Утро понедельника началось с того, что после весёлых выходных, я решила не идти на пары и хорошенько за день отоспаться. Прогулы стали неотъемлемой частью моей учёбы. Другого человека давно бы выгнали из колледжа пинком под зад, но только не меня. Деньги отца решали любую проблему.
Мой отец владелец крупной компании. У него деньги, как говорится, куры не клюют. У меня есть всё, о чём другие только могут мечтать, кроме любви, заботы и ласки. Банально, но я обделена самыми обычными человеческими чувствами. Отец живёт только своей работой, а когда он не работает, то либо играет в казино, либо проводит время в обществе женщины, каждый раз новой. Мать тоже особо не горевала из-за постоянных измен отца и быстро нашла утешение в руках нашего садовника. А через полгода подала на развод, требуя половину имущества. На что она рассчитывала? У отца были лучшие адвокаты и связи буквально повсюду. Он дал ей пару миллионов и выставил за порог. Так закончился их развод. Мать живёт в Италии, у неё сейчас двое детей. А я как говорится, осталась за бортом. Отец компенсировал отсутствие любви и заботы дорогими подарками, спа салонами и постоянными наличными. И вроде бы всё не плохо, наверное…
Звонок. Звонил мой мобильный.
– Ну, кого там принесло? – простонала я, пытаясь разлепить тяжёлые, словно свинцом налитые веки. – Такой сон испорчен!
Мне снился чудесный сон. Я была принцессой в прекрасном летящем платье цвета свежей розы. У меня был свой замок, кучи слуг и поданных. В моём замке как раз проходил бал, и я кружилась под музыку вместе с молодым аристократом. Он был хорош собою с безупречными манерами и самой восхитительной в мире улыбкой. После танца мы пошли с ним в милую укромную беседку, подальше от чужих глаз. Там мужчина читал мне стихи и восхищался моей красотой. А когда этот красавчик присев на одно колено, сделал мне предложение, меня разбудил, этот чёртов звонок!
Нащупав рукой, ненавистный мне в данный момент гаджет, я поднесла его к уху. Даже не посмотрев, кто же звонил мне в такую рань.
– Алло, – от накрывшей зевоты, у меня едва не свело челюсть.
– Привет, киска ты ещё в кроватке?
От этого голоса я тут же проснулась, словно меня окатили холодной водой из ведра, и моя улыбка расползлась на пол-лица. Мне звонил, сам Дик Харрингтон, самый крутой и красивый парень, который учился в моём колледже. Я грезила о нём больше года, пока в один «прекрасный» день не опрокинула на него стакан с кофе, благо он был уже остывшим. В тот момент мои мечты об этом парне и нашем с ним будущем, сдулись, как воздушный шарик. Мне казалось, что после такой выходки он пошлёт меня куда подальше, если не хуже. Но Дика такая ситуация лишь позабавила и он попросил мой номер, на глазах у всей столовой. Какой же я в тот момент была счастливой!
Вот только с того дня прошёл почти месяц. Я уже перестала проверять свой телефон каждые две минуты и надеяться на что-то.
И о чудо, звонок от Дика. Он не забыл обо мне! А что я? Зеваю ему в трубку…
– Привет, Дик, – это приветствие было сказано самым приятным голосом из моего арсенала голосов.
– Эм-м-м крошка напомни своё имя?
Любая девушка после такой фразы послала бы парня к чёртовой матери или ещё куда подальше, но не я. Это же был не простой парень, а Дик Харрингтон. Моя мечта!
– Я Алексина.
– А-а-а точно, прости крошка. Имя твоё больно…длинное. Отсыпаешься после вчерашней тусовки?
Да уж вечеринка вчера удалась на славу. Море алкоголя, громкая музыка и полная безнаказанность. В том, что родителям на тебя плевать есть свои плюсы, например, возможность прийти под утро и вместо учёбы завалиться в кровать. Никто и слова не скажет.
– Да, – я шумно рассмеялась. – Не было сил идти на пары.
– Я тоже хотел прогулять, но как назло мамка решила меня сегодня подвезти до колледжа, а стоило выйти из машины, так тут же нарвался на мистера «Большое Ухо». Пришлось идти на пары.
Мистером «Большое Ухо» мы называли нашего преподавателя по анатомии. Почему ухо? Потому что этот гад всегда всё слышал и был в курсе всех событий, а потом доносил ректору. Нам часто попадало из-за него.
– Не повезло, – искренне посочувствовала я ему.
– Да ещё одну пару отсижу и свалю. Кстати, ты сегодня занята?
Моё сердце забилось чаще. Дик явно, не просто так спрашивал. Неужели позовёт на свидание?
– Нет, абсолютно свободна, – я еле сдерживала радость.
– Давай встретимся в закусочной «У Джо» на шестой улице? Перекусим, а потом пойдём ко мне. Фильм посмотрим.
Фильм посмотрим, чайку попьём. Как часто мужчины и женщины завлекали такими фразами заинтересовавших их людей к себе домой? Только до чая или фильма дело редко доходило. Я была уже немаленькой девочкой и понимала, что под этим фильмом подразумевалось.
– Ну, так что Алексина? Ты придёшь?
Он запомнил моё имя!
– Я да, да конечно.
– Ну, тогда до встречи. Я тебе после пары напишу. Целую, киска.
Дик сбросил, а я осталась лежать на кровати, прижимая телефон к груди. Моя фантазия рисовала в голове яркие и красивые картины нашего счастливого с ним будущего.
А потом ко мне пришло осознание того, что мне осталось меньше часа, чтобы собраться.
Я тут же вскочила с кровати и начала суетиться. Дала указание домработнице погладить платье и сделать мне цитрусовый фреш. Потом наспех приняла душ и накрасилась. Волосы укладывать было уже некогда, поэтому просто причесала их и сбрызнула лаком, для объёма. Допивая свой фреш, приказала водителю подогнать машину к входу. Нацепив на себя все красивые, а главное дорогие украшения я влезла в туфли на длинной шпильке и, взглянув на себя в зеркало, схватила сумочку и поспешила на улицу.
До закусочной оставалось ехать не более пяти минут, когда мне вдруг позвонил отец. Это меня удивило и насторожило. Он редко мне звонил и всегда по делу.
– Привет, пап, – сказала я, как обычно, без особого энтузиазма.
– Здравствуй, милая, я всего на минутку.
«Ну кто бы сомневался?!»
На большее у него, никогда не было времени.
– Сегодня к нам на ужин придёт Лейла.
– Ну, па-а-ап…
– Не папкай. Будь дома к семи часам и веди себя на этот раз повежливее, а иначе я сокращу твои карманные расходы.
Около месяца назад отец познакомился с женщиной по имени Лейла. Ну как с женщиной…. Она мне в старшие сёстры годится. У них разница с отцом в двадцать шесть лет. И теперь почти каждую неделю эта Лейла приходит к нам на ужин типа пообщаться со мной, наладить контакты. На самом деле они планируют её переезд к нам. Я успела подслушать их шушуканье, пока меня не обнаружила домработница. Если отцу сейчас на меня плевать то, что будет, когда эта Лейла переедет к нам?
– У меня на сегодня планы, – начала я.
– Так отложи их, – грубо перебил меня отец. – Разве я о многом тебя прошу?
– Ладно, – сдалась, понимая, что с отцом спорить бесполезно. Всё равно будет так, как он захочет.
– Вот и славно. Не опаздывай.
– Пап подожди. – Ты не решил ещё насчёт моего выпускного? Может, всё-таки придёшь?
Я знала ответ, но всё равно надеялась услышать обратное. В трубке послышался недовольный вздох.
– Я уже говорил тебе, что у меня не будет времени. Не вынуждай постоянно повторяться.
И он повесил трубку. Я бросила телефон на сиденье и заплакала. Водитель поинтересовался всё ли со мной в порядке, на что получил неуверенный кивок в ответ. А затем я стала поспешно приводить раскрасневшееся лицо в порядок. Дик скинул смс, что ждёт меня. Я велела водителю остановиться на другой стороне от закусочной, чтобы успеть слегка, освежить покрасневшие от слёз глаза.
Выйдя из машины, я почувствовала себя значительно лучше и не спеша пошла к пешеходному переходу. Но ещё издали мои глаза приметили что-то на дороге, что-то белое, маленькое, живое. Приближаясь, я поняла, что этим белым комочком был маленький котёнок. Малыш бегал по проезжей части, едва не попадая под колёса несущихся машин. Неизвестно, видели его водители или нет, но все они ехали мимо, не обращая внимания на крохотную жизнь, висевшую в данный момент на волоске. Светофор, как назло показывал красный, и на зелёный цвет переключаться не спешил. Котёнок уже сидел не шевелясь, может, устал, а может, страх сковал его хрупкое тельце. Внезапно послышался громкий рёв турбины, и на бешеной скорости выскочила спортивная машина. Котёнок не двигался, а этот урод гнал так, что и слона бы на дороге не заметил. Я всегда была добра к животным, любила и ценила их больше людей. Наверное, сказывалось воспитание и отсутствие любви со стороны родителей.
Чувство самосохранения покинуло меня. Я бросилась на проезжую часть, так быстро, насколько позволяли неудобные туфли. Мне удалось подбежать к малышу раньше автомобиля и даже успеть поднять его мягкое тельце. А затем послышался противный звук тормозов и трения шин об асфальт, а за ним последовал удар, который отнёс меня на несколько метров.
Последнее, что я помнила лёжа на асфальте это дикую боль во всём теле и людей суетившихся около меня. Повсюду были слышны крики. Одни пытались помочь, звонили в скорую помощь, говорили со мной, другие ругались с водителем и охали, ахали. Дышать с каждой секундой становилось всё тяжелее, дико хотелось спать. Из последних сил я приподняла руку и встретилась взглядом с зелёными напуганными глазками. Он мяукал и боялся, но был невредим.
«Боже, он в порядке, я спасла его…»
Это были мои последние мысли. А затем темнота…
Глава 1
Я проснулась оттого, что солнечные лучи вовсю танцевали на моём лице вальс. С трудом открыв отяжелевшие веки, я чуть не вскрикнула от неожиданности и осознание того, что лежу одна посреди какого-то леса. Приняв сидячую позу, вынула из волос пару жухлых листьев. В любой другой ситуации я была бы рада оказаться на такой поляне. Повсюду была нетронутая девственная трава, в воздухе витал аромат свежести и запах цветов, отовсюду доносились чириканье и пение птиц. Внезапно в голове всплыли последние фрагменты памяти и я, вскочив на ноги, стала себя оглядывать. Никаких синяков, ран или ушибов видно не было. Платье не порвано, туфли целые. Это был сон? Но что тогда я тут делаю? И вообще тут это где?
«Алексина не паникуй, просто позвони папе и вызови копов. Так, где мой телефон?»
Я осмотрела место, где лежала, но сумочки с мобильником нигде не было.
«А вот теперь можешь паниковать! Ты чёрт его знает где, да ещё и без связи!»
В голове пронеслись сотни мыслей и предположений. Я уже подумала и про похищение с целью наживы и про похищение с целью изнасилования, но ничего не сходилось. Моё тело было не тронуто, одежда в порядке, даже волосы не растрепались. Все мои украшения были на мне, хотя в данный момент я, не задумываясь, отдала бы их все, за один только телефонный звонок. Осознавая, что нахожусь в безвыходной ситуации мне не осталось ничего другого, как громко звать на помощь. Но ответом мне было лишь чириканье птиц, которых походу забавляли мои истошные вопли, так как они начинали чирикать ещё громче и дружнее.
– Да заткнитесь все! – крикнула я птицам. – Чего вы разорались? Был бы ещё толк от вашего крика!
Я пожалела, что не являюсь какой-нибудь Белоснежкой из сказки, чтобы призвать всех живых тварей, обитающих в лесу, конечно кроме змей и хищников, себе на помощь.
Поняв, что от криков нет никакого толку, к тому же голос начал заметно садится, я решила двинуться в какую-нибудь сторону в надежде выйти поскорее из этого леса в цивилизацию. Это оказалось не просто. Шпильки от туфель проваливались в землю и, из-за этого мне несколько раз лишь чудом удалось не оказаться носом в земле. Я уже подумывала снять их, как вдруг из-за деревьев, позади меня, донёсся волчий вой. Походу мои крики были всё же услышаны, но теми, кого мне сейчас не хотелось бы видеть. Моё сердце ушло в пятки от страха, а под ложечкой засосало. В паре метров от меня были густые заросли, где можно было затаиться. Бросившись к ним, я потеряла по дороге свои туфли и, нырнув в кусты замерла, стараясь не дышать. Лишь стук бьющегося от страха сердца мог сейчас выдать моё местоположение.
Через несколько секунд на поляну вышли два волка. Один из них был особенно крупным. Пока другой обнюхивал траву, этот осматривался. Внезапно он поднял голову и стал принюхиваться, а затем не спеша пошёл в сторону моих сброшенных туфель. Я понимала, что найти меня это вопрос нескольких секунд, поэтому осторожно попятилась назад. Волк обнюхал туфли и посмотрел в мою сторону так, словно видел меня, и не было кустов разделяющих нас. Я машинально сделала шаг назад и не найдя опоры полетела вниз с косогора. Упав на землю, моё тело неестественно выгнулось от резкой боли, окутавшей его. Особенно сильно пострадала голова. Мир потихоньку начал меркнуть, и перед тем как окончательно потерять сознание, я увидела огромную морду волка, что смотрела на меня сверху вниз.
***
Что это? Река? Озеро? Я стояла в нём обнаженная, и вода доходила мне до пояса. Повсюду летали мотыльки и светлячки, а от озера исходило свечение, озаряя всё вокруг. Я слышала голос, но не понимала слов, как будто говорили на неизвестном мне диалекте. Меня погружали в воду с головой и …
***
– Эй, проснись?
Резко открыв глаза, я увидела над собой лицо молодой девушки, с веснушками и необычной формой ушей.
– Ну, наконец-то! Долго же ты спала, – прокричала она. – Не уходи никуда, я сейчас позову хранительницу.
С этими словами девушка выскочила из палатки. Стоп! Палатки? Я резко поднялась на ноги и начала нервно осматриваться вокруг.
На палатку это сооружение было не особо похоже, больше напоминало навес, державшийся на палках. На земле была самодельная лежанка из листьев и травы, на которой ещё минуту назад лежала я. В углу стояли какие-то ящики с горшками и кувшинами. Осмотрев интерьер, принялась разглядывать себя. Мои руки были покрыты ссадинами и ранками, кое-где запеклась кровь, пара ногтей сломано. На мне было надето какое-то старое длинное платье. Кто-то снял с меня дорогие украшения.
«Ну, всё попала! Теперь меня точно похитили, ограбили и отправили в секту любителей природы и свежего воздуха!»
В палатку вбежала та рыжая девушка, а следом за ней опираясь на посох, зашла пожилая женщина. У обоих были странные уши, как у героев из сказок.
– Где мои вещи? – прошипела я, испепеляя их взглядом.
Было странно, что в данной ситуации это был первый, интересующий меня вопрос.
– Успокойся дитя, – начала женщина.
– Спрашиваю ещё раз! Где мои вещи и украшения? – я встала, уперев руки в бока.
Рыжая девушка вышла вперёд.
– Не смей так разговаривать с хранительницей! – она злобно посмотрела на меня, слегка поправляя свои растрёпанные волосы. – А вообще твои побрякушки рядом с кроватью. Никому они и даром не нужны!
– С кроватью? Ты имеешь в виду это? – я брезгливо кивнула в сторону лежанки.
Женщина положила ей руку на плечо, от чего Рыжая смягчилась и отошла в сторону. А я нагнулась к небольшому ящичку стоящему рядом с лежанкой. Внутри действительно лежали все мои украшения. Ушастая не обманула.
– Зачем меня переодели? И где моё платье? – я сжимала ящичек в руках, как какую-то святыню.
– А вот твоё платье пошло на тряпки, – с усмешкой сказала Рыжая.
– Что ты сказала? – во мне начал закипать гнев. Не будь в этом ящичке моих украшений, я бы швырнула его ей в голову.
– А что? Чинить там было нечего. Оно не пережило твоего падения.
– Лайя, – мягко сказала женщина. – Не дави на неё. Малышке и так сильно досталось.
Я смотрела на обстановку вокруг меня, на этих двух в непонятных нарядах со странными ушами и не могла понять что происходит.
– Вы косплееры? – вырвалось у меня. – Я что попала на сходку анимешников и игроманов? Если так, то я даю вам по десять баллов за костюмы, особенно за уши. Уж больно убедительными они выглядят. А вообще можно мне позвонить?
Пожилая молчала, а Рыжая смотрела на меня, как на дурочку.
– Я говорю, телефон можете дать? Мне надо позвонить.
– Что она несёт хранительница? Митра все такие странные? – спросила Рыжая у пожилой женщины.
Эта остановка давила мне на нервы. Начинало казаться, что я действительно какая-то больная на голову, которая не понимала очевидных вещей.
Женщина с лаской посмотрела на неё, посильнее облокотившись на свой посох.
– Она не обычная митра, Лайя. Совершенная, не отсюда.
– Как Капеллан? – с удивлением спросила Рыжая.
Женщина коротко кивнула, а та посмотрела на меня с восхищением. Я же для себя сделала выводы, что надо поскорее делать ноги. Либо они чокнутые, либо под веществами. Проверять мне не хотелось.
– Ладно, сдаюсь, – сказала я с глупой улыбкой. – Просто скажите, в какой стороне шоссе и я, пожалуй, пойду.
– Как тебя зовут дитя? – спросила пожилая женщина.
– Немного поздновато для знакомства. Алексина.
– Красивое имя. Меня зовут Амина и я хранительница этого клана. Ты можешь звать меня по имени. Это Лайя, – она махнула в сторону Рыжей. – Между прочим именно ей и Рэндвелу ты должна быть благодарна за своё спасение.
– Ага, – согласилась Рыжая с грустью. – В кое то веки сумела вытащить Рэндвела на прогулку, а вместо объятий и поцелуев мы наткнулись на твоё бездыханное тело и волков.
Волки, точно волки! Я же была на волоске от смерти! Значит, это был не сон.
– У меня не было в планах мешать вашему свиданию, – усмехнулась я. – Кстати, а что стало с волками?
– Рэндвелу пришлось убить их, – с сожалением сказала Рыжая. – Вообще волки трусливы по природе. Их чуть шуганёшь и они врассыпную, но не в этот раз. За тебя они бились до последнего.
– Да милая, – сказала Амина. – Тебе очень повезло, что Лайя и Рэндвел оказались поблизости. Ещё успеешь поблагодарить их, а пока пойдём, мне о многом нужно тебе рассказать. Времени осталось мало.
Она пошла к выходу, а я так и осталась стоять с открытым ртом.
«Что? О чём это она? Что значит, времени осталось мало? Мало до чего?»
Глава 2
Ничего не понимая, я выскочила вслед за Аминой на улицу и остолбенела глядя на происходящее вокруг. Мы находились на большой открытой местности. Повсюду стояли кучи подобных палаток. Сотни ушастых парней и девушек, женщин и мужчин, детей и пожилых сновали туда-сюда. Я слышала звуки удара молота о наковальню, до меня доносился запах свежего хлеба и сдобы. Вдалеке молодые парни стреляли из луков по мишеням, а напротив них стояла девушка и, судя по всему, подсчитывала результаты. Мимо меня прошли две женщины с огромными корзинами полными цветов.
«Ничего себе сходка! А они конкретно подготовились, я как будто в сказку попала!»
– Алексина, иди сюда, – послышался крик Рыжей.
И тут же сотни глаз устремились в мою сторону. Эти люди забыли, чем занимались секунду назад и сейчас с интересом разглядывали меня, как нечто экзотическое и редкое. Мне было некомфортно от этих взглядов. Я, опустив голову, всё также прижимая заветный ящичек к груди, быстрым шагом направилась к самой большой палатке, что здесь стояла.
Внутри кроме меня, Амины и Рыжей находились ещё несколько человек. Женщина и мужчина с посохами, и молодой парень, стоявший подальше ото всех.
– Подойди дитя, – мягко позвала меня Амина.
Всё происходящее вокруг уже начинало бесить. У меня жутко разболелась голова, и мне хотелось домой, а не смотреть и тем более участвовать в этом цирке. Я послушно подошла к ней, собираясь высказать всё, что об этом думала.
– Слушайте. Мне всё равно, чем вы тут занимаетесь, я просто хочу домой. У вас есть телефон? Здесь целая толпа народа, у кого-то точно должен быть мобильник. Дайте мне позвонить!
Мой голос звучал грозно и властно. Я уже не знала, как мне достучаться до них.
– Дитя, у нас нет того, что ты хочешь, – всё так же ласково ответила Амина. – Для начала давайте все присядем, разговор нас ждёт долгий.
Мне многого хотелось в данный момент, но в этот список слово «присядем», явно не входило.
– Не хочу сидеть и не хочу разговаривать, – я была на взводе. – Я хочу домой!
– Ты когда-нибудь молчишь? – внезапно подал голос парень, стоявший вдалеке. – Ты здесь всего пару минут, а уже всех достала!
Я бросила на него недовольный взгляд. Он же в свою очередь высокомерно и с какой-то издёвкой посмотрел в ответ. В его зелёных глазах читалось осуждение и презрение по отношению ко мне.
– Ты вообще кто такой, чтобы меня оскорблять? – мой голос на удивление прозвучал жалостно, хотя я старалась придать ему больше уверенности.
– Я кто такой?! Это ты кто такая?! Может в своём мире ты что-то из себя и представляла, но здесь ты никто и звать тебя никак. На твоём месте я бы прикусил язык, пока не отрезали.
Мне стало до слёз обидно. К такому повороту я была не готова и даже не нашла, что ему ответить.
– Тише дети, – сказала Амина. – Я как старшая здесь требую к себе уважения и прошу всех сесть.
Её голос был мягким и в то же время твёрдым.
– Я постою, – ответил парень. – Если вы не против, хранительница, – поспешно добавил он.
Лёгкая улыбка слегка коснулась его сжатых губ.
– Не против, – улыбнулась Амина, присаживаясь на стул. – Кстати это Рэндвел, – сказала она, указав на него. – Он спас тебе жизнь, Алексина.
Все начали рассаживаться на стулья, вокруг небольшого деревянного стола, а мне в этот момент стало безумно стыдно. Я умудрилась при первой же встрече наехать на человека, которому была обязана жизнью, вместо того что поблагодарить его. А сейчас для благодарности был не лучший момент, поэтому мне ничего не оставалось, как молча усесться на стул рядом с Рыжей.
– Дитя, – начала Амина. – Рядом со мной по левую руку сидит Гернезиус, – это был мужчина с посохом средних лет. При упоминании своего имени он коротко кивнул. – А по правую руку Мавелин, – женщина с посохом была ненамного моложе Амины и также кивнула, когда та произнесла её имя.
– Итак, как я уже говорила наша Алексина не просто митра, она совершенная. Такая же, как Капеллан и многие другие до него.
– Когда я впервые услышал о Капеллане, то был ещё совсем юнцом, – сказал Гернезиус. – Так много лет прошло с того момента. Не думал, что встречу ещё одного совершенного.
Амина посмотрела на меня и улыбнулась. Я же в свою очередь не поняла ничего из того о чём они сейчас говорили.
– Я думаю, что девка не понимает того, что вы ей рассказываете. Нужно говорить на её языке, – внезапно высказался молодой парень.
– Рэндвел! – мягко прикрикнула на него Амина. – Не девка, а девушка. Милый мой мальчик, не забывай о приличиях.
Вот чего, а приличий ему явно не хватало. Хотя их отсутствие не мешало Рыжей пожирать его глазами вместе с одеждой. Как бы ей не подавиться. Я невольно отметила про себя, что он был довольно красивым парнем. Высокий, стройный, с белыми, как снег волосами и зелёными яркими глазами. Поймав на себе мой взгляд, он поспешно опустил голову, а я отвернулась и посмотрела на Амину, словно и не смотрела в его сторону секунду назад.
– Митра, так мы называем людей, – пояснила Мавелин глядя на меня. – Совершенные, это люди, которые попадают из своего мира в наш мир. Капеллан был таким же, как ты дитя. Тоже из твоего мира.
– Так стоп, пожалуйста, – я вмешалась, так как моя голова отказывалась принимать тот бред, что они говорили. – Если я человек, как вы по-другому называете митра, то вы тогда кто? И что насчёт мира? Ваш, наш, я не понимаю.
– Мы эльфийский народ, – гордо ответила Рыжая глядя мне в глаза и улыбаясь. – Или эльфы. Хотя митра предпочитают называть нас остроухими или ушастыми.
– Наверное, потому, что вы без конца называете их митра, а не людьми, – съязвила я в ответ.
Рэндвел усмехнулся, а Рыжая недовольно отвела взгляд. Понемногу до меня стало доходить осознание того, что они мне не врут. Что я действительно далеко от дома и люди, сидящие рядом, вовсе не косплееры, а реальные люди, или эльфы, как они себя называли. И от этого становилось страшно.
– Как я оказалась здесь? И здесь это где? – я решила больше не спорить и дать им возможность мне всё объяснить. Разложить по полочкам, так сказать.
– Есть два мира, – начала Амина. – Ваш мир и наш. Вместе они существуют, не мешая друг другу. Но иногда людей из вашего мира заносит к нам волшебной силой источника. Это всегда необычные люди, особенные. Те, кто пожертвовал своей жизнью ради другого. Источник даёт им второй шанс, но только уже здесь, в нашем мире.
– Значит, – я запнулась. – Значит, я всё-таки умерла…
Это был не сон. Я действительно умерла там, на дороге, спасая котёнка. Отдала свою жизнь взамен его. И видимо их волшебный источник счёл меня достойной, раз перенёс сюда, в этот мир.
– Как же мне вернуться назад? – я с мольбой посмотрела на сидящих за столом людей.
– Никак, – сухо ответила Рыжая. – Твоё место здесь. Ты должна быть благодарна за эту возможность.
Она говорила эти слова так просто, ей то было всё равно. Это моя жизнь летела ко всем чертям.
– Но что будет с моими родными, друзьями?
Рэндвел подошёл к нам и сел на свободный стул рядом со мной.
– Об этом можешь не волноваться, – сказал он глядя мне в глаза. – В том мире тебя словно никогда и не было и никто не знает о твоём существовании. Ты и сама скоро забудешь о своей прошлой жизни.
Я чувствовала, что земля уходит из-под ног. По его глазам было видно, что он не шутил. Никто из них не шутил. Это всё было взаправду. Мне не вернуться домой и скоро я сама забуду о своей прежней жизни.
– Не хочу, – прошептала я, и слеза отчаяния скатилась по моей щеке.
– К своему сожалению ты не сможешь ничего с этим сделать. Давая таким, как ты второй шанс, источник забирает ваши воспоминания, чтобы вы могли начать жизнь с чистого листа. Живя прошлым, не обретёшь будущего. Поэтому скоро воспоминания начнут покидать тебя. Ты конечно будешь цепляться за них из последних сил, будешь временами даже что-то вспоминать, но лишь до того времени, пока не забудешь своё имя. Как только забудешь, прошлое покинет тебя навсегда, – Рэндвел говорил это таким спокойным тоном, словно рассказывал сказку на ночь.
Я уже не сдерживалась, и горячие слёзы вовсю текли по моим щекам.
– Успокойся, чего расхныкалась? – рассмеялась Рыжая. – Тебе здесь понравится. А через недельку мы отправим тебя в город, к таким же митра, как ты.
Меня как кипятком ошпарило. Что значит, отправят в город?
– Как отправите? Я не останусь тут?
Мавелин отрицательно покачала головой.
– Тебе нельзя дитя долго оставаться с нами. Эльфы по природе своей бессмертны. Мы не стареем и не умираем. Хотя в данный момент ты видишь среди нас эльфов в возрасте и пожилых, но это всё из-за влияния митра. Много веков, как они берут нас в рабство, наши женщины рожают от них полукровок, эльфам приходится жить среди людей. Чистота нашего рода нарушена. Сейчас даже проживая рядом с людьми, мы теряем свою бессмертность, дар, данный нам создателем. Поэтому тебе придётся уйти к другим митра и жить среди них. Я уверена, что там ты быстро приспособишься, и найдёшь себе работу.
– Работу? – крикнула я, вскакивая со стула. Ящичек, что так отчаянно сжимала, упал на землю, рассыпая всё содержимое. – Кем? Служанкой? Рабыней? Девочкой в борделе? Зачем ваш грёбаный источник послал меня сюда? Страдать? Признаюсь, мне и в своём мире жилось не так, как я того хотела, но это уже перебор. Зачем вы меня спасли? Ну, оставили бы там, в лесу. Почему вы не оставили меня там?!
Я выскочила из палатки вся в слезах и бросилась бежать. Мне было всё равно, что все пялились на меня, всё равно, что ногам было больно без обуви бежать по камням, и я разбивала их в кровь. Мне хотелось одного. Убежать, как можно дальше!
Но уже через десять минут я выдохлась и села на траву, поджимая колени к груди. Сердце стучало, лёгким не хватало воздуха, а глаза болели от слёз. Я закрыла их и сидела, слушая своё учащённое сердцебиение. Мне хотелось верить, что когда открою глаза, буду дома, а это всё окажется глупым сном. Но этого не случилось, я всё так же сидела, уткнувшись взглядом в колени.
Послышался негромкий кашель привлекающий внимание, от чего моё тело дёрнулось, едва не потеряв равновесие.
– Я настолько страшный? – спросил Рэндвел, опускаясь на землю передо мной.
– Н-н-нет, просто не слышала, как ты подошёл, – ответила я заикаясь.
– Так и нужно. Эльфы должны передвигаться бесшумно, чтобы застигать врагов врасплох. Это одна из причин, почему мы не носим обувь. А вот тебе она бы пригодилась, – кивнул он на мои кровоточащие ноги.
Я промолчала с грустью глядя на заснеженные горы, высота которых достигала облаков.
– Вообще-то, – сказал Рэндвел, нарушая тишину. – У тебя есть возможность вернуться домой. Только шансы ничтожно малы. Это сложный путь и никто его ещё не преодолел.
Подул ветерок и я поёжилась. Парень встал и подал мне руку.
– Пойдём назад. Там и расскажу.
Глава 3
Когда мы с Рэндвелом вернулись, нас уже ждали. На площади собрался, кажись весь их клан, который продолжал пожирать меня взглядом. К нам подошла счастливая Рыжая и взяла Рэндвела за руку.
– Вас долго не было, – сказала она, улыбаясь во весь рот. – Мы уже начали волноваться.
«Ну конечно Лайя, особенно ты, потому что объект твоего обожания был со мной. Ты наверняка вся извелась, пока ждала его! Можешь не волноваться за своего возлюбленного, меня дома ждёт другой. М-м-м, а как его звали? Не могу вспомнить. Ди…Ди…Дик, о боже Дик. Я начала забывать!»
Вперёд вышла хранительница, явно обеспокоенная. Все эльфы при ней расходились, пропуская её вперёд.
– Дитя, – вымученно улыбнулась Амина. – Тебе не стоит уходить одной, здесь легко потеряться, – она действительно переживала за меня, это было видно в её глазах.
Рэндвел освободившись из цепкой хватки Рыжей подошёл к хранительнице.
– Я хотел бы поговорить с вами о возвращении Алексины в её мир, – он говорил намеренно громко, чтобы слышали все. – Знаю, да и вы сами знаете, что у неё есть одна единственная возможность вернуться домой.
– Есть, – подтвердила хранительница.
– Есть? – крикнула я, сверля её взглядом. – Так какого чёрта вы не сказали мне о ней? Почему так со мной обошлись? Вам лучше, чтобы я осталась здесь? А не вернулась туда, где мне самое место!
Ещё немного и у меня началась бы самая настоящая истерика со слезами и криками.
– Не кричи, а то голова заболит, – сказал Рэндвел, как обычно, в своей манере. – Возможность действительно есть. Ты должна найти Хранителя источника. Только он сможет отправить тебя домой.
– И где мне его искать? – спросила я без особого энтузиазма, понимая, что на карте мне вряд ли покажут его местоположение.
– У источника, – вмешалась Рыжая.
«Спасибо мисс всезнайка, ты мне невероятно помогла! Теперь, то я точно без труда его разыщу. Он же прям тут, за углом, плещется в своём источнике!»
Я мысленно успела обозвать эту девушку разными словами.
– Никто не знает, где находится источник, – вмешалась Амина. – Это великая сила и она должна быть сокрыта от посторонних глаз, иначе кто-нибудь решит воспользоваться ей в корыстных целях. Но найти его всё-таки возможно. Для этого нужно пройти «путём Паломника» и поверь старой хранительнице, это не прогулка, а тяжёлое испытание. Поэтому я и решила не рассказывать о нём, чтобы уберечь тебя. Этим путём пошли тысячи, миллионы. Цели у всех были разные. Кто-то хотел богатства, кто-то любви, кто-то бессмертия, а кто-то и власти. Но никто не смог преодолеть этот путь и лишь немногие вернулись назад с пустыми руками.
Слушая её, мне снова хотелось плакать и выть от отчаяния. Всё тело сотрясала дрожь. Казалось, что ещё вчера моя жизнь была спокойной, неторопливой и размеренной. Меня ждал обед и возможно предстоящий акт любви с парнем, в которого я была влюблена на всю голову. А сейчас мне говорят, что в том мире меня как бы нет, и никто не знает о моём существовании. И если я вновь хочу увидеть Дика и папу, мне надо идти каким-то путём кого-то там, чтобы найти какого-то хранителя и вернуться домой. Сладкой вишенкой на торте является то, что не один смертный не смог этим самым путём пройти. Замечательно! Лучше не бывает!
И выбор у меня небольшой. Память уже начала подводить. Неизвестно сколько мне отведено времени на то чтобы всё забыть, даже имя. Поэтому выхода у меня всего два. Либо смириться, забыть всё и остаться тут, не зная каким местом повернётся судьба. Возможно, мне посчастливиться удачно выйти замуж за какого-нибудь красавца принца. Он увезёт меня в свой роскошный замок, где я нарожаю ему кучу детей, и мы будем жить в любви и согласии до конца дней своих. Слишком красиво, чтобы быть правдой. Больше шансов на то, что я проведу остаток своих дней в нищете и голоде, где-нибудь в лачуге. Хотя с моей внешностью передо мной откроются двери всех борделей, где меня примут на работу с распростёртыми объятиями. Там мне не придётся голодать, только жить не захочется.
А другой выход – это рискнуть всем. Пойти этим самым путём и надеяться на лучшее. Возможно, удача будет на моей стороне, и я найду его, а возможно всё забуду и погибну где-нибудь по дороге. Уж лучше рискнуть, чем просто плыть по течению не зная, куда оно меня прибьёт!
– Я рискну, – с твёрдостью в голосе сказала я и удивилась самой себе.
По природе своей я была трусишкой и боялась принимать какие-то важные решения. Тем более так быстро.
– Ну и глупая же ты Алексина! – разочарованно воскликнула Рыжая. – Ты не знакома с нашим миром и не знаешь даже куда идти, про испытания я вообще молчу. Тебе нужен проводник, но никто не согласится сопровождать тебя. Это слишком опасно и бессмысленно. Ты быстрее забудешь всё, чем доберёшься до Хранителя источника. Посмотри вокруг, – она указала на людей стоящих вокруг нас. – Здесь много сильных и отважных эльфов, но никто из них не рискнёт провести тебя.
Я огляделась. Повсюду действительно было много эльфов мужчин. Многие из них выглядели, как настоящие воины повидавшие многое на своём веку. Но при встрече с моим взглядом все они опускали глаза вниз, подтверждая слова Рыжей. Никто из них не хотел рисковать из-за меня.
– А я всё равно пойду, с проводником или без, – мой голос подрагивал, но сердце пылало.
Рыжая недовольно покачала головой, зато в глазах Амины читалось уважение.
– Просто нарисуйте мне хоть какую-то карту и покажите, в какую сторону идти, – продолжила я.
– Ох, дитя…– с сочувствием сказала хранительница, но не успела ничего дополнить.
– Я буду твоим проводником, – перебил её Рэндвел глядя на меня. – И проведу тебя по «пути Паломника»
От изумления мои глаза выпучились сами собой. Наверное, в этот момент я была похожа на рыбу или на «пекинеса», но ничего не могла с собой поделать. Вот от кого, а от него точно не ждала помощи.
– Рэндвел нет, – крикнула Рыжая впиваясь в него руками. – Это слишком опасно. Ты там погибнешь из-за неё. Пусть ей помогает кто-нибудь ещё.
– Кто? – спросил он глядя на неё. – Ты видишь здесь ещё желающих? Посмотрим, – он подошёл к эльфам стоящим справа. – Может вы? – эльфы справа под его взглядом опускали головы. Тогда парень подошёл к эльфам стоящим слева. – Или вы?– история повторилась. Они также опустили головы. – Видишь? – Рэндвел обратился к Рыжей. – Нет больше желающих, и не будет. Про «путь Паломника» ходят множество легенд, правдивых и не очень, поэтому никто в здравом уме не рискнёт пойти по нему. Не говоря про то, что этот путь тайный и мало кто о нём вообще знает.
Тут же начались обсуждения и шептания со всех сторон. Рыжая едва не плакала, а я смотрела на своего спасителя с огромной благодарностью. Он уже второй раз спасал меня. Второй! Я же так и не поблагодарила его за первый! Хранительница громко ударила посохом об землю, голоса и шептания тут же стихли.
– Рэндвел и Алексина, пройдёмте со мной.
Амина направилась в большую палатку, а мы с Рэндвелом не спеша пошли за ней. Зачем-то за нами увязалась ещё и Рыжая.
– Садитесь, – сказала она, когда мы все вновь оказались возле деревянного стола. – Ох, Лайя, ты такая любопытная, – эти слова были обращены к Рыжей. – Садись тоже, но не мешай. Разговор предстоит серьёзный.
Когда мы все уселись, Амина не спеша оглядела нас с лёгкой улыбкой.
– Алексина, мне похвально твоё стремление вернуться домой, несмотря ни на что. Ты очень сильная девушка и твоя воля сильна. Не каждый эльф в моём клане сможет похвастаться такой силой воли, таким упорством. Я не буду больше отговаривать тебя и говорить про опасности. Ты сделала свой выбор. Рэндвел, мой мальчик – обратилась она к парню сидящему между мной и Рыжей. – Ты всегда был не таким, как остальные. Я не могу запретить тебе…
– Почему не можете? – завизжала Рыжая. – Вы же хранительница, так запретите ему покидать клан!
Мне захотелось её стукнуть, настолько она была мне омерзительна. Но с другой стороны Рыжую даже было жаль. Если бы мой возлюбленный пошёл с какой-то девахой в опасный путь, рискуя своей жизнью, я бы визжала не меньше. Но, казалось, что её симпатия была не взаимной. Рэндвел совсем не питал к ней чувств или хорошо скрывал их.
– Лайя, просила же не вмешиваться, – слегка повысив голос, сказала Амина. – Он сделал выбор. И я не являюсь его хранительницей, так как Рэндвел не из нашего клана. Он свободный эльф, и может поступать так, как того захочет.
Рыжая едва не плакала, а мне всё больше становилось жаль её. Но она хотя бы была в родном мире, на своём месте. К тому же Рэндвел сам предложил помощь, я его не просила, но очень ему за это признательна.
– Я продолжу с вашего позволения, – вздохнула Амина. – Ваш путь будет сложен. Самым важным для тебя Алексина, является сохранить остатки своих воспоминаний до конца пути. Рассказывай Рэндвелу о своём прошлом, о том, что любила, кого любила. Он будет напоминать тебе об этом, когда в твоей памяти появятся пробелы. Но главное, помни своё имя. Без него, весь этот путь бессмыслен. Также я хотела бы поговорить о твоей магии.
«Магии? Я смогу колдовать? Как ведьма?!»
– При перемещении в наш мир у совершенных есть небольшой запас магии. Очень сильной магии. Тебе даже не нужно учиться использовать её, стоит только очень сильно захотеть. Но у всего есть своя цена, дитя. Твоя магия – это твои воспоминания, память. При использовании её ты будешь терять огромное количество воспоминаний, безвозвратно. Запомни это и используй свой дар с умом. Мне больше нечего добавить. Когда вы отправляетесь?
– Завтра, – ответил Рэндвел, потерев глаза. – На рассвете. Я хочу, чтобы ты выспалась, – сказал он, уже обращаясь ко мне. – Дорога предстоит тяжёлая, идти придётся много, и привал мы будем делать, только в крайнем случае. Поэтому иди спать, мне пока надо всё обдумать, собраться и попрощаться со всеми.
Спорить с ним не было смысла, да и желания тоже. Коротко пожелав всем доброй ночи, вышла из большой палатки и направилась в ту, где очнулась сегодня днём.
Зайдя внутрь, я с удивлением заметила ящичек с моими украшениями, заботливо оставленный рядом с лежанкой. Мне стало стыдно, за все те слова, что были сказаны мною в адрес Амины и Рыжей. Спать на земле не хотелось, от слова совсем, но выбора не было. К тому же вряд ли нам с Рэндвелом по пути будут попадаться роскошные двухместные кровати.
«Двухместные? О боже Алексина. О чём ты уже думаешь?»
Я лежала и радовалась, что именно Рэндвел будет сопровождать меня. Хоть и понимала, что с ним будет сложно. Нрав у него тяжёлый. Сон не шёл, я ворочалась из стороны в сторону. Мне не хватало мягкой подушки и уютного одеяла, даже несмотря на то, что ночь была тёплой. Лишь тогда, когда я подумала о доме, о папе и Дике, почувствовала дикую усталость и быстро провалилась в сон.
Глава 4
– Вставай, – сквозь сон до меня донёсся строгий голос.
– М-м-м, ещё пять минуточек, – простонала, я не открывая глаз.
– Нет у нас пяти минут, вставай и собирайся – снова сказал голос.
В меня чем-то кинули. С трудом разлепив сонные веки, я заметила Рэндвела. Он был уже собран. Одежда на нём была, что и вчера. Дополняли образ длинный зелёный плащ с капюшоном, кинжал зафиксированный ремнём на голени, большой двуручный меч у него на спине и лук на бедре. Он всё так же был без обуви. Неужели Рэндвел действительно собрался идти босым?
Было темно, солнце ещё не успело подняться.
– Ты же сказал, что мы отправимся на рассвете? – прозевала я, сонно потирая глаза.
– Да пока ты соберёшься, уже десять раз рассветёт, – Рэндвел, как обычно, был сама любезность. – На первое время наденешь их, – сказал он, ставя какие-то старые мужицкие сапоги у моей лежанки. – В городе посмотрим тебе обувь поудобнее и по размеру. Одевайся и ешь, – парень указал на тарелку с едой стоящую на одном из ящиков. – Я пока соберу нам провианта на первое время и заполню фляги с водой.
Уже выходя из палатки, он обернулся ко мне.
– Ты умеешь пользоваться оружием? Хотя бы ножом? – парень говорил это чуть ли не с самым настоящим сарказмом, доказывая мою никчёмность. Хотя может это мне так спросонья показалось.
Умею ли я пользоваться оружием? Конечно, мечами, гранатомётами и истребителями! Меня же судьба с самого раннего детства готовила к тому, чтобы я стала этаким «Рэмбо» и прошла «путь паломника» за один час.
А ножом? Да я и не готовила то никогда, пару раз всего его в руках держала. И при этом умудрилась им порезаться и уронить себе на ногу.
Он понял всё и без слов. Глубоко вздохнув Рэндвел вышел, оставив меня со смешанными чувствами.
Я взяла мешок, которым в меня кинули, и заглянула внутрь. В нём лежала одежда. Из мешка шёл приятный запах трав и цветочный аромат. Я достала из него необычное платье. Его верх был сделан из шерсти какого-то серого животного. Это была словно меховая накидка, доходящая до талии. Рукава были укороченные, где-то три четверти. Металлические, словно панцирь. Юбка у него была мне почти до колен, из толстой прочной кожи. Надеть это платье оказалось совсем не просто, но хуже всего были ботинки. Мало того, что носков в дополнение к ним не шло, так ещё и воняли ужасно. Размер был далеко не мой. Моя хрупкая, миниатюрная нога в них утонула. Я посильнее затянула пряжки на ботинках, чтобы они хотя бы за счёт лодыжек держались. Но лучше уж так, чем совсем без обуви.
На ящике стояли тарелка, от которой шёл восхитительный аромат и стакан, как я поняла с чаем. На тарелке лежали две сваренных картофелины с зелёным луком и кусочком мяса, в довесок шла корочка свежего хлеба. Я всегда трепетно относилась к своей фигуре и на завтраки пила только фреши из разнообразных овощей и фруктов. Но сейчас выбора особо не было, как и столовых приборов. Поэтому, мне впервые пришлось есть руками. То ли я была настолько голодной, то ли еда была настолько вкусной, но я управилась с ней за считанные минуты. А вот чай мне не понравился. Он был горьким, на каких-то травах. Я сделала глоток и поняла, что допивать его точно не буду.
Свои украшения из ящичка пересыпала в мешок, где ранее была моя одежда и вышла из палатки. Солнце только-только поднималось, но на улице уже собрались все эльфы из клана. Рэндвел стоял рядом с хранительницей, а Рыжая практически висла на нём. Заметив меня Амина, махнула, подзывая подойти. Я коротко со всеми поздоровалась. Рыжая на меня даже не взглянула.
– Я рада, что платье подошло, – с улыбкой сказала хранительница, посмотрев на меня со всех углов. – Извини насчёт ботинок. Эльфы не носят обуви дитя, даже их мы нашли случайно. Остались у нашего охотника, с тех пор, когда он жил среди людей.
Мне льстила и в то же время тяготила её забота. Я свалилась на их клан, как снег на голову. Вела себя просто отвратительно, несмотря на их помощь. И теперь они спокойно отдавали мне свои вещи и отпускали со мной в опасный путь одного из них.
– Спасибо, вы так много сделали для меня, а мне даже нечем вас отблагодарить, – я подумала о том, что могу дать им несколько своих украшений. Они смогли бы продать их на рынке и купить что-нибудь полезное для своего клана.– Я могу подарить вам…
– Нам ничего не нужно дитя, – перебила меня Амина. – Считай всё это нашим гостеприимством. Для меня будет лучшей наградой узнать, что у вас всё получилось. Что ты вернулась в свой мир, а с моим мальчиком всё хорошо. Я буду очень рада, если ты Рэндвел, потом вернёшься к нам.
– Ты обязан вернуться, – захныкала Рыжая, ещё крепче обнимая его.
К нам подошёл один из эльфов и протянул Рэндвелу меч.
– Вот друг, это лучший облегчённый меч, что у меня есть. Я его хорошо наточил.
– Спасибо Зел, – с восхищением сказал Рэндвел, разглядывая клинок. – Это для тебя – обратился парень ко мне. – Чуть позже я покажу, как им пользоваться, а пока, – он убрал клинок в ножны. – Закрепи этот ремень у себя на талии.
Я взяла ножны с мечом и отметила про себя его вес. Вроде не больше двух трёх килограммов, а уже было не комфортно. Так он ещё и облегчённым считался. Интересно, а двуручный меч, как у Рэндвела сколько весил? Там, наверное, все килограмм двадцать. Зафиксировав ремень на талии, я постаралась сделать вид, что мне не тяжело, но это было не так.
Рэндвел заметил это, но промолчал и, взяв из рук хранительницы, такой же зелёный плащ, как был на нём, накинул на меня и закрепил на шее. Подняв с земли два рюкзака он закинул себе на плечи тот, что был побольше, а другой протянул мне.
– Готова? – коротко спросил Рэндвел.
– Да, – ответила я с некоторым сомнением.
– Тогда пойдём, – он, не дожидаясь меня, пошёл вперёд.
А я крепко обняла на прощание Амину, чем растрогала её. И коротко со всеми попрощавшись, побежала за ним.
В тот момент я даже не представляла, в какой долгий и опасный путь мы с Рэндвелом отправлялись. Через что нам предстоит пройти и с чем столкнуться. Я просто бежала за ним, сердце моё стучало и требовало приключений.
Глава 5
Мой энтузиазм сошёл на нет, уже через пару часов. Ещё никогда я столько не ходила. Мне было тяжело от веса снаряжения. Плащ, рюкзак и меч вместе весили килограмм десять. Этот вес тянул меня к земле. А ноги… они ныли от долгого пути и неудобной обуви. Я растёрла в кровь пятки и пальцы. Идти было невероятно больно. А мой путь только начался.
– Рэндвел, – взмолилась я. – Давай сделаем привал, отдохнём.
– Привал? – спросил он с сарказмом. – Да мы только из лагеря вышли.
Парень шёл впереди. Он, казалось не чувствовал веса снаряжения, выглядел бодрым, как обычно. И отсутствие обуви не мешало ему идти даже по камням. В то время как я уже просто тащилась за ним, обессиленная и уставшая.
– Пожалуйста, – прохрипела я и, ускорившись, добежав до него, коснулась его плеча.
Он остановился так резко, что я со всего размаху впечаталась ему в спину. Рэндвел обернулся и взгляд его не сулил ничего хорошего. Он был зол.
– Ты походу не понимаешь всего происходящего, – сказал парень, повысив голос. – Мы с тобой не на прогулку вышли. Наш путь займёт не одну неделю, а твоё время ждать не будет. Каждый бесполезный привал, будет отнимать твои драгоценные минуты, часы. Ты сказала тогда при всех, что готова на риск, готова не смотря ни на что идти. И я поверил тебе. Не заставляй меня пожалеть о своём решении, сопровождать тебя. Каждый день мы будем останавливаться на привал только два раза. Первый, это в середине дня, чтобы передохнуть и подкрепиться, и второй, на ночь, чтобы переночевать, восстановить силы, а утром снова отправиться в путь.
– У меня растёрты ноги, мне больно идти, – я пыталась изо всех сил выдавить из него хоть каплю сострадания. Но с таким же успехом можно было биться головой об железную стену пытаясь пробить её насквозь.
Лицо Рэндвела осталось таким же не пробиваемым.
– Растёрла ноги? Больно идти? – повторил он за мной с тем же холодом в голосе. – Значит, сними башмаки и иди без них. Когда сломаешь ногу, тогда мы сделаем привал, – парень сказал эти слова без тени улыбки. Он не шутил. – До города осталось идти не больше пяти часов. Там купим тебе новые башмаки и посмотрим, что с твоими ногами. А пока…дыши свежим воздухом и наслаждайся видами.
Сказав это, Рэндвел пошёл вперёд, а я так и осталась стоять с открытым ртом. В моей жизни были разные мужчины, но такого, я видела впервые. Про таких говорят человек-кремень. Но у него походу сердце из камня, лишённое эмоций и простого сострадания. Я поняла, что взывать к его совести бесполезно и послушно поплелась следом.
Воздух действительно был совсем не такой, как в моём мире. Им хотелось дышать и дышать. Свежий, чистый с нотками запахов леса, смолы, травы и цветов.
Девственный лес, нетронутый людьми завораживал. Высокие сосны и ели, с огромной кроной, тянулись в небо. Создавалось такое впечатление, будто над головой зелёный навес. Под ногами стелилась зелёным ковром, лёгкая трава. По травинкам ползали различные букашки, над цветами кружили пчёлы. А какое в лесу стояло пение птиц. Если бы не чёртовы ноги, то я с удовольствием их бы слушала и слушала часами. Но, увы, всё, что сейчас мне приходилось слышать, это собственные мысли.
«Интересно, если я умру у него за спиной, он хотя бы через час это заметит? Или обратит внимание лишь в городе? Остановимся, только когда сломаешь ногу! Изверг! Неудивительно, что у него с таким лицом нет девушки, кроме Рыжей естественно. Интересно у них всё серьёзно? Да какая тебе вообще разница Алексина, серьёзно или нет?! Уж ты, то на него совсем не претендуешь. Ну его в задницу, иметь такого парня. Будешь умирать от раны в животе, а он тебе скажет, что до больницы осталось всего пять часов, поэтому либо терпи, либо подыхай. Остановимся, когда копыта откинешь!»
Пару раз мы всё-таки останавливались на несколько минут. Попить воды, перекусить овощами, подождать пока с дороги уйдёт медведь или пара волков. Рэндвел хоть и держал оружие наготове, но было заметно, что убивать он их совсем не собирался. Мне хотелось спросить его, про тот случай в лесу, когда он впервые нашёл меня вместе с Рыжей, но я как-то не решалась.
Через пару часов мы, наконец-то вышли из леса на дорогу. В итоге Рэндвелу надоело, что я плетусь как черепаха и он взял на себя ещё и мой рюкзак. Стало полегче, но ноги гудели с такой силой, что меня начало заносить по дороге из стороны в сторону. Послышался звук копыт и дребезжание колёс. К нам приближалась четырёхколёсная грузовая повозка, в которую впрягли двух крупных волов. Рэндвел коротко бросив на мои ноги взгляд, махнул извозчику. Тот же в свою очередь с недовольным видом затормозил около нас.
Извозчик был человеком пожилым. Лет так семидесяти, лысеющим с короткой бородкой. Одет был в поношенные, выстиранные вещи. Хотя волы у него были крупными, упитанными. На еду для них не скупились.
– Чего надо? – буркнул старик, сплюнув на землю. Доброжелательность явно была не его качеством.
– В Митеринг? – спокойно спросил Рэндвел, не обращая на грубость извозчика никакого внимания.
– Ну, допустим. Вам то что? – дед настороженно осматривал то меня, то Рэндвела.
– Плачу два серебряка, если довезёте нас до города.
Извозчик помолчал, наверное, прикидывал выгодно ему или нет. Ещё раз, окинув нас взглядом, почесал затылок.
– Пьяная? – спросил он у Рэндвела, посматривая на то, как меня шатало.
– Устала с дороги, ещё и ботинки трут.
– Ну да, – рассмеялся старик глядя на мои ноги. – Ты красавчик своей леди туфли бы лучше купил. Что же она ходит у тебя в мужицких башмаках? Хотя ты вообще босой, о чём тут ещё говорить. Дело ваше. Плата вперёд. Ты сядешь рядом со мной, леди сзади в повозке. Украдёшь что-нибудь из вещей, пожалеешь.
Последние слова уже предназначались мне. Рэндвел протянул ему пару монет, и извозчик с довольным видом тут же убрал их за пазуху. Парень помог мне подняться в повозку, где я естественно оступилась и уселась своей пятой точкой, прям ему на голову. Всё-таки затолкав меня наверх, он поставил рядом наши рюкзаки и, не сказав ни слова, пошёл к извозчику, оставив меня с красным от стыда лицом и смешанными чувствами. Через мгновение повозка тронулась и я, дав себе волю, решила немного вздремнуть, пока была такая возможность.
Сквозь сон я слышала разговоры Рэндвела со стариком. Последний задавал много вопросов, может, был любопытен, а может просто от одиночества и нехватки общения интересовался. Парень отвечал сдержанно и уклончиво, но последнее, что я услышала, как он назвал меня своей женой.
«Женой? Боже упаси!»
Когда повозка резко остановилась, я тут же проснулась. Голова побаливала, ноги ныли, а это был только первый день пути. Я думала, что после происшествия с его лицом и моей задницей, Рэндвел не захочет мне больше помогать. Но он, как обычно, не произнося ни слова обхватив меня за талию, спустил с повозки на землю и взял наши рюкзаки.
– Спасибо, что подвёз Бинар, осторожнее с разбойниками на дорогах, – Рэндвел махнул на прощание старику.
– И вам хорошего дня молодые, – расплылся в улыбке старый извозчик.
Походу дорога до города сдружила их. Коротко попрощавшись с ним, мы двинули с Рэндвелом на главную городскую улицу. Там в самом разгаре проходила ярмарка. Повсюду был шум, крики, кучи народу, которые толкались, как стадо баранов. Чтобы не потеряться, я ухватилась за плащ Рэндвела и шла максимально близко к нему. Лавочники кричали, зазывали к себе народ. Моя голова разболелась ещё больше. В толпе было нечем дышать, а крики и шум сводили с ума. До меня стали доноситься запахи аромамасла, приправ, свежей выпечки. В желудке началась война, а под ложечкой засосало.
Внезапно Рэндвел свернул в лавочку, стоявшую подальше от остальных. Чего только в ней не было. Дешёвые украшения, глиняные горшки, яркие ленты и ткани, какие-то обереги и амулеты и кучи всевозможной обуви. Я тут же отпустила его плащ и, подбежав к обуви, загнулась раком, рассматривая чудные туфли с синими лентами. Мой взгляд неожиданно упал на длинные сапоги стоявшие подальше. Рука невольно потянулась к ним, но меня опередили.
Щуплый лавочник с хитрыми глазами протянул мне сапоги, похотливо улыбаясь. От этой улыбки бросило в дрожь, но сапоги я всё же взяла.
– Смотри-смотри моя прелестница. Это чудные сапожки, такие нигде не сыщешь Они в единственном экземпляре. Посмотри только какая кожа, какие вставки. Эльфийская работа, – щебетал лавочник, не переставая. – И цена на них довольно скромная, всего три золотых.
– Сколько? – с возмущением воскликнул Рэндвел. – А не многовато ли? И ты что думаешь, я эльфийскую работу от вашей людской не отличу? В этих сапогах нет ничего, за что стоило бы заплатить золотом.
Было заметно, что торговец растерялся. Вероятно, он не ожидал увидеть, что я пришла не одна, а в сопровождение эльфа.
– Ну как же? – противно пропищал лавочник. – Это кожа толсторога, самая прочная во всём Ривере. И при этом самая мягкая. А посмотри на подошву, такую и за десять лет не истопчешь.
– Десять лет? – с возмущением возразил парень. – Да их на месяц хватило бы! Причём самая мягкая кожа у кирчинского многоклюва, а кожа толсторога ему и в подмётки не годится.
Рэндвел ещё долго припирался с торговцем, но мне было всё равно. Эти сапоги поразили меня в самое сердце, и я желала их. А если я чего-то хотела, то всегда это получала. Они были невероятно красивыми, длиною до колен и действительно очень мягкими. У них был острый носок и подошва на небольшом каблучке. Дополняли всё пряжки с ремнями, но были больше для красоты, чем для удобства.
– Бартер, – вырвалось у меня. – У вас есть обмен?
Лавочник хитро прищурился, и пошло оскалился.
– А что такая красавица может мне предложить? – сказал он, улыбаясь во весь рот, демонстрируя отсутствие почти половины зубов.
«Фу блин! Явно не то, о чём ты гад подумал. Не дай боже, с таким разделить постель. Я же потом не отмоюсь никогда!»
Я подошла к Рэндвелу и забрала у него свой рюкзак. По его виду было ясно, что он догадался зачем. Быстрее, пока не передумала, я открыла его и нырнула рукою в свой заветный мешок, доставая из него золотую серёжку с россыпью сапфиров.
Глаза лавочника заблестели ярче камней, что украшали мою серёжку. Казалось ещё чуть-чуть, и у него бы побежала слюна.
– Предлагаю на обмен эту вещицу, – сказала я, демонстративно помахивая ею перед лицом торговца. – За эти вот сапоги и вон то кольцо, – мой палец указал на серебряное колечко с розовым камнем, который поблескивал, отражая лучи солнца.
– Но кольцо это совсем недешёвое, – начал лавочник, жадно глядя на серьгу в моей руке.
– Слушай, угомонись а! – вмешался Рэндвел. Ему, похоже, надоел этот торг. – Эта побрякушка стоит в несколько раз дороже и сапог и кольца. Берёшь или нет?
Торговец протянул руку, и я с небольшим сожалением вложила в неё серёжку. Эти серьги были не только моими любимыми, но и всем, что осталось от матери, после её отъезда. Мужчина покрутил её из стороны в сторону.
– Настоящие? – кивнул он на камни.
– Естественно настоящие, а ты как думаешь? – меня затрясло от такой наглости.
Лавочник быстро убрал серёжку в карман и, дав мне кольцо, стал руками подгонять нас покинуть его лавку.
– Забирайте всё и уходите. Сейчас же!
– С вашего позволения, – съязвил Рэндвел и, взяв меня за локоть, отвёл в сторону.
– Что это на него нашло? – спросила я, укладывая сапоги в рюкзак и надевая кольцо. На указательный палец оно, увы, не подошло, зато на безымянном смотрелось превосходно.
– Он подумал, что ты отдаёшь ему краденую вещь, – ответил парень, наблюдая за моими действиями.
– Краденую?– переспросила я, глупо улыбаясь. – Но почему он тогда не сдал нас стражникам? Ту же есть стражники?
– Они везде есть, – вздохнул он. – А смысл? Ну, сдал бы и лишился дорогой безделушки. Стража нас арестовала бы, а у него изъяла краденую вещь, и остался бы он ни с чем. А так за твою вещицу этот торговец себе дюжину таких сапог и колец купит, и ещё золотишко останется.
Не успели мы и шагу сделать, как к нам подошла полная дама. Причём не просто полная, а очень полная. По её походке и осанке было заметно, что она, скорее всего, была какой-то знатной особой. А дорогая, яркая одежда с золотыми украшениями лишь подчёркивала это. Её сопровождали двое мужчин, один из которых являлся эльфом. Нетрудно было догадаться, кем являлись эти несчастные. Они были скромно одеты, уставшие, и тащили огромные сумки набитые покупками их госпожи. Рэндвел коротко кивнул эльфу, на что получил лёгкий кивок в ответ.
– Ох, создатель, – воскликнула дама, с восхищением рассматривая Рэндвела. – Какие ноги, какая талия и грация. Вы милейшая, отхватили себе самый настоящий бриллиант.
Моему удивлению не было предела.
– Вы это мне? – с неуверенностью спросила я даму.
– Ну а кому же ещё милочка моя, – сказала она самым приторным в мире голосом. – Вы только посмотрите в его глаза. Ох, боже правый, а волосы и лицо. Это чудное лицо.
Рэндвел молчал, а дама изливалась в комплиментах. Мне казалось ещё немного, и она набросится на него. Это представление начинало действовать на нервы.
– Простите, – произнесла я, стараясь не показывать недовольства. – Но что вам угодно?
Дама не сразу обратила на меня внимания, продолжая рассматривать моего спутника с разных сторон. Её слуги послушно ждали, опустив головы.
– Я хочу приобрести вашего раба, – ответила она, облизнув губы. И готова заплатить за него шестьдесят золотых. Хотя, – женщина снова посмотрела на него, но теперь куда-то пониже. – Если он способен не только носить палку, но и использовать её, то с радостью заплачу за него сто золотых.
«Чего? Какую ещё палку? Это одно из её арсенала непонятных слов? Погодите-ка, она что, намекает на это?»
– Рэндвел не продаётся! – твёрдо сказала я.
– Ах, значит, его зовут Рэндвел, – пропела дама, снова игнорируя меня. – Одно из их эльфийских имён. Прелестно. Милочка моя, – заявила она, словно вспомнив о моём существовании. – Всё в этом мире продаётся. Просто надо знать цену. Назовите вашу, и я удвою её.
– Вы не понимаете? – я уже не скрывала свою раздражительность. – Он не раб!
– Ну, милочка моя, – она начала этой милочкой выводить меня из себя. – Раб, слуга, любовник, называйте, как хотите.
Мне уже хотелось послать её в далёкий путь, но посмотрев на Рэндвела, вспомнила их недавний разговор с извозчиком.
– Он мой муж, – я с вызовом посмотрела на даму. – А мужей я не продаю! И вообще, как бы искусно Рэндвел не кидал палки, под вами он бы просто умер.
Это надо было видеть. Лицо дамы сначала покрылось красными пятнами, а затем полностью покраснело. Она громко задышала, раздувая ноздри, чем стала похожа на свинью, только сваренную. Её слуги изо всех сил прятали смешки под опущенными головами, и кажется, я впервые заметила на лице Рэндвела улыбку.
– Ты, – громко засопела женщина, тыча в меня пальцем. – Ты пожалеешь о своих словах. Я тебе это припомню, и твой эльф всё равно будет моим.
Сказав это, она с гордо поднятым подбородком пошла вперёд, а её слуги с улыбками побрели следом.
– Удивила, – вымолвил Рэндвел с усмешкой. От былой улыбки не осталось и следа. – Приятно удивила.
Я с трудом сдерживал гнев. Руки сжались в кулаки, а губы затряслись от злости.
– Удивила? – прошипела я глядя на него. – Ты какого чёрта молчал? Почему отдуваться пришлось мне одной?
– Мне было интересно, – сказал он, не обращая на мою злость ни малейшего внимания. – Соблазнишься ли ты предложенными деньгами. Сто золотых это огромная сумма, я даже не знал, что столько стою. Она ещё и торговаться была готова. Чтоб ты понимала за сто золотых в большом городе при королевстве можно купить себе небольшой, но уютный домик со слугами и утварью.
– Если ты не забыл, то я хочу вернуться домой, а не обустраиваться тут. И без тебя это не возможно.
–Не помню, чтобы мы с тобой связывали себя узами брака, – парень вновь усмехнулся.
– Ты первым назвал меня женой, так что один-один. И вообще ты видел, как она на тебя смотрела. Меня до сих пор подёргивает. Она хотела тебя не просто в рабство взять.
– Я не дурак, сам всё понял. Жил бы у неё в спальне и не делал ровным счётом ничего. Ну, почти. Кто знает, какие аппетиты у этой барышни! Хотя нет. Я бы уже после первого раза, на простынях повесился, – Рэндвел мимолётно улыбнулся, и словно представ всю эту картину сморщился. – Мне не понравились её последние слова. Это была явная угроза, а такие люди не будут бросаться угрозами просто так. Нам нужно теперь быть осторожнее. Особенно тебе, я ей нужен живым.
– Вот спасибо, – съязвила я. – Я то думала мы в одной лодке.
– В одной, – подтвердил он, забирая мой рюкзак. – Я тебя не брошу. Пойдём в таверну поедим и снимем комнату на ночь. Завтра предстоит долгий путь, поэтому поспишь в последний раз с комфортом.
Парень пошёл вперёд.
– Э-э-э Рэндвел, почему в последний раз? – я с криками бросилась за ним.
Глава 6
Мы зашли в таверну. Несмотря на ранний вечер, народу в ней было пруд пруди. Посетители, лишь единожды бросив на нас взгляд, снова возвращались к своим делам, в основном к распитию алкогольных напитков. В таверне было тепло благодаря большому каменному камину с коваными решётками. Напротив него в креслах сидели двое стариков и о чём-то шумно спорили. На старом диване расположился какой-то господин с дамой, у которой была смешная шляпка. Они смеялись и пили. Чуть подальше за столом сидела кучка мужичков и во что-то оживлённо играли. Сбоку у стойки пела и играла на лютне какая-то эльфийка. Очень была прекрасна собой и пела красиво, но грустно.
В далёкие лесные ночи,
В одиночестве со мной.
Нет сил, кричать что есть мочи,
Как мне нужен заветный покой.
Полная луна светит за окном,
Она пробьёт дорогу к сердцу гор.
Ночь темна и сны крепки,
Одиночество режет меня на куски.
Мой спутник остановился около неё. Она же в свою очередь перестала петь и улыбнулась. Он быстрым движением что-то всунул ей в руку и поспешно отошёл к стойке, а эльфийка, как ни в чём не бывало, продолжила петь.
У стойки стоял круглолицый мужичок с большим животом и считал монетки. Увидев нас с Рэндвелом, он быстро убрал монеты в сторону и расплылся в улыбке.
– Добро пожаловать путники. Добро пожаловать в таверну «Сладкий поросёнок», где вас ждёт вкуснейшая еда во всём Митеринге, лучший эль и вино. А если нужно, то на втором этаже у нас есть уютные комнаты. За комнату с одной кроватью прошу всего шесть серебряков, – сказал мужичок зазубренную до дыр фразу.
– Здравствуйте, а почему таверна называется «Сладкий поросёнок»? – спросила я, улыбаясь самой милой улыбкой.
– Сразу видно, что не местные, – заметил мужичок, оглядывая нас. – Называется так, потому что мы подаём самых сладких жареных поросят в медово-горчичном маринаде с нотками тимьяна, розмарина и гвоздики.
– Нам нужна комната, – Рэндвел был само очарование, ни вам здрасьте, ни вам до свидания. – Подойдёт та, что с одной кроватью.
– Но нас так-то двое, – вмешалась я.
– Я не сплю на кровати, – коротко подметил парень. – А ещё мы хотели бы поесть. Нам запечённый картофель с курицей и бутылку эля. Комната должна быть с окном, если надо я доплачу.
Мне было жутко интересно, зачем ему понадобилась комната с окном, но решила пока не лезть с расспросами.
– Значит комната, эль и картофель с курицей, – повторил мужичок. – Всего одиннадцать серебряков.
Рэндвел отсчитал нужную сумму и повёл меня за стол. Я села на стул, а он лишь пододвинул поближе к моим ногам наши рюкзаки.
– Мне надо отойти, будь здесь, – велел он, и собрался было уходить.
– Рэндвел подожди, – я испуганно захлопала глазами. – Ты оставишь меня здесь одну?
– Я ненадолго, мне надо докупить провианта. Принесут еду, начинай без меня. Я скоро подойду.
С этими словами парень быстрым шагом удалился, а я осталась одна в незнакомом мне месте. Вскоре принесли еду и эль, но Рэндвел так и не вернулся. Поковырявшись в тарелке и отодвинув её в сторону, я потянулась к бутылке. Аппетит пропал и есть, совершенно не хотелось. Налив себе в кружку тёмную жидкость, и сделав глоток, мои губы расплылись в улыбке. Эль напоминал мне хорошо сваренное пиво с привкусом орехов и переспевших фруктов. За первой кружкой незамедлительно последовала и вторая. И когда я максимально расслабилась и наконец-то, перестала вертеть головой в ожидании Рэндвела, ко мне внезапно подсели трое мужчин.
Их вид оставлял желать лучшего. Им всем было далеко за сорок. Потрёпанные жизнью или алкоголем они выглядели, как самые отпетые разбойники или пираты. Моё сердце учащённо забилось, а ладони вспотели.
– Позволь мы составим тебе компанию птичка, а то пить одной признак дурного воспитания, – сказал тот, что сидел ближе ко мне. Остальные улыбнулись, обнажив гнилые зубы.
– Я… я не одна и жду своего спутника, – с трудом пролепетала я, трясясь от страха.
– И где же он? – поинтересовался второй, мерзко ухмыляясь. – Ты уже вторую кружку допиваешь в одиночестве. Вот мы и решили составить компанию такой красотке.
– Он скоро придёт, лучше пойду его поищу, – пролепетала я и попыталась встать, но железная хватка на моей ноге заставила меня остаться на месте.
– Без резких движений птичка, и не ори, – сказал первый, что держал меня за ногу. – А не то, – я увидела блеск острия в его другой руке.
«Боже милостивый, он, что зарежет меня на глазах у всех? Рэндвел твою мать, куда ты запропастился? О боги, а если они его уже убили и пришли за мной?!»
– Ты что оглохла? – сердито спросил третий.
– П-п-простите, – заикаясь, произнесла чуть ли не плача.
– Ничего птичка, на первый раз простим, – сказал первый, дыша мне на щеку. – Пойдём в более тихое место, поговорим.
Я не успела ничего ответить, как вдруг за спиной первого, как будто из-под земли вырос Рэндвел и приставил ему к горлу кинжал.
– Отпусти её, пока руки не отрезал, – прошептал он ему на ухо.
Железная хватка тут же ослабла, и первый поспешил убрать руку с моей ноги. Его лицо перекосило от страха. Двое других бросали друг на друга взгляды, не зная, что им делать. Походу первый у них в команде отвечал за мозг, а двое других были так, на подхвате.
– А теперь пошли вон отсюда, ещё раз увижу, убью на месте, – Рэндвел неторопливо убрал кинжал от горла первого, и вся троица поспешила покинуть таверну.
Лишь когда их и след простыл, парень убрал кинжал и сел рядом. Во мне бурлили чувства благодарности и ярости. Победила, конечно же, ярость.
– Рэндвел, какого чёрта? Ты где был? – мои глаза сверкали от злости, а тело била мелкая дрожь.
Он как будто меня не слышал и, взяв полупустую бутылку, налил себе остатки эля.
– Не ори, – сказал парень сухо. – Не стоит привлекать к себе лишнего внимания. Ты почему не ела?
Я от этих слов чуть не поперхнулась. Меня пытались увести куда-то и не понятно, что со мной сделать. А его волнует не осталась бы я при этом голодной? Мне только и оставалось, что открывать и закрывать рот, словно рыба, не в силах возразить ему. В голове метались тысячи слов, только матерных и наверняка он и половины из них не знал.
– Если съешь всё что лежит в твоей тарелке, я расскажу, зачем оставил тебя, – Рэндвел засунул в рот картофелину и не спеша стал жевать глядя мне в глаза.
– Это что шантаж? – я чуть не подавилась от такой наглости.
– Да, – спокойно ответил он и отправил в рот ещё одну картофелину. – Я не хочу завтра слушать твоё нытьё про то, что ты не наелась и нам нужно сделать привал.
«Ну ладно шантажист чёртов, будь, по-твоему. Сейчас увидишь, как я умею есть!»
Взяв с тарелки куриную ножку всей пятернёй, стала жадно отрывать зубами от неё куски. Заметив взгляды брошенные посетителями в мою сторону, я с самым злым выражением лица посмотрела на них в ответ, от чего они поспешили отвернуться.
«Сейчас значит, вы меня заметили?! А пять минут назад, где вы были со своими осуждающими взглядами, когда трое нахалов угрожали мне и пытались, куда-то увести?! Сидели и пили своё пойло ничего не замечая!»
– Ты поразила меня в самое сердце своими манерами, – усмехнулся Рэндвел, отпивая из своей кружки.
Он поднял пустую бутылку из-под эля и махнул ей. Через несколько секунд к нам подошла девушка и поставила новую бутылку, а когда забирала, пустую из рук Рэндвела, то подмигнула ему.
– А я смотрю, ты прям как магнит для женщин, – съязвила я, обгладывая куриную ножку.
– Что поделать, – сказал он, разливая по кружкам эль. – Я обаятельный.
– Ага, и самый скромный.
Он отпил и огляделся по сторонам, а потом поближе придвинулся ко мне.
– Насчёт тех людей. Они наёмники. Никчёмные, но наёмники. Лита, – парень кивнул в сторону, где играла эльфийка на лютне. – Предупредила меня, что за нами следят. Походу их наняла та барышня с ярмарки, своих угроз она не забыла. Хорошо, что мы не в большом городе, хороших наёмников тут не найти. Но всё равно я должен был выяснить кто. Сама понимаешь, что сидеть и разглядывать всех подряд, это как минимум странно. Так мы только покажем остальным, что что-то знаем или подозреваем. Поэтому я решил ловить на живца.
– Это я значит живец? А предупредить нельзя было? – я со злостью отпила свой эль, чувствую, что потихоньку начала хмелеть.
– Нельзя! Ты бы всё испортила. Сказал же, что не брошу тебя. Если бы было необходимо, я бы их убил. Я бы всех здесь убил. Ты должна мне доверять.
Его зелёные глаза прожигали меня насквозь. Я поймала себя на мысли, что уже видела их, но не могла вспомнить где.
– Ох, Рэндвел, – сказала я едва не мурлыкая. Если бы сейчас он решил меня поцеловать, то не получил в ответ и намёка на сопротивление, а совсем даже наоборот. Мне следовало бы отругать себя за такие мысли и фантазии. – О боже, я же забыла тебя поблагодарить. Дважды.
Парень оторвался от курицы и внимательно посмотрел на меня, ожидая.
– Рэндвел, это, в общем, – я чувствовала, как заливаюсь краской или виной всему был проклятый эль. – Спасибо тебе, что спас меня от волков и за то, что пошёл со мной.
Лёгкая улыбка всего на долю секунды озарила его красивое лицо, прежде чем снова вернулось обычное выражение.
– Не ожидал и… – он помолчал. – Пожалуйста. Давай, доедай и пойдём спать.
Мы посидели ещё минут двадцать и поднялись наверх. К этому времени меня уже шатало. Комната была максимально пустой. Стол в одном углу и одна старая кровать в другом. Рэндвел поставил под стол рюкзаки, а наше оружие бережно сложил сверху. Лишь свой длинный меч он положил рядом с собой на полу. Я скинула ненавистные мне ботинки и легла на кровать. Только сон ко мне совсем не спешил. Ворочаясь с бока на бок, я поняла, что хочу не спать, а совсем другого, близости. Плюсом ко всему шло то, что мне даже не надо было искать мужчину, он был рядом, стоило только руку протянуть. Несколько минут я пыталась бороться с нахлынувшим желанием, но в итоге сдалась и аккуратно сползла на пол, где спиной к кровати лежал Рэндвел. Словно почувствовав моё присутствие, парень резко повернулся ко мне лицом.
– Алексина, – вздохнул он. – Что создатель подери, ты делаешь? Ложись спать.
Но я не собиралась так просто сдаваться. Он же мужчина, а ими так легко манипулировать. Особенно в этом деле. Я не спеша накрыла его губы своими, Рэндвел не сопротивлялся. Его губы были слаще мёда, а пах он так, как пахнут, наверное, только ангелы. Моя рука скользнула по его груди, стараясь нащупать застёжки, но парень резко перехватил её, заставляя меня остановиться.
– Что ты делаешь? – моему возмущению не было предела. – Ты разве не хочешь меня?
– Не хочу! – его тон вогнал меня в ступор. – А теперь ложись спать.
Моё удивление сменилось злостью.
«Да кем он себя возомнил?! Не хочет он, понимаешь ли. Да это Я его не хочу!
Сделав надменное выражение лица, я тут же поднялась и легла на кровать. Мне казалось, что нахлынувшая злость не даст мне возможности заснуть, но едва коснувшись подушки мои глаза закрылись.
Из сладкого сна меня вывела рука, грубо закрывшая мне рот. Я резко открыла глаза и увидела Рэндвела. Он прижимал палец ко рту, призывая меня молчать. Моргнув глазами я дала понять, что поняла его, и он убрал руку.
– Рэндвел, что происходит? – едва шевеля губами, спросила, чувствуя нарастающую панику.
– За дверью кто-то есть, – прошептал он мне в ответ.
Глава 7
Я бросала взгляды то на Рэндвела, то на дверь, трясясь от страха. Знала, что он сможет меня защитить, но от этого легче не становилось. В отличие от него я ничего не слышала и не чувствовала. Но он же был эльфом, а они в этом плане более внимательны и слух у них лучше.
Как назло у меня в этот момент свело судорогой лодыжку, и я дёрнулась, от чего кровать предательски скрипнула. За дверью послышались лёгкие шаги, удаляющиеся от нашей комнаты.
– Прости, – извинилась я, чуть слышно, понимая, что шептаться уже не было смысла. – Я не нарочно.
– Ничего, – Рэндвел был явно разочарован, но старался, не подавать вида. – За нами шпионили. Всего один, но я чувствую, что его дружки были неподалеку.
Я не прекращала поражаться его талантам. Неужели все эльфы настолько способные или он один такой? Потому и не побоялся отправиться со мной в долгое и опасное путешествие.
– Откуда ты знаешь? И вообще мы же спали, как давно ты его услышал? – хоть опасность и миновала, но мой голос ещё слегка подрагивал.
– Я очень чутко сплю, по-другому нельзя. Меня не раз хотели прирезать, особенно во сне. Этот за дверью был одним из тех, с кем ты вчера познакомилась. Как узнал? По запаху. Такую вонь тяжело с чем-то спутать.
Меня начало трясти. Эти трое так просто не хотели нас отпускать. Неизвестно сколько им пообещала эта оскорблённая мадам, но видимо достаточно, что они решили всерьёз за нас взяться, несмотря на то, что Рэндвел напугал их до чёртиков в таверне. В голове ещё и пронеслись события этой ночи, от которых мне совсем стало дурно.
«Боже, что я натворила! Я теперь спокойно не смогу ему даже в глаза посмотреть. Какой стыд!»
Рэндвел поднялся и присел на кровать рядом со мной.
– Да не трясись ты так, – он положил мне руку на плечо. – Прорвёмся. Я ещё до них доберусь. Постарайся поспать ещё пару часов.
Парень собрался встать, но я удержала его за руку.
– Рэндвел, насчёт этой ночи, – я не решалась посмотреть ему в глаза.
Он, взяв меня за подбородок, приподнял мою голову, встречаясь со мной взглядом.
– Не делай так больше! – в эти слова была вложена слабо ощутимая угроза. Мои хмельные приставания, ему явно не понравились. К тому же возможно у них с Рыжей было всё серьёзно, а тут я подбивала его на измену. – Вот ещё что, дай мне посмотреть на твои ноги.
– Мои ноги? Зачем? Да и они грязные, – я была в ступоре от его внезапной заинтересованностью моим телом.
– Я прошу осмотреть их, а не попробовать. Мне надо взглянуть на твои раны, убедиться, что завтра ты сможешь идти, а не будешь выносить мне мозг. Уверяю, что облизывать не буду. Так что ляг и положи мне их на колени.
Спорить с ним было себе дороже. Поэтому я покорно легла на спину и согнула ноги в коленях, не решаясь положить их на него.
– Всего пару часов назад ты была готова закинуть мне их на плечи, а сейчас боишься даже прикоснуться ко мне. Все митра такие странные? Или только те, что не отсюда?
От его слов мне стало ещё паршивее, но деваться было некуда, и я осторожно выпрямив ноги положила их ему на колени, предусмотрительно отвернувшись в сторону.
«О боги, лишь бы они не сильно воняли после тех сапог!»
Парень стал осматривать их. Его прикосновения и поглаживания вызывали во мне кучу эмоций, приятных естественно. Я хотела, чтобы время остановилось. Ещё ни с кем мне не было так хорошо. Невольно в голове промелькнуло лицо парня, на которого я случайно вылила кофе. Он был симпатичным, но я не помнила его. Кто он? Знакомый? А как его зовут?
– И из-за этого ты ныла? – внезапно спросил меня Рэндвел с усмешкой. – Я то думал.
Он убрал в сторону мои ноги, которые я тут же поджала к себе поближе, встал и подошёл к своему рюкзаку. Недолго в нём полазив, парень достал из него маленькую баночку и протянул мне.
– Вот, намажь, к утру боль и жжение спадут.
Я с минуту помедлила.
– Мне самому это сделать? – Рэндвел смотрел на меня с самым серьёзным выражением лица.
Я решила пошутить, чтобы хоть немного разрядить обстановку. Было ощущение, что он всё ещё злился из-за моих ночных фокусов.
– Да, будь любезен, – улыбнулась я. – А то руки меня что-то совсем не слушают.
Он не говоря ни слова снова сел на кровать и похлопал себя по коленям, призывая повторить недавние манипуляции с ногами.
– Рэндвел ты чего? Я же пошутила, – забрать мазь из его рук у меня не вышло.
– Либо я, либо остаёшься без мази!
Шутка не удалась, и я со вздохом протянула свои ноги, мысленно ругая себя всеми словами. Открыв баночку, парень нанёс немного мази на мои мозоли и ранки. От мази шёл приятный запах трав, и она холодила кожу.
– А теперь спи, и так немного времени осталось, – Рэндвел убрал мазь в рюкзак и снова лёг на пол, ко мне спиной.
Уснуть мне удалось не сразу, мешали разные мысли. Одна из них была особенно пугающей. Этот несносный эльф начинал мне нравиться.
За окном только-только рассветало, когда меня снова грубо подняли. К этому пора было уже привыкнуть. Походу манеры и ласка не входили в десятку основных качеств моего спутника. Велев мне обуться, он открыл окно и посмотрел вниз.
– Рэндвел что ты делаешь? – спросила я его, доставая из рюкзака свои новенькие сапожки.
Ноги действительно не болели, и ранки даже начали слегка затягиваться. Волшебная мазь эльфов, не иначе.
– Мы выйдем через окно, – коротко ответил он, продолжая вглядываться вниз.
– А с дверью, что не так? – спросила я, натягивая первый сапог.
Надев его, я прикрыла глаза от удовольствия. Он сидел на мне словно вторая кожа. Лавочник хоть и был противным и страшным, как чёрт, но не обманул, кожа у сапога была потрясающе мягкой и комфортной.
– Нравятся? – голос Рэндвела вывел меня из блаженной неги.
– Очень, – прошептала я одними губами, надевая второй сапог.
– Надеюсь, теперь ты перестанешь ныть, – он умел всё испортить. Этого у него было не отнять. – Мы выйдем через окно, потому что на улице нас будут ждать. Там я окажусь в невыгодном положении. Если те трое убьют нас, то смогут потом стражникам наплести с три короба и им за это ничего не будет. Мы здесь чужаки это первое, а второе я эльф. Наш народ, как ты уже знаешь, не пользуется популярностью у митра, только в качестве рабов. А если я убью эту троицу, то нас тут же схватят стражники. Тебя оправят в тюрьму до выяснения всех нюансов и причин, а меня прямиком на виселицу. Я не хочу убивать невиновных, но убью, так как они будут мешать нам. Поэтому мы выйдем через окно и встретим этих троих на нейтральной территории, там мне не придётся сдерживаться. Поэтому я сейчас спрыгну, а ты скинешь мне рюкзаки и свой меч, а потом спрыгнешь сама.
– Постой, а мы не можем просто обойти их, чтобы они нас не заметили? Тихо уйти из города и пойти своей дорогой, – мне не хотелось снова встречаться с этой троицей. Всё-таки их было трое, а из нас драться умел только Рэндвел. От меня никакого толку, только мешаться буду.
– Нет, не можем, – парень посмотрел на меня так, словно я только что сказала какую-то глупость. – Во-первых, я не хочу оставлять эту заразу в живых. Уверен, их руки по локоть в крови. Не говоря уже про девушек и женщин, которых они обесчестили. Тебя ждала бы та же участь. В таверне они к тебе не поболтать подсели. А во-вторых, я их предупреждал, чтобы они отстали от нас. Теперь пусть пеняют на себя. К тому же я уже давненько не убивал, руки чешутся, знаешь ли. Скинь вещи, не заставляй меня ждать.
Сказав это, он перелез через окно и спрыгнул вниз. Я прислушалась, ожидая хоть малейшего шума, но его не последовало. Рэндвел всё делал бесшумно, прирождённый убийца. Не был ли он раньше каким-нибудь ассасином? Я скинула сначала свой меч, затеи свой рюкзак, а взявшись за его, чуть не надорвала себе спину. Рюкзак Рэндвела был увесистый, походу он всё тащил на себе, а мне хватало наглости добавлять ему своего веса.
Я выглянула в окно, прикидывая, как теперь спуститься мне, чтобы не сломать себе что-нибудь. Вроде был всего второй этаж. Но я могла и с первого умудриться свернуть себе шею.
– Чего ты ждёшь? – воскликнул Рэндвел глядя на меня. – Прыгай.
– Ты сдурел? – возмутилась я. – Да я же убьюсь к чёртовой бабушке.
– Прыгай, я тебя поймаю.
– А если не поймаешь? – не унималась я.
– Поймаю, – его голос вселял уверенность. – Доверься мне.
Выбора не было. К тому же не доверять Рэндвелу было глупо. Если же не ему, то кому вообще в этом мире мне можно было довериться кроме себя?! Мысленно перекрестившись, я перелезла через окно и с гулко колотящимся сердцем спрыгнула. Страх быстро сменился эйфорией. Всего секунда полета, за которую мне было и весело и страшно одновременно. Крепкие руки обхватили мои бёдра, а моя правая нога в согнутом колене врезалась во что-то твёрдое и мягкое одновременно.
Поставив меня на землю, Рэндвел схватился за грудь. Было, похоже, что моё колено попало ему прямо в грудную клетку.
– Ох, создатель, – прохрипел он. – Надо было тебя не ловить. Ты даже прыгать нормально не умеешь.
– Прости Рэндвел, – с сожалением промямлила глядя на него. – Сильно больно?
Если бы взгляд мог убивать, то я сейчас была бы мертва.
– Мне? – сказал он с сарказмом. – Чертовски приятно. Обожаю, когда меня бьют. В следующий раз целься пониже, я тогда буду в полном восторге!
– Прости, – мне с трудом удалось сдержаться, чтобы не засмеяться от его слов. – Я не хотела.
– Знаю, – вздохнул он. – Иначе прибил бы на месте, – парень ещё раз потёр в районе солнечного сплетения. – Ладно, пойдём. Не будем заставлять нас долго ждать.
Я снова застегнула ремень с ножнами на поясе и, взвалив на плечи рюкзак, последовала за ним. Мы пошли обходным путём, который вывел нас к воротам на выход из города. Там стоял один из троицы, видать поджидал нас на случай, если бы их решили провести. Что мы собственно и сделали, только они об этом ещё не догадывались.
Наёмник усмехнулся, но ничего не сказал, даже тогда, когда мы проходили мимо. Выйдя за ворота, я оглянулась, но его уже не было.
– Пойдём, – поторопил меня Рэндвел. – Они сделают нам засаду на дороге, и это будет их большой ошибкой.
Мне не понравилось, как Рэндвел произнёс эти слова, слишком уж кровожадно они звучали. Он жаждал крови, убийств. Я не знала его с этой стороны и не хотела узнавать.
Мы прошли не больше полукилометра, когда вновь наткнулись на эту троицу. Они ждали нас во всеоружии, были уверенными в своей победе. Мне уже их было жаль.
Остановившись от них на расстоянии не больше двух метров, Рэндвел не спеша скинул на землю рюкзак и вышел вперёд.
– Слушай эльф, сдавайся по-хорошему, – сказал первый с нескрываемой уверенностью. – Ты нужен живым. А будешь рыпаться, кончишь, как она, – сказал он, кивнув в мою сторону.
Остальные заржали, как по команде. Я старалась держаться за спиной Рэндвела, как за бетонной стеной.
– Как же двусмысленно звучат ваши слова, – усмехнулся парень, доставая из-за спины свой огромный меч.
Он встал в стойку, прижимая к груди левой рукой кинжал, а правой держал меч так, словно он ничего не весил. Наёмники тоже повыхватывали свои мечи из ножен.
– Красивый меч, – мерзко ухмыльнулся второй. – Я уверен, что за него дадут много золота.
– Тебе оно уже не понадобится, – ответил ему Рэндвел таким тоном, что даже мне стало страшно.
Миг, всего один миг. Я даже не заметила, как он замахнулся. Но кинжал, что парень сжимал в левой руке, секунду назад, уже красовался в глазу второго наёмника. Тот даже понять ничего не успел. Быстрая смерть. Третий, было, открыл рот, чтобы что-то крикнуть, но лезвие меча Рэндвела опередило его, войдя тому в грудь и выходя наружу. Сомневаюсь, что он бы выжил, но для пущей уверенности или потому что моему спутнику было мало крови, он прокрутил лезвие в груди несчастного по часовой стрелке. Послышались ужасные звуки разрываемой плоти и криков наёмника. Крик был не долгим, но я уверена, что перед смертью, третий почувствовал ужасную, нестерпимую боль. На лице первого наёмника появился неподдельный страх, он побелел и выронил свой меч. Пятясь назад, мужчина запнулся и упал, но кое-как поднявшись, бросился убегать. Рэндвел схватил с бедра лук и, достав стрелу из колчана, висевшим у него на спине, прицелился. Он собирался убить безоружного и убегающего человека, я не могла этого допустить. Это уже было убийство, а не самооборона. Я толкнула парня в тот момент, когда он натянул тетиву для выстрела, и стрела улетела куда-то в сторону.
– Рэндвел остановись. Ты же не убийца! – я крикнула это в надежде достучаться до него.
Но он не слышал. Оттолкнув меня с такой силой, что я полетела на землю, он выдернул кинжал из глаза второго наёмника и кинул следом за убегающим. Секунда, может две, и тело несчастного замертво упало на землю.
Он убил их всех даже глазом не моргнув. Всех, и того, кто убегал, пытаясь спасти свою жизнь.
Я не успела ничего сказать, так как Рэндвел подойдя ко мне быстрым шагом и схватив меня за шиворот, встряхнул так, будто я ничего не весила. Сколько же у него было сил…
– Ты что творишь? – прошипел он мне в лицо, ставя на землю, но всё также удерживая за воротник. – Совсем ополоумела?
Страх сковал моё тело, я даже не пыталась вырваться. Ещё никогда мне не приходилось видеть его настолько разъярённым, и неизвестно, чего от него стоило ожидать в этот момент.
– Не смей, слышишь? Никогда. Не смей. Мне. Мешать! – последнюю фразу он произнёс по частям, чтобы максимально донести до меня смысл сказанного.
Ещё раз, встряхнув, он отпустил мой воротник, а я едва удержалась на ногах. Дёрнувшись из стороны в сторону, Рэндвел вновь повернулся ко мне. Его глаза пылали яростью.
– Ты действительно настолько тупая? Или как прикажешь это понимать? У тебя взыграла жалость? К кому? К ним? – он махнул в сторону тел наёмников. – К этим мерзавцам? А ты не такая уж и смышлёная, как казалось на первый взгляд. Я объясню, что было бы с тобой окажись я либо слабым, что меня зарубили бы тут, прямо на твоих глазах. Либо трусливым, чтобы сдаться и обречь тебя на смерть. Слушаешь? – он прорычал мне это в лицо, а я с трудом кивнула ему в ответ. – Так слушай. Сначала, тебя поимели бы по очереди, невзирая на твои крики, мольбы и слёзы. Ещё и поколотили, чтобы слишком громко не кричала. А когда наигрались бы с тобой, то перерезали глотку и оставили твоё изуродованное тело где-нибудь в канаве, а может даже и заморачиваться не стали бы. Там где отымели, там бы и бросили. Это отбросы общества, а отбросы принято уничтожать!
– Но он же убегал? – еле слышно прошептала я.
– И что? – Рэндвел рассмеялся мне в лицо. – Ты думаешь, он бы одумался? Встал на путь истинный и отказался от лёгких денег? Никогда! Такие не меняются. Он уже через час нашёл бы себе новую компанию отбросов, таких же как и он, и захотел отомстить за своих падших дружков. Устроил бы нам засаду или перерезал глотки во сне. Тебе нравится жить в страхе? Оглядываться постоянно, спать с чувством, что за тобой наблюдают, и ждут, пока ты заснёшь, ждать засады. Мне нет! Поэтому я искореняю опасность на корню. Да, я убийца и буду убивать дальше. Таких личностей на дорогах, в лесах, да где угодно сотни, тысячи. Тут либо мы, либо они. Поэтому прими сей факт и прими меня, таким, какой есть. Я это сделал не ради себя, а ради тебя, между прочим. Поэтому ты пойдёшь и найдёшь мою стрелу. Я промахнулся из-за тебя. И захвати кинжал из башки, того мерзавца. Буду считать это твоей благодарностью, за спасение. А пока будешь искать подумай и реши, либо ты всё поняла и приняла, либо забирай свои вещи и скатертью дорога!
Сказав это, парень отошёл от меня и, подняв с земли свой окровавленный меч, стал вытирать с него кровь о тела мёртвых наёмников. Меня замутило. Я поплелась в сторону тела первого наёмника с мыслью, что боюсь Рэндвела и не хочу оставаться с ним.
Глава 8
Бродя возле трупа третьего наёмника уже добрых пятнадцать минут, я всё никак не решалась вытащить у него из головы проклятый кинжал. Стрела Рэндвела улетела в далёкое путешествие и напрочь отказывалась находиться. Вроде и местность была открытой ни кустов, ни высокой травы, но я понятия не имела, куда она запропастилась. И чем больше бродила, тем сильнее злилась. Меня начало бесить абсолютно всё: этот мир, его обитатели, моя ситуация, а главное Рэндвел.
«Найди мою стрелу. Я ему что рабыня?! Буду считать это благодарностью. За что блин?! Он убийца и сам в этом признался. Мне просто опасно находиться рядом с ним. Неизвестно чего ему ещё в голову взбредёт».
– Нашла? – грубый голос Рэндвела вытащил меня из водоворота своих мыслей.
Я захлопала глазами, осознавая, что пока находилась в своих размышлениях, умудрилась вернуться назад. Мельком взглянув на тела, мне показалось, что крови стало ещё больше. Бордовая, цвета спелой черешни она текла в разные стороны, впитываясь в землю. Меня снова затошнило, и я перевела взгляд на Рэндвела. Передо мной стоял недовольный эльф, скрестив руки на груди. Он был собран, меч снова висел у него за спиной, рюкзак стоял у ног, не хватало лишь меня. Вот только идти с ним я не собиралась, точнее вместе с ним. Мне показалось, что Рэндвел понял это. Его взгляд изменился.
– Нет, не нашла. И не собираюсь искать, – ответила грубостью на грубость. Я решила, что нам надо расстаться. Дальше пойду без тебя.
Я ждала грубых слов в свой адрес, например, какая я тупая, глупая, дура и всё в таком духе, но их не последовало. Парень, без каких либо эмоций нагнулся и поднял с земли свой рюкзак.
– Пойдёшь прямо, пока не дойдёшь до указателя, – Рэндвел махнул, указывая, куда мне нужно было идти. – От него свернёшь направо и до конца. Там снова будет указатель. Тебе нужно в лес Каллихор. Дальше уже сама. Удачи.
Даже не взглянув на меня, он закинул рюкзак на плечи и двинулся в другую сторону, а я так и осталась стоять, обдумывая, правильно ли поступила. Сердце ныло, умоляя меня догнать его и извиниться, а гордость требовала идти дальше. В то же время мой мозг оскорблял меня разными словами и давал понять, что шансов на успех нет. Полный ноль. В итоге победило сердце, и я бросилась за Рэндвелом. Но пробежав несколько метров, обнаружила, что его и след простыл, он как под землю провалился. Я позвала его раз, другой, третий, но ответом мне была тишина. В итоге смирившись, побрела назад и, захватив свой рюкзак, двинулась в сторону, указанную мне Рэндвелом.
Я шла разбитая и несчастная, ругая себя последними словами. Рэндвел не был идеальным, но с ним мне ничего не грозило. Я знала, что со мной ничего плохого не случится, так как он был рядом. Перед глазами без конца маячил его образ, заставляя сердце сжиматься сильнее. Высокий, сильный, красивый, он так мне нравился. Недоступный конечно, но дорога предстояла длинная. Кто знает, вдруг она бы сблизила нас, а теперь его нет, по моей же глупости.
«Какая же ты тупица Алексина! Вот что теперь делать? Думаешь, тебе в одиночку удастся пройти путь этого как-то там? Сомневаюсь. И Рэндвел назвал только одно место. Не думаю что в этом лесу будут желающие указать тебе дальнейшую дорогу»,
Я вернулась в реальный мир из размышлений, только тогда, когда поняла, что иду уже довольно долго, а указателя, так и не было.
«Вот чёрт, неужели пропустила?! Дура-дура-дура!»
Делать было нечего, пришлось возвращаться. Возможно, я ещё не дошла до него, но лучше было перестраховаться. Внезапно меня окликнули. Я обернулась. Ко мне бежал молодой паренёк лет семнадцати. Поравнявшись со мной он, запыхавшись, поднял руку вверх, прося времени, чтобы перевести дух.
– Ты как будто марафон пробежал, – пошутила я. – А вообще что тебе нужно? – решила сразу рубить сплеча. Времени на долгие разговоры у меня не было. Солнце потихоньку клонилось к закату, наступал вечер.
– Да я, – паренёк прохрипел, ловя ртом воздух. – Пытался вас догнать. Нечасто на дорогах встретишь такую красивую девушку и совсем одну. Это же опасно. В этих местах полно разбойников.
«Ещё не так давно я была не одна и опасность мне не грозила….»
Я молчала, с грустью обдумывая свои последние выходки и в который раз убеждалась в том, что сама виновата, что Рэндвела не было со мной.
– Я могу узнать ваше имя? – паренёк мялся, явно смущаясь.
Я посмотрела на него. Сразу видно деревенский. Потёртая жилетка, рваная рубаха, заношенные штаны и дырявая обувь. Рыжий с веснушками и курчавым носом, но уж больно худой. На вид казался дружелюбным, улыбался, заламывая руки назад.
–Але…ксина, – я невольно испугалась, так как не сразу вспомнила своё имя.
«О боже, боже-боже-боже! Нет, пожалуйста. Я начала забывать. Я Алексина. Алексина! Главное не забыть. Не забыть!»
– Очень приятно Алексина. А я Марк, – он протянул мне свою худощавую руку.
Я протянула в ответ, и он пожал её. Рукопожатие у него было крепким, несмотря на излишнюю худобу.
– У вас приятная кожа, мягкая, – он задорно улыбнулся.
«Паренёк притормози, мал ещё, чтобы к взрослым девушкам клеиться».
– Куда вы направляетесь? Может я смогу вам помочь, – продолжал он, как ни в чём не бывало.
Глупо было доверять ему и в то же время глупо отказываться от помощи.
– Мне нужно к лесу Каллихор. Знаешь его? – я улыбнулась самой приятной улыбкой.
– Знать то знаю, – сказал Марк, растерявшись. – Только зачем вам туда? Этот лес проклят.
От его слов холодок пробежал по коже. Я знала, что «путь Паломника» это не прогулка под луной, но к проклятому лесу была не готова. Особенно иди туда одной. И самое главное, что Рэндвел умолчал об этом.
– Проклят он или нет, мне всё равно нужно его найти. Поможешь? – я решила не распространяться о своих планах, мало ли, что у этого паренька было на уме.
Марк почесал затылок, оглядываясь. Я уже подумала, что он откажет.
– Помочь то помогу, – заговорил он, снова оглянувшись. – Я покажу вам дорогу до леса, но в сам лес не пойду. Мне ещё пожить хочется. Вы бы тоже не ходили туда, а то слухи об этом лесу разные ходят.
– Какие слухи? – поинтересовалась я, ругая себя за любопытство. Ведь мне в этот лес предстояло идти, и лучше было бы не знать наперёд, что там твориться, а иначе есть риск передумать и отказаться от всей этой затеи, заранее обрекая себя на жизнь в этом неизвестном мире. В скором времени, когда закончились мои украшения, я бы стала похожа на этого паренька. Худая, в рваной одежде сидела бы в грязи и просила милостыню.
Я помотала головой, отгоняя плохие мысли и набежавшую тревогу.
– Слухи, да разные, – усмехнулся Марк. – У каждого человека своя теория того, что там творится. Ходить то туда уже не ходят, поди, лет сто как минимум, а вот сочинять так это, пожалуйста. И ведьмы в этом лесу и вампиры, и мертвецы ходячие, послушаешь таких рассказчиков и из дома уже страшно выходить, не то, что в лес какой-то идти. Пойдём что ли? А то стоим тут на дороге, только неприятности притягиваем. Помочь? – он кивнул на рюкзак и тут его взгляд остановился на мече, висевшем у меня на талии. – Вот это да. Красота, то какая. Это же эльфийская работа. Где вы такой нашли? Он, поди, дорогущий.
– Да, спасибо, – улыбнулась я, протягивая ему рюкзак. – А насчёт меча это подарок. Как ты понял, что он эльфийский?
– По гравировке на рукояти, – ответил Марк, закидывая мой рюкзак на плечи, но при этом не сводивший взгляда с меча. – Надеюсь, потом разрешите подержать его. Ладно, пойдёмте.
Мы двинулись вперёд, попутно болтая обо всём на свете. Я была рада, что иду не одна и не представляла, как мне потом продолжать свой путь в одиночестве. А ещё хотелось есть. Хорошо, что солнце садилось, и подул лёгкий освежающий ветерок, так как у меня оставалось всего половина фляжки с водой, и я понятия не имела, где её наполнить.
– Здесь мы срежем, – указал Марк, останавливаясь у одинокой тропинки, ведущей в лес.
Мне не хотелось идти через лес. Перед нами простиралась прямая длинная и хорошо освещённая дорога, а в лесу могло быть опасно. Я невольно вспомнила волков и у меня задрожали руки. Если наткнёмся даже на одного из них, то мы считай покойники. Я сомневалась, что этот худой паренёк умел обращаться с оружием.
– Может, лучше пойдём длинным путём? – предложила я, бросая взгляд то на лес, то на дорогу.
– Если срежем, то дойдём до леса Каллихор дотемна. Там мы могли бы переночевать, а наутро разойдёмся в разные стороны. А если пойдём длинным путём, то мы и к полуночи до леса не дойдём. Ещё и потеряемся, не дай создатель.
Ещё раз, с грустью посмотрев на дорогу, я удовлетворительно кивнула, и мы пошли по тропинке, ведущей в лес.
«Замечательно, один лес, другой. Тут сплошные леса прям рай для хищников и убийц, типа Рэндвела. Тьфу, опять его вспомнила».
В лесу оказалось намного темнее, чем на дороге. И страшнее. Я шла за Марком, вздрагивая от каждого шороха. Внезапно он сложил руки, словно в молитве и издал через них, какой-то звук.
– Что ты сделал? – спросила я, поравнявшись с ним.
– Ничего, – рассмеялся Марк. – Просто сов приманиваю.
– Сов?– удивилась я. – Зачем?
– Дорогу нам укажут. Ты, что не знала, что совы хорошие путеводители? – он посмотрел на меня, как на дурочку и уверенно пошёл вперёд, словно ходил по этому лесу не один раз.
Мне стало не по себе. Марк вёл себя странно.
«Совы путеводители? Что за бред! Он меня за полоумную держит? И какие совы, ещё только вечер, а они ночные птицы и сейчас либо ещё спят, либо только начали просыпаться».
Мне до боли захотелось вернуться.
– Марк, – позвала я. – Давай вернёмся. Я лучше пойду по дороге. Мне не нравится этот лес.
– Ты что Алексина? – паренёк усмехнулся. – Да уже немного осталось, скоро выйдем на дорогу. Если ты боишься этого леса то, что будешь делать, когда доберёшься до леса Каллихор?
Внезапно издалека послышался звук, похожий на тот, что издал Марк.
– Видишь? – он улыбнулся. – Сова ответила, значит нам надо в ту сторону.
«Да откуда блин сове знать, куда мы направляемся? Надо валить. С ним или без него. Лучше без. Я как-нибудь найду дорогу назад».
– Отдай мой рюкзак, и я вернусь на дорогу.
Он стоял и смотрел по сторонам, словно не слышал меня.
Паренёк продолжал стоять и пялился на меня с какой-то глупой улыбкой. Моя рука легла на рукоять меча. Я была готова угрожать ему.
– На твоём месте я бы этого не делал, – его голос стал другим. Надменным, зловещим.
– А то что? – я старалась сохранять хладнокровие, но получалось плохо. Моё трясущееся тело выдавало меня.
– А то можешь пораниться, – послышался грубый голос позади меня.
И прежде чем я успела обернуться, почувствовала удар по голове и упала на землю без сознания.
Очнулась я с дикой головной болью, такой, что даже моргать было неприятно. Мне захотелось потрогать голову, но к своему ужасу обнаружила, что мои руки крепко связаны какой-то старой, вонючей верёвкой. Неизвестно сколько времени я провела без сознания, но заметно стемнело.
До меня стали доносится громкие разговоры и смех. Оглядевшись, стало понятно, что я находилась в лагере посреди леса. Горел костёр, на огне жарилось мясо зайца или белки, трудно было понять, рядом стояли палатки, висела одежда, стояли ящики, а рядом с ящиками находились люди. То как они выглядели и как разговаривали, давало понять, что я пребывала не в обществе интеллигентов или аристократов, а в плену у самых настоящих разбойников. Семеро мужчин среди них был и Марк. Моё сердце сжалось при виде его. Я прогнала парня, который готов был заслонить своей спиной от любой опасности, и пошла с тем, кто меня предал и завёл в ловушку.
«Ох, Рэндвел, какая же я была дура!»
Один из разбойников заметил меня и кивнул остальным. Что-то громко обсуждая, они двинулись ко мне, а я сильнее вжалась в дерево, возле которого сидела.
– Проснулась, значит, – рассмеялся один из них. У него была длинная рыжая борода и злые глаза. – Я уже подумал, что пришиб тебя. Рука у меня сильная.
Я молчала, с ужасом озираясь на них. Понимала, что кричать бесполезно. Меня никто не услышит и никто не придёт на помощь, а злить их мне не хотелось. Боль в голове доказывала, что церемониться со мной не будут. Я заметила свой меч у Марка в руках и снова вспомнила Рэндвела. Он бы такого никогда не допустил. Разбойников забавляла моя беспомощность.
– Расскажи нам милая, – продолжил рыжебородый. – Откуда ты тут такая взялась? И откуда у тебя драгоценности и эльфийский меч?
– Это подарок, – мой голос дрожал, как и всё тело.
Разбойники рассмеялись. Громче всех смеялся Марк, разглядывая мой меч.
– Мой парень сказал, что ты ему также ответила. Вот только никто не делает такие подарки просто так. Каким местом ты их заработала? – он грязно рассмеялся и остальные поддержали его. – На знатную не похожа, выходит воровка. А в лес направлялась, небось, для того, чтобы припрятать краденое. У тебя там тайник?
Я слышала, как сердце отсчитывает удары, а комок в горле мешал нормально глотать.
– Н-н-нет у меня никакого тайника, – заикаясь, и чуть ли не плача произнесла я. – Пожалуйста, вы можете забрать всё, что у меня есть, только отпустите меня.
– Слышали парни? – громко рассмеялся рыжебородый. – Можете оставить побрякушки себе, она разрешает, – и все снова заржали, как ишаки, брызжа слюной. – Мы не может тебя отпустить красавица, хотя бы потому, что ты знаешь, где наш лагерь. А нам не нужны неприятности в лицах стражников или храмовников.
– Я никому не скажу, – прошептала я, но головой понимала, что меня не отпустят, как бы не умоляла и не просила их.
– Это всего лишь слова, – отчеканил Марк. – К тому же за тебя хорошо заплатят золотом. Вот ещё что, ты девственница?
– Нет, я…
– Это плохо, – грубо перебил меня Марк. – Больше пятидесяти мы за тебя не выручим.
Я бросала взгляды на них по очереди и везде видела только злые глаза и недобрые помыслы. Чувствовала себя бабочкой, попавшей в паутину. Выхода нет, а паука о милосердии просить бессмысленно. Только бабочка умрёт в конце и её страдания прекратятся, а мои нет.
– Если товар всё равно порченный, – вмешался другой разбойник. Он был толстый с десятью подбородками и невероятно маленькими глазками. – То почему бы нам самим сначала не опробовать его?
Вот тут моё сердце едва не остановилось. Меня могут изнасиловать семь человек! В такие моменты люди молятся богам и просят их о спасении, каком-то чуде, а я молилась о смерти. Просила бога, чтобы моё сердце окончательно остановилось. Лучше смерть, чем то, что меня ожидало.
– Хорошая идея Хоу, – рассмеялся Марк. – Ты, полагаю, хочешь быть первым? Ну если поделишься своей долей, после того как мы её продадим, то так и быть позволю тебе побаловаться с ней вне очереди.
Другие разбойники стали что-то возражать, видать первым хотел быть каждый из них.
– Молчать! – крикнул рыжебородый и возражения стихли. – Мой сын сказал слово, так что Хоу? Желающих на твоё место предостаточно.
Я даже не удивилась, что Марк сын рыжебородого. Они были похожи внешностью и характером. Как говорится яблочко от яблони.
Толстяк мялся, видать прикидывал, стоит ли моё тело, того золота. что просил от него Марк.
– Ладно, – протянул толстый. – Будет тебе часть доли сукин ты сын.
– Ты абсолютно прав Хоу, моя мать была той ещё сукой, – рассмеялся Марк. – Ну, так бери её. Ночь коротка, а позабавиться хотят все. Только долго не тяни. Не успеешь, будешь дорабатывать рукой.
Все мерзко заржали, а меня аж передёрнуло.
– Только отойди подальше, не хочу, чтобы твоя толстая задница маячила перед глазами, пока я буду есть.
Разбойники, всё также смеясь, направились к костру, а толстяк, схватив меня за руки, потянул в другой конец лагеря.
Я пыталась сопротивляться, но он был сильнее. Грубо повалив меня на траву, жирдяй принялся трогать моё тело, гладить своими грязными пальцами. Я лежала под ним и задыхалась от слёз и своей беспомощности. А затем этот выродок принялся целовать меня, облизывать причмокивая. Во мне закипел гнев вперемешку с отчаянием. Когда он впился мне в губы поцелуем, я со всей силы укусила его за язык. Во рту тут же появился яркий привкус крови. Он заорал и попытался вырваться, но я не отпускала. Тогда толстяк ударил меня в живот, и моё тело скрючилось от боли. Кто-то окликнул его, но он словно ничего не замечая и крича ругательства, сомкнул свои липкие ручонки на моей шее.
Толстый душил и не отпускал меня, даже тогда, когда я начала задыхаться от недостатка воздуха. Мир начал меркнуть. А я молилась богу из последних сил.
«Боже дай ему сил довести дело до конца! Умоляю!»
Глава 9
Послышался лёгкий шум, такой, какой издаёт туго натянутая веревка, если её тронуть пальцем. Секунда, и что-то тяжёлое навалилось на меня, ещё сильнее припечатывая к земле. Я закашляла, ловя ртом воздух.
– Хоу, ты там что оглох? Если мне придётся встать, чтобы дойти до твоей жирной задницы, считай что твоё время вышло, – послышался голос одного из разбойников.
Придя в себя, я поняла, что лежу под бездыханным телом толстяка. У него из головы торчала стрела.
– Всё Хоу, ты меня достал! – снова послышался разъярённый голос разбойника.
Я постаралась приподнять тело, которое с каждой секундой становилось тяжелее, но это оказалось выше моих сил. Его кровь пачкала мой воротник. Шаги разбойника становились отчётливее.
– Ты там что уснул? – он рассмеялся. – Если расплющил деваху, то пеняй на себя. Какого…
Договорить разбойник не успел. Снова раздался короткий звук и послышался шум удара тела об землю. Среди остальных началась паника, я не видела, но отчётливо всё слышала. Они бегали по лагерю, крича ругательства в поисках виновного в гибели своих товарищей.
– Барт, сука, убили Барта, – кричал Марк. Уж его голос я запомнила. – Найдите эту тварь. Стреляли с дерева, я своими яйцами клянусь, что с дерева.
Послышался крик ещё одного. Я же окончательно, придя в себя, стала спихивать в сторону тело толстяка. С попытки пятой мне это удалось. Наконец-то я смогла вздохнуть спокойно.
– Отец, – кричал Марк. – Отец! Ох, создатель милосердный.
Я, кое-как держась связанными руками за дерево, оглядела лагерь. Повсюду валялись трупы разбойников со стрелами в головах, а на земле, склонившись над телом рыжебородого сидел Марк.
– Выходите, – закричал паренёк, озираясь по сторонам. – Слабо сразиться в честном бою?
– Честный бой, не мой конёк, хотя ты его и не заслуживаешь, – с дерева спрыгнул Рэндвел, держа в руках лук.
Моё сердце забилось от радости, но ещё больше от стыда. Марк, прожигая его взглядом, поднялся с земли, обнажив клинок. Мой клинок.
– Эльфийское отродье, – прорычал он, сплёвывая на землю. – Я не верю, что ты был один, где остальные? Вы же как крысы всегда ходите кучками!
– Мне до седьмого колена, веришь ты или нет. А вот слово «крысы» больше относится к таким, как ты. Сколько вас не руби, мир чище не становится, так как вы плодитесь, словно тараканы. Убьёшь одного ублюдка, а на его место придёт трое таких. Ты хотел честного боя? – Рэндвел отшвырнул лук в сторону и достал из-за спины свой огромный меч. – Будет тебе напоследок честный бой.
Марк кинулся на него, целясь в живот, но эльф без особого труда отпарировал его атаку, выбив меч из рук паренька и ударом ноги отправил того на землю. Заметив меня, Рэндвел махнул мне, подзывая подойти к ним. Меня ещё шатало и мутило, но уже хотелось подбежать к нему, броситься в объятия и кричать о том, как сильно виновата перед ним. Подойдя, я посмотрела на Марка. Он был жалок и так сильно напоминал меня не так давно.
