книжный портал
  к н и ж н ы й   п о р т а л
ЖАНРЫ
КНИГИ ПО ГОДАМ
КНИГИ ПО ИЗДАТЕЛЯМ
правообладателям

Владимир Кривонос

Там, где сияет солнце

Вместо пролога


1983 год, пионерский лагерь «Лукоморье»

Ее звали Наташкой. Она была самой красивой в лагере. Даже большие пацаны заглядывались и пытались за ней ухаживать. А Николай только мечтал. Мечтал хоть на мгновение оказаться рядом. Мечтал поймать ее взгляд. Хотя, куда ему. Она была даже не из его отряда и старше года на два.

От соседа по комнате он узнал, что Наташка по вечерам бывает в компании Витьки Гаврилова, которого все звали коротким прозвищем Гавр. После ужина разрешалось гулять, и те, кто постарше, облюбовали беседку на дальнем краю лагеря. Там они сидели до самого отбоя. Николай никогда к ним не подходил, но желание увидеть Наташку, пусть даже издалека, оказалось настолько сильным, что он решился.

Пацаны играли в карты. Не просто так. Проигравший должен был исполнить желание. Ее желание. Николай, занявший позицию за дощатым бортиком, долго наблюдал за игрой, выглядывая из-за спин. И вдруг, протиснувшись внутрь беседки, выпалил:

– Я тоже играю.

Несколько пар глаз взметнулись в его сторону. Пацаны оценивающе измерили взглядами. Гавр пожал плечами и пригласил к столу. Игра захватила Николая, и он на мгновение позабыл, что собирался всего лишь продуть. Внезапно вспыхнувший азарт заставлял его придумывать хитрые ходы, помогая обыграть соперников. Каждый раз появлялся новый «счастливчик», потерпевший поражение, но никак не Николай. Наташка придумывала всякую чушь, вроде того, чтобы залезть под крышу беседки и прокричать петухом или сделать десяток кругов вокруг площадки. Одного парня она отправила в комнату девочек принести помаду.

За этим веселым занятием никто не заметил, как сочные краски листвы и цветов на газоне поблекли в наступающих сумерках. До отбоя оставалось не более получаса.

– А теперь, – произнес Гавр, – пусть Натаха загадает желание на последнюю игру. Заранее.

Она призадумалась.

– Пусть… – Наташка сделала паузу, закатив глаза. – Проигравший сходит к замку. После отбоя.

– К какому замку? – послышалось сбоку.

– К тому, что на мысу.

– К замку-призраку?

– Там, говорят, бродят привидения.

– А кто говорит? Кто-нибудь ходил туда?

Повисло молчание. Из присутствующих, видимо, никто еще не бывал в замке. Да и идти туда никому не хотелось. Поэтому, последняя партия шла с особым ожесточением. Проигрывать никто не желал. Николай уже не рад был, что ввязался. Ему выпали неплохие карты, и он понадеялся легко выйти, как в прошлые разы. Но совершенно неожиданно все пошло не так: козыри быстро закончились, из колоды приходила одна мелочь. В конце концов, он… проиграл. Более удачливые соперники с довольными лицами уставились на него.

– Может заменим желание? – спросил кто-то. – Он же из младшего отряда.

– Это нечестно, – возразил Гавр.

– Ты можешь никуда не ходить, – произнесла Наташа, глядя на Николая.

Он поднял глаза и твердо произнес:

– Нет, я пойду.

– Да, пусть идет, – раздался еще один голос.

– Условие, – произнес Гавр. – Ты должен взобраться на башню и посветить оттуда фонарем. Фонарь есть?

– У брата спрошу.

– Хорошо. А мы будем наблюдать на берегу.

***

– Тебе зачем фонарь? – спросил Андрей.

– Надо, – глухо ответил Николай.

– Говори, иначе не дам.

Пришлось все рассказать.

– Значит так. Я пойду с тобой.

– А это будет по-честному?

– Я подожду тебя у замка, а ты поднимешься в башню и подашь сигнал.

Николай только обрадовался. Ему совсем не хотелось идти одному ночью через лес. Но признаваться в этом он не хотел.

После отбоя все дети должны находиться в комнатах. Уйти из корпуса не так-то просто. Поймают, мало не покажется. Но ради исполнения желания Наташки Николай не думал сейчас об этом. Соседям по комнате пришлось все рассказать и попросить, чтобы они, если что, прикрыли. Николай заранее предвкушал, с каким уважением будут смотреть на него ребята после того, как он вернется. Да уже сейчас в их глазах виден был огонек восхищения его смелостью.

Над лагерем сгустились сумерки. Андрей ждал брата у крыльца корпуса. Они отправились не по дорожке, чтобы ненароком не попасться на глаза воспитателей, а нырнули в густой кустарник. Пройдя через насаждения, вышли к забору. Нашли лазейку, которой пользовались все, кто желал тайком сбежать к морю. Отсюда они увидели берег, где смутно виднелись фигуры компании Гавра. И до ушей Николая донесся звонкий голос Наташки. Николая словно кнутом подстегнули. Он со всех ног рванул по направлению рощи, Андрей еле за ним поспевал.

Светлая днем, сейчас березовая рощица посерела. Белые стволы казались колоннами в траурном зале. Вскоре березы закончились, и их сменили могучие сосны. Тропа терялась в темноте. Пришлось зажечь фонарь.

Подошвы сандалий шлепали по камням, выступающим из земли. Рядом с деревьями вырастали огромные валуны. Местность становилась скалистой. С моря, которое оставалось далеко внизу, потянуло прохладным бризом. В рубахе с короткими рукавами стало зябко.

Уже почти совсем стемнело, когда перед ними выросла громада старого замка. Он чернел на фоне звездного неба, слегка подсвечиваемый взошедшей полной луной.

– Ну что, герой? – произнес Андрей. – Дальше ты сам.

– Ты со мной не пойдешь?

– А разве ты не один должен подняться на башню? Кто захотел покрасоваться перед девчонкой?

Николай тяжело вздохнул. Что правда, то правда. Сам виноват.

– Давай фонарь.

Николай перешел по деревянному мостику, перекинутому через ров, и ступил в нишу ворот. Сдвинув створку, просочился в узкую щель. Луна заливала внутренний двор серебристым светом не хуже уличного фонаря. Но от этого мрачные стены казались еще мрачнее.

В голове промелькнула предательская мысль: «Может уйти?». Но как же тогда задание? Они там, на берегу ждут его сигнала. А если не увидят, как он посмотрит им в глаза? Даже не пацанам, нет, а в её глаза?

Николай поднялся по каменным ступеням на крыльцо. Стальная ручка массивной двери, шершавая от ржавчины, отдалась холодом в ладони. Он потянул дверь на себя. Она с трудом подалась, протяжно скрипнув. Из беспроглядной темени проема дыхнуло холодом. Николай поспешил включить фонарь. Яркий желтоватый луч осветил коридор, выхватывая неровные стены. Запахло плесенью и сырым камнем. Стук сандалий отозвался звонким эхом.

Коридор вывел в огромный зал. Стены расступились. Луч фонаря потерялся где-то высоко под невидимым потолком. Чуть правее от входа в глубину зала уходил длинный стол, и вдоль него выстроились стройными рядами высокие резные спинки. С дальнего торца стул был отодвинут, и в нем… Словно на троне сидел худой старик. Он склонил в задумчивости полысевшую голову, подперев ее ладонью. Казалось, он совсем не заметил появления Николая.

Ладонь, державшая фонарь, похолодела, а изнутри его будто обдали студеной водой.

Луч прошелся по старику. Но свет не отразился от него, а увяз в призрачном теле. Старик продолжал сидеть, не обращая внимания на направленный на него фонарь. И медленно так, прямо на глазах, растворялся, пока на его месте не осталось ничего.

Николай очнулся от наваждения и вспомнил, зачем он тут. Поискал глазами, куда двигаться дальше. Наверх вела только широкая деревянная лестница слева. Он быстро взобрался по ней и оказался на площадке, огражденной перилами. Вновь осмотрелся. В обе стороны уходили два коридора. Не зная, какой выбрать, Николай направился к тому, что ближе. Коридор напоминал тоннель, а фонарь подобно фаре выхватывал из темноты небольшой участок впереди. Время от времени попадались двери. Все они были наглухо закрыты, и желания заглянуть за них совсем не возникало. Николай не имел представления о том, как устроен замок. Логика подсказывала, что каждый коридор должен заканчиваться у входа в башню. К той или не к той ведет этот коридор, он не знал, но очень надеялся, что ее окна смотрят на противоположный берег залива, где ждет сигнала компания Гавра.

Николай подбадривал себя, заставляя идти вперед. Он желал лишь одного: скорее выполнить задание и убраться отсюда. В царившей тишине он слышал собственное дыхание, заглушающее цоканьем сандалий.

Стоп. Что это? Из глубины коридора появился еще один звук, очень похожий на шлепанье босых ног. Николай затаил дыхание. Шлепанье становилось отчетливее. Оно доносилось из темноты и приближалось. Николай выставил перед собой фонарь. Луч желтым конусом ушел вперед, высветив белобрысого мальчишку, возрастом чуть старше Николая. Облаченный в какую-то странную незнакомую одежду, похожую на комбинезон, и почему-то без обуви, он надвигался медленным, но уверенным шагом. Широко открытые глаза совершенно не реагировали на яркий пучок света. Они смотрели куда-то мимо. Казалось, мальчишка не замечал присутствия Николая. Он приближался. Подошел вплотную. Николай, в страхе отступив к стене, швырнул фонарь в незнакомца. Крутясь и раскидывая луч по сторонам, фонарь прошел сквозь тело и грохнулся на пол, тут же погаснув. В обрушившейся темноте Николай бросился прочь, не разбирая дороги. Шлепанье босых ног продолжало преследовать его. И как бы Николай не старался быстро бежать, оно его, казалось, догоняло.

Он не заметил, как слетел вниз по ступеням лестницы, ведущий в зал, и выбежал во двор. Протиснулся в узкую щель между створками ворот.

Андрей сидел на большом камне у края моста. Увидев брата, вскочил на ноги.

– Коль, ты что?

– Там… – Николай перевел дыхание. – Эти… Призраки.

– Ты что, спятил? Призраков не бывает.

– Не веришь, проверь.

– Ты побывал в башне?

– Нет. Я встретил какого-то пацана, он шел на меня так, будто меня не видел. Я не знал, что делать и кинул в него фонарь. Ты представляешь, фонарь пролетел сквозь него!

– И?

– Я убежал.

Андрей пристально посмотрел на Николая.

– Чушь какая-то. Такого быть не может.

– Да чтоб мне провалиться, – Николай от отчаяния готов был зарыдать.

– Значит так, тебе нужно вернуться и посветить из окна башни.

– Андрей, я не пойду.

– Ты что? Завтра весь лагерь будет над тобой смеяться.

– Пусть смеются, но я возвращаться туда не хочу. Я боюсь.

– Кого? Приведений не бывает. Это все твое воображение.

– Нет, Андрей. Давай скорее уйдем. Мне кажется, что тот пацан до сих пор гонится за мной.

– Ага, сейчас возьмет и выскочит из ворот.

– Андрюша, ну пожалуйста. Мы скажем, что я был в замке. А фонарь сломался. Ты подтвердишь.

– Слушай, Коль. Я не хочу, чтобы о тебе говорили, что ты трус. Раз боишься, сиди тут. Я сам поднимусь в башню. Где ты оставил фонарь?

Николай дрожащим голосом рассказал, как сумел, в каком месте он повстречал призрачного мальчишку. Андрей сверкнул на него глазами и решительным шагом направился к воротам.

Николай остался один. Ночь уже вступила в свои права. Звездное небо нависало безмолвным куполом, а холодный диск Луны сиял как начищенный чайник. В стороне от замка чернел лес, выделяясь зубастыми как у пилы кронами на фоне ночного небосклона. Со стороны моря тянул прохладный ветерок, продувая тонкую рубаху и шевеля волосы. Замок громоздился подобно огромному чудовищу, отражая лунный свет грязно-серыми стенами. Узкие бойницы безжизненно взирали на одинокого Николая, стоявшего в ожидании у моста, перекинутого через скалистое ущелье.

Время шло. Со стороны замка не доносилось ни звука. Николай уже начал жалеть, что позволил брату отправиться туда. Он стоял в нерешительности, не зная, пойти следом или оставаться ждать. Глаза всматривались в южную башню, выходящую к лагерю. И вдруг… в черном окошке мелькнул огонек. Луч фонаря вырвался наружу, ушел по направлению к тем, кто ждал условный сигнал. Сердце Николая радостно забилось. Всё! Теперь никто не назовет его трусом! А самое главное она будет знать, что ее задание выполнено! И не важно, кто на самом деле светит фонарем из башни.

Огонек в окошке исчез. Башня вновь омертвела. Николай в нетерпении ждал, когда Андрей появится из ворот. Глаза всматривались в темную нишу. Там едва угадывались дубовые створки. Между ними светлела серым узкая щелка.

Но что это? Массивная стена и ворота побледнели, приобретая прозрачность. Сквозь них проступили очертания главной башни, где на крыльце показался Андрей. Брат спрыгнул с высоких ступенек, побежал в сторону Николая. Но, добежав до середины двора, начал таять в воздухе. А вместе с ним точно так же таяли стены, открывая вид на бескрайнее черное море, уходящее к горизонту. Замок в считанные секунды растворился, оставив на своем месте ровную каменную площадку. Вместе с замком исчезли ров и мост через него. Николай оказался на голом мысу, обдуваемый холодным ветром, в полном одиночестве. А на противоположном берегу горели огоньки лагеря. Там компания Гавра, а вместе с ними и Наташка. Они, наверняка, увидели свет из башни. Теперь можно смело возвращаться к ним. Но… Николай прошелся по пустой площадке, не веря собственным глазам. Не понимая, что произошло. Не зная, что делать…

Первая часть

Глава 1

Дверь хлопнула, заставив вздрогнуть собравшихся в кабинете городского прокурора, облепивших со всех сторон вытянутый овальный стол. Оконная рама с треском распахнулась, впустив волну свежего воздуха, а вместе с ним: стук дождя по жестяному подоконнику, шелест листвы тополя, заслонившего свинцовое небо, и гул невидимых отсюда машин.

Сам прокурор Матвей Игнатьевич, стоявший спиной к окну, могучей фигурой похожий на оживший монумент, кажется, даже не заметил поднятого сквозняком шума. Он продолжил говорить, как ни в чем не бывало:

– Тут давеча наши коллеги из МВД обратились за помощью. Они расследуют пропажу мужчины и двух детей. Пропавший работает на объекте, принадлежащем структурам Закипелова. Кажется, им занимались вы, Морозова?… тьпу, простите, Гаврикова, все забываю, что вы сменили…

– Похоже, скоро придется назад менять, – пробурчала вполголоса Юля и уже громче добавила:

– Да, занималась, Матвей Игнатьич.

– Вот и хорошо. Поручаю вам поработать с коллегами… На этом всё.

Планерка закончилась. Служащие в синих кителях повставали из-за стола. Ножки стульев загремели, подошвы зашаркали, застучали каблуки. Голоса загудели как пчелиный рой. Люди один за другим потекли за дверь, унося за собой звуки.

– Гаврикова, задержись, – голос Матвея Игнатьевича заставил Юлю остановиться на полпути. Прокурор подошел, держа в руке картонную папку.

– Здесь материалы дела. Чижиков как обычно сел в лужу со своими архаровцами. Нам нужно поправить положение. Заодно у нас может появиться материал против Закипелова.

– Вы думаете, он причастен к исчезновению?

Прокурор пожал плечами.

– Попытайтесь выяснить. И учтите, если снова завалите дело, можете подавать рапорт.

Какой именно рапорт, объяснять не требовалось, Юля все прекрасно поняла.

Она зашла к себе. От заваленного бумагами стола потянуло унынием. Каждый день она дает себе обещание, но никак не может навести здесь порядок. В левом углу лежат папки с законченными делами. Ждут, когда их отправят в архив. Справа стопка еще больше. Начатые дела. Для них выделены места на полках объемистого шкафа, что стоит у дальней стены. Но Юля уверена, попади туда дело, оно обязательно заглохнет. А если оно всегда под рукой, непременно должно продвигаться.

Чуть сбоку: накопившиеся бумаги требуют обратить на себя внимание, изучить, разобраться в увесистых кирпичах накатанных текстов. С каждым днем они только прибывают, а убывают с гораздо меньшей скоростью. Расчистив от них участок стола, Юля опустила перед собой папку, полученную от Матвея Игнатьевича.

Итак. Заявление о пропаже мужа и детей. Подано Ариной Куропаткиной. Короткое, выведенное каллиграфическим почерком. Затем – несколько листов с дознаниями свидетелей. Следователи из полиции опросили директора НИИ, где работает Куропаткин. Они выяснили, что лаборатория Олега находится за городом в здании, принадлежащем «Чистому миру». Также следователям удалось узнать, что в день исчезновения Олег получил отпуск и практически был отстранен от работы.

Перевернув очередную страницу, Юля наткнулась на две фотографии. С одной на нее смотрит знакомое лицо курносого мальчишки с короткой стрижкой – Артем. На другом снимке – его сестра Настя. Они приходили к Юле где-то с месяц назад, чтобы рассказать о странностях Закипелова. Только сейчас до нее стало доходить, что пропали именно эти дети, попросившие тогда помощи. Они рассказывали, что их отец занимается поисками пути в параллельный мир, и опасались, что Закипелов ведет нечестную игру против него. Единственное, что смогла тогда сделать Юля, это организовать прослушку. Правда, нелегально. Но когда об этом узнал Матвей Игнатьевич, ей здорово влетело.

Та встреча с детьми заставила ее вспомнить о Володе. Она была влюблена в него в молодости, но о своих чувствах не успела сообщить. Володя таинственным образом пропал. В собственной квартире. Произошло это на глазах того же Олега Куропаткина – тогда еще двенадцатилетнего мальчишки. Как оказалось, чтобы найти Володю, Олег занялся физикой и пытался изобрести неведомый аппарат. Его дети подозревали Закипелова в том, что он проявляет нездоровый интерес к разработкам отца. Результаты прослушки подтвердили это, но с какими целями – так и осталось невыясненным.

Сам собой напрашивается вывод: если вдруг у Олега получилось, он мог перейти в тот самый параллельный мир. И тогда, скорее всего, Закипелов тут ни при чем. С другой стороны, Закипелов мог выкрасть ученого, чтобы присвоить себе его изобретение. Но зачем похищать вместе с детьми? Непонятно. Из бумаг в папке видно, что полиция никак не увязывает работу Олега с его исчезновением. Они даже толком не разобрались, чем занимается пропавший. Ну что ж, вполне в духе Чижикова. Юля усмехнулась.

Запиликавший мобильник заставил ее вздрогнуть. На экране высветилось: «Миша».

– Да, – ответила Юля.

В трубке зазвучал голос мужа:

– Привет! Что делаешь?

«Глупый вопрос», – подумала Юля, а вслух ответила:

– Работаю. Чем еще, по-твоему, я могу заниматься?

– Ты прости за вчерашнее. Погорячился.

– Знаешь, Миш, ты вчера все сказал, и я не хочу возвращаться к этому разговору. И вообще, ты меня отвлекаешь от дела.

– Давай вечером сходим куда-нибудь. Хочешь в «Лагуну»?

– Пока, – ответила Юля и отключила вызов. В «Лагуне» четыре года назад произошло их первое свидание, и он неспроста сейчас упомянул название ресторана. Но она уже твердо решила покончить с выкидонами мужа и не собирается покупаться на приглашения.

Юля вновь вернулась к папке. Дальше идут листки с показаниями коллег Куропаткина. Последним его видел Леонид Уплетаев. Они встретились в то утро в приемной директора НИИ. Это произошло сразу после того, как Куропаткина отстранили от работы. По показаниям директора, он это сделал с воспитательной целью, дескать, Куропаткин позволял себе вольности при проведении экспериментов. Куда отправился Олег после НИИ, неизвестно. Юля пролистнула несколько страниц, вернувшись к показаниям Арины. Вот, здесь. Арина утверждает, когда она встала в то утро, дети были на ногах. После завтрака они вышли на улицу, потом в дом забежал Артем, поднялся к себе и спустя пару минут появился с рюкзаком на плече. Кинул на ходу, что они поехали с папой. Куда, не сказал. Арина удивилась, но не стала расспрашивать. По времени это было после встречи Леонида с Олегом в приемной. Куда же они направились?

Этот вопрос Юля задала себе вслух. Просмотрев все бумаги, она не обнаружила никаких зацепок. Никто из опрашиваемых не видел больше ни Куропаткина, ни его детей.

Сняв с телефонного аппарата увесистую трубку, она произнесла:

– С Черемшановым соедините, – немного подождала. – Иван, приветик. На месте?… Слушай, у меня к тебе дело. Помнишь, ты прослушку ставил на телефон того пацаненка, Артема?… Да, именно… Она еще действует?… Печально. А сам номер пробить можешь? О’кей, жду.

Рычажки телефона клацнули под водруженной обратно трубкой.

Иван, несмотря на свою молодость, успел стать легендой в их коллективе. Перед его изворотливым умом рассыпается любая информационная защита, а отследить номер мобильника – для него раз плюнуть.

Через несколько минут телефон затрезвонил.

– Ну что?.. Не может быть! Где?

Пальцы судорожно схватили ручку, на попавшемся листе бумаги Юля набросала продиктованный адрес.

***

Высокие дома крепостной стеной обступили тесный двор, делая его похожим на глубокий колодец. Сюда даже солнце не заглядывает в ясный летний день. А сейчас, когда небо затянуто тучами, так и подавно. Вдоль узких дорожек стоят припаркованные машины. До боли в шейных позвонках Юля вывернула голову в поисках места для внедорожника. Говорила мужу, что ей нужна машина-малютка, но нет, он решил, что непременно должен быть этот «корабль». И теперь она чувствует себя севшей на мель в пересохшем ручье. Сзади уже сигналит нервный владелец белой старушки, похожей на лодку-плоскодонку. Он застрял в запруженном асфальтовом русле, увязавшись за Юлиным галеоном.

Справа отъехала синяя иномарка. Юля заправски втиснула на ее место внедорожник, освободив проезд нетерпеливому водителю белого авто. Заглянула в карту на смартфоне: узнать, какой нужен подъезд.

Задумалась. Правильно ли она делает? Может, надо было вызвать группу захвата?

Мобильник диликнул в ладони, отозвавшись короткой вибрацией. Она бросила взгляд на экран. Сообщение от мужа. Палец по привычке ткнул иконку. «Заказал столик в Лагуне. Жду тебя в семь», – прочла Юля.

– Ну и жди, – произнесла она вслух, пряча телефон в сумочку.

У двери подъезда поблескивают кнопки домофона, обещая препятствие на пути. Предупреждать хозяев квартиры о своем появлении на ранних подступах – пахнет провалом. Но тут же вспомнился хороший трюк: позвонить в другую квартиру. Работнику прокуратуры любой откроет. Если поверит, конечно. А еще можно подождать, когда кто-нибудь из жильцов выйдет или будет заходить.

К Юлиной радости домофон оказался нерабочим. Дверь свободно открылась, впустив ее в темноту подъезда, где ударил в нос обильный запах сгоревшего лука. Огонек на кнопке лифта не светится. Пришлось прислушаться, стоит лифт или ездит где-то. Все же Юля уловила отдаленный лязг и гудение. В ожидании прикинула, на каком этаже квартира.

Медленно и натужно скрипя, словно сейчас развалится, лифт доставил ее до седьмого этажа. Здесь запах лука ослаб, но к нему добавилось что-то кислое. Юля поморщилась. Отыскала глазами нужную дверь. Выкрашенная в безликий серый цвет, из металла, а-ля 90-е. Белая кнопка звонка заляпана той же серой краской. Юля нажала. Из квартиры донеслось приглушенное жужжание. На него никто не откликнулся. Юля позвонила еще раз. Результат тот же. Может квартира не та? Юля вынула из сумочки телефон и набрала номер Артема. Через пару секунд из-за двери раздалась мелодия звонка. Сомнений не оставалось: смартфон находится здесь.

Поняв, что в квартиру попасть обычным путем невозможно, Юля вызвала группу.

Дверь открыли без особого труда. Вооруженных автоматами людей, зачехленных в черную форму, в блестящих касках с прозрачными забралами, встретила вполне уютная ухоженная квартирка. Одна единственная комната, выполняющая одновременно роль гостиной и спальни. Аккуратно застеленный диван. Старомодный комод на изогнутых коротких ножках, на нем пустая птичья клетка. Круглый стол ближе к окну. Напротив дивана стену закрывает сервант, также как и комод, родом из прошлого века. Большой плоский телевизор на низкой подставке контрастирует со старой мебелью. И никаких следов Куропаткиных. Юля вновь набрала номер Артема. Из прихожей раздалась мелодия. Смартфон обнаружил себя на тумбочке с зеркалом. Юля аккуратно положила аппарат в прозрачный пакет. Не найдя больше ничего, что могло бы натолкнуть на след пропавших, Юля вышла из квартиры. Она уже успела выяснить, что здесь проживает Мария Толоконникова, сотрудница Куропаткина. Оставалось узнать, как смартфон попал к ней. Недолго думая, Юля вновь набрала Ивана.

– Слушай, мне нужен мобильник хозяйки квартиры. Сможешь узнать?

Получив номер телефона, Юля позвонила. В ответ услышала, что аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети.

Глава 2

Неделей ранее…

В тот день Мария приехала домой еще до обеда. Всю дорогу она горела от гнева: это же неслыханное нахальство – выгнать ее из лаборатории! Не ожидала она такого от Леонида. Подлое предательство! Как он мог? От захлестнувшего негодования она даже не заметила, как такси довезло ее до крыльца подъезда.

Затем, уже дома, мысли переключились на Олега Николаевича. Он, конечно, здорово улизнул от Закипелова, но ведь ему предстоит возвращаться. Артем придумал трюк, в который мало верилось. Якобы по команде смартфона компьютер, управляющий излучателем, выключился. И после двенадцати часов все тот же смартфон должен его включить. А если и вправду включит? Тогда в десять вечера излучатель создаст канал, и Олег Николаевич с детьми вновь появятся в лаборатории. Но они же не знают, что произошло сегодня сразу после их исчезновения, и, вернувшись, окажутся запертыми в клетке, в полном неведении об изменившемся положении. Надо обязательно их встретить, все рассказать и вместе оттуда выбраться. Эта мысль надоедливой мухой не отпускала Марию до самого вечера.

В девять она набрала телефон такси. Пальцы тряслись от нетерпения и несколько раз промахивались мимо нужных цифр. Следующие пятнадцать минут прошли в томительном ожидании. И вот она уже мчится по вечерним улицам. Гирлянды фонарей пытаются прогнать надвигающиеся сумерки. Встречные машины приветливо подмигивают фарами. Красный рой габаритных огней медленно плывет в попутном направлении. Водитель гонит уверенно, перестраиваясь из ряда в ряд, удачно проскакивает светофоры на зеленый. Вскоре ряды машин поредели, улица сузилась, а следом пропали и фонари.

За городом дорога утонула в сером мраке. Далеко впереди у самого горизонта небосвод еще подкрашивался угасающим красным заревом, а справа и слева за окнами наступала непроглядная темень. В желтом пятне от света фар неслась навстречу асфальтовая полоска.

Таксист удивленно посматривал через зеркало на Марию, расположившуюся на заднем сиденье.

– Что это вас понесло на ночь глядя?

Мария встретилась с глазами водителя в зеркале.

– Работа.

Водитель в ответ пробурчал что-то невнятное.

Вскоре пучки фар уперлись в бетонную стену, высветив два желтых круга. Мария расплатилась с таксистом.

– Вас ждать?

Она немного подумала.

– Сколько будет стоить?

– Лично для вас – ничего. Только за дорогу.

Марию обрадовала такая щедрость.

– Тогда подождите. Правда, я не знаю, сколько времени здесь пробуду.

– Оставьте свой номер. Если что, наберу.

Мария продиктовала номер телефона и направилась к воротам. Как она и ожидала, никто не бросился их открывать. Она постучала в дверцу справа. Раздался лязг замка, и в образовавшуюся щель протиснулось суровое лицо в морщинах. Колючий взгляд уставившихся на нее глаз не предвещал легкого проникновения на территорию.

– Вы меня пропустите? Я сегодня здесь телефон забыла.

Охранника Мария видела не раз. Да и он, скорее всего, узнал ее, только вида не подал.

– Посторонних пускать запрещено.

– Но я же не посторонняя, я здесь работаю.

– Вас запретили тоже.

– И как мне быть?

Мария заметила, что морщины на лице дрогнули, а глаза опустились. Теперь охранник нагло пялился на ее колени, высвеченные полоской света из дверной щели, и не спешил отвечать. Она машинально одернула юбку, переступив с ноги на ногу. Бросила взгляд в сторону поджидавшего такси.

Наконец, охранник вновь кольнул ее взглядом и произнес уже не так строго:

– Ладно, входите. Только недолго.

Калитка рядом с воротами скрипнула, отворяясь, и Мария прошмыгнула во двор. Здесь площадку перед зданием освещал одинокий фонарь, закрепленный под самой крышей. В его свете у крыльца поблескивал зелеными бортами «Москвич».

«Машина Олега Николаевича, как же я про нее забыла. Таксиста можно было и отпустить. Ладно. Пусть ждет на всякий случай».

Мария зашла в здание. Ступеньки лестничного пролета едва различались в полумраке дежурного освещения. Она взбежала по ним, торопливо доставая на ходу из сумочки карту с электронным ключом. Оказавшись у двери лаборатории, пикнула картой и ворвалась внутрь. Ее поразил лившийся с потолка свет. Неужели после утренней перебранки его оставили включенным? Однако все остальное оборудование мертво взирало черными мониторами и потухшими индикаторами. Мария протопала к столу начальника. Присев, ткнула кнопку на стоявшем на полу системном блоке, но компьютер на это никак не среагировал.

Она поднялась. Артемов смартфон лежал рядом с монитором, там же, где и был оставлен. Странно, что на него никто не обратил внимания. Мария взяла его в руки. Включила. На экране запущенная Артемом программа отсчитывала оставшееся время. Шла последняя минута. Секунды быстро менялись, пока на экране не высветилось: «00:00». Телефон издал щелчок. Мария бросила взгляд на монитор компьютера, еще надеясь на чудо. Но чуда не случилось. Монитор оставался черным, системный блок не мигнул ни одной лампочкой и даже не загудел вентилятором. А на экране телефона появилась надпись: «Не могу установить соединение».

Мария шагнула к своему столу и попыталась включить свой комп. Но и он отказался включаться. Тогда она окинула взглядом лабораторию в поисках причины. На стене у двери белел пластиковый электрощиток. Мария поспешила к нему. Открыв полупрозрачную дверцу, она увидела, что все автоматы, кроме одного находятся в положении «выключено». Ну, конечно же, как она сразу не догадалась. Надо было с него и начинать. Мария принялась поднимать рычажки выключателей вверх. С дальней стороны кабинета что-то зашумело, послышалось шелестение вентиляции, на кофемашине загорелся красный огонек, и… Отворилась входная дверь. На пороге возник охранник.

– Мне приказано удалить вас отсюда.

Мария испуганно поглядела на него.

– Вы нашли свой телефон?

– Да, – она показала смартфон Артема.

– Тогда прошу на выход.

Спорить с охранником было бесполезно. Он подчиняется Закипелову, а этот тип сегодня уже показал себя. Мария бросила тревожный взгляд на компьютер Олега Николаевича. Если его не включить, то канал для выхода из другого мира не образуется. А значит, ее начальник и его дети не смогут вернуться.

– Можно, я еще гляну кое-что на компьютере?

– Нет, – отрубил охранник. – Если вы сейчас же не покинете помещение, мне придется применить силу.

– Ладно, – сказала Мария, еще раз взглянув на остававшийся черным монитор.

«Нужно завтра с утра сюда приехать и во что бы то ни стало запустить его» – подумала она, направляясь к выходу.

С наступлением утра она решила связаться с Леонидом. Хоть ей и не нравилось назначение его вместо Олега Николаевича, но Леонид, наверняка, знает о том, что решили шефы. То, что повышение не обошлось без вмешательства Закипелова, она ни капли не сомневалась, а значит, Леонид теперь будет делать все, что велят ему эти господа.

Леонид всегда казался ей добряком. Разве может быть злым человек, влюбленный в пищу? Раздавшиеся щеки как булочки из дрожжевого теста, большие добрые глаза как у щенка и пухлые как у младенца губы. Мария даже готова была завязать с ним отношения, если бы не Олег Николаевич, прочно занявший место в ее сердце. И вот этот добрейший Леонид оказался куда коварнее, чем она могла предположить. На протяжении долгого времени он снабжал Закипелова информацией о ходе проекта, о чем никто не догадывался до вчерашнего дня. И все же Леонид сейчас единственный человек, который может помочь вернуть Олега Николаевича.

В начале девятого она набрала номер. После нескольких гудков в трубке прозвучал заспанный голос:

– Маша?

– Привет. Спишь еще?

– Да нет. На работу собираюсь.

По тому, как он произносил слова, совсем не верилось, что Леонид в поте лица собирается на работу. Скорее валяется в постели, продрав только что глаза.

– Мы сегодня поедем в лабораторию?

Вопрос видимо поставил Леонида в тупик, поскольку в трубке воцарилось молчание. Слышалось лишь громкое пыхтение. Наконец, телефон ответил:

– Надо с шефом обсудить. Вчерашний инцидент может внести коррективы в наш график. Ты пока сиди дома. Я тебе перезвоню. И помни – никому ни слова о том, что произошло.

«Интересно, с каким из двух шефов он будет обсуждать?» – мелькнуло в голове Марии. В слух она спросила:

– Леонид, ты понимаешь, что нам нужно открыть канал для Олега Николаевича?

– Маша, я полностью с тобой солидарен. Но я не могу ничего делать, не согласовав это с начальством. Потерпи немного, и мы все решим.

– Ладно, – выдохнула она.

Прошел час, другой. Леонид не перезванивал. Мария вновь схватила телефон и набрала новоявленного начальника. Тот откликнулся сразу.

– Леонид, ты забыл про меня?

– Маш, все в порядке, не горячись. Был у шефа.

– И что?

– Он приказал приостановить работы.

– Как? Почему? Он в курсе, что Олег Николаевич перешел туда?

– Маш… – в голосе Леонида послышалось смятение. – Да, в курсе. Он говорит, необходимо все взвесить. Лабораторию за городом временно закрывают, мы переезжаем на свое старое место.

– Ле-о-нид, – по слогам произнесла Мария. – Ты хочешь сказать, что мы даже не будем пытаться открыть канал для Олега Николаевича?

– Маша, это не телефонный разговор, – Леонид перешел на шепот. – Олег Николаевич официально находится в отпуске, и его на рабочем месте вообще не должно было быть. Весь этот инцидент надо как-то урегулировать. На сегодня я даю тебе выходной, а завтра приезжай как обычно к девяти в нашу старую лабораторию на Челнокова.

Глава 3

Когда день загружен работой, всегда хочется отдохнуть. Мечтаешь о внеочередном выходном или хотя бы о возможности явиться на работу на часок-другой позже. Но случившееся внезапное безделье оказалось совсем не к месту. Надо выручать Олега Николаевича, открывать канал, а ты сиди и жди. Мария уже пятый раз заварила кофе. С наполненной чашкой вернулась в зал. Пустая квартира давит тишиной. Осиротевшая клетка Гоши стоит на комоде как немое напоминание об их эксперименте. Напоминание об улетевшем единственном друге и об Олеге Николаевиче с детьми. Как они там? Что делают? Ждут образования канала или исследуют неизвестный мир?

Не в состоянии дальше терпеть одиночество, Мария набрала номер подруги Натальи. Договорились встретиться в кафе. От Натальи она решила не скрывать того, что случилось, и все ей рассказала.

– Что мне делать? – спросила Мария, когда закончила рассказ.

– Может это и хорошо, что твой Олег исчез из нашего мира? Не будет тебе больше голову кружить.

– Как ты можешь? С ним же его дети!

– Да, ладно, шучу. Лёня ваш – он конечно скот еще тот, но с другой стороны – сумел добиться своего. И что ты хочешь?

– Включить излучатель и открыть канал для Олега Николаевича.

– Без Леонида тебе этого не сделать?

– Видимо, да.

– А он без тебя не сможет включить комп Олега?

– Нет, не сможет.

– Да, замкнутый круг. А ведь ему очень нужно его включить, чтобы выслужиться перед вашим Закипеловым. Интересно, почему он не попросит тебя, чтобы ты помогла ему?

– Он не знает, что мне известен пароль.

– Если узнает, тебе хана, Маш. Ни в коем случае не говори ему.

– А как же я включу излучатель?

– Надо это сделать так, чтобы Леонид не видел.

– Легко сказать.

***

На следующее утро Мария приехала на работу на полчаса раньше, чем нужно. Даже несмотря на то, что пришлось добираться на перегруженном автобусе, тащившемся как черепаха. Ее пропустили без лишних слов: в НИИ полно сотрудников, любящих начинать рабочий день спозаранку.

Леонида еще нет. Их кабинет без излучателя и компьютера Олега Николаевича выглядит осиротевшим. Им с Леонидом компьютеры выделили новые, когда они переезжали в загородную лабораторию. Поэтому, сейчас оба прежние компа стоят на месте. Она не была здесь больше месяца, все работы велись на объекте Закипелова. И теперь, опустив сумку на стул, она провела пальцем по пыльному столу. След протянулся кривой линией на поседевшей поверхности. Неужели все это время в лаборатории не велась уборка?

Ровно в девять пиликнул электронный замок, и в кабинет ввалился Леонид. Его осунувшийся вид встревожил Марию. Но как только его глаза встретились с ее взглядом, лицо Леонида расплылось в улыбке.

– Почему здесь? – без каких-либо предисловий и приветствий спросила Мария.

– Николай Францович распорядился переместить лабораторию.

– Зачем?

– Я не могу знать, чем руководствуется начальство.

– Но он же тебе не начальство. Мы подчиняемся Марку Юсуповичу.

– Да, все верно. Но здание принадлежит фонду Николая Францовича. И он как собственник может принимать такие решения.

– А что Марк Юсупович? Ты с ним разговаривал?

– Так он мне сам и сообщил о переезде.

– Ну, хорошо, лабораторию перевезут. И когда мы сможем начать работать? Нам Олега Николаевича нужно назад возвращать.

– Да, ты права. Но мы все равно не знаем пароль к его компьютеру.

Марии захотелось вставить, что она его знает, но вовремя спохватилась и прикусила язык. С силой подавив волнение, она спросила:

– Как в таком случае мы запустим излучатель? У тебя наверняка есть на этот счет соображения?

– Я предполагаю, Николай Францович собирается взломать компьютер. Это всего лишь дело времени.

Мысль о том, что пароль можно вскрыть, не приходила до этого. А ведь верно. Закипелов взломает и получит то, к чему шел. Леонид выполнит любой его приказ. И тогда ей не видать излучателя. Надо опередить Закипелова.

– Лёнь, – Мария ласково посмотрела на нового босса. – Мы же остаемся одной командой?

– Ну, да.

– И наши работы будут продолжены?

– Надеюсь, что будут.

– Ты извини, что я вчера так отреагировала на твое назначение.

– Маш, я даже на тебя не сержусь.

– Когда мы приступим к работе?

– Как только перевезут оборудование в новое место. Мне сообщат. Только, Маша, у меня к тебе большая просьба.

– Какая?

– О том, что произошло вчера в лаборатории, ну, про Олега Николаича, никому не говори, пожалуйста. Мы его вчера не видели. Кто бы ни спрашивал.

– А кто может спросить?

– Вдруг из полиции начнут интересоваться. Если они узнают о том, как пропал Олег Николаич, мы можем совсем лишиться возможности его вернуть.

– Я не совсем понимаю, как это может сказаться на нас, но с тобой я согласна – вернуть Олега Николаевича мы должны сами, без посторонней помощи.

– Вот и хорошо.

***

Мария предположила, что как только они вновь окажутся рядом с излучателем, она сможет осуществить свой план – открыть канал в мир, куда ушел Олег Николаевич. Конечно, не сразу и не на глазах у Леонида. Но главное, чтобы излучатель был рядом. Поэтому, ей захотелось быстрее оказаться в новой лаборатории. Зачем Закипелов задумал перемещать ее, она не поняла. На вопросы о том, где теперь будет располагаться лаборатория, Леонид пробурчал что-то невнятное, явно не желая распространяться на эту тему. А может и ему ничего не известно.

После долгих размышлений вкрались сомнения, а правда ли шеф знает обо всем этом? Леонид, предпочитавший сегодня отмалчиваться, покопался с утра в компьютере и пропал. Предоставленная самой себе, Мария решила прогуляться до приемной. Нет, заходить в кабинет к шефу она не собиралась. Да она ни разу в нем и не была за все время работы в НИИ. Но в душе теплилась слабая надежда – а вдруг она с ним пересечется. Она понятия не имела, с чего начать разговор, но ей очень хотелось услышать, что скажет Марк Юсупович по поводу их проекта. Из первых уст.

В приемной из-за стойки ресепшина выглядывала, покачиваясь, шишка секретарши Инны. Слышалось ритмичное шлепанье клавиш. И пучок волос повторял заданный ритм. Мария, набравшись смелости, подошла.

– Марк Юсупович у себя?

Инна оторвалась от монитора, вскинула веера ресниц, подняв на Марию выразительные глаза.

– Он никого не вызывал.

– Да, я понимаю. Просто… хотелось кое-что спросить. Олега Николаевича нет, Леонид где-то бегает… – подходящие слова, как назло, не приходили на ум, и пришлось лепетать что попало.

– Так мне спросить Марка Юсуповича?

Мария на мгновение задумалась и вдруг выпалила:

– Да, спросите.

Инна поднесла к уху трубку.

– Марк Юсупович, к вам Толоконникова из проекта Куропаткина. Впустить?

Прослушав ответ, секретарша кивнула Марии: «Проходите».

Мария переступила через порог. Очутившись здесь впервые, она остановилась. Солнечный свет падал на длинный стол, образуя на нем изогнутые прямоугольники. В глубине перед ворохом бумаг восседал сам шеф. Серый пиджак в складках на широких плечах, верхняя пуговица рубахи расстегнута, воротник едва сходился на могучей загоревшей шее. Огромная голова с копной непослушных волос, потерявших свой цвет, склонялась над рабочим столом. Пальцы держали толстую черную ручку с золотыми сверкающими вставками.

– У вас ко мне вопрос? – мохнатые седые брови на морщинистом лице Марка Юсуповича приподнялись, внимательный взгляд уставился на Марию.

– Да. Вы извините, что я так…

– Говорите, не стесняйтесь, – директор отложил ручку в сторону.

– У нас в отделе за последний день все резко поменялось, и… Я не знаю, какова судьба нашего проекта.

– Вас, кажется, Машей зовут?

Она в ответ кивнула. Директор поднялся из-за стола, подошел ближе.

– Видите ли, Маша, ваш проект – он очень секретный. Аппарат, созданный вами, способен вмешаться в мир, о котором мы ничего не знаем. Причем, по каналу, созданному излучателем, можно проходить как в ту, так и в обратную сторону. Вы представляете, какие это риски? Необдуманный эксперимент Олега Николаевича с попугаем заставил меня на время отстранить его от работы. А чтобы обезопасить наш мир от возможных последствий экспериментов с каналом, мы решили переместить лабораторию в особо охраняемую зону. И Уплетаев вам должен был об этом сообщить.

– Да, он сказал.

– Тогда, что вас смущает?

– Мне показалось, что наша работа будет прекращена.

– Нет, ни в коем случае. Проектом заинтересованы важные люди. И он, как вы сами понимаете, открывает большие перспективы. Но из соображений безопасности, пока не будут изучены все возможные последствия создания каналов, придется работать в строгой секретности. В еще большей, чем вы работали до этого. В связи с этим, хочу сразу вам сказать, что теперь вы будете трудиться на режимном объекте. Это значит, что доставлять вас туда будут на спецтранспорте. И выход будет тоже строго по разрешению вашего непосредственного руководителя. Если вас такой режим не устраивает, вы еще можете отказаться.

Мария вспомнила об Олеге Николаевиче и тут же сообщила:

– Я не буду отказываться, Марк Юсупович.

– Я ожидал от вас именно такого ответа. Сейчас ступайте. Уплетаев даст вам все необходимые распоряжения.

Глава 4

Обитая кожей дверь бесшумно закрылась за спиной. Мария перевела дух. И тут заметила в приемной незнакомого мужчину. Он как жираф перегнулся через стойку и о чем-то болтал с Инной.

– Марк Юсупович освободился, – произнесла секретарша, увидев Марию.

– Благодарю, – мужчина выпрямился и стал похож на фонарный столб.

Цепкий изучающий взгляд пробежал по Марии, словно лазерный луч, считывающий информацию с оптического диска. Проглотив полученные байты, мужчина чуть заметно улыбнулся и широко шагнул к кабинету директора.

– Кто это? – спросила Мария, когда незнакомец скрылся за дверью.

– Из полиции.

Через полчаса мужчина «из полиции» появился в лаборатории.

– Могу я переговорить с вами? – обратился он к Леониду и Марии одновременно. И не дожидаясь ответа, представился:

– Старший следователь Песков. Иван Сергеевич.

– Присаживайтесь, – пригласил Леонид. Мария заметила, как его глаза беспокойно забегали.

– Благодарю, – Песков достал из внутреннего кармана куртки авторучку и опустился на свободный стул рядом со столом Олега Николаевича. Во второй руке он держал черную папку-планшет с прикрепленными к ней листами бумаги. – Скажите, когда вы последний раз видели вашего начальника?

– Позавчера, – ответил Леонид. – Утром.

– Где это было?

– В приемной у шефа.

– О чем вы говорили?

– Олег Николаич поздравил меня с назначением.

– И все?

– Да.

Рука Пескова торопливо ходила по бумаге. Он перевел взгляд на Марию.

– А вы, Мария Николаевна?

– Я?… Ну… Накануне, вечером. Мы вместе были в ресторане.

Брови у Пескова полезли вверх. Ладонь с авторучкой замерла.

– Вы не подумайте ничего такого. Мы всей нашей группой отмечали успех проекта.

Песков выдохнул, удивление сползло с его лица.

– Как так получилось, что вы вечером отмечали успех проекта, а на следующее утро начальником группы назначают гражданина Уплетаева?

– Олег Николаич был отправлен в отпуск, а я назначен исполняющим обязанности, – вставил Леонид.

– В связи с чем в отпуск?

– Я толком не знаю. Вы можете спросить у шефа.

– Я уже спрашивал. Но хочу услышать вашу версию.

– Олег Николаич не согласовал эксперимент. Вот Марк Юсупович и принял меры. Дисциплинарного, так сказать, воздействия.

– Понятно, – следователь побарабанил пальцами по планшету. – Больше ничего вы не хотите добавить?

Мария и Леонид пожали плечами.

– Ну, хорошо. Прошу прочитать протокол нашей беседы. Если все верно, распишитесь вот здесь.

Когда следователь покинул лабораторию, Мария и Леонид молча сидели каждый за своим столом, не решаясь начать разговор. Наконец, Мария не выдержала.

– Лёнь, ты думаешь, мы правильно сделали, что не сказали ему про то, что произошло потом?

– Маша, я Олега Николаича, действительно, последний раз видел в приемной. В лаборатории его не застал. Но ты – молодец. Они не должны знать про то, куда он мог уйти.

– Но мы же не сможем долго это скрывать?

– Надеюсь, Олег Николаич скоро вернется, и все образуется. Надо только запустить излучатель. Завтра мы отправимся в новую лабораторию. Туда уже доставили все оборудование. За тобой заедет автобус, ровно в восемь. Смотри, не проспи.

***

Автобус уже ожидал, когда Мария второпях выскочила из темноты подъезда, придерживая тяжелую железную дверь. Небольшой, весь черный от колес до крыши, окна скрывает глянцевая тонировка. Марии он напомнил катафалк. Как только она сбежала по ступенькам, дверца перед ней плавно отделилась от корпуса и отъехала в сторону. Мария шагнула внутрь. В слабо освещенном салоне на одном из диванчиков восседал лишь один Леонид.

Ехали не меньше часа. За стеклами в траурном полумраке проносились деревья, луга, далекие крыши домов. В одном месте свернули с шоссе и запетляли по узкой дороге среди соснового бора. Сбавив скорость, автобус миновал темную нишу внутри широкой стены и въехал во двор. Мария увидела в окно людей с автоматами рядом с будкой, походившей на военный пост. Высокие стены с зубьями как у средневековой крепости заставили поежиться.

Автобус прокатился по узкой дорожке между двухэтажными строениями и остановился на площадке перед большим зданием, напоминающим корабль. К машине подошел человек в униформе без знаков отличия. На широком кожаном ремне свисала кобура, из которой выглядывала черная рукоять пистолета. Заглянув в планшет, мужчина скользнул глазами по лицам Леонида и Марии и жестом пригласил следовать за ним.

Он провел их через просторное фойе на лестницу с мраморными ступенями, по которой они поднялись на второй этаж, а дальше по широкому коридору до двустворчатых застекленных дверей в самом торце. Мужчина в униформе открыл одну из створок, приглашая зайти.

Они попали в зал с высокими до потолка окнами, занавешенными легкими бежевыми шторами, сквозь которые проникал мягкий матовый свет, отражающийся от лакированной поверхности огромного овального стола. У дальнего края стоял не кто иной, как сам Закипелов и широко улыбался. При его виде Марию передернуло. Даже сладостная улыбка не смогла избавить ее от чувства неприязни. Она сама не понимала, что именно не нравится ей в этом человеке. Может то, что он тайком собирал информацию об их проекте? Или его яростное поведение в то утро, когда Олег Николаевич шагнул в круг, созданный излучателем? Желваки ходуном ходили тогда на лице Закипелова, а глаза горели неприкрытой злостью. Сейчас же изумрудные зрачки его лучились самой добротой. Но именно это настораживало больше всего. Внезапное благодушие никак не вязалось с вооруженными людьми, охраняющими объект.

– Прошу, присаживайтесь, – промурлыкал Закипелов.

Мария и Леонид опустились на мягкие стулья с резными изогнутыми спинками.

– Оборудование перевезли. Вы уже сегодня можете приступить к монтажу. Компьютер Олега Николаевича пока закрыт. Команда взломщиков работает над паролем.

Услышав последнюю фразу, Мария слегка покраснела. И тут же разозлилась на саму себя. Не хватало еще выдать, что пароль ей известен. К счастью Закипелов в этот момент опустил глаза на листки бумаги, разложенные перед ним.

После прочтения вводного инструктажа, как вести себя на объекте, и рассказав, где что находится, Закипелов повел их в лабораторию. Для этого им пришлось спуститься на лифте. Кнопок на панели было двенадцать, явно больше, чем этажей в здании, которые Мария успела увидеть с улицы. Лифт бесшумно увез их под землю.

Тут коридор не был столь широк, двери встречались редко, и все сплошь глухие, выкрашенные в унылый светло-серый цвет в тон таким же скучным стенам. Они остановились у третьей от лифта. Система доступа такая же, как и на прежнем месте – с помощью электронного ключа, которым Закипелов ловко пиликнул, прислонив к неприметному считывателю.

Они вошли. Мария обвела взглядом помещение, оказавшееся меньше предыдущей лаборатории.

– Вот, мои люди все упаковали, – сказал Закипелов, махнув рукой в сторону высокой груды коробок. – А разбирать я доверяю только вам.

Хлопнув по плечу Леонида как старого приятеля, он поспешил за дверь. Мария приблизилась к крайней коробке.

– Лёнь, скажи, зачем ты пошел работать на Закипелова?

– Я? – Леонид замялся. – Даже не знаю. Он как-то подсел ко мне в кафе. Мы с ним разговорились. Он поведал, что проектом могут заинтересоваться важные люди. Они готовы платить за разработку в разы больше, чем мы получаем у себя в институте.

– То есть ты повелся на деньги?

– А что? Разве кто другой не повелся бы?

– Я бы точно не повелась. Но раз ты пошел на это, почему ничего не сказал Олегу Николаевичу? Ведь он, можно сказать, отец всего проекта. Если кому зарабатывать на нем, так в первую очередь – ему.

– Олег Николаич не пошел бы на это.

– Интересно, почему?

– Николай Францович говорил, что Олег Николаич – человек принципиальный, его деньги не интересуют. Он даже ездит на стареньком «Москвиче». И занимается он проектом, чтобы достичь своих личных целей – найти пропавшего товарища. Поэтому, он ни за что не согласился бы делиться излучателем.

– А ты, выходит, беспринципным оказался? Находкой для шпиона?

– Маш, прекрати. Мне самому противно. Я не хотел ничего плохого Олегу Николаичу. И не меньше твоего хочу вернуть его.

– Ну как же. Вернуть, чтобы твой Закипелов воспользовался нашим изобретением.

– Маша, он не мой. Да и изобретение нам самим не принадлежит. Его финансируют государство и компания Закипелова, между прочим. А мы с тобой всего лишь наемные рабочие. Что прикажут, то и делаем.

Они вынули из коробки и разложили на столе части от компьютера. Мария узнала в них свой. В соседней оказался компьютер Леонида. Добрались до излучателя. Они осторожно вынули корпус, кабели, подставку. Распаковали экран. Вскоре все элементы системы были собраны, компьютеры соединены в общую сеть.

– Перекусить бы, – сказал Леонид. – Интересно, у них здесь есть буфет?

– Так пойди, спроси.

Леонид подошел к двери, выглянул наружу.

– Пусто, – произнес он. – Что делать?

– Должны же быть здесь люди. Я, между прочим, тоже проголодалась. Может, ты сходишь, поищешь столовую? А я пока закончу наводить порядок.

– Ладно, пойду искать. Не умирать же с голоду.

Леонид вышел. Мария, застыв на мгновение, метнулась к столу с компьютером Олега Николаевича. Ткнула пальцем в кнопку включения на системном блоке. Секунды, пока компьютер загружался, тянулись как расплавленная резина. Наконец, появилось приглашение ввести пароль. Пальцы четко отстукали по клавишам нужную комбинацию. Компьютер открылся. Мария сглотнула. Она быстро нашла глазами ярлык в виде положенной на бок восьмерки – знак бесконечности, и щелкнула по нему мышью. Экран программы развернулся перед глазами. Все знакомо. Они с Олегом Николаевичем не раз задавали здесь параметры при проведении экспериментов с пространствами. В полях светятся те же цифры, которые он ввел в то утро, перед тем как нырнуть в голубой круг. Если сейчас запустить излучатель, образуется канал, и можно будет перейти по нему на ту сторону и поискать Олега Николаевича, Настю и Артема. А может они сидят там и ждут появления канала? И не надо никуда соваться, они сами сюда перейдут?

За спиной щелкнуло. Это дверной замок. Мария замерла, не смея обернуться.

– Та-ак, – донесся сладостный голос Закипелова. – Оказывается, мы всё прекрасно знали, только говорить ничего не хотели?

Пальцы на автомате пробежали по клавишам, блокируя компьютер. Мария обернулась. Закипелов, улыбаясь во весь рот, медленно приближался.

Глава 5

Распорядившись, чтобы за квартирой установили наблюдение, Юля отправилась в лабораторию, расположенную за городом. Здание ученым предоставила компания «Чистый мир», принадлежащая Закипелову. Замешан ли он в этом деле?

Рядом с будкой у ворот скучали на лавочке двое охранников. Они наблюдали, как Юля вылезла из машины. На протянутое удостоверение смотрели долго, изучая каждую букву. Скорее всего, они специально медлили, не зная: впустить или нет гостью из прокуратуры. Один из них поднялся и исчез за дверью будки. Через минуту его физиономия появилась вновь.

– Разрешили, – кинул охранник.

Калитка в стене щелкнула замком и приоткрылась.

– Я задам вам пару вопросов, – сказала Юля, не торопясь заходить во двор. – В здании есть кто-нибудь?

– Не-а, – протянул первый охранник. – Здесь уже три дня как никто не появляется.

– И никто не работает в лаборатории?

– Нет. Ее, говорят, закрыли.

Озадаченная ответами, Юля покинула пост и направилась к зданию.

Зашла. Из скрываемого лестничным пролетом окна пробивался свет, скупо освещая сумеречный коридор. Стук каблуков отдавался гулким эхом, отскакивающим от бетонных стен. На площадке первого этажа имелись четыре двери. Юля тронула первую из них. Не заперта. Заглянула в темную комнату. На стене рядом с дверным косяком нашелся выключатель. Свет прыснул из потолочных квадратных светильников. Комната выглядела так, будто ее совсем недавно покинули. Столы были сдвинуты в беспорядке. Пыльный пол испещрён отпечатками подошв. Юля подняла пластиковый стаканчик с высохшими следами кофе. И еще… странный фрукт, похожий на яблоко, со слегка сморщенной розовой кожицей. Стаканчик и фрукт Юля уложила в пластиковые пакеты и опустила в сумку. А это еще что? У боковины стола переливалось ярко-синее перо длиною с указательный палец. Точно такое же повстречалось сегодня в пустой птичье клетке, что стоит на комоде в квартире Марии. Перо Юля тоже убрала в пакет.

Не найдя больше ничего интересного, она покинула лабораторию. Выворачивая внедорожник с проселочной дороги на шоссе, она подумала, что настало время навестить директора НИИ.

– Марк Юсупович, что вы можете сказать по поводу ваших сотрудников? Почему я не могу найти ученых из группы пропавшего Куропаткина? – на одном дыхании выпалила Юля сразу после того, как представилась.

– Видите ли, Юлия Сергеевна, проект, над которым работает Олег Николаевич, засекречен. Сейчас он находится под эгидой одного очень могущественного ведомства. Коллеги Олега Николаевича продолжают работать. Но местонахождение объекта хранится в глубокой тайне. Даже я не знаю, где это.

– Интересно. Сначала пропадает руководитель, а потом – его подчиненные.

– Подчиненные не пропали. Если хотите, я могу с ними связаться, – рука директора потянулась к черному блестящему телефону на столе.

– Да, хочу. Мне нужна Мария Толоконникова.

Директор поднял трубку, поднес к уху.

– Инна, набери мне Толоконникову… Сейчас нас соединят, – сообщил он Юле, понизив голос.

Прошло минуты две. Марк Юсупович продолжал вслушиваться в скрытый в трубе динамик.

– Что? Не отвечает? – директор нервно дернул скулой, повернулся к Юле. – У нее телефон недоступен.

– Это я и без вас уже установила, Марк Юсупович.

– Значит, из соображений секретности им запретили пользоваться мобильниками, – директор развел руками.

– А в саму лабораторию разве вы не можете позвонить?

– К сожалению, я не имею прямой связи с лабораторией, но я могу найти человека, отвечающего за их безопасность.

– Прошу вас, найдите… Странно получается, Марк Юсупович. Ваш проект, ваши сотрудники, а вы даже понятия не имеете, где проходят сейчас работы.

– Открытие Куропаткина настолько необычно, что его решили срочно засекретить. На самом верху. И даже меня во все детали не посвящают. Я вынужден признать, что мне пришлось согласиться на эти условия. Иначе проект был бы закрыт.

– Ваш институт получил за это деньги?

– За проект нам хорошо заплатили, не стану скрывать. Финансирование институту необходимо как воздух, и благодаря этому сотрудничеству мы смогли разгрестись со многими долгами.

– Как именно поступала помощь, мы проверим. А сейчас мне важно найти Олега Куропаткина и тех, кто вместе с ним работал.

– Я обещаю помочь вашему расследованию. Сколько вы мне даете времени, чтобы добыть информацию?

– Марк Юсупович, все это мне необходимо сейчас. Но так уж и быть, у вас есть пара часов, пока я сделаю еще один визит.

Юля вышла из кабинета, а директор тяжело опустился на стул. Пот ручьями стекал по шее. Марк Юсупович вынул из внутреннего кармана пиджака носовой платок и принялся усердно вытирать вспотевшую кожу. Затем он схватил мобильник.

– Николай Францович, приветствую вас. Как ваше здоровье?… Спасибо, мое тоже в порядке… У меня нехорошие новости. Приходили из прокуратуры. Они ищут участников проекта… Да, я им сказал, что проект засекречен. Но им нужны люди. В частности интересовались одной сотрудницей… Я не знаю, зачем. Думаю, они вновь хотят опросить свидетелей по делу о пропаже Куропаткина. Я пообещал, что через два часа дам ее координаты или предоставлю возможность выйти с ней на связь… Хорошо. Понял. Так и скажу.

Марк Юсупович опустил мобильник на стол. Теперь он уже ощущал, что вся рубаха со спины промокла, а на лбу выступила испарина. Он подошел к окну, раскрыл настежь створку. Свежий порыв ветра ворвался в кабинет вместе с уличным шумом. Но легче не стало. Директор стянул галстук на грудь и расстегнул верхнюю пуговицу рубахи. «Душно как перед грозой», – подумал он.

***

Двухэтажный домик Куропаткиных, обшитый розовым сайдингом, кокетливо выглядывал из-за огненно-оранжевого забора и зеленых зарослей жимолости. Юля остановила внедорожник у ворот и подошла к калитке. Не найдя звонка, она свободно повернула ручку. К крыльцу вела выложенная камнями дорожка. Двор никем не охранялся. Из кустов у забора раздавалось заливистое чириканье. Юля протопала по дорожке, поднялась по деревянным ступенькам. Остановившись у плотно закрытой двери, постучала.

Никто сразу не ответил на стук. Юля снова подняла руку, чтобы повторить, как за дверью послышались приглушенные шаги и скрип половиц. Щелкнул замок, и на пороге появилась высокая женщина с длинными черными волосами в синем халате. Она с удивлением глянула на Юлю.

– Младший советник юстиции Гаврикова Юлия Сергеевна, – отчеканила Юля. – Я веду дело о пропаже членов вашей семьи. Я ведь правильно понимаю, вы – Арина?

Арина кивнула в ответ и пригласила Юлю в дом.

– Вы хотите мне что-то новое сообщить?

– К сожалению, пока нет. Хочу с вами познакомиться и узнать кое-что о пропавших.

– Да, конечно.

– Я могу осмотреть комнаты детей и мужа?

Арина проводила Юлю по лестнице на второй этаж. Две комнаты друг напротив друга были разделены небольшим коридорчиком. Юля шагнула в одну из них.

– Это комната Олега, – пояснила Арина. – Здесь он работал.

– А это что? – Юля нагнулась к расположенному на полу ящику с полупрозрачной крышкой, – Проигрыватель для виниловых пластинок? Таких уже давно не выпускают.

– Олег последнее время любил слушать пластинки, – произнесла Арина. – Дети нашли их на чердаке, и Олега вдруг пробило.

Юля осторожно подошла к цветным конвертам, разбросанным рядом с проигрывателем. С одного из них смотрели пятеро десантников, присевшие у входа в военный самолет. Именно такой конверт видела Юля в день пропажи Володи на его квартире.

– Откуда у него эта пластинка?

– Ему подарил его друг.

– Володя?

– Да. А вы откуда его знаете?

– Знаю, – Юля тяжело вздохнула, проводя пальцами по завитушкам автографов. – Это не простая пластинка. Она имела большую ценность для него.

– Для Олега тоже.

– Арина, скажите, когда вы видели последний раз мужа?

– В ночь накануне. Перед этим мы поссорились. Олег не ночевал дома. А потом приехал вечером. Ночью мы были вместе. Как он встал утром, я не слышала. Когда проснулась, он уже уехал на работу.

– А дети?

– Мы вместе позавтракали. Потом они пошли на улицу. Через минут пятнадцать-двадцать Артем забежал в дом, поднялся к себе. Я была на кухне. Через пару минут спустился, за плечами его школьный рюкзак. Я спросила: «Ты куда?» Он в ответ бросил, что они скоро вернутся. И выбежал. Я тогда не могла сообразить сразу, о ком он? Когда вышла следом на крыльцо, услышала рев мотора. Наш «Москвич» ни с чем нельзя спутать. Тогда я поняла, что они поехали вместе с отцом.

– Вы не звонили никому из них?

– Сразу нет, не звонила. Думала, раз они с Олегом, то все нормально. Уже после обеда начала беспокоиться. Набрала Олега. Абонент недоступен. Набрала Настю – тоже самое. И лишь телефон Артема отзывался гудками, но он не брал трубку.

– Вот, телефон вашего сына, – Юля протянула Арине смартфон.

– Откуда он у вас?

– Вы знаете сотрудницу вашего мужа по имени Мария?

Услышав имя, и без того стройная Арина стала еще прямее. В глазах появился злой огонек.

– Так это она?

– Что она?

– Я подозреваю, что у Олега с ней был роман. Именно из-за нее мы поссорились накануне. Вы предполагаете, что она причастна к этому делу?

– Не знаю, Арина. Но телефон Артема мы нашли в ее квартире.

– Ну вот. Что и требовалось доказать.

– Пока доказывать нечего. Мария тоже пропала.

– Конечно! Они все вместе сейчас где-нибудь на островах! Только я не пойму, зачем он детей с собой забрал?

Юля вспомнила показания самой Марии, где она говорит про ресторан. Выходит, в ресторане он был с Марией как раз перед тем, как приехать домой.

– Арина, если бы все было так просто. Ваш муж занимается секретной разработкой. И я думаю, его исчезновение связано с работой. А дети случайно оказались рядом. А может и не случайно.

Глава 6

– Мария Николаевна, давайте не будем упорствовать, – Закипелов приторно улыбнулся. – Мои люди рано или поздно узнают пароль, и вы своим молчанием ничего не добьётесь.

Мария пожала плечами. Чувствуя себя узницей, запертой в комнате, больше похожей на камеру, чем на гостиничный номер, она даже не глядела на прилизанного и ухоженного виновника ее заточения. Она сидела на узкой кровати у стены, подмяв аккуратно застеленное шелковое покрывало. В такие «номера» расселили их с Леонидом, и уже двое суток она находилась здесь под «домашним» арестом. Голые стены обклеены однотонными обоями без рисунка. Помимо кровати из мебели имелись еще письменный стол и придвинутый к нему офисный стул с металлическими черными ножками. Ни одного окна. Свет поступал из плоского светильника на потолке.

Закипелов прошелся по комнате пару раз и вновь остановился напротив Марии.

– Я предлагаю вам союз. Вы же хотите вернуть Олега Николаевича? Давайте вернем его вместе.

– Я не хочу, чтобы излучатель попал к вам в руки.

– Во-первых, он итак у меня в руках. А во-вторых, как я уже сказал, вскрытие компьютера – дело времени. Но тогда я уже не смогу вам ничего обещать.

– Я не знаю пароль.

– Вы сами делаете выбор, – Закипелов тяжело вздохнул и вышел. Массивная металлическая дверь мягко затворилась за ним, лязгнув магнитным замком.

***

Он спустился в лабораторию. Тут он застал Леонида, колдующего над клавиатурой за своим столом.

– Ну как, Николай Францович? – Леонид обернулся, оторвавшись от испещренного текстовыми строчками экрана.

– Упертая твоя сотрудница. Ну, ничего. Я особо на нее и не рассчитывал. Это всего лишь случайность, которая могла бы ускорить нам процесс. Будем ждать результата от наших взломщиков. У тебя как?

– Самые важные расчеты хранятся на компьютере Олега Николаича. Там же – все компоненты кода для управления излучателем. У меня только часть. Я попытался восстановить кое-что, но этого мало.

– Надеюсь, мы получим доступ к его программе. Ты можешь пока отдыхать. Если понадобишься, позову.

Закипелов покинул лабораторию и направился к лифту. Хромированные двери разошлись почти сразу после прикосновения к сенсору. Мягко, почти бесшумно. Он вошел в просторную кабину, освещенную приглушенным теплым светом. Ему надо на самый верхний, пятый этаж. Да, здание невысокое. Но зато уходит под землю на целых семь этажей. Здесь располагается одна из резиденций Босса, хорошо охраняемая, обеспеченная всем необходимым, способная выдержать любую осаду.

Почему Босс сразу не предложил все исследования проводить здесь? Тогда Куропаткин находился бы под постоянным контролем, и того нелепого случая не произошло бы. Хотели не навлекать на себя подозрений? Чушь собачья. Сейчас они еще больше навлекают их. Из всей группы ученых только на Леонида можно рассчитывать. Куропаткин пропал, Мария наотрез отказывается сотрудничать. Главный компьютер, управляющий излучателем, заблокирован. Остается надеяться на команду хакеров, нанятую второпях по рекомендации Иваныча.

Лифт остановился также незаметно, как и двигался. О завершении подъема известили плавно разъехавшиеся двери. Закипелов ступил по мягкому ковру в сторону своего кабинета. Поднес к считывателю белую карточку электронного ключа и очутился в наполненных дневным светом апартаментах. Вся внешняя стена – одно сплошное окно от пола до потолка. Из него открывается панорама горной гряды, ощетинившейся сосняком, вид не хуже, чем на какие-нибудь Альпы.

Закипелов проследовал к полукруглому столу в середине кабинета, напоминающему командный пульт благодаря двум широкоформатным мониторам и громоздящемуся справа белому ящику селектора. В отсутствии приемной и секретаря Закипелов лично общался с подчиненными, используя эту древнюю штуку, знавшую поди еще секретарей обкома.

Кабинет «подарил» Босс, назвав его одним из лучших в здании. Здесь за дальней стенкой спряталась жилая комната, отделенная от кабинета неприметной дверцей. Закипелов проводил здесь большую часть времени, лишь иногда появляясь в офисе «Чистого мира», расположенного в центре города. Не имея семьи, он мог позволить себе жить и работать в одном месте. Женщин он сторонился с того давнего случая в детстве, когда из-за своей глупой влюбленности потерял старшего брата. Во всем женском он видел лишь зло, способное погубить любого, даже самого сильного мужчину. Но с существованием особей противоположного пола приходилось мириться. В конце концов, мужчин должен же кто-то рожать.

В кармане пиджака пиликнул мобильник. Закипелов вынул его, глянул на экран. С нетерпением прочитал новое сообщение.

– Есть!

Он поспешил нажать кнопку на селекторе.

– Слушаю, – раздался голос Леонида.

– Ты еще не ушел? Жди меня.

Закипелов не стал дожидаться лифта, а бросился к лестничному маршу. Он заскользил по ступенькам, едва касаясь перил. Он представил себя тем Колей Закипеловым, который вырвавшись после долгого и скучного урока, летел впереди неуспевающих за ним одноклассников.

Вместо шумного школьного холла он выбежал в пустующий коридор и бросился к дверям лаборатории. Леонид встретил его удивленным взглядом. Закипелов, не обращая не него внимания, быстренько подсел к компьютеру Куропаткина. Положив перед собой телефон, принялся изучать сообщение. И с осторожностью прилежного ученика буква за буквой начал вводить пароль. После того, как он ткнул утверждающе клавишу «Enter», словно поставил печать на самом заветном договоре, в системном блоке зашелестел жесткий диск, на мониторе закрутилось колечко, свидетельствующее о загрузке системы, и через пару минут перед Закипеловым раскинулся «рабочий стол», усеянный разноцветными значками.

У подошедшего Леонида вырвался восхищенный возглас.

– Вам удалось, Николай Францович?

– Как видишь. Теперь твоя задача запустить эту чертову штуковину.

Он поднялся со стула, а Леонид занял его место перед компьютером. Защелкал мышкой. Курсор замелькал по «рабочему столу», распахивая то одно окно, то другое. Наконец, после очередного щелчка подал звуки ящик, похожий на видеопроектор, расположенный на приставленной к столу тумбе. К нему от компьютера тянулись два толстых черных провода. «Проектор» зашумел. Из его «объектива» вырвался пучок света, и на белом экране, установленном напротив, образовался голубой круг. Леонид постучал по клавишам, подвигал мышку, круг увеличился, достигнув в диаметре человеческого роста.

– Работает, Николай Францович!

Закипелов подошел к экрану.

– Ты хочешь сказать, что если мы сунемся в это, окажемся там, где сейчас Куропаткин?

– Предположительно, да.

– Что значит «предположительно»?

– Мы еще не научились задавать точные координаты. Нам нужны маяки на той стороне.

– У Куропаткина есть маяк?

– Нет.

– Почему?

– Он не знает про них ничего. Это мое открытие.

– То есть ты хочешь сказать, что специально скрыл от руководителя проекта такую существенную деталь?

Леонид потупил взгляд.

– Ладно, оставим это на твоей совести. У тебя есть такие маяки?

– Да. Один экспериментальный образец. Его нужно проверить.

– Каким же образом?

– Кто-то должен перейти на ту сторону и активировать маяк. Мы зафиксируем его координаты, а потом выключим канал. После попробуем создать канал по маяку.

– И кто же будет этим подопытным мышем? Может, твою коллегу попросим?

– Нет, Машу не надо.

– Боишься, что не сработает?

– Стопроцентной гарантии нет.

– Значит, я должен пожертвовать еще одним человеком? Если Емельянова никто не бросился искать, это совсем не значит, что другие такие же, как он, одинокие. По-другому никак?

Леонид отрицательно мотнул головой.

– Ладно. Когда можно начинать эксперимент? – спросил Закипелов.

– Хоть сейчас, Николай Францович.

– Хорошо. Я подумаю, кого можно отправить.

Глава 7

Закипелов вновь вернулся к себе. Он встал у стены-окна, вперив взгляд в живописную панораму горного хребта, и принялся обдумывать сложившуюся ситуацию.

Конечно же, рисковать Марией – плохая идея. Достаточно того, что Куропаткин исчез. Плюс его дети. Пропажа детей стала сюрпризом: Мария в то утро ничего о них не сказала. В итоге вырисовывалась не совсем радостная картина: пропало три человека, которых ищет полиция, и один, которого, слава богу, никто еще не ищет. А сейчас для проверки нужен еще один доброволец, желательно такой, кого никто не хватится в случае провала эксперимента. Кого же взять?

Зазвонил телефон. Закипелов поднес трубку к уху.

– Да, Александр Георгиевич… И вам приятного дня. Излучатель запустили. Тут выяснились кое-какие обстоятельства, связанные с возвращением обратно. Для их проверки необходимо провести эксперимент… Нет, его пока не нашли. Сами понимаете, что пока не наладим гарантированный путь назад, лезть туда опасно… Да, буду держать вас в курсе.

Босс отключился. Закипелов перевел дыхание. Если бы не потребность в крупных деньгах, он вряд ли бы стал связываться с этим всемогущим Александром Георгиевичем. Но оказанную помощь надо отрабатывать. Ладно, черт с ним. Пусть Босс решает свои задачи, а он – Николай, будет решать свои. Одно другому не мешает. Наоборот, поддержка сверху позволяет ускорить процесс.

Так, кого же отправить? Лыскина? Он молод и сноровист. Но недавно женился. Случись что, жена в покое не оставит. Может, Коробелова? Он всю жизнь один, никому не нужен, никто о нем не спохватится. Одно плохо – любит выпить. Ну и ладно, кто не любит? Если ему не давать, то все будет в норме. Правда, говорят, он может пронести спиртное куда угодно, хоть на космический корабль. Кого тогда? Добролюбова? Он давно уже служит. Не молод, замкнут в себе. Друзей нет. Семьи? Вроде тоже нет. Поговаривали, была когда-то, но развелся.

Закипелов ткнул мышкой в экран. Покрутил списки. Выбрал нужную фамилию. Вот. Егор Добролюбов. Бывший десантник. Парень, что надо. Голубые глаза как у арийца. Закипелов нажал кнопку селектора.

– Иваныч? Добролюбов сегодня работает? Отправь ко мне.

Через несколько минут высокий широкоплечий детина, выглядевший гораздо моложе своих сорока пяти, в зеленоватой пятнистой униформе предстал перед Закипеловым.

– Слушаю вас.

– Егор, тебе предстоит выполнить одно простое и в то же время рискованное задание, – Закипелов подошел ближе, разглядывая мощную фигуру охранника.

– В чем риск?

– Ты можешь не вернуться.

– То есть риск для жизни? – одна бровь чуть приподнялась на неподвижном лице Егора.

– Не совсем. Тебе нужно будет перейти по созданному нашими друзьями-учеными каналу в другой мир. После перехода канал будет закрыт. У тебя с собой будет прибор, по которому ученые хотят найти тебя и вновь открыть канал. Если у них получится, ты вернешься назад.

– А если нет? – глаза Егора смотрели прямо, упираясь во взгляд Закипелова.

– Значит, будем считать, что эксперимент не удался.

Они несколько секунд играли в гляделки, не желая уступать друг другу.

– У меня есть возможность отказаться?

– Нет, Егор. Это задание – приказ. Но я считаю нужным предупредить тебя о возможных рисках, – Закипелов все же отвел взгляд.

– Когда нужно приступить?

– Эксперимент проведем завтра. Я вызову тебя.

Егор развернулся на каблуках, блеснув начищенными берцами, и чеканя по-военному шаг, вышел из кабинета.

Несмотря на то, что у Закипелова был собственный дом, он частенько оставался на ночь здесь, что полностью исключало трату времени на дорогу. Да и сама обстановка резиденции ему нравилась больше, чем опостылевшее домашнее одиночество. К кабинету примыкала жилая комната, снабженная всем необходимым. Ее окна выходили все на ту же гряду с соснами. Николай любил подолгу созерцать горный пейзаж, навевающий умиротворение. В эту ночь он также никуда не поехал. Переодевшись в пижаму, приготовил чай и расположился в мягком кресле напротив окна.

Завтра должно произойти грандиозное событие, эксперимент, к которому Закипелов шел на протяжении более трех десятков лет с того самого момента, как лишился брата. Долгие годы он не мог себе представить, что это вообще возможно, и тот случай в детстве не поддавался никакому объяснению. Ему никто не верил, да и сам он начинал сомневаться в том, что произошло. Первый лучик надежды, что брата можно найти, появился, когда несколько лет назад в одном магазине ему попалась книга. На обложке он увидел изображение замка – точь-в-точь такого же, как тогда в пионерлагере. Николай, не задумываясь, купил книгу. Написал ее некий профессор Волобуев, преподававший историю в местном университете. В книге рассказывалось о том, как профессор побывал в прошлом и затем вернулся назад. Николай навел справки и выяснил, что профессор живет в Норденбергском замке, изображение которого и красовалось на обложке. Недолго думая, он отправился туда.

Когда его черный представительский седан вырулил из леса и остановился на площадке перед каменным мостом, перекинутым через ров, Николай не мог поверить глазам: перед ним высились стены того самого замка-призрака. Он прошел к воротам, через домофон связался с хозяином и получил разрешение войти. Николай шел по двору, вспоминая свой предыдущий визит, крепко засевший в памяти. Когда же он очутился в главном зале, неожиданно для себя вздрогнул. Знакомый длинный стол с ровными рядами стульев по обеим сторонам простирался на всю длину зала. Только стул во главе стола не был отодвинут, как тогда.

Слева прозвучал мягкий бас:

– Добрый день. Чем могу быть полезен?

Николай перевел взгляд. По знакомой из детства широкой деревянной лестнице спускался пожилой высокий мужчина с густой, аккуратно постриженной бородой.

– Здравствуйте. Вы и есть Игорь Борисович?

– Да, собственной персоной.

– Я имел удовольствие прочесть вашу книгу. Она увлекательно написана. Но дело не в этом. Примерно лет тридцать назад мне довелось побывать в точно таком же замке. Мне тогда было всего девять лет. Но в отличие от этого замка, тот растворился, исчез прямо на моих глазах. В вашей книге описан похожий случай.

Профессор подошел к Николаю, с интересом посмотрел на него.

– Любопытно. Очевидцев того явления можно по пальцам пересчитать. И я их всех знаю. Но вас вижу впервые.

– Признаться, я сам начал думать, что мне это все привиделось, и никакого замка на самом деле не существует. Но когда узнал, что он стоит на том же самом месте, был премного удивлен. Я не могу поверить своим глазам: с такой поразительной точностью воссоздать тот замок невозможно!

– Замок никто не воссоздавал. Он такой и есть на протяжении нескольких веков. Я лишь слегка его подновил, чтобы сделать пригодным для жизни.

– Но как такое может быть?

– Этот замок с некоторого времени начал перемещаться между параллельными мирами, поскольку находился в точке соприкосновения пространств. Но двадцать пять лет назад файвиоллы что-то такое сделали, что он вновь вернулся в нашу реальность и с тех пор никуда не исчезает.

Профессор рассказал о параллельном мире, населенном файвиоллами, об их способностях перемещаться между мирами и перемещать другие объекты. Слушая эту невероятную историю, Николай предположил, что его брат Андрей не пропал совсем, а переместился в другой мир вместе с замком. И скорее всего туда, где живут эти загадочные файвиоллы. Встреча с Волобуевым наполнила его жизнь новым смыслом. У него появилась надежда отыскать брата. Не хватало лишь одной существенной детали: «машинки» для перемещения в другой мир?

Глава 8

После посещения Арины Юля вернулась в город и поехала на улицу Челнокова в НИИ. Рабочий день уже заканчивался, а ей нужно было успеть застать директора. К счастью он оказался на месте.

– Вам удалось установить связь с Марией? – Юля сразу перешла к делу, как только переступила порог кабинета.

– Э-э, Юлия Сергеевна, видите ли, не все так просто… – Марк Юсупович медленно поднялся со стула, заискивающе глядя на Юлю.

– Значит, нет?

– Признаюсь, нет, – директор виновато опустил глаза. Мохнатые седые брови поникли как травинки, побитые заморозком.

– А с Уплетаевым?

– У них телефоны недоступны.

– Марк Юсупович, вам не кажется странным, что за последние несколько дней пропали все сотрудники вашего института, работающие над проектом? И вы – директор, ничего не можете вразумительного сказать.

– Так проект же секретный, поймите, – лепетал осевшим голосом Марк Юсупович.

– Я вынуждена буду доложить прокурору.

Юля покинула кабинет, не сказав больше ни слова. Когда она садилась в машину, затрезвонил мобильник.

– Да, Миш. Я же сказала, что никуда идти не собираюсь. Ты так и не понял, что между нами все кончено?.. У меня работы по горло, я еще не освободилась. Не надо меня ждать, прошу.

Спустя час она уже беседовала с прокурором города.

– Матвей Игнатьевич, я настаиваю на проверке НИИ.

– Согласен, Морозова… Извини, Гаврикова. Что за дурацкая фамилия?

– Надеюсь, скоро верну себе прежнюю.

– Ты что, разводиться собралась? – Матвей Игнатьевич с подозрением посмотрел ей в глаза.

Юля пожала плечами. Не хотелось изливать душу начальнику, но в щеках предательски потеплело, выдавая ее волнение.

– Ладно, не буду вмешиваться в личную жизнь, – Матвей Игнатьевич покачал головой, не сводя с Юли отеческого взгляда. – Но учти, я против разрушения семей.

– Если б это можно назвать семьей, – она глубоко вздохнула.

– Так, перейдем к делу, – голос прокурора вновь приобрел деловой тон. – Я отдам распоряжение, чтобы институт проверили. Не нравится мне, что там творится. Ты-то сама что собираешься предпринять дальше?

– Думаю, нужно выйти на контакт с Закипеловым. Не знаю, замешан он в этих пропажах или нет, но прощупать его стоит.

– А не боишься вспугнуть?

– Я боюсь, что люди Куропаткина могут не вернуться. Число исчезнувших выросло до пяти. Если Закипелов интересовался проектом и финансировал его, нельзя исключать, что он выкрал всю группу ученых вместе с их изобретением.

– Хорошо. Только будь осторожна.

На следующее утро Юле пришлось заставить себя тащиться на работу. Михаил домой не явился. И хоть она и не желала его видеть, но последний разговор не давал покоя. Она всю ночь не могла уснуть, и теперь желание прислонить голову к чему-нибудь, хоть к облупленной колонне, что держит портик над крыльцом прокуратуры, стало просто невыносимым.

На первом этаже рядом с вахтой стоял кофейный автомат. Надеясь с его помощью побороть сонливость, Юля сунула в щель купюру. Из предлагаемого перечня напитков она выбрала самый крепкий – эспрессо и с наполненным наполовину стаканчиком поднялась к себе.

Первым делом, после того как залпом проглотила успевший остыть кофе, позвонила Ивану.

– Привет. Мне снова нужна твоя помощь. Ты как-то устанавливал прослушку на телефон Закипелова.

– Было дело. Но его безопасники вычислили ее и все удалили.

– Понятно. Тогда дай мне его номер, я хочу поговорить с ним.

На звонок Закипелов ответил почти сразу:

– Слушаю.

Юля представилась.

– Чем обязан такому вниманию?

– Ваш фонд финансировал один научный проект, сотрудники которого пропали. Я хотела бы с вами встретиться.

– Хорошо, я буду ждать вас в офисе. В двенадцать вас устроит?

– Да, – ответила Юля, еще не веря, что вот так легко получилось договориться о встрече.

***

В то утро Закипелов проснулся с мыслью, что он начнет эксперимент как только позавтракает. Посвежевший после душа, успевший облачиться в новый костюм, он приказал по селектору принести кофе. Процедура эта для него каждодневная. Служащие резиденции хорошо об этом знают и готовятся заранее. Поэтому почти сразу после звонка в дверь постучали, и в кабинет вошел высокий молодой человек, в одежде – белый верх черный низ, делающей его похожим на официанта. На элегантно вытянутой руке он держал круглый металлический поднос, что еще больше усиливало сходство. Впрочем, это и был официант из ресторана, что располагался на первом этаже резиденции. Над миниатюрной фарфоровой чашкой поднимался еле уловимый парок, а взгляд притягивали две румяные гренки на плоской тарелочке. Кофейный аромат с быстротой электрического импульса распространился по кабинету. Официант поздоровался и поставил поднос на стол. Закипелов в ответ кивнул. Когда служащий вышел, Николай двумя пальцами дотронулся до кружки и медленно поднес к носу. Наслаждение запахом, который ни с чем нельзя спутать, всегда доводило его до высшей точки благоговения. Он старался как можно дольше растянуть удовольствие, прежде чем первые капли бодрящего напитка попадут на язык.

Зазвонил мобильник. Закипелов недовольно глянул на экран: там высветился незнакомый номер. Отставив в сторону так и не начатый кофе, Закипелов поднес телефон к уху.

– Слушаю, – ответил он.

Звонок работника прокуратуры расстроил все планы. Отказать во встрече нельзя. Это может вызвать лишние подозрения у следователей. Кроме того полезно будет узнать, что им уже известно, и что они собираются дальше предпринять.

Долгожданный эксперимент пришлось отложить на вторую половину дня.

***

Юлин внедорожник в назначенное время подкатил к бизнес-центру. Она вышла из машины и быстрым шагом направилась к огромному входу со стеклянными дверями. Офис «Чистого мира» забрался аж на четырнадцатый этаж. Пришлось подниматься на лифте. Блестящая и сверкающая огнями кабина быстро и бесшумно доставила Юлю по назначению. Когда Юля вошла в приемную, девушка-секретарь приветливо улыбнулась и доложила в микрофон о приходе посетительницы. Из двери кабинета появился Закипелов с прилизанными черными волосами, в дорогом костюме с отливающим сиреневым галстуком поверх такой-же сиреневой рубашки, благоухающий туалетной водой. Юле не доводилось ранее встречаться с ним лично, но его лощеную физиономию она успела изучить по фотографиям и видеосюжетам в сети и на телевидении.

– Здравствуйте, – произнес Закипелов и жестом пригласил Юлю пройти в кабинет.

– Слушаю вас внимательно, Юлия Сергеевна, – продолжил он, когда они оба уселись за стол напротив друг друга.

– Ваш фонд финансирует проект, над которым работает Куропаткин, – в голосе Юли прозвучал то ли вопрос, то ли утверждение. Закипелов кивнул. – Вы выделили институту здание для лаборатории. Несколько дней назад пропадают Олег и двое его детей. После чего лаборатория переезжает из вашего здания, и пропадают еще двое участников проекта. Что вы на это скажете?

– Вы правы. «Чистый мир» проспонсировал проект и помог ученым работать. Но к пропажам людей он не имеет никакого отношения.

– С чем связан переезд лаборатории?

– Проектом заинтересовались госструктуры. Они вывезли все оборудование из моего здания и засекретили дальнейшие работы. Это все, что я могу вам сказать.

– Почему работы представляют такую секретность?

– Я не особо разбираюсь в тонкостях изобретения Куропаткина, да никогда и не задавался целью. Знаю, что в его основе лежит идея параллельного существования нескольких пространств. Наш фонд финансирует много инновационных разработок. Эта показалась нам интересной, и мы решили помочь ученым. Но в ход проекта мы не вмешиваемся. Тем более, он всегда держался в секрете. Если позволите, я могу высказать свое предположение. Раз дело касается других миров, вполне возможно, что ученые могли перейти из нашего мира в другой, параллельный. Поэтому их исчезновение с этой точки зрения не кажется чем-то неестественным. Сегодня пропали, завтра появятся. Это их работа.

– А дети?

– А что дети? Куропаткин вполне мог привлечь их к своим экспериментам. Хотя, по моему мнению, это грубое нарушение правил безопасности.

– И все же, почему лаборатория переехала сразу же после исчезновения Олега?

– Я же сказал, проектом заинтересовались люди государства. Могу допустить, что у Куропаткина получилось сделать задуманное, результатом чего и явилось исчезновение его самого и детей, а чиновники тут же проявили интерес. Нас даже спрашивать не стали. Приехали в лабораторию и вывезли все оборудование.

– И даже не показали никаких документов?

– Показали. Это был приказ какого-то военного ведомства, сейчас даже и не вспомню. Я сам был шокирован. Но с другой стороны, какое право я имею на то, чтобы вмешиваться в проект? Я лишь спонсор. Дал денег и здание. А настаивать на том, чтобы ученые работали именно в моем здании – такой возможности я лишен.

Все, что говорил Закипелов, казалось правдой, и придраться тут не к чему. Если его послушать, то он, действительно, ни при чём и не знает, куда пропали ученые. Но все же коварный червячок в голове терзал сомнениями: Закипелов чего-то не договаривает, ему известно больше, чем он пытался показать.

Возвращаясь из бизнес-центра, Юля вспомнила, что еще не обедала и решила перекусить. Припарковав машину у прокуратуры, она отправилась в стоящее неподалеку кафе «Белочка». Там за одним из столиков она увидела Ивана. Молодой человек с длинными волосами, собранными в косичку, больше похожий на рок-музыканта, чем на прокурорского работника, с увлечением уплетал винегрет. Рядом дымилась тарелка с супом.

– Ты сегодня тоже поздно? – спросила она, присаживаясь за столик.

– Засиделся, наблюдая передвижения твоего клиента.

– Тебе удалось установить вирус на его телефон? – Юля удивленно вскинула брови.

– Вирус я бы так просто не закинул, способностями волшебника, увы, не обладаю. Но кое-что смог. Теперь я могу отслеживать его перемещения.

К столику подошел официант. Одарил широкой улыбкой Юлю. Поставил перед Иваном тарелку с картофельным пюре и котлетой, забрав освободившуюся от винегрета посуду. Вынул из-под мышки и протянул Юле кожаную папку с меню.

– И что же тебе известно? – спросила она, когда официант удалился.

– То, что твой друг почти сразу после встречи с тобой направился на север и сейчас находится уже за пятьдесят кэмэ от города.

– У него могут быть свои дела. Оснований подозревать его в пропаже людей у нас пока нет.

– Это я так, на всякий случай… У тебя появились зацепки?

– Пока полная каша. Могу предположить, что Куропаткин в тот день после разговора с директором института вернулся к себе на коттедж. Но в дом заходить не стал. Там он встретил детей, и они вместе покинули поселок. Артем успел сообщить матери о том, что они собираются уехать с отцом, но куда, не назвал.

– Они поехали на машине?

– Да, Арина сказала, что рев мотора их «Москвича» трудно не узнать.

– А никто не пытался найти его машину? – Иван отставил опустевшую тарелку и пододвинул второе.

– В деле об этом ничего не говорится, – Юлю озадачило такое простое соображение: «Действительно, почему никто не стал искать автомобиль Куропаткина?»

– Ты знаешь, на чем он ездил? – спросил Иван.

– «Москвич 412», зеленого цвета.

– Таких машин в городе раз-два и обчелся. Отследить по камерам – плевое дело. Что за люди работают в полиции?

– Надо сказать, что и мне такая мысль не приходила в голову, – виновато произнесла Юля.

– Мне нужен номер автомобиля, и я берусь к вечеру раздобыть информацию.

– Иван, ты светлая голова! Что бы я без тебя делала.

На его лице появилось смущение. Он пробормотал, что-то невнятное, одновременно жуя кусок котлеты, только что отправленный в рот.

Подошел улыбчивый официант и встал в ожидающей позе. Юля раскрыла папку с меню и принялась листать ламинированные страницы. Иван тем временем рассчитался с официантом и выскользнул из-за стола. На прощанье успел бросить: «До вечера».

Глава 9

Встреча с Юлей насторожила Закипелова. Во время разговора он старался ничем не выдать своей причастности к пропаже Куропаткина. Хотя, если подумать, он – Николай, действительно, ни в чем не виноват. Куропаткин сам активировал излучатель и ушел. А Николай даже попытался вернуть его, отправив следом Емельянова. И ведь можно было рассказать обо всем этом без утайки, но тогда: прощай, излучатель. Поступок Куропаткина все усложнил, привлек внимание полиции и прокуратуры. Того и гляди они выследят, где находится изобретение, и помешают дальнейшим экспериментам.

Вернувшись из города, Закипелов вызвал к себе Егора.

Охранник явился в полном обмундировании. Талию опоясывал широкий кожаный ремень с навешанной сбоку кобурой.

– Ты готов?

Глядя прямо перед собой, Егор отчеканил:

– Так точно.

– Хорошо. Я вижу, ты при оружии. Это очень кстати. Мы сейчас пройдем в лабораторию. Леонид тебя проинструктирует.

Они застали Леонида за компьютером Куропаткина. Ученый с головой ушел в изучение чего-то, светящегося на мониторе, что даже не отреагировал на вошедших. Уже когда Закипелов и Егор приблизились к нему вплотную, Леонид обернулся.

– Это и есть наш подопытный? – его глаза пробежали по крупной фигуре охранника.

В ответ Егор пульнул взглядом в толстого шутника в белом халате.

– Разведчик, – поправил Закипелов. – Это больше подходит. Мы ведь не знаем, что нас ожидает там.

– Я делал пробные запуски в режиме наблюдения. Кое-что могу рассказать. Природа похожа на нашу. Сейчас у них, также как у нас, лето. Погода ясная. Подозреваю даже, что жарко.

– А люди? Там есть люди? Или другие существа?

– В том месте, что я просматривал, никого не обнаружил.

– Будем надеяться, что Егор никого не встретит.

Леонид повернулся к монитору, защелкал мышью. Ящик, похожий на проектор, загудел, и из его «объектива» вырвался голубой луч. На белом экране образовался круг.

Леонид встал из-за стола, прошел к одному из металлических шкафов, расставленных вдоль стены. Открыв миниатюрным ключиком дверцу, извлек какую-то продолговатую черную коробку, длиною почти в две ладони. Подошел к Егору.

– Вот. Это – маяк. Когда окажешься по ту сторону, нажми на эту кнопку. Должен замигать красный огонек, вот здесь. Прибор не выключай. Когда пропадет канал, оставайся на месте и жди. По идее, если все пойдет как надо, должен вновь образоваться голубой круг. Я постараюсь включить излучатель через пять минут.

Егор принял устройство. Повертел. На блестящем пластиковом корпусе кроме одной единственной кнопки ничего не было. Леонид вернулся на место.

– Давай, – скомандовал он. – Подходи к экрану и вставай напротив луча.

Егор кинул взгляд на Закипелова. Тот слегка кивнул. Охранник подошел к экрану. Оказавшись в зоне луча, он начал исчезать, превращаясь в голубой шар. Шар сначала медленно, а потом быстрее полетел по направлению к экрану и… Войдя в круг, пропал.

Раздался щелчок мыши, луч погас, а вместе с ним исчез и круг.

– Есть! – воскликнул Леонид. – Я вижу сигнал. Сейчас зафиксирую его координаты и частоту.

Наступила тишина. На круглом циферблате настенных часов секундная стрелка медленно, словно нехотя, перескакивала с деления на деление. Ее щелчки казались ударами молотка по наковальне: тук, тук, тук… Закипелов не сводил глаз с часов, ждал, когда минутная стрелка доползет незаметным движением до нужной точки.

– Пора, – произнес он.

Леонид вновь защелкал мышью, застучал по клавиатуре. Излучатель заработал. Закипелов и Леонид уставились на образовавшийся круг. Вот-вот из него появится голубой шар, а может быть, Егор просто выпрыгнет без превращений. Но ничего не происходило. Прошла минута, вторая. Круг продолжал переливаться голубым, и из него никто не вылетал.

– Ты все верно ввел? – Закипелов кивнул в сторону монитора.

– Не сомневайтесь, Николай Францович. Маяк отвечает, я его вижу.

– Тогда почему он не появляется?

– Не могу знать.

– Хм. Разбрасываться людьми я не могу. Это уже второй из лучших охранников. Ты хоть скажи, куда его отправил?

– Координаты такие же, как и те, что вводил Олег Николаич.

– Значит, он должен попасть в то же самое место?

– С некоторой долей вероятности.

– Почему у вас – ученых все так не точно?

– Для этого и нужен был маяк. Мы задаем координаты для излучателя, он пробивает пространства, но где именно образует выход – тут пока большая погрешность в наших предсказаниях. Если на той стороне будет маяк, луч будет стремиться на его сигнал, и канал окажется в нужном месте.

– Это только в том случае, если твой маяк работает.

– Он работает, Николай Францович! Сигнал от него поступает. Можно перейти туда и убедиться.

– Я бы сейчас отправил тебя, – Закипелов хмыкнул. – Раз ты так уверен в своих изобретениях, то почему бы на себе их не испытать?

Леонид сглотнул.

– Боишься? А отправлять своего начальника не боялся? Или вот Егора?

– Вы же сами приказали.

Прошло еще полчаса. Егор так и не появился.

– Почему он не возвращается? – Закипелов, все это время меривший шагами мраморный пол, остановился перед Леонидом.

– Не могу знать, Николай Францович. Канал создан, ему ничего не стоит шагнуть в круг.

– У тебя же есть режим, как его?.. Просмотра. Ты можешь включить его?

– Тогда пропадет канал для перехода.

– Ну и шут с ним. Давай посмотрим, что там творится.

Леонид пощелкал мышью. Луч излучателя сначала пропал, а потом появился вновь. Теперь на экране в голубом круге нарисовалась картинка. Зеленый травяной луг, чуть в стороне лиственные деревья, похожие на нашу осину, а немного далее – очертания какого-то здания.

– Что это за дом? – спросил Закипелов.

– Не знаю. Первый раз вижу.

– Ты же говорил, что проводил наблюдения.

– Да, но домов там не было.

– Чует мое сердце, что твой излучатель каждый раз оказывается в разных местах.

– Такого не может быть. Координаты я не менял.

– А ты учел, что планета у них тоже вертится, как и наша?

– Это не должно влиять.

– Хм, как-то неуверенно. Мне кажется, что аппарат ваш несовершенен. А мне нужна точность. В каком месте зашел, в том и вышел. Ты маяк свой видишь?

– Да, сигнал поступает как раз из того самого… Да вот же он!

Леонид подбежал к экрану и пальцем показал на траву. Там сквозь стебельки неизвестных растений чернел его девайс. Даже был виден мигающий красный огонек. Закипелов тоже приблизился к экрану.

– Тогда где же наш Егор?

– Может он обронил маяк? – предположил Леонид.

– Допустим. Но где он сам? Мы же ему ясно сказали: ждать на месте. Не нравится мне это.

– Николай Францович, я сейчас изменю угол наблюдения, – с этими словами Леонид вернулся к компьютеру и начал щелкать по клавиатуре и водить по столу мышь.

На экране изображение сместилось, словно видеокамеру сдвинули и поменяли угол обзора. Теперь неизвестный дом попал в центр кадра. Снова прощелкала мышь. Дом начал приближаться. Его белые стены становились все отчетливее, и у самого угла показалась человеческая фигура. Закипелов сразу узнал в ней Егора. Охранник с пистолетом в руке заглянул за угол дома и крадучись скрылся из поля зрения.

– Вот те на, – произнес Закипелов. – Кого же он там обнаружил?

Он вновь заходил взад-вперед по лаборатории. Поведение Егора озадачило Закипелова и требовало принятия какого-нибудь решения.

– Плохо, связи нет никакой, – бурчал он под нос. – Что же делать? Что же делать?.. Леонид, – Закипелов глянул на таращившего глаза ученого, – ты уверен, что сигнал маяка не потеряется ни при каких обстоятельствах?

– Не должен.

– Мне требуется твердая гарантия. Я хочу сформировать группу и двинуться следом. Но, мне нужно быть уверенным, что мы благополучно вернемся.

– Вы же сами видели, Николай Францович, что излучатель соединяет нас с тем местом, куда попал Егор. Эксперимент, можно сказать, удался. И Егор, если бы не отвлекся, уже был бы здесь.

– Как долго ты можешь вести наблюдение?

– Если вам не жалко электроэнергии, сколько угодно. Но я бы не стал смещать угол луча. Так мы рискуем потерять координаты.

– То есть ты хочешь сказать, что мы не сможем следить за всеми перемещениями Егора?

– Да, если он будет удаляться от маяка.

– Тогда тем более нам необходимо направить туда группу. Я не хочу терять еще одного человека.

Закипелов вернулся к себе и набрал Босса.

– Александр Георгиевич, эксперимент частично удался. Связь с точкой перехода в другом пространстве установлена, возврат можно гарантировать. Но возникли непредвиденные обстоятельства. Нашего разведчика что-то заставило покинуть место. Я хочу отправить туда группу.

Конец ознакомительного фрагмента. Купить полную версию.