Читать онлайн книгу «Визави. Сердце над разумом» автора Стасия МайАрт

— Открывай! — нервно выкрикнул Он. Последним стуком в дверь заменил кулак ладонью.

— Саша, пожалуйста... — тихо ответила в щёлочку, отчаянно прислонившись к двери.

— Потому что не одна? — его голос стал подозрительно спокойным.

— Либо ты сейчас же открываешь эту чёртову дверь, либо я её вышибу! И я не шучу. Не испытывай моё терпение.

Не раздумывая, зная, что он не врёт, я повернула замок и, не отворяя дверь, отступила на пару шагов.

Саша сам толкнул дверь и загнал меня одним только тяжёлым взглядом в угол, как беспомощного котёнка.

— Ну, и? — медленно направился ко мне. — Ничего сказать не хочешь?

Он стоял почти вплотную, смотря на меня сверху вниз.

— А что ты хочешь услышать? — непроизвольно подлила масла в огонь.

— Ты... — сжал он пальцы в кулаки, его ноздри раздулись, а губы перешли в тонкую линию. — Как ты посмела?

Мне оставалось только молча стоять и пялиться на его идеально чистую обувь.

— Где он? — Саша рывком поднял мою голову к себе, сминая подбородок двумя пальцами.

Не получив ответа, тут же отпустил и рванул в комнату.

Он так и сделал, остановился на полушаге и медленно развернулся. Во взгляде читались злость и откровенная ненависть.

— Одумайся?! Это ты мне сейчас говоришь об этом? Ты, мать твою, понимаешь, что натворила?!

За пять секунд я увидела его внутреннюю борьбу: удержать спокойствие или раздавить меня, как мушку. Победила золотая середина.

Один взмах руки – и я рефлекторно закрыла голову, но напрасно. Удар кулаком пришёлся по стене в сантиметре от моего уха. Я лишь услышала, как осыпались мелкие частички штукатурки. Страшно было даже поднять мутный от слёз взгляд, я нервно дышала, уставившись в пол.

Глава 1

В наушниках звучала музыка, точно подстраивающаяся под состояние моей души. В глазах застыли слёзы, готовые вот-вот пролиться. Я шла быстрым, почти бегущим шагом по перрону, в лицо дул прохладный ветер, играя с непослушными волосами. Гул колёсиков чемодана, который я везла позади, отдавался вибрацией во всём теле, пробуждая волны дрожи: то ли от леденящего холода, то ли от нервного напряжения.

В голове – клубок смешанных мыслей, внутри – тревога... Тревога перед неизвестностью, что ждёт меня дальше. Прошлый мир растворился, а светлого будущего я и вовсе не ждала.

Погрузившись в бешеный поток хаотичных размышлений, я чуть не прозевала свой вагон. Убедившись ещё раз, что нахожусь в правильном месте, протянула билет с паспортом проводнице поезда и вытащила наушник.

— Проходите, пожалуйста, — лучезарная улыбка женщины показалась мне неожиданно тёплой. — Похоже, вы последняя пассажирка. Чего грустная такая? — спросила она, с интересом разглядывая меня.

— Напоминаешь мне себя в молодости, — задумчиво сказала женщина. — Беги. Счастья тебе, девочка.

Почему она заинтересовалась мной? Из-за внешней схожести? Моя кислая мина вынудила её заговорить со мной? Или же она просто выполняла свою работу? Но всё это не имело значения.

Поезд тронулся, я присела на своё место, поставив рядом чемодан, и рассеянно посмотрела в окно. Ускользающие деревья запустили поток воспоминаний...

«Когда родители были живы, мы почти каждое лето ездили в Сочи. Мама с папой располагались внизу, а мы с Анькой всегда занимали верхние полки. Днём мы считали машины по цветам (так я тайно учила свою младшую сестру считать, она об этом даже не подозревала), а всю ночь напролёт смотрели на мерцающие огоньки за окном.

— Медвежонок, прикрой окно, а то заболеешь, и наш отпуск накроется, — предупредил сестру папа. Мы её иногда так называли – с самого рождения у Ани лёгкая косолапость.

— Ну па-а, ещё чуть-чуть, так прикольнее! Пожалуйста, пожа-а-алуйста! — молила щенячьими глазами, складывая крохотные ладошки перед собой.

Отказать в таком случае было просто невозможно. Беспроигрышный вариант.

— Анют, ты как обычно, — улыбнулась мама и прикоснулась к папиному плечу: — Ладно, дорогой, пять минут, и закроет.

Папа взглянул на маму, и они обменялись одинаковыми вздохами. Мы с Аней всегда побеждали в этой маленькой битве – в пределах разумного, конечно.

— Подушка выпала... в окно, только тс-с... — она приложила палец к губам, а в глазах играли искорки тревоги и нарастающей паники.

— Как так вышло?! — тихо рассмеялась я, прикрывая рот рукой. — Иди сюда, — похлопала ладошкой рядом с собой. — Так, мы скоро уже прибудем, и это будет наш маленький секрет.

Аня перебралась ко мне на верхнюю полку, и я её крепко обняла.

— Роз, обещай, что ты всегда будешь рядом, несмотря ни на что.

— Конечно, моя хорошая, — прошептала, гладя её по волосам. — Вместе, навсегда.»

Вернувшись к реальности, я тяжело вздохнула.

Кто бы мог подумать, что друг у друга остались только мы. Я не знала, насколько задержусь в Пскове, но спешить мне было некуда, поскольку в Москве уже ничто не держало. С любимой работы уволилась – была учителем в младшей школе. С бойфрендом рассталась, по крайней мере, я. Подавать на него заявление не стала, надеясь, что он образумится. Да и… жаль его было. Отчасти мой уход из школы связан с ним. Я боялась, что он заявится туда, придёт за мной. И самое главное – напугает детей. Моё сердце сжималось от одной только мысли об этом. Проводница была права. Может быть, я бегу именно от него? Или всё-таки от себя? Я запуталась. Внутри царила оглушающая пустота, надежда на лучшее потихоньку тлела, не оставляя после себя никаких следов, лишь пепел несбывшихся желаний. Единственное, чего бы я сейчас хотела – оказаться в объятиях своих родителей. Только они смогли бы исцелить моё состояние.

Глава 2

— Розочка! — вскрикнула сестра и, словно маленький вихрь, бросилась мне навстречу. Чуть не сбив с ног, она прижала меня к себе: — Как же я рада видеть тебя! Эти полгода для меня тянулись вечность!

Распахнулось её пальто малинового цвета, а под ним оказалось шерстяное оранжевое платье в пол, украшенное странными рюшами по всей длине. Моя чудачка. Обняла меня так крепко, так трепетно, как умеет только она.

— Привет, Анют, как ты? — я окинула её взглядом сквозь навернувшиеся слёзы радости. — Ты бледная или мне кажется? Ты хорошо себя чувствуешь?

Немного отстранившись, взялась за её предплечья. Аня выглядела болезненно, с явными тенями под глазами и похудела килограммов на... да, хорошо так похудела. Тёмные волосы, блестящие на солнце, вились кудрями до плеч. Она была кудрявой с рождения, хотя у наших родителей волосы прямые. А голубые глаза с длинными ресницами на фоне тёмных волос подчёркивали всё её великолепие.

— Со мной всё в порядке. Отставить волнения!

Аня посмотрела на меня тем самым взглядом из-под насупленных бровей, требуя закрыть эту тему.

— Не уеду, пока не наберём килограммы! — сломала все стереотипы.

Через полчаса мы подъехали к её съёмному дому – небольшому, деревянному, окружённому лесом и природной тишиной. Здесь я каждый раз забывала про ингалятор: воздух был настолько чистым, что лёгкие ликовали от восторга.

— Ань, что планируешь дальше? После учёбы вернёшься в Москву? — спросила, отпивая глоток свежезаваренного травяного чая.

— Не знаю, мне нравится здесь. Ещё три года учёбы, всё может кардинально поменяться. Да что тут говорить, ты и сама знаешь, как судьба любит преподносить нам свои «подарки», — она опустила голову, и я увидела, как нервно дрогнули её плечи. — Я скучаю по ним...

Я подсела ближе и положила ладонь на её колено. Мы тихонько заплакали вместе, тоскуя по родным, по той надёжной крепости, которую они нам дарили.

— Я знаю, Анька, знаю... Прошло уже восемь лет, а чувство, будто это случилось вчера, — погладила по спине, чувствуя, как она дрожит. — Но мы должны быть сильными, ты же помнишь? Это то, что они хотели бы видеть в нас.

— Знаешь, мне кажется, я сбежала из Москвы, потому что мне больно там находиться. Всё напоминает о родителях. Я хочу их помнить, но… это больно.

— Прекрасно понимаю тебя, Ань. Я чувствую то же самое.

— Ладно, не будем о грустном. Расскажи, как на работе дела? Как детишки?

— Кстати об этом, — тяжело вздохнув, взяла кружку со стола, ухватилась за неё обеими руками и прислонилась к горячему дымку. — Я уволилась.

— Как?! Из-за него, что ли? Почему ты мне раньше не сказала?

— Хотела сообщить при встрече. Отчасти из-за него. Давай договоримся, что не будем обсуждать этого человека, хочу полностью вычеркнуть его из своей жизни. Хочу наслаждаться отдыхом с тобой, Анют, и ни о чём не думать.

Я отвела взгляд, но воспоминания против моей воли погрузили меня в тот день:

«Эта ложь была не первой, но не менее ядовитой. Я открыла историю общей знакомой с Антоном и лицезрела его с ней. Хоть мимолётно, но рассмотреть удалось безоговорочно.

Я услышала, как открылась входная дверь, и звякнули ключи в прихожей. Вернулся. С привычных для него «посиделок».

— Привет. Я вернулся, — отчитался мой без десяти минут жених. И для чего, спрашивается?

Он прямой наводкой двинулся на кухню, открыл холодильник со словами:

— Что есть сегодня будем? Приготовила что-то?

Удивительно, что подружки его не накормили.

— Нет, — коротко отрезала и продолжила смотреть в телефон, пытаясь полностью изолироваться.

Он подошёл ко мне, сверля меня неприятным, осуждающим взглядом.

Я закатила глаза и тяжело выдохнула. Как же всё это невыносимо надоело…

— На меня смотри, — Антон вырвал телефон из моих рук и швырнул его на пол, словно ненужную вещь, — когда я с тобой разговариваю!

Я подскочила с кровати и подняла телефон, судорожно проверяя его на целостность.

— А ты что делаешь? — он больно схватил меня за руку и резко потянул на себя. Его пальцы болезненно впились в кожу. — Как ты себя ведёшь?!

— Как я себя веду?! — мне удалось отступить на шаг. — Где ты был?!

— Ты знаешь, где я был. У Серёги, помогал с машиной.

Его голос прозвучал так убедительно, так естественно. Раньше бы я поверила.

— Мне надоело, ясно?! Собирай свои вещи и уходи! К Таням, Клавам, Настям, кто там ещё у тебя…

Я бросилась к дорожной сумке и впопыхах стала забрасывать туда его вещи, с каждым движением чувствуя, как что-то рвётся внутри меня.

— Я никуда не уйду из твоей жизни, — донёсся со стороны кухни его странно спокойный для такой ситуации голос.

Вроде бы обычная фраза, но мне стало не по себе.

Я намеревалась выскользнуть из квартиры. Планировала переночевать у подруги, а завтра выпроводить Антона на все четыре стороны. Хватит этой игры в «любовь». Надоело быть терпилой.

Я обернулась и увидела его с ножом в руках. Панический страх обвил меня ледяными щупальцами. Его глаза, пропитанные безумием, заострившиеся черты лица и раздувающиеся от злости ноздри внушали нескончаемый ужас и острое сожаление. Сожаление о том, что я потеряла столько времени, столько душевных сил, находясь рядом с этим чудовищем, скрывавшим свою истинную сущность за маской лжи.

— Нож убери… Зачем ты его взял? — вполголоса выдавила, боясь спугнуть его.

Взгляд метался от ножа к его будничному выражению лица и обратно. Я сглотнула.

Он уверенно впился пятернёй в рукоять и продолжал прожигать меня насквозь своими дьявольскими глазами.

Тело покрылось холодным потом. Не на шутку испугавшись, я бросилась к двери. Но Антон мгновенно среагировал, схватив меня за волосы и потянув в свою сторону.

Мне удалось вывернуться, ударив его локтем в живот. Он отшатнулся, но лишь на мгновение. А я потеряла равновесие и рухнула на пол.

— Сюда иди! — Антон выкрикнул и попытался потянуть меня за лодыжку, отчего я снова свалилась на живот. Но я здорово ударила его ногой.

В какой-то момент мне показалось, что я выбралась. Надежда мелькнула и тут же погасла…

Внезапная, жгучая боль в области внутренней поверхности бедра пронзила меня до костей. Он ранил меня.

Вся чудовищность ситуации промелькнула перед глазами, это нереально было осознать, в это невозможно поверить.

— Я, чёрт, я… — бессвязно пробормотал Антон, словно очнувшись от ярости. — Сейчас. Я сейчас.

Он обошёл меня и, пошатываясь, выбежал из квартиры. И не вернулся.

Я попыталась встать, но дикая боль не позволила. Тогда я, сцепив зубы, взяв всю волю в кулак, сквозь боль и кровь, с помощью только рук, отчаянно поползла к телефону. Каждый сантиметр давался с трудом, а телефон казался теперь единственной ниточкой, связывающей меня с миром.»

Проболтали мы с сестрой до самого вечера, не обращая внимания на время.

Аня училась на юриста в академии права и управления и подрабатывала оператором в call-центре. Парня себе так и не выбрала – да-да, ключевое слово «не выбрала». Сложно не заметить такую яркую и в то же время хрупкую девушку. Пока не встретила своего единственного, она хочет, чтобы всё было как в сказке: одного и до конца жизни. И я надеюсь, что её сказка обязательно сбудется.

Ближе к вечеру мы приготовили ужин, поели нашу любимую пасту с курицей и отправились покорять местный сквер.

Сейчас, под апрельский вечер, стало прохладно, поэтому мы укутались потепелее.

Меня безумно вдохновляли красота здешней природы и архитектура города. Особенно такие тихие и атмосферные места, как парки – они вызывали во мне чувство невероятной эйфории.

— Слушай, Роз, — мягко начала сестра, вырвав меня из задумчивости, — а давай завтра сходим в ресторан. Отдохнём, побалуем себя.

— Мы же так редко видимся! Неужели нельзя позволить себе немного расслабиться?

Аня перегородила мне дорогу, недовольно упирая ладонями в бока и капризно надув губы. В такие моменты я видела в ней всё ещё ту маленькую, беззащитную младшую сестру.

Я не любила шумные места, но иногда можно сделать исключение? К тому же, с сестрой.

— Я знаю одно чудесное место. Говорят, там очень красиво и вкусно.

— Ну, выбор невелик. Помнишь то фиолетовое платье, что надевала на твой день рождения? Может, его?

— Предлагаю пойти домой и посмотреть, что у тебя есть.

Дома мы всё перелопатили, но ничего подходящего не нашли. Это же касалось и меня: я взяла с собой совсем немного вещей, лишь самое необходимое, позабыв о женских слабостях. Поэтому мы решили: гулять так гулять, завтра отправимся за покупками. И эта мысль, впервые за долгое время, наполнила меня предвкушением чего-то нового, живого.

Глава 3

Аня покрутилась в бирюзовом платье, с нелепыми кружевами по подолу и странными бантами на рукавах.

Я медленно покачала головой из стороны в сторону, давая ей понять, что этот наряд мне не нравится.

Мы пересмотрели целую гору платьев, а мне всё не то. Может, я слишком придиралась, совершенно не смысля в современных трендах?

В итоге для сестры мы выбрали белое платье в горошек, с рукавами-фонариками и пышной юбкой, доходящей чуть ниже колена. Я даже почти согласилась на бирюзовое, но Аня упёрто остановилась на этом. Она всегда была такой – на её мнение повлиять крайне сложно.

Хотя, если быть откровенной, я сама такая же. Уже битый час мы не могли определиться с моим платьем.

Дав себе последний шанс, медленно прошла вдоль рейлов с платьями, нащупывая пальцами прохладный шифон, и остановилась на одном – чёрном. Не вычурное, обычное, но в то же время праздничное.

— Ладно, примерь. Посмотрим. Но зуб даю, не понравится. Ну какой чёрный цвет! — всё ещё недовольно пробормотала сестра, закатив глаза.

В примерочной я надела его и поняла – моё. Провела по платью ладонью, такое нежное и приятное на ощупь.

Посмотрела на себя в зеркало – идеально. Сидело как вторая кожа, струясь по фигуре и подчёркивая талию. Рукав «летучая мышь» слегка оголил плечи, обнажая шею. Татуировка на ключице – полёт свободных птичек – прекрасно дополняла образ.

— М-а-а-ма дорогая! Роза, я забираю свои слова обратно! — открывая ширму, охнула Анька. — Ты восхитительна!

Даже моей сестре, с её необычными вкусами, понравился мой выбор. Значит, мы не ошиблись.

Когда мы завершили марафон подготовки к выходу в свет, наступил вечер. Мы вызвали такси и приехали в тот самый пресловутый ресторан.

Я оглядывалась по сторонам, как маленький ребёнок, которому не хватало только открыть рот и пустить слюну.

Ресторан состоял из двух этажей, по всей видимости, второй – для VIP-персон. Мы же с Аней заняли места на первом, возле огромного окна, открывшего нам чудесную панораму вечернего города. Зал окутан приглушённым фиолетовым светом. Огромная многоярусная люстра, явно из хрусталя, занимала почти всё пространство между ярусами. Как в театре, честное слово, настоящее произведение искусства! И самое цепляющее – в зале полностью отсутствовали лишние элементы, абсолютный минимализм.

— М-да, наверное, после сегодняшнего ужина здесь нам придётся целый месяц питаться одним хлебом.

— Нет, дорогая, нам придётся сесть на голодную диету, — мы рассмеялись так, что наверняка привлекли к себе внимание. — Давай заказ делать. Вид оценили, теперь будем оценивать вкус.

Нам принесли бутылку полусладкого, салат из морепродуктов и рыбу на гриле с овощами. Десерт решили заказать позже, если, конечно, влезет.

— Медвежонок, ты почему обрезала мои любимые кудряшки? Ты же знаешь, насколько безумно я люблю твои волосы!

Я взялась за короткий локон сестры, пытаясь накрутить его на палец. Когда-то я обожала трогать её длинные, пушистые волосы.

— Розк-а-а, а я не жалею, — быстро же она опьянела от нескольких бокалов. — Я всё время с ними мучилась. Парадокс, да? Те, у кого короткие, хотят кудрявые… тьфу, длинные, ой, ровные. О-о-х, ну ты поняла!

— Дорогуша, тебе хватит, — я протестующе накрыла её бокал ладонью.

Мы смеялись на ровном месте, смахивая слёзы с уголков глаз. В какой-то момент, чувствуя на себе посторонний взгляд, я подняла голову. Мужчина, что вальяжно сидел за столиком, пожирал меня глазами. Его самоуверенное, нагловатое лицо и лёгкая ухмылка заставили моё нутро сжаться. Чёрные глаза в сочетании с таким же образом – это чистое воплощение опасности. В данный момент у меня было дикое, почти животное желание исчезнуть из его поля зрения. Я постаралась не обращать на него внимания, но сам факт его нахождения здесь, его навязчивое присутствие, меня напрягал.

— О, классная песня! Пошли танцева-а-ть! — глаза сестры загорелись. Она вскочила со стула.

— Давай, ты иди, а я посижу, — попыталась отделаться. — Не хочу, Ань, правда.

Аня потянула меня за собой, и мне пришлось сдаться. Это было бесполезно.

Двигались в такт, свободно доверились телу, целиком погрузившись в музыку. В этот момент мысли отступили, так хорошо мне давно не было. Это было настоящее освобождение: короткая передышка от постоянного напряжения.

— Роза, я тут кое-что заметила: на тебя постоянно смотрит странный мужик со второго этажа! — сообщила мне Аня, перекрикивая и без того шумную музыку.

Алкоголь ударил в голову, стирая остатки страха. Если недавно этот человек меня напрягал, то сейчас мне было абсолютно фиолетово. Я даже осмелилась поднять голову вверх. Он по-хозяйски опёрся локтями на перила, залпом осушил бокал, по всей видимости, с чем-то крепким. Закурил сигарету и продолжил пристально смотреть. В голове пронеслась безумная мысль – на бандита похож.

После танцев мы заняли свои места и продолжили трапезничать. Десерт заказывать не стали, и без того наелись до отвала. Внутри зародилось какое-то странное, тревожное чувство.

Не успела я закончить мысль, как рядом возник официант:

— Прошу прощения, что побеспокоил. Вам просили передать подарок те молодые люди с соседнего столика.

Он открыл бутылку алкоголя, наполнив наши бокалы.

— Извините, но нам ничего не нужно! — запаниковала сестра, инстинктивно отстраняясь.

— Прошу меня извинить, — откланялся официант и быстро скрылся из виду.

Я стала нервно искать в сумке банковскую карту. В голове промелькнул огонёк, что ничем хорошим это не закончится.

Чего и следовало ожидать. Двое мужчин надвигались с неприятными улыбками и прищуром в глазах.

— Что же вы, милые дамы, не притронулись к нашему скромному подарку? — спросил белобрысый. Его голос был слащавым и противным.

— Скромному? — усмехнулся второй. — Ты не шути так, Игорёк, ни черта не скромный наш подарочек, надеюсь, как и эти цыпочки.

— Извините, но мы не продаёмся, если вы на это намекаете... — дрожащим голосом ответила и кивнула Ане, чтобы поднималась. — Мы уже уходим.

В ступоре от такого давления мы с сестрой одновременно плюхнулись на свои места. Один из них устроился позади Ани, положил руки на спинку стула и стал жадно нюхать её волосы. Чёрт. Этого я уже не вынесла.

— Отойди от неё, придурок! — я вскочила с места.

Второй схватил меня за запястье, удерживая на месте.

— Не рыпайтесь. Как задницами крутить на танцполе – так могём, да?

— Руки. Убрали. Немедленно. Я дважды повторять не буду, — за спинами прозвучал низкий и холодный баритон.

Мы с сестрой обернулись. В груди зародилась крошечная надежда, но тут же сбежала.

Это тот самый маньяк, который наблюдал за мной весь вечер.

— Ты ничего не попутал, братан? Мы с нашими дамами отдыхаем тут, а ты лезешь. Вали отсюда по-хорошему! — нагрубил тот, что стоял возле Ани, пытаясь казаться круче, чем он есть.

— Ваш выбор, — максимально сдержанно отрубил таинственный незнакомец.

Всё произошло настолько быстро, что никто и опомниться не успел. Такое я видела только в боевиках.

Первого он уложил на пол с одного удара в лицо. Тот, держась за нос и поскуливая, начал пятиться назад на пятой точке. Второй тип попытался напасть на мужчину сзади, но не успел. Незнакомец резко развернулся, ударив левой в живот. Нападавший, ухватившись за больное место обеими руками, тут же получил контрольный удар коленом в лицо. Во время драки содержимое нашего стола оказалось на полу. Битая посуда, осколки, остатки еды... Что. Это. Было?

Мы с Аней стояли как вкопанные, с округлившимися глазами, а в голове – полный ступор. Как реагировать? Что вообще делают в таком случае?

— Александр Владимирович? — обратились к нашему внезапному спасителю подоспевшие охранники.

— Разберитесь с ними, — коротко бросил, показывая на пострадавших. — Вы можете возвращаться домой, — велел нам с Аней, не удостаивая долгим взглядом.

— Извините... Спасибо, — заикнулась я, не в силах подобрать слова. — Но мы ещё не оплатили счёт.

— Не стоит об этом беспокоиться. Выход там, — кивнул в соответствующую сторону, не дожидаясь ответа.

Я отчётливо поняла: этого человека надо слушать с первого раза.

Мы поспешили к выходу. Мне внезапно захотелось обернуться. Ничего же плохого в этом нет?

Смотреть или не смотреть... Ладно, я решилась лишь на секунду взглянуть.

Повернула голову, и мы встретились глазами. Меня словно прошило током. Сердце совершило невероятный кульбит, замерев, а затем забилось с бешеной силой.

Вечер выдался, конечно, необычным, я бы даже сказала – крайне непредсказуемым. Ведь у меня было нехорошее предчувствие. Когда же я научусь слушать своё сердце?

Если бы я только знала, что эта случайная встреча перевернёт всю мою жизнь.

Глава 4

Вчера я приехал в ресторан и занял привычное место, чтобы созвониться с китайцами по поводу инвестирования. Почему не в офисе? Всё зависит от настроения. На данный момент проклятые американцы продолжали трепать нервы, поэтому я выбрал именно это место. Мне необходимо было расслабиться. После того, как созвонился с китайцами и проверил почту, я обратил внимание на двух девушек внизу, которые беззастенчиво заливались смехом, а если быть точным – на одну из них. Я не мог оторвать от неё взгляд. Наверное, выглядел как одержимый. Но когда меня это волновало?

Девушка с роскошными длинными светлыми волосами сидела в профиль у окна. Она убрала непослушную прядь со лба и что-то эмоционально рассказывала собеседнице. Я следил за каждым её движением, за малейшим изгибом красивых рук. Завораживающая. Когда девушки пошли танцевать, мне пришлось занять удобную позицию, чтобы лучше рассмотреть свою музу. Она танцевала, закрыв глаза, изящно покачивая бёдрами. Открытые ключицы, участки кожи, сливающиеся с красками мерцающего освещения – всё было невероятно притягательно. В очень неудобный момент у меня зазвонил телефон, пришлось скрыться. Когда я вернулся, то увидел картину маслом. Сказать что я охренел, – ничего не сказать. Кулаки нестерпимо чесались разукрасить эти ухмыляющиеся рожи. В такие моменты у меня сносило крышу. Если бы не испуганный взгляд девушек, я бы убил этих ублюдков. Сегодня выяснилось, что они дружки наших партнёров. В этот раз удача на их стороне, но не стоило рано радоваться. Всему своё время.

После всей этой заварушки я позвонил Илье, моему сводному брату и, по совместительству, надёжному помощнику, чтобы тот проверил, что девушки без приключений добрались домой.

Я вспомнил наш последний взгляд. В тот момент в моей голове что-то щёлкнуло. Я понял наверняка: она – моя.

— Саня, здорова! — вырвав меня из раздумий, Олег зашёл в кабинет. — Погодка, что надо.

Он недолго потоптался у двери, стряхивая с куртки капли дождя.

Я встал из-за стола ему навстречу. И мысленно усмехнулся: «Благодарю, что вытер об меня руку, безмерно приятно».

— Что за зрелище ты вчера устроил? И почему без меня?

— Он самый. Мои уши требуют подробного рассказа!

Олег занял своё место, закинув ноги на стол, и прикурил. Мой внутренний педант был просто в ужасе от этого зрелища.

— А твой затылок не желает увесистого пинка? — негромко хохотнул я. — Как обстоят дела с сыном?

С Олегом мы в огонь и в воду с самого детства, он для меня как брат. Он пережил со мной смерть младшей сестры, а затем и смерть отца. Перед тем, как отца хватил сердечный приступ, он успел переписать весь бизнес на меня, а сводному брату Илье – недвижимость. У нас с батей всегда были доверительные отношения, он хотел, чтобы бизнесом управлял именно я. И я учёл его пожелание, но и за сводного брата не забыл, поэтому Илья приближен ко мне по сей день.

До смерти отца, батя Олега был его партнёром, а после – тоже отдал свою долю сыну. Поэтому сейчас мы держим общий бизнес. У нас есть сеть ресторанов и клубов, детище – подпольное казино, а наш главный козырь – торговля оружием.

Недавно выяснилось, что у Олега, оказывается, есть сын. И, на минуточку, ему шестнадцать лет. Объявилась горе-мать, с которой у Олега был мимолётный роман в бурную молодость.

Интересно, сколько ещё таких детей у него ходит по свету?

— А ты умеешь плавно перескакивать с темы. Ладно, чувствует моё братское сердце, что это не конец твоей истории, и я в ней с удовольствием поучаствую! — ухмыльнулся сукин сын, а глаза хитро заблестели. — Та мутная ситуация. Объявилась именно сейчас, когда понадобились бабки. Пробил по ней инфу: обычная шлюха и пьяница. Не верится, что я мог так облажаться.

— А ты там помнишь, что было семнадцать лет назад. Радуйся, папаша, у тебя есть сын. Да и пора бы уже.

— Ладно, давай к делу. Вчера я созвонился по поводу инвестиций с китайцами, всё идёт по плану. И, внимание! Барабанная дробь... — постучал поочередно пальцами по столешнице. — Объявились американцы, они хотят устроить встречу.

— Да ладно? Что в лесу сдохло? На дно легли, думали, должок возвращать не надо?

У нас с американцами давние счёты. Сначала они хотели занять территорию нашего казино – вопрос закрыли. В последний раз они проиграли нам крупную сумму, мы дали им месяц на возвращение долга. Прошло больше времени, и мы не намерены ждать. Следующий шаг с нашей стороны стал бы фатальным, но тогда войны было бы не избежать.

На следующий день я занялся моей «любимой» бумажной работой, но прекрасная девушка никак не выходила из головы. Её образ, её смех, её глаза – всё это просто не давало покоя, тело требовало разрядки. В обед я велел работнику найти её.

— Александр Владимирович, цель в супермаркете, — доложили мне по телефону.

«Цель, блядь, юморист», – усмехнулся я про себя, ощущая волну азарта.

Эта цель уже в моих руках, просто она ещё не в курсе.

Я вошёл медленной, но уверенной походкой и окинул взглядом стеллажи. Вот она, поймалась.

Подошёл сзади, почти вплотную, протягивая руку к бутылке оливкового масла.

— Лучше выбери эту, — обыденно посоветовал я и тут же встретился с удивлённым взглядом девушки.

В глазах прочитался испуг, смешанный с недоумением.

— Какое совпадение, решил зайти, смотрю – ты.

Я забрал у неё корзину и положил туда выбранную бутылку.

— Не нужно… я сама, — девушка попыталась отобрать корзину, но её движения были уже не такими уверенными.

Смирившись с поражением, она тяжело вздохнула и направилась дальше вдоль стеллажей.

— Не думала, что такие люди, как вы, делают покупки в супермаркете, ещё и самостоятельно.

— Ну, вы… — замерла, мысленно подбирая нужные слова, — вы, наверное, важная особа. — Тут же смутилась и, покраснев, произнесла: — Я справлюсь, можете идти по своим делам.

Я лишь непринуждённо продолжил смотреть, наслаждаясь её смущением.

— У тебя красивый голос. А ещё ты очень милая, когда волнуешься.

Она посмотрела на меня большими глазами, ненадолго фиксируя взгляд, но, опомнившись, отвернулась. Схватила упаковку крупы, сахара и пулей полетела к кассе. Я последовал за ней.

— Вы здесь не случайно, — тихо прошептала, выкладывая продукты на ленту, пытаясь казаться спокойной, но дрожащий голос её выдал.

Я тем временем достал карту для оплаты. Кассирша посмотрела на нас в недоумении, не хватало только выдать ей попкорн, чтоб сцена в её глазах стала более увлекательной.

— Что вы делаете? Я сама в состоянии оплатить свои покупки!

— Благополучно вчера добрались домой с подругой? — поинтересовался я, кладя продукты в пакет, пока кассир пробивал остальное.

Рассчитавшись, я направился к выходу и, слегка коснувшись её талии, направил к выходу.

— Не подруга, она моя сестра. Нормально мы добрались, — съязвила. Вышло очень мило. — И почему же вы себе ничего не купили?

Мы вышли на улицу. При свете дня она была невероятно прекрасна. Эти большие голубые глаза, что смотрели на меня, пронизывали до глубины души. А как она привлекательно морщила свой маленький курносый нос, надувала и без того пухлые губы и невинно моргала длинными ресницами. Вот так просто взяла и свела меня с ума. С первого взгляда.

— Спасибо, что вчера заступились за нас, что оплатили ужин и продукты. Но это всё лишнее, мне дико неудобно!

— Я верну вам деньги. А то меня замучает совесть.

— Что? — подняла на меня свои огромные глаза и озадаченно посмотрела, будто не расслышала слова, которые я только что произнёс.

— Могу я узнать, как зовут этот прекрасный цветок, что не даёт мне покоя?

Я пропустил между пальцами длинный светлый локон, ожидая её реакции.

Невероятно. Она ведь действительно, как роза. Белая роза. Невинная и хрупкая. А в нужный момент, когда тигрица выпускает когти, эта красавица показывает шипы.

— Нет, не стоит. Я вам за всё благодарна, но надеюсь, что на этой ноте наши пути разойдутся.

— Хорошо, говорю, Роза. Иди. Не смею задерживать.

Она резко развернулась и почти сорвалась на бег, скрываясь за поворотом. Ну надо же, она запомнила моё имя.

Глава 5

— Илюх, поезжай в клуб на Рижский, проконтролируй, чтобы всё было в порядке.

Он кивнул, сверкнув лысиной, а в тёмных глазах промелькнула искорка рвения к работе. Глаза – единственное наше сходство, унаследованное от отца. Брат пригладил галстук, поправил воротник рубашки, заправленной в тёмные рваные джинсы, и направился к машине.

Илья всегда был немногословен и себе на уме. Мы привыкли к его характеру и манере поведения.

— Это им нужна удача, — ответил Олег. — Дай сегодня погоняю, Сань.

Я бросил ключи Олегу и сел на пассажирское сиденье своей «Bentley». Спустя три дня нам предстояло отправиться к американцам на нейтральную территорию. Одно из условий – без лишних людей.

— Ты меня удивляешь, напарник. Тебе нравится моя красотка, а ведь можешь позволить себе купить такую же. Но что-то её не видно, — подтрунивал я над другом.

— Вот именно, Сань! Я хоть и ловелас, — он смотрел на дорогу, изредка поглядывая на меня. — Но твоей королеве я отдал своё сердце!

— Да по тебе театр плачет, не в той области закрутился.

Друг летел по трассе, перестраиваясь и обгоняя всех на своём пути.

— Хер знает. Думаю, лёгкой прогулки не будет, — озвучил я своё мнение, хоть и не самое радужное.

Примерно через час мы подъехали в назначенное место – в бильярдную.

Зал был выдержан в стиле неоклассицизма: элементы классики сочились выверенной роскошью, предметы декора излучали элегантность и неординарное изящество. Особенно впечатлила массивная люстра. Всё симметрично и строго – в моём вкусе.

— Я тут подумал, — сделал небольшую паузу. — А не открыть ли нам бильярдную?

— Клянусь, так и думал, что ты это скажешь. По восхищённой роже прочёл.

В ближайшие годы у нас наметилось много проектов, мы запланировали занять своё место в Москве – это было одно из основных направлений. Мне нравилось участвовать в этом на этапе планирования, а также в вопросах архитектуры и дизайна. С самого детства у меня была мечта стать архитектором, как мой дед, во многом подражая ему. Небольшие художественные навыки достались мне от него. К сожалению, я ими не воспользовался, так как моя сфера деятельности в итоге ушла в другое русло.

Через пять минут прибыли Майкл и его подручный. По обыкновению, сначала мы сыграли партию, а затем перешли к насущным вопросам.

Вся игра прошла в напряжённом молчании, под прицелом тяжёлых взглядов. И вот, «русская пирамида»[1]подошла к концу – счёт 70:70. Это был неожиданный поворот.

— Что ж, нужно отдохнуть перед очередным «начальным ударом»[2], — предложил Олег. — Присядем.

Мы сели в мягкие кресла с овальными спинками. На журнальном столике с изогнутыми ножками стояла бутылка виски с соответствующими стаканами и пепельница. Я налил всем бурбон и закурил сигарету. «Наши друзья» выглядели немного нервными, их напряжённая поза и суетливые движения рук говорили об этом.

— Думаю, нужно перейти сразу к делу, — не церемонясь, заявил в лоб я. — Бабки привезли?

Они синхронно заёрзали задницами, обмениваясь взглядами.

— У нас есть предложение получше, — вякнул Майкл, убирая чёрные неряшливые волосы за ухо и кривя губы в тонкую полоску. — То, что мы хотим предложить, сулит невероятную выгоду и пахнет бабками.

Я протяжно вздохнул. Опять они придумали какую-то херню. Время прошло, но ничего не поменялось.

— Наркотики, — ответил подручный Майкла, выпучив и без того огромные глазные яблоки.

Я даже не хотел слышать продолжение. Нервно сделал затяжку, пытаясь заглушить надвигающуюся бурю. Не помогло.

— Это выгодное предложение. Мы делаем обмен на вашей территории и отстёгиваем за это приличный процент, — продолжил грёбаный придурок, а меня уже трясло от нахлынувших воспоминаний.

Сорвавшись, я вскочил из кресла и кинул пустой стакан мимо американцев в стену напротив. Он с грохотом врезался в стену, разлетевшись на множество острых осколков, которые, осыпавшись на пол, со звоном раскатились.

— Всё, брат, они тебя услышали, — попытался усмирить меня Олег, зная мою реакцию. — Давай, поедем, — слегка подтолкнул меня в плечо, направляя к выходу.

Взял стакан друга и выпил залпом, не морщась. Подошёл к бильярдному столу и нанёс последний удар кием. Когда шары замерли в лузах, я пошёл к выходу.

— Я позвоню, — бросил Олег американцам и последовал за мной.

Всё вылетело из головы. Я снова погрузился в пучину страшных воспоминаний, перед глазами стояла она. Моя сестра.

Олег попытался забрать ключи от машины, беспокоясь о моём состоянии, но я всё равно сел за руль – мне это было необходимо. Всю дорогу меня преследовали флешбэки.

«После учёбы я сходил на тренировку, быстро ополоснулся и отправился домой. Но меня там никто не ждал. Отец с головой окунулся в работу, его, скорее всего, опять не было дома. Сестра жила своей жизнью, о которой я почти ничего не знал. Кроме этого места мне некуда было идти, поэтому каждый раз я просто молча возвращался. Я был зверски голоден, зная, что холодильник пуст. Мать бы меня накормила досыта, и мы бы дружно сидели за одним столом, но это было до. Я, как и ожидал, состряпал себе яичницу, быстро поел и отправился в свою комнату. Я долго стоял в коридоре, размышляя: а что, если всё ещё можно исправить? Наладить отношения с сестрой и отцом. Я решил подняться к ней и поговорить, хотя бы попробовать. Но на тот момент даже не подозревал, что опоздал. Я толкнул дверь и почувствовал запах сигарет. Сестры в комнате не было, однако то, что лежало на её кровати, заставило подойти ближе. Я ужаснулся...»

Давящий сигнал от встречной машины и свет фар выдернули меня из прошлого.

Только адреналин и алкоголь помогли бы заглушить эту пустоту. А лучше – кого-нибудь грохнуть. Но пока меня ожидал только первый вариант.

Глава 6

Неделя прошла с того «случайного» столкновения с Александром в супермаркете, а я до сих пор не могла уложить это в голове. Его властность и напор напугали меня до чёртиков. Я гнала мысли о нём – мне и без того с лихвой хватило в недавнем прошлом.

Ане наконец-то полегчало. Всю неделю её валила с ног головная боль – всё на погоду да на усталость списывала.

Она подперла голову рукой и наблюдала, как я управляюсь на кухне.

— Роз, танцевать хочу – сил нет. Поехали в клуб, в Центр! Девчонки с курса посоветовали.

— Ты совсем? Недавно пластом лежала, какой клуб? Мало тебе приключений?

Я закинула в борщ измельчённый чеснок, накрыла кастрюлю крышкой и выключила газ.

— Ну Ро-оз, я же только с тобой куда-то и выползаю! Пожа-а-алуйста! Мы от скуки тут плесенью покроемся.

Сестра подошла сзади, обняла, ткнулась лбом в плечо.

— Запрещённый приём, лиса ты хитрая! — выдохнула я. — Ладно. Но уходим по первому моему слову.

Недолго музыка играла. Аня же собиралась окунуть меня в веселье с головой.

— Ура, люблю тебя! — она звонко чмокнула меня в щёку. — Борщ подождёт на плите, вечером слопаем.

Пока я домывала посуду, Анька уже смылась в комнату наводить красоту.

— Ро-о-оз! — донеслось оттуда. — На самом деле, я нам уже забронировала столик.

Я прислонилась к косяку и посмотрела на неё без удивления.

— Я не рассматривала этот вариант. Ты бы всё равно меня поддержала.

Через пару часов мы превратились из клуш в тапочках в ночных фурий. Сделали друг другу яркий мейк, накрутили мне локоны. Я всё-таки уговорила её влезть в своё синее платье-шорты с убийственным декольте – на её грудь садится идеально. Она согласилась, но для баланса намотала салатовый шёлковый шарф, натянула перчатки и безразмерные колготки с зайцами. Я же выбрала облегающее красное платье до середины бедра – то самое, московское, для несостоявшегося свидания с бывшим.

— Аня, как думаешь, не слишком вызывающе? — повертелась перед зеркалом.

Заведомо знала ответ, но я всё равно уточнила для пущей убедительности.

Как истинные девушки, мы оставили после себя лёгкий беспорядок. Борщ отправился в холодильник.

— Карета подана! — Аня влетела в прихожую, на бегу докрашивая губы. — Чёрный «Рено» ждёт у ворот.

— Тогда в полночь мы должны быть дома. Иначе окажемся в тыкве.

Вечер был в самом разгаре. Громкая музыка била по ушам. Людей было столько, что катастрофически не хватало кислорода.

— За нас, Розка! — Аня подняла бокал. — Я безумно рада, что ты приехала. Надеюсь, в этот раз надолго.

— Твою ж… Чёрт! Вот чёрт! — я спряталась за бокалом, закрыв лицо волосами. — Аня, не оборачивайся! Только не смотри.

Этого только не хватало. Он сидел за три столика от нас, в мужской компании. Чудесно!

— Ань, помнишь того типа, что вступился за нас в ресторане? Он сзади тебя.

— Ну сидит и сидит, нам-то что? — понимая, к чему я клоню, она запротестовала: — Никуда не пойду, мы только сели! Ему надо – пусть уходит!

— Да погоди тараторить! Помнишь, на той неделе, когда ты с мигренью лежала, я в магазин бегала? И принесла не то? — Аня растерянно кивнула. — Я пересеклась с ним в супермаркете! Он оплатил за меня, сам ничего себе не взял и порывался меня до дома проводить. Сестрён, он меня пугает.

— Сама поверить не могу. Мне кажется, он выследил.

— Ты была не в духе, а потом как-то забылось...

В горле встал твёрдый ком. Паника накрыла ледяной волной.

Влетев в туалет, я дрожащими руками выудила из сумки ингалятор и сделала два вдоха. Облегчение. Боже, как хорошо просто дышать…

Так, мне нужно было взять себя в руки. Совсем расклеилась.

С самого приезда в Псков меня не отпускало странное чувство тревоги, и оно удваивалось, когда я видела этого незнакомца.

Выдохнув, я вышла в коридор, отгоняя дурные мысли. Защёлкнула сумочку и боковым зрением увидела мужской силуэт. Сердце пропустило удар.

Александр небрежно опирался на стену, скрестив руки на груди. Чёрная рубашка сидела в обтяжку, пара верхних пуговиц была расстёгнута. Классические брюки и сникерсы с белой подошвой. Чёртов эстет.

— Вы караулите дверь женского туалета, — указала в сторону, откуда только что вышла.

— Вообще-то, напротив – мужской, — снова загнал меня в угол. — Но на самом деле я увидел, что ты ушла, и пошёл следом. Лукавить не буду.

Я обошла его и почти дошла до нашего столика. Рядом с Аней сидел какой-то темноволосый тип, и они вовсю ворковали. Так скоро?

— Это Олег, мой друг, — тут же вклинился Александр, возникая у моего плеча и ослепляя всех улыбкой. Он всё это время шёл по пятам.

— Приветствую. Роза, наслышан о тебе. Прикольная сестра у тебя! — оживился такой же странный друг.

Нагловатый тип. На вид – ровесник Александра, лет тридцать пять. Стрижка «топ кнот»[3], голубые глаза, ямочки на щеках – всё, на что я успела обратить внимание. Из-за стола виднелась только строгая светлая рубашка.

— Приятно наконец-то познакомиться с такими роскошными девушками.

— Да, Саша много о вас рассказывал. Присаживайся, чего стоишь? В ногах правды нет.

— Я не хочу никого обидеть, но мы планировали вечер вдвоём. Да, и... — перевела взгляд на их опустевший столик, — вы же здесь были не одни.

— Значит, всё-таки ты меня преследуешь? — подтрунил Александр.

— Роз, чего ты, неудобно же. Давайте просто посидим, всё в порядке, — поддержала разговор сестра.

Конечно, в порядке. И очень удобно – в компании двух странных мужчин.

Александр отодвинул для меня стул. Я села рядом с Аней, сдерживая своё недовольство и всем видом показывая ей, что получит дома втык.

Каким-то немым взглядом они пообщались с Александром, и тот тут же уткнулся в телефон.

— Чем занимаетесь? Расскажите о себе, — Александр попытался спасти повисшую паузу.

— Ничем таким, что было бы вам интересно, — парировала я.

— Я учусь на юриста, третий курс почти закончила. До приезда Розы подрабатывала оператором. Взяла перерыв, чтобы вместе побыть, — затараторила Аня. Стоило только задать вопрос – и понеслась душа в рай. — Сестра вот тоже только приехала из Москвы, в младшей школе учителем работала, но уволилась…

— Аня! — я прожгла её взглядом. — Уволилась, потому что так сложились обстоятельства, — вовремя закончила фразу.

— Надолго в Пскове? — Александр выпустил дым.

Я отвернулась, пытаясь не вдыхать ненавистный сигаретный запах, и скользнула взглядом по залу. Враньё – не мой конёк, поэтому просто отвела глаза. Да и точного ответа я сама не знала.

— Роз, ты же говорила, что надолго, — подловила Аня, вопросительно вскинув брови.

— У нас тут комфортно, правда, Аня? — присоединился Олег. — Оставайся.

— Да, за несколько лет этот город стал для меня родным.

Аня перехватила мой умоляющий взгляд и, кажется, всё поняла. Больше мы ничего о себе не рассказывали.

— А чем занимаетесь вы? — спасла она ситуацию, задав единственно верный вопрос.

Тем временем наш стол заставили таким количеством еды, что, казалось, на целый полк хватило бы. Теперь стало ясно, кому Александр строчил в телефоне. После ужина и пары коктейлей все расслабились, на удивление, даже я. Разговор о работе сошёл на нет, сменившись обычной болтовнёй.

— Да, — ответил на звонок Александр. — Вы знаете, что делать. Разберитесь.

Он наклонился к Олегу, бросил пару фраз, тот кивнул. Лица у обоих стали каменными. Не хватало только чёрных очков и внезапной перестрелки.

— Я знаю, кем вы работаете! Вы мафиози! — ляпнула я, чтобы разрядить обстановку.

Ребята рассмеялись так, что Олегу пришлось вытирать слёзы. А я непонимающе посмотрела на сестру: «Что, угодила с шуткой?..»

— Да уж, рассмешила. Было бы смешно, если бы это не было так грустно, — выдохнул Александр, всё ещё посмеиваясь.

— Я либо перебрала, либо совсем не понимаю ваш юмор, — еле ворочая языком, Аня поднялась из-за стола. — Мне надо припудрить носик.

Не понравилось мне это. Я уже хотела возразить и пойти с ней сама, но Александр, словно прочитав мои мысли, накрыл мою руку своей.

— Не волнуйся. Олег не обидит Аню. Никто из нас вам не причинит вреда.

И я почему-то поверила. По животу разлился странный жар. Тревога ненадолго ушла на задний план. А зря…

— Пойдём, потанцуем, — Саша не спросил, а утвердил, протягивая мне руку.

— Простите, но я не хочу танцевать и не люблю этого, — попыталась отказаться.

Почувствовала, как предательски вспыхнули щёки.

— Я прекрасно видел, как не любишь. Идём, — он дёрнул меня на себя. — Смелее.

Играла песня «Зари – Andro, Elman, Toni, Mona». Александр властно приютил ладони на моей пояснице и ловко притянул к себе, а я невинно сложила руки на его плечах. Как бы я ни пыталась отстраниться, его запах, терпкий и сшибающий с ног, забил лёгкие. Через мгновение я поняла: вокруг никого. Танцпол пуст. Только мы.

Невесомо, едва касаясь, его пальцы поползли по моему позвоночнику вверх. Мурашки целым табуном пробежались по коже.

Я позволила себе поднять на него взгляд. Его и без того чёрные глаза, обрамлённые густыми ресницами, казались ещё бездоннее. Саша – брюнет. Взъерошенная макушка, жёсткий переход на висках, лёгкая небритость, чёткие скулы и выразительные пухлые губы. Сейчас уголок его губ изогнулся в хищной улыбке.

— Потому что я так захотел. Понравилось? — он обнажил зубы.

— То, что ты только что бесстыдно рассматривала, — продолжил улыбаться, не прекращая ласкать пальцами мою спину. По телу разливалось тепло, концентрируясь где-то в районе щёк.

— Будем считать, что да. Ты не имеешь себе равных, Розалия. Самый изящный цветок, который не хочется выпускать из рук. Чей аромат хочется вдыхать вечно, — выдохнул он мне в ухо, заправляя за него выбившуюся прядь.

В этот момент земля ушла из-под ног. Разумом я понимала – нельзя, ты вернулась на тот же путь, с которого едва сошла. А тело… тело предавало.

— И да, милая, не пора ли нам перейти на «ты»?

— Никаких «но». Спасибо за великолепный танец, Роза.

Песня давно закончилась. Мы застыли друг напротив друга в неловкой, звенящей тишине.

— Пойдёмте... пойдем, — спохватилась я, всё ещё пребывая в невесомости. — Аня с Олегом уже вернулись.

— Они вернулись пару минут назад, — заметил Саша, мягко потянув меня за руку к столику.

— С возвращением, голубки! — слова Олега заставили меня покраснеть сильнее.

— Спасибо за вечер, но нам пора, — умоляюще посмотрела на сестру.

— Чувствую, что скоро не смогу стоять на ногах, так что да. Подкинете нас, мальчики?

Нас привезли домой, как и было обещано. Аня выскочила из машины первой, но едва не шлёпнулась на землю – благо Олег успел поймать её.

— Ты сегодня мой рыцарь! — пробормотала сестра заплетающимся языком.

— Обращайся, принцесса. Я нарисую номерок, звони, когда пожелаешь.

Они прошли в обнимку мимо нас с Сашей, направляясь к воротам.

— А почему принцесса? — донеслось из темноты.

— А разве не принцессы носят яркие шарфики и колготки с зайцами? — отозвался Олег.

— Да, так и есть. Иногда её сложно остановить.

Он медленно подошёл ко мне. Я отступила. Он – ещё шаг навстречу. Пятилась, пока спина не впечаталась в машину. Дальше идти было некуда.

Саша играл с моими локонами, невзначай провёл подушечками пальцев по открытой шее, поправил воротник. Затем дёрнул за распахнутые края моего пальто и завернул меня в него, как в кокон.

— Простудишься, — его голос прозвучал низко, почти у самых губ, прежде чем он притянул меня к себе за талию.

Сначала Саша едва прикоснулся к моим губам, словно спрашивая разрешения. Затем его касание стало жадным, требовательным и горячим. Одной рукой он вдавил меня в себя, а второй – сжал затылок, не давая отстраниться, углубляя поцелуй.

Моё вялое сопротивление без зазрения совести переросло в желание.

— Уедешь в Москву? — глухо спросил он, нехотя оторвавшись от меня, но прильнув своим лбом к моему.

Я выскользнула из его рук и почти бегом бросилась к дому, пересекаясь у ворот с вышедшим Олегом. Я обернулась и поймала многообещающую ухмылку Саши. Он не сказал ни слова, но я прочла по его губам:

Глава 7

— Роза, надень моё. Ты посмотри, какое оно шикарное!

Сестра с восторгом крутилась передо мной в ярко-розовом платье с пышной юбкой, подол которого заканчивался заметно ниже колен.

Сама тем временем уже по третьему кругу перетряхивала свои вещи.

— Это же свидание, ты должна быть как куколка!

— Ну-ну, — сестра сощурилась и ехидно ухмыльнулась. — Я уже предвкушаю подробный отчёт об этой встрече! — сделала акцент на последнем слове и многозначительно вскинула бровь.

— Ты точно не обидишься, что я тебя одну оставлю?

— Ты чего? — Аня подошла и крепко обхватила меня руками, поглаживая по спине. — Я только рада, что ты наконец развеешься. Я найду чем заняться, уж поверь. Поезжай и ни о чём не думай.

Вчера мы вернулись домой почти в полночь. Привели себя в порядок, а потом ещё долго шептались, обсуждая этот странный вечер. Легли только глубокой ночью, но я долго ворочалась. Все мысли были только о Саше: его образ, наш танец, поцелуй...

Я почти провалилась в сон, когда завибрировал телефон.

Неизвестный номер: Доброй ночи, цветок:) Спишь?

Неизвестный номер: Завтра вечером будь готова. Я приеду.

Я: С чего ты взял, что я куда-то поеду с тобой?

Как он нашёл мой номер? Впрочем, неудивительно. Стыдно признать, но его уверенность меня обезоружила.

Не зная, куда мы поедем, я выбрала белый костюм-двойку: юбка с высокой талией и закрытый топ с рукавом «три четверти». Сделала лёгкий макияж, подчеркнув глаза. На волосы нанесла гель для эффекта мокрых волос и вспушила их руками, создав лёгкую небрежность.

Саша просканировал меня с головы до ног. По позвоночнику пробежал холодок, прежде чем он снова уставился на дорогу.

Теперь мой черёд. Он снова был облачён во всё чёрное. Приоткрытое окно впускало лёгкий ветер, куда Саша выпускал струйки дыма. Второй рукой умело вывернул руль, на лице двинулись жевалки. Идеальная осанка, рубашка, натянутая на плечах, красивый и чёткий профиль – я задержала на нём взгляд дольше приличного.

— И сегодня неплох? — растянул губы в самодовольной улыбке, покосившись на меня.

— Кто неплох? — включила дурочку, мысленно костеря себя.

— Смотри сколько влезет, милая. Я только рад.

Я замешкалась, поспешно отвернувшись к окну, лишь бы не ловить его взгляд.

Через полчаса мы прибыли к безликому зданию. Внутри – большой, почти пустой зал и бескрайние коридоры. Не зная дороги, заблудиться можно запросто. Мы свернули налево, шагая по длинному коридору, затем вошли в одну из дверей. Саша пропустил меня вперёд и помог снять пальто.

— Ты сегодня в белом. Роза. Мне нравится, — задумчиво произнёс он, задерживаясь глазами на моих ногах. — Надеюсь, твои шипы сегодня будут беззащитными?

Саша улыбнулся и, придержав меня за поясницу, мягко подтолкнул вглубь комнаты.

Комната утопала в тёплом свете. Чем ближе мы подходили к высокому столику в дальнем конце, тем сильнее доносился приятный, многослойный аромат.

За полукруглым столом я увидела полки в несколько рядов, плотно уставленные сотнями флаконов всех форм и размеров.

— Да. Парфюмерный оргАн[4]. Попробуем собрать твой аромат.

Саша кивком указал на кресло, которое тут же отодвинул для меня. Сердце пропустило удар. Говорят, девушки любят ушами. Это правда. Но поступки… Они важнее и ценнее любых сладких слов.

— Невероятно… — затаила дыхание. — Неужели сами? Без парфюмера?

Восторг, чистый и почти детский, захлестнул меня. Я еле сдерживалась, чтобы не подпрыгнуть. Ещё в детстве я мечтала об этом, чтобы однажды создать что-то своё. И каким-то чудом это происходит наяву.

Саша приготовил ряд флакончиков. Он выставлял их один к одному, идеально ровно.

— Понюхай. Кажется, пахнет приятно, — он протянул мне пузырёк, тут же взяв следующий.

— Почти. Грейпфрут, — передал мне следующий флакончик. — Я пока выбрал фруктовую линейку. Потом оценим твои варианты.

Мы долго обменивались флакончиками, откладывая те, что наиболее нравились.

— Этот неплох, — Саша протянул мне очередную бутылочку. — Как думаешь?

Я вдохнула и почувствовала знакомый запах. Когда в горле встал ком, а в лёгких появилось жжение, я поняла, что это жасмин. На него у меня всегда была острая реакция.

Тут же вцепилась в горло, хватая ртом воздух.

— Аллергия. На ж-жасмин, — просипела я, судорожно ища глазами выход.

Саша оказался рядом быстрее, чем я ожидала. Он уже опускался на одно колено, чтобы подхватить меня.

— Уборная, — выдавила я. — Здесь есть уборная?

Он проводил меня до туалета. Рвался вместе со мной, но мне удалось его убедить, что я сама способна себе помочь.

Когда приступ отступил, я стояла у раковины с ингалятором в дрожащих руках и смотрела на своё бледное отражение. Почему же я так боюсь? Зачем заставляю себя играть в нормальную, скрывая болезнь? Стыд, страх жалости? Или же я просто считаю это своим самым ничтожным изъяном?

Саша ждал под дверью. Едва оказалась перед ним, он засыпал меня вопросами:

— Ты как, в порядке? Почему сразу не сказала? Есть ещё что-то, о чём я должен знать?

Он ещё несколько раз за вечер спрашивал о моём самочувствии, тревожно вглядывался в моё лицо и озвучивал название каждой баночки. Для меня это было так чуждо, так непривычно, но так приятно.

Спустя час наш аромат был готов. Парфюм получился очень тонким, изысканным, и в то же время с едва уловимой резкой ноткой.

— Не хватает одной детали, — Саша нашёл взглядом нужный флакон. — Надеюсь, на белую розу аллергии нет?

— Что именно? — он склонил голову, хитро прищурившись.

— Очаровывать меня. Я… слишком податлива, — он тихо рассмеялся. И я продолжила: — Спасибо. На самом деле, ты исполнил мою мечту.

Глаза защипало, а из горла вырвался невнятный всхлип.

— Ты чего, — Саша потянулся ко мне, обхватив лицо ладонями, и вытер влажную дорожку большим пальцем. — Я не знал, что ты такая сентиментальная. Иди сюда.

Он встал, увлекая меня за собой, и крепко прижал к своей груди.

— Тебе неуютно в толпе, — Саша сделал глоток игристого, не сводя с меня тяжёлого взгляда.

— Он мой. Здесь только мы, повар и официант. Остальных я отправил домой.

— Шутишь? — вырвалось у меня. — В клубе тоже?

— Я лишь подал знак, — ровно ответил, разрезая стейк.

— Ресторан, где мы были с Аней, тоже принадлежит тебе?

Вопрос вырвался сам собой. Мне было неловко, но любопытство пересилило.

— Не бери в голову. Лучше расскажи о себе, о своей семье.

— У меня есть только Аня. Родители погибли в автокатастрофе, — опустила затуманенный взгляд на колени, чувствуя, как дрожит подбородок.

Эта тема всегда была для меня душераздирающей. И будет.

— Я... не срослось с коллективом, — снова опустила взгляд, в тарелку.

Его пальцы выводили узоры на моём предплечье, пытливо всматриваясь в глаза.

Дрожащей рукой я потянулась за бокалом, задела его – и жидкость пролилась на мою юбку. Весь мир будто замер.

— Вот же… — выругалась, подхватив мгновенно намокшую, противно липнущую к ногам ткань.

— Давно ходила в мужской одежде? — Саша выудил из шкафчика тёмные спортивки. — Иногда мне необходим сменный комплект.

Саша подпёр дверь, скрестив перед собой руки.

— Что в порыве страсти я сорвал с тебя одежду.

Краска отхлынула от моего лица, а глаза наверняка вылезли из орбит.

— Шучу, — обнажил зубы в ухмылке. — Правду скажешь, что же ещё. Ты ведь честная у нас, м?

— Хорошо, — поспешно отмахнулась. — Выйдешь?

— Не вижу в этом необходимости, — он остался стоять, лишь зрачки расползлись по его и так тёмной радужке.

Я дёрнула молнию на юбке и сняла её, оставшись в кружевном нижнем белье. Подняла глаза и только сейчас увидела в отражении зеркала его взгляд – тяжёлый, немигающий.

Я схватила треники, но не успела их даже приподнять. Его шершавые пальцы легли на мои ключицы. Ткань упала вниз.

Вёл руками по моим плечам, не разрывая зрительного контакта, пока он постепенно сокращал между нами расстояние.

— Саша, остановись… — последнее, что я успела выдавить, прежде чем его взгляд коснулся моих губ.

Он жадно впился в мои губы. Его ладони уверенно блуждали по спине, талии, ягодицам. Каждое прикосновение обжигало, пробуждая во мне внутреннее тепло.

Оттянул нижнюю губу, затем покрыл поцелуями лицо, подбородок, плавно спускаясь к шее. Слегка прикусил кожу и следом провёл по ней языком, забирая остатки моего самообладания.

Его губы и руки полностью овладели моим телом. Он гладил грудь, настойчиво опускался ниже, почти забираясь под бельё. Я прервала его, неуверенно дотронувшись до его руки.

— Саш, пожалуйста... — прерывисто выдохнула я, едва слышно. — Слишком всё поспешно.

— Пожалуйста, что? — он мгновенно замер, с трудом сдерживая желание. — Мне остановиться?

Понятия не имела, что мною двигало в этот момент. Но желание взяло верх. К девушкам, которые отдавали себя мужчинам на первом свидании, я всегда относилась с презрением. И вот. Пришёл и мой черёд?

Саша подхватил меня под бёдра, я инстинктивно обвила ногами его тело. Придерживая на весу одной рукой, второй он с грохотом скинул вещи со стола, уложив меня на освободившуюся поверхность.

Мой топ с чудовищным треском разорвался по швам, и я машинально прикрыла грудь руками.

— Ты хочешь, чтобы я домой вернулась полностью в твоей одежде?

— Я хочу, чтобы ты была либо голая, либо в моей одежде.

Он возобновил поцелуи, попытался отвести мои руки с груди, но в этот момент что-то случилось. Я вспомнила прошлое, сопоставив с настоящим. Мне удалось спуститься с небес.

— Что-то не так? — Саша замер, стиснув челюсти.

— Прости, — я соскользнула со стола и отошла чуть в сторону. — Я не готова. Ничего не получится.

Саша пристально посмотрел на меня, его подбородок поднялся выше. Его и без того млеющие глаза загорелись дикой, первобытной яростью, и в то же время в них прочиталось понимание. Я видела, как он борется с собой. Он мог поступить иначе, но вместо этого сказал:

Я облачилась в мужскую одежду, и он отвёз меня домой. Между нами возникла незаметная, но ощутимая стена.

Глава 8

— Да, Олег, — ответил на звонок и включил громкую связь. — Я мчусь.

— Неужели девушка-цветок не растопила сердце окаменелого ворчуна?

Посмотрел в зеркало заднего вида: у нас появились гости. Я уже обратил на них внимание, но теперь мои догадки подтвердились.

— Хорош базарить. За мной хвост. Еду на задний вход.

Наивные, сука. Я на клоуна похож? Будет вам представление, только вряд ли оно понравится.

Спокойно, без суеты, я направился к зданию. Машина преследователей «незаметно» следовала за мной. Подъезжая к площадке, я краем глаза убедился – они были рядом. Припарковался почти у самого входа, взял из бардачка пистолет и невозмутимо вышел из машины. Шагал размеренно, мысленно приглашая гостей. Даже задачу облегчил: оставил дверь приоткрытой.

Я вырубил вошедшего рукояткой пистолета по затылку. Тот рухнул, теряя сознание. Его тело замерло, кровь мгновенно пропитала его волосы. Маловато и скучно. Надеялся, что чуть позже получу лакомый кусочек.

— Живой, пульс есть, — подтвердил Олег, прощупывая сонную артерию. — Давай, тащи его вниз.

Мы спустились в подвал, где приходилось марать руки. Откровенно говоря, я от этого кайфовал – моя отдушина.

— Просыпайся, соня, — я вылил воду из бутылки на голову гостя, привязанного к стулу, — пора потрещать.

Когда он пришёл в себя и окинул нас взглядом, начался допрос.

— Смотри, гость наш прелестный, у тебя два варианта. Первый – ты сейчас нам всё выкладываешь как есть, второй – будет крайне неприятно, после чего ты, как ни крути, всё равно расскажешь.

— Кто тебя заказал? — спросил и демонстративно выбрал прибор для пыток. — Олег, как считаешь, скальпель или нож?

Я взял скальпель и, не церемонясь, вырезал ноготь на указательном пальце. Всё происходило мучительно медленно, под его мычания.

— Давай лучше нож, так быстрее заговорит, — предложил Олег, протягивая инструмент.

Терпение на исходе. Я глубоко вонзил нож в плечо и уже заговорил на повышенных тонах, не в силах больше тянуть кота за яйца:

— Идите нахрен, — прошипел подонок, корчась от боли.

Крепкий оказался орешек. Олег, в отличие от меня, не был любителем затяжных представлений. Он направил на него пистолет и фыркнул:

Мой напарник бесцеремонно двумя выстрелами поразил коленные чашечки, я же пустил пулю в живот.

— Суки, — он еле слышно произнёс и прежде чем отключиться, прошипел: — Среди вас... есть... предатель...

— Что ты сказал?! — друг стремительно наклонился, поднимая его подбородок. — Открой глаза. Открой, я сказал. Саня, доставай адреналин, — скомандовал он.

— Думаешь, не врал? — поднял на меня взгляд напарник.

В этот момент забежал Илья, выкладывая информацию:

— Я упустил второго. Как только вышел, он дал по газам. Я гнался за ним на машине, но потерял след. Выродки… — он выдохнул. — Есть и хорошие новости. Я запомнил номера. Завтра пробью.

— Добро. Илюх, у меня будет к тебе ещё просьба, — я выдержал небольшую паузу. — Присмотри за Розой и Аней. Отвечаешь головой!

Я решил, что нужно было перестраховаться, пока не нашли предателя.

Незваный гость стал причиной нашего опоздания на крупную сделку. К счастью, она планировалась в этом же здании.

Вчерашняя встреча прошла успешно. Этой ночью нам предстояла вылазка за оружием. Поставщики из Эстонии – наши надёжные партнёры. Мы предпочитали сотрудничать с ними и с петербуржцами.

Встреча должна была состояться на пристани в полночь.

Мы выдвинулись двумя машинами: впереди пошло подкрепление, а во второй разместились мы с братом и Олегом.

Я всегда ценил пунктуальность, для меня это было незаменимым качеством, и оно, безусловно, присуще эстонцам. Они прибыли раньше срока и даже сами успели выгрузить товар.

— Meil on hea meel teid taas näha, vene sõbrad! — поприветствовал нас главарь, остальные кивнули.

Заранее приглашённый переводчик тут же вступил в дело:

— Взаимно. Благодарим за сотрудничество, — ответили мы.

— Здесь весь груз. Всё, как договаривались, — отчитался эстонский босс, бережно поправляя очки на переносице.

Он, как и его подчинённые, был светловолосым. Его взъерошенные волосы и крашенная в чёрный цвет борода невольно бросались в глаза.

Периферическим зрением я уловил, как Олег, отвернувшись, ответил на звонок. Обычно в такие моменты мы всецело погружены в работу, хотя исключения бывали. И я понял, что сейчас как раз такой случай.

— Какого чёрта?! Какая, нахер, полиция? — рявкнул Олег, сбрасывая вызов. Он ошарашенно посмотрел на меня. — У нас проблемы, нас засекли. Полиция будет здесь с минуты на минуту. Бля-ядь.

— Что происходит? — всполошились эстонцы. — Какая полиция?! Это подстава??

Вдалеке послышался рёв сирен, становившийся всё громче.

— Нет, мы не при чём! — крикнул я уже в спины убегающим партнёрам.

Они мгновенно скрылись с места преступления. До меня донеслись лишь обрывки фраз: «предатели», «русские крысы», «вы ответите за это».

— Саня, Олег, мы не успеем загрузить товар. Надо сваливать... — голос Ильи вывел меня из оцепенения.

Олег сыпал проклятиями, вцепившись в волосы. Мы попали в серьёзный просак.

Прыгнули в машины и буквально разминулись с полицейскими.

Ситуация – полное фиаско. Мы потеряли не только товар, но и надёжных, уже бывших, партнёров. Деньги за «доставленный» груз уже переведены. Теперь ясно одно: эстонцы больше не рискнут сотрудничать с нами.

Сорок восемь часов мы с Олегом не поднимали голов от бумаг. Изучили досье каждого – глухо.

— Надо ещё раз тщательно допросить новеньких, — поставил я перед фактом, а сам в это время прокручивал в голове этапы последующих действий.

— Слушай, может, он просто бредил? Насрал и отбросил копыта. А с полицией хрен пойми, что...

Уже глубоко за полночь, а мы всё ещё копошились в документах бесконечное количество раз. Возможно, Олег прав, но доказательств не было.

— Не сходится. Умирающие не думают о том, как бы сказануть чего напоследок. Нас сдали. И всё тут.

Илюха нашёл машину, на которой сбежал второй. Брошена недалеко от нашего склада. Владелец – какой-то старик, которого давно не было в живых. Пока мы упёрлись в стену.

— Всё через задницу! — Олег смахнул досье на пол.

Оттолкнувшись ногой, он крутанулся на кресле и нервно закурил. Откинул голову, выпуская дым в потолок, а взгляд его потерялся где-то за пределами этой комнаты.

— Да навалилось всё. Предатель, товар посеяли, сын на мою голову.

— Может, тебе стоит сделать тест на отцовство? Вдруг зря печёшься.

— Сделаю. Эта сука сейчас в запое. Завтра поеду, посмотрю, как пацан.

Как бы Олег ни отрицал, я знал, какой он породы. Преданный, благородный, надёжный.

Друг всё ещё крутился на стуле, глубоко задумавшись. Внезапный звонок вернул его в реальность:

Глава 9

Саши не было несколько дней. Я уже успела убедить себя, что мой отказ заставил его молча уйти в закат. Но я ошиблась. Сегодняшний букет из трёхсот одной белой розы развеял все сомнения, и в сердце затеплилась надежда.

Курьер привёз его вечером. Цветов было так много, что их пришлось разделить на небольшие охапки и расставить в различных ёмкостях по всему дому. Аромат стоял невероятный.

Я приняла душ и около полуночи легла в свежую постель, погрузившись в недавние воспоминания. Перед сном достала записку, прилагавшуюся к букету, и вновь прочла: «Милая Роза, ты украла моё сердце, как только я увидел тебя». Я поцеловала открытку и положила её под подушку. Счастлива? Да.

Если бы я только знала, чем обернётся это счастье...

Лай собак и шум во дворе заставили меня встать. Накинув халат поверх сорочки, я вышла в коридор. Стук в дверь. Кто мог явиться в такой час?

— Антон?! Что ты здесь делаешь? Зачем приехал?

— Я приехал к тебе, а точнее – за тобой, — самоуверенно ответил бывший.

В нашу последнюю встречу я помнила его высоким сероглазым брюнетом с короткой стрижкой. Сейчас же он выглядел неопрятно и жалко. Отросшие волосы падали на глаза, шнурок на одном ботинке развязан. От него пахло всё тем же одеколоном, но теперь – вперемешку с алкоголем. Он явно был в запое несколько дней. Как вообще сюда добрался?

Я попыталась закрыть дверь, но Антон заблокировал проём ногой и резко распахнул её.

Она успела выйти из комнаты и оценивающим взглядом изучила обстановку.

— Да, Анют, всё хорошо. Иди спать. Он уже у-хо-дит, — по слогам процедила я.

Я понимала, что он не уедет просто так. Мне пришлось выйти во двор, лишь бы сестра не стала свидетельницей этого пьяного цирка.

Он потянул меня за руку к воротам. Я сопротивлялась, била свободной ладонью по его плечу. Внутри зародился липкий, настоящий страх, а перед глазами пронеслись картинки из прошлого. От Антона можно было ожидать чего угодно.

— Ты с ума сошёл?! Я никуда с тобой не поеду! Пусти.

— Хватит целку из себя строить! Хорош выделываться. Думала сбежать от меня? Мы едем домой.

Антон открыл ворота и грубо потянул меня за шкирку. Я попыталась ухватиться за косяк, но это не имело смысла. Он был гораздо сильнее, и сейчас явно находился не в себе.

— Ты больной! Тебе лечиться надо! Убери от меня руки, — я продолжала вырываться.

Антон влепил мне звонкую пощёчину с такой силой, что я рухнула на землю и ударилась виском о камень. Что-то тёплое потекло по щеке. Мир перед глазами раздвоился, по телу хлынула мгновенная слабость.

— Почему ты не слушаешь меня, Розочка, — склонился надо мной и коснулся губ. — Я так соскучился по тебе, у нас всё будет хорошо. Я верю, и ты поверь!

У Антона не иначе как раздвоение личности. Он резко перевоплотился в зверя. В зверя, который помнил хоть что-то хорошее, в то же время как вторая, доминирующая сущность была готова разорвать меня в клочья.

— Отойди… ты ненормальный! — громко крикнула и из последних сил оттолкнула его, снова рухнув на предплечье.

Мне было страшно. Страшно, как в тот день. Я вновь видела эти больные, пропитанные безумием глаза. В прошлый раз мне удалось от него уйти. А сейчас?

— Не сопротивляйся. Иначе отымею прямо здесь! — заорал бывший и ударил меня кулаком.

Я завалилась набок, чувствуя, как силы окончательно покидают меня.

— Роза! Отойди от неё! — сквозь звон в ушах услышала голос сестры.

Доносились звуки борьбы, глухие удары и крики Ани: «Пошёл вон», «Убирайся», «Тебе конец»… Вдруг послышался знакомый хлопок. Я нашла в себе силы поднять голову: он ударил мою сестру. Аня сопротивлялась, толкала его в грудь, колотила ладонями.

Отогнав пелену перед глазами, я оперлась на ладони, оттолкнувшись от земли. Заметила палку, вцепилась в неё и, глубоко втянув воздух, поднялась. Мир качнулся. Я на секунду зажмурилась, открыла глаза и пошла напролом.

Подкралась к Антону со спины, пока он держал Аню за ворот, замахнулась и лупанула его палкой по спине.

Антон отпустил сестру и развернулся. Не дав мне опомниться, толкнул в живот. Я рухнула на спину, оглушительно приложившись затылком.

В ушах зазвенело. К горлу подступила тошнота. Услышала визг шин, хлопки дверей, крики. Почувствовала, как голова оказалась на коленях Ани. Сестра гладила меня по волосам, что-то тихо приговаривая.

— Роза! Посмотри на меня, — сдавленный голос Саши.

Я с трудом разлепила веки. Это сон? Он обхватил моё лицо ладонями, всматриваясь в наверняка разукрашенную физиономию.

— Сука, — он прикрыл глаза, доверив меня сестре. — Иди сюда, тварь!

Я перевела взгляд на бывшего. Он полетел на землю из чьих-то рук, видимо, Олега. Саша оседлал его и стал молотить, как грушу. Убьёт же... Нельзя.

— Саша, — прохрипела. Прочистив горло, попыталась крикнуть: — Оставь его! Ты его убьёшь...

Все попытки встать оказались тщетными. И тут меня сжало удушье. Я судорожно схватила ртом воздух, сердце заколотилось о рёбра.

— Саша! — когда он оказался рядом, она продолжила: — У неё астма. Попытайся её успокоить. Я за ингалятором!

Казалось, прошла вечность. Вокруг суматоха, а я судорожно глотала воздух. Он гладил меня, не переставая говорить – тихо, монотонно, пытаясь пробиться сквозь панику. Вскоре прибежала Аня. Ингалятор коснулся губ, лекарство обожгло горло, и я наконец задышала. Только дикая слабость не хотела отступать.

Примечания

1

Русская пирамида – одна из распространённых разновидностей лузного бильярда.

2

Начальный удар («разбой») – первый удар в партии, когда происходит разбитие пирамиды.

3

Стрижка «топ кнот» – сформированный узел в области затылка в сочетании с выбритыми участками на висках, темени и затылке.

4

Парфюмерный орган – рабочее место парфюмера, состоящее из стола, оснащённого полками различных размеров. На полках расставлено парфюмерное сырьё.

«Визави. Сердце над разумом» » Стасия МайАрт » Эротика

Визави. Сердце над разумом

Пролог