Наталья Федюшина

Страж сезонов

Пролог. Побег из ада

Он бежал дальше в лес. Дальше от дома. От себя. От туманного города. Ночной воздух казался ледяным. Ветер пронизывал насквозь. Глаза слезились от его прохлады. Ветки кололи кожу лица, пока мужчина в сером пальто мчался глубже в лесную чащу. Ноги спотыкались об кривые коряги поваленных деревьев и корней. Они торчали из земли словно пытались остановить мужчину, предупредить об опасности, но он не желал их слушать. Свет луны слабо освещал путь. Вены жгло огнем. Клубы пара слетели с губ, когда мужчина припал к дереву, цепляясь за рельеф содранной местами коры. Пальцы скользнули по стволу. Мужчина сполз на землю и задрал испачканный рукав. Метка в виде ветви горела. Он пытался содрать ее вместе с кожей. Ногти оставляли глубокие рубцы, из которых сочилась густая черная кровь, но мужчина словно не чувствовал боли. Он хотел только избавиться от метки, избавиться от клейма, которым его наградили словно больное чумой животное. Черные линии ветви сливались с того же цвета потоками жидкости, окрашивая плотную серую ткань пальто «грязью». Той, что жила в нем и съедала словно паразит изнутри. Все старания были напрасны. Рука взъерошила темные волосы. Безумная ухмылка коснулась губ. Ветвь горела до сих пор от изгиба локтя до самой кисти. Чем дальше мужчина заходил в лес, тем больнее ему становилось. Он хотел встать и продолжить свой путь. Если бы боль могла его убить, он бы зашел в самую чащу, но знал, что ничего из этого не выйдет. Слабый огонек надежды погас в его глазах уже давно. Теперь в них таилась пустая серость и боль. Он всегда ее испытывал, поэтому привык не замечать спазмы в голове и по всему телу. Глушил алкоголем и старыми книгами. Этой ночью мужчина вновь сорвался. Выпил лишнего, и ноги понесли за порог по тропинке из желтого камня. Скрипнула калитка, и ночь накрыла покрывалом темный силуэт в сером пальто. Деревья, словно высокие стражи, встретили его на окраине леса и не хотели впускать под лиственную крону. Мужчину не страшили их мрачные силуэты после дома, от которого хотелось умереть. Он помнил, как шатаясь побрел вглубь. После этого все как в тумане.

Шорох листьев раздался неподалеку. Мужчина обернулся и увидел мелькнувшую под деревом тень. Метка на руке наполнила о себе болью. Живот скрутило, и лес начал клониться в бок. Мужчина упал лицом в грязь. Без единого слова. Без шума. Сырая земля насытилась дождем, который прошел еще вечером. Мужчина помнил его холодные капли, когда выходил во двор. Тогда и зародилась в голове мысль снова напиться, устроить побег или умереть. Ночной ветер коснулся прохладой побледневших щек. Мужчина посмотрел вперед, сгребая рукой листья. Черная тень снова мелькнула, но уже ближе. Она всегда приходила в самый последний момент. Белая ткань порванного подола платья качнулась перед глазами.

– Тебе не уйти от проклятья, ― напомнил женский голос.

Ее пальцы едва коснулись грязных волос. Мужчина почувствовал могильный запах. Он всегда его ощущал, когда она приходила. Смех женщины царапнул по сердцу словно изогнутым ногтем. Мужчина сжался в тугой клубок и выпустил из груди воздух.

– Спи, ― сказала она.

Луна на небе скрылась, и стало совсем темно. Ночь обещала быть холодной.

Глава 1: Объявление

Волосы пепельного цвета рассыпались на подушке, пока Фрида считала на стене солнечных зайчиков. Она любила утро, особенно когда оно начиналось в одиннадцать часов до полудня. Времени теперь было предостаточно, чтобы спать и смотреть в потолок, а вот денег… Тяжелый вздох наполнил прохладный воздух теплом. Отопление отключили пару дней назад, так как посчитали, что весна отличное время для закаливания. Художественная мастерская под салоном тату сгорела вместе с двухэтажным зданием на другом конце города. Картины приносили копейки, но все-таки позволяли оплачивать счета и полуфабрикатные обеды. Мастерская служила еще и домом. Единственная, кто была рада ее сожжению, так это мать. Она давно просила взяться за ум и стать работником с белым воротничком. Экономический факультет провалился с треском. Мать была в бешенстве, когда узнала, что дочь бросила институт перед самым вручением диплома. Фрида хорошо запомнила этот день. Работа в мастерской ей казалась важнее, чем бесполезная картонка. Мать так явно не считала.

– Тук-тук, ― раздался голос за дверью. ― Мышка, можно войти?

– Попробуй, Хомяк, ― ответила девушка и слегка улыбнулась.

Дверь скрипнула, и в комнату вошел блондин миловидной внешности. Он бы мог показаться девушке красавцем, если бы они не знали друг друга с младенчества. За все двадцать пять лет своего существования девушка смогла подружиться только с одним человеком и то, потому что у него всегда была еда. По этой причине она и прозвала его Хомяком. Даже сейчас парень ловко лавировал среди раскиданных на полу вещей и приземлился на край кровати с подносом.

– Завтрак в постель не заказывали? ― спросил он.

– Сколько мне будет это стоить?

– Твоей развалюхи, которая заняла почти весь мой гараж.

Выражение лица девушки явно дало понять, что об этом не может быть и речи. Машина досталась ей от деда и была дорога как память.

– Тогда зарплаты за месяц, ― произнес парень. ― Конечно, когда появится работа. Кстати, как продвигаются поиски?

Он окинул встревоженным взглядом ворохи газет. Выражение лица друга явно дало понять, что такого бардака в его квартире никогда в жизни не было. Фрида прекрасно знала, что это не так. В школьные годы они часто здесь зависали и получали от его матери подзатыльники за раскуривание ее любимых комнатных растений. Явная гадость, но на сигареты денег не было. После смерти матери Оливер (так звали друга) стал настоящим педантом. Фрида все понимала, поэтому молча наблюдала, как он собирает газеты и складывает их в стопку на краю кровати. Девушка решила не мешать другу наводить порядок в творческом беспорядке и принялась за бутерброды с самым лучшим кофе во всем городе. Это был не пустой статус. Оливер владел кофейней через два квартала на север от дома. Она тоже досталась ему в наследство от матери. Он очень ее любил.

– Тебе не пора на работу? ― спросила Фрида, проглатывая очередной кусок ветчины, нарезанной тончайшим слоем.

– Сегодня плановая уборка. Ника сказала можно не приходить.

– Она хороший менеджер.

– Только сильно приставучий.

– Снова позвала на свидание?

– Не люблю рыжих, ― ответил Оливер и улыбнулся. ― Предпочитаю мышек, которые разводят бардак в моей квартире.

– Во всех комнатах идеальный порядок. Ты сам позволил занять этот островок с восточными окнами.

– И ты превратила его в хаос. Словно здесь побывал ураган.

Фрида показала язык и отвернулась. Порядок всегда был ее слабой стороной, как в жизни, так и в комнате.

– Кажется, я нашел тебе работу, ― сказал Оливер.

Его взгляд пробежался по одной из газет.

– В этих объявлениях требуются только массажистки или специалисты с дипломом и стажем не менее пяти лет.

– Еще, и чтобы молодая и красивая. Точно не подходишь.

Подушка полетела прямо в Оливера. Он усмехнулся, когда поймал ее в дюйме от лица.

– И что там пишут? ― спросила Фрида, напоминая про объявление.

– Владелец дома ищет сиделку для четырех пожилых родственниц. Главное условие ― умение ладить с пенсионерами, ― сказал Оливер и ухмыльнулся, после чего добавил: ― Нет. Не подойдешь. Еще требуется беспрекословное послушание. У тебя с этим явно проблемы.

Фрида фыркнула и печально посмотрела на друга. Ей действительно нужна была работа. Не могла же она жить у него на шее всю оставшуюся жизнь. Это неправильно.

– Что еще там написано? ― сухо спросила девушка.

– Жилье и еда бесплатно. Все расходы берет на себе владелец. Зарплата… ― голос Оливера замер.

– Что? Какая зарплата?

– Я столько и за полгода не зарабатываю. Точно какой-то аферист. Продаст тебя в арабские страны или на органы.

– Зато выберусь из страны хоть раз в жизни.

– А может станешь женой шейха. Круто. Рискнешь?

Фрида посмотрела на друга исподлобья. Она знала, что он шутит и никогда бы ее не отпустил к сомнительному работодателю. В доказательство ее мыслей, газета легла на общую кучу новостной макулатуры. Оливер подмигнул и сказал:

– Я первый в душ.

– Надеюсь, теплая вода после тебя останется.

– Можем пойти вместе, ― сказал друг, замирая у двери.

Вторая подушка на этот раз попала в цель. Оливер улыбнулся и вышел.

***

Дверь высотного офисного здания открылась и выпустила Фриду на свежий воздух. Очередное собеседование закончилось словами: «Мы вам позвоним».

– Ну у них и фантазия, ― воскликнула она, доставая из кармана помятую пачку. ― Пятое на сегодня место и всегда один ответ.

Зажигалка щелкнула, но не зажглась.

– Черт. Только не сейчас.

Огонь не внял ее мольбам. Сигарета сломалась надвое и полетела в ближайшую урну. Фрида торопливо поспешила к машине. Черный брючный костюм теснил движение и не позволял дышать. Не успела она расстегнуть верхнюю пуговицу, как пошатнулась и чуть не налетела на охранника. Он вовремя выставил руки вперед и поймал «порхающую птицу».

– Вы что пьяны? ― спросил грубо мужчина в синей форме.

– Каблук сломался, ― сказала Фрида очевидный факт.

Она сняла туфлю и посмотрела на испорченную стоимость трех из своих сгоревших картин. Губы сжались в одну линию.

– Ужасный день, ― подытожила Фрида.

– Стоило смотреть под ноги, ― огрызнулся охранник, отпуская ее предплечье.

– Спасибо, буду знать.

Колкость распалась на маленькие осколки, когда врезалась в неприступную стену безразличия мужчины в форме. Фрида с удовольствием бы стукнула его по голове, но проблем на сегодня ей было предостаточно. Не хватало еще провести ночь в тюрьме. Получилось бы отличное завершение дня и очередного полного провала. Фрида успела посетить парочку галерей и придорожных кафе. Работники искусства от нее сразу же отмахнулись. Официанткой тоже не взяли. Фрида могла бы попросить Оливера и устроится в кофейню, но это было бы слишком нагло. За проживание в его квартире, девушка платила уборкой. К кухне он ее не подпускал. Друг питался только той едой, которую приготовил собственноручно. Фрида не настаивала, так как готовила явно хуже.

Девушка бросила беглый взгляд на офисное здание строительной фирмы. Им требовался экономист, но не она. Работодатель всем своим видом дал понять, что желает видеть только обученных специалистов. Фрида под этот критерий не подходила, имея опыт работы только в своей любимой мастерской и в парочке закусочных за кассовым аппаратом.

Хромая на одну ногу, девушка дошла до машины и села внутрь, кинув рюкзак на сидение рядом. Синий мишка никак не гармонировал со строгостью костюма, но другой сумки у нее не было. Только этот рюкзак с телефоном и документами. Еще кошельком с парой купюр. На бензин пришлось занять у Оливера. От этого стало еще хуже. Фрида положила голову на руль и прикусила губу. Она всегда так делала, чтобы не заплакать. В салоне вдруг заиграла знакомая музыка. Девушка достала из рюкзака телефон, на экране которого засветилось одно слово: «Мама».

– Не самое лучшее время для твоих нравоучений, ― сказала девушка и засунула телефон обратно.

Хотелось напиться и исчезнуть. Испариться в воздухе. Лопнуть словно мыльный пузырь. Бах и все. Нет проблем. Тебя не существует и их тоже.

– Соберись тряпка, ― процедила Фрида сквозь зубы. ― Ты сильная. Ты справишься. Как всегда.

Она повернула ключ зажигания и услышала, как загудел мотор. Машина медленно покатилась по дороге в поисках знакомого маршрута. Кофейня Оливера была в самом центре оживленного Мегаполиса. Пришлось простоять в пробке целых три часа, чтобы добраться до нужной улицы. Когда она подъехала, был уже вечер. Фрида зашла в просторное светлое помещение почти бесшумно и босиком. Только колокольчик над дверью афишировал ее прибытие. В животе заныло от смеси аромата кофе и фруктовых пироженных. Только сейчас Фрида задумалась, что ничего не ела с утра. Ноги плелись словно ватные, а на душе скреблись кошки. Хотелось упасть здесь в центре зала и устроить истерику, как маленькой девочке, которая впервые нашла в магазине отдел игрушек.

– Вы заказывали столик? ― раздался вопрос над опущенной головой.

Фрида подняла взгляд на рыжеволосую девушку, которая посмотрела на нее словно инквизиция на Жанну Дарк перед тем, как сжечь ее на костре.

– А это ты, Мышка, ― произнесла девушка с явным сарказмом.

– Не терпится занять мою комнату в квартире Оливера?

– Никогда не понимала, что он в тебе такого нашел. Седые растрепанные волосы и сплошные проблемы. Ты ему не пара.

– Фрида! ― раздался крик Оливера за спиной у Ники.

Девушка подпрыгнула от неожиданности и поменялась в лице. От прошлой мигеры ничего не осталось, только лучезарная улыбка и глупо хлопающие ресницы, словно у куклы с экрана телевизора.

– Да, Хомяк. Это снова я, ― сказала Фрида и поймала на себе убийственный взгляд менеджера кофейни.

– Проходи. Не стой на пороге, ― торопливо сказал друг.

– У нас нет свободных столиков, ― протараторила рыжая.

– Пока здесь главный я, для нее всегда найдется место.

Ника поджала губы, пока Оливер уводил Фриду к барной стойке. Он хоть и был владельцем кофейни, но часто сам обслуживал посетителей. К нему выстраивались целые очереди. Особенно девушки. Оливер всегда пользовался популярностью у противоположного пола, но не с кем не встречался дольше недели. Фрида знала о его любовных похождениях и чувствовала себя неловко за то, что заняла квартиру. Неделя ― недолгий срок, но для девушки она казалась бесконечной пыткой. Поиск работы заканчивался провалом и сожженными нервами.

– У тебя есть зажигалка? ― спросила Фрида, когда села за барную стойку.

– Для вас что угодно, мадам, но лучше предложу чашечку кофе. Для твоей же пользы, ― ответил друг.

Он поставил перед ней чашку с дивными ароматными нотками ванили и персика. Любимый сорт Фриды. Она могла себе позволить его только здесь и за это ей было вдвойне паршиво.

– Опять не взяли? ― спросил Оливер, натирая полотенцем пустую чашку.

Вечером в кофейне почти никого не было. Фрида окинула уставшим взглядом зал и кивнула со словами:

– Кажется, меня прокляли.

– Да что ты. Неужели ты отказалась перевести старушку через дорогу?

– Хуже.

– Забыла при этом понести ее сумку.

– Очень смешно.

– Но ты ведь улыбнулась, ― ответил Оливер на бурчание.

– Мне нужно чудо, ― сказала Фрида, рухнув лбом на столешницу.

– Выходи за меня замуж, ― неожиданно предложил друг.

– Чего?! ― воскликнула Фрида, резко подняв голову. ― С ума сошел? У тебя температура? Ты точно хорошо себя чувствуешь? Не тошнит?

– Серьезно, Фрида, ― оборвал он ее монолог.

Оливер поставил чашку и отложил полотенце. Его ладони накрыли холодные руки. Девушка отдернула их, но друг не успокоился и произнес:

– У меня есть деньги. Женская часть половины города мечтает забраться ко мне в кровать…

– Ты преувеличиваешь, ― прервала его Фрида, удивленно изогнув бровь.

– Ничуть. Я решение всех твоих проблем. То чудо, о котором ты просила. Скажи всего лишь: «да» и сможешь дальше рисовать. Я куплю тебе новую мастерскую.

– Это уже слишком.

Фрида сорвалась со стула в попытке сбежать, но задела локтем чашку. Черная жидкость вылилась на босые ноги. Кофе не успело остыть. Девушка вскрикнула, наступив на белые осколки с коричневыми пятнами.

– Вечно с тобой так. Стой. Я принесу льда и аптечку, ― воскликнул Оливер.

– Я и так слишком долго пользовалась твоим гостеприимством. Пора это прекращать, ― сказала Фрида и побежала к выходу.

Нога горела от боли, а слезы душили, стекая по щекам. Девушка столкнулась с удивленной Никой.

– Смотри, куда летишь, ― воскликнула рыжеволосая, но Фрида ничего не ответила.

Она выбежала на асфальтную дорожку и быстро нашла свою развалюху среди прочих дорогих авто. Погони не было. Фрида вздохнула с облегчением. Кофейня должна была закрыться в десять. У девушки было два часа, чтобы собрать вещи и покинуть квартиру. Она нащупала на заднем сидении бутылку с водой и аптечку. К счастью, в последней была мазь от ожогов. Фрида обработала рану в спартанских условиях и завела мотор. Машина помчала через два квартала, прямо к зажиточной высотке. Лишь фонари освещали улицу, когда девушка надавила на тормоз, наехав на белую линию на парковке. Фрида даже не закрыла на замок дверь, когда выскочила из машины и побежала в сторону дома. Ночной город выглядел красиво с десятого этажа, но сейчас девушке было не до этого. Замок щелкнул, и запах ванили наполнил ноздри. Любимый аромат Оливера был повсюду в каждой комнате. Раньше Фрида тоже любила его, но сейчас ее тошнило только от одного упоминания о друге.

– Свадьба? С ним? Да никогда в жизни. Он ведь друг. Хороший, но друг, ― кричала в пустоту девушка, чувствуя на губах соленый привкус.

Она побежала в комнату и собрала в охапку все вещи. Пару маек, куртку и старые потертые джинсы. Нашла в ванне зубную щетку и в коридоре одну пару кроссовок. Одев их на босые ноги, Фрида оглянулась и почувствовала тупую боль в области груди. Ноющую и жгучую. Словно горячий кофе ошпарил не на ногу, а сердце. Теперь ей было некуда идти. Только машина и дорога. Домой она не собиралась возвращаться и под дулом пистолета. Вдруг взгляд задержался на газете. Ее край торчал из общего кубла вещей. Одежда полетела на пол. Фрида достала помятую бумагу и стала искать объявление. Она нашла его между предложением познакомится с очаровательным мужчиной и поиском сиделки. Все, как и говорил Оливер. Предлагалось жилье, еда и хорошая зарплата в обмен на уход за четырьмя пенсионерками. За те деньги, что предлагались, Фриде достаточно было проработать в этот месте всего лишь год. Этого вполне б хватило, чтобы купить новую мастерскую.

– Как они уживаются под одной крышей? ― спросила Фрида. ― Ну, опыт в этом деле у меня есть. Дед тоже был не подарок, но мы отлично ладили.

Мобильный телефон остался в машине. В районе, где живут богачи не было смысла переживать за свою развалюху, даже забыв ее закрыть среди ночи. Фрида сделала два шага в сторону кухни и наткнулась на стационарный телефон. Из трубки послышался длинный гудок. Она набрала номер и только потом вспомнила, что возможно уже поздно. На часах было почти девять. Хотелось бросить трубку, но мужской голос вовремя остановил.

– Слушаю, ― сказал незнакомец.

Фрида боролась с желанием бросить трубку и ответить тому, чей голос лишил ее дара речи. Он дурманил словно крепкий кофе и в то же время казался сладким, как сахарный сироп. Почему-то ей вновь захотелось его услышать, и Фрида спросила:

– Вам нужна сиделка?

– Да.

– Для четырех пожилых женщин.

– Именно.

– Когда можно приехать.

– Хоть сейчас.

Фрида посмотрела на объявление, в котором был адрес. Владелец даже не побоялся его публиковать в газете с тиражом более тысячи экземпляров. Это настораживало.

– Так вам разогревать ужин, мисс…

– Фрида. Просто Фрида. Без мисс.

– Мистер Клейтон Фостер.

– Что вы сказали?

– Так меня зовут. Каков ваш ответ, Фрида?

– На что?

– На мой вопрос по поводу ужина.

Фрида стояла словно завороженная чудным голосом, который лился из трубки, как музыка органа. Таинственная и беспощадная. Она бросила обеспокоенный взгляд на адрес. Название города показалось знакомым. Дед упоминал о нем пару раз и все хотел отвезти Фриду туда на выходные, но умер прежде, чем это случилось. Сердце сжалось в тугой ком при воспоминании о морщинистом лице и доброй улыбке. До Расл Томба было пол дня езды.

– Я буду у вас завтра к полудню, ― решилась все-таки Фрида.

– Хорошо, ― ответил незнакомец и бросил трубку.

Она нервно выдохнула. Отступать было поздно. Маленький винтик запустил механизм и отвертеться от него не было шанса. Фрида последний раз посмотрела на уютную квартиру.

«Пусть будет так. Мне больше нечего терять».

Глава 2: Чай с ромашкой

Извилистая дорога вела автобус через лес. Фрида прижалась лбом к стеклу, стараясь не думать о духоте и своем необдуманном поступке. Ей пришлось продать машину деда, чтобы расплатиться с долгами и купить себе билет. К счастью для нее, сосед Оливера давно хотел обзавестись еще одним антиквариатом в коллекцию. Он дал ей меньше, чем стоят золотые воспоминания детства, но этого хватило на самое необходимое. Девушка смогла купить билет на автобус, приличные джинсы и рубашку в стиле типичной домохозяйки. Это должно было понравиться пенсионерам, но не Фриде. Она бросила взгляд на серость и однотонность своего костюма и зацепилась за кулон. Он был единственным, что осталось в память о дедушке. Золотой полумесяц. Фрида никогда с ним не расставалась, как и с машиной. Чувство предательства застряло комом в горле. Большую часть вырученных денег она оставила в квартире Оливера на столе за радушное гостеприимство.

Остаток ― положила на депозит, надеясь, что он не понадобится. Брови Фриды сошлись на переносице от воспоминания поступка друга в кофейне. Она не была готова к такому повороту. Он разрушил все: многолетнюю дружбу, и ее единственный шанс встать на ноги самостоятельно. Теперь девушке требовалось помощь. Взгляд прошелся по глади стекла, высоким деревьям, которые подпирали окраину дороги и девушке. Фрида сильнее вжалась в окно. Она готова была поклясться, что видела незнакомку в белом платье, выходящую из лесной чащи.

Автобус проехал еще пару миль, помогая выкинуть видение из головы. Фрида успела расслабиться и откинуться на сидение, восстанавливая в голове попытки самобичевания, как вдруг водитель нажал на тормоза и открыл дверь. Фрида сидела ближе всех к выходу и сразу отвлеклась на парня, который вошел. Его лицо скрыла кепка, но ее привлекло не это, а сумка с разноцветными орнаментами. Она бы идеально подошла для художника.

– Можно присесть? ― неожиданно спросил незнакомец.

Фрида не сразу смогла ответить. Она посмотрела в салон. Мест действительно больше не было. Девушка кивнула после того, как смогла рассмотреть лицо. Острые скулы и узко посаженные глаза хорошо врезались в память. Она крепче прижала к себе рюкзак в виде синего мишки и легкую куртку.

– Едите в Расл Томб? ― спросил незнакомец, присаживаясь рядом.

Фрида вздрогнула, но кивнула в ответ.

– Я тоже. Кстати, меня зовут Дерек.

– А меня «Не желаю знакомиться», ― буркнула Фрида и отвернулась к окну.

– Значит, колючка. Ну да ладно. Придеться слушать музыку.

Дерек вытащил из кармана телефон и сунул в ухо наушник. Из него послышался легкий рок. Фрида не знала, что за песня играла, и не горела желанием узнавать музыкальные предпочтения незнакомца. Она снова уткнулась лбом в стекло. Ей было страшно. Пугала неизвестность и то, что ждет ее в новом городе вдали от всех знакомых лиц. Фрида всматривалась в кору деревьев и колыхающиеся на ветру листья, когда увидела ее. Незнакомка с черными как смоль волосами отодвинула ветку и посмотрела на Фриду. Ее сердце готово было выпрыгнуть из груди от безумного взгляда со смесью жестокости. Лицо девушки казалось бледнее молочной пены. На ней было тонкое летнее платье на широких бретельках, полы которого ― изодраны и в грязи. Она подняла руку, словно звала Фриду за собой. Солнце зашло за облако. Фрида обернулась, надеясь, что кто-то из пассажиров тоже увидел незнакомку, но в салоне никто не закричал и не тыкал пальцем в сторону леса. Она вновь посмотрела в окно, но под деревом уже никого не было. Внутри что-то щелкнуло, и дверь автобуса захлопнулась. Водитель направил транспорт дальше по дороге. Фрида сильней прижала к себе вещи, чувствуя, как по телу расползается могильный холод. Она была уверена, что видела незнакомку, но не хотела в это верить. «Соберись, Фрида», ― пронеслось в голове. Девушка пыталась унять дрожь и плохое предчувствие, которое нарастало с приближением города.

Остаток пути никто не приставал с вопросами, и незнакомки в изодранном платье больше не мерещились. На часах в телефоне было одиннадцать, когда водитель повернул влево и показалась надпись «Добро пожаловать в Расл Томб». Она стояла на окраине дороги и встречала всех гостей выцветшей краской. На четырех длинных досках позади букв было нарисовано дерево, похожее на яблоню. Первый попавшийся дом оказался с камышовой крышей. Девушка поморщилось от мысли в какой дыре придеться жить. За ним виднелось еще пара домиков. Чуть ниже ― квадратный загон, сложенный из камней. Рядом послышалось объяснение женщины своей соседке, что сооружение называется Фурт. В него загоняли животину, которая отбилась от стада и требовали денег с хозяина, когда он за ней приходил. Фрида не придала этому большого значения и засунула телефон обратно в карман. Лес быстро кончился, и она увидела дома. Первый из них справа принадлежал доктору. Об этом сообщила все та же женщина. Оградка скрылась под сочной листвой, а сам дом манил ярким желтым цветом.

Улица вывела автобус на главную ― рыночную площадь. В центре ее возвышалось необычное сооружение в виде крытой веранды со столбом посередине и с высокой пирамидальной крышей. Рядом с ним стояло еще более озадачивающее строение.

– Это Батен Кром. Использовалось оно для того, чтобы слезть с коня или наоборот залезть, ― сказал все тот же женский голос.

«Словно на экскурсии побывала», ― подумала Фрида, рассматривая куда ведут две других улицы, кроме той, по которой они въехали в город.

Люди пожилого возраста стали медленно продвигаться к выходу. Девушка решила подождать, пока все покинут автобус, чтобы не толпиться на узком проходе. Пока транспорт искал место, где остановиться, за окном мелькали двухэтажные постройки. Жилые дома тесно переплетались с маленькими магазинчиками. Город казался не сильно оживленным. Автобус остановился напротив банка возле необычного сооружения в центре площади.

– Приехали, ― крикнул водитель. ― Выходите по одному. Не переживайте, всех выпущу.

Фрида нервно сглотнула. «Вот и все», ― подумала она, наблюдая как автобус медленно пустеет. Она обвела взглядом пассажиров, которые топтались на месте, и только тогда увидела, что ее сосед спит. Кепка съехала на глаза, а в наушниках до сих пор играл рок. Фрида толкнула Дерека в плечо.

– Что? Что случилось? ― затараторил он от неожиданности.

– Приехали, ― коротко бросила Фрида и направилась к выходу.

– Может пообедаем?

– Не думаю, ― ответила она и юркнула в открытую дверь.

Фрида постаралась как можно быстрее исчезнуть с зоны видимости и спряталась за колонной возле здания банка. Дерек вышел не сразу. Фрида уже подумала, что он растворился в воздухе, как увидела знакомую кепку и прижалась к холодному бетону. Сердце бешено заколотилось, собираясь выпрыгнуть из груди. К счастью, Дерек пошел в другую сторону, и она облегченно вздохнула. Обрывок газеты с объявлением был на дне рюкзака. Фрида достала его, чтобы напомнить себе адрес. Легче было спросить у прохожих, где находится указанный дом. Дверь за спиной хлопнула, и Фрида резко обернулась. Из здания суда вышел мужчина. Он достал из кармана пачку сигарет и подкурил. Девушка облизнула пересохшие от волнения губы, и уняла желание попросить одну для себя. «Бабушкам точно не понравится, если я буду пахнуть табаком», ― подумала она и пошла навстречу незнакомцу.

– Извините, не подскажите, где находится этот дом? ― спросила Фрида, показывая объявление на обрывке газеты.

– Конечно, ― ответил мужчина с характерным акцентом. ― Что там у тебя?

Он взял протянутое клочок бумаги и прошелся взглядом по печатным буквам выделенным жирным шрифтом. Цвет лица незнакомца быстро изменился, словно краски заменили на чисто белый в зеленую крапинку. Фрида впервые видела такую реакцию на клочок бумаги. Словно звоночек зазвенел возле уха, когда незнакомец вернул обрывок газеты и кинул сигарету под ногу, затушив краем ботинка.

– Так вы знаете, где находится этот адрес? ― не успела повторить вопрос Фрида, как мужчина замахал перед ней руками и бросился обратно в приоткрытую дверь здания суда. ― И что сейчас было?

Вопрос девушки подхватил ветер и унес к еще одному прохожему.

– Вам помочь? ― спросил молодой парень в зеленой толстовке.

– Да. Я ищу этот адрес.

Незнакомец посмотрел на объявление, и снова все повторилось. Он ускорил шаг к углу здания, не сказав при этом не слова.

– Что с ними черт возьми? ― не выдержала Фрида.

Она ловила каждого прохожего, но никто не желал рассказывать кто владелец дома и где он живет. Фрида достала из кармана телефон и глянула на часы. Было без пятнадцати двенадцать. Опаздывать в первый же рабочий день не входило в перечень правил хорошего тона. С другой стороны, появилось время задуматься, почему никто не желает говорить о ее новом работодателе. Фрида обессилено села на бордюр возле здания банка. Прохожие стали шарахаться от нее как от прокаженной.

– Не так я представляла себе первый день в чужом городе, ― сказала она, опуская руки. ― Может оно и к лучшему. Сяду на обратный автобус и выйду замуж за Оливера. Мама будет счастлива.

Последнее было сказано почти шепотом с нотками грусти. Фрида вспомнила, как утром отправила маме смс о том, что едет в другой город к подруге. Пропущенных вызовов не было. Возможно, мама была занята или просто не хотела разговаривать об еще одном глупом поступке своей дочери. Руки Фриды так и тянулись к сигаретам. Горло жгло словно в нем развели костер. Спасало только печенье в рюкзаке, которое быстро уменьшалось в количестве. Обрывок газеты мирно покоился в кармане, и Фрида посмотрела на табло расписания. Следующий автобус должен был приехать не раньше, чем в шесть часов вечера. Слишком долго, чтобы просто сидеть и думать о своем невезении. Фрида засунула печенье обратно в рюкзак и крепко сжала кулаки до побелевших костяшек.

– Возвращаюсь домой и будет, что будет, ― сказала она себе. ― Нет смысла искать того, кого все боятся.

Призыв сработал, но не так как ожидалось. Фрида почувствовала, как поднялся ветер. Он заставил ее повернуть голову, чтобы спрятать глаза от пыли, и взгляд задержался на двери с золотыми узорами. Они были похожи на ветви дерева. Ветер увеличивался, срывая шляпы прохожих. Девушка поднялась на ноги и пошла в сторону магазинчика. С виду он казался антикварной лавкой. За стеклом стояли шкатулки и фигурки животных из разного вида древесины. Ветер подтолкнул Фриду к двери. Она дернула за ручку и услышала над головой звон колокольчика.

– Здесь есть кто-нибудь? ― спросила Фрида, когда вошла внутрь.

Никто не ответил. Она закрыла дверь и увидела в окно, что ветер успокоился. Прохожие больше не кутались в кофты, сгибаясь под тяжестью воздуха.

– С этим городом точно что-то не так, ― сказала Фрида.

– Весной он особенно прекрасен, ― раздался за спиной женский голос.

Фрида резко повернулась. За прилавком стояла незнакомка одного возраста с ее матерью. Плюс-минус пять лет. Густые темные волосы были собраны сзади заколкой, освобождая острые уши. Она с интересом наблюдала за Фридой, когда та хотела провалиться сквозь землю.

– Я наверно ошиблась адресом. Извините, ― ответила она и бросилась к двери.

– Вижу, вы приезжая, ― крикнула женщина вслед. ― Может, купите сувенир? Отдам с хорошей скидкой.

Рука Фриды замерла на дверной ручке. «Почему бы и нет, ― пронеслось в голове. ― Все равно автобуса ждать до вечера». Она повернулась и нерешительно кивнула.

– Вот и славно, ― ответила незнакомка. ― Выбирайте, что понравится, а я пока заварю чай с ромашкой. Вижу, некоторым не помешает успокоить нервы.

Женщина скрылась за занавеской с растительными орнаментами. Фрида осталась в недоумении стоять и рассматривать заставленные полки. Она не могла понять, как можно было оставить постороннего человека со всем этим богатством наедине. Фрида могла взять что угодно и выйти за дверь. Конечно, она не собиралась так делать, но не понимала, чем заслужила такое доверие. Ее взгляд скользнул по шкафчикам. Здесь все было из дерева: полки, стены, даже ложки и тарелки. Фрида не могла отвести глаз от удивительной резной работы. Все это сделал человек собственными руками. По-другому и быть не могло. Девушка не верила, что можно вдохнуть в дерево жизнь и сделать фигурки лошадей такими реальными. Она никогда не видела такого. Хотелось коснуться всего, но в то же время было страшно. Фрида боялась случайно сломать любую из фигурок. Руки крепко держали куртку и синего мишку, пока на взгляд не попала шкатулка. На ее крышке была выжжена цветущая яблоневая ветвь.

Фрида положила вещи на пол и коснулась ее кончиками пальцев. По телу словно пробежал ток. Горячее дыхание обожгло кожу шеи. Она обернулась, но за спиной никого не оказалось. Фрида осмотрела весь магазинчик. Посетителей не было, как и хозяйки. Она взяла в руки шкатулку, заинтересовавшись узорами. Задняя панель будто символизировала зиму из-за наличия редких листьев и голых ветвей. С одной стороны − весна с распутавшимися цветами. С другой − осень с виноградной лозой. Передняя панель радовала обилием солнца, листьев и цветов.

Интерес взял вверх, и Фрида приоткрыла шкатулку. Удивление отразилось на лице, когда внутри оказался только листок. Он был из дерева, но в точности как настоящий. Фрида аккуратно достала его из шкатулки и держала в руках словно драгоценность. Листок прожигал ладонь насквозь своим теплом.

– Уже выбрали? ― неожиданно раздался голос хозяйки.

Фрида чуть не уронила находку на пол, но вовремя сжала руку. Она хотела положить листок обратно в шкатулку, как услышала голос женщины возле плеча:

– Интересная находка. Я и забыла, что он есть в лавке.

– Извините, ― ответила Фрида. ― Мне очень понравилась шкатулка.

– Вы хотите взять ее?

– Нет.

– Возможно, кулон?

– Какой?

– Вот этот.

Женщина указала пальцем на листок. Только сейчас Фрида заметила небольшую дырку возле его основания. Тот, кто сделал эту вещь, явно хотел, чтобы листок носили на шее. Ближе к сердцу. Так подумала Фрида. Вернее, ее творческая натура, которая не может сидеть без дела и готова была на фантазировать что угодно.

– А можно его взять?

– Раз ты его нашла, отдам бесплатно.

– Нет. Я не могу принять такой подарок. Сколько он стоит? ― затараторила Фрида, поднимая с пола рюкзак.

– Если ты настаиваешь, то я отдам кулон за небольшую услугу. Согласна? ― спросила незнакомка, изогнув бровь.

– Конечно. Что именно?

– Для начала выпей со мной чай.

Женщина подвела Фриду к столику, который скрывался в углу магазина за шкафчиками. Зеленая скатерть была украшена белыми цветами. На ней стоял сервиз цвета морской пены. От чайника поднималась струйка пара с приятным ароматом. Фрида невольно втянула его в себя и улыбнулась. Впервые за весь день.

– Вы же не хотите меня отравить? ― спросила она.

– А кто мне тогда выполнит услугу?

Легкий смешок женщины резанул слух. Фрида присела на край стула и положила на пол вещи, сжимая в ладони желанный кулон.

– Давай помогу, ― предложила незнакомка и протянула руку.

Фрида нерешительно отдала листок, и заняла руки чашкой. Чай оказался очень вкусным. Фруктовые нотки с запахом ромашки расслабляли и настраивали на доверительную обстановку. Тем временем, женщина достала из кармана черный шнурок и ловко подцепила на него листок из дерева. С виду кулон казался совсем обычным и ничем не примечательным, но девушка ощутила легкий трепет, когда представила, как он будет висеть на ее шее. В листке было что-то интимное и до боли знакомое. Словно не Фрида его нашла, а он доверился ей, выбрав из тысячи других посетителей необычной лавки.

– Ну вот. Теперь ты его не потеряешь. Можно? ― спросила женщина, предлагая надеть кулон на шею.

Фрида согласилась, убирая волосы на плечо.

– Вот и отлично, ― подытожила владелица магазина, когда увидела плоды своих стараний. ― Как тебе чай?

– Спасибо. Очень вкусный, ― ответила Фрида, не успев сделать очередной глоток и поставила чашку на блюдце. ― Так какую услугу вы желаете мне поручить?

Женщина встала из-за стола и исчезла за высокими шкафчиками. Ее не было не больше минуты. Она вернулась, держа в руках сверток. На нем лежало запечатанное воском письмо словно сделанное в период средневековья.

– Хочу отдать тебе еще вот это, ― сказала незнакомка, когда вернулась за стол. ― Сверток – это еще один подарок, только обещай, что откроешь его, когда яблоня зацветет.

– Какая яблоня? ― удивленно спросила Фрида.

– Ты узнаешь, ― ответила она, сунув ей в руки что-то тяжелое, скрытое под черной тканью. ― А это письмо ты отдашь своему работодателю. Стоит поспешить. До приема на работу осталось пять минут.

Женщина положила на стол конверт и вытащила из кармана обычный путеводитель, пока Фрида искала телефон. Часы действительно показывали без пяти двенадцать.

– Но откуда вы знаете? ― спросила Фрида, не веря глазам.

– Всему свое время, ― ответила женщина. ― А теперь поспеши. Он не любит, когда заставляют ждать.

– Но как…

– В путеводителе нарисована карта, и где находится дом. Он недалеко. Если поспешишь, то успеешь вовремя.

Фрида растерянно запихнула сверток в рюкзак, схватила письмо и бросилась к выходу.

– Подожди, ― крикнула женщина, когда она взялась за ручку.

– Что-то еще?

Фрида окинула взглядом вещи и заметила, что взяла не все. Незнакомка отдала ей куртку и путеводитель. Ее губы изогнулись в дружелюбной улыбке. Женщина открыла перед ней дверь, указав направление лишь кивком.

– Можно узнать, как вас зовут? ― спросила Фрида, сгребая в охапку свои вещи.

– Селеста, ― загадочно ответила хозяйка магазинчика.

Она осмотрела ее с ног до головы, словно пытаясь запомнить внешний вид, после чего добавила:

– Буду рада увидеть тебя снова. Заходи, когда пожелаешь. А теперь поспеши, потому что он…

– Не любит ждать. Я помню, ― закончила за нее Фрида. ― Скажите, мой работодатель хоть не маньяк?

– Он гораздо лучше, чем думают жители Расл Томба.

– Это хорошо. Спасибо за помощь.

Фрида выскочила на улицу словно ошпаренная. Щеки закололо от морозного воздуха. Погода поменялась. Сложно было поверить, что зима передала свои права. Казалось, что она отчаянно вцепилась в свой пост, желая напоследок насолить людям. Плечи Фриды озябли от холода, и тело напряглось, стараясь сохранить последнее тепло от чая с ромашкой. Прохожие поднимали свои воротники, стараясь спрятать за ними оголенную кожу шеи. Они спешили вернуться в помещение, чтобы укрыться от морозного ветра. Никто не замечал девушку, которая стояла, съежившись на краю обочины. Ее волосы пепельного цвета разметались по плечам, а лицо выражало неподдельное удивление. Фрида вытянула вперед руку и не поверила глазам. На ладонь упала самая настоящая снежинка и тут же растаяла от теплого прикосновения.

Глава 3: Сомнительное знакомство

Фрида мчалась со всех ног. Куртка не спасала от морозного ветра, который возник из ниоткуда и пробирал до синих пальцев. Зубы стучали, но девушка уверенно бежала, ориентируясь по карте доброй незнакомки. Селеста все не выходила у нее из головы. Таинственная женщина и лавка изделий из дерева казались чем-то иным. Словно за узорчатой дверью скрывается целый мир не подвластный человеческому пониманию. Или просто у Фриды разыгралось воображение на фоне стресса и длительного периода не рисования картин. Она соскучилась по запаху краски и плотной бумаге. Но все это требовало денег, которые необходимо было еще заработать. Фрида вновь посмотрела на карту. Дорога привела ее за город. Она еще раз сверилась с красной линией на типографическом путеводителе. Ошибки быть не могло. Дом должен был быть здесь.

Фрида подняла свой взгляд и увидела, что стоит перед старыми воротами. По высокому забору плелись голые ветки плюща, которые скрывали покосившуюся вывеску. Адрес совпадал с тем, что был указан в объявлении. «Вилмслоу, 127». Фрида посмотрела через ржавые прутья на дом. Двухэтажный монстр заставил ее съежится от ужаса. Морозный ветер подул в спину, и Фрида поспешила сократить расстояние с входной дверью. Ворота оказались открыты. Она вошла внутрь двора. Дорога из желтого кирпича вела прямо к порогу. «Словно сейчас из дома выйдет Гудвин», ― подумала девушка, и сердце сжалось. Хотелось бежать на обратный автобус, но ноги не слушались. Фрида замерзла и очень устала. Она еще раз посмотрела на дом и почувствовала, как закололо в боку. На втором этаже колыхнулась штора.

«Конечно, здесь кто-то есть. Это ведь жилой дом, Фрида. Нечего паниковать».

Ее взгляд скользнул по старым кирпичным стенам. Если бы покрасили порог и скосили густые дебри травы, то дом выглядел бы более дружелюбным. А еще можно было бы поставить беседку, сделать качели и завести собаку. «В частном доме лохматый питомец просто необходим», ― подумала Фрида и только сейчас заметила, как в дверном проеме стоял мужчина. Он молчаливо оценивал девушку исподлобья.

– Рад, что вам понравился двор, ― сказал незнакомец, когда понял, что его рассекретили.

«Он ведь не может читать мысли. Верно? Это просто бред», ― подумала Фрида, но вслух сказала:

– Я по поводу работы.

– Вы опоздали на три минуты.

– Но я…

– Четыре. Так работа вам нужна?

Фрида замялась с ответом. Сейчас она и сама не была уверена хочет ли начинать новую жизнь в незнакомом месте с щепетильным чурбаном под крышей. Мужчина был старше ее на лет десять. Возможно, меньше, но потухший взгляд и круги под глазами делали свое дело. Он казался измученным.

«Еще бы. Жить с четырьмя пенсионерами»

Как бы Фрида не уважала возраст, но понимала насколько это тяжело. Им требуется столько же внимания, сколько и маленькому ребенку. Но если последний вынужден слушаться советов старших, то с пожилыми людьми договариваться бесполезно. У них явно больше жизненного опыта, и они каждый раз стараются об этом напомнить. Крыть такую карту нечем, хоть и не всегда пожилые люди бывают правы.

– Если работа вам не нужна, то не буду задерживать, ― сказал мужчина, собираясь закрыть дверь.

– Нет. Стойте, Клейтон, ― крикнула Фрида, вспомнив имя.

– Мистер Клейтон, ― уточнил мужчина. ― Входите. Я не намерен подпирать дверь вечно.

Фрида поспешила выполнить приказ. «Беспрекословное подчинение», ― вспомнила она условие из объявления. Внутри дом оказался еще мрачнее, чем снаружи. Половицы скрипели под ногами. С потолка свисала паутина. Но больше всего Фриду удивило зеркало. На него была накинута грязная тряпка, к которой не прикасались уже лет сто. Девушка даже не была уверена, что это зеркало. Возможно, картина или африканская маска.

«Почему бы и нет. Такие сейчас в моде»

– Нам сюда, ― произнес Клейтон, указывая на дверь слева.

Фрида замялась, и мужчина не стал дожидаться ее решения. Он вошел первым. Девушка последовала за ним. За дверью оказалась мрачная кухня под стать старику-дому. Никаких узорчатых занавесок, полевых цветов в стаканах и цветочных сервизов. Обычный заварник и чашка стояли на столе у окна. Рядом с ними устроилась одинокая тарелка с макаронами. Скорее всего теми, что быстро заваривались. И конечно же яичница. Типичный холостяк стоял рядом, словно приглашая за стол, но его взгляд говорил об обратном.

– Это мне? ― неуверенно спросила Фрида.

– Ты видишь здесь еще кого-то замерзшего? Клацанье твоих зубов раздражает. Сядь и поешь.

– Спасибо, ― еле слышно ответила она и подошла к стулу.

Противный скрип разнесся по комнате.

– Извините, ― произнесла Фрида, когда отодвинула стул и аккуратно присела, боясь, что он развалится прямо под ней.

– Это первый и последний раз, ― произнес Клейтон, присаживаясь напротив.

Он увидел, как округлились глаза девушки и уточнил:

– Впредь эта кухня принадлежит тебе. Сама готовишь. Сама убираешь.

Фрида кивнула, набивая рот теплой едой и запивая горячим чаем.

– Готовишь только для себя.

– Точно. А где ваша тарелка? ― спросила она, когда переживала кусок яичницы.

– Я же сказал, что ты опоздала.

– Извините.

Фрида потупила взгляд, рассматривая две макаронины, которые шевелились. Ей казалось они действительно живые. Пришлось мотнуть головой и выбросить из нее такую чушь. Когда она вновь посмотрела в тарелку, макароны стали обычными и ничем не примечательными.

– Если мне необходимо будет кормить только себя, то как же вы? ― поспешила продолжить разговор Фрида. ― А пенсионерки? Вы меня познакомите? И где мне брать продукты? А что насчет оплаты?

– Вот дерьмо. Плохая была идея обзавестись сиделкой. Ты всегда такая шумная?

– Нет, ― ответила Фрида и вжалась в стул.

Клейтон оценивающе посмотрел на нее, словно решал выставить за дверь свою новую работницу или дать все-таки шанс.

– Мне нужна работа, ― тихо подытожила девушка.

– Вернее деньги, ― уточнил Клейтон. ― Шмотки, побрякушки и кафешки. Впрочем, чему я удивляюсь. Судя по твоему виду, ты никогда не работала, и родители перестали обеспечивать свою любимую дочурку полгода назад. Не больше.

Фрида проглотила колкость и не сказала ни слова. Новый работодатель все равно бы не поверил ее истории. Та и зачем ее рассказывать? Жалость ― была меньшей, что ей сейчас было нужно. Рассказ о бедной девочке, которая начала работать с одиннадцатого класса и отвоевывала свою бюджет у матери вряд ли бы растрогал сердце незнакомца. Детские обиды рвались на поверхность, но Фрида придушила их отложила вилку в сторону.

– Так вам нужна сиделка или нет? ― обиженно спросила она, вернув колкость Клейтону.

– Нужна, ― сухо ответил он. ― Но не мне. И хватит выкать. Я ненамного старше тебя.

– Как скажешь.

Клейтон встал и подошел к холодильнику. На нем был один обычный магнит черного цвета, который держал пару-тройку листов. Мужчина вернулся за стол и бросил бумаги перед Фридой. Взгляд пробежался по заголовку.

– Обязанности?

– И договор. Последнее ты можешь расторгнуть в любой момент. Я не буду расстроен даже если это произойдет завтра или через час. Вот дубликат ключей от всех комнат, кроме самой дальней на втором этаже.

– Почему?

– Она моя.

Фрида прикусила губу и потупила взгляд. Глаза мельком пробежались по печатным буквам, но сейчас она не поняла ни слова. В голове мелькали сотни идей. Одной из них было послать все к черту и уйти, но девушка сдержала порыв. Она снова посмотрела на Клейтона. Что-то в нем притягивало. Фрида вязла в его взгляде словно в зыбучих песках. Тембр его голоса ласкал слух и будоражил тонкие нити сознания.

– Будут вопросы можешь написать их на листке и прикрепить к холодильнику, ― продолжил Клейтон свой монолог, засунув ключи обратно в карман штанов. ― А сейчас предлагаю тебе доесть. Я выйду ненадолго, чтобы дать время подумать.

Он не соврал. Клейтон поднялся и вышел из кухни, оставив Фриду наедине со своими тараканами. Одни из них плясали румбу, другие жались по углам в поисках выхода. Девушка не знала, что ей делать. На голодный желудок плохо думалось. Для начала она решила доесть. Еда оказалась довольно-таки вкусной. Конечно, не такой, как готовил Оливер, но терпимо. Вспомнив друга, Фрида снова прикусила губу. Хотелось бить кулаками стены от безысходности.

«Дурак. Зачем ты это сделал?»

Ей хотелось забыть о глупом предложении друга. Он не звонил, и Фрида была только этому рада. Желание ― снова встать на ноги и сделать это самостоятельно въелось в кожу и дало плоды. Время жертвы обстоятельств прошло. Необходимо было взять себя в руки и заняться хорошо оплачиваемой работой. Жалость к себе только прикормит зверя неудач, а его ни в коем случае нельзя пускать на порог. Займет кровать и наследит в душе грязными лапами.

Фрида отставила пустую тарелку в сторону и вновь посмотрела на список обязанностей. Ей предстояло смотреть за четырьмя пенсионерками. Разговаривать с ними, выполнять просьбы, но главное следить, чтобы они не выходили из комнат и не пересекались с друг другом. Последний пункт Фрида перечитала раза три.

– Я что должна стать надзирательницей. Как в тюрьме, ― сказала она, удивленно рассматривая лист.

За еду ничего не говорилось. Их не нужно было кормить, купать и все такое. Просто разговаривать и держать взаперти.

– Немыслимо, ― воскликнула Фрида.

Взгляд еще раз скользнул по условиям и остановился на слове «Правила».

«Куда же без них»

1. Не заходить в дальнюю комнату на втором этаже!

«Это я уже поняла. Он слишком высокого о себе мнения»

2. Не снимать тряпки с зеркал!

«Ага. Значит, в коридоре было все-таки зеркало»

3. Никогда и не под каким предлогом не прикасаться к яблоне!

«Это еще что такое?»

Фрида вспомнила слова Селесты. Женщина говорила о какой-то ветви.

«Неужели именно это дерево она имела в виду?»

– Смотрю ты уже поела, ― сказал Клейтон в дверном проеме, заставив подскочить Фриду словно испуганного зайца.

Светлые локоны вздернулись вверх и рассыпались по плечам, когда она встала. Лист с условиями и правилами остался в руке, а договор улетел на пол. Клейтон сухо посмотрел на Фриду и сделал шаг вперед. На кухне будто послышался раскат грома. Воздух отяжелел, а на лбу выступила испарина, заставляя светлую прядь неудачно прилипнуть. Клейтон поднял с пола лист и протянул его Фриде. Она не сразу решилась забрать договор, вместо этого внимательно рассматривала незнакомца, пока сознание пыталось прочитать его мысли. Это оказалось совсем не просто. Лицо Клейтона словно высекли из камня. Даже художественный взгляд не смог распознать эмоцию на его скулах. Фрида старалась изо всех сил, но получилось только заметить тень интереса и попытки ее отстраненности. Клейтон пытался изучить новую работницу. Она в это не могла поверить, но произнесла:

– Я согласна с вашими условиями.

– И правилами? ― уточнил мужчина.

– Разумеется.

– Тогда идем.

– А как же договор? Оплата?

Клейтон вышел из кухни и не ответил ни один из вопросов. Фрида подхватила свои вещи и бумаги и бросилась за ним в коридор.

– В договоре указаны сумма и как будет происходить оплата, ― говорил мужчина, не замедляя шаг. ― У тебя есть счет или карточка в банке?

– Да, ― ответила Фрида на ходу.

– Замечательно. Номер укажешь в договоре и напишешь поверх условий и правил. Договор остается у тебя. На нем уже есть моя подпись. Условия и правила прикрепишь к холодильнику, чтобы не забывать о своих обязанностях.

Чем больше Клейтон говорил, тем сильнее ухудшалось настроение Фриды. Он вел ее по мрачному коридору к лестнице. Фрида насчитала тринадцать дверей и такое же количество завешенных зеркал.

– Смотря на твой скудный запас вещей, полагаю ноутбука у тебя нет, ― сказал мужчина, привлекая на себя внимание.

Фрида промолчала, и Клейтон продолжил.

– Компьютер будет ждать тебя в комнате. По нему ты сможешь заказывать еду из города и все необходимое.

– Здесь есть интернет? ― удивленно спросила Фрида, когда они поднялись на второй этаж.

– Я не выхожу в город, поэтому пришлось обзавестись этим чудом науки. Тем более так удобнее выполнять прихоти моих сожительниц. Как ты помнишь из условий, указанных на листе, теперь эта обязанность твоя.

Фрида видела только спину мужчины, но не она приковала ее внимание. Девушка рассматривала извилистые узкие коридоры, которые могли заканчиваться тупиками. Дом действительно имел много тайн и пытался всячески их скрыть. По этой причине двери комнат могли открываться в стены, а лестницы упирались в потолки. Некоторые двери верхних этажей открывались наружу, так что неосторожный гость мог выпасть прямо во двор. В стенах имелись потайные дверцы и окошки, через которые можно было незаметно наблюдать за происходящим в соседних комнатах. Фрида удивленно заглянула в одно окно, где, судя по дверному косяку, рядом должна была находиться комната. Дверь вела на крышу пристройки с дымоходной трубой.

– Не отставай, ― крикнул Клейтон, и Фрида поспешила вдогонку.

Вдруг ее взгляд зацепился за балкон. В самом центре дома была пустота, которая скрывала от всего мира большое старое дерево. Клейтон направил девушку вдоль стен, пока она с замиранием сердца рассматривала черные ветки. На дереве не было ни листочка. Оно казалось мертвым, но в то же время живым.

– Что это? ― удивленно спросила Фрида.

– Третий пункт правил помнишь? ― спросил Клейтон.

– Не прикасаться к яблоне.

– И не спрашивать о ней.

Фриду начинали терзать смутные сомнения насчет правильности своего решения. Она замедлила шаг, не отводя глаз от дерева. Шею словно обожгло. Рука нащупала кулон в виде полумесяца и лист из дерева. Они скрывались под тканью кофты и куртки, но Фрида смогла с легкостью определить их местоположение. Хотелось сорвать украшения с шеи и бежать прочь из дома. Хотелось кричать от боли и тоски, словно Фрида сама стала деревом. Никому не нужным и засохшим до самой макушки.

«Может чувства не мои?»

Она вглядывалась в черную кору дерева, и будто слышала его крик. Ноги понесли ближе к парапету. Перила грубо врезались в живот, и Фрида осталась наедине с деревом. Клейтон пошел дальше по коридору вглубь дома. Черная ветвь словно начала удлиняться как змея, которая готовится к прыжку. Яблоня хотела, чтобы до нее дотронулись, и Фрида вытянула руку.

– Чего застыла? ― раздался голос Клейтона за спиной.

Фрида отвела взгляд от яблони и словно очнулась. Когда ее глаза снова посмотрели на ветвь, она безжизненно торчала в другую сторону.

– Даже не смотри на нее, ― предостерег Клейтон. ― Идем. Мы почти пришли.

Фрида пошла за ним словно кукла, набитая ватой. Она выдохлась. Иссякла. Будто кто-то вел в ее вперед за ручку как детстве, и у нее не было сил возразить. Стать в позу. Топнуть ногой или громко раскричаться. Но в то же время хотелось быть здесь. В странном доме. И смотреть на спину незнакомца. Даже если бы у Фриды появился выбор, она не смогла бы покинуть дом. Не сейчас. Ей казалось, что она всю жизнь шла именно к этому дереву. Все происходило так, как должно было быть. Фрида в этом не сомневалась.

– Когда мне приступать к обязанностям? ― спросила она, когда вышла в коридор.

– С завтрашнего утра.

– А как ориентироваться в доме? Я даже не знаю, как попасть обратно в кухню.

– На кровати тебя будет ждать план дома. Вернее, то крыло, которое можно посещать, ― ответил Клейтон и остановился. – Вот твоя комната.

– Спасибо.

Фрида забрала из его рук связку ключей.

– Надеюсь больше с тобой не увижусь, ― сухо произнес Клейтон. ― Договор рассчитан на год. Напоминаю, при желании всегда можешь расторгнуть или продлить. Если ты им понравишься и будешь следовать инструкциям, сможешь заработать приличную сумму и потратить на всякую ерунду.

– Понравится пожилым дамам? ― переспросила девушка.

– Я бы их так не назвал. Вряд ли они вообще женщины, ― сухо буркнул Клейтон.

Мужчина собирался уйти, но вопрос Фриды задержал его еще на минуту.

– Можно ли мне покидать дом? ― не уверенно спросила она.

Клейтон замялся с ответом. У него был такой вид, словно он об этом и не думал. Мужчина взъерошил свои волосы и тяжело вздохнул.

– Конечно. Но не в ущерб своим обязанностям.

Мужчина снова попытался уйти. Фрида вспомнила о письме.

– Постой, у меня еще есть послание от Селесты. Где же оно?

Пока Фрида рылась в карманах куртки, у Клейтона по коже пробежался озноб. Он знал, кому принадлежит имя и был не очень рад услышать его вновь.

– Вот оно.

Наконец, Фрида достала из кармана старинное письмо.

– Не стоило так утруждаться, ― ответил мужчина, проигнорировав конверт.

Клейтон сильно удивился, когда ему все равно сунули письмо в руку.

– Мне лишь сказали передать, ― ответила Фрида, насупив брови. ― Селеста показалась хорошей женщиной. Спасибо за гостеприимство. Дальше я сама.

Она повернулась к двери лицом и дернула ручку. Замок оказался не заперт. Фрида спасалась бегством в своей новой комнате, пока владелец дома пытался понять:

«Почему именно Фрида откликнулась на объявление? Неужели все повторится? Тогда кто умрет на этот раз? Не стоило ей приезжать»

Глава 4. Незваный гость

Фрида прижалась спиной к спасительной двери, погружаясь во мрак словно морской омут. Рука скользнула по стене и нащупала выключатель. Он клацнул, и комнату осветил мягкий свет старинной люстры под высоким потолком. Взгляд девушки коснулся кровати, черных зашторенных окон и старинного камина.

– Милый интерьер. В типичном стиле древнего особняка, ― сказала девушка, рассматривая шкаф с книжными полками из красного дерева.

Слева была еще одна дверь. Интуиция подсказывала Фриде, что она вела в ванную комнату. Захотелось подойти к окну и пустить в помещение хоть немного солнца, что она и сделала. Фрида пересекла комнату и развела шторы в разные стороны. Тусклый свет упал на каминное кресло с высокой спинкой и бархатной обивкой. Не хватало только одной детали.

– А где же картины?

Фрида знала об интерьерах не понаслышке. Она любила их рисовать, но всегда в комнатах на однотонных стенах изображала картины. Без них девушка не могла представить классический стиль, но здесь не было ни одной. Даже пейзажа Фрида не увидела. Как и зеркал, о чем ясно было написано в правилах.

– Хоть за ноутбук не соврал, ― сказала она, увидев чудо-техники на кровати. ― И за карту.

Схема дома лежала рядом, пугая масштабностью постройки. Она делилась на четыре отдельных разветвленных крыла и центральной части, большая часть которой была отмечена красным. Мишка с вещами полетел на кровать и приземлился рядом с ноутбуком. Фрида вспомнила, что не помыла посуду, но возвращаться на кухню через весь дом не было желания, а уж тем более пересекаться с владельцем всего этого великолепия.

– Разберусь с ней завтра. Сегодня был тяжелый день.

Фрида села на кровать и потянулась к ноутбуку.

– Ну что, друг. Попробуем отыскать что-нибудь на нашего работодателя, ― сказала Фрида и с улыбкой посмотрела на мишку.

Экран засветился и показал страничку браузера. Девушка вела в поисковике адрес дома и начала искать. Страницы мелькали одна за одной. Фотографии дома попадались только издалека и статьи о странных аномалиях, которые происходили в пределах города. Ничего внятного или того, что могло раскрыть тайну старого дерева, а уж тем более его чокнутого владельца. Фрида потянулась рукой к мишке. Молния издала пронзительный звук, и она запустила руку во внутрь рюкзака. Пальцы наткнулись на единственную пачку сигарет. Фрида взяла ее на всякий случай, если будет совсем невмоготу, но сейчас ей нужно было не это. Пальцы зацепили раскрытый пакет с печеньем и достали его наружу. Фрида взяла одно, не глядя. Ей перестала нравиться затея с работой и страшным домом. Еще одно печенье хрустнуло на зубах, когда взгляд зацепился за статью. Грехопадение Адама и Евы, яблоко раздора в древней мифологии, плод бессмертия у кельтов и даже алхимический ингредиент. Чего только не пришлось пережить обычному фрукту, но больше Фрида ничего не нашла о старой яблоне, которая ссохлась. Она потерла глаза пальцами и только сейчас заметила, как за окном стемнело. В комнате стало прохладно. Фрида съежилась, кутаясь в куртку. Она ее так и не сняла, чему была очень рада.

– Какие секреты таит в себе дом?

Вопрос только подстегнул любопытство. Свет люстры начал подозрительно мигать.

– Нет-нет. Даже не думай… Выключаться.

Последнее слово она сказала, когда лампочка погасла, и в комнате воцарился полумрак.

– Отлично. Просто прекрасно. Мало того, что в доме холодно, так еще и нет света.

Эмоции зашкаливали. Но терпение Фриды оборвалось, когда монитор ноутбука изобразил серые полоски.

– И ты туда же. Не вздумай оставлять меня в одиночестве.

Она нежно погладила крышку цвета мокрого асфальта, но он все равно погас.

– Что еще? Может, потолок обрушится на голову или в дверь постучится злой енот. Почему бы и нет. Ведь я мало настрадалась, надо еще тапком прихлопнуть, чтобы не мучилась.

Фрида завалилась на кровать и устало закинула руки за голову. Она смотрела во мрак и чувствовала, что в нем кто-то есть. Это не было мимолетным видением. Девушка кожей ощутила присутствие еще одного человека в комнате. По телу побежал легкий озноб. Она приподнялась на локте и дотянулась до мишки. Рука хаотично натыкалась на расческу, футболку и старые обертки, но девушка искала не их. Ей нужен был телефон. К счастью для Фриды, заиграла знакомая мелодия. Она увидела в рюкзаке свет и вытащила телефон. На экране светилась фотография, где они с Оливером дурачатся в парке.

– Алло.

Фрида приложила трубку к уху и чуть не оглохла от пронзительного крика.

– Куда, ради святых круассанов, ты запропастилась? Фрида, ты в своем уме? Мать места не находит, а сама тыняешься под заборами? Только не говори, что звонила по объявлению? Серьезно? Фрида, на этот раз ты зашла слишком далеко.

Монолог друга успокаивал сердце девушки. Страх немного отступил, но вставить слово было невозможно.

– Только не смей заходить в его дом?

– Я уже здесь.

– Мышка, ты совсем рехнулась?! ― ласковый запас слов у друга кончился.

– Он взял меня на работу.

– Еще бы. На органы пустит. Не смей там засыпать.

– Он меня накормил.

– Фридааааа! Беги оттуда, пока я сам за тобой не приехал!

– Оливер, ты сам виноват в том, что произошло.

– Обычно девушки не сбегают от предложения.

– А как же Сбежавшая невеста? Помнишь, фильм?

– Фрида, та как ребенок ей-богу.

– Вот именно. Тебя посадят.

– Я не это имел в виду.

В трубке повисло молчание. Фрида наконец-то выдохнула. Она села ровно на кровать и уставилась во тьму. Ей бы сейчас не помешало дружеское плечо или Хомячья улыбка.

«Нет. Я должна собраться духом и гордо выстоять словно неприступная скала, Китайская стена или прочие строения, которые выдерживали осаду».

Молчание длилось слишком долго. Это было не похоже на ее друга.

– Оливер?

В ответ тишина.

– Оливер?! ― крикнула Фрида только уже громче.

Из трубки послышались скрип, будто к старому магнитофону поднесли телефон.

– Еще и сеть не ловит. Плохая была идея застрять здесь, ― воскликнула Фрида и почувствовала, как стало еще холоднее.

Клубы пара слетели с губ и повисли в воздухе светлой дымкой. Словно время остановилось и перекрыли кислород. Теперь Фриде было не до шуток. Она действительно испугалась. Свет от телефона резко погас, и по волосам прошлись чьи-то холодные пальцы. Фрида обернулась. За спиной не было никого. Или она просто не могла разглядеть тень, которая скрывалась в полумраке.

– Кто здесь? ― неуверенно спросила Фрида, надеясь, что не услышит ответ, но он последовал в виде скрежета старого кресла.

Фрида нажала на кнопку телефона, чтобы включить подсветку, и направила свет в сторону камина. Кресло качалось само по себе, словно в комнате был сильный сквозняк, но все окна были закрыты. Свет телефона снова погас. Женский хохот наполнил комнату. Фрида подползла ближе к изголовью кровати. Ей хотелось молить о помощи, но она лишь открывала рот, не издавая при этом ни звука. Паника накрывала будто волной.

Фрида… Ты пришла.

– Нет. Меня здесь нет. И тебя тоже. Это сон!

Фрида пыталась заглушить женский голос руками, но все безуспешно. Он был словно у нее в голове. Хотелось закрыть глаза, но страх крепко держал их открытыми. Фрида чувствовала холодные пальцы на своих щеках. Отмахнуться от них было невозможно. Пальцы касались кожи будто дуновение морозного ветра. Фрида не видела, кому они принадлежат. Она боялась поверить, что все происходящее реально.

– Верь в меня, ― нашептывал женский голос.

С каждой просьбой Фрида начинала видеть белые обрывки ткани. Девушка потупила взгляд, но не смогла оторвать его от кровавых потеков. Фрида задержала дыхание. Взгляд рефлекторно пополз вдоль тела, пока не наткнулся на испачканное кровью лицо. Оно было в точности как у девушки, которая выходила из леса. Всего лишь мгновение и бледные пальцы накрыли замерзшие щеки Фриды. Их глаза встретились. Черные глазницы и неприступная серость с бирюзовой каймой.

А теперь найди меня, Фрида. Ты знаешь, где искать.

Перед глазами мелькнул длинный коридор без дверей и окон. Сплошные стены болотного цвета. Фрида бежала по нему со всех ног, пока не заметила впереди дверь. Свет пронизывался сквозь щели, будто приглашая ее войти. Дверь оказалась не заперта, и Фрида дернула ручку. Яркий свет ослепил лишь на мгновение, а за ним пришла тьма. Черная тень схватила за руку и утянула за собой в пустоту. Дверь захлопнулась. Коридор исчез, как и женский голос незнакомки.

***

Будильник разрывался. Его звон разносился по комнате словно воскресные колокола. На полу послышался шум, знаменующий собой признак жизни. Фрида зацепилась рукой за кровать и смогла приподняться, выглядывая из-за матраса. Постельное белье было под ней, а будильник все не умолкал.

– Что ты здесь делаешь? ― спросила она, поглядывая на громкого железного монстра.

Он продолжал звенеть, заставляя одним махом пересечь кровать и нажать на злополучную кнопку. Рука Фриды скользнула по будильнику и задела листок.

– Это еще что такое?

Рука потянулась за запиской, которая сделала пируэт в воздухе и упала на пол. Фрида испытала истинное наслаждение, когда взгляд скользил по каллиграфическому почерку, но ее лицо резко изменилось, как только до сознания дошел смысл слов.

Я знал, что ты не способна встать вовремя и приступить к своим обязанностям. Надеюсь, впредь это не понадобится.

Не забудь, взять ноутбук.

Тебе в восточное крыло.

– Вот… Пусть засунет свои нравоучения…

Фрида посмотрела на часы. Они показывали десять утра. Девушка проверила ноутбук. Аккумулятор сдох. Он даже не включался. «На новом месте всегда плохо спится», ― подумала Фрида, вспоминая вчерашний сон. Она подхватила свой рюкзак и план дома, вспомнив о том, что спала в куртке. Зеркала в комнате конечно же не было. Фрида даже не хотела представлять свой помятый вид, но попыталась разгладить куртку руками. Она собрала волосы в тугой хвост и поспешила скорее вернутся на кухню. Ее ожидал голодный обморок если под руку не попадется хотя бы бутерброд. Коридор, который вел в восточное крыло находился рядом, судя по карте. Фрида надеялась, что быстро найдет верный путь, но это оказалось тяжелее, чем предполагалось. Она никогда не жаловалась на способность чтения карт, но чертыхнулась, когда наткнулась на стену. Этого коридора не было на плане. Вернее, он был, только закрашен красным. Как ее сюда занесло, Фрида не поняла. Пришлось сослаться на недосып и сумбурное пробуждение, чтобы не выглядеть совсем глупой в собственных глазах. Она сунула руку в рюкзак и достала телефон. Часы показывали половину одиннадцатого. Ее взгляд зацепился за скрюченную красную стрелку. Тридцать два пропущенных от Оливера.

– Неужели я так крепко спала?

Вопрос слетел с губ, пока глаза удивленно проверяли список вызовов. Она действительно разговаривала с другом.

– Значит, это был не сон? А женский голос? Бред все это.

В горле застрял ком. Фрида перевела взгляд с телефона на стену. Она хотела поскорее выбраться и поесть, чтобы мозги перестали нести сумбурную чушь про приведения. Взгляд еще раз зацепился за черные и красные линии на листке, который назывался схемой дома. Если это тот коридор, о котором она думала, то стены здесь быть не должно. Это был кратчайший путь, но не самый надежный. Фрида уже пожалела, что вообще покинула комнату, как вдруг услышала, как скребутся мыши. В старом доме могли быть грызуны. Фриду удивило не это, а то, что, судя по звуку, домашние питомцы были размером с енотов. Она сделала шаг к стене. Звук прекратился. Фрида громко выдохнула.

Найди меня, ― послышался знакомый женский голос.

Он словно оседлал сквозняк, который появился неожиданно, и подул в стену.

– Кто здесь? ― спросила Фрида, чувствуя, что сходит с ума.

Ее руки посинели то ли от холода, то ли от страха. Что-то подсказывало, что вчерашнее происшествие не было сном. Рука потянулась к стене, когда сердце готово было разорваться на части. Удар. Еще один. Ускорился пульс.

– Доброе утро, Фрида, ― раздался за спиной голос мистера Клейтона.

Она вздрогнула и прижалась спиной к боковой стене. План дома улетел на пол вместе с мишкой и ее сердцем. Руки прижались к груди, а глаза закрылись от испуга.

– Ты словно приведение, ― произнесла Фрида, переведя дух.

– Если бы это было так, ты бы сейчас выглядела иначе.

– И как же?

– Поверь, лучше тебе не знать. Хотя, судя по внешнему виду, не могу сказать, что ночь выдалась спокойной. Страдаешь бессонницей?

– Кошмарами, ― буркнула Фрида.

– Это объясняет красные глаза и волосы словно у старой щетки.

– Спасибо за комплимент.

– Даже и не думал, ― сухо ответил Клейтон. ― Может, скажешь, что ты забыла в запретных коридорах?

– Ищу выход. Что же еще?

Мужчина оценивающе посмотрел на девушку исподлобья и добавил:

– Так и знал, что от тебя будут одни неприятности.

– Так чего взял на работу?

– Благодари Селесту.

– Обязательно это сделаю, если выберусь отсюда живой.

Клейтон посмотрел на нее так, словно говорил: «И не надейся». Фрида ему почти поверила. В горле скребли кошки, а руки так и не успели унять дрожь. Клейтон поднял ее вещи и всмотрелся в листок.

– Смотрю цвета ты тоже не различаешь.

– Этот путь был самим коротким.

– Пока его не переделали.

– Ах вот оно что, ― виновато ответила Фрида, заправив выбившуюся прядь за ухо и прикусив губу.

– Идем. Нас ждет Венера, ― сказал Клейтон и отдал ей вещи.

Фрида посмотрела на схему и увидела соответствующую надпись на восточном крыле.

– Так это имена, ― догадалась она.

В северном крыле жила Гефея, южном ― Церера, а в западном ― Дионисия.

– Их родители любили греческую мифологию?

Вопрос врезался в спину Клейтона, который как раз скрывался за углом. Фрида поспешила за ним. Сердце до сих пор колотилось как сумасшедшее. Ее не покидало чувство, что у стен тоже есть глаза. Фрида попыталась не отставать, пока голова кипела словно чайник на плите. Она была уверена, что сейчас из ушей повалит пар, и голова взорвется от дурных предположений.

– А почему проход заложили? ― неуверенно спросила Фрида и увидела, как у мужчины напряглась спина.

– Наверно стоит перевести тебя в комнату ближе к кухне, ― бросил он через плечо и привел ее к лестнице.

– Ой, не стоит беспокоиться, ― ответила она и внимательно посмотрела вниз, словно ее там кто-то ждал. ― Так здесь есть еще одна лестница. Почему она не указана на схеме?

– Потому что это запретные коридоры, Фрида, ― сухо ответил Клейтон.

– Ах, да. Как же я могла забыть. Ремонт и все-такое. Эй, подожди меня.

Ее голос разлетелся эхом, пока мужчина скрывался во мраке. Он провел ее по коридору, где не было ни дверей не окон. Даже ламп. Фрида уже подумала, что вновь видит кошмар, стены болотного цвета и свет, за которым скрывается тьма. Но все оказалось гораздо приятней. Причиной яркого пятна на полу стали солнечные лучи пронизывающие грязные стекла на кухне.

– Впредь, ходи только по линиям, которые я тебе расчертил, ― сухо произнес Клейтон. ― А где ноутбук?

– Разрядился. Извиняюсь.

Мужчина вызывающе изогнул бровь. Фрида уже хотела ответить колкостью, как увидела, что лицо Клейтона побелело. Он схватился за кисть и прижался плечом к стене.

– Тебе плохо? Может вызвать врача? ― спросила девушка и потянулась за телефоном.

– Стой.

Голос мужчины был тихим. Фрида еле смогла разобрать, что он сказал.

– Они не любят ждать. Приступай скорей к обязанностям.

– Но как же ты…

– Иди!

Клейтон указал рукой на разветвление проходов по левую сторону от кухни.

– Тебе туда. Поторопись.

Он оттолкнулся от стены и направился вглубь коридора, через который они только что пришли. Спина скрылась в тени, и его силуэт полностью в ней растворился, словно мужчины и не было вовсе.

– Неужели он болен? ― спросила Фрида, всматриваясь во мрак. – Это не мое дело.

Слова были сказаны не совсем уверенно, но она сдержала порыв броситься вслед за Клейтоном. Крепко сжав в одной руке мишку, а в другой план, Фрида пошла вглубь коридора в конце которого была лишь одна дверь. В голове снова мелькнули воспоминания из сна. Они будто преследовали ее, или Фрида всем сердцем желала найти что-то похожее; стены болотного цвета и яркий свет через щели. Но опять неудача. Обои в коридоре были узорчатые с цветочными орнаментами, а сама дверь совсем не та, что открылась во сне. Фрида нервно сглотнула и коснулась пальцами ручки. Она была на удивление теплой, чего нельзя было сказать о блуждающем воздухе по коридорам дома. Замок щелкнул, и дверь поддалась.

– Здравствуй, Фрида, ― сказала миловидная старушка с цветочным горшком в руках. ― Как же долго я тебя ждала.

Глава 5. Весенняя оранжерея

Колокольчик знаменовал собой появление посетителя в лавке «Магическое древо». Солнечный свет проходил сквозь стекла витрины, оставляя желтые пятна на стеллажах. Изделия из дерева будто оживали под косыми лучами. Лакированная поверхность переливалась разноцветными бликами, пока маленькие пылинки кружились в воздухе и медленно оседали. Они хотели скрыть сияние дерева, из которого было сделано каждое изделие. Но посетитель и так не замечал всю интимность момента. Дерек видел всего лишь пыльные полки и антиквариат, который стоил копейки. Сам же он искал более весомый куш. Воздух в лавке Селесты содрогнулся, когда Дерек заговорил.

– Здравствуйте, хозяйка.

Парень снял кепку и осмотрелся вокруг.

– Красиво у вас.

– Спасибо, ― сухо ответила женщина.

Ее рука замерла, но ненадолго. Как только дверь захлопнулась, она продолжила вытирать с полок пыль. Дерек прошел вдоль стеллажей мимо хозяйки.

– Что-то ищите? ― спросила Селеста.

– Девушку.

– Здесь такого нет. Паб «Белый олень» находиться дальше по улице. Я там никогда не была, но люди хвалили здешних официанток, а еще бесперебойную подачу пива.

– Нет. Вы не поняли. Мне нужна всего лишь одна. Девушка только вчера приехала в город.

– И почему вы спрашиваете у меня?

– Люди видели, как она выходила из лавки. Ей нужен был вот этот адрес. Вы знаете, где его найти?

Селеста посмотрела на обрывок бумаги, где кривым почерком было нацарапано пару строчек. Женщина сразу же догадалась о какой девушке идет речь. Ее глаза сузились, когда она снова подняла взгляд на посетителя.

– Мы раньше не встречались? ― подозрительно спросила Селеста.

– Не думаю, ― коротко ответил Дерек и вернул кепку на место.

Его глаза скрылись под черным козырьком.

– Так вы знаете, где находится этот дом? ― спросил он уже настойчивее.

– Почему не спросите у людей?

– Они не желают о нем говорить.

– Так как вы узнали адрес?

– Это уже не ваши проблемы.

– У меня их вообще нет, милок. А вот у тебя появятся, если туда сунешься.

Женщина гордо выпрямилась и вернулась за свое место у кассы. Дерек с интересом наблюдал, как она косится на него весь пройденный путь. Он подошел ближе к стойке и вытащил из грудного кармана фотографию.

– Вы знаете кого-то из них? ― спросил парень, положив изображение перед женщиной.

Двое взрослых мужчин улыбчиво смотрели на Селесту. Их макушки скрывали шляпы одинаковой формы, но разных цветов. Мужчины были словно близнецы, но таковыми не являлись. У того, что с белой шляпой, на шее блестел полумесяц. У другого ― этот блеск был в глазах.

– С чего я должна их знать? Впервые вижу, ― ответила женщина и отвела взгляд.

– С того, что за их спинами ваш магазин, ― добавил Дерек, ткнув пальцем в фотографию.

– И что? Мало ли сколько туристов бывали здесь, а уж тем более стояли возле порога.

Дыхание Дерека было ровным, хоть пальцы и барабанили по столешнице. Губы женщины изогнулись в ухмылке. Тучи за окном сгущались. Начиналась гроза. Первые капли обрушились на дорогу, и за окном можно было увидеть, как люди разбегаются в разные стороны. Оживленная улица опустела. День превратился в ночь, и молния разделила небо напополам.

– Вам стоит поторопиться и вернуться в отель «Дырявый замок».

– Откуда вы знаете, где я остановился?

– Город не любит чужаков.

– И отель всего один.

– Верно. Зато четыре звезды, ― согласилась женщина.

Дерек спрятал фотографию обратно в карман и бросил скользкий взгляд на застекленный прилавок. Его глаза увеличились в размерах, когда он увидел старую газету. На заголовке была потертая временем надпись: «Безжалостный огонь сжег целое состояние». На бесцветной фотографии было видно, как языки пламени поднимаются по черным стенам здания. Рядом было еще одно изображение картины с силуэтом девушки в белом платье, а под ним подпись: «Уильям Реймольд 1600 год. Прекрасная незнакомка» Оценочная стоимость картины: десять миллионов.

– Откуда это здесь? ― спросил Дерек, посмотрев на дату выпуска газеты.

Ей было уже десять лет. Столько же сколько и фотографии мужчин возле магазина.

– Уже и не помню, ― ответила Селеста.

– Это же тот дом. Верно?

– Не понимаю, о чем вы.

– Это здание находится по этому адресу? В нем до сих пор кто-то живет? ― спросил Дерек, тыча пальцем в стекло словно хотел просверлить в нем дырку.

Селеста увидела в его глазах тот же блеск, что и у мужчины на фото в черной шляпе. Раскат грома сотряс в магазине воздух. Их взгляды пересеклись, но ни один не вздрогнул.

– Хотите отдам газету с хорошей скидкой?

– Ай, блин. Бестолковая женщина.

Дерек спрятал фото в карман и поспешил скорее покинуть помещение. Если бы он повернулся, то заметил хмурый взгляд хозяйки, который провожал его до самой двери. На этот раз колокольчика не было слышно. Его заглушил очередной раскат грома и шум дождя. Дерек выскочил на улицу и побежал вдоль пешеходного тротуара.

– История снова повторится, ― произнесла Селеста. ― Надеюсь, на этот раз все закончится не так как десять лет назад.

***

Фрида неуверенно мялась на пороге, поглаживая пальцами два кулона: полумесяц и листок. Они перестали шуршать друг об друга, когда Венера улыбнулась.

– Может выпьем чаю?

Фрида кивнула, и старушка повела ее вглубь оранжереи, не выпуская из рук дивный цветок. Венера поставила горшок на стол с узорчатой скатертью. Старушку скрыла тень беседки, по которой плелись вьющиеся цветы, похожие на плющ, но гораздо красивее. Сама же оранжерея раскинулась далеко вперед. Фрида не могла точно знать, но была уверена, что она больше баскетбольного поля. Потолок из стекла позволял солнечным лучам ласкать теплом каждое растение. Фрида забыла о своей работе, угрюмом владельце дома и всех проблемах. Она рассматривала растения, которые видела впервые. Пестрые кустарники тянулись вверх к цветущим ветвям деревьев. Над ними свисали ползучие цветы словно длинные сережки, берущие начало в горшках, скрытых под сочной листвой. Не хватало только порхающих фей и единорогов, бегущих по каменистым аллеям. Благоухание сводило с ума, а от пестрого колорита голова шла кругом. Фрида хотела взять в руки кисть и попытаться передать хоть каплю всего великолепия. Единственное, она боялась, что у нее не хватит палитры цветов, чтобы перенести увиденное на бумагу.

– Чай остывает, ― поторопила ее Венера.

Фрида сделала шаг, не чувствуя ног. Она медленно добрела до беседки и упала на плетенное кресло. Ароматные нотки вишни и жасмина пощекотали ноздри.

– Как же у вас красиво, ― еле вымолвила Фрида.

– Спасибо. Ты еще не была у фонтана.

– Здесь еще и фонтан есть?

– Конечно, ― ответила старушка со смешком.

– Извините, просто не верится, что… Ой, какие аппетитные булочки.

Фрида почувствовала, как рот наполняется слюной, когда Венера приподняла платок с миски. Девушка принюхалась.

– Еще и с корицей.

– Угощайся, ― предложила старушка и присела напротив.

Живот Фриды предательски заурчал, напоминая, что кроме печенья и вчерашней яичницы в нем ничего не было. Венера внимательно рассматривала гостью, пока та неуверенно откусывала кусок. Это была самая вкусная булочка, которую она когда-либо пробовала.

– Вы сами их приготовили?

– Конечно, а если принесешь мне от Дионисии изюм или фруктов, то они будут еще вкуснее.

– Почему вы сами не можете взять? А точно. Правила дома.

Старушка улыбнулась, но глаза ее казались печальными.

– Вы сестры? ― неуверенно спросила Фрида.

– И да. И нет. Кушай. Вон, какая тощая. Тебе нужны силы, чтобы помогать мне в оранжерее.

– Мои обязанности, ― вспомнила Фрида, сделав глоток и вернув чашку на блюдце. ― Я готова приступить прямо сейчас. Что от меня требуется.

– Для начала прочти вот это.

Венера положила перед девушкой книгу.

– «Садоводство для чайников». Серьезно?

– Ты ведь должна хоть что-то знать. Чем отличаются цветы Абутилон от Агавы? Любит ли Азалия солнце? Что делать если Георгин покрылся тлей или еще хуже ― вирусной мозаикой? Книга будет помогать тебе не только для работы в моей оранжерее. Я занимаюсь цветами и деревьями. Остальные обитательницы дома куда более придирчивей.

– Что же вы такие все огородники не смогли уберечь одну яблоню?

Вопрос вырвался из уст Фриды случайно, и она тут же пожалела о своих словах. Лицо Венеры преобразилось. Миловидная старушка исчезла и стала похожа на старую каргу. Фрида готова была поклясться, что именно она является причиной того, что солнце скрылось за тучу и стало темнее, чем прежде.

– Лучше не приближайся к запретному древу, ― сказала старушка.

«Строки из Библии будто цитирует»

Фрида не рискнула произнести это вслух, тем более что рот был занят более важным делом. Ароматная булочка таяла на языке, оставляя на его кончике нотки корицы. Рука потянулась снова к тарелке. Даже пристальный взгляд Венеры не смог отвадить от угощения достойного самой лучшей кофейни. Девушка невольно вспомнила о пироженных, которые подавали вместе с ее любимым сортом божественного напитка. Вот что скрасило бы ее день. Фрида проглотила слюну только от воспоминания пахучего черного золота в белой чашке, которую тщательно протирал Оливер. Уголки губ снова поползли вниз.

– Если ты закончила, то может приступишь к работе?

Вопрос Венеры напомнил о ее присутствии. Фрида чуть не подавилась очередным куском.

– Конечно, ― ответила она, не прожевавши.

Ей пришлось поспешно сунуть план дома и книгу внутрь мишки и поспешить догнать Венеру, которая уже направилась в сад. Старушка провела ее под цветущими ветвями вишни мимо распустившихся пионов и благоухающей сирени. Аромат манил Фриду словно песни сирен. Она замерла, разглядывая как пчелы едва касаются лепестков и поднимаются ввысь.

– Еще успеешь насмотреться, когда будешь знать, что с цветами делать, ― буркнула Венера через плечо.

– Не стоило упоминать яблоню, ― шепнула в ответ Фрида.

К счастью, старушка ее не услышала. Она даже не замедлила шаг. В углу оранжереи показался миловидный домик, но Венера повела дальше вглубь узкого коридора. Вдоль его стен росли цветы в квадратных ящиках, стоящих на возвышении. Фрида присмотрелась к бассейнам с мутной водой. Растения плавали в них будто кувшинки. Сиреневые бутоны выделялись ярким пятном над сочной листвой. Она была похожа на страницы глянцевого журнала, в отличие от нежных лепестков цветов.

– Что это? ― удивленно спросила Фрида.

– Эйхорния ― ответила Венера. ― Следует тщательно подходить к выбору разновидности растения. Может получиться не надводный цветок, а подводный куст.

Глаза Фриды удивленно округлились. Внимание вдруг привлек живой ансамбль из сотни голосов. Венера привела ее во вторую оранжерею. Она была намного меньше первой. Металлическая сетка ограждала посетителей от птиц. Или наоборот. Защищала гостью от подозрительных пернатых. Она с любопытством рассматривала их яркое оперение.

– Сегодня тебе предстоит почистить клетки.

Фрида изогнула бровь и перевела взгляд на поле своей деятельности.

– Да здесь не чистили лет сто!

– Лопата и тачка стоит в углу. Чтобы, когда я вернулась, все вольеры сверкали. Чуть не забыла. Не вздумай выпустить птиц. Можешь приступать, Фрида.

– Старая…

– Что?

– Говорю: «Спасибо».

Венера ухмыльнулась лишь уголком рта, после чего ушла и оставила Фриду на растерзание своим любимцам, о которых предпочла не заботиться.

«Неудивительно, что Клейтон не желает иметь с ними никаких дел. Лучше бы носки вязала, ей богу»

Если ей раньше казалось, что не стоило поднимать вопрос о способностях Венеры в садоводстве, то сейчас Фрида была полностью в этом уверена. Мишку пришлось оставить в тени дерева.

– Ты будешь свидетелем моего позора, ― сказала она единственному верному другу.

Орудовать лопатой было не в новинку, после парочки осенних экскурсий по полю с картошкой в самый сезон. Фрида хорошо запомнила свои визиты к бабушке по папиной линии. Особенно червяков, которые заставляли собирать в банку для призрачной рыбалки, куда маленьких девочек все равно не берут. Засучив рукава, Фрида направилась в сторону лопаты. Птицы будто поняли ее намерения и замолчали. Тишина окутала уютную оранжерею и придала решимости закончить все как можно быстрее. Десятки если не сотни глаз-бусин следили за каждым ее шагом, пока Фрида медленно подбиралась к вольерам. Запах от них был не лучше, чем вид. Цветы, которые росли рядом, соглашались с ней безоговорочно, демонстративно опустив головы и прикрываясь пожелтевшими листьями. Фрида нашла в кармане старый платок и обвязала им лицо, бросив саму куртку вслед за мишкой. Оставалось только решиться на отчаянный шаг.

– Хорошие птички. Добрые птички, ― произнесла Фрида, открывая замок вольера.

Тишина настораживала, а их повернутые в головы, которые сверлили макушку, и вовсе пугали. Фрида сделала глубокий вдох и вошла внутрь, угодив сразу же в неприятное месиво. Птицы будто только этого и ждали. Они ринулись вниз со страшным гамом. Их чириканье больше не было похоже на свирель. Это был боевой клич. Фрида прикрыла рукой голову. К счастью для нее, птицам была нужна не жертва. Они хотели заполучить свободу. Фрида это поздно поняла. В открытую дверь парочка пернатых все-таки проскочили перед тем, как щелкнул замок и запер оставшихся внутри. Клювы оглушительно врезались в сетку. В воздухе закружились разноцветные перья, заставив громко чихнуть.

– Ладно, братцы, вы можете погулять, ― сказала Фрида, когда буря улеглась и показались беглецы, радостно чирикая на ветке персика. ― Остальные ведите себя тихо. Это ведь и для вашего блага.

Ответом послужило письмо счастья, которое попало на плечо.

– Благодарю, ― ответила она с сарказмом, сделав вид, что ничего не видела.

Как солнце клонилось к закату, так и куча неприятной мерзости росла в углу вольера. Через час Фрида уже не чувствовала запаха, а тем более рук, но уверенно продолжала выполнять поручение. Ей казалось, что прошло уже минимум два дня, но на самом деле ― всего лишь один, но такой продолжительный. Работа была почти завершена на закате. Оставалось только открыть вольер и вывести всю кучу в специальную бочку в углу.

– Будьте паиньками, ― Фрида вновь обратилась к птицам. ― Никто не вылетает и сидит на ветке, плотно закрыв клюв.

Она не была уверена, что ее поняли. Когда рука дернула за металлическую ручку, то Фрида догадалась, что так оно и было. Все повторилось, как и с первыми бунтовщиками, которые все это время мило щебетали на ветке. На этот раз из вольера вылетели все.

– Ну и сидите там, ― устало сказала Фрида и махнула рукой.

Она продолжила выполнять порученную работу и была уверенна, что птицы с нее насмехаются. Платок съехал вниз и бесформенно повис на шее, пока девушка заканчивала орудовать лопатой под птичий галдеж. Теперь они оживились. Было слышно каждого представителя своего вида. Фрида плохо разбиралась в птицах, но сегодня поняла одно:

«Если когда-нибудь решу завести хоть попугая, лучше пристрелите».

– Что здесь происходит? ― неожиданно раздался голос Венеры.

– Сейчас все будет, ― ответила Фрида, облокотившись на лопату.

Она попыталась перевести дух, но руки соскользнули вниз по деревянной палке. С трудом удалось удержаться на ногах и не упасть на дурно пахнущую бочку.

– Надеюсь, ты теперь загонишь их обратно? ― спросила старушка, подперев бока.

Фрида не стала напоминать, как сильно старалась, и что вольер теперь выглядит куда лучше, чем раньше. Она поставила лопату на место и сняла с шеи платок.

– Давайте птички. Ну же, ― кричала Фрида, пытаясь загнать их внутрь.

Парочка попугаев сдались в ее пользу, еще несколько соловьев отправились вслед за ними. У Фриды получалось, но она выдохлась. Сделав очередной круг по аллее, ноги подкосились. Она рухнула на стертые от времени камни тропинки и закрыла глаза. Солнечные лучи ласкали кожу щек, будто подбадривая.

«Хоть кому-то есть дело до моей работы».

Мысль обнадеживала, пока тело медленно напоминало о своей усталости. Начало покалывать в ногах и потрескивать на руках в образовавшихся мозолях.

– Живо все домой, ― раздался над головой голос старухи.

Фрида открыла глаза. Она успела перечислить в уме весь неприличный запас слов, пока наблюдала, как птицы послушно выполняют приказ своей любимой хозяйки.

– Закрывай их и можешь идти. Завтра ты понадобишься Церере. Вот еще список того, что необходимо купить.

Фрида продолжала недоуменно хлопать глазами, лежа на спине, пока обрывок бумаги медленно ложился на ее быстро вздымающуюся грудь.

– Выход найдешь сама.

– Спасибо, ― крикнула вдогонку Фрида.

Она еле сдерживалась, чтобы не сказать вслух, что на самом деле думает о милой старушке, которая к концу дня превратилась в мигеру. Венера оказалась не такой уж миловидной или просто хотела на ком-то выплеснуть злость за то, что Клейтон не решается ей помогать.

«В любом случае это не мое дело. Получу зарплату за несколько месяцев и смоюсь отсюда к чертям. Главное, чтобы хватило на новую галерею, а там будет, что будет»

Фрида поднялась на ноги и, пошатываясь, забрала куртку и мишку. Она пошла по уже знакомому коридору в первую оранжерею. Старушки нигде не было. Фрида бросила взбешенный взгляд на милый дом в углу и пошла к выходу. Уютная солнечная оранжерея вновь сменилась холодным коридором. Она закрыла дверь на ключ, как и было указанно в правилах. Ноги не слушались. Голова гудела будто заведенный паровоз. Еще несколько шагов и из ушей повалит дым от многоголосья звуков, которое пришлось пережить. Даже курить не хотелось от усталости, хоть целый день в горле скребли кошки. Фрида прошла на кухню. Она надеялась завершить день бутербродом с колбасой, так как на что-то большее сейчас не была способна.

– Рад, что ты еще жива, ― раздался голос Клейтона, как только Фрида переступила порог кухни.

– Отлично. И ты еще здесь, ― буркнула она в ответ и посмотрела в окно.

– Заходи. Раз пришла. Чайник еще горячий, ― сказал мужчина.

Но Фрида не могла оторвать взгляда от ливня, который разразился за окном, когда в оранжерее весь день светило солнце.

Глава 6. Отражение в зеркале

Кухня давила на Фриду своей серостью и однотонной обыденностью. Здесь были тысячи полутонов обычного черного цвета и ни одного яркого мазка. Хотелось взять кисточку и нарисовать холодильнику усы, шкафчику медали, а на окне желтые занавески. Она нашла бы для этого сил, если бы только позволили сделать кухню более приветливой. Центральной угрюмостью был сам хозяин дома. Фрида посмотрела на Клейтона. Ей показалось, что тень за его спиной двигалась сама по себе. Она скользила по ящикам и тянулась к ней будто руками.

«Это всего лишь тень»

Мрачные мысли никак не успокаивали Фриду, а вот еда могла помочь. Холодильник ей казался единственным другом, разумеется, после мишки. Только они могли поддержать в любой ситуации. Первый ароматным бутербродом, второй глазами-бусинами, которые молчаливо выслушают и вряд ли осудят. Фрида направилась к холодильнику. Рука замерла на ручке, когда взгляд уставился в чек, который держался на магните. Количество нулей зашкаливало, как для одного дня работы.

– Ты так и не дала мне номер своего счета, ― сухо сказал Клейтон за спиной.

– Чего так много?

– Отпускные. Думал ты не захочешь здесь больше задерживаться, учитывая тот запах что от тебя исходит.

Фрида еще раз посмотрела на чек. Для галереи было маловато, а для первого рабочего дня чересчур.

– Интересно откуда у тебя столько денег?

– Просто забирай и проваливай.

– И не подумаю.

Она открыла дверцу холодильника и нашла в нем кусок колбасы.

– Тебе что мало?

– Конечно.

Фрида не решалась повернуться, пока Клейтон сверлил взглядом ее спину. Она сделала два бутерброда, закинула пакетик чая в чашку и налила горячей жидкости. Струйка пара поднялась в воздух и растворилась, щекоча нос. Девушка тянула время, но исход был неизбежен. Она еще раз бросила взгляд на чек и сорвала его с магнита.

– Так бы сразу… Что ты делаешь? ― удивленно спросил Клейтон, когда бумажка с внушительной цифрой легла перед его носом.

Фрида села напротив.

– У тебя есть ручка?

Клейтон не уверенно проверил карманы и достал одну. Фрида записал ей на шапке чека номер.

– Это мой банковский счет. Переведете туда плату за месяц, когда я закончу. Но мне потребуется еще аванс на еду и прочие нужды. Ах, да. Еще вот это.

Фрида показала ему список Венеры.

– Заказывайте все, что они скажут. Деньги я переведу. Раз все вопросы решены, может поедим?

– С удовольствием.

На кухне воцарилось молчание. Тот самый не ловкий момент, которого все ждали, но оттягивали как можно дольше. Фриде казалось, что она слишком громко жует. Хотелось провалиться под стол, лишь бы не встречаться взглядом с хозяином дома. Клейтон внимательно рассматривал каждую ямочку на ее лице. Фрида чувствовала, как ее щеки становятся пунцовыми. Она надкусила кусок бутерброда и закашлялась, стараясь как можно быстрее запить его чаем.

– Не бойся меня. Я тебя не съем, ― с улыбкой сказал Клейтон и отпил из своей чашки.

Фрида чуть снова не подавилась, увидев, как изогнулась линия его губ. Ошибки быть не могло. Он точно улыбнулся.

– А кто сказал, что я тебя боюсь?

– Твои глаза. А еще кусаешь губы, когда нервничаешь.

– Не правда.

– Вот даже сейчас.

Фрида заметила, что действительно содрала с губы кожицу и быстро запила ее чаем.

– Ты что заигрываешь со мной? ― спросила она прямо.

– Лишь наблюдаю.

– Как удав за кроликом?

– Именно.

По спине Фриды скользнул холодок. Она хотела пошутить, а попалась в точно расставленные сети.

– А говорил, тебя не надо бояться.

Фрида потупила взгляд.