Артур Газаров

Черный квадрат

Глава 1

В гостях

Все началось с того, что Алексей в очередной раз разбил мобильный телефон. Это уже третий по счету. Что самое обидное, расколол самую последнюю модель, которую ему подарила супруга, когда ему неделю назад исполнилось тридцать три года.

Придя на тренировку, Хлебников бросил гаджет рядом. Во время упражнений Алексея занесло, и двухпудовая гиря придавила половину телефона. Здесь и закончил свой короткий жизненный путь новёхонький смартфон с надкушенным яблочком.

Хлебников воспользовался мобильным телефоном тренера, и попросил супругу купить и привезти новый. Алексей ждал звонка от заказчика.

Надежда, как человек пунктуальный, и как любящая жена привезла смартфон в белой коробочке, и еще кофе с горячей пиццей и чизкейком.

Еду Маевская заказала у подруги, про которую вспомнила, когда решила заказать пиццу любимому.

С Алией они не виделись так давно, что та с нескрываемой радостью пригласила Надежду и Алексея в гости. Алия призналась, ей очень интересно было увидеть мужа подруги. Она сгорала от любопытства – кто же завоевал сердце Нади. За тридцать лет Маевская так и не связала свою судьбу ни с кем, а тут вдруг такое неожиданное событие. На свадьбу Алия прийти не смогла, так как в это время они с супругом находились в Кабо-Верде. Алия не хотела отпускать мужа одного в бизнес-поездку.

Приехав в зал, Надежда позанималась на разных снарядах. Она была в хорошей физической форме, третий месяц усиленно занималась армейским ножевым боем и стрельбой. Новое увлечение затянуло её не на шутку.

Домой отправились вместе, каждый в своей машине, обе белого цвета.

После свадьбы Надежда Маевская, вернувшись с Алексеем из путешествия, открыла для себя новое занятие, в которое окунулась с головой. Завела блог в Интернете, посвящен он был безопасности. Темы она освещала разные – как не стать жертвой мошенников, как себя защитить, как отбиться от хулиганов, как обезопасить агрессивного человека. Чтобы немного разбавить серьезную тему, Маевская вскоре придумала и внедрила бонус. В конце своего выступления пять минут она рассказывала и показывала – как сделать запоминающийся кадр. Вскоре хлынул поток посетителей. Людям понравился финальный раздел, посвященный эмоциональной фотографии.

Алексей выделил ей комнату, оборудовали под студию – камера, штатив, свет, фоны. Здесь и снимала Надежда свои видеоролики, число просмотров которых росло изо дня в день. Делала она это с большим энтузиазмом, красиво, эмоционально, познавательно.

Даже когда у нее не было времени или сил, она заставляла себя работать. Надежда каждый день выпускала новый сюжет, если не успевала, она делала короткие ролики. Правда, однажды она уснула от усталости во время эфира и до полуночи самые любопытные и терпеливые зрители ждали, когда же ведущая проснется. Маевская так и проспала перед камерой до трех ночи, зато собрала кучу лайков и позитивных комментариев.

Старалась она не зря, труд принес свои впечатляющие плоды. Сумма на ее счете с увеличивалась, вскоре блог стал приносить солидные доходы, и Надежда уже подумывала, что, если целиком сосредоточиться только на блоге, развивать его, вкладывать силы и средства, искать спонсоров.

Алексей относился к новому занятию супруги с уважением, не теряя здорового чувства юмора. Однажды он высказал – еще год и тебе можно открывать свою передачу на телевизионном канале.

За последнее время Хлебников сильно изменился. Он научился управлять своими эмоциями, перепады настроения как это часто бывало раньше над ним не властвовали. Глядя на него, трудно было догадаться о том плохо ему или хорошо. Со стороны казалось, что он оставался ко всему равнодушным. Надежда считала, что причина перемен в том, что Хлебников стал фанатично заниматься в качалке, ни одного занятия еще не пропустил.

Сама Надежда тоже сильно увлеклась тренировками, вскоре она стала снимать их для блога. Каждый день хотя бы сорок пять минут – ежедневные тренировки по рукопашному бою. Нагрузки были как у подготовленного спортсмена.

Однажды, глядя на супругу, Алексей высказал – когда однажды я увидел, как ты тренируешься, я теперь тщательно обдумываю каждое свое слово.

Жизнь приобретала черты стабильности. С раннего утра примерно до середины дня Хлебников писал картины, затем отдыхал. Как шутила Маевская, дневной храп – это святое. Алексей укладывался на диван, кот Ричард располагался рядом.

Саванна, она же ашера – американская кошка гепардового окраса, выведенная в восьмидесятых годах прошлого века, одна из самых дорогих домашних питомцев. Вначале Алексей влюбился в эту кошачью породу, затем и Надежда.

Двухлетний Ричард, высота которого в холке была почти шестьдесят сантиметров, делал все, чтобы хозяевам было не скучно.

Во второй половине дня супруги обычно отправлялись на прогулку или ездили за покупками. Возвращались с пакетами, сумками, коробками.

Спрос на картины Алексея рос, и даже неплохо. Охотно покупались альбомы с его картинами. Алексей стал привыкать к размеренной жизни, заработанные средства он вложил в небольшую картинную галерею, которую ему помог открыть его спонсор Тофик Гусейнов недалеко от центра столицы. Нередко купленное так и оставалось лежать в шкафах и на полках в ожидании своего часа.

В субботу, второго мая, в первый раз после свадьбы чета Хлебниковых собиралась выбраться в гости. Надежда была счастлива, что наконец, встретится с подругой.

К выходу Надежда готовилась быстро, минут десять, и она уже на выходе. Маевская напоминала классическую женщину из фильмов восьмидесятых годов прошлого века. На ней элегантно сидело платье фиолетового цвета с большим воротником. Надежда подобрала к нему широкий ремень c золотистой пряжкой. На ногах новые красные туфельки на высоком каблуке, картину довершал ненавязчивый запах легких духов. Прическа у нее оставалась неизменной – длинные черные волосы.

Маевская постояла в дверях, копаясь в телефоне. Пообщалась с друзьями, посмотрела комментарии под ее роликами, затем выразительно посмотрела на Алексея, который копошился невыносимо долго.

Прошло двадцать минут. Алексей, наконец выбрал сорочку – небесного цвета. Теперь предстоял следующий, не менее трудный процесс, выбор галстука. Ни один ему не показался подходящим к рубашке и Алексей, перебрав штук пятнадцать галстуков, принялся за следующую партию.

В этот момент в комнату ворвался Ричард, скользнул по полу на повороте и стал с азартом играть галстуками, которые аккуратно и в порядке предпочтения разложил Хлебников. Кот считал, что его хозяину нравится, когда тот проявляет интерес к тому, чем в данный момент занят Алексей. Ричард любил своего хозяина и всячески старался ему угодить.

Алексей со свирепым выражением лица подошел к коту, попытался вырвать галстук из сильных лап:

– Ричард, ты неправ, а ну отдай галстук!

Видимо кот не разделял его точки зрения. Ричард лишь презрительно посмотрел на Алексея, зашипел и выждал пару минут. Видя, что Алексей не собирается отдавать его добычу, кот выцепил галстук когтями.

– Спасибо, помог выбрать! Что ты за человек такой, Ричард. Теперь уже забирай свой трофей… – Хлебников с сожалением посмотрел на галстук с зацепками, который он еще ни разу не носил.

Довольный своим участием в процессе выбора и заботой о любимом хозяине, кот убежал, с красной материей в зубах. Позже Хлебников увидел галстук в мастерской, Ричард его заботливо выложил на этюдник, вымазав галстук красками.

Маевская накинула темно-синий плащ и, сдержанно выдохнув, медленным шагом покинула дом. Минут пять, еле сдерживая себя, чтобы не закатить скандал, Надежда прогуливалась вдоль недавно выложенной новой аллеи. Она вела до зелено-коричневой беседки, напоминающей средневековый шатер. Здесь с весны по осень Алексей частенько творил свои абстрактные произведения.

Теперь у нее было еще одно увлечение – она старалась не злиться, не нервничать.

Несмотря на титанические усилия всегда сохранять хорошее нестроение у нее не получалось, но она работала над собой, и она менялась. В итоге Алексей наградил ее прозвищем – пофигистка.

Надежда фотографировала в основном репортажи, иногда снимала портреты. Заказов было не сказать, чтобы много, но они хорошо оплачивались, а загонять она себя не хотела. Старалась, чтобы самочувствие и настроение оставались в норме. Надежда считала, что главное не результат, а путь. Нельзя ломать себя, даже ради захватывающих целей. Усилия должны быть размеренными и соответствующими человеку, тогда все наладится – настроение, здоровье, успех…

Хлебников зарабатывал столько, что ей можно было не работать, о чем он ей напоминал постоянно. На что Надежда отвечала – ты что, хочешь, чтобы я растолстела и стала сварливой. Хлебников говорил, не можешь набрать вес, вот и высказываешься против роскошных форм. Если еще похудеешь, запру дома, и заставлю есть одни плюшки! С самого начала Надежда заметила симпатию мужа к пышным формам. Он это и не скрывал в своих произведениях.

Надежда, пока ждала мужа, с улыбкой вспоминала, как они познакомились, как уже полгода прошло после свадьбы. Алия всегда была озорной, веселой, изобретательной. Рядом с ней любое плохое настроение тает как снег в жару.

Вскоре Маевская устала ждать, достала из желтой сумки мобильный телефон и громко высказала:

– Хлебников, ты еще долго там будешь копошиться? Сколько тебя можно ждать, совесть имей…

– Еще немного. Я скоро, – невозмутимым тоном пробубнил Хлебников.

Маевская давно привыкла к тому, что если они куда-то опаздывают, то это по вине Алексея. Она давно перестала на него злиться, делать замечания. Пусть сам оправдывается перед людьми. Но на этот раз не сдержалась. После чего подумала, что зря она выплеснула эмоции. Маевская давно заметила, что стоит ей выйти с плохим настроением или когда ее что-то или кто-то выведет из равновесия, неизменно приключится какая-нибудь бяка. Надежда старалась отогнать эту крамольную мысль, но внутри нарастала буря.

Ворота коттеджа, выстроенного по новаторскому проекту, открылись автоматически. Расположен был коттедж в смелом архитектурном решении – прямоугольные формы, стекло, железо и светлый кирпич. Все это великолепие разместилось у живописного озера.

Во двор они въехали на новом, купленном месяц назад полуспортивном седане белого цвета. Как считал Алексей, железный конь должен быть только белым. Это был подарок, который сделал Хлебников любимой супруге ко дню рождения. Маевскую угораздило родиться восьмого марта. Еще с детства она возмущалась, почему мне дарят только один подарок, праздников ведь два, говорила Надя.

– Привет, подруга!

– Привет, Алия! – радостно воскликнула Надежда, обнимая высокую женщину с пышными завитушками.

На вид ей было лет тридцать. Улыбчивая Алия с золотистой шевелюрой была из тех людей, которые нравятся с первого взгляда – симпатичная, добрая, внимательная и необыкновенно эмоциональная.

Женщины радовались этой долгожданной встрече как дети.

– Проходите, гости дорогие, – вышел хозяин, высокий худощавый мужчина с короткими черными волосами.

На нем были серые брюки и коричневая рубашка с серебристыми пуговицами.

– Знакомьтесь, это мой муж, – Алия представила подтянутого широкоплечего мужчину.

– Чингиз Русланович Янбулатов. Бизнесмен, – супруг Алии сделал попытку улыбнуться, протягивая крепкую жилистую руку.

От него исходил запах дорогого парфюма.

– Алексей Хлебников, в какой-то степени тоже бизнесмен, – усмехнулся он.

– Наслышан о вас! Знаком с вашим творчеством, у меня есть парочка книг с вашими картинами, даже разок посчастливилось видеть работы вживую – ездил специально на выставку. То есть вы одновременно занимаетесь искусством и бизнесом? – внимательным взглядом посмотрел Чингиз.

Алексею показалось, что взгляд у Чингиза был невеселый и уставший, хотя он пытался держаться непринужденно, но это у него получалось символически.

– Спасибо! Вы настоящий ценитель искусства! Да, художник. Как некоторые любят говорить от слова худо. У меня родители не приветствовали мою вторую профессию, но в итоге вышло, что живопись и дала мне все. Вот сейчас начинаю приобщаться к бизнесу, открыли мы недавно с Надей галерею…

Из комнаты вышла собака, высокий серый дог. Он внимательно осмотрел гостей, обнюхал и убежал, больше дог не показывался.

– Проходите, пожалуйста, в дом, располагайтесь, – голос Чингиза звучал уверенно и строго.

С таким ясным произношением он мог работать диктором на радио или телевидении.

Внутри дом выглядел не менее авангардным. Серые тона, все в стиле хай-тек. Ни одного лишнего элемента, нигде никаких лишних вещей.

Подруги никак не могли наговориться, оживленно о чем-то говорили, друг друга перебивая, пытаясь все вывалить за пять минут.

– Вы располагайтесь, общайтесь, а я пойду готовить, – Янбулатов покивал и удалился.

Надежда посмотрела с удивлением.

Алия, заметив взгляд подруги пояснила:

– Он прекрасно готовит, а когда приходят дорогие гости никому не доверяет. Только сам!

– И даже тебе?

– О чем ты говоришь! Он считает, что так как он никто не умеет готовить. Я с ним не спорю. Мне так проще, – рассмеялась Алия.

Вскоре на столе появились яства. Замечательный плов с бараниной запомнился особенно, Надежда и Алексей даже попросили добавки. Затем им подали превосходный зеленый чай с медовой пахлавой.

– А что это такое? Мне очень понравилось! – заулыбался Алексей.

– Это пахлава, друзья.

– Какая вкусная пахлава, пальчики оближешь! – с восторгом произнесла Надежда.

– Чингиз, а можно спросить – рецепт этого чуда. Вряд ли у нас так вкусно получится, но попробовать можно, – вопросительно посмотрел Хлебников.

– Никаких тайн здесь нет. Все очень просто, это кондитерское изделие из слоёного теста, чаще в медовом сиропе, можно и лимоновый сок добавить. Не торт, не пирог, не печенье. Это удивительный, ни на что не похожий восточный десерт, это пахлава. О нем упоминали еще в пятнадцатом веке! В тысяча четыреста пятьдесят третьем году лакомство впервые приготовили для султана Фатиха. Оно настолько пришлось по вкусу, что до сих пор пахлава, как сладость входит в рейтинг лучших десертов мира.

– А можно все же рецепт записать?

– Для хороших людей все можно! Сначала взбиваете яйца – берете штуки четыре или пять. Добавляете теплое молоко, грамм примерно семьдесят, растопленное сливочное масло, грамм сорок, соду, ноль три грамма, и муку чуть меньше полкило, дальше надо замесить крутое пресное тесто. После делите это тесто примерно на двенадцать частей. Каждую надо раскатать на тонкие пласты два миллиметра толщиной размером со сковороду. Ядро грецкого ореха подсушиваете, надо истолочь и смешать с сахарным песком. Подсушенные орехи можно перемолоть блендером или порубить. Орех и сахар по сто грамм. Укладываем пласты теста на сковороду один на другой, нижний пласт должен быть немного большего размера, чтобы выходил за края сковородки. Каждый пласт мажете растопленным сливочным маслом. И для начинки, и для теста по сорок грамм масла, потом посыпаете смесью орехов с сахаром. Да, в начинку идет одно яйцо. После этого край нижнего пласта соединяете с верхним незаметным швом. Разрезаете в виде ромбиков наточенным острым ножом через все слои, кроме нижнего. Смазываете поверхность яичным желтком, заливаете срезы растопленным сливочным маслом и выпекаете в духовке.

Во время выпекания в разрез несколько раз заливать кипяченный жидкий мед. Меда нам понадобится грамм триста. После этого делите на части по надрезам и остужаете. Главный секрет пахлавы, я вам скажу это обилие орехов. На этом ингредиенте нельзя экономить. Второй важный момент – это тончайшее тесто. Вот и все. Можно импровизировать, экспериментировать, вариантов немало.

Алексей еще долго будет помнить вкус того самого зеленого чая, который по рецепту своего дедушки заварил Чингиз.

После того, как вернулись домой, Хлебников признался, сколько он ни пробовал в разных кафе и ресторанах, такого вкуса нигде еще не встречал. Позже, всякий раз, когда они с Надеждой заказывали в кафе или ресторане зеленый чай, с разочарованием заключали – такого, как у Чингиза, ни у кого нет, не было и не будет.

Когда гости отведали талкыш каляве, Чингиз обратился к Алексею:

– Мне о вас рассказала жена, вы же пишете абстрактные картины, не так ли?

– Да, этим я и занимаюсь. Живопись, абстракция – это мое направление, – ответил Хлебников.

– Мы можем обсудить картину, которую я хочу заказать?

– Разумеется! – на лице Алексея растеклась довольная улыбка.

Янбулатов старался говорить непринужденно и неторопливо, выдерживая, как политики, длительные паузы между словами. Хотя внутренне он был далеко не спокоен. Беспокойство передавалось буквально по воздуху, Надежда это уловила сразу. Что-то здесь не то, подумала она, посмотрев на Чингиза, затем на Алию. По их лицам можно прочитать, что все-таки оба чем-то встревожены. Хотя оба старались улыбаться, говорить непринужденно.

– Чингиз, вы меня, пожалуйста, извините, у вас что-то случилось? – Надежда внимательно посмотрела в его строгие карие глаза.

Янбулатов не был готов к такому вопросу.

– Да нет, все в порядке, не берите в голову. Это усталость, я себя не очень хорошо чувствую, – он потер нос и замолчал.

Маевская перевела взгляд на подругу.

Алия постаралась скрыть внутреннее напряжение, но не смогла. Сжав губы, она посмотрела на мужа, затем на Хлебникова, и, выдохнув, приступила к повествованию.

Рассказ длился долго. Никто не перебивал, в том числе супруг.

Алия поведала о том, что, несмотря на охрану, их недавно ограбили. Из дома была похищена крупная сумма, которую они приготовили для коммерческой сделки. Как все произошло, оба до сих пор так и не поняли. Никаких следов, даже намеков. Когда Маевская поинтересовалась, а что же они не обратились в полицию, Чингиз ответил уклончиво – ему пригрозили. Намекнули на то, что он имеет дело не с обычными уголовниками, а с могущественной структурой. Они готовы расправиться с любым, кто окажется на их пути. И если он вдруг надумает все же написать заявление, в тот же день будет похищена его супруга.

Надежда пожала плечами и высказала, ведь можно же было тайком обратиться к частному детективу. И на этот вопрос Янбулатов ответил с кривой ухмылкой – он уже обращался. Первый детектив вскоре внезапно скончался. Второй через два дня прилетел, взъерошенный, весь бледный и выложил аванс на стол, будто избавился от куска дерьма. Детектив отказался и категорически не соглашался продолжить работу, несмотря на уговоры и предложение вдвое повысить гонорар.

– Постараюсь помочь, – решительно заявила Надежда.

Янбулатовы на нее посмотрели, как на Дона Кихота.

– Каким образом? Надя, ты же фотограф? Да и это ведь очень опасно, может не стоит совать голову в петлю… – Алия покосилась на Надежду, скрестив на груди руки.

– Да, я фотограф. Но это ничего не меняет. Фотограф отличается от остальных, прежде всего, тем, что он замечает то, что не видят другие. И потом у фотографов хорошее логическое мышление. А еще фотограф уделяет большое значение мелочам.

– Хм. Вы еще не знаете, на что способен этот фотограф, – Алексей многозначительно покивал.

– Надежда, я ценю готовность помочь, и благодарю за предложение, но думаю, что в этой ситуации вряд ли кто справится. Там серьезная структура, справиться с ними не так просто, это по зубам крупной ОПГ, но я не хочу быть обязанным криминальным структурам, – нахмурился Чингиз.

– Вы не смотрите, что это стройная и хрупкая девушка. Она может легко справиться с тремя мужиками. Как только мы познакомились, Надя вернула мне похищенные деньги, а деньги там были серьезные и картины, от стоимости которых голова кругом может пойти. Я сам тогда не верил, что Надя вообще что-то сможет сделать в этой ситуации. Я ей так благодарен. Она действительно железная, хотя внешность говорит о другом. Но внутри сидит какой-то ниндзя. Наверное, она в прошлой жизни была самураем.

– Надежда, дорогая, я нисколько не сомневаюсь в том, что ты прекрасный человек, но я не хочу тебя втягивать в эти неприятности. Это мои трудности, я сам все решу. Пожалуйста, не надо рисковать, подвергать себя такой опасности, – Янбулатов постарался улыбнуться, посмотрев невеселыми глазами.

В голосе прозвучали нотки, усиливающейся безысходности, съедающей его изнутри, словно прожорливый червь.

Надежда была уверена в том, что она сможет помочь Янбулатову. Хотя бы потому, что он муж ее подруги, и его вопрос, судя по всему, выходит далеко за рамки обычного бытового преступления. Ей уже самой стало интересно, что же это за структура такая, что ее все боятся. Она должна помочь.

– Я сделаю все возможное, что зависит от меня, – Надежда покивала.

– Не надо рисковать. Это опасно. Живите спокойно, не хватало, чтобы еще ты и Алексей пострадали из-за меня. Обойдусь, деньги никогда не поздно заработать, – махнул Чингиз.

– И все же я попробую! Сегодня деньги, завтра они потребуют жизнь, – прищурилась Надежда.

– Очень прошу, не надо ввязываться в это дело. Не стоят эти деньги твоей жизнь. Поверь, Надя, это опасно.

– Чингиз, никто меня пальцем не тронет!

– Как это?

– Я веду блог, у меня огромная аудитория. Я просто скажу, чтобы мои зрители следили за мной. И если я не выйду к вечеру на связь или попрошу помощи, чтобы они сразу забили тревогу. Среди моих зрителей есть и полицейские, и военные, и много кого еще. Просто так незаметно меня трудно будет убрать или похитить.

– Смотри, Надя, там все не так просто. Это не один преступник, это мафия какая-то…– выдохнул ЯНбулатов.

Алексей и Чингиз отправились в другую комнату обсуждать заказ. Янбулатову нужна была картина, чтобы сделать презент одному нужному человеку, от которого зависело его будущее. Чингиз краем уха услышал, что чиновнику нравятся работы Хлебникова.

Алия присела рядом с подругой:

– Понимаешь, Надя, Янбулатов просто не переживет, если преступник не будет найден. Дело даже не столько в деньгах, сколько в досадной мысли, что кто-то его, уважаемого человека, серьезного бизнесмена, провел как мальчишку вокруг пальца. И все его усилия – охрана, сигнализация, ровным счетом ничего не значат. Чувство уязвимости, вот, что самое обидное и страшное. Человек в глубине души хочет иметь опору понадежней, быть уверенным в себе, в окружающем его мире.

– Я все понимаю, за справедливость нужно бороться. И опускать крылья перед паразитами, девиз которых жить за счет других не стоит, – тихо ответила Надежда.

– Надя, Чингиз однажды сильно испугался в детстве. После его часто обжали на улице, вскоре остался один, и без средств к существованию. Но он всего добился сам, однако страх остался. Страх все потерять. Это человек, который привык строить, но не разрушать. Он опасается, что у него все отнимут…

– Расскажи, пожалуйста, что именно случилось. Тебе ведь известно?

– Да. В детстве Чингиз мечтал купить железный конструктор с настоящим гаечным ключом, множеством разных деталей, из которых тебе можно собрать технику. Когда он пошел учиться в четвертый класс, прямо с первого сентября и решил откладывать – экономил на завтраках, нет-нет ему что-то перепадало от родителей и родственников. В один прекрасный день Чингиз отправился в магазин за заветной коробкой. Не успел он дойти. Путь ему преградили двое мальчишек, на вид им было лет по четырнадцать-пятнадцать. Предложили по-хорошему отдать все, что у него есть. Чингизу было жалко расставаться с деньгами, собранными за два месяца. Один из подростков нагло полез в карман и вытащил все деньги. У Чингиза проступили слезы, и он вцепился зубами в руку. Тогда его хорошенько побили, и он целый месяц не мог ходить в школу. Летом в детском лагере Чингиза избили за то, что он отказался дать деньги на сигареты. Нападавшие были на два года старше. Мальчика били прямо во дворе, трое против одного, все остальные стояли и смотрели. С тех пор у Чингиза развился страх, ему все время казалось, что кто-то на него хочет напасть. Янбулатов два года ходил в секцию бокса, но затем бросил, когда в тринадцатилетнем возрасте ему сломали нос. В старших классах он остался без родителей. Устроился работать, учился на заочном. Через семь лет мы встретились, и он сделал мне предложение. Он мне пообещал, что мы будем жить богато и счастливо и никто не посмеет нас обидеть. Как видишь, он всего добился.

Глава 2

Родственник

Надежда сидела за компьютером, но не работала, а размышляла. Экран монитора давно погас. Маевская встала, нашла в глубоких ящиках стола старую, потрепанную годами, пухленькую записную книжечку песочного цвета и решительно потянулась за телефоном.

В почти пустом кафе «Эллада» негромко играла легкая музыка. Запах кофе вперемешку с чем-то десертным. За крайним столиком сидел крепкий мужчина в легкой серой куртке. На столе лежала сложенная вдвое газета, сверху мобильный телефон, на спинке стула висела небольшая кожаная сумка коричневого цвета. Все совпадало, это он. Надежда подошла ровным шагом, и уверенно посмотрела:

– Максим Потетинов?

Светловолосый мужчина с белесыми бровями и внимательным взглядом, кивнул и указал на кресло напротив.

Маевская присела за столик, улыбнулась, обратив внимание на его руки.  Сильные, жилистые, похоже Максим очень крепкий физически.

– Как вы меня нашли? Как вышли на меня и вообще, что все это значит? Ведь по телефону звонили явно не вы? В трубке был голос другого человека. Потрудитесь объяснить, пожалуйста, что, собственно, происходит? – Максим наклонил голову.

Надежда отметила, что у него внимательный и цепкий взгляд. Парень выглядел молодо, подтянутый, свежий, энергичный. Несмотря на возраст, перед ней умудренная жизненным опытом личность.

– Волноваться не стоит, все в порядке. Итак, рассказываю. Я когда-то работала вместе с вашим отцом. Когда вы пришли в полицию, я уже уволилась. А голос сменила с помощью аппаратуры, сейчас это пара пустяков, мне помог знакомый звукорежиссер. Просто так надо, я вынуждена шифроваться, так как за мной может вестись слежка. Янбулатова предупредили, ему пригрозили, чтобы никто не лез в это дело, а я вот взяла и осмелилась, – Надежда плотно сжала тонкие, чуть накрашенные губы.

– Ну ладно, рассказывайте, что, собственно, за дело такое в стиле супергероев.

Максим посмотрел на нее, Надежда в свете люминесцентных светильников выглядела особенно бледной.

Маевская вкратце пересказала историю и предложила выгодное обоим сотрудничество. Она помогает ему, а он ей. Каждый ведет свое расследование, делится полезной информацией, соображениями.

Внимательно выслушав, Максим Александрович, посмотрел удивленными глазами:

– Интересно. А зачем вам это все надо? Второе – зачем мне это надо? Насколько я понял, что пострадавший не собирается обращаться в полицию. Нет бумажки, нет дела. А у меня не так много свободного времени, чтобы заниматься благотворительностью. Бывают дни, что спать приходится шесть, а то и четыре часа.

– Ага. А преступник или преступники гуляют на свободе и пьют шампанское, считая всех за полных лохов. Живем в формальном мире, предпочитаем не замечать зло, действуем, как роботы, все только по команде. Зачем мне это надо? Трудно объяснить, простой логикой тут не обойтись. Скажем так, мне это очень нужно. Мне хочется помочь очень хорошему человеку. Вам же будет интересно быстрее раскрыть преступление, поймать преступника или даже организованную преступную группировку. Теперь что касается заявления. Да с этим у нас действительно напряженка, но я постараюсь убедить подругу, чтобы они все-таки написали. Пусть ей предстоит трудный разговор с мужем, но ничего, и это пройдет. Так ведь?

Маевская с любопытством глянула на сотрудника полиции, который скорее ей напоминал спортсмена.

– Ну, даже не знаю… сразу хочется сказать, что будет трудно. Работать придется с утра и до вечера, причем за двоих. Честно говоря, сомневаюсь, одобрит ли это мое начальство?

Надежда отпила глоток из бокала.

– Максим, а вы не раскрывайте все карты. Со временем все утрясется, как в тетрисе. Даже если я что-то раскопаю, я не стану об этом всем трезвонить. Наша задача, чтобы преступник был пойман, вернее раскрыта вся группировка. Чувствую, что здесь дело явно выходит за рамки простой кражи. Нутром чую, тут какая-то тайна. Ну? Как, уговорила? – Надежда подняла голубые глаза.

– Как бы да, но я даже не знаю… времени совершенно нет, да и вообще все это совсем не вовремя, – Потетинов стал тереть лоб.

В кафе было уютно, в противоположном углу сидели парень с девушкой постоянно смеялись, что-то разглядывая в телефоне. Они ничего не замечали вокруг, им было хорошо вдвоем. Периодически эти двое взрывались смехом.

– Зато вы сделаете доброе дело. Согласитесь, добрые дела без награды не остаются. А вдвоем мы все сделаем быстро, не зря же говорят, одна голова хорошо, две еще лучше, – искренне улыбнулась Надежда.

– Вы меня убедили. Ладно, давайте попробуем. Тем более с такой очаровательной девушкой я готов взяться за дело, – он пожал плечами.

Только учтите, я замужем! – сморщила чуть курносый носик Маевская.

– Зато я свободен, – развел руками Максим.

– Вот это отлично, – Надежда подняла руки.

– А чего, собственно, здесь хорошего? – опустил уголки губ Потетинов.

– Жена или подружка не будет ревновать. Когда я буду в качестве помощника, все гораздо проще. А так появится куча вопросов, – рассмеялась Надежда.

– Почему вы так считаете?

– Во-первых напарник женщина почти никогда не вызывает подозрений. Во-вторых, женщине проще, ей больше доверяют. В-третьих, у меня есть кое-какие способности строить стройные логические цепочки и все вокруг замечать. Еще осваиваю технику рукопашного боя, прошла курсы экстремального вождения, на ты с техникой. Надеюсь, убедила? – самодовольно ответила Маевская.

– Практически Рэмбо… – уважительно закивал Максим Александрович.

Электронные часы в отделении полиции зелеными цифрами высвечивали одиннадцать утра, Надежда собиралась передать Потетинову всю накопленную информацию.  На месте его не оказалось, Маевская ждала у кабинета, разглядывая окружающее пространство. Чувствуется, что недавно здесь делали ремонт, современные материалы, пластик.

Надежда так углубилась в свои мысли, что не заметила, как к двери подошел высокий мужчина в черной кожаной куртке поверх формы. Свежий, бодрый и сильный, как могучий лесной дуб.

– Здравствуйте, – произнес Максим, от которого пахло терпким мужским одеколоном.

Он был гладко выбритым, волосы соломенного цвета аккуратно подстрижены.

Надежда встала, подошла к нему, и они вошли в кабинет. Максим щелкнул выключателем. Она разглядела место, где раньше сидел его отец. Практически ничего не изменилось, только вместо допотопного компьютера с монитором, у которого был пузатый кинескоп на столе она увидела ноутбук.

– Что будете, чай, кофе? Честно говоря, не успел позавтракать, составите мне компанию? – он наклонил голову.

Вот это другое дело, подумала она, да и неплохо бы порадовать себя чашечкой кофе. Максим повесил куртку на пластмассовую вешалку. Маевская глянула на погоны – четыре звездочки.

На лице у Максима легкая усталость, но он старался выглядеть приветливым и общительным. Максим снял китель, развязал галстук, повесил его в шкаф, уселся за стол возле окна.

В кабинете было немного душновато, Надежда встала и открыла форточку.

– Максим, приступим к делу? Алия написала заявление, мне с трудом удалось ее убедить.  Странно, люди мечтают жить в справедливом и добром мире, но при этом сами пальцем пошевелить не собираются. Позиция моя хата с краю, ничего не знаю – наверное, девиз нашего времени.

– Да. Надежда, давайте договоримся так, я буду вам оказывать содействие, но, не так часто и не так много, у меня еще куча других дел, помимо этого банального похищения денег. Второе. Я собираюсь поступать в академию, приходится много заниматься. Времени, сами понимаете, у меня практически нет.

Потетинов достал с полки чашки, сахар, пряники. Извлек из сумки пакет, выложил на стол бутерброды с любительской колбасой.

– Не, Максим, так не пойдет. Вы просто обязаны мне во всем помогать, – насупилась Маевская.

– Чего это? Из-за того, что вы с моим отцом работали? – нахмурился Максим.

– Нет, здесь есть и другая причина, – помотала головой Надежда.

– Что мы, собственно, должны делать? – выдохнул Максим, скрестив на груди руки.

– Ну, о том, что мы должны делать нам обоим решать. Для начала я подробно ознакомлюсь со всем. А на вопрос отвечу так, мы родственники и должны друг другу помогать, – демонстративно улыбнулась Надежда.

– Какие же мы родственники? – оторопел от ее слов Максим.

– Четвероюродные!

– Вы шутите? С чего бы это? – Максим чуть не подавился.

Раскашлялся, встал и сходил за водой.

– Все элементарно. Я ваша четвероюродная сестра – правнучка сестры прадеда, его Матвеем звали, а ее Алевтина. На работу меня устроил отец ваш.

– Ого! Вот это поворот! Ну что сестричка, тогда мы просто обязаны перейти на ты, – изменился в лице Максим, продолжая кашлять.

– Я не стану возражать, братик. Давай посмотрим дело Янбулатова.

– Что ж, сейчас дожую и начнем, – бодро ответил он.

Маевская кивнула.

Максим немного подумал и добавил:

– Что-то я совсем не наелся. Есть охота, давай сходим, рядом есть неплохое заведение, надо бы что-то посущественнее, чем сухие бутерброды. А я сколько лет жил, даже не знал, что у меня есть такая красивая родственница. И отец ничего не говорил, хотя я и не интересовался, в детстве ведь все по соревнованиям ездил.

– А чем ты занимался? – с интересом в глазах спросила Надежда.

– Тхеквондо. Полмира объездил. Но потом получил травму и ушел из спорта. Вот оказался в полиции, не стану душой кривить – папа помог.

Надежда была спортивной, легкой в движениях, ее стройной фигуре могли бы позавидовать многие. Они прошли в зал кафе, оба высокие, подтянутые. Максим сделал заказ и пристроился к ноутбуку, который захватила Маевская.

На экране появились детализированные, яркие фотографии мужчины – дома, на отдыхе, в офисе.

– Он, Чингиз Русланович Янбулатов, бизнесмен, богатый человек. Его бизнес идет в гору устойчивыми темпами, можно сказать прямо пропорционально времени, чем больше он работает, тем больше на его счету появляется денег. Этот изобретательный человек постоянно придумывает что-то новое, внедряет, расширяет. Просто неутомимый генератор идей, – прокомментировала Надежда.

– А это кто такие? – поинтересовался капитан, рассматривая остальные фотографии.

– Друзья. Здесь вся его жизнь, родственники, друзья, знакомые, – негромко ответила Надежда.

– Я так понимаю, что он очень удачливый бизнесмен, деньги так и текут в его руки широкой рекой, – он повернул голову.

– Этот человек большой трудяга и оптимист. По роду занятий Янбулатову часто приходится посещать разные страны, он умеет находить решения своих проблем в самых разных уголках планеты, он найдет общий язык с кем угодно. Никогда не подводит, соответственно люди ему доверяют. Чингиз Русланович считает, что прибыль может принести абсолютно все, если это все правильно приспособить. Возможно, он прав.

– Какие же у него тогда проблемы? Взял бы и разобрался бы сам с бандитами! При его-то возможностях.

Максим заметил, что Чингиз Русланович одет с большим вкусом, по последнему слову моды. На снимках выглядел уверенным и сильным, лицо волевого человека.

– Не так все однозначно!  Повторяю, речь идет об очень большой сумме, которой он лишился. У него пропали доллары, здесь надо пояснить, что сделано это было виртуозно, просто высший пилотаж. Никаких следов. И это с учетом того, что у Чингиза Руслановича очень сильная, высокопрофессиональная, охрана. Не каждый бизнесмен может нанять себе настоящих профи.

– Все ясно. Внешне схема проста – мы должны найти похитителя, а еще лучше вернуть ему деньги. А по факту все запутано. Пока ничего конкретного сказать не могу. Кстати, а сколько пропало?

– Сумма довольно внушительная. Я подозреваю – не одна сотня тысяч долларов, точную цифру я не знаю. Янбулатов не хотел делиться со мной этой деликатной информацией. В конце концов, это не самое главное, – пожала плечами Маевская.

– Такие деньги просто так не похитят, здесь явно была серьезная предварительная подготовка. Надо быть особенно внимательной и аккуратной, потому что кража может быть связана, сама понимаешь, не с поэтами и романтиками. Доверять в нашем деле никому нельзя. Даже самому Янбулатову.

Капитан нахмурил брови, от чего на лбу образовались две морщинки, заметно прибавившие возраст.

– Это еще почему?

– Потому что он сам может послужить невольно утечкой информации о ходе расследования.

Надежда удивленно раскинула руками и добавила звонким голосом:

– Никаких нитей, никаких зацепок.

С Надеждой можно было разговаривать часами – тембр ее голоса не раздражал и не утомлял, его можно сравнить с нежным журчанием ручья, очень успокаивал.

Надежда наклонила голову, ее шелковые длинные волосы спали на правое плечо.

– Не подозреваешь ли ты, что здесь замешаны конкуренты Янбулатова? – развел руками Максим.

– Рано еще что-то подозревать, у меня нет оснований, для каких бы то ни было подозрений. Слишком мало в этом деле существенной информации, – голос ее стал немного жестким.

– Обратились бы в полицию раньше, было бы гораздо лучше. К сожалению, у некоторых все еще осталось негативное отношение к полиции, просто патологическое недоверие какое-то, – Максим ответил не задумываясь.

Он потянулся, вдохнул полной грудью.

– Существует много различных причин, нас они не должны останавливать. Там свои причины. Давай лучше вернемся к делу. Компьютер перекочевал к Надежде. Она достала флешку, скопировала информацию и передала ему.

Максим молча следил за ее действиями.

– Вот здесь копия, включая его подробную биографию с самого раннего детства, которую он попросил не распространять. Причину он объяснил, Янбулатов не хочет, чтобы кто-то, используя общих знакомых, приблизился к нему, преследуя какие-то корыстные цели.

– О чем разговор, разумеется, все останется в тайне, – он взял флешку и убрал в карман.

– После того как ознакомишься с биографией Чингиза Руслановича Янбулатова, можешь доехать до его коттеджа и посмотреть все там, на месте.

– Ну, все, договорились, – быстро проговорил он.

Некоторое время они сидели молча, каждый думал о своем.

– Послушай, можно проявить любопытство? – настойчиво посмотрела Надежда.

– Что конкретно тебя интересует? – серьезным тоном спросил Максим.

Он с интересом разглядывал, отметив, что не будь она родственницей, он бы точно отбил бы ее у мужа.

– Если что, у тебя есть девушка?

– В связи с чем у тебя возник такой странный вопрос? Девушки нет, не до нее мне, работы выше крыши, – Максим распрямил плечи и допил кофе.

– Чтобы можно было бы ее попросить поучаствовать в некоторых делах. Ну, а на нет и суда нет.

– Тебе бы начальником работать, Надя. Умеешь ты командовать, сестричка. Ладно, начнем, а там видно будет. Удачи, – Максим накинул куртку, попрощался и вышел.

Удивительный человек, подумала Надежда, открытый, добрый, сильный. Он на самом деле был физически сильным как лев, могучее атлетическое телосложение, рост метр сто восемьдесят пять. Блестящая спортивная карьера оборвалась, но может это и к лучшему. Зато у нее появился родственник и помощник. Маевская почувствовала, что как полицейский, он был готов ринуться в бой, не задумываясь о последствиях.

Надежда поговорила с полковником Тарасовым, с которым она прежде работала и выяснила для себя, что Максим – это человек с нормальной здоровой психикой и открытой, чистой душой. Он ценил свою жизнь и зря старался не рисковать. Он никогда не стремился к геройству, которое ни во что не ставит свою собственную жизнь. Она ему еще нужна. Он не раз спасал чужие жизни. Но обществу может понадобиться его жизнь больше, чем жизнь того, кого он спас. И он это хорошо понимал.

Надежда прошла в комнату и погрузилась в большое мягкое кресло с высокой спинкой, углубившись в размышления.

Кот вытащил из вазы, которая стояла на столе в зале, цветок и принес его в зубах. Он немного постоял в дверях, после подошел к ней и аккуратно положил цветок к ногам.

– Ричард! Неужели ты вспомнил о том, что я люблю цветы? Потрясающе! Умница! – Надежда погладила кота, обняла и поцеловала.

Кот расположился рядом, немного понаблюдал за ней, вскоре уснул.

Янбулатов очень богат, и может оказаться лакомым кусочком для многих заинтересованных лиц. У него есть знакомые, которые могут быть полезными определенным криминальным структурам. И если вдруг он хоть как-то связан с сомнительными личностями, то схема вырисовывается в этом случае довольно простая. Эти самые сомнительные личности способны на все. Сколько волка ни корми, а он все равно в лес смотрит. В подобных ситуациях редко человек удерживается от соблазна урвать кусок пожирнее, даже если он чужой. Вполне вероятно, что кто-то из круга его знакомых знал о наличии денег и при удобном случае воспользовался доверием.

Алия обрисовала Янбулатова как положительного человека. Надежда подумала – биография это подтверждает, да и первое впечатление всегда складывалось очень даже положительное. Пусть все так и есть на самом деле. Но, Маевская решила все факты еще раз тщательно перепроверить. Вообще, она привыкла ко всему относиться с недоверием. Почему нужно всему верить, когда в мире столько лжи и несправедливости? С одной стороны таких денег честным способом трудно заработать, не преступив грани закона, и значит Янбулатов в какой-то мере ловкач. Это еще не повод для осуждения человека. Иногда для того, чтобы исправить жизнь в лучшую сторону законодательные органы с годами меняют законы на прямо противоположные, нередко даже противоречащие предыдущим. Все в жизни относительно, любой закон можно трактовать по-разному. Все зависит от квалификации юриста. Главное разобраться с правилами игры. То, что вчера общество осуждало, сегодня оно может приветствовать. Ну и Бог с ним. Допустим, Янбулатов работает не очень чисто, но это еще надо доказать. А с другой стороны, лозунг «грабь награбленное» также неприемлем по ее представлениям. Даже если у кого-то в кармане не свои деньги, это вовсе не означает, что их можно безнаказанно присвоить себе. Деньги надо стараться по возможности зарабатывать честно. Хотя честных денег не может быть в принципе. Маевская считала, что сами деньги это способ заставить человека делать то, что ему не хочется.  Ради денег человек готов на многое. Деньги придумали для того, чтобы поработить волю человека, получить удобный рычаг для воздействия на общество, на конкретного человека. Так она считала.

Надежда села за стол, на котором был ноутбук. Маевская воткнула флешку в ноутбук, открыла биографию Янбулатова. Ей стало немножечко стыдно за предыдущую мысль. Ознакомившись, Надежда задумалась. Нелегко проследить все связи такого энергичного человека, их слишком много. Но начинать с чего-то все-таки надо. Время, как говорится, не ждет.

Она кропотливо изо дня в день собирала всю информацию, связанную с делом Янбулатова, ложась поздно. После того, как она выстроила перечень дел, предстоящих выполнить на этой неделе, Надежда посетила сайт фирмы «Альбатрос», директором которой являлся Чингиз Русланович. Судя по статистике посещаемости, фирмой интересовались многие.

Утром она встала пораньше, чтобы составить схему его связей, которая получилась   ветвистой, словно столетнее дерево. В этом переплетении направлений оставалось много неясностей.

Взявшись обеими руками за голову, Надежда засомневалась в успехе – слишком много неизвестных в этом сложном уравнении. Весь день так и просидела за ноутбуком и бумагами, пару раз устраивая себе перерыв на чай с бутербродами. Спать она легла поздно, просидев над полученными материалами под светом настольной лампы. Зато на столе лежал подробный список всех, с кем он контактировал. От такого числа людей голова у нее пошла кругом. Если даже поговорить с каждым, дело затянется надолго.

Надежда подумала о том, что за ней пока нет слежки, а ведь возможно, что очень скоро преступники вычислят ее. Почему она должна верить Янбулатову, вдруг он не все рассказал. Надо получить как можно больше информации, слишком мало у нее исходных данных.

Надежда решила подобраться к вопросу издалека. Она пригласила Алию в небольшой уютный ресторанчик.

Обстановка располагала доверительной беседе – приятный глазу интерьер, живая музыка, хорошая кухня.

– Понимаешь, это не совсем правильно может выглядеть со стороны, но Янбулатов не может нас посвящать во все тонкости своей жизни, без которых мы просто не раскроем дела. Что-то он не хочет афишировать, что-то является коммерческой тайной, плюс он очень занятый человек. Его понять можно. Но нужна вся информация. Конфиденциальная, правдивая, – Маевская держалась ровно, никогда не сутулилась.

– Задача не из легких. У него практически нет свободного времени. Да и общаться ему сейчас хочется меньше всего.

Алия оставалась такой же открытой и добродушной, как всегда. История дружбы Алии и Надежды тянулась еще со школы.

– Постараюсь сильно не надоедать ему своими вопросами. Буду добывать информацию, не прибегая к лишним разговорам. Думаю, что способов для этого хватит.

– Ему интересно, как ты будешь вести расследование, в любом случае он заинтересован в первую очередь. Завтра я тебя жду у нас дома. Познакомишься с Чингизом поближе. И ты сможешь задать ему столько вопросов, сколько хочешь, если тебе это нужно, – Алия обезоруживающе улыбнулась.

– Хорошо, спасибо, – Маевская кивнула.

Ну что ж, подумала Надежда, это совсем уже другое дело, ради подруги постарается на совесть.

Домой Маевская приезжала поздно. Алексей воспринимал частое отсутствие супруги совершенно спокойно, он вспоминал о ней, когда жена появлялась рядом. Дела у Хлебникова шли в гору, заказов он набрал столько, что работать приходилось и днем, и ночью. Он даже был рад, что Надежда занялась расследованием. Ему сейчас было некогда развлекать ее, ездить по театрам, ресторанам.

Маевская смотрела, улыбаясь на супруга, который увлеченно работал над большим полотном.

– Сейчас я страшно хочу есть, голодна как волк. По дороге я прикупила кое-какие продукты. Наша дорогая Маша случайно не осталась?

– Нет, наша домашняя спасительница попросила уйти пораньше, я ее отпустил. Она и так сегодня с раннего утра трудится. Все перемыла, постирала.

– Если ты приготовишь что-нибудь, я не стану возражать, – ее глаза были уставшими и наивными, как у ребенка, что не произвольно вызвало у Алексея усмешку.

– Что-нибудь сообразить можно, – он отошел от картины, остановилась посреди мастерской, придирчиво рассматривая свою работу.

– Будь добр, покорми любимую жену.

– Я и сам не против поесть, я ведь сегодня только завтракал.

– Совести у тебя нет, нельзя столько работать. Все равно всех денег не заработаешь.

– Да ты на себя лучше посмотри, с утра и до ночи носишься, вся в делах и заботах. Мужа родного совсем забросила. Ууу!!! Шутка! На самом деле я переживаю, что ты себя не жалеешь, – Алексей обнял и поцеловал супругу.

– Пошли, вместе что-то придумаем. Сколько раз можно повторять – не произноси это слово, переживай.

– Легко сказать!

Легли поздно, налопались до отвала.

– И кто советует после шести не есть, – выдохнула Маевская.

– А мы и не едим после шести, мы начали уже новый день. Это у нас ранний завтрак.

– Пошли уже спать, иначе точно будем весь день сонными воронами.

Угомонились поздно, обсудив все новости, которые рассказала Надежда. Затем Алексей лежал на спине и с вдохновением рассказывал о своей работе, о картинах, про удачно найденные решения. Надежда умела одновременно слушать и о чем-то параллельно думать. Она размышляла том, как ей получить достоверную картину, как добыть всю правдивую информацию о состоянии бизнеса мужа Алии, даже если там есть моменты, нежелательные для постороннего глаза. Для начала надо внимательно посмотреть все имеющиеся материалы. Затем нужно добыть информацию из компьютера его главного бухгалтера, после просмотреть банковскую информацию, лишь тогда она может получить реальное представление

Глава 3

Коттедж

Сырная пицца, приготовленная с большой фантазией, им очень понравилась. Кофе они пили с пирожными, все это Надежда заказала у своей подруги с доставкой в отделение полиции. За едой Максим и Надежда не заметили, как просидели около двух часов. Оживленно рассказывали, обсуждали, им было чем поделиться. В их сложной, полной опасных приключений, жизни много событий, заслуживающих обсуждений.

В конце беседы у них созрел четкий план действий, и они разделили обязанности.

В семь часов вечера Надежда вышла на улицу и села в машину. В этот момент зазвонил мобильный телефон, проиграв отрывок мелодии из популярного фильма советских лет.

– Это я. Когда ты будешь возле объекта, не забудь мне об этом сообщить. Нужно проверить аппаратуру.

Она придавила педаль газа, машина легко шла на скорости сто сорок километров в час. Через два часа она добралась до хорошо асфальтированной дороги, ведущей к коттеджу Чингиза Руслановича. Сбавляя скорость, Надежда подготовила портативный компьютер к работе.

Маевская внимательно осмотрела коттедж, объект охранялся по всем правилам. Над воротами, и по всему периметру располагались видеокамеры. Позже она определила – камеры вращающиеся и при необходимости картинку можно приблизить, если понадобится.

Сомневаться не приходилось, за мониторами круглосуточно наблюдала охрана, как минимум один человек, чаще сидели двое. Отсюда следует вывод – незаметно проникнуть в здание вор практически не мог. Маевская с улыбкой посмотрела на забор. Высота кирпичного забора больше метра три, сверху злобно торчали клыки остроконечных штырей, с украшением очень хитрой заостренной формы, не ободрав штанов перелезть через них никак не получится. Как ни старайся, как ни ухищряйся, а лазейка все равно отыщется, подумала Надежда, глядя на неприступный бастион, который возвел Чингиз. Похититель каким-то образом умудрился проникнуть, значит был какой-то способ…

Маевской показалось, что с неба начало капать

Надежда останавливалась, брала в руки камеру, фиксировала особняк со всех сторон, с разным масштабом, она снимала общие планы и детали, которые ее интересовали.

Пахло хвойным лесом.

Подул легкий ветерок, затем ветер усилился. Прохладно, но не холодно. С неба больше не капало. Видимо дождь передумал, посветлело и небо почти полностью очистилось.

Надежда позвонила Максиму:

– Включай.

Она подъехала ближе и остановила машину на расстоянии около ста метров.

– Видеосвязь превосходная, только я сейчас, пожалуй, ослаблю усиление, а то пошли искажения от слишком большого усиления сигнала. Теперь все остальное зависит только от тебя.

– Приступаю.

Надежда открыла дверцу, вышла из машины, озираясь по сторонам. Вокруг никого, легкий ветерок, успокаивающая тишина. Несколько раз прошлась вокруг, придирчиво рассматривая внушительный по габаритам коттедж, с ультрамодным дизайном. Жилище Янбулатовых напоминало скорее музей современного искусства.

На машине к дому можно подъехать только с одной стороны. Это последний по счету дом, дорога здесь заканчивалась. Сзади и слева не проехать – росли деревья, сразу за забором начинался живописный сосновый лес. Надежда сделала вывод о том, что машина не могла стоять перед домом – чтобы не светиться, иначе охрана сразу бы заметила. Не исключено, что она стояла где-то рядом или вдалеке – не доехала до дома. Впрочем, гадание здесь не уместно, не исключено, что преступник вообще не пользовался машиной. Мог приехать на мотоцикле, велосипеде, его могли привезти хоть на повозке.

Маевская работала спокойно, неторопливо. Коттедж был несколько раз сфотографирован с разных сторон и заснят на видео. Теперь она могла проиграть разные варианты – смоделировать проникновение в дом на компьютере. Времени у Надежды было предостаточно, и она терпеливо и внимательно следила до наступления темноты. К дому никто не подходил, вообще место здесь было безлюдное. В девять вечера к воротам бесшумно подкатил черный автомобиль представительского класса, из которого вышел Чингиз Русланович в сопровождении высокого телохранителя лет сорока с небольшим.

Ворота открылись сами. Первый вариант – босс позвонил охране коттеджа из салона машины, второй – охранники увидели на мониторах его автомобиль. Последний вариант вероятнее всего. В любом случае охрана должна убедиться в том, что автомобиль можно пропустить.

Мог кто-то из посторонних въехать на территорию? Почему бы нет? Надо все обязательно проверить, посмотреть записи в видеорегистраторе, подумала Маевская и тут же спросила сама себя – почему ты считаешь, что это кто-то посторонний? Вполне вероятно, что сделал это кто-то из своих.

В воротах вырос двухметровый мужчина атлетического телосложения. Устрашающе залаяла собака, лохматая кавказская овчарка, похожая на медвежонка. Пройти такой пост занятие нелегкое, сделала свой вывод Надежда, отщелкав еще несколько снимков скрытой под платком камерой.

Надежда отправилась к коттеджу, обошла вокруг немалую территорию. Маевская сделала вывод о том, что перелезть незаметно через забор нельзя. Везде камеры, да и высота приличная, по всему периметру нет ни одной лазейки. Если только сделать подкоп, но следов подкопа она нигде не увидела. Никаких дырок в заборе, естественно, она тоже не заметила.

Как только окончательно стемнело, она справилась со всем, что себе запланировала. Села в машину, но двигатель отказывался заводиться. Минут десять она воевала с умной электроникой и отъехала. Прибавив скорость, она мчалась по ночному шоссе.

Вошла вечером в полицейский участок и застала Максима. Он сидел, разложив перед собой документы и о чем-то напряженно думал. Она вошла, свежая и бодрая после загородного воздуха. Увидев Надежду, он поднял голову:

– Как дела?

– А ты здорово засиживаешься на работе. Все в порядке, – она оставила сумку со спецоборудованием в углу.

Максим сходил за водой, поставил чайник. Надежда скинула верхнюю одежду на вешалку, оставшись в джинсах и майке. Это ее любимый стиль одежды – просто и удобно в любых условиях.

– А ты я вижу весь в работе и домой уходить не собираешься, – она, расслабленная и порозовевшая, уселась за стол.

– Устала? – Максим разложил чашки, сахар, печенье.

– Да нет, не очень, но поспать уже все же тянет, да и такой там свежий воздух, – сонливо проговорила Надежда, сладко зевнув.

– Сейчас попьем чайку, обсудим и ты отправишься домой отдыхать. А я еще немного поработаю, постараюсь обработать то, что ты наработала за сегодняшний день, – он побросал в чашки пакетики и налил кипяток.

– Над чем ты сейчас ломаешь голову? – Маевская уставилась с легкой улыбкой.

– Давай о деле поговорим завтра, я еще не готов к серьезному разговору, есть вопросы, на которые я должен ответить сам себе. В этом деле есть что-то ускользающее от нашего внимания. Пока мы не найдем это что-то, мы ничего не сделаем. Совсем забыл, что у меня ведь есть целая коробка шоколадных конфет! – Максим вскочил и ринулся к небольшому шкафчику в углу.

Ранним утром Надежда встала, умылась и принялась расхаживать по залу. Ричард, откуда-то примчался весь взъерошенный и пытался убедить хозяйку, что с ним непременно надо поиграть. Маевская ограничилась тем, что погладила кота, взяла почти пятнадцатикилограммового котяру на ручки и несколько раз прошлась из угла в угол, разговаривая сама с собой. Затем выпустила эту тяжесть почти метровой длины. Ричард сел в углу смирно и стал наблюдать за происходящим.

– Послушай, кража больших денег, пусть даже столь огромной суммы – обычное уголовное дело. По логике вещей оно должно быть совсем незамысловатым. Схема преступления должна быть простой. Типичное воровство, каких каждый год совершается тысячи, – обратилась она к Ричарду.

Тот внимательно слушал, будто размышлял над тем, что полагается ответить.

– Но Янбулатов не заявляет в полицию и это понятно. Помимо угроз появятся лишние вопросы, всплывут многие факты, ему не хотелось бы светиться. Ну и он еще понимает, что сотрудники органов тоже живые люди и все разные, каждый со своим взглядом на жизнь. Вдруг, преступники найдут и к ним подход. Случайности он предпочитает исключать сразу, – возразила она себе, не спуская с кота глаз, будто Ричард все понимает и прямо сейчас начнет с ней дискутировать.

– Однако в этом деле нет главного – следов, так в реальной жизни не бывает! Любой вор, пусть даже он самый крутой профи, что-то нарушает в сложившемся порядке, который устанавливается в жизни потерпевшего. В нашем же случае преступник просто виртуоз, какой-то летающий волшебник. Работает, как говорится, без шума и пыли. Удивительно! – развела руками Маевская.

Ей показалось, что Ричард кивнул.

– Чингиз Русланович, что держал всю наличность дома? Обычно такие деньги хранят в банке. И что это за необходимость такая платить долларами. Что-то здесь не так, но суть даже не в этом. Янбулатов, как мне кажется, далеко не все говорит. Ты так не думаешь? – обратилась она к коту, подняв тоненькие брови.

Ричард подошел к креслу, запрыгнул и улегся, продолжая с хитрой мордой наблюдать за Надеждой.

Немного подумав, она добавила:

– Наверное, все эти вопросы, Маевская, ты задашь ему сама.

Не дождавшись от Ричарда даже кивка, она высказалась:

– А вдруг ему что-то не понравится, вдруг он заподозрит меня в чем-то? Может быть такое? Вполне может! Теперь он, наверное, даже родной жене не доверяет.

Ричард широко раскрыл пасть и зевнул, будто хотел что-то сказать, но передумал.

– Ты чего-то боишься?

Маевская подошла к Ричарду, потрепала его, погладила.

– Нет, просто если я сама взялась за дело, значит, я должна его довести до логического конца, иначе просто зря теряю время. Правильно, Ричард?

Кот прищурился и лишь немного пошевелил усами.

– Маевская, ты его хорошо знаешь? – негромко спросила она сама себя.

Кот не сводил с нее глаз.

– Не очень. Но, надеюсь, скоро на этот счет появится полная ясность, кстати, это поможет понять причину произошедшей кражи, ее мотивы.

Она подошла к окну и состыковала разведенные в стороны пальцы:

– Нужно добыть как можно больше информации, тогда и будет над чем подумать. Засучивай рукава, Надя и работай, работай…

Успокоив себя, Надежда приготовила завтрак. Она не стала будить мужа, ведь он работал почти до самого утра. Люди творческой профессии часто зависят от вдохновения. Да, они могут провести много времени за разговорами, бездельничать, но, когда их посещает муза, в такие минуты лучше не трогать.

Она поймала себя на мысли, что им вдвоем всегда интересно, они могут позволить себе говорить об интересных вещах часами – музыке, живописи, кинофильмах. Надежда с сожалением подумала, как давно они не сидели просто так за чашкой чая. Жизнь заметно ускорилась. Двадцати четырех часов в сутках теперь явно недостаточно.

Покончив с завтраком, она поднялась, и прошла в комнату. Включила компьютер, просмотрела снимки, а заодно и карты в Интернете, сравнила со спутниковым снимком. Посмотрев все, что могла, она решила, а почему Янбулатов ей в чем-то должен отказать. В конце концов, это первое заинтересованное лицо. А это значит, что без особого труда она получит записи с видеокамер. И все остальное, что понадобится для расследования. С них весь дом просматривался как на ладони, со всех сторон виден, буквально каждый закуток.

Надежда терпеливо наблюдала за происходящим вокруг дома Янбулатовых целую неделю с помощью камер, которые укрепил на столбах Максим. В спецовке электромонтера Максим и его помощник, хороший знакомый – сотрудник компании «Интернет-сервис» за три часа установили вокруг коттеджа видеонаблюдение.

Никого из посторонних здесь так и не заметила. Все шло ровно и однообразно. Чингиз Русланович каждый день в девять утра отправлялся к себе в офис и вечером возвращался примерно в районе девяти часов. Никаких посетителей. Крайне трудно было найти хоть какую-то зацепку в этом деле. В голове не укладывалось, каким образом преступник проник в коттедж.

В субботу Маевская позвонила Янбулатову:

– Доброго дня. Могу ли подъехать, нужно задать несколько вопросов?

– Пожалуйста, какие могут быть вопросы, буду очень рад видеть, – продребезжал голос в телефоне.

– Только я приеду не одна, со знакомой, она мне поможет. Это высококлассный специалист, психолог, – немного подумав, добавила Надежда.

– Что ж, не стану возражать. Договорились.

За день до встречи Надежда и ее знакомая – Светлана Скурыдина, начали готовиться к визиту. Составили подробный план своих действий, тщательно проработали схему вопросов.

Светлана Ивановна Скурыдина собиралась написать книгу на тему – как выбраться из сложной ситуации. Она исследовала возможности человека, занималась психологией. Ей нужны были свежие материалы, а тут как раз подвернулся такой удобный случай, подруга вовремя пригласила. Почему бы не совместить приятное с полезным, помочь людям, заодно и себе. У Светланы Ивановны за спиной большой опыт работы с людьми.

На следующий день они сели в машину и отправились к Янбулатову с подробным планом действий.

Всю дорогу они обсуждали проблему Светланы – медленный Интернет у нее дома. В конце, исчерпав все возможные предположения, сошлись на том, что лучше все же пригласить специалиста и не гадать на кофейной гуще.

Светлана и Надежда продумали последовательность тем, которые они должны затронуть в разговоре, чтобы не касаться их совместных интересов.

По дороге Светлана проинструктировала, чтобы Надежда постаралась не посвящать его в механизмы их работы. Он человек далекий, как от психологии, так и от следственной деятельности и это только им на руку, ибо некоторые приемы он может не одобрить в силу различных причин, собственных домыслов, заблуждений.

Ворота открыл мужчина лет сорока пяти в черной форме.

– Проезжайте, шеф вас ждет, – прогудел он, переваливаясь с ноги на ногу. Слева от ворот в небольшой комнатенке, откинувшись на спинку кресла, за стеной мониторов развалился еще один сотрудник охраны в форменном обмундировании.

– Можно смело утверждать, что этот товарищ из органов, – кивнула Надежда.

– Почему ты так решила?

– На лице написано.

Чингиз Русланович встретил их радостно, шумно, размахивая руками. По дороге он ради приличия задал несколько вопросов и любезно пригласил к столу. После плотного ужина Маевская поинтересовалась:

– Не будет возражений, если я осмотрю дом? Пока со Светланой можно пообщаться. Не против?

– Какие могут быть вопросы, Надя, Светлана, поступайте, как считаете нужным, ведь вы для этого сюда и приехали. Вам и командовать парадом.

В дверях появился серый дог, подошел к женщинам, будто проверял – свои или чужие, немного постоял и исчез в просторных залах коттеджа.

Янбулатов, подтянутый, сосредоточенный, старался разговаривать непринужденно, беззаботно. Хотя для опытного глаза было ясно, случившееся его сильно тревожит. Он не привык к тому, что в его жизни что-то не так. Все должно идти стабильно, все должно быть под контролем.

Маевская улыбнулась и беззвучно удалилась. На ней были удобные легкие кроссовки, темно-синие джинсы и красная рубашка в синюю клеточку. Как пошутила Света, тебе для полной картины только ковбойской шляпы не хватает.

– Извините, можно ли узнать адрес вашего офиса? – Светлана отпила апельсиновый сок из бокала. Ей нужно было убедиться, совпадает ли адрес фирмы с его реальным офисом.

– Пожалуйста, – Янбулатов протянул свою визитку и удивленно взглянул на Светлану, которая внимательно рассматривала Янбулатова.

От ее взгляда ему сделалось не по себе – словно просканировали рентгеновскими лучами. Скурыдина это заметила и чуть позже отвела взгляд в сторону, но для себя сделала вывод, у него серьезные проблемы со здоровьем.

– С вашего позволения я закурю? – засуетился Янбулатов в поисках пачки сигарет.

– Разумеется, – ответила она, разглядывая визитку.

Как выяснилось у него два номера телефона и два офиса. В разговоре она узнала, что второй офис занимает исполнительный директор фирмы. Она попросит Надежду, чтобы та заодно взяла отпечатки и его пальцев.

Янбулатов встал, нашел пачку, которая лежала на подоконнике, достал сигарету и, чиркнув зажигалкой, с удовольствием затянулся, выпустив струю дыма.

Ему сразу стало уютно, удобно и он вновь обрел спокойствие и уверенность. У него определенно пошатнулась психика, подумала Светлана.

– Вы всегда держите наличность в доме? – Светлана взяла из вазы и аппетитно надкусила спелый персик.

– Нет, просто тогда в моем сейфе лежала очень крупная наличка. Причина была в том, что я собирался провернуть крупную сделку.

– Где-то это было зафиксировано?

– Нет. Сами понимаете, без каких-либо бумаг, об этом знали только два человека я и тот, с кем я должен был заключить сделку, – Янбулатов нервно потер лоб.

– Выходит вы, не совершили сделки? – Скурыдина проговорила медленно, чеканя слова.

– Нет, почему, все как раз получилось довольно удачно, только неделей позже, – Янбулатов посмотрел куда-то в сторону, его, прежде твердый и строгий, взгляд был рассеянным.

Светлана сделала вывод о том, что деньги, которые у него украли, далеко не последние.

– Что вы приобрели?

– Какое-то почти заброшенное предприятие, – уклончиво ответил Янбулатов.

– Оно нелегальное?

– Как бы вам ответить, документы давно утеряны. Я буду оформлять новые.

– Сделка где-то фигурировала?

– Нет, – тихо ответил Чингиз Русланович.

– Позвольте поинтересоваться, а чем оно занимается?

– Скажем так, я перепрофилирую его под биохимическое производство.

– Ясно. Как вы считаете, возможна повторная кража? – она прямо посмотрела ему в глаза.

– Теоретически думаю, что да. Потому что мне непонятно как все это произошло, лазейка осталась открытой. Разумеется, наличные деньги я больше в доме держать не стану, – он нахмурился и помотал головой.

– И это правильно. Хотя не думаю, что вор рискнет еще раз проникнуть в дом.

– Вы ешьте, пейте, не стесняйтесь – Янбулатов затушил окурок в хрустальной пепельнице, радужно сверкающей под ярким светом люстры, и откинулся на, обитую бардовым бархатом, спинку стула.

– Спасибо, – Светлана сосредоточенно ела виноград, но мысленно продолжала его изучать.

Одно дело ознакомиться с фотографиями и видеоматериалами, а другое просто поговорить с человеком. Она помолчала с минуту, затем поинтересовалась:

– Чингиз Русланович, когда вы обнаружили пропажу денег?

– В понедельник, двенадцатого апреля.

– А деньги? Когда вы положили в сейф?

– Тоже в понедельник, только в предыдущий, то есть пятого апреля.

– Выходит, они пролежали там ровно одну неделю?

– Да.

– Следовательно, преступление было совершено с болей долей вероятности в период той самой недели.

– Выходит так, – невесело согласился Янбулатов, пожав плечами.

– Кому это может быть выгодно?

– У меня нет совершенно никаких подозрений. Вор просто похитил деньги, он узнал, что у меня есть деньги и украл их, – с раздражением в голосе ответил Янбулатов.

Маевская тем временем неторопливо прошлась по комнатам. Есть где разгуляться, не менее просторно, чем у Хлебникова, подумала она.

Ей запомнился большой зал. домашний кинотеатр, в самом центре которого расположились два белых кресла с высокими удобными спинками напротив громадного телевизора. В углах комнаты, на подставках стояли акустические колонки очень интересной, пирамидальной формы с рупорными конструкциями, пол и потолок были выполнены из какого-то зеркального материала. И от этого комната казалась просто огромной. С потолка свисали шарообразные светильники, поделенные на секторы, в каждом из которых были маленькие лампочки с зеркальными отражателями. С большим вкусом обставленная мансарда создавала атмосферу необыкновенного уюта и комфорта. Вообще коттедж, в котором жил Янбулатов, вызывал чувство восхищения. Янбулатов вкладывал в интерьер свою душу и немалые деньги. Маевская все фотографировала на телефон, кое-что сняла на видео.

Покончив с осмотром, она сделала вывод, что технических сложностей у похитителя было много. Сейф, в котором хранились деньги взломать почти невозможно. Таких сейфов единицы, тем более подобрать шифры к двум сложным замкам задача не из простых, проще защитить кандидатскую диссертацию по математике. Незаметно пройти через все просматриваемые видеокамерами участки практически нереально. Если только вор человек-невидимка или Вольф Мессинг…

Маевская вернулась в комнату.

– Чингиз Русланович, понимаю, что это некоторые неудобства, но мне нужны пальчики всех людей, кто здесь работает, – объявила она без тени сомнения.

– Пожалуйста, можно прямо сейчас пройти по всей территории и взять отпечатки у всех, у кого нужно, – любезно согласился Янбулатов.

Маевская отправилась за отпечатками.

Светлана не давала Янбулатову скучать и буквально засыпала его вопросами.

Через час Надежда вернулась с прозрачным полиэтиленовым пакетом, в нем лежала пачка долларов. Она демонстративно выложила деньги на стол.

– Что это? – вскинул брови Янбулатов, выражение его лица менялось на глазах.

По его глазам Надежда поняла, что эта пачка ему хорошо знакома.

– Из той серии?

– Да, естественно, это мои деньги. Вот даже номерок, написанный карандашом, свой корявый почерк я вроде бы знаю.

– Итак, первая зацепка есть, – обрадовалась Надежда.

– Где они были? – глаза гневно вспыхнули, он потер уголки губ.

– У телохранителя, в его комнате, – спокойным тоном ответила Маевская.

– Мурзича ко мне! – крикнул он в трубку рации, портативный передатчик всегда находился рядом.

Надежда кивнула Светлане, они вышли в соседнюю комнату и сели в кресло, не включая света. Они сидели так, что Владислав никак не мог их увидеть. Прошло минут пять. В комнату вошел высокий, крепко сложенный мужчина и застыл в ожидании, широко расставив ноги. По его сжатым кулакам с заметными наростами, можно было сделать выводы, что он постоянно тренируется.

– Влад, скажи мне, только честно, где взял? – сдерживая себя, процедил Янбулатов, указательным пальцем пододвинув пачку зеленых, перетянутую резинкой и обернутую полиэтиленом.

– Не понял, – Мурзич не знал, как реагировать, он на мгновение застыл от неожиданности.

Лицо Янбулатова побагровело.

– Я говорю деньги, которые пропали у меня, нашли у тебя в комнате. Понимаешь? Где остальные? – Янбулатов говорил медленно, громко, деля слова на слоги.

– Я, да вы что, Чингиз Русланович?! Не брал я, ей Богу, не брал, – в глазах внезапно появился ужас, исказивший лицо.

Янбулатов вскочил и подбежал к нему, ругаясь, угрожая и сильно размахивая руками, его голос задрожал как предгрозовые раскаты.

– Постойте, Чингиз Русланович, вина вашего работника еще не доказана и вполне вероятно, что парень прав и что, ему могли просто подкинуть деньги, сами понимаете.

Янбулатов Светлану, которая вышла из соседней комнаты, уже не слышал.

Реакция Владислава оказалась непредсказуемой, он как-то сразу весь скис и смолк, мгновенно преобразившись. В его зеленых глазах появилась жуткая безысходность.

– Теперь выйди! Иди, отдыхай, пока! Мы во всем разберемся, и, если что-то не так… смотри у меня, за все ответишь – грозно бросил Янбулатов, глаз его нервно подрагивал.

Владислав поплелся к выходу, закрыв за собой дверь.

– Не стоит все сейчас валить на парня, надо во всем внимательно разобраться, – неторопливо произнесла Скурыдина.

– Нет, нет, я не думаю, что Владислав совершил это преступление, но все равно надо тщательно проверить, каким образом у него появилась пачка зеленых. Возможно пытаясь, навести нас на ложный след, настоящий грабитель тем самым может оставить зацепку, – высказалась Надежда.

– Странно, – наконец Янбулатов немного остыл.

– Ничего странного здесь я не вижу, просто тот, кто украл, пытается навести нас по ложному следу, – негромким голосом проговорила Надежда.

– Так ведь у Владислава есть все основания совершить преступление. Возможности у него немалые. Он постоянно находится возле меня, у него всегда есть доступ в дом. Он ни у кого не вызывает никаких подозрений. Плюс деньги ему очень нужны, – размышлял вслух Чингиз Русланович.

– Деньги всем нужны, но не все преступники, – возразила Скурыдина.

Оставшееся время все трое большей частью молчали и задумчиво пили свежезаваренный кофе по-турецки. Чингиз Русланович заварил по всем правилам – в турке, на песке.

После разговора с Янбулатовым Надежда и Светлана сели в машину и отправились с задумчивыми лицами.

– Ты знаешь, Надя, в разговоре мне показалось, что Владислав говорит правду. Вряд ли человек, укравший деньги, допустит такую небрежность. Если только он не был слишком пьяным или сильно торопился.

– Это покажет дактилоскопия. Так-то оно так, но дело все в том, что вор может узнать о ходе расследования, вот этого бы не хотелось больше всего. Сама понимаешь почему, – Надежда кивнула.

Некоторое время они ехали молча. Каждый обрабатывал полученные сведения, пытаясь вывести хоть какую-то закономерность в этом запутанном деле. Версии выстраивались, но тут же разбивались, натыкаясь на противоречивые обстоятельства. Но их было так мало в океане вопросов, связанных с деньгами Янбулатова. Машина шла ровно, мягко, работал кондиционер, в салоне было тихо и прохладно.

– Дальше поступим так, я займусь Владиславом, а ты полученной сегодня информацией. Через два дня мы с тобой все обсудим, когда наработаем. Годится? – Надежда повернулась к Светлане.

– Думаю, что да, – мотнула головой Светлана.

Глава 4

Главный бухгалтер

Надежда и Светлана побывали во втором офисе, пообщались с исполнительным директором, Василием Николаевичем с обращающей на себя внимание фамилией – Сосиска. Это был упитанный мужчина лет сорока пяти, с открытой улыбкой, очень общительный и постоянно с кем-то разговаривал по телефонам – мобильному, городскому, внутреннему.

Пока Светлана его пытала своими научными приемами, Маевская незаметна взяла у него отпечатки пальцев. Затем Надежда целый час разговаривала с Василием Николаевичем о делах фирмы, затронули и взаимоотношения с Янбулатовым. Старания не прошли даром, Маевской удалось добыть кучу полезной информации, которую они вдвоем разгребали с раннего утра до поздней ночи.

Покорпев над материалами, обе убедились в том, что товарищ по фамилии Сосиска никакого отношения к похищению не имел. Василий Николаевич ничего не знал о случившемся. Сам Янбулатов его в свои планы относительно покупки не посвящал. После встречи Скурыдина поделилась с Маевской:

– Никакого смысла проверять его пальчики я не вижу. Для себя сделала однозначный вывод, что он здесь совершенно не при делах.

– Давай все же сделаем, вдруг … мне так будет спокойнее, когда на все вопросы я получу исчерпывающие ответы и убедительные доказательства. Я никогда ничего не принимаю на веру, мне всегда во всем надо убедиться самой, – настаивала Маевская.

– Знаешь, Надежда, ты хоть и не доверяешь психологии, но я тебе скажу так – иной раз можно сразу вычислить преступника. За этим будущее, и не надо тратить много времени и сил.

– И что ты скажешь в данном случае?

– Из всех, кого мне довелось видеть, нет ни одного, кто бы мог совершить эту кражу.

– Спасибо тебе, Светлана! Ты мне очень помогла!

– И тебе спасибо! Как раз я для своей книги набрала недостающий материал. Поеду ее доканчивать. Когда найдешь преступника, не забудь мне сообщить. Удачи тебе!

Прошло два дня.

За помощью Надежда обратилась к знакомым на старом месте работы. В криминалистической лаборатории ее хорошо помнили и Маевской не пришлось долго ждать. Обработка отпечатков пальцев лишь подтвердила, что кража была тщательно продуманной. Естественно, преступник работал в перчатках. Никаких посторонних отпечатков на сейфе, кроме Янбулатовских пальцев не обнаружили. На пачке, туго перетянутых долларов найдены отпечатки пальцев Янбулатова, и еще каких-то людей, но только не Владислава и тех, кто работал вместе с ним. Владислав Мурзич этих денег не видел до этого дня. В этом Светлана убедилась, поработав с телохранителем. Нигде не нашли отпечатков пальцев Василия Николаевича.

Надежда еще раз съездила в коттедж к Янбулатову и вернулась взволнованная и озабоченная. Бросив сумку, она присела в кресло, подложив правую ногу под себя, и прищурила глаза:

– Вот, что мне удалось выяснить. Владислав чуть ли не сошел с ума от испуга. Он все эти годы верно служил своему господину Янбулатову, и дорожил его жизнью, как самой большой святыней и готов был не задумываясь отдать жизнь за своего хозяина. А тут ему пришлось испытать на себе его презрительный взгляд, услышать несправедливые обвинения. Это оказалось выше его сил. Владислав служил в горячих точках, его психика пошатнулась еще там. Несмотря на блестящую физическую подготовку, Янбулатовский телохранитель оказался ранимым человеком. И здесь он не выдержал. Сорвался, стал слишком много пить. Янбулатов понял, что по отношению к Мурзичу совершил ошибку и предъявил ему необоснованное обвинение, но теперь вынужден расстаться. Владислава уже не переделать, он не просыхает – пьет каждый день. Да, страшно, наверное, испытать на себе гнев хозяина, – Маевская поделилась своими соображениями с подругой.

Светлана частенько гостила у Надежды, помогала ей и, наконец, накопила богатый материал для своей новой книги.

Надежда задумалась, ей стало жалко парня, который по чужой злой воле стал случайной жертвой.

– Слово хозяина равносильно приговору, который уже никто не сможет отменить, – Светлана выразительно посмотрела на подругу, которая уже поняла их ошибку.

Маевская напряженно о чем-то думала.

– Здесь целиком наша вина. Мне не нужно было все говорить Янбулатову, зря я показала зеленые. Отныне Янбулатова мы не станем посвящать в детали расследования, чтобы история с Владиславом больше не повторилась, – Маевская крепко сжала губы.

– Правильно. А я тем временем составила общую схему его дома. Все-таки как-то странно получается. Незаметно проникнуть к сейфу ну никак не возможно. Ведь в коттедже все просматривается, проверяется. А в комнатах постоянно находится прислуга, да еще и Янбулатовская собака, огромный серый дог, который часто бродит по комнатам, как какое-то ночное привидение, – согласилась Светлана.

Ничего интересного в этом банальном воровстве, по сути, не было, но что-то показалось Надежде каким-то неестественным. Может быть, из-за той кажущейся простоты, от которой она давно уже отвыкла, слишком все подозрительно гладко и ровно. У нее не было ничего, кроме внутреннего чувства, что искать надо в ближайшем окружении, проверяя всех подряд. Она знала, что временно надо отвлечься, заняться чем-то другим, а потом снова взяться за дело. Что ж, посмотрим пока все связи Янбулатова, подумала Маевская.

Надежда составила подробную биографию всех его родственников, начиная от бывшей супруги и кончая самыми дальними. За работой время летело незаметно, и, когда Надежда закончила работу с файлом, оказалось, что уже почти неделя прошла. Светлана тоже не спала, она работала в соседней комнате, сосредоточенно и тихо. Надежда, закончив свою часть на компьютере, принесла из кухни бутерброды с сыром и ветчиной и кофе. В третьем часу ночи Надежда сладко потянулась и выключила монитор компьютера. Глаза уже устали и покраснели.

Маевская, пригласив на время к себе Светлану, думала о том, что Алексею эта идея не понравится. Но она ошиблась. Хлебников лишь пожал плечами – раз тебе это нужно, никаких проблем я не вижу, места много, всем хватит. Да и кот с любопытством относился к новым людям в доме.

В двенадцать часов дня Маевская сидела за столиком в кафе, дожидаясь главного бухгалтера – Михайлова Бориса Ивановича, с которым она договорилась встретиться, сославшись на Янбулатова.

На улице было прохладно.

Надежда уже доедала заказанное блюдо, когда перед ее глазами возник сутулый мужчина. Ей сильно хотелось есть, и она не стала ждать главного бухгалтера, который еще неизвестно когда появится и появится ли вообще.

Недовольно подняв глаза, она успела мысленно нелестно отозваться о главном бухгалтере Янбулатова, который опоздал на целых тридцать пять минут. Высокий, худощавый мужчина в старомодном сером плаще и кепке извинился, неуклюже подсаживаясь напротив. Увидев молодую, симпатичную женщину, главный бухгалтер радостно улыбнулся. Надежда бросила короткий взгляд, перед ней молча застыл в ожидании, с длинными по современным меркам волосами, мужчина в очках. Он вцепился в большой портфель с двумя золотистыми замочками.

– Мне нужны финансовые сведения о вашем предприятии, все это с ведома вашего шефа, – на последнем слове она сделала ударение.

Обычно это действует.

– Да, я в курсе, он мне звонил. Вы получите то, что вас интересует, – ответил Борис Иванович, часто моргая.

Бухгалтер высморкнулся в платочке, извинился и сделал солидный заказ, чему Маевская немало удивилась – судя по всему ест он много, а выглядит таким худым, будто целыми днями сидит на строгой диете. Наверное, что-то не так со здоровьем.

Глядя на него, Надежда подумала – нервная это работа быть бухгалтером в наше время. Затем улыбнулась и прикрыла рот салфеткой. Она вспомнила, как недавно прочитала на каком-то сайте о том, что чаще всего в психушку попадают программисты и бухгалтеры. Михайлов не заметил улыбки.

Мужчина вытащил из портфеля тонкий серебристый ноутбук, раскрыл компьютер, включил, пальцы побежали над клавишами. Затем повернул и пододвинул ноутбук:

– Пожалуйста, смотрите, знакомьтесь.

– Нет, вы меня немножечко неправильно поняли. Я не собираюсь все это изучать в полевых условиях. Вы ведь можете сделать копию базы и дайте-ка я посмотрю версию программы. Вот, пожалуйста, сделайте сюда копию базы, – она протянула флешку.

Мужчина засуетился, вставил носитель, скопировал данные и вернул флешку.

– Держите, здесь копия базы в формате 1С. Только просьба после того, как все посмотрите, уничтожьте, пожалуйста, эту информацию, – бухгалтер выразительно посмотрел покрасневшими глазами.

У Маевской была знакомая, Елизавета Никитична Ястребова, которая прекрасно разбиралась в экономических вопросах. Надежда знала ее хорошо и доверяла. Ей она и собиралась показать базу, чтобы разобраться в финансовых тонкостях.

– Разумеется, я прекрасно все понимаю, можете совершенно не волноваться, – кивнула Надежда, пряча флешку в небольшую сумочку из коричневой кожи с тонкой бахромой.

– У Чингиза Руслановича были долги? – поинтересовалась Надежда.

– Нет, никогда, – встрепенулся главный бухгалтер.

– Хорошо, я вам очень признательна. Большое вам спасибо, и приятного вам аппетита, – она изобразила на лице милую дежурную улыбку, обдумывая следующий вопрос.

Михайлов кивнул и принялся энергично жевать, углубившись в свои мысли. Надежда, подумала, интересно, что представляет собой человек, который обслуживает информационную систему и задала этот вопрос Борису Ивановичу.

Михайлов не сразу поднял голову:

– Просто настоящее сокровище! Это специалист высокого класса!

Маевская углубилась в размышления и через несколько минут опять оторвала бухгалтера от важного процесса:

– А злостные должники у Янбулатова были?

– Нет, – не задумываясь, ответил он, продолжая жевать кусочек мяса.

– Неправда, – возразила она укоризненно.

– Почему вы так считаете? – оторвался от еды бухгалтер.

– А Евгений Александрович Белов?

– Это личное и по официальным документам товарищ Белов у нас не проходит, – честно признался он, запустив вилку в тарелку.

– Извините, вам хорошо платят? – Надежда не давала проголодавшемуся бухгалтеру сосредоточиться на еде.

– Зарплата достаточная, чтобы работать с полной отдачей и не думать о других жизненных проблемах, – Михайлов поднял голову, посмотрел по сторонам и опять уткнулся в тарелку.

– Так вы можете мне сказать несколько слов о Белове?

– Владелец оптовой фирмы. Вы правы, он должен Янбулатову много денег, сейчас у него далеко не лучшие времена и он пока не в состоянии вернуть долг. Но у меня есть все основания полагать, что с ним никаких проблем не будет. В целом это порядочный человек, и слово свое он держит. Деньги он отдаст и на преступление Белов вряд ли бы пошел. Не из того теста сделан. Вот и все, – главный бухгалтер протер губы салфеткой.

– А у вас в офисе все пользуются портативными компьютерами? – продолжала допытываться Надежда.

– Нет, нет, что вы. У нас обычные системники, мониторы, а это мой домашний компьютер. Там у меня обычно хранится текстовая и правовая информация, и еще я им пользуюсь для отправки и приема электронной почты. На него я сегодня полдня потратил, чтобы установить такую же программу бухучета, как и на моем рабочем компьютере. Соответственно надо было и базу скопировать, установить. В итоге вот провозился, извините, что так задержался, не сразу все получилось. Хотя когда-то я проделывал такую установку, но это было давно.

– Понятное дело, всякое бывает.

– Привыкли, что все за нас делает Дима. Наш бывший системный администратор. Он у нас недавно уволился, и, сами понимаете, что мне пришлось все делать самому. Знаете всегда надо уметь все делать своими руками, – главный бухгалтер закончил с едой и принялся за апельсиновый фреш.

Маевская подумала, что при таком аппетите он должен был быть в два раза толще.

– Все правильно, хороший специалист всегда в цене и ищет место, где больше платят, – как бы невзначай произнесла Надежда, внимательно следя за реакцией главного бухгалтера.

Михайлов принадлежал к тому типу людей, на лице которых всегда отражалась их реакция на события.

– Не то слово, сейчас от программистов и системщиков зависит многое. Без них теперь никуда, если правильно подобрано оборудование и настроены программы – прямая экономия времени, а значит хорошая производительность, высокая отдача. В нашем деле главное опередить конкурентов, в этом и состоит весь успех – первый всегда в плюсе. Дима видимо нашел место получше, и уволился.

– Благодарю за помощь, – Надежда посмотрела на него с улыбкой.

– Просто я сделал то, что мне сказал босс, не более того. Всего доброго, – пожал узенькими плечами главный бухгалтер.

– До свиданья.

Они вышли на улицу, где удушливо пахло выхлопными газами и гарью, и медленно разошлись в разные стороны, каждый к своему автомобилю. Надежда захлопнула дверцу машины и долго не заводила двигатель. В зеркале заднего обзора она увидела главного бухгалтера, садившегося в красный хетчбек.

Вечер плавно переходил в ночь. Алексей сидел за столом и ломал голову над тем, куда исчезла Надежда. Они договорились встретиться в шесть часов вечера и сходить на выставку. Но ее не было ни в шесть, ни в семь, ни в восемь. Хлебников нервничал, в голову полезли разные мысли. На звонки она не отвечала. Наконец в двенадцатом часу она вошла, уставшая и разбитая.

– Надя, это ты? Я тебя не узнал!

Алексей смотрел на жену и не понимал, что в ней не так. Внешность его удивила – волосы собраны, на лице явный перебор с косметикой, очки, одежда, которая на ней болталась, дурацкий платок на шее.

– Слава Богу, а я уже думал, что с тобой что-то случилось, Надя, – уныло проговорил он.

– Понимаю, но я сегодня встретилась с тем самым Владиславом, бывшим Янбулатовским телохранителем.

– Который Мурзич?

– Да. Оказывается, он сейчас живет у себя на даче. А телефон я случайно перевала в режим полета, вернее он сам как-то переключился, видимо в суете на что-то нажала, – тяжело выдохнула Маевская.

– Так, так, это уже становится интересным, – Алексей повесил ее куртку бежевого цвета на вешалку.

От куртки пахло сигаретами и алкоголем.

– Интересного здесь мало. Я представилась соседкой и попросила спичек. Он сразу протянул мне коробок, и, смутившись, попросил денег на пузырь, в долг. Клялся, что все отдаст до копейки, вскопает огород, дров наколет.

– Ну и…

– Я дошла до ларька, купила ему бутылку и две консервные банки. Ты не представляешь, как его глаза заблестели. Он готов был меня расцеловать. Мигом откупорил бутылку, вскрыл скумбрию. Сбегал в дом и отыскал там кусок черного хлеба, несколько огурцов и помидоры. В общем, разговор получился. Ему нужно было с кем-то поделиться.

– Хороша компания, – покачал головой Алексей.

– Да, пришлось с ним выпить на лавке перед домом. Уж очень он себя неловко чувствовал – пить в одиночку ему не хотелось, ну и для поддержки беседы так сказать…

– Ясно, а дальше…

– А дальше язык у него совсем развязался. Почти десять лет он верою и правдою, служил своему хозяину – Янбулатову, как пес преданный. Не раз спасал его в разных передрягах. Как телохранитель, он жил у Чингиза Руслановича, тот ему выделил комнату в специальной постройке рядом со строением, где находится его охрана. Так получилось, что он лишился своей двухкомнатной квартиры, но у Владислава оставалась еще дача. Наткнулся он тогда на мошенников высшей квалификации и ничего не смог поделать. А тут очень удачно подвернулся Янбулатов с заманчивым предложением. Хозяин его никогда не обижал, платил вовремя, для человека его круга вполне прилично, кроме того, подкармливал, и еще по праздникам презент выдавал, бутылку хорошего коньяка и сухой паек из вкусностей разных. Владислав вспоминал те дни, как самые лучшие в своей жизни. Он понимал, что два раза судьба не улыбается, доживать ему остаток жизни в нищете. Он не мог понять, что Янбулатов не ясновидящий, что от ошибок и случайностей никто не застрахован. Владислав отдавал себе отчет в том, что пьяный мужик – уже не работник, но ничего поделать с собой не мог. Во время беседы он ни разу слова плохого не сказал в адрес своего хозяина. Янбулатова он никогда не обманывал и всегда выполнял все его распоряжения точно и в срок.

– Как же насчет денег. Выходит, охраннику их просто подкинули?

– Ты знаешь, Алексей, не брал он денег. Это я тебе скажу без каких-либо сомнений. Подсказывает мне интуиция, что Владислав не имеет к этому делу ни малейшего отношения.

– Что же он думает делать дальше?

– Я задала ему этот же вопрос. Он рассмеялся, взял мою руку, крепко сжал, ее, сказав, что в этой жизни я не видела ничего, и век бы мне еще не видать, того, что ему пришлось пережить. В Афгане ему приказали расстрелять своих же раненых ребят, чтобы не брать их с собой, оставлять не хотели по простой причине – их могли пытать душманы, взяв в плен. Тогда он развернул автомат и пустил очередь в офицеров, убив майора и капитана. Двоих раненых он нес на себе больше двух километров, пока их не взяли духи. В плену один погиб, двоим же удалось бежать. На кой хрен ему работа, деньги, когда нет у него ни семьи, ни интересов. А главное нет вообще никакого смысла в этой дурацкой жизни. На бутылку он себе всегда заработает и так. Кому огород перекопать, кому машину разгрузить. Ты знаешь, мне его действительно жаль, такой сильный мужик и ничего не может изменить в этой жизни.

– Как же тогда у него оказались эти зеленые бумажки? – Алексей задумчиво посмотрел куда-то в сторону.

– Хм, если б я знала. Но он мне кое-что рассказал. Вот список автомашин, которые приезжали к Янбулатову за последние два месяца, то есть в период, когда у хозяина исчезли деньги. Владислав их помнит наизусть. Самой последней была престижная иномарка красного цвета, вот номера, – Надежда протянула ему клочок скомканной бумаги.

– А ты молодчина, серьезно копаешь, есть будешь или…

– После водочки, я бы хорошего чаю выпила, – рассмеялась она, перебив мужа.

– Сушняк-с мучает, – пошутил Алексей, прищурив глаза.

– Он, собака, – сморщив нос, виновато призналась Надежда.

Они прошли на кухню, где вкусно пахло выпечкой. Алексей пояснил – это Маша постаралась. Надежда невероятно уставшая, уселась возле окна и облокотилась на подоконник. Александр заварил крепкий ароматный чай.

– Ты молодец, всегда в отличной форме, что-то я устала здорово, и спать хочется ужасно, – произнесла она зевая.

– Зато свое дело ты сделала на пятерку. На завтра у тебя какие планы, может, отдохнешь?

– Может и отдохнула бы, но некогда. Завтра я собираюсь встречаться с Беловым.

– А это кто?

– Должник. Он должен Чингизу крупную сумму.

Давно уже у нее не было такого настроения. И дело даже не столько в том, что оно было хорошим, сколько в том, что оно было немного приподнятым и каким-то радостным постоянно. Прежде оно часто портилось через полтора-два часа, если что-то не получалось, а сейчас устойчиво держалось. Хотя никаких видимых причин для радости не было, но на душе было умиротворенно и спокойно. Надежда понимала, что Хлебников прилагал немало усилий, чтобы ей было комфортно во всем.

Глава 5

Белов

В семь часов утра Надежда проснулась от доносившихся из соседней комнаты звуков. Супруг был уже на ногах. Спала она всегда очень чутко. Любой шорох или шум мог ее сразу разбудить, особенно если ей грозила опасность. Но в этом огромном доме, рядом с Алексеем, она себя чувствовала себя, как за каменной стеной.

Хлебников старался соблюдать тишину, ходил осторожно, но перестарался. Приготовил себе завтрак, сегодня ему надо было пораньше ехать в галерею, чтобы обсудить предстоящую работу. Когда начал мыть посуду, тарелка упала и разбилась. Хлебников наклонился, чтобы собрать осколки, боком задел рукоятку ковша, в котором готовил себе еду. Тяжелый ковшик с грохотом полетел на кафель, где оставил отметку о своем полете – плитка треснула по диагонали и от нее отскочил приличный кусок.

Вставать ей совершенно не хотелось, минуту назад она собиралась полежать еще часик, понежиться в мягкой и теплой постели. Спалось здесь прекрасно. Пришлось выбежать на кухню.

Увидев, что натворил Алексей, она улыбнулась, поцеловала его и вернулась в постель. Ей предстояла напряженная умственная работа, лежа думалось особенно продуктивно.

В голове вращались все те же вопросы, связанные с ограблением, ни о чем другом думать она не могла.

В половину десятого, когда окончательно устала от размышлений, она заставила себя встать и умыться. Как же она удивилась, увидев аппетитные горячие пирожки с мясом и вкусно приготовленный для нее завтрак на столе. Она мысленно поблагодарила Марию, такую заботливую и внимательную и пожелала ей успехов.

К делу приступила в половину одиннадцатого. Надежда могла работать до позднего вечера, и даже ночью. Многое ей было непонятно в деле Янбулатова, но одно она хорошо поняла – тот, кто пытается навести на ложный след буквально везде имеет свои глаза и уши. Почерк умного и опытного человека, к краже он готовился основательно.

Через день Елизавета Ястребова поделилась своими выводами относительно базы данных, которую Маевская заполучила у главного бухгалтера. Елизавета сделала вывод, что Янбулатов довольно успешно ведет дела, грамотно, профессионально. Надежда поблагодарила Елизавету Никитичну за проделанную работу. Собрав воедино всю информацию, она убедилась в том, что Янбулатов умеет работать, и любит, когда это делают другие. Его сотрудники довольны своей жизнью. Еще бы, судя по платежным ведомостям, они получают много по сравнению с другими фирмами и вряд ли пойдут против хозяина. Разумеется, сотрудники заинтересованы в стабильности и процветании родного предприятия. У фирмы через какие-то полгода или год, раскрываются блестящие перспективы. Янбулатов планировал основательно расширить сферу своей деятельности, что сулило внушительную прибыль. Работники это понимали и во всю старались.

В таком случае на данном этапе в поле зрения остается один только Белов Евгений Леонидович, который трижды посещал Янбулатова за последние два месяца. Ну что ж, будем ждать, подумала Маевская.

В половину двенадцатого ночи тишину разорвал звонок телефона.

– Добрый вечер, Надежда!

– Добрый, Чингиз, – звонкий, немного дрожащий, голос Янбулатова она узнала сразу.

– Извини меня за столь поздний звонок, но дело серьезное, касается моей жизни, – он понизил голос.

– Внимательно слушаю, – Надежда сосредоточилась.

– Я переслал по электронной почте закодированное сообщение. Код я вышлю через СМС.

– Хорошо, я сейчас же посмотрю, – ответила она, не опуская трубки.

Надежда торопливо пересела за компьютер. На экране всплыл текст послания, которое получил Янбулатов два часа назад. «Забудь о деньгах, прикажи своим людям, чтобы они немедленно прекратили расследование или ты будешь заказан. Иначе тебя грохнут. Это произойдет в любом случае, если ты не отменишь своего решения».

Ей стало не по себе от такой наглости преступника, цинично диктующего свои условия, вместо того чтобы притихнуть и исчезнуть. С минуту она сидела, размышляя, затем ответила в телефонную трубку:

– Чингиз Русланович, я думаю, что это действительно серьезно, надо усилить охрану. При этом никуда желательно не отлучаться, особенно в одиночку. Он, вероятно, все прослушивает и опережает нас на шаг, – Надежда пыталась представить себе состояние Янбулатова, которое оставляло желать лучшего.

– Признаюсь, теперь я уже действительно боюсь. Какой бы не была надежной охрана, всегда найдутся способы. Мой разум закипает от бессилия и неопределенности, что-то сломался я, – его голос звучал придавлено.

– Тот, кто похитил деньги, несомненно, в курсе того, что ведется расследование, – осторожно проговорила Надежда.

– Но я не думаю, что надо из-за этого прекращать его. Надо продолжать жить и работать, как прежде, только не стоит забывать и о собственной безопасности. Если понадобятся люди, охрана, я обязательно помогу, – хрипловатым голосом ответил Янбулатов.

– Постараюсь, я все прекрасно понимаю. Мне необходимо еще раз, теперь уже предельно внимательно осмотреть дом. Желательно не волноваться, страх плохой помощник. Надеюсь, что все будет хорошо, – решительно заявила она.