книжный портал
  к н и ж н ы й   п о р т а л
ЖАНРЫ
КНИГИ ПО ГОДАМ
КНИГИ ПО ИЗДАТЕЛЯМ
правообладателям

Пол Винья, Майкл Кейси

Машина правды. Блокчейн и будущее человечества

Посвящается Лиз, Дженни, Саре и Ди М. К.

Посвящаю моим родителям П. В.

Предисловие партнера издания

О блокчейне, биткоине и криптовалютах последние пару лет слышится отовсюду. Новости о безудержном росте капитализации биткоина и в целом рынка цифровых валют будоражат умы миллионов. А жесткие регулятивные меры в разных странах и откровенное мошенничество привели к массовому разочарованию частных инвесторов. Так в представлении большинства блокчейн стал ассоциироваться с риском, легкими деньгами и биржевыми спекуляциями.

Десятилетиями информационные технологии заставляли финансовые институты меняться, однако в последние годы банковский сектор стал реагировать на вызовы гораздо оперативнее и эффективнее. Роботизация, биометрия, облачные технологии, искусственный интеллект, анализ больших данных эффективно работают на финансистов и банкиров уже сегодня. Но блокчейн как новый главный тренд остается для них пока темной лошадкой. Одни усматривают в распространении технологии распределенных сетей угрозу собственному существованию из-за ослабления контроля, другие – необходимые инструменты развития.

Что касается сухих цифр, то банкам с их устаревшими системами денежных переводов есть о чем подумать. Пропускная способность сети SWIFT – 50 тысяч транзакций в секунду. Visa заявляла о способности одномоментно обрабатывать 65 тысяч транзакций. Эти показатели действительно впечатляют, пока не начинаешь их сравнивать со скоростью блокчейнов. Виталик Бутерин, основатель платформы Эфириум, анонсировал 1 миллион транзакций в секунду после масштабирования сети! Новый проект Harmony, собравший на стадии посевной инвестиции 18 миллионов долларов, обещает 10 миллионов транзакций в секунду. При этом денежные переводы, основанные на технологии блокчейн, еще и существенно дешевле, так как избавляют от участия посредников.

Несмотря на избалованный вниманием общества рынок криптовалют, технология блокчейн несет в себе гораздо больше фундаментальных новшеств, чем перемены в финансовом секторе. Распределенные сети и смарт-контракты до неузнаваемости изменят все виды деятельности, связанные с хранением и передачей данных и сферой, где гарантом доверительных отношений и сертификации подлинности чего-либо традиционно выступал человек. Уверен: в ближайшие годы блокчейн прочно займет свое законное место в юриспруденции, нотариальных услугах, авторском праве, венчурном инвестировании, медицине, работе архивов, избирательном процессе, социальных сетях и даже в развитии инфраструктуры самого интернета.

Авторы книги «Машина правды: блокчейн и будущее человечества» ставят появление систем распределенных сетей в один ряд с такими значимыми событиями, как изобретение точных измерительных приборов, электричества и интернета. Книга изобилует примерами нетривиальных решений социальных и экономических проблем с помощью технологии блокчейн. После ее прочтения у вас не останется сомнений, что мы живем в интереснейшее время и стоим на пороге глобальных перемен.

Кирилл Семенихин, директор Университета Иннополис

Предисловие научного редактора. Децентрализация как элемент будущего процветания

Появление Биткоина – доказательство запроса общества на децентрализацию, а также подтверждение возможности существования новой парадигмы финансовой системы. Так, если раньше имели место лишь примеры централизованных систем во главе с регулятором и целой закрытой и полностью контролируемой инфраструктурой, то сегодня мы наблюдаем становление совершенно новой парадигмы. Она демонстрирует, что наличие никем не контролируемой, полностью открытой и при этом безопасной системы возможно. И за этим будущее.

На сегодняшний день у сети Биткоина есть как ряд преимуществ, так и недостатков. К последним можно отнести длительность прохождения транзакций, высокие комиссии, слабую анонимность, высокие риски получения злоумышленниками доступа к аккаунтам, невозможность отмены транзакции и некоторые другие. Многие пока что обусловлены технологическими особенностями сети и уже находятся в процессе устранения. В то же время ряд проблем, равно как и повышенный интерес к самому биткоину, вызваны его растущей стоимостью и вниманием, проявляемым массовым инвестором к первой криптовалюте мира.

По мере роста интереса и спроса в сети Биткоина растет и количество запросов и транзакций, с чем сеть попросту не справляется. Это некая «болезнь роста», которая, с одной стороны, позволит усовершенствовать всю систему, а с другой – приведет к появлению новых криптовалют (что уже происходит), которые более успешно в технологическом плане смогут решить ту или иную проблему, к примеру анонимности.

Можно смело говорить о том, что сеть Биткоина как первая в мире криптовалютная площадка является неким полигоном для отладки совершенно новой финансовой системы децентрализованного обмена активами. Проблемы в сети провоцируют дискуссии в криптосообществе, способствуя появлению новых технологических решений, увеличивая спектр криптовалют в мире и еще больше распространяя «вирус децентрализации» на уровне массового потребителя.

Столкновение традиционной и инновационной (децентрализованной) парадигм увеличивает количество сторонников и противников каждого из подходов. Сегодня у Биткоина есть и те и другие, предсказывающие криптовалюте совершенно противоположное будущее, равно как и децентрализованному мироустройству. Единства мнений нет ни в оценках перспектив, ни в оценках стоимости биткоина. Меняется и поведение самих сторонников и противников, что обусловлено начавшейся в этом году «войной систем, или войной миров» – централизованного и децентрализованного.

Книга Майкла Кейси и Пола Винья «Машина правды. Блокчейн и будущее человечества» предлагает беспристрастный взгляд на зарождающийся децентрализованный мир. Не навязывая определенное мнение, она предоставляет читателю исключительно факты, аргументы и рассуждения на эту тему. Стиль книги напоминает журналистское расследование, основанное на взвешенном фактаже и глубокой исследовательской базе.

Книгу можно назвать визионерской. В ней много рассуждений на тему четвертой промышленной революции и мира будущего, построенного на «интернете вещей». Раскрывая глубину технологии блокчейн, этот труд также дает много ориентиров по долгосрочному инвестированию. Становится очевидным, что будущее – за проектами, которые позволят масштабировать децентрализованное мироустройство и объединить различные индустрии, например «интернет вещей» и блокчейн. Кейт Щеглова, член сообщества Global Blockchain Ladies, издатель Future magazine

Предисловие

В книге The Age of Cryptocurrency[1] мы рассматривали цифровую валюту биткоин и возможность создания новой, более справедливой глобальной платежной системы, независимой от банков и прочих посредников. К тому времени, когда книга увидела свет, стало очевидно, что истинный потенциал биткоина[2] и стоящих за ним технологий намного мощнее: электронная денежная единица способна разрешить проблемы доверия между частными лицами и организациями при товарообмене, заключении контрактов, приобретении собственности и обмене конфиденциальными данными. В результате (естественно, не без помощи информационной шумихи) компании, правительственные структуры и СМИ начали проявлять активный интерес к технологии блокчейн, которая позволяла обойти привычные централизованные механизмы, до сих пор регулировавшие обмен ценностями в обществе. К примеру, сообщества «производящих потребителей» – хозяйств, которые не только потребляют электроэнергию, но и производят ее с помощью солнечных панелей, – могли бы сформировать собственный энергетический рынок и устанавливать цены без оглядки на коммунальные компании и службы. Точно так же домовладельцы, покупатели недвижимости и ипотечные заимодатели получили бы альтернативу не всегда надежным государственным реестрам и смогли бы создать независимую базу данных с меньшим риском взлома, кражи или простой ошибки, управляемую децентрализированной сетью. И это лишь часть перспектив, которые привлекли широкое внимание к технологии блокчейн.

Возросшая популярность биткоина уже привела к двум важным переменам в нашей жизни. Во-первых, один из авторов книги – Майкл Кейси – так увлекся новой технологией и открывающимися горизонтами, что решил оставить журналистику и полностью посвятить себя исследованиям. Всего через полгода после выхода нашей предыдущей книги он уволился из редакции The Wall Street Journal и перешел в медиалабораторию Массачусетского технологического института, неистовый директор которой Дзёити Ито, более известный как Джой, быстро подметил параллели между становлением биткоина и взрывным развитием цифровых технологий при появлении интернета. Осознав, что существует запрос на новую децентрализированную структуру, Ито решил направить самые мощные интеллектуальные и финансовые ресурсы на развитие зарождающейся технологии. Результатом стала программа исследования криптовалют: научная инициатива, объединившая студентов и профессоров, инженеров и специалистов в области криптографии, а также финансистов, начинающих предпринимателей и бизнес-стратегов из списка Fortune 500, благотворителей и правительственных чиновников в целях разработки цифровой архитектуры принципиально нового «интернета ценностей». Когда Майкл получил предложение влиться в ряды исследователей, он, разумеется, не мог отказаться. Не каждому выпадает шанс приложить руку к экономической революции!

Второй важный результат – книга, которую вы читаете. В «Эпохе криптовалют» мы сосредоточились на применении биткоина как платежной системы, способной повлиять на все валюты мира. Однако с тех пор мы осознали, что технология – рискованный предмет для писателя: она постоянно развивается, а слова на странице остаются прежними. За прошедшие три года столько всего изменилось, что нам пришлось написать еще одну книгу. В ней мы не только продолжим начатый в 2015 году разговор, но и выведем его на следующий, более высокий уровень. Нам предстоит рассмотреть, как биткоин-технология и ее различные ответвления могут реорганизовать общественные институты и найти новые сферы применения.

В условиях современной экономики миром правит тот, кто контролирует потоки информации. Это хорошо видно на примере таких информационно-технологических гигантов, как Google и Facebook: они постоянно накапливают данные о нас и нашем взаимодействии. В XXI веке само понятие власти определяется наличием полномочий собирать, хранить и публиковать данные. Сейчас эти полномочия носят централизованный характер и разделены между несколькими крупными корпорациями. Если вы не видите здесь проблемы, вспомните о том, как тайный алгоритм сети Facebook (нацеленный прежде всего на продвижение интересов компании) повлиял на политическую ситуацию в США. Поощряя создание и распространение нередко весьма сомнительной информации, чтобы вызвать коллективные всплески эмоций в группах единомышленников, этот алгоритм сыграл немалую роль в ошеломляющем исходе президентских выборов 2016 года.

Концепция блокчейна[3] может положить конец нынешней иерархии власти в информационном поле. В результате способность накапливать и обрабатывать данные перейдет к децентрализованной, никому не принадлежащей структуре. Теперь мы можем представить мир, неподвластный мегакорпорациям вроде Google и Facebook или даже силовым ведомствам вроде Агентства национальной безопасности. Мы, люди – граждане мирового сообщества, – сами будем решать, что делать с имеющейся информацией.

Вот, пожалуй, самое важное, что нужно знать о технологии блокчейн. «Машина правды» – наша попытка донести до вас эту мысль.

Введение. Инструмент общественного строительства

В шестидесяти милях к востоку от Аммана на небольшом участке сухой каменистой почвы, очищенной от песков Иорданской пустыни, расположен лагерь сирийских беженцев Азрак, открытый Управлением верховного комиссара ООН. В нем во временных домах – белых металлических постройках, расположенных в строгом линейном порядке, будто армейские казармы, – проживают 32 тысячи лишившихся крова сирийцев. В сущности, Азрак – это небольшой город со всеми типичными городскими проблемами. Однако Управление Верховного комиссара ООН по делам беженцев (УВКБ ООН) и другие гуманитарные миссии могут предоставить беженцам только кров и пищу. В их распоряжении нет структур и инстанций, обеспечивающих порядок, безопасность и жизнедеятельность городов.

Любому лагерю беженцев по определению не хватает того, что политологи называют «социальным капиталом»: налаженных связей и отношений, которые позволяют сообществу нормально функционировать и вступать во взаимодействие с другими группами. В Азраке эта проблема стоит особенно остро. В лагере есть отряд полиции, но служат в нем только иорданцы. Они не принадлежат к числу беженцев и воспринимаются как чужаки. Конечно, уровень преступности в Азраке ниже, чем в соседнем лагере Заатари, где 130 тысяч сирийцев проживают в условиях, которые представители ООН определили как «хаос и беззаконие». Тем не менее этот выжженный клочок земли трудно назвать гостеприимным. Когда в 2014 году Азрак был создан в качестве альтернативы переполненному Заатари, беженцы жаловались на его неприспособленность к бытовым нуждам. Электричество поступало с большими перебоями, что усложняло процесс зарядки телефонов – единственного средства связи с родными и близкими. Кроме того, отсутствие доверительных отношений внутри сообщества делало лагерь более уязвимым для боевиков Исламского государства – по крайней мере, в глазах самих беженцев. Поначалу многие отказывались переселяться в Азрак. И хотя в последнее время желающих стало больше, рассчитанный на 130 тысяч человек лагерь по-прежнему заполнен лишь на треть.

Неудивительно, что этот свежеиспеченный город, почти лишенный социального капитала, стал площадкой для радикального эксперимента – поиска новых моделей управления, благоустройства, самоорганизации, общественного строительства и распределения ресурсов. В основу проекта легла технология блокчейн – децентрализованная система хранения данных, которая обслуживает цифровую валюту биткоин и обеспечивает надежный, немедленный способ отслеживать совершенные транзакции. Всемирная продовольственная программа (ВПП) ООН, обеспечивающая питанием около 80 миллионов человек во всем мире, пригласила 10 тысяч беженцев к участию в пилотном проекте, в рамках которого технология блокчейн используется для более эффективного распределения запасов продовольствия. ВПП взяла на себя очень сложную административную миссию: проследить, чтобы каждый беженец в лагере, где процветает воровство и почти ни у кого нет удостоверяющих личность документов, получал причитающийся ему паек.

Среди участников проекта оказалась сорокатрехлетняя Наджа Салех аль-Меймед – одна из более чем пяти миллионов сирийцев, оставивших свой дом из-за тягот гражданской войны. В начале июня 2015 года на фоне перебоев с продовольствием и слухов о похищении молодых девушек боевиками в соседних селениях Наджа с мужем решились покинуть родной городок Хасака, где их семьи жили с незапамятных времен. «Не приведи Господи никому испытать то, через что прошли мы», – сказала Наджа в интервью, проведенном по нашей просьбе представителями ООН в лагере Азрак[4].

Оставив дом, имущество, привычный круг соседей и друзей и почти все связи с некогда единым сирийским народом, Наджа утратила нечто весьма ценное и значимое, что в обычных обстоятельствах мы воспринимаем как должное: доверительные отношения, чувство идентичности и принадлежности, личную и коллективную историю, которая связывает наше прошлое с настоящим и позволяет участвовать в жизни сообщества. Объем данных, подтверждающих нашу гражданскую сознательность, обычно накапливается различными учреждениями в виде официальных документов: свидетельства о рождении, домовой книги, выписки с банковского счета, диплома, водительских прав и т. п. Теряя все это – как происходит с беженцами, которые поневоле приобретают «внегосударственный» статус, – человек попадает в крайне уязвимое положение и становится легкой добычей для преступников и террористов. Если ты не способен подтвердить собственную личность, твоя судьба оказывается в руках посторонних людей. Вот почему одна из главных задач Управления по делам беженцев ООН и Всемирной продовольственной программы – создание хотя бы временных социальных структур и институтов. И она не менее важна, чем раздача продуктов. В пыльных палаточных городках, заселенных беженцами из разных стран мира, гуманитарные миссии должны выполнять сложнейшую задачу – восстанавливать систему социального доверия. Фактически им приходится выстраивать общество с нуля. И, как недавно выяснилось, технология блокчейн может служить инструментом такого строительства.

Именно в той сфере, где человеку отчаянно нужны надежные структуры, чтобы отслеживать социальное взаимодействие и подтверждать репутацию, технология блокчейн раскрывает свой потенциал. Благодаря ей мы можем обойтись без официальных инстанций, доказывающих нашу гражданскую полноценность. Программы на основе блокчейна содержат сложный набор функций, которые дают беспрецедентный результат: запись транзакции доступна всем пользователям и может быть подтверждена в любой момент, но не контролируется ни одной властной структурой. Это обеспечивает две крайне важные вещи: невозможность изменить или удалить запись в своих интересах и больший контроль над своими данными. Едва ли нужно пояснять их ценность для тысяч сирийцев, живущих в лагере на выжженной земле.

При операциях с биткоином использование распределенного реестра исключает «двойное расходование» средств – то есть предотвращает мошенничество и не позволяет потратить одну и ту же единицу на несколько разных покупок. Точно так же в лагере Азрак технология блокчейн исключает двойную выдачу пайка одному и тому же лицу. Это крайне важно, когда запасы продовольствия ограниченны, ведь криминальные элементы нередко крадут или незаконно получают пайки, а затем продают их на черном рынке. Теперь же беженцы в любой момент смогут подтвердить законность получения провианта. Это положит конец сбоям при использовании продовольственных карточек. Любое несоответствие сразу же привлечет внимание администраторов, которые приостановят выдачу пайка подозрительному лицу до выяснения ситуации.

В рамках пилотного проекта все, что нужно для заключения договора о выдаче продовольствия, – сканировать радужную оболочку глаза беженца и предоставить скан раздатчикам продуктов. В сущности, глаз становится чем-то вроде цифрового кошелька, избавляющего от необходимости наличных денег, чеков, банковских карт или смартфонов, что снижает вероятность кражи. (Безусловно, вы можете расценить сканирование радужки как вторжение в частную жизнь, но об этом мы поговорим чуть позже.) Всемирной продовольственной программе уже удалось сэкономить миллионы долларов за счет проведения таких электронных транзакций, ведь они не предусматривают посредников (например, банков и платежных систем), которым нужно платить процент с каждой операции.

Итак, всякий раз, когда беженец тратит какую-то часть своего цифрового «капитала» на покупку муки, эта операция автоматически регистрируется в общедоступном реестре, который невозможно подделать. Такая предельно прозрачная, моментально обновляющаяся, очень надежная система учета позволяет администраторам ВПП в любое время отслеживать поток транзакций, даже не ведя централизованных записей. Подобная организация может поддерживать платежную систему во всем лагере без необходимости брать на себя роль банка или платежной платформы.

Однако программа идентификации УВКБ ООН, встроенная в блокчейн-проект лагеря Азрак, по-прежнему имеет вид централизованной базы данных, что вызывает тревогу у многих критиков проекта. Такие базы данных восприимчивы к взлому, поскольку содержат огромный массив информации, что автоматически превращает их в так называемый вектор атаки. Подобные риски ставят под удар и без того одну из самых уязвимых категорий населения. А представьте, что будет, если эти биометрические данные попадут в руки любителей этнических чисток – вроде боевиков ИГИЛ. Разработчики блокчейна, которые вообще очень трепетно относятся к вопросам конфиденциальности, громче всех заявляют об этой проблеме. Некоторые из них ищут способ распределить контроль над личной информацией так, чтобы избавиться от больших «залежей данных». Вероятно, технология блокчейн поможет справиться и с этой проблемой, но пока она не решена, ВПП и УВКБ ООН сошлись во мнении, что на данный момент плюсы единой безналичной системы расчетов перевешивают возможный риск.

По словам официального представителя ВПП Алекса Слоана, пилотный проект уже увенчался значительным успехом: он сэкономил средства и предоставил весьма эффективный способ борьбы с несоответствиями в счетах беженцев[5]. В свете полученных результатов организация намерена включить в проект до 100 тысяч беженцев. В недалеком будущем, полагает Слоан, воспользоваться аналогичными программами смогут около 20 миллионов малоимущих, которые получают дотации от ВПП. Перед лицом худшего гуманитарного кризиса в истории – результата алчности, беспощадной борьбы за власть и провальной политики западных держав, не сумевших вовремя обуздать хаос, – мы обязаны помочь пострадавшим, привнеся в их жизнь утраченное доверие и обеспечив им безопасность. Возможно, технология блокчейн даст нам шанс на успех.

Эксперимент в лагере Азрак – лишь один пример того, как международные структуры пытаются поставить технологию блокчейн на службу обездоленным. В начале 2017 года группа энтузиастов при штабе ООН в Нью-Йорке запустила сайт и призвала к совместной работе других сотрудников организации. Вскоре группа насчитывала уже 85 участников из разных стран мира. Сейчас коллектив в партнерстве с правительствами ряда европейских стран, например Норвегии, ведет несколько пилотных проектов по внедрению блокчейна в сфере градостроительства. При Всемирном банке открыта новая лаборатория, чья задача – применить технологию блокчейн для борьбы с нищетой путем создания неуязвимых реестров собственности и надежных цифровых идентификаторов личности. Межамериканский банк развития[6] США и медиалаборатория Массачусетского технологического института работают над программой, которая поможет беднейшим латиноамериканским фермерам получать кредит на основе записей о покупках инвентаря и сельхозтехники, подтвержденных блокчейн-реестрами. Неправительственные и благотворительные организации – такие как Всемирный экономический форум и Фонд Рокфеллера – также изучают потенциал технологии блокчейн.

Что же находят эти почтенные и далеко не новые организации в малопонятной цифровой технологии, изобретенной криптолибертарианцами и киберпанками – создателями биткоина? Надежду, что децентрализованная система хранения данных решит проблему дефицита социального капитала, которую мы обсуждали на примере лагеря Азрак. Пилотный проект ООН, в рамках которого возник единый каталог транзакций внутри сообщества, помог беженцам обрести взаимное доверие и создал платформу для обмена ценностями. Проблема недоверия и подозрительности стара как мир, однако теперь, имея новый, беспрецедентно мощный инструмент, который можно направить на ее решение, сообществам станет легче накапливать социальный капитал. Для развивающихся стран такая возможность особенно важна, поскольку позволит их экономикам приблизиться к модели первого мира. Например, домовладельцы с невысоким доходом смогут брать кредит на улучшение жилищных условий; мелкие уличные торговцы получат доступ к страховым программам. Миллиарды граждан сделают первый шаг к обретению экономических возможностей, которые нам даны чуть ли не от рождения.

Однако потенциал блокчейна заметен не только при применении в развивающихся странах или гуманитарных миссиях. В штаб-квартирах компаний из списка Fortune 500 тоже ищут способ стимулировать экономический рост. Вероятно, блокчейн способен вытеснить устаревшую централизованную модель доверительного управления, которая сейчас влияет на все аспекты экономической и социальной жизни.

До сих пор экономическое взаимодействие между субъектами осуществлялось посредством вовлечения банков, регистрационных служб и прочих учреждений. Эти «доверенные третьи стороны» фиксируют проведенные операции, что позволяет нам доверять экономической системе, обмениваться материальными и нематериальными ценностями и в идеале выстраивать полноценное общество. Проблема, однако, в том, что все эти институты часто действуют как привратники, решая, кого впускать или не впускать в поле финансового взаимодействия (причем берут за это комиссию). К тому же они не всегда надежны – вспомните кризис 2008 года, когда банки откровенно нарушили обязательство вести прозрачный учет. Кроме того, они часто пользуются властной позицией, чтобы установить непомерно высокие комиссии или проценты по кредитам. Неэффективность и нерентабельность посредников нередко приводит к отказу от сделок и транзакций. Отыскав способ обходиться без посредничества, мы не только сэкономим средства, но и создадим принципиально новые модели предпринимательской деятельности.

Появление интернета уже избавило нас от части назойливых посредников, теперь блокчейн продолжает эту тенденцию. Однако стоит отметить, что за успехом каждого нового приложения стоит некий механизм, который помогает разрешить вечную проблему доверия. Кто десять лет назад мог себе представить, что будет комфортно себя чувствовать в машине незнакомца, с которым только что познакомился через смартфон? Однако сервисы вроде Uber и Lyft помогли нам преодолеть барьер недоверия благодаря встроенной системе рейтинга водителей и пассажиров, что стало возможным лишь с развитием социальных сетей и цифровых коммуникаций. Этот пример показывает, что, если технология помогает решить проблему доверия и обеспечить чувство безопасности, человек вполне готов и способен к прямому взаимодействию с совершенно незнакомыми людьми. Все это открывает перед нами путь к экономической модели peer-to-peer (Р2Р).

Технология блокчейн ставит перед нами логичный вопрос: зачем останавливаться на Uber? Зачем нам вообще именно эта компания, если она забирает себе 25 процентов с каждой поездки и нередко злоупотребляет безграничным доступом к информации о пассажирах?[7] Как насчет полностью децентрализованной системы вроде израильской платформы Commuterz на основе блокчейна? В этом случае у платформы нет конкретных владельцев; она, как и биткоин, использует ПО с открытым исходным кодом, которое может скачать каждый. За ней не стоит корпорация, которая забирает себе 25 процентов выручки. Вместо этого пользователи ведут расчеты в цифровой валюте; система поощряет совместные поездки, чтобы разгрузить дороги и снизить стоимость перемещения.

В широком смысле, возложив управление социальным капиталом на децентрализованную сеть с открытым протоколом вместо ряда уполномоченных посредников и создав новые цифровые валюты, токены и активы, мы сможем изменить саму природу общественной организации. Возникнут новые, прежде невозможные подходы к сотрудничеству и взаимодействию, что преобразит многие отрасли и организации. Потенциал блокчейна вполне под стать широте открывающихся горизонтов. Вот выборка результатов, которые мы можем получить в обозримом будущем; и это далеко не исчерпывающий перечень.

• Неуязвимые реестры собственности, с помощью которых можно доказать право на владение домом, автомобилем и другими активами.

• Мгновенные, прямые, защищенные межбанковские операции, что позволит высвободить триллионы долларов на межбанковском рынке, которые сейчас тратятся на проведение транзакций через десятки специализированных учреждений в течение двух – семи рабочих дней.

• Цифровые удостоверения личности, которые можно получить без участия государственных структур и бюрократических инстанций.

• Децентрализованные вычислительные системы и хранилища данных, которые вытеснят корпоративные облачные вычисления и веб-хостинг. Для их поддержания хватит мощностей обыкновенного персонального компьютера.

• Децентрализованный «интернет вещей», где любые устройства смогут обмениваться информацией без посредников. Вероятно, это приведет к большим переменам в сфере логистики, а также к созданию децентрализованных энергосетей.

• Цепи поставок на основе блокчейна: использование поставщиками общей информационной платформы значительно повысит прозрачность и эффективность всех операций по производству товара.

• Децентрализация СМИ и контента, что позволит музыкантам, художникам и в идеале всем производителям уникального контента распоряжаться и управлять своим «цифровым активом».

Технология блокчейн открывает нам путь к тому, что ряд экспертов уже называют «интернетом 3.0», – реструктуризации Всемирной сети в целях придания ей демократического характера, о котором мечтали создатели интернета 1.0[8]. Выяснилось, что просто объединить компьютеры в сеть, чтобы избавиться от информационной власти мегакорпораций, недостаточно. Вольнолюбивые программисты Кремниевой долины не учли склонность общества возлагать проверку благонадежности на централизованные институты. Их промах стал очевиден на стадии интернета 2.0, когда мощь социальных сетей не только открыла перед пользователями новые возможности, но и превратила наиболее расторопные компании в гигантские монополии. Вспомним о Facebook и Twitter, выросших в мегакорпорации, а также о суперуспешных детищах «шеринговой экономики»[9] вроде Uber и Airbnb. Технология блокчейн, как и прочие находки «интернета 3.0», обещает покончить с любыми посредниками, чтобы люди могли сами выстраивать социальные сети и заключать торговые сделки на собственных условиях.

Однако свержение нынешних колоссов – отнюдь не единственная надежда, которую дает блокчейн. Многие крупные корпорации тоже видят в новой технологии возможность высвободить потоки капитала и направить их в более выгодное русло. Одни усматривают в ней потрясающие перспективы, другие – серьезную угрозу. В любом случае многие отрасли и предприятия считают нужным хотя бы поэкспериментировать с технологией блокчейн, чтобы понять, к чему приведет ее развитие.

В банковской сфере – отрасли, которую биткоин угрожает свести на нет, – начинают осознавать, что блокчейн-протоколы могут значительно упростить громоздкие процессы перевода и зачисления средств, а также одобрения и подтверждения операций. Используя надежный общедоступный реестр, который можно обновлять одновременно в режиме реального времени, банки существенно понизили бы стоимость транзакций и высвободили капитал для новых вложений. Это прекрасная новость для инвестиционных банков, таких как Goldman Sachs, но потенциальная угроза для депозитарных банков вроде State Street или клиринговых компаний вроде Deposit Trust и Clearing Corporation, чья бизнес-модель основана на выполнении посреднических функций. Тем не менее все виды финансовых организаций сейчас испытывают потребность исследовать новую технологию.

К примеру, нью-йоркская научно-техническая лаборатория R3 CEV получила 107 миллионов долларов от более чем ста крупнейших финансовых компаний мира на разработку технологии распределенного реестра[10]. Предложенная командой R3 платформа Corda построена по базе блокчейна, хоть это и не отображено в названии. Она должна соответствовать моделям и правилам банковского дела, при этом удешевляя защищенные межбанковские операции на триллионы долларов.

Предприятия, не связанные с финансовым сектором, тоже понемногу включаются в процесс. Консорциум Hyperledger разрабатывает стандартизированные открытые версии блокчейна для сферы логистики – например, управления цепями поставок. Под руководством Linux Foundation консорциум объединяет гигантов вроде IBM, Cisco и Intel, а также стартап Digital Asset Holdings во главе с бывшим топ-менеджером банка J.P. Morgan Блайт Мастерс.

Один из показателей растущего энтузиазма можно найти в анналах CoinDesk. Эта медиаплатформа проводит ежегодную конференцию, посвященную технологии блокчейн. Первая конференция прошла в 2015 году и собрала 600 участников. Вторую посетили 1500 человек. В 2017 году в мероприятии уже участвовало 2800 человек и еще 10 500 интернет-пользователей подписались на онлайн-трансляцию. Участники прибыли из 96 стран мира, а состав спонсоров оказался столь разнородным, что включал исследовательский центр компании Toyota, консалтинговое агентство Deloitte, торговую палату правительства Австралии и Cryptonomos – молодой онлайн-магазин цифровых токенов[11].

Впрочем, не нужно думать, что новая сфера уже целиком захвачена международными корпорациями. Когда мы работали над этой книгой, в мире разразилась очередная эпидемия золотой лихорадки, даже затмившая взлет цен на биткоин в 2013 году. На сей раз любителей скорого богатства прельстила новая форма привлечения инвестиций – IСO, или первичное предложение монет (токенов), – суть которой заключается в продаже инвесторам фиксированного количества единиц криптовалюты, полученных путем разовой или ускоренной эмиссии. Этот инструмент краудфандинга основан на технологии блокчейн. Возникший вокруг него ажиотаж очень напоминал «пузырь доткомов» конца 1990-х: те же отчаянные попытки сделать деньги из воздуха путем рискованных спекуляций и то же чувство, что за общим безумием все-таки проглядывает новаторская технология, которая завтра в корне изменит деловой мир.

Стартапы, возникшие на волне интереса к ICO, продвигают новые децентрализованные приложения, которые могут произвести революцию в любой сфере – от рекламы до медицины. В их основе лежат специальные токены, которые служат как для привлечения инвестиций, так и для создания сети пользователей. Механизм отчасти напоминает работу краудфандинговых сайтов (например, Kickstarter), однако в данном случае покупатель токена имеет шанс быстро заработать на вторичном рынке. На момент написания этих строк рекордная сумма, вырученная от предварительной продажи токенов в ходе проведения ICO, составляет 257 миллионов долларов. Именно столько заработала сеть лабораторий Protocol Labs, выпустив токен под названием Filecoin для продвижения нового протокола децентрализованной сети IPFS. Идея проекта сводится к установке пользователями специального ПО, которое позволяет хранить данные на жестких дисках их компьютеров. За предоставленное пространство на диске они получают токены, которые затем можно обменять на биткоины или другие криптовалютные единицы.

Вполне вероятно, что многие ICO нарушают протоколы безопасности и рано или поздно мыльный пузырь лопнет, причем пострадают ни в чем не повинные инвесторы. Однако в новом цифровом буме есть и нечто освежающее, демократическое. Целые когорты мелких инвесторов получили доступ к первым стадиям капиталовложений – привилегии, как правило, венчурных инвесторов и других профессионалов финансовой сферы.

Прародитель всей мировой криптовалюты, биткоин, тоже не сходит с дистанции, что отражается в его цене. Несмотря на ожесточенную борьбу между разработчиками и майнерами, которые подтверждают транзакции в сети Биткоин – а она уже привела к модификации исходного кода и форку биткоина, – курс биткоина в ноябре 2017 года достиг рекордной отметки в 7601 доллар США. В результате его рыночная капитализация составила более 126 миллиардов долларов. Таким образом, с момента публикации нашей предыдущей книги (январь 2015 года) стоимость биткоина увеличилась на 2823 процента, а с момента первых продаж на полуликвидном рынке в июле 2010 года он вырос в цене на 12,7 миллиона процентов. Вложив 8000 долларов в биткоин при старте продаж, вы сейчас стали бы миллиардером. Такие результаты вполне убедительно подтверждают оценку криптоаналитиков Криса Берниска и Джека Татара, назвавших биткоин «самым заманчивым из альтернативных капиталовложений XXI века»[12].

В сущности, блокчейн – это цифровой реестр (или проще – учетная книга), распределенный по децентрализованной сети автономных компьютеров, которые обновляют и поддерживают его таким образом, чтобы любой пользователь мог доказать достоверность и подлинность записи. Это достигается за счет особого алгоритма, встроенного в ПО, которое установлено на всех компьютерах сети. Алгоритм постоянно поддерживает между компьютерами консенсус относительно того, какие данные добавлять в реестр, включая и обрабатывая все виды финансовых транзакций, претензии на право собственности и другую ценную информацию. Каждый компьютер самостоятельно обновляет свою версию реестра, следуя при этом общему алгоритму консенсуса. Как только в реестр добавляется новая запись, специальная криптографическая защита делает возврат к прежнему состоянию системы практически невозможным. Владельцы компьютеров либо получают плату в цифровой валюте, что мотивирует их повышать уровень безопасности системы, либо работают в рамках соглашения о консорциуме. Результат уникален: группа независимых субъектов, действующих в сугубо личных интересах, объединившись, производит нечто для общего блага – неуязвимый для подделки архив, которому может доверять каждый пользователь, без централизованных владельцев или посредников.

Группа компьютеров, обрабатывающих данные с помощью сложных математических алгоритмов, кажется не таким уж важным явлением. Но, как мы объясним в следующей главе, системы хранения записей, а в особенности учетные книги необходимы для функционирования любого сообщества. Без них мы не набрали бы нужный капитал доверия, чтобы заключать сделки, строить торговые отношения, создавать организации и союзы. Потому улучшение этого ключевого общественного механизма и его выход из-под контроля централизованных инстанций, несомненно, скажется на всех сферах нашего взаимодействия.

Такой принцип работы с информацией сделает возможной коммерцию в формате Р2Р, устранив посредников из всех видов деловых операций. Благодаря встроенным протоколам защиты данных блокчейн позволит организациям и частным лицам вступать в деловые отношения без страха быть обманутыми и, вероятно, ознаменует начало новой эпохи открытой и прозрачной информации. Это означает, что мы сможем делиться ею более активно. Как правило, открытый обмен положительно влияет на сферы экономической деятельности, что, в свою очередь, создаст больше возможностей для бизнеса.

Технология блокчейн подводит всю цифровую экономику к так называемому интернету ценностей[13]. В то время как нынешняя версия интернета позволяет напрямую передавать друг другу информацию, «интернет ценностей», как следует из названия, позволит напрямую обмениваться ценностями – будь то деньги, активы или конфиденциальные сведения, которые прежде никто не рискнул бы передать с помощью сети. Если интернет первого поколения создал новые бизнес-модели и головокружительные возможности заработка, помогая перешагнуть через многие барьеры и вступить в игру, то следующая фаза обещает устранить барьеры вообще. Теоретически это означает, что каждый владелец цифрового устройства с доступом в интернет сможет участвовать в глобальной экономике. Грядет расширение сферы открытых технологий, которое даст толчок новым идеям, концепциям и механизмам.

Вспомните, как избавление от посредников уже преобразило мировую экономику на заре интернет-технологий, и сможете представить, насколько масштабные перемены обещает нам следующий этап. Подумайте, например, о том, как аутсорсинг в сфере техподдержки, веб-дизайна и даже бухгалтерских услуг сократил рабочие места в странах Запада, но способствовал экономическому росту в таких местах, как Бангалор в Индии. Можно вспомнить и о виртуальных досках объявлений на сайтах с глобальным охватом, где каждый может разместить бесплатно информацию, которые нанесли огромный ущерб индустрии частных объявлений и привели к банкротству многих региональных газет. Если технология блокчейн не обманет наших ожиданий и обусловит полную децентрализацию экономики, все прежние потрясения померкнут перед этим тектоническим сдвигом.

Однако нам еще многое предстоит сделать, прежде чем эта технология полностью раскроет свой потенциал. Возможно, она никогда и не выйдет на уровень, который необходим для поистине масштабных перемен. Тем не менее почти в каждой отрасли уже осознали заложенные в ней перспективы. Например, решение проблемы доверия позволило бы нам эффективнее применять свои активы, идеи, творческие способности, вкладывая их в любое продуктивное начинание по собственному выбору. Ведь если я могу доверять человеку – его документам об образовании, финансовой отчетности, профессиональной репутации, – потому что все это объективно подтверждено децентрализованной системой, то мне ничто не помешает установить с ним деловые отношения. Я могу взять его на работу. Могу основать с ним совместное предприятие. Могу поделиться с ним конфиденциальной деловой информацией. И мне не нужно полагаться на посредников вроде юристов или регистраторов, которые добавляют стоимости нашим операциям, понижая при этом их эффективность. Подобные соглашения – катализатор экономического роста. Они дают толчок инновациям и процветанию. Любая технология, которая избавляет от трений и облегчает сотрудничество, служит на благо обществу.

Безусловно, нет никаких гарантий, что технология будет развиваться по самому благоприятному сценарию. Мы уже наблюдали за поглощением интернета мегакорпорациями и знаем, к чему привела такая централизация власти – от создания огромных массивов конфиденциальных данных, привлекающих хакеров, до активных вбросов дезинформации, порождающих хаос в политической жизни. Поэтому крайне важно не допустить, чтобы влиятельные группы поставили новую технологию на службу своим интересам. Как и при зарождении интернета, придется проделать немалый путь, чтобы сделать технологию блокчейн достаточно безопасной, доступной и обеспечивающей должный уровень конфиденциальности.

Блокчейн – в первую очередь социальная технология, новый алгоритм и принцип управления сообществами, от напуганных беженцев в иорданской пустыне до межбанковского рынка, где крупнейшие финансовые структуры мира ежедневно обмениваются триллионами долларов. По определению, в работу над технологией блокчейн должны включиться все слои общества. Наша книга – не только справочник, но и призыв к активному действию.

Глава 1. Протокол Господа Бога

Наверное, вас это удивит, но мечта самого пылкого либертарианца – обитателя даркнета, самая провокационная, спорная, самая бунтарская концепция в современном мире финансов, концепция настолько мощная, что все правительства планеты сейчас решают, взять ее под свою опеку или полностью запретить, – это обычная бухгалтерская книга.

Да-да, тот самый гроссбух, или учетный реестр.

Первым плодом этой крамольной идеи стал, конечно же, биткоин, основной принцип которого сводится к ведению цифрового учетного реестра, где отображаются все транзакции. Что же делает эту незамысловатую идею столь новаторской? Способ ведения записей, который мы называем «блокчейн», то есть цепочка блоков. Биткоин, выпущенный в 2009 году человеком или группой людей под псевдонимом Сатоши Накамото, разрабатывался как средство обойти банки и правительства, которые на протяжении веков стояли на страже нашей финансовой системы. Его реестр, или блокчейн, сулил новый подход к процессам, которые в лучшем случае выполнялись посредниками за определенное вознаграждение за каждую операцию, а в худшем – приводили к рукотворным экономическим катастрофам.

Вы, наверное, купили эту книгу, рассчитывая найти в ней безумные вдохновенные картины нашего цифрового будущего… а мы подсунули вам старый добрый гроссбух. Но ведь конторские и бухгалтерские книги на протяжении тысячелетий были неотъемлемой частью развития цивилизации. Письменность, деньги и учетные реестры – вот святая троица изобретений, которые позволили нашим предкам вести дела вне узких родовых групп и в результате основывать более крупные поселения. Все понимают роль письменности и денег в истории человечества, а вот о роли всевозможных реестров знают обычно лишь те, кто изучал скучное бухгалтерское дело.

Первые деловые реестры появились в третьем тысячелетии до нашей эры в Месопотамии, или Междуречье (современный Ирак). Из десятков тысяч дошедших до наших дней месопотамских глиняных табличек большинство представляет собой именно «бухгалтерские книги»: в них ведется учет податей, сделок, личных трат, выплат мастерам. Знаменитый Кодекс Хаммурапи – свод законов Вавилонии – тоже своего рода реестр, только высеченный на камне. Впрочем, свои законы устанавливали и записывали многие правители. Появление сводов и реестров совпало с возникновением первых крупных цивилизаций[14].

Почему же учетные записи так важны для человечества? Обмен товарами и услугами – ключевой фактор развития общества, но он возможен лишь при условии отслеживания сделок. Это несложно сделать в маленьком стойбище, где было нетрудно запомнить, кто ел мясо, когда кто-то из охотников убивал кабана, и проследить, чтобы позже эти люди заплатили за еду (например, принесли охотнику новые наконечники для стрел или еще что-то ценное). В такой ситуации вполне можно положиться на доверительные отношения внутри рода. Куда сложнее добиться соблюдения обязательств, когда речь идет о большой группе незнакомых друг с другом людей – при том что к чужакам вообще относятся подозрительно. Учетная книга гарантирует выполнение обязательств и помогает при дефиците доверия. Она позволяет отследить все операции, лежащие в основе общественной жизни. Без учетных книг и реестров гигантские сообщества XXI века просто не смогли бы существовать. Конечно, реестр нельзя назвать воплощением истины в строгом смысле слова – ведь когда речь заходит о ценностях, всегда возникает элемент субъективного суждения. Скорее, его можно рассматривать как инструмент, позволяющий приблизиться к истине, выработать картину действительности, которая устроит всех участников. Проблемы возникают в случае, когда сообщество слепо доверяет реестрам, особенно если их контролирует группа, которая может злоупотреблять доверием в своих интересах. Именно это произошло в 2008 году, когда недостаточно пристальное внимание к действиям Lehman Brothers и прочих банков погрузило общество в пучину финансового кризиса.

Деньги как явление неразрывно связаны с идеей реестра. Материальные денежные единицы – монеты и купюры – тоже, в сущности, представляют собой учетные записи и несут в себе память сообщества. Просто в данном случае вместо конторской книги роль свидетельства транзакции исполняет материальный объект (токен): золотая монета, долларовая купюра и т. п. По согласию всего сообщества подобный объект подтверждает, что его владелец заслужил право на товары и услуги, выполнив некую работу.

Когда люди начали обмениваться товарами и деньгами на большом расстоянии, материальные объекты уже не могли успешно выполнять свою роль. Покупатель не имел физической возможности доставить деньги продавцу без помощи курьера, который вполне мог их и украсть. И тогда возникло новое решение: принцип двойной записи в бухгалтерских книгах, впервые опробованный итальянскими банкирами эпохи Возрождения. Именно эти записи заложили основы современного бухгалтерского дела и значительно расширили возможности человеческого взаимодействия. Не будет преувеличением сказать, что эта революция в системе учета помогла выстроить современный мир. Но она же заново поставила извечный вопрос: может ли общество доверять тем, кто ведет его реестры?

Биткоин предложил решение проблемы: изменить саму идею реестра. Ведь риск того, что банкир окажется недобросовестным и присвоит ваши средства с помощью скрытых комиссий и непрозрачных платежей, есть всегда. Впервые ответственность за подтверждение и запись транзакций возлагалась на группу пользователей, которые проверяют работу друг друга и совместно создают реестр, где показано общепризнанное представление об истинных фактах. Децентрализованная компьютерная сеть без единого контролера должна была вытеснить банки и прочие авторитетные инстанции, которые Накомото назвал «доверенными третьими сторонами». Реестр, созданный первыми участниками проекта, получил название блокчейн.

С сетью независимых компьютеров, проверяющих любое совершённое действие, можно производить транзакции в пиринговом режиме (Р2Р), – то есть напрямую от человека к человеку. Это совсем не похоже на сложную систему платежей по дебетовым и кредитным картам, где любой перевод проходит через длинную цепь посредников – как минимум два банка, одну или две платежные платформы, платежную систему вроде Visa или Master Сard и еще несколько инстанций в зависимости от того, где осуществляется транзакция. Каждое звено в этой цепочке ведет собственный учет, который затем нужно синхронизировать с реестрами других посредников, – несущий новые риски процесс, требующий времени и дополнительных затрат. Возможно, вы думали, что деньги незамедлительно приходят продавцу, как только вы оплатили картой покупку в магазине. Ничего подобного. На самом деле нужно несколько дней, чтобы средства проделали весь этот путь и осели на счетах магазина. Разумеется, это порождает издержки и повышает риск сбоев. В системе Биткоин вся транзакция должна занимать от десяти до шестидесяти минут (если не считать проблем с пропускной способностью сети, которые сейчас решают разработчики) и нет надобности полагаться на посредников, чтобы они провели операцию от вашего лица.

Главная особенность архитектуры биткоина и других криптовалютных систем, за счет которой возможно проведение транзакций в режиме Р2Р, – распределенный характер реестра. Эта децентрализованная структура возникает благодаря уникальному ПО с мощной криптографической защитой и инновационной системой, которая синхронизирует данные между всеми компьютерами в сети. Она работает таким образом, что изменить однажды внесенную и принятую запись практически невозможно.

В результате возникает беспрецедентное явление – учетный метод, который дает нам общепризнанное представление об истине, причем более надежное, чем все, что предлагалось до сих пор. Мы называем блокчейн «машиной правды», и ее применение отнюдь не сводится исключительно к сфере финансов.

Чтобы понять важность «божественного ока» блокчейна, давайте отвлечемся от биткоина и вернемся к традиционной банковской системе. Именно здесь кроется множество проблем, для решения которых и создавалась технология блокчейн.

Мыльный пузырь

Один из ведущих инвестиционных банков США Lehman Brothers опубликовал 29 января 2008 года финансовый отчет за 2007 фискальный год. Этот период оказался вполне успешным для банка, несмотря на колебания рынка ценных бумаг и спад на рынке недвижимости, который был раскален в течение многих лет и стал главным источником дохода для инвестиционных и коммерческих банков. Lehman Brothers, основанный 167 лет назад в Алабаме и прочно закрепившийся на Уолл-стрит, заявил о рекордной выручке в 59 миллиардов долларов и чистой прибыли в 4,2 миллиарда[15]. Суммы более чем вдвое превышали выручку и доход четырехлетней давности. На бумаге дела банка выглядели как нельзя лучше.

А девять месяцев спустя банк разорился…

История Lehman Brothers уже стала хрестоматийным примером обманутого доверия. Гигант с Уолл-стрит оказался банкротом с чудовищными долгами. Видимость успеха долгое время поддерживала лишь теневая бухгалтерия – иными словами, банк подделывал отчетность. Иногда долги попросту исчезали из ведомостей к отчетному сезону. В других случаях «трудно оцениваемым» активам приписывалась многократно завышенная ценность – когда же пришло время их продавать, открылась страшная правда: они не имели никакой цены.

Крах 2008 года помог нам многое узнать о закулисье Уолл-стрит и масштабах поддельной отчетности. Стоимость активов (включая те злополучные кредитно-дефолтные свопы), которую должны были фиксировать бухгалтерские документы, оказалась фикцией. И самое поразительное в деле Lehman Brothers – даже не факт мошенничества, а то, что большинство финансовых экспертов безоговорочно доверяли поддельной отчетности, пока не стало слишком поздно.

Правительства и центробанки всего мира потратили триллионы на выход из кризиса, но, по сути, всего лишь вернулись на исходные позиции из-за того, что неверно диагностировали проблему. Согласно общепринятому мнению, произошел кризис ликвидности и рынок рухнул из-за нехватки краткосрочного финансирования. Если вам когда-либо не хватало пары сотен долларов, чтобы заплатить по ежемесячным счетам, вы знаете, как это бывает. На самом деле банки буквально «сидели» на триллионах якобы ценных активов, которые на поверку оказались пустышкой. Они просто назначали им произвольную, ничем не обоснованную стоимость и вносили завышенные цифры в документы. А мы верили липовым бумагам, потому что привыкли доверять репутации крупных банков. Истинная проблема заключалась не в ликвидности и не в падении рынка, а в обманутом доверии. Когда обман вскрылся, его воздействие на общество – включая политический раскол – оказалось разрушительным.

После кризиса власти клялись, что взяли ситуацию под контроль: приняли новые законы, чтобы ограничить полномочия банков и оградить вкладчиков от спекуляций. Однако с точки зрения рядовых граждан правительство всего лишь вытащило банки и корпорации из долговой ямы. Накопившееся недовольство вылилось в виде протестного «Движения чаепития» и «Захвати Уолл-стрит». За прошедшие с тех пор годы общественное доверие к правящим кругам так и не восстановилось. За доказательствами далеко ходить не надо: вполне достаточно избрания звезды телешоу в президенты США. Возможно, протестная галочка напротив фамилии Трампа и позволяла избирателю выйти из кабинки с приятным осознанием, что он утер нос элитам. Однако уже сейчас вполне очевидно (по крайней мере, нам), что вся программа Трампа – не более чем те же древние экономические идеи, только чуть-чуть подогретые и поданные под острым соусом. Мы никуда не сдвинулись по сравнению с 2008 годом.

В большинстве сфер американская экономика восстановилась – на данный момент безработица достигла рекордно низкого уровня, а индекс Доу – Джонса взлетел до небывалых высот. Но развитие происходит крайне неравномерно: рост заработной платы в богатейших кругах шестикратно превышает рост доходов среднего класса; с беднейшими слоями населения разрыв еще больше. Такая динамика сохраняется десятилетиями, но ее усугубил финансовый кризис и политическая стратегия, направленная на поддержку финансовых рынков, где держат активы богатейшие слои населения. Вот почему многие американцы (да и граждане других стран) чувствуют, что обмануты теми же структурами, которые в ХХ столетии обеспечивали прогресс и процветание. Это отчетливо видно по результатам масштабного социологического исследования, проведенного Исследовательским центром Pew Research, согласно которым уровень доверия американцев к правительству достиг исторического минимума (около 20 процентов в мае 2017 года)[16]. Другой опрос, проведенный Международным исследовательским центром Гэллапа, показал, что лишь 12 процентов граждан США доверяли Конгрессу в 2017 году, что значительно ниже 40 процентов, зафиксированных в 1979-м. Прессе доверяют 27 процентов американцев, тогда как 38 лет назад ей доверял 51 процент. Доверие к крупным компаниям испытывает 21 процент граждан по сравнению с 32 процентами в 1979 году[17].

Сейчас, когда мы пишем эту книгу, даже вполне лояльные республиканцы задаются вопросом, как Дональд Трамп вообще мог стать президентом и почему столько людей попалось на удочку откровенной дезинформации и теории заговора. Трамп – отъявленный лжец; он лжет даже тогда, когда все факты, опровергающие его слова, налицо. Но есть проблемы и посерьезнее: в мире, где скомпрометировано само понятие доверия, где уже не работают правительственные структуры, а компании, которые раньше гарантировали пожизненное трудоустройство, теперь переносят рабочие места за рубеж или отдают их роботам, ложь Трампа кажется пустяком по сравнению с систематическим обманом избирателей. Некогда надежные информационные агентства теперь вынуждены конкурировать с сомнительными интернет-источниками, причем и тех и других регулярно обвиняют в распространении «фейковых новостей». Запасы общественного доверия к официальным инстанциям истощаются, и без урегулирования этой ситуации наша демократия падет жертвой политиков и СМИ, которые говорят им ровно то, что те хотят услышать.

Доверие – в особенности к общественным институтам – ценнейший социальный ресурс, настоящая смазка человеческого взаимодействия. Когда этот механизм работает, мы принимаем его как должное – терпеливо ждем в очереди, соблюдаем правила дорожного движения, полагая, что и остальные делают то же самое. Доверие, которое стоит за нашим контактом с окружающими, даже не фиксируется в нашем сознании. Но когда доверия нет, мир в буквальном смысле начинает рушиться. Сегодня это особенно заметно на примере таких стран, как Венесуэла, где население утратило веру в правительство и выпускаемые им деньги, что привело к гиперинфляции, дефициту товаров, голоду, насилию, вооруженным протестам и полному социальному хаосу. Но похожие тенденции, хоть и завуалированные, можно наблюдать и в западном мире. В то время как правительства и центробанки пытаются привлечь инвестиции и создать рабочие места, печатая деньги или наделяя новыми привилегиями смежные структуры, граждане начинают выражать недоверие государству. В результате этих процессов США получили Дональда Трампа, а Великобритания – Brexit. Еще одним последствием стала экономическая дисфункция. Когда люди не доверяют экономической системе, они предпочитают не рисковать – то есть не тратить деньги. От этого страдает экономический рост и развитие.

Проблема доверия неразрывно связана с реестрами и ведением учетных записей. Чтобы понять эту связь, обратимся к малоизвестной истории одного монаха-францисканца. Будучи страстным любителем математики, он разработал систему, которая помогла Европе выйти из тьмы Средневековья в гораздо большей степени, чем банкиры Медичи, финансировавшие рост европейских держав. От этой истории можно протянуть нить к Lehman Brothers и рассмотреть, как более эффективные системы учета – такие как блокчейн – помогают обществу в кризисной ситуации.

Истина, доверие и реестры

Как так получилось, что компания заработала 4,2 миллиарда долларов в один год и обанкротилась на следующий? Дело не только в подтасовке отчетности, которой занимался банк Lehman Brothers, но и в злоупотреблении доверием акционеров, регуляторов и широкой общественности. Если говорить об отчетности, то руководство банка прибегло к бесчисленным уловкам, чтобы «навести красоту» в книгах и ведомостях – ключевых финансовых документах, на которые полагаются инвесторы и прочие заинтересованные лица, чтобы оценить возможные риски. Например, в конце квартала бухгалтеры Lehman Brothers убирали миллиарды долларов долга из балансового отчета и прятали их на временных счетах для сделок РЕПО (предназначенных для краткосрочных займов, а вовсе не для сокрытия долгов)[18]. В результате отчеты показывали более низкий уровень финансовой зависимости, чем на самом деле. По окончании отчетного периода долги снова вписывали в книги. В сущности, банк вел два вида документации: одну для публики, а вторую – для внутреннего пользования. Большинство принимало публичную бухгалтерию (банковскую версию «правды») на веру. Мошенничество обнаружилось в сентябре 2008 года. Однако корень проблемы – в слепом доверии общественности к банку. И это проблема веры – в буквальном смысле слова, – насчитывающая уже много веков.

Двойная бухгалтерия распространилась в Европе к концу XV столетия[19]. Большинство историков сходятся во мнении, что она подготовила почву для расцвета Ренессанса и зарождения современного капитализма. Что менее понятно, так это почему так получилось. Как нечто столь обыденное и скучное, как бухгалтерская книга, могло произвести культурную революцию в Европе?

За прошедшие почти семь столетий мы стали отождествлять (в коллективном бессознательном) финансовые отчеты с самой истиной. Например, если мы сомневаемся в благонадежности соискателя, то первым делом заглядываем в выписку с его счета – в персональный баланс. Когда компания хочет привлечь капитал из широких источников, она должна предоставить потенциальным инвесторам доступ к своей отчетности. Чтобы удержаться на рынке, ей нужны бухгалтеры, которые будут регулярно заверять эту отчетность. Прозрачная, тщательно заполненная документация – это святыня бизнеса.

Восхождение конторской книги до статуса носителя истины заняло несколько веков и началось с откровенной враждебности, выказываемой европейскими христианами ростовщикам до появления системы двойной записи. В древних цивилизациях к займам относились вполне уважительно. Общий тон задали вавилоняне: в Кодексе Хаммурапи прописаны правила выдачи и возврата ссуд, а также меры, которые полагалось применять к должникам. Однако в иудеохристианской традиции ростовщичество объявлялось грехом. «Не отдавай в рост брату твоему ни серебра, ни хлеба, ни чего-либо другого, что можно отдавать в рост» (Второзаконие 23:19–20), – гласит Священное Писание. «Взятки берут у тебя, чтобы проливать кровь; ты берешь рост и лихву и насилием вымогаешь корысть у ближнего твоего, а Меня забыл, говорит Господь Бог», – сказано в книге Иезекииля. Благодаря распространению христианской религии неприятие ростовщичества вплелось в ткань европейской культуры на добрую тысячу лет, что совпало с «Темными веками» – периодом, когда Европа утратила не только величие Древней Греции и Рима, но и растеряла почти все познания в математике. Наукой счисления в те времена пользовались разве что монахи, которым нужно было как-то определять точную дату Пасхи.

Только в XII веке, с началом Крестовых походов и торговли со странами Востока, европейцы познакомились с математическими системами, разработанными в арабском мире и Азии[20]

Конец ознакомительного фрагмента. Купить полную версию.

Примечания

1

Издана на русском языке: Винья П., Кейси М. Эпоха криптовалют. Как биткоин и блокчейн меняют мировой экономический порядок. М.: Манн, Иванов и Фербер, 2018. Прим. ред.

2

В книге употребляются два варианта написания термина «биткоин» – с прописной и строчной буквы, что объясняется разницей в значении. Слово «биткоин» в значении валюта, денежная единица, пишется со строчной буквы; если же речь идет о платежной системе и одноименном протоколе передачи данных, лежащем в основе технологии блокчейн, – то с прописной.

3

Термин «блокчейн» в последнее время употребляется широко, но не всегда корректно. Мы будем использовать его в трех основных значениях. Первое – «Блокчейн» с прописной буквы как изначальный распределенный реестр биткоина. Второе – «блокчейн» со строчной буквы (имеет форму множественного числа «блокчейны») как любой распределенный реестр, имеющий вид непрерывной цепочки блоков. Наконец, третье – «технология блокчейн», включающая в себя всю совокупность методов, принципов, технологий и их применения. Кроме того, говоря о технологии «распределенных реестров», мы имеем в виду не только блокчейны, но и любые распределенные реестры вообще. Нам не хотелось бы использовать слово «блокчейн» как неизменяемое и неисчислимое абстрактное существительное. С нашей точки зрения, блокчейн (как и любой реестр) – вполне конкретный объект, а не процесс и не метод. В названии книги мы пишем слово «Блокчейн» с прописной буквы, чтобы подчеркнуть ту роль, которую изначальный Блокчейн – реестр биткоина – сыграл в становлении новой технологической сферы.

4

Интервью проведено сотрудниками ВПП. Отправлено Майклу Кейси по электронной почте 7 августа 2017 года.

5

Интервью взято Майклом Кейси по телефону 20 июля 2017 года.

6

Международная финансовая организация, созданная в 1959 году в целях финансовой поддержки экономики стран Латинской Америки и Карибского бассейна.

7

Подробнее об этом см: Kashmir Hill, “‘God View’: Uber Allegedly Stalked Users For Party-Goers’ Viewing Pleasure,” Forbes, October 3, 2014, https://www.forbes.com/sites/kashmirhill/2014/10/03/god-view-uber-allegedly-stalked-users-for-party-goers-viewing-pleasure/#2aa731af3141.

8

Подробное объяснение архитектуры Internet 3.0 см. в: Jeff Hussey, “Internet 3.0: Welcome to the Future of Secure Networking,” Tempered Networks, https://www.temperednetworks.com/blog/internet-3-0-welcome-to-the-future-of-secure-networking/.

9

Также известна как экономика совместного потребления. Концепцию предложили экономисты Рэйчел Ботсман и Ру Роджерс исходя из идеи, что потребителю часто выгоднее платить за временный доступ к продукту, чем владеть им. Данная экономическая модель набирает популярность и, по версии журнала Time, относится к явлениям, которые изменят мир в ближайшем будущем. Прим. ред.

10

См. об этом: Jonathan Shieber, “Blockchain Consortium R3 Raises $107 Million,” TechCrunch, May 23, 2017, https://techcrunch.com/2017/05/23/blockchain-consortium-r3-raises-107-million/.

11

Цифры предоставлены Майклу Кейси порталом CoinDesk. Получены по электронной почте 22 августа 2017 года.

12

См. Chris Burniske and Jack Tatar, Cryptoassets: The Innovative Investor’s Guide to Bitcoin and Beyond (McGraw Hill, 2017).

13

Термин «интернет ценностей» был введен в обиход командой Ripple Labs, которая занимается разработкой протокола для одноранговых платежей и транзакций. Первое упоминание см. в: Stefan Thomas, “The Internet’s Missing Link,” TechCrunch, September 27, 2014, https://techcrunch.com/2014/09/27/the-internets-missing-link/.

14

.: Douglas Garbutt, “The Significance of Ancient Mesopotamia in Accounting History,” Accounting Information 11, no. 1 (1984), http://www.accountingin.com/accounting-historians-journal/volume-11-number-1/the-significance-of-ancient-mesopotamia-in-accounting-history/.

15

.: Lehman Brothers Holdings, Inc., “Annual Report Pursuant to Section 13 or 15(d) of the Securities Exchange Act of 1934 for the Fiscal Year Ended November 30, 2007,” United States Securities and Exchange Commission, https://www.sec.gov/Archives/edgar/data/806085/000110465908005476/a08-3530_110k.htm.

16

См.: Pew Research Center, “Public Trust in Government: 1958–2017,” May 3, 2017, http://www.people-press.org/2017/05/03/public-trust-in-government-1958-2017/.

17

См.: Gallup, “Confidence in Institutions,” http://www.gallup.com/poll/1597/confidence-institutions.aspx.

18

Подробнее о механизме использования «РЕПО 105 в деле Lehman Brothers см: Jacob Goldstein, “Repo 105: Lehman’s ‘Accounting Gimmick’ Explained,” NPR Planet Money, March 12, 2010, http://www.npr.org/sections/money/2010/03/repo_105_lehmans_accounting_gi.html.

19

См.: Mary Poovey, A History of the Modern Fact (University of Chicago Press, 1998).

20

См.: Mary Poovey, A History of the Modern Fact (University of Chicago Press, 1998).