книжный портал
  к н и ж н ы й   п о р т а л
ЖАНРЫ
КНИГИ ПО ГОДАМ
КНИГИ ПО ИЗДАТЕЛЯМ
правообладателям

Юэда Снеж

Ритм сердца

Он шёл по ночному городу, не разбирая дороги. Дождь шёл вместе с ним. Незнакомые улицы казались на одно лицо, тёмные, пустые, безразличные. Ему было всё равно куда идти, и он просто шёл, зябко кутаясь в серый, насквозь промокший плащ. Зонт остался дома, и возвращаться туда не хотелось.

Дом… Смешно сказать. Жалкая комната на чердаке – вот что сейчас было его домом. А ведь всего неделю назад шикарная квартира в центре столицы, работа в престижной газете и заманчивые предложения конкурентов были его жизнью. Пока не решил написать статью о корпорации «Кьюст». Его предупреждали, отговаривали, мягко намекали, но он ничего не слушал. Профессиональная одержимость журналиста сродни одержимости собаки, вставшей на след. С охотничьим азартом он распутывал грязный клубок старых сплетен, связывая порванные нити, составляя крупицы рассыпанной мозаики в одну на редкость скандальную картину. В ней всплывало всё: и уход от налогов, и связь с псами Шаха, и прошлогодняя история с наркотиками, а также довольно тёмное прошлое самого господина Орэми – владельца и главы корпорации. Но свет так и не увидел этой статьи.

Ночью в одном из тёмных переулков дорогу чрезмерно зарвавшемуся журналисту преградили «чёрные галстуки» – псы Шаха. Что они хотели с ним сделать? Убить? Уж лучше бы убили. Потому что оказалось, что на свете существует ещё большая опасность, чем псы.

Наруи передёрнул плечами, отгоняя ужасные воспоминания, и останавливаясь. Дождь, с упоением хлеставший по мостовой, почему-то больше не лил на него. Парень в недоумении поднял глаза и увидел большой чёрный зонт у себя над головой.

Кто-то стоял у него за спиной. Стоял так близко, что Наруи почувствовал его дыхание.

– Гулять под дождём романтично. Но ты совсем промок.

Этот голос. Этот тихий завораживающий голос. Совсем как тот…

Наруи обернулся и чуть не закричал, когда понял, кто держит над ним зонт.

Волна страха накрыла его с головой, выдернув на поверхность страшную картину. Восемь искромсанных, измятых, как рваная бумага, тел в чёрных галстуках. Он – вжавшийся в стену. А напротив – тёмная фигура с развевающимися белыми волосами и горящей бездной вместо глаз. Наруи не помнил, что было потом, он не помнил, как ему удалось бежать, но именно это заставило его бросить работу, покинуть столицу и спрятаться, залечь на дно. Именно поэтому он был сейчас здесь. Только… всё это уже не имело смысла, потому что он стоял рядом, и чёрная бездна улыбалась из его глаз.

Наруи не мог двинуться с места. Даже пошевелиться не мог. Просто стоял и смотрел в эти бесконечно тёмные глаза. Всё было кончено. Он понимал это. От смерти его отделяли лишь несколько ударов сердца, но, сколько их будет, это уже не зависело от него. Уже ничего от него не зависело.

– Кто ты?

Наруи ждал удара, но получил ответ:

– Моё имя – Джуран, – произнёс убийца. – Я демон. И я пришёл за тобой.

– За мной?.. – запнулся парень. – Ты пришёл убить меня?

– Убить? – тонкие губы растянулись в улыбке. – Нет, я пришёл забрать тебя, Наруи.

Длинные белые пальцы скользнули по смуглой щеке парня, убирая с лица чёрные мокрые пряди.

– Что… что ты делаешь? – прохрипел Наруи, отшатываясь, и упёрся спиной в стену.

Блондин улыбнулся и шагнул к нему.

– Пойдём со мной, – услышал он бархатный шёпот прямо над своим ухом. А в следующую секунду губы блондина уже целовали его шею.

Наруи вжался в стену. Он не мог поверить, он не хотел верить в то, что происходит. Но губы блондина продолжали настойчиво ласкать его кожу, а тонкие пальцы, расстегнув воротник, уже проникли под рубашку.

Наруи ничего не соображал. Он забыл о страхе, о смертельной опасности, о трупах в переулке. В голове стучалось только одно: «Этот убийца, этот извращенец хочет от меня…!»

Обжигающая волна гнева и злости рванула наружу, и Наруи оттолкнул блондина проч. Дикий рывок заставил того отлететь на несколько шагов назад. Асфальт между ними вздыбился трещинами, и вода с неестественным грохотом устремилась туда.

– Великолепно, – усмехнулся блондин, пожирая Наруи глазами. – Какой взгляд! Какие глаза… Они светятся золотом, Наруи. Ты видел когда-нибудь такие глаза?

Парень стиснул зубы. Да, ему не раз говорили об этом. Слишком странные глаза, слишком светлые и слишком жёлтые. Ни у кого больше он не встречал таких глаз. Но сейчас это не имело совершенно никакого значения.

– Я не знаю, кто ты! – выкрикнул Наруи. – Не знаю, что тебе от меня нужно. И не хочу этого знать! Оставь меня в покое!

– Оставить тебя в покое? – рассмеялся блондин. – Ну нет, Наруи. Теперь ни за что.

– Какого чёрта?

– Ты сам виноват. Три ночи, три долгих бессонных ночи я вспоминал тебя. Только тебя. А ведь тогда, при первой нашей встрече, мне не удалось даже прикоснуться к тебе. Но ничего, – жадная улыбка исказила губы блондина. – Скоро ты расплатишься за это. Я обещаю.

Ком застрял в горле Наруи.

– Никогда, – прохрипел он.

– Наруи… – ласково протянул блондин и сделал шаг к нему.

– Не подходи! – крикнул парень, сжимая кулаки.

Лёгкая рябь прошла по воздуху, и блондин отшатнулся.

– Эта сила, – произнёс он, и раскалённый уголь глаз обжёг Наруи. – Она защищает тебя. Но так даже интереснее. Это похоже на игру. Ты любишь играть, Наруи? – улыбнулся блондин и подмигнул ему.

Наруи не знал, откуда в нём эта сила, он не знал, от чего горят золотом его глаза, и почему дрожит воздух. Но одно он знал точно: чем бы оно ни было, оно не позволит этому убийце, этому извращенцу подойти к нему. И значит, есть шанс уйти.

Неотрывно глядя на блондина, Наруи сделал шаг в сторону, второй, третий. И только убедившись, что тот за ним не идёт, парень развернулся и побежал проч.

Наруи бежал, ничего не видя, ничего не чувствуя, и ни о чём не думая, поэтому не сразу заметил людей, возникших у него на пути. А когда заметил, было уже поздно. Что-то с силой ударило его по затылку, и тьма погасила сознание.

Демон, скрываемый тенью дома, с улыбкой наблюдал, как люди в черных галстуках обступают юношу, как связывают безвольное тело, поднимают на руки и тащат к машине. Глаза демона мерцали темнотой. Впервые за несколько сотен лет ему не было скучно.

Пробуждение было не из приятных. Мутный туман рассеивался, уступая место тошноте и головокружению. Перед глазами прыгали какие-то жёлтые пятна, и ещё от чего-то огнём горела грудь. Наруи мотнул головой и попытался сфокусировать зрение, после чего пятна перестали прыгать и застыли ровными огоньками свечей. Свечи были везде. В каком-то хаотичном порядке заполняли они пространства огромного зала, стены которого скрывала тьма. От свечей взгляд скользнул по мозаичному полу и остановился на одной из странных картин. Их было несколько, и все они изображали одно и тоже: обнажённого парня в набедренной повязке прикованного цепями к каменному столбу. На груди парня красной краской был начерчен какой-то непонятный знак. Наруи пригляделся и вздрогнул, когда понял, что картины – это вовсе не картины, а зеркала, и что именно он висит сейчас на столбе, а красный знак вовсе не нарисован, а вырезан на его груди ножом. И тут же на пробудившееся сознание обрушились боль и обжигающий холод отупевшего тела. Наруи стиснул зубы

– Очнулся? – раздался глухой голос откуда-то из темноты.

Ещё секунда и неверный свет свечей осветил молодого мужчину лет 30-ти одетого в дорогой деловой костюм и при галстуке. Этот мужчина как-то странно не гармонировал с окружающей его обстановкой. Вдобавок в руках он держал старинную серебряную чашу инкрустированную камнями. В чаше что-то темнело. И от этого Наруи почему-то стало ещё хуже.

– Господин Орэми, – прохрипел парень и закашлял.

– Он самый, – вежливо улыбнулся тот. – Рад нашему знакомству, Наруи Юджа.

– Извините, что не могу ответить вам взаимностью, – процедил сквозь зубы Наруи. – Ваши люди… Они притащили меня сюда. На каком основании?..

– Смелый мальчик, – усмехнулся Орэми. – Смелый, но глупый. Был бы умным, не начал бы писать статью.

Орэми со стуком поставил чашу на каменный постамент за спиной.

– Хорошая, кстати, статья получилась. Качественная. Иногда просто поражаюсь вашему брату. И где вы умудряетесь доставать информацию? Всё написано верно, пожалуй, кроме одного. В ней сказано, что глава «Кьюст» подозревается в косвенной связи с джастарханцами. Спешу поправить: связь не косвенная, а самая, что ни на есть прямая и непосредственная. Ведь предводителем секты является никто иной, как ваш покорный слуга, – Орэми улыбнулся и чуть наклонил голову.

– Демонопоклонники… – прошептал Наруи. – Невидимые руки, которых боится даже столичная мафия… А это, стало быть, зал ваших сборищ?

– Ты догадлив.

Орэми подошёл совсем близко и навис над Наруи.

– И очень мил, – прошептал он, прикасаясь пальцами к щеке парня. – Будет жаль убивать тебя.

Наруи судорожно сглотнул.

– Поначалу это не входило в мои планы, – продолжал шептать господин Орэми. – Запугать какого-то журналиста – не проблема. Но прошлой ночью мне приснился сон. И знаешь, что мне снилось?

Орэми улыбнулся и приподнял лицо Наруи за подбородок.

– Мне снилось это: зал жертвоприношений, свечи и ты, привязанный к столбу. И я понял – Джастархан требует жертву. Я не мог отказать Ему в этом.

– Жертво… приношение? – беззвучно произнёс Наруи.

– Жертвоприношение, – повторил господин Орэми и облизал губы. – Ты должен гордиться этим, Наруи Юджа. Ты будешь принесён в жертву Великому Джастархану. Песчаный Убийца возьмёт твою кровь и душу. Это честь – умереть вот так.

Наруи вжался в стену. Холодный камень обжигал кожу, но это было ничто по сравнению с безумным огнём фанатизма, что горел в глазах Шаха.

– Обряд уже почти завершён. Все нужные заклинания прочитаны, Чаша Подношений наполнена твоей кровью. Осталось лишь изнасиловать тебя и убить. И этим я решил заняться лично.

Сильные пальцы пробежались по смуглой шее и добрались до груди. Наруи отвернулся, но Орэми, взяв его лицо за подбородок, резко развернул к себе.

– Я хочу узнать, какой ты, – прошептал он ему на ухо. – Хочу узнать тебя, дерзкий мальчишка. А ещё я хочу услышать историю о том, как ты убил моих псов.

– Какой резон мне тебе об этом рассказывать, если ты всё равно убьёшь меня? – выкрикнул парень.

– Ты не прав, – улыбнулся Орэми. – Резон есть. Ведь именно я решаю, «как» и «как долго» ты будешь умирать. Но ты передумаешь, я уверен. Ведь у нас с тобой ещё так много времени.

Руки Орэми скользнули ниже, но шорох за спиной остановил их.

– Кто здесь? – крикнул Орэми. – Я же велел никому не заходить!

– Как ты посмел?

Тихий, ледяной голос медленно разлился по залу, заполнил собой всё пространство и потопил его в себе. Крохотные огоньки свечей задрожали и начали гаснуть один за другим, уступая натиску сгущающейся тьмы. И в этой вязкой, почти осязаемой тьме материализовался демон. Это был именно демон, потому что только у демона могли быть такие глаза – бездонная адская пропасть, полыхающая чёрным огнём.

– Как ты посмел прикоснуться к нему? – произнёс демон, и Орэми дёрнулся от внезапно пронзившей его боли. – Он мой. Только мой! Ты, ничтожество! Ты умрёшь. Медленно. Очень медленно.

Каждое слово как удар. Короткий и беспощадный. Орэми согнулся пополам и рухнул на пол. Наруи с ужасом смотрел на то, как корчится в судорогах тело Шаха, как кривится в безмолвном крике рот, рождая на свет только хриплый стон смешанный с кровью, как неестественно выгибаются суставы.

– Прекрати! – услышал Наруи свой собственный голос. – Остановись… – и уже почти шёпотом, – Пожалуйста…

Взгляд демона обжёг его. Парень вздрогнул от почти физического его прикосновения. А в следующую секунду демон уже стоял возле Наруи.

– Ты заступаешься за него? – спросил белокурый демон. – Зачем? Ведь он хотел убить тебя.

Парень ничего не ответил. Он как завороженный смотрел на чашу в руках демона. О том, что именно было в ней налито, Наруи старался не думать. Демон проследил его взгляд и улыбнулся.

– Твоё здоровье, милый, – прошептал он и залпом осушил бокал.

Что-то изменилось. Наруи показалось, что воздух на секунду ожил, закричал, а потом умер, осыпавшись на пол мелким бисером. Дышать стало нечем. Смотреть тоже. И парень закрыл глаза. А когда открыл их, то понял, что всё вернулось на свои места: и воздух, и зрение, и боль в груди, и Орэми, и демон. Он стоял совсем рядом, пожирая Наруи глазами. И парень понял, что именно изменилось.

И как бы в подтверждении его мыслей демон коснулся ладонью его щеки, прошёлся пальцами по лицу, шее, плечам. Наруи вжался в камень когда тонкие пальцы демона принялись ласкать его грудь.

– Перестань… – прошептал Наруи. – Пожалуйста…

– Ты что-то сказал, милый? – язык демона коснулся шеи парня и прочертил влажную полоску. Руки его заскользили вниз.

– Нн… не надо… – тихо выдохнул Наруи.

Но демон лишь улыбнулся и, поцеловав ещё раз его шею, сорвал с Наруи единственное, что не нём было – мятую белую тряпку, опоясывающую бёдра.

– Совершенно лишнее, – усмехнулся демон, лаская взглядом тело юноши. – Так гораздо лучше.

Наруи застонал, когда демон обнял его и прижал к себе.

– Ты мой. Мой… – шептал демон, лаская его, целуя лицо и губы.

Наруи закрыл глаза не в силах сопротивляться властным и одновременно нежным ласкам демона. Тёплая бархатная тьма обволакивала сознание, погружая разум в сон. И ей он тоже не мог сопротивляться. Последнее, что он запомнил, это поцелуй демона, глубокий и до безумия нежный.

– Спи, мой милый, – прошептал Джуран, отрываясь от губ Наруи. – Спи. Набирайся сил. Они тебе сегодня понадобятся…

Лёгкое движение рукой, и цепи, приковывающие Наруи к столбу, рассыпались в пыль. Безвольное тело юноши упало в объятия Джурана, и тот с улыбкой победителя взял пленника на руки. Демон едва сдерживал себя, чтобы не взять его силой прямо сейчас в этом мрачном, холодном подвале среди затухающих свечей и тёмных зеркал, прямо на алтаре жертвоприношений. Эта мысль показалась ему забавной, и Джуран уже сделал шаг к каменному алтарю, но что-то отвлекло его. Какой-то шорох. Джуран обернулся.

В нескольких шагах от него на полу сидел Орэми. Переломанные ноги и кровоточащие раны не давали ему возможности подняться, каждое движение доставляло невыносимую боль, но, не смотря на это, он продолжал что-то шептать. Демон наклонил голову, непроизвольно прислушиваясь, а когда разобрал слова, рассмеялся.

– Ты, правда, собираешься наслать на меня проклятье? – сквозь смех произнёс Джуран. – Собираешься убить меня моим же собственным именем?

Глаза Орэми округлились, и это вызвало новую волну смеха.

– Ты что, раб, так и не понял, кто перед тобой?

Орэми застонал и протянул руку к Джурану. Но демон лишь презрительно усмехнулся.

– Я обещал, что ты умрёшь медленной смертью, – тихий голос властно разлился по залу. – Но тебе удалось позабавить меня, раб. Поэтому я прощаю тебя. Ты умрёшь быстро.

Короткий щёлчок пальцами, и тело Орэми, последний раз дёрнувшись, опустилось на пол.

Через несколько секунд в зале жертвоприношений не было никого. Только остывающий труп да догорающие свечи.

Тьма медленно отступала, впуская в мир Наруи рассеянный свет и сладостные ощущения, какие бывают от прикосновения ласковых рук. Кто-то целовал его. Целовал нежно и настойчиво.

«Сатори?.. – улыбнулся Наруи и потянулся навстречу. – Всё-таки вернулась…»

С Сатори он расстался год назад по совершенно глупой причине. Она хотела, чтобы Наруи бросил работу и вернулся в клан.

Клан Юджа – очень древний и богатый с устоявшимися в веках традициями, которые никогда не нравились свободолюбивому Наруи. Поэтому-то он и ушёл оттуда, заявив, что сможет добиться чего-то в жизни и без громкого имени Юджа. И добился. Наруи всегда говорил Сатори, что быть вместе и только вместе они смогут лишь порвав с кланом окончательно. В ином случае неусыпный глаз семьи будет следить за ними постоянно. Но Сатори было всё равно. Она хотела видеть Наруи главой клана, а себя – женой главы клана, и перспектива стать женой журналиста её не устраивала. Начались ссоры, скандалы, которые закончились короткой запиской брошенной на столе: «Забудь и не звони». Конечно же Наруи сделал всё наоборот. Он как безумец по сто раз на день звонил ей домой, обрывал телефоны друзей и знакомых. Но её телефон молчал, а знакомые отвечали очень уклончиво. Но Наруи не зря называли одним из лучших журналистов. Он нашёл её новый адрес, и они встретились.

Именно после этого на смену отчаянному безумству пришла тихая грусть. Всё было кончено. И осознание этого не принесло ни горя, ни облегчения – только тишину. И в этой тишине Наруи понял, что мир слишком красив, чтобы оборваться глупым движением бритвы по венам. Мир продолжал жить, и Наруи продолжал жить вместе с ним. Он жил так уже год, отдавая силы любимой работе, веселясь на вечеринках с друзьями, флиртуя с девушками. А в душе жила надежда. Маленькая, глупая надежда на то, что когда-нибудь они смогут поговорить, просто нормально поговорить. О большем он и не мечтал.

«Сатори вернулась…»

Сонные мысли текли медленно, неторопливо, будто волны на море в безветренную погоду. Поэтому странная мысль показалась вдвойне странной. А мысль была о том, что Сатори никогда не целовала так. Так настойчиво, так…

Наруи разлепил веки и первое, что он увидел, стали серебристые нити волос.

«У Сатори были каштановые», – дёрнулась мысль и оборвалась, так как второе, что увидел Наруи, был глаз ночи, в котором невероятным образом смешались адский огонь и звёздное небо.

Наруи вздрогнул. Хлынувший поток воспоминаний разметал остатки тьмы. Восемь трупов в тёмном переулке… Свечи и корчащийся Орэми… Дождь и треснувший асфальт… Ветер запутавшийся в белых волосах и глаза… Глаза убийцы, глаза демона, глаза чудовища. Глаза того, кто сейчас так настойчиво и нежно целовал его.

Наруи хотел закричать, но смог выдавить из себя лишь тихий стон. Демон оторвался от его губ и улыбнулся.

– Ты проснулся, моё чудо? – прошептал он. – Сокровище моё.

Сердце замерло, а взгляд метнулся в сторону далёкой, но всё же спасительной двери, но её там не было. Не было и каменного постамента, и зеркал, и причудливой мозаики пола. Лишь крохотные свечи горели смутным воспоминанием о зале жертвоприношений, но окружали они вовсе не столб с цепями, а огромную кровать. Именно на ней лежал сейчас Наруи, утопая в белом облаке шёлка и кружев. А рядом сидел демон. Его обнажённое тело дышало силой и страстью, на губах играла улыбка, а глаза… Глаза попросту пожирали Наруи.

– Какой ты милый, – сладко протянул демон. – Просто чудо. Твои глазки как два солнышка, а губы…

И он снова потянулся к его губам. Наруи дёрнулся и в отчаянье выставил вперёд руки, но демон с лёгкостью поймал их за запястья и с силой пригвоздил к кровати.

– Бесполезно, – прошептал демон на ушко Наруи. – Сопротивляться бесполезно. Впрочем… – короткая усмешка. – Сопротивляйся, если хочешь. Так ты доставишь мне ещё больше удовольствия. Я сломаю тебя, мой милый.

И Джуран впился губами в тонкую шею пленника. Он целовал и кусал бархатную кожу, слыша беспомощные стоны, и чувствуя, как напряжённое тело Наруи слабеет, теряет контроль.

– Я всегда добиваюсь, чего хочу, – прошептал Джуран. – Запомни это, Наруи. Отныне ты мой. И ничего уже не изменить.

Наруи задрожал, когда язык демона коснулся его соска и пощекотал его.

– Какое же ты всё-таки чудо, – улыбнулся Джуран, разглядывая Наруи в мерцающем свете свечей. – Маленькое, испуганное чудо с красивым лицом и обалденным телом. Ты, наверное, думаешь почему ты здесь, почему я могу касаться тебя, ласкать, целовать, хотя раньше не мог даже подойти к тебе? Я угадал? – шептал демон, лаская Наруи.

Тот выдавил из себя короткий стон, и сам поразился каким странным он вышел.

– Всё это потому, что мои рабы сделали мне подарок. Они принесли тебя в жертву. Мен в жертву. Ты мой. И вся твоя сила бессильна против меня.

– Джастархан… – выдохнул Наруи.

– Да, мой милый, – сладко протянул демон, поднимая руки Наруи к изголовью кровати. – Джастархан, Песчаный убийца. Всё это я. Но тебе я разрешаю звать меня моим первым именем – Джуран. Я хочу услышать, как ты будешь сладко шептать его.

Он соединил запястья Наруи и, легонько придав к кровати, отпустил. Но Наруи не мог пошевелить руками. Их будто сковали железной цепью.

– Так будет интереснее, – улыбнулся Джуран, поймав испуганный взгляд Наруи. – Не волнуйся, милый. Тебе понравится. Я буду ласков с тобой…

Джуран наклонился и облизал губы Наруи.

– Ты очень сладкий, – прошептал демон, осыпая поцелуями его шею, грудь, лаская его соски, заставляя тело Наруи вздрагивать от каждого прикосновения. Язык скользнул ниже и, пощекотав пупок, коснулся самой горячей кожи.

Выдавив из себя мучительный стон, Наруи выгнулся, пытаясь освободиться, но демон только улыбнулся и, обхватив его губами, принялся исследовать языком.

Тело Наруи извивалось от безумных ласк демона, с губ срывались самые тихие, самые беспомощные стоны. Джуран улыбался. Он наслаждался этими звуками, наслаждался этим восхитительным чудом. Поначалу чудо сопротивлялось, пыталось вырваться, глупо и неумело. Но Джуран был настойчив и очень ласков. Он не останавливался ни на секунду, не давал чуду покоя. И теперь чудо покорно стонало, выгибаясь в экстазе…

Конец ознакомительного фрагмента. Купить полную версию.