Стоял чудесный солнечный денек! Ветер приятно обвевал лицо, солнце светило ярко и приветливо! Но двум мальчишкам, игравшим на поле в футбол, было все равно. Им бы даже больше понравилось, если бы пошел дождь. Ведь так смешно, когда твой друг и брат валится лицом в грязь! А еще смешнее, если и ты отправляешься в грязную лужу! Юный Петр, которому только недавно исполнилось 8 лет, играл со своим младшим братом Семеном, которому едва стукнуло 6. Они были очень дружны и постоянно проказничали, чем невероятно злили своих бабушек и дедушек. Родители постоянно были на работе. А вот, бабушки и дедушки, те всегда с удовольствием заботились о шалопаях. Конечно, сейчас особым вниманием бабушки Жени и дедушки Ростика владел их младший братик Стас. Ему было всего 2 года. Но Петр и Семен уже научили малыша паре приемчиков. Это были рецепты того, как довести старших до точки кипения, когда они теряли терпение. Для мальчишек, не было сейчас ничего смешнее, чем видеть строгое лицо родителей и родственников!
Конечно, у них была замечательная дружная семья. Это было место, где все любили друг друга и постоянно друг о друге заботились. Мама и папа души друг в друге не чаяли. И сыновья чувствовали себя, как за каменной стеной. Их окружали любовь, взаимопонимание и доверие, основа, на которой, словно на крепком фундаменте, росла и крепла их семья. Поэтому, ничто не мешало им веселиться от души.
Петр никогда особо не любил футбол. Ему бы большее удовольствие доставила хорошая книга про пиратов и разбойников. Мальчик рос очень увлекающимся и целеустремленным. Он хотел стать юристом, адвокатом, и уже изложил своим родителям на бумаге все свои шаги по осуществлению этой цели. Он сознательно не называл это мечтой, предпочитая называть это целью жизни. Так, он чувствовал, что она может осуществиться.
Петр пошел в тот день играть в футбол главным образом из-за брата, который повсюду следовал за ним. Семен был его полной противоположностью. Он был очень проказливым мальчишкой, однако, замкнутым и несговорчивым. Семену было сложно найти общий язык со сверстниками. Но те, с кем он дружил, знали, что на Сему всегда можно было положиться. Рослый, крепкий мальчуган обещал в будущем превратиться в высокого и статного красавца. Петя любил младшего брата и не мог отказать ему в просьбах. Они были очень близки.
Петр всегда чувствовал ответственность за братьев. Он помогал матери, когда Семен только начинал ходить и говорить, хотя и сам тогда был еще малышом. А когда появился Стасик, Петя даже менял брату подгузники. И, что удивительно, Сема над ним не подшучивал. Он, наоборот, старался помогать.
Петя извинился перед друзьями из своей команды, помахал Семену и отошел в сторону. Пускай погоняет мяч без него! Все равно, он уже со всеми здешними передружился! Петя оглянулся на бабушку и дедушку. Они играли со Стасиком в песочнице. Он отправился туда.
В песочнице было людно. Множество маленьких детей, примерно одного со Стасиком возраста, возились с ведерками, лопатками и формочками. Баба Женя помогала Стасику. Дед Ростик читал газету, сидя на скамейке неподалеку. Петя поспешил бабушке на помощь.
– Петя, – бабушка погладила его по голове. – Подай Стасику формочки. Я не хочу в песок заходить!
– Хорошо, бабуль! – Петя перепрыгнул бортик песочницы и подал младшему братику формочку. Бабушка села на скамейку, облегченно вздохнув.
Потом, мальчики разыгрались, делая куличики. Они не замечали, что вокруг них, точнее, вокруг Пети, образовался кружок из малюток. Все хотели научиться так же строить дома из песка, как это делал старший ребенок. Заметив это, Петя довольно хмыкнул.
Внезапно, он заметил девочку, стоявшую рядом и с благоговейным трепетом смотревшую на его куличики, которые они построили со Стасиком и уже про них забыли. Она была высокой, очень худенькой. У нее были тонкие пальчики и огромные серые глаза. Казалось, глаза занимают слишком большое пространство на ее лице. Тонкие губки девочки дрогнули в невольной полуулыбке. В следующее мгновение, к ней подбежал мальчишка, примерно его возраста, и больно толкнул. Она упала в песок. Петя проследил за этим мальчиком. Тот подбежал к группе своих друзей, и они все расхохотались. Петя их знал. Это была местная шпана. Отец велел держаться от них подальше.
Кто-то из взрослых помог девочке встать. Петя искоса наблюдал за ней. Она поправила застиранное ситцевое платьице и начала стряхивать песок со щеки и лба. Петя подал Стасику и еще двум малышам ведерки и поспешил к девочке.
– На вот. – Он достал платок из кармана шорт. – Вытрись.
– Спасибо. – Девочка опустила глаза и вытерлась. – Я постираю и верну тебе.
– Да ладно. – Петя сунул протянутый платок обратно в карман. – Потом, сам постираю. Я все сам делаю.
Девочка подняла на него свои огромные серые глаза. И Петя невольно опустил свои.
– Спасибо. – Прошептала она. – Ты очень добрый.
Петя переминался с ноги на ногу.
– А ты здесь живешь? – спросил он.
– Да, в соседнем доме. – И она показала на дом с другой стороны песочницы.
– А я – в этом. – Петя указал на дом за их спинами. – Тебя как зовут?
– Лариса. Ну, то есть, Лара.
– Лара. – Петя, как взрослый, протянул ей руку. – А меня, Петром зовут. То есть, Петя я.
– Петя. – Прошептала девочка.
– Тебе сколько лет?
– 5. А тебе?
– А мне – 8. – Петя потер за ухом и ухмыльнулся. – Ты на этих внимания не обращай. – Он кивнул в сторону хулиганов, что сели на забор. – Если что, говори мне. Мы с братом с ними разберемся.
– Хорошо. – Сказала она.
– Пойдем, я тебя научу куличики делать.
– Пойдем.
Дети еще долго играли друг с другом. И Петя почувствовал, что ответственности у него прибавилось. Он не мог понять, откуда взялась эта мысль. Но она казалась самой правдоподобной.
Глава 2
22 года назад
Поздно уже! Скорее бы до дома добраться! Уставший Петя шел с Семеном по темному переулку. Они провожали девочек до дома после кино. Конечно, Пете достался поцелуй у подъезда. Казалось, ему не нужно прикладывать никаких усилий для того, чтобы девочка, сложив губки, одарила его нежным поцелуем. Сема постоянно завидовал ему. Младший брат был угрюмым и непоседливым. Ему исполнилось 12 лет, в то время как Пете было уже 14. Они были подростками. Но в юном Пете уже была видна доброта и отзывчивость, в младшем Семе тщательно скрываемая. Петя был открытым, милым и улыбчивым. А Сема – скрытным, чересчур серьезным и молчаливым. Но Петя знал, что его брат в то же время – настоящий друг. На него можно было положиться. Он постоянно оставался присматривать за 8-летним Стасом и Вероникой, которой только исполнилось 4 года. И Петя видел, что в Семе живет какая-то теплота, глубоко скрытая внутри. Правда, он это понимал лишь сердцем. Но знал, что в глубине души Сема – страстная и добрая душа. У брата было много друзей, и он увлекался футболом. Сема был более выносливым и сильным, чем старший брат.
Юноши кутались в курточки. Непогода стала верной спутницей осени. Уже скоро с неба повалит первый снег. И начнется зима. Мальчишки над чем-то смеялись, когда увидели каких-то хулиганов, толкавших маленькую девочку. Не сговариваясь, они вдвоем поспешили туда.
Петя не сразу узнал ее. Это, конечно, была не маленькая девочка. Это Лариса. Просто, она такая худенькая, что ее легко принять за ребенка, только-только переставшего считаться младенцем. Какие-то мерзавцы толкали ее друг другу, встав в круг.
– А ну, отпустите ее! – Прокричал юноша. Он остановил рукой Сему, зная, как брат бывает не сдержан. Сейчас главное – сохранять спокойствие!
– О, да вы только посмотрите! – Захохотал Слава, взявшись за голову в приступе притворного восторга. – Это же не кто иной, как защитник обиженных и угнетенных, наше солнце – Петр! Собственной персоной! Рады Вас приветствовать! И его верный вассал, Семен! И тебе привет!
Слава был высоким, угловатым подростком, который постоянно обижал девчонок и малышей в их дворе. Дедушка Ростик как-то сказал Пете, что это от отсутствия любви в собственной семье. Значит, Славу никто не любит. И его можно только пожалеть.
– Сейчас же отпусти девчонку! – Сема погрозил Славе увесистым кулаком. – А то, я за себя не отвечаю!
Напуганную маленькую Ларису держал под руки какой-то увалень, приятель этого Славы. Она плакала. Петя сглотнул ком в горле. Он очень беспокоился за нее.
– Постой, брат! – Петя опустил его руку. И обратился к хулигану. – Давай поговорим, Слава.
– Ну, давай! – Слава почесал затылок, лениво ухмыляясь. – Может, он нам деньжат подкинет в качестве выкупа? – Обратился он к своим дружкам, и они дружно засмеялись. – Ведь деньги-то у них есть, у этих Давыдовых. Это все знают.
– У меня нет денег. – Петя замялся. Он не мог не смотреть на заплаканное лицо и большие серые глаза, смотревшие на него. – Давайте, вы просто отпустите Ларису. Ну, зачем вы ее обижаете? Она же ничего никому не сделала.
– Она – дура. И над ней можно потешаться сколько душе угодно! – Промямлил какой-то тощий очкарик за спиной Петра. – Она – ничтожество!
Услышав эти слова, Петя развернулся и ударил этого негодяя по лицу. За спиной он услышал, как Сема нанес сразу несколько ударов. Сема – молодец! Рука Пети начала нещадно болеть. Да, подумал он, в кино это выглядит куда эффектнее.
Увалень, что держал Ларису, кинул ее на мокрый после холодного дождя асфальт, и она больно ударилась головой. Неожиданно, он заревел ужасным голосом, и повалился на Петю. Но, затем, они услышали патрульную машину полиции. Сирена свистела, приближаясь к ним. Изрыгивая ругательства, хулиганы незамедлительно исчезли во мраке. Сема и Петя подбежали к Ларисе. Она была без сознания.
– Надо отнести ее к бабушке с дедушкой! – Прошептал Семе Петя.
Тот только кивнул.
Спрятавшись за домом, юноши подождали, пока полицейские не проехали мимо. Затем, не спеша, двинулись к подъезду. Петя нес Ларису на руках. «До чего же она легкая!» – подумал юноша. Она выглядела изможденной. Ее лицо было очень бледным, а губы – синими. Не мудрено, подумал Петя. На улице от силы +5, а на ней лишь кофта и какие-то поношенные туфли.
– Ты как? – Спросил обеспокоенный юноша своего младшего брата.
– Я-то хорошо! – Буркнул Сема. – Лучше, чем она. Это уж точно!
Петя улыбнулся. Сема – очень добрый. Просто, немного замкнутый. Но – надежный и верный друг.
Бабушка долго отпаивала детей горячим шоколадом. Родители юношей жили в соседнем подъезде. Дед Ростик уже сообщил им, что внуки у них в гостях. Сема и Петя просили ничего не рассказывать маме. Она была против общения с Ларисой.
Девочка очнулась и посмотрела вокруг. Бабушка суетилась около плиты. Дедушка, как обычно, читал газету. Сема и Петя сидели рядом с ней.
– Ну, ты как? – Спросил Петя. – У тебя, наверно, теперь голова болит?
– У меня бы точно болела. – Сема почесал за затылком. – Но ты – молодец! Продержалась там!
Лариса медленно села и приняла из рук Пети чашку горячего шоколада. Он улыбался ей. Он всегда так нежно улыбался ей.
– Спасибо. – Прошептала она.
Сделав несколько глотков, она зажмурила глаза от удовольствия.
– Ты есть хочешь, Лариса? – Бабушка подошла к ней. – Ты сегодня ела?
Лариса отрицательно покачала головой. Петя нахмурился. Он не понимал, как можно не есть целый день, но решил об этом у Ларисы не спрашивать. Может, она так привыкла.
Бабушка тем временем, покачав головой и вздохнув, стала подавать ужин. Лариса молча села к столу, положив кухонное полотенце на колени. Бабушка поставила перед ней тарелку супа, хлеб и жаркое. Потом, налила чашку чая и дала несколько шоколадных конфет. Петя привык к такой еде. Он не понимал, почему на лице девушки возникло такое удивление и восторг.
– О! – Выдохнула она. – Спасибо!
– Не за что. – Бабушка погладила ее по голове. – Тебе есть, что надеть зимой?
Девушка отрицательно покачала головой. Бабушка как-то странно переглянулась с дедушкой, сидящим с газетой в руках.
– Мы тебе найдем что-нибудь.
Девушка посмотрела на бабушку с обожанием и прошептала: «Спасибо!» Бабушка тем временем повернулась к старшему внуку.
– Петь, мы с дедушкой пойдем в гостиную, телевизор посмотрим. А ты, побудь здесь с гостьей.
– Хорошо.
Сема тоже поднялся. Он поцеловал бабушку с дедушкой и направился к двери.
– Я пойду, Петь. Мне на завтра зачет надо повторить по истории.
И Петя остался с Ларисой наедине.
Юноша, улыбаясь, наблюдал, с каким аппетитом ела его подруга. О, да, он дружил с Ларисой с тех самых пор, когда они повстречались в детстве, и ни на минуту не раскаивался в том, что Лариса – его знакомая. Ему было наплевать на то, что многие считали Ларису слишком впечатлительной и замкнутой. Он был равнодушен к тем наставлениям, что в последнее время сыпались со стороны его отца и матери. Они считали Ларису умалишённой… Они твердили ему, что она из неблагополучной семьи… Что такие люди – не чета им…
Но юный Петя улыбался. Он действительно счастлив, что Лариса – его подруга. Может, она немного впечатлительна. Может, она не такая, как все. И родители ее – люди бедные. Но им было хорошо вдвоем. Они много разговаривали. Лариса всегда была готова выслушать его. А ему ничего не стоило сделать так, чтобы девушка улыбнулась. Он почему-то полагал, что для Ларисы улыбка – редкое явление, и, вызывая свет улыбки на ее лице, он помогает ей. Лариса всегда смотрела ему прямо в глаза, а в ее собственных глазах горел огонь обожания и преданности. Пете казалось естественным, что ему приятно в компании человека, который смотрит на него с нескрываемым восторгом.
Он не замечал того, что Лариса не ходит с ними в школу. Он не понимал, что она носит обноски. Он не видел того, что с ней никто никогда не играет и не общается, кроме него самого. Он не осознавал, что она этого не понимает. Он просто знал, что Лариса – сама доброта и свет. И только это имело для юноши значение.
Лариса молча все съела, все до последней крошки. И, подняв на него взгляд, улыбнулась. Ларисе сейчас 11 лет, вдруг подумал он. Она на 3 года младше его.
– Ну, что. – Петя поднялся. – Закончила?
– Да. – Лариса улыбнулась. – Спасибо тебе, Петенька.
Она всегда смотрела на него так открыто и так проникновенно, что Пете невольно становилось не по себе. Он не понимал, отчего возникает такое чувство, но оно было неожиданно приятным.
– Пойдем, я тебя провожу.
Бабушка подарила Ларисе куртку и штаны, которые когда-то носил Сема. И его сапоги. Лариса не могла выразить словами свою благодарность.
Они шли по улице в тишине. Наконец, показался ее подъезд.
– Петя. – Ее голос был мягким и низким. – Спасибо вам с Семой. Вы спасли мне жизнь!
– Да, что ты! – Отмахнулся юноша. – Не перебарщивай!
– Но я знаю, что говорю. – Лариса улыбнулась каким-то своим мыслям. Она часто так делала, и Петя знал, что в такие моменты ее лучше не беспокоить.
Наконец, она подняла глаза. В них стояли слезы. Она взяла его ладонь и приложила ее к своей мокрой от слез щеке. Юноше стало неловко. А потом, она поцеловала его ладонь, мягкими и теплыми губами. От этого прикосновения его сердце сделало кульбит, и стало не хватать воздуха.
– Петя, я тебя люблю. – Прошептала она. Юноша, изумленный столь неожиданным признанием, не знал, что сказать. – Я полюбила тебя, когда мне было 5 лет. И я знаю, что буду любить тебя всю жизнь. Ты родной мне человек.
– Ну, что ты, Лара! – Петя обнял ее. – Ты любишь меня, как брата!
– Нет. – Она качала головой. – Нет. Ты – мой муж, Петя. – Она зевнула. Потерла глаза, словно малыш, уставший после долгой игры. И улыбнулась так, словно то, что она только что сообщила ему, было давно всем известной логичной правдой. – Мне уже пора, Петенька. Я пойду спать.
Иногда, она резко меняла темы разговора. Это было странно, но Петю не раздражало. Тем более, сейчас он был сбит с толку, и ему тоже хотелось поскорее добраться до дома. Она поспит и забудет об этой идее о любви.
– Спокойной ночи, Лариса! – Улыбнулся он.
– Спокойной ночи, любимый! – Прошептала она и, взяв из его рук пакет с одеждой, исчезла в подъезде.
«Все-таки, она странная какая-то!» – подумал юноша, улыбнувшись.
Глава 3
19 лет назад
Как же прекрасна жизнь, когда тебе 17! Стройный молодой человек Петр шел по улице, что-то напевая себе под нос. На улице ярко светило солнце, пели птички… Стоял жаркий июнь. Но не погода была поводом для радости молодого красавчика.
Только что вывесили списки. Придя в Университет, парень сразу же увидел свою красивую фамилию в графе: «Зачислен». Как же прекрасна все-таки жизнь, подумал ухмыляющийся юноша. Особенно, в 17 лет. И, в особенности, когда получается так, как и запланировал.
Конечно, Петя много и усердно учился. В старших классах он едва успевал общаться с братьями и сестрой. У него все время в голове была только математика, английский язык, история, обществознание… В общем, все школьные предметы. Парень обожал учебу и своих учителей. Папа не переставал хвастаться его успехами перед родственниками на очередном семейном сборище. Вот Сема, тот учиться не любил. Но Петя дни и ночи напролет посвящал учебе. Он чувствовал, что судьба возблагодарит его за прилежание и ответственность. Так и вышло.
В сквере, неподалеку от дома, на лавочке отдыхали старики; престарелый мужчина и женщина кормили голубей, а девушка возилась вокруг них, подавая семечки. Лариса. Улыбнувшись уголками губ, он направился к ней.
Годы, казалось, забыли про Ларису. Она была такой же худенькой, угловатой и невзрачной. Только огромные серые глаза, проникающие прямо в душу, стали, казалось, еще больше. Она нигде не училась и, насколько ему было известно, уже несколько лет работала уборщицей в местном магазинчике. Лариса ухаживала за престарелыми родителями. И еще, она носила обноски. Многие соседи носили их семье одежду и продукты, если что-то пропадало в холодильнике.
В общем, они были не ровней ему. И Петр за последние несколько лет отдалился от девушки, которая вызывала у него чувство нежности. Поначалу, он даже думал, что влюбился в нее. Однако, эта странная мысль очень быстро ушла. Конечно, это не так. Лариса – это просто Лариса. Она родилась в этом дворе и проживет в нем всю жизнь, совершенно не изменившись.
За последние несколько лет, у парня было много девушек, с которыми он встречался, дружил. За некоторыми он ухаживал. Это не мешало учебе. Петя полагал, что для молодого мужчины важны отношения с девушками и не мог отказать себе в этом удовольствии. Девушки его любили. Он никогда не получал отказа. Так в чем же дело? Конечно, он пользовался своим очарованием и привлекательной внешностью.
Петя поднял руку и прокричал приветствие. Родители Ларисы улыбнулись ему; девушка помахала двумя руками и побежала ему навстречу. Родители запрещали Пете общаться с этой семьей. И Петя не совсем понимал, почему. Ведь дружить можно с кем угодно. Мама всегда была немного высокомерной, но безмерно любила его и всех своих детей. И Петя прощал ей это.
При его приближении, Лариса улыбнулась, ее щеки вспыхнули румянцем. Она выглядела изможденным ребенком, но это не пугало молодого человека.
– Привет! – Воскликнул он радостно.
– Привет! – Прошептала она. – Мы давно не виделись.
– Да… Знаешь, я поступил в Университет. На юридический. Так что, мои мечты сбылись.
– Правда?
Петр внимательно наблюдал за девушкой, пока она в спешке не опустила взгляд. Лариса всегда оживлялась, когда оживлялся он. Она всегда печалилась и опускала глаза, когда и он о чем-то грустил. И она все время молчала, когда Пете нужно было о чем-то поразмыслить, отправиться мыслями туда, где Ларисе, казалось, уже не было места. Парень чувствовал, что Лариса останется здесь. А он будет двигаться дальше, стремиться, торопиться, будет достигать целей, оставляя сожаления позади.
Молодому человеку всегда нравилось общаться с девушкой. С ней ему было легко. Она была отражением его собственных эмоций. Это не раздражало, это успокаивало и каким-то образом подбадривало юношу. Иногда, молодому человеку казалось, что Ларисе просто легче повторять за ним. Девушка не была умственно полноценной, так о ней говорили соседи. Пете она такой не казалась, однако за последний год юноша все чаще избегал ее, потому что понимал, ощущал всю пропасть, зияющую между ними. Они слишком далеки, так стоит ли искушать судьбу?
Парень повернулся к ее родителям.
– Олег, Светлана, добрый день!
– Добрый день, Петя! – Прохрипел ее отец. – Поздравляем с поступлением!
Они нервно поднялись, по очереди опираясь о руку своей дочери. Петя тоже помог.
– Спасибо! – Прошептала ее мать. – Доченька, мы пойдем. На, вот. – Она протянула ей немного денег. – Купи по дороге домой молока и хлеба белого.
Лариса свернула купюру и сунула в карман платья.
– Ну, давай вместе сходим в магазин? – Петя улыбнулся Ларисе.
Кивнув, она одарила его счастливым взглядом. Петр понимал, что она безмерно счастлива поговорить хоть с кем-то, ведь ни подруг, ни знакомых у нее не было. Что ж, ему не составляет труда оказать ей эту услугу. Улыбка – редкость для Ларисы. А радость – скорее исключение в ее серой жизни. Петр знал, он поддерживает ее одним лишь своим вниманием. И решил не лишать ее этой малости. Конечно, уже скоро все изменится. Должно измениться. Но сейчас, он ей нужен.
В местном магазинчике с Ларисой поздоровались продавцы и спросили, придет ли она сегодня вечером убираться. Она сообщила, что обязательно будет вовремя.
Петя проводил Ларису до подъезда. По дороге, они молчали. Петр не нарушал тишины. Ему уже не о чем было говорить с ней. Она была чужой ему, девушкой из другого мира. И он не понимал, зачем позвал ее и подошел там, в сквере. Надо было поздороваться и уйти. Мама и папа расстроятся, если узнают, что он опять разговаривал с ней. Сейчас, мысли о помощи ей в виде своего участия уже не казались ему правильными. В конце концов, давно пора ставить точку в этих странных отношениях. Они начинают тяготить его. А, теперь, будет сложнее. Все же, надо было просто поздороваться и уйти.
Наконец, она подняла на него глаза.
– Вот мы и пришли. – Произнесла она своим мягким низким голосом. – Спасибо, что сходил со мной.
Лариса всегда говорила медленно и как-то неуверенно. Но Петя понимал ее.
– Не за что.
– Ты что будешь летом делать?
– Скоро у мамы день рождения. Вся большая семья собирается в нашем доме, у Волги. Потом, на море на месяц. А потом, Сема на соревнования по самбо едет в Москву. Я с ним поеду. У нас там тетя и дядя по папе живут. Давно к себе зовут. – Все это время, Петя неуверенно чесал затылок. Хоть бы она не попросилась с ним поехать на день рождения! Это было бы настоящей проблемой.
– А можно мне на день рождения к твоей маме поехать? – Она взяла его за руку. Ее рука была очень тонкой и холодной. – Я нигде не бываю. Может… – Она запнулась. – Можно мне?
– Хорошо. – Он улыбнулся одними губами. – Можно. Я поговорю с родителями. Думаю, они не будут против. Ты в субботу свободна?
– Да, я убираюсь в поликлинике с утра. А потом, уже свободна.
– А в воскресенье? У нас день рождения всю субботу и воскресенье до вечера.
– В воскресенье мне в магазин, но только поздно вечером. Я могу.
– Ну, тогда хорошо. – Петя опять почесал затылок. – Я поеду с бабушкой Ритой и дедушкой Витей. Поехали со мной. Я заеду за тобой к 11:00?
– Да, я уже буду свободна. Спасибо!
Лариса подошла, потянулась к нему на цыпочках и поцеловала в щеку. И быстро скрылась в подъезде. Губы у нее тоже холодные, вдруг подумал он.
***
– Что? – Мама Петра, Ольга, расхаживала по гостиной в вечернем платье цвета слоновой кости.
Этим вечером они принимали гостей, коллег по работе ее мужа и отца Пети, Владимира. Гости только что ушли, и родители с детьми переместились в гостиную. Петя не мог ждать с разговором о поездке за город, потому что она состоится уже завтра. До этого, почти всю неделю, он не решался обратиться к матери с просьбой не противиться присутствию Ларисы. Но сын все-таки не ошибся в своих опасениях. Мама метала громы и молнии. Отец, обычно молчаливый, тоже не остался в стороне. Они оба сейчас были воплощением негодования.
– Ну, – Вероника, красивая рыжеволосая девчушка 7-ми лет, младшая сестра Петра, поднялась от фортепиано. Она только что исполнила что-то лиричное. – Взрослые пусть болтают, а мне пора спать. Не хочу попасть под раздачу.
– Я тоже. – Стас, 11-ти летний младший брат Петра, тоже резко поднялся и взял сестру за руку. Он был воплощением шуток и хорошего настроения. Старший брат ни разу не видел, чтобы Стас выходил из себя, хотя ему тоже порой доставалось от матери за его шалости. – Пойдем, сестрица. Я помогу тебе с таблицей умножения. Пора уже доучить ее до конца.
Улыбающиеся и счастливые, брат и сестра покинули гостиную. Петр бросил взгляд на Сему. Брат, как всегда мрачный и напряженный, сильный и надежный, стоял около окна, уперев руки в бока. Это была его любимая поза. Они были очень близки с раннего детства, и Петя знал, что брат никогда его бы не покинул в такой момент. Младших можно простить, он еще дети. Но он и Сема, они уже взрослые. Семе уже 15.
Мама тем временем продолжала мерить комнату шагами.
– Я не понимаю. Я не верю, Петр, что ты поступил так со мной и твоим отцом! Ты! Ты – надежный и благовоспитанный юноша! И ты пригласил девушку на мой праздник, даже не удосужившись спросить моего мнения на этот счет?
– Мама! – Улыбнувшись, Петя всплеснул руками. – Я не понимаю, что я такого сделал? Ну, что, Лариса испортит твой праздник? Она будет с нами общаться. Со мной, с Семой, со Стасом и Вероникой. И с Левой, Анжелой, все-таки они – наши двоюродные брат и сестра с твоей стороны. Тетя Аня и дядя Рома не смогли в этот раз приехать. Мы с Семой к ним поедем. Значит, там повидаем двоюродных брата и сестер… Но на этот же раз, компании всем хватит. И Лариса тебя не побеспокоит.
– Петр. – Отец прочистил горло. – Сынок, я думаю, пора нам с тобой серьезно поговорить.
Мама и папа как-то странно переглянулись.
– Пройдем в библиотеку. – Отец, указав сыну рукой в сторону двери, поспешил пройти вместе с ним. Сема и мама отправились спать.
***
В кабинете отца, которая также была библиотекой, хранилось большое количество очень красивых подписок современной литературы и неизменной классики. Отец слыл знатоком литературы, и его первое образование было филологическим. Он не скрывал, что книги – его страсть и частенько запирался с очередным редким изданием в библиотеке. Он сидел в своем любимом кресле и потягивал крепкий кофе. Таков был отец – молчаливый, строгий и сдержанный. Но, одновременно, любящий и нежный.
– Садись, сынок. – Отец указал на диван рядом с креслом, что стояло у камина. Летом камин не действовал, но зимой, особенно в Новый Год, здесь всегда было очень уютно.
Отец же отошел к окну, уставившись в ночной мрак.
– Отец, я знаю, что ты скажешь. – Петр убрал назад непослушные густые русые волосы. – Я не должен общаться с Ларисой! Она мне не пара.
– Да. Я и это хотел сказать. А ты сам как думаешь, она подходящая для тебя партия?
– Нет, конечно, нет. – Петр поднялся с дивана. – Она из другого мира. Я и сам это вижу.
– Да, она из другого мира. – Отец пронзил сына взглядом. – И она другая, сынок. Она не такая, как мы. Как ты и я. Она проживет свою жизнь. А ты должен прожить свою. И ваши жизни очень разные.
– Прошу, отец, не разговаривай со мной, как с ребенком, хорошо? – Петр жестом остановил отца. – Скажи то, что хочешь. Не пытайся все перефразировать, чтобы я лучше понял. Ты так всегда делал. Но теперь, я вырос. И это мне не требуется.
– Хорошо. – Отец отошел от окна и сел в свое любимое кресло. Он жестом попросил сына вновь присесть на диван.
– Сын, что ты испытываешь к Ларисе? – Спросил он тихо.
– Что я испытываю к ней? – Петр не понимал этого вопроса. – Да ничего. Она – хорошая девушка, вот и все. Возможно, мне ее немного жалко. Ей не повезло в жизни. И только, больше ничего.
– Твоя мама считает, что ты, возможно, влюблен в нее.
– Я? – Петр вновь поднялся. – Отец, это просто глупо. У меня же постоянно девушки, ты же знаешь. Я люблю девушек. И… – Он нервно шагал по комнате, напоминая этим свою маму. – Лариса меня вообще не привлекает в этом смысле. Она же некрасивая, верно?
Отец, подойдя к сыну, вновь бросил на него внимательный взгляд. Затем, он отошел к окну.
– Сын, я вижу кое-что. И это меня очень пугает. Лариса слабоумная, ты знаешь это. – Петр закрыл глаза, отвернувшись. – Я знаю, тебе больно это слышать, но это так. Она никогда не сможет быть тебе парой.
Минуту, они оба молчали. Петр сморгнул слезы, удивившись, что они были в его глазах. Почему это он вдруг расплакался, точно девчонка?
Отец повернулся к нему. Он говорил почти шепотом, но Петр слышал каждое слово.
– Ты знаешь, мы с мамой души в вас всех не чаем. Мы обожаем своих детей и желаем им только лучшего. Но ты, сынок… – Голос отца сорвался. Было очевидно, что этот разговор дается ему нелегко. Как и сыну. – Но ты – моя гордость. У тебя есть все для того, чтобы в один прекрасный день стать очень уважаемым и респектабельным человеком. Человеком, к которому многие будут обращаться за помощью. Человеком, который будет занимать очень высокое положение в нашем обществе. И я умоляю тебя… Нет, я прошу тебя, сын. Будь тем, кем ты рожден. И кем ты должен стать.
Петр порывистым движением подбежал к отцу.
– Папа, ты же знаешь, как я мечтаю стать достойным твоим наследником. Ты – пример для меня. И я тебя никогда не разочарую.
– Возможно, ты прав. И это просто жалость. Тогда, заботься о девушке, как посчитаешь нужным. Помогай ей. Я прослежу за тем, чтобы мама не препятствовала этому. Уверен, уже через несколько лет ты встанешь на ноги и будешь полностью самостоятельным… – Отец вздохнул. – Но не совершай ошибки. Тебе нужна такая же спутница жизни, как и ты сам. Сильная и уверенная в себе. Личность. И тебе нужны такие же замечательные дети, каких мне даровал Господь.
Петр вновь мерил шагами комнату. Его растерянный взгляд говорил о непонимании отца. О недопонимании.
– Отец, я не…
– Да, я знаю. – Отец улыбнулся. – Я знаю, ты не совсем понимаешь то, о чем я толкую. Но ты сам попросил говорить с тобой, как со взрослым. Просто помни мои слова. В будущем, ты меня поймешь. А теперь, – он похлопал сына по плечу. – Пора спать, юноша. А то мы не сможем завтра веселиться вовсю, и наша мама на нас рассердится.
***
В большой спальне горел ночник. Ольга сидела на кровати, расчесывая густые рыжие волосы; в прядях уже были хорошо различимы многочисленные седые нити. Но они не портили ее. Ольга была очень женственной.
Она была крайне расстроена. Внезапно, в комнату вошел ее муж в бордовом махровом халате. Он улыбнулся ей, сев на край кровати и нежно поцеловав в губы.
– Ну, что? – Взволнованно спросила она. – Ты поговорил с ним?
– Да. – Ответил Владимир мягко, погладив жену по волосам. – Мы поговорили. – Он вздохнул. – Конечно, он юн и несведущ. Но он понимает многое. Уверен, он правильно оценивает ситуацию и свое отношение к несчастной девушке.
– Лариса – инвалид. Она не может быть с ним, Вова. – Ольга шумно вздохнула. – Конечно, мне тоже ее жалко. Но я не могу допустить, чтобы они общались, чтобы, не дай то Бог, между ними возникло что-нибудь. Петра ждет блестящее будущее. Он создан для потрясающей женщины. Для семьи. И для детей. Лариса погубит его.
– Все будет хорошо.
Муж взял расческу из рук жены и принялся аккуратно расчесывать непослушные локоны любимой.
– Пусть съездит с нами. – Ласково прошептал муж на ушко своей жене. – Мы понаблюдаем. Если что, то с легкостью предотвратим неприятности. Она же нигде не бывает. Мне тоже ее жаль.
– Да… – Вздохнула Ольга. – Она не унывает, насколько мне известно. Работает уборщицей. Но это просто ужасно!
– Все будет хорошо! – Еще раз успокоил жену любящий муж, поцеловав в шею и уложив в мягкую постель. – А теперь, давай побудем только вдвоем, любовь моя!
Ольга улыбнулась, раскрывая мужу объятия. Но на сердце было неспокойно.
***
Праздник в честь дня рождения Ольги удался. Июньское солнце пригревало, по небу плыли белые облачка, напоминающие бегущих овечек… На пляже, синева Волги умиротворяла. А веселье в воде заряжало энергией.
Петр весь день старался, как мог, не показать озадаченности и растерянности от разговора с отцом предыдущим вечером. Юноша решил избегать Ларисы настолько, насколько это вообще возможно. Он был вежлив с Ларисой, но не позволял себе близко к ней подходить. Девушка сегодня выглядела изможденной и очень уставшей. Под глазами ее пролегли круги. Лариса надела какое-то затертое ситцевое платье с посеревшими от стирок розовыми цветами и поношенные сандалии.
Петя старался не испытывать к ней теперь вообще ничего. И все же, признавался себе, что жалеет ее. Девушка выглядела нелепо на этом празднике, в кругу его семьи. Она не могла вести ни с кем беседу, ее не приглашали принять участие в конкурсах, которые мама устроила на пляже. Она просто сидела под деревом и, наблюдая, как другие веселятся, радостно улыбалась. У нее даже купальника не было.
Петя же вовсю веселился. Он строил с братьями и сестрой замок из песка. Он плавал с Семой на время и выиграл. Он катался с дядей Валерой на водных мотоциклах. А потом, подкидывал своих сверстников в воду под бурные аплодисменты взрослых. Даже Сема сегодня веселился и от души смеялся, чего старший брат давно от него не слышал.
Он старался не жалеть Ларису. К чему это приведет? У нее своя жизнь. Девушка никогда не сможет так веселиться. Она неактивна. Она слаба. Она не похожа на него настолько, насколько это вообще возможно. Они слишком разные. И Петя отвернулся от дружбы, что сопровождала его детство и юность.
Вечером, после торжественного ужина, начались танцы. Петя прекрасно танцевал. Он владел всеми классическими танцами. Он также неплохо играл на фортепиано. Папа всегда мечтал отдать сына в музыкальную школу, и это был тот редкий случай, когда родители были солидарны друг с другом. Хотя, самым блестящим музыкальным талантом в их семье обладала Вероника. Девочка уже достигла в игре на фортепиано больших высот, чем приводила Ольгу в восторг. И этим вечером у фортепиано чаще всего видели его младшую сестрицу.
В тот вечер, Петя танцевал, казалось, со всеми девушками, что оказались рядом. Он пригласил танцевать сначала двоюродную сестру Анжелу, которой недавно исполнилось 16. Она была очаровательна в розовом бальном платье и розовых балетках. Потом, Петя танцевал с мамой. А, затем, несколько танцев подряд не отходил от Вероники, которая только отошла от инструмента.
Сестра была в тот вечер центром всеобщего внимания. Ей было всего 7 лет, но ее ярко-рыжие волосы и огромные голубые глаза ясно показывали, что уже через несколько лет она поразит всех своей привлекательностью и девичьей красотой. Голубое платье ей было так к лицу!
Петя иногда посматривал в угол около двери, куда забилась Лариса. Она даже не переоделась перед ужином. Она была в том же платье и в тех же сандалиях. Волосы она причесала и убрала в пучок. И на лице ее весь вечер была неизменная радостная улыбка. Как же мало ей нужно, со вздохом подумал Петр. Ей было радостно от одного лишь присутствия на данном сборище.
Но вот, после очередного танца, Петр бросил взгляд туда, где сидела Лариса, и не обнаружил девушки. Он провел взглядом по всей гостиной, но нигде не смог обнаружить ее. И юноша неожиданно забеспокоился. Куда она могла подеваться? Он попросил отца приглядеть за ней вечером, но сейчас, увидев папу, увлеченно беседовавшего с дедушкой Витей, Петр понял, что отец давно отвлекся от Ларисы. Извинившись перед Вероникой и Стасом, он торопливо отправился искать девушку.
Он нашел ее практически сразу. У мамы был розарий за домом с беседкой, стоявшей посередине. Здесь всегда было уединенно, и пряный аромат роз наполнял душу покоем. Петя и сам любил прийти сюда рано утром и почитать в тишине. Она сидела в беседке и смотрела перед собой. Он подошел и сел рядом. Она улыбнулась.
– Привет. – Сказал он.
– Привет, Петя. – Ее глаза блеснули радостью. – Ты сегодня такой красивый!
Петя посмотрел на свой вечерний костюм и белоснежную рубашку. Да, мама всегда одевала их всех очень стильно и дорого.
– Спасибо.
Лариса обернулась к нему.
– Спасибо тебе, что привез меня сюда. Здесь так хорошо! – И она вдохнула терпкий аромат роз, что опоясывали беседку.
Петя бросил на нее быстрый взгляд.
– Не за что. – Он поерзал на скамье и повернулся к ней. – Слушай, я хотел извиниться, что не подходил к тебе сегодня после того, как мы приехали. Просто, дел было много.
– Конечно. – Прошептала она. – Я понимаю, Петенька.
И Лариса наклонилась в его сторону и поцеловала ошеломленного юношу в губы. Она просто прикоснулась своими сухими потрескавшимися губами к его. Ее уста были холодными. Но они дарили ласку и нежность. Поцелуй длился лишь мгновение, и Петя отшатнулся от нее.
– Лариса, я тебя прошу… – Он поднялся со скамьи.
Лариса оказалась рядом с ним.
– Петенька, прости. – Она схватила его руку и поцеловала ладонь. Юношу обдало жаром от этого прикосновения, и его захлестнула волна неприязни. – Я не хотела тебя расстраивать.
– Что ты делаешь, Лара? – Спросил он ошеломленно, убирая ее руки. – Мы же друзья! Мы…
– Петя, я люблю тебя. – Прошептала она сквозь слезы. – Я всю жизнь тебя люблю. С того дня, как мы познакомились в песочнице, помнишь? Я всегда мечтала о тебе. Теперь, я не боюсь. Теперь, я знаю, ты – мой муж до конца моих дней.
И она посмотрела на него боготворящим взглядом, сморгнув слезы.
Петр был потрясен. Он и представить не мог, что для Ларисы все так серьезно. Она его любит? Он уже и забыл, что когда-то она уже говорила что-то подобное… Тогда, Петр не воспринял это всерьез. Но, вдруг, она тогда говорила серьезно?! Это немыслимо!.. Они же – разные люди. Они, точно небо и земля. Черное и белое. Слишком далеки друг от друга, чтобы хоть когда-нибудь соединиться. Он шумно вздохнул.
– Лара. – Он старался не обидеть чувствительную девушку, которая была не совсем полноценной с точки зрения мышления. Не такой, как все. Девушкой, которую он всегда жалел. Петя начал мерить беседку шагами, рассуждая вслух. Лариса его не прерывала. – Лара, я тебе – только друг. Я – твой брат. А братьев же любят, верно? Ты, наверно, это имела в виду? Но, ничего. Все хорошо, Лара. Отец сказал, я смогу позаботиться о тебе. И я позабочусь. Я же твой брат. Только обещай мне, что никогда больше не скажешь, что любишь меня, хорошо? Особенно, если мы не одни.
– Чтобы никто не узнал? – Лариса улыбнулась. – Это будет наш секрет?
– Что-то вроде того. – Нервно закивал он. – Да, именно, секрет. Наш с тобой секрет. Я буду помогать тебе. Но ты должна понимать, что я люблю тебя только, как сестру, поняла?
– Да. – Она кивнула, улыбнувшись. – Я все поняла, Петенька.
– Вот и хорошо. – Он оглянулся. – Нам пора возвращаться к гостям. Скоро праздник уже закончится.
И молодые люди вернулись в гостиную.
Глава 4
14 лет назад
Петр катил в своем новом внедорожнике по центру города. Рядом сидела прекрасная девушка по имени Ангелина. Она была сокурсницей молодого мужчины и его избранницей вот уже целый год.
Петр улыбнулся и поправил непослушные темно-русые волосы. Какая же она великолепная, эта Ангелина. Он бросил взгляд на черные глаза и иссиня-черные длинные вьющиеся волосы, доходящие до поясницы красавицы. А, также не мог не обратить внимание на короткое облегающее красное платье, что подчеркивало каждый изгиб ее совершенного тела. Ангелина, уловив направление его взгляда, засмеялась и приказала следить за дорогой, дабы не угодить в аварию.
Петр был доволен. Он недавно получил диплом об окончании Университета. Красный диплом. И уже 2 года он работал в юридической фирме, самой известной фирме, в их городе. Начало его карьеры называли многообещающим, а его самого – одним из наиболее талантливых выпускников его года. Теперь, с дипломом, его обязательно повысят. У Петра, как у успевшего себя зарекомендовать адвоката, появятся клиенты и первые интересные дела. В общем, жизнь удалась.
Подъехав к дому Ангелины, они вдвоем вошли внутрь. Пока девушка наливала Петру стакан прохладной воды (на улице стояла удушающая жара), Петр любовался видом набережной и Волги, стоя на ее балконе. Она подошла и, обняв молодого человека сзади, подала ему стакан.
– Как же красива Волга! – Воскликнул он. – Здорово, что ты живешь в соседнем от меня доме! Всегда поражаюсь, в каком чудесном месте мы живем!
– Да. – Прошептала Ангелина.
Петр повернулся и поцеловал ее в губы. Она взяла его за руку и отвела в свою спальню.
Петр уже давно не был девственником. Помнится, это случилось у него в первый раз сразу после дня рождения матери, когда ему было 17. Приехав домой, он тут же сбежал к своей пассии, с которой тогда гулял. И, неумело и ненасытно, он избавился от какого-то щемящего грудь груза. Ему тогда так показалось. Наверно, он уже давно был готов к близости с девушкой, но все не решался начать свою половую жизнь? Возможно.
После этого случая, Петр менял женщин, пробовал, набирался опыта. И стал настоящим повесой, ловеласом. Девушки не могли ему отказать. Высокий, стройный, мужественный, он очаровывал всех вокруг. И не мог остановиться. Сейчас, наслаждаясь прекрасной Ангелиной, он получал удовольствие и дарил его. Для Петра это всегда было самым важным. Это должно быть взаимным.
Но вот, все закончилось. Сев на край кровати, он застегнул белоснежную рубашку и натянул штаны. Ангелина, распластавшись на простынях, проказливо ему улыбалась.
– Итак, Петр… – Прошептала она.
– Итак, Ангелина. – Улыбнулся он в ответ.
– Когда мы в следующий раз встретимся?
– Может, послезавтра? Теперь, работы у меня прибавится.
Накинув пеньюар, Ангелина прошла с любовником в прихожую.
– Ты пойдешь в клуб вместе со всеми?
– Ах, да. – Петр, только что вспомнивший о вечеринке, почесал за ухом. – Это когда будет?
– Завтра. – Ангелина, завязав ему галстук, поцеловала Петю в губы.
– Точно. – Он поправил запонки и застегнул ремень. – Да, поеду. Все-таки, выпускной вечер, как никак. Я за тобой заеду.
– Окей.
Молодые люди долго целовались. Он играл с ее языком, она вбирала его внутрь, лаская его своим тонким теплым язычком. Петр был уверен, что Ангелина не уступает ему в опытности. Он попрощался и вышел.
***
Петр, счастливый и полный сил, заехал к родителям отметить окончание Университета. Они с отцом долго разговаривали и также много улыбались. Мама была в восторге. Стас завидовал тому, что для старшего брата все уже кончено. Ему самому предстояло поступать учиться только на будущий год. А Вероника, юная красавица с рыжими волосами, смотрела на брата с обожанием. Она была талантливым исполнителем и знатоком музыки. Несмотря на возраст.
Семья стала для Петра надежным тылом. Только Семы не хватало. Он учился в столице. Там, с ним рядом был лучший друг, Александр, поэтому старший брат не беспокоился за младшего. Саша был похож на Сему, но все же более уравновешенный и ответственный. В его компании Сема вряд ли натворит бед.
Несмотря на радушный прием и вечер, полный веселья, родители вновь подняли волновавший их все время разговор.
– Мы с папой сегодня столкнулись с Ларисой на улице. – Мама говорила раздраженным тихим голосом, в котором сквозило негодование. – Она буквально налетела на нас, не давала пройти. Так больше продолжаться не может!
Петр, тяжело вздохнув, отошел к окну и уставился вдаль.
– Сын! – Отец отпил шампанского из бокала. – Она теперь просто житья нам не дает. Все время спрашивает про тебя. Мы с ней вежливы, ты же понимаешь. Но всему есть предел.
– Ты теперь живешь в центре. Понятно, тебе там удобно на работу добираться, да и Ангелина там рядом. – Мама ласково улыбнулась сыну. Ее лицо, преображенное временем и седыми блестящими локонами, стало еще прекраснее и свежее, что было парадоксально. Петр обожал свою мать. – И мы не можем больше оставаться здесь.
Петр, поняв, что чего-то не знает, повернулся от окна.
– Мы решили перебраться поближе к Волге. – Отец похлопал сына по плечу. – И потом, после того, как я обнаружил вид из твоего окна, нам с мамой тоже захотелось жить там.
– Правда?
– Да. – Папа, допив шампанское, поставил бокал на кофейный столик. – В соседнем от тебя районе есть подходящая квартира. И мы покупаем ее. Эту будем сдавать.
– Я уже перевелась в школу, что рядом с новым домом. И музыкальная школа теперь будет – в двух шагах. Не надо ездить. – Вероника подарила брату ослепительную улыбку.
– Ну, а для меня, что там, что здесь… Ты же понимаешь! – Стас подмигнул сестре и Петру. Мама и папа взглянули на младшего братишку с укоризной. Тот только рассмеялся.
Петр порывисто обнял родителей.
– Вот это сюрприз! – Он улыбался и целовал любимых родственников. – Вот это да! Мы все будем рядом!
– Да, сынок. – Мама тяжело вздохнула. – Но с этой девушкой надо что-то делать. – Все вновь помрачнели. – После смерти родителей, ей, конечно, очень одиноко, это понятно. Ты же знаешь, сколько я и моя подруга Ольга делаем для нее. Носим ей еду, одежду, водим гулять. Она же сама не пойдет. Так и будет дома сидеть, в темноте. Но она везде твердит, что ты ее муж. Я не знаю, куда глаза прятать. Недавно, она дежурила под нашей дверью. Когда я пришла, она на колени упала и стала умолять дать ей твое фото. И я дала по глупости. Теперь, она ходит, точно привидение, и везде целует твою фотографию. Не понимаю, что делать. Меня мамой называет.
– А меня – сестрой. – Вероника улыбнулась.
– Она увидела нас в торговом центре, здесь неподалеку. – Продолжал Стас. – Подошла и начала обнимать. Сначала меня, потом Веронику. А сама была в грязном платье каком-то, с дыркой на подоле. Мы проводили ее домой, помогли… Посуду ей помыли. Вероника накрыла на стол. Но она все время плачет и смотрит только на твое фото.
– Это все очень грустно! – Мама мерила шагами комнату. – Конечно, она ничего не осознает до конца…
Петр слушал эти жалобы, и в его взгляде зажигалась злоба и раздражение. Он стиснул зубы и тяжело вздохнул.
– Оля. – Прервал ее отец.
– Нет. – Петр поднял руку. Он старался говорить спокойным тоном. – Нет, отец. Мама права. Я поговорю с ней еще раз. Попытаюсь все объяснить. Сегодня 15 число. Я всегда навещаю ее 15-ого. Она меня ждет. И мы поговорим.
– Мне кажется, это не поможет. – Мама продолжала мерить комнату шагами, взявшись за голову. При этом, прическа ее слегка растрепалась, глаза блестели беспокойным мерцанием. – Она не оставит тебя в покое. Моя забота о ней, мои уговоры, ничего не помогает.
– Все будет хорошо, мама. – Сын обнял ее. – Я тебе обещаю. Положись на меня.
Петр, попрощавшись, отправился к Ларисе. На душе его было неспокойно. Он знал, он видел то, что говорила мама. В последнее время, он сам пришел к этому неутешительному выводу. Вполне вероятно, она не оставит его всю жизнь. Петр помогает Ларисе. И будет помогать, как делал это до сего дня. Но нужно ли поставить точку? Сможет ли он сделать это? На эти вопросы у него пока не было ответов. То, что начиналось, как дружба в детстве, сейчас грозило обернуться настоящей катастрофой. Как сможет он рассказать своей будущей жене, которая, дай то Бог, появится в его жизни уже совсем скоро, о Ларисе и ее месте в его жизни? Какая женщина сможет понять это? Хотя, тут же одернул он себя, доставая ключи и вставляя их в замочную скважину, здесь и принимать-то нечего. Он ухаживает за инвалидом детства, с которой дружит с 8-ми лет. Он чувствует ответственность за этого человека.
Однако, молодой мужчина все чаще ловил себя на чувстве неприязни и отторжении, когда оставался с ней наедине. Оно вспыхивало где-то в душе, и Петр не мог этому чувству противостоять. Она вызывала в нем то жалость, то неприязнь, и эти чувства, взятые вместе, только усиливали негативное к ней отношение в его сердце. Нужно все же попытаться расставить все точки над i. Нужно наконец разорвать эту странную дружбу, поставить точку. Он попытается это сделать.
