книжный портал
  к н и ж н ы й   п о р т а л
ЖАНРЫ
КНИГИ ПО ГОДАМ
КНИГИ ПО ИЗДАТЕЛЯМ
правообладателям

Наталья Овчар

Берегиня. Хроника тайных наблюдений

От автора


Выражаю сердечную благодарность Даниилу Горбунову за идею написать спин-офф к роману «Берегиня. Книга первая. Первые шаги» и Анастасии Кирилюк за авторский рисунок для обложки.

Глава 1. Суета вокруг письма


Почта – это отдельная Вселенная. И пусть уже бо́льшая часть населения земного шара не общается друг с другом посредством написанных на листах бумаги строк, остаются чудаки, именно так и делающие, а ещё организации, что пользуются почтовыми услугами.

В один прекрасный весенний день на «Главпочтампт» поступило обычное с виду письмо, вызвавшее переполох, который, впрочем, ни один из почтовых работников поначалу не заметил. Дело в том, что этот переполох поднялся среди… крыс. Вы спросите меня: «А какое отношение крысы могут иметь к обычному письму из нотариальной конторы? Что в нём такого для них интересного? Нотариус порезал на нём колбасу, и оно вкусно пахнет?» Нет. Не угадали!

В полутёмном помещении, где свалены посылки, ожидающие своих получателей, а также письма, поступившие из городских почтовых отделений, на одной из коробок столбиком стоял упитанный представитель крысиного семейства и очень эмоционально размахивал передними лапками. Он выглядел прямо как заправский оратор. Крысы за глаза звали его Болтуном из-за привычки много и со вкусом поговорить на любую тему. Он также очень любил поучать своих сородичей буквально во всём, пользуясь тем, что являлся их предводителем. Наречённое же имя ему было – Наполеон, ни много ни мало. Вот так-то.

– Крысы, усатые и хвостатые мои сородичи! По разведданным, полученным от нашей благодетельницы, нужное письмо сегодня поступило на «Главпочту», то есть сюда. Наша святая обязанность – найти его и отдать ей лично в руки. За это она обещала осыпать нас своими милостями.

Крысы, столпившиеся вокруг импровизированной трибуны, восторженно заверещали.

– А колбаса будет? А сыр? А сахар? – наперебой начали они спрашивать своего руководителя, толкаясь и стараясь перекричать друг друга.

– А печеньки? – пискнул детёныш, случайно затесавшийся среди взрослых.

– Тише, народ! Будет, всё будет! Так что прекращайте шуметь и начинайте поиски, – постарался успокоить сородичей главкрыс.

– А как мы узнаем нужное письмо? – задали очень полезный вопрос из толпы.

– Сейчас я вам всё покажу. Адъютант! – гаркнул Наполеон.

К нему, проворно забравшись вверх по коробке, тотчас подскочил крысёныш, едва вышедший из подросткового возраста: гордость семьи – вундеркинд по имени Писк. В зубах он держал сложенный в несколько раз клочок бумаги.

Предводитель крысиного сообщества важно взял бумажку, немного повозился, развернул её и, широко разведя лапки, показал собравшимся сторону, где виднелись непонятные закорючки, называемые людьми буквами. Адъютант его крысейшества, глянув на текст, метнулся к Болтуну и тихонько запищал ему в ухо. Наполеон зыркнул в сторону толпы и поспешно придал бумажке правильное положение.

– Вот это есть на конверте. Всемилостивая сказала, что тут написано имя получателя. Запоминайте и ищите. Тому, кто найдёт, дадут дополнительную награду. И чтобы никаких драк с победителем! Всё должно быть честно. Я – за справедливость!

Болтун и дальше бы продолжил толкать свою речь, но тут заметил, что его уже никто не слушает, а усиленно ищут письмо, топчась, толкаясь и переворачивая конверты.

– Тревога! – вдруг пискнул адъютант, но его никто не услышал.

Раздались тяжёлые шаги. В комнату вошла грузная женщина и щёлкнула выключателем. Крысы, увлечённые поисками, даже не повернули в её сторону свои головы. Колбаса важнее! Почтовая служащая с неожиданной прытью вскочила на ближайший стул, жалобно застонавший под её весом, и завизжала с переливами, будто сирена скорой помощи.

***


В зале обслуживания клиентов гудела толпа. Одни платили за телефон, другие хотели купить открытку ко дню рождения, третьи – отправить бандероль или получить заказное письмо, а операторов только двое.

Старушки, не желающие ждать, когда почтальон принесёт им пенсию прямо на дом, пришли за ней на почту, чтобы ещё и пообщаться со знакомыми, перемывая косточки соседям. В общем – гул получился знатный.

У окна, прислонившись одним плечом к стене, стояла девушка лет восемнадцати или девятнадцати на вид. Она настолько выделялась из общей массы присутствующих, что многие бабушки косились на неё с неодобрением, найдя в её лице новый объект для обсуждения, мужчины же с удовольствием рассматривали экзотическую красоту незнакомки.

Ярко-рыжие волосы, не ограниченные в своей свободе ни заплетённой косой, ни заколкой, блестящими волнами падали ей на плечи. Тёмно-серая туника до середины бедра из тонкой шерстяной ткани, хотя имела длинные рукава, не слишком подходила для первой трети апреля. Кожаная жилетка цвета переспелой вишни, вышитая бисером по краям, вряд ли могла согреть, как и штаны в тон туники из тонкой льняной ткани, заправленные в высокие, до колен, сапожки из мягкой кожи на небольшом каблуке, что облегали стройные ноги. Через плечо висела тёмно-коричневая сумка из замши «а-ля хиппи», украшенная по краю длинной бахромой и серебристыми имитаторами монеток в виде монисты. Девушка держала в руке зачехлённый длинный предмет, похожий на палку с объёмным полукруглым расширением в своей верхней части. То, что скрывал чехол, разжигало неуёмное любопытство у бабушек и давало обильную пищу для их разговоров. Незнакомка задумчиво обозревала пейзаж за окном. Нечто неуловимо-восточное угадывалось в её облике. Вероятно, из-за разреза зелёных глаз и формы тонких бровей, похожих изломом на крылья ласточки.

Вдруг она встрепенулась и впилась взглядом в человека, вышедшего из белой легковой машины, которая остановилась недалеко от входа в почтовое отделение. Молодой мужчина, прихрамывая и опираясь на трость, поднялся по внешним ступенькам и зашёл в помещение.

Осмотрев толпу и поймав в ответ заинтересованные взгляды посетителей, он покачал головой и спросил низким голосом с едва заметным акцентом:

– Здравствуйте. А кто крайний?

– За мной будете, – отозвалась женщина средних лет, беззастенчиво рассматривая вошедшего.

Выше среднего роста, с тёмно-русыми волосами, немного растрёпанными от уличного ветра, одетый в серо-синий деловой костюм и бежевую рубашку без галстука, он походил на менеджера или госслужащего. Дымчатого цвета глаза из-под слегка изогнутых бровей снова осмотрели людей в зале, зацепившись буквально на несколько секунд за фигуру у окна.

– Садись, милок, – вдруг поднялась со своего места одна из бабушек.

– Нет, спасибо, я постою, – покачал головой молодой человек.

– Но как же с больной ногой-то? – не унималась сердобольная старушка, кивнув на бамбуковую трость с металлической округлой ручкой.

Он улыбнулся, но не успел ответить. Из внутреннего помещения почты вдруг раздался душераздирающий женский визг.

Все на секунду замерли, не понимая, бежать ли им на помощь, стоять ли на месте или подобру-поздорову лучше самим убраться отсюда – от греха подальше. Мало ли какой террорист взял заложника или грабитель пробрался в служебное помещение.

Только молодой мужчина не растерялся и бросился в ту сторону, с лёгкостью перемахнув через стойку, причём его хромота бесследно исчезла. Девушка, стоявшая до этого момента у окна, тоже рванула за ним, проталкиваясь через бестолково мечущихся и галдящих посетителей.

Странный незнакомец, ориентируясь на бьющие по ушам звуки, ворвался в комнату и, оценив обстановку, тростью принялся разгонять крыс.

Некоторые из них сбежали сразу, а большинство, объединившись, начали нападать на него, стараясь укусить за ноги. Увидев, что противник пошёл в наступление, мужчина резким движением перекинул трость в левую руку, а правой выдернул из неё шпагу. Оказалось, что трость служила ножнами и являлась лишь маскировкой. Сталь хищно блеснула в тусклом свете электрической лампочки, покрытой слоем пыли.

– Нет! Не убивай их! – воскликнула девушка, вбежавшая в комнату следом.

Отчаянный крик заглушил даже женщину, которая с закрытыми от страха глазами стояла на стуле и визжала, будто её на кусочки резали.

– Они на меня напали, – остановив смертоносное движение клинка, сказал молодой человек и смешно дрыгнул ногой, в которую вцепился очередной хвостатый агрессор.

– Это ты на них напал первым.

– Я защищал эту даму, – морщась от резкого звука, который эта самая дама издавала, возразил он.

– Они на неё не нападали.

– Неважно. Убери их от меня, а то я за себя не ручаюсь, – нахмурился мужчина.

Девушка сделала жест рукой, и крысы послушно отступили, попрятавшись за коробки и под шкафы. Молодой человек вложил шпагу в ножны и обернулся к источнику пытки для его ушей. Он взял женщину за руку и сказал мягким, бархатным и проникающим в саму душу голосом:

– Всё в порядке, не надо кричать.

Женщина затихла, как будто у неё выключили звук. Она открыла глаза и увидела перед собой только симпатичного парня и красивую девушку. Источник её ужаса исчез.

– А крысы? – дрожащим голосом произнесла она.

– Они, наверное, испугались вашего крика и сбежали, – сказал незнакомец, помогая женщине сойти со стула. – Всё хорошо, успокойтесь. Вы зачем сюда приходили?

– За письмами. Их надо рассортировать и отправить по отделениям.

– Позвольте вам помочь, – любезно предложил молодой человек.

– Ой, спасибо, – смущённо заулыбалась женщина.

Рассыпанные крысами письма в четыре руки собрали в коробки и отнесли в другую комнату, где служащая занялась своими обязанностями, а её добровольный помощник вышел из служебного помещения и, успокоив людей в зале, покинул почтовое отделение.

Девушка, незаметно исчезнувшая, пока незнакомец занимался благотворительностью, ожидала на улице, облокотившись о капот его машины.

– Ты кто такой, чтобы лезть в мои дела? – хмуро рассматривая подходившего молодого мужчину, произнесла она, уже зная, что перед ней не простой смертный из людей.

– Тот же, кто и ты – Наблюдатель. Ты не имела права вмешиваться в ход событий. Потенциальная Хранящая должна получить письмо, найти Наследство и принять решение. Мы не имеем права вмешиваться. Только наблюдать.

– Ты вмешался.

– Нет, Рину́за. Я лишь вернул ситуацию к исходной. И так уже слишком большой перекос в сторону деструктивности. Вы, Тёмные, снова подводите Миры к опасной грани. Я буду вынужден доложить об этом инциденте своему руководству.

– Откуда тебе известно моё истинное имя? – заволновалась девушка. – Я знаю в лицо всех Светлых Наблюдателей в этой стране, хотя и не в курсе их имён, даже условных. Ты новенький? Я тебя раньше не видела.

– Сколько вопросов, Тёмная. Любопытство ведь не порок, да? Можешь называть меня Виктором, если это тебя хоть немного утешит. Имя довольно распространённое в этой стране. Ради твоего же блага дам ещё несколько бесплатных советов: держись подальше от девочки, если у тебя свербит от желания лично вмешаться в её судьбу, и смени внешний вид. Ты слишком выделяешься. Да, вот ещё что – не таскай с собой повсюду Большой Жезл. Неужели тебе Малого недостаточно? В этом Мире разница в силе между ними невелика, а проблем можешь огрести – мало не покажется. А теперь, будь так любезна, слезь с моей машины.

Глаза его при этом из серых стали вдруг ярко-зелёными, а взгляд – жёстким и колючим. Девушка фыркнула, но с капота встала и отошла, пробормотав себе под нос:

– Советчик выискался… Одета я ему не так… За собой следи, а то сверкаешь разноцветными глазами, словно новогодняя ёлка – огнями.

Но Светлый её уже не услышал. Сев в машину, он нацепил наушники и включил музыку, продолжая следить за тем, что происходит в районе почтового отделения. Наблюдатель серьёзно настроился на то, чтобы письмо непременно дошло до адресата.

Глава 2. Шпионские страсти


Самая тяжёлая в мире работа – ждать. Не верите? Сами посудите – это же сплошные переживания! Неважно – кого или что вы ждёте: человека или какие-нибудь события. Вы не можете вмешаться или ускорить течение времени. Вам остаётся сидеть и ждать. Или ходить и ждать. Да хоть лежать и ждать. Даже это очень тяжело, честное слово!

Виктими́ру, Наблюдателю пятого уровня Света, терпения было не занимать. Он вполне удачно замаскировался под офисного работника, подобных которому – пруд пруди. Его подержанная машина марки «Лада» не бросалась в глаза своей крутизной, хотя молодой мужчина не удержался и выбрал свой любимый белый цвет – он же представитель Светлых Сил, в конце концов!

В этом Мире, где почти не осталось магии, люди придумали очень занятную вещь – плеер. Музыка по проводам маленьких наушников-вкладышей достигала его ушей, отгораживая от звуков улицы, проникающих в салон автомобиля даже через закрытые окна. Это полезное изобретение, пожалуй, уже устарело. Многие люди закачивали музыку прямо в смартфоны, но Виктимиру нравился именно его плеер, имевший размер чуть больший, чем флешка. Техника давно заменила в этом Мире магию, делая жизнь людей удобнее, но зачастую загрязняя при этом окружающую среду.

Солнечные очки, нацепленные им сразу, как только он устроился в салоне, заметно искажали облик и делали этаким «человеком-невидимкой», незаметно наблюдавшим за выходом и скрывавшим этот факт от посторонних. Ну сидит человек, музыку слушает. Может, ждёт друга или любимую девушку, а очки надел, потому что день солнечный. Да и кого сейчас удивишь в наше время тёмными очками?

Предложив свою помощь почтовый работнице, Наблюдатель извлёк из этого свою пользу, обнаружив среди прочих искомое письмо и пометив его магическим маячком. Конечно же, маячка надолго не хватит, но он поможет проследить путь послания до адресата. Главное, чтобы Наблюдатель от Тёмных снова не встряла, пытаясь помешать Наследнице сделать свой выбор.

Виктимир задумчиво посмотрел в окно, внимательно прислушиваясь к своим ощущениям, но рыжеволосой девушки поблизости не почувствовал. Видимо, Ринуза благоразумно приняла к сведению его совет и отправилась восвояси. Странно, что Тёмные послали для наблюдения за объектом недавнюю выпускницу. У неё лишь первый уровень Тьмы. Адепты противоположной стороны слишком самоуверенны. Конечно же, они всегда отличались высокомерием и при удобном случае нарушали установленные правила. Именно поэтому Тьма сейчас наступала по всем направлениям в обоих Мирах: войны, болезни, озлобленность людей, зависть и отсутствие сострадания к другим. Из девяти Хранителей остался лишь один, несколько Поясов Хранящих пропали. От решения этой девочки зависело очень многое, поэтому его главная задача как Наблюдателя – не допустить, чтобы противник помешал исполнению Протокола. Если потенциальная Хранящая откажется принять Силу Рода и Ответственность, то это будет её выбор, на него не должны повлиять искусственно.

От размышлений Виктимира отвлёк нарастающий по силе сигнал. С заднего двора «Главпочтампта» отъехала «Газель». Мужчина завёл мотор и вырулил следом.

***


Пока представитель Сил Света пассивно отслеживал отправку письма к следующему пункту назначения, представительница Сил Тьмы приняла ответные действия, направившись к городской окраине, где многоэтажки уступали место домикам частного сектора. К одному из таких домиков и приближалась рыжеволосая девушка.

Ринуза пребывала в ярости. Мало того, что её план по захвату письма полностью провалился, так ещё Светлый отчитал её, словно несмышлёную малолетку, а ещё угрожал нажаловаться Высшим, что сулило ей нешуточными проблемами. Тёмное руководство всегда закрывало глаза на нарушения исполнителями правил, но это неофициально. Их принцип был прост: делай, как считаешь нужным, во славу Тьмы, но не попадайся. Напрямую конфликтовать со Светлыми они не хотели и создавали видимость соблюдения правил, довольно жёстко наказывая тех, кто не смог избежать огласки.

Что ж, ей повезло с противником. Странно, конечно, что этот Светлый не побежал сразу жаловаться, а лишь предупредил. Девушке это на руку. Пусть она потерпела поражение при выполнении тактической задачи, но войну Ринуза намеревалась выиграть всеми доступными ей методами.

А сейчас она шла по раздолбанному асфальту городской окраины, разыскивая дом, где по разведданным Тёмных находился один из девяти Поясов Хранящих – вещь, способная пробудить Родовую Силу Наследницы.

Пока девушка двигалась по обочине, три пары чёрных круглых глаз с любопытством обозревали с высоты её роста окрестности, а три чутких носа принюхивались к уличным запахам. Эти глаза и носы принадлежали крысам, ехавшим с комфортом на плечах и за пазухой идущей девушки, прячась под шарфом, который она в несколько раз обернула вокруг шеи поверх лёгкой куртки. Ринуза прислушалась к совету своего идейного противника и облачилась в одежду по сезону.

Куртку позаимствовала в небольшом магазинчике верхней одежды, отведя глаза продавщице и расплатившись за товар фантиками от конфет вместо денег. Рина специально выбрала магазин, где не висели эти противные камеры наблюдения. Девушка знала о подобных технических хитростях людей, потому что хорошо училась и вошла в десятку лучших выпускников Академии Тёмных Наук прошлого года.

Наконец она подошла к последнему дому на улице Садовой. Дальше шёл пустырь с участками грязного снега, не успевшего растаять под весенними лучами солнца. Вдалеке темнел лес, ещё только пробуждавшийся от зимней спячки.

Ринуза, окинув взглядом дом, скривилась: «Ну и лачуга!» Действительно, на фоне остальных домов этот выглядел сиротливо – забывший, когда его последний раз красили, утонувший в засохшем бурьяне и окружённый таким же неухоженным и разросшимся садом. Среди плодовых деревьев возвышался старый дуб, раскинувший ветви чуть ли не на половину участка.

Девушка замерла, вбирая пульсацию его энергии, но затем очнулась и обратилась к своим пассажирам.

– Видите вон тот дом? Облезлый такой? – спросила она у крысиной троицы, а те утвердительно пискнули хором. – Проберитесь внутрь и найдите в доме нужную мне вещь. Я вам её описывала – она красивая и блестящая. Принесёте мне – я вас по-королевски награжу. Не сумеете – останетесь без сладкого, а я найду других исполнителей.

С этими словами Рина по очереди сняла с себя хвостатых пассажиров и осторожно опустила на пожухлую траву обочины, сквозь которую уже пробивались новые зелёные побеги. Помощниками Тёмной оказались уже известный вам Наполеон, его адъютант Писк – как же без него – и Люсинда, матушка юного вундеркинда. Её на самом деле звали Люся, но ведь «Люсинда» звучит намного лучше, правда? Она ни за что не соглашалась отпускать дитятко на опасное задание без своего чуткого руководства. Наполеон сначала не соглашался, но затем сдался под неистовым напором родительницы. Крыса-мать дожала его тем, что она как дама в драгоценностях разбирается гораздо лучше, а волшебный Пояс как раз и являлся наиценнейшей из драгоценностей.

Серые диверсанты шустро зашуршали по направлению к дому, а Ринуза неторопливо начала прохаживаться вдоль забора, внимательно рассматривая строение.

– Девушка, вы кого-то ищете? – вдруг услышала она приятный голос.

Обернувшись, Наблюдатель увидела женщину средних лет, одетую в серую куртку и чёрные полусапожки на каблуках средней высоты. Её руки оттягивали пакеты с продуктами. Женщина остановилась возле калитки соседнего дома.

– Да, ищу недорогой домик. Не знаете, вот этот, случайно, не продаётся? Он выглядит заброшенным, – не растерялась рыжеволосая.

Женщина поставила пакеты на траву и поправила тёмно-русую прядь волос, выбившуюся из-под вязаного берета, украшенного блёстками.

– Нет, не продаётся. Его хозяйка пропала несколько лет назад, а родственники так и не объявились. Дом стоит заброшенный. Может, кто и появится из наследников, а может, Петровна когда-нибудь всё же сама найдётся.

– Жаль, – с искусно разыгранным огорчением в голосе произнесла девушка. – Спасибо, я ещё в других местах поищу. До свидания.

Ринуза бросила короткий взгляд на дуб, развернулась и неторопливо пошла обратно. Вступать в длинные разговоры она не намеревалась, прекрасно зная историю бывшей хозяйки дома. Женщина, проводив незнакомку взглядом, подхватила свою ношу и прошла через калитку.

Раньше ночи Тёмная не видела смысла возвращаться сюда. Тьма стала её сутью, ночью девушка чувствовала себя комфортнее, чем под солнечными лучами, да и люди в своей основной массе по ночам спят, поэтому свидетелей её встречи с исполнителями не будет.

Тем временем крысы без приключений добрались до дома и начали методично обследовать строение вдоль стен, стараясь найти подходящую щель для проникновения внутрь. Наконец их усилия принесли свои плоды. Наполеон, как истинный джентльмен, пропустил матушку своего адъютанта вперёд. Вы скажете, что он на самом деле трус, и поэтому побоялся идти сам, но, право, какие могут быть опасности в заброшенном доме? Разве что привидения, а приведений на самом деле не существует. Наверное.

Дом встретил незваных гостей тишиной. Крысы огляделись по сторонам, прикидывая, откуда начать поиски. Принюхиваясь и периодически чихая от пыли, которая толстым слоем покрывала пол и всё, что находилось внутри, они выбрали направление и засеменили вперёд, оставляя отпечатки своих лапок.

Вы наверняка играли в такую простую, но интересную игру под названием «Горячо – холодно». Так вот. Эти хвостатые проныры не просто так, наобум, бродили в поисках того – неизвестно чего. Их работодательница дала чёткие инструкции и подробно описала предмет, который они должны ей принести. Кроме этого, она снабдила вожака одной интересной вещицей, висевшей в данный момент у него на шее. Амулет поиска должен засветиться, как только крысы подойдут достаточно близко к нужному предмету.

Через некоторое время Наполеон понял, что на первом этаже искомого нет.

– Надо идти наверх, – глубокомысленно изрёк он, потирая лапкой зачесавшийся нос.

Крысы – животные необычные. Они могут протиснуться в узкое отверстие, взобраться по вертикальной кирпичной стене, даже прогрызть свинцовую трубу и шлакобетон, а ещё отличаются умом и сообразительностью, поэтому преодолеть лестницу на второй этаж для них не составило труда. Как только серые воришки добрались до последней ступени, голубой кристалл на шее Наполеона вдруг замигал.

– Светится! – не удержался от радостного возгласа вундеркинд Писк.

– Сам вижу, – проворчал вожак и застучал коготками по полу, ориентируясь по усилению частоты мерцания.

Но в плотно закрытой двери они не нашли ни единой щели, куда можно было протиснуться.

– Придётся грызть, – вздохнул Наполеон, сожалея о том, что для получения долгожданной награды всё-таки придётся тяжело потрудиться.

Не успел он наметить место будущего прогрыза, как вдруг крысы услышали шорох и обернулись на него. Все трое застыли от ужаса: на них надвигался огромный белый кот, сверкая изумрудными глазищами…

***


– Ни за какие пряники и печеньки я туда больше не ходок! – простонал Наполеон, когда они, неизвестно каким чудом успев спастись от острых зубов и когтей, выбрались наружу.

Крысиный вожак с унынием посмотрел на свой откусанный наполовину хвост, к которому матушка Писка прикладывала лист подорожника.

– Ничего, раны украшают мужчину, – произнесла с придыханием Люсинда. – Ты – настоящий герой, и пусть мы и не смогли добыть этот злосчастный Пояс, я всем расскажу, как ты храбро сражался с тем страшным котом.

– Да, я такой! – гордо задрал нос Наполеон, скрестив передние лапки на груди.

Глава 3. План «Мелкие пакости»


Лето сменило весну. В старом доме на улице Садовой новые владельцы сделали ремонт и переехали. Всё это время Ринуза не спускала глаз с потенциальной Хранящей и пыталась найти возможность забрать артефакт, но самостоятельно она этого сделать не могла по известным причинам – прямое вмешательство грозило ей нешуточными проблемами.

И вот теперь русоволосая девочка в коротком топике, джинсах со стразами и необычайно красивом Поясе из истинного серебра, что сверкал драгоценными камнями чистейшей воды, шла по лесной тропинке, время от времени боязливо оглядываясь по сторонам, словно ожидала появления чего-то или кого-то очень страшного. Головной убор, называемый жителями не магического Мира то кепкой, то бейсболкой, делал потенциальную Хранящую похожей на мальчика, если бы не жуткий, ненавистный Ринузе розовый цвет верхней части одежды подростка.

Девочка следовала за белоснежным котом, бегущим впереди неё. Они направлялись к избе Лесного Старика, который должен ввести её в курс дела и поставить перед выбором – взять на себя Долг и Ответственность, став Хранящей, либо отказаться от них и забыть всё, что с ней произошло. Ринуза хорошо знала Протокол Светлых, очень строго соблюдавшийся ими.

Губы Тёмной исказила злорадная усмешка. Если Света выберет первый путь – её ждёт куча различных неприятностей. Ринуза сумеет организовать их малявке, не овладевшей ещё своей Родовой Силой. И первая пакость уже поджидала человечку аккурат перед крыльцом изукрашенного резьбой теремка.

Ринуза вспомнила, как ей пришлось лишь сжимать кулаки в бессильной ярости, наблюдая из-за дерева, как девчонка, сидя на лавочке и болтая ногами, читала письмо своей пропавшей двоюродной бабушки. К сожалению, выкрасть Пояс тоже не удалось – помешал вон тот котяра, бесшумно бегущий сейчас впереди, задрав кверху пушистый хвост подобно победному знамени.

Крысиный предводитель, стенавший так, словно у него не половина хвоста откушена, а все четыре лапы, категорично заявил ей тогда, что ни за какие коврижки больше не полезет в тот развалюшный дом, где сокровище охранял страшный зверь. Наполеон потребовал компенсацию за тяжёлое ранение, полученное в ходе боевой операции, а также за причинённый ему моральный ущерб. Пришлось Ринузе отдать ему килограмм пряников и отпустить своего подельника с миром, хотя девушке очень хотелось оторвать наглому крысаку оставшуюся половину хвоста.

Сегодня утром Тёмная незаметно подкралась к полянке, где перед домом Лесного Старика расхаживали куры и красавец-петух, и подманила предводителя куриного семейства, пользуясь своей властью над мелкой живностью. Благо, такое малое количество магии, потраченное для этого, вряд ли смог заметить даже дед Николай. Внушив петуху, что скоро в его владениях появится враг, который любит курятину и представляет угрозу для его жён и даже хозяина, Ринуза отошла подальше и принялась наблюдать за результатами учинённой ею мелкой пакости.

Когда кот и девочка приблизились к полянке, петух захлопал крыльями, распушил перья на шее и грозно прокукарекал, предупреждая приближавшегося врага о том, что намерен защищать свой дом, не щадя жизни. Света на всякий случай попыталась обойти забияку стороной, но тот спрыгнул со своего наблюдательного поста и, грозно растопырившись, начал подбираться к незваной гостье. Кот, презрительно фыркнув, побежал дальше к двери и начал в неё скрестись.

Девчонка явно растерялась. Остановилась, не зная, бежать ли ей к избушке или оставаться на месте. Ринуза чуть не рассмеялась от её вида. Но тут открылась дверь, и на пороге появился старик в белой рубахе-косоворотке навыпуск и холщовых штанах. Рубаха была подпоясана красным шнурком, а лоб перехватывал кожаный плетёный ремешок, чтобы длинные седые волосы не падали на глаза. Старик покачал головой:

– Ай-я-яй, Наполеон, как тебе не стыдно! Разве так дорогих гостей встречают?

Петух, как только услышал это, сразу растерял свой воинственный пыл. Перья его улеглись, и он, несколько раз царапнув землю своей когтистой лапой, клюнул найденного червяка, невозмутимо произнеся на своём петушином языке: «Ко-ко-ко-ко-ко». После чего, гордо подняв голову, важно и неторопливо прошествовал на свой пост, с осуждением во взгляде покосившись глазом-бусинкой в сторону, где пряталась Ринуза. Забавно, но петуха тоже звали Наполеоном, как и крысиного вожака.

«Дался им всем этот Наполеон, – сердито подумала девушка, осторожно отступая в чащу и прячась за деревьями, – можно подумать, что других имён больше нет!»

Да, это имя стало для неё несчастливым. Больше с Наполеонами она связываться не будет.

Ринуза шла, не выбирая дорогу, и углублялась в дремучий лес, пиная шляпки бледных поганок и мухоморов, как будто те виноваты в её неудачах. Воспользоваться порталом так близко от жилища Лесного Старика она не рискнула, поэтому увеличивала расстояние от него обычным способом – на своих двоих. Ни к чему деду знать, что Тёмная подошла так близко к потенциальной Хранящей. Нарываться на наказание ей совсем не хотелось.

«Нужен план. Хороший и продуманный план мелких пакостей, которые все посчитают за случайности, но помешают девчонке добиться успеха, если она всё же решится стать на путь Хранящей», – размышляла девушка, прикидывая, стоит ли ей отправиться к бабке Агнии, чтобы испросить совета.

– А какая сейчас фаза луны? – вслух задала сама себе вопрос Ринуза, задумчиво подняв к небу глаза, хотя ночное светило ещё не проявило на нём свой лик. – Тьма и Свет! Луна-то убывает! Последняя четверть. Ну что за невезение!

Девушка ещё некоторое время шла, неразборчиво бормоча себе под нос, а потом, приняв решение, призвала Малый Жезл и очертила им овал перед собой. Воздух в этом месте задрожал и поплыл, искажая растущие за ним деревья. Ринуза шагнула внутрь и пропала из вида, а овал, закрутившись воронкой, втянулся следом за ней.

Войдя в портальное окно в одном месте, Тёмная появилась из такого же овала в другом, очутившись на похожей поляне, окружённой огромными елями. Трава на ней оказалась вытоптана, будто здесь носился табун лошадей, изрывший всю землю копытами. Некоторые сосны лежали на земле, переломленные, словно тростинки. Земля в нескольких местах темнела выжженными проплешинами, а многочисленные следы огромных лап говорили о том, что здесь бывает очень страшный и опасный зверь, с которым лучше не встречаться.

Но Ринуза не боялась этого зверя. Она уверенно направилась в лесную чащу и через некоторое время увидела избушку, стоящую на двух близко расположенных пеньках, издалека похожих на птичьи лапы. Избушку окружал частокол с нанизанными на него лошадиными и коровьими черепами, натёртыми фосфором. Хозяйка любила тишину и покой, поэтому отваживала нежданных гостей таким вот необычным способом. Впрочем, если гости всё же появлялись, не пугаясь выставленной для устрашения икебаны,1 а ещё и угадывали со временем своего вторжения, то могли рассчитывать на добрый завтрак-обед-ужин, полезный совет, заговорённый оберег или какую-нибудь полезную вещь. Сейчас как раз и было такое удачное время для визита, но девушку оно не устраивало.

Ринуза взошла по ступеням и отворила противно скрипнувшую дверь, попав в просторное помещение с большой печью. Возле неё хлопотала сутулая старуха, а в комнате витал аромат щей из кислой капусты. Рот девушки мгновенно наполнился слюной.

– Здрава будь, бабушка Агния, – вежливо поприветствовала она хозяйку избы.

– И ты, девонька, не хворай, – скрипучим голосом ответила та, повернувшись к гостье и всматриваясь в неё выцветшими, а в далёкой молодости ярко-синими, глазами.

Одежда хозяйки совершенно не соответствовала тому образу, что невольно возникал у путника от вида выбеленных солнцем, ветром и дождём черепов на частоколе и потемневшего фасада избушки, покрытого пятнами мха. Не грязные бесформенные лохмотья, а синяя понёва2 в красную клетку, просторная рубаха с вышивкой по рукаву и передник. Из-под замысловато повязанного на голове цветастого платка выбивались седые прядки. В руке с узловатыми пальцами она держала черпак, которым помешивала варево.

– Совета хочу спросить. Дашь?

– Садись к столу, поешь вначале, а там и поговорим.

Старуха явно заметила интерес, проявленный гостьей к её стряпне. Она, пряча довольную улыбку от девушки, повернулась к горшку, ухватом переместила его из горнила3 на шесток,4 а затем черпаком налила щи в глиняную миску.

– Накось, откушай, а то тоща, как Кощеюшка. Всё носишься и носишься сломя голову, совсем бабушку забыла, – приговаривала старуха, ставя миску перед Ринузой и кладя рядом деревянную расписную ложку.

Ароматный хлеб, нарезанный ломтями, уже стоял на столе в плетёнке из прутьев ивы, прикрытый расшитым полотенцем.

Девушку не пришлось долго уговаривать. Зачерпнув ложкой из крынки густой сметаны, она размешала её в исходящем паром вареве и начала с удовольствием уплетать щи, предварительно остужая – торопливо подув на очередную порцию перед отправкой в рот.

Хозяйка дома села рядом, с улыбкой на бледных губах наблюдая за Ринузой и как будто становясь от этого моложе.

– Бабуль, Уголёк снова буянил? – спросила вдруг девушка.

– Загоняли его, супостаты. Всё никак не угомонятся. Старшо́й царевич-то всё силушку свою богатырскую всем показать тщится.5 Батюшкины лавры ему покою не дают. С малой дружиною тут намедни6 шастал, зверьё всё распужал. Шуганула я их, дабы не шумели, отдыхать не мешали. А Уголька успокоила да услала пода́ле, в горы – отсидится там да очухается маненько.

– Царевич жив или Угольку скормила?

– Не, решила – пущай живёт мо́лодец. Я ноне добрая. Да и баский7 он стал, прям глаз не оторвать. Жаль стало таку красу губить. Можа, сгодится для чего. Вон, к слову, тебе – чем не жених? Цельный царевич, наследник.

– Ты мне зубы не заговаривай, бабуль. Мне сейчас не до женихов. Я на ответственном задании, – слегка нахмурилась Ринуза, отодвинув тарелку. – Уф, спасибо. Давно такой вкусноты не ела.

– На здоровье, детонька. Так что спросить-то хотела? Али в ваших высших школах плохо уму-разуму учили?

– Хорошо учили. Только и задание непростое. Пояс Рода Ари́вики активировался.

– Про то мне ведомо, внученька. Я надысь8 почувствовала его пробуждение. Берегущая ещё не приняла Долг и Ответственность, так ведь?

– Так. Но мне не удалось ей помешать получить письмо и Наследство – один шустрый Светлый встрял, – сердито прищурила свои зелёные глаза девушка.

– Это его работа – помочь ей, а тебе – помешать нарушить правила. Но не это тебя беспокоит.

– Да, я попалась. Он унизил меня, ткнув в мою ошибку носом, хотя пока не сообщил начальству о превышении полномочий. Пока не сообщил.

Ринуза опустила глаза.

– Покажи-ка мне его, – попросила старуха, протянув девушке свои морщинистые руки.

Тёмная, чуть поколебавшись, вложила свои ладони в её и посмотрела бабушке в глаза. Через некоторое время Агния разорвала контакт и покачала головой.

– И что ты мне скажешь теперь?

– Мой совет – прекрати рисковать. Твой соперник более опытный. Он благородный, но принципиальный, – речь старухи вдруг потеряла весь прежний колорит – теперь она разговаривала точно так же, как и девушка. – Наблюдай, раз ты Наблюдатель, но ничего не делай, чтобы помешать будущей Хранящей, при условии, что она всё же согласится стать ею. Ну, а если неймётся, то, как и хотела, обходись мелкими пакостями, но не попадайся, – усмехнулась она, увидев удивление во взгляде Ринузы.

– Я правильно поняла, что ты мне не согласишься помогать? – уточнила девушка.

– Да. Совершенно верно. Я вообще не одобряю твой выбор полного служения Тьме, но больше отговаривать не стану. Если надумаешь отказаться от карьеры, помогу вырваться из её загребущих рук, но не ранее, чем сама этого захочешь.

– Не захочу! – вскинула голову Ринуза.

– Ты знаешь, дурного я тебе никогда не посоветую.

– Спасибо за науку, бабуля, но у меня свой путь. Я пойду. Понаблюдаю пока за объектом.

– Иди, милая, но помни, что я тебе сказала, – старуха проводила девушку взглядом и тяжело вздохнула: – Эээх, молодёжь…

Ринуза покинула избушку и направилась к поляне, подальше от старых деревьев, напитанных древней магией, что сбивала настройку портала. Случайно взглянув на небо, она увидела летящего чёрного дракона. Неуклюжие взмахи его крыльев делали полёт рваным и не слишком быстрым. Это был Уголёк – жертва магического эксперимента неизвестного волшебника-недоучки, который вознамерился повторить деяния магов древности и возродить племя многоглавых драконов.

Эта идея изначально оказалась провальной ещё в те времена, когда творили великие. Драконы получались тем глупее, чем больше у них голов, ибо головы эти постоянно конфликтовали между собой, дрались за еду, хотя она всё равно попадала в общий желудок. Использовать в своих целях таких больших, но трудно управляемых животных было затруднительно. Брошенные за ненадобностью, драконы становились жертвами рыцарей и богатырей, потому что бездумно питались не только домашним скотом, но и их владельцами, разоряли и жгли деревни и поля, получая эстетическое наслаждение от пылающего огня и забавной беготни маленьких человечков. Ну что взять с несчастных, умственно отсталых драконов, брошенных их создателями на произвол судьбы?!

Уголёк повторил участь своих предшественников, едва избежав смерти от меча царя Доброслава – оставил на поле боя две боковые головы из трёх имеющихся и сбежал, прибившись к бабке Агнии. Та вылечила его телесные и душевные раны, но не смогла увеличить количества ума в оставшейся голове. И вот теперь глупый дракон, которого местные жители называли Змеем Горынычем, снова возвращался к ней, хотя старуха и отправила его отсидеться в одной из пещер ближайших гор.

Ринуза открыла портал и шагнула в него, чтобы встреча с Угольком не размягчила жалостью её сердце и не отвлекла от важной миссии. Девушка твёрдо решила тщательно проработать свои дальнейшие действия по выполнению задуманного плана.

Глава 4. Пути-дороги


Ринуза нервно расхаживала вдоль реки, протекавшей недалеко от домика Лесного Старца, но на достаточном расстоянии, чтобы он не почувствовал её присутствия. К тому же девушка, если требовалось, умела экранировать своё магическое излучение.

Девчонка всё же приняла Силу. Это Тёмная поняла сразу. Ещё бы, такой всплеск магии только бесталанные человечишки не почувствовали! Теперь новая Хранящая наверняка побежит спасать Мир от Тьмы, которую многие называли Злом, хотя, если разобраться, граница между Злом и Добром размыта до её полного отсутствия. Ведь что для одного является добром, то для другого – чистым злом. Как они, эти добряки, не могут понять: для оленя охотник – зло, ведь тот убивает его, лишает жизни, и оленю совсем не важно, что маленькие детки этого охотника плачут от голода. Оборванная оленья жизнь для них добро – то есть еда и продление их никчёмного существования.

«Интересно, – думала Ринуза, – куда старикан направит Хранящую? Скорее всего, к королеве Трэ́се. Там сейчас один из Тёмных магов неплохо развернулся. Грамотно сработал себе на пользу. Надо его чем-нибудь поощрить при личной встрече».

Полноводная река, берег которой мерила шагами рыжеволосая адептка Тёмных Сил, носила имя, говорящее само за себя – Жемчужная. В ней действительно водился жемчуг, да не обычный, неровной формы с наплывами, а скатный – крупный, ровный, почти круглой формы, не уступающий по качеству морскому. Им украшали одежду, а излишки продавали в другие страны, далёкие от морей-окиянов и таких вот богатых жемчугом рек.

Ринуза не любовалась красотой природы, а ждала своего очередного шпиона – синицу, посланную девушкой в разведку для выяснения планов Светлых. И вот ожидания закончились. Маленькая, совсем невзрачная гаичка с чёрным пятнышком на голове села ей на плечо и тоненько затенькала на своём птичьем языке, непонятном для обычных людей, но Ринуза внимательно слушала свою пернатую посланницу, отлично её понимая и хмурясь от принесённых новостей. Засунув руку в сумку, девушка протянула временной помощнице ладонь с хлебными крошками, которые птичка начала клевать с большим удовольствием. Затем, подхватив самую большую крошку клювиком, она благодарно пискнула и стремительно сорвалась в полёт. Наверное, понесла добычу птенцам.

Губы Тёмной тронула мимолётная улыбка. Она отряхнула ладонь от оставшихся крошек, осчастливив ещё и муравьёв, и заскользила взглядом вдоль берега.

– Ага, вот он! – воскликнула девушка и быстрым шагом подошла к плоту, наполовину вытащенному на пологий берег и привязанному к коряге.

Брёвна толстые, а сам плот большой, просторный, даже шалашик есть – от солнца прятаться. Ринуза попинала потемневшее от воды дерево, прикидывая, стоит ли ей напрягаться, сталкивая тяжёлый плот в реку, чтобы он уплыл раньше, чем девчонка доберётся до реки, или не стоит. Немного подумав, девушка решила не убирать плот, а ещё сильнее закрепить. Осталось выбрать – отрастить ли у него корни либо направить их к плоту от уже растущих рядом живых деревьев, чтобы те оплели собой брёвна. Но тут её размышления прервало нарочитое покашливание.

Ринуза резко повернулась, в её руке материализовался Большой Жезл, сияющий зелёным призрачным светом. Его испускал камень, закреплённый в основании между двух красиво изогнутых рогов, закрученных полуторной спиралью с пробегающими по ним изумрудными сполохами. Некогда эти рога принадлежали чёрной виверне – самой мелкой разновидности крылатых разбойников. Рога и верхняя часть её черепа составляли единое целое с шаром навершия, переходящего в длинный шест. Жезл являлся не только грозным магическим оружием, но в умелых руках даже без применения магии оставался опасным для противника.

– Ну-ну, Тёмная, остынь.

Перед девушкой стоял Светлый Наблюдатель, успевший сменить одежду менеджера среднего звена на более удобную и привычную для этого Мира. Он напоминал теперь обычного воина-наёмника в своём кожаном доспехе-безрукавке, перетянутом ремнями, сапогах до середины икры и простых наручах из кожи. Рукава нижней туники немного не доходили до локтя, а кисти скрывали перчатки. Его меч приобрёл свой истинный вид и находился в ножнах за спиной юноши.

– Опять ты.

Девушка окинула его хмурым взглядом, но расслабилась и опустила навершие Жезла к земле: вступать в бой с так называемым Виктором ей сейчас просто невыгодно – он старше и опытнее.

– Не опять, а снова, – усмехнулся Светлый, немного склонив голову набок и рассматривая Ринузу своими дымчатыми глазами. – Что это ты в очередной раз пыталась затеять?

– Я здесь гуляла. Вид красивый, – повела она взглядом, словно приглашая оппонента убедиться, что пейзаж действительно очень милый.

– Советую найти место для прогулок где-нибудь подальше отсюда. Повторю ещё раз: ты – Наблюдатель, вот и не вмешивайся. Уважай правила.

Их едва начавшийся разговор прервало появление самого́ объекта наблюдения. Они услышали Свету задолго до того, как та оказалась в зоне видимости, но не потому, что девочка громко топала или разговаривала. Просто у Наблюдателей нечеловеческий слух, а ещё они почувствовали приближение сильной магии.

Спрятавшись, представители противоборствующих Сил стали свидетелями рождения нового заклинания юной Хранящей и начала её путешествия. Как только плот скрылся за поворотом реки, Наблюдатели проявились и снова упёрлись друг в друга взглядами.

– Надеюсь, мне в следующий раз не придётся прерывать твою попытку личного вмешательства. Моё терпение не безгранично, Ринуза.

Девушка едва заметно кивнула и молча открыла портал, исчезнув из поля зрения ненавистного Светлого. Стратегию-то она придумала, а тактика пока что приводила её только к неудачам.

Ринуза вышла из портала в районе Белых Гор, куда бабка Агния услала своего непутёвого подопечного. Белогорье славилось непроходимыми лесами с большим количеством непуганой дичи, до которой не дотянуться жадным рукам людишек. Обильные кормовые угодья хищников не могли пострадать из-за появления ещё одного представителя плотоядных. Зато естественная преграда в виде лесной чащи гарантировала, что упрямый наследник царя Доброслава не полезет через бурелом, безуспешно пытаясь обойти мёртвые деревья, наваленные друг на друга, или рискуя увязнуть в топком болоте на радость кикиморам. Конному отряду здесь точно не пройти, а пешком – долго и опасно.

Девушка нашла дракона возле озера. Он охотился за рыбой, выплывшей из глубины на мелководье, чтобы погреться. С умильной улыбкой, непроизвольно возникшей на губах, Тёмная некоторое время наблюдала за чёрной тушей, застывшей в напряжённой позе. Зверь всматривался в прозрачную водную гладь, а затем последовал короткий рывок зубастой головы, и в его пасти затрепыхалась добыча, вспыхнувшая серебром в солнечных лучах. Подбросив рыбу вверх, дракон ловко поймал её и не жуя проглотил. Для его размера, конечно, рыбка мелковата.

– Здравствуй, Уголёк, – крикнула Ринуза и направилась к дракону.

Страшный зверь вскинулся и посмотрел на девушку, которая без опасения шла к нему. Он радостно рыкнул и вперевалку затрусил навстречу. Тёмная нежно погладила огромную голову, которую дракон осторожно опустил вниз, требуя ласки.

– Зра-а-ств-й, Ри-ина, – с трудом выговаривая звуки, пророкотал он, блаженно жмурясь и обдавая девушку тёплым воздухом, пахнущим сырой рыбой.

– Ты снова безобразничал, малыш? Сколько раз я тебе говорила, чтобы ты не лез к людям и не жёг их дома, не утаскивал их скот? Разве тебе дичи мало для еды? – мягко, будто маленького ребёнка, пожурила Ринуза.

– Вее-есело. Бее-гают. Сме-шныы-е.

– За тобой охота идёт. Старший царевич с отрядом лучших витязей рыскает по округе. Вспомни, что сделал с тобой его отец – царь Доброслав.

Тёмная дотянулась до уродливого старого шрама в том месте, где больше десятка лет назад находилась ещё одна голова.

– Бо-оль-но. Он зло-ой, – басом прохныкал несчастный калека, которого люди называли страшным и злобным Змеем Горынычем.

– Не плачь, маленький. Пообещай мне, что отсюда – ни ногой. Пока наследник не вернётся в стольный град, не летай дальше Белогорья. Договорились?

– Йа-га-ния про-огнаа-ла, – улыбнулся во всю свою зубастую пасть Уголёк.

– Бабка Агния не всегда сможет успеть на помощь, – покачала головой девушка. – Тебе нельзя улетать отсюда. Пообещай мне сидеть здесь тихо и мирно.

– Да-а. Обе-щаа-ю, – наконец согласился дракон.

– Вот и умница, – Ринуза улыбнулась зверю и последний раз провела рукой по антрацитовой чешуе. – Мне пора уходить, но я постараюсь навещать тебя почаще.

– Ыыыыыы, – грустно простонал Уголёк, лизнув напоследок руку Тёмной.

Она, помахав на прощание, отошла дальше и открыла портал, чтобы выйти на берегу Жемчужной, дальше по её течению от того места, откуда отчалила на плоту Хранящая. Прощупав эфир, чтобы найти источник знакомого излучения магии, девушка сделала ещё один переход и увидела объект наблюдения.

Ближе к вечеру, когда девочка причалила к берегу, чтобы развести костёр, Тёмная мало того, что со злорадным удовольствием гасила зарождавшийся огонёк раз за разом, вызывая у той отчаяние, так ещё и натравила комаров. Но здесь её снова постигла неудача. Юная Хранящая придумала заклинание для разжигания, а комаров отпугнула зельем, достав его из своей котомки и обрызгав себя с ног до головы.

Следующим утром Ринуза оказалась свидетелем встречи Светы с младшим царевичем – ещё одним сыном Доброслава. Мальчишке не сиделось в тереме, и он постоянно сбегал от своего дядьки-воспитателя. Всеслав увязался за Хранящей, даже не догадываясь, кого взялся сопровождать. Сначала Тёмная раздосадовано глядела на их милое общение, проклиная слепой случай, подкинувший такую помеху, но затем её лицо озарилось радостной ухмылкой. Девушка открыла портал и вышла ещё ниже по течению.

На плоском камне, что выступал поверх водной глади, сидели русалки. Некоторые из них расчёсывали свои длинные волосы, отливавшие зеленью, некоторые от скуки опустили хвосты в воду, время от времени шлёпая ими по речной глади и окатывая своих подруг водопадом брызг. Остальные резвились на глубине, гоняясь за ошалевшей от страха рыбой.

– Эй, хвостатые, скучаете? – крикнула Ринуза, подходя ближе.

Русалки дружно бросились в объятия родной стихии, но затем всё же вынырнули, выглядывая из-за камня и настороженно рассматривая странную гостью.

– Тебе-то какая забота, незнакомка? – нежным колокольчиком прозвенело в ответ.

Одна из речных дев снова взобралась на камень, и Тёмная разглядела блеснувший в волосах золотой гребень-корону.

– Да жалко стало вас. Совсем загрустили, а там, выше по течению, два парня, молодых да симпатичных, на плоту. Благодарить не надо, – усмехнулась Ринуза на радостный гвалт, что подняли девушки.

С чувством глубокого удовлетворения от так удачно затеянной пакости, она развернулась и пошла прочь от реки, решив открыть портал подальше – так, на всякий случай.

Глава 5. Очередная неудача


Ринуза вышла из портала у небольшой рощицы, белеющей стволами берёз. Роща находилась невдалеке от крупного села и примерно в конном переходе от столицы Сребророссии. Торная дорога не петляла между деревьев, а почти прямой линией шла из одного конца в другой, сворачивая лишь однажды. Здесь путников ждала спасительная тень, крохотное озерцо с ледяной водой, питаемое родниками, а в сезон – приятное разнообразие к рациону в виде грибов-подберёзовиков, пытавшихся скрыть в густой траве свои коричневые шляпки от людских глаз.

Девушка прислушалась к своим ощущениям, сканируя ближайшее пространство. Она не ошиблась с точкой выхода. Оглянувшись, Тёмная увидела камень-валун недалеко от тропы и направилась к нему. В ногах правды нет, можно пока посидеть и отдохнуть, дожидаясь встречи с теми, кто попытался обидеть дорогое ей существо. Заодно обдумать свои дальнейшие действия, если русалки не выведут юную Хранящую из строя.

Конный отряд примерно в сотню воинов появился на тропе, спеша добраться до тени и воды. Всадники, такие же молодые, как их командир, молчали, утомлённые дальней дорогой и расстроенные своей неудачей. Если бы не вмешательство той старой ведьмы, голова Змея давно бы уже болталась, притороченная к седлу царевича.

Молодой наследник ехал, повесив голову и в задумчивости своей не замечая, что творится вокруг, пока верный конь не захрапел и не встал, отказываясь идти дальше. Светозар очнулся от дум своих тяжких и посмотрел на дорогу, хватаясь за рукоять меча прежде, чем увидел перед собой причину остановки. На валуне, что лежал почти рядом с тропой, сидела дева.

Царевич и его дружинники с изумлением воззрились на незнакомку. Её вид настолько поразил их, что парни не могли оторвать взглядов от распущенных по плечам огненных локонов, искрящихся в лучах солнца, прелестного личика с точёными чертами, пухлыми губами и зелёными, будто камень малахит, очами, взирающими на витязей из-под тонких, вразлёт, бровей. Всё выдавало в ней иноземку: непривычного кроя одежда, мужская, кстати, дерзкий взгляд и свободная поза, в которой чувствовалась полная раскованность и уверенность, не свойственная столь юным девушкам.

– Здрава будь, кра́сна де́вица, – наконец вспомнил о вежестве9 царевич.

Он, расслабившись и выпустив рукоять меча, склонил голову и прижал руку к сердцу.

– И тебе не хворать, сын Доброслава, – коротко кивнула Ринуза, пристально глядя на парня.

Не слукавила бабка. Красив. Льняные кудри выбились из-под простого, без украшения, шелома. Одежда тоже не отличалась от облачения остальных воинов. Скромный, значит. Ещё один бескорыстный поборник Сил Света. Синие глаза из-под слегка нахмуренных бровей рассматривали девушку, пытаясь понять, кто же встретился ему на пути. Едва пробившиеся борода и усы говорили, что он уже миновал порог нежного возраста. Светозару шёл двадцатый год, если она не запамятовала. Кажется, юношу не удивило, что незнакомка признала в нём сына царя. Или делал вид.

Наследник спешился, а за ним сошли с коней несколько витязей. Царевич кинул поводья одному из них, а сам подошёл ближе к девушке, продолжавшей сидеть на камне.

– Не нужна ли помощь, красавица?

– Если будешь и дальше пытаться извести несчастное животное, то помощь потребуется тебе, – хмуро буркнула Ринуза.

Светозар с удивление воззрился на дерзкую. Остальные витязи спешились и подошли ближе, бросая пытливые взгляды на странную девицу. В её словах все почувствовали скрытую угрозу, обращённую на царевича, но причина осталась для них непонятной.

– О каком животном речь ведёшь?

– Для старшего сына царя ты слишком плохо соображаешь, – скривила губы Рина, насмешливо окинув взглядом ладную фигуру мо́лодца и с удовольствием замечая первые признаки гнева на его лице. – Да, не повезло Доброславу с наследником. Видно, бабка Агния хорошо вам наваляла. Даже память отшибло. Ладно. Повторю ещё раз: не смей больше гоняться за Угольком. У вас его называют Змеем Горынычем.

– Но это порождение Зла губит людей, ворует скот, сжигает хлеба и деревни! Я должен защищать подданных от этой напасти. В этот раз нам помешала ведьма. Она применила очень сильное колдовство, а у нас лишь обычное оружие. Но в следующий раз всё будет иначе. И против неё найдём управу. А ты, видно, тоже Злу служишь, раз за Змея ратуешь, – сказал Светозар, схватившись за рукоять меча.

Ринуза насмешливо хмыкнула. В её руке материализовался Жезл, истекающий призрачной зеленью.

– Вам ещё повезло, что не в полнолуние с ней встретились, а то бы так легко не отделались. Кому и чему я служу – тебе знать необязательно. Меньше знаешь – крепче спишь. И за меч не хватайся, царевич. Он тебе не поможет. Не советую становиться у меня на пути, смертный, и обижать дорогое мне существо. Он как дитё неразумное. Вы же своих детей не убиваете за шалости. Хватит с несчастного и того, что твой отец его искалечил.

Ринуза встала с валуна и открыла портал, посмеиваясь про себя от появившегося на лицах воинов недоумённого выражения.

– Кто ты? – напряжённым голосом произнёс Светозар, судорожно сжимая рукоять, с которой так и не убрал руку, несмотря на предупреждение странной незнакомки. Он не мог оторвать взгляда от зелёных глаз девушки, в которых плескалась насмешка пополам с предупреждением.

– Я та, с кем тебе лучше больше не сталкиваться, – ответила Тёмная и шагнула в мерцающее окно.

***


Ринуза вышла из портала возле реки – в месте её встречи с русалками. Тёмная перепрыгнула с берега на камень, где раньше сидели речные девы, и, прикрыв глаза, сосредоточилась, настраиваясь на знакомое излучение магической Силы. Света была ещё жива. Плот давно уже уплыл вниз по течению, а время жизни Хранящей и младшего царевича исчислялось лишь их выносливостью и интересом русалок к новым живым игрушкам. Рина снова открыла портал и перенеслась туда, откуда ещё пульсировал золотыми сполохами источник внутри хрупкого тельца надежды Светлых.

– Проклятье! – простонала Тёмная, увидев идиллическую картину, когда снова сделала переход.

На краю плота, плывущего по самой середине реки, сидела русалочья царевна, окунув конец своего хвоста в воду, и внимательно слушала девчонку, которая вслух читала книжку. Если бы Ринуза напряглась, то она бы смогла разобрать слова, но её сюжет совершенно не интересовал. Она, зло сощурив свои глаза, разглядывала подростков, ухитрившихся расположить к себе речных дев. Царевич сидел у кормового весла и тоже внимательно слушал, почти не отрывая взгляда от Хранящей и лишь иногда украдкой посматривая на сидящую русалку. Солнце отражалось в золотом гребне-короне, отскакивало зайчиками от золотисто-алого хвоста и мягко блестело в узоре из жемчужин и чешуек на одеянии из рыбьей кожи. Остальные полудевы-полурыбы, окружив плот и устроив свои подбородки на сложенных на его краю руках, внимали чтице, а не носились и не ныряли, как обычно, хохоча и смеясь.

На противоположном берегу параллельным курсом неторопливой рысью следовал взнузданный конь, а рядом, почти незаметный в высокой степной траве, бежал пёс, больше похожий на волка, чем на собаку.

Тёмная, топнув ногой и скривив рот в усмешке, навела свой Жезл на плот.

– Даже и не пытайся, – раздался знакомый голос возле самого уха, а нежную кожу на горле обожгло холодом стали. – Опусти Жезл и стой спокойно, а не то я перестану быть снисходительным к твоей молодости и глупости.

Ринуза скосила глаза и посмотрела на Виктимира. Тяжёлый взгляд последнего и угнетающее давление чужой Силы убедили её быстрее, чем острый меч, грозящий при малейшем неосторожном её движении если и не перерезать горло, то серьёзно поранить. Девушка осторожно опустила навершие вниз, гася зелёное сияние.

– Ну. Опустила. Что дальше? – зло прошипела она, благоразумно стараясь стоять спокойно.

– Дальше ты отправишь Жезл в подпространство, а я тогда уберу меч от твоей нежной шейки.

Тёмная издала звук, похожий на рычание, но, помедлив, всё же послушно выполнила и это указание Светлого Наблюдателя. Жезл пропал из её руки.

– Что, побежишь жаловаться на меня? – буркнула девушка и закусила нижнюю губу, когда Виктимир убрал своё оружие, сделав шаг назад.

– Я подумаю над этим в ближайшее время. В принципе, если ты и дальше ограничишься лишь мелкими неприятностями, которые с большой вероятностью продолжишь организовывать моей подопечной, я не стану докладывать наверх. Только не переходи границу дозволенного, Ринуза, иначе моё терпение лопнет. Никакого личного прямого воздействия. Ты ведь прекрасно знаешь, что тебя может ожидать? Никто не станет заступаться за тебя, если попадёшься. Не играй с огнём, девочка. Желание показать свою крутизну может довести тебя до беды.

– Хм. А почему ты не возражаешь против мелких неприятностей? – удивлённо спросила она, всматриваясь в лицо своего противника и пытаясь понять причину подобного решения Светлого.

– Думай сама, Ринуза. Думай сама. Я не собираюсь тебе подсказывать очевидное. Ты же была отличницей. Не разочаровывай меня, – одними губами улыбнулся мужчина; глаза же его, хотя и приобрели снова свой дымчатый оттенок, смотрели на девушку серьёзно и внимательно.

– Да плевать я хотела на твоё разочарование, – вздёрнула нос кверху Тёмная, тряхнув своими рыжими локонами. – Ты мне не друг, не учитель и не родственник.

– Твои проблемы, – усмехнулся Виктимир, наблюдая за сменой эмоций на её лице.

Ему доставляло удовольствие наблюдать за этой девушкой. Нравились её упрямство и целеустремлённость. А ещё доброта. Да-да, доброта. Как ещё иначе назвать отношение Ринузы к искалеченному магией дракону, её заботу и нежность к этому огромному зверю, потерявшему две головы из трёх, приносящему разорение и смерть людям не по причине своей зловредности и агрессивности, а просто потому, что сеять хаос и разрушение для него являлось развлечением.

Тяжело быть Светлым. Даже в служителях Тьмы Виктимир невольно пытался найти искру добра. И не только найти, а разжечь сильнее, хотя это очень трудоёмкий процесс и неблагодарная работа, редко дающая устойчивый результат.

Девушка призвала Малый Жезл и открыла портал. Бросив на прощание сердитый взгляд на своего противника, она исчезла в завихрении энергий, выйдя там, где можно было спокойно обдумать свой следующий ход.

Конец ознакомительного фрагмента. Купить полную версию.

Примечания

1

Икебана – традиционное японское искусство составления композиций из цветов и побегов, а также их правильного размещения в интерьере.

2

Понёва – домотканая шерстяная юбка.

3

Горнило – топка печи.

4

Шесток – площадка, на которую устанавливалась посуда, только что извлечённая из горнила.

5

Тщится – пытается, старается (устаревшее).

6

Намедни – недавно, на днях (разговорное).

7

Баский – красивый (диалектное).

8

Надысь – недавно (устаревшее).

9

Вежество – вежливость (устаревшее).