Роберт Грэмхард

Любовь богини

Всегда есть шанс,

пока есть чувства

Артем

1

Такие истории в обычной жизни не происходят, и не уверен я, что когда-нибудь кто-то поверит в произошедшее со мной, но мне нужно запечатлеть где-нибудь свои мысли, чтобы разобраться во всей ситуации.

––

Уверен, у каждого в классе был или есть неудачник, над которым любят издеваться хулиганы, тем самым поднимая свой авторитет и чувство собственной значимости. Об этом человеке говорят гадости все, кому не лень, его не берут в свою команду на уроках физической культуры, боясь проиграть, и с ним… не заводят отношения девушки.

Пока не поздно, я представлюсь. Меня зовут Артем Покровский. Хоть с чем-то мне повезло с рождения, потому что будь я каким-нибудь Акакием Жоповаловым, то оскорблений в свой адрес было бы в разы больше.

Школьные годы прошли под гнетом унижений со стороны одноклассников. Из-за своего тихого характера я пытался не ввязываться в конфликты и действовать всегда по правилам, чем любили пользоваться мальчишки и девчонки в моем окружении. Я не занимался спортом, и количество моих друзей стремилось к нулю. Вот почему до самого выпуска я оставался лузером, не способным постоять за себя. Сколько же мерзости мне пришлось услышать в свой адрес! Обычно необоснованной.

К счастью, время имеет свойство меняться, и спустя десять злосчастных лет, я поступил в институт. Знаете в какой? В тот, который ближе к дому! Да, вероятно, что мой выбор может сыграть в будущем злую шутку со мной, но зачем далеко ходить, если все под рукой, не так ли?

Специальность моя – бухгалтерская, обучение очное и платное в моем случае. Признаться, я решил, что должен посвятить себя той должности, которая предполагает, как можно меньше общения с другими людьми. Я был очень разочарован представителями своей цивилизации и для полного счастья хотел попасть в мир книги Матесона “Я – легенда” или на крайний случай в произведение Ганджаляна Размика “Голод живых мертвецов”.

В институте дела шли лучше, чем в школе, со мной хотя бы общались. Никто не собирался запирать меня в женском туалете наедине с истеричным педагогом, и никто не планировал столкнуть меня с лестницы вниз, заведомо назвав Шалтай – Болтаем, однако и здесь были недоброжелатели.

По душе пришлось отсутствие домашних заданий и свобода выбора в плане того, за какую парту сесть. На лекциях я занимался тем, что хорошо удавалось – узнавал новое и конспектировал учебный материал, я даже смог обзавестись парочкой друзей.

Я так пишу, будто это все в прошлом – “шли лучше”, “занимался”, “узнавал”, пожалуй, со следующего предложения текст пойдет в настоящем времени.

Семья у меня не самая большая, но дружная, я ценю этих людей. Во- первых, потому что мои родители пекутся о моем благополучии, а во-вторых, моя фантазия закончилась. Есть и старшая сестра, которая в этом году оканчивает институт. Она красивая и модная, к ней липнут все парни, и с ней хотят общаться все сучки в городе. Простите, порой у меня проскакивают мысли, которые тяжело утихомирить. Это сродни синдрому Туретта, но выражается только на письме. Так на чем же я остановился?

– Артем, хватит хлопать глазами! – говорит мать, стоя у плиты. – Твоя еда сейчас остынет.

– Сынок, она права, – произносит отец, перелистывая газету. – Где же чертова рубрика про анекдоты?

– Весь мир перешел в интернет, а ты, как самый старый динозавр, не хочешь уходить со своего мезозоя! – родителя любят подшучивать друг над другом.

– Чья бы корова мычала. Сама только тем и занимаешься, что пятьсот рецептов пирога репостишь в соцсетях, – отец откладывает свое любимое хобби в сторону и переходит к тостам с маслом и вареньем. – И коронный вопрос – где же нахрен пироги, которые ты ни разу не приготовила?

– Предки, мы же решили, за столом не сквернословить, – напоминает о себе Ксения, попивая капучино и вглядываясь в ультрамодный маникюр на ногтях. – Я сегодня приду домой позже.

– А что так? – папа берет ее за руку, поглаживая по ладони. – Нашла, куда съехать? Мать, МАТЬ, МАТЬ! Режь торт, припасенный к праздничным торжествам!

Кухня заливается смехом. Обожаю такие моменты, они способны снять любое напряжение. А я, как Вы уже знаете, прошел чуть ли не столетнюю войну в четырех стенах школы.

– Так ты куда? – интересуется мама, которая закончила с готовкой голубцов. Самый уродливый и разрыхлившийся голубец кладет отцу в тарелку.

– У меня свидание, – констатирует факт Ксения. Ей двадцать лет, и она не видит повода стыдиться или утаивать информацию от родителей. Я порой жалею, что не передалось мне тех качеств, которые есть у моей любимой сестрички.

– Он красивый? – мать с улыбкой смотрит на дочь, помешивая чай.

– Он богатый? – интересуется отец, почесывая свою густую бороду. С лысиной на голове ему не повезло, но вот с растительностью на лице – в самый раз. – Так богатый? Просто я приболел, хочу с понедельника взять больничный. Желательно навсегда.

– А ты что молчишь, Тема?

– Ма, я не молчу, – бросаю я. И я знаю, какой вопрос последует дальше.

– Ты случаем на свидание не собираешься?

– Да, мой альфа-самец, скольким девушкам дашь сегодня вечером шанс оказаться на седьмом небе счастья? – отец потрошит развалившийся голубец. – Зайди в аудиторию, подойди к самой классной цыпочке и скажи “крошка, я даю тебе шанс повеселиться”. Ты только верь в себя и не стесняйся.

– И не смей такое говорить, – произносит Ксения и подмигивает. – А то перестанешь быть моим братом.

– Я уверена, всему свое время, сынок. Вот мы с отцом познакомились еще в школе…

“Какое к черту свое время? Я хочу все и сейчас, о многом ли я прошу?”

С девушками мне никогда не везло, и если хулиганы могли их менять, как перчатки, то я обходился без защиты для рук. Мне всегда казалось, что прекрасный пол должен влюбляться в тех, кто всегда с добротой к ним отнесется, не будет унижать, изменять…

Я не считаю себя уродцем или идиотом, завидев которого мамаши прячут детей, а сельчане бросаются с обрыва, заведомо облив керосином поля с угодьями. Нет, я обычный парень и тоже заслуживаю хорошей жизни.

Я направляюсь к институтским ступенькам, где на крыльце стоят мои друзья. Я успел обзавестись двумя. Махаю им и подхожу ближе, обходя небольшую группу курящих девушек. Зачем они портят свои легкие и свои зубы?

– Ты пришел, чувак, – хихикает Павел. Он – в своей новой прическе, характеризующей его образ жизни. Остроконечную бородку дополняют дреды. – Как дела? Клева?

– Привет, Тема, – Андрей протягивает руку, и краем глаза я замечаю дорогущие часы на правом запястье. До сих пор не могу понять, почему богатый модник общается со мной. – Я уж думал, ты не придешь.

– Он всегда приходит, он же ботан, – бросает Влад. У всего есть антиподы: Сталин – Гитлер, Яхве – Сатана… Мой злейший враг, способный смешать меня с дерьмом и получившееся продать Чарли в Шоколадную фабрику.

– Я не такой, – только и вылетает из моих уст.

– Такой! – не сдается Влад.

– Не такой!

– Такой, – вклинивается в перепалку Илья, он же друг моего злейшего врага. Хрюкает как поросенок и строит мне рожицу, пытаясь победить меня психологически.

– Как забавно ты себя защищаешь, девочка, – бросает Влад и под смешки курящих, проходит в учебное заведение, сопровождаемый Ильей.

– Иди в жопу! – кричу я. Не в лицо, но все равно сказано же! Не совсем уверен, что мои слова дошли до его ушей.

“Что же я ему сделал такого?”

Можно считать, что настроение на весь день испорчено. Я из разряда тех людей, кто не может опустить плохую мысль (особенно, когда становлюсь объектом унижения), она продолжает долгое время сверлиться в моей голове, от чего я не могу нормально расслабиться.

– Не обращай внимания, бро, – Павел хлопает меня по плечу. – Жизнь как бумеранг, вот че оно.

– Да, выброси из головы мусор, ему место на помойке, – подбадривает Андрей и достает новый айфон, чтобы записать свою выдуманную цитату в электронный блокнот. У него такое хобби – “засорять” заметки своими мыслями.

Проходит одна пара, за ней – другая. Обычные будни. Рука устала от писанины, а голова от мыслей. Андрей сидит на последней парте и смотрит фильм с экрана новомодного гаджета, а Паша читает вверх тормашками учебник. Мне порой кажется, что он на косяке.

Тишину разрывает мелодия перемены, и мы покидаем аудиторию. Сегодня сокращенный день, и попрощавшись с друзьями, я иду в сторону остановки. Дорога пролегает через небольшой скверик с розами и фонтанами.

– Ботан! – слышится голос позади, и я понимаю, кто это.

– Ты думал, я тебя не услышу? – говорит Влад, догоняет меня и толкает со всей силы. Я падаю на асфальт, боль пронзает руку. – Кто ты такой, чтобы оскорблять меня?

– Обычное чмо, – добавляет Илья. Его комплекция позволяет ему сделать то, что запланировано. Он хватает меня за тело и бросает в ближайший фонтан.

– Хорошего душа, – скалится Влад, и парни уходят.

Не знаю, сколько времени проходит, прежде чем я открываю глаза и оказываюсь на скамейке. Мое зрение проясняется, и я вижу перед собой местного уборщика. Его зовут Дамир, он выходец из Таджикистана.

– Я хотел вызвать скорую, но испугался, что приедет и милиция, – признается Дамир. В России он живет в статусе нелегала, не имеющего никаких прав.

Откуда я знаю, как его зовут и откуда он родом? Пару раз отец возил его к нам на дачу для починки туалета. Там же мне стало известно, что у нашего гастарбайтера есть красный диплом по стоматологии, но отсутствует паспорт гражданина Российской Федерации. В нашем обществе правит бюрократия, а не знания и умения.

– Все хорошо. Спасибо, – произношу я. Пожимаю ему руку и мокрый дохожу до дома. Вы же понимаете, что меня там будет ждать? Допросы, все верно.

Я проскакиваю к себе в комнату, подальше от лишних глаз. Сбрасываю мокрую одежду, хватаюсь за сухие футболку и шорты. Переодеваюсь и выхожу в коридор.

– С тобой все в порядке? – интересуется мать, разглядывая меня. Ненавижу пристальные разглядывания.

– Да, – шепчу я. В горле ком.

– А что пол мокрый? – появляется в поле зрения отец. – Парень, ты в порядке???

Я смотрю то на одного родителя, то на другого, не знаю, кому и что ответить. Не выдерживаю, и предательские слезы начинают течь по моему лицу.

Весь мой день испорчен, и я без понятия, как завтра пойду в институт.

2

Помню, в детстве я проводил много времени с сестрой, и печально, что то время безвозвратно прошло. Мы оба члены одной семьи, которые пересекаются только на кухне и в редких поездках к родственникам. Я скучаю по тем годам, когда с сестрой строил шалаши и проводил часами на асфальте, прожигая лупой несчастных муравьев. Говорят, что рай это когда можешь попасть и остаться в определенном отрезке жизни, где нет места ни смертям, ни старости. И ей Богу, я бы выбрал детство.

– Как твое свидание прошло? – спрашиваю я у сестры. Ксения отвлекается от телефона и показывает палец вверх.

Я стою перед шкафом и думаю над тем, что бы надеть сегодня. Такая апатия. Всем же итак пофиг на мои шмотки, на мой прикид? Беру первую попавшуюся рубашку и синие джинсы. Кэжел мать ее стайл.

Собираюсь с силами и выхожу в цветной, но гаденький мирок. В голове мелькает мысль о том, насколько было бы здорово, будь у каждого человека ангел-хранитель, который всегда поможет, подскажет и самое главное – спасет в опасной ситуации.

Занятия проходят, как обычно, за исключением того, что у нас появилась новенькая. Зовут ее Аглая. Очередная красавица, сошедшая со страниц модельных журналов. Она сразу же становится объектом внимания всего курса. Даже престарелый преподаватель по философии не стесняется долгих и жадных взглядов в ее сторону.

– Предлагаю, куда-нибудь пойти после пар, – предлагает Андрей. Сегодня он пришел на учебу в изысканном пиджаке, на зависть всем парням.

– Дело говоришь-то, – бурчит Павел. От него пахнет духами вперемежку с потом и чем-то еще. Однозначно, что мой друг курит наркоту. Говорят, в жизни все надо попробовать, так как она дана один раз…

– Ну, можно, – отвечаю я, сам ничего не желая. В последние годы моя жизнь превратилась в путешествие от точки “А” к точке “Б”, и я забыл, что такое веселиться и расслабляться. Я просто стал живым мертвецом.

– Смотрите, она идет сюда, – мурлычет Андрей, поправляя красный галстук. Действительно, Аглая движется, точнее сказать плывет по коридору в нашу сторону. Ее распущенные волосы до плеч восхитительны, мне хочется в них раствориться.

– Парни, я тут новенькая, – говорит она уверенным голосом, и у меня начинает складываться ощущение, что она знакома с нами с первого курса. – И мне показалось, что вы нормальные. Я хотела узнать, бывают ли у вас студенческие тусовки?

Я поперхнулся бы, будь чем. Представляете, красавица подошла к неудачнику, наркоше и моднику, чтобы задать такой вопрос? Мы таращимся на нее, думая, что она шутит. Но нет же! Она взаправду спрашивает!

– Да, я сегодня устраиваю, – говорит Андрей, жадно раздевая ее взглядом. – У меня тут загородный домик неподалеку.

– Супер, – подмигивает Аглая и смотрит на меня и Пашу. – Вы будете там?

– Ага, – произносим оба одновременно. Мое сердцебиение вытворяет со мной странную штуку. Кажется, я влюбился.

Из-за ужасных школьных лет и отсутствия интереса со стороны девушек ко мне, я долгое время считал, что не существует любви с первого взгляда, но знаете что? Меня тянет к ней, и ничто не способно испортить этот момент.

– Вы же не против, если я приеду со своими друзьями? – появляется из ниоткуда Влад. Мой враг №1. Что ему так приспичило?

– Нет, конечно, – выдавливает из себя Андрей. Я не знаю, почему Андрей дружит со мной, тем же темпом он мог быть влиться в друзья Владу.

– Отлично, зовите всех, – улыбается новенькая и идет уединиться в уборную.

– Так бы и отодрал ее, – бросает Влад и смотрит на меня с ухмылкой. – Ну как ты вчера домой дошел?

Андрей зовет нас к позднему вечеру. До того времени я должен провести дома несколько часов. Мне нужно попросить у родителей деньги на всякий случай и сообщить, где я проведу конец дня.

– Тема, заходи, у нас гости, – произносит мать. Я разуваюсь и иду на кухню. Вообще не люблю незапланированных гостей в будние дни. – Познакомься с Давидом.

На кухне рядом с моей сестрой Ксенией расположился молодой парень с твердыми чертами лица. По внешнему виду дашь ему двадцать пять лет. Он протягивает руку. Я пожимаю и убегаю к себе.

Мне тяжело дается знакомство с новыми людьми. Такой вот комплекс, и я не уверен, что его легко побороть.

– Сынок, ты как? – в комнату входит мой отец. Он держит в руках стакан с молоком. – Как денек прошел?

– Хорошо. Я собираюсь на вечеринку, дашь немного денег?

– На вписку, где правит бухло и развратные девчонки? – он приподнимает правую бровь. – Ты же знаешь, что шахтеры без касок никуда не лезут?

– Да, пап, – что я мог еще сказать? Порой мне кажется, что ценз приличия в нашем обществе стерт подчистую.

– Что вы тут делаете? – на пороге появляется мама и хватает чашку с молоком. – Отдай дите, я для этого передала тебе!

– Молоко ему пригодится сегодня, ей Богу, – бросил отец и покинул комнату, потащив за собой мать.

– Ну что еще? – говорю я, потому что дверь открылась в третий раз. Я смутился, ко мне зашла Ксения с ее парнем.

– Я хотел просто сказать тебе, дружище, что если тебя кто-то обижает, ты только скажи, – произносит Давид. Да, мышц у него достаточно, чтобы побить любого.

– Хорошо, спасибо большое, – интересно, ему известно, что я мокрым домой возвращаюсь, что меня обижают время от времени? Кто мог проболтаться?

– Темка, ты там оторвись на вечеринке, если пойдешь, – улыбнулась сестра.

– Откуда ты знаешь?

– Андрей у себя на стене выложил красивую брошюрку, зовет всех, – Ксения взяла бойфренда под руку. – У нас свои планы, а то тоже пошли бы.

Мужчина в оранжевой форме убирал детскую площадку. Он поднял перчатку- потеряшку и положил на скамейку и стал очищать урны от мусора, перекидывая его в специальные мешки.

Приехать в чужую страну, работать за копейки, видеть на себе взгляды некоторых “арийцев”, слушать мат в свой адрес, не видеть годами жену и детей… Я не представляю, как Дамир выдерживает все, что с ним происходит.

– Привет, Дамир!

– Здравствуйте, – говорит он мне, откладывая в сторону мешок. – Хороший денек выдался. Как ваше здоровье?

– Все отлично. Вы как?

– Тоже нормально.

– Если я попрошу об одном одолжении, сделаете?

Так уж вышло, что я не разбирался ни в марках, ни в размерах. У родителей и друзей стремно такие вещи спрашивать, а интернет не работает. Я и решил узнать у Дамира.

Я сообщил ему, что мне нужно. Он не стал задавать лишних вопросов и сделал так, как я его попросил. Он купил мне презервативы классические. Для носов и носиков.

Я поехал на автобусе. Так уж вышло, что я не привык просить у друзей что-либо, поэтому Андрей и не стал на своем Мицубиси приезжать за мной. В грязном и душном общественном транспорте мне пришлось провести полчаса. Я стоял в наушниках. С самого начала решил не занимать место в транспорте, потому что боялся, что зайдет какая-нибудь бабулька, а я встану… и она скажет: “Сиди внучок, я потерплю. Вытерпела Сталина, так и поездку смогу”