Мария Папичева, Александр Папичев

Стражи Аламита

Глава I. Перемещение

Ощущение, что у кого-то «поехала крыша», или у меня самой, или у всего окружающего мироздания.

«Что произошло? Как жутко болит голова, всё плывёт перед глазами. Я ничего не могу понять. Всего, как пять минут назад, я сидела в центральной библиотеке города, изучая древнюю книгу по археологии, аккуратно перелистовала её хрупкие от времени страницы. Так, а что было дальше? Голова – сильно болит голова… Помню, в книге кусок кожи, да правильно, обгорелый кусок кожи, на нём карта, да правильно, непонятная карта, в центре изображение, похожее на многогранный камень, надпись по латыни – Alamitum, буквы нечёткие… Я пальцем пыталась протереть их от пыли, затем пронизывающая головная боль, внезапная пелена, зеленые круги перед глазами – провал, тишина», – проговаривала сама себе Мэрион, пытаясь восстановить в памяти последние события дня.

Внезапно её рука натыкается на какой-то маленьких размеров предмет, по резным, выпуклым узорам, Мэрион нащупала шкатулку. Она попыталась открыть её, но безуспешно, так как в маленькие проушины, закрывающие крышку, был вставлен миниатюрных размеров кованый замок старинной работы, а ключа от которого у Мэрион конечно же не было. Немного осмотревшись, Мэрион посмотрела на свою одежду и не увидела на себе привычных джинсов и футболки, на ней было какое-то платье в стиле 16 века. Она лежала на полу незнакомой душной огромной комнаты, напоминающий зал, вокруг было довольно сыро и темно. Вдруг её голову, пронзает, словно кинжалом, мысль за мыслью: «Кто я? Как меня зовут? Где же я нахожусь? Что я здесь, в конце концов, делаю?» – пыталась спросить сама себя девушка.

Она увидела, как в её сторону, со стороны дверного проёма в виде арки, быстро движется тень, приглядевшись, разглядела очертания какого-то приближающегося человека. Подбежав, он схватил её за руки и помог встать:

– Леди Мэрион, поднимайтесь! Слава Богу, Вы живы и Аламиты с Вами!

– Кто вы? – с нескрываемым удивлением спросила она.

– Я Джейк, мы Вас давно ждали, я Ваш друг, – доверительным тоном ответил незнакомец.

– Наверно, Вы сильно ударились головой? – разглядывая её, обеспокоенно спросил молодой человек, которого она впервые видела.

– Как только злой король Хантакондрии узнал, что найдены древние, магические Аламиты – камни, обладающие безграничной силой, то попытался их заполучить, но Вы спасли их и это хорошо, неизвестно, чтобы он сделал с нашим миром, – скороговоркой, пытаясь помочь вспомнить события, разъяснял Джейк, не дожидаясь ответа от Мэрион.

– А где я? – смущённо спросила девушка, напрягая память, пытаясь вспомнить этого юношу.

– Где? Да Вы в самом центре страны Иристонии в столице Равения – с гордостью произнёс он. После бури Вас все ищут, а Вы в часовне спрятались.

– Это мрачное здание, в котором мы находимся – часовня? – с нескрываемым ужасом в голосе спросила она.

– Да, но здесь не так страшно, когда зажгут свечи, а так да, мрачноватое местечко! Ну, идём же, нам пора, а то о Вас уже, наверное, все беспокоятся.

– Хорошо, только давай перейдём на Ты, – предложила Мэрион.

– Не возражаю, – мило улыбаясь, ответил юноша.

Он взял шкатулку с Аламитами, и потянул её за руку к выходу.

Глава II. Королевский приём

Всё это было как-то странно, Мэрион вспомнила экскурсию в Лондоне, около Биг-Бена, но это же был не 17 век! Она была в полном недоумении и растерянности, что это за страна Иристония? У неё по географии пять, но такого места на карте мира она не смогла вспомнить.

Пока Джейк выводил её из башни, у неё было много всяких мыслей о том: что это за место, и как она здесь оказалась. Вскоре она осознала, что всё это реальность, а не сон. Как только они вышли из тёмной, мрачной башни, их ослепило яркое солнце. Ни каких машин, ни рекламных стендов, ни всего того, к чему привык её взгляд, она не увидела. Везде стояли только маленькие домишки, полуразвалившиеся после бури.

– Тебя нужно отвести к королеве, – сказал Джейк, увлекая её за собой. В туфлях на каблуках и в корсете бежать было совсем неудобно. Корсет очень сильно сжимал её грудь, от чего ей было трудно дышать. Джейк понял это и сбавил темп, дав ей немного отдышаться. Добежав до ворот дворца они, наконец, перевели дух, по сравнению с покосившимися лачугами они смотрелись шикарно. Ворота открылись, и был виден зелёный, красивый ухоженный сад. Наконец они зашли в огромный дворец, свод потолка был высоким, красиво расписан, под синее небо с облаками. Стены и своды помещения выполнены в стиле Барокко.

Их уже встречали её величество королева Иристонии Изабелла со свитой фрейлин и подданных. Она поприветствовала их лёгким кивком головы. Джейк в ответ поклонился, а Мэрион попробовала сделать реверанс, как учили в балетной школе, и о чудо, у неё это получилось! Джейк протянул шкатулку её величеству. И королева Изабелла открыла её ключом, висевшим на цепочке вместе с нагрудным крестиком. Шкатулка легко открылась, но, к сожалению, оказалась пустой. Одна из фрейлин испуганно вскрикнула, ей стало дурно, она упала в обморок, её ловко подхватил какой-то кавалер.

Королева спросила:

– Где Аламиты? Неужели их всё-таки украли, а буря это проделки Даркуса?

– И у нас теперь нет никакой надежды на спасение? – не удержавшись, спросила придворная дама.

Мэрион с нескрываемым удивлением смотрела на всех, ничего не понимая.

– Видишь ли, Мэрион, мы с тобой хранители Аламитов, и если мы не сдержали свою клятву вечно хранить их, то нам будет суровое наказание, – грустно прошептал на ухо Джейк.

– Я не знаю даже, как они выглядят. И вообще я впервые об этом всё узнаю! – срываясь на крик, ответила Мэрион, не обращая внимания на окружающих.

– Мы знаем, пойдём, я отведу вас к одному дереву – сказала королева. Мэрион неохотно согласилась идти. Они прошли по нескольким большим, красивым, со вкусом отделанным коридорам, оказались перед дубовой дверью, на которой были различные древние резные рисунки, в виде целой истории жизни, нескольких поколений жителей Иристонии. Королева открыла дверь и жестом приказала им пройти вперед, затем прямо по тропинке, никуда не сворачивая. На что Мэрион спросила:

– А Вы, Ваше Величество, разве не пойдёте с нами?

– Мне нельзя с вами, – сказала она и закрыла за ними дверь.

Тропинка была окружена водой, из-за сумрака и тумана её было плохо видно. От страха невольно пробегали по спине мурашки. Наконец, они увидели огромное, витиеватое дерево, в виде огромной улиткоподобной спирали, высотой около 10–12 метров, с бронзовыми листьями, и золотыми, размером с ладонь цветами. Оно светилось от корней к кроне по спирали, так, как будто, по нему двигался видимый и нескончаемый электрический разряд. От дерева распространялось теплое свечение, освещающее мягким светом окружающее пространство.

Мэрион стало интересно, и она протянула руку, чтобы дотронуться до коры дерева. Но Джейк вовремя остановил её, сказав:

– Вдруг это опасно, дай лучше я первым прикоснусь.

Он медленно начал протягивать руку, и наконец, его рука соприкоснулась с корой великого древа. Мэрион увидела, что рука приклеилась к коре и Джейк не смог оторвать руки от древа.

"Не зря он волновался", – подумала она и попыталась оттащить его, но её руку, словно магнитом, также притянуло к древу. Девушка пыталась отдёрнуть её, но было уже поздно, дерево крепко приклеило молодых людей к своей волшебной коре.

Внезапный шум зашелестевшей кроны, привлёк их внимание. Несколько золотых цветов упало вниз. И дерево заговорило с людьми человеческим голосом.

– Ну вот, наконец-то, юные стражники Аламитов навестили меня.

От удивления они спросили в один голос:

– Откуда вы нас знаете? Древо ответило с некой иронией в голосе:

– Я Пахира, меня посадили много веков назад первые стражи Аламитов, с тех пор я живу, и являюсь наставником всех стражей из поколения в поколение, я могу разговаривать только с ними. Я всё знаю, что происходит в мире, кто вы и откуда. Я знаю, что магические камни утеряны, но у меня есть способ, который даст вам сил и энергии, чтобы спасти наш мир от злодеяний короля Хантакондрии.

Джейк, сделав саркастическую гримасу, буркнул:

– Ну, и, конечно же, ты нам поставишь своё условие?

– Конечно же, – ответило дерево.

– Мы внимательно слушаем твоё условие, – сказала Мэрион.

– Моё условие заключается в том, чтобы вы с помощью ваших магических способностей попытались снять золотой цветок с моих ветвей, не отрываясь от ствола, и чем больше вы будете мешкать, тем меньше шансов у вас выжить, следовательно, вы не те, за кого себя выдаёте. До тех пор, пока вы не сорвёте цветок, а время уже идёт, ваше тело будет превращаться в статую из Аламита.

– Ну, хотя бы мы будем знать, как выглядит Аламит, – неуместно решил пошутить Джейк.

– Это будет последним, что мы узнаем, – с грустью констатировала девушка.

Молодые люди начали думать, как снять эти цветы, они ведь находятся на такой большой высоте, что без посторонней помощи их не снять. Мэрион почувствовала онемение и боль в руке, посмотрев на неё, она увидела, что рука начала покрываться слоем из Аламита, превращаясь в камень. Этот процесс проходил весьма болезненно и отвлекал от размышлений.

У Джейка аламитовый слой дошёл до плеча, и он решил, дотронуться до земли свободной рукой, напрягая кисть, и что-то прошептал себе под нос. Мэрион уже хотела было над ним посмеяться, но, как вдруг, из-под земли за считанные секунды выросла лиана, которая достигла цветкана ветке, обвилаего, отрывая, снова стала уменьшаться в размерах, передав цветок Джейку, и скрылась под землю, так же быстро, как появилась. Мэрион от удивления открыла рот. Снятый цветок не остановил процесс окаменения, аламитовый слой продолжал увеличиваться, переходя на грудь. Тогда он выдавил на Аламит каплю сока этого цветка. И о чудо! Это помогло разрушить камень и остановить процесс окаменения.

Тогда Мэрион тоже решила попробовать, коснувшись свободной рукой земли, но этот "фокус" с землёй у неё не удался. Аламитовый слой медленно продвигался по её руке, переходя на туловище, тогда она мысленно обратилась к воздуху. Напрягая кисть другой руки, она сказала что-то на латыни, даже сама не сильно поняла, что это было. Внезапно поднялся сильный ветер, который сорвал несколько цветков. Цветки мягко приземлились у неё в руке. Она выжала весь сок на окаменевшую часть тела, после чего каменные оковы разрушились, и ей удалось отсоединиться от дерева.

Дерево вновь заговорило:

– Молодцы! – теперь взгляните на свои цветы, которые вы сорвали, они превратились в кусочки Аламита, теперь они ваши, возьмите их с собой, вам будет легче справиться с трудностями, которые возникнут на вашем пути. Дерево своими ветвями, словно руками, аккуратно нанизало эти камни на прочную, как нить лиану и надело им на шеи.

– Ты, Мэрион, владеешь силой воздуха, значит и молнией ты тоже владеешь, тебе предстоит в совершенстве научиться владеть этими силами, а Джейк владеет землёй, значит и водой ему предстоит научиться управлять, – объяснило им древо.

Глава III. Учение

Проснувшись рано утром, молодые люди пошли к древу Пахира, где оно должно было научить их управлять магическими стихиями. Зайдя с территории дворца в потайную комнату, они, как и в первый раз, прошли по тропинке, коснулись древа, разбудив его.

– Вы что так рано встали? – недовольно буркнуло дерево.

– Пора учится! – ответили молодые люди.

Потянувшись, подняв высоко опустившиеся за ночь ветви, словно руки к небу и встряхнув ими, дерево рассказало юным стражникам о их стихиях: земле, воде, молнии и воздухе.

Им предстояло тяжёлое учение. С каждым днём они узнавали много нового и интересного, они пока не знали, что через несколько недель им предстоит реальный бой, где они будут сражаться за свободу и спасение своего мира, и не догадывались, что применять свои навыки придётся так быстро. Они узнали всё, что должны были узнать. Джейк управлял землёй и водой, как хотел и когда хотел, казалось, что он уже родился, умея управлять этими стихиями.

Он часто любил досаждать Мэрион, сделав сферу или змейку из воды, выливая её на девушку, в ответ ей приходилось сушиться сильным потоком теплого воздуха, после чего её причёска вставала дыбом, как у«одуванчика в глубокой старости». Её это немного раздражало, и она в ответ пропускала по нему, лёгкий электрический разряд, от которого тот подпрыгивал, ворчал и незлобно ругался. Всё это напоминало невинные детские шалости, нежели обучением владением стихиями.

А у Мэрион хорошо получалось управлять воздухом, но вот молния давалась с трудом. У неё даже осталось три шрама от экспериментов с молнией, когда она пыталась ею управлять. Не проблема была её создать, гораздо сложнее удержать в руках, она часто срывалась, попадая в стены зданий, деревья, а иногда и в саму девушку, отключая кратковременно её сознание. Ощущения были не из приятных.

Великое древо Пахира постепенно учило их день ото дня, так незаметно прошёл месяц. И наконец, утром тридцатого дня оно произнесло:

– Вы готовы, моя миссия выполнена. Ваши родные должны гордиться вами. Вот вам карта в мир короля Хантакондрии, никто не знает, где у неё начало, а где конец.

– Но Вы же сказали, что всё на свете знаете? Как же так? – с удивлением спросил Джейк.

– Я знаю, где только начало, оно на фрагменте, который вы держите, а где конец предстоит узнать вам самим, – ответило дерево.

– А куда исчезли Аламиты, и каким образом я оказалась здесь? – спросила Мэрион у Пахиры.

– На этот вопрос я вам отвечу, – сказало дерево. – Ты, Мэрион, избрана самим камнем, и случилось это в тот момент, когда ты потёрла пальцем на куске волшебной карты изображение Аламита, это должно было случиться рано или поздно, и это случилось, так как это было давным-давно предначертано великими богами нашей планеты. Камень наделил тебя магическим даром, и боевой магией, данные способности в процессе обучения, ты до конца развила, теперь ты страж Аламита. Но, за Аламитами охотился Даркус, король Хантакондрии, получив их он обретет наивысшую власть над нашим миром, и к сожалению, он её уже получил.

– Как так? Когда? А кто же я? – не удержался Джейк.

– Да, Джейк, это так, а ты потомственный страж Аламитов, твоя магия передалась тебе по наследству от родителей с молоком матери, только вместе с Мэрион, вам под силу противостоять злым силам Хантакондрии, – продолжила свой грустный рассказ Пахира.

– Мэрион, как я и сказала, избрана камнем, но она девушка из другого, параллельного с нами мира, именно она сможет нам помочь в освобождении нашего мира от злых чар. В момент перемещения, Аламит был с ней, но межвременной коридор не может быть не замечен. В момент перемещения формируются сильные вихревые потоки холодных и тёплых воздушных масс, и начинается сильная буря, образуется огромных размеров чёрная воронка, от башни времени до неба – это и есть проход между мирами и временами, только Аламиту, и тому, кто им владеет по силам такие перемещения. Слуги Даркуса заметили момент перемещения, они знали о пророчестве и были готовы к нему, в тот момент, когда ты, Мэрион, лежала без чувств, в часовне башни, Лизоблюд, один из подданных Даркуса, подменил у тебя шкатулку, забрав шкатулку с камнями, и она уже сейчас у Даркуса, теперь у него оба камня и силы его преумножились.

– Что же теперь будет? – с волнением в голосе, спросила Мэрион.

– Война, дети мои, война, – с грустью ответило древо Пахира.

Мэрион грустно опустила взгляд, который остановился на влажной, выложенной красными камнями дорожке, и вздохнула.

– Красный цвет – цвет крови, – ей стало не по себе…

– Вам нужно спешить, необходимо любой ценой остановить Даркуса, и вернуть Аламиты – удачи! – промолвило древо и вновь погрузилось в сон.

Глава IV. Коралловый монстр

В мастерской у королевы Изабеллы девушка заказала брюки из голубой ткани, напоминающей ей современный джинсовый материал, и льняную кофточку больше практичную, нежели красивую, нейтральных тонов. Затем она выбрала и надела высокие кожаные сапоги, напоминающие современные ботфорты на низком каблуке. Ну, не могла же она поехать на поиски Аламитов в бальном платье, и в туфлях на каблуке, в них много не побегаешь по вулканической породе. Когда она собиралась в дорогу, Джейк уже ожидал её у корабля. Он был одет также, простенько и неброско, как и она. Увидев её, он начал смеяться:

– Ха-ха-ха! Девушка в брюках, у нас так не принято, – показывая на её наряд пальцем, сказал он. – И ты будешь в этом так ходить? – он даже присел от смеха, ухватившись руками за живот.

– А у нас непринято показывать пальцем, это не культурно! Джентльмены так себя не ведут, – сострила Мэрион.

– Ну, вот скажи, пожалуйста, как ты себе представляешь, чтобы я бегала в платье с корсетом и на каблуках, мы ведь не на бал отправляемся? Она строго и одновременно вопросительно посмотрела на него.

– Да, ты права, придётся мне согласиться с твоими доводами, аргументы на лицо, понимаю, извини, – успокоившись от несвоевременного приступа смеха, с нескрываемым чувством вины, произнёс Джейк, пытаясь тем самым, как бы извиниться.

– Так и быть, на первый раз прощаю.

Они всё погрузили на свой корабль и отправились в путь. Пока длилось путешествие, старый, мудрый боцман пересказывал им истории великих боёв, мифы, легенды и просто местные байки. Кользабийский океан, самое жуткое и не предсказуемое место, о нём ходит много разных слухов и легенд. Одна из таких легенд гласит: «когда-то в давние, давние времена жил в океане Коралловый монстр, он появлялся в любое время суток и в любую погоду. С ним сталкивались, чаще торговые, чем военные корабли, но происходило это с разной периодичностью, то монстр годами мог не появляться, о нём даже стали забывать, то появлялся вновь и приводил в ужас мореплавателей. Переплывали как-то купцы Кользабийский океан и вдруг на глубине двух миль неожиданно натыкаются на коралловый риф и, что самое странное – это на такой-то глубине! В борту судна, само собой, разумеется, образуется огромная пробоина, через которую должна хлынуть вода, после чего корабль должен бы пойти ко дну, но не тут-то было! Корабль резко останавливался, как будто бы садился брюхом на мель, люди в панике подбегали к борту, ища причину остановки, замечали, что их судно не тонет, а постепенно покрывается кораллом вместе с людьми, провизией и всем содержимым. Матросы ничего не успевали предпринять, так как в считанные минуты все превращались в коралловые статуи, и застывали навечно в жутко-панических, вынужденных позах с гримасами на лицах от невыносимой боли».

– Да сказки всё это, выдумки, – сказал с усмешкой Джейк, потягиваясь и зевая одновременно.

Уставшие после напряжённого дня, наслушавшись разных сказок, стражники ушли в каюту под звуки волн, бьющихся о борт судна. После чего Мэрион уснула сном младенца на верхней полке невзрачной каюты, вопреки досаждавшей её морской качке, к которой она долго не могла привыкнуть. В каюте было тепло и уютно, это было гораздо лучше, чем сидеть на палубе на тюках с грузом, и слушать нелепые сказки. Джейк расположился полкой ниже.

Девушке приснился странный сон, от которого она проснулась вся в поту. Ей приснился какой-то полуостров, покрытый полностью кораллами, на нём даже пальмы были коралловые, вокруг полуострова она увидела застывшие корабли и судёнышки различных эпох, которые хаотично стояли, в виде коралловых статуй, омываемые волнами. Не успела она толком протереть глаза, как от резкого толчка кубарем скатилась с верхней полки каюты на что-то мягкое и тёплое. «Тёплым мякишем», оказался спящий Джейк, и её это немного смутило.

А он с улыбкой на лице, протирая с просонья глаза, спросил:

– Мэрион, всё ли в порядке?

Она со смущённым румянцем на лице ответила:

– Да, всё хорошо, извини я нечаянно, но, похоже, мы сели на мель.

– Забудь, а на счёт мели сейчас проверим, – ответил юноша, поднимаясь с полки. Он высунул голову из каюты, пытаясь понять, что произошло?

Мэрион быстро встала вслед за Джейком, поправила одежду, сделала вид, что ничего не произошло неординарного, следом за товарищем поднялась на палубу. По палубе бегали испуганные матросы, пытавшиеся понять, в чём причина внезапной остановки, они выглядывали за борта судна, и ничего не могли понять.

Мэрион сразу вспомнился кошмар, от которого она и проснулась, оглядевшись вокруг, она увидела на горизонте тот самый полуостров из своего сна, окружённый коралловыми скульптурами различных кораблей.

– Вот и не верь после этого в вещие сны и легенды! – себе под нос сказала она.

– Ты что-то сказала? – спросил Джейк, устремив свой взор на полуостров.

Вместо ответа Мэрион быстро подошла к борту корабля и посмотрела вниз, в водную пучину.

– О, ужас! – всё, что смогла воскликнуть девушка. Их корабль стал на глазах разрушаться и покрываться быстро растущим кораллом, превращаясь в коралловую скульптуру. Многие матросы и пассажиры судна заметили тоже самое, и началась паника, девушке сделалось дурно, ноги подкашивались от страха. Но нужно отдать должное находчивости Джейка, он один не растерялся, подойдя к борту, и посмотрев вниз, он бесстрашно воскликнул:

– Без паники, друзья!

– Капитан, держать курс на землю! – скомандовал он, растерявшемуся капитану, стоявшему у штурвала. – Мэрион, соберись, сконцентрируйся, пожалуйста, мне нужна твоя помощь! – не то попросил, не то приказал Джейк. Его уверенность придала ей сил.

– Что я должна сделать? – отойдя от испуга, спросила она.

– Сделай молнию, и ударь ею в растущий коралл!

Сам он тем временем с помощью, поднятой его магической силой, волны стал раскачивать и подталкивать корабль к берегу. Мэрион собралась, сконцентрировалась, вобрала в себя воздух полной грудью и, указав взглядом на цель для поражения, создала молнию. Она что есть силы, схватилась обеими руками за её хвост и рубанула по кораллу огненным хлыстом, как топором, он затрещал и разрушился. Со дна океана послышался страшный не то стон, не то рык, вода вокруг судна запузырилась. В этот момент Джейк подтолкнул корабль очередным водным валом высотой не менее 10 метров, так сильно, что их корабль просто полетел над волнами, как пёрышко, едва касаясь воды. Всем казалось, что удалось одолеть Кораллового монстра, но они ошибались. За кораблём из водных глубин под водой следовало огромных размеров белое пятно, которое заметил смотровой парнишка по имени Стив. Корабль увеличил скорость, благодаря магии Джейка, и просто впился носом в песчаный берег полуострова. Из воды в двадцати метрах от судна показались два огромных, жёлтых глаза, возвышающиеся над водой, как перископы современных подводных лодок, но вскоре они скрылись в морской пучине, беда миновала. Команда корабля приступила к ремонтным работам, а стражники тем временем пошли глубоко в джунгли, согласно начальному фрагменту карты, попрощавшись с командой и капитаном судна.

Глава V. Король Хантакондрии

У массивного, из расплавленной горной породы каменного камина, с кипящей внутри вулканической лавой, спиной к свету, едва проникавшему из прикрытых ставнями окон, на своём троне восседал Даркус – король Хантакондрии. То ли он был погружен в думу, то ли в дрёму, сложно было понять, так как в таком состоянии он мог находиться часами. Внезапно, он резко открыл глаза и своим громогласным голосом закричал:

– Карлин! Слуги! Лизоблюд! Ну, где вы все, чёрт бы вас побрал?!

Из-за железной, скрипучей двери вышла, скорее, выползла, Карлин, – ящероподобная женщина с погремушкой на хвосте, и раздваивающимся языком, как у гремучей змеи, одетая в чёрный, кожаный, обтягивающий её стройную фигуру костюм, поверх которого была надета тонкая, золотая кольчуга.

– Я здесь, мой повелитель, – прошипела она.

– Ну, где же вы все, любимая моя?! Я так одинок, – более снисходительным тоном произнёс король. Карлин, как верная «псина», медленно подошла к его трону на стройных конечностях с упругими бёдрами, поцеловала Даркуса в губы, и они связались своими длинными змеиными языками, в затяжной поцелуй.

– Вам, наверное, опять что-то пригрезилось мой господин, – прошептала она в самое ухо.

– Принеси мне мои Аламиты из хранилища, да поскорее! – внезапно, как параноик, прокричал, нет, скорее проверещал король.

– Уже иду, – тихо прошипела Карлин, медленно сползая с коленей повелителя. В этот момент на крик Даркуса к королевским покоям быстро приближались вельможи и слуги, которым она тотчас же раздала приказы. В один миг, Лизоблюд, сильно напоминающий колорадского жука гигантских размеров, двигавшийся на двух задних конечностях, притащил шкатулку с Аламитами из хранилища. Возлюбленная Даркуса с силой выхватила шкатулку из его корявых лап, и очень болезненно шлёпнула хвостом ему в лоб так, что тот с визгом отлетел на несколько шагов по лестнице, гремя всеми костями и амуницией, пересчитывая ступеньки. Злорадно улыбнувшись и удовлетворившись содеянным, Карлин снова зашла в покои Даркуса.

– Вот они, дорогой, – прошипела она. Он бережно, с мелкой от нетерпения дрожью в руках, взял шкатулку из её перепончатых лап. Открыл замок ключом, висевшем на поясе, поднял крышку шкатулки, и в этот миг всю комнату озарило свечение магических камней.

– Вот они! – с сумасшедшей дрожью в голосе, сказал король, перебирая их своими грязными лапами.

– О, великие камни Аламиты, скажите, живы ли ещё ваши стражники? – спросил Даркус.

– Живы, – протяжно и грустно ответили камни.

– Что?! – в ярости закричал король. – А ну, покажите их мне! – приказал он. Свечение камней усилилось, освещая ярким светом весь тронный зал, мрачного королевства. На фоне камина, камни создали видение, похожее на голограмму с изображением Мэрион и Джейка, следующих в глубь пол.

– Ах, этот мерзкий щенок, сын предыдущих стражников, ещё жив?! Проклятье! Нужно ещё тогда было убить его в пелёнках! А эту девку приведите мне живой, я отдам её на корм Занзару, он любит красивых девиц, – с отвращением и злобой сказал он, обращаясь к Карлин.

– Возьми лучший отряд шпионов и воинов, проследи за ними, и приведи их ко мне! И не дайтеим попасть в мой замок, иначе всем вам здесь не поздоровиться! – прорычал он своей любовнице. – Но прежде, чем ты уйдёшь, я кое-что хочу, милочка, – уже заигрывающим тоном, как можно нежнее прошептал он на ухо Карлин, подойдя к ней вплотную.

– О, да мой повелитель, – прошипела она в ответ, игриво стреляя глазками, и прищёлкивая язычком. После чего они уползли в спальню, оставляя на полу влажные следы от волочащихся за ними хвостов. Через некоторое время из которой, доносились скрипы столетней, дубовой кровати, возбуждённое шипение, и шлепающие звуки от ударов хвостами по каменному полу…

Глава VI. Карта

Карта быладовольно древняя, и не простая, изготовлена из грубой кожи буйвола, на ней был нанесён рисунок, и по обожженным краям можно было предположить, что она пережила пожар, возможно не один. Она состояла из четырёх фрагментов, рисунок прослеживался только на одном из них, на карте не сохранилось разметки по сторонам света, и от этого было сложно найти отправную точку на местности и путь следования. Стражники знали только то, что первый фрагмент – это начало, где они сейчас и находились, остальные фрагменты, волшебным образом прорисуются и покажут путь поочерёдно, только после того, как они достигнут окончания пути, изображённого на первом фрагменте карты.

Место, где они сейчас находились, судя по климату, напоминало тропики, но не в том виде, как Мэрион себе это представляла. Здесь многие растения были причудливой формы, животные и птицы разговаривают, по крайней мере, они понимали то, о чём они щебечут, рычат и воют. Она уже начала подумывать, что у неё лёгкое помутнение рассудка, но к счастью – не одна она всё это видела и понимала, и это её успокаивало, ведь с ума только поодиночке сходят…

Джейк понимающе посмотрел на девушку и произнёс:

– Мне рассказывали про этот мир, но я не думал, что смогу его реально созерцать. К ним подлетела одна маленькая птичка похожая на колибри, размером чуть больше ногтя и у неё были крылышки, как у стрекозы, она подозрительно, как им показалось, стала нарезать круги над головами.

– Осторожно! – обеспокоенно произнёс Джейк.

– Не смотри ей в глаза, иначе она загипнотизирует тебя, затем вместе со стаей заживо съест, не успеешь и глазом моргнуть.

Мэрион от испуга ударила её молнией, и она тотчас же сгорела, упав на землю в виде маленького уголька.

– Ну, зачем же так жестоко, могла бы её ветром сдуть, – сказал Джейк.

– Ага, чтобы она меня съела, да? – недовольно проворчала Мэрион. Он улыбнулся и укоризненно покачал головой.

– Нам нужно устроиться на ночлег, лес опасен в ночное время суток, – сказал полушёпотом Джейк, как будто, боясь чего-то. Он смастерил на побережье из стеблей растений большой и просторный шалаш, в который почти не проникал ветер. Мэрион не спалось, она слышала все звуки и шорохи в тропическом лесу, так как владела магией воздуха, то её чувства были намного обострённее, нежели у простого человека, от этого ей становилось жутко вдвойне.

Джейк чувствовал, что Мэрион не спится, взял по-дружески её за руку, обнял и произнёс:

– Не волнуйся я с тобой. После чего она провалилась в глубокий сон.

Глава VII. Кошмары Джейка

Этой ночью Мэрион проснулась от душераздирающего крика и увидела, как внезапно Джейк с воплем вскочил с земляного настила, на котором они спали, весь в холодном поту, часто и прерывисто дыша. Она коснулась его плеча, как бы успокаивая:

– Всё хорошо, Джейк!? Это просто сон, успокойся. Он так крепко сжал её руку, что пальцы побелели, на его лице была гримаса испуга. Он открыл глаза, понял, где находится и сразу успокоился, тогда она спросила:

– Что тебе снилось?

Он, скрипя зубами, ответил:

– Один и тот же кошмар мучает меня с детства. Почти каждую ночь мне снится одно и тоже!

– Расскажи мне, что тебе снится? – заботливо спросила Мэрион.

– Мне снится он, – прошептал Джейк.

– Кто он? – с недоумением спросила Мэрион.

– Даркус, король Хантакондрии. И Джейк начал свой рассказ: « – Я вижу, как сидит эта тварь у горящего камина в своём мрачном замке из застывшей лавы, не довольный тем, что король Ричард его отец, отдал плодородные земли своей дочери Изабелле, а ему за его проделки, наградил жалкими вулканическими островами по средине океана. Восседает он на своём троне, недовольный всем и обиженный на всё живое в округе, а около его бегает его безобразная свита, похожая на гигантских насекомых, размером с человека, умеющих говорить. И вот он выбрал подходящий момент, когда защитные камни Иристонии, Аламиты были утеряны, решил отомстить своей сестре и заодно захватить богатую и красивую страну Иристонию. В ту войну для своей победы, он заключил мир с такими ужасными тварями, которые не имеют право на существование. Ночью они, как воры ворвались в спящий город. У многих горожан не было даже шанса на спасение, люди были захвачены врасплох, в панике они бежали и прятались, падали, пронзённые стрелами и копьями, клешнями и щупальцами армии Даркуса. В ту битву, я потерял своих родителей, мне было всего три года, я стоял на улице в ночной рубашке, босыми ногами на холодных и липких от людской крови камнях мостовой, в то время, когда мои родители сражались за свободу нашей страны. Моя мать и отец были стражами Аламитов, защищая их, они героически пали в сражении. Моя мать, жертвуя собой, спасла нас всех, вызвав огромную молнию, которая уничтожила больше половины войска Даркуса, но её человеческое тело не выдержало такого напряжения, и она сгорела вместе с ними в электрическом шаре молнии, размерами с гигантскую сферу. После чего остатки войска Даркуса трусливо отступили. Что стало с моим отцом, я точно не знаю, по одним сведениям его собственноручно убил Даркус, по другим он был пленён и возможно сидит в темницах Хантакондрии. В ту ночь были реки крови. Кроваво-серое месиво из людей и различных мистических тварей лежало везде, куда мог только упасть мой взгляд. Эта жуткая картина навсегда застыла в памяти трёхгодовалого ребёнка, коим я был тогда, и снится мне, по сей день».

Девушка с ужасом и слезами на глазах слушала его рассказ, ей было так жаль его родных и близких.

– Мне очень жаль, – с дрожью в голосе сказала она. – Теперь ты и я являемся стражами Аламитов, и постараемся сделать всё, чтобы в Иристонии воцарился мир и спокойствие. Джейк обнял её за плечи и произнёс:

– Ни чего, прорвёмся, обязательно прорвёмся… Они снова легли, обнявшись спать, под стрекотание ночных цикад, до самого рассвета.

Глава VIII. Ссора

Утром Мэрион проснулась от лёгкого дуновения ветерка. Повернув голову, посмотрела на Джейка, он так же крепко держал её за руку. Она аккуратно выползла из его объятий, вышла из шалаша. Солнце едва скользило по верхушкам деревьев, тропическую тишину постепенно наполняло пение птиц, вокруг было прохладно и влажно от утренней росы. Воздух был пьяняще свеж. Она достала из походной сумки Джейка его записную книгу, где было всё об этих странных растениях и том мире, в который они попали, и стала читать. Она многого не знала, какие из растений съедобные, а какие нет. Вооружившись книгой, она пошла на поиски пищи. Похоже, он заметил, что она проснулась и ушла, но ему было лень вставать, сон не отпускал его так рано.

Мэрион нашла отличный завтрак. На её пути встретилось растение кинкан, плоды которого похожи на маленькие мандарины и они, судя по описанию в книге, были съедобны. Она набрала их в свою кофту, завязав на животе, как корзинку и пошла обратно к шалашу, был уже полдень. Зайдя в шалаш, она не обнаружила Джейка. Немного растерявшись и испугавшись за него, вдруг что-нибудь случилось в её отсутствие? Она от растерянности чуть не выронила кинканы, от одной только мысли об этом. Но благодаря магии воздуха, Мэрион закрыв глаза, мысленно нашла его, он находился у речки, протекающей вдоль острова, в стопятидесяти шагах отсюда.

Она незаметно подошла к реке, и застала его врасплох. Он не ожидал, её быстрого возвращения. По его мокрому виду было видно, что он уже искупался, влажные струйки воды змейками сбегали по его смугловатой коже, он стоял обнажённый, в последний момент, успев прикрыться «фиговым листом». У него был смуглый, шикарный, мускулистый торс с сильными и хорошо накачанными руками, широкими плечами, рельефным животом, мускулистыми в меру накаченными прямыми ногами, что в последнее время редкость у мужчин. На правом плече у него была наколка в виде головы дракона. Мэрион замерла от увиденного, и впервые так внимательно рассматривала его лицо, как будто видела впервые. Завораживающая, улыбка с крупными скулами и белоснежно-ровными зубами, прямой лоб со смущёнными от обнажённого вида густыми бровями, чёрные волосы, волнистыми локонами, спадали до плеч, крупные, красиво посаженные карие глаза с длинными ресницами, разделявшиеся прямым, в меру длинным носом, в лучах солнца – это нужно было видеть! Девушка потеряла дар речи на мгновение.

– Доброе утро, Мэрион! – улыбаясь, произнёс он.

– Доброе утро, Джейк! Будешь завтракать? – стесняясь, нелепой ситуации, спросила она.

– Что съедобного есть в этих джунглях? Не возражаешь, если я оденусь? – с усмешкой спросил он.

– Да, да конечно, – пробормотала она, смущённо отворачиваясь от него.

"И чего я так на него вылупилась?" – мысленно спросила сама себя Мэрион.

Она развязала узелок кофты на животе, подходя к нему, и высыпала на землю кинканы.

– О, местные мандаринчики! – улыбаясь, произнёс Джейк.

И они начали завтракать. Чем больше Мэрион проводила времени с Джейком, тем больше ей казалась, что он ей нравится. От этой навязчивой мысли она чуть не подавилась.

– Не хочешь искупаться? – предложил он.

– Нет, спасибо! – решительно отказалась девушка. Но ему очень хотелось пошутить над ней, и он убрал своей магией землю из-под её ног, и Мэрион оказалась в воде. Вся раздражённая и мокрая до нитки, она вылезла из воды, ничего не сказав. Это удивило Джейка.

– И что ты ничего не скажешь? И даже не будешь сушить волосы? – удивленно спросил он.

– Нет! – резко, как «отрезала», произнесла она.

– И ты даже не будешь пускать по мне электрический разряд? – с недоумением и свойственной юношеской наивностью спросил Джейк.

Своей выходкой он её просто взбесил, и она кажется, сорвалась. В считанный миг молния вылетела из её глаз, она взяла её рукой, как прут, хотела было отлупить его, как нашкодившего ребёнка, но в последний момент передумала, и молния исчезла в воздухе, также быстро, как и появилась. Он не ожидал от неё такого гнева, за безобидную, как ему казалось шутку.

– Джейк, пора уже повзрослеть и понять, что мы не в детской игре, у нас нет времени на игры и развлечения! Это всё реальность, а не шутки в сновидениях! А ты своими глупыми выходками тратишь впустую время, лучше помог бы мне определиться по карте.

Она высказала всё, что хотела сказать, даже слишком мало, чем можно было ожидать от неё. Кажется, теперь он понял её. Наверно она сильно задела его этими словами, ведь он был старше её на несколько лет, и от этого ему стало стыдно ещё больше. Он надел рубаху и ушёл, а она даже не посмотрела ему в след. Но сама в глубине души расстроилась из-за того, что на него накричала, наверно надо было, как-нибудь по-другому объяснить, не задевая его мужского самолюбия.

Глава IX. Раздумья Джейка

«Ну, вот теперь она на меня обиделась. Нужно сориентироваться по карте и идти дальше. А где же карта? Блин, она у Мэрион», – размышлял Джейк. Тогда он по памяти решил восстановить фрагмент начала пути, нарисованный на карте. Целый день, перочинным ножом, он вырезал на куске коры, оторванном от старого дерева эту карту, и наконец, приблизительно у него что-то получилось. Он хотел об этом сказать Мэрион и показать ей карту, но ведь он так её обидел. Ему было стыдно за своё поведение. Он хотел извиниться, но не знал, с чего начать.

«Она меня не простит, ведь она такая потрясающая! У неё такие красивые белые волосы, закрывающие половину хрупкой спины, спереди спадавшие на упругую, молодую грудь. Когда я подшучивал над ней с водой, она сушила их воздухом и её причёска делалась забавной, как одуванчик. Её голубые, крупные глаза с пушистыми ресницами, так оригинально удивляются и смеются, что, увидев раз, забыть их невозможно! А этот аккуратный, курносый, чуть вздёрнутый носик, красивые, чуть пухлые губы, переходящие в ямочки на щеках в момент улыбки – это что-то! Мэрион оригинальная, даже в брюках выглядит хрупкой девушкой. Она мне кажется, такой маленькой и беззащитной, о, как мне хочется закрыть её своей широкой спиной от всего мира! Но, несмотря на свою видимую беззащитность, она, как роза, у которой есть небольшие, но колкие шипы, которыми она успешно защищается. Может, ей совершенно не нужен такой защитник, как я? С её умением стрелять молниями и поднимать воздух в смерч, она совсем не беззащитна, как кажется. Наверное, она думает: ушёл и слава Богу! Пристаёт тут, какой-то чудак и только мешается под ногами, а я возомнил себя защитником. Но с другой стороны, я ведь не узнаю её мнения, если не попробую помириться», – ругал, и разговаривал сам с собой Джейк. Не мешкая, он нарвал красивый букет энциклии. Эти цветы очень разнообразны по внешнему виду и особенно красивы. Цветки жёлто-зелёного цвета с коричневатыми лепестками, которые сорвал Джейк, выглядели не просто красиво, а даже празднично. Он взял вырезанную им карту, цветы, и пошёл мириться, переходя от мучительных размышлений к действиям.

Глава X. Мир

Почти целый день Мэрион вращала фрагмент карты, применяя её к месту нахождения и так, и сяк, и наконец, получилось.

"Интересно, как там Джейк?", – подумала она. Но девушке не прилично идти первой, и она решила потянуть время, и рассмотреть карту внимательнее. Изучить, где они сейчас находятся, и сколько ещё пути предстоит пройти. Но вдруг неожиданно, подошёл Джейк, Мэрион сделала вид, что очень занята и ей не до пустяков. Она думала, что опять придётся ругаться, но он, смущаясь, протянул ей букет с цветами и сказал, опустив взор в землю:

– Мне очень стыдно за своё ужасное поведение, извини, пожалуйста.

Подняв на него взгляд, она посмотрела на него снизу-вверх, и произнесла нравоучительно:

– И ты меня тоже прости, нужно было, тактичней объяснить тебе, что развлекаться, конечно, можно, но меру знать нужно, ладно, ведь мы же друзья? Они улыбнулись друг другу и синхронно кивнули головами, от чего ещё больше рассмеялись.

– Я определилась по карте. Может не совсем точно, но я думаю, что так правильно, – сказала Мэрион протягивая фрагмент карты Джейку.

– Я тоже, – ответил он. Они сверили свои фрагменты и у них всё совпало. После чего друзья двинулись в путь.

Глава XI. Уход от погони

По приказу Даркуса, Карлин организовала преследование. Взяв с собой лучших шпионов и разведчиков, которые выискивали людей по запаху, сломанным ветвям, смятой траве и даже по энергетическим полям. Разведчики ползали по земле, а Карлин, как предводительница, восседала на тираннозавре.

– Кто найдёт двух этих щенков, того озолочу, а если вы их не найдёте, скормлю любимому питомцу господина, Занзару, он любит бегающий обед, – шипя произнесла Карлин.

Её шпионы, как тараканы, ползали везде: по деревьям, по ровной и скалистой местности, и всегда находили жертву преследования. Один из шпионов подошёл к Карлин, забормотал скороговоркой, переставляя слова местами, и путаясь в сказанном, что было сложно разобрать.

– Что?! – пиная под зад и стукая кулаком по его безобразной, слюнявой морде, закричала Карлин. – Как они ушли пять минут назад? – с трудом разобрала слова, сказанные шпионом, Карлин. – Догнать! Поймать! Сгною в темнице, скормлю Занзару! – переходя на звериный рык, с визгливыми нотками, завопила предводительница.

Тем временем стражники стали собираться в дорогу, решили идти по реке вдоль ущелья, так как, рисунок на карте обрывался именно в нём. Они шли около трёх часов. Джейк остановился и пристально посмотрел на воду, вдруг он взмахнул руками, сделав магические движения, и в его руках появилась маленькая симпатичная рыбка из воды. Она была такой забавной, что Мэрион рассмеялась.

– Попади в неё молнией, – попросил Джейк.

Девушка с удивлением спросила:

– Зачем? Я же её испорчу.

– Ну, пожалуйста, – взмолился он. – Я тебе обещаю, что с ней будет всё в порядке.

Мэрион сосредоточилась и выпустила короткую молнию прямо в рыбку. А Джейк тем временем, мгновенно заморозил воду, в результате получилась красивая скульптура, которая светилась всеми цветами радуги, из-за бегающих в ней электрических разрядов.

– Это тебе, – сказал Джейк, преподнося сувенир.

– Спасибо, – сказала Мэрион, взяв её в руки. Это был оригинальный подарок. Внезапно ветер донёс до них подозрительно-неприятный запах. Джейк, дотронулся рукой до землии, почувствовал топот воинов и разных тварей, количеством не менее пяти сотен.

– Ты это слышишь? – спросил он у Мэрион.

– Да, я это тоже почувствовала, – насторожившись, ответила она.

– Бежим скорей к ущелью! – крикнул Джейк.

Но их уже нагоняли, и они вынуждены были остановиться посредине ущелья, приготовившись к бою.

Бежать дальше было бессмысленно, их окружили с обеих сторон, так что стражники были зажаты в горном ущелье, отступать было не куда, нужно принимать бой.

Спереди на них надвигались ужасные твари неоригелии, с большими выдвигающимися челюстями, слюнявыми мордами, короткими, но мощными лапами, внешне напоминающие монстров из пробирки, при неудачном скрещивании кабана, гиены и болотной жабы одновременно. На неоригелиях верхом сидели воины Даркуса, это были четырёхглазые мутанты, с ящероподобным телом, держащие копья в лапах.

Сзади, по следу двигалось полчище боевых пауков калатрописов, напоминавших гипертрофированных тарантулов. Это полчище тварей возглавляла Карлин, восседая на боевом тираннозавре.

Джейк оглянулся на Мэрион, стоявшую сзади и произнёс:

– Здесь нигде нет воды, только земля и скальная порода.

– Сражайся землёй! – крикнула она ему. В её руках была ледовая скульптура рыбки с электрическим зарядом внутри. Мэрион изо всех сил бросила в приближающихся врагов скульптуру, рыбка взорвалась от удара о слюнявую морду неоригелии, как современная боевая граната, поражая ледяными осколками противника. Вражеские ряды на неоригелиях незначительно поредели, и это немного обнадёжило. Но один из шпионов бросил копье в стражников. Джейк оттолкнул девушку, тем самым спасая её от летящего оружия. Копьё пролетело в нескольких сантиметрах от её головы, и задело вскользь плечо Джейка, делая царапину на его коже.

Не обращая внимания на царапину, Джейк, отвлекая противников своей магией, прокричал:

– Доставай быстрей из моей сумки кикинбрус (фрукт похожий на огромную киви размером с небольшой арбуз) и маленькую дудочку. Подуй в неё три раза. А сам тем временем с помощью магии, завалил проход для Карлин с калатрописами скальной породой, тем самым выигрывая время.

Мэрион быстро выполнила всё, что он сказал. Внезапно земля затряслась, из-под земли вылез огромных, просто гигантских размеров крот.

– Не пугайся, угости кротишку кикинбрусом, – прокричал Джейк, заканчивая с боевой магией.

"Ни чего себе кротишка", – подумала Мэрион и подбросила к слепой морде крота, размером с подросшего телёнка, фрукт, который он слопал мгновенно.

Джейк прыгнул на спину животного, хватая девушку одной рукой за запястье, подтягивая за собой, другой вцепился в шкуру крота, что-то прошептал ему в ухо, и крот шустро развернулся и понёс их по своим подземным лабиринтам.

– Держись, крепче! – только и успел сказать Джейк. Они понеслись по подземным лабиринтам со скоростью пассажирского экспресса, свист в ушах, и мелькание горной породы перед глазами – это всё, что Мэрион успела запомнить. Путешествие на кроте под землёй длилось не более 25 минут, но казалось вечностью. Они просто летели на этом животном вцепившись в его упругую и мягкую шкуру, пока не достигли огромного подземного каньона внутри горной, каменной породы, с подземным озером и впадающим в него грохочущим водопадом. Здесь крот остановился, Джейк ласково потрепал его по волосатой морде и отпустил. Так они оторвались от погони, и оказались в центре горы, в подземном мире, который им был доселе неведом.

Глава XII. В подземной стране

Мэрион посмотрела на Джейка и увидела у него окровавленное плечо.

– Что это? – спросила она.

– Да просто царапина, – утешая её, ответил Джейк.

– Да посмотри же – плечо отёчное, и горячее в месте ранения! – сказала девушка, ощупывая рану.

– Да пустяк, – успокаивающе ответил Джейк, пытаясь не смотреть на своё плечо, которое начинало вызывать у него сильную боль.

– Значит, оружие было отравлено, – отчаянно, переходя на крик, воскликнула Мэрион, заметив, что Джейка начало мотать из стороны в сторону, он начал терять координацию и падать на землю. Мэрион еле удержала его, подставив под здоровую руку своё плечо и частично взвалив его на себя. Он грустно взглянул на неё и потерял сознание. Её хрупкое тело не могло выдержать такой тяжёлой ноши, её ноги подкосились, и они вместе рухнули на землю.

« – Что же делать?» – запаниковала Мэрион. Она осмотрелась и увидела рядом с водопадом, в тридцати шагах от берега подземного озера углубление в скальной стене по типу грота. Добежав до него, и осмотрев, поняла, что данная хоть и не большая пещерка подойдёт для убежища, более того, судя по куче хвороста в глубине пещеры, она ранее уже кем-то использовалась в этих целях. В средине пещеры были остатки от костра. Угли давно остыли и отсырели, следовательно, в ней давно никто не останавливался.

Место для временного жилища было найдено, нужно было перенести сюда Джейка. У неё не было вариантов, без посторонней помощи его не донести, и помощи ждать было неоткуда, она решила использовать свою магию воздуха. Произнеся заклинание, Мэрион воздушными массами аккуратно приподняла Джейка над землёй и медленно, не причиняя ему лишней боли, перенесла его в пещеру, положив на лежанку из моховой подстилки. Сложив хворост на старых углях, с помощью молнии она развела костёр, через некоторое время в пещере стало тепло и уютно. Достав книгу из сумки Джейка, начала искать, как выжить при укусе змеи, но в ней ничего подходящего не было. Джейку становилось всё хуже и хуже, она видела, как с каждой минутой дыхание его становилось всё реже и громче, шумные хрипы вылетали из его горла, иногда совсем на мгновение дыхание останавливалось и возобновлялось вновь.

Мэрион совсем отчаялась, и не знала, как помочь другу. Как вдруг, словно эхо, раздался женский голос. Наверно это какая-нибудь иллюзия, подумала она. Повеяло холодом… Пламя костра, словно ветром стало колыхать в разные стороны. Мурашки пробежали по её спине, сотнями игл втыкаясь в спину. За её спиной стоял дух или призрак, по очертаниям похожим на женщину. Она внезапно услышала её голос:

– Ты должна спасти, Джейка.

– Кто ты? – испуганно спросила Мэрион.

– Не пугайся! Я Виктория, мать Джейка, я пришла, чтобы помочь вам.

– Но Вы ведь погибли в бою?! – прокричала девушка.

– Да, это так, но он нужен магическим камням, поэтому мне дозволили вернуться, чтобы помочь тебе спасти его, – спокойным голосом ответил дух. – Не будем терять время, состояние Джейка критическое, чтобы спасти его, тебе нужно ударить его молнией, в самое сердце, – сказал призрак. – Не теряй времени, ты должна это успеть, до того, как дыхание остановится, иначе он умрёт, – сказала Виктория и исчезла так же внезапно, как и появилась.

Мэрион, не знала можно ли верить её словам, но у неё не было выбора, она решила попробовать.

« – Помоги мне Боже», – прошептала она. После чего мгновением ока, вызвала молнию, поймала её за хвост, взяла, как кнут и ударила в грудь Джейка. Тело Джейка прогнулось в судороге, от мышечного спазма его подняло на мостик, из горла вышел болезненный стон, и он, вновь обмякши, упал на моховой настил. Первая её попытка оказалась не удачной, она остановилась, ей было жаль его, он был друг, и у неё не поднималась рука хлестать его электрическим разрядом. Она понимала, что друг умирает, но заставила себя сконцентрироваться вновь, собрала всё мужество и все мысли в «кулак», и повторно ударила его по груди молнией. На этот раз тело Джейка даже не вздрогнуло не одним мускулом, дыхание его остановилось, она была растерянна. От её молний на теле Джейка не осталось ни шрамов, ни царапин, она посмотрела на его плечо: отёк исчез, шрам стал закрываться на глазах, и из заживающей раны вытекла капелька жидкости – это был яд, после чего рана полностью закрылась, оставив маленький розовый шрам. Внезапно Джейк судорожно сделал глубокий вдох, после чего его дыхание вновь стало спокойным и ровным, он спал сном младенца. Уже был поздний вечер, голодная и обессиленная, но с чувством выполненного долга, девушка уснула прямо на земле у костра, напротив входа в пещеру.

Глава XIII. Засада

Карлин со своим войском, восседая на тираннозавре, пробила проход, в скалистой преграде, созданной Джейком, поняв, что стражники скрылись, завопила:

– Куда делись эти чёртовы дети?! – со злобной яростью, стуча кулаками по шее динозавра. – Опять вы их упустили! – пиная и топча своим динозавром пауков калатрописов, не переставая браниться, брызжа ядовитой слюной, с перекосившимсяот злобы лицом, скорее мордой, переходя на сиплый хрип, кричала Карлин. – Окружить эту вонючую нору! – скомандовала предводительница, поднимая динозавра на дыбы, как скаковую лошадь. – Будь проклята эта землеройка, которая вырыла этот ход! – продолжала браниться Карлин, заставляя рептилию, топать огромными, слоноподобными лапами по земле, затаптывая и осыпая подземный ход.

– Поставить часовых вокруг ущелья с интервалом в пять метров! – всем ждать меня с подкреплением, если они появятся раньше, то атаковать без меня! – приказала Карлин и помчалась на своём скаковом динозавре в известном только ей направлении. Спустя несколько дней она была во дворце своего повелителя.

Войдя в дворцовые палаты, тихонько приоткрыв скрипучую дверь, Карлин застала Даркуса в плохом расположении духа, чахнущим над Аламитами.

– Мой повелитель, – зашипела Карлин. – Нам удалось загнать стражников в угол, – они в подземелье гномов, – подходя к Даркусу, прошептала она.

– Что же вы медлите? Прикончите их! Хотя нет, я буду коварнее, они нужны мне здесь, а не в норе, – поразмыслив, добавил Даркус. – Мальчишку посадим в темницу, пусть гниёт вместе со своим отцом, а девчонку скормлю у него на глазах Занзару, – злорадно потирая руки, сказал Даркус.

– О, как вы коварны мой повелитель, – льстиво прогибаясь и извиваясь перед королем, прошипела Карлин.

– А пока они в норе мы должны захватить Иристонию, они из своего подземелья не смогут помочь своим друзьям, – строя коварные планы, закончил Даркус.

Глава XIV. В поисках пищи

Мэрион проснулась утром от легкого прикосновения к её щеке, приоткрыв глаза, она увидела Джейка. Он сидел рядом сней, подкидывая хворост в затухающий за ночь костёр, с нежной белоснежной улыбкой смотрел на девушку и соломинкой щекотал ей лицо.

– Доброе утро, – сказал Джейк, просыпающейся Мэрион.

– Доброе, – ответила она, вспоминая при этом, что же было накануне.

– Как ты себя чувствуешь? – спросила она, поглядывая на его плечо.

– Как всегда отлично, – ответил, Джейк, слегка удивившись, почему она об этом спросила.

– Ты что, не помнишь, что было вчера?

Джейк немного задумался, улыбнулся и ответил:

– Мы обманули Карлин, а затем была потрясающая прогулка на кроте.

– И это всё? – уточнила Мэрион.

– А что ещё? – ещё больше удивляясь, спросил Джейк.

– А плечо не болит?

Джейк посмотрел на плечо, пытаясь вспомнить, что же не так с плечом, увидел на нём свежий розовый шрам и удивился.

– А когда это я успел пораниться?

– Ты что, правда, ничего не помнишь? – теперь уже удивилась она. – Как тебя ранили в схватке ядовитым копьём, и как ты оказался в этом гроте?

Джейк озадаченно смотрел на неё, и не знал, что сказать.

– Да, действительно я этого не помню, раньше я за собой провалов в памяти не наблюдал, – задумавшись, промолвил он.

– Придётся мне ликвидировать, твой провал в памяти. И девушка рассказала, что ей пришлось пережить вчера. Закончив свой рассказ, о том, каким образом ей удалось перетащить его в пещеру, и с помощью каких сил удалось спасти друга от неминуемой смерти. Джейк ещё больше удивился.

– Значит, я обязан тебе своим спасением?

– Ну не мне одной, дух твоей мамы, не без участия волшебства Аламита, подсказал мне, как тебя спасать, но сначала ты спас меня в бою, оттолкнув от летящего в меня копья, подставив своё плечо. Так что мы квиты, – констатировала девушка, улыбнувшись.

– Здорово, – сказал Джейк. – Жаль, что я этого сам не видел, мама ко мне после гибели никогда не приходила. А что у нас сегодня на завтрак? – меняя тему, спросил он.

– Хороший вопрос, тем более, вся наша плодово-ягодная провизия, набранная на острове, закончилась, нужно идти на поиски пищи, – ответила она.

Стражники вышли из своего убежища, и пошли на поиски пищи, так как самое подходящее место для поисков было озеро, просто потому, что оно находилось прямо перед пещерой в тридцати шагах, они начали обследовать его. Озеро было глубоким с чистой водой, средних размеров, но для подземного озера, наверное, считалось большим. В том месте, где они остановились, в озеро впадала какая-то подземная река, с двадцатиметровым водопадом, грохот от которого распространялся на весь каньон.

« – Если есть озеро, в нём должна быть рыба, другой вопрос, как её половить, не имея снастей?» – подумала Мэрион.

– У меня есть предложение, – сказала она. – Нужно поймать рыбу.

– Я не против, но какими снастями будем ловить, при условии, что у нас нет ни каких? – спросил Джейк.

– Зато мы владеем магией, и думаю, она нам поможет. Можно попробовать магией молнии, электрическим разрядом я думаю получиться оглушить рыбу, – немного подумав, предложила девушка.

Недолго размышляя, она подошла к берегу озера, вызвала одну большую молнию, схватив её двумя руками за хвост, изо всех сил шандарахнула ею вдоль берега. Водяной столб поднялся на два метра, по всей длине удара, сопровождающийся сильным хлопком. Когда волны разошлись, они увидели много оглушённой рыбы, всплывшей на поверхность, вверх пузом.

– Ну, ты и даешь! – сказал Джейк, вылавливая руками крупные экземпляры оглушённой рыбы.

На этом рыбная ловля благополучно закончилась, и друзья перенесли рыбу в пещеру, прожарили её на костре, запас пищи на несколько дней был обеспечен. Вот и закончился ещё один день.

Глава XV. Подготовка Иристонии к войне

А в это время в королевском дворце в столице Иристонии Равении, королева Изабелла собрала военный совет, на который были приглашены все военноначальники: воеводы, головы, тысячники и сотники.

На собрании за круглым столом, в просторном и светлом кабинете главной башни дворца, сидело около семи лучших военноначальников. На столе лежала карта, сделанная из бычьей кожи, с выдавленным на ней рельефом местности страны Иристонии.

Собрание начала, как и подобает королева:

– Я очень рада, что все мы собрались, несмотря на самый трудный момент для нас и нашей страны. Вы мои верные подданные, не испугались надвигающей на нас опасности и готовы, как и я, встретить её лицом к лицу, постоять за свою страну, свой народ и свою королеву!

Прозвучали аплодисменты.

– Мы все прекрасно понимаем, что потеря нами защитных камней Аламитов, и обладание ими противника, чрезвычайно опасно для нас, скажу больше, равносильно поражению, – продолжала Изабелла. – В связи с этим, я не могу Вас насильно принуждать к обороне нашей страны, так как, силы не равны, исход сражения предрешён, наша гибель неизбежна, надеяться можно лишь на чудо. Те, кто не готов умереть в битве, может прямо сейчас встать, и покинуть страну, пока ещё не поздно. Я осуждать Вас за это не буду, не имею на это морального права, так как, не снимаю с себя вины в потере защитных камней, – закончила королева.

Воцарилась гробовая тишина, не один мускул ни дрогнул на лицах присутствовавших, решимость принять бой, но живыми не сдаваться читался в глазах у каждого.

– Мы умрём за свой народ, и свою королеву, – после длительной паузы сказал воевода Рутаборг, его сразу же поддержали все, кто присутствовал на собрании.

– Тогда, не будем зря терять время, друзья мои, мой брат, король Хантакондрии Даркус, может напасть на нас в любую минуту, необходимо срочно составить план оборонительных действий, я слушаю Ваши предложения, – сказала королева.

– Может спросить совета у древа Пахиры? – предложил голова Ланцеглот.

– Если только тебе не дорога жизнь, – ответил воевода Рутаборг. – Дерево разговаривает только со стражами Аламитов, сейчас их нет с нами.

– Древо сейчас спит, нам нужно его защитить, и не допустить к нему Даркуса, – сказала королева.

– Я предлагаю дополнительно укрепить крепостные стены столицы, облить их смолой, тем самым затруднить противнику штурм крепости, – сказал тысячник Якоб.

– Согласен, ценное предложение, – подтвердил воевода. – Добавлю, что углубление крепостного рва вокруг крепостных стен, будет не лишним.

– Нужно поставить смотровых от наших границ, до столицы, чтобы Даркус не застал нас врасплох, – предложил сотник Рэй.

– Пора объявлять всеобщую мобилизацию, и выдать горожанам оружие, для тех, кому не хватит, необходимо в срочном порядке заказать оружие: мечи, кольчуги, щиты, луки у горных гномов, – предложил Рутаборг.

– Будет не лишним изготовление дополнительного количества камнемётных машин, их нужно установить сразу за стенами крепости, не менее трёх на каждую стену, и уже сейчас к стенам подвозить камни для метания, – предложил Ланцеглот.

– Хорошо, все предложения принимаются, – сказала королева. – Канцлер, подготовить указ, я сразу его подпишу, и довести его до жителей страны, разослав гонцов.

– Какие предложения по расстановке войск? – спросила Изабелла.

– Я считаю, что на западных границах нужно поставить войско на единорогах потому что там преобладают женщины, занимающиеся рукоделием и выращиванием хлопка. У северных границ поставим пехоту и лучников, в зависимости от действий врага, единорогов можно быстро переместить в эпицентр боя, южные подступы защищены горным хребтом, и вероятность нападения минимальна, оставим там три сотни рыцарей и две сотни пехотинцев, а с восточных границ вероятность нападения наиболее велика, так, как это морское побережье, и оно удобно для высадки войска Даркуса, здесь поставим основные силы: пехоту, конницу, тяжелую кавалерию на носорогах, лучников, подкрепив камнемётными машинами, расположив их на местности в виде серпа вдоль каньона – сказал воевода Рутаборг.

– Всё это хорошо, – присоединился голова Ланцеглот, – но у Даркуса есть преимущество – армия из десяти тысяч троллей, против них есть только одно средство Куриляндский дракон. Они его бояться, считают своим божеством, только так их можно остановить, без больших потерь для нас.

– Но, где нам взять Куриляндского дракона? Это ведь одно из сильнейших животных, и оно трудно поддаётся дрессировке, – спросила королева.

– А, как насчёт запретной книги заклинаний? – в ней есть глава, как приручить дракона, – напомнил Ланцеглот.

– Нет, я не пойду в запретную библиотеку! – твёрдо сказала королева Изабелла, и в голове у неё сразу промелькнули детские воспоминания, о запретной комнате. Лёгкий, кратковременный испуг, промелькнул в её глазах.

– Это слишком опасно, – подтвердил воевода. Королева стояла в нерешительности, с одной стороны книга нужна для защиты страны, с другой ужасные картины детства пугали её, и она решилась.

– Хорошо, я попробую найти эту книгу, если это поможет спасти мой народ от рабства и унижения, – решительно произнесла она.

– Нет, Ваше Величество! Это слишком опасно! Пусть, идёт тот, кто предложил идею, – сказал Рутаборг.

– Это должна сделать я сама, – ответила королева. Не прошло и пяти минут, хотя для королевы они казались вечностью, всё в библиотеке напоминало ей об ужасах, преследовавших с детства, она вынесла старинную книгу в кожаном переплёте с золотыми застёжками. Её Величество сдула всю пыль с книги, положила перед всеми присутствовавшими на стол и открыла её. Книга в толстом переплёте открылась на первой странице с оглавлением, буквы со скоростью пишущего пера начали появляться на странице, всю комнату озарило золотое свечение. Королева нашла в содержании страницу с главой «Как приручить Куриляндского дракона». Открыла книгу на нужной странице и начала читать: « – Приручить Куриляндского дракона невозможно. Его необходимо растить с яйца, только тот, кто будет присутствовать при вылупливании дракона из яйца, сможет им управлять, и только ему он будет подчиняться. Драконы откладывают яйцо один раз в тысячу лет. И ближайшая кладка будет через 236 лет» … Прочитав это вслух, королева закрыла книгу, сказав:

– Жаль, у нас нет столько времени. Считаю необходимым, просить помощи у наших давних сторонников эльфов и горных гномов, так как наших сил для борьбы с войском Даркуса, недостаточно. Воплощаем в жизнь то, что решили на совете и немедленно!

На этом совет был завершён, все перешли к выполнению поручений.

Глава XVI. Пари с гномами

Наступило, как им казалось утро, по крайней мере, стражники выспались. К сожалению, под землю не проникают солнечные лучи, и освещение подземного каньона было скудным, только за счёт отражавшихся в водах озера сталактитов, и самой воды, падающей с водопада, в которой отражался утухающий за ночь костёр. От этого становилось ещё грустнее. Открыв карту, друзья увидели, что произошли изменения на первом фрагменте, и появился рисунок дальнейшего пути, по которому они должны следовать. Их отрезок пути, заканчивался у огромного вулканического происхождения острова, со всех сторон окружённого водами океана, но, где они находились сейчас относительно карты, не знали, так как карта отображала только наземный путь, а им предстояло ещё выяснить свои координаты, относительно поверхности. Мэрион зажгла факел и вышла из пещеры, не успев пройти и десяти шагов, как увидела перед своим лицом с десяток угрожающих копий, которые держали в своих маленьких волосатых ручках десять гномов.

– Тихо парни, я вам ни чего плохого не сделаю, – старалась, как можно спокойнее сказать Мэрион, но дрожащее пламя факела предательски выдавало её волнение.

– Зачем вы пришли к нам люди? – спросил старший из гномов.

В этот момент из пещеры, следом за Мэрион вышел Джейк, услышав подозрительный шум и её речь. Быстро сообразив, что к чему, Джейк начал дипломатичный диалог:

– Уважаемые, гномы, мы стражи Аламитов, наш путь лежит в царство Даркуса, так как, ему удалось завладеть волшебными камнями, то все мы находимся в большой опасности, и для восстановления мира в наших землях, нам необходимо вернуть Аламиты на место, – всем известно, что лучше Вас оружие никто не делает, мы просим у Вас помощи и надеемся на поддержку и понимание.

– А с чего мы должны верить и доверять вам? Вдруг вы не те, за кого себя выдаёте, – с сомнением заявил старший гном. – Стражей Аламитов, практически невозможно победить, вот если вы сможете победить наших лучших бойцов в равном поединке, только тогда мы поверим вам и дадим своё лучшее оружие, сделанное на заказ, по вашему желанию и выбору, – продолжил он. – Вы всегда будете желанными гостями для нас, но если вы не те, за кого себя выдаёте, то нам придётся убить вас, – поставив такое условие, как аксиому, и протягивая руку в знак безальтернативной договорённости, закончил гном.

Джейк не стал медлить, так как в такой ситуации медлить, значит вызывать необоснованные подозрения, он протянул свою крепкую, мозолистую ладонь в ответ.

– По рукам, – сказал гном, и пошёл в глубь каньона.

– У вас есть несколько часов, порадоваться жизнью, пока готовят место для боя, – съязвил более молодой гном, загоняя людей копьём обратно в пещеру, и выставляя у входа охрану. – Это для вашего же спокойствия, – уходя, с ехидной улыбкой, буркнул он.

Через пару-тройку часов гномы вернулись.

– Всё готово к поединку, бой на мечах для девочек, бой на кулаках для мальчиков, – любезно улыбаясь, предвкушая поединок, сказал старший гном.

– А у меня нет мечей. Почти нет… – с неуверенностью сказала девушка.

– Оружие мы выдадим, а что означает почти?! – насторожившись, спросил гном?

– Хорошо, если выдадите, а то мне придётся на ходу придумывать, чем биться, или ты забыл, что мы стражники Аламитов, и можем без предупреждения использовать свою магию, – с гордостью ответила она.

Воцарилась пауза, и чтобы хоть как-то разрядить возникшее напряжение в диалоге, Мэрион спросила:

– А, как тебя зовут, почтенный?

– Карл, – не довольно, продолжая угрюмо обдумывать сказанное ею ранее, ответил гном.

– Хорошо, Карл, мы приняли вызов и согласны с вашими условиями, – с искренним уважением к хозяевам подземной территории, уверенно произнесла девушка.

– Ты точно справишься? – тихо спросил, повернувшись к ней Джейк.

– Да, конечно, будет весело, не волнуйся за меня, – улыбаясь, ответила она. Это его немного успокоило.

Стражники следовали за гномами вдоль каньона в течение четверти часа, и подошли к ровной площадке, площадью порядка пятнадцати соток, которая находилась на возвышенности, освещённая множеством факелов, воткнутых в стены подземелья. Вокруг, неё стояли гномы с копьями и короткими мечами, висевшими на поясе, отделявшие зевак от помоста. Народу собралось так много, что «шапке некуда упасть».

– Ну, вот и ринг, организовали, – шепнул на ухо Мэрион Джейк.

– Ага, и толпу поклонников успели собрать, – ответила она.

У гномов, по-видимому, очень часто проходили кулачные бои, которые им, судя по количеству зевак, доставляли не малое удовольствие. Рядом с рингом на естественной каменной стене каньона было прикреплено различное оружие. Но Джейку оно было не нужно, он дрался на кулаках. Сняв с себя рубашку, чтобы не запачкать её, и оголив свой в меру накаченный торс с рельефным животом, он взошёл на помост.

– Удачи, Джейк! – крикнула Мэрион, пытаясь перекричать галдящую и свистящую толпу гномов. Он, мило улыбнулся и подмигнул ей, как только он повернул голову в другую сторону ринга, он увидел своего противника, улыбка мгновенно сошла с его лица. На помост вышел не гном, как они предполагали, перед ним стоял огромный тролль, он трижды превосходил Джейка в размерах. При желании Джейк мог бы просто проскакивать между его ног, едва касаясь головой грязной шкуры в виде набедренной повязки. Мэрион не узнала Джейка, лицо его изменилось: сконцентрировалось, глаза огненно блестели, во взгляде прослеживалось столько ярости и агрессии, он был просто зверем, она никогда раньше его таким не видела. Тролль поднял свои огромные руки вверх, и проорал что-то своим, громогласным голосом, эхо долго разносило его крик по каньону, затем он, как самец гамадрила, застучал кулачищами себя в грудь, устрашающе оскалив пару-тройку гнилых передних зубов, пялясь на Джейка. Толпа радостно завопила, все стали ставить ставки, драгоценными камнями.

– Хоста, Хоста! – скандировала толпа, подзадоривая тролля. Мэрион прошептала в слух защитную молитву, сама не знала, откуда она ей известна, но просила Всевышнего помочь Джейку остаться живым и невредимым. Она сильно за него переживала.

Прогремел удар палицей в щит, означающий начало поединка, бой начался. Мэрион с волнением наблюдала за происходящим. Джейк перемещался по рингу, словно дикая кошка, слегка приседая и пружиня ногами, в любой момент готовых выпрямиться, как две мощные пружины.

Тролль, как вепрь рванул на противника и нанёс ему прямой удар слева, целясь в челюсть огромным кулачищем, размером с голову Джейка. Джейк отклонился назад, уходя от удара, а сам тем временем ударил правой рукой на опережение по левой руке тролля, отбив её, и с разворота в прыжке нанёс нападающему сильный удар в живот носком правой ноги. Тролль пошатнулся назад, он понял, что сегодня бой сложнее, чем обычно, ранее он всегда был победителем. В ярости он высоко подпрыгнул и ударил ногами по помосту приземлившись, так сильно, что затряслась земля под ногами, несколько сталактитов осыпались с потолка подземного каньона и упали на ринг, пламя множества факелов зловеще заиграло своими огненными языками. Джейк потерял равновесие и упал на спину, но из положения лёжа, ему удалось подсечь надвигающегося на него противника, ударом левой ноги по сухожилию голеностопа тролля. Хоста упал навзничь и ударился головой об острые камни, упавшие на помост, из его головы потекла алая кровь, окропив ринг. Это его не на шутку разозлило. По толпе болельщиков прошёл испуганный ропот. Бой продолжался. Тролль вновь попытался напасть, широко размахивая кривыми, обросшими рыжей щетиной руками, но Джейк не намерен был шутить и затягивать поединок. Он вновь атаковал ударом ноги в прыжке с разворота по лохматой морде тролля: гнилые зубы, брызги слюны, пота и крови полетели в зрителей, но он устоял на ногах и только тупо пятился назад, судорожно невпопад поднимая руки. Джейк не останавливаясь, проскочил между широко расставленных ног тролля, ударив кулаком в пах противнику, затем повторил приём: удар ногой с разворота в голову несколько раз. Тролль окончательно потерял координацию, зашатался и рухнул, окровавленным «штопором», теряя сознание с помоста. Толпа одобрительно взревела, слышался свист, и крики браво!

Джейк спрыгнул с ринга, злость и агрессия ещё не исчезли с его сосредоточенного лица. Мэрион впервые видела его таким, и это её пугало. Сейчас её очередь выходить на помост. Джейк подошёл к ней, его взгляд стал опять спокойным и нежным, он одобрительно подмигнул, заботливо поправил прядь её растрепавшихся волос.

– Удачи! – ласково прошептал он ей на ухо. Девушка успокоилась, взяла себя в руки и уверенно запрыгнула на помост.

У неё был выбор оружия, в отличие от Джейка. Ей выдали два стальных нарукавника. «А они мне идут, кокетливо примеряя их», – подумала Мэрион. На них был выдавлен рисунок в виде выпуклых листиков, цветков и завитков. В зоне запястья с внутренней стороны была кнопка, сначала не ясная для неё. Нажав один раз на кнопку из нарукавника, из него, как из ножен вылетело жало клинка, из булатной стали. От блеска клинков стало заметно светлее в подземелье, но ей по крайней мере так показалось. У её противника было такое же оружие.

Противником Мэрион был тоже тролль, только женского пола, судя по тому, что кроме набедренной повязки, у неё была закрыта грудь такой же неопрятной шкурой, волосы были неумело прибраны в растрёпанную косу, как старый, потрёпанный веник. По крикам толпы было понятно, что этот тролль был у них любимчиком. Она была немного крупнее в размерах, тролля бившегося, с Джейком.

– Кампелия, Кампелия! – скандировала, разгорячившаяся толпа.

– Мэрион, Мэрион! – едва расслышала она крик Джейка, похожего на комариный писк на фоне грохочущего рёва толпы. «Хоть кто-то за меня болеет», – подумала она, но быстро прогнав прочь посторонние мысли, сосредоточилась на противнике.

Кампелия вышла на ринг и ждала команды начала боя, её вздёргивающаяся верхняя губа, выдавала волнение. Но, несмотря на её глупый вид, она была более сосредоточена, чем тролль, дравшийся с Джейком. И вот прогремел удар палицей в щит, означающий начало поединка. Мэрион вышла на средину помоста, ей было почти не страшно. Кампелия не тратя время даром, быстро ринулась на неё со скоростью пассажирского экспресса, разрезая воздух двумя клинками, словно газонокосилка. Но Мэрион неожиданно для неё и зрителей, подпрыгнула вверх на несколько метров, под самый свод подземелья, перелетая через противника, используя магию воздуха. Нужно было видеть разочарование тролля, когда она пробежала весь помост и не встретилась с противником. Кампелия была не на шутку раздражена и растеряна, потеряв девушку из поля зрения, она начала кружиться на месте, пытаясь отыскать её. Верхняя губа задралась в оскале, изо рта потекла зловонная слюна, Кампелия сделала боевой рык, увидев её, и вновь ринулась в сторону противника с большей скоростью, глаза у неё залились кровью, как у бразильского быка на корриде. Мэрион решила, не мучить глупую трольшу, ей, почему-то стало её жаль. На этот раз она подпрыгнула до уровня головы Кампелии, и со всей силы вмазала каблуком ботфортов в её противную морду. От боли Кампелия пошатнулась и тихо завыла. Тогда девушка лёгким нажатием на кнопки в нарукавниках заставила мечи выскочить из стальных рукавов, с разбега проскочив юзом на коленях у неё межу ног, пока та приходила в себя, и распорола ей сухожилия выше голеностопных суставов на обеих ногах. Трольша рухнула на колени и уже не могла встать. Толпа ревела, и скандировала:

– Мэрион, Мэрион! – показывая кулак с большим пальцем вниз.

Ей не хотелось убивать Кампелию, она решила просто обезвредить её. Намотав на свою левую руку её грязные длинные волосы, упершись правой ногой в спину противника, и с силой потянув волосы на себя так, что Кампелия жалобно завыла. Мэрион занесла над её головой клинок, правой рукой… Толпа притихла, наступила зловещая тишина.

Мэрион посмотрела на Джейка, он смотрел на неё спокойным взглядом, как будто, она ловила стрекоз на полянке, а не была на поединке с превосходящим её по росту и массе противником.

Наперекор желаниям толпы девушка ударила плашмя клинком по нарукавникам противника, его оружие с лязгом упало на помост, после чего она ударила тролля носком левой ноги в ухо, продолжая упираться правой ногой в его широкую и лохматую спину, с большей силой натягивая волосы левой рукой. От болевого шока, трольша рухнула мордой на помост, из уха потекла алая кровь, а Мэрион восседала на ней верхом. Какофония от грохота, воя и рёва восхищённой толпы, эхом разносилась по подземелью. Поединок был окончен, тролля за ноги уволокли 10 гномов.

Подойдя к молодым людям, старый, мудрый гном сказал:

– Вы доказали свою правоту, и получите своё оружие. Теперь можете идти отдыхать, в недельный срок оружие для вас будет готово, сказал Карл и ушёл.

Стражники, молча, под одобрительный шум толпы, удалились в свою пещеру.

Глава XVII. В стане врага

– Пора, дорогая, переходить к решительным действиям, – нежась в постели, сказал Даркус.

– О, да! – мой господин, ответила Карлин, медленно выползая из-под одеяла.

– Какой дух у моей непобедимой армии?

– Как никогда, боевой! – с гордостью ответила любовница.

– Отлично, отлично, чёрт побери! Я назначаю тебя, моя любимая, командующей этого величайшего похода! – злорадно улыбаясь, воскликнул король, начав свои распоряжения.

– Благодарю, за оказанное доверие, мой Властелин! – льстиво, с нескрываемой радостью прошипела Карлин.

– Наконец-то, за всё сполна, я рассчитаюсь со своей сестрёнкой Изабеллой, за все мои унижения, страдания, и справедливость восторжествует, – продолжил король.

– Несомненно, мой всемогущий повелитель, – поддакивала Карлин.

– Лизоблюд! Лизоблюд! – внезапно заорал король Хантакондрии.

Заскрипела дверь и в спальню прошмыгнул мутант, похожий на гипертрофированного колорадского жука.

– Я здесь, мой господин, – трусливо, прогнусавил слуга.

– Приказываю тебе, объявить боевую готовность всех частей наших войск, подготовить корабли для похода, курс на Иристонию! – скомандовал, Даркус. – Внезапность, залог успеха! – продолжил король.

– Что же ты стоишь, олух? Выполнять! Живо! – рявкнула Карлин на слугу, запустив в него при этом сапогом, стоявшим у кровати.

Лизоблюд, как тень исчез из спальни, быстрей, чем появился, даже Даркус не сразу понял, что же произошло, он всегда периодически уходил в свои мысли, для Карлин это было не ново.

– Итак, дорогая, что же мы имеем? – это были мысли вслух, нежели общение. – Десять тысяч отборных и обученных троллей, с полным боевым боекомплектом, – рассуждал в слух Даркус. Двадцать пять тысяч калатрописов, и восемь тысяч мутантов на неоригелиях, – загибая пальцы, продолжал король. Карлин поняла, что наступило время и ей вставить словцо.

– И если всего перечисленного будет недостаточно, то у Вас, мой повелитель, есть несокрушимое оружие – Аламиты, сила которых, камня на камне не оставит от Иристонии, – победоносно подытожила она. От слов про волшебные камни, у Даркуса заблестели глаза и лихорадочно задрожали руки.

– Я отомщу, ох, как я отомщу, только бы завладеть третьим камнем, и они пожалеют, что родились на этом свете! – с яростью в голосе, прохрипел король.

Глава XVIII. Наколка с драконом

Стражники шли в пещеру, по дороге Мэрион мучила мысль, о переменах в поведении Джейка. Она пыталась заново прокрутить в памяти сегодняшний день, и понять причину быстрой смены его настроения от нежности до ярости. Подходя к пещере, Мэрион почувствовала усталость, да это было не удивительно, после такого напряжённого дня.

– Мы сегодня даже не успели позавтракать, а уже подошло время ужина. Джейк, я приготовлю ужин, а ты собери хворост для костра, – сказала девушка.

– Хорошо, заодно искупаюсь в озере, – ответил Джейк. Мэрион развела костёр из остатков хвороста в пещере, затем на углях разогрела приготовленную ранее рыбу, и стала ждать Джейка, но толи она так быстро со всем управилась, толи он так долго не приходил, что она решила выйти из пещеры и посмотреть, где, же он? Выйдя из пещеры, она увидела Джейка уже собравшего на берегу озера большую вязанку хвороста, и решившего искупаться. Тем временем девушка стояла и наблюдала за происходящим, а Джейк не снимая одежды, прыгнул в озеро и поплыл, вода зашипела, из озера повалил пар. Мэрион насторожилась и заволновалась, не понимая причины происходящего, но ситуация быстро разрешилась. Пока она волновалась, Джейк уже выходил на берег и от него валил пар, как будто от раскаленной печи. Он снял сапоги, вылив остатки воды, и пошёл босыми ногами по песчаному берегу, внезапно остановился, и резко повернул голову в её сторону.

– Что случилось, Мэрион? – спросил Джейк, на расстоянии почувствовав, её сердцебиение.

А сердце у неё действительно колотилось, и выдавало ритм, под который можно было отбивать чечётку. Она стояла и не знала, что ему ответить.

– О, нет! Неужели ты меня боишься? – спросил он.

Он абсолютно правильно понял её мысли. Она робко кивнула головой.

– Вот я глупец! Извини, нужно было раньше тебе всё рассказать, – ругая себя, произнёс Джейк. Мэрион взглянула на него недоумевающим взглядом.

– Что именно, ты должен был мне рассказать?

– Ты же видела у меня наколку дракона? – спросил он, не дожидаясь её ответа продолжив – это символ рода воина дракона, к нему обычно принадлежат все стражи Аламита. Более того, такая наколка появляется сама по себе в определённый период жизни стражей, и её нельзя самостоятельно выколоть или свести, кто владеет наколкой дракона, тот владеет его силой. Вот, например, ты юный воин и сегодня был твой первый бой, по-другому крещение боем, и от того насколько успешно ты билась, и какой тактики боя придерживалась, может появиться наколка, какого-либо зверя, – продолжил торопливо объяснять Джейк.

– Теперь понятно, – сказала она, немного успокоившись. – А почему от тебя валит пар, как от раскалённой плиты? – продолжала задавать вопросы Мэрион, хаотично возникающие в её голове.

– А с этим всё просто, – во время боя с троллем, я себя немного «накрутил» и не использовал всю энергию, которую дала мне наколка дракона, и мне необходимо быстро остыть, поэтому пришлось искупаться, чтобы сбросить лишнюю энергию и не перегреться, – пояснил Джейк.

– А в каком возрасте у тебя появилась наколка? – спросила девушка.

– Насколько я себя помню, она была, – ответил Джейк. – Возможно после гибели моих родителей, но я не уверен.

– Ну, а как понять владеешь ли ты силой наколки или нет? – спросила она, уже с любопытством.

– Пообещай мне, что ты не испугаешься ладно? Мэрион была заинтригована и кивнула головой вместо ответа.

В одно мгновение он превратился в огромного, десятиметрового дракона бронзово-серебристого цвета с большими крыльями, и длинным хвостом. От его чешуи стало светло в подземелье, как днём на поверхности земли. Он выглядел потрясающе.

– Вот это, здорово! – с детским восхищением прокричала Мэрион, ничуть не боясь, рептилии. – А можно покататься? Ну, давай полетаем, – наивно просила она. – Ну, пожалуйста!

– Прости, в подземелье не полетаешь, вот когда выберемся, тогда и полетаем, – незнакомым для неё голосом произнёс дракон, затем свернулся калачиком и вновь вернулся в человеческий облик. Перед ней снова стоял Джейк, такой близкий и дорогой её сердцу человек.

– Ну, вот теперь ты всё обо мне знаешь, – сказал он, потупив взгляд. Надеюсь, ты больше не боишься меня?

– Уже нет, – очаровательно улыбаясь, ответила Мэрион. – Пора бы подкрепиться, – предложила она, переводя разговор в другое русло.

– Да конечно, что же мы стоим? – поспешно ответил Джейк, с лёгкостью закидывая на спину вязанку с хворостом, и зашагал к пещере.

Они подкинули хворост на затухающие угли костра, языки пламени вновь ожили и осветили стены пещеры, скачущими в зачарованном танце языками пламени, в пещере стало тепло и уютно. Поужинав, стражники расположились ко сну, на подстилку не далеко от костра.

Наступило утро. Мэрион проснулась от лёгкого прикосновения руки Джейка к её щеке.

– Пора вставать, соня, – ласково сказал Джейк.

– Уже пора? – не понимая ни чего спросонья, спросила девушка.

Она потянулась, встала, открыла глаза и пошла, умываться к водопаду, Джейк сопровождал её. Ей хотелось рассмотреть свое отражение в зеркально чистой воде озера, но оно расплывалось и терялось в волнах, это её немного огорчило. Джейк, видя её разочарование, недолго думая, набрал в ладонь воды и подул на неё, на ладони медленно вверх стал расти лёд, широким столбиком, в нём отражалось всё, как в зеркале. Создав ледяное зеркало, Джейк поверну его на Мэрион.

– Спасибо огромное, Джейк, я давно уже не видела себя в зеркале, и волосы без укладки стали похожи на растрепавшуюся метлу, – сказала она, быстро расчёсывая волосы найденной на берегу озера ракушкой, заменивший гребень, и затем заплела их в косичку, перекинув её через плечо на грудь. Умыв руки и лицо в озере, она закончила утренний моцион. Джейк отпустил за ненадобностью кусок льда в воды озера, и он растаял так же быстро, как и возник. Внезапно девушка почувствовала болезненное жжение, в области своего правого плеча. Рука покраснела, и начала зудеть, как после пчелоужаления. Джейк это заметил, обеспокоенно подошёл к ней, и внимательно стал разглядывать её плечо.

– Потерпи минут двадцать, боль пройдёт, – сказал он. Через десять минут она готова была кричать от жуткой боли, раздирающей её плечо. Джейк улыбнулся и произнёс:

– Впервые наблюдаю, как рождается девушка дракон.

– Что? – воскликнула Мэрион, в лёгкой панике.

– Посмотри сама по очертаниям, проявляющимися на твоей руке видно, что это рождение дракона, как я и говорил: стражники Аламита обычно драконы. Вскоре боль прошла и Мэрион взглянула, на своё плечо. Там действительно было изображение дракона, похожего на наколку на плече у Джейка.

– Поздравляю с перерождением! – радостно сказал Джейк.

– Спасибо, а стоит ли радоваться? – с неуверенностью в голосе, тихо спросила Мэрион. Умывшись у озера, друзья вернулись в пещеру, нужно было позавтракать. Внезапно у Мэрион запершило в носу.

– А-а-пчих! – чихнула она, так сильно, что хворост, сложенный в дальнем углу пещеры, загорелся и Джейку пришлось его тушить, используя магию воды. Он мгновенно с помощью волшебной силы перенес небольшой объём воды из озера на место пожара. Огонь с шипением, затух.

– Аккуратней, тебе ещё придётся научиться контролировать в себе силу дракона, – сказал Джейк.

– А почему стражи Аламита именно воины с силой дракона? – спросила девушка.

– Дело в том, что наши боги – это три дракона: Рапис, Псевдофеникс и дракон женщина Плумерия, – стал просвещать её Джейк.

– Рапис, дракон, отвечающий за зло, в его власти чувства ярости, ненависти и злобы, он не наделён природой ни какими силами, но усиливает силу двух других драконов – продолжил рассказ Джейк. – А вот Псевдофеникс, это он изображён в виде наколки на моём плече, отвечает за чувства добра, храбрости, справедливости, он обладает силой земли и воды. Плумерия возникает на плече только у стражников женщин, именно она изображена на твоём плече, отвечает за верность, равенство, стойкость, стабильность и домашний очаг, но я не знал, какой силой она обладает, а оказывается огнём. Именно драконы выбирают нас, для защиты магических камней Аламитов, это не просто камни, это частички скорлупы яиц этих драконов. Эти камни наделены магией этих богов, их способности безграничны, находясь вместе камни, могут управлять миром, влиять на многие события, перемещать во времени объекты, и многое другое. Мы хранили только два камня Псевдофеникса и Плумерии, камень из яичной скорлупы Раписа был утерян во времени, и никто не знает, где он находится, и кто им сейчас владеет, – закончил свой рассказ Джейк.

– Довольно интересно, – сказала Мэрион, выходя из пещеры. – Только не совсем понятно, почему нам дана возможность превращаться в облик драконов? И почему Пахира, повесила нам на шею амулет из Аламита?

– Нам же рассказывали, что дерево было посажено первыми стражами Аламитов, все остатки скорлупы были закопаны под её корнями, и именно на них выросло дерево Пахира, и именно поэтому оно обладает магической силой, и на неё возложено обучение всех стражей Аламитов, – ответил Джейк. Амулеты из Аламита, придают стражам неисчерпаемый источник силы и энергии, без них наша сила ограничена и слаба.

– Вот теперь, понятно, – сказала задумчиво девушка. Они не заметили, как за рассуждениями подошли к водопаду.

– А когда я смогу научиться управлять силой дракона? – спросила Мэрион, так как новое состояние и новые знания не давали ей покоя.

– Да хоть сейчас, улыбаясь, ответил Джейк. – Сконцентрируй мысли и представь, что ты дракон, повторяя про себя: я дракон, я дракон! Девушка последовала совету Джейка, закрыла глаза, мысленно представила свое тело похожее на тело дракона, чуть нагнулась вперёд, у неё закружилась голова, она чувствовала, что её неведомой силой подняло от земли на несколько метров. Открыв глаза, она не могла поверить тому, что видит. Она превратилась в дракона! Джейк стоял у её ног, вернее лап, и казался букашкой, которую она могла раздавить, нечаянно пошевелив лапой. Всё её тело было в чешуе серебристого цвета, хвост с которым она не знала, что делать, погрузился в озеро, крылья были огромными, и полностью расправить их под землёй не представлялось возможным. Джейк смотрел на неё снизу-вверх зачарованными глазами. Тут она пошевелила хвостом, но так как, делала это впервые, в виду отсутствия последнего ранее, то последствия были непредсказуемы и этого Джейк не учёл за, что и поплатился. Её хвост, словно огромное весло, извиваясь, вылетел из воды, поднимая волну высотою не менее четырёх метров, и обрушился на берег, сметая всё на своём пути, а на пути был Джейк с широко раскрытыми толи от удивления, толи от ужаса глазами. Он не успел ни чего сделать, как силой волны и хвоста его закинуло в средину водопада, и он исчез под водой. Мэрион расстроилась не на шутку, боясь пошевелиться, и своими непредсказуемыми движениями разрушить весь подземный каньон, в котором заживо могла похоронить и себя и Джейка. Вдруг она увидела свечение внутри водопада, и из него вынырнул дракон бронзово-серебристого оттенка, это был Джейк.

– Ныряй в воду, прохрипел он. Она последовала его совету, и нырнула в озеро. Они плыли бок о бок, соприкасаясь чешуёй, подныривая друг под друга наперегонки. Это было что-то! Мэрион никогда не испытывала таких чувств, они, как два тюленя, только с большей маневренностью ныряли под воду и выныривали на поверхность, хвост работал, как огромное весло, легко прибавляя скорость. И вдруг её осенило:

– Откуда берёт начало водопад? – непривычным для себя металлическим голосом спросила она у Джейка. Тот немного задумался и ответил:

– Наверное, из подземной реки.

– А река не может выходить на поверхность? – спросила она.

– Теоретически возможно, давай проверим, – ответил ей Джейк и поплыл в сторону водопада. Мэрион поплыла за ним. Лёгким движением хвостов их подняло вверх против течения водопада, и они оказались в подземной реке, проплыв по которой против течения пару поворотов, увидели следующий водопад, он был освещён солнечным светом. Быстро доплыв до него, подняв головы вверх, они увидели, что вода падает из расщелины в горе, а над расщелиной светило солнце на голубом летнем небе.

– Твоя версия подтвердилась, – прорычал бронзового оттенка дракон. – Не отставай!

Он словно ракета вылетел из воды, расправив крылья, полетев вверх, едва помещаясь в расщелине, серебристый дракон рванул за ним. Было всё в первый раз и от этого так непривычно, Мэрион видела всё с высоты птичьего полёта, как будто летела на дельтаплане, а дельтапланом была сама, только более продвинутым, в виде рептилии с крыльями. Они кружились в воздухе, нарезая круги над горной грядой.

– Давай, исследуем местность, пользуясь возможностью, – предложил Джейк.

– Давай, – согласилась Мэрион, рванув вперёд.

Теперь Джейк летел вторым, под ними проплывали каньоны, горные хребты, и вот впереди они увидели океан.

– Смотри левее, – крикнул ей Джейк. Повернув голову, она увидела место их наземного боя с Карлин, и нору, уходящую в землю, через которую им удалось уйти от преследования. У норы был разбит лагерь противника и выставлена охрана.

– Наивные, – прорычала девушка-дракон. – Неужели они думают, что мы выйдем к ним через то место, в котором скрылись?

– Давай зададим им жару? – предложил Джейк.

– Давай, – легко согласилась она. И драконы полетели на противника, как два сверхзвуковых истребителя, заходя с двух сторон, чтобы не мешать друг другу.

Они внезапно обрушили на ничего не ожидающего противника шквал огня, изрыгая его из своей пасти, подлетая к самой земле, создавая огненное кольцо. После первого захода под ними всё горело, а воины противника, сгорая в пламени, беспорядочно бегали в разные стороны, пытаясь вырваться из огненного кольца. Слышался визг глупых калатрописов и неоригелий, в воздухе чувствовался запах палёной шкуры, и обгорелого мяса. Драконы сделали второй заход и изрыгнули огонь в самый эпицентр столпившихся в панике, жавшихся друг к другу врагов. После чего взвились вверх над пылающим от огня ущельем, из которого доносился предсмертный хриплый вой поверженных воинов.

– Пора возвращаться, – прорычал бронзово-серебристый дракон. – У нас мало времени, поворачиваем обратно. Серебристый дракон полетел за ним. Они быстро долетели до места, где горная река впадает в расщелину в горе, и устремились вниз. Пролетев расщелину, они опустились на воду, и поплыли вниз по течению, подплывая к водопаду, нырнули под воду, и с падающей водой погрузились в подземное озеро, быстро подплывая к берегу, выпрыгнув на него из воды уже в человеческом облике.

Они лежали на берегу, свернувшись калачиком в позе зародыша, все мышцы и кости у них ужасно болели. Через пару минут, Мэрион удалось встать на ноги. «Как было здорово стоять на своих двух привычных и таких надёжных человеческих ногах!» – подумала она. Сразу же за ней встал Джейк.

– Ну и как тебе, драконья шкура? – улыбаясь, спросил юноша.

– Есть свои плюсы, – ответила она. – Как мы здорово поквитались, с прихвостнями Даркуса!

– Да, отлично! Они получили своё сполна, – ответил Джейк.

– А почему, ты так быстро решил вернуться? – спросила Мэрион.

– Дело в том, что мы не можем находиться длительное время в облике дракона, эти возможности у нас только для самых исключительных случаев, протянув время, мы могли бы превратиться в людей прямо в воздухе. Ты же не хотела бы, упасть с высоты на землю? – ответил вопросом Джейк.

– Теперь понятно, а то я не совсем поняла, почему мы так быстро рванули назад, как бы драпали, – ответила Мэрион, направляясь к подземному убежищу.

Глава XIX. Роковая случайность

– А сегодня чудесная погода, нет ни одного облачка на небе, – сказал Тиклид своему напарнику, поднимаясь по горной тропинке, к скалистому ущелью.

– Да, жарко сегодня, и пить очень хочется, – подтвердил Гелий, еле переставляя ноги, плетясь вслед за Тиклидом.

– Ничего, сейчас уже будем на месте, – обнадёживающе продолжил Тиклид. – Будет нам еда и вода, пообедаем вдоволь, скоро уже лагерь, а то за последнюю неделю, кроме четырёх почтовых голубей, которых ты чудом подстрелил, у нас крошки в горле не побывало, – подытожил он.

– Поскорее бы лагерь, – ворчал Гелий, – и зачем Карлин потребовалось оставлять нас здесь, что мы тут забыли?

– Да ты прав дружище, какой толк стеречь нору, наверняка из неё никто не выйдет, она нас за дураков что ли держит? А ты не потерял записки, прикрепленные к ноге голубей? – спросил Тиклид напарника.

– Да нет, я их с ногой вместе оторвал, и в сумку положил, – всё равно мы читать не умеем, какой от них прок? – ответил Гелий.

– А может оно и к лучшему, что не умеем, меньше знаешь, крепче спишь, – смеясь, ответил Тиклид, входя в ущелье.

– Тишина какая, даже подозрительно, – настороженно заметил Гелий. Мутанты остановились, прислушались, стояла полная тишина, только жаворонок высоко в небе, периодически нарушал эту подозрительно зловещую тишину.

– Что-то гарью нанесло, – заметил Гелий. Мутанты стали испуганно крутить головами, нюхая воздух, пытаясь понять, откуда нанесло подозрительный запах.

– И мясом палёным пахнет, это, наверное, повар готовит что-нибудь вкусненькое на костре, – сказал Тиклид. Переглянувшись, мутанты пустились со всех ног по направлению к лагерю, мечта о вкусной пище помутила их рассудок.

Подходя к месту, где был разбит лагерь, они опешили. Увиденная картина, остудила их прыть. Они выпучили все свои восемь глаз на двоих, и на несколько минут лишились дара речи, из глаз потекли слёзы, выражение их, мягко говоря, лица, было испуганно-глупое, они опустили руки, из которых просто вывалилось переносимое ими оружие, ноги подогнулись в коленях, так низко, что они волочили кисти рук по обгорелой траве, еле переставляя шаркающие конечности, лихорадочно крутя, своими безобразными от природы головами. От их бывшего лагеря ничего не осталось, везде валялись обгорелые трупы их товарищей, вокруг стоял зловонный запах разлагающейся плоти, грифы доедали останки их боевых неоригелий. Они в полном безмолвии доплелись до кротовьей норы, и рухнули рядом с ней у подножья горы, опираясь спиной на холодные камни ущелья.

Потребовалось около получаса, для того, чтобы мутанты пришли в себя, увиденное, их попросту шокировало, первым заговорил Тиклид:

– Здесь бы могли лежать и наши трупы, если бы нас в разведку не послали.

– Да это ужасно, мы чудом остались живы, – слегка заикаясь, ответил Гелий. – Кто напал на наш лагерь, как ты думаешь?

– Я даже не могу предположить, здесь всё обугленное, был большой огонь, – это просто ад какой то, – ответил Тиклид.

– Что нам теперь делать, ведь все погибли? – спросил Гелий.

– Возвращаться в Хантакондрию уже не безопасно, Карлин нас посчитает дезертирами, и скормит Занзару, – предположил Тиклид.

– Возможно, но у нас есть подтверждение, что мы были в разведке – это перехваченные послания, я думаю, это нас спасёт, – сказал Гелий.

– Один шанс из ста, но его нужно использовать, иначе мы просто погибнем здесь, – согласился Тиклид.

– А как мы доберёмся до Хантакондрии, у нас же теперь нет неоригелий, способных передвигаться по сопкам горных хребтов и перепрыгивать по вулканическим кратерам? – спросил Гелий.

– Да ты прав, но есть ещё один путь, через страну подземных гномов, тем более мы сидим у норы, которая должна нас привести в эту страну, – ответил Тиклид.

– У нас нет других вариантов, попытаемся пройти по подземным лабиринтам, но прежде нам нужно позаботиться о пище и воде, иначе мы умрём с голоду, – сказал второй мутант.

– Тогда не будем терять время, пошли на поиски пищи, возьмём только луки, они полегче и толку от них больше, – сказал Тиклид. После чего мутанты подобрали своё оружие, копья и щиты оставили у входа в нору, забрав с собою только сумки и луки со стрелами, и пошли вдоль ущелья к реке, в надежде подстрелить дичь и пополнить запасы воды.

Был уже полдень, солнце стояло в зените, летний зной отнимал последние силы у мутантов, их вид был жалким и потрёпанным, их мучил голод и жажда, запасы воды закончились, но им хватило сил дойти до реки, в которую они просто плюхнулись, с жадностью засасывая воду своими уродливыми губами. После чего они стали плескаться в воде, словно дети. Утолив жажду, и наполнив сосуды для воды, которые они носили всегда с собой в походных сумках, стали искать дичь, но к великому их сожалению, летний зной заставил спрятаться в густых тенистых зарослях у реки всё живое.

– Смотри, Гелий, – голубь, – показывая пальцем на летящую точку в небе, воскликнул Тиклид. Гелий не заставил себя долго ждать, достал из колчана стрелу, натянул тетиву лука, и стал целиться в летящую над ними птицу. Солнце слепило ему прямо в глаза, и прицелиться было сложно. Тетива лука взвизгнула, запуская со свистом улетающую в цель стрелу. Тиклид прикрывая ладонью руки глаза, старался проследить полёт стрелы, но солнце слепило так сильно, что слёзы текли из глаз «ручьём». Стрела пролетела так близко от цели, чиркнув голубя в районе шеи выбивая несколько перьев, которые медленно опускались на землю. Голубь, почуяв опасность, взвил ввысь, к самому солнцу, и его стало невозможно разглядеть на фоне палящего солнечного диска.

– Ну вот, промазал, – с горечью в голосе сказал Гелий.

– Да, жаль, это был почтовый голубь, наверняка опять летел с письмом, – сказал Тиклид. – Не расстраивайся, у нас и так четыре письма в сумке, есть что показать Карлин, а про этого голубя и про то, что мы его упустили, просто умолчим, – подытожил мутант.

– Да, так будет лучше, пройдём вдоль реки, вдруг нам повезёт, и мы подстрелим кого-нибудь себе на пропитание, – ответил Гелий.

Мутанты несколько часов бродили по берегу реки в поисках пищи, и ближе к вечеру им повезло. Они увидели три косули пришедших на водопой, после дневной жары. Затаив дыхание, стараясь быть не замеченными, мутанты поползли к своей добыче. Косули ничего не подозревая, неспешно пили воду, поочерёдно поднимая головы и следя за местностью. Наконец мутанты приблизились на расстояние выстрела до своих жертв, медленно достали луки, стрелы, и без лишней суеты натянули тетиву.

– Ты берёшь правую, а я левую косулю, они покрупнее, – прошептал на ухо напарнику Тиклид. Тот подмигнул в ответ одним лупоглазым глазом, из четырёх имеющихся, в знак согласия. Мутанты, прицелились и одновременно спустили тетиву своих луков, лёгкий свист стрел нарушил тишину, две косули рухнули на землю, пробитые стрелами в самое сердце, третья жалобно пища исчезла в речных зарослях. Мутанты со всех ног бросились к добыче, на бегу доставая походные ножи из ножен, висевших на поясе. Подбежав к косулям, они ловко перерезали горло своим жертвам, спустив кровь, и взвалив добычу себе на плечи, пошли в сторону каньона.

– Наконец-то нам повезло, – радостно сказал Гелий.

– Да, сегодня удача явно на нашей стороне, если учесть и тот факт, что мы ещё живы, в отличие от наших соратников, – как всегда, подытожил Тиклид.

Наступил вечер, мутанты быстро, несмотря на усталость, дошли до каньона, подходя к кротовьей норе, расположились возле неё, развели костёр и начали жарить отборные куски добытого мяса, разделывая до конца тушки убитых ими косуль. Как только мясо было готово, они с жадностью накинулись на сочные куски жареной плоти, они «уписывали» пищу так быстро, как будто век не ели. Сытые и довольные они расположились на ночлег под открытым небом, их уже не раздражало ничто, не рядом дерущиеся падальщики, ни зловонный запах побоища, глаза слиплись от усталости, и они уснули, храпя во сне вовсю мочь, беззаботным сном.

Глава XX. Проверка сооружений

– А ров стал заметно глубже, необходимо его, как можно раньше до краёв заполнить водой, – сказала королева Иристонии, объезжая с проверкой городские укрепления на белом единороге.

– Сегодня должны закончить углубление рва, и рабочие уберут плотину, перекрывшую на время строительства притоку Бохмы, и тогда вода полностью заполнит ров, – ответил воевода Рутаборг, восседая на чёрном вороном коне.

– Хорошо, надеюсь, к вечеру ров будет полностью заполнен водой, – сказала королева Изабелла.

Ров стал шире прежнего метров на пятнадцать и глубже прежнего на три метра, везде были видны повозки с лошадьми, увозящими лишний грунт, все жители столицы вышли на укрепление крепостных стен и расширение рва, местность перед рвом искусственно сделали неровной и возвышенной, чтобы не было возможности беспрепятственно провести стенобитные машины. Везде сновали люди, с кирками, лопатами, носилками, пилами, топорами и другим инструментом. Ров расширили вплотную до крепостных стен, дополнительно укреплённых от размывания водой, чтобы не было возможности у противника установки лестниц во время штурма крепости, а также заменили опускной мост через ров, он стал массивнее и длиннее. Мост оставался единственной дорогой в крепость, в ночное время он поднимался, и крепостные ворота закрывались. Опоздавшим путникам, не успевшим до захода солнца попасть в город, приходилось ночевать у крепостного рва до самого утра, когда стража открывала ворота, и мост заново опускался, можно было въехать в столицу Иристонии – Равению.

Послышался отдалённый топот копыт, с каждой минутой усиливающийся, к нему присоединялся лязг доспехов, и на горизонте показалось небольшое облако пыли над извилистой, просёлочной дорогой, приближающееся по направлению к городу. Через несколько минут, королева увидела возвращающегося сотника Рэя в сопровождении десяти воинов, скачущих на лошадях. Всадники, подъезжая к королеве и воеводе спешились, и сотник поспешил доложить обстановку, припадая перед королевой на одно колено, снимая шлем с головы, произнёс:

– Приветствую Вас, Ваше Величество! Разрешите доложить обстановку с восточных границ нашего королевства, – немного запыхавшись и переведя дух, сказал Рэй.

– Докладывайте же поскорей, Рэй! – без лишних придворных любезностей, с нескрываемым нетерпением, ответила королева.

– Восточные границы, готовы к встрече противника, моя королева! – отрапортовал сотник.

– Что значит, готовы? Конкретней, – пронзительным взглядом, глядя сотнику прямо в глаза, слегка нахмурив брови, приказала Изабелла.

Рей готов было провалиться сквозь землю, лицо его покрыл лёгкий румянец, на лбу выступила испарина, голос задрожал от неуверенности.

– В месте предполагаемой высадки противника, по всему побережью установлены ловушки, в виде ям с кольями, замаскированные под песчаный берег, – слегка заикаясь, начал перечисление сотник. На единственном пути короткого следования войск противника к нашей столице, вдоль горных хребтов по каньону мы замаскировали по шесть камнемётных машин с каждой стороны, на вершине горных хребтов расставили по пятьсот лучников, ожидающих противника и готовых в любой момент вступить в бой, – уже более уверенным голосом, продолжал Рэй. Королева не перебивая сотника, внимательно слушала, взгляд её становился мягче, и доброжелательнее.

– На расстоянии пяти километров от берега, в конце широкого каньона, переходящего в равнину, мы установили лагерь с главными силами – это пехота, конница, и двести боевых носорогов. За ними установили пять камнемётных машин с подготовленными для метания камнями, более того, по сто боевых носорогов мы установили по флангам с обеих сторон, наша задача растянуть максимально силы противника вдоль всего каньона, и только тогда по сигналу трубы начать массированную атаку всеми силами, – подробно рассказывал Рэй. Мы рассчитываем, что ловушки, приготовленные на берегу, нарушат ряды высаживающихся врагов и разозлят их, они ринуться в каньон видя на горизонте основной лагерь, и когда основная масса врагов будет в каньоне, заработают со всех сторон камнемётные машины и лучники, только затем вступят в бой пехотинцы, поддерживаемые конницей по фронту, носороги с флангов ударят по паникующему противнику и разделят их ряды на части, и когда мы заставим противника показать нам спину, в бой вступят носороги по всему фронту, догоняя и сминая противника, совместно с конницей, лучники будут продолжать вести прицельный бой, – победоносно окончил свой рассказ Рэй, переводя дух.

– Спасибо, Рэй, вы успешно справились с поставленной военным советом задачей, надеюсь, что данные меры смогут нарушить план Даркуса о внезапном захвате нашей столицы. Для нас будут понятны направления ударов противника, что поможет перегруппировать наши силы, исходя из обстановки, – закончила Изабелла, и повернула своего единорога назад в крепость. Рутаборг одобрительно похлопал сотника по плечу, и вся процессия медленно последовала за королевой осматривать укрепления крепостных стен изнутри.

Новый мост через ров, был выполнен добротно, несмотря на поспешное его возведение. Механизм поднятия и опускания моста также был изменён исходя из его длины и массы. Цепи, поднимающие мост, были выкованы из особо прочной стали, которую не мог перерубить даже самый лучший булатный клинок. Процессия медленно проехалась по мосту, осматривая с высоты строительную суету, въезжая в крепостные ворота, которые также были заменены новыми, сделанными из пропитанных в особом растворе дубовых досок, устойчивых к огню, окованных стальными пластинами. Сразу за воротами была дополнительно установлена особо прочная решётка, поднимающаяся и опускающаяся простым, но надёжным пружинным механизмом, способная сдержать натиск врага, после разрушения ворот, дающая возможность защитникам вести бой сквозь решётку. Внутри городских стен строительные работы шли не менее интенсивно, чем за ними. Все жители Равении от мала до велика, вышли на строительные работы. К крепостным стенам подвозились камни, плотники заканчивали строительство камнемётных машин, вокруг стояло множество котлов, заполненных водой и смолой, висевших над кучами хвороста, готового от одной искры воспламениться, для полива врагов, штурмующих крепостные стены. К бойницам подносились пучки со стрелами и копьями, крыши домов поливали травяным раствором, не дающим огню разгораться на случай поджога горящими стрелами. На все окна в зданиях города устанавливались металлические решётки, двери укреплялись металлом. Каждый дом, превращался в маленькую крепость.

Горожанам выдавалось оружие из дворцовых резервов, везде на улицах шло обучение мирного населения опытными воинами стрельбе из лука по мишеням, владение копьём, топором и мечом. Даже дети изготовили для себя рогатки и пращи для метания камней, и упражнялись в этом деле играючи, с детской наивностью, свойственной возрасту, без осознания опасности, надвигающейся на город. Изабелла со свитой, довольная подготовительными работами, проехала во дворец.

Дворец, укреплялся особым способом – это было последнее убежище, для защитников города, и в него перемещались оставшиеся защитники и королева с придворными, в случае проникновения противника на территорию крепости. Металлические, непробиваемые ставни запирались изнутри, на всех воротах при их закрывании выдвигался частокол из копий, в стенах дворца оборудовались бойницы для метания стрел. Особенно тщательным образом была спрятана тайная дверь, ведущая к древу Пахира, каменщики полностью заложили её двухметровой кирпичной кладкой, заштукатурили в цвет старой штукатурки под остальные стены дворца, и на стены были нанесены живописные рисунки, определить местонахождение бывшей двери не представлялось возможным.

Наступило время трапезы, королева с придворными расположились вдоль длинного, гостевого стола, по-походному заставленному блюдами из дичи и рыбы, вазами с фруктами и графинами с красным вином. В разгар трапезы к королеве подошла фрейлина и что-то прошептала на ухо.

– Господа, прибыл Ланцеглот! – огласила королева. – Быстро, пригласите его во дворец, мы с нетерпением ждём от него доклада, – сказала Изабелла. Через пару минут в обеденный зал дворца, уставшей походкой, в одежде покрытой дорожной пылью, вошёл голова Ланцеглот.

– Приветствую Вас, Ваше Величество, и всех уважаемых присутствующих, на этой трапезе, – произнёс приветственное слово голова.

– Мы внимательно слушаем, Вас, Ланцеглот, докладывайте, – приказала Изабелла.

– У меня две новости, моя королева, одна плохая, а другая хорошая, – сказал он.

– Начинайте с плохой, – решительным тоном сказала королева.

– Горные гномы отказались помогать нам в защите Иристонии, дрожащим голосом сказал голова. Воцарилась длительная пауза, все не могли поверить в эту ужасную новость. Стоявшую тишину нарушила Изабелла:

– Говори хорошую новость.

– Гномы сделали для нас оружие, и я привёз его на тридцати обозах, – ответил голова. Вздох облегчения, прозвучал в обеденном зале.

– Тогда не тратьте время даром, вооружите и обучите всех горожан, – приказала Изабелла. Трапеза, была спешным образом закончена, вассалы разошлись выполнять поручения королевы, в обеденном зале остались Изабелла и её любимая фрейлина Маргарет.

– Чем я могу помочь Вам, Ваше Величество, – спросила Маргарет. – На Вас просто лица нет.

– Не ожидала я, что гномы подведут нас в самую трудную для страны минуту, хотя конечно у них есть возможность без потерь отсидеться под землёй, и они этим воспользовались, – вслух размышляла Изабелла. – Спасибо, что хоть оружием помогли.

– Маргарет, а что с эльфами, есть новости? – внезапно спросила королева.

– Пока нет, Ваше Величество, – ответила фрейлина. – Мы отправили им сегодня пятого почтового голубя с письмом о помощи, пока ответа не последовало, – закончила Маргарет.

– Вот это меня и беспокоит, – терзаемая раздумьем, сказала Изабелла.

– Что-то долго Якоб не возвращается, – сказала Маргарет.

– Я об этом тоже подумала, – угнетаемая грустными мыслями, ответила королева. Томиться в раздумьях им долго не пришлось, к вечеру королеве доложили, что вернулся тысячник Якоб со своими всадниками и его тотчас же доставили во дворец к королеве.

– Да не томите же, Якоб, рассказывай, как у нас обстоят дела на других направлениях, – с нескрываемым нетерпением спросила Изабелла.

– Все войска, Ваше Величество, приведены в боевую готовность, согласно решениям военного совета, я лично всё проверил, – отрапортовал сотник. – На западных границах дежурят всадники на единорогах, готовые своей тысячной армией прикрывать наши тылы, на северных подступах установлена засада из тысячи пехотинцев, прикрываемых с двух сторон сотней лучников, в зависимости от действий врага, единороги смогут их подстраховать. На южном направлении у горного хребта, разбит лагерь из трёх сотен рыцарей с двумя сотнями пехотинцев, – закончил доклад Якоб.

– Спасибо, Якоб, вот теперь я спокойна, – вздохнув полной грудью, уже более оптимистично сказала королева. – Теперь мы готовы к войне, и приняли все меры, какие только возможны в сложившихся условиях, – закончила Изабелла, дав ещё несколько важных распоряжений, в одном из них, она направила управлять армией в восточном направлении у морского побережья голову Ланцеглота и сотника Рэя.

Глава XXI. Начало похода

– Ваше Величество, разрешите доложить? – просунув голову в покои Даркуса, возбуждённым голосом спросил Лизоблюд.

– Ну что ещё у тебя? – раздражённо спросил король, отрывая задумчивый взгляд от пламени камина.

– Беда, Ваше Высочество, беда! – лопотал слуга. – Приполз обгорелый мутант, на чуть живой неоригелии, у него ужасные новости.

– Карлин! – рявкнул Даркус. – Пойди, разберись, моя дорогая, что там стряслось, – переходя на снисходительный тон, приказал король. Карлин, лениво отрывая члены от удобного кресла, стоящего рядом с камином, всунула наспех ноги в стоящие рядом кожаные сапоги-ботфорты, и последовала за слугой.

– Сейчас всё выясню, мой повелитель, – выходя из дворцовых покоев, ответила Карлин.

Следуя за Лизоблюдом, Карлин не упустила момент, пнуть в зад, неповоротливого слугу, бранясь:

– Шевели клешнями, насекомое!

Выйдя за ворота дворца, Карлин увидела, погибшую неоригелию, не дошедшую до ворот с десяток метров, вся её шкура была обожжена, на ней не было живого места, стоял стойкий зловонный запах горелого мяса, рядом с неоригелией пытаясь ползти, лежал четырёхглазый мутант, судя по его виду, огонь тоже прошёлся по его телу, из четырёх глаз остался целым только один, хвост обгорел до хряща, спина и руки были в ожоговых пузырях с кровоточащими язвами. Карлин, быстро подбежала к мутанту, узнав в нём одного из воинов своего отряда, оставленных у кротовьей норы.

– Что произошло? – обеспокоенно, склоняясь над погибающим мутантом, спросила Карлин. Мутант, попытался привстать, но силы покинули его, он обречённо взглянул на Карлин, единственно сохранившимся глазом и прошептал:

– Отряд погиб, нас атаковали и пожгли огненные драконы.

– Сколько их было? – спросила Карлин, видя, что мутант вот-вот умрёт. Мутант лежал на животе, широко раскинув лапы, взгляд его единственно-уцелевшего глаза глядел куда-то вдаль, не видя ни чего перед собой.

– Сколько их было?! – в ярости закричала Карлин. – Сколько?!

– Двое, – с последним выдохом, из последних сил, выдавил из себя мутант, и его обмякшее, бездыханное тело осталось лежать на земле.

– Убери эту падаль, – скомандовала Карлин Лизоблюду, резко поворачиваясь на месте и со всех ног побежала во дворец. Карлин просто влетела в покои к Даркусу, её глаза гневно блестели, она готова была рвать и метать, вне себя от переполняющей её ярости.

– Мой господин! – почти кричала Карлин, брызжа в разные стороны ядовитой слюной. – Наш отряд разбит в ущелье, его сожгли два огненных дракона, – продолжала злобно визжать Карлин, не находя себе места, маяча взад и вперёд по залу.

– Как разбит? Какие драконы, что за чушь ты несёшь? – прорычал Даркус.

Карлин быстро пересказала слова мутанта, и описала обстановку.

– Неси Аламиты, – прокричал Даркус. Карлин не заставила себя долго ждать, и быстро принесла шкатулку с камнями. Даркус быстро достал волшебные камни, и произнёс:

– О, волшебные Аламиты, покажите мне ущелье с кротовьей норой. Камни волшебной силой приподнялись из шкатулки на полметра в воздух, засветились, и на фоне камина появилось голографическое изображение заданного места.

Карлин и Даркус с ужасом созерцали увиденную картину: всюду лежали обгорелые, ещё дымящиеся трупы их отряда, хаотично разбросанные по всему ущелью. Даркус в ярости зафинтелил своей туфлей в голограмму, она пролетала сквозь неё, угодив прямо в камин, свечкой вспыхнув в раскалённой лаве. Голограмма тотчас же исчезла, и камни вновь опустились в шкатулку.

– Это они, это они! – прорычал Даркус.

– Кто они? – не понимающе, в растерянности и ужасе от увиденного, спросила Карлин.

– Стражники, кто же ещё!? Как они успели так быстро обучиться магии, не понимаю! – продолжил король. – Это их рук дело, и огненные драконы – их проделки, – рвал и метал Даркус. – Медлить нельзя, выступаем! – продолжил король. – Карлин, приказываю тебе трубить общий сбор и организуй погрузку наших войск на корабли, идём на Иристонию! – отдал приказ Даркус.

– Слушаюсь, мой господин! – ответила Карлин и вышла из тронного зала.

– Лизоблюд! – прокричал король. Быстро принеси мои золотые доспехи, и пусть подготовят наших тираннозавров, с полной амуницией. Началась спешная погрузка на корабли провизии и находящегося в боевой готовности бесчисленного войска короля Хантакондрии, на это ушло двое суток. Количество кораблей невозможно было сосчитать взглядом, вдоль всего побережья до уровня горизонта были видны мачты кораблей с поднятыми чёрными парусами, последними на отдельный корабль, погрузились Даркус и Карлин с двумя боевыми тираннозаврами.

– Вперёд, на Иристонию! – скомандовал король. Карлин подув в золотой рог, издала протяжный звуковой сигнал, означающий начало движения, и вся боевая эскадра двинулась в путь. Отплыв полторы мили от берега, эскадра остановилась, вокруг стоял сплошной туман, стрелки корабельных компасов лихорадочно закрутились, плыть вслепую было рискованно. Корабль Даркуса вошёл в туман и тоже бросил якорь, Карлин издала рогом сигнал к всеобщей остановке.

– Как мы проплывём через аномальную зону, мой повелитель? – спросила у Даркуса Карлин.

– На Хантакондрии, стоит заклятье, и без помощи Аламитов нам не пройти водным путём, – сказал Даркус. – Но они у нас есть! – радостно с напыщенной надменностью воскликнул он, открывая шкатулку с камнями. – Есть правда еще подземный путь, но он очень долог и лежит через страну подземных гномов, он нам сейчас не подходит, – продолжил король.

– О, Великие Аламиты, – обратился он к камням. – Развейте туман, уберите рифы, освободите проход для моих судов! Появилось свечение, камни, приподнялись из шкатулки и повисли в воздухе, а затем стали вращаться по кругу вокруг невидимой оси, друг за другом. Внезапно поднялся сильный ветер от берега, напрягая паруса судов, туман перед кораблями рассеялся, и стало видно множество каменных рифов, которые друг за другом исчезали в водной пучине, с исчезновением последнего рифа камни остановились в воздухе, затем упали на дно шкатулки, и она закрылась.

– Ну вот, теперь путь свободен, Карлин, начинаем движение, труби в рог, – скомандовал король, и вся эскадра двинулась по намеченному пути. Как только последний корабль вышел из зоны подводных рифов, всё встало на свои места: над океаном опять поднялся туман, и широкая рифовая гряда вновь показалась из воды, делая неприступными с океана берега Хантакондрии.

Глава XXII. Кошмары Мэрион

Стражникам осталось пару дней провести в их уютном гроте у подземного озера, гномы заканчивали ковать для них оружие и амуницию, и они должны были продолжить свой тернистый путь.

Джейку сегодня не спалось, в отличие от Мэрион, он подкидывал хворост в пламя костра, поддерживая тепло в пещере. Мэрион, свернувшись калачиком, сладко спала недалеко от костра, и ему ничего не мешало открыто любоваться её красивым, юным лицом. Во сне она, то улыбалась, то хмурила брови, иногда её лицо искажала гримаса ужаса, но оно всё равно оставалось самым прекрасным, таким близким и родным для него человеком, таким же близким, как лицо его мамы из далёкого детства. Он с удовольствием, в который раз, рассматривал её немного выпуклый лоб с красиво посаженными густыми бровями, которые без слов могли выразить всё, что у неё в душе и на языке, её пушистые, длинные, светлые ресницы с едва прозрачными веками, сейчас зарывали выразительные не по возрасту голубые глаза, которые одним взглядом могли повелевать им. Её светлые, слегка вьющиеся волосы, спадали локонами на шею и грудь, прикрывая их. Ямочки на щеках, то сглаживались, то появлялись вновь, даже во сне, когда она улыбалась. Джейк словно заворожённый сидел у костра, боясь пошевелиться и прервать, без того чуткий, и поверхностный сон Мэрион. Он только сейчас начинал понимать, насколько дорога его сердцу эта хрупкая с виду и нежная девочка, с мужественным, и отзывчивым сердцем, готовая прийти на помощь любому, оказавшемуся в беде человеку. От этих мыслей мурашки пробежали у него по спине, он чувствовал нечто особенное, ранее не когда не ощущавшееся им чувство, и не мог понять, что это с ним? Ему было комфортно, спокойно и радостно на душе, костёр, потрескивая, согревал их обоих, и с новой неведомой ему силой разжигал пламя в его сердце – это было пламя первой любви. Внезапно Мэрион вскрикнула во сне, лицо вновь исказила гримаса ужаса, на лбу выступила испарина, юноша сидел в растерянности, не зная, как поступить, разбудить, избавив от кошмара, или воздержаться и не нарушать её сон.

Тем временем ей снился кошмар. Она видела какой-то остров, полностью покрытый сплошным то ли дымом, то ли туманом. Ни одной живой души рядом, полная гробовая тишина. Птицы облетали это место стороной, над островом не было видно ни одного облака, только чёрный дым с пеплом летал в воздухе, над этим забытым Богом местом. От ядовитых паров и дыма она задыхалась, идти приходилось по камням вдоль раскалённой лавы. Весь остров, был вулканической природы и состоял из множества действующих, и «спящих» вулканов. Она попыталась превратиться в дракона и перелететь это проклятое место, или воспользоваться магической силой воздуха, но всё было безуспешно, у неё это не получалось. Она вся в ожогах и кровоточащих ссадинах падает на застывшую магму. Внезапно её кто-то окружил, она не смогла рассмотреть в потёмках кто это. Её хватают, сильными волосатыми лапами, скручивают верёвками руки и ноги, тащат куда-то, водрузив на спину, предварительно больно ударив по голове. Из-за вулканических выбросов ничего не видно, она не знает, кто её схватил и куда тащит.

Очнулась она в одном из помещений какой-то башни, судя по закруглённой форме стен, прикованная огромными цепями к одной из них. Всё помещение освещалось красным светом, идущим от камина с кипящей в нём лавы. На противоположной стене помещения, в котором она находилась, увидела прикованных цепями: её Величество королеву Изабеллу, висевшую на цепях в бессознательном состоянии, Джейка и какого-то пожилого, обросшего и истощённого мужчину, с грязной, седой бородой.

Неожиданно для неё, с воинственным и самолюбивым видом в помещение вошло существо, с головой и хвостом варана, напоминающее человека с плачущим младенцем на кривых, перепончатых руках. На голове этого вараноподобного человека была надета золотая корона.

« – Король что ли?» – подумала Мэрион.

Рассмотрев, внимательно младенца она поняла, что это была маленькая кареглазая девочка с тёмными вьющимися волосами в возрасте двух лет от роду. Малышка плакала и дрожала от испуга.

– Я всегда мечтал покончить с родом стражников, и вот, наконец, моя мечта осуществиться! – со злорадной улыбкой сказал король. – И начну я это делать прямо сегодня, и прямо сейчас! – доставая, из-за пояса длинный и тонкий клинок, сказал он. – Мэрион, не узнаёшь ли ты в этом маленьком невинном младенце свою дочурку? – спросил король, приближаясь к ней.

Она с удивлением посмотрела на малышку, ничего не понимая, сама себе задавая вопрос: «откуда у меня ребёнок, я вроде не замужем?» Внезапно сильно разболелась голова, она не смогла понять, что с ней происходит, это провал в памяти, что-то не так, ребёнок плачет и тянется к ней со словами:

– Мама, мама!

Она рванулась навстречу этому безобразному существу, пытаясь вырвать из рук девочку, но цепи не дали ей этого сделать.

Король медленно начал подносить клинок к горлу испуганной, плачущей малышки. Джейк из последних сил, скрежеща зубами, рванул цепи приковавшие его сильные руки к стенам башни. Под его сильным напором, одна цепь не выдержала и порвалась, что позволило Джейку мгновенно шагнуть на пару шагов вперёд, ровно настолько, насколько дала ему вторая цепь. Он за долю секунды приблизился к королю и набросил обрывок цепи на его шею, пытаясь его задушить. Король начал задыхаться от затягивающейся на его шее цепи. Злобный хрип и шипение остановили на мгновение плачь ребёнка. Королю в последний момент удалось слегка повернуться назад к нападавшему на него Джейку, и ударить ему клинком в живот, девочка выскользнула из его рук, и со всех ног бросилась к маме. Мэрион увидела, как алая кровь окропила пол, как Джейк просел на колени, зажимая рану рукой, кровь просачивалась у него сквозь пальцы, она видела, как он в последний раз взглянул на неё, повисая на левой руке, прикованной к стене, сказав:

– Держись, Мэрион!

Она рванулась к нему навстречу, позабыв о девочке, но безуспешно, цепи крепко удерживали её. Из её глаз, по испачканным пеплом щекам, потекли слезы.

– Ну, вот одним стражником стало меньше, теперь очередь за самой мелкой, – говоря о младенце, произнёс король, направляясь к ней.

– Не тронь ребёнка, мразь! – закричала Мэрион, пытаясь туловищем закрыть девочку, от кровожадного убийцы.

– А то что? Ну что ты мне сделаешь? Бессильная, безоружная, да ещё прикованная к стене? – произнёс он с усмешкой. Она только сейчас осознала, в какой бессмысленной ситуации оказалась, ей правда ничего нельзя было предпринять в этот момент.

– Убей меня, а ребёнка не тронь, – крикнула, очнувшись, королева Изабелла, с ужасом, наблюдая за происходящим.

– Не волнуйся моя любимая сестрёнка, ты будешь последней, сначала я расправлюсь со стражниками и их выродком, – ответил король, косясь с пренебрежением на младенца. Он медленно стал подходить к ним, вытирая кровь Джейка с лезвия клинка, об полу своего плаща.

– Не подходи, ублюдок! – закричала Мэрион, и изо всех сил старалась порвать сдерживающие её цепи.

После очередных криков Мэрион, у Джейка сильно разболелась голова, острая боль пронзила его сознание, внезапно словно видение, он увидел ужасающую сознание сцену, именно ту, что видела Мэрион. Он решительно встал, подошёл к ней и сильно потряс за плечи, пытаясь, как можно скорее разбудить, он не мог дальше наблюдать, её мучений, даже в кошмарном сне. Мэрион вцепилась ему в руки, не открывая глаз, крича ему в лицо:

– Не тронь, не тронь меня!

– Это я, Мэрион, это я Джейк, проснись!

Мэрион открыла глаза, взгляд её беспорядочно блуждал по пещере, она не могла понять, где реальность, а где сон.

– Джейк? Ты жив? Как здорово, что ты жив, ты даже не представляешь, как это здорово! – обнимая его, прошептала Мэрион.

– Спасибо за хорошую новость, – пытался пошутить он.

– Что тебе снилось? – спросил юноша, больше для приличия, чем для подтверждения своего видения.

– Мне снилось, что я потеряла тебя, – застенчиво, слегка успокоившись, ответила Мэрион, не вдаваясь в подробности своего сновидения.

– Хорошо то, что хорошо заканчивается, – подытожил он. Скоро рассвет и нам нужно примерять амуницию.

Глава XXIII. Неужели началось?

Стоял обычный летний день, голубое безоблачное небо сливалось на линии горизонта с океанской гладью. Волны с размеренным шумом бились о берег, чайки с криками кружились вдоль песчаного мыса, периодически опускаясь на отмель, подбирая выброшенную волной рыбу, мелких крабов и моллюсков. От океана веяло прохладой, звук прибоя успокаивающе «ласкал слух», ничего не предвещало беды. На берегу сидели двое разведчиков, от скуки бросая камушки в набегавшую волну, смотрели притупившимся взором на волны, и вели непринуждённый разговор.

– Ещё два часа ждать, когда нас сменят, – сказал разведчик по имени Крокус.

– Поскорее бы, а то всё в глазах рябит от солнца и волн, нет ни чего хуже в жизни, чем ждать и догонять, – сказал второй разведчик, по имени Хойя.

– А тебя кто-нибудь ждёт дома, кроме родителей? Ну, девушка у тебя есть? – более конкретно спросил Крокус.

– Конечно, есть, – расплываясь в добродушной улыбке, сказал Хойя. – Её Зарой зовут, она мне платок, вышитый своими руками, подарила, провожая в армию, – ответил Хойя.

– Она красивая? – продолжил приставать с вопросами Крокус.

– Конечно красивая! – в нашей деревне все девушки красивые, – с восхищением в голосе сказал Хойя. – А у тебя, что нет девушки? – задал встречный вопрос Хойя, опережая очередной вопрос напарника. – Приезжай к нам, мы тебе хорошую невесту подберём, – не дожидаясь ответа от товарища, предложил добродушный Хойя.

– Спасибо за предложение, я подумаю, – ответил Крокус.

– Сейчас война начнётся, неизвестно чем для нас всё это закончиться, поэтому лучше, когда тебя никто не ждёт, – задумчиво ответил Крокус.

Возникла небольшая пауза. Солнце стояло в зените, близился полдень. Волны переливались на солнце зелёно-голубыми бликами, ветер наносил запах соли и прелых водорослей.

– Хойя, а чем ты занимался до армейской службы? – спросил Крокус.

– Я кузнецом был, вместе с отцом в кузнице работал, сколько мы оружия перековали, ты бы видел! – с задумчивым взглядом и с улыбкой на устах от приятных воспоминаний, ответил Хойя. Крокус оценивающим взглядом посмотрел на напарника, как будто в первый раз его видел.

Хойя был среднего роста, крепкого, пропорционального телосложения, с хорошо развитыми, рельефными не по годам руками. На смуглой коже лица выступал юношеский пушок. Несмотря на тёмный цвет волос, у Хойя были тёмно-голубые глаза, свойственные больше для блондинов, чем для брюнетов. Он сидел на валуне, загадочно улыбаясь, погружённый в приятные воспоминания, свойственные юношеской романтичности. Крокус был двумя годами старше своего напарника, и поэтому считал себя лидером в этом дозоре, он старался быть похожим на старших соратников, в нём не по годам была видна повышенная серьёзность и наигранная неприступность.

– Вот я и смотрю, понять не могу, когда это ты успел накачать такие мышцы?! А ты кузнец, оказывается, – оценивающе сказал Крокус, почёсывая, нагретый солнцем затылок.

– А ты чем занимался? – спросил Хойя, освободившись от приятных воспоминаний.

Крокус был землепашцем, помогал отцу в крестьянском деле, его ремесло было менее престижно и доходно, чем у его напарника, несмотря на то, что он был старше, выглядел не так роскошно, как Хойя, его внешние данные оставляли желать лучшего. Он был долговязым деревенским парнем, с незапоминающейся внешностью, с рыжими взлохмаченными волосами, и веснушками во всё лицо. Он задумался, прежде чем ответить, так как, внешнее превосходство товарища, и разжигаемая в глубине души зависть к его внешности не давала сосредоточиться, и собраться с мыслями. Вдруг Крокус привстал с насиженного места, напряженно разглядывая линию горизонта.

– Посмотри, Хойя, что там за чёрная точка на горизонте? – спросил Крокус, показывая пальцем направление, переведя разговор на новую тему, в душе радуясь, что ему не пришлось отвечать на вопрос напарника. Хойя быстро вскочил с камня, и стал смотреть в направлении, указанном товарищем.

– А вон ещё одна и ещё, и ещё! – возбуждённо сказал Хойя, указывая направление. Вскоре по всей линии горизонта были видны чёрные точки, приближаясь, они увеличивались в размерах, стали напоминать корабли, много кораблей. У разведчиков на двоих не хватило пальцев пересчитать все корабли, они не обучались грамоте, и всё, что было больше количества пальцев на руках, определялось словом много.

– Я побежал в лагерь, доложу обстановку, а ты пока перемещайся вот на ту горную гряду, где у нас установлены камнемётные машины, отходя, продолжай следить за кораблями, – приказал, убегая в сторону лагеря Крокус, своему напарнику.

Корабли приближались к берегу, тихая и уютная бухта с пологим берегом, была слишком маленькой для приёма сразу такого огромного количества. Кавалькада кораблей вынужденно выстроилась в ряд по десять кораблей, и стала причаливать к берегу, вся линия горизонта потемнела от тёмно-серых парусов, идущих под чёрно-белым флагом, с изображением головы змеи.

Хойя со всех ног пустился вдоль берега, добежал до горной гряды и по скользкой горной тропинке стал подниматься наверх каньона, постоянно оглядываясь на берег. Он видел, как чужие корабли заходили в бухту, его сердце колотилось, в голове «прыгали и сбивались» мысли.

"– Неужели началось?" – спрашивал он сам себя, пробираясь по горной тропинке, то и дело поскальзываясь, царапая колени о горную породу. Тем временем Крокус уже добежал до лагеря иристонцев, и стоял перед головой Ланцеглотом, докладывая тому обстановку.

Глава XXIV. В стране эльфов

Стояла теплая, летняя погода. В распахнутые настежь окна залетал аромат цветов и благоуханий королевского сада. Было обычное, ничем не отличающееся от остальных, летнее утро. Совсем недавно умолкли петь цикады, прячась в тени от первых лучей восходящего солнца, сад наполнялся пением и щебетанием птиц, в поселении лесных эльфов, а правильнее это место называть Долиной эльфов. На небольшом, уютном балкончике деревянного дворца, располагающегося на огромном дереве, сидела юная восьмилетняя принцесса эльфов Даная, вместе со своей подружкой, которая расчёсывала, и укладывала ей волосы золотым гребешком. Пока Розетта делала укладку волос, Даная, маленькими, тоненькими пальчиками, поправляла своё платьице из листьев каких-то чудесных растений, красиво украшенное цветами, похожими на ромашки. Подружка закончила свою работу и на голову вместо золотой короны, она надела венок, из таких же цветов, которые украшали красивое платье принцессы. На светло-русых волосах принцессы это смотрелось очень красиво и элегантно. Даная аккуратно взяла зеркальце, лежавшее на небольшом столе, и взглянула на своё отражение в нём. Её милое бледное личико было сплошь покрыто веснушками, узкие губы расплывались в красивой улыбке, за которой скрывались ровные белые зубки, её серо-голубые глаза озорливо «смеялись». Она заправила слегка длинную чёлку за остроконечное ушко, оставаясь довольной своим видом, положила зеркало на место, взяла клинок, висевший на спинке стула, и укрепила его на тонкой, «осиной» талии с помощью кожаного, плетёного ремешка.

Но только они собрались уходить с балкона, как вдруг послышался звук, напоминающий лёгкое хлопанье крыльев, девочки оглянулись и увидели белого голубя, севшего на перила своего балкончика. Даная осторожно, чтобы не вспугнуть голубя, подошла к перилам, протянув к нему руки, тихонько взяла голубя, прижала к своей груди, и увидела на его шее небольшую ранку, жалостливо произнесла:

– Ах ты, бедняжка… А что это у нас на лапке? – произнесла она, глядя на маленькую бумажку, крепко привязанную к ноге голубя. – Сейчас, мы отнесём тебя к моим родителям, – сказала Даная, поворачиваясь к двери, нежно поглаживая воркующую птицу по голове. Принцесса с подружкой бегом отправилась к родителям показать голубиную почту. Но, к сожалению, родителей, нигде не было видно, ни в покоях, ни в гостиной.

– Розетта, ты поищи их в саду, а я посмотрю в папином кабинете, может они там? – сказала Даная, и девочки разбежались. Маленькая принцесса тихонько постучала несколько раз в дубовую дверь отцовского кабинета и вошла внутрь. Но к своему огорчению, вместо отца она увидела своего старшего брата Цэриуса с друзьями.

– Я не помешала? – с детской наивностью спросила принцесса. – Что сегодня обсуждаете, если не секрет? – не дожидаясь ответа, спросила принцесса своим звонким, как звон колокольчика, голоском.

– Результаты недавней охоты, – нехотя ответил принц.

– А у меня для вас новости, – сказала Даная.

– Давай не сейчас, иди, погуляй пока, – раздражённо произнёс Цэриус, выпроваживая сестру из кабинета.

– Но Цэриус, у меня письмо, – почти плача произнесла девочка.