Луна осветила лесную поляну, ночной лес был полон шорохов, ухал филин, в траве шуршали ночные грызуны, где-то вскрикнула выпь. Вдруг, словно испугавшись, луна спряталась за тучу и на поляне появился высокий человек в длинном плаще: прямая спина, величественная осанка, плавные, уверенные движения. Лицо почти скрыто капюшоном и видно только крючковатый нос, и нижнюю часть неподвижного, похожего на маску бледного лица с тонкими, надменно изогнутыми губами.
Высокий человек взмахнул рукой, на поляне появилось кресло, он сел. Прошло некоторое время и со всех сторон стали появляться люди, животные, птицы. Последним прискакал козел: морда глумливая и наглая, шерсть взъерошенная и местами потертая, явно, не первой свежести был этот козлик…
Повернувшись вокруг себя, он превратился в вертлявого, неприятного человека, лицо которого продолжало кривляться, видимо даже без воли на то своего хозяина. Остальные животные и птицы также превратились в людей, одетых в темные, длинные плащи. Всего гостей было семь.
Каждый вновь прибывший приветствовал высокого человека поклоном, обращались к нему по-разному, но все очень почтительно: Владыка Хелронд, Ваше Темнейшее Величество или Ваше Темнейшество.
Высокий человек слегка пошевелил рукой, на поляне появились стулья, и гости расселись после его приглашающего жеста.
Он посмотрел на присутствовавших тяжелым и мрачным взглядом, многие заметно съеживались, как будто взор Хелронда придавливал их к земле, как тяжелый камень. Даже Вертлявый перестал кривляться и застыл, как будто проглотил аршин. Хелронд заговорил глухим, негромким голосом:
– Коллеги и единомышленники, я созвал вас, чтобы обсудить одно древнее пророчество и наметить совместный план наших действий.
Вертлявый человек ухмыльнулся и тихо произнес:
– О! Опять Темнейший в демократию решил поиграть… Единомышленниками величает … Коллегами даже…
Хелронд продолжал, скорее всего, не услышав его, погруженный в собственные мысли, иначе бы Вертлявому не поздоровилось:
– Мои лучшие прорицатели уверены, что это древнейшее пророчество принадлежит еще древним богиням судьбы, норнам: Урд, Верданди и Скульд. Все знаки указывают на то, что пророчество относится к нашим временам, а значит может коснуться каждого из нас, – он сделал продолжительную паузу и еще раз оглядел всех тяжелым взглядом.
– Итак:
Герой придет из мира людей,
Все силы природы помогут ему,
Разрушит он чары, Серый замок падет.
Илар справедливый вернет свой престол,
И мир воссияет над всею землей Белоземья.
– Какие будут соображения? – задал вопрос Хелронд. – Прошу высказываться! – и он сделал жест рукой, указывая на сидящего справа вертлявого.
– Ваше Темнейшество, а Илар-то разве не погиб в последней битве от руки вашего Темнейшего Величества? Как же это он на престол-то взойдет? – проскрипел Вертлявый.
– Локи, этого предводителя мышей и лягушек я превратил в камень, как и всех других врагов и ожить они не смогут, – резко ответил Темнейший.
Слово взял Человек в плаще с длинной белой бородой:
– А какие есть соображения у прорицателей о герое? Кто он? Откуда должен появиться?
– На этот счет прорицатели разошлись во мнениях, Миракл, достоверно ничего неизвестно, – ответил Хелронд, – им мог бы стать сын Короля Илара, но сына, как все знают, у него не было, а обе дочки погибли.
– Ох уж эти герои, – проскрипел Локи, – вечно придут, напакостят, а ты потом исправляй.... Ведь какой дракон хороший был Фафнер Могучий, уважаемый Дракон, можно сказать, и на тебе, Зигфрид, белокурая бестия пришел, звали его как будто, видеть жаждали … И нет больше нашего могучего! – расстроенно закончил Локи.
– Если герой появится, то мы готовы его встретить, – плотоядно улыбнулся Хелронд, в этот момент он напоминал голодного паука, наблюдавшего за попавшей в его паутину мухой.
Следующим выступил сгорбленный старичок:
– Владыка, может кто из жителей Средиземья бунт намечает? У нас на Юге все тихо, ни фей, ни гномов не видно, звери не высовываются, странное затишье …
– Везде все тихо, я не был бы так пессимистичен, Тирон, мы никогда еще не были так уверены в своей Власти, как сейчас, и так и будет во веки веков! – надменно проговорил Хелронд.
– Как может пасть Серый замок, он же неприступен? – этот вопрос задала хрупкая, скорее всего женская фигура, мягким, вкрадчивым голосом.
– Замок по-прежнему неприступен, Миранда, воины Серой армии в полной боевой готовности, – ответил Хелронд, – нет в Белоземье такого войска, которое может захватить его, в этом можно не сомневаться.
– Надо бы шпионов в гразные концы послать, пусть ищут гегроя, вынюхивают, наблюдают, – предложил невысокого роста пухлый чародей сильно картавя.
– Это хорошее предложение, очень своевременное, Новар, – согласился Хелронд, – вороны, летучие мыши, варги наши неизменные и надежные слуги.
– Владыка Хелронд, – проскрипел Локи, – я тут на досуге вывел очень полезную живность – вредителей дальнего видения, я их ВДВ назвал. Видят, как орлы, на несколько миль вперед, выносливые такие, могут летать и днем, и ночью. А еще жутко умные! И имена я им дал, все в честь богов скандинавских! – приосанившись гордо отрапортовал Локи.
Губы Хелронда скривились, внимательный наблюдатель заметил бы, что этот энтузиазм был ему неприятен, но голос его прозвучал довольно вежливо: – Похвально, Локи! Используй своих вредителей!
Услышав слова Хелронда, тот приосанился, да что там, его просто распирало от гордости.
После небольшой паузы Хелронд продолжил:
– Разошлите во все концы своих шпионов и отправляйте ко мне вестников, если заметите что-то необычное или подозрительное. – Всем спасибо за продуктивную встречу! – любезно проговорил Хелронд, встал, слегка кивнул головой собравшимся и растворился в воздухе.
2.Дивный, волшебный мир
Нике снился сон, этот сон снился девочке часто и уже был знаком как старый, добрый друг.
Голубое небо, горы со снеговыми вершинами вдалеке, изумрудный луг в отдалении, на краю леса стоит огромный белый волк с необычными зелеными глазами и смотрит прямо на Нику, смотрит внимательно, не отрываясь. Взгляд у зверя спокойный и мудрый, волк казался девочке удивительно знакомым и даже каким-то родным.
Обычно во сне волк стоял неподвижно и внимательно смотрел на девочку, но сегодня он переступил с лапы на лапу, наклонил голову и мотнул ей в сторону гор, как будто приглашая Нику пойти с собой. Девочке было так хорошо в этом сне, что просыпаться и расставаться с волком ей совсем не хотелось.
А майское солнце уже давно заглядывало в окно, но не могло разбудить Нику, у него просто не было шансов, девочка натянула на голову одеяло, плотно обмотала его вокруг головы и тела (и как Нике только удавалось сделать это во сне?) и продолжала спокойно спать. Ее ноги в носочках высовывались из-под одеяла, бабушка, когда ей удавалось увидеть, как спит Ника, всегда умилялась и говорила, что она похожа на фаршированный куриный окорочок, а ножки в носочках на куриную косточку.
День был будний, приближался конец учебного года в шестом классе, нужно было собираться в школу, и бабушка принялась будить соню, она громко разговаривала с Никой, щекотала ее пятки, бока, стаскивала одеяло…. Девочка с трудом проснулась, приоткрыла один глаз, закрыла и села, спутанные русые волосы закрывали почти все лицо, худенькие плечи поежились, губы почмокали, она откинула волосы с лица, открыла голубые глаза и с неохотой встала. Настроение было не очень, да и погода за окном тоже начала хмуриться, на солнце, только что светившее, набежали облака.
Но холодная вода и неизменный утренний оптимизм бабушки взбодрили Нику. С кухни заманчиво запахло ванилью, бабушка часто добавляла ее в блинчики. Она всегда покупала черные, кривые стручки, привезенные из далекого Мадагаскара, выскабливала их темную, мягкую сердцевину и добавляла в свою выпечку, наверное, поэтому бабушкины булочки и блинчики были такими вкусными! Все подруги, которые заходили к Нике в гости, и пробовали бабушкину стряпню, всегда просили добавки. Бабушкину еду Ника очень любила, а блинчики особенно, она оделась, с аппетитом позавтракала и, взяв рюкзак с учебниками, пошла в школу с хорошим настроением. Сегодня она успевала зайти домой после занятий и пообедать перед уроком в балетной школе, поэтому купальник и остальные вещи для занятий с собой не взяла. Солнце снова выглянуло из-за облаков и Ника бодро отправилась в школу.
Дорога в школу была девочке хорошо знакома, она шла через небольшой городской парк, на дорожке в этот утренний час никого не было, что было немного странно, потому что обычно в это время в парке было довольно много людей, которые спешили по своим делам, на работу, учеников, которые шли в школу, но не сегодня, сейчас парковая аллея была пуста.
В кустах, справа от дороги, что-то сверкнуло, Нике показалось, что на нее кто-то смотрит. Любопытство не позволило девочке пойти дальше, и она решила заглянуть в кусты. Свернув с парковой дорожки, она прошла через высокую изгородь, вышла на полянку и осмотрелась. У нее возникло какое-то странное чувство, что-то неуловимо изменилось, когда она прошла через кусты, как будто изменился воздух, став на мгновение густым и тягучим как кисель.
Из кустов высунулась маленькая, рыжая мордочка с глазками бусинками и тут же снова спряталась. «Да это же белка!», – подумала Ника, сняла свой рюкзак и достала кедровые орешки, которые всегда носила с собой, и белкам частенько перепадало из ее запасов. Белок в парке было много, людям они доверяли и часто ели угощение прямо с рук. Ника достала кедровые орешки, положила на ладонь и протянула к тому кусту, из которого только что показывалась беличья мордочка.
Сначала из куста высунулась мордочка, а потом вышло и все существо рыжее и пушистое, похожее одновременно на огромного хомяка и на белку, ростом зверь был немного выше колен Ники. Зверек важно вышагивал на задних лапах с достоинством и поистине королевской осанкой (если, конечно, так можно было сказать про хомяка), он подошел поближе, остановился в двух шагах от Ники, шаркнул лапкой и низко поклонился.
– Не соблаговолит ли уважаемая Леди угостить меня удивительными орешками так чудесно пахнущими? – вежливо спросил зверек, моргнул глазками и почтительно склонил голову.
– Ой! – взвизгнула Ника и крепко зажмурила глаза. Постояв так с минуту, она осторожно открыла один глаз, но зверек был на месте и смотрел на нее с недоумением. Ника ущипнула себя, чтобы справится с наваждением.
– Я что, причесаться сегодня забыл? Или лапы не помыл? – растерянно пробормотал зверек, осматривая свои лапы, и приглаживая шерстку на голове. – Вот ведь дамы какие чувствительные пошли! – прикрыл он лапкой мордочку.
– ОООЙ! Ты кто?! И почему разговариваешь?! Как такое вообще возможно?! – второй поток удивления Ники на этом иссяк, и она потрясенно замолчала.
– Прекраснейшая Леди, да не волнуйтесь Вы так, разрешите представиться – Виль, старейший из прославленного рода тютьлей, – важно произнес зверек и снова поклонился.
– Это что ро- розыгрыш? Ты механическая ку-кукла? – Ника судорожно оглядывалась в поисках скрытой камеры и шутников, но поблизости никого не было.
Она протянула руку, подошла поближе и дотронулась до ушка зверька, оно было теплое и пушистое и вздрогнуло от ее прикосновения.
Да.... в реальности зверька сомневаться было все сложнее, он стоял на месте и никуда не собирался исчезать, как Ника ни моргала и ни щипала себя.
Внутренне смирившись, она решила все-таки угостить зверька орехами, разжала ладошку и протянула угощение. Он аккуратно взял зернышки и начал забавно, совсем по-беличьи их грызть.
Ника решила расспросить его поподробнее, когда еще представится возможность поговорить с таким забавным, говорящим зверем.
– Я Ника, – вспомнив о вежливости, сказала девочка, – так ты тютель… Я про таких зверей и не слышала… Вы все говорящие? – спросила Ника уже почти совсем нормальным голосом.
– Конечно мы все говорим, старинный род тютьлей не всегда жил в лесу, мы и при дворе служили, и в королевских замках живали – мордочка тютьля приобрела мечтательное выражение, – самому Королю Илару служили, эээх, хорошие были времена … Не то, что сейчас, – и мордочка зверя стала грустной.
Тут Ника вспомнила, что она шла в школу и опаздывать на первый урок не стоило, строгая математичка всегда задавала дополнительные задания опоздавшим.
– Мне, пожалуй, пора в школу, – с сожалением посмотрев на Виля, сказала Ника, – я могу увидеть тебя еще раз? Орешками бы угостила, – Ника вспомнила умилительную мордочку зверька, попробовавшего кедровые орехи.
– Вшколу? Что-то я не знаю здесь такой местности или деревни, – сказал тютль и оглянулся по сторонам.
Он махнул лапкой вправо: – Там озеро Бездонное.
– Там, – он показал влево, – Белогород, там феи живут. – Есть еще долина Широкая и речка Быстрая, Вшколу не знаю, никогда слышал, – пожал плечами и развел лапками Виль.
– Ну как же? Школа 549 здесь недалеко, сразу после парка, направо, – заволновалась Ника, она повернулась назад, прошла через кусты, ожидая оказаться на парковой аллее, с которой буквально недавно свернула и.… никакой аллеи не увидела, кругом был лес. Она вдруг заметила, что этот лес был какой-то другой, она остановилась и замерла, на нее внезапно обрушилось множество запахов: молодой весенней листвы и хвои, аромат влажной травы и свежего лесного воздуха. Нахлынуло и многоголосие настоящего дикого леса: стрекотание и гомон птиц, шелест листьев, скрип стволов, покачивающихся от ветра. Деревья были огромными, незнакомыми, чахлых парковых кустиков и дорожек не было и в помине. Девочка подумала, что не стоит уходить далеко от полянки и вернулась к тютьлю.
– Где я? Как я сюда попала? – жалобно спросила она Виля.
– В Белоземье, в лесу Зеленом, прекрасная Леди просто вышла на нашу полянку, мы с тютьлями здесь часто собираемся, – учтиво ответил Виль. – Я и смотрю, какая-то Вы нездешняя, – озадаченно сказал тютль и обошел вокруг Ники, – и одежда у Вас странная, – добавил он.
Ника недоуменно оглядела себя, да нормально она выглядит: темные джинсы, кроссовки, яркая курточка, в ее классе многие так одевались.
– И что же мне теперь делать, как попасть домой? Куда идти? – Ника выглядела расстроенной и была готова заплакать.
Тут в рюкзаке Ники завибрировал мобильный телефон.
Ну, конечно, у нее же есть телефон! Сейчас ей помогут! Она достала мобильный из кармана рюкзака, звонила бабушка.
– Милая, где ты? Давно жду тебя после школы! – связь была плохая и Ника едва разбирала слова.
– Бабушка я попала в какой-то лес, тут водятся странные, говорящие звери тютьли, и я совсем не знаю, как я сюда попала и как мне отсюда выбраться, – затараторила девочка, опасаясь, что связь прервется.
Когда Ника назвала тютьля странным зверем, Виль удивленно и немного укоризненно посмотрел на девочку.
– Ника, как же так? Как ты туда попала? Ну что ж, придется все рассказать тебе прямо сейчас! Ты вернулась в Белоземье, иди к белым феям! Тютель знает дорогу, там тебе обязательно помогут, я постараюсь предупредить, чтобы тебя встретили, пожалуйста ничего не бойся, это твой мир, ты....
В трубке зашумело, заскрежетало и соединение оборвалось. Ника попробовала перезвонить бабушке, но связи не было.
– Виль, бабушка сказала мне идти к феям, – растеряно сказала Ника.
– Если Вас не смущает компания странного, говорящего зверя, – и он выразительно посмотрел на Нику, – готов проводить Вас, я знаю дорогу и вообще прекрасно ориентируюсь в нашем лесу, – тютель гордо выпрямился и продолжил:
– Всегда мечтал служить такой прекрасной Леди и выручить ее из беды, рискуя собственными лапами и даже жизнью!
– Нет, ну откуда бабушка все знает? Как же так? – тихим голосом сказала Ника и вздохнула, вот теперь она совершенно ничего не понимала, куда она попала, а главное зачем.
Нике вдруг стало очень одиноко, она загрустила и тут погода начала портиться буквально на глазах, солнце скрылось за тучами и в лесу как-то сразу потемнело. Начали накрапывать первые капли дождя. Тютель озабоченно посмотрел на небо и заторопился домой, пригласив девочку в свою норку в гости.
3.В гостях у тютьлей
Норка тютьля находилась недалеко от поляны. Около входа в норку Ника и Виль увидели, еще одного зверька, похожего на Виля, осматривавшегося по сторонам.
– Тюль, дорогая, ты решила нас встретить? – еще издали приветливо начал Виль, – очень любезно, очень, а я, как видишь, привел к нам юную леди Нику в гости – заулыбался Виль.
– Мой пушистый рыцарь, спас юную и прекрасную Принцессу, – мордочка тютельки расплылась в улыбке.
– Это моя жена тютелька Тюль, – представил бело-рыжую зверюшку Виль. Тюль была такая же рыжая, как и Виль, но поменьше и с белыми пятнами на мордочке и груди. Тюль пригласила их в норку, Нике пришлось сильно наклонится, чтобы пройти в дверь и попасть внутрь. Норка была очень уютной, девочка сразу вспомнила хоббичьи норки, о которых читала у Толкиена. Стоя в полный рост, девочка почти упиралась головой в потолок, хозяйка пригласила Нику в столовую и предложила чай с земляничным пирогом, Ника присела на скамейку у стола, сидя она поместилась в норке намного лучше.
Нечто неуловимо знакомое было в этом имени… тютелька Тюль… Бабушка что-то рассказывала, кажется…. Но Ника так и не смогла вспомнить что же именно говорила ей бабушка.
Тюль налила травяной чай и отрезала для Ники сразу половину пирога, девочка вдохнула аромат чая из душистых, лесных трав, сделала несколько глотков, и ее беспокойство, и тревога немного отступили. Сначала кусок пирога показался Нике совсем небольшим, но от пережитых волнений аппетит у Ники куда-то пропал, и она с трудом доела его.
– Расскажите мне, пожалуйста, про ваше Белоземье, я же тут у вас ничего не знаю, -попросила Ника. – Единороги у вас водятся? А русалки и волшебники есть?
– Водятся-водятся, – закивал головой Виль, – только сейчас и единороги, и русалки попрятались все как злой колдун всю страну захватил, так и не видно их почти.
– Разве так бывает? -удивилась Ника, – пожалуйста, расскажите.
– Сейчас расскажу, – тютель вздохнул, – много лет назад в Белоземье все жили мирно, страной правил Король Илар Справедливый и Королева Глория, у них было две чудесных дочки-принцессы, и все могли найти поддержку в их Белом замке: там всегда всем помогали и никому никогда не отказывали. Все любили Короля Илара, даже гномы и феи его уважали, а уж они-то к людям всегда настороженно относились. Но неизвестно откуда появился злой колдун, собрал Серую армию, колдовством своим людей и зверей себе подчинил, и начал войну. Много защитников полегло в сражениях, и людей, и белых фей, и лесных фей, и гномов. Король и его семья погибли, а колдун захватил всю страну и в каждом замке, в каждом городе своих верных людей поставил. А сам в старом замке поселился, окружил себя воинами, шпионами и живет там как паук в темном углу, говорят, совсем из замка не выходит. Служат ему вороны, летучие мыши и варги, поэтому он обо всем знает, что происходит в Белоземье, – тютель еще раз тяжело вздохнул.
– Крестьяне обеднели, слуги колдуна у них почти весь урожай забирают, лесные феи из Восточного леса носа не показывают, белые феи в Белогороде закрылись, гномы в своих пещерах в Железных горах оружие для Серой армии куют, и все недовольны, но выступить против колдуна и его Серой армии боятся, – продолжила Тюль, – но говорят, есть древнее пророчество, что должен прийти герой, победить злого колдуна и всех нас освободить, вот, только когда это будет, никто не знает.
Тютьли еще много рассказывали Нике про свою страну, людей, волшебных существ, о бедах, которые навлек на жителей Белоземья колдун, Нике было очень интересно, и они еще долго разговаривали, засидевшись допоздна. Когда пришла пора устраиваться на ночлег, оказалось, что кровати тютьлей слишком маленькие для Ники, поэтому Тюль положила ей несколько тюфяков поверх соломенной подстилки и застелила тюфяки свежими простынями, кровать получилась вполне уютная, девочка поблагодарила Тюль и пожелала тютьлям спокойной ночи.
День выдался длинным, Ника очень устала, но от пережитого волнения уснуть у нее не получалось. Такое с ней случалось, она ворочалась, вздыхала, но сон к ней не приходил.
Моноложек Ники
Опять не спится. Запах непонятный. И звуки. Что-то шуршит, или возится кто-то. Все чужое! Почему я сюда попала, зачем? Даже страшновато немного. И одиноко. Тютьли милые, конечно, но все равно….. Очень одиноко. Хочу к бабушке! Колется. Матрас колючий. И пахнет травой или сеном? Не знаю. Почему я здесь? Потолок низкий. Норка же. Я в гостях у Бильбо Беггинса или меня похитили злые мыши? Вон они таращатся из углов злыми глазками. И шуршат. Непонятно все. Странно. Хочу к бабушке! Она же всегда рядом всегда-всегда. Опять шуршат.
Бабушка пахнет ванилью и нежностью. И руки у нее такие добрые. Ну вот…. слезы потекли. Раскисла….
Ника вспомнила, что у нее в кармане лежит маленькая куколка, связанная бабушкой из ярких ниток, она достала ее, сжала в ладошке, поднесла к лицу и вдохнула родной запах: «Она же пахнет домом. Доооомом!». Ника свернулась калачиком, положила куколку рядом и быстро заснула.
Девочка почти сразу попала в свой знакомый сон и поняла, что находится в Белоземье, но во сне это ее ни капли не удивило. Она ждала своего старого знакомого, белого волка, но он не пришел, вместо него на поляне появилась красивая девушка лет пятнадцати, высокая и стройная, с белокурыми длинными волосами и зелеными глазами, одетая как средневековая Принцесса в длинное платье.
– Ника, меня зовут Синтия, я очень хочу тебе помочь, твоя бабушка правильно сказала, тебе нужно идти к феям. Тютель находчивый и отважный зверь и хорошо знает дорогу. Но будь осторожна и слушай свое сердце, – проговорила она и исчезла.
4.Дорога к феям
Утром Ника проснулась в хорошем настроении, да и погода улучшилась. Девочка и тютьли позавтракали, зверькам пришлось основательно опустошить свою кладовую, чтобы накормить Нику, сейчас у нее был прекрасный аппетит. После завтрака Ника и Виль стали собираться в путь. Заботливая Тюль приготовила им в дорогу еду: земляничный пирог, сыр и хлеб, небольшую флягу воды. Ника порылась в своем рюкзаке, рассудив, что учебники в дороге ей точно не понадобятся. Мобильный телефон полностью разрядился и стал совершенно бесполезным, ни розетки, ни зарядки здесь все равно не было. Девочка вздохнула, остаться без телефона для нее было непривычно и даже немного страшновато, но делать было нечего, и она решительно выложила книги и телефон из рюкзака. Кроме учебников из рюкзака появились, – мумифицированный мандарин, фантики, пакетики с остатками орешков, чипсов и обертки от конфет, Тюль увидев это, прикрыла лапкой мордочку, тяжело вздохнула и покачала головой, совсем как бабушка Ники. Девочка пожала плечами: «А чего?! Нормальный рюкзак и вещи все нужные».
Тютьли посовещались между собой и предложили Нике переодеться, ее зеленая, неоновая курточка была слишком заметной и яркой. В норке тютьлей нашелся старый дорожный плащ: темный и потертый, Ника спросила у Виля, чей он, и Виль ответил, что плащ принадлежал девочке из деревни, которая приносила тютьлям молоко. Плащ пришелся Нике почти впору, разве что был немного коротковат. Она надела его с некоторым недовольством, плащ был старый и запах у него был чужой и странный. Кроссовки, выглядывающие из-под плаща, тоже не понравились тютьлям, но другой обуви для Ники в их норке, к сожалению, не нашлось.
Тюль проводила путешественников до границы леса и, когда Ника и Виль вышли в долину, и пошли по едва заметной тропинке в сторону гор, долго стояла и махала им лапкой на прощание.
Ника шла и думала, что еще никогда в своей жизни не видела такой красоты, разве что на фотографиях или в кино. Их путь проходил по долине, впереди высились горы, невысокие горы были покрыты деревьями, а дальше, ближе к горизонту высились могучие горы со снеговыми вершинами. Облака скрывали верхушки некоторых гор и девочке казалось, что вершины гор играют с ней в прятки. Трава в долине была ярко-зеленой и сочной, кое-где им попадались большие серые валуны, поросшие мхом и небольшие камни. Идти было легко, дул свежий, приятный ветер, доносивший до Ники запахи травы, луговых цветов и еще чего-то неведомого, волшебного. Небо было ярко-голубое и удивительно глубокое, по нему бежали белые, легкие облака, догоняя друг друга.
Шли они долго, Ника устала и начала жаловаться на свою тяжелую судьбу и долгую дорогу, да и солнце поднялось высоко и начало сильно припекать. Виль предложил передохнуть, они нашли уютное место возле камней в тени и устроили привал, они с аппетитом перекусили припасами, которые собрала им с собой в дорогу заботливая Тюль. Передохнув, путники отправились дальше, к вечеру они планировали дойти до деревни.
Виль был очень приятной компанией в дороге: он много шутил и рассказывал веселые истории, путники много смеялись. В какой-то момент Нике показалась, что она совсем и не устала, знает Виля очень давно и так здорово было бы идти вместе еще долго-долго, и чтобы это путешествие не заканчивалось. Ей даже стало немного стыдно перед Вилем, что раньше она ныла, что ей тяжело.
Путники подходили к большому валуну, собираясь его обогнуть, как вдруг из-за камня вышли два крупных, серых волка, их желтые глаза смотрели злобно:
– Эй вы! Почему здесь шастаете? Куда идете? – строго спросил первый волк.
Ника оторопела от неожиданности и немного испугалась, вид волков был угрожающий, зубы оскаленные, но Виль не растерялся, вытянулся в струнку и четко ответил:
– Мы в соседнюю деревню идем, девочка нам молоко приносила.
– А кто разрешил шляться тут без разрешения? – рявкнул первый волк.
Второй волк удивленно поднял брови и от этого его морда сразу потеряла все свирепое выражение и стала немного глуповатой:
– Капитан, а что разве молоко пить запретили? А я вот люблю молоко, – задумчиво проговорил он.
– Ты пей, пей, тебе можно! – милостиво разрешил Капитан и махнул лапой в сторону второго волка.
– А вы в деревню! – строго посмотрев на путников, сказал Капитан, – и никуда мне не сворачивать!
– Есть, Капитан! – Виль вытянулся в струнку еще сильнее, со всем усердием втянул свой пушистый живот и, видимо, почти перестал дышать, – я только одной лапой туда и обратно, – и, по-армейски печатая шаг, тютель зашагал дальше по долине.
Вид пушистого тютьля, по-армейски печатающего шаг, был настолько уморительным, что Ника едва пополам не сложилась от смеха, сдерживаясь из последних сил, она с трудом передвигая ноги, поплелась за Вилем.
Капитан проводил Виля довольным взглядом, одобрительно покивал головой и пара волков затрусила в противоположную сторону.
Когда Ника перестала смеяться, отдышалась и они отошли подальше, она сказала Вилю:
– Виль, ты прямо гений! Ты как будто заранее знал, что ему нужно сказать…
– Так и есть, – лукаво улыбнулся Виль. – Просто я давно знаю этого старого вояку, он же в нашем лесу родился, он тут за порядком следит. Капитан армейскую дисциплину любит и еще когда маршируют. Я думаю, – и тютель почесал лапкой за ухом, – если ему четко и уверенно отвечать, он даже не задумается над тем, что ему сказали, я давно это заметил, – Виль посмотрел на Нику хитро прищурившись.
– Вот если бы мы встретились с варгами из Серой армии, могли бы быть неприятности, они звери серьезные. С ними никакой тютель не договорится. Дааа, нам нужно быть осторожнее и поторопиться в деревню, – озабоченно оглянулся Виль и ускорил шаг.
К вечеру путники добрались до небольшой деревни Нант, когда они подошли к первым домам, Ника заметила ворона, сидящего на дереве и, как ей показалось, внимательно смотревшего на нее, она не обратила на него внимания, все-таки она не привыкла ходить на такие далекие расстояния и страшно устала, а торопившийся Виль его совсем не заметил.
Виль сразу направился разузнать новости. Новости были недобрые, днем в деревню приходила целая стая варгов, они расспрашивали жителей и искали чужаков, многие были встревожены. Ника смотрела на покосившиеся небольшие домики и на бедно одетых людей и подумала, что, наверное, им действительно несладко живется под властью колдуна. Но лица людей, которых они встречали, были приветливые, дети смотрели на нее с интересом, а многие взрослые улыбались.
Тютель отвел Нику к своим друзьям, гостеприимной семье, где их накормили и предложили остаться на ночлег.
Ворон, сидевший на дубе, когда тютель и Ника подошли к деревне, был не простой. Когда девочка и тютель проходили мимо дуба, он внимательно рассматривал их, от его внимания не укрылось, что на ногах девочки странная обувь, да и сама эта парочка показалась ему подозрительной. Ворон не стал долго раздумывать и полетел к Серому замку. После рассказа ворона о путниках, за девочкой и тютьлем отправили двух варгов с приказом доставить их в Серый замок.
5.Ученик колдуна
Ловар не любил своего учителя Хелронда, да чего там, просто боялся, но старался скрывать это, понимая, что, показав свой страх, ему будет только сложнее, идти-то ему все равно было не куда. Да и прятать свой страх Ловар давно привык. В Сером замке колдуна мальчик жил уже три года.
Где мальчик появился на свет, и кто его родители никто не знал. Однажды несколько жителей деревни Гельн, отправившиеся рано утром к морю ловить рыбу, увидели на краю селения прямо в траве малыша, лежащего в чешуйчатой корзинке как в люльке. Старая Казилла рассказывала потом, что в этот день рано утром видела дракона, пролетающего неподалеку, но ей, конечно, никто не поверил, мало ли что сболтнет старая, полуслепая сплетница. И хотя все в деревне с детства слышали, что где-то на северо-востоке находятся Драконьи острова, драконы в те места давным-давно не залетали, и жители знали о них только по легендам, которые рассказывали старейшины, а легендам этим жители деревни не особенно верили.
Судьбу малыша решали недолго, взял его к себе кузнец, живший на краю селения, он и дал ему имя Ловар. У кузнеца и самого было трое детей, но что-то было в этом малыше такое близкое и родное, что кузнец не смог оставить ребенка на произвол судьбы. Суровый и немногословный мужчина по-своему любил мальчика и заботился о нем и, как только он немного подрос, с увлечением учил его своему кузнечному ремеслу и, надо сказать, что Ловар был талантливым и благодарным учеником. Он быстро схватывал все тонкости ремесла, понимал приемного отца с полуслова, а огонь, казалось, слушался мальчика. Жена кузнеца его откровенно не любила, да и старшие дети так по-настоящему и не приняли его как своего брата.
Ловару исполнилось десять, был он высоким, худощавым пареньком, каштановые волосы, всегда взъерошенные, торчали в разные стороны, причесываться он не любил, да это и не сильно помогало. Его карие глаза обычно глядели хмуро и настороженно, только когда он смотрел на огонь, в глазах мальчика появлялись теплые искорки, похожие на угольки. Старшие дети кузнеца, да и другие дети в деревне, не дружили с ним и не принимали его в свои игры.
Только младшая дочь кузнеца Гуль с нежностью относилась к Ловару, она любила его с самого рождения и всегда забиралась к мальчику на колени, как только он приходил домой.
– Вай, поигйай со мной, – звала она мальчика звонким голоском, от ее маленьких, пухлых ручек исходило такое тепло, а ее глазки и вся коренастая фигурка излучала такую нежность, что он никогда не мог отказать ей, с удовольствием играл с ней и мастерил для нее незамысловатые игрушки. Пожалуй, именно благодаря Гуль он почувствовал, как это бывает, когда у тебя есть настоящая и любящая семья.
С детства Ловара тянуло к огню, никто, кроме него не мог так быстро разводить костер даже из влажных дров и в сильный ветер. В кузне он научился поддерживать огонь в горниле таким жарким, что утварь ковалась быстро и споро, а все изделия кузнеца стали такими прочными, а если как следует наточить, острыми, что к нему стали приходить из соседних деревень и заказывать косы и топоры.
Кузнец был уверен, что Ловар станет хорошим кузнецом и именно ему он сможет оставить свою кузню. И наверное, так бы все и случилось и прожил бы Ловар в Гельне всю свою жизнь, если бы не произошло несколько событий, сильно изменивших судьбу Ловара.
Однажды мальчик пошел в соседнюю деревню, чтобы отнести покупателю две косы и топор, сделанные его приемным отцом, день выдался холодный и ветреный, уже на обратном пути Ловар продрог и очень устал, а идти до Гельна оставалось еще довольно далеко. Он решил развести костер, согреться и немного отдохнуть. Собрав хворост, он хотел разжечь огонь и обнаружил, что не взял с собой кремень. Пока мальчик раздумывал, что же ему теперь делать, внутри него неожиданно разлилось тепло, пробежало через руки, его ладони потеплели, промелькнула искра и хворост, сложенный для костра, ярко загорелся. Ловар был ошарашен и немного испугался, волшебства и колдунов в его деревне опасались и сторонились. Он слышал, что в других деревнях и городах жили люди, умевшие колдовать, но в его Гельне про волшебство и слышать никто не хотел. Он торопливо оглянулся, вокруг никого не было. Поразмыслив, он решил никому ничего не рассказывать. В кузне, когда рядом с Ловаром никого не было, и ему нужно было развести огонь, мальчик попробовал сделать это как тогда в лесу, но у него ничего не получилось. Случай этот быстро забылся и через некоторое время Ловару стало казаться, что это ему просто привиделось.
Через некоторое время произошел другой случай: Ловар с деревенскими мальчишками собирал хворост в лесу, внезапно стая волков вышла из леса прямо на мальчиков. Звери скалили зубы и готовились к нападению, а все деревенские дети знали, что убегать от стаи бесполезно, поэтому они попытались медленно отойти, не поворачиваясь к хищникам спиной, свой хворост мальчики побросали на землю. Дети медленно отступали, пятясь назад, и в тот момент, когда брошенный хворост оказался между мальчиками и волками, в руках Ловара промелькнула искра и ветки ярко запылали. Волки, увидев пламя, отпрянули и, испугавшись огня скрылись в лесу. Но огонь перекинулся на соседние кусты и деревья, и дело могло бы кончиться совсем плохо, если бы не дождь, который потушил начинающийся пожар.
Мальчишки, и до этого случая не любившие Ловара, все рассказали свои родителям и в деревне начались разговоры, в конце концов, старейшины посовещавшись решили, что нужно отправить Ловара куда-нибудь подальше, например, в ученики к какому-нибудь колдуну, пока он не спалил всю их деревню дотла. Авось там от него будет больше пользы.
Кузнец очень расстроился, по-своему он любил мальчика, а жена кузнеца только рада была, что все так обернулось.
Так Ловар и попал с торговцами сначала в соседнюю деревню, потом в Северный замок. Ну а потом и в Серый замок в Хелронду, его Темнейшему Величеству, повелителю Белоземья. В замке принимали способных детей и обучали их волшебству, самых способных учеников Хелронд готовил себе на службу. Мальчик поселился в замке и вначале, вместе с другими мальчишками его возраста, выполнял разные мелкие поручения в замке, на кухне и на конюшне.
Хелронда он видел не часто, но его взгляд в день первой встречи, мальчик запомнил на всю жизнь. Ловар с другими учениками стоял в тронном зале, Хелронд шел к тронному возвышению, он мельком взглянул на мальчика. В этот момент Ловару показалось, что время для него остановилось и глаза черные, безжалостные, бездонные проникли в самую его душу, ему привиделось, что он тонет в черном, глубоком колодце и никогда больше не выплывет на поверхность, чтобы увидеть голубое небо. Его Темнейшее Величество скользнул взглядом по мальчикам, стоявшим справа, прошел мимо и Ловар словно очнулся.
Когда мальчикам исполнялось одиннадцать лет, у них начинались занятия, в замке их обучали несколько наставников. Ребят учили управлять животными и птицами и подчинять их своей воле. Сначала мальчики тренировались с воронами, воины Серой армии ловили их в лесах на севере, и доставляли в Серый замок. Так и действовала многочисленная армия Учителя, все животные, служившие в ней, благодаря мальчикам и наставникам, безропотно подчинялись приказам Хелронда. Иногда Ловар думал о том, что наверняка Учитель управляет не только животными, но и людьми, и вспоминал тот страшный взгляд Хелронда. От этого ему всякий раз становилось не по себе.
Обучали мальчиков и другим вещам, например: делать туман, чтобы спрятаться в нем, вызывать темные тени, чтобы испугать противника. И все их умения должны были служить победе Серой армии над врагом и поддерживать власть Хелронда.
Как только Ловар научился концентрироваться и превращать мысль в сильное и четкое желание, у него наконец получилось подчинить своей воле ворона. Потом, когда был один в лесу, он снова попробовал вызвать искру и развести огонь без огнива. В этот раз у него получилось, но, помня о том, что произошло с ним в деревне, решил никому об этом не рассказывать.
Когда Ловару исполнилось тринадцать, его перевели в группу старших учеников, наставники никогда не хвалили мальчиков. Но раз уж он попал к страшим ученикам, это значило, что им были довольны. Сам Хелронд занимался с мальчиками крайне редко и проводил занятия только с самыми способными учениками.
Вообще, в Сером замке обитало достаточно много народа: отряд Серой армии Хелронда, придворные, колдуны, прорицатели, наставники, ученики и множество слуг.
Многие животные и птицы служили его Темнейшему Величеству, в его Серых ротах служили черные вороны, летучие мыши и варги. Они ежедневно прилетали и прибегали в замок с донесениями.
В Сером замке Ловар впервые увидел волшебных крылатых коней златогривов и «пропал», он, выросший в деревне рядом с животными, никогда не испытывал подобных трепетных чувств по отношению к животным, его так и тянуло в конюшню замка. К счастью, ему поручили ухаживать за златогривами, и он почти все свое свободное время, которого у него, честно сказать, было не так уж и много, проводил в конюшне. Особенно ему нравился Минир, самый крупный и красивый златогрив. Мальчик попробовал подчинить златогрива, как он делал это с вороном, но у него ничего не получилось, видимо златогривов подчинить было очень сложно, а может быть и вообще невозможно. Ловар часто приносил ему кусочки хлеба или яблок, разговаривал с ним, гладил, Минир был очень умным животным, он чувствовал искреннее восхищение мальчика, и постепенно они подружились. Златогрив прекрасно понимал Ловара и обычно слушался его. Правда, подчинялся он не очень охотно, как будто делая большое одолжение мальчику. Больше всего Ловару нравилось выводить златогривов на прогулку к реке, это были самые прекрасные дни, когда он с несколькими мальчишками садился верхом и с небольшим табуном выезжали к реке, иногда им даже удавалось немного полетать на златогривах, Минир был вожаком и златогривы всегда следовали за ним. Обычно Ловар ехал на Минире, других учеников он к себе не подпускал.
6.Встреча с Ловаром
Эту ночь Ника и Виль провели в деревне Нант, у друзей тютьля. Ночевали они в сарае, спать на мягком и душистом сене девочке понравилось, да и после такого похода Нике казалось, что она была готова заснуть прямо стоя.
Утром хозяева напоили гостей парным молоком со свежим хлебом, и путники отправились дальше, Виль сказал, что дойти до Белогорода они должны были за три дня.
Тютель был, как обычно, оптимистичен и бодр, шутил и подбадривал Нику. К вечеру они подошли к горной реке, по ее берегам сгрудилось много камней, и путники без особого труда нашли небольшую пещеру, где и решили заночевать. Ника собрала хворост, Виль развел костер и приготовил чай, неподалеку росли череда и земляника, Виль собрал листики и травы и чай получился очень вкусным, настоящим, лесным.
После скромного ужина Ника завернулась в свой плащ, подложила рюкзак под голову и быстро заснула. Виль не спал, он поддерживал костер и охранял Нику.
Под утро девочка проснулась от холода, по своей привычке она вытянула ноги из-под плаща и прохладным утром они, конечно, замерзли, костер давно догорел, а Виль сладко спал, свернувшись клубочком рядом с догоревшим костром.
Ника поежилась, села, закутала плащом ноги и посмотрела по сторонам, вчера вечером она и не обратила внимания на рощицу из тонких молодых березок, раскинувшуюся у реки, рядом с их пещерой. Неожиданно она услышала зовущий голос: «Фея! Фея! Иди к нам!». Она встала, пошла на этот голос и вошла в березовую рощу, нежный, утренний свет расцвечивал молодую листву золотым и розовым, нежно-желтым и лиловым. Капли утренней росы искрились в утренних лучах как драгоценные камни, а легкие пушинки кружились и словно танцевали в этом утреннем многоцветье.
Между деревьев Ника увидела тонких, полупрозрачных девушек в белых и зеленых платьях, в их длинные волосы были вплетены веточки и цветы, кружась в хороводе и танцуя, они махали девочке рукой и звали ее к себе. Ника несмело подошла к ним и услышала тихую музыку, доносившуюся непонятно откуда, девушки протянули к ней руки и взмахнули ими, приглашая в свой хоровод. Сначала Ника чувствовала себя неловко и стеснительно, но в какой-то момент она почувствовала, как нежный, утренний, солнечный свет наполняет ее всю, каждую клеточку ее тела, внутри мелкими пузырьками вскипает радость, счастье наполняет ее, и она начала двигаться под музыку так, как она никогда не танцевала, двигаясь свободно и ощущая какое-то особенное счастье в каждой клеточке своего тела.
– Как прекрасно танцует наша фея! Как мы рады, что ты вернулась! Мы так ждали тебя! – доносилось со всех сторон.
Когда музыка стихла, девушки остановились и начали медленно исчезать, растворяясь в воздухе. Ника слышала затихающие голоса:
– Приходи к нам еще танцевать! Приходи к нам! – доносилось со всех сторон. Одна из девушек приблизилась к Нике, погладила ее по голове и улыбаясь сказала:
– Привет, фея!
– Разве я фея? – удивилась девочка. Девушка была какая-то необычная, тонкая, воздушная и пахло от нее по-особенному – деревьями после дождя.
– Конечно, Ника, и мама твоя была фея и ты тоже фея. От осинки не родятся апельсинки, – лукаво улыбнулась она, а потом звонко рассмеялась. Ее мелодичный, переливчатый смех рассыпался словно капельки хрусталя и росинки засверкали в лучах восходящего солнца, осыпаясь на землю цветным дождем.
– Постой, ты знаешь, как меня зовут? Откуда? – поразилась Ника.
– Мы, духи леса, многое знаем, я Мелисса, приходи ко мне, я бы хотела, чтобы мы с тобой подружились, – и девушка исчезла.
Некоторое время Ника потрясенно стояла и не могла сдвинуться с места, потом она вернулась к их пещере, тютель еще спал, она погладила тютьля по ушку, он забавно задергал им, потом дернул лапкой, проснулся и сел.
– Доброе утро, Виль! Тут рядом в лесу, я видела прозрачных девушек, они позвали меня танцевать с ними, кто они? – спросила Ника.
– Доброе утро! Это зелигены, духи леса, танцевать позвали? Это интересно… Обычно зелигены не такие дружелюбные, так и норовят запутать путника в лесу и напугать.
– А еще они меня феей называли и радовались, что я вернулась.
– Интересно, очень интересно, надо будет феям все рассказать! – энергично потер лапками тютель и встал.
Они развели костер и заварили чай, перекусили, оставив немного еды на обед. Ника и Виль двинулись в путь и пошли вдоль реки. Девочка уже немного привыкла к походу, держалась бодро и старалась не ныть. Тютель ведь тоже устал, вон у него лапки какие маленькие и коротенькие, думала Ника, а он идет, шутит, еще и ее подбадривает.
Берег реки стал скалистым, теперь вода шумела где-то внизу. Река резко поворачивала вправо, из-за поворота навстречу путникам вышли два огромных волка. Серые со светлыми подпалинами, эти волки были намного крупнее и страшнее тех, которых они встретили раньше, выглядели хищники угрожающе, но зубов не скалили. Ника привычно посмотрела на Виля.
– Вы, двое, пойдете с нами! – хриплым басом проговорил первый волк.
– Господин Варг, – вежливо отозвался Виль и поклонился, – мы в соседнюю деревню идем, никого не трогаем, ничего не нарушаем.
– Приказ не обсуждать! Вы идете с нами! – пробасил варг.
За спинами путников раздалось рычание, Ника оглянулась, там стоял ее старый друг белый волк из сна, он оскалил зубы и угрожающе зарычал, несколько секунд длилась напряженная пауза.
Нике стало очень страшно, она стояла спиной к реке и медленно пятилась назад, волк медленно вышел вперед, встав между путниками и варгами, закрывая их собой, внезапно он прыгнул на варга, стоявшего впереди. Ника сделала еще один маленький шаг назад и… полетела с обрыва в реку.
Девочка оказалась в холодной воде горной реки, течение было стремительным, оно подхватило и понесло девочку, плащ мешал ей плыть и тянул на дно, вода была леденющей, сначала Ника запаниковала, она захлебывалась, вода захлестывала ее с головой, справиться с плащом и снять его не получалось, река несла ее все дальше и дальше. Наконец она собралась с силами и решила, что нужно как-то выбираться, правый берег показался ей более пологим, и она попробовала продвигаться к нему, не сразу, но ей это удалось, она медленно подплыла к берегу и выползла на камень у самой кромки воды. Борьба с сильным течением отняла почти все силы девочки, она растянулась на камне и замерла. Солнце стояло еще высоко и камень был нагрет солнцем, но Ника через какое-то время все-равно начала замерзать, сейчас на ней не было ни одной сухой нитки.
Собрав все свои силы, она встала, сняла с себя плащ, джинсы и кроссовки и осталась в маечке и трусиках. Подумав, она кое-как выжала свою одежду и разложила ее на теплых камнях сушиться, развести костер ей было нечем. Она легла рядом с мокрой одеждой и попыталась согреться на теплом камне, в какой-то момент она даже задремала, согревшись под теплым солнцем. Неожиданно со стороны леса раздался хруст ветки, Ника вздрогнула и посмотрела туда, откуда доносился звук. Из леса вышел темноволосый паренек в плаще и остановился, удивленно уставившись на девочку.
Ника взвизгнула, вскочила, схватила свой мокрый плащ и принялась судорожно натягивать его на себя.
– Эй! Ты чего подглядываешь? – возмутилась она.
– Да не подглядывал я, – растерянно сказал мальчик.
Мокрая, растрепанная и худенькая Ника, скорее всего, производила жалкое впечатление. Ее длинные русые волосы частью свисали сосульками, частью торчали в разные стороны, вся светлая кожа покрыта мурашками, но при всем при этом ее большие голубые глаза смотрели с возмущением. Паренек сначала смутился, но потом увидев мокрую одежду, разложенную на камнях и, быстро оценив ситуацию, снял с себя плащ, протянул его девочке, развернулся и пошел в лес. Через некоторое время мальчик вернулся с хворостом и развел костер, искра промелькнула прямо в его руках, хворост загорелся, но Ника не заметила в его руках огнива или кремня.
– Как ты это сделал, – удивилась Ника, – ты что волшебник?
– Ну да, немного, – улыбнулся мальчик, и в глазах у него загорелись теплые искорки, – как тебя зовут, мышка?
– Какая я тебе мышка? – обиженно спросила Ника и насупилась.
– Ну, просто ты такая маленькая, беленькая… Да, ладно, ладно, не злись! – примиряюще сказал мальчик, увидев ее возмущенное лицо.
– Иди к костру сушиться, – позвал он Нику.
– Сам ты маленький, мне двенадцать лет, между прочим! – обиженно и возмущенно сказала девочка и отвернулась от него.
Ника некоторое время сидела, спиной к мальчику и дулась, но потом все-же решила, что одежда ее все еще мокрая, уже наступал вечер и становилось холоднее, а мальчик, кажется, все-таки не плохой: вон плащ ей свой отдал, да и глаза у него добрые, она подошла и присела рядом с костром.
– Я Ловар, а как тебя зовут? – спросил мальчик, улыбнувшись, – как ты в реке-то очутилась?
– Ника, – неуверенно ответила девочка, а потом почему-то затараторила, как будто снова переживая это ужасное приключение.
– Мы с тютьлем шли, а они нам навстречу, злые такие, страшные, а потом волк каааак прыгнет на них! Ну и я плюхнулась в реку… – развела она руками.
Ловар засмеялся и в его глазах снова загорелись теплые искорки: – А ты забавная!
Ника тоже улыбнулась, на ее щеках появились ямочки, потом вспомнив, спросила:
– А все-таки как ты костер развел?
– Я ученик в Сером замке, нас там учат всякому такому, пока я, конечно, невеликий волшебник, как мой учитель, но однажды я хотел бы им стать, – скромно закончил мальчик.
Через несколько минут они уже болтали как старые друзья, Ника пересказала Ловару все свои приключения за последние дни, они вместе смеялись, над тютьлем и волком Капитаном. Ника, когда на нее находило вдохновение, умела рассказывать увлекательные истории, но, когда ее история подошла к встрече с варгами, Ловар стал серьезным, смеяться перестал и о чем-то задумался. Ника покосилась на Ловара, разглядывая его, мальчик ей понравился, раньше у нее не было настоящих друзей-мальчишек, а с Ловаром, как ей казалось, она могла бы подружиться.
Девочка вдруг вспомнила бабушку, ее куриный супчик, котлеты с пюрешкой и то, как Ника от них отказывалась, эх, как же она была неправа тогда, еще и говорила, что ей невкусно… Вот глупая какая! Сейчас бы сюда эту бабушкину еду, уж она бы теперь не отказалась! Нике даже показалось, что запахло чем-то вкусным, но увы, наваждение быстро рассеялось и живот Ники заурчал. Девочка почувствовала, что сильно проголодалась, она порылась в рюкзаке: после ее купания в реке в пакетике уцелело немного орехов, а у Ловара в его котомке нашелся хлеб и сыр. Ловар приготовил чай, набрав в лесу трав, и они перекусили.
– Ты можешь проводить меня к феям в Белогород? – неожиданно спросила Ника, – мы с тютьлем шли туда, ты знаешь, где находится этот город?
– Знаю, наверное, смогу, – неопределенно ответил Ловар, – а зачем ты к ним идешь? – спросил он.
– Я бы хотела вернуться домой, к моей бабушке, может быть, феи мне помогут, и бабушка мне так сказала, – ответила Ника.
– Утро вечера мудренее, давай ложиться спать! – сказал Ловар, и они начали устраиваться на ночлег.
Все вещи Ники у костра высохли, она завернулась в свой плащ, положила рюкзак под голову, устроилась у костра и быстро уснула. Ловар принес еще дров, подбросил их в костер и сел рядом, глядя на огонь.
Над поляной пролетел черный ворон и сел на ветку ближайшего дерева, ворон негромко каркнул, Ловар подошел к нему, птица наклонилась прямо к уху мальчика, они явно о чем-то разговаривали, потом ворон улетел, а мальчик вернулся к костру. Он присел, внимательно посмотрел на спящую девочку, взгляд его был серьезным, он вздохнул и пробормотал:
– Эх, мышка, с тобой оказывается, все не так-то просто получается…
Этой ночью Ника очень хотела увидеть белого волка или девушку, она переживала за Виля и волка и хотела узнать, что с ними произошло. Сегодня к ней пришел волк, он шел и сильно прихрамывал.
Нике очень хотелось ему помочь, подойти к нему, но как она не пыталась, она ничего не могла сделать в этом сне, ни подойти к другу, ни погладить его.
– У тебя серьезная рана? – взволнованно спросила Ника, но спросила она как-то странно, мысленно, своего голоса она не услышала.
Волк помотал головой.
– Скажи, а как тютель? С ним все в порядке? – он кивнул.
– Пожалуйста, приходи ко мне завтра, – попросила Ника, – тогда я буду знать, что с тобой тоже все хорошо. Волк кивнул.
Моноложек Ловара
Я же простое задание выполнял. Передал несколько писем из Серого замка лесничему, и прошел вдоль реки за зелигенами понаблюдать. И тут на тебе! Такое задание от Учителя получить – подружиться с этой девчонкой, все про нее разузнать и в Серый замок притащить! И откуда только Учитель все так быстро узнает?! Мы же встретились с ней два часа назад!
Подружиться с ней вроде несложно, вон она какая доверчивая и открытая. А в Серый замок ее зачем? Очень сомневаюсь, что как почетную гостью… Интересно, зачем же она понадобилась Учителю? А задания Учителя не обсуждаются и что делать-то теперь?! Видел я тех, кто против Хелронда выступал, жили они все … очень недолго.
Она такая забавная, а какие у нее глаза … голубые и глубокие, как горное озеро и так хочется ей помочь! Но, я же ее сегодня только первый раз в жизни увидел. Да и вдруг Учитель ей ничего плохого не сделает… Ладно, пока надо просто уговорить ее идти в Серый замок, а дальше посмотрим…
7.У гномов
Утром первым проснулся Ловар, он спустился к реке и наловил рыбы, потом собрал дрова, развел огонь и принялся жарить рыбу на костре. Когда Ника проснулась, рыба была почти готова.
– Доброе утро, – улыбнулась Ника, и посмотрела на Ловара. Эта добрая, открытая улыбка больно царапнула его где-то внутри.
– Доброе утро, Ника, любишь речную рыбу?
Рыбу девочка не любила, но отказаться ей показалось как-то невежливо, и она кивнула, подумав про себя, что уж как-нибудь с рыбой справится. Они позавтракали, рыба оказалась удивительно вкусной, Ника такую раньше не ела. У Ловара нашлись соль и хлеб, поэтому завтрак удался на славу.
– Что это за рыба такая? Я такую вкуснющую не ела никогда, – облизывая пальцы спросила девочка.
– Речная форель очень вкусная, это правда! Жаль, поймать ее получается не всегда, сегодня нам с тобой повезло.
– Если бы у нас была такая рыба, я бы точно ее любила, – ответила Ника, сожалея в этот момент только об одном, что рыбка была такая маленькая и уже заканчивалась.
– Я тут подумал, зачем тебе идти к феям? Они же колдовать совсем не умеют, хочешь, я отведу тебя в Серый замок? Учитель – великий волшебник, он сможет помочь тебе, – предложил Ловар, постаравшись, чтобы его голос звучал непринужденно.
– Ты уверен, что он сможет помочь мне? – засомневалась Ника.
– Конечно! Среди фей нет таких волшебников, да и не было никогда, – уверенно ответил он, – и потом, почему ты думаешь, что феи тебя примут и помогут? Они у нас тут совсем не такие дружелюбные, как твой друг тютель.
Ника подумала немного и решила довериться Ловару, он ей сразу понравился, помог, а еще колдовать умеет, значит, Учитель его и правда волшебник, она же об этой стране еще почти ничего не знает. Да и фей в Белоземье девочка пока не видела, действительно, мало ли какие они здесь на самом деле.
– Ну, если мне там помогут, пойдем в Серый замок, – легко согласилась Ника, – а сколько туда идти? – решила она уточнить на всякий случай.
– Дня за три должны дойти – ответил Ловар, – правда, – и он с сомнением покосился на Нику, – если ты… – мальчик не договорил фразу – мы, – сможем идти достаточно быстро.
– Конечно я смогу идти быстро, – немного обиженно ответила девочка.
Ника взглянула на сложенные вещи Ловара и увидела лежащий рядом лук, со стрелами.
– О, ты умеешь стрелять из лука? Можешь меня научить? Всегда мечтала об этом, – попросила Ника.
– Если хочешь, научу, – обрадовался Ловар, почему-то ему очень хотелось сделать что-то хорошее для Ники, – давай я покажу тебе!
Ловар приготовил стрелы и наметил мишень на ближайшем стволе дерева, потом отошел на десять шагов и начал объяснять, как держать лук и направлять стрелу. Мальчик подозвал Нику, и она попробовала прицелится сама, у нее ничего не получилось, стрела упорно не хотела лететь в цель. Ловар подошел к ней со спины, поправляя положение ее рук и нечаянно коснулся своей щекой ее щеки и вдохнул запах ее волос, волосы чарующе пахли цветами. Он даже встряхнул головой, чтобы прогнать наваждение, но оно не исчезло. У Ники получилось правильно натянуть тетиву и прицелиться, но Ловар вдруг смутился и отошел от Ники, щеки его порозовели.
Ника недоуменно покосилась на Ловара: «Ого, а я ему, наверное, нравлюсь.» – мелькнуло в голове девочки, и она улыбнулась, ямочки снова появились на ее щеках, эта мысль была ей очень приятна, но от нее почему-то смутилась и порозовела уже она сама.
С первого раза Ника даже не смогла попасть в мишень, но через несколько попыток у нее получилось, пока еще не очень точно, но в мишень ей попасть удалось.
– Отлично, у тебя прекрасно получается – похвалил ее Ловар, он уже оправился от смущения.
– Нам, нужно идти, впереди долгая дорога, – заторопился Ловар, – надо собираться.
Они собрались и отправились в путь, в этот раз они пошли вдоль реки против ее течения. Путники шли долго и Ника уже начала уставать, Ловар шел быстро и легко, было заметно, что он привык много ходить по лесу, тютель с его короткими лапками шел намного медленнее. Но девочке и в голову не приходило ныть, как она делала это с тютьлем, сдаться, признавшись мальчику, что она устала, она никак не хотела.
