Серж Брюссоло

Подземное чудовище

Глава 1

Три синие таблетки…

В тот вечер Пэгги Сью посмотрела телевизор и легла спать. Два часа спустя она проснулась от страшного грохота и обнаружила, что весь бабушкин дом заполонили рыцари в тяжелых доспехах. На головах у них были грозные шлемы, в руках – огромные мечи, как будто рыцари приготовились сразиться со страшным врагом.

Вот как все началось…

В час ночи вдруг, вспыхнув, полопались лампочки по всему дому и взбесились все электроприборы. Холодильник принялся отчаянно греть йогурты, плита взорвалась, а барабан в стиральной машине стал вращаться со скоростью тридцать тысяч оборотов в минуту, пока не сорвался с оси и не улетел в небо (вскоре он вышел на орбиту, и астрономы приняли его за неопознанный летающий объект).

Пэгги проснулась и села. Синий пес подскочил (шерсть у него встала дыбом, и он стал похож на синего ежа). Пахло чем-то странным: вроде паленой резиной и газом.

Девочка протерла глаза и вскрикнула: у кровати стоял рыцарь в доспехах. Он снял шлем, и Пэгги смогла разглядеть его лицо. Рыцарь был немолод, с длинной седой бородой, заплетенной в тонкие косички. Его лоб пересекал шрам, а глаза смотрели строго. Да, этот рыцарь был мало похож на весельчака!

– Приветствую тебя! – проговорил он низким, глухим голосом. – Я Анабиус Торкваль Массалия – главнокомандующий военными силами Кандарты – шестой планеты солнечной системы в галактике Зеленой Обезьяны. Я пересек Вселенную, чтобы просить тебя о помощи.

В розовой пижаме в зеленый горошек Пэгги Сью чувствовала себя немного глупо перед этим напыщенным рыцарем, закованным в сталь. Одной рукой она нашарила халат, который, кстати, тоже никак нельзя было назвать подходящей одеждой – хотя бы потому, что он весь был в пятнах от кофе с молоком.

«Ну и вид у меня будет!» – подумала Пэгги и прислушалась. На первом этаже бабушка Кэти ругалась с непрошеными гостями.

– Может, вы и рыцарь, но это еще не значит, что вашей коняге позволительно жевать мои подушки! – возмущалась бабуля. – И уберите шпагу наконец! Всю обивку на диване продрали.

– Ладно, – пробормотала Пэгги, – поговорим внизу.

Она изо всех сил старалась вести себя как принцесса, привыкшая общаться с рыцарями, однако у нее, кажется, это не очень хорошо получалось, потому что Массалия смотрел все так же строго. Однако он пошел за ней вниз по лестнице, жутко громыхая латами.

Спустившись на первый этаж, Пэгги убедилась, что генерал пришел не один. В бабушкиной гостиной толпился еще десяток рыцарей. Причем некоторые из них даже не слезли с коней и их шлемы задевали потолок, оставляя на побелке длинные царапины.

Тут в гостиную вошел Себастьян, весь всклокоченный после сна.

– Что тут у вас? – спросил он, широко зевая. – Фильм снимают?

– Прошу прощения за вторжение, – вновь заговорил Анабиус Массалия, довольно раздражительно, – но мы магическим образом пересекли Вселенную ради того, чтобы с вами встретиться. И наше пребывание на Земле продлится не дольше пяти минут вашего времени, так что я вынужден перейти прямо к делу.

– Хорошо, – разрешила Пэгги-принцесса, торопливо приглаживая волосы (она только что заметила свое отражение в большом зеркале и убедилась, что ее прическа мало похожа на королевскую). – Что вы хотели?

– Ваши славные подвиги известны всей Вселенной, – заявил Массалия. – Мы знаем, что вы победили Глобулей, Зетан и космических пиявок, поэтому и решили просить вашей помощи. Кандарта в опасности. В самом сердце планеты живет страшное чудовище. Оно прорыло тысячи ходов под землей, и мы не можем собственными силами с ним справиться. Жители Кандарты в ужасе. Вы должны нам помочь! От этого зависят тысячи детских жизней. С каждым днем ситуация ухудшается. Мы не знаем, что делать. Пойдемте с нами. Вы сами посмотрите, в чем наша беда, и, может быть, придумаете, как спасти нашу планету.

Массалия снял с пояса маленькую жестяную коробочку, открыл ее и положил на стол. Внутри были три синие таблетки.

– Одна для вас, Пэгги Сью, одна для Себастьяна, и последняя для синего пса. Ваша бабушка, в ее солидном возрасте, не перенесет такого путешествия, – объяснил рыцарь. – Как только вы проглотите эти таблетки, вы пересечете пространство и время, без всякого космического корабля преодолеете невероятное расстояние. Учтите, это очень ценные таблетки. Принять их – большая честь. Только короли имеют право ими пользоваться.

– Круто! – воскликнул Себастьян. – По-моему, просто супер: сгоняем на край Вселенной и обратно!

– Детям Кандарты нужна ваша помощь, – повторил генерал Массалия. – Пока мы с вами беседуем, подземное чудовище похищает детей… И так будет продолжаться до тех пор, пока кто-нибудь не отважится его победить.

Вдруг по доспехам рыцаря пробежали искры.

– Ой! – вскричала Пэгги. – Вы просвечиваетесь!

– Наше время истекло, – со вздохом сказал рыцарь. – Мы возвращаемся на Кандарту. И я всей душой надеюсь, что вы присоединитесь к нам как можно скорее. Подумайте о детях…

Постепенно рыцари становились все прозрачнее и прозрачнее и вскоре стали похожи то ли на стеклянные статуи, то ли на призраков.

– Смотрите! – тявкнул синий пес. – Они исчезают!

И действительно, через минуту в гостиной бабушки Кэти не осталось ни рыцарей, ни лошадей – все пропали без следа.

– Если бы не наполовину съеденная подушка, я бы подумала, что все это нам приснилось, – заметила бабушка Кэти.

– Как ты думаешь, нам стоит принять эти таблетки? – спросила ее Пэгги.

– Чего тут думать? – удивилась старушка. – Конечно, стоит, раз от этого зависят жизни тысяч детей! Правда, мне не хочется отпускать вас одних, – добавила она. – Уж лучше бы я отправилась на эту Кандарту вместе с вами.

– Нет! Что вы? – вскричал Себастьян. – Вам туда нельзя. Вам это вредно! Я позабочусь о Пэгги и о синем псе тоже.

– Кретин! – зарычал пес. – Я и сам могу о себе позаботиться. Слава богу, зубы на месте! И Пэгги, кстати, тоже может без тебя обойтись.

– Эй! Не ссорьтесь! – оборвала их девочка.

Ей было страшновато отправляться в новое приключение без бабушки. С другой стороны, Пэгги уже подумывала о том, что пора действовать самостоятельно. Впрочем, она и раньше выпутывалась из трудных ситуаций сама, а бабушка Кэти заслужила отдых. В ее возрасте не очень-то хочется бороться с монстрами.

Пэгги посмотрела на синие таблетки, которые генерал Массалия оставил на столике – три таблетки, открывающие дверь в космос.

«Страшное чудовище похищает детей… – подумала девочка. – Судя по всему, у меня нет выбора…»

Глава 2

Тайны Кандарты

Как только Пэгги Сью проглотила волшебную таблетку, тут же налетел непонятно откуда взявшийся вихрь. Вокруг все закружилось, комната пропала, ветер подхватил Пэгги, Себастьяна и синего пса и понес их через пространство и время неизвестно куда.

Летели они довольно долго, но наконец ураган начал понемногу стихать и вскоре совсем пропал. Девочка и ее друзья огляделись. Они очутились неподалеку от древней, полуразрушенной крепости, которая возвышалась над руинами незнакомого города. После странного путешествия все трое чувствовали себя просто отвратительно. У Пэгги и Себастьяна ужасно кружилась голова, – как будто им пришлось сделать тридцать тысяч кругов на карусели на ярмарке, а синего пса так тошнило, что казалось, из него выйдет весь корм, который он слопал за последние полгода.

Их уже ждал генерал Массалия, по-прежнему одетый в старинные доспехи. Он горделиво восседал на лошади, которая явно побывала не в одной битве, – она была вся в рубцах и шрамах. Пэгги Сью осмотрелась. Вокруг все было таким непривычным и, честно говоря, очень странным. Над землей висел густой туман, сквозь который вдалеке едва проглядывали темные силуэты полуразрушенных зданий. Сама земля была изрезана широкими трещинами, – казалось, она вся состоит из отдельных каменных плит, неплотно прилегающих друг к другу.

«Похоже на огромный пазл, только собрали его неправильно, поэтому кусочки не очень хорошо стыкуются…» – подумала девочка.

– Какой кошмар! – проворчал синий пес. – Видели эти трещины? Некоторые такие широкие, что мы запросто можем в них провалиться! Бррр! Похоже на раскрытую пасть злобной акулы!

– Я страшно рад вас видеть! – торжественно объявил рыцарь, махнув друзьям рукой в большой железной перчатке. – А теперь давайте поторопимся – вот-вот наступит ночь. Идемте, я отведу вас в безопасное место. Только будьте осторожны – не провалитесь в эти трещины.

Пэгги нахмурилась – ее встревожили слова рыцаря.

Трое друзей послушно пошли за генералом. Они смотрели себе под ноги, чтобы не угодить в какую-нибудь расщелину, которых здесь было видимо-невидимо. Казалось, на этой планете постоянно происходят землетрясения, одно страшнее другого.

Туман был такой густой, что друзья не смогли толком рассмотреть город, по улицам которого их вел генерал Массалия. Лишь иногда из тумана выплывали полуразрушенные здания, одни вполне современного вида, другие – очень старые, будто средневековые. В конце концов друзья и генерал подошли к большой крепости, у входа в которую стояли охранники в высоких шлемах и кольчугах. Над массивной дверью висела табличка с надписью: «Убежище».

– Как странно, – прошептал Себастьян. – Не очень-то хочется туда заходить.

– Точно, – согласилась Пэгги. – Больше похоже на тюрьму, чем на убежище. Гляди – ни одного окошка!

– Надеюсь, это не ловушка, – проворчал синий пес. – А то уж больно эта крепость напоминает живодерню, куда привозят бродячих собак.

Пэгги Сью совсем растерялась. Все здесь было таким необычным. И очень старым. Как будто она с друзьями перенеслась в Средневековье!

– Уверен, путешествие по параллельным мирам было не из легких, и вы наверняка выбились из сил и не понимаете, куда попали, – объявил Массалия, спрыгнув с лошади. – Поэтому давайте отложим все разговоры до завтра. Отдохните как следует, а утром я все объясню. Желаю вам спокойной ночи! Ничего не бойтесь, – в этих стенах вы в безопасности, – они очень прочные, – почти три метра толщиной, – и к тому же без окон. Пусть вас не пугают запоры и решетки – поверьте, все это для вашего же блага.

Пэгги Сью вежливо поклонилась, и Массалия щелкнул каблуками. Доспехи загремели, и синий пес, не особенно привыкший к церемониям, захихикал – ему казался смешным этот бравый офицер.

– Он гремит, как десять банок собачьих консервов. Вот чучело! – шепнул пес Пэгги.

Девочка шикнула на него, и трое друзей вошли в крепость через огромные, обитые железом ворота, которые открыли для них стражники.

Как только они оказались внутри, к ним тут же подошел слуга, у него на поясе висела большущая связка ключей. Он повел ребят и собаку по длинному коридору. Миновав три решетки, друзья очутились в большой комнате, где было полно детей. Слуга повел их дальше, в следующую комнату, в которой тоже были дети, только немного постарше, – судя по всему, в этом крыле было несколько помещений, которые сейчас превратили в детские спальни.

«Просто летний лагерь! – подумала Пэгги. – Летний лагерь, очень похожий на тюрьму…»

Как ни странно, в спальнях царила тишина. Обычно дети смеются, кричат, устраивают возню, когда рядом нет никаких вожатых или воспитателей, но эти казались такими спокойными, такими сосредоточенными и грустными, что Пэгги невольно их пожалела.

– Им страшно, – сказал пес, – я это чувствую.

– Зачем было сгонять их в эту крепость? – удивленно спросил Себастьян. – Толстенные стены, запоры – будто кто-то очень боится, что ребята отсюда сбегут!

Они поднялись на второй этаж. По пути слуга открыл еще пару решеток. Это уже стало раздражать!

Пэгги заметила, что все стены были в трещинах. Похоже, их пытались замазать цементом, но от этого они не стали незаметнее.

– Господа, вот ваши комнаты, – объявил наконец слуга. – А где будет спать собака? Давайте я отведу ее на псарню.

– Не надо! – воскликнула Пэгги. – Пусть останется со мной.

– Как пожелаете, – сказал слуга и учтиво поклонился. – Это одни из лучших покоев в крепости. Здесь вы в полной безопасности, так что можете спать спокойно. Стены укреплены стальными брусьями – по приказу генерала Массалии.

– Я просто с ног валюсь, – зевнув, протянул Себастьян. – Устал, как собака. Засну, как только доберусь до кровати. Знаете, раньше я был гораздо сильнее. Я вообще не знал, что такое усталость. А теперь, когда снова превратился в человека, очень быстро устаю. Ну ладно, сейчас я хорошенько высплюсь, ничто не заставит меня проснуться до полудня, никакое самое жуткое чудовище!

Обняв Пэгги и пожелав ей и псу спокойной ночи, Себастьян открыл дверь в свою комнату. Девочка тоже пошла к себе.

– Да это самая настоящая тюрьма! – проворчал синий пес. – Глянь, даже горшок поставили! Вы подумайте, какие удобства! Почему-то мне кажется, что здесь, на этой самой Кандарте, не очень-то много туристов!

Немного подумав, Пэгги решила не раздеваться. Она быстро сняла кроссовки и легла в постель. В ее комнате тоже не было ни единого окна, и от этого было еще неуютнее.

– Такое впечатление, будто меня заживо замуровали, – пробормотала она.

– Я так устал, что мне уже все равно, – отозвался пес и свернулся клубочком на полу. – Давай поговорим об этом завтра… если, конечно, ночью нас никто не сожрет!

Положив морду на лапы, пес тут же заснул. А девочка еще долго лежала на кровати, разглядывая потолок. Она очень устала, но никак не могла уснуть. Все здесь было таким странным, таким непонятным… Летний лагерь, похожий на тюрьму, послушные, напуганные до смерти дети… Нет, спать нельзя, нужно быть начеку.

Внезапно Пэгги услышала странный скрежет, доносившийся откуда-то снизу, как будто кто-то рыл яму в подвале крепости. Нет, не так… Кажется, кто-то, наоборот, пытался проникнуть в крепость, пытался сделать подкоп. Но зачем? Подкоп нужен для того, чтобы проникнуть в какой-нибудь дом. Иногда его роют долго, очень долго, длинный-предлинный ход под городом, лопата то и дело натыкается на камень, и тогда шум разносится под землей, поднимается к стенам домов и эхом расходится по комнатам. Так и этот скрежет, он то приближается, то удаляется.

«Это… это эхо подземелья», – подумала девочка и сама удивилась такой мысли.

Пэгги еще немного полежала, а потом, поняв, что просто не сможет заснуть, села и огляделась. В комнате было темно. Она с трудом различила синего пса на полу у кровати. Он крепко спал и, как обычно, лаял во сне, разбрызгивая слюни.

Немного поколебавшись, Пэгги подошла к двери и выскользнула в коридор. Слуга мирно спал за своим столом, опустив голову на руки. Девочка на цыпочках подошла к нему, взяла связку ключей, осторожно, стараясь не шуметь, открыла все решетки и вышла на лестницу, которая вела в подвал. Пэгги вдруг стало страшно, но она быстро взяла себя в руки. Не время раскисать. Здесь происходит столько непонятного!

Добравшись до подвала, Пэгги ахнула: он был огромный, будто автостоянка, с высоким сводчатым потолком, как в готическом соборе! В подвале длинными рядами стояли клетки, разного размера и формы. Казалось, это большой средневековый супермаркет. На каждой клетке висела небольшая табличка. Девочка с удивлением прочитала:

«Клетка из прочной стали для ребенка 10–12 лет. С надежным запором особой конструкции».

На соседней клетке было написано:

«Клетка для младенца. Особо толстые прутья гарантируют полную безопасность вашему малышу! К модели прилагается прочная цепь, с помощью которой можно легко приковать клетку к специальному столбу или кольцу, вделанному в пол. Закаленная сталь».

На стене висел плакат:

«Прочные клетки – счастливые детки!»

«Что бы все это значило? – удивленно подумала Пэгги. – Куда мы попали?»

К несчастью, подвал был очень плохо освещен: большая его часть оказалась погружена во мрак. Не решаясь пройти дальше, туда, где все сильнее сгущалась тьма, Пэгги, насторожившись, застыла у плаката. Сюда тоже доносился тот странный скрежет, который она слышала у себя в комнате. Казалось, какой-то зверь скребет когтями по скале, оставляя глубокие борозды. Этот звук не стихал ни на минуту, то удаляясь, то приближаясь, как будто хищник пытался прорыть себе ход под крепостью. Вот он уже добрался до самого пола, но почему-то повернул назад, в бездну, из которой выполз. Пэгги подумала, что скорее всего это никакой не зверь, что просто здесь, под землей, много коридоров и тоннелей, по которым хорошо разносятся самые разные звуки, сливаясь воедино и напоминая загадочный скрежет, который так ее напугал. Эти тоннели служат отличными усилителями; звуки отражаются от их каменных стен, и эхо разлетается по всему замку, так что даже в комнатах наверху слышен этот странный приглушенный скрежет. Именно из-за эха и кажется, будто он то удаляется, то приближается. Все очень просто. И нет никакого зверя, который роет себе подземный ход, чтобы проникнуть в крепость. Чтобы окончательно успокоиться, Пэгги постучала кулаком по стене. И совершенно напрасно. Она ожидала, что стены здесь действительно неприступные, сложенные из прочного камня, как говорил генерал Массалия, и поэтому никто и ничто не может сюда проникнуть. Но от удара на пол посыпались мелкие камушки. Оказалось, что стена совсем не такая прочная, что камни, из которых она сложена, растрескались и расшатались, и даже довольно слабая девочка, как Пэгги, без труда могла бы проделать себе ход в этой стене. Разве такая преграда сможет послужить надежной защитой, если сюда вздумает проникнуть враг? Девочка на секунду представила, как стены расступаются и в подвал проникает нечто жуткое: огромное, мерзкое щупальце с когтями или клыками на конце. От этого Пэгги вдруг стало так страшно, что она отступила к двери. «Нет, так не пойдет, – твердо сказала она себе. – Нельзя поддаваться этому липкому страху, который царит на Кандарте». Попытавшись взять себя в руки, девочка повернулась и спокойно вышла из подвала. И тотчас налетела на что-то большое и темное. Пэгги вскрикнула, но тут же поняла, что это Массалия, по-прежнему одетый в свои доспехи. Нахмурившись, генерал посмотрел на девочку.

– Простите, – пролепетала Пэгги. – Нас очень хорошо приняли в этой крепости, и я не хочу показаться неблагодарной, но…

– Ничего, – прервал ее рыцарь. – Вижу, ты решила поскорее узнать, что здесь происходит. Что ж, это даже хорошо, ведь чем быстрее вы все поймете, тем скорее нам поможете. Теперь ты сама видишь, что мы в большой опасности. Завтра я попытаюсь все объяснить. Для начала вам не мешало бы посмотреть на плачущих на городском собрании. Утром я вас туда отведу.

Пэгги мало что поняла, но рыцарь больше ничего не сказал. Не попрощавшись, он пошел прочь и вскоре растворился в темноте.

Девочка быстро вернулась в свою комнату и заперла дверь на два засова.

Синий пес по-прежнему спал… и все так же лаял во сне, разбрызгивая слюни.

Глава 3

Подземный ужас

На следующее утро, когда Пэгги торопливо рассказывала друзьям о своих ночных открытиях, к ним подошел генерал Массалия.

– Я уже говорил, – сказал он, – что Кандарта в опасности. В самом сердце нашей планеты живет ужасное чудовище. Оно прорыло тысячи ходов к нашим домам и по ночам просовывает в них свои щупальца и крадет детей.

– И что оно с ними делает? – спросила Пэгги.

– Ест. Пожирательница, как мы ее прозвали, наводит ужас на всю Кандарту. Это огромный монстр, похожий на осьминога. Дети боятся ложиться спать. А земля у нас под ногами продолжает трескаться, образуя новые щели, в которые чудовище может просунуть свои щупальца. Помогите нам! Спасите тысячи ни в чем не повинных детей!

– А кошек она ест? – спросил вдруг синий пес.

– Нет, – с удивлением ответил генерал Массалия, – только детей и подростков. Взрослых она тоже не трогает. Видимо, они кажутся ей невкусными.

– Жаль, – проворчал пес, – а я уж думал, может, она не такая плохая, если жрет кошек. Жаль…

– С каждым днем положение все хуже и хуже, – продолжал генерал.

– Хм… Уважаемый барон, а собак она часом не лопает? – не отставал от него пес.

– Нет. Она не ест ни собак, ни кошек, ни взрослых. Только детей до пятнадцати лет.

Массалия умолк, потому что они вышли на городскую площадь. Там собралась толпа. Мужчины стенали, женщины плакали, воздевая руки к небу. Время от времени кто-нибудь забирался на постамент полуразрушенной статуи и произносил речь.

Кругом слышались крики, вздохи и молитвы. На площадь прибывали все новые люди. Вскоре здесь уже было не протолкнуться: сплошная стена человеческих тел, окружившая памятник. Говорили все одновременно, и в этом шуме Пэгги трудно было разобрать, на что именно жалуются горожане. Тем не менее, она прислушалась. Говорили о том, что имеют право на спокойный сон, о том, что боятся за своих детей, которых в любую минуту может похитить Пожирательница. «Наш долг защитить младенцев от ночного кошмара, от страшного монстра, который затаился в самом центре планеты!»

– Малыши должны спокойно спать в своих кроватках! – прокричала какая-то женщина.

По толпе пробежал шепот: «Да, это так! Она права! Так и есть!»

– Когда-то наши дети играли и веселились, ничего не боясь! – выкрикнул мужчина. – Детские были не похожи на тюрьмы! Там никогда ничего не случалось…

«Он прав!» – поддержала толпа.

– И мы думали, что так будет всегда! – продолжал он. – Но нет… Проснулась Пожирательница – древнее чудовище, укрывшееся в сердце нашей планеты, жестокая дрянь, питающаяся нашими детьми! И, поедая наших малышей, она стала набирать силу! Ни решетки, ни стальные клетки – ничто не может ее остановить! Она научилась обходить любые ловушки, она стала хитрее и коварнее. Что бы мы ни делали, она снова и снова проникает в наши дома и уносит в свое жуткое логово наших детей…

– Да-да, – сказал другой, – вначале когти у нее были не такие твердые, и она не могла разрывать решетки. Мы знали, что под землей живет чудовище, но мы его не боялись. Мы были уверены, что оно довольствуется животными, которых мы приносили ему в жертву…

– Но чудовище выросло, – закричал старик и в отчаянии закрыл лицо руками. – Оно стало еще более прожорливым. Ему было недостаточно наших жертв. Пожирательнице захотелось свежего мяса, более нежного и сочного. Она принялась похищать детей. А ее когти сделались твердыми как сталь. Решетки ей не помеха, бронированные двери для нее ерунда. Прочнейшие клетки она раскалывает, как орехи. Она крадет наших малышей по ночам, просовывая свои щупальца в малейшие щели, беспардонно вторгаясь в наши жилища…

– Верно, Пожирательница проснулась, – поддержал его первый мужчина, – и это значит, что она вот-вот вырвется на свободу. Страшно представить, что тогда будет, ведь никто из нас никогда ее не видел, и мы даже не представляем, насколько она ужасна. Ясно одно: после тысячелетий жизни в тесной скорлупе чудовище вырвется на волю, взорвав нашу Кандарту, расправит крылья и полетит неизвестно куда в космическом мраке…

Женщины рухнули на колени и стали биться лбами о землю. Толпа тревожно загудела. Пэгги Сью схватила рыцаря за локоть и попыталась увести его за колонну, но Массалия холодно высвободился.

– Что это за ерунда про скорлупу? – прошептала девочка. – Они, кажется, думают, что Кандарта – это яйцо.

Генерал посмотрел на нее с недоумением.

– Ты что, так и не поняла? Ну и ну! Вы, земляне, оказывается, удивительные тугодумы. Видимо, придется вам все объяснить. Начнем с того, что Кандарта действительно яйцо. Огромное яйцо, плавающее в космосе. Миллионы лет назад его снесло какое-то доисторическое космическое животное. И, разумеется, хотя до последнего времени мы закрывали на это глаза, в яйце зрел эмбрион, чтобы рано или поздно разорвать скорлупу и выбраться на свободу.

– Но… но… – пробормотал Себастьян, – это только легенда, ведь так?

– Вовсе нет, – ответил Массалия. – Это чистая правда. Мы живем на поверхности яйца. Мы построили города, проложили дороги – и все это на скорлупе гигантского яйца. Мы ходим, спим, едим, и все это время у нас под ногами находится огромный зверь, который дремлет в самом центре яйца, свернувшись в клубок. Но настанет день, когда он достигнет последней стадии своего развития и разорвет в клочья яйцо, которое мы называем Кандартой. И тогда мы все погибнем. Планета разлетится на тысячи осколков, а Пожирательница расправит крылья и улетит к далеким звездам.

Пэгги все это показалось слишком невероятным, но спорить с рыцарем она не стала. В конце концов, в это верят все жители Кандарты, и Массалия один из них. Он всего лишь рассказал об их представлениях. Однако при мысли о том, что она сейчас стоит на поверхности яйца, подвешенного в безвоздушном пространстве, девочка невольно поежилась. Яйцо? Гигантское яйцо, плавающее в космосе, размером с небольшую планету? Ну нет! Это просто бред! Чепуха! Глупые суеверия неграмотных крестьян, вот и все. Однако, сколько бы она себя ни успокаивала, все равно в страхе косилась на почву у себя под ногами.

– Ты мне не веришь? – усмехнулся Массалия. – Земляне никогда ничему не верят. И тем не менее это правда. Пожирательница сидит в скорлупе, как огромный цыпленок. Уродливый зародыш, который тысячи лет растет и развивается, пока не покинет свою скорлупу. И сейчас он дорос до того, что стал пожирать наших детей. Похищая беззащитных младенцев, он получает еду, необходимую для завершения его развития. Детей красть проще всего. Они не могут за себя постоять, и Пожирательница ничем не рискует. Стоит ей только дождаться ночи, просунуть щупальце в один из миллиона ходов, и вот новая жертва! – Рыцарь помолчал, как будто стараясь подобрать слова. – Поймите, наконец, что скорлупа пористая и она уже треснула во многих местах. Через эти щели Пожирательница и просовывает свои щупальца.

– Уже треснула? – повторила Пэгги Сью.

– Да. Вот уже десять лет, как зародыш готов вылупиться. Кандарта еще не разлетелась на кусочки только потому, что мы упрятали детей в надежные убежища и, так сказать, посадили Пожирательницу на диету. Ей стало труднее находить пищу, и ее развитие приостановилось. Заметьте, она не умрет от голода. Когда ей нечего есть, она впадает в летаргический сон. И в этом сне она может провести сто или двести лет. Ей некуда торопиться. Время для нее ничто.

– Почему тогда ее никто не попытался убить? – спросила Пэгги Сью и тут же мысленно выругала себя за то, что все-таки позволила втянуть себя в дискуссию.

– Да, есть такие, кто считает, что ее нужно уничтожить, – устало вздохнул Массалия, – но есть и те, кто говорит, что этого делать ни в коем случае нельзя. Есть мнение, что Пожирательница дает нам тепло, она же выделяет кислород, которым мы дышим. И что ее магнетизм заменяет нам силу притяжения. А значит, если она умрет, мы погибнем вместе с ней. Впрочем, это только одна из теорий. Именно поэтому Пожирательница до сих пор жива. Но я решил положить конец ее бесчинствам. Я объявил ей войну, и я ее убью – с вашей помощью, если, конечно, вы согласитесь нам помочь.

Пэгги Сью покачала головой. Не для того она пересекла Вселенную, чтобы слушать такую чепуху. Она согласилась прилететь на Кандарту потому, что хотела спасти детей, но она-то была уверена, что ей предстоит иметь дело с настоящим чудовищем, а не с каким-то вымышленным монстром. Ее предупреждали, что это, может быть, не очень приятный зверь, но она и подумать не могла, что придется столкнуться с таким… чудом, о котором говорил Массалия.

– Понятно, – сказал Себастьян с улыбкой, – это Пожирательница, значит, расхаживает под землей. Когда ей становится скучно, она прогуливается туда-сюда в своей скорлупе, так?

Генерал недовольно пожал плечами, развернулся и пошел через толпу. Пэгги Сью поспешила за ним. Ей было не по себе среди плачущих людей.

Догнав генерала, она попыталась схватить его за руку, но он отстранился.

– Я в вас ошибся, – презрительно проговорил он. – Я решил, что вы герои, а вы оказались жалкими самоуверенными детьми. Я думал, вы не станете шарахаться от непривычного. Вам кажется, что вы все знаете, а на самом деле вы понятия не имеете о том, что творится у вас под ногами. А ведь это, может быть, последние дни Кандарты. Чудовище готово вылупиться. Организм Пожирательницы окончательно сформировался, ничто не мешает ей покинуть яйцо. И она становится все прожорливее, и ей все больше хочется на волю. Она готова расправить крылья и улететь к другим галактикам. Ей нужно только одно: скорее завершить свое развитие, вырваться на свободу и испытать свои силы.

– Поэтому вы и решили ее убить?

– Да. И не думайте, что это было легко, – проворчал Массалия. – У меня много врагов. У Пожирательницы есть свои защитники, безумные фанатики. Они уже несколько раз пытались меня убить.

– Кто же захотел служить монстру? – удивился Себастьян.

– Колдуны, чародеи, – объяснил генерал. – Дело в том, что Пожирательница обладает огромными магическими способностями. И она выдыхает не углекислый газ, а особый, волшебный газ, который может превратить человека в черт знает что… Этот газ поднимается из трещин в почве (которая, как я уже говорил, является по сути скорлупой). Маги и чародеи научились собирать этот газ в бутылки. Они продают его и получают огромные деньги. Таким образом, Пожирательница – источник их силы и могущества, поэтому они не хотят, чтобы ее убили. Им не жаль тысяч детей, которых она безжалостно похищает. Вы должны быть начеку. Как только маги узнают, зачем вы здесь, они попытаются вас убить и, уж поверьте мне, используют для этого все возможные средства.

– А как вы думаете ее уничтожить? – спросил Себастьян. – Сбросите в трещину бомбу?

– Ладно, слушайте, – вздохнул Массалия. – Я расскажу вам одну историю. Когда-то я служил у короля Вальнера в городе Кромозе. Для него я изготовил огромный арбалет с гигантскими стрелами. Мы установили его на террасе дворца, нацелив на одну из самых больших трещин на всей Кандарте. Мы рассчитали угол наклона – все было просто идеально. Я надеялся, что стрела, пущенная из моего арбалета, долетит до центра планеты и вонзится прямо в чудовище. Пожирательница умрет, и дети смогут спать спокойно.

– И? – не вытерпел Себастьян.

– Великий визирь Ранюк выставил меня из города под каким-то глупейшим предлогом. Меня выгнали на границу. Как я потом понял, он не хотел, чтобы я использовал арбалет. Он был из этих жалких защитников Пожирательницы, которые называют себя «друзья осьминога».

– А мы вам зачем? – прямо спросила Пэгги Сью.

– Понимаете, я сам обычный рыцарь, а друзья осьминога повсюду… Они строят планы, вынашивают темные замыслы. Мои люди напуганы, некоторые уже дезертировали… Вы же – герои, о вас знает вся Вселенная. И дети вас знают. Они читали о ваших приключениях, они вас любят. Если вы будете на моей стороне, люди поверят в меня и пойдут за мной.

– И что мы должны делать? – поинтересовался Себастьян.

– Я хочу, чтобы вы под каким-нибудь предлогом проникли во дворец в Кромозе и выстрелили из моего арбалета. Это совсем не сложно. Мой адъютант Заброк объяснит вам, как это делается.

– Я видела в подвале клетки, – сказала Пэгги Сью. – Для чего они?

– В них родители прятали своих детей, надеясь, что стальные прутья спасут их от Пожирательницы. Многие дети годами сидят в клетках. Когда они вырастают из одной клетки, их пересаживают в другую.

– И они никогда не выходят?

– Нет. Большинство родителей считают, что так безопаснее. Они думают, что клетка защитит их малышей от безжалостного чудовища, но это не так. – Он ненадолго задумался, а потом добавил: – Ладно, пойдемте есть. Вижу, что вы все равно мне не верите. Ну что ж, скоро я покажу вам нечто, что рассеет ваши сомнения раз и навсегда.

Когда рыцарь отошел достаточно далеко, Себастьян покрутил пальцем у виска.

– Он, кажется, немного того, – пробормотал он.

– Не уверен, – возразил синий пес. – Я чую там, под землей, что-то большое. У меня такое чувство, будто я нахожусь перед входом в огромную нору. Жаль только, что эта нора размером с планету, и я не готов встретиться со зверем, который в ней обитает.

– Как бы то ни было, – вздохнула Пэгги, – мы должны спасти детей. Кто-то их похищает, а значит, надо защитить их от… шайки колдунов или даже подземного чудовища.

Трое друзей отправились в столовую. Им дали вкусный, горячий суп и свежеиспеченный хлеб. Однако даже такой замечательный обед не смог их отвлечь от мыслей о чудовище.

– Лично мне страшновато, – признался синий пес, – но все равно хочется взяться за это дело. По-моему, лучше дрожать от страха, но действовать, чем умирать от скуки. Мы столько месяцев бездельничали. Я уже стал чувствовать себя какой-то комнатной собачонкой, а я серьезный пес, мне хочется в бой. К тому же у такого огромного чудовища должны быть огромные кости. И если мне удастся унести хоть одну косточку домой, мне хватит до конца жизни! Представляете? Кость размером с теплоход!

– Допустим, подземное чудовище существует, – задумчиво проговорил Себастьян, – и оно такое, каким его описал Массалия. И вот вопрос: как его убить? Мне кажется, должен быть и другой способ…

– Я тоже так думаю, – согласилась Пэгги Сью. – Массалия ослеплен ненавистью. Не стоит верить всему, что он говорит.

После обеда друзья вышли на рыночную площадь. Себастьян подошел к трещине в земле, присел на корточки и заглянул в темноту.

– Как думаете, зверь там? – спросил он. – Сидит в глубине и следит за нами? И если бы можно было посветить туда фонариком, мы бы увидели его огромный глаз?

Пэгги невольно поежилась и схватила Себастьяна за ворот рубашки. Что, если он вдруг покачнется и рухнет в бездну?

Тем временем синий пес, шумно сопя, обнюхивал трещину. Он в самом деле вел себя так, как терьер у заячьей норы.

– Ты что-то почуял? – спросила Пэгги.

– Да. И еще я слышу, как оно шевелится.

– Может, это шум подземной реки, – предположил Себастьян. – Откуда мы знаем, что чудовище существует? По-моему, жители Кандарты страшно суеверные.

Пэгги Сью промолчала. Она смотрела в темноту, в ужасе ожидая вот-вот увидеть огромный красный глаз.

Глава 4

Жуткое метро

Около полудня к ребятам снова пришел генерал.

– Я знаю, что вы все еще мне не верите, – заявил он. – Ничего, сейчас я отведу вас в метро, и все ваши сомнения тут же рассеются.

– Здесь есть метро? – удивился Себастьян. – Надо же! А я думал, вы живете в глубоком средневековье!

– Кандарта не всегда была такой, как сейчас, – с грустью сказал Массалия. – В самом начале, после ее колонизации, люди жили в нормальных условиях, вполне современно. К сожалению, Пожирательница уничтожила все наши заводы и фабрики, и мы деградировали. Метро было построено давным-давно, когда никто еще толком не знал о том, что в самом сердце планеты обитает ужасное чудовище. Сейчас метро не работает.

Тут Пэгги заметила на ремне у генерала за спиной большой фонарь.

– Тоннели по большей части освещены, – продолжил Массалия, – но, конечно, всегда могут возникнуть перебои с током, так что не бойтесь, если свет вдруг погаснет.

Он старался говорить спокойно и уверенно, но Пэгги Сью поняла, что генерал очень взволнован. Они вышли из крепости и вскоре добрались до небольшой площади, в центре которой стоял уродливый бронзовый памятник какому-то всеми забытому королю. Рядом находился вход в метро. Самый обычный вход, такой же на Земле. На лестнице валялся мусор, и ребятам пришлось расшвыривать его ногами, чтобы спуститься к дверям.

Пэгги думала, что им придется бродить по страшному лабиринту темных, узких тоннелей. Но она ошиблась. Тоннели оказались широкими и хорошо освещенными – под потолком висело немало неоновых ламп. Мокрые плиты пола поблескивали в их бледном свете. В метро царила полная тишина. Не было слышно ни бодрого стука колес, ни знакомого скрипа рессор, ни хлопанья дверей. Здесь было светло и тихо. Лишь иногда встречались темные места – там, где перегорели лампы, но эти участки были не длиннее двадцати метров. Каждый раз, когда друзьям приходилось преодолевать такие участки, Пэгги ускоряла шаг, хотя и пыталась заставить себя идти как обычно.

Постепенно, продвигаясь все дальше и дальше, ребята поняли, что здесь вовсе не так тихо, как им казалось раньше.

Откуда-то из-под земли, из самого сердца планеты, доносился приглушенный гул.

Иногда на миг становилось тихо, а потом странный звук делался гораздо громче и отчетливей, и тогда казалось, что чья-то огромная лапа скребет камень. Массалия все сильнее бледнел, но по-прежнему шагал впереди, не произнося ни слова. Наконец все добрались до станции, и генерал сбавил шаг.

– Метро – наша величайшая ошибка, – проговорил он, когда они вышли из коридора на платформу. – Можно было бы догадаться с самого начала, что Пожирательница обязательно воспользуется сетью тоннелей, – ведь так ей удобнее всего проникать в наши города. И ей не пришлось самой рыть себе ходы – люди все сделали за нее! Для нее наши тоннели – как норы, куда она может свободно проникнуть своими длинными щупальцами. Постепенно Пожирательница захватывала все больше и больше тоннелей, и, соответственно, в метро происходило все больше и больше аварий. В конце концов люди перестали им пользоваться, поезда остановились и теперь ржавеют прямо на путях.

Пэгги испуганно посмотрела в черное жерло тоннеля.

– Значит, по-вашему, – протянула она, – чудовище прячется где-то там, в глубине?

Массалия раздраженно пожал плечами.

– Само чудовище слишком большое, – прошептал он, – чтобы прятаться в тоннеле, но где-то здесь наверняка есть его щупальца. Я же говорил, Пожирательница огромная, она находится в центре планеты, как цыпленок в яйце. И она считает, что все, что находится на поверхности, по праву принадлежит ей. Все: города, люди… дети.

Пэгги не смогла ему возразить. Массалия, видимо, понял, что девочка ему не верит, и решил еще раз все объяснить:

– Это гигантское каменное яйцо в космосе, его скорлупа очень толстая и твердая, как скала. В скорлупе много ценных минералов, которые и привлекли сюда людей. Первые колонисты занимались в основном добычей полезных ископаемых, в те времена процветало горное дело. Люди думали, так будет всегда. Залежи казались им неисчерпаемыми, и это обещало невероятные богатства и процветание. А потом, постепенно, люди докопались до страшной правды. Конечно, они не сразу поверили тому, что обнаружили. На это ушло немало лет. Но в конце концов все признали, что под их ногами, глубоко под землей, в самом сердце того, что они приняли за обычную планету, растет и развивается живое существо, что именно оно дает людям тепло, именно оно выбрасывает наружу – через поры в скорлупе – кислород и таким образом создает искусственную атмосферу. После столь страшного открытия людям надо было улететь с этой планеты, и чем скорее, тем лучше. Но алчность затуманила их разум, они не могли так просто отказаться от несметных богатств, которые сулила им Кандарта. И люди остались, продолжая добывать бесценные ископаемые, прорывая все новые и новые шахты, уходившие в глубь яйца. Шли годы. Пожирательница росла и постепенно стала пользоваться этими шахтами, проникая в них своими щупальцами. Как и тоннели метро, шахты послужили ей отличными ходами для того, чтобы высунуть свои щупальца на поверхность.

– И чем больше она росла, тем более прожорливой становилась, – закончила за него Пэгги. – Ей все больше и больше хочется есть. Это я поняла. Но, скажите, что случится потом, когда… когда она наконец вылезет из своей скорлупы?

– Улетит прочь. Будет носиться по просторам Вселенной, опустошая планету за планетой, как огромный стервятник. Стервятник, кружащий во тьме, высматривая планеты, где живут миллионы детей. Пожирательницу ничто не остановит. Она будет пробираться в детские, в школы, в колледжи.

Девочка содрогнулась. На миг ей показалось, что она уже слышит хлопанье крыльев гигантского мифического птеродактиля, и эти крылья такие огромные, что способны заслонить солнце и погрузить всю планету в кромешную тьму.

– А как она выглядит? – спросила Пэгги. – Неужели вы совсем не знаете?

Взяв девочку за руку, Массалия подвел ее к облицованной плиткой стене станции. Ее покрывали грубые рисунки, на которых были изображены странные чудовища. На некоторых Пожирательница напоминала огромного осьминога с многочисленными щупальцами, затаившегося в центре яйца, на других – гигантского паука.

У Пэгги перехватило дыхание.

– Кто это нарисовал? – пролепетала она.

– Люди, ехавшие в вагонах, которые опрокинула Пожирательница. Они нарисовали ее, чтобы показать всем, что они видели.

Пэгги отвернулась от рисунков.

– Идемте, – приказал генерал. – Я покажу вам то, что наверняка заставит вас мне поверить. Нам придется немного пройти по тоннелю, но вы ведь не боитесь, правда? Чего вам бояться – вы ведь не верите в то, что Пожирательница действительно существует!

Не дав ребятам возразить, Массалия спрыгнул с платформы на рельсы. Друзьям ничего не оставалось, кроме как отправиться за ним. Когда Пегги ступила под темные своды тоннеля, у нее по спине пробежал холодок. Генерал включил фонарь, и по бетонным стенам тут же заплясали жуткие тени. В желтом, неровном свете Пэгги разглядела рельсы, вдоль которых шли ребята и рыцарь, толстые кабели на стенах и потолке. А там, впереди, все сильнее сгущалась тьма. У девочки пересохло во рту от страха.

Наконец из темноты проступили очертания вагонов. Массалия уверенно зашагал вдоль поезда, сошедшего с рельсов в результате аварии. В тусклом свете лампы невозможно было как следует рассмотреть лежавшие на боку вагоны.

Весь пол был исчерчен глубокими трещинами. У Пэгги закружилась голова. Она решила взять на руки синего пса, испугавшись, как бы он не свалился в какую-нибудь расщелину.

– Смотрите, – задыхаясь от быстрой ходьбы, проговорил рыцарь в тяжеленных доспехах. – Вон там. Его перерезало в момент столкновения, и он так и остался лежать на рельсах! Видите?

Пэгги, прищурившись, посмотрела туда, куда указывал генерал. Лампа качалась в руке у Массалии, и в ее тусклом свете можно было различить на рельсах сморщенное тело какого-то странного зверя.

Нет, это был не зверь, а скорее… его лапа? Огромная лапа размером с вагон метро, на конце которой красовались три длинных пальца с острыми когтями. Плоть высохла, и кожа плотно облегала кости, как это бывает у мумий. В тусклом свете ее можно было принять за труп огромного паука, но нет, это на самом деле была лапа с когтистыми пальцами. И хотя теперь сморщенная, высохшая конечность неподвижно лежала на рельсах, видно было, что когда-то она обладала огромной силой. Да, когда-то эта лапа без особого труда могла пробивать себе путь сквозь бетонные перекрытия и гнуть прутья из самой прочной стали.

– Это конец щупальца, – сказал Массалия. – Такими пальцами Пожирательница хватает наших детей, чтобы утащить их к себе. Тридцать лет назад здесь произошла страшная авария, в результате которой чудовище лишилось одного из своих щупалец. С тех самых пор оно тут и лежит. Говорят, когда его отрезало, оно еще долго извивалось, отчаянно пытаясь проникнуть в вагоны, чтобы добраться до маленьких пассажиров.

Генерал замолчал, не в силах продолжать. Пэгги вдруг осознала, что потихоньку пятится от страшного щупальца, перегородившего тоннель. Девочка попыталась взять себя в руки и вернуться к Массалии, но у нее ничего не получилось. Внезапно она споткнулась о рельс, пошатнулась и чуть было не упала, – хорошо, что Себастьян вовремя схватил ее за рукав.

– Осторожней! – проворчал Массалия, недовольно качая головой. – Эти трещины очень глубокие, они тянутся к самому центру Кандарты. Если вы в них угодите…

Девочка повернулась к нему.

– Ну что, – спросил рыцарь, – теперь вы мне верите?

Пэгги направилась к выходу из тоннеля, – ей не терпелось поскорее выбраться из метро. Они могут спокойно поговорить потом, когда окажутся наверху.

– Куда это ты собралась? – рявкнул Массалия. – Визит еще не окончен!

Поняв, что генерал не уступит, ребята и собака послушно поплелись за ним к другой станции. Когда они выбрались на платформу, Массалия указал на высокий свод. Там были длинные трещины, как будто кто-то бил по потолку огромным тараном.

– Видите? – спросил Массалия. – Щупальца проникли сюда из тоннеля и разрушили станцию. Наверху, над нашими головами, находится то самое убежище, в котором вы провели ночь. И Пожирательница это знает. Видимо, она почуяла, что в убежище есть дети, и попыталась спровоцировать обвал. Если крепость рухнет, все дети, которых мы в ней прячем, упадут в трещины, и чудовище тут же до них доберется. Она не намерена сидеть и ждать, нет, – почуяв добычу, она готова сделать что угодно, лишь бы ее заполучить. И как вы думаете, долго ли продержатся эти бетонные своды?

Генерал собирался сказать что-то еще, но тут откуда-то сзади донесся скрежет. Массалия насторожился.

– Кажется… – прошептал синий пес, – кажется, это доносится из тоннеля… Кто-то скребется вон там, позади нас!

У Пэгги по спине побежали мурашки.

Повернувшись к генералу, она пролепетала:

– Пожалуйста, скажите, что это мне только чудится! Ведь не может быть, чтобы…

Ей вдруг стало так страшно, что она не смогла закончить фразу.

Странный скрежет становился все громче, – видимо, нечто, издававшее его, приближалось.

«Это крыса, – подумала девочка, – просто огромная крыса».

Ребята и Массалия уставились в темное жерло тоннеля, перегороженного опрокинутыми вагонами. Вскоре скрежет стал совсем громким, а потом вдруг резко стих. Неведомая тварь решила наконец выбраться на станцию.

– Это щупальце! – завопил Себастьян. – Оно все еще живое! Какой кошмар! Генерал, вы же привели нас прямо к вашей Пожирательнице!

Выхватив шпагу, генерал подскочил к краю платформы.

– Это вы пробудили его к жизни! Он почувствовал, что рядом дети, – простонал Массалия. – Так, значит, все это время щупальце просто спало, выжидая, когда появится очередная жертва! Надо же. А я думал…

Он вдруг умолк. Из тоннеля показались длинные пальцы. Щупальце цеплялось острыми когтями за вагоны, и раздавался противный скрежет.

– Да это же просто рука мумии! Как в ужастиках! – воскликнул синий пес. – Фрррррр! Какая гадкая!

Выбравшись из тоннеля, щупальце неуверенно пошевелило пальцами, приходя в себя после долгого сна. А потом повернулось к непрошеным гостям.

Оно вдруг напряглось, оттолкнулось пальцами от пола и, пролетев несколько метров, упало на рельсы у самой платформы. А через пару секунду взобралось на нее. Массалия тут же нанес ему два мощных удара шпагой. Из глубоких ран не выступило ни единой капли крови.

– Уходим! – завопил Себастьян. – Эта тварь наверняка попытается отрезать нам путь к выходу!

С этими словами он схватил Пэгги за руку и бросился к коридору, который вел наверх. Догадавшись, что добыча вот-вот улизнет, щупальце собралось с силами и прыгнуло вперед. К счастью, сил у него было еще мало, – ведь последние тридцать лет оно спало. Оно совсем чуть-чуть не достало до Пэгги. Острые когти проехались по бедру девочки, прочная ткань джинсов затрещала, но выдержала… Пэгги качнулась назад, потеряла равновесие и упала на спину. «Рука мумии» тут же набросилось на свою жертву – казалось, гигантский краб схватил девочку своими мощными клешнями! Громко вопя, Пэгги замахала ногами, пытаясь ударить щупальце…

И вдруг поняла, что жуткие пальцы замерли.

– Оно снова уснуло! – с облегчением выдохнул Массалия. – Видимо, у него просто не хватило сил утащить тебя к Пожирательнице. А теперь идемте отсюда! Скорее!

Пэгги не надо было повторять дважды.

Они помчались к выходу, оглядываясь через каждые десять метров, чтобы убедиться, что за ними никто не гонится, и скоро выбрались на поверхность.

Когда ребята и генерал вышли из метро, Пэгги полной грудью вдохнула свежий воздух и заявила:

– Ну ладно, мы согласны вам помочь. Только скажу сразу: не надо думать, что мы суперкрутые герои, типа Человека-паука, Халка или Бэтмена… Нет, эти ребята существуют только в комиксах. Вряд ли мы сможем так просто убить ваше подземное чудовище. Надо хорошенько это обдумать. Надеюсь, вы правильно все рассчитали, и арбалет не подведет.

– Если у тебя есть идея получше, я с удовольствием ее выслушаю, – буркнул рыцарь.

* * *

На следующий день, прогуливаясь по городу, Пэгги с еще большей осторожностью смотрела себе под ноги. Каждый раз, перешагивая через очередную трещину, она с ужасом заглядывала в нее, пытаясь рассмотреть, что скрывается в ее темных глубинах, откуда поднимается сильный запах разрыхленной земли.

У нее в голове вертелась дурацкая детская песенка: «Придет серенький волчок и ухватит за бочок».

Девочка шла все быстрее и быстрее, не отрывая глаз от земли. Весь город был как будто поделен на восьмиугольные части длинными и глубокими трещинами. По краям провалов асфальт вздыбился, так что теперь улицы и площади напоминали огромную терку.

Пэгги никак не могла отделаться от дурацкой песенки: «Придет серенький волчок и ухватит за бочок».

Внезапно, перепрыгивая через щель в земле, девочка заглянула внутрь, и ей показалось, что там, в темноте, что-то есть. Это был глаз – глаз, находившийся в сотнях километров от нее, в самом сердце планеты. Огромный, блестящий. Он пристально смотрел на нее, полный неистовой злобы и ненависти. Пэгги решила не останавливаться.

Песенка в последний раз пронеслась у нее в голове.

И на секунду ей показалось, что из трещины, из темной глубины донесся чей-то ужасный голос, от которого содрогнулась земля: «Да, да, приду!.. Приду и ухвачу вас, мерзкие земляне!»

Глава 5

Ледяной ад

На следующий день Массалия объявил:

– Для того чтобы вы познакомились с нравами и обычаями Кандарты, я предлагаю вам на одну неделю стать смотрителями в укрепленном убежище для детей. Я уверен, что за это время вы составите себе представление о подстерегающих вас опасностях, а значит, повысятся ваши шансы на выживание. Знаете старую пословицу: «Сила вампира в том, что в него не верят»? Также и с Пожирательницей: чем больше людей сомневается в ее существовании, тем большую опасность она представляет.

Друзья не нашли, что возразить, и вскоре оказались у кубического строения, напоминающего огромный склеп.

– Должен вас предупредить, что там будет очень холодно, – сказал рыцарь.

– Почему? – удивилась Пэгги Сью.

– Как все зародыши, развивающиеся в яйце, Пожирательница любит тепло и не выносит холод. Поэтому мы придумали спрятать детей в огромный холодильник. Мы создали в этом убежище такую низкую температуру, что чудовище просто не отваживается сунуть туда свои щупальца. Должен заметить, выдумка очень удачная.

Решив не спорить с рыцарем, Пэгги молча разглядывала убежище. На кирпичных стенах конденсировалась влага.

– Холодильник, – прошептала она. – Холодильник высотой в десять этажей… ну и ну!

– Да. И до сих пор он себя оправдывал. Конечно, производить холод недешево, поэтому убежище платное. Здесь собрались дети аристократов и богатых купцов. Желаю вам приятно провести время.

Часовой приоткрыл дверь и выглянул в щелочку, из которой вырвался порыв ветра и больно хлестнул Пэгги по щекам.

– Входите скорее! – закричал часовой. – Не выпускайте холод! Дверь разрешается открывать только на пять секунд. Проходите. Куртки возьмете в гардеробе, – и он протолкнул всех в холл.

Пэгги протерла глаза. Пол был покрыт инеем, а с потолка свисали сосульки.

– Тут прямо как внутри айсберга! – ахнул Себастьян.

– Ну и холод! – проворчал пес. – Я уже все лапы отморозил. И предупреждаю сразу, работа ездовой собаки меня никогда не привлекала.

У самого входа стоял большой шкаф, наполовину засыпанный снегом. Пэгги Сью с трудом открыла примерзшие дверцы и оглядела потрепанные куртки, висевшие на вешалках. Наконец она выбрала себе более-менее подходящую по размеру.

Только она ее надела, как прямо ей в лицо полетел огромный снежок. Его бросил мальчик лет двенадцати, который внезапно появился из коридора.

– Вы новые смотрители? – закричал он. – Надеюсь, вы знаете много интересных игр, а то здесь можно умереть со скуки!

Мальчик был в красной шерстяной шапочке, натянутой до самых бровей. Он стоял и нехорошо ухмылялся, глядя на Пэгги Сью.

– Как тебя зовут? – спросила она.

– Эрик с Черных равнин у Прекрасного леса, – гордо ответил мальчик. – Я сын барона. Если ты меня накажешь, мой папа велит побить тебя палками. Вы, смотрители, всего лишь слуги! Так что не вздумайте устанавливать здесь свои правила. Я вас предупредил.

«Славный малыш», – подумала Пэгги, натянуто улыбаясь.

– Может быть, ты покажешь нам, что здесь где? – предложила она.

– Ну уж нет! – буркнул мальчик. – Мне лень. Сами осваивайтесь. А это что за дурацкий синий пес? Надо будет привязать ему к хвосту консервные банки – хоть какое-то развлечение!

– Только попробуй, – прорычал пес, – если тебе не жалко своих пальцев. Мои зубы достаточно крепки, и я с удовольствием откушу штуки три-четыре – попробую на вкус мясо маленького мерзавца!

Эрик быстро скатал еще один снежок, запустил им в пса – тот без труда увернулся – и убежал по коридору, громко вопя:

– Новые смотрители! Новые смотрители! Они полные кретины!

– Хорошенькое начало, – пробормотал Себастьян. – Чувствую, мне придется надавать подзатыльников этим наглецам!

– Да ладно тебе, – урезонила его Пэгги. – Посмотрим, что они нам скажут. Не забывайте, что мы должны узнать как можно больше об обычаях Кандарты.

Подниматься по обледеневшим ступенькам было трудно, приходилось цепляться за перила, чтобы не поскользнуться и не съехать на спине до самого низа.

На каждой лестничной площадке сгрудились ребятишки, сбежавшиеся поглазеть на новых смотрителей. Все они были в старых, потрепанных куртках. Кое-кто из детей вежливо поздоровался с Пэгги Сью и ее спутниками, но большинство только корчили им рожи.

– Где вы спите? – спросила Пэгги Сью.

– В иглу, – ответила маленькая девочка, которую звали Хлоя. – Прошлые смотрители построили нам в спальнях иглу, потому что просто так, на кроватях, спать было слишком холодно.

Заглянув в ближайшую спальню, Пэгги убедилась, что девочка не соврала: прямо в комнате был построен десяток иглу.

– Тут ужасно скучно, – пожаловалась Хлоя. – Сначала было весело, как в детском лагере. Мы катались на лыжах, на санках, но потом нам все надоело. Мы слишком долго тут сидим. Мне хочется домой.

Стараясь не показать, как ее все здесь удивляет, Пэгги глядела на снеговиков в коридорах, заснеженные лестницы, превращенные в горнолыжные трассы, а также ванные и туалеты, где вся вода замерзла.

– Одна радость: тут можно месяцами не мыться, – заметил один мальчик.

За поворотом Пэгги Сью вдруг увидела две ледяные статуи… Нет, это были не статуи, а живые люди, замерзшие насмерть! Глаза у них были закрыты – они умерли во сне.

– Кто это? – спросила ошеломленная Пэгги Сью.

– Прошлые смотрители, – спокойно объяснила Хлоя. – Они не разрешали нам вернуться домой. Тогда Эрик подмешал им в кофе снотворное, и они уснули, не успев вернуться в иглу. Так и замерзли.

– Какой ужас! – ахнула Пэгги.

Малышка только пожала плечами.

– Они всего лишь слуги. И к тому же совсем не умели нас развлекать! Ни одной интересной игры не могли придумать! Надеюсь, у вас с фантазией будет получше.

Себастьян просто кипел от злости.

– Кажется, нам придется быть начеку, – прошипел он сквозь зубы.

* * *

В ледяном убежище прятались от Пожирательницы около ста детей из самых богатых семей. Не зная, как убить время, они придумывали все более злые и жестокие забавы.

Пэгги Сью решила, что будет полезно осмотреть стены. Малышка Хлоя (на самом деле ее звали Хлоя Аделаида София с Синего озера у Зеленой скалы, и она была дочкой герцога) показала Пэгги те места, где, если соскрести иней, увидишь следы когтей Пожирательницы. Пэгги тут же принялась очищать стену, и вскоре и правда увидела широкие борозды на кирпичной кладке.

– Это еще с тех времен, когда здесь не было системы охлаждения, – охотно объяснила малышка Хлоя. – Тогда тут прятались дети бедняков. Их держали в клетках, но это не помогало, потому что Пожирательница легко разрывает любые решетки. Другое дело – холод. Холод она не любит. Ей не нравится морозить лапы.

Пэгги Сью задумчиво провела пальцем по одной бороздке.

– Стены здесь толстые, – продолжала Хлоя, – но Пожирательница научилась вытаскивать из них по кирпичику. В конце концов она делала проход в стене, по которому пробиралась, чтобы похитить детей. И до самого последнего момента никто не знал, откуда появятся щупальца.

– Она уносила только детей? – уточнила Пэгги Сью.

– Да, она не любит взрослых. Но я бы на ее месте детей бедняков тоже не ела! Они такие грязные и вонючие. Я бы питалась только детьми герцогов и графов, ну и принцами с принцессами, если получится.

Пэгги Сью похлопала в ладони, чтобы хоть немного согреть озябшие руки. Кто-то снова запустил в нее снежком, на этот раз внутри была большая ледышка.

– Так ты придумаешь для нас новую игру? – спросила Хлоя. – Надеюсь, что да. Иначе Эрик и его дружки тебе покажут!

В столовую Пэгги Сью пришла последней. Себастьян и синий пес уже там были. Повар – огромный, добродушный дядька по имени Заврапа – надавал им кучу советов.

– Детишки-то гадкие, – рокотал он себе в бороду, – и к тому же злобные. Не думайте, что они безобидные, держите ухо востро.

– А холод правда помогает? – поинтересовался Себастьян, вспомнив, что они хотели узнать как можно больше.

– Правда. Пожирательница, видать, боится простуды и в холод не лезет. Раньше было другое дело. Я сам видел, как из стены появляется гигантское щупальце, подхватывает ребенка и уносит его под землю, к себе в нору.

– А как же клетки? – спросила Пэгги.

Повар развел руками.

– От них никакого проку. Даже самые прочные клетки она сминает, будто они из жести. Да ей взрезать стальную дверь не труднее, чем мне открыть банку фасоли в томатном соусе! Беда только, что сейчас все зависит от работы компрессора. Если холодильная установка сломается, температура мигом поднимется, и Пожирательница сразу это почует. Ходы тут она себе давно прорыла, так что долго ждать ее не придется. – Он грустно улыбнулся и, понизив голос, добавил: – Знаете, иногда эти детишки так меня доводят, что хочется сломать установку и посмотреть, как они запоют, когда Пожирательница их перелопает! Но – тс-с! – это между нами.

Наступила ночь. Пэгги Сью, Себастьян и синий пес спрятались в своем иглу. А Заврапа забаррикадировался на кухне, опасаясь очередной выходки Эрика и его приятелей.

* * *

Следующие несколько дней Пэгги Сью тщетно пыталась наладить контакт с детьми. Почти все отворачивались от нее, считая, что «дружить» с «какой-то служанкой» неприлично и унизительно.

Себастьян, как мог, развлекал детей. Он организовал соревнования по спортивному подъему по отвесной стене и тренировки по спуску на санях с лестницы. Синий пес неохотно согласился играть с мальчишками: чаще всего он изображал волка.

– Мне нравится эта роль, – говорил он Пэгги Сью, – беда только в том, что я еле сдерживаюсь, чтобы в самом деле их не сожрать!

Пэгги Сью тем временем простукивала стены и осматривала комнаты. В подвале она обнаружила целый склад поломанных клеток и изуродованных железных дверей. Да, чудовище, без сомнения, было фантастически сильным.

Однажды, когда она в очередной раз осматривала следы когтей на стене, Пэгги Сью вдруг услышала, как Эрик хихикает у нее за спиной.

– Вот это было круто! – воскликнул он. – Щупальца вылезали из стены – и бах!.. Просто с ума сойти!

– Жуткое чудовище похищало таких же мальчишек, как ты, и тебе кажется, что это круто? – удивленно спросила Пэгги Сью.

– По крайней мере, они не дохли от скуки, как мы, – зло прошипел Эрик. – И я бы не был таким дураком. Я бы взял большой нож, притаился, и, когда щупальце вылезло из стены, я бы его – вжик! вжик! вжик! – и нарезал, как колбасу.

– Ты, должно быть, очень сильный, – язвительно заметила девочка.

– Разумеется! – самодовольно надулся Эрик. – До этого Пожирательница имела дело только с детьми бедняков, жалких слуг, нищих оборванцев, а я – другое дело! В моих жилах течет кровь благородных рыцарей.

– Да, думаю, Пожирательнице она бы понравилась – кровь благородных рыцарей, – усмехнулась Пэгги Сью. Она никогда в жизни не встречала столь самодовольного хвастуна.

– Однажды… – мечтательно проговорил он, – я сломаю установку, и тогда сюда явится Пожирательница. Но я уже буду ее ждать, вместе со своими друзьями.

– Не вздумай трогать компрессор, – сказала девочка.

Эрик напыжился и смерил ее надменным взглядом:

– Не смей мне приказывать! Ты всего лишь служанка, и если будешь меня доставать, мой папа прикажет своим вассалам тебя выпороть. Десять ударов плеткой, и ты полгода не сможешь сесть!

– Маленький гаденыш, – пробормотала Пэгги Сью, но мальчишка уже убежал, весело хохоча.

* * *

Все это время Пэгги, Себастьян и синий пес ночевали в специальном иглу для смотрителей. На кроватях спать было невозможно.

– Я попыталась снять покрывало, – сказала однажды вечером Пэгги Сью, – и оно разлетелось на куски, как стекло! А простыни так промерзли, что стали похожи на куски картона.

– Не нравятся мне эти детишки, – пробурчал Себастьян. – Надо быть начеку. Они уже несколько раз пытались исподтишка сбросить меня с лестницы. Правда, они извинялись, говорили, что толкнули меня случайно, но по их хитрым ухмылкам я сразу понял, что это вовсе даже не так. Они злые и подлые. Им не нужны никакие смотрители. Они хотят быть сами по себе, и мы им только мешаем.

– Да уж, без сомнения, они что-то замышляют, – поддержал его синий пес. – Я слышу, как они шепчутся по углам. Надо быть настороже.

После этого они закрыли вход в иглу огромным куском льда и зажгли масляную лампу. Надеясь найти что-нибудь съестное, Себастьян порылся в старом сундуке, где остались вещи прошлых смотрителей. Он обнаружил газировку, превратившуюся в лед, и шоколад, о который легко можно было сломать зубы: он так промерз, что стал тверже камня!

– Надо внимательно смотреть, что мы пьем и едим, – предупредила Пэгги Сью. – Одна девочка рассказала мне, что Эрик подсыпал прошлым смотрителям снотворное и они замерзли насмерть. Если он и нам подсунет что-нибудь со снотворным и мы его возьмем и съедим, он запросто вытащит нас из иглу и оставит замерзать… К утру мы превратимся в ледяные статуи.

– Надо установить дежурство, – предложил синий пес.

– Точно! Будем спать по очереди, – поддержала девочка.

– Хорошо, – согласился Себастьян, все еще пытавшийся разломать шоколадку на три равные части.

Первым стал сторожить синий пес. А Пэгги и Себастьян уснули под завывание ледяного ветра в вентиляционных шахтах.

* * *

На следующий день Себастьян организовал великий подъем по лестницам. Поднимались, держась за веревку, иначе невозможно было ступить ни шагу по скользкому льду, полностью покрывшему все ступеньки. Дойти до последнего этажа было не легче, чем взобраться на гору. Себастьян шел впереди с ледорубом в руке и в ботинках с шипами, как у альпинистов. Он держал веревку, за которую все цеплялись.

– На этот раз мы дойдем до десятого этажа, даже не сомневайтесь! – объявил он.

Дети зашумели. Подъемы по лестницам им давно надоели.

– Мы это сто раз делали! – возмутился Эрик. – Скучища!

Но Себастьян, не обращая внимания на недовольные крики, велел всем приготовиться к подъему. Пэгги Сью засунула синего пса в рюкзак, повесила его себе на плечи и пошла за Себастьяном. Очень скоро она вся взмокла. Лестница поднималась под углом 45 градусов: стоит только поскользнуться, и полетишь вниз по склону до самого первого этажа, так что приходилось идти очень медленно и осторожно.

Пэгги поднималась, изо всех сил стараясь не упасть, и вдруг краем глаза заметила, что дети о чем-то шепчутся. Девочка сразу почуяла неладное.

«Наверно, хотят перерезать веревку, чтобы я скатилась до первого этажа», – подумала она.

Пэгги не могла даже предположить, что задумали эти дети на самом деле!

На каждой лестничной площадке их поджидал снеговик, которого слепили дети во время предыдущих экспедиций.

– Видишь, мы тут уже были! – капризно заявил Эрик. – Мы уже поднимались сюда с прошлыми смотрителями. Скукотища! Подъем по лестницам, лыжи, санки – все одно и то же!

– Не ной! – сказал Себастьян. – Уверен, что на последнем этаже нет снеговика. Мы его там поставим. Это большая честь слепить снеговика на десятом этаже.

– Как же! – буркнул Эрик.

Пэгги Сью нервничала. Она чувствовала, что вот-вот что-то произойдет. Дети недовольно ворчали, делая вид, что их интересует только подъем, но глаза у них злобно поблескивали – они явно что-то замышляли.

Наконец, изрядно усталые, все добрались до десятого этажа. Здесь было еще холоднее, в вентиляционных шахтах страшно завывал ветер, а в коридоре кружились вихри снежинок.

– Там чердак, – сказала Хлоя, указав на лестницу, ведущую вверх, – самое холодное место. Мы его называем «морозильник». Там куча интересных вещей, но поиграть с ними все равно не получится, потому что они вмерзли в лед. И это очень обидно, потому что там есть старинные куклы, фарфоровые, в прекрасных платьях. Но их нельзя достать.

Пэгги вынула огромный термос с горячим шоколадом, который ей дал Заврапа, и отвинтила крышку. Дети тут же собрались вокруг нее, и девочка стала всем разливать горячий напиток. Между тем некоторые мальчишки, во главе с Себастьяном, принялись строить гигантского снеговика.

«Давайте пойдем отсюда скорее, – прошептал синий пес. – У меня дурные предчувствия».

Пэгги Сью тоже беспокоилась. Она пыталась следить за Эриком, но снег валил так густо, что девочка быстро потеряла его из виду.

Вдруг к ней бросилась маленькая Хлоя. Она плакала, размазывая слезы по щекам.

– Что случилось? – испугалась Пэгги Сью.

– Эмма… – еле выговорила малышка. – Она там… наверху… Она забралась на чердак, чтобы посмотреть на кукол, а дверь захлопнулась… И не открывается!

– Ничего страшного, – утешила ее Пэгги. – Сейчас придумаем, как ее оттуда вытащить.

Но малышка не успокоилась.

– Ты не понимаешь! – закричала она. – Если просидишь в «морозильнике» больше пяти минут, замерзнешь насмерть. Может быть, она уже умерла!

Пэгги позвала Себастьяна и торопливо объяснила ему, в чем дело. Он тут же сообразил, что, если дверь заклинило, даже его огромная сила не поможет.

Надеясь на лучшее, они побежали вслед за Хлоей по лестнице, ведущей на чердак.

– Эмма! Эмма! – позвала малышка. – Они пришли! Держись!

Наверху их встретила настоящая метель. Ветер хлестнул по лицу и обжег колючими снежинками. Пэгги с трудом разглядела в конце короткого коридора дверь, покрытую инеем.

– Туда! Туда! – пискнула Хлоя, словно мышка, которой прищемили хвост.

Себастьян толкнул плечом бронированную дверь. Петли скрипнули, и дверь приоткрылась. Пэгги и Себастьян протиснулись в щель.

– Эмма! – закричала Пэгги Сью. – Эмма? Ты где?

Стены чердака покрывал метровый слой льда. «Вот теперь и впрямь как будто внутри айсберга, – подумала Пэгги Сью. – Или в магазине: кругом витрины. Ой, там даже внутри что-то есть. Видимо, это куклы, про которых говорила Хлоя».

– Эмма! – снова позвала она.

Пэгги почти ничего не видела и не решалась посмотреть вниз, боясь увидеть замерзшую насмерть девочку, скорчившуюся на ледяном полу. Если Эмма умерла, Пэгги никогда себе этого не простит.

БА-БАХ! Пэгги Сью вздрогнула и обернулась: Хлоя исчезла, а бронированная дверь захлопнулась.

– Вот черт! – буркнул Себастьян. – Так я и думал. Нет тут никакой Эммы и никогда не было.

– Они нас заперли, – проговорила девочка. – Попробуй вышибить дверь, может, получится.

Себастьян разбежался и толкнул стальную дверь. Бесполезно: она даже не дрогнула. Мальчик снова и снова пытался вышибить дверь, но ничего не получалось.

– Детки приготовили нам хорошую ловушку, – грустно заметил синий пес, – и мы попались. Наверняка они надеются, что мы замерзнем здесь насмерть.

– Да нет, – возразил Себастьян, – они просто хотят нас напугать. Решили над нами посмеяться. Уверен, через пять минут они нас выпустят.

– Сомневаюсь, – пробормотала Пэгги. – Хотя кто знает… Посмотрим…

Она наклонилась к ледяной «витрине» и стала всматриваться в изогнутые тени, застывшие в темной глубине. Себастьян подошел к ней и тоже уставился на силуэты.

– Я думала, это куклы, – начала Пэгги, – а это…

– Люди! – воскликнул Себастьян.

– И мне кажется, это и есть прошлые смотрители, – прошептала девочка. – Те, кто работал здесь до нас. Они попались так же, как мы, и вот – стали ледяными статуями. Я начинаю понимать, зачем Массалия нас сюда отправил… Он нас проверял! Устроил нам экзамен. И, судя по всему, мы не первые, кого он пригласил спасать Кандарту…

– Да ну! – удивился пес. – Хочешь сказать, у него были и другие супергерои на примете? Мы не первые в списке? Какая наглость! Я возмущен! Это надо же: позвать кого-то раньше нас. Безобразие!

– Но посмотри, что стало с нашими соперниками, – заметила Пэгги и многозначительно постучала пальцем по льду. – Сдается мне, они провалили экзамен. И уничтожила их не страшная Пожирательница, а кучка озлобленных детишек. Массалия использовал Эрика и его приятелей, чтобы испытать своих претендентов в спасатели. А когда очередной претендент оказывался вмороженным в лед, наш бравый генерал отправлялся на поиски нового героя.

– Подлец! – возмущенно залаял синий пес. – Мы должны были быть первыми! Мы же самые лучшие!

– Ладно, согласен: детишки не собираются нас выпускать, – вздохнул Себастьян, – значит, надо придумать, как отсюда выбраться, прежде чем мы превратимся в такие же замороженные экспонаты. На холоде моя сила иссякает. Боюсь, что очень скоро я стану не сильнее грудного ребенка.

Следующие пятнадцать минут друзья всеми силами старались открыть дверь. Хотя выйти наружу им так и не удалось, они по крайней мере согрелись. В «морозильнике» было страшно холодно.

– Это не обычная дверь, – сказал Себастьян, тяжело дыша. – Она устроена, как сейфовая: целая система хитроумных замков и засовов. Такую дверь не вышибешь. Придется поискать другой выход. И я думаю: раз мы не можем спуститься вниз, может быть, получится подняться наверх.

– Предлагаешь выбраться на крышу? – с сомнением в голосе спросила Пэгги.

– Почему бы и нет?

Полчаса пытались Пэгги с Себастьяном добраться до обледеневшего потолка. Но у них ничего не вышло: на что бы они ни пытались забраться, тут же соскальзывали в сугробы на полу.

– Я слабею, – пожаловался Себастьян. – От холода теряю силы… На жаре могу горы свернуть, но в мороз становлюсь совсем слабым. Я в отчаянии. Мне кажется, нам конец.

Пэгги хотела было возразить, но вдруг поняла, что у нее тоже нету сил. Ее охватила сонливость – опасная сонливость, которой так боятся те, кто заблудился во льдах: стоит только заснуть – и уже не проснешься.

– Давайте отдохнем, – предложила девочка, – прижмемся друг к другу, чтобы было теплее, и немного полежим. Только ни в коем случае нельзя спать!

Они улеглись на полу, прижавшись друг к другу, и вскоре их засыпал снег.

Из предсмертного оцепенения их вывел страшный грохот. Кто-то несколько раз с силой ударил в дверь, потом посыпались осколки льда, и дверь открылась. На пороге стоял повар Заврапа в толстой пуховой куртке и с ломом в руках.

– Вы еще живы? – прогрохотал он. – Эти мерзавцы ухитрились просунуть в щель дубовый клин, и дверь заблокировало. А потом еще все промерзло… Я думал, вообще до вас не доберусь.

– Где он? – пробормотала Пэгги, с трудом поднимаясь на ноги.

Зубы у нее так стучали, что Заврапа не сразу понял, о чем она спрашивает.

– Не знаю, – ответил повар, когда Пэгги повторила свой вопрос. – Они заперли меня в кухне, но я выбрался по вентиляции. Это все подлец Эрик. Он сейчас в подвале, вместе со своими приятелями. Они заперли за собой все решетки.

– Мамочки! – вскрикнула Пэгги. – Я знаю, зачем они туда полезли. Надо скорее туда бежать, пока они не сделали страшную глупость! Пока никто не пострадал…

Дрожа от холода, они медленно спускались по лестнице вслед за Заврапой. У синего пса так стучали зубы, что казалось, кто-то бьет фарфоровые тарелки.

Лед покрывал все ступеньки и лестничные площадки. Как они ни торопились, а идти быстро не получалось. Стоило только поскользнуться, и с головокружительной скоростью съедешь до первого этажа.

На четвертом этаже Заврапа вдруг остановился и, нахмурившись, проговорил:

– Как будто бы стало теплее…

– Да, и снег перестал, – подхватила Пэгги. – Гляньте: из вентиляции не вылетает ни снежинки!

– Вот именно. И это ненормально, – продолжал Заврапа. – Уверен, температура поднялась как минимум градусов на десять.

– Верно, – поддержал Себастьян. – Лед тает… Смотрите: лужи! И с сосулек капает!

– Это Эрик! – воскликнула Пэгги. – Он выключил морозильную установку! Сейчас здесь будет настоящая жара. Он мне говорил, что задумал сломать компрессор, но я решила, что он просто выпендривается.

– А зачем ломать компрессор? – удивился Себастьян. – Ему надоел холод? Хочет немного погреться?

– Нет. Ему взбрело в голову, что он должен вступить в бой с Пожирательницей, как настоящий рыцарь. Он мне сказал, что пусть лучше его утащит щупальце, чем он будет сидеть тут без дела до тех пор, пока не вырастет.

– Вот болван! – взревел повар.

– А я его понимаю, – заметил синий пес. – Тут в самом деле жуткая скука, а Себастьян не может придумать ни одного путного развлечения.

– Ах ты, маленький пижон! – вскричал Себастьян, разумеется, намекая на галстук, с которым пес не расставался.

– Не ссорьтесь! – остановила их Пэгги. – Надо скорее спуститься в подвал. Мы должны переубедить Эрика, пока не поздно.

Но это было не так просто, как хотелось бы. Во-первых, спускаться становилось все труднее и труднее. Повсюду таяло, с обледеневших ступенек стекала вода, с сосулек под потолком капало так сильно, что можно было подумать, что идет дождь.

На третьем этаже Заврапа посмотрел на термометр, висевший на стене.

– Уже семь градусов, – объявил он, – и становится все жарче. Этим маленьким болванам мало было вырубить морозильную установку, они еще и включили все старые обогреватели.

– Они надеются, что жара привлечет Пожирательницу, – объяснила Пэгги Сью. – Ей ничего не стоит пробраться сюда по старым ходам. Особенно теперь, когда тут тепло и пахнет детьми.

Шлепая по лужам, они наконец добрались до первого этажа. Вода стекала со стен, собиралась на полу и просачивалась в щели под дверьми. Можно было подумать, что они вдруг оказались на тонущем корабле.

Пэгги Сью бросилась к подвалу, где находилась морозильная установка, но попасть туда не смогла: железная решетка с толстыми прутьями, за которой была бывшая котельная, оказалась закрыта. За решеткой Пэгги увидела детей. Впереди всех гордо стоял Эрик с большой связкой ключей на поясе. Одет он был в какие-то странные тряпки, на голову нахлобучил кастрюлю (судя по всему, она должна была заменить ему рыцарский шлем), на грудь повесил жестяной поднос. В левую руку он взял большую эмалированную крышку (вместо щита), в правую – заточенную кочергу.

– Ну все. Температура на максимуме, – сообщил повар, тяжело дыша. – Двадцать восемь градусов!

Пэгги и Себастьян сняли куртки.

– Эрик! – крикнула девочка. – Хватит валять дурака! Выключи отопление и открой решетку!

– И не подумаю! – прокричал в ответ мальчишка. – Я рыцарь. Я жду, когда дракон вылезет из своего логова! Я отрублю ему голову и спасу всех детей Кандарты! Тогда я стану героем и меня сделают королем! – заорал Эрик и торжествующе забренчал кочергой по крышке кастрюли.

Его товарищи тоже закричали, потрясая разнообразной кухонной утварью, которой они запаслись вместо оружия. Один малыш размахивал огромным топором, едва удерживая его.

– Отрубит себе ноги, – буркнул синий пес. – Ну, так ему и надо.

Пэгги Сью вцепилась в прутья решетки и тщетно пыталась образумить разбушевавшихся детей.

– Мы рыцари Круглого Стола! – вопил Эрик. – Мы убьем Пожирательницу, и я стану королем!

Усевшиеся на трубах мальчишки радостно закричали. Вооружившись молотками и разводными ключами, которые они взяли с верстака в углу, приятели Эрика принялись грохотать по трубам.

Между тем тепло придало Себастьяну сил. Парень схватился за прутья решетки и начал их медленно раздвигать. Ему почти удалось сделать лаз достаточно широким, чтобы пролезть в котельную, как страшный удар потряс стены. Казалось, сотряслось все здание от первого до последнего этажа.

Дети тотчас же затихли. Огромная трещина пробежала от пола до потолка, во все стороны полетели обломки кирпичей и куски цемента.

– Она здесь! Пожирательница! Спасайтесь! – завопил повар и убежал вверх по лестнице.

Дальше все произошло так быстро, что ни Пэгги, ни Себастьян, ни синий пес не успели ничего сделать.

В воздух поднялись клубы пыли, и в стене образовался широкий пролом. Из него медленно вылезло синее щупальце и замерло посреди котельной, плавно покачиваясь из стороны в сторону.

Дети в ужасе завизжали – все, кроме Эрика и его товарищей. Они надвинули на глаза самодельные шлемы и приготовились к бою.

– За мной! Вперед! – заорал Эрик, размахнулся и ткнул своей кочергой синее щупальце. – Получай, чудовище! Ты заплатишь за свои преступления!

Глаза его сверкали. Он с радостью бросился в бой. Но, увы, исход оказался не таким, как ему хотелось. Описав два круга по котельной, щупальце обвилось вокруг Эрика и подняло мальчишку в воздух.

– Скорее! – закричала Пэгги. – Надо его спасти!

Себастьян рванул прутья и пролез в котельную как раз в тот момент, когда синее щупальце с Эриком исчезло в проломе.

Пэгги Сью бросилась вдогонку, но Себастьян поймал ее за рукав.

– С ума сошла?! Упадешь! – воскликнул он.

Девочка осторожно подошла к краю и заглянула в пролом. Разглядеть ничего не удалось. Ей показалось, что она смотрит в бездонный колодец. У нее даже голова закружилась.

Из трещины поднималась страшная вонь. Пахло тухлой рыбой и аммиаком. Откуда-то из глубины донеслись отчаянные вопли Эрика.

– Все, она его съела, – проговорил Себастьян.

– Вот и прекрасно, – проворчал синий пес. – Сам напросился. Лично я не пролью ни слезинки по этому самодовольному болвану – он слишком часто дергал меня за хвост.

Пэгги Сью поспешно вывела детей из котельной, и те без всяких споров разошлись по своим комнатам. А Себастьян отключил отопление и снова включил холодильную установку.

* * *

Следующие два дня дети ходили притихшие и печальные, но потом снова стали такими же дерзкими и высокомерными, как раньше. Один мальчик по имени Тибо занял место Эрика и стал подговаривать своих друзей сразиться с Пожирательницей.

– В прошлый раз мы плохо подготовились, – говорил он, – но теперь вооружимся по-настоящему!

Слушая такие заявления, Себастьян только грустно качал головой.

– Ну вот, – вздыхал он. – Снова все сначала. Они неисправимы.

Наконец, появился Массалия, поздравил их с тем, что все обошлось, и трое друзей без сожаления покинули ледяное убежище.

– Я очень рад, – объявил генерал. – Прежде никому не удавалось выйти отсюда живым. Все, кто был здесь до вас, провалили испытание. А вы доказали, что достойны доверия. Мне кажется, это хороший знак, ведь впереди вас ждут испытания потруднее.

– Пожирательница утащила Эрика, – сказала Пэгги Сью.

– Знаю, – рассеянно ответил Массалия, – по крайней мере, он умер с оружием в руках, как настоящий рыцарь.

«С оружием? – мысленно усмехнулся синий пес. – Ничего себе оружие рыцаря – кочерга! В самом деле, достойная смерть…»

Глава 6

Синяя капуста

Пэгги решила пройтись по тем городским районам, в которых еще не была, чтобы лучше понять, что происходит на Кандарте. В домах бедняков стены были все в трещинах, которые никто практически не заделывал. И в каждом доме дети сидели в небольших клетках с железными прутьями. Эти клетки, вделанные в пол, служили несчастным малышам колыбельками.

– Сначала чудовище не могло проникнуть в клетки, – сказала одна из женщин. – Но теперь оно выросло и стало гораздо сильнее. Чем больше оно ест, тем сильнее становится. А еще у Пожирательницы отрастает все больше и больше щупальцев. Они у нее разной длины и размера, есть длинные и короткие, тонкие и толстые. Я очень боюсь за своих сыновей… ведь троих она уже унесла. Я собственными глазами видела, как они скрылись в огромной трещине в стене… Мои несчастные сыночки, они мне сегодня приснились.

Обняв на прощание бедную женщину, Пэгги вышла из дома. Теперь она окончательно решила сделать все возможное, чтобы избавить этих людей от Пожирательницы. Вот только каким образом это сделать? Пэгги никак не могла ничего придумать.

Девочка зашла в еще один дом. Мужчина, представившийся Владеком, сказал:

– Сейчас все мы хотим только одного: защитить наших детей, любой ценой уберечь их от Пожирательницы. Но понятно, что у нас, бедняков, просто не хватает денег, чтобы отправить ребят в специальное убежище. Поэтому мы защищаем их как можем. Есть один очень действенный способ: нужно кормить детей такой едой, от которой они становятся ужасно невкусными.

– И что же это за еда? – удивилась Пэгги.

– Синяя капуста… Настоящая гадость. Те, кто ее ест, начинают вонять как тридцать пять свиней. Подземное чудовище этот запах не выносит. Оно не утаскивает тех, кто каждый день ест синюю капусту.

Пэгги обрадовалась. Значит, у этих людей все же есть способ уберечь своих детей. Но когда она стала расспрашивать Герту, дочку Владека, та неожиданно разозлилась.

– Эта капуста такая противная! – завопила она. – От нее тошнит так, что невозможно проглотить ни кусочка! А если все-таки заставлять себя есть ее каждый день, от тебя будет вонять до конца жизни. Этот жуткий запах не проходит! У меня была подружка, Бригитта, которая все время ела только эту дрянь… Через месяц от нее так воняло, что я просто не в силах была ее выносить. Меня начинало тошнить, когда приходилось целовать Бригитту в щечку при встрече! Даже родителям в конце концов пришлось нацепить на носы прищепки, чтобы не было так противно. А собака и кошка от нее просто сбежали. И вот с тех пор Бригитта плачет – целыми днями. Нет уж, пусть лучше меня унесет Пожирательница, чем я буду вонять, как свинья! Ни за что не стану есть эту гадость!

Владек повел Пэгги показать синюю капусту, которую он выращивал на окраине города.

– Дочка права, от этой капусты и правда тошнит, – признался он. – Думаю, во всем мире не найдется ничего более мерзкого, чем этот овощ. Но все же она может спасти наших детей.

Он печально опустил голову.

– Если бы вы согласились нам помочь, – смущенно пробормотал он, – детям не пришлось бы есть эту мерзость.

На следующий день, когда Пэгги и синий пес шли по одной из улиц, их вдруг обступила толпа детей. Они размахивали книжками из серии «Пэгги Сью и призраки» и просили автографы. Пэгги ничего не оставалось делать, как согласиться. Она расписалась, а синий пес вместо автографа оставил след своей лапы.

– Мы вас узнали! – кричали дети. – Мы читали про ваши приключения! Мы знаем, что вы супергерои и приехали нас спасать…

Пэгги смутилась, а синий пес с радостью повилял ребятам хвостом.

Какая-то малышка схватила Пэгги за руку и крепко ее пожала.

– Да, – сказала она, – вы должны нас спасти… Мы очень боимся Пожирательницы… Мы слышим, как она скребется… Она хочет разрушить стены, чтобы проникнуть в дома. Ей нужны мы. Пэгги, ты ведь ее убьешь, правда? Ты убьешь ее, и мы сможем снова спокойно спать по ночам.

Когда они остались одни, Пэгги прошептала:

– Теперь на нас лежит огромная ответственность. Все дети рассчитывают на нашу помощь. У меня прямо сердце сжимается от жалости к ним. С таким жутким чудовищем мы еще ни разу не сталкивались. Сумеем ли мы помочь несчастным ребятам?

Вечером, когда Себастьян, Пэгги и пес ужинали супом на сале и куском сыра, мальчик вдруг прошептал:

– Сегодня я встретил в городе очень странных людей. Среди них были и мужчины, и женщины. Они похожи на полных кретинов и все время смеются. Я спросил у Массалии, кто это, и он объяснил, что это жертвы колдунов.

– А зачем колдуны сделали их такими? – озадаченно спросила Пэгги.

– Ты же знаешь, эта их Пожирательница нападает только на детей, ну вот, колдуны и стали продавать несчастным родителям магический эликсир, от которого дети взрослеют за одну ночь.

– Чего? – удивился синий пес. – Ты хочешь сказать, что, выпив этот эликсир, дети ложатся спать маленькими, а просыпаются уже взрослыми?

– Так и есть! За ночь они взрослеют на двадцать лет. Когда они превращаются во взрослых мужчин и женщин, родители могут уже не бояться, что их утащит подземное чудовище… И все бы хорошо, только вот их мозг не взрослеет, – тело развивается, а мозг нет. По сути они остаются детьми, а когда взрослый дяденька ведет себя как ребенок, он похож на полного идиота.

– Подумаешь! Половина взрослых дяденек и тетенек похожа на идиотов, причем не только на Кандарте, но и у нас, на Земле, – философски заметил синий пес. – Так что какая разница!

Себастьян продолжил, понизив голос:

– А еще Массалия говорит, что эти колдуны притворяются обычными людьми, а сами строят заговоры против тех, кто хочет убить Пожирательницу. Они себя называют «друзьями осьминога». Колдуны выступают в защиту чудовища, они считают ее редким, вымирающим видом, который находится на грани полного исчезновения. Чтобы пополнить свои ряды, они стараются затащить в эту секту побольше людей, особенно молодежь. Колдуны внушают им, что верно служить Пожирательнице – большая честь, ведь таким образом они помогают ее спасти. Судя по всему, это очень тесное братство, обладающее огромным влиянием, особенно в столице.

– А как их отличить от обычных людей? – поинтересовалась Пэгги.

– В этом-то все и дело! – со вздохом протянул Себастьян. – Никак не отличить. Они такие же, как ты и я… а на самом деле – «друзья осьминога».

Глава 7

Школа выживания

– Скоро нам придется расстаться, – вдруг объявил Массалия. – Мне пора возвращаться к своим соратникам, которые ждут меня в лагере неподалеку от Кромозы, столицы Кандарты.

– А мы разве не поедем с вами? – удивилась Пэгги Сью.

– Нет, – ответил генерал. – Нас не должны вместе видеть. Вам нужно просто пробраться во дворец и выстрелить из арбалета. Когда стрела пронзит чудовище, я войду в столицу со своими солдатами, чтобы вас защитить.

«И заодно захватить власть!» – подумала девочка.

– В любом случае, – сказал Массалия, – вы еще не готовы. Если вас сейчас оставить где-нибудь в лесу, вы там не выдержите и двух дней. Так что я решил поручить вас своему адъютанту, который расскажет вам простейшие правила выживания, а также познакомит с устройством огромного арбалета. Мы еще встретимся, но позже, когда погибнет чудовище.

Себастьян тут же надулся – он считал, что и так знает все, что нужно. Зачем ему чему-то еще учиться? Но Массалия не обратил на него ни малейшего внимания. Через час друзей привели к адъютанту генерала – очень худому мужчине в кольчуге, с гладко выбритой головой. Его лицо было все в шрамах и от этого казалось отталкивающим.

– Меня зовут Заброк, я буду учить вас, как выжить у нас на Кандарте, – хрипло заявил он. – Не думайте, что вам так легко удастся устроить ловушку для Пожирательницы. Она умеет выделять особый газ, который, выходя на поверхность через трещины, одурманивает людей так, что они теряют разум. Если вы его вдохнете (а вам придется это сделать!), вам в голову начнут приходить очень странные мысли, вы будете совершать жуткие поступки, – словом, вести себя так, будто вы под гипнозом.

– Ну, тогда мы просто скажем самим себе: «Не переживай, это из-за особого газа, скоро все пройдет», – фыркнул Себастьян, упорно не желая ничему учиться.

– Думаешь, ты такой умный, да? – отозвался Заброк. – Знаешь, этот газ одурманивал воинов куда более сильных и мужественных, чем ты. Пожирательница очень хитра, ее щупальца выпускают галлюциногенный газ, который полностью лишает жертву разума и воли. Если не хотите попасться на ее уловки, вам нужно каждое утро принимать противоядие.

Себастьяну стало стыдно, и он смущенно опустил голову.

– Сейчас я снабжу вас всем необходимым, – продолжал Заброк. – Ты, девочка, получишь книгу, которую лучше всего заучить наизусть, – это гид по нашей планете, его написал колдун. В книге есть разные планы и карты Кандарты, а также много полезных и просто бесценных советов. А еще – ты будешь всегда носить с собой небольшую сумочку с противоядием. Тебе, мальчик, я дам другую книжку – в ней подробно описаны устройства различных арбалетов и как с ними обращаться. А ты, пес, получишь от меня хорошего пинка под зад, если попытаешься меня укусить…

«Милый мужчина, ничего не скажешь!» – подумала Пэгги.

Следующие три дня Заброк объяснял ребятам, как устроен гигантский арбалет. Сначала с помощью небольшого макета, потом – на примере огромной модели длиной в шесть метров.

Пэгги и Себастьян поняли, что даже зарядить этот арбалет не так-то просто, а стрелять из него – тем более.

– Тот, что стоит в Кромозе, еще больше, – заметил Заброк. – Метров тридцать в длину… Я уже был адъютантом Массалии, когда он установил его на самой высокой террасе королевского дворца. Арбалет такой мощный, что стрела, выпущенная из него, способна насквозь пробить стену крепости. Какая жалость, что этот предатель – великий визирь, – запретил его использовать. Так он и стоит под дождем и ржавеет… Надеюсь, он все еще работает.

– Вы думаете, с помощью него можно будет убить чудовище? – поинтересовался Себастьян.

– Конечно! Арбалет нацелен точно в трещину, которая ведет в самый центр Кандарты. Лучшего места для стрельбы не найти. Только оттуда и можно убить Пожирательницу. Трещина очень глубокая, и на пути у стрелы не будет никаких препятствий, так что она не отклонится от своей траектории.

– Это понятно, но как нам попасть во дворец? – спросила Пэгги.

– Вы у нас супергерои, – ответил Заброк. – Вас знает весь мир. Ранюк, великий визирь, будет очень рад этой встрече. Давайте сделаем так: вы притворитесь, что собираетесь снимать фильм и вот решили лично проверить, подходит ли Кандарта для съемок. Я выдам вам поддельные документы, в которых будет об этом написано.

– И великий визирь поверит? – с сомнением спросила Пэгги.

– Будем надеяться, что да. Завтра вы улетите из этого городка. Так будет лучше, – если бы я повел вас пешком, вы бы могли свалиться в какую-нибудь трещину, так и не добравшись до Кромозы.

– Как это – полетим? На чем? – удивилась девочка. – Неужели на ковре-самолете?

– Ты что, до сих пор веришь в сказки? – адъютант расхохотался. – Очнись, девочка! Нас ждут великие дела! Разумеется, вы полетите не на ковре-самолете, а на обычном самолете. Одном из последних самолетов, еще способных подняться в воздух. На нем вы доберетесь до горы Мандаваар, у подножия которой расположилась наша столица Кромоза. В ней и находится королевский дворец.

– А как зовут короля? – спросил Себастьян. – Я забыл…

Нахмурившись, Заброк задумчиво почесал уродливые шрамы на лице.

– Вальнер, а визирь Ранюк, – его правая рука. Кромоза – паршивый город, – проворчал адъютант. – Когда встретитесь с ними, не забудьте, что и король, и визирь – «друзья осьминога»… то есть они никому не позволят убить чудовище. Когда-то они не были такими, но потом их разумом завладела Пожирательница.

– Чего? – не поняла Пэгги.

– Это правда, – пробормотал Заброк, ему явно было неловко. – Я не выдумываю. Они обожают Пожирательницу, она стала для них кумиром, божеством, которому они чуть не молятся. Они всячески ее защищают. А взамен она одаривает их таинственными привилегиями. Не доверяйте им. Какими бы они вам ни казались, помните: это уже не люди.

Глава 8

На борту сна

Это был старый-престарый самолет с двенадцатью турбинами, работавшими на гелии. Настоящий антиквариат из нержавеющего металла, с длинными царапинами и потертостями на фюзеляже.

– Какой огромный! – воскликнул Себастьян, увидев его на взлетной полосе. – Боже мой, да в него поместится не меньше тысячи человек!

– Просто летучий корабль! – согласился синий пес. – На крыльях наверняка хватит места для пары деревень…

На крыльях и хвосте все еще можно было различить военные символы и какие-то цифры.

«Представляю, как будет дрожать самолет, когда все эти моторы заработают! Они же как отбойные молотки! – подумала Пэгги. – Это все равно что сидеть внутри огромного вентилятора».

В некоторых местах металлические листы, которыми был обшит фюзеляж, отошли. А стекла в иллюминаторах потрескались.

– Должно быть, это грузовой самолет, оставшийся с времен какой-то войны, – предположил Себастьян. – Этому мастодонту лет сто! Надеюсь, не больше!

Взобравшись на борт, друзья обнаружили, что корабль, видимо, и правда когда-то перевозил грузы, – в нем не оказалось сидений. Было слышно, как снаружи свистит ветер.

Самолет был разгерметизирован, поэтому он явно не мог взлететь очень высоко, но Пэгги все равно волновалась – ведь высоты, на которую он вот-вот поднимется, вполне хватит, чтобы разбиться насмерть в случае какой-нибудь аварии.

Девочка решила хорошенько осмотреться. Прямо перед ними простерся длинный и широкий тоннель, слабо освещенный лампами, привинченными к стенам. Пэгги глянула на толстые стальные ребра фюзеляжа, и ей на секунду показалось, что они проникли в огромную грудную клетку динозавра. Пассажирских кресел действительно не было. Сразу за кабиной пилота начинался темный и широкий коридор до самого хвоста самолета. Когда-то здесь наверняка перевозили по несколько тонн бомб.

– Какой огромный! – воскликнул Себастьян.

Наконец загудели моторы, и в салоне стало светлее.

– Добро пожаловать на борт нашего самолета. Вас ожидает долгий «полет во сне», – послышалось из громкоговорителя под потолком, – это произнесла стюардесса. – Компания «Безопасный отдых» желает вам хорошего пути. Через пять минут вы получите снотворное.

Тут только Пэгги заметила, что повсюду висят гамаки. А раньше, когда друзья только вошли в самолет и еще не привыкли к темноте, им показалось, что это просто мешки с разными товарами, привязанные к стенам! Но нет, это были гамаки, в которых удобно устроились другие пассажиры, готовясь ко сну. Впрочем, гамаков на всех не хватало – многие расположились прямо на полу, забравшись в спальные мешки. Большинство пассажиров уже спало, мирно посапывая во сне. Мужчины, женщины, дети – все они, как коконы, обернутые в одеяла, старались поплотнее прижаться друг к другу, чтобы было хоть немного теплее.

К Пэгги и Себастьяну подошла стюардесса и вручила им по спальному мешку.

– К сожалению, – пробормотала она, – вы немного опоздали, и у нас не осталось свободных гамаков. Поэтому прошу вас, ложитесь там, где сможете, – как видите, у нас очень много пассажиров… Устраивайтесь поудобнее, и я принесу вам список имеющихся у нас снотворных. А может, вы пользуетесь каким-то особым? Тогда скажите, и я его вам принесу.

Пэгги попыталась сказать, что она совсем не хочет спать, но стюардесса уже пошла дальше, покачиваясь из стороны в сторону.

– О чем это она? – прошептал Себастьян. – Она хочет, чтобы мы уснули? Но зачем?

Немного поколебавшись, друзья сели на пол у самой дверцы – места действительно оказалось мало, самолет был забит под завязку. Когда они собрались забраться в спальные мешки, к ним снова подошла стюардесса.

– Самолет разгерметизирован. Как только мы наберем высоту, температура в салоне резко упадет. Если вы не успеете залезть в спальные мешки и как следует застегнуться, вы замерзнете насмерть, – сказала она, недовольно покачав головой. – Так что устраивайтесь поскорее. Чем быстрей вы заснете, тем лучше.

Ребятам пришлось подчиниться. Сама стюардесса была одета в толстенный белый пуховик, отчего смахивала на белого медведя. Пэгги наконец удалось залезть в спальный мешок. Несмотря на дезинфекцию, которой, несомненно, подвергались эти мешки, в них все равно страшно воняло потом. Как будто девочка устроилась спать там, где уже лет десять не меняли белья. Другие пассажиры заворочались, некоторые проснулись и стали что-то бормотать себе под нос.

– Мы что, приземлились? – взволнованно спросила какая-то женщина. – Сели?

Стюардесса поспешила к ней, чтобы ее успокоить.

– Не переживайте, это всего лишь очередная дозаправка, – прошептала она, – мы уже взлетаем. Еще минута, и мы снова наберем высоту, так что вам нечего бояться. Хотите, я дам вам еще одну таблетку?

Она стала ходить между пассажирами, раздавая им стаканы с водой и снотворное, которое она вынимала из небольшой тубы. Постепенно пассажиры снова улеглись, накрылись с головой и заснули. Слышен был только рев турбин, от которого дребезжала обшивка.

Пока самолет набирал высоту, Пэгги лежала не шелохнувшись. Самолет все сильнее задирал нос, и многие пассажиры съехали в самый хвост, еще сильнее прижавшись друг к другу. Впрочем, это их явно не беспокоило – ни один даже не проснулся.

– Что за идиотизм! – возмутился синий пес. – Летающее убежище! Такого просто не бывает!

Время от времени кто-то начинал говорить во сне. Многие громко храпели.

Пэгги Сью никак не могла понять, куда летят все эти люди. И зачем они постоянно пьют снотворное?

К ним снова подошла стюардесса. Она показала им список снотворных средств, и Пэгги решила ее расспросить. Выслушав девочку, стюардесса приподняла брови, словно удивляясь ее вопросам.

– Так ведь это же «полет во сне»! – воскликнула она. – Я думала, вы знаете.

– Нет, не знаем, – призналась Пэгги. – Нам посоветовали сесть на этот самолет, потому что только на нем можно добраться до Мандаваара. А вообще, куда вы летите?

– Да никуда, – пробормотала стюардесса в пуховике. – Просто по кругу. Нашим пассажирам никуда и не надо.

– Как это – «никуда не надо»? – удивился Себастьян. – А зачем тогда они сели в самолет?

– Чтобы поспать, для чего же еще, – фыркнула стюардесса. – Чтобы спокойно поспать. Подальше от щупальцев Пожирательницы… И детей с собой взяли. Здесь, наверху, их вряд ли утащит чудовище. Мы делаем посадку только для дозаправки. Наша компания «Безопасный отдых» гарантирует быстрые посадки и взлеты, – словом, на нашем самолете вы практически все время будете проводить в воздухе.

– Ладно, это мы поняли, но почему все эти люди спят? – спросил Себастьян.

– Чтобы им не было скучно, – молодая стюардесса уже начала терять терпение. – Тут, на борту, практически нечем заняться. К тому же эти несчастные очень долго не высыпались… Они так боялись Пожирательницу, что много ночей напролет не смыкали глаз. Хотите еще о чем-нибудь спросить?

Пэгги покачала головой – ей не хотелось продолжать этот дурацкий разговор. Она снова легла на прорезиненный пол, между толстой женщиной, которая спала с открытым ртом, и мужчиной, который во сне скрипел зубами. Прижавшись к Себастьяну, девочка подозвала пса и попросила его лечь между ними.

Через некоторое время к друзьям снова подошла стюардесса. Она опустилась на колени рядом с подушкой Пэгги и помахала у нее перед носом какой-то бумажкой, направив на нее крошечный фонарик.

– Вы предпочитаете легкий сон или глубокий? – спросила она. – Со сновидениями или без? Некоторые пассажиры предпочитают впасть в кому, другие – все время смотреть чудесные сны. Если вы хотите видеть сны, примите «Гипнодрол» – это легкое снотворное пополам с антидепрессантом. Уверяю, вам будут сниться только самые приятные сновидения.

– Но мы вообще не хотим спать! – возразила Пэгги Сью. – Мы ведь можем пропустить Мандаваар. (Ей вдруг показалось, что она говорит как глупая пожилая дама, которая впервые села в автомобиль.) Вы ведь точно сядете в Мандавааре?

– Точно, – ответила стюардесса. – Нам будет нужна дозаправка. Так вы, значит, сели на этот самолет, чтобы куда-то долететь?

Она с ужасом посмотрела на Пэгги Сью, потом свернула список снотворных и ушла.

Когда самолет наконец набрал нужную высоту, температура в салоне резко упала, и Пэгги заметила, что теперь изо рта у спавших пассажиров вырываются белые облачка. Однако, судя по всему, они даже не замечали холода. Наглотавшись снотворного и тесно прижавшись друг к другу, эти люди спали крепким сном и даже не собирались просыпаться. А Пэгги вздрагивала каждый раз, когда древний бомбардировщик резко уходил вниз, попав в очередную воздушную яму. Обхватив руками живот, девочка села. Ей казалось, что самолет вот-вот рухнет. Интересно, есть ли здесь парашюты? Если да, то наденут ли их спящим, когда в самолете вдруг что-то откажет?

Девочка долго сидела в спальном мешке и прислушивалась к разным подозрительным звукам. Себастьян и синий пес заснули. А Пэгги изо всех сил пыталась убедить себя, что это не сон, что она на самом деле сидит здесь, в этом старом самолете, рядом с какой-то женщиной, которая то и дело бормочет во сне: «Слышишь? Что-то скребется… Это оно… Я знаю, это оно, подземное чудовище… Говорю тебе, ему нужен наш сынок!»

* * *

В конце концов друзьям стало невыносимо скучно. Чтобы не помереть со скуки, Пэгги, Себастьян и синий пес выбрались из своих спальных мешков и отправились исследовать самолет.

Он и правда был огромный. То там, то тут ребята натыкались на хмурых детей, которые бродили по салону. Один из них, мальчишка лет двенадцати, схватил Пэгги за руку и сказал:

– Я видел, как вы вошли… Вы ведь были внизу, правда? А я родился в этом самолете и ни разу в жизни не ходил по земле… Скажите, как там, внизу? Лучше, чем здесь?

Пэгги не смогла скрыть удивления.

– Ты родился прямо здесь, в воздухе? – воскликнула она. – Правда?

– Ну да. Что тут такого? – нетерпеливо отозвался мальчик. – У меня куча друзей, которые тоже родились в самолете. Мои родители сели на него пятнадцать лет назад… Вот с тех пор мы здесь и живем. И это совсем не смешно! Хотите, я проведу вас по салону и все покажу?

Пэгги с радостью согласилась.

– Меня зовут Антонэн, – представился мальчик. – Я знаю наизусть все правила безопасности. Ну, например, каждую ночь надо опускать шторки на всех иллюминаторах. Иначе Пожирательница может увидеть свет и высунуть одно из своих щупалец, чтобы схватить самолет. Такое уже случалось.

Пэгги решила, что мальчуган выдумывает, но потом заметила, как стюардесса быстро опускает черные шторки на иллюминаторах, и поняла, что мальчик сказал правду.

Ей вдруг представилось, как огромное щупальце высовывается из трещины и тянется ввысь к самым облакам, чтобы схватить самолет. Девочка нахмурилась.

– Для осьминога этот самолет – как банка консервов, – заметил синий пес, прочитав мысли Пэгги. – Пожирательница прекрасно знает, что в нем много маленьких детишек. Как раз таких, как она любит!

– Вон в тех кабинах, – сказал Антонэн, – корова, куры и козы. Они дают нам молоко и мясо, но из-за них в этой части самолета очень воняет… к тому же их часто тошнит.

Он приоткрыл дверь, и Пэгги увидела грустных животных на подстилке из сена.

– Вот эту корову зовут Амели, – сказал мальчик. – Ей скучно, – так же как и мне. Однажды она взбесится, выбьет дверцу и выпрыгнет из самолета.

После этого Антонэн повел ребят в салон первого класса. Здесь было приятнее – по крайней мере, люди спали не на полу и не в гамаках, а на настоящих кроватях. Каждая семья жила в отдельной каюте, и таким образом у людей было хоть какое-то подобие дома, где тепло и уютно. По сути, это и был теперь их дом, в котором они прожили уже целых пятнадцать лет!

– Расскажите, каково там, внизу? – снова попросил Антонэн. – Я ведь не могу этого даже представить. А трава и почва – они какие? Вы не захватили немного с собой? Мне бы так хотелось посмотреть!

Тут вмешалась молодая стюардесса.

– Антонэн, – пробормотала она, – оставь пассажиров в покое. Им скоро выходить. Им все это неинтересно.

Она быстро вывела Пэгги и ее друзей из салона и прошептала:

– Знаете, пассажиры из первого класса очень недоверчивы. Они подозревают в каждом пассажире «друга осьминога».

– Вы хотите сказать – колдуна? – уточнила Пэгги.

Стюардесса пожала плечами.

– Я не уверена, что «друзья осьминога» на самом деле колдуны, – отрывисто сказала она. – Как бы то ни было, они часто притворяются обычными пассажирами и после каждой посадки пытаются пробраться в наши самолеты. Если им это удается, то ночью, когда все спят, они поднимают шторки на иллюминаторах и подают световые сигналы Пожирательнице, чтобы она нас заметила и схватила самолет своим щупальцем. Эти друзья осьминога очень опасны. Если бы генерал Массалия не предупредил меня о вас, я бы внимательно следила за вами до самого Мандаваара.

Пытаясь извиниться перед ребятами за то, что она так бесцеремонно утащила их из салона первого класса, стюардесса повела их в бар. Там сидел командир экипажа – видимо, он на время доверил управление самолетом второму пилоту. Форма у него была вся мятая, с галунов совсем стерлась позолота. Пэгги подошла поближе и ужаснулась. Жуткие, уродливые шрамы избороздили его щеки и лоб. Заметив вошедших, командир поднял стакан (с неразбавленным ромом!), чтобы их поприветствовать.

«Кажется, он измотан до предела, – мысленно сказал синий пес Пэгги. – Надеюсь, второй пилот в лучшем состоянии».

– Какая мерзкая ночь! – воскликнул командир. – Не люблю безлунные ночи – именно тогда на борт пытаются пробраться эти сволочи – «друзья осьминога».

– А почему? – поинтересовался Себастьян.

– Когда на небе нет луны, Пожирательнице легче различать сигналы, которые ей передают через иллюминаторы, – ответил командир экипажа и тяжело вздохнул. – Я не вру. Это действительно так. Вы даже представить себе не можете, каково это, когда вдруг к облакам тянется огромное щупальце. Оно становится все длиннее и длиннее, поднимается все выше и выше; еще секунда – и оно обовьется вокруг самолета и утащит его в недра земли! В прошлый раз мне удалось выжить, но в следующий мне может не повезти.

«Он здорово напился, – подумала Пэгги. – Наверное, очень боится».

– Надеюсь, вы не из этой гадкой секты… – прорычал командир.

– Нет, конечно! – возмущенно воскликнул Себастьян. – Это может подтвердить генерал Массалия.

– Да-да, я помню такого, – проворчал командир. – Массалия. Тот полоумный, который хотел застрелить подземное чудовище из лука.

– Из арбалета, – поправила его девочка.

– Да какая разница! Король Вальнер вышвырнул его из замка. Сейчас этот ваш генерал сторожит наши границы, поджидая, когда ему удастся сбежать подальше.

Пэгги и Себастьян заказали оранжад, а синий пес – коктейль с ромом и сахарной косточкой, но у бармена косточки не оказалось, поэтому псу пришлось довольствоваться гренадином. Он с удовольствием вылакал целый стакан.

* * *

Скоро Пэгги с ужасом узнала, что им придется лететь около пяти дней! Девочка очень расстроилась, она не чувствовала себя в безопасности на борту самолета. Чтобы как-то убить время, она стала читать книжку, которую ей дал Заброк. В этой книжке рассказывалось про географические особенности Кандарты, про местные обычаи, а также про то, с какими трудностями можно столкнуться на этой планете.

После каждой дозаправки в самолет садилось все больше и больше народу. Многие родители взяли с собой детей.

– На Земле больше невозможно оставаться, – сказала девушка по имени Мари-Жанетт. – Я уже несколько ночей не сплю, – боюсь, как бы Пожирательница не схватила моего малыша. Поэтому мы продали свой дом, собрали все, что удалось отложить на черный день, и купили три билета на этот «полет во сне».

– И сколько вы хотите прожить на самолете? – спросила Пэгги.

– Мы оплатили каюту на два года, – ответила Мари-Жанетт. – Надеюсь, нам здесь понравится. А ты тут долго? Как было бы здорово, если бы мы с тобой подружились! А то ведь я тут совсем никого не знаю.

Пэгги Сью огорченно сообщила ей, что они сойдут в Мандавааре. Мари-Жанетт была очень милой девушкой. Ее малыш (его звали Кевин) все время улыбался. Мужу было двадцать пять лет. Это был красавец-мужчина по имени Джошуа.

Конец ознакомительного фрагмента. Купить полную версию книги.

Примечания