книжный портал
  к н и ж н ы й   п о р т а л
ЖАНРЫ
КНИГИ ПО ГОДАМ
КНИГИ ПО ИЗДАТЕЛЯМ
правообладателям

Лори Гоуэл

Милитант 3. Сны становятся явью

«Если бы мы слушались нашего разума, у нас бы никогда не было любовных отношений. У нас бы никогда не было дружбы. Мы бы никогда не пошли на это, потому что были бы циничны: «Что-то не то происходит» или: «Она меня бросит» или: «Я уже раз обжёгся, а потому…» Глупость это. Так можно упустить всю жизнь. Каждый раз нужно прыгать со скалы и отращивать крылья по пути вниз.»

– Рэй Бредбери



Глава

77

Полёт оказался совсем уж быстрым. Или, возможно, мне так показалось, ведь я провела эти последние часы в глубоких раздумьях.

К выходу аэропорта подъезжало всё больше и больше такси. Часто на своём пути, пока спускалась с абсолютно пустыми руками по эскалатору, я натыкалась взглядом на людей, держащих таблички с именами тех, кого они ждали с самолёта. Да и в общем-то, людей было так много, что я еле смогла протолкнуться, чтобы наконец выйти из здания и оглядеться. Внутри меня вновь ощутилась тоска и даже разочарование в самой себе. Глядя на людей вокруг, ждущих своих друзей, родственников, я чувствовала себя ужасно одинокой. Одинокой в целом мире. Но этот путь я сама выбрала и осуждать кого-то не могу.

– Мисс? – угрюмо произносит таксист, полагая, что я хочу найти себе такси.

Низенький мужчина с кривым носом стоит возле своего рабочего автомобиля и открывает мне дверцу, ожидая моего ответа.

– Да, спасибо, – произношу я, садясь в жёлтую машину. – До «Чикас де Оро», пожалуйста.

– Без проблем.

Так мы и уехали от здания аэропорта Такома навстречу ещё неизведанному мною городу – всемирно известному центру развлечений и игрового бизнеса.

Всю дорогу я в восторге рассматривала высокие здания, которые пролетали за окном, людей, что шли по своим делам. Как и требовалось ожидать, я также часто натыкалась взглядом на разного вида развлекательные центры: казино, клубы, аттракционы и прочее. Этот город американцы просто обожают и прилетают из других мест, чтобы отлично провести время. Как жаль, что меня сюда вынудили прилететь неприятные обстоятельства.

– Мисс, мы на месте, – отвлекает меня голос таксиста, и я оживляюсь.

Глядя на время, которое светится на дисплее телефона таксиста, прикреплённого рядом с рулём на специальном штативе, я понимаю, что прошло около часа езды.

– Спасибо, – выдаю я и протягиваю мужчине купюру.

Выхожу из машины, и она тут же мчится в противоположную сторону.

Теперь то мне наконец удаётся рассмотреть высокое здание прямо передо мной.

Эскорт-агенство Сары Кортес под названием «Чикас де Оро», что переводится с испанского как «Золотые девушки» или «Девушки из золота», принадлежит моей родной тёте и сестре моей мамы, с которой практически вся семья резко отрезала любые пути общения из-за её необычного вида деятельности. Я плохо помню её, только, может, её интересный характер: она была озорной и лёгкой женщиной. Что ж, сегодня мы и проверим, осталось ли всё как прежде.

Оказавшись около огромной входной стеклянной двери, я опешила от вида высоких охранников, которые мигом напомнили мне от тех, кто уже повстречался на моём пути. У входа останавливаются дорогие машины, и девушки, выходящие из здания на огромных каблуках входят в автомобили.

– Фредерика, тебя уже ждут! – кричит мужской голос, и, обернувшись, я вижу женоподобного мужчину, который велит очередной эскортнице быстро добраться до поджидающей её машины.

Я отворачиваюсь, отбрасываю непрошеные мысли и вхожу в здание агентства через автоматические стеклянные двери. Внутри воздух просто пахнет роскошью: что-то сладковатое и приятное, как дорогие духи. Стоят фиолетовые кожаные диваны с пушистыми подушками на них, стеклянный журнальный столик, на котором лежит несколько журналов с названием агентства. Передо мной же наверх ведут прозрачные, словно хрустальные ступеньки с изящными узорчатообразными перилами золотого цвета по бокам. Мимо меня ровной походкой проходят высокие красивые девушки в изысканных платьях, полностью готовые к очередной рабочей ночи, и я с восторгом провожаю их взглядом. В основном, здесь присутствуют женщины, но я вижу парочку мужчин, которые разговаривают с эскорт-работницами, держа при этом в руках что-то из косметички: карандаш для бровей и помаду, кажется. Должно быть, визажисты.

– Чем я могу вам помочь?

Я мигом оборачиваюсь к приятному женскому голосу, прозвучавшему за спиной и вижу молодую девушку, сидящую за белоснежным столом. Перед ней несколько бумаг, стаканчик золотого цвета для карандашей и папки.

– Я пришла к Саре Кортес, – стараясь не растеряться, отвечаю я.

– О… А вы..? Вы по вакансии?

– Нет, я… Я её племянница.

Она удивлённо вскидывает брови вверх и прочищает горло.

– Что ж, – произносит девушка задумчиво. – Мисс Кортес сейчас никого не принимает, но раз вы её племянница, думаю, это можно считать исключением.

Она одаривает меня приятной улыбкой, встаёт и, пройдя мимо меня, просит следовать за ней. Я сразу же подчиняюсь, чувствуя невероятное давление со стороны всех этих ухоженных длинноногих красавиц. Они все будто на подбор. Неудивительно, что это агентство считается одним из самых востребованных и популярных среди богатых мужчин.

Спустя пять минут мы уже оказались на, кажется, шестом этаже здания. Когда дверь лифта открылась, моему взору предстало просторное помещение, хранящее в себе бежевый диван, кресла, огромный плазменный телевизор на стене, необычные фигурки и высокие горшки с растениями… Это не единственное, что присутствует в комнате, но это явно не чей-то кабинет или что-то вроде того. Выглядит всё как полноценное жилище. Только через пару минут я вдруг замечаю за окнами, покрывающими пол-стены, изящную женскую фигуру. Женщина стоит спиной к нам и разговаривает с кем-то по телефону.

– Мисс Кортес, – осторожно начинает девушка рядом со мной. И как только Сара поворачивается на её голос, она продолжает: – Извините, что отвлекаю, но к вам тут пришли.

– Обсудим это позже, милый, – произносит Сара в трубку, разглядывая меня. – У меня тут гость. Целую.

Она убирает телефон и вдруг расплывается в улыбке. Неужели узнала меня? Тётя отпускает девушку, проводившую меня сюда, и подходит ко мне. Теперь мне удаётся детально рассмотреть её короткие блестящие светлые локоны, доходившие лишь до поверхности плеч, смуглую длинную шею, большую грудь, выпирающую из глубокого декольте её короткого лилового платья, тонкую талию и широкие бёдра. Она выглядит так здорово, что я даже успеваю поперхнуться собственной слюной, в удивлении рассматривая женщину перед собой. Да просто мечта каждого мужчины. Она отличается своим предпочтением в одежде от моей мамы, которая надевает более сдержанные и скромные наряды.

– Изабелла? – в свою очередь удивляется она. – Не могу поверить, что это ты!

В её словах слышится явный испанский акцент. Почти такой же акцент есть и у одной известной голливудской актрисы, имя которой я как всегда забыла. Сара крепко обнимает меня, и в ноздри тут же ударил запах её дорогих духов.

– Ты приехала сюда одна? – осторожно интересуется она, а в глазах зажигается искорка надежды.

Общение с ней прекратила в первую очередь моя мама. Я даже не могу себе представить, какого это, когда от тебя отказывается твоя собственная родная сестра. Срезает все пути, не даёт тебе возможностей больше контактировать с ней. И Сара не хотела, чтобы всё так получилось. Она выглядит действительно грустной из-за этого… И она, должно быть скучает по своей старшей сестре.

– Нет, я здесь одна… Мне уже восемнадцать, так что… – Я стараюсь приветливо улыбаться, пока говорю с ней.

Сара удивляется и приглашает меня сесть на диван и подробнее всё обсудить.

– Хочешь чаю? Кофе? – интересуется она. – Прости, я совсем не знаю, чего бы тебе хотелось выпить…

– Нет, спасибо.

– Хорошо. – Женщина кивает и ставит ногу на ногу. – Можно поинтересоваться, как ты оказалась в Лас-Вегасе? Надеюсь, ничего не случилось?

– Нет… Разве что я стала взрослой. – Пытаюсь свести всё к своему совершеннолетию, и будто бы только из-за него я решилась на полёт в чужой город. – У меня был тяжёлый разрыв с парнем, так что… Хочу найти работу и пожить подальше от него… И мне ужасно неловко спрашивать, но…

– Разумеется, оставайся! – вдруг восклицает Сара, заулыбавшись шире. Она будто мои мысли прочла. – Тебе должно быть стыдно считать, что твоя родная тётя не пустит тебя к себе.

Поверить не могу, что она вот так быстро согласилась на это. Думаю, с таким человеком как Сара мы точно подружимся.

– Я побуду совсем немного, – спешу заверить её я. – Пока не накоплю немного денег на квартиру.

– Да хоть навсегда оставайся! Я совсем не против, Изабелла!

Когда я собиралась в Лас-Вегас, меня не переставал преследовать страх. «Вдруг она мне откажет? Что я тогда буду делать? Куда пойду?». Но сейчас, сидя в этой просторной гостиной перед этой до безумия красивой женщиной, являющейся моей родной тётушкой, я ощущаю, как все страхи испаряются в воздухе.

Следующие полчаса Сара показывала мне обстановку своей квартиры. Показала, где какие комнаты, где можно поесть и так далее. Так я узнала, что весь шестой этаж здания агентства обустроен под квартиру, где имеется широкая спальня, одна спальня поменьше, ванная комната и с душевой кабинкой, и с джакузи, кабинет для рабочего процесса, гостиная, просторная кухня и даже небольшой зал для йоги, которым Сара, оказывается, увлекается. Спускаться на работу можно на лифте. Она также велела мне не стесняться и брать из холодильника всё, что захочу, смотреть фильмы по телевизору, когда захочу… Да и в общем то, заниматься всем, чего моя душа пожелает. Затем Сара отвела меня в комнату – ту самую вторую спальню, которую она назвала гостевой.

– Комната для гостей, – поясняет она, пока я обхватываю взглядом всё помещение: широкую кровать, тумбу, шкаф и огромное окно, вид с которого падает сразу на ночной город. Помещение целиком состоит из бардового цвета. – Может, ты хочешь искупаться после дороги?

– О, да… Было бы замечательно.

Сара живо идёт в ванную комнату и принимается показывать мне белоснежный шкаф, напичканный изнутри свежими полотенцами.

– Полотенца здесь, шампуни и мыло там, внутри душевой кабинки на полках. – Наконец женщина поворачивается ко мне и спрашивает: – Может, что-то ещё?

– Нет, Сара, – чувствуя себя ужасно неловко, спешу успокоить её я. – Ты и так слишком много для меня сделала. Спасибо. Дальше я разберусь сама, я думаю.

– Что ж! – Она похлопала в ладони и двинулась к дивану, на которой лежала её дорогущая сумка от Шанель. – Прошу меня извинить, cariño, но я должна мчаться по своим делам. Ты ведь не обидишься, если я…

– Сара, прошу… Мне становится всё более неловко оттого, что я тебя задерживаю.

Она улыбается вновь, одновременно нанося на свои пухлые губы ярко-красную помаду.

– Тогда я пойду. Развлекайся, Изабелла!

И после звука захлопнувшихся дверей лифта я остаюсь одна в огромном пространстве квартиры, которая даже чем-то напоминает мне дом Кристиана Грея по своему интерьеру.

Сначала я устало плюхаюсь на диван на спину, а затем поворачиваюсь лицом к широким окнам. Как хорошо, что я не захватила с собой из Сиэтла сумки или чемодан, ведь тогда усталость была бы сильней, а ноги я и сейчас почти уже не чувствую. Включаю телевизор, чтобы создать хоть какой-то звук на фоне, так как тишина немного напрягает. Как же здорово, наверное, жить там же, где и работаешь.

Спустя полчаса я направляюсь на кухню и, схватив яблоко со столешницы, откусываю очень вкусный кусок. Кисленько, прямо как я люблю. По телевизору идёт фильм, который я прежде не видела, поэтому особого внимания ему не уделяю. Съев всё яблоко, я кидаю огрызок в мусорное ведро под раковиной и иду прямиком в ванную. Запираю дверь на замок, снимаю с себя всю одежду и захожу в просторную душевую кабинку. Вода, которая полилась сверху, тут же согрела меня. Она будто смывает с меня не только пот, но и усталость, тревоги, все те плохие мысли, которые посещали меня во время поездки.

Закрыв глаза, я вдруг вижу лицо Гарри. Вижу ту боль, которую он испытал… И какую причинил мне. Надеюсь, Алексис сделает его счастливым. Надеюсь, с ней у него всё будет отлично.

А мне и одной хорошо.

Проходит около десяти минут, и я, закончив с процедурами, выхожу из кабинки, становясь мокрыми ногами на белоснежный коврик. Перед зеркалом я обматываюсь полотенцем и вдруг слышу звук дверей лифта. Должно быть, Сара уже вернулась. Расчесав свои тёмные волосы, я наконец выхожу из ванной. Закрываю за собой дверь и начинаю:

– Сара, а у теб…

Я замолкаю на полуслове и замираю от неожиданности, вместо своей тёти увидев на диване молодого русого парня, который с таким же удивлением поворачивается ко мне.

– Ну, приветик, – произносит он, усмехнувшись.

В одном полотенце я стою возле двери в ванную и растерянно оглядываю всё вокруг в поиске Сары. Но её нет.

– Вы, кажется, ошиблись этажом, – произношу я, вернув взгляд на незнакомца.

Слишком молод, чтобы быть клиентом и заказывать себе услуги эскорт-работниц. Ему примерно столько же, сколько и мне.

– Я то не ошибся, карамелька, а вот ты… – На его щеке появляется ямочка, тут же вновь напомнившая мне Гарри. – Ты новенькая?

– Нет, я… Я…

Мой ответ прерывает звук отворяющихся дверей лифта позади меня, а затем раздаётся и чёткий голос Сары всё с тем же испанским акцентом.

– Хосе, я тебя неделю назад просила всё подготовить! – строго говорит она в трубку. – Да… Что б завтра уже было готово! И пошлите Луизу Уэбб к мистеру Флоренсио… Всё, Хосе, живо выполните все мои указания!

Она убирает свой телефон в сумочку и снимает туфли на высоких каблуках.

– О, вы уже познакомились? – улыбается она, проходя глубже в гостиную. Затем Сара обращается к парню: – Я надеялась успеть к твоему приходу.

Незнакомец уже встаёт, и женщина проходит мимо меня, становясь рядом с ним и приобнимая его за плечо. Я всё не могу понять, что происходит. Неужели Сара уже обзавелась сыном? Тогда почему к ней обращаются как к «мисс», а не «миссис»? И почему её фамилия осталась девичьей?

– Познакомься, это Изабелла, моя племянница, – представляет меня парню Сара, пока я удивлённо слушаю её. – Изабелла, а это Тейт. Мой парень.

Глава

78

Парень?!

Я шокирована заявлением своей тётушки. Перевожу взгляд с неё – со взрослой, уже состоявшейся в этой жизни женщины, – на этого ещё совсем молодого для неё парня примерно моего возраста с русыми растрёпанными волосами и чёрными глазами, носящий явно недорогую футболку и обычные светлые джинсы, и всё ещё не могу поверить.

– Племянница? – переспрашивает удивлённо Тейт, затем обращается ко мне: – Что ж, тогда прости, принцесска, что посчитал тебя новенькой.

Я слишком удивлена, чтобы съязвить на его «принцесска» в мою сторону.

– Да нет, – растерянно отвечаю я. – Ничего страшного…

– Ну раз вы познакомились, – встревает Сара, – Изабелла, я должна тебя предупредить… Мы с Тейтом живём вместе. Тебя ведь это не напугает?

Я наконец прихожу в себя и улыбаюсь. Надо же… Вот это моя тётушка, конечно, даёт. Уже достаточно взрослая она, которая должна была обзавестись мужем-ровесником, обзавелась молодым любовником… Она ещё более привлекательна для мужчин, чем я ожидала. Если он, конечно, с ней не только ради её денег.

– Конечно, нет, – быстро отвечаю я. – Я вообще не имею право чего-то здесь пугаться… Э… В смысле, всё в порядке. Я совсем не против.

– Отлично. – Тейт вновь ухмыляется и, поцеловав Сару в щёку, произносит: – Я тогда жду тебя на улице. Поторопись.

Сара кивает ему и вновь обращает взор своих карих глаз на меня. Тейт проходит мимо меня, кинув что-то вроде «Добро пожаловать, карамелька», а я еле удерживаюсь от грубого: «Меня зовут Белла!». Всё же не стоило бы мне грубить парню своей тёти, которая с радостью меня приютила.

Двери лифта позади меня закрываются, и парень спускается вниз, оставив нас с Сарой одних.

– Правда, он милый? – словно маленькая девочка, спрашивает меня женщина.

– Да, вполне, – улыбаюсь я в ответ и вдруг вспоминаю, что стою абсолютно голая, прикрытая лишь полотенцем. – Сара, я… У тебя нет какой-нибудь простой одежды для меня?

Разглядев её фигуру, я сразу понимаю, что абсолютно моего размера у неё точно не будет: с её то широкими бёдрами и большой грудью, которым я могу только позавидовать, имея при себе более худощавое телосложение.

– Ты не принесла с собой ничего? – удивляется Сара, и я смущаюсь. – Ничего страшного, dulzura, мы легко решим этот вопрос. Можем сходить в магазин. Мы с Тейтом как раз сейчас едем в торговый центр.

Я нелепо раскрываю глаза.

– Вы что? У вас наверняка с ним… Эм… Свидание или что-то вроде того. Я буду явно лишней… И я терпеть не могу ходить по магазинам, правда.

– Что ж, querida, – задумчиво протягивает Сара. – Ладно. Я не твоя мать и не могу заставлять ездить куда-то за одеждой как маленькую девочку… Но я не могу и всё так оставить, ведь ты всё же моя родная племянница… Вот как мы поступим.

Она подходит к кухонной столешнице и хватает свой макбук. Подходит к дивану, садится на него и просит меня сесть рядом, что я тут же и делаю.

– Есть один сайт. Если я не хочу выходить в магазины, я обычно делаю заказы именно здесь… Ты можешь выбрать всё, что захочешь, и мы закажем всё прямо на дом.

Меня совсем не радует тот факт, что мне нужно покупать себе одежду на деньги тёти, поэтому я сразу спешу отказываться:

– Нет, Сара. Я сначала найду работу и на свои собственные деньги куплю себе…

– Это не обсуждается, Изабелла, – строго перебивает меня она. – Считай, это будет мой подарок как своей важной гостье.

Тогда-то я сдаюсь, поняв её настойчивость. Она типичная испанская женщина; испанки имеют твёрдый, решительный характер, а ещё очень любят громко поболтать. Так что моя тётя идеально подходит под эти характеристики.

После короткого разговора о том, что они с Тейтом едут в ресторан поужинать и о том, какой он классный парень, Сара всё же спустилась на лифте вниз, и я вновь осталась одна в её квартире. Высушила волосы, собрала их в высокий хвост и оделась в то, что мне выдала Сара – в её розовый халат, который уже стал ей немного мал. Цвет абсолютно не шёл мне, но других вариантов не рассматривалось, так что я молча надела то, что было. На улице было очень холодно – весьма нетипично для Лас-Вегаса, поэтому тётя настаивала, чтобы я надела тёплые носки, этим напомнив мне бабушку, которая была такой же заботливой по отношению ко мне и Дилану. Его она вечно заставляла носить тёплые лосины, и я смеялась каждый раз, пока бабушка не переключалась на меня…

Дилан… Я чувствую, как уже скучаю по нему и даже не знаю, увижусь ли с ним когда-нибудь. Надеюсь, он вместе с Франческой и дочерью Изабель будут счастливы и не станут особо вспоминать меня.

Когда на часах уже показалось достаточно позднее время, а хозяйка всё ещё не вернулась вместе со своим молодым любовником, я заказала себе пару вещичек и села изучать вакансии по Интернету. Я искала информацию о работе, на которую требовались бы новые работницы, и чтоб опыт был не самым важным критерием. Но, как и ожидалась, чаще всего мне приходилось натыкаться на вакансии уборщиц. Тут я и вспоминала, как родители предупреждали меня хорошо учиться, чтобы устроиться на достойную работу. Но разве они могли знать, что мне придётся неожиданно покончить со своей учёбой из-за угрозы моей жизни?

Вдруг спустя долгие полчаса поисков, я наткнулась на вакансию официантки в весьма благополучном кафе совсем неподалёку от агентства, на шестом этаже которого я временно живу. Меня это заинтересовало, и я сделала заметку, создав скриншот адреса этого самого кафе. Как раз после этого раздался звук поднимающегося лифта. Сара и Тейт, наверное, вернулись с ресторана.

И действительно, так и оказалось.

– Ну мог бы быть повежливее с ним, – недовольно протягивает Сара, войдя в свою квартиру. – Он же ничего такого не сделал.

Я пытаюсь вбить адрес кафе в своём телефоне, пока любовнички уже проходят глубже и уже садятся на диван. Смотрю на гугл-карты и отмечаю для себя, что место находится за углом и не могу нарадоваться новому факту.

– Изабелла, – вдруг зовёт меня тётя, – как провела время, пока нас не было?

Я закрываю объявления и кладу телефон на столешницу, хрустя усталыми пальцами рук.

– Отлично, – отвечаю я. – Даже нашла уже себе, возможно, будущую работу.

– О, так быстро? – удивляется Сара. – Я не знала, что ты такая шустрая.

Тейт проходит к столешнице, за которой сижу я, хватает яблоко, откусывает и садится.

– И кем же хочешь работать, сахарок? – спрашивает он.

Я поворачиваюсь к нему и пытаюсь не слишком грубить, когда, не выдерживая, произношу:

– Я Белла. Меня зовут Белла.

Его явно забавляет моя реакция, и он лишь издаёт смешок, кидая:

– А мне больше нравится сахарок.

Пытаюсь не обращать внимания и сделать вид, что мне плевать на его ванильное прозвище, данное мне, поэтому лишь разворачиваюсь обратно к Саре. Та словно и не замечает нашу перепалку, печатая что-то в своём телефоне.

– Надо же… – произносит она как-то расстроенно и при этом с каплей злости. – Луиза завтра не может выйти на работу. Подвернула ногу, пока каталась на роликах в парке со своим смазливым мужиком… Oh, diablos! Я ведь предупреждала эту никчёмную девчонку!

Луиза, видимо, одна из эскорт-работниц. Сара выглядит так, будто готова разорвать сейчас любого.

– А Сахарок не хочет выйти вместо неё? – кивнув в мою сторону, предлагает Тейт, но в его голосе читается явная насмешка.

Еле сдерживаюсь, чтобы не послать его нахер (всё же проблемы с Сарой и её хахалем мне совсем не нужны, тем более, из-за таких пустяков). Тётя же, на моё удивление, как-то загорается и смотрит на меня с искрами решимости в глазах. Вы же не серьёзно, чёрт возьми?!

– Oh, Dios mío! А это хорошая идея, – к моему ужасу произносит она. – Изабелла, как ты смотришь на то, чтобы заработать тысячу долларов всего за один день?

Вот это, конечно, предложение. Даже представить себе не могу, чтобы мама предлагала мне что-то подобное.

– Извини меня, конечно, но… Нет! Вы что! Не хочу я работать проституткой!

– Что ты, dulzura, эскорт – это не проституция. Тебе необязательно спать с клиентом, ведь…

– Нет, Сара. Всё равно. Я не собираюсь заниматься ничем подобным. Но спасибо за предложение. Я видела девушек внизу; мне это льстит.

Стараюсь улыбаться, будто всё в порядке, хотя мне совсем неприятно, что выдал этот слизняк Тейт. Ох, будь я сейчас собой, давно бы врезала ему. А мне придётся ещё часто с ним пересекаться, так что это, пожалуй, будет стимулом для заработка денег.

– Что ж, – выдыхает Сара. – Я не могу тебя заставлять, но ты всё же подумай. С твоими внешними данными… – Она быстро обвела меня взглядом. – Можно было бы не просто зарабатывать, но и по-настоящему прославиться.

Уже представляю себе инфаркт мамы, когда она видит по телевизору меня: самую высокооплачиваемую эскортницу Лас-Вегаса. Нет уж, обойдусь без подобного.

– Ладно, всё. Проехали. – Сара кладёт ноги на колени Тейта и поправляет свою причёску рукой. – Меня вот что интересует… Что такого сделал твой бывший парень, раз ты сбежала от него в другой город? Надеюсь, не какая-нибудь криминальная личность?

Её последние слова заставляют меня нервно усмехнуться. Да, всё верно, Сара. Всё так и есть.

Вот же чёрт! Как бы сильно я ни старалась не думать о нём, за меня это уже делают другие. Что мне сделать, чтобы Гарри навсегда исчез из моей жизни? Я не могу вечно думать о нём, вечно вспоминать…

Тяжело вздохнув, я отвечаю:

– Да ничего особенного… Просто появилась другая.

– Вот же perro! – выругнулась Сара со своей уже знакомой мне строгой интонацией. – Надеюсь, ты дала ему по яйцам за это?

Надо же, какие словечки употребляет в своей речи тётя… Ещё одно резкое отличие между ней и моей мамой, которая в жизни себе не позволяла пускать ругательства в ход во время даже самой злобной речи.

– Я бы не смогла, потому-что…

– Ты любишь его, – всё понимает женщина, внимательно изучая меня взглядом. – Нельзя любить таких подонков, querida. Тебе следовало его наказать.

Эх, если бы ты знала обо всём, что происходило между нами и что он сделал для меня, ты точно не стала бы так говорить.

– В любом случае, – тяжело вздыхаю я, – он уже в прошлом.

Я так на это надеюсь, но и не слишком желаю одновременно. Голова уже разрывается от всех моих внутренних противоречий!

Встав, я делаю вид, что зеваю.

– Я пойду спать… Завтра у меня первое, так скажем, собеседование, так что… Спокойной ночи.

– Buenas noches, Изабелла! – раздаётся в ответ голос тёти, и я закрываю дверь в свою временную спальню.

* * *

Утро встречает меня приветливой улыбкой и разговорами снаружи. Постель в моей временной комнате пахнет целым цветочным полем, и оттого встать оказалось целым испытанием для меня. Но я всё же справилась.

Сара и её молодой любовник уже встали и копошились на кухне, судя по звукам и аромату свежесваренного кофе, который пробирался в мою комнату даже при плотно закрытой двери. Странно, что я выспалась, учитывая, какие крики вперемешку с хихиканьем издавала Сара ночью… Даже думать не хотелось, что происходило в её спальне, и единственным решением «выключить» у себя слух было использование подушки поверх головы. Немного помогло.

Убедившись, что я выгляжу нормально в зеркале, я выхожу из комнаты. Сара с Тейтом действительно уже сидят на кухне и попивают кофе, при этом о чём-то разговаривая. Тётушка почти сразу замечает меня и приветливо улыбается.

– О, наша спящая красавица уже проснулась! Как спалось?

Стараюсь не хмыкнуть, когда вспоминаю бурную ночь этих двоих, и спокойно отвечаю, что спала как убитая.

– Тогда садись и попей кофе, – предлагает Сара. – Поможет взбодриться перед походом на работу… И, кстати, одежду, которую ты вчера заказала, уже доставили. Вот они, на диване.

Словно не услышав сведения об одежде, я тут же вспоминаю о своих планах на сегодня и в ужасе выпучиваю глаза.

– Я же сейчас опоздаю!

– Всё под контролем, Сахарок, – произносит Тейт в своей манере. – Поверь, без кофе ты будешь ощущать себя бомжом, которого пускали по кругу другие бомжи ночи напролёт.

Его сравнения заставляют меня скривиться и даже ответить, чего я раньше совсем не желала делать:

– На себе проверял?

Реакция Тейта оказалась совсем не такой, какой я представляла. Мне казалось, он разозлится, ну или хотя бы оскорбится. Вместо этого он издаёт смешок, будто смеясь над самим собой. Хотя в этом смешке явно слышен сарказм.

– А ты остроумная, Сахарок.

– Белла, – повторяю я. – У меня есть имя.

Сара всё это время просто сидит и вновь печатает что-то в телефоне, словно совсем не замечая происходящего вокруг. Она даже будто бы и не слышит наш спор и не пытается разнять нас.

Мы с Тейтом смотрим друг в другу глаза, и со стороны это выглядит почти так же, как если бы мы дрались руками. У него чёрные глаза, зрачки будто растворились в радужках, и на фоне моих светло-карих глаз они выглядят как бездонная пропасть. Но он как-то по-мальчишески наивен, ведёт себя как ребёнок, которому лишь бы поспорить. А я ведусь на его провокации как дура.

– Я пойду. – Быстро встаю, разрывая невидимую нить, связывающую наши взгляды. – Сара, спасибо за кофе, но я по дороге что-нибудь прихвачу.

– Куда ты направляешься? – наконец оживляется тётя, положив телефон на столешницу. – Фред может тебя подвезти, если хочешь. Мой шофёр.

– Нет, спасибо. Это совсем недалеко. Кафе за углом. «Магнолия».

И после недолгого разговора и пожеланий Сарой мне удачи, я всё же спустилась на лифте вниз, вновь встретилась с суетой работы агентства, повстречала роскошных красавиц и вышла из здания.

К кафе «Магнолия» я добралась меньше чем за минуту; вот так близко он находился. Вообще я обратила внимание на весь район. Домов здесь не было, лишь рестораны, разные кафе, магазины… Сюда, кажется, наведывались лишь обеспеченные люди, а это значит, что работая в кафе официанткой я смогу зарабатывать может и не миллионы, но достаточно, чтобы обеспечивать себя сама.

Когда я вошла в двухэтажное здание из коричневого кирпича, меня приятно удивила обстановка. Интерьер выполнен в стиле прованс. На стенах, окрашенных в молочно-белый и бледно-оранжевые цвета, располагаются декоративные панно из дерева разных сортов. Деревянная мебель с элементами старины придают необычную уютную атмосферу кафе, и я совсем не удивлюсь, если это место считается одним из самых лучших и часто посещаемых. Гармоничное сочетание цветов и материалов как-то успокаивает глаза, и я даже не заметила, как ко мне обратилась девушка.

Вот она сильно выделяется на фоне кафе. Блондинка среднего роста, собравшая волосы в небрежный пучок на затылке, из которого выбилось пару прядей, татуировка на всю руку, глаза, обведённые чёрным карандашом. По её форме я сразу понимаю, что она работает официанткой.

– Добро пожаловать в «Магнолию», – произносит она приветливо. – Какое место хотите занять?

– Нет, я пришла по поводу вакансии официанта. Не могли бы вы провести меня к… Э-э-э… К…

– К хозяину кафе? – продолжает за меня девушка, ухмыляясь будто над моей неуверенностью.

Я киваю.

– Конечно, подруга, – вдруг говорит она с удивительной лёгкостью так, словно мы с ней давние знакомые. – Иди за мной.

Она откладывает пустой поднос, который я раньше не заметила в её руках, громко выкрикивает кому-то: «Кайл! Подмени меня на время!» и проходит за самую дальнюю дверь. Мы оказываемся в крохотном тёмном коридоре, она идёт дальше, я иду за ней. Перед нами возникает ещё одна дверь, в которую девушка тут же стучится.

– Входите, – раздаётся голос.

– Иди. И удачи. – Девушка подмигивает мне и уходит.

Я нервно тереблю краешек своего платья, который вчера ночью успела заказать, и открываю дверь. Вхожу в кабинет, где за столом сидит молодой мужчина, до этого выписывающий что-то на бумаге перед собой. На мой приход он сразу устремляет взгляд своих синих глаз на меня и поднимается.

– Здравствуйте, – произношу я.

Мужчина кивает.

– Здравствуйте, – отвечает он. – Чем я могу помочь?

– Я вчера нашла объявление о том, что в ваше кафе требуется официант.

– А вы, я полагаю, пришли по вакансии?

– Всё верно.

– Ну что ж, тогда прошу, присаживайтесь.

Он указывает ладонью на стул, и я сажусь на него. Никогда ещё не проходила подобные… собеседования? Чувствую ужасную неловкость и какое-то давление как абсолютный интроверт.

– Меня зовут Брэдли Миддлтон.

– Изабелла Бакстер.

– Итак, мисс Бакстер… У вас есть резюме? – спрашивает мужчина.

Конечно же его у меня нет. У меня даже нет никакого опыта работы ни в одной сфере деятельности. Я предполагала, что подобные вопросы будут, но наивно надеялась избежать их.

– По правде говоря… Нет…

Брэдли удивлённо поднимает брови, и я спешу объясниться:

– Дело в том, что у меня было очень много проблем, связанных… С моей семьёй. – Как же хочется рассказать всю правду, но я держусь, понимая, что это совсем неуместно здесь. – Я училась в колледже, и по некоторым весьма неприятным обстоятельствам мне пришлось сменить город… Я нигде не работала до этого, но… Мне очень нужна работа.

Возможно, со стороны я выгляжу жалко, пока сижу и умоляющими глазами смотрю на мистера Миддлтона. Но мне сейчас абсолютно не хочется строить из себя самоуверенную даму. Я должна получить работу. Обязана.

Брэдли молчит, будто обдумывает мои слова. Пока он это делает, я пытаюсь понять его нрав. Довольно трудно лишь по внешним признакам определить характер людей, но мистер Миддлтон не выглядит злобным мужиком, готовым сожрать любого своего подчинённого. Скорее наоборот. От него веет какой-то добротой, но при этом ясно, что строгость тоже в нём есть.

Наконец, вздохнув, мужчина произносит:

– Вы уверены, что сможете освоиться?

– Конечно. Я сделаю всё для этого возможное.

– Хорошо. Тогда я даю вам испытательный срок – одну неделю. Если вы хорошо справитесь со своими обязанностями, я полноценно приму вас на работу. Завтра можете выходить.

Моей радости нет предела. А это оказалось не так уж и сложно, и бояться было нечего. Но, несмотря на внутреннюю радость, веду я себя сдержанно: выдаю лишь лёгкую улыбку и благодарю своего, я надеюсь, будущего начальника:

– Спасибо… Я не подведу.

* * *

Когда я вернулась обратно в зал, где посетителей прибавилось ещё больше, я чуть не упала: я налетела на официанта, который проходил мимо меня, к счастью, без подноса с едой. Парень вовремя меня ухватил, и я избежала участи позорно повалиться на пол.

– Осторожно, – произносит он, помогая мне выпрямиться.

Молодой официант с каштановыми волосами и серыми глазами улыбается мне, как бы завершая моё приятное пребывание в этом месте.

– Прости его, – вдруг произносит уже знакомый мне голос. – Кайл всегда так неряшлив. А особенно когда встречает таких красоток как ты.

Это та же официантка, которая проводила меня до мистера Миддлтона. Она подходит к нам и всё в той же дружелюбной манере спрашивает у меня:

– Как прошло собеседование? Тебя приняли?

Она совсем не церемонится и общается со мной так, будто мы уже давно знакомы. Возможно, это должно было напрячь, но у меня возникает совершенно противоположное чувство. Именно из-за неё я чувствую себя комфортно.

– Да, – киваю я. – Завтра у меня начинается испытательный срок.

– Поздравляю, – пару раз в ладони хлопает девушка. – Я Кэтрин, кстати. А это Кайл. Твои теперь коллеги.

– Белла, – отвечаю я, пожав её руку и взглянув на парня.

– Тогда до завтра? – улыбается он.

– Кэтрин! Кайл! – вдруг раздаётся чей-то громкий басистый голос со стороны дверцы, ведущей к кухне кафе. – Где вас черти носят?! Заказы сами собой не потащатся к клиентам!

Кэтрин закатывает глаза, бурча под нос: «Козёл», и я, издав смешок, спешу уйти, чтобы у них не начались из-за меня проблемы.

– Да, до завтра, – произношу я и направляюсь к выходу из своего нового и первого места работы.

Глава

79 – Гарри

– Три месяца спустя —

Я вёл себя как сопливый мальчишка, когда она ушла. Самому не верилось, что всё так глупо кончилось. Казалось, всё, через что мы с ней прошли, должны были укрепить нашу связь. Но всё вышло совсем иначе.

Парни пытались отвлечь меня разными способами, но чаще всего водили по клубам, где подавали самые лучшие напитки и играла отличная музыка… Но разве это могло возместить мою потерю? Абсолютно нет.

– Целую ночь обсуждали, куда поедем, и выбрали «Крэмверк», – сообщает мне Нейт, как только садится в машину. – Ты ведь не против? Помнишь, как мы тусовались там ночи напролёт?

Я тушу сигарету и выбрасываю из окна машины, выдохнув оставшийся в лёгких дым. Смотрю на друга, который как и подобает самому себе, выглядит весёлым и активным. Следом за ним в автомобиль садится Моника, устраиваясь на заднем сидении.

– Я не уверен, – честно признаюсь я.

Её глаза прямо перед моими. Такие приятно карие… На солнце они выглядят как сладкий мёд, а стоит нам оказаться в тёмной комнате, они приобретают шоколадный оттенок… В тёмной комнате, когда я стоял к ней так близко, что мог поцеловать, мне так хотелось дотронуться до её светлой кожи… Каждый раз рядом с ней я чувствовал себя счастливым. Даже когда она дулась на меня, она выглядела как самое очаровательное создание на планете.

Боже, как мне её не хватает.

Как же я жалею о своих словах, сказанных ей в тот день. Если бы я мог, я вернулся и забрал их обратно. Сделал бы всё, чтобы сохранить наши отношения. Но она уже ушла. И я даже не знаю куда.

– Чувак, – вновь произносит Нейт. – Три месяца уже прошло… Может, ты наконец… – Тут он замолчал, словно понимая, что последующие слова могут сделать больнее, чем мне уже сейчас. – Ладно… Давайте уже ехать.

Я неохотно завожу машину, чтобы отправиться в клуб, куда меня вновь позвали. Алкоголь – единственное, что отвлекает и расслабляет. Правда, после неё боль ощутима ещё больше.

У могилы Хизер я стоял пару часов, не меньше. Мне всё не верилось, что её больше нет. Я не мог перестать винить себя в её смерти, ведь она спасала меня, когда в неё попала пуля. Столько лет мы были неразлучны, и вот так легко, всего за секунду она исчезла из моей жизни. Как и все те, кого я люблю… Они всегда исчезают.

Когда отца похоронили, я не мог избавиться от мысли, что остался без семьи. Даниэла узнала о его смерти и связала это с появлением Беллы и моей любовью к ней, и после этого я не мог с ней больше связаться. Она уехала в другой город вместе с мужем. От меня. Родная сестра назвала меня чудовищем, который променял родного человека на «несчастную девчонку». Она не знала, что отец бил меня всё моё детство и оттого не могла понять моих странных чувств: от горечи до полного спокойствия. Я не могу сказать, что не был расстроен из-за его смерти.

Я и любил, и ненавидел его одновременно.

Я смог бы пережить смерть отца гораздо быстрее, если бы рядом была Белла. Но жизнь стала тусклой, серой… Словно все краски она забрала вместе с собой. Теперь единственным смыслом моей жизни стали друзья, которые делали всё, чтобы помочь мне перенести тяжёлое бремя. Как и всегда.

И когда в очередной раз меня позвали в клуб, я держался. Не предъявлял, что мне нахрен не нужны эти глупые тусовки. Я не хотел расстраивать их своим сраным поведением. Они не виноваты в том, что я полный лузер.

Её чёрные волосы, которые всегда пахли кокосом, напрочь закрепились в моём сознании. И это будет единственной вещью, которая сохранится в моей памяти, сколько бы времени не пройдёт.

Я всё ещё люблю её, и этого не изменить, как бы я ни старался.

Внезапно в голову влетает идея. Идея, которая могла бы показаться глупейшей мыслью, которая только могла прийти. Но она также может помочь мне хотя бы в меньшей степени.

– Я заеду за Алексис, – произношу я.

Получаю ожидаемую реакцию.

– Чего?! – переспрашивает Нейт. – Чувак, ты же не серьёзно?

– Правда, Гарри. – Моника пододвигается ближе и вытягивает шею. – Зачем мы должны заезжать за ней?

– Я хочу отвлечься и забыть, что у меня больше нет души.

Больше они не проронили ни слова, и хотя я чувствовал неприязнь, висевшую в воздухе и исходящую исключительно от друзей, я попытался не придавать этому особого значения.

Мне больше всего хочется отвлечься. Раз её больше в моей жизни нет и не будет, я могу пользоваться другими.

Уже где-то через двадцать минут езды, я всё же добрался до квартиры Алексис. Её номер, который всегда был в моём телефоне, дал мне возможность позвонить ей и узнать адрес. Когда мы подъезжаем, блондинка уже стоит возле дороги. Глядя на неё, ни у одного мужчины не могут не появиться непристойные мысли. Её грудь почти выпирает из глубокого декольте, а длинные стройные ноги выглядывают из-под короткой юбки. Я вспоминаю наши бурные ночи, пока разглядываю её фигуру. И от этих рассматриваний мне вдруг приходят мысли о Белле. О её недоступности: о её теле, которое я ещё ни разу не видел в полной мере… О теле, к которому никогда не прикасался.

Алексис пустышка по сравнению с ней. Все мои бывшие девушки пустышки по сравнению с Беллой.

– Нейт! Моника! – словно всё в порядке, здоровается Алексис. Однако она не спешит забираться в машину. Сразу переводит взгляд на меня и спрашивает: – Зачем ты звонил мне?

– Мы едем в клуб. И… Я хочу взять тебя с нами.

Она вдруг смеётся, однако смех этот нельзя назвать весёлым или лёгким. Скорее что-то стервозное. Стервозный смех.

Алексис выглядит потрясающе, как бы я не пытался доказывать себе обратное. Она остаётся всё той же красивой девушкой, которую я полюбил когда-то, но вот душа её… Она явно потерпела изменения. Алексис всегда была милой и застенчивой, пока не встретила Джастина. Он вскружил ей голову, и она стала полной своей противоположностью. Я заметил это незадолго до того дня, когда она бросила меня – в день, когда я собирался сделать ей предложение.

Я всё ещё вспоминаю тот ужасный день как ночной кошмар, от которого больше всего в жизни мне хочется избавиться.

– Ты серьёзно? – наконец произносит Алексис. – Думаешь, можешь легко прийти и потащить меня с собой в клуб?

Я недоумеваю. Вижу, как и Нейт с Моникой удивлены не меньше меня. Я то ожидал, что она поплетётся за мной как послушная собачка.

– Где твоя новая пассия? – спрашивает Алексис.

Из-за тебя она ушла от меня, мерзкая дрянь! – хочется выкрикнуть мне, но вместо этого я спокойно отвечаю:

– Мы расстались.

– Я же никак не повлияла на это? – издевательски диктует Алексис с ухмылкой. Затем она уже более нейтрально и вполне искренне продолжает: – А она хорошенькая. Правда, самооценка хромает… У тебя как всегда отличный вкус к девушкам, Гарри.

В её голубых глазах есть холод, а у Беллы я видел лишь тепло. Они так контрастируют между собой. Будто вода и огонь. Будто Луна и Солнце. И это заставляет меня усомниться в самом себе. Я не заслуживаю Беллу, вот жизнь и забрала её у меня. Я заслуживаю мучиться и сейчас получаю по заслугам.

– Гарри, ты меня любишь? – вдруг спрашивает Алексис.

И этот неожиданный вопрос заставляет меня впасть в ступор. В такое странное состояние, что я даже теряюсь с ответом.

Её голубые глаза смотрят на меня с уже знакомым мне блеском. С тем самым, что был несколько лет назад, когда я действительно её любил. Я помню те дни, когда мы всегда проводили время вместе. Где бы мы ни были, наши руки не отцеплялись друг от друга, а глаза не переставали глядеть друг на друга с самой чистой любовью.

Сердце как-то неприятно кольнуло. Я не могу понять, что со мной. Она ведь разбила мне жизнь. Она сломала меня, оставив раны, которые кровоточили и кровоточили, пока крови больше не осталось. А без крови умерло и сердце.

Но сейчас, после прозвучавших слов из её уст… Они будто щёлкнули что-то внутри меня. Заставили сердце вновь забиться.

Я вижу, как Нейт и Моника смотрят на меня с удивлением, не ожидая, что я буду молчать.

– Гарри? – зовёт меня Алексис вновь. – Так ты любишь меня? Скажи мне.

И тогда я собираюсь с мыслями и выдаю ответ, который потрясает даже меня самого. После того, что она сделала, я не мог прийти в себя ещё долгое время. Я считал, что никогда больше не захочу её видеть, но сейчас, когда она стоит прямо передо мной, во мне что-то меняется.

Но это не любовь. Точно не она. Просто… интерес. Любопытство.

Спустя несколько секунд я выдыхаю будто под гипнозом:

– Да.

Глава

80

– Белла! Пятый столик! – выкрикивает Кэтрин, с другой стороны кухни.

– Уже иду! – отзываюсь я в ответ.

Схватив поднос с только что приготовленным салатом из морепродуктов, я выхожу из кухни, открыв дверь одним бедром, иду в сторону самого дальнего столика очередного клиента и кладу заказ перед зрелым мужчиной.

– Приятного аппетита, сэр, – улыбаюсь я вежливо и ухожу с такой же быстрой, но ровной походкой.

За пару месяцев, который успел пройти после моего первого дня работы в этом кафе, я отлично натренировала свои ноги и научилась чуть ли не левитации между столиками по просторному залу. Вновь вхожу на кухню, подхожу к раздаточному столу и ожидаю, когда приготовят новое блюдо, которое нужно отнести к очередному клиенту. Работа официанта, конечно, требует много сил, поэтому и сегодня уже к обеду у меня ноют конечности.

– Представь себе, мама нашла себе молодого любовничка, – произносит Кэтрин, внезапно появившись рядом со мной. – Я чуть не сдохла от потрясения, когда узнала!

Она всегда делится со мной историями из своей жизни. Как оказалось, Кэтрин Миттанг та ещё сплетница, и не успевает что-нибудь произойти среди её окружения, как об этом сразу узнаю я. Мы много болтаем и рассказываем друг о друге. Но я не стала делиться с ней историей о своём неудачном романе с Гарри, с проблемами со стороны его отца и про то, что я была вынуждена пережить в Сиэтле.

– Ну не осуждай ты свою маму так строго, – улыбаюсь я, вспоминая то, что у меня почти идентичная ситуация. – Сердцу всё же не прикажешь. Мы не выбираем, кого любить.

– Я бы всё поняла, но он такой говнюк! Ты бы знала!

Но точно не такой же раздражающий говнюк как Тейт, который каждый день меня достаёт. Иногда мне кажется, что мы с Сарой живём не с двадцатилетним парнем (да, я всё же узнала его возраст), а с пятилетним мальчишкой, которому лишь бы понадоедать мне и вывести из себя.

– Ты привыкнешь, – отвечаю я. – Я же как то привыкла к парню Сары.

Кэтрин тяжело вздыхает, опираясь почти всем телом на раздаточный стол, на который уже кладут пару тарелок с заказанными блюдами. На кухне творится целый хаос: шум посуды перемешивается в воздухе со звуками жарки, бульканьем варящихся в алюминиевых кастрюлях супах, стуками ножа об дощечки с овощами и звяканьем столовых приборов. Нос уже давно привык к смешанным запахам самых разных блюд.

– Белла, тебя тут к телефону, – вдруг произносит кто-то позади меня.

Я оборачиваюсь и вижу Кайла, только вернувшегося с зала. Он всегда так мило улыбается мне, что я просто не могу удержаться от ответной улыбки.

– Спасибо, – произношу я и, минуя длинные столы с плитами, духовками и прочими принадлежностями для готовки, иду в сторону дальней стены, на которой висит проводной телефон рядом с расписаниями смен.

Интересно, кто бы мог это быть? Кто может звонить на мой рабочий номер?

Я подношу трубку к уху и спрашиваю:

– Алло?

Несколько секунд человек по ту сторону трубки молчит, и у меня возникает странное чувство, которое я не могу объяснить.

– Белла? – наконец отвечают мне.

Сердце замирает, когда я слышу голос отца. Я впадаю в ступор, приоткрыв рот от неожиданности, и даже присаживаюсь на близлежащий стул с таким лицом, будто узнала какую-то страшную новость.

– Я всё же нашёл тебя, Бусинка.

После его слов слёзы тут же навернулись на глаза, а ступор уже немного спал. Я улыбаюсь самой искренней улыбкой, которая вообще у меня есть.

Он называл меня так в детстве. Когда я была совсем ещё маленькой крохой, которая только научилась говорить. В один из тех дней я, сидя на кухне в доме, пока мама разбиралась с кухарками, приготовившими не такой вкусный суп, сделала папе крохотный браслет из белоснежных бус из маминой мастерской, которые она использовала в своих новых дизайнах платьев. Но я ещё тогда не знала, что отец вряд ли будет носить что-то подобное, однако подходила к этому с огромными энтузиазмом и радостью. И именно тогда он впервые назвал меня Бусинкой. Я так давно не слышала этого прозвища, данного мне именно отцом, что душа у меня затрепетала. Приятное воспоминание заставляет меня широко заулыбаться. Я спешу вытереть мокрые глаза, пока никто не увидел меня плачущей.

– Папа… – выдыхаю я в трубку. – Откуда… Откуда у тебя этот номер?

Ему даже не приходится отвечать, а мне выжидать его ответа. Я сразу понимаю, кто дал ему номер. Никто иной как Сара. Не знаю, с плохих побуждений или нет, но она могла сообщить ему о том, что я здесь и что насчёт меня родители могут не волноваться. Возможно, так и было.

– Я так скучал по тебе, Белла, – произносит папа, и я слышу его грустную улыбку через голос.

– Пап, я…

– Я вовсе не собираюсь отчитывать тебя за то, что ты сделала, – перебивает меня он, угадав мои будущие слова, которые не успевают вырваться из уст. – Просто… Просто я хочу убедиться, что ты в порядке. Я хотел услышать тебя, моя доченька.

Так хочется вылить ему всё, что накопилось в моей душе, но я сдерживаю себя от подобных действий. Одновременно мне стыдно, но и вместе с этим страшно. Я не хочу, чтобы родители приезжали сюда за мной. А хорошо зная маму, могу даже предположить, это вполне может произойти. Я только начала свою новую и самостоятельную жизнь, и я теперь просто не могу позволить кому-то всё испортить. Даже своим собственным родителям. Однако с другой стороны полное отсутствие какого-то дикого рвения отца меня найти и приехать сюда меня даже успокаивает.

– Простите, что я ушла, не предупредив вас, – произношу я. – Но ты ведь знаешь маму. Она бы продолжала меня удерживать так, будто я всё та же маленькая девочка… Но я выросла, пап.

– Я знаю, Белла… Но, пожалуйста, не забывай своих стариков.

Я хихикаю, распознав его шуточный тон.

– Я никогда вас не забуду, – уверяю его я. – Но как мама…

– Она не знает. Ты права насчёт Мэри. Как только информация о тебе дойдёт до неё, она мигом примчится к тебе.

– То есть, ты не скажешь ей?

– Ты тоже пойми. Рано или поздно придётся сказать, ведь она твоя мать.

Я тяжело вздыхаю – точно так же, как вздохнула бы при физической усталости. На раздаточный стол уже прибывают всё новые и новые блюда, требуя от меня отвлечься от звонка, если я не хочу иметь в будущем каких-то проблем с начальством.

– Я сама ей расскажу, ладно? – наконец произношу я в трубку. – Попытаюсь сделать это как можно более деликатно.

– Я в этом не сомневаюсь. – Папа вновь улыбается. Слышу голоса на фоне, и он кому-то отвечает. Кажется, говорит Харди. – Я должен идти, Белла. Надеюсь, Сара относится к тебе наилучшим образом.

Вот и подтвердилось моё предположение в том, что ему обо мне сообщила именно Сара. Отец всегда относился к ней не так, как мама. Он не осуждал её вида деятельности и спокойно принял новость. Конечно, может, это связано с тем, что они с Сарой не являются родственниками, но тем не менее. Меня мама настраивала против тёти тогда как папа ни разу не сказал о ней ничего плохого.

– Передай привет Дилану и Франческе… – Помолчав, добавляю: – Ещё Джозефу. Я очень скучаю по всем ним.

– Они скучают по тебе не меньше, так что поскорее сообщи Мэри. Она будет рада услышать тебя.

– Сообщу… Пока, пап… Я люблю тебя.

– И я тебя люблю. Будь аккуратна в своей новой самостоятельной жизни.

* * *

Когда я переоделась в свою повседневную одежду, кафе уже почти пустовало. Я поправила свои чёрные волосы перед зеркалом и вышла из раздевалки, предназначенной для официантов. На улице разыгралась жуткая непогода, поэтому я как можно плотнее укуталась в шарф, закрыв себе шею и рот. Ищу взглядом Кайла и быстро нахожу. Он уже стоит, переодевшись в серый свитер, в такого же цвета джинсы и тёплую коричневую дублёнку, и готовится выйти из полу-пустого кафе. Лишь пара уборщиц подметают и моют пол после очередного рабочего дня.

– Кайл, погоди секунду, – прошу я громко и, обойдя столики, иду в его сторону.

Он останавливается у дверей и поворачивается ко мне с сунутыми в карманы джинс руками.

– Не проведёшь меня до дома?

Мой вопрос будто застаёт его врасплох. Взгляд парня такой растерянный, что я даже повторяю свои же слова про себя вновь, чтобы понять, что такого я сказала.

– Конечно… Почему нет? – Губы Кайла вновь расплываются в такой милой улыбке, что мне так и хочется дать ему прозвище Мистер-Самая-Очаровательная-Улыбка.

– Здорово!

Я прохожу мимо и выхожу из кафе, прощаясь с уборщицами, которые желают нам хорошо дойти домой. На улице уже темно, но позвала я Кайла далеко не из соображений безопасности. Не из-за того, что боюсь повстречаться со всякими бомжами или маньяками (а этот район, несмотря на то, что является довольно-таки «богатым», не самый благополучный). Кажется, после пережитого мною совсем недавно у меня уже напрочь отбило чувство страха, заменившись на безразличие и безбашенную храбрость.

Кайл выходит за мной, и вместе мы медленно идём по дороге вдоль магазинов. Небо давно стало чернее смоли, а дороги покрылись толстым слоем белоснежного снега, который продолжал падать и падать, удивляя всех ласвегасцев.

– Ты случайно не знаешь, есть ли здесь по близости фитнес-клубы? – спрашиваю я, нарушая тишину, в которой слышны лишь отдалённые голоса развлекающихся людей и шум проезжающих моментами машин.

– Знаю, – отвечает Кайл. – Вот там есть парочка. Кажется, даже один из них отдельно для женщин… Для себя ищешь?

– Да. Хочу поддерживать форму.

Не хочется понапрасну оставлять всё, чему меня начинали учить Гарри и Лэнс, но так и не завершили.

– Это похвально. Я пытался вдолбить тоже самое Кэтрин, но она не особо печётся о своём здоровье. Ей лишь бы потаскаться по клубам и хорошенько оттянуться.

Прямо как Зак, приходит в голову мысль, но я быстро отгоняю её, вновь пожалев о том, что вспомнила людей из своей прошлой жизни.

– А как давно вы с Кэтрин…

– Работаем здесь? – поняв концовку моего незаконченного вопроса, спрашивает Кайл и после моего кивка продолжает: – Мы устроились в «Магнолию» вместе после того, как отец выгнал её из дома из-за её вечных похождений… Прошло где-то пять лет. Но с тех пор почти ничего не изменилось.

Вспоминаю о том, как лишь двадцать минут назад она уехала с несколькими девушками, что зашли за ней в кафе. Должно быть, она сейчас отрывается где-то по полной. Смотря же на Кайла, я сразу отмечаю его резкий контраст между ним и его сестрой. Они абсолютно разные. Даже напоминают мне меня с Диланом. Но только в нашем случае всё наоборот: Дилан обожал развлекаться и посещал чуть ли не все вечеринки в городе, а я всё это время сидела дома вместе со своей строгой мамой, у которой на меня были совсем другие планы.

– Ты вроде раньше жила в Сиэтле… Я не покажусь грубым, если спрошу, почему ты выбрала именно Лас-Вегас в качестве нового места для жизни?

Отрицательно качаю головой м фальшиво улыбаюсь, ведь вопрос не совсем пришёлся мне по душе. До этого дня мы почти не общались с Кайлом, поэтому он совсем ничего обо мне не знает, и его можно понять.

– У меня банальная история. Просто хотелось оторваться от контролирующих меня родителей.

– Твоя фамилия… Бакстер… Ты случайно не знакома с Джереми Бакстером?

Я усмехаюсь.

– Это мой отец.

Кайл удивляется моему ответу. Я же совсем не удивлена тому, что он знает папу. Меня даже не поразит то, что ему многое известно о моей семье. Ведь мой отец возглавляет одну из крупных компаний в США, и однажды его даже включали в журнал Форбс как одного из самых богатых бизнесменов Америки две тысячи четырнадцатого года.

– Правда? Ты дочь Джереми и Мэри Бакстеров? – спрашивает он, и я киваю. – Моя мама обожает платья от Mary Baxter, а отец уже пару раз обращался в Бакстерс Кампани за инвестициями в свою организацию… Поверить не могу, что ты, будучи их дочерью, решила…

– Работать обычной официанткой в кафе?

– Я не хочу сказать ничего обидного, просто обычно девушки из таких богатых семей часто пользуются своим высоким положением в обществе и особо не переживают о работе и прочем.

Он говорит так, будто уже имел личный опыт в общении с подобными людьми. Но я не спешу об этом у него спрашивать, так как совсем не знаю, как он к этому отнесётся. Может, это его каким-нибудь образом заденет, чего лично мне совсем не хотелось бы.

– Они просто очень хорошо меня воспитали, – отвечаю я. – И я благодарна им за это.

А ещё я ужасно скучаю по ним. Даже по маминым лекциям. Сейчас я полностью согласна с утверждением «Мы начинаем ценить дорогих нам людей только когда потеряем их». К счастью, в моём случае я не потеряла их в плохом смысле этого слова, но у меня нет также и возможности сейчас крепко обнять их.

– Где планируешь провести Рождество? – вдруг спрашивает Кайл после недолгой паузы.

Я и забыла, что скоро двадцать пятое декабря, и как Сара уже около месяца наряжает своё жилище. Не сама, конечно. Она наняла специальных людей для этого, и теперь её квартира уже полностью готова к празднику. Даже остальное здание агенства украсили под Рождество: затащили большую ель, повесили гирлянды на стены, на кусты снаружи рядом со зданием, и даже придумали новую акцию для клиентов. Кажется, она звучит как-то так: «Отметьте незабываемое Рождество с нашими очаровательными девушками, которые сделают этот день самым необыкновенным подарком в вашей жизни, и получите 50% скидки!». Звучит как продажа девушками. И как они только могут работать в этой сфере?

– Наверное, с тётей, – честно отвечаю я, не найдясь с другим ответом. – Но если честно, у меня абсолютно нет никакого желания его праздновать.

– Я думаю, на это есть свои причины, хотя услышь что-то подобное моя мама, у неё случился бы приступ. Она жить не может без праздников.

Я издаю еле слышный смешок и смотрю на провожающего меня парня. У него красивые глаза. Почти такие же как у Кэтрин. Они очень похожи внешне, и сразу узнаётся, что они брат с сестрой.

Когда я поднимаю голову, я вижу здание агенства Сары и останавливаюсь в сотнях метров от него. Не хочется пугать Кайла своим местом проживания. Он может не так понять это.

– Дальше я пойду сама, – говорю я, встретившись с его взглядом. – Спасибо, что согласился меня проводить.

– Пожалуйста. – Он мягко улыбнулся. – Хороших выходных.

С этими словами Кайл разворачивается и уходит в противоположную сторону, когда я делаю вид, что тоже ухожу. Дождавшись, когда он скроется достаточно далеко, я быстро иду в сторону эскорт-агентства Сары. Снег под ногами приятно хрустит, на улице такая тишина, что хочется ещё немного прогуляться. Магазины украсили под скорый праздник, и улицу в основном освещали не фонарные столбы, а разноцветные гирлянды, которые висели даже на пальмах. Удивительно, что зима в этом году выдалась действительно снежной, что бывает довольно-таки редко в южных штатах.

Охрана пропускает меня сразу: я давно уже vip-персона в этом месте. Когда я только вошла в здание, меня весело встретила Митси – девушка-администратор, которая обычно всегда общается с приехавшими клиентами и проводит их к Саре, если у тех есть какие-либо вопросы. Поздоровавшись со всеми знакомыми, я быстро прошла к лифту и вошла в него. На шестом этаже я оказалась за пару минут и еле удержалась на ногах от усталости.

– О, querida! – уже с порога встречает меня голос Сары. – Ты наконец вернулась. Я уже думала самой съездить за тобой… Какая красивая погода в этом году! Весьма удивительная для Вегаса.

Она стоит перед елью и украшает её разноцветными сверкающими игрушками. Вновь решила что-то переповесить. А Тейт, которого я замечаю не сразу, лежит на диване, уткнувшись взглядом в телефон. Снимаю своё пальто, обувь и прохожу вглубь.

– Ты голодна? – спрашивает Сара, повернувшись ко мне всем телом.

– Нет, – отказываюсь я. – Но вот попить воды я не откажусь вообще.

Хрустя онемевшими пальцами, я иду на кухню и беру стакан. Наполняю его чистой водой и выпиваю его весь за раз. Сухость во рту наконец исчезает.

– Сара, почему ты рассказала обо мне отцу? – вспомнив произошедшее сегодня днём, спрашиваю я.

Тётя совсем не выглядит так, будто я застала её врасплох. Кажется, она даже уже готовилась к этому вопросу.

– Сariño, я просто решила убедиться, что твои родители знают где ты. Какой бы взрослой ты себя не считала, пока что ты всё ещё несовершеннолетняя.

О Боже. Неужели подобные лекции добрались до меня и здесь?

Чтобы не спорить дальше и уж тем более не начать настоящую ссору, я делаю вид, что смиренно согласилась с Сарой. Да даже нет во мне никаких претензий к ней. Наоборот, я рада, что поговорила с отцом. А это благодаря ей.

– Изабелла, можешь поспать, – вновь начинает тётя и хлопает в ладоши, будто к чему-то готовясь. – А я должна спуститься вниз. Скоро вернусь.

Без дальнейших разъяснений Сара быстро идёт к лифту на своих высоких ярко-красных каблуках и исчезает за дверьми, оставив меня наедине с Тейтом и его телефоном.

Я поворачиваюсь назад, чтобы взглянуть в окно, но вдруг перехватываю на себе взгляд парня, смотрящего на меня с дивана как-то странно. Терпеть не могу, когда на меня пялятся. В особенности, вот в такой наглой манере.

– Кто ты такая? – вдруг спрашивает парень.

От такого неожиданного вопроса я даже теряюсь с, казалось бы, простым ответом. Его шутки вышли на новый уровень? Новый уровень «выбешивания Беллы»?

– Что? – переспрашиваю я. – В каком смысле?

– Почему несколько месяцев назад тебя разыскивала вся полиция Сиэтла?

Глава

81

Я молчу так, будто вдруг целиком проглотила язык. Тейт же смотрит на меня своими чёрными глазами и ожидает ответа на поставленный вопрос с абсолютно непринуждённым выражением лица.

– Ну? – На его губах появляется издевательская улыбка, из-за которой на щеке выступает ямочка. – Так кто ты? Кто ты? Ну кто ты?

– Да хватит! – закатив глаза, прикрикиваю я из-за его надоедливого тона. – Это не твоё дело!

Хочу уже развернуться, чтобы уйти, но он вслед тут же произносит:

– Тогда я расскажу Саре.

Меня одолевает невероятная злость на этого засранца, и поворачиваюсь я к нему с полным презрения выражением лица. Он же продолжает нагло улыбаться, словно всё это действительно забавно.

– Серьёзно? Будешь заниматься ябедничеством? Как малолетний сопляк?

– Да, – вполне спокойно отвечает Тейт, пожав плечами. – Я тот ещё ябеда.

Не ожидав такого ответа, я даже теряюсь, не зная, что теперь ответить этому говнюку. Мне так не хочется втягивать в это всё свою тётю. Не хочется объяснять и рассказывать ей обо всём, что со мной происходило до моего прилёта в Вегас. Чёрт! А так хорошо всё шло!

– Ты преступница? – спрашивает Тейт. – Что ты сделала? Кого-то грохнула? Или обворовала?.. Может, ты насильник? Или мошенница? А может…

– Да замолчи ты уже наконец!

Стону от раздражения и массирую виски. Кажется, будто даже голова у меня заболела.

– С чего ты вообще это взял? – Пытаюсь казаться спокойной.

Теперь Тейт выглядит так, будто я застала его врасплох. Это заставляет меня с подозрением на него покоситься, а интерес внутри меня резко подскочить вверх.

– Это неважно, – отвечает парень, махнув рукой.

– Погоди… Ты не мог знать этого. Об этом сообщалось только по Сиэтлу.

– Я много чего могу знать, Сахарок. Я просто очень умный.

Кажется, в его планах было отвлечь меня от разговора. И ему это действительно удалось, потому что сразу после его слов я вновь раскраснелась.

– Не зови меня так! Я Белла!

– Нет, ты Сахарок. Это имя подходит тебе больше.

Как же ему нравится выводить меня из себя. Он будто питается моей энергией, когда в очередной раз говорит что-то, что выбешивает меня.

– Я не обязана ничего тебе рассказывать, так что отстань, – кидаю я и иду на кухню.

Хватаю стакан, наливаю себе апельсиновый сок, который выхватываю из холодильника, ведь из-за этой небольшой дискуссии у меня, кажется, пересохло во рту. Выпив, я пытаюсь игнорировать тихий смешок Тейта, но не выдерживаю.

– Ты смеёшься надо мной?

– Нет, Сахарок, – невинно бросает он. – С чего ты взяла?

Боже, как же его лицо напоминает мне Гарри… В них определённо есть что-то схожее. И теперь, глядя на Тейта, неужели я всегда буду вспоминать свою неудачную любовь? От этих мыслей я даже как-то остываю и не начинаю вновь наезжать на парня из-за этого его дурацкого «сахарка», как он меня прозвал.

– Слушай, я устала. И у меня нет никакого желания с тобой ссориться. Так что… Buenos noches!

Собираюсь уже уйти, но он вдруг произносит:

– Не уходи. Мне ужасно скучно сидеть здесь одному.

Поворачиваюсь к нему с недоверием и встречаюсь с его «щенячьими» глазами, так и умоляющими меня остаться.

– И что мне с этого будет? – спрашиваю я.

Он недолго думает, затем выдаёт:

– Я не буду называть тебя Сахарком целых полчаса.

– Так себе условие.

– Сара всё равно вернётся не скоро. Можем поиграть в видеоигры.

Почему-то его предложение приходится мне по душе. Совсем немного пораздумав, я отвечаю ему положительно. Тейт тогда расплывается в улыбке и достаёт диск из полки под телевизором. Суёт его внутрь новенького Плэйстэйшна, который стоит здесь уже неделю. Я устраиваюсь на диване как можно удобнее, разминая шею. Я люблю видеоигры, они здорово отвлекают, и мне часто доводилось играть в них вместе с Диланом, пока не возвращалась мама и не забирала меня на какое-нибудь мероприятие с её подружками.

– Что будем играть? – спрашиваю я.

– В Фар Край 3! – отвечает Тейт. – Это легендарная игра. Нужно кончать с пиратами, выполняя всякие задания. Тебе должно понравиться.

Он наконец включает игру и садится рядом со мной, протянув мне один из джойстиков. Я беру его в руки и сажусь в позе лотоса, поджав ноги и готовясь к напряжённой увлекательной игре.

– Ты когда-нибудь убивала кого-нибудь? – вдруг задаёт вопрос парень, пока на экране высвечивается надпись «Ubisoft».

Я в удивлении на него взглянула, а в голове резко прошлись кадры с людьми, которых я успела прикончить. Я желала забыть, но Тейт мне о них безжалостно напомнил.

– Нет, – быстро кидаю я, пытаясь при этом выглядеть беззаботной и совсем не переживающей насчёт вопроса. – Что за дурацкий вопрос?

Игра уже включается. Парень заходит в меню и выбирает режим «на двоих». Листает персонажей.

– Ты уверена? – ехидно произносит он.

Я смотрю на него и вижу, как он, продолжая глядеть в экран телевизора, ухмыляется, будто абсолютно уверенный в моём вранье. У меня быстро отпадает желание играть.

– Да кто ты такой? – спрашиваю я. – Откуда ты… Почему ты уверен, что я… кого-то убила?

– Ты ведь Изабелла Бакстер. Тебя хотели прикончить, но вместе со своим парнем ты сбежала. Прикончила парочку людей, когда скрывалась. Тебя даже объявляла в розыск полиция. Всё правильно?

Раскрыв рот от шока, я даже чуть не роняю джойстик из своих рук. Правда, вовремя взяв себя в руки, я не позволяю этому случиться.

Откуда, чёрт возьми, он обо всём этом знает?! Я точно знаю, что о произошедшем было известно лишь в Сиэтле. Папа сам уверял меня в этом, сам договаривался со своими связями. Может, парочка журналистов ещё писали об этом где-то в Интернете, но после того, как отец разобрался и с ними, они быстро всё убрали. Неужели это всё же выплыло за пределы Сиэтла?

– Знаешь… Я передумала. – Положив джойстик на диван, я быстро встаю. – Поиграй сам.

На моё удивление теперь Тейт вдруг сохранил молчание, не позвав меня обратно. Мне стало не по себе от того, что он всё знает, поэтому я поспешила убраться в свою комнату. Он ведь не может быть как-то связан с произошедшим в Сиэтле, верно?.. Нет, нет, нет. Он не может.

Когда я закрываю за собой дверь, запускаю пальцы в волосы и стараюсь не запаниковать. Я не могу признаться себе в этом, но… Боже, мне страшно. Что, если Тейт как-то связан со Стивеном? Стивен ведь был довольно влиятельным человеком. Что, если теперь за него желают отомстить? Друзья, к примеру? Боже… Я не хочу в это верить. И даже предполагать ужасно.

Недолго думая, я сажусь за макбук Сары, который она часто даёт мне на пользование. Быстро зайдя в браузер, я набираю «Тейт», затем несколько минут пытаюсь вспомнить его фамилию, но тщетно. Кажется, он никогда ещё мне её не называл. От этого тревожность внутри у меня возрастает с новой силой. Тогда я придумываю другой способ что-то найти.

Тейт убийства парень Лас-Вегас

Напечатав несколько слов, я надеюсь выйти на что-то, но к моему сожалению браузер не выдаёт нормальных ответов, заменив страницу на какие-то левые сайты, которые не имеют к Тейту никакого отношения. Тогда я немного меняю текст:

Тейт преступник Лас-Вегас

Сердце делает сальто, когда на экране появляется несколько сайтов с похожим друг на друга текстом: «ТЕЙТ АВЛИС: Как молодой парень легко обманул полицию и в третий раз сбежал из тюрьмы». Недолго думая, я кликаю по ссылке, и меня переносит на новостной сайт известного телеканала про криминал. Текста совсем мало, и меня даже немного это разочаровывает. Быстро пробегаюсь глазами по словам и буквам, пытаясь понять, о «правильном» ли Тейте идёт речь.

«Как сообщает Daily News, Тейту Авлису вновь удалось сбежать из-под стражи, легко обманув порядка десяток полицейских. Никто не знает, каким образом он отключил абсолютно все камеры в коридорах, но всего спустя пару дней после задержания молодой преступник обхитрил всех и вновь скрылся. Как известно, этот побег уже третий на его счету. Где Авлис находится сейчас неизвестно, но мы будем следить за новостями о поимке преступника. За любую информацию о местоположении Тейта Авлиса объявлено вознаграждение в двадцать тысяч долларов. Звоните по телефону…»

Пропустив номер, я быстро спускаюсь вниз по странице и замираю, открыв рот, когда вижу фото Тейта. Того самого, что сейчас сидит в гостиной. На фото он нагло высовывает свой язык, держа перед собой табличку со своим именем и фамилией. Фотография сделана в полицейском участке.

Я в ужасе отстраняюсь от макбука и смотрю на дверь, за которым совсем недалеко сидит этот преступник. Нигде не написано, что именно он сделал и за что был схвачен, но то, что он трижды сбежал из тюрьмы, и за него объявлено вознаграждение в двадцать тысяч долларов уже о чём-то говорит.

Я тянусь к тумбочке, открываю выдвижной шкаф и под слоем своего нижнего белья достаю пистолет, который храню на важные случаи. Сейчас он может пригодиться. Я не сразу решаюсь выйти, но когда мне удаётся собраться с духом и вспомнить, что я уже пережила, уверенность сама ко мне возвращается. Повернув ручку на двери, я открываю её и сразу смотрю на Тейта. К счастью, он сидит на месте и рядом с ним нет никакого предмета, с которым он мог бы на меня напасть. Парень играет в игру, но в одиночном режиме, и моего присутствия по началу даже не замечает. Однако мне нужно узнать у него, кем он является и откуда знает столько обо мне, поэтому я зову его.

– Хэй! – громко произношу я.

Тейт лениво поворачивает свою голову в мою сторону с вопросительным знаком в глазах.

– Кто ты такой? – спрашиваю я, пряча за спиной пистолет, который я точно готова использовать, если этот человек вдруг ринется ко мне. Мне совсем не будет страшно это сделать. – Почему ты сидел в тюрьме?

Его совсем не впечатляет мой вопрос, потому-что он отвечает, вернув взгляд на экран телевизора и продолжая играть, как ни в чём не бывало:

– Ну мало ли за что меня могли туда упрятать.

– И это всё, что ты можешь мне сейчас сказать?!

– Ага. А ты хотела чего-то большего?

Я просто не могу его раскусить. Его абсолютно ничего не волнует. Он сидит передо мной совершенно спокойно, при этом понимая, что я знаю о его преступной деятельности.

– Что ты сделал? – настойчиво продолжаю я. – За что тебя сажали?

– Сахарок, ты что, только что реально загуглила меня?

– Да! И ты обязан сейчас сказать мне о себе. Потому что я не хочу жить в одном месте с убийцей.

– О, я не убийца.

– Да? Тогда кто же ты? За что сидел в тюрьме? Тебя сейчас разыскивают.

Он наконец откладывает джойстик в сторону, поставив игру на паузу. Смотрит на меня и вальяжно устраивается на диване, продолжая смотреть на меня с какой-то детской наивностью.

– Ну ладно, – произносит он наигранно уставшим тоном. – Ты можешь знать. Только т-с-с, никому ни слова.

Я внимательно слушаю его, радуясь тому, что наконец узнаю ответ.

– Я хакер. Взламываю всякую хреновину… Подумаешь, направил парочку беспилотников на военную базу. Я же просто веселился. Тем более это был мой день рождения.

После его слов у меня автоматически расширяются глаза. Не знаю, всерьёз ли он выдал мне это, решив похвастаться, или просто пошутил, но я крепко ухватилась за слово «хакер».

– Но твой род деятельности не объясняет мне то, откуда ты столько знаешь обо мне.

– Да нет. Как раз таки объясняет. Мне было ужасно скучно в тот день, и я лазил по разным секретным источникам. Наткнулся на твою историю совершенно случайно. И даже не думал, что увижусь с тобой в живую.

– Сара знает? – спрашиваю я. – Что ты… хакер.

– Не-а. И ты, Сахарок, тоже т-с-с.

Здорово… Этого парня разыскивают, а он встречается с моей тётей. А что если её обвинят в покрывательстве этого преступника? И что же мне делать теперь? С другой стороны меня поражает его спокойствие. Тейта абсолютно не волнует то, что я могу сдать его. И это почему-то меня пугает.

– Ты же понимаешь, что я не могу молчать о такой информации? – интересуюсь я. – Ты всё же… Блин, ты можешь доставить проблем Саре. И мне тоже.

– Я умею прятаться, Сахарок. Так что тебе лучше молчать, если не хочешь разбить своей тётушке сердце.

Я устало вздыхаю, ощущая себя так, словно на меня вновь повесили что-то очень тяжёлое, и теперь мне придётся тащить это что-то на себе. Вновь меня втягивают в криминал. Я не знаю, чем это может кончиться, но сейчас об этом думать абсолютно нет никакого желания. Поэтому ничего не ответив Тейту, я просто разворачиваюсь и ухожу из гостиной в свою комнату.

* * *

Целое утро я размышляла о том, что узнала вчера, и даже не могла спокойно смотреть в глаза Саре.

Сидя на кухне, мы вместе завтракаем: как и каждый день. Тётя приготовила просто восхитительную яичницу, удивив меня тем, что обычный омлет можно сделать таким вкусным. Тейт сидит рядом с ней и постоянно кидает на меня озорные взгляды, словно мы играем в игру. Он словно видит, как я мысленно мчусь из одного варианта к другому, совершенно не зная, что же выбрать по итогу. И его это так веселит, что мне хочется врезать ему со всей силы.

– Завтра моя лучшая работница поедет к одному очень известному человеку, – сообщает Сара, отпив вина из бокала. – Он приглашает нас на Рождество. Кажется, намечается вечеринка с разными знаменитостями.

– Я думала, ты хочешь отметить Рождество здесь, – отвечаю я. – Ты ведь говорила, что даже уже разослала приглашения.

– Верно, dulzura. Поэтому я даже не знаю, что делать.

Мне бы твои дилеммы, Сара. К сожалению, жизнь ко мне не совсем справедлива в этом плане.

– Там будет Джиджи Хадид? – спрашивает Тейт с загоревшимся взглядом.

– Возможно. Но там точно будут Кардашьяны! Давно хотела пообщаться с Ким! Хочу заказать косметику от Кайли… Кстати, Белла, если хочешь, могу и тебе купить. Стоит всего ничего.

Не хочу надолго застрять здесь, обсуждая совсем неинтересные мне темы, поэтому сразу же допиваю свой чай практически залпом, будто водку.

– В любом случае, предупреди меня о своём решении, – вставая, прошу я. Кидаю взгляд на настенные часы. – А сейчас я пойду. Мне нужно на работу… Пока!

– Удачи, bebé! Посылай всех козлов, если начнут приставать! Не ведись на милые мордашки или большое состояние!

– Хорошо! – выкрикиваю я в ответ, ухмыльнувшись, прежде чем двери лифта закрылись.

Мне безумно нравится отношение Сары к подобному. Нравится, что она не советует мне поскорее обзавестись женишком или просто парнем, а как раз наоборот: часто предупреждает меня не вешаться на каждого встречного. Как же она отличается от своей родной сестры! Просто всем!

Быстро покинув здание агентства, на своём пути успев поздороваться со всеми, с кем я уже успела познакомиться, я сразу же направилась к месту своей работы. В голове всё ещё летали мысли о вчерашнем. Я не знаю, стоит ли рассказывать об этом Саре. С одной стороны Тейт не кажется опасным, но с другой… С другой он вполне может нанести какой-нибудь серьёзный вред кому-либо из нас. Особенно мне страшно за тётю. А что, если он сделает ей больно? Что-то мне подсказывает, что Тейт встречается с ней лишь ради её денег. Ну какой совсем ещё молодой парень станет встречаться со взрослой женщиной? Да, она хороша собой, но всё же… Почему-то мне кажется, что если бы не её богатство, он бы не обратил на неё никакого внимания. Так или иначе, я всё равно выведу этого придурка на чистую воду.

Размышляя о своём, я даже не заметила как добралась до «Магнолии». Суета уже началась, поэтому я как можно скорее добралась до шкафчиков официантов. Забрала свою форму и быстро надела на себя в раздевалке, находящейся за дверью рядом со шкафчиками.

– Доброе утро, подруга! – приветствует меня Кэтрин, уже влетающая с пустым подносом на кухню.

– Привет, Кэт, – улыбаюсь я ей в ответ.

Она быстро подходит ко мне и немного задирает низ своей кофточки, оголяя часть живота.

– Смотри, новую татушку набила, – восхищённо пропела она.

Я внимательно рассматриваю на удивление симпатичного паука на её плоском животе, обвивающую паутиной бутон розы. Странный рисунок, но выглядит очень даже красиво.

– Это типа я, – тыкнув пальцем на паука, объясняет она, – а это мой бывший. Тот ещё сукин сын, но красивый, чёрт бы его побрал.

Я усмехаюсь её воображению и говорю, что татуировка действительно необычная.

– Белла! Столики! – громко напоминает мне миссис Фонч – помощница администратора. Когда мистера Миддлтона нет в кафе, его заменяет именно она. – Клиенты сами не потащатся за своими заказами! Торопись!

– Да, миссис Фонч! – отвечаю я, уже давно привыкнув к этой вечно чем-то недовольной ведьме.

Быстро ставлю тарелку с десертом на поднос, рядом ставлю кружку горячего чая – очередной заказ я выхватываю с раздаточного стола с той же ловкостью, какой уже научилась за два месяца работы в этом кафе. Вновь бедром открываю себе дверь и выхожу в зал, который на сегодня особенно полон гостей. Перед Рождеством люди часто ходят поесть, будто бы в день праздника они этого сделать не смогут.

И когда я поворачиваюсь к нужному мне столику, поднос с едой моментально выпадает у меня из рук. Стакан разбивается об пол, сок разливается прямо у меня под ногами, а еда небрежно разбрасывается. Люди в удивлении оборачиваются на меня, в то время как я – растерянная, старающаяся сохранять самообладание, – стою будто вкопанная, даже не думая шевельнуться.

Сердце забилось с такой ужасающей быстротой, на какую только оно было возможно, что мне даже показалось, будто прямо сейчас, прямо посреди зала я потеряю сознание. Но сердце забилось не столько от удивления, сколько от моей неимоверной любви, которая словно бутон цветка расцвела прямо у меня в груди. Я думала, любовь уже давно погибла… Но нет, она всё ещё существует во мне.

Я не могу отвезти взгляда от этих зелёных глаз, которые тоже меня заметили.

Глава

82

– Белла? Всё в порядке?

Рядом со мной появляется Кэтрин. Она смотрит вниз, на упавшее блюдо и разбившийся стакан, затем снова переводит взгляд на меня. А я смотрю на Гарри и не могу отвернуться, будто нахожусь под гипнозом. Нет, я под чарами его зелёных глаз, которые словно моё личное проклятье не дают мне спокойной жизни. Кэтрин замечает это и тоже смотрит на парня, сидящего за дальним столиком, прямо у окна.

Он совсем не изменился. Разве что его каштановые волосы чуть подросли. Гарри всё тот же до безумия красивый парень, укравший моё сердце всего год назад. Мы не виделись несколько месяцев, но у меня возникает ощущение, что прошло несколько лет.

Наконец, когда я прихожу в себя, я быстро разворачиваюсь, обхожу Кэтрин и быстро вбегаю на кухню, пока девушка безуспешно зовёт меня по имени и продолжает спрашивать что случилось. Под удивлённые взгляды поваров миную столы, открываю дверь в крохотный коридор и с силой её захлопываю. Скатываюсь вниз, садясь на холодный и пыльный пол, абсолютно не заботясь о своей форме.

– Нет, нет, нет, нет, нет, – повторяю я себе, запустив руки в свои волосы.

До боли прокусываю губы и уже чувствую вкус железа на языке. Царапаю кожу на руках, будто так смогу избавиться от его образа в своей голове. Его шокированный взгляд, застывший на мне. Он не знал, что найдёт меня. Он удивлён видеть меня здесь.

Он вновь появился в моей жизни… Зачем? Как? Почему это произошло?! Неужели все мои попытки забыть его никогда не обвенчаются успехом? Неужели я не смогу жить, не зная его?

Дверь рядом со мной вдруг открывается. Тело сводит судорогой от одной лишь мысли, что это может быть Гарри. Но подняв взгляд, я вижу блондинку, с тревогой глядящую на меня сверху вниз.

– Белла, что с тобой? – спрашивает Кэтрин, садясь рядом со мной на корточки. – Что случилось?

Я даже не знаю, следует ли мне рассказывать ей или лучше промолчать. Она слишком настырна, да и смысла скрывать что-то я тоже не вижу. Не успеваю ответить, как что-то движется чуть дальше от нас: свет выключен, и в темноте разглядеть что-либо оказывается сложно. Из склада с овощами выходит Кайл, говоря по телефону. Он удивляется, увидев картину, представшую перед ним: я сижу на полу рядом с дверью с нервным видом, а Кэтрин сидит на корточках рядом, утешая меня.

– Что происходит? – спрашивает он, подходя к нам и закончив говорить.

– Я сама не знаю, – честно отвечает Кэтрин, пожав плечами.

Я как дура не могу выдавить и слова. Меня всегда напрягали подобные ситуации, когда я ощущаю себя некомфортно. Как унизительно… А сейчас это чувство становится ещё более невыносимым.

– Там сидел мой бывший парень, – наконец выдавливаю я из себя и кладу голову на поджатые к груди колени.

– Так… Абьюзер какой-нибудь? – предполагает девушка спустя несколько секунд молчания. – Я могу вырвать ему яйца, если хочешь. Или…

– Кэт, – перебивает её резко Кайл. Затем он обращается ко мне: – Он сделал что-то плохое?

Только сейчас понимаю, что глаза у меня мокрые. Забавно, что я даже не заметила этого раньше; плакать начала не я, а, по-видимому, моя несчастная душа.

– Нет, он был… – Он был самым лучшим человеком, который всегда был рядом со мной и защищал меня. Но оступился, и всё кончилось. – Дело, скорее, даже не в нём… Мы просто расстались, и я надеялась никогда его больше не видеть… Потому что… Потому что слишком сильно его любила.

Недовольная своей излишней откровенностью, я тут же замолкаю. Кэтрин и Кайл озадачены моим рассказом и даже ничего не произносят, пока нас не привлекает звук открывшейся двери. Мистер Миддлтон, директор кафе, выходит из своего кабинета и замирает от неожиданности, увидев нас троих. Он одет в свой любимый костюм, который надевает обычно по пятницам, каштановые волосы аккуратно уложены. В руке у него какая-то папка с бумагами.

Я тут же вскакиваю с пола, встав на ноги, и от стыда теряюсь, не зная, куда себя деть. Кэтрин поступает по моему примеру.

– Это вы так работаете? – строго произносит мужчина, остановившись.

– Извините, мистер Миддлтон, – начинает за нас Кэтрин, которая отличается своей смелостью перед подобными ситуациями. – Просто возникла кое-какая проблема.

– Пожалуйста, возвращайтесь на свои рабочие места, если не хотите остаться без зарплаты.

– Да, конечно! Ещё раз извините.

Мистер Миддлтон или просто Брэдли, как мы его часто зовём, проходит мимо нас и выходит из коридора. Я свободно выдыхаю, когда он скрывается за дверью.

– Козёл, – буркает Кэтрин.

– Я пойду, – говорю я, поправляя свою юбку. – Ничего в этом страшного нет.

– Если хочешь, можем тебя прикрыть, – усмехается Кэтрин. – Если ты не хочешь видеть своего бывшего мужика.

– Нет, всё нормально. – Пытаюсь убрать из голоса дрожь и говорить со стопроцентной уверенностью. – Правда. Я готова.

Не дав им произнести ещё что-нибудь, я выхожу наружу, вновь оказываясь на кухне. На раздаточном столе уже стоит куча блюд, а пара других официантов, увидев меня, просят наконец начать работать, а не страдать непонятно чем. И мне, засунув глубоко в себя свои страхи вновь встретить его зелёные глаза, приходится идти обратно в зал. Выхватив пару тарелок и положив их на поднос, я медленно открываю дверцу и выхожу из кухни. По началу я даже опускаю взгляд вниз, надеясь избежать зрительного контакта с Гарри, но почти сразу поднимаю, не справившись с желанием вновь увидеть его красивое лицо. Когда я с замиранием сердца смотрю на тот же столик, за которым он сидел всего несколько минут назад, на его месте оказывается пустой стул. Я поворачиваю голову направо и налево, но не вижу знакомую мне фигуру. Тут же во мне разгораются два противоположных чувства: я разочаровываюсь и торжествую. Подойдя к нужному столику, ставлю блюда очередным гостям, желаю приятного аппетита. Когда же я разворачиваюсь, мне приходится сильно постараться, чтобы не вскрикнуть. Потому что прямо передо мной, всего в нескольких сантиметрах от меня, возникает Гарри. Дыхание у меня тут же будто бы прекращается, я слышу лишь стук своего сердца, тогда как все остальные звуки просто исчезают.

– Так вот где ты, – тихо произносит он, глядя мне в глаза.

Его голос… Боже, этот прекрасный голос, который заставляет меня трепетать. Как давно мне не хватало этого дивного звука.

Я ничего не отвечаю. Даже не показываю, что счастлива и несчастна одновременно видеть его здесь.

Он так близко… Так близко ко мне, что я могу крепко обнять его. Я так этого хочу, но… Нельзя, Белла! Не глупи! Будь умней!

Я могу просто уйти, но так я, возможно, увижу его в последний раз. Поэтому терплю жжение в груди и продолжаю стоять на месте, как окаменевшая.

– Что ты здесь делаешь? – спрашиваю я холодным и безразличным тоном, который еле вырывается из горла.

Он хочет ответить, только открывает рот, но не успевает этого сделать. Чья-то женская рука с белоснежной кожей и красными ногтями ложится на его плечо, а затем следует голос:

– Гарри, ты уже всё?

Это Алексис.

Она выглядит безупречно, как бы я и не старалась видеть её отвратительной. Как бы сильно я её ненавидела, ничто не изменит этого факта.

– О… – удивлённо выдаёт она. – Белла, кажется?.. Рада видеть тебя снова.

В её голосе явно доминирует сарказм. Я не заставляю себя долго ждать и, натянув на губы холодную усмешку, произношу:

– К сожалению, не могу ответить взаимностью.

Видно, как мой ответ поставил девушку в неловкое положение. Она даже немного раскраснелась, когда брови свелись от злости.

– Что ж… – Вновь смотрю на Гарри, который уже успел нахмуриться. – Удачно вам провести время.

Отталкиваю их в сторону, как бы невзначай, хотя в мыслях представляю, как с радостью оттолкнула бы сильнее. Да так, что заставила бы свалиться на пол. В особенности эту блондинистую сучку.

Прохожу на кухню и часто-часто дышу. Упираюсь спиной о стену и не могу больше держаться. Слёзы вылезли из глаз, будто водопад, и потекли вниз. Я заставляю себя хотя бы не издавать всхлипов, чтобы не привлечь внимание. Ненавижу себя за эти моменты, когда моя слабость, незаметно подступив к горлу, вырывается из меня мощным вихрем. Когда я не могу сдерживать себя и плачу как долбанная истеричка. Ненавижу!

Это лицо… Это красивое до невозможности лицо заставило моё сердце трепетать и разбиться вдребезги одновременно. Как, чёрт возьми, такое возможно? Почему со мной это происходит?

Когда я поворачиваю голову в сторону двери, я вновь его вспоминаю. Возникает ощущение, что он сейчас ворвётся сюда и обнимет меня. Я буду сопротивляться, отбиваться, но буду желать этого всем сердцем. Но этого не происходит. Он по-прежнему там, за дверью вместе с Алексис – его первой настоящей любовью. Может, это судьба, и всё так и должно было случиться? Нам не сбежать от того, что нам уже предрешено, как бы мы не сопротивлялись. Я просто должна… смириться с этим.

Смахнув слёзы с щёк и рукой пройдясь по мокрым глазам, я встаю. Поправляю одежду, строю такое выражение лица, будто ничего не произошло. Натягиваю улыбку. Он не должен видеть меня в таком виде. Должен думать, что я в полном порядке. Что я счастлива без него. Так будет легче нам обоим.

– …Я хочу заскочить туда, так что отвали, Кайл! – раздражённо кидает Кэтрин, показавшись около раздаточного стола.

– Опять будешь видеться с Жаклин? – спрашивает Кайл, следуя за ней.

Девушка закатывает глаза, тяжело вздыхая.

– Слушай, то что ты старше меня на год, не даёт тебе права запрещать мне куда-либо ходить! Так что я сказала отвали!

Наблюдая за ссорой брата и сестры, я понемногу остываю, забывая о Гарри, вновь ворвавшегося в мою жизнь несколько минут назад. С меня спадает та тяжесть, которая и подкатывала к горлу. Мне становится гораздо легче, когда я отвлекаюсь.

– Белла, ну хотя бы ты скажи моему чокнутому братцу! – недовольно бубнит Кэтрин, подходя ко мне.

– Это нормально, – улыбаюсь я. – Мой брат тоже часто контролировал меня.

– И ты туда же?.. Я всё равно туда поеду, Кайл. Иди в задницу!

Она эффектно разворачивается и выходит обратно в зал. Кайл устало опирается на стол и прикладывает ладонь к своему лбу.

– Она сейчас, возможно, будет такой, – стараюсь утешить его я, подвинувшись ближе. – Но вскоре изменится.

– Кэт никогда не меняется… С детства такая стерва.

Коротко смеюсь, радуясь тому, как постепенно ко мне возвращается моё самообладание.

– Ты в порядке? – спрашивает Кайл, явно заметив отблески грусти в моих глазах.

– Ага, – небрежно кидаю я. – Уже всё хорошо.

Кайл улыбается мне своей очаровательной улыбкой, при которой мне удаётся на время выбраться из этого мрачного мира.

– Тогда за работу, – шуточно толкнув меня в плечо, произносит он.

– Да, сэр, – издаю смешок я, и мы хватаем два подноса со стола и вместе выходим в зал к очередным гостям.

* * *

На обеденном перерыве подали чизбургеры с кофе. Я сидела вместе с Кэтрин подальше от остальных официантов и слушала о том, как же сильно ей хочется заиметь пирсинг на языке. У неё уже есть пирсинг на губе, пупке и на мочке левого уха, оттого я совсем не понимаю её стремления обзавестись ещё одним.

– Как, кстати, ты себя чувствуешь? – спрашивает Кэт, отпив из своей чашки кофе.

– Я… – Немного мешкаюсь, когда вдруг вновь вспоминаю сегодняшнюю неожиданную встречу. – У меня всё хорошо.

– Уверена? Нужна помощь с твоим бывшим?.. Кстати, это вот тот кудрявый парень? Это твой бывший?

Я киваю, делая глоток кофе, держа чашку так, будто хочу провалиться на самое её дно. В горле уже неприятно зашипело при упоминании Гарри.

– А он ничего такой, – усмехается Кэт. – Секси… Что он такого сделал, что ты с ним порвала? Или он с тобой? Я там рядом с ним видела какую-то шлюшку. Это из-за неё вы разошлись?

Проницательности Кэтрин можно только позавидовать. Она легко раскусила всю ситуацию и верно подметила, поэтому я не отвечаю, а по моим глазам она сразу понимает, что оказалась права.

– Могу навалять ей. Я серьёзно. Знаешь, сколько моих бывших изменили мне? И каждая их новая потаскуха получила от меня таких травм, что некоторым даже пришлось кости заново собирать. Могу помочь с этим.

Мне приходится лишь беспомощно ей улыбнуться, так как сил говорить о Гарри, а тем более об Алексис совсем нет. Заманчивое предложение, но я сама могу пару раз врезать ей. Однако зачем? Я абсолютно не вижу смысла как-то вмешиваться в их отношения. Пусть будут счастливы вместе… Я действительно желаю Гарри быть счастливым. А со мной или без меня это уже решение его сердца, на которое я никак не могу повлиять.

Допив свой кофе, я сообщаю, что хочу подышать свежим воздухом, и Кэт понимающе кивает. Тогда я надеваю верхнюю одежду и выбираюсь через задний вход, прямиком во двор ресторана, где обычно официанты могут закурить. Это место не закрыто от остальной части улиц, поэтому моментами могут проходить обычные прохожие, на которых я внимания не обращаю. На улице стало теплее, а других работников здесь нет, так что я могу свободно выдыхать, не переживая насчёт того, что мою идиллию кто-нибудь нарушит. Недалеко проезжают машины, в некоторых из них грохочет музыка – у многих людей давно появилось рождественское настроение, все готовятся к празднику, а я… Не знаю. Мне всё равно, что весьма для меня редко. Дома

Рождество мы отмечаем исключительно с самыми близкими родственниками и друзьями, которых мама приглашает к нам домой. Станут ли они и сейчас отмечать праздник в обычном своём репертуаре или отменят из-за моего исчезновения? О втором варианте совсем не хочется думать.

Когда мой взгляд падает на очередного прохожего, я вдруг замираю, услышав голос этого человека. Это девушка, разговаривающая с кем-то по телефону, и она подходит всё ближе и ближе (скорее всего просто ищет укромное место, где можно поговорить без лишнего шума). Девушка одета в чёрное зимнее пальто до колен, а на ногах светло-розовые сапоги на каблуках. Каштановые волосы распущены и свисают на плечи блестящими локонами. Она выглядит очень изящно, и я сразу узнаю, кто это.

Это Моника.

Растерянно приоткрыв рот, я сначала посчитала, что её лицо мне лишь привиделось, и стоит передо мной совершенно незнакомая мне девушка, которая, возможно, лишь чем-то похожа на мою старую подругу. Однако Моника подошла достаточно близко, чтобы я хорошо и отчётливо увидела её милое личико. А меня она не замечает.

– … Да, – говорит Моника в трубку, опустив взгляд на землю, покрытую снегом. – Я же сказала, там будут не все… Верно. Можно ещё что-нибудь заказать, думаю, мальчишки оценят… Хорошо. Можешь купить… Ладно. Увидимся… Только побыстрее, ты ведь знаешь, как Нейт ненавидит, когда на столе нет его любимого вина… Всё, пока, Зак!

Она кладёт трубку, выдыхает холодный воздух и кидает телефон в свою модную сумочку, которая, кажется, у неё новая. Вот теперь-то она поднимает глаза, и наши взгляды неожиданно встречаются. Она пару секунд в удивлении на меня смотрит, даже открывает рот, чтобы что-то сказать, но не может. И на губах у неё сразу возникает широкая улыбка.

– Белла? – будто не веря своим глазам, вскрикивает она. – Это правда ты?

Не успеваю я ответить, как девушка мигом возникает прямо передо мной и заключает в такие крепкие объятья, что мне даже становится трудно дышать.

– Я так рада тебя видеть! – искренне продолжает она, заставив меня улыбнуться.

Она отстраняется и своими карими кукольными глазками осматривает меня так, будто мы не виделись десятилетиями.

– Что ты здесь делаешь? – спрашивает Моника, окончив «осмотр».

– Я здесь работаю, – кивнув в сторону кафе, отвечаю я.

– И из всех городов страны…

Ей не нужно заканчивать, я сразу понимаю, как должно кончиться её предложение. Действительно. Как так получилось?

– Ты приехала вместе с Гарри? – Его имя трудно выбирается из моего горла, но мне всё же удаётся его произнести.

Вместо слов Моника с загадочной улыбкой на своих пухлых губах поднимает свою ладонь наружной стороной и демонстрирует мне золотое кольцо на безымянном пальце.

У меня теряется дар речи. Рот раскрывается автоматически. Не веря своим собственным глазам, я пялюсь на кольцо, пока девушка не берёт всю инициативу на себя:

– Нейт сделал мне предложение пару недель назад!

Наконец я прихожу в себя. Мощная волна, ударившая в голову, быстро приводит меня в чувства.

– Я… – Удивление на моём лице резко сменяется на искреннюю радость, широченная улыбка появляется на моих губах. – …Боже!.. Я так рада за вас!

Эта парочка легко выиграла бы приз в номинации «самая милая семья», это точно! Представляя их в свадебных нарядах, под алтарём, дающих друг другу обещания быть вместе до конца жизни, я млею.

– Свадьбу решили провести здесь, – добавляет Моника, разглядывая изящное колечко. – Поэтому мы и приехали все… А Гарри подарил нам в качестве свадебного подарка здесь виллу… Ну, после смерти Стивена всё его состояние досталось Гарри.

Я просто киваю, еле удерживая улыбку на своём лице. Она старательно пытается сползти, получив приказ от подавленного мозга, но я держусь. Стараюсь держаться.

Теперь Гарри молодой миллиардер, который сможет позволить себе всё, что угодно. И всё же то, что он решил сделать такой подарок своим близким друзьям, действительно очень мило. Особенно, если учитывать, каких бешеных денег стоят виллы в Лас-Вегасе.

И из всех городов страны они приехали именно сюда. Мы встретились именно на этой улице. Моя наивность твердит мне, что это, должно быть, судьба, но картинки из прошлого легко их собой перекрывают.

– Я не хочу настаивать, но… – Моника немного мешкается, заправляет выбившуюся прядь волос за ухо. – Но я… Мы были бы счастливы, если бы ты пришла.

Ужас, который охватывает меня изнутри, не даёт сосредоточиться на всех остальных мыслях, что мелькают в голове. Вновь увидеть его… Прямо перед собой с этой Алексис… Что может быть ужаснее этого?.. Когда же проходит лишь несколько секунд, меня одолевает дикое желание встретиться со всеми остальными. Лэнс, Софи, Нейт и Зак… Они столько всего сделали для меня, что любовь к ним засела в сердце, сделав их для меня практически второй семьёй. Я очень хочу вновь их увидеть, обнять, хотя подобные чувства были не до конца мною изведаны. Я никогда не была любвеобильной, никогда не горела желанием кого-то там встретить, а в особенности обнять. Сейчас же я удивляюсь самой себе. Они все изменили меня.

– Я подумаю, – обещаю ей я, пытаясь скрыть глубоко внутри себе страх увидеть Гарри и его новую-старую девушку. – И ещё раз поздравляю… Не знала, что Нейт на такое решится.

– Он ведь меня любит.

Эти слова ранят меня, хотя их значение самое прекрасное, какое только может быть. Мне тоже хочется любить кого-то… И получать взаимность, а не страдать от ноющей боли в груди, которая вот-вот разорвёт меня на части.

– Удачи, Белла. – Моника вновь меня обнимает. Крепко, словно видит в последний раз. – Мы по тебе очень скучали, знай… Он тоже.

Я усмехаюсь, чтобы не показывать своё мучение.

– Позвони, и мы тебя заберём, – произносит она в последний раз.

Моника уходит и исчезает за стеной, оставив меня с нерешёнными задачами, поселившимися в моей голове.

* * *

Рабочий день закончился, поэтому я, уже переодевшись в свою повседневную одежду, выхожу из кафе, вновь, будто бы это традиция, прощаясь с оставшимися работниками.

– Белла! – зовёт меня Кайл, побежав за мной.

– Да? – спрашиваю я, заправив за ухо выбившуюся прядь волос.

– Не видела Кэт? Или она вновь куда-то уехала?

Кажется, будто Кайл слишком сильно опекает её. Она уже взрослая и самостоятельная девушка, которой не нужны запреты родного брата или кого-либо другого. Но, зная Кэтрин Миттанг, я даже в чём-то с ним согласна. Она является просто невообразимой тусовщицей, которая жить не может без развлечений. А за такими людьми стоит присматривать, чтобы отгородить от каких-либо неприятностей.

– Должно быть, уехала со своими подругами… Кажется, я видела машину, заехавшую за ней полчаса назад.

Кайл цокает, оглядев местность, однако сестру не находит.

– Ладно, – выдыхает он. Затем неожиданно добавляет: – Я надеюсь, у тебя действительно всё хорошо.

Имеет ввиду Гарри и мою растерянность, которая сегодня днём меня охватила.

– Да… Всё хорошо… Спасибо.

– Тогда до завтра, Белла.

Я улыбаюсь, опускаю взгляд, посчитав, что Кайл сейчас уйдёт. Но внезапно он слегка нагинается и оставляет лёгкий поцелуй у меня на правой щеке. Я в удивлении замираю, а он, лишь доброжелательно улыбнувшись, разворачивается и уходит.

Не знаю, что только что произошло. Чувствую лишь приятное покалывание на щеке после этого детского милого поцелуя. Это был просто дружеский «чмок» в щёчку или действие, намекающее на что-то большее? Одновременно во мне поселяются два чувства: беспокойство и трепетное ожидание чего-то действительно хорошего, чего-то нового. Кайл очень милый парень, он сильная противоположность Гарри. Они абсолютно разные, и не знаю, радует ли меня это или нет. Нравится ли мне Кайл?

– Твой парень? – вдруг произносит кто-то.

Я в удивлении поднимаю до этого опущенный на землю взгляд и вижу Тейта, стоящего оперевшись на капот чьей-то заведённой машины.

– Что ты здесь делаешь? – спрашиваю я, нахмурившись.

Прежде он никогда не появлялся около кафе «Магнолия». Ни он, ни Сара. Обычно они посещают лишь дорогущие рестораны подальше отсюда.

– Твоя тётушка попросила тебя забрать. Говорит, цитирую: «Здесь слишком много придурков, которые могут к тебе приставать. А ты же такая невинная девочка».

– Я сама смогу за себя постоять, – твёрдо отвечаю я.

– О, в этом я не сомневаюсь, Сахарок. Но всё же… Садись. Тебя никто не спрашивает.

Обалдев от очередного уровня его наглости, я скрещиваю руки на груди.

– Да давай уже, – ноет Тейт, открывая дверцу. – Не строй из себя стервочку.

– Ты меня бесишь.

– Постарайся с этим смириться.

Проиграв этот бой, я лишь закатываю глаза и взбираюсь в бардовый Бугатти. Интересно, чья это тачка? Она стоит бешеных денег, так что Тейт точно её не приобрёл. Либо Сарин, либо он просто её спёр. И второе предположение далеко не радует меня.

Тейт нажимает на педаль газа, и мы с мощным рёвом выезжаем из парковки кафе, пристраиваясь позади серебристой Тойоты, которая останавливается из-за красного света на светофоре. Внутри салона пахнет вишней. На фоне играет тихая музыка из динамиков.

– Это был твой хахаль? – спрашивает Тейт.

Я пристёгиваюсь и язвительно отвечаю ему:

– Это тебя касаться не должно. Я же не допрашиваю тебя о твоём криминальном прошлом, верно?

Он фыркает.

– Я бы всё равно тебе ничего не рассказывал.

Стараюсь сохранять во всём своём теле напряжение, не расслабляюсь ни на секунду. Я слишком плохо знаю Тейта, чтобы быть спокойной, находясь в машине наедине с ним. Не знаю, что у него на уме.

– Боишься меня? – Тейт ухмыляется уголком губ. На щеке появляется ямочка.

– Нет, – отрезаю я, удивляясь его проницательности.

– Да не трону я тебя, Сахарок. Можешь расслабиться.

Решаю проигнорировать его слова, перенося тему:

– Чья это машина?

– Моя.

Усмехаюсь его ответу.

– Точнее, тебе его подарила Сара?

Тейт с наигранным возмущением на меня смотрит, продолжая вести машину.

– С чего ты вообще взяла, что я такой бомж?

– Эта тачка стоит минимум четыре миллиона… Откуда у тебя столько денег?

– Ты многого обо мне не знаешь, Сахарок.

Я напрягаюсь сильнее. Обычно после таких слов идёт что-то не особо хорошее.

Впервые я обращаю внимание на дорогу. Те капли спокойствия, что ещё оставались во мне, в миг улетучиваются.

Мы едем в совершенно другом направлении.

Мы отъехали слишком далеко от агентства Сары.

Глава

83

Я сглатываю, краем глаза глядя на Тейта, продолжающего вести машину в неизвестном мне направлении. Мне не удаётся разгадать его эмоции даже по мимике. Его чёрные глаза как две бездонные ямы устремлены вперёд, губы сжаты, рука свободно держится на руле. Я изучаю его взглядом, пытаясь понять, что у него сейчас на уме.

– А куда мы едем? – спрашиваю я, сжимая руку в кулак.

Я совсем не побоюсь врезать ему, если что-то пойдёт не так. Я буду готова.

– Увидишь, – коротко отвечает он.

Рассматриваю дорогу за окном, чтобы запомнить её. Или вспомнить. Вокруг нас магазинов становится больше, от чего облегчение немного во мне просыпается. К своему сожалению я плохо разбираюсь в улицах Лас-Вегаса, никогда здесь не была, чтобы знать, по какой улице мы сейчас едем. Вдобавок моя расшатанная нервная система усугубляет ситуацию, порождая в сердце паранойю, которая совсем сейчас не кстати.

Наконец машина медленно останавливается, припарковавшись возле «Гранд Канал Шопс». Это огромное здание, подсвеченные лампочками, стены которой окрашены в приятный желтовато-бежевый цвет. Людей вокруг так много, что я даже стараюсь прикинуть в голове, как мы пройдём отсюда и как вообще выедем.

– Приехали, – весело протягивает Тейт, вырубив двигатель. – Вылезай.

– Сначала скажи мне, зачем мы сюда приехали? И где Сара?

Он цокает, будто устав от моих вечных вопросов. Я же не могу уже доверять всем вокруг, а особенно бывшим преступникам как Тейт.

– Здесь нет Сары, – признаётся парень, откинув свои русые, чуть волнистые волосы назад. – Я соврал.

Я напрягаюсь сильнее.

Вдруг Тейт суёт руку в штаны с левой стороны, отчего каждый мускул на моём теле налился стальным напряжением, пульсирующим в венах вместе с кровью. В голове резко проскакивают картины предстоящего: парень достаёт пистолет из кобуры у себя на штанах и пристреливает меня прямо внутри машины, а я не могу ничего сделать. Не успеваю.

Не дав ему выхватить то, что находится у него там, и не находя времени поинтересоваться, я, замахнувшись на миллисекунду, резко направляю свой кулак прямо к его лицу. Знаю, что удар будет болезненным, но лучше так, чем быть убитой.

Но я не смогла его ударить.

Тейт выхватывает мою руку с такой удивительной скоростью, что ему позавидовал бы сам Ртуть из вселенной Марвел. Он держит меня за запястье, а я замираю, шокированная его действием. Приоткрываю рот, когда из горла вырывается глухой вскрик. Даже писк.

– И что ты только что собиралась сделать? – Тейт совсем не выглядит растерянным. Он ухмыляется, выгнув в вопросе правую бровь.

– Эм-м-м… – Я мычу, не находя ответа. – Ничего.

Главное, что он отвлёкся от своего занятия, и мне предоставляется возможность взглянуть, за чем же он сунул руку в карман.

Телефон. Это телефон.

От собственной глупости, мне хочется дать себе по лицу. Паранойя окончательно сведёт меня с ума.

Ощущаю, как сердце постепенно успокаивается, напряжение выливается из вен наружу, дав мне возможность дышать ровно. Я перевожу взгляд на лицо Тейта, который смотрит на меня всё с тем же вопросом.

– Ты собиралась меня ударить? – В его голосе играет насмешка, но удивление тоже есть.

– Нет, – строю из себя дуру я, но поняв, насколько неубедительно прозвучала, решаю сказать правду: – Ладно… Да… Я просто подумала, что ты… Хочешь на меня напасть.

Он всё ещё крепко держит моё запястье, и поэтому я пытаюсь высвободиться, уверенная, что он отпустит. Но Тейт этого не делает.

– Напасть? – Парень коротко смеётся. – И зачем мне на тебя нападать, Сахарок? Капец, ты странная.

Хмурюсь, глядя на него, и тяну свою руку обратно.

– Ты сейчас сломаешь мне руку, – кивнув на запястье, произношу я.

Тейт пару секунд улыбаясь на меня смотрит, но всё же наконец отпускает. Я потираю запястье, продолжая глядеть на парня с хмурым лицом.

– Хорошая реакция, – произношу я.

– Приходилось учиться.

Интересно, занимался ли он ещё чем-то противозаконным помимо хакерства? Спросить напрямую не хочется, ведь он ясно сказал, что не станет отвечать на вопросы о его жизни. А показывать ему свой интерес не даёт моя гордость.

– Так зачем мы здесь?

Тейт вновь тянется назад, берёт свой телефон, который я ему пару минут назад взять попрепятствовала, и отвечает:

– Хочу, чтобы ты помогла мне выбрать рождественский подарок Саре.

– Серьёзно? Ты притащил сюда меня обманом для этого?

– Ну да… – Тейт кивает, взглянув на экран своего телефона. – Я не совсем разбираюсь в подарках для женского пола… А ты вроде девушка.

– Да, вроде, – усмехнувшись, выдыхаю я.

Парень открывает дверцу, просит и меня выйти. Я пару секунд шумно вздыхаю и выдыхаю воздух, одними губами шепча оскорбления в свой же адрес, которые я заслужила из-за своей тупости. Затем я выхожу.

Свежий холодный воздух отдаёт приятным запахом. Людей много, слишком много, что я чувствую ароматы их духов, которыми они обшикались сегодня. Они веселы, держат в руках подарочные пакеты и упаковки, которые совсем скоро окажутся у родственников, близких, друзей. Праздничная атмосфера, царившая вокруг, буквально схватила меня, потянув за собой.

Торговый центр «Гранд Канал Шопс» огромен до невозможности. Я не могу видеть весь размер, но даже отсюда видно, сколько людей выходят и входят в здание толпами. Рядом – украшенные по-Рождественски ели, красные носки, полосатые леденцы, гирлянды… Всё вокруг сияет и сверкает, что глаза невольно любуются видами.

– Ну и чего ты там стоишь? – доносится до меня усталый тон Тейта.

Он стоит в нескольких футах от меня, но я успела забыть о его присутствии.

– Идём уже.

Цокнув, я всё же направляюсь к нему.

Вокруг – разговоры о предстоящем празднике. Целые семьи, на которых мой взгляд то и дело натыкается, напоминают о родителях и Дилане, которых я эгоистично бросила. Вспоминаю об обещанном звонке, и становится стыдно. Я должна позвонить маме, не могу ведь вечно переносить это важное дело на потом.

– Твои идеи? – вновь возвращает меня на землю Тейт.

Я вопросительно смотрю на него.

– Ты о чём?

– Слушай, Сахарок, ты здесь только для этой цели, так что не забивай свою прелестную головку лишним.

Прозвучало как угроза, поэтому я отвечаю тем же, презрительно взглянув ему в глаза.

– Ты мне сейчас приказы отдаёшь?

– Если тебе удобнее, можешь называть это так.

С его лица никогда не отходит эта ухмылка, или она появляется только при общении со мной?

Закатываю глаза и иду вперёд ко входу, проходя мимо радостных людей. Как же хочется самой быть пропитанной вот этими дурацкими чувствами, которые все обычно называют счастьем. Может, я просто должна успокоиться и жить так, как мне суждено? Не ждать чего-то большего от жизни и довольствоваться тем, что у меня уже есть? Иначе другого выхода я больше не вижу.

Войдя в торговый центр, мы оказываемся в просторном зале, стены которого окрашены в приятный бежевый цвет. Потолок, возвышающийся над нами, держит на себе закреплённые искусственные подарочные коробки, красные шары и искусственные снежинки, которые висят на таких тонких прозрачных нитях, что почти незаметны. Лампочки, горящие сверху, освещают зал, но, скорее всего, днём не обходятся без помощи: на потолке ровно посередине сооружено небольшое стеклянное подобие выпуклой наружу крыши, украшенной декоративными узорами. Она даёт возможность глядеть на небо, которое сейчас окрашено в чёрный. Справа и слева от нас – украшенные ели, на которых ярко горят гирлянды. Люди фотографируют всё вокруг, фотографируются сами вместе с семьёй или друзьями.

– Что предложишь? – спрашивает Тейт, когда мы идём вдоль дверей, ведущих в различные модные бутики.

Мне никогда не приходилось ломать голову над каким-либо подарком, так как в основном всё дарили именно мне. Потому я сейчас не тороплюсь с ответом.

– Можно… Эм-м-м… – Я задумываюсь, заглядывая в магазины по бокам. – Ну, к примеру… Одежду?

Тейт издаёт смешок и смотрит на меня с насмешкой в чёрных глазах.

– Серьёзно? И это всё, что ты можешь предложить?.. Сахарок, одежду я бы и без тебя купил.

Мы выходим в ещё один зал, и первое, что привлекает моё внимание, это огромные красные буквы, образующие слово «Любовь». Вселенная явно надо мной издевается. Позади надписи вода стекает с первого этажа, напоминая небольшой водопад прямо посреди здания, а перед надписью я вижу что-то вроде бассейна, окружённого зелёными растениями, искусственными миниатюрными снеговиками, мерцающими гирляндами и подарочными упаковками. Я даже замечаю небольших оленей, сооружённых из деревянных веток, а чуть дальше дугообразную подставку со свечами. Конечно, бассейн стоит здесь лишь для красоты, а не купания.

Мой взгляд просто намертво прикован к этой красоте, и отвернуться сил не хватает.

– Сахаро-о-ок! – помахав перед моими глазами, коротко смеётся Тейт. – Не спи. Идём наверх.

Он встаёт на эскалатор, я иду за ним. Ступеньки поднимают нас наверх, на первый этаж, и я рассматриваю дивные виды залов, в которых мы уже побывали. Как человек смог создать такое удивительное зрелище в простом торговом центре?

– Можешь купить бриллиантовое кольцо, – произношу я. – Или колье… Какое-нибудь украшение. Она вроде любит их.

– Не-е-ет, – протягивает парень. – Это слишком банально.

Вновь в раздражении цокаю. Хочется огрызнуться ему, но мне удаётся совладать с собой.

Когда мы поднимаемся на второй этаж, я вижу балконы, глядящие вниз, будто в оперном театре. Люди толпами стоят там, фотографируют и снимают видео всего, что им встречается, а я пытаюсь сохранить снимки в собственной памяти.

Тейт ведёт меня дальше, и я стараюсь от него не отставать: потеряться точно не входит в мои планы.

– Может, тогда устроишь ей какой-нибудь… Ну не знаю… Отвезёшь в какое-нибудь красивое место?.. – Замолчав на мгновение, я вдруг понимаю, что голова абсолютно пуста. – Да чёрт! Зря ты выбрал меня в качестве советчика. Я совсем не разбираюсь в подобных вещах.

– Оно и видно, – со смешком замечает Тейт. – Тогда сделаем так… Чего тебе хотелось бы получить от своего парня?

Его слова заставляют моё сердце подскочить. Образ в голове, намертво вцепившись в меня, безжалостно трясёт за плечи, издевается, ломает на несколько кусков.

Делаю вид, что раздумываю, хотя точно знаю, что бы ему ответила.

Ответ тут лишь один: мне хотелось бы получить любовь. Мне хотелось бы, чтобы Гарри просто любил меня, не заставлял меня кровоточить мыслями и истощаться от пролитых слёз, когда его нет рядом. Я точно не стала бы ждать каких-либо подарков, кроме его объятьев и поцелуев.

Лучший подарок – он.

Но вместо этого я отвечаю:

– Ничего. Я не являюсь фанатом всяких подарков.

Тейт впервые удивляется моим словам:

– Серьёзно?.. Да ты идеальная!

Не знаю, комплимент ли это или очередная насмешка, пропитанная сарказмом, поэтому просто разворачиваюсь.

– Идём? – спрашиваю я, кивнув в сторону высокого аркообразного прохода в очередной зал.

Сколько здесь вообще этих залов ещё?

– А что мы ищем? – интересуется он, когда мы вновь начинаем свой путь.

– Ты меня об этом спрашиваешь? Сам меня сюда затащил, так что это я тебя должна спрашивать.

– Ну, я полагал, ты поможешь мне с выбором. А ты, оказывается, совсем безнадёжна.

– Заткнись, или я сломаю тебе нос.

Тейт поднимает руки, словно сдаваясь, но ухмыляется: его ужасно забавляют мои слова. И знал бы он, что я совсем не шучу. Надоело, когда тебя не воспринимают всерьёз только из-за того, что ты девушка.

– Что Сара любит больше всего? – спрашиваю я, хотя прозвучал мой вопрос странно: всё-таки я должна была знать ответ на этот вопрос о своей родной тёте.

– Секс, – пожимает плечами парень.

Я, сжав губы, округляю глаза на его ответ, и вижу, как некоторые прохожие с усмешкой на нас обернулись. А некоторые даже заткнули уши своим детям: всё же сегодня здесь самые разные семьи, и количество детей действительно невероятно.

– А вот этого мне знать не нужно было, – коротко кидаю я и иду дальше вперёд.

– А тебя смущает это слово? – догоняя меня, спрашивает Тейт всё с тем же насмешливым тоном. – Секс?

Сгорая от неловкости, когда на нас таращатся люди, потому что Тейт слишком громко произносит это слово, я продолжаю идти вперёд.

– Замолчи, пожалуйста, – шикаю я, прикрывая лицо рукой.

– Почему? Секс это вполне естественная вещь. Даже твои родители им зани…

– Тихо! Из-за тебя нас сейчас выгонят отсюда!

– А я хочу говорить о сексе! Секс это…

Я затыкаю ему рот ладонями и угрожающе смотрю в глаза, хотя его это абсолютно не пугает. Извинившись перед окружающими нас людьми, некоторые из которых уже смотрели на нас с презрением, я толкаю парня ко входу в следующий зал.

Тейт смеётся через мою ладонь.

– Не веди себя как придурок… А, точно. Ты и есть придурок.

– А ты истеричка с плохим чувством юмора… Хотя, нет. С отсутствием чувства юмора.

– По-твоему это смешно? Тогда у тебя, друг мой, проблемы с головой.

– Можешь просто признаться, что я тебе нравлюсь.

Хочется вырвать эту вечную ухмылку с его лица. Стереть эти ямочки, которые дико напоминают мне о Гарри каждый раз.

– Нравишься? – переспрашиваю я, остановившись. Уловив в этих словах смысл или даже намёки, я сооружаю на лице самое злое выражение, на какое только была способна. – Слушай, ты… Если обидишь Сару, я тебе хребет сломаю.

Тейт продолжает смотреть на меня с вызовом в озорных глазах.

– Хребет сломаешь? – переспрашивает он, приблизившись ближе.

Я отталкиваю его от себя за грудь, чтобы показать, что мне не составит труда врезать ему, если будет нужно.

– Давай уже искать то, за чем мы пришли, о'кей?

После сказанных слов я иду дальше, не заботясь о том, успевает ли за мной Тейт или нет. На мгновение даже забываю, что это была его затея: приехать сюда.

Парень меня догоняет.

– А на вид такая хрупкая, – усмехается он мне в ухо.

– Ты совсем меня не знаешь, – холодно отвечаю я.

Внезапно моему взору открывается удивительная красота, и я еле не застываю на месте. Широкий зал перед глазами имеет потолок, на котором вырисовано такое реалистичное голубое небо с пушистыми белоснежными облаками, что я даже теряюсь: разве не ночью мы сюда заявились? Магазины по сторонам сооружены в стиле венецианских домов, какие я видела лишь на картинках, хотя родители часто бывали в Италии, пока маленькая я сидела с дедушкой и бабушкой в Лос-Анджелесе. На улочках стоят фонарные столбы, скамьи, а дальше – разные кафе, магазины, рестораны и прочее. Открыв рот, я перевожу взгляд на перила, к которым мы подходим. Прижавшись к ним ладонями, смотрю вниз и вижу искусственный канал, а на нём – венецианские лодки с мужчинами в полосатых кофтах и желтоватых шляпах, держащими вёсла.

– Хочешь прокатиться? – спрашивает Тейт, заметив мой любопытный взгляд.

Неуверенно на него смотрю.

– Ты серьёзно?

– Я всегда серьёзен.

Вновь обращаю взор на проплывающие под нами гондолы и людей на них. Да. Мне хочется поплыть на них и ощутить себя так, словно я действительно нахожусь сейчас в солнечной Венеции.

– Ну ладно, – киваю я, и Тейт впервые улыбается, а не ухмыляется, в ответ.

– Супер! Тогда за мной.

Мы идём на правую «улочку» вдоль ресторанов, кафе и кофейных. В ярде от перил стоят столбики с натяжной красной лентой, закрывающей проход вниз, к гондолам. Рядом смуглая девушка в той же одежде, что и гондольеры.

Мы подходим к ней.

– Здравствуйте, – сразу засияла она, когда увидела нас. В её словах почувствовался явный итальянский акцент.

У неё чёрные волосы до плеч, та же желтоватая шляпа, полосатая голубо-белая кофта и чёрные брюки с обвитой вокруг бёдер красной лентой – традиционная одежда гондольеров.

– Есть свободные места? – с ходу спрашивает Тейт, будто игнорируя приветствие.

Моя привычка в хороших манерах ещё с детства заставляет меня немного смутиться от грубого поведения своего спутника.

– Да, конечно! – Повернувшись в сторону подплывающей лодки, девушка прикрикивает: – Марселло! Hai un posto vuoto adesso?

– Sì! Possono venire qui! – отвечает ей смуглый мужчина с чёрными усами – стереотипная внешность для итальянца.

Он как раз подплывает ближе, и я могу хорошо рассмотреть лодку, пока Тейт платит за «путешествие» на ней.

Гондола состоит из дерева, она асимметричной формы, окрашенная в чёрный цвет. Когда лодка ближе, видно, что длина обвода её левого борта больше, чем правого. Корпус – закруглённой формы, корма и нос подняты вверх.

Марселло стоит на задней части лодки, а спереди – два сиденья для желающих прокатиться. Кажется, эта гондола исключительно для романтических парочек. Лодка украшена красным ковриком, бархатными накидками на сиденья, цветами и бронзовыми подсвечниками.

– Идём, Сахарок, – произносит Тейт мне в ухо, внезапно оказавшись слишком близко ко мне.

Он идёт вперёд, я иду за ним. Мы спускаемся по нескольким ступенькам к зеленоватой воде, которая мягкими крошечными волнами прибивает к бетонным стенкам.

– Vieni a bordo! Oh bella coppia! – широко улыбается гондольер, когда мы встаём около лодки.

– Что он говорит? – спрашиваю я тихо Тейта.

– Эм… – Парень от чего-то заулыбался. – Да так. Просто приветствует. И просит садиться.

Я в подозрении сощуриваюсь, но не отвечаю ничего. Прохожу на лодку, сажусь на левое сиденье, на мягкую подушку, которую будто набили облаками с неба: настолько она мягкая. Тейт что-то отвечает мужчине, затем лезет за мной.

– Теперь, Сахарок, наслаждайся видами, – ухмыляется парень, максимально удобно устраиваясь на своём месте: расставляет ноги, облегаемые чёрными рваными на коленях джинсами. – Это, конечно, не настоящая Венеция, но всё же.

Гондола качнулась, затем медленно двинулась вперёд. Мы отплываем.

Я стараюсь сохранять в памяти всё, что вижу. В изумлении рассматриваю потолок, смотрю по сторонам, на искусственно созданные венецианские жилища; на балконах даже висят горшки с цветами. Но и про предстоящее Рождество не забыли: повсюду, куда не падает взгляд, находятся украшенные ели, сверкают гирлянды, висят ёлочные игрушки. Но всё же, желая сохранить стиль итальянского города, перебарщивать не стали. И это восхитительно смотрится.

Поворачиваю голову в сторону Тейта, который сейчас на моё дичайшее удивление просто пялится в свой телефон, игнорируя красоты вокруг.

– Как давно ты здесь? – спрашиваю я. – Я смотрю, тебя совсем не удивляет вот это вот всё.

Он отвлекается от экрана и смотрит на меня своими тёмными глазами, в которых я буквально могу видеть своё отражение.

– Ну я же не девчонка – любоваться этим всем. – Вновь эта усмешка на губах. – А так я живу в Вегасе где-то… – Его лицо принимает задумчивый вид. – Где-то с тринадцати.

– А где твоя семья?

Почему-то мне вдруг стало интересно узнать о нём хоть что-то. Он совсем ничего о себе не рассказывает. А мне хотелось бы знать об ухажёре своей тёти, которая могла бы из-за влюблённости временно ослепнуть. Мне и так не совсем нравится его бывшая деятельность.

Тейт молчит пару секунд, затем выдаёт:

– Без понятия. Я свалил из дома ещё в десять.

– Почему?

Тыкнув указательным пальцем в кончик моего носа, он наигранно протягивает:

– А это уже слишком личное, Сахарок.

– Ладно, – отодвинув своё лицо, произношу я. – А откуда ты знаешь итальянский? Ты, кажется, понял, что сказал этот парень. – Киваю в сторону гондольера, слишком увлечённого плаванием, чтобы замечать наши разговоры.

– Что за допрос? – усмехается Тейт, откидываясь на сиденье удобнее. – Лучше ты мне расскажи, почему это тебя хотели укокошить?

От неприятных воспоминаний у меня внутри всё отмирает, и я поворачиваюсь вперёд, надеясь, что парень лишь по одному моему выражению лица поймёт: я совсем не хочу говорить о своей прошлой жизни. Но Тейт, как ему и свойственно, не успокаивается.

– Ну не тяни резину. Расскажи. Я умею хранить секреты, моя куколка.

– Не хочу я тебе ничего рассказывать… И вообще, тебя это точно не касается.

– Могла бы быть и повежливее с человеком, который прокатил тебя на Бугатти. – В его голосе наигранная обида. Неестественная. Прозвучавшая словно в цирке. – Не каждый день на таких тачках девчонки разъезжают. Ты хоть видела физиономии остальных людишек, когда мы сюда подъехали?

– Вот мне интересно, на какие же деньги ты умудрился купить эту машину? Может, всё же признаешь, что она у тебя от Сары?

Он ухмыляется в тысячный раз за день.

– У меня есть работа.

– И какая же?

– Сладость моя, ты переходишь линию. – В глазах Тейта искрится озорство. – Может, я стриптизёр, и мне неловко говорить о своей профессии? Ты об этом не подумала?

– Откуда я знаю! Может, ты воришка? В таком случае ты не самая лучшая пара Саре. И мне придётся думать, как бы от тебя избавиться.

– Воу, Сахарок! Откуда у тебя такая паранойя? Личный опыт?

Не совсем, конечно. Может, даже похуже будет. Вокруг меня – дым из смертей, убийств и прочих неприятных моментов, поэтому я стараюсь их позабыть навсегда. А иначе зачем я решила начать новую жизнь?

– Тоже мне… У самой секретов куча, а прикопалась именно ко мне, – хохочет Тейт после длительной паузы. Немного приблизившись лицом ко мне, он добавляет: – Может, это ты воришка и приехала сюда, чтобы у тёти нахаляву пожить? Покупать одежду и прочую женскую муть?

Меня разозлили его слова.

– Да кто ты такой, чтобы обо мне так думать?

– Я парень твоей тётушки. И тебе лучше свыкнуться с этим, милая. Может, в будущем стану твоим зятем.

– Не дай Боже.

– Я понимаю, что тебе обидно, но прости. Моё сердце всё же уже принадлежит Саре.

Закатываю глаза на его упрямые шуточки, которыми он разбрасывается каждый день, пока я вижу его. И что Сара вообще в нём нашла? Они же просто дико разные! Нет, он очень привлекателен внешне, но всё же далековат от тех, кто обычно окружает Сару: обычно это взрослые, богатые мужчины, которые имеют уже свои бизнесы, а некоторые из них даже известны в стране. И от чего она выбрала простого, молодого парня, которому лишь бы развлекаться?

Мы уже проплыли достаточно большое расстояние, чего я не заметила из-за "дискуссий" с Тейтом. Вижу, как приближаемся к небольшому мосту – мост Вздохов, как его называют в Венеции. И вновь меня охватывает удивление. Сколько же надо было денег потратить, чтобы соорудить весь этот искусственный итальянский город? Как же реалистично всё вокруг выглядит.

Прижимаю колени к груди, замерев от красоты своего окружения. Лодка плывёт по фальшивому каналу медленно, аккуратно, лишь слегка раскачивается из стороны в сторону. По мосту проходят люди, завороженно наблюдают за гондолой, проплывающей мимо, фотографируют, сохраняют на плёнках своей памяти. Я впервые за долгое время улыбаюсь, забывая обо всём на свете. Обычно в такие моменты хочется по-настоящему жить. В таких моментах хочется остаться навсегда.

Мы проплываем под мостом. Я гляжу на сооружение над нами, пока лодка движется прямо, и вздыхаю от восторга. Никогда бы не подумала, что нахождение в торговом центре может произвести на меня вот такое впечатление.

– Vogliamo vedere un, piccioncini! – вдруг произносит итальянец, который управляет гондолой.

Я не сразу понимаю, что он обращается к нам. Лишь повернувшись, встречаю его широченную белозубую улыбку размером с Тихий океан.

– Что? – спрашиваю я у Тейта, надеясь, что хотя бы он поймёт суть сказанного.

Парень немного приоткрывает рот. Кажется, он удивлён. И даже смущён. Тейт смущён? Это что-то новенькое.

Меня это настораживает.

– Что такое? – вновь спрашиваю я.

Гондольер продолжает на нас пялиться с улыбкой, и только сейчас понимаю, что лодка не движется. Весло мужчина неподвижно держит в руке. Напрягаюсь сильнее, уже твёрже глядя на Тейта, который наконец отвечает:

– Он говорит, чтобы мы поцеловались, Сахарок.

Глава

84

– Что, прости? – переспрашиваю я так, будто не услышала.

Перевожу взгляд на итальянца вновь и еле борюсь с желанием расчистить его улыбающуюся физиономию. Тейта забавляет ситуация, он держится, чтобы не засмеяться, смотрит на меня с ожиданием.

– Я не знал, что он это потребует, – произносит он, пока на губах не перестаёт сидеть глуповатая ухмылочка, которую так и хочется вырвать.

– Конечно, – со сарказмом выдаю я. – Ты же здесь никогда не был. Хитрожопый ты гон_он.

– Ого, какие мы словечки знаем. Некрасиво так выражаться, Сахарок. – Обводя рукой зал, Тейт добавляет: – Тем более, в этом чудном, пропитанном романтикой месте.

– Заткнись, пока я не сбросила тебя в воду.

– Вновь угрожаешь мне?

Не отвечая своему спутнику, я всем телом поворачиваюсь к гондольеру, натягиваю широкую улыбку на лицо и произношу максимально сладким тоном:

– Прошу вас, сеньор, выпустите меня отсюда… Иначе это весло сейчас окажется у вас в глотке и выйдет из задницы.

Тот продолжает смотреть на меня всё с тем же тупым выражением лица, игнорируя все мои слова. Кажется, английского он не знает.

– Он не выпустит, – кидает Тейт, опрокинув голову вверх, на искусственное небо. – Это итальянская традиция. Проплывая под этим мостом, нужно поцеловаться. Ты же не хочешь оскорблять наших друзей-итальянцев?

Совсем нет времени на выяснение отношений, на злость, которую не хочется тратить впустую, поэтому я решаю поступить таким же хитрым способом, каким этот засранец.

Я без лишних слов тянусь к нему, при этом отчётливо замечая его оживлённость на лице, опираюсь руками о сиденье, пока губы приближаю всё ближе и ближе. И вот, когда между нашими губами остаётся около дюйма, резко целую его в щёку и с победным, но при этом невозмутимым лицом возвращаюсь на своё место.

– Никто не уточнял, что целовать надо в губы, – невинно отзываюсь я. – Так что в следующий раз будешь внимательнее, сосунок.

Ответа не дожидаюсь. Вижу боковым зрением лишь его взгляд на мне. Не поворачиваюсь, чтобы взглянуть в ответ, изучить его глаза – с какими эмоциями они на меня сейчас смотрят.

Лодка наконец начинает движение, управляемая довольным итальянцем позади нас. А я ликую, гордая тем, что ответила Тейту. Маленькая гордость за себя никогда не помешает.

Мы плывём к конечному пути – чуть дальше очередная "остановка", где несколько милых парочек уже стоят, дожидаясь своей очереди, чтобы романтично провести время. Было бы здорово побыть здесь с Гарри. Сидеть рядом с ним, прижаться к нему, положить голову на его плечо, пока его рука будет приобнимать меня.

И тогда бы я его поцеловала. Я бы это сделала без капли смущения.

Но я не могу. Его нет. Меня с ним нет.

Нас нет.

Гондола останавливается. Итальянец, крепко держа весло и гладко "паркуясь" возле ступенек, весело проговаривает:

– Ci vediamo in giro! Ciao!

Интересно, он совсем не говорит на английском или лишь притворяется чистокровным итальянцем, чтобы полностью погрузить нас в атмосферу Венеции?

Тейт встаёт первым, я иду следом за ним. Мы выбираемся с гондолы, встаём наконец на твёрдую поверхность кафельного пола. Теперь вокруг нас лишь кафе, рестораны и магазины с разными сладостями.

– Мы так и не решили, что купить, – напоминает мне Тейт, когда мы пошли вперёд. – Что будем делать?

В голову приходит интересный вариант для подарка. Кажется, получился бы ужасно милый сюрприз, от которого в восторге была бы даже такая богатая женщина как Сара.

– Насколько много денег у тебя есть? – спрашиваю я, повернувшись к нему.

Тейт смотрит на меня несколько секунд, будто пытаясь прочитать, к чему был этот вопрос.

– Достаточно, – отвечает он наконец со смешком.

– Подари ей участок на Луне. Более романтичного подарка и не придумаешь.

Парень почему-то засмеялся. Не от удивления, а будто бы с насмешкой. Будто бы я сказала что-то действительно смешное. Я то совсем другой реакции ожидала.

– Что смешного? – спрашиваю я, вложив в голос недовольство.

– Не могу сопоставить твой вопрос про деньги и предложение подарить участок Луны.

– В смысле?

– Купить участок стоит примерно сорок пять долларов. Его и ты прямо сейчас сможешь себе приобрести.

Я удивлённо моргаю, не понимая, шутит ли он или говорит серьёзно. Тейт не заставляет себя долго ждать, а быстро объясняет:

– Нет пока такой официальной организации, которая бы позволила по-настоящему покупать себе участки на Луне. Тебе всего-то предъявят какую-то бумажку, которая якобы подтверждает то, что ты действительно владелец «купленного» тобой участка.

– Ясно, – протягиваю я. – Буду теперь знать и дарить своим близким по участку на Луне.

Он смеётся, на щеке образовалась ямочка. Я поспешно отвожу глаза, когда ощущаю как непрошенное воспоминание больно цепляется за мои плечи.

Как же удивительно он похож на Гарри.

Проходя вдоль магазинов, я не сразу понимаю, как Тейт остановился. Я в вопросе перевела взгляд в сторону кондитерского магазина.

– Заскочим? – кивнув в сторону магазина, спрашивает он. – Хотя я и без твоего разрешения пойду.

Закатив глаза на очередные его «остроумные» шутки, я иду за ним.

Место, куда мы входим, почти завалено людьми. Целые семьи выбирают себе торты, панкейки и всякие другие вкусности, которыми забит магазин.

Возле кассы стоит полная женщина с удивительно добрым лицом. При виде нас она улыбается так широко, что кажется, будто её губы вот-вот треснут.

– Добро пожаловать! – почти пропевает она, оживляясь ещё больше.

Я улыбаюсь ей в ответ, чтобы казаться вежливой, но вот Тейт без долгой болтовни сразу начинает:

– Нужно что-нибудь из сладкого для романтической парочки. Есть что-то?

Хочется спросить: «Где твои манеры?», но лицо женщины остаётся неизменным. Она совсем не почувствовала себя некомфортно после отсутствия взаимного «здравствуйте» от парня, поэтому я просто вздыхаю. Рассматриваю десерты на длинных стеклянных полках, жадно проглатываю глазами пирожные, торты, бисквиты разных цветов и размеров, с самыми разными начинками, кремами и сиропами, и невольно сглатываю слюну. Я давно не ела сладостей из-за своего нового «графика». Тренировки совсем не сочетаются с тортиками.

– Есть пирожные «Амур». – Женщина тянется к верхней полке и достаёт два небольших стеклянных стакана, обвязанных голубой и розовой ленточками. Внутри – коричневые, белые, красные слои крема, парочка нарезанных клубник, а сверху посыпана шоколадная крошка. – Пары, которые часто к нам заглядывают, предпочитают эти пирожные.

Тейт с видом профессионального кондитера осматривает десерты и одобрительно кивает головой.

– Отлично. Тогда я возьму.

– Хороший выбор, молодой человек!

Женщина достаёт бежевую коробку и кладёт стаканы внутрь.

– Вы очень красивая пара, – улыбается вдруг она, пока её руки завязывают на коробочке подарочную ленту.

Все работники в этом здании что, сговорились?

Смутившись, я стараюсь быстро опровергнуть слова женщины:

– О, нет… Мы не пара… Это не для нас.

– Мы друзья, – подтверждает Тейт. Глянув на меня, он с игривой улыбкой спрашивает: – Верно, Сахарок?

Друзья? Да я тебя даже не знаю, чтобы считать тебя своим другом!

Вместо слов я просто кидаю на него злой взгляд и отворачиваюсь к полкам, делая вид, что детально рассматриваю торты на них.

– Что ж… – протягивает женщина, в тоне которой явно есть смешки. – Вот ваши пирожные… С вас четырнадцать долларов, двадцать четыре цента.

Тейт достаёт купюры и протягивает кассирше. Хватает пакет с десертом и идёт к выходу, подозвав меня. А я спиной чувствую, как женщина проводит нас взглядом.

– Так мы не друзья? – спрашивает он, пойдя вперёд.

– Нет, – фыркнув, отвечаю я. – Ты просто хахаль моей тёти, ничего больше.

Тейт коротко смеётся.

– Могла бы быть и повежливее со своим будущим зятем, Сахарок.

– А тогда ты перестань строить мне глазки.

– Я строю тебе глазки?

– Да. А как это ещё называется?.. И перестань называть меня сахарком.

– Но мне нравится так тебя называть. – Улыбаясь во все зубы, он добавляет: – Ты такая же сладкая* как сахар.

Я останавливаюсь и смотрю в его глаза, в тьме которых пляшут огоньки азарта. Как же он доволен, выводя меня из себя… Просто хочется врезать.

– Я вовсе не сладкая, – тыкнув в его грудь, произношу я. – Ты меня даже не знаешь.

– Я много чего знаю о тебе, Сахарок. Тут ты ошибаешься.

Мне абсолютно не нравятся его слова, заставляющие мою внутреннюю паранойю разрастаться до громадных размеров.

– Подари Саре замок для своих губ, – усмехаюсь я. – Уверена, это будет лучший подарок.

– Я такое вытворяю этими губами с твоей тётушкой, что тебе даже будет стыдно об этом подумать.

– Фу, избавь меня от подробностей, – скорчив гримасу отвращения, произношу я.

Его это веселит ещё сильнее.

– Ты когда-нибудь целовалась? – вдруг спрашивает он.

Меня дико раздражает то, как этот засранец переходит все границы и совершенно не думает о том, что говорит. Он совсем неосторожен в своих словах.

– Какое твоё дело? – резко кидаю я, надеясь поставить конец этому вопросу.

– Ты так мило краснеешь, когда разговор касается чего-то подобного. – Тейт вновь улыбается, идя рядом со мной. – Спорим, ты девственница?

Резко останавливаюсь, уставшая от этих дурацких разговоров. Поворачиваюсь лицом к парню.

– Ну и какое отношение этот вопрос имеет к нашему сегодняшнему делу? – раздражённо бросаю я, напрочь позабыв о своих вечных смущениях. – Ты пригласил меня сюда помочь с подарком для Сары или для того, чтобы расспрашивать меня о моей интимной жизни?

На кой чёрт ему вообще сдалось меня обо всём этом спрашивать? Неужели ему настолько нечего делать?

– Ладно-ладно… – Тейт поднимает руки. Затем задумчиво оглядывает магазины вокруг нас. – Что ж, я придумал. Подарю Саре какое-нибудь дорогое платье. Она тащится вроде от платьев.

– Да ты сама оригинальность, – саркастично выдаю я, усмехнувшись и скрестив руки у груди. – Тогда какого чёрта ты мне весь мозг вынес, утверждая, что подарок должен быть не банальным, когда я предлагала тебе тоже самое?

– Мне просто уже лень думать, – легко кидает он. – Но на тот момент я был заполнен энтузиазмом.

Я цокаю.

– Раз ты согласна, Сахарок, пойдём туда.

Слежу за направлением его взгляда и вижу магазин «Дольче энд Габбана». Парень без лишних слов ринулся туда, и я в очередной раз была вынуждена бежать за ним.

Внутри магазин, как раз подстать своему именитому названию, сияет роскошью. Стены чёрные, местами тёмно-бардовые, на них висят фотографии знаменитых моделей, которые глядят на всех посетителей своими высокомерными взглядами. В воздухе сладковатый запах каких-то дорогущих духов. Полки с одной стороны обставлены обувью разных цветов, форм и размеров, на полках с другой – сумочки, как женские, так и мужские. Каждые пять ярдов встречаются манекены со стройными фигурами, на которых висит одежда. Одежда висит и на вешалках.

– У тебя точно есть деньги на то, чтобы купить что-то отсюда? – спрашиваю я у Тейта.

– Ты недооцениваешь мои финансовые возможности.

Мы проходим вглубь магазина, игнорируя взгляд консультанток. Должно быть, их заинтересовала наша внешность. Мы одеты далеко не как богатые засранцы, которые могут разбрасываться деньгами, приобретая одежду у этого магазина.

– Чтобы точно знать, что одежда подойдёт Саре, – начинает Тейт, проходя вдоль вешалок с платьями, – мы должны их примерить… Ну, вернее, ты должна.

Мне хочется рассмеяться от абсурдности его слов.

– У нас с Сарой разные фигуры, – отвечаю я. – Так что то, что подойдёт мне, может не подойти ей.

Парень поворачивается ко мне и изучающе водит взглядом от моей шеи до самых ног. Задумчиво останавливает глаза на моей груди и говорит:

– Ну, у тебя, конечно, сиськи поменьше, чем у неё и… – Он опускает взгляд ниже. – И попа у неё больше… Но сиськи можно ещё исправить.

Я даже не успеваю возмутиться на его слова о моей груди, как он вдруг хватает с недалеко находящейся полки несколько кружевных бюстгальтеров и суёт их мне.

– Зачем мне это?

– Чтобы визуально увеличить твои сиськи для примерки платья.

– Имей уважение, засранец. Не сиськи, а грудь.

– А, пардоньте, мадмуазель, – улыбается он, затем подталкивает меня вперёд к ширме.

Он хватает пару вешалок с платьями, даже не глядя на ценники, которые висят прямо на них, и мы вместе добираемся до небольших комнаток для примерок.

– Давай, Сахарок. Только быстрее. Через два часа всё тут закроется.

Он плюхается на скамью и выжидающе поднимает брови. Я стону от усталости, как ребёнок недовольно топаю ногой, но всё же вхожу за ширму вместе с платьями, которые Тейт успел мне вручить.

Первое платье – голубое, с пышной юбкой и таким глубоким декольте, что даже самые распутные девушки постеснялись бы надеть его. К счастью, четыре бюстгальтера, которые крепко сжимали мне грудь, прикрывали особо стыдные места.

Я вышла в этом платье к Тейту и выжидающе посмотрела на него. Он же задумчиво осмотрел меня без какого-либо стеснения, детально обводя взглядом сверху вниз, снизу вверх и обратно.

– Нет, – вдруг отрицательно качает головой он. – Слишком скромное.

Я чуть не поперхнулась собственной слюной.

– Слишком скромное?!

– Да. Надень другое.

Бурча разные ругательства себе под нос, я возвращаюсь за ширму.

Второе платье цвета клубники, с прямой юбкой. Оно облегает меня как вторая кожа, я еле протискиваюсь в него. На плечах висят толстые бретельки ярко-жёлтого цвета, заставив меня сморщиться. Ну что за безвкусица?

Выхожу к Тейту.

Он рассматривает меня несколько секунд.

– Не-е-ет, – вновь недовольно произносит он. – Слишком яркое.

Цокаю, вхожу обратно. Хватаю следующее платье.

Теперь оно цвета слоновой кости. Спина почти полностью открыта, нет ни бретелек, ничего другого, что могло бы поддерживать платье на моих плечах. Такое ощущение, что грудь сейчас вывалится. А если вспомнить размер груди Сары… Этот наряд точно ей не подойдёт.

Выйдя к Тейту, который сидит с таким видом, будто является экспертом в сфере дизайна одежды, я получаю его неодобрительный ответ:

– А это выглядит слишком по-проститутски.

На этот раз без слов и раздражённых вздохов вновь вхожу в примерочную.

Моё четвёртое платье – это красная шёлковая ткань, которая красиво переливается на свету. Оно не слишком обтягивает меня, но и не висит на мне. Юбка чуть выше колен, декольте в меру глубокое, оно даже немного больше, что позволит Саре легко поместить внутрь свою большую грудь. Её широкие бёдра тоже будут отлично смотреться.

Это определённо то, что мы искали.

Когда я в очередной раз выхожу к Тейту, я замечаю, как засверкали его глаза. Он даже поднимается со скамьи, детальнее меня рассматривая.

– Да! – наконец-то довольным тоном произносит он. – Это то, что надо!.. Я даже представляю, как с удовольствием буду рвать на ней это платье, когда уложу её на кровать и начну…

– Можно без детального описания? Спасибо. – Оглядываю себя в зеркале. – Ну так что?

– Конечно, возьмём.

Радуясь, что примерке пришёл конец, я вхожу в примерочную и быстро переодеваюсь в свою одежду. Платье я осторожно складываю и выхожу вместе с ним.

Нам заворачивают покупки в стильные подарочные пакеты по просьбе Тейта и даже дарят купон на скидку в честь Рождества. На кассе расплачивается сам Тейт, и я всё ещё продолжаю удивляться тому, что у него есть такие деньги. Кем же он работает?

Мы быстро вышли из торгового центра вместе с платьями и пирожными для Сары. Людей стало меньше, ведь совсем скоро здание должны были закрыть. Так что мы успели как раз вовремя.

– Ты пока садись, – вдруг начинает Тейт, около своего автомобиля, открыв двери, – а я отойду на секунду.

– Что? Куда ты?

– Волнуешься за меня, Сахарок?

Закатываю глаза и кидаю:

– Можешь сваливать.

Он усмехается, отправив мне наигранный воздушный поцелуй, и скрывается из моего виду. Я остаюсь одна возле его машины с двумя пакетами в руках.

На улице тёмная ночь, людей становится всё меньше и меньше, они уезжают на своих крутых тачках по домам или в гости, а я подхожу к багажнику, который в этой машине находится спереди, а не как обычно – сзади. В багажник Бугатти не поместится куча вещей, как в обычных автомобилях, но вот два пакета, что я держу в руках, точно уместятся внутри.

Я кладу один пакет с пирожными, аккуратно пододвигая к боковой стенке, чтобы не разбить стёкла стаканов, затем ставлю второй пакет – мягкий, с платьем внутри. Закрываю багажник, хочу обойти машину и войти внутрь, но замираю, услышав голоса позади себя.

– Да, я позвонил уже ему… Как я мог не позвать этого хрена? – говорит один голос.

– Но с тебя ящик шампанского, – отвечает второй. – За мои услуги «тур-оператора».

Я медленно оборачиваюсь назад, ощущая, как сердце налилось приятным теплом. Ощущая, как внутри медленно разрастается радость, какую я так давно не испытывала, что удивляюсь самой себе.

Блондин и брюнет.

Два парня, которых я счастлива видеть спустя столько времени. Наконец и они меня замечают.

Нейт и Зак, стоя в несколько метрах от меня, не выглядят удивлёнными, но вот на их красивых лицах точно выступает что-то восхищённое.

– Белла? – спрашивает Нейт, будто стараясь убедиться, что это действительно я. – Это ты, крошка?

Я не выдерживаю.

Бегу к ним и буквально бросаюсь в объятья Нейту, чуть не свалив его на землю. От этого контакта я чувствую такое приятное чувство, такое родное и близкое, что мне едва удаётся сдержать в себе слёзы.

– Боже! Я так по вам скучала! – крепко обнимая блондина, почти пищу я.

Он отвечает мне взаимностью, держа меня за талию, а щекой прижавшись к моим волосам. Его грудь дёргается от едва слышного смеха.

Отстраняюсь и хочу обнять Зака, но вспоминаю, как ему не совсем нравятся подобные действия, поэтому просто широко улыбаюсь и произношу:

– Привет, Зак!

Он улыбается в ответ, и я успеваю заметить, что он сменил причёску – теперь чёрные волосы чуть подросли и взъерошены. Но стиль одежды всё тот же: Зак одет во всё чёрное, с цепями на брюках.

– Я охренеть как рад тебя видеть, крошка! – восторженно произносит Нейт с сияющими голубыми глазами.

– Что ты здесь делаешь? – спрашивает Зак. – Отлично выглядишь!

– Спасибо! – Губы уже болят от улыбки. – Я… Приехала по делам… Выбрать подарок своей тёте на Рождество.

О Тейте решаю умолчать, чтобы не вызвать лишних расспросов и разговоров, которыми любят разбрасываться эти двое.

– И ещё поздравляю, – вспоминаю я. – Я так рада за вас с Моникой.

– П-ф-ф! – фыркает Зак. – Знала бы ты, сколько времени мы с Лэнсом и Софи уговаривали его наконец сделать Монике предложение. Оказывается, Нейт тот ещё трус.

– Вы меня уговаривали?! Не смеши меня! Это была моя инициатива.

– А кто лежал в комнате два часа, закрыв лицо подушкой, и рыдал, что сейчас скончается от страха?

– Это была шутка.

– Херовая отмазка, приятель.

– Зато у меня хоть…

– Пожалуйста, хватит! – встреваю я, чтобы их спор не окончился ссорой. – Я очень рада вас видеть, правда… Но, пожалуй, я пойду, чтобы не разрыдаться.

– Подожди, – останавливает меня Нейт. – Ты же не знаешь, по какому адресу приезжать.

Понимаю о чём он говорит сразу же. Закусываю губу, ведь ещё не решила, приду ли к ним на свадьбу или же нет.

– Я вообще-то пока не знаю, – осторожно начинаю я. – Может, у меня не получится и…

– Кого ты пытаешься обмануть, крошка? – со смешком выдаёт Нейт. – Ты ведь хочешь прийти, но сомневаешься только из-за того, что твой бывший-мудак там будет. Я ведь прав?.. Даже спрашивать не буду. Я всегда прав.

Я не могу отрицать его слова, ведь они – чистая правда. Конечно, присутствовать на свадьбе этой милой парочки для меня было бы высшей степенью удовольствия… Но то, что там обязательно будет Гарри со своей новой девушкой, заставляют моё сердце елозить в груди. Мне становится жарко и холодно одновременно, стоит мне лишь представить, как он целует её, как обнимает, как трогает… У них более большая связь, чем была у нас.

И я ужасно ревную. До сих пор.

– Нейт, я…

– Не говори ни слова, цыпа, – перебивает меня блондин. – Я обижусь. А моя обида такая сильная, что ты будешь в шоке.

– Поверь ему на слово, – добавляет Зак, закинув руку на плечо Нейта. – Я знаю, о чём он говорит.

Мне понадобилось целая вечность, чтобы принять своё решение.

Не поехать на свадьбу этих прелестных людей кажется до ужаса грубым нарушением моральных норм. Мы столько всего пережили вместе, столько времени пробыли вместе… Они сделали мою жизнь полной смысла. Но только из-за своих дурацких страхов я хочу вот так поступить… Я ненавижу себя за это.

Тяжело вздохнув, я наконец понимаю, что должна ответить.

– Хорошо… – Автоматически на лице у меня возникает улыбка, больше похожая на ухмылку. – Так и быть. Я буду.

Глава

85

Лица парней после моих слов так засияли, что я могу буквально чувствовать на плёнке своих глаз исходящий от них свет.

– Этот трюк всегда работает, – довольно произносит Нейт, явно собой гордясь.

Я коротко хихикаю и хочу уже ответить, что он слишком самодовольная задница, но не успеваю: меня перебивает голос, раздавшийся позади:

– Хэй, я же приказал садиться в машину.

Я закусываю губу, хмурюсь и прикрываю глаза, в мыслях ругаясь на Тейта, появившегося так не вовремя. Парни сразу устремляют взгляды за мою спину, в удивлении таращась на моего сегодняшнего спутника.

– Здрасьте, – произносит Тейт, видно, обращаясь к моим друзьям.

– Привет, – протягивает Зак.

– Сахарок, садись! Нужно ехать.

Позади меня раздаётся звук захлопнувшейся дверцы автомобиля, а перед глазами два удивлённых взгляда, в которых ещё и к тому же читается усмешка.

– Сахарок? – переспрашивает Нейт. – Твой новый парень?

– Нет, – слишком быстро отвечаю я, уже уставшая от вечных подобных предположений, которых за сегодня я услышала достаточно. – Парень моей тёти.

– О, у вас тут группавушка? – ухмыляется Зак в своём репертуаре. – Можно присоединиться?

– Ха-ха, как смешно, – с сарказмом отвечаю я. – Заведи себе уже подружку.

– Да пол-Лас-Вегаса уже его подружки, – ехидничает Нейт, ткнув друга в плечо.

Боюсь даже представить, сколько у Зака было партнёрш за всю его жизнь. Тем более, когда на его лице сейчас не выступает никакого смущения из-за слов блондина.

– Рада была повидаться, – оживляясь, произношу я, – но мне пора домой.

На их лицах сразу выступает разочарование, которое теплом резко меня охватывает.

– Мы будем ждать тебя. – Нейт поддаётся вперёд и крепко обнимает меня, даря мне все те приятные ощущения вновь. – Адрес я скину… Номер ведь тот же?

Киваю ему, широко улыбаюсь, прощаюсь с Заком.

Мне совсем не хочется сейчас с ними расставаться, обратно возвращаться к этому надоедливому Тейту и сидеть в очередной раз дома у Сары, выслушивая дурацкие разговоры с её подружками, которых она часто зовёт в гости. На самом деле Сара не просто хозяйка элитного эскорт-агенства в Лас-Вегасе, да ещё и очень влиятельная здесь женщина. Её знает буквально каждый богатый человек города, что позволяет ей часто видеться с ними, распивать чаи, а если мне повезёт, даже уезжать в рестораны или на благотворительные вечера.

По сути она ничем не отличается от моей семьи. Разве что только своей не совсем приличной деятельностью. Хотя и так это тоже не назовёшь: она ведь не сама является эскортницей.

Парни уходят, машут мне, ещё около тысячи раз напомнив, чтобы я не забыла и обязательно приехала на их свадьбу. А мне остаётся и радоваться, и умирать изнутри одновременно, зная, кого я там встречу.

Наконец я возвращаюсь в машину Тейта, в которой он уже сидит, переписываясь с кем-то по телефону.

– Что за педики? – спрашивает он, как только я сажусь на пассажирское сиденье, и откладывает телефон в сторону.

Тейт заводит автомобиль и начинает выезжать из парковки.

– Это не педики, а мои друзья, – отвечаю я, закатив глаза.

– Ты недавно здесь, а уже успела обзавестись друзьями мужского пола?

– Я же не дикарь, как ты.

– А кто тебе сказал, что у меня нет друзей?

– Потому что кроме Сары я никого возле тебя не видела.

Когда мы наконец начинаем ехать вперёд, Тейт наигранно обиженным тоном произносит:

– Ты чего такая грубая?

Защитная реакция, хочется ответить мне, но я сдерживаю в себе излишние признания. Наверное, в глубине души, на уровне подсознания, я действительно просто не хочу больше влюбляться в кого-то, чтобы избежать боли, которую мне уже успели причинить.

А Тейт так удивительно похож на Гарри, что эта моя миссия становится вообще жизненно необходимой.

– Просто я не люблю чрезмерную болтовню, – отвечаю я, пялясь в окно.

Когда мы доезжаем до спортивного зала, где я тренируюсь каждый день, я громко прошу Тейта остановиться.

– Куда ты собралась, Сахарок? – спрашивает он.

– Не твоё дело, карамелька, – ухмыляюсь я, тем самым вызвав у него улыбку и даже чуть приоткрытый рот.

Не даю ему ещё что-либо ответить или пустить какую-нибудь колкость в мою сторону, сразу выхожу из машины и иду в сторону спортзала, ощущая собственной спиной взгляд его чёрных глаз.

* * *

Я занимаюсь рукопашным боем у мистера Кроуфорда – высокого симпатичного мужчины, чем-то внешне напоминающего мне отца, – уже целых два месяца, не желая обходиться одними лишь физическими упражнениями. Он очень хороший тренер, который совершенно не смотрит на то, что я девушка, и даёт мне возможность полностью показывать всю свою силу и умения.

Я не хочу бросать начатое. К тому же навыки рукопашного боя никогда не помешают.

Когда я выхожу на улицу после тренировки, в лицо бьёт зимний холод. Позади меня – женский смех остальных тренирующихся у мистера Кроуфорда девушек. Они уже напялили на себя шубы и куртки и ожидают приезда такси, которых успели вызвать сразу после окончания тренировки.

– Хэй, Белла! – окликает меня одна них. – За тобой твой парень, кажется, уже заехал.

Я столбенею от её слов, в удивлении приоткрыв рот. Внутри всё сжимается, когда перед глазами возникает Гарри, ожидающий меня перед своей машиной.

Но когда я поворачиваюсь в направлении взгляда девушки, лёгкие у меня наконец расслабляются, выдавив из себя весь воздух, которыми они слишком резко заполнились.

Это Тейт.

– Это не мой парень, – повторяю я уставшим тоном, видя, как девушки, собравшись в небольшую компашку и хихикая, глазеют на парня моей тёти.

Закатываю глаза слово на автомате и иду к Тейту, не понимая, что он здесь делает. Он же в свою очередь кидает на девчонок свой флиртующий взгляд, будто совсем не против их внимания.

– Что ты здесь делаешь? – шиплю я.

– Сара просила заехать за тобой. Могла бы и мне сказать, что ходишь на тренировки… – Он вновь смотрит мне за спину. – Ещё увидимся, красотки!

Я нарочно больно тыкаю его локтем в живот, чтобы привести его в чувства.

– Имей совесть, ты встречаешься с моей тётей.

Он смеётся и обходит свой автомобиль.

– Садись, Сахарок.

Цокая, я сажусь в машину.

На улице поздно, и физические нагрузки, которые я примерила на себе пятнадцать минут назад в зале, явно дают о себе знать, навалившись на мои веки: спать хочется жутко.

– Зачем тебе учиться рукопашному бою? – спрашивает Тейт, не отрываясь от дороги.

Я устало вздыхаю от его настойчивых вопросов.

– Какая тебе разница?

– Это же никак не связано с Гарри, верно?

Я резко поворачиваюсь к нему лицом, замечая то, с каким довольством он улыбается.

Должно быть, у меня глюки? Галлюцинации? Мне просто послышалось это имя…

– Что? – переспрашиваю я. – Что ты только-что сказал?

– Ничего такого, чтобы ты так удивилась.

Нахмуриваю брови.

– Откуда ты знаешь… – Имя Гарри застревает у меня в горле, не желая выбираться оттуда. – Откуда знаешь про…

Мы уже останавливаемся возле агентства «Чикас де Оро», когда я пытаюсь закончить свой вопрос.

– Идём, обрадуем Сару подарками. – Тейт открывает дверцу. – Так и быть, я скажу, что пирожные от тебя.

Я не успеваю вновь спросить у него о Гарри, как он выходит наружу.

Я ещё пару секунд сижу, будто приклеенная к сиденью, уставившись в одну точку.

Откуда этот парень, чёрт возьми, столько знает обо мне? Что-то здесь не так.

* * *

Как раз перед сном Нейт, не позабыв, прислал мне адрес их с Моникой нового дома. А ещё я заказала платье, которое хотела надеть. То, что обязательно сразит Гарри и заставит его остолбенеть на месте.

Мне хотелось, чтобы он онемел от восторга.

И почти сразу после этого я заснула.

Утром меня встретил аромат свежеиспечённых булочек и кофе с молоком. Когда я спустилась вниз, за столом уже сидели Тейт с Сарой.

– Доброе утро, querida! – весело пропевает тётя. – Ты как раз вовремя к завтраку. Садись!

Она встаёт и наливает мне кофе, совершенно не ошибившись в количестве сахара. Сара давно изучила мои предпочтения в кофе. Рядом с чашкой она кладёт небольшую тарелку с двумя булочками, которые продают в пекарне совсем недалеко отсюда.

– О, спасибо! – улыбаюсь я, садясь на своё место.

– Как спалось? – спрашивает тётя, когда я уже запихиваю в рот одну из булочек.

– Неплохо… Вот только спалось бы ещё лучше, если бы я не слышала ваших… Кхм… Ну вы поняли.

Сара, давно привыкшая к моим откровениям, тихо хихикает, прямо как леди, и садится рядом с Тейтом, который выпивает из своей чашки кофе, пялясь на меня.

– Сегодня я уеду, – предупреждаю я, – на свадьбу своих друзей. Так что, Сара, не волнуйся за меня.

– На свадьбу своих друзей?.. Как далеко ты уедешь?

– Не начинай как моя мама.

– Я твоя родная тётушка, так что имею полное право, моя дорогая.

Всё же в характере тёти есть схожести с характером моей мамы. К примеру, чрезмерная тревога насчёт меня и волнение за мою жизнь.

– Я знакома с ними целую вечность, так что можешь не волноваться, – убеждаю я Сару, допивая свой кофе. Встаю из-за стола. – А ещё сегодня ближе к вечеру принесут моё заказанное платье… Ты ведь сможешь принять, если я не успею вернуться с работы?

– Конечно, bebè! – отвечает Сара. – Нет проблем.

– Пока, Тейт, – кидаю я парню рядом с ней.

Он даже удивляется, заставив меня коротко засмеяться.

– Надо же! Её величество обратила на меня внимание, – говорит парень наигранным тоном.

Я закатываю глаза и вхожу в лифт, надеясь не опоздать на очередной рабочий день.

* * *

– …Так что сегодня вечером я, кажется, хорошенько повеселюсь, – говорю я, кладя заказ клиенту на столик.

– Это так здорово, подруга! – восклицает Кэтрин, проходя между соседними столиками с подносом в руке.

Вхожу на кухню и хватаю тарелку с супом, собираясь отнести её к заказавшему его мужчине в зале. Но неожиданно ко мне вдруг приходит идея, которая раньше почему-то даже не давала знать о своём присутствии.

Кэтрин, смахнув со лба выбившуюся прядь своих светлых волос, как раз входит на кухню за мной, чтобы схватить заказанный салат. Я хватаю её за локоть прежде чем она успевает выйти в зал.

– Слушай… А ты не хочешь поехать со мной? – спрашиваю я, встречая её удивлённый взгляд.

– Что?.. Хочешь, чтобы я припёрлась на свадьбу к твоим друзьям?

– Почему нет? Они точно не будут против, если я прихвачу с собой пару своих новых друзей.

Кайл… Мне нужен Кайл. Хочу поиздеваться над Гарри точно также, как он будет делать это с Алексис. Хочу видеть, как он отреагирует на присутствие в моей жизни ещё одного мужчины. Что он сделает? Буду наслаждаться его недоумением! Как же я хочу на всё это посмотреть!

– Ну не знаю, – задумчиво протягивает Кэтрин. Закусывает губу и глубоким голосом спрашивает: – А среди твоих друзей есть свободные симпатичные парни?

Её вопрос заставляет меня ухмыльнуться и даже нарочито цокнуть.

– Ага, – киваю я. – Его зовут Зак. Я вас познакомлю… Если ты прихватишь с собой Кайла.

– Идёт, – ухмыляется Кэтрин мне в ответ.

Я достаю свой телефон и открываю сообщение Нейта, где он оставил адрес своего дома. Со словами «Вот адрес» показываю экран Кэтрин, и её глаза сразу же расширяются до громадных размеров.

– Твои друзья живут на этой улице? – шокированно спрашивает она. – Да там же одни богатые засранцы… Ничего себе у тебя связи, подруга.

Знала бы ты, какими богатыми засранцами являются мои родители…

– Свадьба будет больше похожа на вечеринку, так что не одевайся слишком официально, – произношу я, вспомнив слова Нейта в его сообщениях мне.

– О'кей.

Мы шуточно пожимаем руки, будто обсудили только что какое-то особо важное дело, и коротко смеёмся.

– Что смеётесь?

Позади нас оказывается Кайл, только приехавший на свою смену. Он ещё не надел рабочую форму, и мы с Кэт переглядываемся. Глядя на него, я вдруг вспоминаю его милый «чмок» и убеждаюсь в том, что моя идея пригласить его будет гениальна, если он вдруг и там решит повторить свой поцелуй.

Прямо перед Гарри.

– Ты не против составить мне компанию сегодня вечером? – спрашиваю я. – Мы с Кэт едем на свадьбу моих лучших друзей… Я буду рада, если и ты придёшь. – Кладу руку на плечи Кэтрин рядом с собой и добавляю: – Как раз присмотришь за своей сестрёнкой.

Парень будто мешкается, сначала смотря на Кэт, затем переводя взгляд на меня. И так по кругу. Кажется, он был не совсем готов к подобным приглашениям только придя на работу. Мне остаётся лишь надеяться, что срочных дел у него нет.

Его глаза вдруг останавливаются на мне и как-то странно смотрят. Мне становится не по себе лишь от мысли, что я могу нравиться ему. Нет, нет, нет! Я не хочу сейчас ни с кем связываться, а Кайл слишком мил со мной, и отказать ему будет так сложно, что я буду долго ещё считать себя стервой.

– Я не против. – Кайл мягко улыбается и уходит в раздевалку.

А я остаюсь рядом с Кэтрин со странными противоположными чувствами внутри, не зная, правильно ли я поступаю или всё же нет.

* * *

Протерев последний столик, я свободно вздыхаю. Устало опираюсь о стену всем телом и вижу, как ко мне подходит радостная Кэтрин. На моё удивление она уже полностью готова к поездке: на ней чёрное короткое платье, облегающее её аппетитную фигуру, золотые локоны собраны в высокую причёску, оголяя белую кожу на её тонкой шее, на лице яркий, но аккуратный макияж. Её татуировки в этом наряде отлично видны и будто дополняют весь образ.

– Откуда ты нашла это платье? – удивляюсь я, оглядев её с ног до головы.

– Что значит «нашла?», – издаёт смешок она. – Попросила Кайла привезти, когда он заедет домой за своей одеждой.

– Выглядишь потрясающе!

– Я знаю.

Кэтрин подмигивает мне, поправляет свою грудь, юбку, оценивает себя взглядом у зеркала. Она так красива, что я просто не могу не гордиться тем, что дружу с ней. С симпатичными подругами мне почему-то везёт.

– А ты..? – начинает она, но я, сразу поняв, отвечаю на её незаконченный вопрос:

– Я переоденусь дома.

– Отлично! Как раз мы тебя подвезём.

Кивнув, я бегу в раздевалку, быстро напяливаю на себя свою повседневную одежду, аккуратно повесив рабочую форму в шкафчик, и выхожу из кафе к Кэтрин, ожидающей меня на улице.

Сегодня погода получше: кажется, Лас-Вегас начал вдруг вспоминать, что является южным городом, и что ему не следует заставлять своих жителей мёрзнуть от холода в такие прекрасные дни – когда совсем скоро Рождество.

Кайл ждёт возле своей машины у самого входа в кафе. Он тоже нарядно одет. Однако вместо привычного чёрного смокинга, которому большинство мужчин отдают предпочтение, на нём чёрная рубашка, чёрные брюки и пиджак, цвет которого напоминает золото.

Он очень красив. Я не могу этого не заметить.

Кайл улыбается мне, я улыбаюсь в ответ.

Мы входим в тачку и наконец уезжаем.

Всю дорогу я представляла себе нашу с Гарри… вторую встречу. Я пыталась детально воссоздать будущую картинку. Наслаждалась выдуманными кадрами, где он смотрит на меня, видит рядом со мной Кайла, и в голове у него зарождаются самые разные мысли про нас. А ещё я старалась набрать в себе полное безразличие, чтобы вдруг не показать ему, что я до сих пор… До сих пор люблю его.

Он должен быть уверен, что теперь мне на него всё равно.

К дому Сары мы прибываем почти за десять минут. Я быстро поднимаюсь наверх в лифте, встретив по дороге всех своих знакомых эскортниц, которые бегут к своим клиентам, и уже с порога встречаю Сару, прихорашивающуюся возле зеркала. Тейта, кажется, дома нет. Не удивлюсь, если они в очередной раз отправляются на свидание, каких у них в день насчитывается штук десять.

– О, моя милая племянница, – заулыбалась тётя. – Уже вернулась?

Судорожно снимаю обувь и вваливаюсь в гостиную, обнаружив нарядную упаковочку на диване. На наклейке мои имя, фамилия и адрес.

– Это твоё платье, – говорит Сара, заметив в отражении зеркала мой взгляд.

Радостно хватаю своё платье и бегу в комнату с целью переодеться.

Золотистая упаковка, обвязанная красивой чёрной ленточкой, у меня в руках выглядит слишком красиво, чтобы его резать. После недолгой борьбы с собой я всё же вскрываю свою посылку. Платье помимо упаковки завёрнуто в мягкий пакет, позволяющий ему не испортиться по дороге.

Я быстро разворачиваю его.

Да, такие наряды я никогда бы не позволила надеть себе рядом с родителями. Да что уж там… Они были бы в ужасе при виде такого на мне.

Бандажное короткое платье из шёлка тёмного грязно-розового цвета с глубоким декольте уже вызывает у меня смущение. Но вместе с ним и восторг, когда я вижу лямки целиком из страз, которые идут от груди и закрепляются на шее при помощи некой подобии цепочки. На правой ноге – вырез до бедра, однако и он украшен стразовыми нитями.

Без долгих раздумий я надеваю на себя свой новый наряд, чтобы наконец сделать шаг навстречу новой Белле, которая может носить подобные платья без капли стеснения как раньше.

Платье садится безупречно. Оно облегает мою фигуру, но при этом грудь более свободна, ведь ткань на ней висит. Стразы изящно переливаются на свету у меня на шее и на вырезе. Я борюсь с желанием прикрыться, но всё же побеждаю.

Стоя у зеркала, я наношу на лицо макияж. На губы тёмно-розовую помаду, на веки глиттер серебристого цвета, а ресницы крашу тушью, чтобы сделать их больше визуально. И только спустя полчаса я полностью готова.

Рассматривая себя на обнаружение каких-либо изъянов, я не сразу замечаю, как в мою комнату кто-то входит.

– Oh, Dios mio! – восторженно восклицает Сара, только ступив за порог моей комнаты. – Изабелла, ты… У меня даже слов нет описать свой восторг!

Я смеюсь и благодарю её, в душе радуясь такой реакции. Раз уж взрослая женщина, выглядящая как царица, так отреагировала на моё платье, то представляю, в каком изумлении будет находиться Гарри.

– Я принесла тебе украшения, которые как раз подойдут под весь твой вид, cariño.

Она выставляет чёрную коробочку с двумя длинными серьгами, практически состоящими из бриллиантов. Я никогда не была фанатом драгоценностей, но эти серьги выглядят роскошно даже для меня, заставив раскрыть рот.

– Нет… Я не могу их прин…

– Я тебя не спрашиваю, Изабелла. Ты их наденешь… Я носила их в твоём возрасте. Благодаря им, все мужчины были моими.

Думаю, Сара хотела как-то развеселить меня, однако её «все мужчины были моими» совсем не являются для меня каким-либо стимулом. Я не хочу, чтобы все мужчины были моими. Я хочу, чтобы Гарри был моим. И меня разрывает на тысячу кусочков лишь от мыслей, что этому никогда не бывать.

Я смотрю на украшения, которые тётя продолжает держать передо мной, и неуверенно беру их в руки. Должно быть, они стоят больше, чем все мои органы вместе взятые.

Сара помогает мне надеть их. Становится позади, оценивает меня взглядом и искренне улыбается.

– Они потрясающие, – произношу я, глядя на украшения на своих ушах. – Спасибо.

– Ты так похожа на свою мать, – говорит Сара, и я отчётливо слышу в её голосе нотки грусти.

Я обязательно добьюсь того, чтобы они помирились и вновь начали общаться как и подобает родным сёстрам. Как-нибудь я этого добьюсь.

– Что ж, – оживляюсь я. – Я пойду. Внизу меня уже ждут… Ещё раз спасибо за серьги, Сара. Увидимся!

– Обязательно расскажешь мне, как всё прошло. Обожаю свадьбы!

– Обязательно, – улыбаюсь я.

Я выхожу из комнаты, надеваю серебристые туфли на ноги, а на тело чёрный полушубок, и вызываю лифт. Я уверена, что немного подрожать из-за холода мне придётся, – конечно, с таким-то платьем! – но надеюсь, задерживаться на улице я не стану.

Кайл и Кэтрин всё ещё ждут меня в машине. Окно у них открыто, точно как раскрывается рот у Кэтрин, которая меня замечает.

– Твою мать! – восклицает она, оглядывая меня с ног до головы. – Мне это мерещится, или передо мной сама Афродита?

Я смеюсь на её комплимент и, когда подхожу ближе к машине, замечаю в её руке бутылку шампанского.

– А это кому? – спрашиваю я.

– Как я могу поплестись к кому-либо на свадьбу без свадебного подарка?

– Не знаю, как жених и невеста, но Зак оценит, – ухмыляюсь я, вспомнив о пристрастии друга к алкогольным напиткам.

Кэтрин хихикает и торопит меня залезть в машину, что я и делаю. Кайл смотрит на меня с зеркала заднего вида, сдержанно улыбается и даже умудряется не пялиться на мою грудь. Иногда мне кажется, что Кайл настолько невинен, что даже не знает, откуда появляются дети.

Машина трогается с места, и мы выезжаем на дорогу, устремляясь вдаль.

Что ж, Гарри. Я буду счастлива и несчастна видеть тебя снова.

Глава

86 – Гарри

– Мне кажется, вот это лучше повесить туда, – продолжает Моника.

– Крошка, через полчаса приедут гости, – устало стонет Нейт. – Уверена, что хочешь именно сейчас перевешивать этот леденец?

– Да! Он не там висит.

Блондин цокает, но всё же послушно вешает леденец на ель в гостиной, и украшения в коробке у ног девушки уже почти заканчиваются.

Я поворачиваюсь к Альберту – своему новоиспечённому «подданному».

После смерти отца все его люди, богатства и даже работа достались мне. И я даже не знаю, радоваться ли этому или же грустить.

Каждая вещица в его доме напоминала о его когда-то присутствии. Стоило мне войти в гостиную, я видел его сидящим на кресле. Стоило мне увидеть дверь в его кабинет, я слышал его голос по ту сторону.

И меня каждый раз бросало в жар.

– Вы уже привезли ящики? – спрашиваю я у Альберта, когда мне удаётся откинуть задние мысли.

– Да, мистер Сильва, – кивает мужчина. – Все двенадцать.

– Отлично… Тогда пока вы свободны.

Вновь кивнув, он уходит.

Боже, её волосы… Её глаза… Губы… Господи, она вновь врывается в мою голову, стоило мне остаться на несколько секунд одному.

Я всё ещё вижу её перед собой. Та встреча в кафе воздействует на меня как чудесный сон и одновременно самый большой кошмар.

– Всё хорошо, милый?

На моё плечо ложится рука Алексис. Она подходит сзади и прижимается ко мне, одним лишь своим голосом отпугнув мои мысли о Белле.

– Да… Я… Просто задумался.

Она издаёт смешок, становясь спереди. Ухмыляется, изучает мои глаза, будто пытаясь разглядеть в них мои размышления.

– Надеюсь, это никак не связано с той девкой в кафе? Как её?.. Белла?

Одно лишь это имя, и моё сердце трескается будто кусок льда.

Меня раздражает то, с каким презрительным тоном Алексис упоминает Беллу. Хочется заткнуть её. Сказать, что она не имеет права произносить это имя.

Я не сразу понимаю, как замираю, уставившись в пол, будто увидел там что-то интересное.

– Я сейчас вернусь, – говорю я.

Обхожу Алексис, иду к выходу, слыша, как Моника просит Нейта принести ей ёлочные игрушки с кухни.

Мне легко удаётся выйти на улицу, во двор. И только сейчас я наконец дышу свободно и без препятствий. Достаю пачку сигарет, вытаскиваю одну и сжимаю между губ. Я начинаю заниматься тем, что часто помогает мне отвлечься – курю.

Размеры виллы, которую я подарил своим друзьям, позволяют мне не слышать людей внутри. Мне удаётся полностью погрузиться в тишину, прежде чем начнут появляться приглашённые гости.

Дым заполняет собой лёгкие, вытесняя все тревоги. Я с удовольствием заостряю внимание на том, как выдыхаю дым вместе со страхами. А вместе с ними из головы выветриваются мысли о Белле.

– Привет?

Услышав голос позади себя, я невольно вздрагиваю.

Софи, скрестив руки у груди, подходит ко мне. Даже несмотря на холодную погоду, она одета в своё любимое платье, обута в высокие каблуки, и я задумываюсь, где остался Томми – её совсем ещё маленький сын.

– Всё в порядке, Гарри? – встревоженно спрашивает она.

Неужели по мне видно, что я никчёмный страдалец?

– Я в норме, – отвечаю я как можно убедительнее. – Просто решил покурить.

– Она приедет сегодня.

Будто от жара огня, я едва не отшатнулся от слов Софи. Имей они физическую силу, им легко удалось бы свалить меня с ног.

Сердце забилось в сто раз быстрее, и каждый стук болью отдавался в груди.

– Что? – переспрашиваю я, хотя отлично услышал её слова.

– Нейт и Зак встретили её вчера… А ты ведь знаешь Нейта… Она согласилась приехать на свадьбу.

Я не понимаю, почему Софи решила рассказать мне об этом. Предупредить о том, что Белла будет присутствовать здесь? Прямо в одном доме со мной? Почему? Чтобы я не потерял рассудок, увидев её красивое лицо? Услышав её голос, который лекарством ложится на моё сердце?

Выдохнув табачный дым, я спрашиваю:

– Зачем ты мне рассказываешь об этом?

Она улыбается, когда отвечает:

– Мне кажется, это твой шанс.

Мне хочется рвать на себе волосы, биться головой об стену, кричать от безысходности.

– У меня уже есть девушка, – твёрдо произношу я.

– Но ты ведь не любишь Алексис… – выдыхает Софи. – Невозможно любить человека, который так подло поступил с тобой… Гарри, я знаю тебя так давно, что легко могу определить, когда ты счастлив с кем-то, а когда несчастен.

Софи права настолько, что я едва сдерживаю в себе дрожь.

– У меня нет никакого шанса… – Мне сложно приходится произнести свои слова. – Она даже не хочет видеть меня… Не могу ведь я насильно заставить её полюбить меня вновь.

Софи кладёт руку мне на плечо.

– Гарри, ты должен поговорить с ней… Я никогда не поверю в то, что из всех возможных мест, куда она могла отправиться, она оказалась именно здесь просто по случайности. Разве тебе так не кажется?

Я молчу, будто проглотив собственный язык. Я даже не знаю, согласен ли с ней. Одна моя часть твердит, что это не простое совпадение, и у судьбы есть какой-то план насчёт нас, но вот другая часть… Она смеётся над моими мыслями и велит мне наконец успокоиться.

– Ты ведь знаешь, Гарри, – мягко продолжает Софи, – я всегда считала тебя своим младшим братом… Я хочу, чтобы ты был счастлив… А ты счастлив только с Беллой… В общем, подумай о моих словах, хорошо?

Она слабо хлопает меня по спине, одновременно поглаживая, и уходит, оставив меня в тех раздумьях, в которых я дико нуждался всё это время.

* * *

Хоть мы – я, Алексис, Зак, Нейт и Моника – стоим на улице, я отчётливо вижу, как стены дома сотрясаются от грохочущей внутри музыки и голосов приглашённых Нейтом и Моникой друзей. Свадьба пройдёт не совсем по традиционному варианту, а скорее как молодёжная вечеринка, от того и среди гостей не встретишь ни единого человека средних лет.

– Ты уже битый час поправляешь мне эту рубашку, – улыбается Нейт.

Моника поправляет ему бабочку на шее и оценивающе обводит взглядом свой труд.

– Я хочу, чтобы ты выглядел идеально, мой пирожочек, – хихикает она и целует Нейта в губы.

Меня еле не вырывает от зависти.

Я выпиваю коньяк в стакане, который держу в руке, наслаждаюсь обжигающим чувством в глотке.

– Хэй, приятель, может перестанешь пить до того, как приедет наша драгоценная гостья? – усмехается Зак. – Даже я себе этого не позволяю.

– Иди в задницу, – бросаю я, вновь делая глоток.

Я пью, чтобы игнорировать руку Алексис, которая, будто пиявка, присосалась к моему плечу. Пытаюсь игнорировать запах её дорогих духов. Её фигуру рядом со мной.

Монику в свадебном платье, отличающимся от всем нам привычного варианта, приобнимает Нейт. Зак во всём чёрном стоит рядом со мной. На удивление он ещё не употребил ни капли спиртного.

На улице холодно, но каждый из нас с трепетом ожидает приезда Беллы. Даже я. Жду и подавляю желание сломать себе кости, чтобы боль в сердце немного утихла.

– Кажется, это она! – в очередной раз восклицает Нейт на подъезжающую тачку.

Я расслаблен, ведь до этого блондин прикрикивал подобное на каждую подъезжающую машину. Но когда автомобиль останавливается, я всё же напрягаюсь. Внутри поселяется странное чувство.

Кажется, это действительно она.

– У неё новая тачка? – интересуется Зак. – Не думаю, что это такси.

– А хер знает, – пожимает плечами Нейт.

Задняя дверца чёрного Форда открывается. Я затаиваю дыхание и вливаю в себя остаток коньяка в своём стакане, чувствуя, что я ещё не готов к этой встрече.

И тогда на землю ступает женская нога в серебристой туфле. Открываются две другие дверцы, и на улицу выходит блондинка и незнакомый парень, явно одетые как раз на вечеринку.

– А это… – удивляется Нейт, но не успевает закончить, когда она выходит из машины.

Я замираю, будто увидев самое дивное существо на всей планете собственными глазами. Сердце подскакивает в груди и делает пару сальто, прежде чем я успеваю точно осознать, что это действительно она.

Конец ознакомительного фрагмента. Купить полную версию.