпки да кожу носить можно. А у них сам понимаешь, какая защита от мечей и клыков.
– Мечей? – Переспросил Кирилл. До этого Жека вроде, как только про медведей да волков рассказывал.
– Ну да. Там дальше, какой только нечисти не водится. Гоблины, орки, звероящеры. Только тупые они. Правда, там дальше говорят вроде и разумные есть, ну или псевдо – разумные твари. Но сам не видел, так что врать не буду.
Кирилл постепенно приходил в себя. Допустим, он умер, ну или тело умерло, допустим. Но он жив, он мыслит, и вообще, надо хоть как-то разобраться что происходит, а о смерти, о смерти мы подумаем потом.
– Так тебе про классы дальше-то рассказывать? – закончил свой монолог Евгений.
– Да, конечно, извини что перебил, – быстро сказал Кирилл, и чтобы отвлечься от зациклившихся мыслей о смерти, решил представить себе неразумного, но вполне себе живого гоблина. Получалось плохо, выходил какой-то образ зомби. Без цели в жизни, без разума, только с единственной мыслью найти кого-то и убить.
– Ну, так вот, – продолжил Евгений, – луки еще есть, жрецы и целители.
Лучником быть, конечно, неплохо, но тоже не без подвоха. Это в игрушках стреляй стрелами не хочу. А тут ее еще достать из колчана надо. Да и попасть в цель тоже проблема. Есть правда вроде как умение "зоркий глаз", и вроде как помогает, вот только по началу они частенько не только мажут, но и в спину своему же засадить могут. Это дальше, там да, особенно когда магическими луками с призрачными стрелами обзаводятся, вот там они рулят. А по началу, не класс, одно мучение.
Ну, с целителями все понятно. Лекари от бога. С того света за уши вытянуть могут. Но как соло вообще никак. Зато и с монстрами им сражаться почти не приходится.
Жека вздохнул, – знал бы, целителя выбрал.
– Ну и жрецы есть. Универсальные ребята, все могут, но все плохо. Хотя тут конечно все от умения и снаряжения зависит. Хороший жрец, он и усиление накинет, и подлечит, и сам противника добьет. Но вот это если хороший. А если так себе, то ни урона, ни лечения, ни толку для группы. Балласт, одним словом. Но есть у него и один плюс, вот если кому в одиночку шастать, так это ему. С сильным противником, конечно, не справится, но в целом он довольно самодостаточный класс. К тому же у него заклинание оцепенения есть, мгновенное, полезнейшее скажу тебе умение, и удрать, если что поможет, да и бить противника пока тот замер куда проще.
Ну вот, вроде и все, – закончил Жека.
– А заклинатель? – почти автоматически спросил Кирилл, – было как-то странно, что в мире, созданном по канонам игры, нет столь привычного класса.
– А вот заклинателей нет. Есть правда у магов пара умений на призыв духов. Но это только в Альреме изучить можно. Город такой, далеко отсюда.
– Значит вы не только в этом городишке живете? – тут же ухватился за эту фразу Кирилл. Уж как-то начало рассказа Женьки о жизни здесь звучало пессимистично. Жить скучно, всюду злые монстры, сожрут, не подавятся.
– Да уж не только тут, – ухмыльнулся его новый знакомый. – Представляешь, каково бы нам в этом городишке в пятнадцать тысяч голов жилось? Городок-то маленький. Но вот когда мы тут только появились, то было дело… Тот еще был муравейник, тут и не захочешь, а новое место искать станешь.
– Ну и как оно там, дальше? – Кирилл и сам не знал, что хочет услышать. Мысль, о том, что он действительно попал в этот мир, и ему здесь жить, еще не до конца угнездилась голове. Но тут, глубоко зарытая с годами мальчишеская жажда приключений подала свой голос из детства, и это было лучше, чем думать о смерти.
– А дальше как в сказке, – невесело произнес Жека, – чем дальше, тем страшнее. Вечная жизнь – это конечно здорово, вот только если тебе каждый день могут или руку оттяпать или голову как орех раздавить, то это уже не так прикольно. А там это как за здрасьте. Вот такие брат дела. И тут каждый уже сам решает, где ему жить и как.
То, что Жека свой выбор сделал, было понятно, но это его жизнь, а вот как дальше жить ему, Кириллу?
От этой мысли холодок пробежал по коже. И не потому, что где-то там жили страшные и зловещие монстры, а потому, что Кирилл, наконец, осознал – все, он тут, в этом мире, и тут ему жить. И это не сон.
Мысль эта не столько шокировала, сколько заставила задуматься о своем будущем.
Конечно, его новый знакомый мог преувеличивать опасности, что ждали за пределами этого уютного городишки, но в одном, он, похоже, точно не врал, если этот мир создан по принципу игр, то столкнутся лицом к лицу с монстрами, ему придется. А вот каково это – нос к носу оказаться со зверюгой, по сравнению с которой, и медведь не более чем безобидный комочек шерсти, представить было трудно. Это сидя у экрана монитора можно было игнорировать размер и силу противника, подумаешь, ну уйдет полоска жизни в красный сектор, ну убьют тебя, невелика потеря. Тут же речь шла не о мнимой полоске жизни, а о собственных руках и ногах. И о той боли, что будут приносить с собой эти повреждения. В прошлой жизни, он и подозрительных-то собак обходил подальше, а тут, похоже, будет кое-кто покрупнее, да и пострашнее этих друзей человека.
Заметив задумчивый вид Кирилла, и по-своему его, истолковав, Жека с сочувствием произнес, – да не парься, всем поначалу тяжело осознать эту мысль – что ты умер. Но как видишь, жизнь продолжается. Шел бы ты в город. Вон там, напротив домика для новичков есть трактирчик, "у Эльзы" называется. Загляни, там и пивка нальют, да и народ там есть, все же проще к этой мысли привыкнуть будет.
Спорить Кирилл не стал. Пусть Жека и охотно отвечал на его вопросы, но взглянуть на этот мир стоило все же самому. И на городок этот, и на магию, и на обитателей этого странного мира, в котором ему похоже теперь предстояло жить.
Глава 2.
Вблизи Городок оказался еще более милым. Этакая провинциальная идиллия, совсем не затронутая благами цивилизации.
Первое что бросалось в глаза, это лишенная асфальта дорога из желтой глины. Странная такая дорога, обрывающаяся сразу у ворот города. Впрочем, хлипкого вида деревянную арку с простенькими деревянными створками, сейчас настежь распахнутыми, городскими воротами можно было назвать с большой натяжкой. Эта конструкция явно не предназначалась для сколь бы то существенной защиты, из чего можно было сделать вывод, что и внешних опасностей у города, по крайней мере, с этой стороны нет. Второе, на что обратил внимание Кирилл, так это отсутствие электрических опор и проводов. Мы редко замечаем эти привычные следы цивилизации, но вот их отсутствие сразу бросалось в глаза.
Вздохнув, и мысленно перекрестившись, Кирилл вошел в город. Идти в здание для новичков, видневшееся из-за высокого кирпичного забора ему не хотелось. Да и пустынная улица навевала чувство если не страха, то какого-то безысходного одиночества. Хотелось увидеть людей, услышать человеческую речь и…, вот что ему еще хотелось, Кирилл не знал, просто ныла под ложечкой какая-то недосказанность, некое чувство неопределенности, и какая-то пустота, которую срочно нужно было заполнить. Поэтому он уверенно направился в здание, обозначенное Женькой как трактир "у Эльзы". Вывески у здания не было, зато название этого заведения было выведено белой краской прямо на стене рядом с дверью. И тот, кто рисовал все это, а надпись изобиловала светло-зелеными листочками, словно лиана оплетавшими буквы, если и был художником, то от слова "худо". Зато чуть выше по всему фасаду было выведено – "если ты только появился в этом мире и не понимаешь, где оказался – тебе сюда".
Открыв дверь, Кирилл замер на пороге. Довольно просторное помещение с барной стойкой и шестью столами не пустовало, у стойки стоял парень разговаривавший о чем-то с миловидной девушкой, которая возможно и была той самой Эльзой, а за столом в углу сидело человек пять посетителей.
– О, у нас новенький. – Заметив Кирилла, произнесла девушка, – Ну проходи. Или ты в проходе так и собираешься застрять?
Кирилл кивнул всем присутствующим, и неуверенно двинулся к стойке. Девушка меж тем выставила на стойку большую глиняную кружку, и, подвинув в направлении приближающегося Кирилла, уверенно произнесла, – на выпей, не помешает.
Кружку Кирилл взял, но пить не стал, а вместо этого спросил, – я что умер?
Вздохнув, хотя видимо просто для приличия, Эльза подтвердила, – Умер. Как и я, и он, – она кивнула на парня за сойкой, – и вон те парни. Но умерло, собственно говоря, твое старое тело, а сам ты вот, живой и абсолютно здоровый. Ты, кстати, как умер?
– Отравился. – Ответил Кирилл.
– Ну, вот и хорошо, – неожиданно бодро произнесла девушка, и тут же уточнила, – не то что умер, а то, что память быстро вернулась. Некоторые долго не могут понять, как сюда попали. А ты вот молодцом.
– Я там, на холме парня встретил, – зачем-то пояснил Кирилл, – это он мне рассказал.
–Ну, так еще лучше, мне меньше объяснять придется. – Все столь же жизнерадостно произнесла Эльза. Видно было, что встречать новичков ей приходилось часто, и объяснять им, что тут к чему ей не очень-то и хотелось.
– Но он мне почти ничего не объяснил, – сразу поправился Кирилл, сказал лишь, что тут я могу узнать, что, да как.
Эльза вздохнула, и виновато покосилась на парня, разговор с которым Кирилл невольно прервал своим появлением. – Ну, главное ты уже знаешь, а остальное… вот вступишь в гильдию, там тебе все расскажут, покажут, и кое-чему научат. Вон кстати их представители сидят, – она кивнула в сторону компании за столом, – у них все и узнаешь.
– Только шмотки у них без надобности в долг не бери, только самое необходимое, – посоветовал стоящий рядом парень, и добавил, – а то не кисло они тут так устроились, сначала втридорога всучат новичку доспехи, а потом сидят у него на шее пока тот долг не отработает.
– Ну, ты там полегче. – Донесся из-за стола недовольный окрик.
– Что? – в интонации парня было все презрение мира. – Он даже выглянул из-за плеча Кирилла, так как тот загораживал ему эту компанию.
Кирилл ожидал, что говоривший, как минимум что-то серьезное выскажет парнишке, а то и вовсе встанет из-за стола после такой вот презрительной интонации. Но нет, вся пятерка, молча, уставилась в свои кружки. И это, по мнению Кирилла было странно.
– А они там, потом, за дверьми тебя не встретят, или тут как в играх было – стычки в городах запрещены? – вполголоса спросил он.
– Эти что ли? – парень даже не думал говорить тихо, – Да ради бога.
Судя по тишине за столом, никого за дверью встречать парни не торопились.
Видя реакцию Кирилла, парнишка пояснил. – Это ж местные, они ничего кроме рогача страшнее в жизни и не видели, да и то, наверное, издали.
Все сказанное Кириллу совершенно ничего не объяснило, и, видимо понимая это, парень продолжил:
– Видишь ли, жизнь в Городке… в общем, сам увидишь. Так что все, у кого яйца в штанах есть, давно отсюда свалили, а эти… – он презрительно усмехнулся, – а эти вот решили остаться. Ютятся тут по семь человек в доме, но зато безопасно. С новичками развлекаются, а так чтобы нос к носу с кем-то опаснее кролика встретится, это они пас.
Да и многое тут отличается от жизни на Земле, даже твое тело. Со временем оно становится сильнее, если на печи заднюю точку не греешь, так что за меня можешь не беспокоится.
– Кстати, Тамерлан. – Представился он и протянул руку для рукопожатия.
– Кирилл. – Кирилл пожал новому знакомому руку и ощутил, как его ладонь сдавливают, словно стальными тисками.
После секундной задержки, Тамерлан разжал кисть, – Ну как?
– Как клещи, – разминая ладонь, признался Кирилл.
– Вот видишь, а я собственно даже и не сжимал сильно. Просто помашешь мечом полгодика, и у тебя будет такая же хватка. Ну, или вот тут в городке осядешь, и будешь таким как те. Выбирать тебе.
– Н-да…, медленно произнес Кирилл, – весело тут у вас. И тут же добавил. – А если серьезно, как оно тут? Как вы тут живете.
– Да по-разному, – после небольшой паузы ответил парень. – Кто-то как заново родился – живет, получает удовольствие, кто-то наоборот киснет и заливает скуку вином. Сразу так и не скажешь, это, наверное, от человека зависит. Там, на Земле, мы ведь тоже по-разному жили, даже играли, и то по-разному. Вот Эльза по ходу, свое место тут нашла. Да Эльза?
– Еще бы, – ответила девушка, – всегда мечтала о собственном маленьком кафе. Но там, в прошлой жизни разве что домики свои в играх мебелью обставляла. А тут…, – она окинула взглядом трактир, и ее счастливая улыбка сказала все без слов. – Вот сюда бы еще телевизор, и мое счастье было бы полным.
– Это да, – со вздохом согласился Тамерлан, – электроники тут не хватает, все бы отдал за вшивый плеер.
После этих слов, новый знакомый Кирилла допил то, что оставалось в него кружке, и со словами, – ну вечерком еще загляну, – протянул Эльзе два прозрачных кристалла, буквально материализовавшихся у него на ладони.
Тамерлан направился к двери, а Кирилл как завороженный уставился на эти кристаллы, словно из воздуха появившиеся в руке парня.
– Это крисы, – видя, куда смотрит Кирилл, пояснила Эльза, – местная валюта. Серебро здесь конечно тоже есть, и медные монеты с гоблинов падают, но такого, чтобы монетки падали с каждого убитого моба, тут нет. А вот крисы, а если полностью, то кристаллы душ, падают с каждого убитого псевтоживого создания, ими чаще всего и расплачиваемся. И с тебя, если еще захочешь пива, я тоже потребую крисы. Но первая кружка бесплатно. Ты, что не пьешь-то?
Кирилл сделал глоток, но скорее для приличия, ну не привык он еще, чтобы вещи появлялись вот так, из воздуха. – А откуда он их, вот так…, – как он пояснить не мог.
– Так из сумки, она у тебя тоже есть, – пояснила Эльза, – рубаху задери.
Кирилл послушно поднял край рубахи, и на поясе, поверх штанов, действительно увидел нечто, напоминающее скорее не сумку, а поясной кошелек.
– "Сумка новичка", – продекларировала Эльза, – пятьдесят ячеек, снижение веса на сорок процентов. И да, влезть в нее может все что угодно, даже слон. Так что привыкай новенький к реалиям этой жизни.
– А смотреть в нее как? – разглядывая сумку, спросил Кирилл.
– Да просто подумай о том, что в сумке.
И точно, стоило Кириллу подумать о том, что он хочет ознакомиться с содержимым сумки, как он понял, что в ней лежит десяток сэндвичей и полная фляга с водой. Эти знания появились в сознании спонтанно, без какой-либо привычной по играм визуализации.
Видимо лицо его в этот момент было крайне озадаченным, потому, что Эльза прыснула коротким веселым смехом, – привыкай, тут тебе никаких экранов и мониторов. Все, начиная от сумки до количества жизни противника, любые статистические данные и знания, все это ты просто узнаешь, вот так. Таков тут мир, и это даже удобно.
– А доставать как? – все еще переваривая вновь полученную информацию, медленно произнес Кирилл. Вот теперь, он действительно начал осознавать, что это не сон, не наваждение, и он действительно находится в этом странном, не до конца еще понятном ему мире.
– Мысленно представь, что ты хочешь поместить сэндвич на стол, – взглядом Эльза показала на место перед собой, и не бойся, микробов в этом мире нет.
Первая же попытка извлечь сэндвич из сумки оказалась удачной и на удивление простой. Стоило подумать о желаемом действии, и сэндвич как по мановению волшебной палочки материализовался на столешнице. А вот попытка достать фляжку, едва не закончилась конфузом. Нет, фляжка материализовалась в его руке, как он и задумывал, но она оказалась кожаной, и соответственно мягкой, поэтому едва не выскользнула из пальцев лишь наполовину сжатой руки.
– Ничего, научишься, – подбодрила его Эльза. – а теперь посмотри на эти крисы и скажи, что ты видишь?
Кирилл лишь взглянул на кристаллы, желая знать, что они собой представляют, и тут же осознал, что знает, что один из этих кристаллов третьего уровня, а второй второго. Но вот знания что могут означать эти уровни, у него не появилось, о чем собственно он и рассказал Эльзе.
– Тут все верно, – пояснила та, – понять суть предмета ты можешь, просто взглянув на него и пожелав получить данную информацию, но вот в предназначении той или иной вещи, тебе придется разбираться самому. Кстати, эти крисы используются везде. Это, по сути, магические батарейки. Вон видишь светильник? Это просто подставка, на которой лежит кристалл с наложенным на него соответствующим заклинанием. И чем выше уровень криса, тем ярче он будет светить, а чем выше уровень заряда, тем дольше. И вот для того чтобы приготовить твое пиво, тоже используется энергия крисов. Они тут везде, в оружии и доспехах, в алхимических приборах и кузнечных молотах. Это другой мир парень, и живет он по иным законам.
Но как они тут живут, Кириллу расспросить Эльзу не удалось. Едва он попытался задать следующий вопрос, как Эльза перебила его непререкаемым тоном, – Так парень, курс молодого бойца окончен, и у меня еще много дел, прости, действительно много. А вот тебе стоит сходить сейчас в здание для новичков и выбрать себе класс – это как войдешь направо, а заодно научится азам крафта – это там же, но по коридору налево. Извини, он у меня действительно есть дела, а объяснять в который раз одно и тоже…, – она сделала многозначительную паузу, явно намекающую на количество тех, кому ей уже приходилось это объяснять, – ну ты понимаешь. Да и вопросов после посещения нубо-дома у тебя, надеюсь, поубавится. И еще, туда не так давно девушка пошла, тоже сегодняшняя, Мариной назвалась, так у нее глаза были на мокром месте. Ты посмотри, там ли она еще. И пусть если что, заходит, не всем знаешь ли, удается легко свыкнуться с мыслью, что они уже умерли. И не шали там, обидишь девушку, голову откручу голыми руками.
Спорить Кирилл не стал, да и не в том он был положении, чтобы спорить. Это его жизнь, и это ему нужно тут как-то обустраиваться и искать свое место, а не надеяться, что все разжуют и положат в рот. Так что, кивнув на прощание, он направился к выходу – там впереди его ждал дом новичков, магия, и ответы на вопросы… или новые вопросы, ответы на которые он должен найти сам. Там его ждала жизнь, его новая жизнь.
Нубо-дом, как назвала его Эльза, находился как раз напротив ее заведения через дорогу. Это двухэтажное, покрашенное в зеленый цвет здание, заметно отличалось от всех деревянных и кирпичных построек, что стояли дальше по улице. Было видно, что тот, кто создал этот мир, специально выделил это строение, и причина для этого была очевидна.
Окружала дом солидная кирпичная стена под два метра, а кованная решетчатая калитка была приветливо распахнута.
Зайдя внутрь, Кирилл секунду постоял на дорожке, а потом, не решаясь идти дальше, свернул вправо и оперся спиной на стену. Руки немного подрагивали, где-то в груди застыло то щемящее чувство, что нередко бывает в тот момент, когда мы собираемся с духом перед чем-то важным. Когда-то, читая книги о попаданцах или просматривая мультфильмы, он тоже мечтал вот так попасть в неведомый мир. Но мечтать это одно, а вот оказаться в этом мире… Мысли о смерти и том, что возможности возврата к прежней жизни у него уже нет, наконец-то настигли его со всей пугающей очевидностью происходящего. И просто для того чтобы убедиться очередной раз что все это происходит с ним, он мысленно достал из сумки бутерброд. Тот тут же появился в его руке. Кирилл принюхался, пахло колбасой и сыром. А потом он с силой сжал его в кулаке, и тот невнятным комком раскрошился в пальцах. Подумалось – вот так же судьба поступила и с ним, или нет… Или так с ним поступила прошлая жизнь в том, показавшимся теперь таким далеким миром, в котором он жил… или правильнее сказать, делал вид что живет. А вот тут ему возможно дали шанс, шанс действительно прожить нормальную жизнь, а не стать разумной приставкой к компьютеру?
Кирилл усмехнулся, и подумал – "Бойся мечтать, ибо мечты твои могут сбыться". Да, это, похоже, сейчас о нем. Всю свою сознательную жизнь он всегда откладывал все на "понедельник". В понедельник возьмется за учебу в институте, с понедельника бросит курить и займется спортом, в понедельник… К черту… Хватит откладывать жизнь на потом. Похоже, даже там наверху кое-кому надоели его «понедельники», и он взял его непутевого, и словно котенка за шкирку перетащил в этот мир. Мечтал о монстрах, играл, мнил себя в играх героем без страха и упрека… ну так вот тебе посох или меч, выбирай и иди, добывай свою мечту, доказывай, что ты воин… или сиди тут под прикрытием стен и трясись. Страшно? Да, страшно. А прожить всю жизнь, уткнувшись в монитор, не страшно? Только вот что ты потом о той жизни вспомнишь на старости лет? Игры, уровни, пиксельные достижения?
– Все верно, – решил Кирилл. – Тот, кто приглядывал за ним там, наверху, был прав – жизнь, отложенная на потом, это и не жизнь вовсе, так, предисловие. И, похоже, его "понедельник" наступил, здесь и сейчас. И пусть не по его воле, но кто сказал, что зря? Впрочем, если он забьется так же в угол, как и те, кто живут здесь в городке, то похоже, все зря, и то, что было там, на Земле, и то, что будет здесь. Вот только так просто сдаваться он не собирался.
Кирилл улыбнулся, покосился на небо, весело ухмыльнулся. Сейчас он был уверен, что в его взгляде "играли чертики", он принял условия игры. Игры под названием жизнь, и уверенно шагнул в сторону дома для новичков.
Глава 3.
Неспешно пройдя по выложенной кирпичом дорожке, Кирилл поднялся по невысокому, в три ступеньки крыльцу, и медленно отворил дверь.
Все, как и говорила Эльза – небольшой коридор заканчивался лестницей, ведущей на второй этаж, а по правую и левую сторону были видны проемы в помещения на первом этаже. Заглянув в правое от входа помещение, Кирилл на мгновение замер, представшая перед ним картина не пугала, но вызывала жутковатое чувство. В помещении стояли шесть представителей разных магических классов, но, несмотря на то, что внешне они выглядели совершенно как люди, они были замершими словно статуи, и от их застывших взглядов было как-то не по себе.
Первым слева от входа стоял воин, дальше, поодаль от него стояла волшебница, а у дальнего края стены застыл лучник. По правой стороне расположились лекарь, чародей с посохом и некто, чье лицо скрывал глубокий капюшон, а в руках поблескивали два кинжала.
Странно, но Кирилл еще даже не зашел в комнату, а уже знал, что за классы представляли эти учителя. Это было то же самое знание, что появилось у него, когда он просто посмотрел на кристаллы, – он просто знал, знал и все.
Примечательно, что лучник здесь был "охотником", а в капюшоне был не "убийца" как было принято называть этот класс в играх, а "разведчик". В остальном же, все выглядело довольно стандартно, и для того чтобы не торчать в проеме, Кирилл быстрым шагом направился к чародею.
Особых сомнений в выборе класса у него не было. В памяти отложился тот факт, что именно чародеи были в этом мире самыми универсальными в плане использования магии, да и по его геймерскому прошлому, этот класс был ему ближе всего.
Чародей проявил признаки жизни лишь тогда, когда Кирилл остановился в метре от него. Это был старик лет восьмидесяти не меньше, и его длинные седые волосы спадали на длинный плащ, под которым виднелась кольчуга. Первыми ожили глаза, затем старец чуть улыбнулся одними краешками губ и заговорил:
– Здравствуй, прибывший в этот мир воин. Желаешь ли ты узнать о магии чародеев, или сам хочешь стать чародеем?
– Для начала бы узнать… – несмело пробормотал Кирилл. В играх, это был бы стандартный стартовый неигровой персонаж, именуемый часто НПС, к которому он бы просто подбежал, взял задание, причитающиеся атрибуты, и отправился дальше. Здесь же, столь привычная для игрового мира функция казалась кощунством, его посвящали в магию, настоящую магию. И если те, кого он видел в таверне не врали, то вот так запросто получить желаемое…, это в чем-то выглядело слишком простым, обесценивающим само волшебство действием.
С другой стороны, когда-то, таких как он тут были тысячи, так что все выглядело логичным.
– Я могу научить тебя лишь азам магии чародеев, – неспешно, и без особых эмоций начал вещать старик, – ты узнаешь, как налагать на себя и товарищей благословение, научишься лечить небольшие раны, познаешь магию огня в виде заклинаний огненный шар и пылающий посох, а также сможешь обездвижить противника заклинанием "провал во времени". Позже, ты сможешь изучить еще множество заклинаний, как характерных только для чародеев, так и доступных любому. Ну а если полученные знания тебе придутся не по душе, то в течение первых трех дней ты сможешь пройти обряд забвения и выбрать для себя иную школу магии. Можно будет сделать это и позже, если тебе будет доступен свиток перерождения.
Закончив речь, чародей помолчал несколько секунд, и добавил, – Как только примешь решение, приходи снова.
– Я готов, – быстро произнес Кирилл. Решение он принял еще до начала разговора, и тянуть с получением знаний было глупо, в конечном счете, узнать об умениях иных классов он сможет у других жителей этого мира, но сравнивать эти знания куда как проще, когда хоть что-то знаешь о магии.
– Ну что ж, – все тем же, добрым, но несколько монотонным голосом произнес чародей, – тогда возьми посох. – с этими словами он протянул Кириллу посох правой рукой, а едва тот его взял, коснулся лба Кирилла левой.
Как это произошло, Кирилл не понял. Он просто узнал, осознал, что теперь знает как работает магия в этом мире в тот момент, когда рука чародея коснулась его лба. Это было похоже на то, что было там, в таверне, с определением предметов, только объем знаний на сей раз был на много большим. И это было неожиданно, слишком много информации, за слишком короткий промежуток времени. Кирилл отшатнулся. Чародей же, улыбнувшись напоследок, вновь вернул руки в первоначальное положение, и в правой руке у него снова возник посох. Затем учитель магии замер, вновь превратившись в пугающую своей неестественностью "живую статую".
– Уж лучше бы тот, кто это сделал, создал бы их в виде статуй, – мелькнула мысль, – было бы куда проще. – Но эту мысль тут же вытеснила другая, он знал! Теперь он действительно знал о магии этого мира, и не только о ней. Единовременно переданные учителем магии знания, касались не только тех шести заклинаний, которые он передал Кириллу, тут было и само понимание магии этого мира, и принципы ее работы, и даже то, что существа, с которыми ему предстоит встретиться, всего лишь псевдоразумны, не способны осознать себя или испытать страх смерти. А еще они не являются "физическими телами" в привычном по старому миру понимании, не они, не сам Кирилл. Все это, и многое другое он не просто узнал, эти знания стали частью его разума, как если бы он посвятил изучению этого долгие месяцы. Все же права была Эльза, направляя его сюда. Тот, кто создал этот мир, явно знал что делал, даже немногословие чародея теперь выглядело логичным, попытайся тот передать все это словами, лекция затянулась бы на несколько часов и, наверное, оставила бы множество вопросов. А теперь Кирилл просто знал все это.
Он уже вышел в коридор, и хотел было направиться на улицу, чтобы испытать на практике полученные умения, как услышал короткий всхлип. Звук шел со стороны лестницы ведущей на второй этаж. Сомневаться, что принадлежал он той девушке, о которой говорила Эльза, не приходилось.
Вздохнув, Кирилл направился в сторону лестницы. Опробовать новое знание, конечно же, было интересно. Но делать это, зная, что где-то рядом плачет девушка, да еще попавшая в такое же скверное положение, как и у него, было бы кощунством. Впрочем, сам Кирилл каких-то сильных эмоций по поводу своей кончины не испытывал, то ли времени на это не было, то ли сам он оказался настолько твердолобым, что сей факт не сильно тронул его душу. Разбираться в этом Кирилл не спешил. Впрочем, скорее первое, ведь он чувствовал засевший в глубине сознания комок недосказанных мыслей и свернутых в тугой жгут эмоций. Чувствовал, но пока гнал от себя даже саму мысль о том, чтобы прикоснуться к нему. Возможно, ему было просто страшно это сделать.
Поднявшись на второй этаж, он увидел ее. Девушка сидела на полу в конце длинного коридора, уткнув голову в согнутые колени. Ее плечи вздрагивали в беззвучном плаче.
Кирилл замер. Вот как утешить человека потерявшего близкого родственника, он еще мог себе представить, но что сказать в утешение самому умершему?
– Привет, – наконец произнес он. Ничего более дельного в голову просто не пришло.
Девушка подняла взгляд, и молча, посмотрела на него.
То, что глаза у девчонки "на мокром месте" Эльза была права. Покрасневшие от слез, они не портили ее красивое, обрамленное каштановыми волосами лицо, но вполне передавали отчаяние девушки. В отличие от Кирилла, ей мысль о смерти далась нелегко.
– Можно присесть, – негромко спросил он, взглядом указывая на место рядом с девушкой. Ему очень хотелось утешить ее, правда, но он просто не знал, как.
Марина, если это конечно была она, ничего не ответила, даже не кивнула, но Кирилл все же подошел и присел рядом. Бывают в жизни моменты, когда ждать согласия для того чтобы помочь едва ли стоит. Тут уж человек решает сам, готов он проявить участие, и не формальное, а именно от души, или действительно задавал вопрос о помощи ради проформы. В первом случае, отсутствие ответа едва ли что-то значит, во втором, как раз является поводом, чтобы извиниться и уйти с "чистой совестью". А уходить Кирилл не собирался, не тот случай. И пусть он совершенно не представлял, что ему сказать, горе этой девушки сейчас ему было куда важнее собственных переживаний. И дело было даже не в том, что он вроде как парень. Просто бывает такое, что надо что-то делать, и порой даже неважно что, главное что-то делать, чтобы совсем не впасть в отчаяние. Он вот поперся в таверну и решил изучить магию, а ей повезло меньше, она зациклилась на самом факте собственной смерти, и сейчас ее нужно было срочно вытаскивать из этого омута.
Но слов не было. Кирилл решительно не мог придумать хоть что-то, с чего можно начать разговор, ну не со смерти же.
Так они молча просидели с минуту, и первым заговорил не Кирилл.
– Мы умерли, представляешь, мы умерли, нас там больше нет, – глухо, не поднимая лица с колен, произнесла она.
– Ну не совсем же умерли, – тщательно подбирая слова, медленно заговорил он, – тело умерло, а мы вот сидим здесь.
– Ты как? – Спросила она.
– Как что? – Начал, было, Кирилл, но тут же поправился. – Я? Отравился.
– А я утонула.
– Что плавать не умела?
– Умела. Плохо. Ну…, не очень хорошо, но умела. Мы с сестренкой в заводи баловались, а там дальше течение. Вот меня и понесло. Я испугалась, запаниковала. Плохо помню. Помню, вода кругом, страшно, и очень страшно и хочется сделать глоток воздуха, просто невыносимо хочется.
Она шумно вздохнула, и снова заплакала.
– Ну, не все же так плохо, – Кирилл приобнял девушку за плечи, – это тело умерло, мы-то здесь.
– А они там. Мама, сестренка. И я там, мертвая.
Нужно было что-то делать, говорить, Кирилл это понимал, но что....
– Это там ты мертвая, и не ты, а только твое тело, – решительно начал он, – И не все так плохо. Теперь мы знаем, а не просто догадываемся, знаем, что жизнь там не заканчивается. А еще знаем, что жить будем вечно. И не только мы, но и сестренка твоя и мама.
– Правда, – девушка оторвала лицо от колен и взглянула на него, – ты так думаешь? В ее глазах все еще стояли слезы, но само выражение лица.... Нет, она еще не вышла из депрессии, но на нем промелькнула надежда.
– А что тут думать, мы-то здесь, мы живы. И они, когда их жизнь закончится, тоже не умрут, мы-то теперь это наверняка знаем. Разве это плохо? И ты еще с ними встретишься… если в рай попадешь. Мне сказали, что мы вроде как тут не навсегда, а просто для того, чтобы прожить жизнь до конца, раз уж на Земле не получилось. Так что отставить расстраиваться, думаю, знай твоя мама, что с тобой все в порядке, она бы обрадовалась.
Девушка вздохнула, а потом улыбнулась, – У меня восемь лет назад папа умер, он хороший человек был, правильный, он точно в рай попал. Если бы я тогда узнала, что с ним все в порядке, я бы наверно от счастья летала. Я так сильно тогда переживала.
– Ну вот, видишь, – произнес Кирилл, – теперь ты это знаешь.
– А ведь и правда, – теперь девушка улыбалась, улыбалась той чистой и светлой улыбкой, которая бывает только тогда, когда идет от души.
И смотря на девушку, Кирилл сам почувствовал, как в его душе словно разжимается какая-то пружина, тот ком мыслей о смерти, что сознание предусмотрительно спрятало "на потом". Похоже, убеждая ее, он и сам осознал, что в таком посмертии, были и приятные моменты. Очень даже приятные – вечная жизнь, понимание, что все, кто тебе был дорог, тоже не умрут, не умрут никогда.
– А еще тут есть магия, – заговорщицким голосом прошептал он, взглядом показав на свой посох, – ты за кого там играла? – И вот это "там" получилось у него естественно, и даже как-то само собой разумеющееся.
– Хилом, целительницами. А если я здесь целительницей стану, можно я тебя лечить буду?
– Можно, – с улыбкой ответил Кирилл, – но вот только для начала тебе бы к учителю спустится. Они там, на первом этаже стоят, возможно, видела, когда сюда проходила?
С этими словами, он быстро поднялся, и помог встать девушке. Ждать, когда новая волна отчаяния захлестнет девушку, он точно не собирался. Ему удалось выбить ее из порочного круга мыслей о смерти, и теперь нужно было развивать успех.
– И да, мы сударыня не представлены, – Кирилл. – Он манерно поклонился, сделав жест несуществующей шляпой.
Обучение у целительницы как две капли походило на речь чародея, и по тому, каким удивленным стало лицо Марины после того как целительница коснулась ее лба, Кирилл догадался, что девушка также получила весь тот багаж знаний, что достался ему.
– А мы что, получается не настоящие. – Прошептала она.
– Как это, ненастоящие? – Кирилл даже опешил от этого вопроса.
– Ну, тела наши, они ведь не из…, – тут девушка запнулась, – не из мяса.
– Ну… да, – медленно начал Кирилл, боясь, что Марина снова впадет в уныние, – но так ведь это нормально. Нам же еще на Земле обещали, что на тот свет попадает душа. И это даже лучше. Представь, никаких переломанных костей, оторванных рук, выдавленных глаз… – Запнувшись, закончил он, видя саркастический взгляд Марины.
– Да, умеешь ты подбодрить девушку в трудную минуту. – Голос у Марины скорее был насмешливым, чем расстроенным.
Сам Кирилл был с ней категорически не согласен, не эта ли мадам только что пять минут назад лила слезы этажом выше. Но говорить он ей этого не стал, а схватив за руку, потащил на улицу. – Пошли, покажешь, чему ты там научилась.
Как это часто бывает, ожидание чуда, оказалось приятнее самого чуда. Нет, выпустив свой первый огненный шар по стоящему во дворе манекену, Кирилл не расстроился. Просто, перед тем как использовать магию впервые, он чуть ли не трясся от возбуждения. Магия, настоящая магия была у него в руках. А на деле, из навершия посоха сорвался огненный мячик не больше теннисного, и с негромким хлопком разбился о деревяшку. Почти буднично, без какого-то произнесения заклинания, без некого таинства в душе, вот просто подумал и заклинание сработало. Чувствуя себя обманутым ребенком, он добавил манекену оцепенение, которое здесь называлось "провал во времени". Манекену, что огненный шар, что "провал во времени" никакого видимого вреда не нанесли, а последнее, на деревянном чучеле вообще никак визуально не отразилось. И, разозлившись, вот только непонятно на кого, Кирилл подскочил к манекену и нанес два последних из изученных ударов. А вот это оказалось даже несколько интереснее. Заклинание "огненный посох", действительно окутало огнем посох на несколько мгновений перед ударом, а проводя "силовой удар" Кирилл буквально нутром прочувствовал, как передает манекену некий импульс. Лечить манекен было бессмысленно, поэтому в завершение Кирилл использовал заклинание усиления, представив, что использует его на себя и Марину.
– Ух ты, – выдохнула девушка, – это что сейчас было?
– Бафф, – не без гордости ответил Кирилл, – по крайней мере, это было первое заклинание, действие которого можно было действительно почувствовать. Он ощутил прилив сил, да и в голове как будто "посветлело".
Умения целительницы так же не были лишены визуальных эффектов. Особенно красивым оказался "щит", защитное заклинание создало вокруг Марины прозрачную сферу, испещренную светящимися рунами. Был у нее и скилл контроля, опутавший мгновенно появившейся лозой палку, на которой стоял манекен, и боевой скилл – "проклятье" окутавший манекен болотного цвета дымкой. Вот только "лечение" испытать толком не удалось, наложенный на Кирилла скилл, никак не отразился на его самочувствии, по причине отсутствия повреждений.
Но вот после второй серии заклинаний, тренировку пришлось прервать. В этом мире не было полоски манны, но при использовании очередного заклинания, Кирилл и Марина словно выдыхались. Нет, это не было похоже на физическую усталость, скорее внутреннее опустошение. А еще выяснилось, что у каждого скилла есть время отката. Это никак не выражалось визуально, просто каждый знал через сколько секунд он сможет использовать то или иное умение. Все как говорила Эльза – в этом мире не было графиков, все то, что раньше они видели на экранах мониторов, теперь было просто знанием, знанием, являвшемся частью их самих.
Отдохнуть и набраться сил сели тут же на ступеньки крыльца. Делились первыми впечатлениями, строили планы, пока шуточные по "захвату этого мира". Девушку было не узнать, едва ли бы кто-то поверил, что еще полчаса назад, она горько рыдала, замкнувшись сама в себе, и Кириллу это изменение ее настроения нравилось. Он уже начал подумывать, а не "подкатить" ли к Марине поближе, как вдруг девушка произнесла, – голова. – И уставилась куда-то за плечо Кирилла.
– Какая голова? – Не сразу сообразил он.
– Рыжая.
Повернувшись, Кирилл действительно увидел голову, а также руку, перекинутую через забор. На заборе висел рыжеволосый парень, и наблюдал за ними.
– Я где? – Увидев, что на него обратили внимание, спросил он.
– Э-э…, – начал Кирилл, – в Аду, ты умер, мы вот тоже, сейчас сидим, ждем чертей, они за разнарядками пошли, куда нас опреде…, ой. – От чувствительного тычка в бок, Кирилл прервал свою тираду. Не то, чтобы он хотел подшутить над новоприбывшим, а в том, что обладатель рыжей головы появился в этом мире только недавно, не возникало сомнения, просто нелепая шутка вырвалась сама собой, как отражение его настроения.
– Ты чего, – повернувшись к Марине начал возмущаться он.
– Ты зачем врешь? – девушка его шутку явно не оценила, – парень только тут появился, а ты?
– Да ладно, – примирительно поднимая руки вверх, произнес Кирилл, и уже поворачиваясь к парню, – извини, не хотел, само как-то вырвалось. – Ты не в Аду. Но…, но вот на счет смерти, это правда. Мы вот тоже недавно сюда попали, я вот отравился.
– А я утонула, – добавила Марина.
– Может, перелезешь уже? – закончил Кирилл.
Долго уговаривать себя обладатель рыжей шевелюры не стал. Ловко перемахнув забор, он тут же переместился в тень здания, наполовину спрятавшись за углом.
– Точно не Ад? – Почему-то шепотом переспросил он.
– А похоже? – в тон ему ответил Кирилл.
– Рай?
– А у нас что, крылышки за спиной, – Кирилл ответил не то чтобы раздраженно, неприятия к парню у него в принципе не было, просто появился он как-то не вовремя, разрушив идиллию его общения с новой знакомой.
Понимая, что ответ на вопрос прозвучал грубо, Кирилл тут же поправился, – да не Рай это, но и не Ад, просто это мир, куда попадают те, кто слишком много времени уделял играм там, на Земле. – И видя недоуменное выражение на лице парня, тут же добавил, – Ну не веришь, вон можешь через дорогу сходить. Видишь таверну?
– Он правду говорит, – подала голос Марина.
– Не, я лучше тут, с вами, – после паузы ответил тот, и добавил, – а про игры, это что за прикол такой?
Пришлось Кириллу пересказать все, что он узнал от встреченного на холме парня и то, что узнал от Эльзы. Закончил свой рассказ Кирилл вполне уместным, как ему показалось, вопросом, – ну а ты то, как сюда попал?
– Мотор, – парень показал на грудную клетку, – с детства барахлил. Говорил мне врач особо не напрягаться, но… на стройке я работал, так уж получилось. Как сюда попал, сразу вспомнилось, как на работе сердце прихватило, а ведь еще ведь успел подумать, что все. Получается, не ошибся. Я там, на холме, когда очнулся, вспомнил все, ну думаю, в рай попал, только вот херувимчиков не хватает. Мне наш бригадир всегда говорил, что в Рай я попаду потому, что у чертей нет такого ангельского терпения как у него. Хороший мужик был, когда трезвый.
– Он что, тоже умер? – участливо спросила Марина.
– Он то? Да не, вроде жив был, когда я…, – парень рассмеялся, – так это не он похоже "был", а я.
Но смех парня быстро оборвался, – народ, а что нам теперь делать-то?
– Ну, для начала пойдем, – Кирилл встал со ступеньки и направился внутрь дома, – ты кем там играть привык? Каким классом?
– Э… лук я, ну луком гамал обычно, а что?
– Пошли, получишь класс, многие вопросы отпадут сами собой. Не веришь, вот можешь у Марины спросить. А как тебя, кстати, зовут?
– Женя.
– Везет мне сегодня на Жень, – усмехнулся Кирилл, – ну пошли, что встал?
Процесс обучения лука ничем от прочих не отличался, те же стандартные фразы, то же касание лба пальцами. Вот только после того как учитель лучников передал ему знания, Евгений застыл на добрую минуту, лишь отмахнувшись от Кирилла, когда тот хотел вытащить его во двор.
