Алёна Холодная

Тайны родовой магии

Мой неземной херувим.

Глава 1

Я стояла перед высокими коваными воротами, удивляясь их размерам. Сквозь решётки виднелась Академия, которая представляла собой многоуровневые сооружения с высокими башнями; её корпусы были соединены между собой наземными галереями.

Академия напоминала величественный замок, хранящий свои тайны и секреты, притягивающий к себе заинтересованные взгляды.

Я никогда не видела ничего подобного, даже городская ратуша нашего города в несколько раз меньше.

Говорят, это самая большая высшая школа магии во всей Империи Кристаллов, и существует уже более сотни лет.

Всего один шаг и это станет началом новой жизни.

Всего один шаг и прошлое останется позади.

Сердце замирало от волнения, и я предвкушала это неизвестное, но такое желанное будущее.

Перед воротами толпились юноши и девушки – все они сегодня станут адептами Академии Империи Кристаллов.

Нас были сотни человек, стоящих перед воротами замка. Мы ждали своей очереди, чтобы войти в эти ворота, символизирующие новый этап жизни для каждого.

Кто-то появлялся из телепортов, кто-то прибывал на экипажах, были и те, кто приходил пешком.

Стояла холодная осень и, несмотря на солнце, ледяной ветер пронизывал до самых костей. Он пролетал сквозь меня, забирая всё самое печальное из моих воспоминаний о прошлой жизни, и уносил далеко, настолько далеко, что эти чувства никогда не вернутся.

Остановившись в воротах, сделав глубокий вдох, я шагнула навстречу ледяному ветру, навстречу новой жизни, оставляя позади все свои печали, пролитые слёзы, внутреннюю боль и рухнувшие мечты.

Теперь я – адептка Академии Империи Кристаллов.

За воротами нас встречал преподавательский состав во главе с ректором.

Мне удалось разглядеть его чёткие черты лица; его левая бровь была слегка приподнята, что придавало ему высокомерный вид. Чёрные волосы, которые обрамляли острое лицо, спадали до плеч. Прямая осанка, словно он каменное изваяние. От него веяло силой и могуществом. Он смотрел на проходящих мимо него учеников, и в его глазах отражалась отстранённость, но он следил за каждым, кто переступал ворота.

На секунду его взгляд замер на мне, затем вспыхнул и резко потемнел, ещё через мгновение он снова стал блуждать по идущим мимо него адептам с нескрываемым безразличием и отрешенностью.

Я невольно поёжилась от того, насколько пронизывающим был его взгляд. На секунду мне показалось, что все мои тайны и мысли оказались увиденными.

Прибавив шаг, чтобы поскорее оказаться как можно дальше от этого заглядывающего в самую душу человека, я двинулась вперёд.

С каждой секундой мне становилось легче, тревога покидала меня и через минуту я уже могла любоваться пейзажем Академии.

Двигаясь по красной аллее, я невольно затаила дыхание, стараясь навсегда сохранить в памяти картины прекрасного пейзажа.

Вдоль аллеи были высажены огромные клёны: мне казалось, что ветви их уходят в самое небо. Лучи солнца, падающие на них сквозь облака, делали кроны ещё более красными, как если бы они горели огнём.

Так, вся в мечтах о прекрасном будущем, я и не заметила, как вошла в главные двери.

Стены помещения, в которое я попала, были в сотни раз выше меня и с трудом можно было разглядеть, что изображено под самым куполом – на этом фоне я ощущала себя песчинкой. Именно здесь в огромном зале мы и дожидались официального распределения и получения инструктажа о начале занятий, расселении и расположении корпусов на территории Академии.

Скучая от затянувшегося ожидания, я невольно провалилась в омут воспоминаний: перед глазами всплыли картины прошлого, я и сама до сих пор удивлялась, каким чудом мне удалось попасть в Академию Империи Кристаллов.

Три месяца назад в моём родном городе всюду появились объявления о прибытии комиссии для отбора студентов на обучение в магической академии.

Было объявлено, что рассматривают всех магически одарённых людей из любого сословия.

И я решила, что это мой шанс на другую жизнь. Необходимо было попробовать пройти испытания. Я решила во что бы то ни стало попасть в эту академию.

Ещё в детстве во сне ко мне приходили умершие незнакомые люди, которые беседовали со мной, задавая разумные вопросы и давая наставления. Это был словно сон во сне.

Но когда я сказала об этом маме, она лишь отмахнулась от меня. По её мнению, это всё глупости, и в нашей семье магически одарённых потомков не было и быть не может. Каждый раз, когда я снова упоминала о своём даре, мама строго меня отчитывала и наказывала.

Однажды она даже пригрозила мне, что отправит в лечебницу для душевнобольных, если я не прекращу говорить глупости. После нескольких эпизодов с такой реакцией на мои магические способности, я для себя решила, что лучше молчать и ни с кем не делиться своей тайной.

До сегодняшнего дня.

Я успела в последний день попасть на приём к комиссии – желающих было много, из десяти человек выбирали одного. Отбор был жёсткий, но, по всей видимости, справедливый, или мне хотелось так думать.

Когда я вошла в кабинет, комиссия из четырёх человек осмотрела меня с ног до головы. Некоторые из них невольно скривились, другие с безразличием смотрели поверх меня.

Конечно, ведь перед ними предстала хрупкая молодая девушка с русыми волосами, заплётенными в косу, и изумрудными глазами; в простом платье цвета глубокой морской волны, в далеко не новых ботинках. Никакого намёка на богатое сословие, никаких мехов на плечах, никакого жемчуга в ушах. Но ведь они должны проверять не толщину кошелька, а наличие магических способностей, разве нет?

Члены комиссии же, в свою очередь, могли послужить эталоном изысканности. То, как они сидели, как вели себя, их богатая одежда, аромат парфюма, наполняющий комнату – всё это кричало об их статусе.

От страха мои руки затряслись, и мне пришлось спрятать их за спиной, чтобы комиссия не увидела этого.

Здесь и сейчас я понимала, что от меня зависит моё будущее. Другой возможности не будет, и если я провалю собеседование, то останусь без билета в новую жизнь.

Паника медленно овладевала моим телом.

– Чем вы нас удивите, юная леди? Споёте или станцуете, как пришедшие перед вами? Или покажете свои способности к магии? – из состояния ужаса меня вывел голос молодого мужчины, богато одетого, который смотрел на меня с нескрываемым отвращением на лице.

– Как ваше имя? – спросил мужчина, что выглядел намного старше, чем первый. – Зачем быть столь грубым, лорд Дэсай? Я – магистр Алькантар Сонак, декан факультета оккультных наук, а это – лорд Алек Дэсай, декан факультета боевой магии.

Имя. Моё имя. Что сложного в том, чтобы его назвать? По правде сказать, всю свою сознательную жизнь я использовала девичью фамилию матери. Все знали меня как Иллария Кром. Свою настоящую фамилию я никогда и нигде не упоминала, потому что мама запрещала использовать её, объясняя это тем, что за отцом осталось много займов, и если фамилия Калиго всплывёт, то нам придется расплачиваться за долги нашей семьи.

– Иллария Калиго, – ответила я, и голос предательски дрогнул, когда двое других представителей комиссии подняли глаза и начали с нескрываемым любопытством рассматривать меня.

– Меня зовут Иллария Калиго, – с уверенностью в голосе добавила я.

– Калиго… Какая необычная фамилия для этих земель, – задумчиво сказал магистр Сонак. – А кто ваши родители?

– Моя мама – простая знахарка, она разбирается только в травах и магией не владеет, – последовал мой ответ. – Отца я никогда не видела и мама говорит, что он умер много лет назад.

– Ну что ж, – начал было магистр, – давайте посмотрим, что вы умеете. А с остальным разберёмся потом.

– Да, покажите нам ваши выдающиеся способности! – перебил его лорд Дэсай, усмехаясь мне в лицо. – С такой громкой фамилией вы, должно быть, великая магиня?

Я удивлённо хлопала глазами, не понимая, о чём идет речь, о какой громкой фамилии. На что намекает этот надменный, напыщенный индюк?

Мама никогда и ничего не рассказывала мне об отце. Она всегда отвечала немногословно и с огромной неохотой, иногда даже с раздражением говорила о нём. Все воспоминания о нём сводились к тому, что он давно мёртв, и нам от этого не легче. Мама всю жизнь старалась не вступать в ряды одиноких женщин.

– Женщина не должна быть без мужчины, это очень тяжело. Не стоит разрывать свою душу, – говорила она, выходя из одной лодки любви и садясь в следующую.

Но у неё не всегда получалось хорошо выбирать себе спутников; поначалу я переживала за неё, а потом перестала обращать на это внимание.

Один возлюбленный сменялся другим и ничего нового, кроме гуляний, ссор и разборок, в семью это не приносило. Моя спокойная беззаботная детская жизнь закончилась, когда мне было двенадцать.

В двенадцать мне пришлось повзрослеть и заниматься домом, пока мама устраивала свою личную жизнь, изредка обращая на меня внимание.

В шестнадцать я стала взрослой, отбросив детскую доверчивость. Я поняла, что хочу вырваться из этого дома и никогда туда не возвращаться.

– Иллария Калиго, так что вы для нас приготовили? – голос магистра вернул меня обратно в кабинет, где решалась моя судьба.

– Я владею лишь немногими простейшими бытовыми заклинаниями, которые были в свободном доступе в нашей городской библиотеке. Ещё во сне ко мне приходят души мёртвых людей и разговаривают со мной, – я всматривалась в лицо магистра, которое, на мой взгляд, стало слегка огорчённым.

– Получается, вы можете вызвать душу умершего? Вы знаете основы ментального медиумизма или вы прибегаете к некромантии для этого? Я правильно вас понимаю? – тут высказался первым лорд Дэсай, и явно не желая униматься, продолжил, ставя в тупик меня своими вопросами. – Вы могли бы вкратце рассказать, как вы это делаете?

– Алек, – вмешался магистр в наш разговор, – ты же понимаешь, что вызов души для диалога возможен лишь некромантами высшего порядка либо медиумами, которые ведут практику долгие годы? Зачем ты заваливаешь девочку с самого начала?

– Магистр Сонак, я считаю, что эта леди не обладает какими-то выдающимися магическими способностями! А про фамилию и вовсе молчу! Наверняка это не её фамилия – возможно, она вычитала её в книжке и решила присвоить себе, – сказал лорд Дэсай, смотря на меня и прикрывая свою улыбку рукой, делая вид, что находится в глубоких размышлениях, а не насмехается надо мной.

Смолчать у меня не получилось. Совершенно не понимая, при чём тут моя фамилия, и чтобы внести хоть немного ясности в сложившуюся ситуацию, я приняла решение вмешаться в разговор двух лордов. Становилось понятно, что в Академию мне не попасть. И этот напыщенный индюк! Что он себе позволяет?

Злости моей не было предела, но, собрав всю волю в кулак, спокойным тоном и с завидной выдержкой я решила обратиться непосредственно к магистру.

– Магистр Сонак, простите, а что не так относительно моей фамилии? Она принадлежит мне с рождения, и числится в моих метриках. Я не присваивала чужого имени. Возможно, потому что я смешна, не обладаю необходимыми знаниями, плохо одета или просто не подхожу под ваши параметры, вы считаете, что я недостойна обучаться в вашей Академии! – я понимала, что мой голос перешёл на крик, но уже не старалась сдерживать себя, одновременно с этим я чувствовала, как воздух вокруг начал потрескивать.

Злость вперемешку с обидой бушевали внутри, глаза предательски защипало от слёз, а лица комиссии от удивления вытягивались всё сильнее и сильнее.

Пространство вокруг меня вспыхнуло, волны зелёного света разошлись по комнате. В какой-то момент женщина из комиссии вскрикнула и резко вскочила – от этого движения стул позади неё с грохотом опрокинулся на пол. Комиссия из трёх человек медленно перевела взгляд с меня на неё, а затем вновь на меня.

Улыбка с лица напыщенного индюка начала медленно сползать, а глаза с каждой секундой всё сильнее расширялись.

Я смотрела на них сквозь слёзы, в груди застрял ком, который невозможно было проглотить.

Мне хотелось задать лишь один вопрос.

– Почему? – послышалось от той самой женщины, что опрокинула стул.

Её глаза были стеклянными, а голос похож на еле уловимый шёпот.

– Почему? Ответьте мне? За что? За что создатель наказывает меня в этой жизни? Что такого было совершено мной в прошлой жизни, что так жестоко приходится расплачиваться в этой? – её губы произнесли то, что не могла сказать я.

Головы членов комиссии вновь сделали поворот в сторону женщины и повернулись ко мне.

Я почувствовала, как силы стали стремительно меня покидать, и осела на пол, голова закружилась, во рту появился привкус горечи.

Что происходило дальше я понимала с трудом, несмотря на то, что в чувство меня привели быстро. Голова немного кружилась, а в ушах ещё стоял лёгкий звон.

Вторая женщина была с факультета целительства и, как я поняла позже, она-то и позаботилась обо мне, пока магистр Сонак и лорд Дэсай что-то бурно обсуждали, хлопая по щекам четвёртого члена комиссии.

– Алек, что ты натворил? Зачем было провоцировать девочку на магический выброс? – до меня доносился приглушённый голос магистра. – Если этот инцидент дойдет до ушей ректора, ты представляешь, что будет? О чём ты думал?

– Алькантар, я думал, она одна из тех бездарных, что приходили впустую тратить наше время. Да ещё и присвоила фамилию древнего рода, – начал было лорд Дэсай, но расслышать конец разговора мне уже не удалось.

– Леди Иллария, как вы себя чувствуете? У вас был неконтролируемый магический выброс, рекомендую вам обратиться к врачу, – целительница давала мне наставления, но при виде моего потерянного взгляда, в котором отражалось полное непонимание, лишь добавила. – Просто отдыхайте, и не перетруждайте себя. Хотя бы пару-тройку дней. И ни в коем случае не пытайтесь использовать магию. И примите мои поздравления.

Я сделала многообещающий кивок и поднялась с пола.

В целом, ощущения мои были такими же, как и до прихода на собеседование, чувствовалось лишь небольшая усталость.

Итогом этого экзамена стало принятие решения о зачислении меня в Академию. Магистр Сонак вручил мне документ, подписанный им, напыщенным индюком и целительницей. Четвёртого члена комиссии в чувства привести так и не удалось.

– Леди Калиго, – начал магистр Сонак, предупреждая взглядом второго лорда, чтобы тот не вмешивался. – Вы показали наличие у вас магических способностей, хоть и при необычных условиях. Мы с коллегами посовещались и приняли решение о зачислении вас в ряды учеников Академии Империи Кристаллов. Ждём вас на официальное распределение через неделю.

И с этими словами мне вручили заключение комиссии об успешном прохождении собеседования и получением права на зачисление в Академию.

Стоит ли упоминать о том, что вещи были собраны в тот же вечер, а всё оставшееся время до отъезда я проводила за книгами в библиотеке?

– Дорогие адепты! Сегодня вы начинаете новую главу в своей жизни. И я надеюсь, что войдя в эту обитель знаний, вы покинете её высококвалифицированными специалистами. Уж поверьте, мы приложим для этого все усилия! – начал свою речь ректор, широко улыбаясь.

Пришлось сразу же собрать свои блуждающие в воспоминаниях мысли и сконцентрироваться на главе Академии.

– Для тех, кто не знает или успел забыть: меня зовут Элиан Руакс. Я являюсь ректором Академии Империи Кристаллов. Обращаться ко мне вы все можете, непосредственно, лорд Руакс или архонт Руакс. Просьба: ударение в моей фамилии делать на первую гласную букву. Сегодня вас распределят по факультетам, заселят в комнаты, выдадут все необходимые вещи. Также проведут инструктаж о том, куда можно ходить, а куда нет; что бывает за прогулы и неуважение к преподавательскому составу; что нельзя делать на территории Академии. А также вы познакомитесь с вашими кураторами. На этой минуте я прощаюсь с вами. Удачного всем вам дня.

После этих слов ректор удалился, и началось то, чего я боялась больше всего на свете – хаос.

Все стали продвигаться в трех направлениях. Конечно, кураторы выкрикивали имена, но в такой суматохе сложно было что-либо расслышать.

Через час толканий, непрекращающегося гула и криков, я поняла, что в зале просто нечем дышать, и решила выбраться на свежий воздух.

Проталкиваясь через толпу, я шла по направлению к двери и, с трудом выбравшись, я подошла и потянула её на себя. Тяжёлая створка с громким скрипом подалась, и моему взору открылась осенняя картина. Мелкие капли, что попадали мне на лицо, шею и открытую часть рук, заставили поёжиться, но возвращаться в зал совершенно не хотелось.

Меня завораживал шум дождя, запах мокрой земли – они уносили мои мысли далеко от этой суматохи. Мне представлялись бескрайние горные просторы, а ритм, отбиваемый каплями дождя, лишь распалял моё воображение.

Простояв так в течение получаса, я осознала, что платье и волосы стали влажными, а по коже пробегает холодок.

В этот момент мне показалось, что за мной наблюдают, но, посмотрев по сторонам, я никого не обнаружила.

Лучше поскорее вернуться обратно в зал, где проходило распределение, и мне оставалось только надеяться, что оно достигло своего апогея или хотя бы сдвинулось с мёртвой точки.

***

К вечеру уставшая, но счастливая, я стояла напротив своей комнаты.

Большая тяжёлая дубовая дверь разделяла меня и мой новый дом на ближайшие несколько лет. Справа от двери висел небольшой магический почтовый ящик, которым ещё необходимо было научиться пользоваться.

Как оказалось, женское общежитие и мужское находились в отдельно стоящих корпусах недалеко от берега океана.

Снаружи здание ничем не привлекало взгляд. Оно выглядело как простая серая каменная коробка, но то, что оказалось внутри, весьма меня удивило и порадовало.

Мало того, что у меня, как и у всех адептов женского общежития, была своя отдельная комната, так ещё и размеры этой самой комнаты были внушающими. Она состояла из просторной гостиной, в которой располагалась рабочая зона с письменным столом, изолированной спальней и ванной комнатой.

Все комнаты были в нежно-бирюзовой цветовой гамме, а ванна была в молочных тонах. В гостиной располагался камин, напротив которого стоял диван с двумя креслами и кофейным столиком.

Наличие широкого эркера сразу натолкнуло меня на мысль, что свободные вечера можно проводить в обнимку с книгами или просто смотреть вдаль, ведь окно эркера открывало взору океан.

Кружась по комнате и прижимая к груди форму и расписание, я громко и заливисто хохотала, но в один момент случайно оступилась и рухнула со всего маху прямо на диван.

На секунду сердце в груди замерло, а затем комнату вновь залил мой смех. Эмоции переполняли меня. Я была так счастлива!

– Идеально, – только и смогла я выговорить, войдя в спальню.

И с разбега запрыгнула на широкую кровать.

Учёба начнется только через два дня, и за этот срок необходимо обустроиться, взять все необходимые книги в библиотеке и обжиться.

– На новом месте приснись жених невесте, – понимая, что проваливаюсь в сон, сказала я.

Глава 2

Я стояла в дверях главного зала и смотрела на проливной дождь.

Воздух был настолько влажным, что намокшая одежда прилипала к телу. Однако ощущение, что за мной наблюдают, не покидало меня.

– Кто здесь? – спросила я, слегка выглядывая наружу.

В стороне кто-то стоял спиной ко мне.

– Кто вы? – ответа не последовало и фигура начала удаляться. – Подождите! Где же вы?

Пару мгновений я раздумывала, как поступить: отправиться следом или всё же вернуться?

Но вдруг я почувствовала, как чья-то рука легла на моё плечо.

– Я здесь… – последовал чей-то шёпот возле самого моего уха.

От неожиданности я закричала и проснулась.

Резко сев в постели, постаралась успокоить своё сбитое дыхание.

Яркая зелёная вспышка, словно волна, осветила тёмные углы комнаты и исчезла так же неожиданно, как и появилась.

Тем временем, за окном загорался рассвет.

Волосы прилипли ко лбу, всё тело покрылось холодным потом – моё утреннее пробуждение было, мягко говоря, не очень приятным.

Я посмотрела на часы и поняла, что до основного подъёма еще два часа.

– Вот тебе и жених, – только и смогла пробубнить себе под нос, направляясь в ванну.

Пока горячие струи воды смывали остатки сна, успокаивая меня, я мечтала о грядущем и размышляла о случившемся со мной.

В день отбора по лицам приёмной комиссии было легко понять, что таким как я, простым людям без наличия титулов и превосходной родословной, нет места в стенах магической Академии. Да и сама я не до конца понимаю, что за магический выброс произошёл тогда.

Но как бы там ни было, я уже сделала невозможное! Я – адептка Академии Империи Кристаллов. Уху!

Осталось приложить максимум усилий к учёбе, чтобы меня так же скоро не отчислили из Академии, как и приняли. Так же необходимо придумать, как заработать денег на карманные расходы.

Дома я помогала маме со сбором трав и доставкой приготовленных ею лекарств клиентам. Конечно, моё денежное вознаграждение за работу было чисто символическим, но зато скопленных денег мне хватило на дорогу сюда, что определённым образом придавало мне гордости.

Но что делать в стенах Академии я так и не решила. Сомневаюсь, что моих знаний будет достаточно, чтобы получить стипендию. Детей готовят сюда с детства, а я готовилась сама, как могла.

А так всё предельно просто: впереди пять лет обучения, свобода и самостоятельность, о которой я так мечтала. Главное уверенным шагом идти к намеченным целям.

Из ванны я вышла с боевым настроем и ощущением, что мне под силу свернуть даже горы.

До завтрака оставалось время, и я быстро изучила своё расписание, а также список необходимых учебников, которые следовало получить в библиотеке.

Часть из них было необходимо взять в городской библиотеке, так что вылазка за пределы академии мне обеспечена.

***

Столовая была огромной, в ней встречались адепты всех факультетов.

А их в Академии было три, как удалось мне узнать у моей одногруппницы Амиры Ирани.

Это была хрупкая девушка, черты лица которой напоминали скорее эльфа, чем человека. У неё огненно-рыжие волосы, бездонные бирюзовые глаза. Однако ей не было присуще то высокомерие, которое было в крови каждого эльфа.

Амира с огромным удовольствием поведала мне абсолютно всё об Академии, что знала сама. Она оказалась страшной сплетницей, но в то же время очень полезным информатором, который знал всё обо всех.

Сложно представить, когда и как она выяснила абсолютно всё, учитывая, что она в Академии столько же, сколько и я.

Нет, с эльфами её определенно ничего не связывало, ну разве что только черты лица.

Империя на северо-западе граничила с Закрытыми Землями Эльфов, которые стали суверенным государством более двухсот лет назад, отделившись от всего мира за высоким хребтом непроходимых гор.

Они не вошли в состав Империи Кристаллов, и вообще предпочли спрятаться в своих закрытых вечно зелёных землях, и стараются не вести никаких дипломатических разговоров с нынешним императором. С одной стороны их окружает море, а с другой – горный хребет, преодолеть который под силу только дракону.

Они предпочли отгородиться от мира и их можно понять, ведь причина такой отстранённости скрывается в массовом геноциде эльфийского народа.

Во времена междоусобных воин за власть над землями, которые ныне вошли в состав Империи Кристаллов, их численность сильно сократилась из-за массовых убийств, показательных казней и всего прочего, что было по вкусу сумасшедшему узурпатору тех времен императору Аардэну, потому как они отказались встать на его сторону в этом сражении.

Полагаю, нужно держать с Амирой ухо востро, пока я не буду уверена, что это не какой-нибудь шпион эльфийского народа. Хотя нет, какой с неё шпион, она ведь и более пяти минут помолчать не может – болтает без умолку.

Итак, первым и самым почётным оказался факультет боевой магии, где балом правил напыщенный индюк, он же лорд Алек Дэсай. Надеюсь, встречаться мы будем редко – мне хватило его высокомерия во время вступительных испытаний.

На этом факультете учились адепты, осваивающие боевую магию.

Боевые маги – защита и сила Империи.

Это был самый престижный факультет, и боевыми магами хотели бы быть все, кто умел управлять стихийной магией, но дорога была открыта лишь для сильнейших.

К сожалению, половина адептов, обучающихся на этом факультете, не сможет дойти до конца. Как показывала практика, кто-то сдавался, другие же становились жертвой магического выгорания.

Говорят, что стихийники и смерть идут рука об руку – настолько опасна их работа по окончанию академии.

Но те, кому удается пройти этот путь от начала и до конца, получают власть, приближение к императору, богатство и титул. Наверное, это был самый жестокий факультет по отношению к адептам Академии.

Со слов Амиры, адептов старших курсов всё время гоняли по полигону. Либо забрасывали на пустырь нежити, расположенный на этом же самом полигоне. Они отрабатывали стихийную и боевую магию. Физическая подготовка у боевых магов была на десять с плюсом.

Я молчу о том, скольких из них уносили в лазарет после тренировок. Закрадывалось ощущение, что на полигоне идёт война, а не практика.

Второй – факультет оккультных наук, который возглавлял магистр Алькантар Сонак. На этом факультете изучали такие предметы, как философия оккультизма, основы магии, основы медиумизма и самым главным занятием на факультете считалась практика по ментализму.

На него меня и отправили учиться после распределения.

Попасть на факультет оккультных наук было намного проще. Многие считали, что на этом факультете выпускаются только медиумы, которые смотрят в шар и трактуют пророчества в своём видении – это, пожалуй, и служило небольшому потоку желающих попасть на этот факультет в день распределения.

Но, как оказалось, после обучения в стенах Академии оккультникам открывались многие двери.

Специалист, владеющий ментальной магией, мог бы стать прекрасным служащим в отделе охраны правопорядка и стабильности магии, например, в моём родном городе.

В любом месте, где нужно любой ценой узнать правду, в том числе при помощи вмешательства в сознание, оккультник будет незаменимым сотрудником.

Но лишь самым сильным магам, владеющим ментальной магией, откроются двери для службы императору в его тайной канцелярии.

Как оказалось, магическое выгорание редко встречалось на этом факультете. Многие адепты не выдерживали и бросали учёбу, потому что безжалостно и без колебаний выпотрошить ментально мозги во время допроса мог не каждый. Бррррр.

По правде сказать, мне и самой сложно представить, как я буду кого-нибудь допрашивать, тем более применяя ментальную магию, лавируя в воспоминаниях совершенно незнакомого мне человека, причиняя при этом ему боль как физическую, так и душевную. Не знаю, смогу ли я?!

Третьим факультетом был факультет целительства, на котором изучали основы целительства и знахарства. Их практика проходила в лазарете, когда адепты факультета боевой магии приползали за помощью.

Что-то более подробное выведать мне не удалось, потому что желудок Амиры оказался не очень крепким, и рассказы о лечении открытых переломов для её тонкой натуры оказались слишком тяжелы, так что она поспешила прервать наш разговор.

После завтрака я вернулась в свою комнату, чтобы как следует отдохнуть, набраться сил и подумать перед началом учёбы.

За эти два дня, отведённые для подготовки к учебе, я не раз возвращалась к вопросам: что делать, если не справлюсь с учёбой? Если меня отчислят из Академии: отправиться домой или постараться пустить корни в этой части империи?

Безусловно, я скучала по своему дому, но он расположен на севере империи, в самой захолустной и неразвитой её части.

Люди там живут тем, что возделывают землю, создают семьи и ведут рутинный образ жизни. А для женщин уготована роль домашней хозяйки, которая будет готовить, прибирать, рожать и воспитывать детей.

Остаться там – означало быть одной из сотни женщин, что жили до меня, и будут жить после меня, которые не увидят ничего, кроме сельской жизни.

Олир граничил с Лесом Оборотней и горным хребтом, что отделял Закрытые Земли Эльфов. Торговцы не сильно любили наведываться в наши края, так как это была тупиковая точка на карте Империи Кристаллов.

Академия же располагалась на юге Империи. Эта часть земель считалась самой развитой и через неё проходили все торговые пути. Юг считался культурным центром, ибо здесь бурлила жизнь во всех её проявлениях.

Конечно, я приложу все усилия, чтобы успешно закончить академию. Или хотя бы пустить корни в этой части империи и не возвращаться домой.

На востоке располагались Закрытые Земли Драконов, а за ними Край Фениксов, между ними залегли Земли Гномов, которые, в свою очередь, входили в состав имперских земель.

После объединения земель и получения суверенитета некоторыми расами, Император установил на территории всех своих земель ворота, оснащённые кристаллами, что создавали порталы для перемещения из одной точки империи в другую.

С приходом к власти Императора Таллиса жизнь стала лучше. Всего двести лет назад эти земли были разорваны междоусобицами и утоплены в крови. А сейчас здесь царит гармония и мир, не смотря на то, что власть он захватил силой, не без помощи своих сторонников.

Раздумывая о своём будущем и прошлом не так давно растерзанной империи на части, я смотрела вдаль на океан. Как же всё-таки он красив, свободен и непокорен.

Мне нужно составить запасной план: как быть и что делать, если меня отчислят. Смогу ли я найти себе работу? Наверное, только ту, которой довольствуются работяги без образования. Теперь подработки у меня нет, а денег, которые я скопила до Академии, надолго не хватит. Чтобы получать еженедельную стипендию, нужно учиться, и хорошо, даже отлично. Что же мне делать?

Я быстро собралась и отправилась на улицу – возможно, на берегу океана думать будет легче.

Прогуливаясь по берегу, я наблюдала, как вода омывает песок, а волны накатывают на берег и уносят частички песка на глубину.

Влажный морской воздух наполнял мои лёгкие, а мелкие капли, приносимые им, попадали на лицо.

Опустившись на корточки, я засмотрелась, как вода играет с песком: золотые крупинки мерцали искрами даже в пасмурном свете наступающего дня. Солнце было скрыто плотной пеленой свинцовых туч, которые бежали по нему под упругими порывами ветра. Погрузив руку в воду, я ощутила ледяную хватку океана – вода как будто забирала тепло и чувствительность из моих пальцев. На мелководье волны ещё были прозрачными, но дальше приобретали мрачный стальной цвет, так что казалось, будто толща воды соткана из черноты.

Погода начала стремительно портиться: ветер усиливался, и небо заволакивало тёмными облаками.

Следовало бы вернуться обратно в комнату, но я решила, что ещё успею пройтись немного до того, как разыграется серьёзное ненастье, и продолжила прогулку, направив свои шаги в противоположную сторону от корпуса общежития.

С каждым шагом порывы ветра становились всё сильнее, а океан становился всё беспокойнее.

Вдруг послышались крики и взвыла сирена – по громкоговорителю был отдан приказ о необходимости всех адептов вернуться в свои комнаты до момента полного устранения опасности.

Шум океана заглушал звук и понять, что точно произошло, не получалось, но было видно, как все бегут в сторону общежития.

А ещё я увидела, что за адептами гналось какое-то чудовище с довольно большой скоростью. Это было зелёное собакоголовое и ластоногое существо по размерам напоминающее лошадь, с хвостом, покрытым огромными шипами.

Небольшая группа адептов разбегалась врассыпную. Чудовище сначала поочерёдно преследовало некоторых из них, бросаясь то вправо, то влево, а затем на секунду застыло, подняв высоко голову вверх, словно принюхиваясь. После этого оно резко бросилось в сторону берега, отчего стало понятно, что чудовище теперь уже бежит на меня.

Понимая, что ЭТО настигнет меня гораздо быстрее, чем я смогу проделать хотя бы треть пути, я заметалась из стороны в сторону, пытаясь найти лучшее решение этой проблемы.

Слева виднелись корпуса общежития, справа – открытые беседки, и намного дальше виднелось здание. Мне не успеть добраться до них. За моей спиной был океан. ОКЕАН!

Недолго думая, я побежала в чёрные воды.

Оказавшись в воде, я ощутила ледяную хватку океана, так что зубы мгновенно застучали от холода. Но выбирая между перспективой быть съеденной или замёрзшей, я сделала выбор в пользу холода.

Отплывая как можно дальше от берега, я изо всех сил старалась затаиться и даже слиться с водой. Но отяжелевшее в воде пальто тянуло вниз, а ботинки, подобно привязанным к ногам камням, затрудняли движение ног.

Я начинала тонуть и старалась скинуть с ног ботинки и расстегнуть пуговицу на пальто, чтобы сбросить весь груз, что утягивал меня на дно.

Лёгкие словно стянуло тугим обручем, отчего дыхание становилось сбивчивым, волны накрывали меня с головой.

Ужас нарастал внутри меня, я начинала злиться от собственной беспомощности и сильнее барахтаться в воде. Мне страшно. Осознание, что смерть стоит за моей спиной, лишь распаляло мою истерику. Силы начинали стремительно меня покидать.

Замёрзшие пальцы почти не слушались, но мне всё же удалось расстегнуть пальто и сбросить его с себя вместе с ботинками.

Вместе с уходившей на дно одеждой я потопила свою истерику. Я должна успокоиться и экономить свои силы, ведь неизвестно, сколько мне находиться ещё в воде.

– Тттттолько бббы ты меня ннне заметттил, – от холода и сотрясающей тело дрожи с трудом мне удавалось говорить.

Я заметила, что в воде мои ладони начали подсвечиваться зелёным светом.

Похоже, после того магического выброса внутри меня появилась неведомая мне раньше сила.

В голове всплывали сотни прочтённых заклинаний, которые после того, как я прошла отбор в Академию, мне удалось изучить.

Среди них должно было быть и заклинание сокрытия.

Сконцентрироваться было невозможно. Очертив наугад руками вокруг себя круг и пробормотав первое пришедшее на ум заклинание, я стала наблюдать за происходящим на берегу.

Зверь метался, всячески изворачиваясь между фигурами в тёмных плащах, что окружали его.

Мгновение, и эта тварь побежала в сторону главного корпуса, а следом за ней удалялись фигуры в черном одеянии.

Находиться в воде становилось невыносимо. Тело плохо слушалось. Нужно выплывать на берег.

Течение было довольно сильным, и меня сносило в сторону всё дальше и дальше от корпуса общежития.

В этот момент я осознала, что пошёл снег, и стало ещё сложнее ориентироваться в пространстве.

Куда плыть? А самое главное – стараться не сбиться с нужного курса!

Силы, тем временем, начинали покидать моё тело.

Я молилась богам и отплёвывалась от воды каждый раз после того, как волна накрывала меня с головой.

Давай, Иллария! Ещё немного! Глупо умирать так рано, ты столько всего вынесла.

Я подбадривала себя, как могла, и из последних сил старалась поскорее добраться до берега.

Ничего не понимая, я плыла до тех пор, пока не ощутила песок под ладонями.

Выползая на берег, старательно откашливалась от воды, уползая как можно дальше от волн, чтобы они не затянули меня обратно.

Какой глупостью было лезть в такую погоду в воду! Спастись от зверя и умереть от холода! Как глупо! Сил практически не оставалось, а сознание едва теплилось в моём теле.

Нужно позвать на помощь. Но вместо голоса издать удалось лишь хрип, и вновь кашель пронзил мои лёгкие.

– Помогите, – сквозь приступ кашля пыталась проговорить я. – П… пожалуйста.

Где-то недалеко послышался вой.

Похоже, быть мне сегодня обедом.

– КАКОГО ДЕМОНА?! – это было последнее, что я услышала, прежде чем темнота приняла меня с распростёртыми объятиями, нежно увлекая за собой в пучину безмолвия.

***

Голова отчаянно кружилась. Мне было трудно понять, в каком положении находится моё тело, в ушах сильно шумело и пульсировало, все звуки доносились, будто через слой ваты.

Веки отяжелели настолько, что я не могла даже предпринять попытку и открыть глаза.

– Иллария, вы меня слышите? Леди Иллария, пожалуйста, сожмите мою руку…. Ничего не понимаю, – иногда до меня доносился женский голос.

Изо всех сил я хотела это сделать. Нужно лишь сжать её руку, но пальцы как будто налились свинцом.

Целительница ещё не раз ко мне подходила, но каждый раз меня уносило в омут тишины.

Иногда во сне я начинала плакать. Ощущения возвращались ко мне.

– Ну что же ты, моя милая? – говорила целительница, вытирая мои слезы. – Изрядно поболтало тебя на волнах. Всё будет хорошо, просто набирайся сил. Спи.

Я спала, и мне снился прекрасный сон.

Я лежала в высокой траве и видела, как ветер раскачивает бутоны цветов и травинки. Это были золотые ксирисы.

Небо надо мной было ясным и голубым. Никогда раньше не замечала, что у неба такой красивый цвет.

Поблизости журчал ручей – так мелодичны были его потоки.

Было свежо, так спокойно и хорошо.

Высоко в небе летел золотой дракон. Его чешуя пылала на солнце, подобно огню, а размах крыльев погружал в сумерки всю поляну. Миг, и этот властелин неба исчез так же быстро, как и появился. Аромат ксирисов наполнял мои лёгкие.

Так странно, разве во сне цветы могут пахнуть?

– Почему она всё ещё не пришла в себя? – до меня доносился мужской голос.

– Лорд Руакс, девочка ещё не восстановила силы, ей нужно время. Похоже, в последнее время у неё происходят частые магические вспышки, выбросами сложно это назвать. Её магический резерв увеличивается с каждым днём. Предлагаю пройти в мой кабинет, давайте поговорим наедине. Мне есть, что вам рассказать. Я уже видела эту девушку раньше, на отборе комиссии. И кое-что произошло. Она назвала себя Иллария Калиго и… – последовал ответ целительницы и их голоса с каждым словом удалялись, а позже и вовсе затихли.

В какой-то момент мне ужасно захотелось пить и казалось, что мой язык распух. Жажда эта терзала меня так, что беспокойство заполнило моё тело, подобно огню.

– Воды… – губы еле шевелились, дрожь сотрясала тело. – Я хочу воды…

Кто-то бережно приподнял меня, приставив стакан к моим губам. Казалось, такой вкусной вода ещё никогда не была.

Она омывала рот, подобно потокам по руслу пересохшей реки. Утолив жажду и собрав все силы, мне удалось открыть глаза.

Ослепительный свет заставил зажмуриться.

Через какое-то время я снова неторопливо попробовала открывать глаза, которые довольно медленно привыкали к свету.

Возле меня находилась целительница. Это была женщина средних лет с туго затянутыми в пучок светлыми волосами. Всё в её образе внушало доверие. Она умела улыбаться не только губами, но и глазами.

– Как хорошо, что ты пришла в себя! – радостно проговорила целительница, и тут я поняла, что это та самая женщина, что была в комиссии при отборе адептов. Глаза мои расширились от удивления, и она тут же добавила. – Не беспокойся! Тебе нужно отдыхать! Ты пролежала почти неделю, и я уже начала сомневаться в своих силах, что смогу поставить тебя на ноги.

– Неделю? – почти беззвучно были произнесены эти слова мной.

– Да, милочка. Придётся наверстывать упущенное и коротать вечера в библиотеке. Весь преподавательский состав, конечно, предупреждён. Лорд Руакс лично проследил за этим. Я уверена, постепенно ты вольёшься. Практика у вашего курса начинается только со второго семестра, а это после новогодних каникул, – закончив фразу, целительница улыбнулась и пошла к выходу. Однако в дверях добавила: – Но ответить на вопросы перед высшим руководством тебе однозначно придется, чтобы, так сказать, внести точность в сложившуюся ситуацию.

О, ужас! В моей голове вереницей крутилась череда событий, произошедших со мной.

– Неужели было так сложно избежать таких проблем? – бубнила я сама себе под нос. – Как всё успеть?

Теперь мне точно не видать стипендии! Как я буду нагонять пропущенный материал? Как мне теперь всё успеть? Меня точно отчислят, и придётся мне либо драить столы в тавернах, либо с позором вернуться в родной город и стать одной из тех женщин, что всю жизнь ведут хозяйство и прибирают дом.

Из коридора послышались шаги и голоса. С каждой секундой они становились всё громче и громче, пока в дверях не показались всё та же целительница и мужчина.

Лишь когда мужчина встал возле моей кровати, я поняла, что посетил мою скромную персону сам глава Академии.

– Добрый вечер, адептка Калиго, – проговорил ректор, делая акцент на моей фамилии. – Я пришел сюда, чтобы задать вам несколько вопросов. Вы сможете сейчас ответить на них?

– Дда… Конечно… Лорд… Лорд… – и в этот момент я поняла, что совершенно не помню имени ректора.

Я подняла взгляд и посмотрела в лицо главы Академии, устыдившись собственной забывчивости.

– Потеря памяти? – сказал архонт и посмотрел на целительницу.

Женщина только лишь молча покачала головой и вытаращила на меня свои глаза. Глава Академии снова повернулся ко мне с нескрываемым удивлением на лице.

– Адептка Иллария Калиго, – начал ректор, – Вы знаете, сколько вас учится в Академии?

Я лишь молча покачала головой и опустила взгляд на свои ноги, вытянутые под одеялом.

– Вас три тысячи человек, поступивших в этом году, плюс курсы, которые учатся и доучиваются в стенах этой Академии, и я знаю каждого по имени, – ректор вёл свой монолог явно чем-то недовольный. – А вы не можете запомнить элементарно преподавательский состав и имя главы Академии. Напоминаю, адептка Калиго, что моё имя Элиан Руакс, и я – ректор этого учебного заведения. Обращаться ко мне вы можете лорд Руакс или архонт Руакс.

Теперь, помимо глаз, я опустила ещё и голову.

Не понимаю, как можно было так облажаться?

– Приношу свои извинения, лорд Руакс, – ответила я.

– Забудем, – остановил меня архонт. – Адептка Калиго, как я уже сказал ранее, я здесь, чтобы задать вам пару вопросов. Вы позволите?

Я утвердительно кивнула и подняла глаза на лорда. Наши взгляды встретились, и на секунду сердце моё стало биться быстрее.

– Расскажите, что произошло во время собеседования при отборе адептов? – начал ректор и подчеркнул интонацией последнюю фразу. – Я хочу правды, адептка Калиго.

– Я… Мне… – я пыталась найти поддержку в лице целительницы, но той почему-то и след простыл. – Я не могу сказать вам точно, что произошло, многоуважаемый лорд Руакс. Но в какой-то момент я почувствовала слабость и…. И потом слегка закружилась голова. Полагаю, это было от переутомления или волнения. Если говорить честно, события того дня перемешались в голове…

– Не стоит покрывать тех, кто спровоцировал вас на магический выброс. Я всё понимаю, комиссия устала. Это был последний день, и им хотелось поскорее закончить с отбором и вернуться в стены Академии. Мне всё известно, – лорд Руакс пристально вглядывался в моё лицо.

– Смутно помню события того дня. Чувствовалась усталость. Целительница посоветовала больше отдыхать, и отправила меня домой, – честно ответила я, всё так же глядя в глаза ректору.

– Хорошо, адептка Калиго. Будем считать, что вы меня убедили, – с задумчивой улыбкой ответил лорд Руакс. – Тогда ответьте ещё на один вопрос. А как хватило вам ума от тельхины, морского чудовища, спасаться в океане? Разве вас не насторожила мысль, что оно несётся именно в сторону океана?

Единственное, что было мне под силу в этот момент при полном осознании слов ректора, это беззвучно открывать и закрывать рот.

– Так я и думал, – сказал ректор, скрестив руки на груди и демонстративно закатив глаза.

Глубокий вдох, чтобы совладать с эмоциями и постараться унять дрожь, проходившую по всему телу. Но самоконтроль был утрачен и плотину прорвало. Эмоции вырвались наружу, и дрожь, сотрясающая тело, плавно переходила в истерический смех.

Я просто начала хохотать. Первая волна накрыла меня. Обхватив изо всех сил свои плечи, я откинулась на подушку и смеялась до тех пор, пока вторая волна истерики не накрыла меня с головой. Осознавая всю глупость своего поступка, закрыла лицо руками и начала рыдать.

– Лорд Руакс, – в лазарет вбежала целительница. – Что случилось?

– Эм… Я просто сказал ей про морских тельхин, – недовольным голосом ответил лорд Руакс; его явно не забавляла моя истерика.

– Иллария, – меня встряхнули за плечи. – ИЛЛАРИЯ! ПРИДИТЕ В СЕБЯ!

Но я ничего не могла с собой сделать – рыдания разрывали грудь, и остановиться не получалось.

Я чувствовала, как воздух начал потрескивать вокруг меня и накаляться.

Зелёные вспышки, подобно волнам, наполняли комнату и с каждой секундой их частота нарастала.

Внезапно я ощутила, как что-то обожгло щёку. Рыдания застряли в горле, а слёзы застыли в глазах.

Приложив руку на правую часть лица, я медленно подняла глаза.

Лорд Руакс стоял рядом и испепелял меня взглядом.

– Вы совершенно не владеете своей магией, – лорд буквально плюнул мне эти слова в лицо. – Вы можете себя контролировать? В другой раз кто-нибудь может пострадать! Держите себя в руках.

– Спасибо, архонт Руакс, дальше мы сами, – целительница старалась сдвинуть лорда с места и встать между нами.

– Не сомневаюсь, – проговорил лорд, щёлкнул пальцем и шагнул в бурлящие чёрные пески на полу.

Провожая взглядом лорда, я никак не могла оторвать глаз от серых плиток пола, которые не так давно были чёрным провалом.

Глава 3

К счастью, не смотря на все мои приключения, мне удалось быстро вернуться в строй.

Конечно, хвосты по учёбе никто не отменял. Все дни напролёт проходили в изучении пропущенного материала – мне приходилось до закрытия сидеть среди книг в библиотеке, а потом ещё и до глубокой ночи в комнате учить переписанные лекции.

Так, собственно, и пролетели первые два месяца моего обучения в Академии Империи Кристаллов, потому как быть отчисленной совершенно не хотелось. Хотя даже не это придавало мне сил. Учёба была настолько интересной, что часы, проведённые в книгах, казались минутами.

Все пропущенные лекции я переписала у соседки. Это была смуглая южанка со смолянистыми чёрными, как ночь, волосами и серыми, как туман, глазами. Её звали Элей Дэзо.

Мне было немного не по себе, когда после моего возвращения из лазарета раздался уверенный и громкий стук в дверь, как если бы моего прихода поджидали.

– Привет! – быстро взглянула на меня смуглянка и улыбнулась. – Меня зовут Элей Дэзо. Я – твоя соседка справа, – оттеснив меня, она юркнула в мою комнату, словно змея.

– Я … – от подобной наглости я даже растерялась, но уже подбирала слова, как выставить соседку за дверь.

– Постой! – практически кричала моя соседка, выставив руку передо мной. – Постой! Прежде чем ты выставишь меня из своей комнаты, я только хотела сказать, что с радостью дам переписать тебе пропущенные лекции. И помогу разобраться в пропущенных темах, чтобы подтянуть хвосты.

Вытащив из-под накидки тетради, она дала их мне в руки.

Элей грустно улыбнулась и сама направилась к двери.

Осматривая стопку тетрадей в моих руках, я пыталась понять её мотивы.

– Элей… – остановила я свою соседку, когда та уже открывала дверь.

В её позе было что-то знакомое. Грусть? Разочарование?

Поникшие плечи соседки показали мне многое.

Тяжело быть изгоем, человеком, от которого отмахиваются. Именно в этот момент я сделала свой выбор и вновь позвала её.

– Элей, спасибо тебе! Ты…. Ты, пришла мне на помощь, не задумываясь о том, кто я, и бескорыстно дала свои тетради. Посиди со мной – боюсь, без тебя мне не разобраться во всём этом, – тряся в воздухе довольно тяжёлой стопкой тетрадок, я обращалась к смуглянке.

Дважды предлагать не пришлось. Спустя мгновение соседка расположилась на диване с кучей тетрадей, прихваченных из моих рук по пути. Она улыбалась во весь белоснежный рот.

И почему-то только сейчас я заметила клыки в её ослепительной улыбке.

Рот как-то сам собой открылся, а рука в неприличном жесте указала на её зубы.

– Элей, а клыки у тебя…. Они… Как-то поначалу их не заметила даже, – я говорила, медленно переползая к другому краю дивана.

Заметив мои поползновения, Элей дотронулась до своих клыков.

– Так лучше? – глаза её вспыхнули серебром, и зубы мгновенно исчезли. И отмахнувшись, она добавила. – Смешанная кровь, понимаешь ли. Приходится частенько пользоваться иллюзиями, чтобы скрыть, кто я.

– Дда… – только и смогла выдавить из себя, не понимая, утверждаю я этим ответом что-то или спрашиваю.

Сделав вид, что я вовсе не нахожусь в ступоре, Элей продолжила свою речь и подробно начала рассказывать, что произошло за две недели моего незапланированного отдыха.

– А кто ты? Чем занималась до поступления в Академию? Просто твои клыки, – я тщательно подбирала слова, что не обидеть свою собеседницу. – Не пойми меня неправильно. По мирному соглашению, принятому в Империи, её населяют различные магические жители. И оборотни в её состав не вошли. Они предпочли суверенность.

– Нет, я не оборотень, – ответила та. Но поняла, что такой ответ меня никак не устраивает, и продолжила. – Просто адептка. Я, как и все, искала спасение и мечтала о новой жизни, вот как-то так. Я живу очень далеко от этих мест. Ничего интересного.

Гостиная надолго погрузилась в тишину. Разговор не клеился.

Губы Элей были поджаты. Видно, что она хочет что-то сказать, но молчит или стыдится правды о себе.

– Элей, здесь только ты и я. У каждой из нас есть свои скелеты в шкафу, но всё, что мы расскажем друг другу, останется между нами. Так зарождается дружба, – я старалась поддержать её. – Но если ты не готова или не хочешь, можешь ничего не говорить.

Она сделала глубокий вдох, помедлила немного и также выдохнула, собираясь с силами.

– Мои родители – аристократы голубых кровей, они так всегда говорили. С самого моего детства меня баловали. Я росла в любви и мире. Я была центром вселенной для своих родителей. Хотя сама не до конца осознавала всё то счастье, что у меня было. В наших землях начались междоусобицы и лучшее, что я могла сделать – это уехать оттуда, потому что вся моя семья погибла, отстаивая свои взгляды. Война стала страшным, кровопролитным испытанием в моей жизни. Как-то так, Иллария Калиго, большего я сказать не могу. Ну, а ты? Что привело тебя в Академию? – её глаза были полны печали.

– Я жила и родилась в городе Олир, что находится далеко от этих мест. Он расположен на окраине Империи Кристаллов в такой глуши, что немногие вообще догадываются о его существовании. Хоть городок у нас и маленький, но я люблю его. Моя мать – простая знахарка, а отца я не знаю. Мама не говорила о нём. До недавнего времени я носила её девичью фамилию. И все знали меня, как Илларию Кром. Безотцовщина, на попечении матери, которой я была не нужна. Как бы там ни было, она – моя мама, и я за всё ей благодарна. Мы жили очень скромно. От родителей маме достался дом. Меня никто не баловал, как тебя, и верить в чудеса я давно перестала. Поэтому, когда я услышала, что идёт отбор в Академию, то решила, что любой ценой должна была попасть туда. Но перед комиссией я предстала не как Иллария Кром, а как Иллария Калиго. Я решила взять свою настоящую фамилию. До встречи с комиссией я практически не умела использовать магию. И признаться честно, я была уверена, что меня не возьмут в Академию. Просто что-то произошло – это был какой-то магический выброс, как мне объяснили позже. Это и послужило тому, что магия пробудилась. Но с контролем над ней у меня проблемы. Надеюсь, меня не выгонят, потому как поступить в Академию было моей заветной мечтой. Это был единственный способ покинуть дом и не остаться на улице. Как-то так, Элей Дэзо. История моей жизни должна быть совершенно безынтересной для тебя, – развела руками я, а затем добавила. – Не хотела задеть тебя своим словом. Я рассказала всё, как есть.

– Правда, что твоя фамилия Калиго? – после всего мною сказанного это было единственным, что спросила Элей.

– Это фамилия моей семьи, поэтому я считаю, что и моя. Тем более, что в моих метриках указана именно эта фамилия. Мать говорила, что у отца осталось очень много неуплаченных долгов, и мне следует скрывать, что я Калиго. Иначе расплачиваться придётся за него нам, – ненадолго я взяла паузу, а затем продолжила. – От него не было никаких вестей. Никому нет до нас дела, поэтому сомневаюсь, что у него были долги. Мама любит фантазировать и сложно понять, что правда, а что нет. В любом случае, отныне и вовек, я – Иллария Калиго по крови и по праву рождения.

Вскоре, после нашего разговора, мы сидели и беззаботно болтали, посмеиваясь над нелепыми ситуациями, в которые умудрялись попадать адепты. Это было беззаботно и так по-дружески, что каждая из нас свободно развалилась на мебели, а не сидела с прямой спиной, подобно натянутой струне.

Элей сумела наколдовать чайный сервиз. Я долго разглядывала его – мне было сложно понять, как она это сделала. Элей же отмахнулась и сказала, что это элементарная бытовая магия. Но перебрав все бытовые заклятия, которыми я владела, сделала вывод, что этот фокус с сервизом требует немалых знаний и магических сил.

– Ты владеешь магией в совершенстве? – я вертела кружку в руках, прежде чем налить чай. – Элей, чтобы такое наколдовать, нужен очень высокий магический резерв и умения, а ещё знания! Ты точно сюда учиться пришла, а не учить? Похоже, родители дали тебе не только любовь и конфеты. Я слышала, что у аристократов пунктик на магии, но не до такой же степени?!

– Учиться можно всегда. Каждый раз ты начинаешь смотреть иначе на уже изученный материал. Век живи, век учись, – она лишь отмахнулась от моих слов.

Элей рассказывала мне смешные истории, которые случались с ней в детстве.

Прыская от смеха, мы старались вести себя тихо. Однако каждый наш смешок перерастал в громкий хохот.

За окном стемнело. Наши посиделки были в самом разгаре, когда в дверь комнаты раздался стук.

Комната за секунду погрузилась в тишину.

– Упс, – пожимая плечами, я посмотрела на соседку.

– Сиди, – только и сказала Элей. – Я посмотрю, кому мы там мешаем.

Она поднялась с кошачьей грацией, разгладила юбку своего платья и подмигнула мне.

Но в каждом её движении и в каждом шаге отслеживались хищные нотки. Глаза её сверкнули серебром и в ряду ровных белых зубов появились острые клыки.

Щелчок, и дверь открыта нараспашку. Да так резко, что тот, кто стучал, явно этого не ожидал. Её слегка растерянный вид подтвердил мою догадку.

Но уже через секунду в дверях стояла недовольная блондинка в розовом чепчике и пижаме в тон.

– Вы вообще видели, сколько времени?! А вы ржете на всё общежитие! – начал свою уверенную речь розовый чепец. Но рассмотрев внимательно, кто перед ней стоит, девушка моментально сбросила обороты. – Будьте любезны смеяться не так громко? Пожалуйста.

– Может, присоединишься? – коварный голос Элей заставил даже меня поёжиться. – Нам как раз не хватает… Закусок. Свежего мяса хочется, понимаешь?

– Закусок? Мясо? Я – закуска? Я – мммясо? – голос розового чепчика трясся, как и она сама.

Элей барабанила пальцами по дверному косяку, как бы отсчитывая последние минуты блондинки.

– Аааааааааа! Спасите! Она хочет пустить меня на закуски, на мясо! Помогите! – её крик наполнял ночной коридор, когда она стучалась во все двери.

– Отвали!

– Сколько можно?!

– Вы на часы смотрели?!

– Коменданта на вас натравить нужно!

В коридор из-за закрытых дверей доносились недовольные крики.

– Вот так всегда, – сказала смуглянка и, нарочито изобразив отчаяние, выдохнула. – Все в ужасе разбегаются. Да и пусть.

Наш хохот ещё очень долго разносился по всему этажу. Мы смеялись до слёз.

В этот момент я поняла, что счастлива. Огромную радость мне доставляло, что я не оттолкнула, а подружилась с Элей Дэзо.

Наверное, мы так и просидели бы до утра за разговорами, если бы не мадам О’Херон, которая разогнала нас по кроватям. Похоже, кто-то всё-таки сдал нас комендантше.

В учёбу я включалась быстро и помогала мне в этом Элей. За что ей огромное спасибо.

Она раскладывала в моей голове всё по полочкам и помогала наверстать пропущенное по программе.

Конечно, на потоке она была первой во всём. Даже мужская половина группы смотрела в её сторону с опасением. Элей же… Просто разводила руками и улыбалась. Кто-то называл её зазнайкой, кто-то – грациозной убийцей.

И я старалась не быть в рядах отстающих. Ведь тех, кто отставал или у кого были хвосты, на выходные в город из Академии не выпускали, а то и вовсе отчисляли. Это было прекрасной мотивацией для усиленной учёбы.

Как и сказала целительница в лазарете, практика светила нам лишь во втором семестре, зато в этом семестре был запланирован бал.

Это ежегодное событие, которое должно было пройти во дворце императора. Оно проводится для того, чтобы адепты давали присягу верности короне, и видели, чего они могут добиться, если станут лучшими из лучших, ведь по окончанию Академии самых умелых и сильных адептов призывали на службу империи.

Но до бала было ещё много времени, и пока можно об этом не думать.

Так уж вышло, что мы с Элей стали подругами и везде были вместе. Она помогала мне, а я ей. Кто бы мог подумать, что эта острая на язык девушка будет просить меня заплетать её волосы чёрные, как вороново крыло.

И мне это нравилось. Бытовая магия в моём исполнении была на высоте. А с помощью Элей мне с каждым разом удавалось осваивать новые заклинания. Пусть и не всегда результат моего творения радовал подругу, иногда он даже приводил её в откровенный ужас.

Конечно, я не платья ей гладила, а творила красоту.

Сложные причёски были моим коньком. А волосы Элей – не паханным полем для творческих экспериментов. И с каждым разом у меня получалось всё лучше.

– Ты просто волшебница! – говорила мне Элей, убегая на свидание с таинственным незнакомцем.

Слухи быстро расползлись о чудо-мастере среди адепток Академии. И к середине первого семестра я, на свой страх и риск, тайком принимала в своей комнате всех и каждого, кто жаждал навести красоту. Сделать кому-то сложную причёску или красивый макияж для меня было несложно, тем более, что без оплаты мои труды не оставались.

Конечно, пришлось немного сделать перестановку, чтобы укрыть от любопытных глаз свой маленький уголок красоты, но оно того стоило.

***

Утро ворвалось в мою голову игрой на тарелках, трубе и барабанах, в заключение шёл звонкий удар в треугольник. Так сказать, завершающий момент феерии этого нестандартного будильника.

Раньше такой подъём применяли только для факультета боевой магии, но с этого года, в силу своей эффективности, будильник звенел для всех.

В соседних комнатах послышались грохот и ругательства. Элей поначалу от злости и утреннего раздражения расшвыривала мебель. Конечно, потом получала нагоняй от нашей комендантши – прожжённой гром-бабы.

Это была женщина по имени Ларе О’Херон. Наглая, бойкая, хитрая. Около двух метров в высоту, с послужным списком, который формировался во время её службы на границах империи. Она никому не давала спуску и могла приструнить одной рукой даже самого невменяемого адепта.

Четыре дня из пяти у нас были физические тренировки с серьёзной долей физических нагрузок, призванных развить нашу силу, ловкость и реакцию, и следует признаться, мне это нравилось. Я стала чувствовать себя более бодрой и сильной. С лица спала зелёная бледность, и на щеках появился румянец.

Занятия в главном корпусе начинались с половины десятого – к этому времени я успевала принять душ и по пути к аудиториям зайти на завтрак.

В столовой мы с Элей садились всегда вместе, а с нами, сдвигая столы, сидела половина нашего факультета.

Конечно, были и те, кто считал всех нас недостойными своей персоны. Но их были единицы. Они купались в лучах собственной славы, и обращать внимание на подобную напыщенность не было никакого желания.

На первой лекции магистр Сонак говорил нам о том, что закончив обучение в Академии, есть шанс, что многие будут работать вместе. И лучше быть друзьями, которые прикроют друг другу спину, чем врагами.

После этих слов лёд тронулся. Каждый из нас проделывал немалую работу над собой, чтобы все мы стали одной семьёй.

За завтраком размышляя, я ковырялась в тарелке. Мне следовало бы посетить лавку товаров господина Дварина и пополнить запасы для кабины красоты. Да и посмотреть что-нибудь новенькое. Творить волшебство без подручных средств будет невозможно. Причёски попросту не будут держаться.

– Так, кто идёт на ночь фейерверков в город? – кто-то вернул меня из плавания в моих мыслях обратно за стол.

– Мы идём! – Элей схватила мою руку, подняла вверх и болтала ей.

Мне пришлось даже развернуться к ней всем корпусом, чтобы понять, не шутит ли она.

– Иллария, мы идём! Хватит сидеть в затворницах, в жизни не может быть лишь учёба и хобби, отбирающее всё свободное время, – шептала подруга мне на ухо.

Оставалось только лишь молча кивнуть. И вправду, с территории Академии я выходила всего пару раз.

И последний раз, нужно признать, я стала свидетелем малоприятной картины.

В тот вечер я, как обычно, посетила лавку товаров господина Дварина и уже собиралась домой, как услышала странный шорох за углом дома.

К моему большому сожалению, любопытство взяло верх, и я посмотрела, что там за шум.

Сначала я решила, что это котёнок забрался в мусорный бак, так как секундой ранее мне послышался писк.

Но, завернув за угол, я за что-то запнулась и упала в лужу.

Когда глаза привыкли к темноте, передо мной предстал хранитель знаний из городской библиотеки.

Я часто заходила к нему и брала книги из хранилища. Это был пожилой мужчина, который всегда был вежлив и доброжелателен.

Моему ужасу не было предела. Его стеклянные неподвижные глаза смотрели вверх. Его горло было безжалостно перерезано. Я закричала во всё горло, стараясь подняться из лужи крови, но мои ноги проскальзывали и всё, что мне удалось сделать – это отползти на метр от тела мужчины.

Окровавленные руки и одежда приводили меня в ещё больший ужас.

Через секунду уже вокруг нас столпились горожане.

Никто ничего не спросил, потому как все подтвердили, что не я убила хранителя знаний, так как в это время находилась в лавке товаров.

Смутно помню, как пришли стражники, как меня доставили в Академию, как передали в руки архонта.

Меня трясло не то от холода, не то от шока. Я никак не могла унять дрожь в руках.

Помню лишь, как он завернул меня в кабинете в свой камзол и спросил, нужно ли мне что-нибудь.

Я покачала головой, но такой ответ архонта не устроил. И через секунду в моих руках был стеклянный стакан с чем-то золотистым внутри.

– Пейте залпом, – я осушила стакан в точности так, как советовал архонт.

Рот и горло обожгло. От послевкусия этой жидкости меня передёрнуло. Хотелось запить эту гадость чем-нибудь менее противным. Но нужно признаться, дрожь тела стала замедляться и отступать.

– Как вы его обнаружили? – архонт задал мне вопрос и вложил в руки кристалл правды для дачи показаний. – Необходимо дать показания сейчас, и я обещаю, никто больше не спросит у вас о случившемся.

– Я просто услышала шорох и писк. Я думала, что это котёнок, который, может, забрался в мусорный бак и не может вылезти. Я не знала, что там… – почти беззвучным голосом отвечала я. – Я ничего не смогла сделать. Он просто лежал, и его глаза были открыты. Он был уже мёртв? Я могла ему помочь? Не понимаю, почему его убили?

– Адептка Калиго, в данной ситуации вы ничего не могли поделать. Вы не целитель, – лорд забрал кристалл и отложил на стол. – Вы очень смелая, но впредь не ходите в подворотни. На его месте могли быть вы. Молодой девушке нужно быть очень осторожной, – затем он приблизился ко мне и задал ещё один вопрос: – Позволите доставить вас в лазарет? В таком состоянии, конечно, лучше провести ночь там.

– Нет, пожалуйста! Я не могу остаться там одна! Только не в лазарет! Я хочу в свою комнату, – мои руки начали трястись, а перед глазами снова появился образ мёртвого хранителя.

Магия во мне начала бурлить. Зелёные вспышки начали заполнять комнату, а воздух вокруг меня трещал.

– Адептка Калиго, успокойтесь! Иначе вы всё тут разнесёте своим магическим выбросом. Вам нужно взять себя в руки! – слова архонта нервировали меня ещё больше. – Просто дышите и думайте о чём-то хорошем.

– Я стараюсь, но не получается, – слёзы катились из моих глаз. – Я не могу, не отправляйте меня в лазарет. Я не хочу оставаться одна.

Архонт резко сорвал штору со стены и за секунду преодолел расстояние между нами.

Он обернул меня с головой в плотную ткань так, чтобы я ничего вокруг не увидела, и толкнул назад. Я была дезориентирована, от свободного падения захватило дух. Боясь удариться спиной об пол, я замерла, что позволило одним эмоциям сменить другие.

Когда мне удалось выпутаться из шторы, я обнаружила, что нахожусь в собственной гостиной.

В дверь раздался стук – я знала, что это Элей, и ей обо всём уже известно.

Эту ужасную картину мне никогда не забыть. Если бы я только могла хоть чем-нибудь помочь хранителю…

Слова архонта оказались правдой – никто ничего у меня не спрашивал о смерти хранителя, но выбросить такое из головы было сложно.

Вернувшись из омута памяти, я снова оказалась в столовой.

Безусловно, в Академии я чувствовала себя как в крепости. Но сколько я ещё могу прятаться в этих стенах и бояться каждого шороха в темноте?

После голосования все сразу оживились за столом, обсуждая, как бы повеселей провести этот праздник. Парни дурачились, что-то выкрикивая или вскакивая ногами на стул, некоторые девушки краснели и одёргивали своих соседей за рукав. Были и те, кто высказывался категорично против этой вылазки посреди недели.

По итогу голосования было принято решение, что большая часть этого состава отправится в город. Очень важным пунктом было купить в таверне еды и питья, чтобы насытиться не только духовно, но и плотски, а также успеть сделать все дела в городе и встретиться на площади у реки.

Послышался первый звонок из трёх, и мы поскорее отправились на лекции.

Сегодня самым интересным у нас было практическое занятие по оккультизму. Мы ожидали магистра Сонака – мне очень нравятся его лекции, но в дверь вошёл кто-то другой, так как все разом стихли.

С последней парты не сразу удалось разглядеть, кто почтил нас своей персоной, но когда адепты за секунду расселись по своим местам, я увидела, что это был глава Академии.

– Добрый день, адепты, – ректор подошёл к столу и поднял на нас свои глаза. – Пока магистр Сонак задерживается, я здесь, чтобы оповестить вас о важном мероприятии, которое предстоит вам в этом году. Это посещение дворца Империи Кристаллов. Места там много, на всех хватит. Всем живым явка обязательна, мёртвым прибыть в виде призраков или умертвий. Подробную информацию получите от кураторов. Уроки танцев будут организованы в главном зале.

Женская половина группы пожирала архонта глазами, даже Элей с интересом рассматривала лорда.

Повисшее молчание никто нарушать не хотел. Все те, кто не потерял рассудок при виде этого мужчины, переваривали полученную информацию.

После этих слов ректор пробежался глазами по аудитории, чему-то усмехнулся и удалился.

– Итак, класс, открываем лекции, сегодняшняя тема коснётся астрального мира, – сказал магистр Сонак, который влетел в аудиторию, словно ураган. – Приготовьтесь записывать.

– Как мы уже говорили раньше, существует три мира: мир духовный, мир астральный и мир физический, – магистр Сонак прошёлся по нам своим внимательным взглядом, улыбнулся и продолжил. – Адепты магии могут в астральном теле выходить из своего физического тела. В то время, когда последнее покоится как бы во сне, а душа человека, облачённая в астросм, входит в астральный мир. Однако, хотя астральное тело и может удаляться от физического, но между ними всегда остаётся тонкая флюидическая связь, через которую астросм поддерживает жизненную силу и функционирование органов тела. При разрыве этой связи происходит смерть. Астральный мир наполнен разными телами, часть из них сознательная, другая же бессознательная. Астральными клише принято называть в астрале действия человека и других явлений на земле. Так как всякая наша мысль и всякое действие отпечатывается в астрале, то в нём сохраняются все земные события, и клише их носят в астральном вихре, повинуясь его течениям.

Магистр сделал короткую паузу, давая нам время закончить записи.

– Как вы думаете? Астральные клише могут относиться только к прошедшим событиям или всё же и к событиям будущего? – магистр Сонак подошёл к первым партам и задал нам вопрос, затем отправился к доске.

Он расчертил доску мелом пополам, прописав с одной стороны слово «да», а с другой «нет».

– Голосуем, предварительно поразмыслив, – магистр начал записывать наши фамилии в той или иной колонке, обращаясь к каждому студенту. – Итак, у нас ничья, – он подвёл черту на доске. – Адептка Калиго, ваш голос будет решающим. От вашего решения зависит судьба группы. Зачёт автоматом практического занятия, либо мучительная защита.

Все разом посмотрели на меня. От такого усиленного внимания лицо моё пошло красными пятнами, а в классе внезапно стало не хватать воздуха.

– Магистр Сонак, – я поднялась и нервно сглотнула. – Я…

– Давайте, адептка Калиго, минута вам на размышления, – с улыбкой на лице магистр сел за стол и начал листать записи. – Адептка Дэзо, молчите. Я знаю, что вам всё обо всём известно.

Элей сидела, как ни в чём не бывало, и просто улыбалась.

Минута пролетела, словно секунда, а ответа так и не было.

С одной стороны, мне хотелось сказать, что мы можем отследить по астральным клише только события прошлого. Но как же ясновидцы?

– Я знаю ответ! – Элей даже подскочила от моего крика, разнёсшегося по аудитории. – Магистр Сонак, ясновидящие, они ведь видят потоки будущего. Таким образом, в астрале, помимо клише прошлого, есть противоположные им.

Утвердительный кивок от магистра и, светясь от счастья, я села на своё место.

– Действительно, – поставив заключительное имя в колонку с надписью «да», магистр продолжил. – Астральные клише могут относиться не только к прошедшим, но и будущим действиям и событиям, что объясняется следующим. Как и всякое земное существо, действие сначала находится в потенциальном состоянии, и принцип его сначала реализуется в астральном, а затем уже в материальном мире. Однако стоит заметить, что клише, в зависимости от воли человека и разных происходящих событий, могут до своей реализации в материальном мире многократно поменяться.

– Молодец, – Элей толкнула меня в плечо и улыбнулась. – Сдавалось мне, что я одна тут умею размышлять.

– Итак, адепты, всем зачёт. Для тех, кто мыслил правильно, доклад один на тему астральных существ. А тем, кто заблуждался в своих размышлениях, два доклада: один на тему астральных существ и второй на тему воздействия на астросм, их отражения на физическом теле. Сдать не позднее завтрашнего дня. Всего доброго, – магистр оглядел аудиторию и удалился.

Класс медленно опустел. Студенты выходили – кто с поникшей головой, кто, наоборот, радуясь тому, что доклад готовить один, а не два. До вечера было время, поэтому я не сомневалась, что успею сделать задание.

Единственное, что терзало меня – это опасения. Было страшно вляпаться в какую-нибудь историю, если моё любопытство заведёт меня в очередную тёмную подворотню.

В коридоре меня нагнала Элей.

– Иллария, всё будет хорошо. Нас много. Я присмотрю за тобой и одну никуда не отпущу, – подруга убеждала меня в светлом будущем. – Ну, давай пойдём! Будет весело! Серьёзно!

Элей долго уговаривала меня на эту вылазку всю дорогу до общежития.

– Хорошо. Но ты везде будешь со мной, – дала я добро Элей.

Мы разошлись на перекрестке дорог.

Одна вела к корпусам общежития, другая к океану, а третья в сторону неизвестных мне сооружений. И раз так вышло, что свободное время есть, почему бы не прогуляться по территории Академии, а позже засесть за доклад.

Дорога уводила меня вглубь леса. Огибая высокие деревья, я медленно продвигалась вперед.

В Академии я чувствовала себя в безопасности.

Готова поспорить, издалека я видела дом, а сейчас ничего нет. Странно. Не могло же мне привидеться?

Пройду ещё немного вперед, но если ничего не обнаружу, то вернусь.

Деревья здесь росли чаще, и солнечные лучи с трудом проникали через их кроны. Словно из дня я вдруг попала в сумерки. Редкое пение птиц и шёпот деревьев заполняли всё вокруг.

На секунду показалось, что где-то треснула ветка. Сердце замерло в моей груди и следующее, что я сделала – бросилась вперёд.

Оборачиваясь назад, я искала возможного преследователя, но никого обнаружить не удавалось.

Внезапно я врезалась во что-то твёрдое и отлетела назад. А тот, кто стоял передо мной, шагнул назад, после чего послышался плеск воды.

От падения воздух выбило из лёгких. Я сделала несколько неудачных попыток нормализовать дыхание прежде, чем мне это удалось.

Деревья вокруг меня расступились, и глазам предстало чистое небо и яркое солнце.

– Смотреть вообще нужно, где стоишь! – я выкрикнула единственное, что пришло на ум в этот момент.

Секунды тишины разорвались громким мужским смехом.

– Может, это тебе нужно было смотреть, куда ты несёшься? – мужчина подал мне руку, но яркое солнце никак не давало рассмотреть, кто передо мной.

Подняться мне удалось так же стремительно, как и упасть.

И в момент осознания, как сильно я вляпалась, было уже поздно.

– Архонт Руакс, прошу прощения. Я не хотела вас побеспокоить, и тем более врезаться в вас. И уж тем более, чтобы вы обмочились. Ой, то есть намочились. Да чтоб тебя! Простите, что по моей вине оказались в воде! – слова непрекращающимся потоком лились из моего рта, подобно водопаду, когда я рассматривала мокрую обувь и брюки архонта. – Хамить вам также в моих планах не было. Приношу свои извинения, позвольте удалиться.

– Адептка Калиго. Я попрошу вас остаться, – архонт обошёл меня и встал рядом так, чтобы мы оба могли любоваться открывшемуся взору виду.

Волосы на всём теле встали дыбом. Мысленно я уже попрощалась с жизнью и учёбой в Академии. Разумеется, он не спустит мне всё это с рук. Язык мой, враг мой.

– Ещё раз приношу вам мои извинения! – не унималась я, бегая взглядом по песку под ногами. – Ни в коем случае не хотелось проявить неуважение.

– Ответьте мне на один вопрос. Ваша фамилия действительно Калиго? – лорд оставил мои извинения без внимания. – Вы и вправду тот человек, за которого себя выдаёте?

– Простите, не совсем поняла вас, – я перевела взгляд на лорда, но в глаза посмотреть побоялась.

– Если ответите честно, я забуду о том, что здесь произошло. Ваше поведение и хамство никак не отразится на дальнейшей учёбе, и вы сможете быть свободны, – говорил архонт, и его речь не выдавала никаких эмоций.

– В моих метриках числится эта фамилия. Полагаю, что я Калиго по праву рождения. Но всё же я не совсем до конца понимаю, что означает, тот ли я человек, за кого себя выдаю, – собрав все силы, я посмотрела лорду в глаза.

Он пристально рассматривал меня всё это время. От его заинтересованного взгляда мне стало не по себе. Эти проникающие в самую душу серые глаза смотрели очень внимательно и ловили каждое движение мышц на моём лице.

– Тогда почему о вас ничего никому неизвестно, словно вас не существует? – архонт Руакс, глава Академии Кристаллов, внимательно заглянул в мои глаза.

– Потому что я всю жизнь прожила под девичьей фамилией матери, как Иллария Кром, – честно ответила я главе академии на его вопрос. – Вы сказали, что я могу быть свободна, если отвечу честно. Я сказала вам правду.

– Можете идти, и впредь смотрите вперёд, когда бежите, а не назад. – архонт продолжил смотреть на гладь озера, погрузившись в глубокие размышления.

Я облизнула вмиг пересохшие губы и после слов ректора бросилась бежать к корпусам общежития.

Придя в свою комнату, я быстро отправилась в душ. Горячими струями воды я старалась смыть с себя эмоции, которые испытала в момент разговора с архонтом.

Глава 4

Сегодня двери в женском общежитие хлопали громче, чем обычно. Иногда доносились напряжённые крики. На этаже слышался топот и перебранка девушек.

За окном уже смеркалось – тьма приходила к нам, чтобы окутать всё вокруг тайной.

А я сидела на подоконнике с книгой в руках и смотрела на океан, стремительно сливающийся с темнотой.

В памяти всё ещё всплывала картина встречи с архонтом. Не понимаю, почему, но я никак не могла перестать думать о нём.

До последнего я надеялась, что Элей не зайдёт и отправится на праздник одна. Но моей надежде не суждено было сбыться.

В дверь раздался стук. Затаившись, я сидела и ждала, что нарушитель моего покоя уйдет. Но один ненужный шорох рассекретил меня. Стук усилился, после чего в дверь забарабанили и начали пинать с демонической силой.

– Иллария. Я слышу, что ты там! – кричала Элей. – Тебе не спастись! Либо ты собираешься и выходишь, либо дверь слетит с петель. Мне ничего не будет стоить сделать это! И перед мадам О’Херон сама оправдываться будешь.

– Да собираюсь я, собираюсь, – бубнила я себе под нос почти шёпотом.

– Так-то лучше! – крикнула в ответ Элей.

Обогнув диван, я подошла к зеркалу. Расчёсывая волосы, шептала заклинание элементарной бытовой магии. Припудрила носик, накрасила губы алой помадой и улыбнулась очаровательной девушке с собранными в несложный пучок волосами.

Спустившись на улицу, я обнаружила, что все ждут только меня.

– Ну что, спасительница, пойдём? – Элей сказала эти слова настолько громко, чтобы вся группа обратила на меня внимание.

Я улыбнулась самой искушающей улыбкой, что была в моём арсенале, и двинулась в сторону выхода из Академии. Элей усмехнулась и, растолкав толпу, догнала меня.

Дорога в город занимала около часа. Добраться до него пешком не составляло труда.

Было немного жутко идти, потому как дорога пролегала через лес.

Лес окутывал нас прохладой, а по сторонам то и дело шелестела листва. Иногда хрустели сухие ветки и доносился редкий птичий крик.

Мы двигались цепочкой быстро и бесшумно, чтобы лишний раз не привлекать к себе внимание.

Я запрокинула голову и всмотрелась в небо, несколько адептов последовали моему примеру.

Деревья уходили в безграничную высь, словно огромные великаны. Их верхушки тянулись к звёздам.

А звёзды, в свою очередь, манили к себе. Здесь, в темноте, их свет выглядел завораживающим. Они сияли с небывалой красотой. Сотни тысяч светил смотрели на меня с неба. Мерцая, они подмигивали мне, давая понять, что в будущем всё будет хорошо.

В город мы зашли через защитные ворота, оборудованные бирюзовыми кристаллами. Все разбились на пары и направились за пополнением запасов. Скинувшись по три медяка, часть из нас ушла за едой и горячим элем – нужно согреться после пешей прогулки через лес. Другая часть нашей компании отправилась на площадь близ реки, чтобы занять лучшие места на празднике фейерверков.

А мы с Элей направились к дому господина Дварина, чтобы я могла прикупить всё необходимое для своей тайной работы. Миновав живописную аллею с фонтаном, мы вверх по улочке направились к гномьей лавке товаров.

В лавке мы стали свидетелями спора господина Дварина с молодой девушкой. Элей остановила меня, не давая зайти в комнату. Мы тихонько стояли в тамбуре и подслушивали их разговор, подглядывая из-за угла.

– Господин Дварин, – не унималась девушка. – Это чистой воды грабёж! Где начинающей модистке взять такую сумму на аренду комнаты?

– Госпожа Бассет, у меня самые низкие цены на аренду комнат. И я готов закрыть глаза на вашу незаконную деятельность. А также не сообщать властям о вашем безобидном увлечении, – говорил господин Дварин, смотря на свою собеседницу снизу вверх. – В городе полным полно комнат, которые вам с радостью сдадут. Но я не утверждаю, что цена на них будет такой же низкой, как и у меня.

– Хорошо, господин Дварин. Ваша взяла, – грустно сказала девушка и направилась к лестнице, ведущей наверх. Но на последней ступеньке добавила. – Работать я буду в этой же комнате.

Шаги её удалились, и хлопнула дверь.

А мы с Элей выплыли из тамбура, как ни в чем не бывало, и оказались за спиной гнома.

– Добрый вечер, господин Дварин, – Элей сказала это таким тоном, что даже у меня мурашки побежали по коже. – Прикрываете теневой бизнес?

Гном вздрогнул и медленно обернулся. Его лицо побелело и, что-то бурча себе под нос, он ушёл за прилавок.

– Элей, не могла без своих шуточек обойтись? Мне ещё товары купить нужно! – с упрёком шептала я.

– Отвлеки его, – шепнула мне подруга на ухо.

Элей лишь зажмурив глаза, улыбнулась и направилась к лестнице, ведущей на второй этаж.

– Господин Дварин, не обращайте внимания на неё, – я обратилась к гному, когда тот явно намеревался остановить Элей. – Я пришла к вам, чтобы совершить покупки. Вот список.

Гном взял бумагу своей маленькой, но загребущей ручонкой и пробежался по ней взглядом.

– Есть всё, за исключением последних двух пунктов – этот товар будет лишь к концу следующей недели, – сказал он.

– Хорошо, я зайду к вам на следующих выходных. Отложите недостающий товар? – я улыбнулась гному.

– Конечно, – бросил он мне, уже уходя в кладовую.

Когда мы вышли на улицу, Элей рассказала, что познакомилась с той самой начинающей модисткой.

Её имя было Арделия Бассет, и она и вправду искусная швея.

Элей расспросила её, откуда она родом и что привело её в этот маленький городок, на что Арделия не поскупилась с ответом. Элей упросила модистку, чтобы та дала знать, когда можно к ней прийти и заказать пошив двух платьев. И, конечно же, Элей оставила девушке задаток в размере семидесяти процентов, чему та оказалась несказанно рада.

– Элей, в этом ты вся. Спешишь на помощь, даже если о ней и не просили, – сказала я, закатывая глаза.

– Я не могла поступить иначе. Ты же знаешь, – Элей говорила эти слова с какой-то мечтательностью или задумчивостью.

Бросив последний взгляд на дом господина Дварина, я увидела силуэт Арделии, которая исполняла па у окна.

Так мало необходимо людям для счастья.

Случайно мой взгляд упал на тот роковой проулок – сейчас он всё такой же тёмный. Хранитель знаний лежал именно там. Никогда не забуду его посмертный взгляд.

– Как ты думаешь, за что его убили? – Элей потребовались секунды, прежде чем понять, о чём я спрашиваю.

– Иллария, пойдём отсюда, – подруга тянула меня за рукав, явно не желая находиться здесь. – Мы товары покупали, а не улики искать пришли. Стража всё тут осмотрела, но ничего не нашла. Ты ни в чём не виновата и ничем не могла ему помочь. Пойдём, праздник уже начинается, а мы ещё за несколько кварталов от площади.

– Да, ты права. Уйдём отсюда, – согласившись, я с натянутой улыбкой двинулась вслед за Элей.

Площадь на берегу реки, где проходил праздник, встретила нас весёлыми криками и музыкой.

Атмосфера, в которую мы окунулись, позволила нам расслабиться и наслаждаться представлениями.

Уличные музыканты играли на инструментах весёлые мелодии, под которые танцевали девушки с бубнами. В такт отбивая ритм, они кружились и весело подпрыгивали, затягивая в свои танцы проходящих мимо людей.

Одни танцевали, создав большой круг, поочерёдно выпрыгивали вперёд, отбивали ритм стоптанной обувью, хлопали в ладоши. А затем кружились и возвращались на свои места. Другие небольшими группами по четыре человека исполняли танцы староверцев. Движения их были изящны и сложны.

Уличные артисты устроили удивительное представление, ловко подбрасывая огненные шары и жонглируя ими между собой, постепенно усложняя свое представление танцами с огненными фигурами, которыми они ловко управляли в воздухе.

Всё вокруг дышало весельем и лёгкими нотками эйфории.

Это было только начало праздника. Я была в восторге и в предвкушении дальнейшего развития событий!

– Элей, спасибо тебе! Спасибо, что вытащила меня! Я так счастлива! – мы подняли кружки с горячим дымящимся элем.

Напиток согревал изнутри и отдавал хмелем в голове.

Я решительно потянула Элей на площадь, чтобы как следует повеселиться и потанцевать.

Мы кружились, танцевали, потом снова кружились, сменяя партнеров в этой нескончаемой веренице разных элементов танца. И вновь возвращались друг к другу.

Я не понимала, кружится моя голова от эля или от танца, но мне ужасно не хотелось, чтобы это веселье заканчивалось.

В какой-то момент послышался хлопок и в воздухе появился огромный огненный феникс – он образовался из элементов, которыми жонглировали артисты, и взмыл в небо, размахивая своими крыльями.

Ещё хлопок, и феникс взорвался в тысячи фейерверков, сменяя себя один за другим.

Я смотрела на небо. Фейерверки осыпались на нас. Они принимали форму звёзд, цветов, монет, лепестков. Они были так близко. Я рукой потянулась к ним, но поняла, что это лишь иллюзия. Приятная иллюзия для приятного вечера.

Потеряв из виду Элей, я начала оглядываться в её поисках. Однако она уже стояла в стороне. Я и не заметила, как подруга отошла.

На её лице была грустная улыбка. Элей смотрела на небо и трогала медальон на шее. Сейчас она казалась мне другой – более взрослой, задумчивой и даже уставшей.

Перед глазами мелькнул чей-то силуэт и отвлек меня от Элей. Вернувшись взглядом к ней, я вновь видела привычную соседку – радостную и взбалмошную. Она махала мне рукой, подзывая меня к себе.

Город с чудесным названием Эльзар я покидала с улыбкой на лице и теплом в душе, что осталось после этого замечательного праздника.

В Академию мы вернулись как раз к началу комендантского часа, и все рассыпались по её территории.

Мне же, разгоряченной элем и атмосферой праздника, совершенно не хотелось идти спать. Пожалуй, следует прогуляться. Проветрить захмелевшую голову и послушать шум океана.

Картина повторялась. Я вновь шла по берегу, но даже на секунду остановилась – как бы не приключилась вновь со мной неприятность. Но вокруг всё было спокойно.

Волны океана набегали на берег. Обувь утопала в песке, а я продолжала идти и дышать прохладным влажным воздухом. Голова ещё немного кружилась от эля.

Распустив волосы, я двинулась дальше.

За мной оставались окна общежития, в которых горел свет. Впереди тоже виднелись огни.

Я продолжала идти и смотрела на звёздное небо. Это было потрясающе. Шум океана, яркая луна, свежий прохладный ветер.

Присев на корточки, я набрала холодный песок в ладони, затем продолжила шаг, медленно пересыпая его из одной руки в другую.

Порыв ветра, оказавшийся слишком резким, раскрыл моё пальто и растрепал волосы. Я поёжилась от холода, прошедшего по телу.

– Комендантский час подразумевает запрет на выход не только с территории Академии, но и из общежитий, – проговорил кто-то и вышел на свет.

Передо мной предстал архонт Руакс. От столь неожиданной встречи я сделала шаг назад.

Глава Академии сделал шаг вперёд.

Порыв ветра вновь разметал волосы, и от резко усилившегося холода вокруг меня передёрнуло.

Архонт щёлкнул пальцем, и ветер стих. А над нами загорелся световой шар.

Я осмотрелась и поняла, что мы стоим в сфере. Она защищала нас от бушевавшей вокруг стихии.

– Итак, адептка Калиго, зачем вы отправились ночью на пляж? Не на встречу ли приключениям? Помнится, в прошлый раз вы выползли где-то здесь же из воды. И я нашёл вас без сознания заваленную снегом. Что вы здесь забыли? – сказал лорд Руакс и, сделав круговое движение рукой, указал на песок. – С учётом того, что от вас за версту разит элем, полагаю, что собрались вы не на свидание. Я прав?

– Архонт Руакс, я собиралась вернуться в общежитие. Вечерняя прогулка была мне необходима. Хотелось просто подышать воздухом. С вашего позволения, я пойду, – каменная стена спокойствия разом дала трещину: мне захотелось моментально оказаться в своей комнате и плотнее закрыть дверь. Уж слишком пристальным был его взгляд. В душе росло замешательство и опасение.

Я начала разворачиваться на полу-пальцах, сильнее утопая в песке, чтобы поскорее удалиться.

– Я вас ещё не отпускал, адептка Иллария, – ледяным тоном проговорил глава Академии. – Будьте любезны повернуться ко мне.

На негнущихся ногах со страхом внутри я повернулась к архонту.

Мне сложно было понять, в какой момент я сделала шаг вперёд, потому как была уверена, что этого не делала. Но лицо лорда почему-то оказалось прямо передо мной.

Я поскорее спрятала руки в пальто, чтобы хоть как-то скрыть их дрожь, а затем расправила плечи и посмотрела на лорда.

Передо мной стоял уверенный в себе мужчина, который оценивающе разглядывал меня. Его четкие черты лица со слегка приподнятой левой бровью. Черные волосы, которые обрамляли острое лицо и спадали до плеч. Прямая осанка и его поза. От него веяло силой и могуществом. Весь его образ добавлял ритм моему сердцу. Глаза его резко вспыхнули, потемнели и продолжили скользить по мне.

Я отшатнулась и попятилась. Мы были одни и никто не знал о моём местонахождении. В голову сразу полезли различные пугающие мысли, подогреваемые элем, который я сегодня выпила. Преодолевая себя, я посмотрела на главу Академии.

Лорд Руакс продолжал буравить меня тёмными глазами и приблизился ко мне ещё на один шаг.

Оступившись, я рухнула на песок. Холод и страх сковали моё тело.

– Адептка Калиго, у меня к вам вопрос. Вы боитесь всех людей или такой ужас на вас наводят только мужчины? Или вы просто боитесь конкретно меня? – лорд Руакс пристально смотрел на меня и протягивал мне руку. – Я не чудовище. И вас не съем. Поднимайтесь.

Я смотрела снизу вверх на протянутую руку, но смелости не хватало не то, чтобы подняться; её не хватало, чтобы элементарно сделать вдох.

– Обещаю, что ничего дурного вам не сделаю. Безопасность адептов – моя прямая обязанность, что бы вы там не придумали в своей голове. Я не какой-нибудь обезумевший от голода упырь. Поднимайтесь. Вы достаточно продрогли и продолжаете сидеть на песке. Сфера защищает от ветра, а не от холода. У вас даже губы посинели, – уже более спокойным тоном проговорил лорд Руакс.

Он даже попытался выдавить из себя дружескую улыбку, отчего стало ясно, что подобной сцены не ожидал даже он.

Смутившись от глупости собственных мыслей, и раздумывая секунду, я всё же ухватилась за его руку. Резким рывком меня подняли на ноги.

Я отряхивалась, и от стыда не могла поднять глаз на лорда. Всё так же молча продолжала отряхивать уже чистый подол.

– Благодарю вас, – промямлила я себе под нос эти слова.

– Так что вы делаете здесь ночью, да еще и одна? – стало ясно, что архонт от меня не отстанет.

– Мы вернулись с праздника. В общежитие идти не захотелось, и я решила прогуляться. Как видите, я одна и в воду лезть не собираюсь, – сказала я и развела руками перед носом лорда, осознав, что хмель ещё не полностью выветрился из моей головы.

Не устояв на ногах, я начала заваливаться, но архонт очень резко меня подхватил и поставил на место. Эль с новой силой заиграл в голове.

– Так сколько вы выпили на празднике, говорите? – лорд, скрывая улыбку, поинтересовался у меня.

– Я выпила ровно столько, сколько потребовалось, чтобы забыть глаза мертвого хранителя знаний, – усмехнулась я собственной правде, а затем посмотрела в небо и глубоко вздохнула. – До сих пор не понимаю, за что его убили? Он был доброжелательным безобидным стариком.

От моих слов лицо лорда резко поменялось и стало более сосредоточенным.

– Вы встречались с ним ранее? – поинтересовался он.

– Он же хранитель знаний, я брала у него книги, – непонимающе я смотрела на архонта. – Его половина академии знала. Ну, или хотя бы та часть, что умеет читать и интересуется ещё чем-нибудь, помимо учёбы.

– Да, вы правы. Я сожалею, что вам выпала доля получить такой горький опыт. Но маги и опасность идут рука об руку, – архонт задумчиво смотрел куда-то в деревья. – Вы любите цветы?

– Что? – от столь резкой смены направления диалога я даже слегка растерялась.

– Какие вы любите цветы? Розы? – лорд смотрел на меня. – Раз эль не смог развеять эти грустные воспоминания, быть может, это сделают цветы? Может, нужно просто отвлечься от этих мыслей и, например, раздобыть цветов?

– При чём тут цветы? – я не понимала, чего от меня хочет глава академии.

– Просто ответьте, пожалуйста, – архонт был настойчив.

– Маттиолы. Я люблю их. Это цветы, которые буквально напитывают воздух своим ароматом. Они распускаются только ночью и при свете луны выглядят, на мой взгляд, краше любой розы, – честно ответила я лорду. – Но при чём здесь цветы?

– Пойдёмте, я бы хотел вам кое-что показать, – архонт в приглашающем жесте предложил последовать с ним.

– Куда? Зачем? А можно не идти с вами? – я с недоверием смотрела на лорда. – Вам не кажется это неуместным? Сейчас ночь, и мне следует вернуться в женское общежитие. Вы же сами говорили, что сейчас комендантский час и адептам не положено разгуливать по территории.

– Неуместным? Это говорит мне адепт, который в комендантский час разгуливает по академии? Да с вами, адептка Калиго, вообще всё не на своих местах! – архонт скрестил руки на груди.

– Нет, я с вами никуда не пойду. Всего вам доброго, – и после этих слов на свой страх и риск я двинулась обратно в сторону общежития. Будь, что будет!

– О, женщины! Ну почему с вами так сложно! – лорд щёлкнул пальцем, и я провалилась сквозь землю, на которой секундой ранее стояла.

– Что зааааа? – крик разорвал пустоту и оборвался, когда я также резко приземлилась на что-то твёрдое, а затем послышался звук бьющихся глиняных горшков.

Кругом царил полумрак. Мне с трудом удавалось разглядеть место, где я очутилась.

Свет зажёгся, и я сразу поняла, где мы!

Это была огромная оранжерея. Мне много раз доводилось мимо неё проходить, но доступа сюда не было.

Здесь росли разные культурные растения, в том числе и лекарственные, которыми очень гордился факультет целительства.

– Позвольте вам представить маттиолы, – архонт отступил в сторону и моему взгляду предстали клубы распустившихся цветов. – Можете сорвать букет, пока никто не видит и есть такая возможность.

Лорд вёл себя так, словно он не зашвырнул меня в портал секундой ранее. Он вёл себя как мальчишка, который залез в соседний огород за яблоками. И этот мужчина глава академии? Во мне бурлила злость, ярость, удивление, непонимание.

– Вам не кажется, что вы злоупотребляете своими полномочиями? – шипела я эти слова лорду, отряхиваясь от земли. – Это похищение!

– А с вами по-другому не получается: вы то трясётесь, то шипите, то взрываетесь магическим выбросом. Так что приходится действовать быстро и нестандартно, зачастую отходя от правил, в том числе и похищать, как вы ранее сказали. Прошлый ваш магический выброс стоил мне шторы, и вы не потрудились её мне вернуть, адептка Калиго, – отвечал мне архонт, позабыв о нормах поведения между адепткой и главой академии.

– Я благодарна вам за ваше внимание, но впредь прощу не удостаивать меня этой чести. Боюсь, мне такая ноша не по плечу. Можете зашвырнуть меня обратно в портал поближе к общежитию, у вас это хорошо получается, – мои щёки пылали от ярости.

– Полагаю, цветы вам не нужны? – лорд смотрел куда угодно, но не на меня.

– Нет, цветы я рвать не стану, они завянут и умрут. Смысл? – я покачала головой.

– Хорошо, – после этого слова архонт ушёл.

Бросил меня тут? Сначала притащил, а потом бросил?!

Его шаги разносились где-то рядом, а затем загремели горшки, и начал падать садовый инвентарь.

Пока лорд Руакс остужал свой гнев, явно недовольный моей реакцией, и переворачивал оранжерею вверх дном, я опустилась на колени к цветам и потёрлась щекой об их соцветия, вдыхая этот умопомрачительный аромат.

Может, не следовало так грубо отвечать ему? С другой стороны, я не просила его ни о чём. Это он потащил меня сюда без моего согласия. Чего он этим добивался?

– Копайте, – что-то с грохотом приземлилось возле меня, и, судя по звуку, ещё и разбилось. – Копать умеете, я надеюсь? Не хотите сорвать цветы, тогда выкапывайте их; без цветов вы отсюда не выйдете. Считайте это приказом главы академии – гулять, так гулять, я ведь всё равно злоупотребляю своими полномочиями.

Он что, не в себе? Или его до такой степени обидела моя реакция? А на что он вообще рассчитывал? Безумец! Узурпатор! Я что, на шее у него повиснуть должна была после такого жеста доброй воли? А цветы шикарные, конечно. Может, выкопать всё же? Нет, так нельзя. Хотя почему бы и не выкопать себе цветов? Никто ведь не узнает. Я взяла савок, и стала аккуратно выкапывать цветы, сразу же пересаживая их в предоставленные горшки. Пока я копалась в земле, моя злость утихла, и происходящее уже выглядело совсем иначе. Полагаю, архонт хотел как-то отвлечь меня, а я повела себя как безумная социопатка-истеричка.

– За что вы любите эти цветы? – лорд наблюдал, как я без зазрения совести граблю оранжерею.

– Они напоминают мне о детстве, о чём-то очень родном и любимом. О чём- то, что я давно забыла и никак не могу возродить в своей памяти, – ответила я, когда заполнила последний горшок.

Сама не понимаю, почему сказала именно так, но ответ этот шёл из самого сердца.

Наблюдая за тем, как горшки исчезают в чёрном песке, оставалось уповать, что они приземлятся в моей комнате не так, как приземлилась я в оранжерее.

– Адептка Калиго, я провожу вас до общежития. Чтобы убедиться, что вы дойдете туда в целости и сохранности, и вас больше никуда не понесёт, – произнёс архонт.

– Архонт Руакс, я могу сама дойти, это лишнее. Или вы могли бы отправить меня, как и горшки – это было бы лучше всего. Не пристало главе академии сопровождать адептов, – смотря в сторону, ответила я.

– Я должен убедиться, что вы дойдёте туда в целости и сохранности, и вас больше никуда не понесёт по ночи, – повторил лорд; мой отказ он пропустил мимо ушей.

– Хорошо, – я поняла, что выбора у меня нет.

Глава 5

По дороге в общежитие архонт был погружен в собственные мысли, а я следовала за ним.

Мы шли, и лишь звук набегающей волны на берег разбавлял наше молчание.

Зачем было идти меня провожать? Я сама могла прекрасно дойти.

Камень неудачно попал в обувь, и пришлось остановиться, чтобы вытряхнуть его из башмака.

Лорд Руакс ушёл вперёд, всё так же находясь в глубоких размышлениях. А я двигалась следом.

На секунду поймала себя на мысли о том, что рассматриваю его и бесполезно трясу ботинком в воздухе. Да что со мной? Что я делаю? Дал выкопать мне цветов, а я? А что я? Он – глава Академии! А я просто адептка! Очнись, Иллария!

На нашем потоке половина точно пускает на него слюни, да что на потоке – во всей Академии. Видно, как они застывают в коридорах и пожирают его глазами, когда архонт изредка пролетает мимо них. И прямо сейчас я одна из тех девушек, кто теряет голову в присутствии этого лорда. Все мужчины одинаковые! Вскружат голову молоденьким девушкам и сбегут.

В Олире бывали такие случаи, когда молодая девушка становилась объектом внимания красивого статного мужчины, проезжающего через наш город. Только вот ничем хорошим это не заканчивалось, а только позором для девушки, потому как прекрасный принц исчезал ещё до рассвета, оставляя после себя разбитую карету.

С каждым шагом я усиленно втаптывала песок, потому как становилось ясно, какую именно игру задумал этот высокопоставленный лорд.

С чего вдруг он разрешил мне выкопать этот чёртов куст? Все мужчины одинаковые!

Мама всегда говорила, что мужчины очень коварны и следует быть внимательной при общении с ними, тем более, если ты неискушённая жизнью сельская девушка.

В какой-то момент архонт резко остановился, а я врезалась ему в спину, прервав свои размышления.

Совершенно сбитая с толку, я испугалась. Крик застрял в горле, по инерции руки поднялись вверх, хотелось выставить их вперёд для защиты.

Лорд Руакс взял мои замершие ладони своими руками, отчего я уткнулась лицом в шерстяной камзол лорда. И от его запаха закружилась голова. Все мои мысли разом разлетелись.

Что со мной?

Казалось, что здесь и сейчас самое безопасное место. Мне было так хорошо.

Да что со мной?!

Опомнившись, я резким движением вырвала себя из этих объятий и отступила на шаг назад.

Это неправильно. Я словно мотылёк, летящий на пламя.

– Что вы делаете? – сжимая кулаки, я старалась говорить спокойно.

– Что я такого сделал? – лорд, словно хищник, медленно повернулся ко мне лицом. И ни один мускул на лице не выдавал того, что он сейчас чувствует.

– Всё вы понимаете! – я начала обходить лорда. – Все эти ваши любезности, цветы и внимание ко мне, чего вы этим добиваетесь? Приберегите это для дурочек, которые клюнут на всё это. Мне хорошо известно, какими могут быть мужчины.

– Адептка Калиго, по моему глубокому убеждению, вы являетесь одной из самых одарённых адепток вашего потока. Очень жаль, что вы оскорбляете себя и меня подобными предположениями, – от подобных слов лорда мои щёки начали гореть.

Я плотно сжала губы и предпочла промолчать.

– Полагаю, на этой ноте мы расстанемся. Всего доброго, адептка Калиго. – лорд прищурил глаза и внимательно посмотрел на меня.

В ответ от меня он получил лишь быстрый кивок.

– Адептка Иллария Калиго. Впредь постарайтесь таких ошибок не повторять. Они очень дорого обходятся студентам Академии – за подобные пьяные прогулки отчисляют, – сказал архонт Руакс.

Он оставил меня и двинулся в сторону главного корпуса. До здания общежития оставалось не более пятидесяти шагов.

Так быстро я никогда не бегала, даже на полосе препятствий на полигоне.

***

Утро следующего дня встретило меня головной болью, слабостью и жаждой.

Сил не было ни для того, чтобы проснуться, ни для того, чтобы отправиться в ванну.

Мыча и изображая безвольную рыбу, выброшенную на берег, я медленно приближалась к краю кровати. Свесив руки и ноги, лежала на боку и собиралась с силами, чтобы сделать рывок и подняться на ноги.

Неожиданный громкий и резкий стук в двери напугал меня, и, совершив полёт вниз, я приземлилась на пол.

– Иллария, я вхожу, – кричала Элей, закрывая комнату уже изнутри. – Эй, соня, ты всё ещё не встала?

А я продолжала лежать; полагаю, из-за кровати торчали только ноги, когда Элей зашла в комнату и обнаружила меня на полу. Она медленно подходила ко мне и что-то непонятное шептала.

– Иллария, ты спишь? Или ты притворяешься? – в голосе Элей слышалось замешательство.

Мгновение, и она бросилась ко мне. Схватила меня и с такой силой развернула к себе, так что от удивления я выпучила глаза.

На секунду на её лице застыла маска ужаса.

Затем она сдвинула брови и внимательно вгляделась в моё лицо. Секунда промедления, и она что было сил бросила меня обратно на пол.

– Ай! Больно ведь! – крикнула я, приложившись лбом об пол.

– Дурацкие у тебя шутки, Иллария! – обвинительным тоном сказала Элей и вышла в гостиную.

Выскочив за ней, мне удалось остановить подругу, когда та собиралась уже уйти.

– Элей, да постой же ты! Сначала напугала меня стуком в дверь, потом ещё и лбом об пол приложила! Вообще ни за что! Я всего-то упала с кровати и просто лежала. Эль для меня всё же слишком крепкий напиток. Тяжеловато по утрам после него, – я говорила так быстро, что даже усомнилась, разберёт ли она мои слова.

Элей лишь поджав губы, смотрела на меня.

Мускул на её лице дрогнул, и она расхохоталась звонко и оглушительно. Мне и самой было смешно от того, как я плюхнулась на пол.

– Собирайся! Сегодня самое интересное за целый день – это практическое занятие у Алькантара. Ну, ещё начало репетиций к массовому выходу во дворец перед зимними каникулами, – сказала Элей, усаживаясь на диван и размахивая рукой в воздухе. – Красивые цветы у тебя в горшках стоят на окне. Это случайно не те, что у нас в оранжерее растут и на вес золота оцениваются?

– Нет, что ты, – мой взгляд упал на следы моего вчерашнего преступления. – Это я с собой семена привезла, а также горшки и землю. Ну, чтобы, так сказать, весь технологический процесс соблюсти.

Как ни в чём не бывало я направилась в ванную, но сразу же вылетела из неё.

– Элей, я не сделала доклад, – шёпотом проговорила я и схватилась за волосы на голове. – Забыла! Чёрт! Может, ещё успею?

– А где ты вчера вечером была? – Элей продолжала свой допрос. – Я заходила к тебе, но ты не открыла.

– Да я спала уже, – я продолжала врать подруге и смотрела на цветы. – С докладом-то что делать?

– В таком случае, прими мои поздравления, – подруга продолжала улыбаться.

– С чем? – удивлённо я уставилась на неё.

– У тебя отличные чары по иллюзиям. Когда я постучала вечером, и ты не ответила, мне стало интересно, чем ты таким занята, и я вошла, – подруга коварно собирала пальцы в замок. – Тебя не было в комнате. Я всё проверила, и наличие чар в том числе.