Талех Аббасов

Ардан. Воины восьми королевств. Книга первая

С благодарностью моему другу Виктору, без волшебных пенделей которого эта книга так бы и не стала завершённой.

Глава 1

– Здравствуй, Райсэн. Давно не виделись, друг!

Я отвлёкся от мыслей и повернулся на голос.

– Ну, наконец-то! – обрадовавшись, воскликнул я. – Сколько ж можно ждать?

Мидар – мой единственный, если не считать братьев-хранителей, друг. Одного со мной возраста, ростом чуть ниже меня. Соломенного цвета, заплетённые в косу и перекинутые через плечо, длинные волосы, уверенный, с задорной искрой взгляд голубых глаз; смуглая кожа, типичная для большинства геллорцев[1] и неизменные зелёно-коричневые одежды: лёгкая парадная туника, расшитая золотом, брюки из прочной кожи, пояс с золотыми бляшками и широкий меч в ножнах с золотой отделкой. Сколько ж на нём золота?! По дороге сюда обоз ограбил?

– Сколько времени утекло с последней встречи? – спросил я, идя навстречу его дружеским объятиям, в которые он меня заключил. Крепыш. Силы не утратил.

– Ровно год[2], Райсэн, – проговорил он, хлопнув меня по плечу. – Давно я не был в Алхалласе[3]. Гляжу, тут ничего не изменилось.

– Да, – ответил я и вздохнул. – Сомневаюсь, что здесь что-либо изменится в ближайшую сотню лет. Кому нужны эти перемены?

– Ловкач, ты ворчишь, как старый дед, – произнёс он, ткнув меня кулаком в бок.

Ловкач – так он прозвал меня, после первой встречи. Мы тогда повздорили по моей вине и скрестили клинки. Несколько ударов, пара обманных движений, и оружие Мидара оказалось, направленным в сторону бывшего владельца. Мы сдружились после этого, и он дал мне это прозвище.

– Пожил бы у нас с моё, так бы не говорил.

– Что за унылый настрой? Год назад ты таким не был, – произнёс он, улыбнувшись.

– Не знаю, Мидар. В последнее время слишком часто думаю о смысле жизни.

– Попахивает философией. Ох уж этот Орден Хранителей, – он закатил глаза к небу. – Тебе бы девочку какую-нибудь охмурить и вместе с ней подумать о смысле жизни. Вон, взгляни на эту, как на тебя смотрит.

Я не прочь поухаживать за красавицами, но магистр храма говорит, что сладости жизни извращают разум. Кто-то скажет: «Чушь!» И может, будет прав. Однако законы ордена запрещают связи с женщинами, пока монах обучается. А я, всё ещё, ученик. Вот и довольствовался улыбками, которыми обменивался с миловидными девушками. Можно, конечно, нарушить запрет, но я не рискну. Была пара случаев, когда ученики пошли на такое. Магистр каким-то образом об этом узнал, и нарушителей прогнали, предварительно перечеркнув татуировки на их лицах. А в этом случае почётный символ хранителя на всю жизнь превращался в позорное клеймо. Выжечь испорченный знак? Но след от ожога всё равно останется. А кроме хранителей никто на левую щеку не наносит символику стихий. Ну, кто в здравом уме станет притворяться одним из нас? Самозванца быстро определят, и того ожидает незавидная участь. Жестоко? Наверно.

Мидар всё не унимался, и настаивал, чтобы я посмотрел на неё. Я и взглянул. И в тоже мгновение у меня перехватило дыхание, сердце замерло, а время замедлило бег. Я тряхнул головой, прогоняя наваждение. Но посмотрел на неё снова. Не мог не посмотреть. Почему-то казалось, что она особенная. Красавица, одетая в простое, уже не новое, зелёное, ниже колен, платье и покрывшая голову того же цвета платком, одиноко стояла возле лавки торговца шёлком и по-прежнему, смотрела на меня. Обворожительный у неё взгляд! Только что такого она во мне нашла?

Мидар подтолкнул меня:

– Ну, давай же! Не думал, что Ловкач дрожит в страхе при виде беззащитной красотки.

Пришлось уступить. Забыв наставления магистра, неуверенным шагом я направился к ней. Приблизившись и не зная, с чего начать разговор, торжественно произнёс:

– Приветствую тебя.

Девушка звонко рассмеялась и ответила:

– И я тебя приветствую, хранитель.

Я улыбнулся в ответ. Только чувствовал себя неловко, так как спиной ощущал, как Мидар посмеивается надо мной. Ну, ничего, друг. Подожди. Отыграться я всегда успею.

– Как тебя зовут?

– Данира, – обворожительно улыбнувшись, ответила она. – А тебя?

– Райсэн.

– Должно быть, ты мастер в магии, – восхитилась она.

Рай – значит «тьма», Сэн – «свет». Моё странное имя. Оно говорило, что я – маг, потому что только овладевшие даром носили имена с сакральным смыслом. Знала бы она, что в магии я, скорее, большой неудачник, чем мастер. Мне куда больше нравится имя Гетран[4].

– Ты здесь? – девушка ущипнула меня за руку, отчего я невольно вздрогнул.

– Прости, задумался.

– Чудной ты парень. У вас в храме все такие?

– Наверно, – я улыбнулся.

– Хочешь прогуляться?

– Нет, прости, – замялся я. – Я с другом, которого давно не видел. Может быть позже?

Её коралловые губы обиженно дрогнули, а в глазах проступило недовольство.

– Когда и где? – спустя миг, спросила она, будто и не обижалась только что.

Не подумав, я ответил:

– Вечером возле фонтана Рилин[5].

Проклятье! И зачем предложил встречу в «среднем городе»? Её же туда не пропустят!

– Ловлю на слове, Райсэн. Встретимся там.

Она в очередной раз волшебно улыбнулась и, грациозной воздушной поступью заскользив вдоль лавок, оставила меня наедине со смешанными чувствами: с одной стороны – она со своей привлекательностью, а с другой – законы и запреты хранителей.

– Ловкач, делаешь успехи! – подскочил ко мне Мидар. – Раз, и ты уже пригласил её на свидание.

– Мда, – магистр вряд ли обрадуется от того, что пропущу вечернюю медитацию.

– Да перестань ты. Что за кислая рожа? Не каждому в первые мгновения знакомства посчастливится пригласить такую красотку на свидание. Тебе везёт. Признайся: что ты ей сказал?

– Хочешь сказать, что ты не подслушивал?

– Брось! Ты же знаешь Мидара, приятель.

Хитрец. Да, я тебя знаю. Но ты никогда не упустишь возможности, чтобы поиздеваться надо мной. А всё из-за того приёма, которым я вырвал из рук твой меч. К тому же, в присутствии подчинённых. Я довольно улыбнулся, вспомнив об этом.

– Да ничего особенного. Сказал пару ласковых слов и покорил обаянием.

«Ах, вот как?!» – прочитал я на лице Мидара. Придушил бы его за эту язвительную улыбку.

– Ладно, что мы всё обо мне, да обо мне! – сказал я, переводя разговор на другую тему. – Лучше расскажи, чем ты занимался весь этот год?

– Да всё тем же, Райсэн. Королевскими делами.

– Мне интересно, с чего это ты такой нарядный и красивый. При параде?

– Да, приходится, если представляешь интересы своего королевства. Я прибыл сюда с особым поручением.

Вот теперь-то позлорадствую!

– Так ты, стало быть, посол?

– Да, посол. И не надо издеваться, Райсэн, – ответил друг, словно почувствовал, что именно этим знанием я и воспользуюсь для издёвок.

– Хм… Мда… Посол значит! – я рассмеялся так, будто ничего смешнее себе не представлял.

– Прекрати. Что смешного? – Мидар толкнул меня кулаком в плечо. – Между прочим, это важный и ответственный пост!

– Никогда бы не представил тебя послом! – я вновь рассмеялся.

– Ну, подожди у меня. Ещё отыграюсь за эту издёвку, Райсэн.

– Ловлю на слове, посол, – Мидар скрипнул зубами.

Всё, дальше не стоит подтрунивать над ним.

– Ладно, мне пора. Дела ждут.

– Хорошо. Я буду в храме до вечера. Ты знаешь, где меня найти.

Мы ещё раз горячо обнялись и разошлись. Он отправился к главным городским воротам, где его дожидались сопровождающие, а я домой – к храму. Пробираясь сквозь толпу людей, вечно суетящихся в торговом квартале, подумал, что Данира должна быть из знати, раз согласилась на встречу в саду возле фонтана. Хотя её одежды и внешний вид говорили обратное. Что ж, не суди по первому впечатлению.

Мы – хранители – не из знати, но живём в средней части города, окруженной внутренним кольцом стен. Простолюдины без разрешения не могут туда пройти.

Покинув торговый квартал, я почувствовал себя свободнее: больше не сводил с ума дурманящий аромат благовоний, вперемешку с запахом еды и специй, да и толпа значительно поредела. Думалось легче.

Когда я продвигался через жилые кварталы, состоящих из одно-, редко двухэтажных каменных домиков, всё внимание приковывалось к величественному королевскому дворцу. Он огромным исполином нависал над городом, потрясая размерами и великолепием воображение того, кто взглядом пытался охватить его красоту. Стены, балконы, колоны, арки, статуи дерионских королей, башни, шпили – гениальная архитектура, застывшая в гармонии единства бежевого камня и жёлтого мрамора.

Я поймал себя на мысли, что так и не расстался, ещё с детской мечтой, посетить дворец. Очень хотелось узнать, как на самом деле поживает его величество король Рамит из прославленного рода Мерисс-Адер? Интересно, чем он занимается? Наверно, это огромная ответственность – стоять во главе королевства, управлять столькими знатными и простыми подданными.

От магистра я, ещё в детстве, слышал ужасные истории про то, как раньше, лет семьдесят назад, жилось в Дэрионе: король, бросив государственные дела, придавался разврату и плотским утехам… Наверное, страшно жить в такой стране. Так продолжалось, пока род Мерисс-Адер не взял бразды правления в свои руки.

Несмотря на то, что внешняя часть города построена для простолюдинов, король всё-таки не забывал и о них – внешний город в меру украшали и обустраивали. Я с удовольствием прогуливался по вымощенной бежевым камнем дороге, облагороженной по краям небольшими деревцами, стволы которых изгибались в причудливых формах. Переходя через небольшой выгнутый мост, слушал журчанье искусственного ручья, шум небольшого водопада, весёлый щебет городских пичужек, порхавших с дерева на дерево, с крыши на крышу. Сам того не замечая, дошёл до ворот в «средний город».

Светила[6] стояли в зените, а значит, до вечера придётся много тренироваться – сегодня очередь упражнений с излюбленным оружием – кинжалом. При этой мысли, рука легла на удобную изогнутую, переплетённую кожей, рукоять. Клинок висел на поясе в ножнах из красной кожи и крепился стальной пряжкой. Зачем вообще заниматься тем, чем и так владеешь в совершенстве? Но неутомимый магистр говорит, что у совершенства пределов нет.

Пройдясь по улочкам и скверам «среднего города», я прибыл домой. Наш храм – воистину великолепное, по красоте уступающее лишь королевскому дворцу здание. Его величество благоволил ордену, ибо у нас не просто готовили солдат для защиты Дериона. Сюда приходили юнцами, а покидали – мужественными воинами-магами чистыми духом, сердцем и разумом. Кроме того, Орден Хранителей и Магистрат[7] были той самой силой, что следила за саблюдением мира между королевствами.

Недолго думая, я открыл дверь и переступил через порог, оказавшись в просторной зале под куполообразным потолком. В центре, на гранитном полу, блестящем при свете масляных лампад, стоял алтарь огня, на котором покоилась чаша с вечным пламенем. Оно не угасало, сколько себя помню. Дров не подбрасывали, масла не подливали, а все объяснения магистр храма сводил к магии. Впрочем, это не удивительно. В храме её было столько, сколько трудно сыскать во всём Алхалласе. Лишь в башне королевских магов её, возможно, будет поболее.

Всякий раз, когда я вглядывался в языки пламени, пляшущие над алтарём, меня охватывало странное и непонятное ощущение – чуждая мне тревога. Обычно, я спокоен. Но сейчас необъяснимое волнение вмиг затопило разум. Огонь, словно живой, звал меня, тянул ко мне невидимые руки. Сердце невольно застучало быстрее, отчего мне захотелось опрокинуть чашу и разнести алтарь вдребезги, но я сдержал себя, зная, что ожидает меня в этом случае. Нет, не плеть. И даже не виселица. А кое-что похуже: суровый и холодный взгляд магистра, долгие эниры медитации в качестве наказания с условием не покидать территорию храма. Уж лучше виселица! Все эти медитации всё равно ничего не меняли. Огонь мне не повиновался. Я помотал головой, прогоняя тревогу, и зов отступил, затихнув до следующего раза.

– Ты опоздал, Райсэн, – спокойный голос магистра Радения эхом отозвался под сводом купола. Не торопясь, он вышел из-за колонны, словно весь день меня подстерегал.

– Встречался с другом.

– Ну и как прошла встреча? – словно гипнотизируя, спросил он. Одетый, как всегда, в красно-чёрный расшитый узорами балахон с капюшоном на голове, держа руки за спиной, он медленно подошёл и посмотрел мне в глаза. Как же не люблю этот буравящий взгляд!

– Неплохо, отец, – ответил я. Всегда называл его отцом, когда пытался его смягчить.

Его губы на мгновение тронула улыбка, но я не подал виду, что заметил. Магистр положил ладонь мне на плечо и двинулся в сторону коридора, вынудив меня идти рядом: – Идём. Твои братья давно тренируются, пытаясь догнать тебя в мастерстве. Ты стал для них примером.

– Вы уже об этом говорили, отец.

– Не помешает повторить, так как твои братья, преуспевающие в магии, никак не станут примером для тебя.

– Это безнадёжно, – выдохнул я. – Я пытаюсь, но никакое средоточие не помогает. Не вижу в дальнейших попытках никакого смысла.

Пройдя под сводом арок, мы свернули в коридор, ведущий во внутренний двор. Вдоль стен покоились стойки с различными видами оружия: начиная от простых метательных ножей и заканчивая копьями и алебардами.

– Да, сын, – его голос, как обычно, вселял уверенность, когда он переходил на наставительный тон. – Не видишь смысла. Не стоит искать его в нём же. Это ни к чему не приведёт. Ты хочешь найти смысл в магии?

– Нет, отец. Всего лишь в жизни.

– Обрести его ты сможешь, если не воспротивишься себе. Понять, кто ты есть – смысл жизни. Только тогда ты найдёшь место под светилами Ардана.

Я не ответил, сказать было нечего. Знаю, что он прав, но почему-то сомневаюсь. Нет, не в его словах. В себе.

Магистр отворил дверь, и солнечный свет, ударив в глаза, заставил зажмуриться на несколько мгновений. Как только мы вышли на широкую, ограждённую высокой каменной стеной, площадку, поросшую низкой травой, все остановились и повернулись к нам, выражая почтение магистру.

– Продолжайте, – произнёс он и, как всегда, двинулся к навесу, чтобы устроится в тени. – Райсэн, а тебе стоит заняться медитацией. Сегодня ты не будешь упражняться с братьями.

Сев на землю, я скрестил ноги, закрыл глаза, расслабился и сосредоточился на внутреннем пламени, очищая разум от лишних мыслей. Всё бестолку! Ничего не ощущаю. Магистр, словно услышав мои сомнения, произнёс: – Забудь о магии и огне. Сосредоточься на том, кто ты есть.

Спиной я почувствовал, как ученики храма переглядываются меж собой, бросая в мою сторону удивлённые взгляды. Магистр никогда не заставлял кого-либо сосредотачиваться на чём-либо ещё, кроме магии. Я отбросил мысли, преследовавшие меня: Мидара, королевский дворец, своё имя и людскую суету. Только лишь образ прекрасных глаз Даниры не уходил. Я попытался прогнать его, но тщетно. Оказалось, что и не хочу прогонять. Да что это со мной?! Обычная девушка, только и всего. Но, кого я обманываю? Её обворожительный взгляд не давал покоя!

Я открыл глаза, и чуть было не вскочил от неожиданности. Точнее, не смог. Какая-то сила удерживала меня.

Данира стояла в нескольких шагах от меня в длинных шёлковых, почти прозрачных, облегающих её безупречную фигуру, одеяниях. И никто не обращал на неё внимания, словно не видел её! Она, наклонив голову на бок, смотрела на меня и по-доброму улыбалась. Только я почувствовал, что за её внешней благодушностью скрывается нечто хищное, коварное и опасное. Мир вокруг нас в одночасье потемнел и померк, оставив меня наедине с Данирой. Под её ногами заструились призрачные клубы тумана и потянулись во все стороны. Как я ни пытался, сдвинуться с места не получалось.

Я посмотрел в её глаза и увидел, как они налились кровью. Стало страшно: по спине побежали мурашки, волосы на затылке встали дыбом, тело сковал ледяной ужас. Захотелось вырваться из транса, очнуться, но не получилось. Почему раньше в медитациях я не видел такие пугающие образы.

Красные глаза Даниры заполнили собой всё пространство. Я почувствовал, как по самому дну моей души, ища что-то, заскребли острые крючья, будто металл царапал по стеклу, отчего вдоль спины пробежал холодок страха.

Налитые кровью глаза закрылись, потом и вовсе растворились во тьме, оставив меня в одиночестве.

– Слушай внимательно, Райсэн, – неожиданно прозвучал в голове шёпот, заставив меня вздрогнуть.

– Кто ты?

– Твоя хранительница.

– Что ты несёшь? Нет у меня никакой хранительницы!

– Разве? Ведь это я спасла тебя от убийц. Я отдала тебя дэрионским хранителям.

– Каких убийц? – я, дёрнувшись, вновь попытался вырваться из невидимой хватки, но бесполезно – та намертво вцепилась в меня, сдавив словно в тисках.

– Всему своё время, – в её голосе прозвучал смешок. – Ты не хочешь узнать, кто ты есть? Обрести смысл в жизни? Узнать, кто твой отец?

От волнения сердце бешено заколотилось. Отец? Спустя столько времени я, наконец, узнаю, кто он? Стоит ли доверять той, что говорит со мной? Может, она лжёт? Но, голос разума заглох под напором нахлынувших чувств.

– Я слушаю тебя, – наконец, произнёс я.

– Сначала расскажу о мироустройстве. Арданцы поклоняются несуществующим богам, которых сами же придумали – это боги стихий.

– Потому что есть те, кто черпает силу из магии. Люди ей и поклоняются.

– Магия – это не высшая сила, а средство. Четыре начала: Гэргэрэт – великий Хаос, Райшенис – великая Тьма, Сэнасер – великий Свет и Риданис – великая Стихия – создали Ардан, Райнор, Хроннот и Эвеонер. Они и есть высшая сила.

– Мне это ни о чём не говорит, – я пожал плечами. – Даже если это имена создателей! Какое мне до них дело? Да и откуда тебе всё это знать?

– Я не человек. Я знаю то, о чём люди не подозревают. Разве что некоторые, кто ещё не забыл предания ваших древних и могущественных предков. Ардан – мир госпожи Риданис, сотворившей стихии огня, воздуха, воды и земли, а также вас – людей. Райнор – мир повелительницы Райшенис – матери всех дарканов. Хроннот – мир лорда Гэргэрэта – породившего хаос и гэрнитов. Эвеонер – мир владыки Сэнасера – создавшего свет и анаренов.

Дарканы, анарены? Она решила задурить мне голову детскими сказками?

– Если ты не человек, тогда кто?

– Сейчас это не важно. Твоя судьба, Райсэн – спасти Ардан от гибели. Поэтому госпожа Риданис благословила тебя, чтобы ты защитил её мир.

– Разве она сама не может его защитить?

– Великие начала не вмешиваются в дела своих творений. Они лишь создают. Хаос и Стихия творят материю. Свет и Тьма рождают в ней равновесие.

– И от кого же надо защитить Ардан?

– От дарканов.

Мной овладели сомнения. Даже если это правда, зачем создавать друг для друга миры? Только для того, чтобы стравить их в войне?

– Тогда почему Райшенис позволит своим детям напасать на Ардан?

– Повелительница Райшенис больше не властвует в Райноре. Этот мир принадлежит Гэргэрэту.

– Как же тогда Хаос одолел Тьму в её же мире?

– Этого я не знаю, Райсэн. Королеву дарканов поглотил хаос, а через неё и остальных дарканов.

Невероятная история. Я не тот, за кого она меня принимает. Если Ардан действительно надо защитить, то его спасителем должен быть вовсе не я. Но куда важнее другое!

– Ответь, кто мой отец?

– Грайд – так его звали.

– Звали? Он погиб?

– Возможно. Он бесследно исчез после того, как, назвав твоё имя, отдал мне тебя.

– Тогда кто моя мать?

– Не знаю. Отец тебе всё расскажет… Если он до сих пор жив.

Я тяжело вздохнул. Хорошо. Надеюсь, что он жив и что мы когда-нибудь встретимся.

– Ты – человек, способный подчинить себе огонь. Эта сила поможет тебе.

– Тут ты ошиблась. Магия – единственное, что мне не поддаётся.

– А кто сказал, что речь идёт о магии?

– Что ты имеешь в виду?

– Анарены, дарканы, гэрниты – существа, которые живут ваирагией[8]. Чтобы использовать силу, им не нужна сосредоточенность, в отличие от людей. Тебе она тоже ни к чему. Я запечатала твой дар, чтобы ты не мог пользоваться силой.

– Но почему?

– Дарканы бы тебя учуяли. И убили бы.

– Сними с меня печать!

– Ещё не время.

– А когда оно придёт? Ещё через двадцать шесть лет?! – разум, сердце и душа во мне кричали. Если она не лжёт, то я покину храм, как закончивший обучение воин. Но участь спасителя мира мне ни к чему!

– Нет, Райсэн, – прошептал голос и стал затихать. – Быстрее, чем тебе кажется.

Шёпот окончательно стих, и я очнулся, выйдя из транса. Попробовал пошевелить рукой. Чем бы это ни было, невидимая хватка, удерживающая меня, осталась там – во сне. Я передёрнул плечами от жутких воспоминаний. Хорошо, что это был только сон.

Уже смеркалось. Светила зашли за горизонт, оставив после себя яркое пятно зарева. Облака нарядились в золотистый и голубоватый цвета.

Тренировка давно закончилась. Все ушли в зал для магических занятий. Что-то затянулась моя медитация.

Я посмотрел в вечернее небо, где только-только загорались звёзды. Ксамин – первая луна тусклым тонким серпом светила над головой, в то время как Рилин только поднималась над городскими стенами. Фонтан Рилин! Вспомнив о Данире, я помчался к выходу. Опаздываю!

Незаметно покинув храм, я бегом направился к саду, надеясь, что она там и ждёт меня. Бежал быстро, как только мог. Я не обращал внимания, что доставляю неудобства, всё ещё частым, несмотря на вечерний час, прохожим. Перескакивая через зелёные ограждения, появлялся прямо перед их лицами и взлетал дальше, торопясь преодолеть бесконечные ряды, аккуратно стриженых кустов. Мчался, словно за мной гналась вся королевская стража. Почему я так изменился и позабыл наставления магистра? Всему виной её чарующие глаза?

Обезумевшим ястребом, влетев на оговоренное место, я едва не упал, и согнулся на несколько мгновений, чтобы перевести дух.

Небольшие струйки фонтана блестели в мягком свете Рилин. Данира стояла в нескольких шагах от меня, прислонившись к стволу альдирена, ветви которого, словно руки сказочного защитника нависали над ней, будто оберегая от неведомой опасности. Слабый ветерок колыхал вытянутые и узкие листья, а она, одетая в длинное голубое платье из тонкого шёлка, стояла, обратив задумчивый взгляд к небу. Всё-таки успел!

Я застыл, как вкопанный, боясь спугнуть видение и чувствуя себя лишним. Зря я это затеял. Кто я такой по сравнению с ней? Вон, какая красавица, а я – простой хранитель. Я развернулся, и уже было собрался незаметно улизнуть с места несостоявшегося свидания…

– Райсэн! – её голос был столь же обворожителен, как и глаза.

Я обернулся. Данира медленно шла навстречу.

– Признаться, думала, что ты не придёшь.

– Я тоже так думал.

– И всё же ты здесь, – она нежно улыбнулась.

– Я всегда держу слово.

– Похвально. Только мне показалось, что ты собирался уйти?

Она подошла достаточно близко, чтобы я ощутил тонкий аромат духов. Её золотистые кудри колыхались на ветру, а я смотрел на нее, как заворожённый, потеряв дар речи.

– Так почему ты хотел уйти?

– Я… думаю, что я никто по сравнению с тобой. Я не достоин, чтобы встречаться с такой красивой девушкой.

– В самом деле, считаешь, что ты никто? Поверь, это не так. Кроме того, позволь мне самой решать, кто достоин встреч со мной, а кто – нет.

Я с облегчением вздохнул. В чём-то она права. Но, что теперь делать? Я здесь и деваться некуда. Не дав мне опомниться, Данира взяла меня за руку и увлекла за собой. Подойдя к фонтану, мы уселись на одной из расставленных вокруг него, деревянных скамеек. Она прижалась ко мне и положила голову на моё плечо. От такой неожиданности я оцепенел, боясь шелохнуться, чтобы наша близость продолжалась, как можно дольше.

– Красиво, правда? – вдруг спросила она. Нежный свет Рилин освещал облака, придавая небу таинственный вид.

– Очень, – только и вымолвил я, превозмогая охватившее меня волнение.

– Странно, что никто не обращает внимания на такую красоту, – огорчилась она.

Надо же. Оказывается, у неё те же мысли, что и у меня.

Некоторое время, мы сидели, любуясь ночным небом. Царившую вокруг тишину нарушало лишь журчание воды в фонтане, да шелест листвы в кронах деревьев.

– Райсэн?

– Да?

– Как ты думаешь, в чём смысл жизни? Я давно ищу его, но не могу обрести.

Я удивился не меньше прежнего.

– Не знаю.

– И я не знаю. Но, иногда, кажется, что жить стоит ради кого-то, а не просто так. Только в этом случае жизнь обретает смысл.

– Ради кого-то?

– Да, – она помолчала немного, потом продолжила. – Если есть тот, ради кого ты готов пожертвовать собой. Тот, кого ты защитишь.

К чему она клонит?

– Я не совсем понимаю тебя, – ответил я, пробуя вывести её на откровенность.

– Если мне будет угрожать смерть, ты защитишь меня?

– Что может угрожать такой прекрасной девушке в этом спокойном городе?

– Ты убегаешь от ответа, – произнесла она. – А если на город нападёт кто-то извне?

– Кто нападёт на Дерион? «Война Раздора»[9] давно закончилась. Между королевствами царит мир. Орден Хранителей и Магистрат для того и существуют, чтобы не разгорелась новая война.

– Речь не о королевствах. Что, если на город нападут дарканы?

Забери меня тьма! Она что, следит за мной во сне и медитациях? Ладно, это может быть просто совпадение. Взяв себя в руки, ответил:

– Дарканов не существует. Это сказки, да и только.

– Неужели? Три столетия назад люди не верили в существовании магии, а теперь она в каждом королевстве. Может, и дарканы существуют? И анарены?

– Сказки всё это, – не сдаваясь, процедил я сквозь зубы, чувствуя, что теряю терпение. – Никогда в них не поверю!

– Что ж, ты не оставил мне выбора.

Произнеся это, она посмотрела на меня, и я вновь ощутил леденящий душу ужас. Её глаза, цвета ясного неба, вдруг налились кровавым багрянцем. Но прежде чем я успел что-либо предпринять, она прильнула к моим губам в жарком поцелуе. В тот же миг вокруг всё исчезло. Мы оказались в чёрной пустоте, окружённые странным тускло светящимся туманом. Прямо, как во сне!

Я, выхватив из ножен кинжал, в страхе отпрянул от неё, боясь, что вновь окажусь скованным в мёртвой хватке невидимых тисков.

Глаза Даниры по-прежнему светились красным. Неожиданно, волосы её окрасились в чёрный цвет, кудри сгладились и волнами заструились ей на плечи.

Я попятился.

– Здесь тебе некуда идти.

– Тогда я убью тебя и освобожусь от этого кошмара.

Я рванулся к ней. Ещё миг и я очнусь! Удар. Где она?

– С запечатанным даром ты не сможешь меня убить, – раздался голос за спиной.

Я предпринял ещё одну попытку, и снова она увернулась, растворившись в тумане.

– Это бесполезно.

– Что тебе надо?! – держа кинжал перед собой, я резко развернулся на голос.

– Хочу, чтобы ты поверил мне.

– Как тебе доверять, если ты обманом заманила меня сюда? Ты всё заранее рассчитала! Я даже не знаю, кто ты или что ты.

– Да, ты прав. Я всё это спланировала. Нужно было как-то раскрыть тебе глаза. Просто выслушай. Не более. Можешь не убирать оружие, если не доверяешь.

Впервые кинжал оказался бесполезен. Уберу его или нет – это ничего не меняет. Оставлю в руке – так спокойнее.

– Зачем тебя слушать?

– Потому что это важно для тебя. Познать прошлое, освободить силу и обрести смысл в жизни. Я не зря тебе говорила, что жить надо ради кого-то.

– Тогда ради кого ты живёшь?

– Ради тебя, Райсэн. Без тебя у меня нет будущего. Ты мне нужен, как цветку нужен солнечный свет.

Она окончательно сбила меня с толку. Я больше ничего не понимал.

– Да кто же ты такая?! – вырвалось у меня. – Кто ты на самом деле?

– Твоя хранительница. Меня зовут Адари Ша-Найрет – старшая жрица кадирров, последовательница заветов Райшенис. Для тебя просто Адари.

– Кадирров?

– Да – наполовину дарканы, наполовину люди. Я одна из них.

– Если ты одна из них, почему ты мне помогаешь?

– Я обещала Грайду позаботиться о тебе.

Поверить ей, что она всё делает по просьбе отца? И с чего я взял, что она действительно говорит о нём? Я поймал себя на мысли, что хочу ей поверить. Хочу увериться, что отец не избавился от меня, как от обузы, а действительно хотел спасти. Что я был важен для него.

– Что я должен делать? – спросил я.

Выбора у меня всё равно нет.

– Всё ещё не веришь, Райсэн?

– Не знаю.

– Что ж, время покажет тебе истину. Главное, чтобы она не явилась тебе слишком поздно.

– Так что же я должен делать?

– Победить Лайдану – королеву дарканов. Остановить готовящееся вторжение в Ардан.

– Как?! – вырвалось у меня из груди.

– Сам поймёшь по ходу дела, – она, улыбнувшись, пожала плечами.

Да она издевается!

– Сомневаюсь, что смогу.

– Хватит жить в сомнениях. Когда для людей наступят безмятежные времена, древний и заклятый враг постучится к ним в дверь в обличии старых друзей. Тогда восемь станут одним, чтобы противостоять врагу. Исполни пророчество госпожи Риданис.

Ещё и пророчество! О чём оно? Восемь королевств? Должны стать одним? Возможно, в этом случае люди смогут противостоять дарканам. А при чём тут тогда я? Мне что ли их объединять?! Решив, что это именно то, чем мне придётся заняться, я мысленно охнул от размаха и тяжести задачи. Это ж с королями говорить! А станут они слушать какого-то хранителя?!

– Не смогу, Адари. Не справлюсь!

– Я помогу, Райсэн. И ещё кое-кто, но его встретишь позднее, когда придёт время.

Она растворилась в тумане и появилась в полушаге от меня. Её красные глаза снова смотрели в душу. Подойдя ближе, она обняла меня.

– Верь, Райсэн. Этот путь предначертан тебе. Значит, так тому и быть.

Мои губы ожёг поцелуй Адари, и тьма вокруг преобразилась в привычный мир. Сияние Рилин нежно освещало облака и сад. Ветер всё также шумел в кронах деревьев, и предо мной стояла прежняя Данира. Только улыбка её потеплела, а в глазах заиграла радость.

– Я снимаю с тебя печать, Райсэн. Настало твоё время. Используй силу мудро. И не забывай мои слова.

Она растворилась в воздухе прежде, чем я успел её задержать. Только сейчас я обратил внимание, что чувствую, струившиеся везде и всюду, потоки силы. Магистр о таком никогда не рассказывал. Постоянно говорил о силе, текущей в теле, которую я тоже теперь чувствовал.

Я вытянул руку, намереваясь создать огненный шар. Часть силы пространства потянулась ко мне, и над открытой ладонью возник пылающий сгусток. Он переливался жёлтым, красным и оранжевым цветами, иногда испуская небольшие языки пламени в разные стороны. Живительное тепло текло от него по всему телу, открывая ощущение новой, неведомой ранее силы. И сосредотачиваться не понадобилось! Это и есть ваирагия? Надо бы поговорить об этом с магистром Радением. Сжав пальцы в кулак, я погасил пламя и, развернувшись, побежал обратно – к храму. Грядут большие перемены в моей жизни.

Глава 2

Сарин медленно плыла над городом. Третья луна призрачным сиянием освещала крыши и башни Алхалласа.

Я переступил порог храма. Вечное пламя неизменно горело в чаше алтаря, но, глядя на него, я, как ни странно, не испытал никаких приступов волнения. Что-то изменилось? Или я изменился?

– Вот ты где, Райсэн, – магистр вышел из коридора, ведущего в комнаты отдыха. – Ты закончил медитацию и покинул храм, вместо того, чтобы присоединиться к братьям.

Я был готов к тому, что он поджидает меня, но надеялся, хотя бы в этот раз, избежать объяснений.

– Я медитировал, отец. Только в городском саду при свете Рилин.

– Может у тебя были ещё какие-то дела?

– Нет, отец. Только медитация. Я хотел побыть в одиночестве, наедине с миром.

– Надеюсь, это пойдёт тебе на пользу, – проговорил он, однако в его взгляде читалось сомнение.

– Думаю, мы завтра это узнаем, отец.

– Что ж, тогда иди отдыхать.

Он покачал головой и, повернувшись, медленно зашагал в свои покои. Наверно думает, что завтра я буду таким, как и прежде. Ну, хорошо. Тебя ждёт сюрприз, отец.

Я отправился к себе. Только некоторые из монахов храма, из числа старших братьев, имели собственные комнаты. А я – второй среди таковых. В мастерстве уступал лишь Гайдиру – по части магии самому искусному из нас. Завтра я это изменю и надеюсь, наконец, покину храм.

Добравшись до нужной двери, отворил её. Та, еле скрипнув, пропустила меня в полумрак комнаты, которая не представляла собой ничего особенного: четыре стены, дверь и окно. Обставлена просто: деревянная койка, да невысокая тумба с одинокой свечой на ней. Вот и вся «роскошь». Зато ни с кем не делю. Хотя нет, сосед у меня всё же есть. Сверчок, которого я по-доброму звал Свирком. Его трель не мешала, а, наоборот, помогала уснуть.

Я зажёг свечу и закрыл за собой дверь. Сняв жилет, отцепил с пояса кинжал, размотал кожаную перевязь на локтях и коленях и, стянув короткие с толстой подошвой сапоги, завалился на кровать. Тёплыми летними вечерами я использовал одеяло в качестве подстилки. Жёстко, но зато без блох и клопов, которые рано или поздно завелись бы в набитом сеном матрасе. А вот в солдатских казармах спасу не было от мерзких кровопийц. Всё-таки, и в жизни монаха есть маленькие радости.

Я задул свечу и, устроившись поудобнее, закрыл глаза. Новый день обещал перемены.

– Спокойной ночи, Свирк.

– Свирк, свирк, – пропиликал в ответ невидимый сосед.

* * *

Я стоял на краю чёрной скалы, парившей в тёмной пустоте. Вокруг клубились свинцовые тучи, изредка прорезаемые вспышками молний. Вслед за ними тишина разрывалась от клокочущих раскатов грома. Посмотрев вниз с уступа, я ничего не увидел. Здесь холодно. До дрожи! Мимо моей скалы, крутясь и сверкая бликами от вспышек молний, в воздухе проплыл щербатый валун. Где я вообще?

Неожиданно, справа от меня образовался портал, через который сюда проникла Адари. Не перестаю удивляться её настойчивости. Она медленно подошла и положила ладонь на моё плечо. Я вздрогнул от холодного прикосновения, но, по-прежнему, остался во власти сна.

– Ну как? Нравится наш мир?

– Так это Райнор? – спросил я, силилясь унять дрожь.

Она кивнула, опустив полный грусти взгляд.

– Ардан может стать таким же, если ты не защитишь его.

– Посмотри на меня, Адари, – процедил я, и злость, на короткий миг, помогла справиться с ползущим по телу холодом.

Она, подняв глаза, взглянула на меня.

– Кого ты видишь? Ведь я никто! Что я могу?

– Я вижу в тебе будущего героя, Райсэн. Ты для меня надежда возрождения Райнора.

Ага! Защитить Ардан – ей мало. Теперь ещё хочет взвалить на меня возрождение Райнора. Только с чего она решила, что я способен на это? Предположим, что нужен какой-нибудь простачок, вроде меня, купившийся на обворожительный взгляд, ласковую улыбку и льстивые слова. И чтобы этот простачок решил бы за дарканов и кадиров их проблемы. И что мне с этим делать? Проклятый холод мешал соображать.

– Каким был Райнор раньше?

– Прекрасным. Здесь всегда царила ночь, а небо было усеяно мириадами звёзд. Жизнь текла мирно и спокойно. Что ещё нужно даркану или кадирру для счастья?

Откуда мне знать?! Но спросил я другое:

– И у вас никогда не было войн?

– Никогда. Мы изучали искусство войны только ради защиты дома. Но, как видишь, против хаоса мы оказались бессильны.

Нелепо. В сказках дарканы описаны, как безжалостные чудовища. И их победил хаос? Или я опять переоцениваю значимость сказок?

– Неужели среди вас не было сильных воинов?

– Есть и сейчас. Под властью хаоса они стали ещё сильнее. Против ваирагии, порабощающей разум, мы ничего не могли сделать.

– Тогда что насчёт твоего разума? Почему он не затуманен? Или всё же он порабощён хаосом, и ты всё это говоришь, чтобы привести меня в ловушку?

– Всё ещё не доверяешь?

– С моей стороны было бы глупо верить тебе на слово. Поставь себя на моё место.

Немного помолчав, Адари ответила:

– Многие из моих сородичей, и я в том числе, покинули Райнор прежде, чем хаос добрался бы до нас. Некоторое время мы жили в вашем мире. Потом я вернулась в Райнор, чтобы предстать перед королевой. Она не знала, что хаос не затронул меня. Она считает, что я приведу тебя в её ловушку. Но я этого не сделаю, мой герой.

Герой, значит? Что ж, время покажет.

– Забери меня отсюда, Адари. Это место удручает, – произнёс я, чувствуя, что более не в силах терпеть, сковывающий тело, холод.

Она, не проронив ни слова, взяла меня за руку, и всё поплыло в тумане.

* * *

Я проснулся. Раздвинул ставни и позволил солнечному свету ворваться внутрь комнатушки. Странное ощущение охватило меня. Падая на лицо, лучи дарили приятное тепло. Раньше не обратил бы внимания, но сейчас откровенно наслаждаюсь этим чувством. И тут я всё вспомнил.

Райнор – царство мрака и холода, мир, где нет места свету. Я поёжился от одного только воспоминания о мире тьмы. Стараясь поскорее забыть неприятный сон, переключился на более важные вещи. Приведя постель в порядок, я принялся одеваться. Пора бы на утренние занятия. Покончив с приготовлениями, я выскочил из комнаты и заторопился к тренировочной площадке. Старшие братья наверняка уже там. Поспешу-ка. Не к лицу одному из нас опаздывать, а не успеть к приветствию магистра – тем более.

Как я и предполагал, Гайдир был на месте. Старший брат всегда приходил первым. За что я его уважаю, так это за точность и ответственность. Магистра он никогда не подводил, разве что, когда мы ещё были детьми. В отличие от Гайдира я не был любимчиком у наставников, но почему-то все шалости сходили мне с рук.

– Здравствуй, брат. Как спалось? – встав рядом с ним, спросил я.

– Как спалось? – он, проверяя снаряжение одного из младших учеников, подозрительно покосился на меня льдистым взглядом серых глаз. Его короткостриженные, как иглы, светлые волосы, стояли торчком. На левой щеке красовалась татуировка символа воды. – С каких пор тебя интересует мой сон?

Я отмахнулся:

– Забудь. Просто спал нехорошо.

– Кошмар?

– Не уверен. Уж больно походило на правду. Впрочем, не важно. Сразимся? – я ехидно улыбнулся.

– А смысл? – старший брат отвлёкся от дела. – Ты всё равно победишь.

– Поединок без оружия. Только магия.

Гайдир недоверчиво посмотрел на меня.

– Издеваешься? Ты же не в силах даже пламя первого риеса[10] создать.

– В таком случае, тебе ничего не грозит, – дружелюбно ухмыляясь, произнёс я.

– С тобой сегодня явно что-то не так. Но, раз тебе так неймётся проиграть – будь по-твоему.

Вскоре пожаловал магистр Радений. Мы остановились и поклонились ему в почтении.

– Продолжайте! – произнёс он и устроился под навесом.

Гайдир незамедлительно направился к нему. Пока старший брат о чём-то говорил, магистр согласно кивал и поглаживал седую бороду.

– Райсэн, подойди.

Я не заставил себя ждать. Встав рядом со старшим братом, поклонился магистру.

– Ты уверен, что хочешь провести магический поединок с Гайдиром?

– Да, отец.

– Ты не сомневаешься? – его бровь недоверчиво приподнялась.

– Нет, отец.

– Что ж, тогда приступим. Правила таковы: запрещено использовать магию нападения выше первого риеса. Иначе вы друг друга покалечите. Разрешено использовать магию защиты не выше второго риеса. Битва до первого прикосновения. Чья магия первой достигнет цели, тот и победит. Гайдир, Райсэн, вам понятно?

– Да, магистр, – произнесли мы одновременно.

– Начинайте.

Мы вышли на площадку и встали друг против друга. Интересно, почему магистр разрешил защиту второго риеса, если нападение не выше первого? Однако дальше стало не до размышлений.

Гайдир атаковал первым, запустив в меня небольшой ледяной осколок, способный, разве что слегка обморозить. Взмахом руки я, создав перед собой огненный щит, заблокировал удар. Вторая атака и вновь поглощение. Но, уже в следующий миг, на меня посыпался град ледяных сосулек. Защита, не выдержав нескончаемого магического потока, лопнула, а дыхнувшая в мою сторону волна холода, вынудила меня отступить. Гайдир остановился на миг и направил на меня очередной ледяной поток. В ответ я создал перед собой несколько щитов. Сведя в одно целое, я объединил их и двинулся в сторону соперника, удерживая перед собой усиленную защиту. Необращая внимания на непрерывный обстрел, я уверенно шёл на него. Надо отдать брату должное: сосредотачиваться он умеет.

Подскочив на десять шагов, сходу метнул щит. Гайдир атаковал ледяной сферой второго риеса, сведя на «нет», мою попытку контратаковать. Магистр, заметив нарушение, даже бровью не повёл.

– Продолжайте! – скомандовал он.

Ученики и старшие братья зачарованно наблюдали за поединком. Для них было непривычно, что я сражался без оружия, да к тому же против сильнейшего мага среди старших братьев. Что ж, моя очередь. Я метнул в противника два вращающихся вокруг друг друга огненных шара. Гайдир во время поставил барьер из ледяной стены. Моя атака и его защита уничтожили друг друга.

Гайдир создал ледяной шар третьего риеса. Я понял, что магистр не станет его останавливать. Они сговорились, чтобы проверить меня! Что ж, старший брат, держись. Сфера стремительно надвигалась, я же ничего не предпринимал.

– Райсэн, ставь защиту! – прокричал магистр.

Я вытянул вперёд руки и, перехватив магическую атаку Гайдира, расстворил ледяную сферу. Все ахнули. Даже магистр никогда такого не проделывал. Старший брат поразился, увидев такое.

Неожиданно мой разум словно затуманился. Всё, что происходило дальше, делал будто не я. Скрестив перед собой руки, я произнёс:

– Рай!

В тот же миг вокруг меня сгустилось непроницаемое чёрное облако.

– Райсэн, что ты делаешь?! – прокричал магистр.

Но я уже не мог себя остановить и произнёс вторую часть своего имени:

– Сэн!

Облако сжалось в клубок между ладонями, а после ослепительная вспышка света заставила всех закрыть глаза.

– СЭН! – повторил я в диком крике, испустив световой луч. Он достиг цели, попав в грудь Гайдира. Удар был настолько сильным, что старший брат пролетел через внутренний двор и ударился спиной об стену.

– Проклятье! – произнёс я, придя в себя и увидев плоды своих деяний. Я стоял в центре чёрного круга из выжженной земли и травы. От меня, до, лежащего возле стены, Гайдира, протянулась неглубокая борозда в земле – след, оставленный лучом.

– Райсэн! – окликнул магистр. На его лице застыла смесь гнева и удивления. Про изумлённые рожи моих братьев вообще говорить не стоит. – Идём со мной. Сейчас же! Остальные, помогите брату.

Я последовал за ним, и мы, скрывшись за дверью, двинулись через коридор к главному залу. Остановившись у алтаря, магистр повернулся ко мне спиной.

– Отец…

– Молчи. Ни слова! – произнёс он, вытянув указательный палец.

Я тяжело вздохнул. Перестарался! А ведь хотел всего лишь себя показать.

– Что это за магия, Райсэн? Я тебя такому не обучал.

– Не знаю, отец.

– Ты произнёс своё имя, чтобы использовать эту магию.

– Тьма и свет, – теперь понятно, почему отец даровал мне такое имя.

– Выходит, магия тьмы и света. Я ничего подобного не видел, Райсэн. За всю мою долгую жизнь.

Вообще-то, не магия. Но умничать сейчас – не самое подходящее время.

– Я не мог себя остановить. Всё произошло само собой.

– Это опасная магия, если она не управляема, – резко повернувшись, произнёс он. Как же не люблю этот укоряющий взгляд. – Чем ты думал? Ты мог убить Гайдира!

Я промолчал. Отец прав – я просто болван!

– Где ты был вчера? – спросил он. – До вчерашнего вечера ты ни разу не пропускал медитации. И после этого, ты внезапно стал всесильным магом.

– Я медитировал…

– Ложь. Скажи правду, Райсэн, – магистр гневно нахмурил брови, руки его, сжатые в кулаки, мелко затряслись.

– Встречался с девушкой, – выдавил я из себя.

– Опять ложь. Я знаю, что ты свято чтишь наши законы, и не нарушил бы их из-за какой-то девушки.

– Это была особенная девушка, отец. Не такая, как все, – я уже не знал, куда деться под его напором.

– И что же в ней было особенного?

– Она сняла с меня, ограничивающую мои способности, печать, которую сама и наложила много лет назад.

– Действительно? Зачем её накладывать, а потом снимать?

Этого я и не хотел говорить. Совсем. Он ни за что не поверит.

– Ну же, Райсэн. Я слушаю.

– Чтобы защитить меня.

– От кого? – ясно, что он не отпустит меня, пока не узнает всё до мельчайших подробностей.

– От дарканов.

Молчание. Слишком долгое. Он не сказал ничего в ответ. Я, не выдержав, нарушил тишину, прежде чем разразилась бы гроза.

– Отец, скажи что-нибудь.

– Дарканов значит? Наслушался сказок, а теперь нагло лжёшь!

– Я и сам до сих пор не верил. Ваи… Магия света и тьмы. Они существуют. Значит, существуют Сэнасер и Райшенис. Те, кто создал анаренов и дарканов.

Раздавшийся со стороны внутреннего двора грохот, сотряс стены храма. Пол, задрожав под ногами, опрокинул несколько стоек с оружием. Мы с магистром переглянулись и немедля помчались на шум. Ужасная картина открылась глазам.

– Нет. Не может быть! – выкрикнул магистр.

Внутренний двор был усеян телами учеников, пронзёнными насквозь, торчавшими из земли чёрными кристаллическими шипами, по поверхности которых медленно стекала кровь. Вокруг царила мёртвая тишина, даже воздух словно застыл, а время остановило свой привычный ход.

– Кто мог такое сотворить? – не веря своим глазам, проговорил я. Взгляд бегал от одного убитого к другому, и внутри меня вскипала ярость. Акен, Тайен, Дит, малыш Оди… Я шептал имена. Каждый из них был мне братом. Только Гайдира среди мёртвых не было. – Отец, возможно Гайдиру удалось спастись. Надо его найти и узнать, что здесь произошло.

Дикий, леденящий душу, хохот прозвучал над нами, а после в воздухе появился человек в чёрном плаще и капюшоне. В вытянутой руке он держал Гайдира за горло. Старший брат лишь безпомощно дрыгал ногами и, ухватившись за кисть врага, безуспешно пытался вырваться из мёртвой хватки.

– Не его ли ищем? – спросил незнакомец, медленно опускаясь на землю.

– Отпусти его! – прокричал я.

– С радостью! – он злобно рассмеялся и резким движением вырвал кадык предпоследнему ученику храма.

– Нет! Гайдир! – я был вне себя от злости, но прежде, чем успел что-либо предпринять, магистр Радений атаковал. Незнакомец достал из-за спины металлический шест.

Гневу магистра не было границ. Откуда в старике столько силы? Несколько точных, стремительных ударов, и незнакомец отступил. Враг замешкался, и магистр атаковал кольцом пламени – магия восьмого риеса.

Враг, взмахнув шестом, создал перед собой щит. Но тот не выдержал напора магической атаки. Раздался взрыв. Когда дым рассеялся, человека в плаще нигде не было. Я уже было решил, что отец с ним разделался, но тот внезапно возник прямо перед магистром и, схватив его за горло, приподнял над землёй.

– Слово силы – смерть! – произнёс незнакомец.

Я бросился на помощь наставнику, но не успел. Мощная силовая волна отбросила магистра. Он пролетел через двор, разбивая шипы с нанизанными на них телами его учеников, и рухнул у стены храма.

– Нет! – прокричал я и посмотрел на врага полными гнева глазами.

Незнакомец сбросил капюшон, открывая лицо. В пустых черных глазницах мерцали зловещие красные угольки.

– Я – Доу Шэ[11]. Я пришёл за тобой, Райсэн.

Я вынул из ножен кинжал, держа его в правой руке обратным хватом, ибо бить с помощью стихий не имело смысла. Я и Доу Шэ уже опустошили силу окружающего пространства. Теперь ни он, ни я колдовать не могли. Однако оставались запасы собственного тела, которые я решил приберечь на крайний случай. Только обольщаться не стоит: насколько я мог судить, полагаясь на чувства и иное зрение, внутренних резервов у врага было больше.

– Пришёл за мной значит? Ну, так иди и возьми! – выкрикнул я.

Убийца ринулся ко мне. Быстро! Я еле отскочил от промелькнувшего шеста, который, с воем, рассёк воздух перед моим носом. Но не тут-то было! Противник неожиданно, словно призрак, исчез, и возник сбоку с занесённым оружием. Я пригунлся, пропуская шест и атаковал кулаком, но рука провалилась в пустоту. Враг вновь исчез, а я, потеряв опору, завалился вперёд. Уже в падении я почувствовал, что Доу Шэ возник сзади. Я успел в последний миг сколдовать магический щит. Последовал страшной силы удар, отбросивший меня шагов на пять, а затем – неприятное падение на землю. Я умудрился не потерять кинжал, и по-прежнему стискивал его рукоять.

Морщась от боли, я поднялся на ноги. Усилием воли я заставил себя не обращать на это внимания. Спина противно ныла. Если б не магическая защита, то я бы больше встал.

Враг не спешил нападать. Вместо этого он стоял в отдалении, уставившись на меня пустыми глазницами. Неожиданно земля подо мной сотряслась. Ничего хорошего это не предвещало. Я прыгнул в сторону, и на моём месте из-под земли ударил знакомый кристаллический шип.

Проклятье! Воспользовался даром? Но как? Пространство вокруг нас по-прежнему выжато до капли. Однако в этот раз я обратил внимание на то, что в образовавшуюся вокруг нас пустоту сиротливо со всех сторон стекаются ручейки силы. Медленно, но достаточно для того, чтобы, спустя некоторое время, вновь использовать ваирагию. Только противник не даст мне этого времени.

«Используй свет, – прозвучал у меня в голове голос Адари. – Дарканы не могут поглощать силу света».

«Дарканы? Так предо мной…» Я быстро отмахнулся от этой мысли! Не об этом думать надо.

Доу Шэ вновь ринулся ко мне. На полпути исчез. Дважды не попадусь! Я прыгнул вперёд, перекатился через голову и резко развернулся. Даркан ударил там, где только что был я. Мимо.

– Попробуй ещё раз! Ну же! – я вызывающе рассмеялся.

И Доу Шэ купился. Как и прежде: устремился ко мне и исчез. Но я уже отскочил, направляя руку в сторону, где даркан должен был появиться и прокричал:

– Сэн!

Всё это – от его атаки до моего выкрика – заняло не больше двух ударов сердца. Яркий луч света ударил в даркана, не ожидавшего от меня такой хитрости. Моя ваирагия пока слаба, поэтому не причинила врагу особых неприятностей. Тело противника всего лишь дымилось в некоторых местах, но, что куда важнее, он оказался ослеплён, и теперь водил из стороны в сторону шестом.

Не мешкая и не давая возможности врагу опомниться, я метнул в него кинжал. Клинок, крутясь, блеснул в лучах светил, и вонзился в грудь безглазой твари. Даркан взвыл от боли и растворился в воздухе. Кинжал, упав на землю, глухо звякнул. И в тот же миг в мир вернулись привычные звуки, тягучий воздух ожил, а ранее застывшее время вновь побежало своим ходом. Я подобрал оружие и поспешил к магистру.

– Отец, я справился с ним, – проговорил я, держа в объятиях обессилевшее тело.

– Я доволен, мой ученик, мой сын. Ты отомстил за братьев, – всегда чистый и густой голос магистра, сипел.

– Помолчи, отец. Тебе следует беречь силы.

– Нет, Райсэн. Силы меня покидают. Послушай, – с каждым словом его голос становился всё тише. По его искажённому болью лицу было видно, с каким трудом ему приходилось говорить. – Прежде, чем покинешь храм… разбей алтарь. В нём ты найдёшь оружие… из твоего прошлого.

– Что ты такое говоришь, отец?

– Женщина, отдавшая тебя нам на воспитание… вместе с тобой, передала нам твоё оружие… и назвала твоё имя. Я никогда… не рассказывал тебе об этом… поэтому прости меня, – он закашлялся. Из уголка губ потекла струйка крови.

– Конечно, отец, – я всегда мечтал оставить храм, но только не так!

– Я рад, что воспитал… тебя сильным воином, – его губы изогнулись в доброй улыбке. – Когда-нибудь… ты станешь героем Дэриона.

Слова магистра подействовали на меня. Услышав их, я поверил Адари: – Спасибо, отец.

– Ещё одно, Райсэн, – просипел он. – Сожги нас… Пусть стихия похоронит хранителей.

Мудрый, непоколебимый магистр Радений произнёс последние слова и испустил дух. Я погладил его по сухой морщинистой щеке, прикрыл его веки и проговорил, прощаясь: – Да примет тебя в объятья госпожа Риданис.

Я уложил тело отца во дворе среди погибших учеников. Перед глазами проносились их улыбающиеся лица. Почему я выжил, а они погибли? Больше не в силах смотреть на их мёртвые тела, я направился к выходу. Дойдя до двери, произнёс:

– Мир вам, братья мои.

И весь двор охватило всепоглощающее пламя. Я, бросив на сгорающие тела прощальный взгляд, направился в главный зал. Встав возле алтаря, закрыл глаза и вздохнул. Разбивать его не хотелось.

Адари Ша-Найрет возникла рядом со мной. Взяв меня за руку, тихо произнесла:

– Мне жаль, Райсэн. Если бы ты поверил раньше. Я предупреждала тебя о последствиях неразумного использования ваирагии. Ведь именно поэтому даркан разыскал тебя.

– Это уже не имеет значения. Больше он меня не потревожит.

– Доу Шэ ещё заявит о себе. Призрака теней не так то и легко убить.

– Значит, в следующий раз, поквитаюсь с ним сполна.

Я молчал. Взгляд мой был прикован к языкам пламени, танцующим в чаше алтаря.

– Ты всё ещё сомневаешься? – спросила она, почувствовав, как напряглись мои руки.

– Этот алтарь – память о прошлом. Не хочу его ломать.

– Оставь прошлое, прими настоящее и шагни смело в будущее. Разве не этого хотел твой наставник?

Она права. Сейчас не время для колебаний. Толкнув ногой, я опрокинул алтарь, который, рухнув на пол, разлетелся вдребезги. Чаша, ударившись, звякнула и покатилась по гранитным плитам. Пламя в ней погасло.

На земле, среди обломков алтаря лежала кама – короткая коса. Тёмное изогнутое лезвие необычно отливало алым цветом, а набалдашник, на конце рукояти, украшал круглый красный кристалл. Я наклонился и подобрал оружие.

Рельефная рукоять удобно легла в ладонь. Блик света пробежал по клинку. Мысли мои устремились в будущее, в котором я утолю жаду мести.

– Я нарекаю тебя Агихар[12]. Клянусь, Доу Шэ заплатит за смерть отца и смерть братьев.

Адари, отпустив мою руку, отступила на шаг. Я повернулся, желая заглянуть в её кроваво-красные глаза.

– Здесь начинается твой путь, герой Дериона. И здесь наши дороги разойдутся.

– Как? Разве ты не пойдёшь со мной?

– Нет. Я выполнила клятву, данную твоему отцу, и указала тебе на тропу истины, на которую тебе было суждено ступить.

– Но, ты ведь сказала, что будешь помогать.

– И я не отказываюсь от своих слов, но сопровождать тебя в течение всего пути я не смогу. В Райноре заподозрят неладное. С тобой будет кое-кто другой. Он сам тебя найдёт. До скорой встречи, мой герой.

Она растворилась в воздухе. Я тяжело вздохнул и тоскливо взглянул на новое оружие. Ну что, Райсэн, доволен? Твоя мечта сбылась, болван. Можешь себя поздравить!

Сейчас не время для самобичевания! Надо покинуть храм. Ибо скоро здесь от стражников будет не протолкнуться. Уверен, что пожар, учинённый мной, привлёк внимание блюстителей порядка и закона. Заткнув оружие за пояс, я двинулся к выходу.

Глава 3

Я шёл через город и думал лишь о том, чтобы скорее его покинуть. Второпях даже не озаботился запастись провизией, надеясь присоединиться к торговому каравану по пути в Зарас. Между Алхалласом и Дайрином – столицей соседнего королевства шла оживлённая торговля, так что возможностей прибыть в Зарас без препятствий много. Я миновал ворота «среднего города» и через жилой квартал стал пробираться к главным. Хоть внешне я и сохранял спокойствие, но каждый раз при виде патрулей королевской стражи – волновался. Я невиновен, но зная нрав наших солдат – действовать и только потом разбираться, старался не привлекать лишнего внимания.

Боюсь? Да. Это страх за людей, которых могу прикончить в приступе неуправляемой силы. Как в бою с Гайдиром. Жаль, старший брат. Я всего лишь хотел показать себя, а в итоге, из-за меня, пострадали все.

Жилой квартал позади. Осталось миновать торговый, потом главную площадь и ворота, а за ними ждут широкие дерионские степи и густые леса. Надеюсь, вернусь когда-нибудь, чтобы вновь полюбоваться белоснежным, сияющим в свете Хелата и Садата, пиком горы Кантар, у подножия которой и раскинулся Алхаллас. Вот только покончу с Лайданой. С другой стороны, зачем мне с ней сражаться? Только потому, что так сказала Адари? Да и с чего я взял, что смогу победить Лайдану?

– Эй, Райсэн! Ты куда так торопишься?

– Мидар?! – только его не хватало для радости! – Ты разве не отбыл в Геллор?

– Да вот собираюсь. Но хотел сперва попрощаться с тобой.

– Что ж, до свидания. Я пойду.

Я повернулся, чтобы продолжить путь, но он вцепился мне в плечо.

– И всё? Ни дружеских объятий, ни рукопожатий?

– Извини, Мидар. Я спешу.

– Постой, дружище. Ты какой-то возбуждённый, – произнёс он, улыбнувшись. – Уж не на встречу ли с той красоткой торопишься.

Да чтоб тебя! У него только одно на уме! Жаль, но каждый, кто рядом со мной, находится в опасности. Неожиданно, громом среди ясного неба, зазвенели колокола Алхалласа. Сигнал тревоги! Все выходы из столицы намертво перекроют! Тогда я застряну в городе, а стража узнает, что я – единственный выживший хранитель. И все подозрения падут на меня. Прости, дружище, но мне некогда! Я развернулся и толкнул его. Мидар, не удержав равновесия, упал.

– Извини, друг. Я действительно спешу.

Заметивший это стражник, подоспел на помощь послу Геллора. Не обращая ни на что внимания, я двинулся к главным воротам.

– Хранитель, приказываю остановиться! – раздался позади голос стражника. Я пропустил его слова мимо ушей и ускорил шаг.

– Эй! Ты что, глухой? Стоять!

Стражник настиг меня:

– Куда торопишься?!

Прежде чем он достал меч из ножен, я, резко развернувшись, ударил ногой, попав пяткой в челюсть противника. Уверен, что стражник не успел понять, что произошло. Его закрутило и отбросило в сторону.

Теперь внимание всех приковано ко мне. И я рванулся с места, как, учуявший добычу, венарат[13]. Перед собой видел только одну цель – огромные ворота. Как бы стража не хотела, а такую громадину закрыть не успеют прежде, чем я через них проскочу. Два патруля стремительно приближались ко мне с разных сторон, и я прибавил ходу, отрываясь от преследователей. Уйти смогу, но в степи за мной погонятся всадники. Хорошо, что Дэрион ни с одним из королевств не воюет, иначе дежурный конный отряд, обязательный в военное время, быстро бы пресёк мою попытку к бегству. Оставалось бы уповать на ваирагию.

Со стен по ступеням спустились дозорные и, встав в проёме ворот в ровную цепь, закрыли проход щитами и ощетинились копьями. Если ничего не предпринять, то меня просто окружат и скрутят. Рискну снова – выбора нет.

На бегу я вытянул руки в сторону живой стены и прокричал:

– Сэн!

Вспышка света ослепила дозорных, большинство копий посыпалось из их рук. Стражники, закрыв глаза руками, нарушили строй. Взвив над головами сбитых с толку людей, я преодолел препятствие и успел вовремя. Железная решетка опустилась, стоило мне проскочить ворота. Отлично! Ещё одна небольшая заминка. Пока поднимут её и кинутся в погоню, успею скрыться.

Миновав широкий, перекинутый через реку, каменный мост, я свернул с дороги и побежал в сторону леса. Там исчезнуть легче. Далековато, но в моём случае выбирать не приходится. Не успел отбежать от стен и на сотню шагов, как над головой просвистела стрела. Лучники! Про них совсем забыл! С высоких стен Алхалласа я для них, как на ладони. Подняв руку, на бегу создал над собой огненный щит и как раз вовремя, ибо на меня посыпался град стрел. Отбежав на безопасное расстояние, где стрелки уже не достанут, я развеял щит. Вскоре последуют всадники. Нельзя останавливаться. Даже если силы иссякнут.

На всякий случай я подпалил за собой степную, достигавшую до колен, траву, чтобы выиграть время. Пусть преследователи огибают или тушат пожар.

Ветер бил в лицо, а я всё бежал и бежал. Многие годы тренировок сделали своё дело: сила, скорость и выносливость – всё это помогло. Я пробежал половину пути и был уже достаточно далеко от города, но всё ещё не ощущал усталости. Главное успеть!

* * *

Райнор – когда-то мир тьмы, ныне же обитель хаоса. Спутник планеты-гиганта, разорванный на несколько крупных и множество мелких скал и обломков, висел в пустоте тьмы, окружённый густым слоем свинцовых туч. Только иногда среди них вспыхивали молнии, на мгновение озарявшие чёрную мглу.

На самой большой скале возвышался королевский замок дарканов, превосходивший размерами любую арданскую столицу. Он не блистал изяществом и красотой. Во всей его архитектуре было что-то отталкивающее и чуждое для любого человека, и даже для обычного, не поражённого хаосом, даркана. Кольцо стальных шипов окружало замок, словно тот стоял в раскрытой пасти чудовища. Устремлённые ввысь башни, будто пытались прорвать завесу чёрных туч, но только одной из них – королевской – это удалось. Жители Райнора, давно утратившие свою суть, обратились в дарканов хаоса и теперь служили владыке Гэргэрэту. Сам он никогда здесь не появлялся. Его твёрдая воля исполнялась через Лайдану – королеву дарканов.

Обширный тронный зал был полностью сделан из чёрного камня. На стенах выгравированные руны хаоса пульсировали тусклым красным светом; грубые угловатые пилястры, от пола до потолка прочертили собой стены. Зиявшие в них, арочные входы в зал, окаймлённые костяными шипами, расположились с обеих сторон от трона. Напротив него в дальней стене вытянулось большое, без ставней и стекол, стрельчатое окно, оформленное так же, как и входы в зал.

Королева дарканов, в изящных, не стеснявших движения, но крепких, выкованных из рашеса[14], доспехах, величественно восседала на троне, закинув ногу на ногу. Руки расслаблено лежали на каменных подлокотниках. Миловидное и довольное лицо Лайданы, было красиво даже по человеческим меркам. Пара небольших искривлённых рогов, торчащих на лбу и чёрные без белков глаза, свидетельствовали об её принаделжности к дарканской расе.

Справа от неё, закованный в тяжёлую броню, стоял воин со скимитаром[15] на поясе и круглым щитом за спиной. Фоен – самый приближённый подданный королевы и её первый клинок. В отличие от дарканов, живших в Райноре, Фоен был человеком, наделённый бессмертием за великие заслуги перед Гэргэрэтом. Человеческую суть воин давно потерял. Он был мёртв, но в то же время – жив: всё благодаря гэрниту[16], обитавшем в его теле.

Слева стояла Сианра – единственная сестра Лайданы – одна из приближённых королевы, имела почти все те же привилегии, что и первый клинок. Облачённая в такие же доспехи, что и королева, в руках она держала длинную, почти в два её роста, алебарду. Сианра никогда не пресмыкалась перед сестрой, но всегда, чётко и безукоризненно, выполняла её поручения. Она ненавидела Фоена за то, что тот был ближе к Лайдане, и также ненавидела Лайдану за то, что та была королевой. Зависть правила ею, и Сианра каждое мгновение ждала, что сестра ошибётся, показав слабость. Тогда Сианра стала бы королевой и без всяких помех расправилась бы с Фоеном. Впрочем, Лайдана прекрасно знала, что собой представляет её сестра и что ею движет, поэтому она, никогда не волновалась о сопернице.

Воздух в зале заполнился белым туманом, и перед королевой возник образ Адари Ша-Найрет. Она опустилась на колено и склонила голову.

– С какими новостями ты прибыла к нам, Адари? – с напускным безразличием, не поворачивая взгляда в сторону призрачной гостьи, спросила Лайдана.

– Всё идёт по плану, моя королева.

– Хорошо, – королева позволила себе улыбнуться. – Как я и задумала.

– Я поражена вашей проницательностью, госпожа.

– Не надо излишней лести! – вмешалась Сианра. – Тебя просили рассказать о новостях, так что делай то, что от тебя требуют!

Адари от злости прикусила губу, но спустя мгновение продолжила: – Он в бегах. Поступил глупо и опрометчиво. Никто не понял, почему вдруг хранитель в спешке покинул город, пока стража не обнаружила сожженные тела в храме хранителей.

– Нам нет до этого дела, – произнесла Сианра.

– Королева спрашивала о новостях. Я лишь выполняю её приказ, – удерживая внутри клокочущую злобу, сказала Адари.

– Хватит, Сианра, – мягко отрезала Лайдана, махнув рукой. – Меня интересует всё, что происходит в мире людей. Но Райсэн важнее.

«Как всегда, умело поставила на место сестру, и мне напомнила, кто я такая», – подумала Адари.

– Продолжай.

– Слушаюсь, моя королева. Я приставила Талгаса следить за ним.

Лайдана и Сианра переглянулись.

– Чистого? – спросила королева.

– Да, моя королева.

– Почему именно Талгас? Ты уверена, что он не подведёт?

– Рядом с Райсэном должен быть даркан с не поражённым хаосом разумом.

– Что ж, хорошо. Ты свободна, Адари. Продолжай всё строго по плану.

– Слушаюсь, моя королева.

Образ жрицы кадирров растворился в воздухе, затем рассеялся и туман.

– Не пойму, сестра, – заговорила Сианра. – Почему ты не обратишь эту полукровку?

– Всему своё время.

* * *

Щебет птиц и проникающие сквозь высокие раскидистые кроны лучи света разбудили меня. Я открыл глаза и вспомнил, что скрылся от всадников в лесу на дереве. Всю ночь проспал, прислонившись к грубому стволу, от чего спина ныла от боли. К счастью, я не ворочаюсь во сне, иначе обязательно бы сверзился на землю.

Хорошо, что собак не пустили по следу, иначе б так легко не отделался от преследователей. Просто дикое везение, так что не стоит испытывать удачу на прочность. Спустившись с приютившего меня на ночь дерева, по-быстрому размял мышцы, потянул, как довольный кот, до приятного хруста в позвонках спину.

Так. Дальше мешкать нельзя. Я достаточно отдалился от главного тракта, а значит – меня так легко не найдут. Чем дальше от города, тем лучше – меньше встречу патрулей. Сориентировавшись по светилам, взял путь в сторону королевства Зарас.

Забыв обо всём, что было вчера, просто шёл вперёд с надеждой на светлое будущее. Тревожные мысли иногда посещали меня, но я всячески их отгонял.

– Видать жизнь беглеца тебе не всласть, – пробасил сзади чей-то голос.

Я резко обернулся. Кинжал и коса оказались в руках почти одновременно, направленные в сторону возможного врага.

Предо мной стоял мужчина, облачённый в чёрные одежды, плащ и капюшон. Лица его, скрытого в тени, я, как ни пытался, не разглядел. Он был высок и широкоплеч. От него так и веяло силой!

– Кто ты? Следишь за мной? – с такими неожиданными гостями нельзя терять бдительности.

– На какой вопрос ответить сперва? – спросил незнакомец.

– Не важно. Просто ответь.

Он громко захохотал:

– Меня зовут Талгас Найрет. Да, я слежу за тобой по просьбе Адари.

– Значит ты тоже кадирр? – спросил я, опустив оружие.

– Кадирр? Парень, если я от Адари, то это не значит, что я кадирр.

– Тогда кто же?

Он стянул капюшон, обнажая лысую голову. На лице красовалась ехидная ухмылка. Но больше всего поразили его чёрные без белков и зрачков глаза:

– Видишь? У кадирров глаза красного цвета, а у меня – нет. Я даркан.

– Значит, ты враг! – прошипел я и перешёл в атаку.

Он легко увернулся от удара и прыжком взвил на толстый сук дерева.

– Хорошая попытка, парень, – хохотнул даркан. – До сих пор ты сражался с людьми. А вот с дарканами дел не имел.

– Ошибаешься! Я победил Доу Шэ.

– Призрака теней? Не смеши меня. Тебе всего лишь повезло. Этот дурак недооценил тебя, и думал, что легко с тобой справится.

– Я всадил ему кинжал в грудь!

– И что? Этого не достаточно, чтобы победить.

Талгас спрыгнул с дерева и мягко, как кошка, приземлился предо мной на корточки. Он что, ничего не боится? На таком расстоянии я ведь без труда всажу кинжал ему в бок.

– Хочешь побеждать дарканов? Я научу.

– Не нужна мне помощь врага! – огрызнулся я, но остался стоять не шелохнувшись. Не стоит недооценивать этого даркана. Вон что вытворяла Адари, внезапно исчезая и не получив урона от клинка.

– Да успокойся, наконец. Ведь сказал же, что я от Адари!

– Это всего лишь слова! Ты хочешь меня обмануть, завести в ловушку и убить.

– Болван! Чтобы убить тебя, не нужны никакие ловушки, – даркан на удивление был спокоен и уверен в себе.

– Да? Тогда докажи! – я ударил кинжалом, но, как и ожидалось, промахнулся. Талгас в длинном прыжке отскочил назад. Не собираясь отступать, я вновь ринулся в атаку.

Сейчас ты узришь мою силу. Слишком самонадеянно, Талгас. Ты даже не пытаешься увернуться.

– Вот ты и попался, – произнёс даркан.

Что?! Попался? Более ни о чём я подумать не успел.

Он атаковал кулаком, метя в острие кинжала. Удар Талгаса раскрошил клинок. Волна высвобождённой силы оттолкнула меня. Отлетев, я ударился спиной об ствол дерева и упал на землю.

– Ну что? Убедился? – произнёс даркан и захохотал. – Тебе ещё далеко до меня, парень.

Я, стиснув зубы и преодолевая саднящую боль в спине, поднялся на ноги.

– Я так легко не сдамся!

– Попробуешь ещё раз? Повторяю: я на твоей стороне.

Я протянул руки в сторону даркана, приготовившись использовать ваирагию.

– Хочешь победить меня с помощью ваирагии? Ну, попробуй.

– Да. Я покажу тебе, на что я способен! Сэн!

Луч света ударил в цель. Точнее, мне так показалось. Талгас, увернувшись от удара, исчез и оказался предо мной. Кулак даркана, обдав меня порывом ветра, замер на расстоянии ногтя от моего лица. По спине побежали мурашки. Нет, не от страха, а от благоговения. Как? Как можно так быстро двигаться?!

– Парень, я тебе не враг. Твои настоящие противники не станут с тобой играть, а просто убьют.

– Как такое возможно? – спросил я, придя в себя.

– Узнаешь на третьей ступени силы, когда познаешь вирадис тьмы. Ты пока что на первой.

– Вирадис?

– Тебе рано думать об этом.

Ну и сильный же противник мне повстречался!

– Ну, что скажешь, парень? – нависла надо мной гора мышц.

– А что сказать-то?

– Ты готов принять мою помощь?

– Похоже, действительно стоит её принять, – я попробовал напрячь ушибленную спину, но та ещё саднила, правда уже не так сильно.

Талгас усмехнулся:

– Главное, что не пожалеешь. Начнём прямо сейчас. Здесь есть отличное место для тренировки.

– Здесь?

– Да. Здесь. Тут в лесной глуши есть лагерь разбойников. Хорошее место, где собралась кучка глупцов. На них отыграешься.

Талгас двинулся вглубь леса, я же поспешил за ним. Следуя за этим здоровяком, невольно подумал, что перед такой скалой ничто не устоит. Он просто, не обращая ни на что внимания, шёл вперёд – густой лес не был для него преградой. Мешавшие деревья, он, словно таран, валил, толкая их руками.

– Не боишься, что из-за треска и грохота нас легко обнаружат? Ты прёшь, как медведь сквозь бурелом.

– Было бы кого бояться. Вы, людишки, за минувшее тысячелетие так ослабли, что даже не знаю смеяться или плакать. А ведь я видел, какими могущественными были люди – не слабее дарканов, и анаренов, – Талгас покачал головой.

Тысячелетие?! Видел?! Я что, действительно похож на простака, который, развесив уши, будет слушать любую чушь?

– И сколько же тебе лет?

– Мно-о-о-о-го. Люди тоже были долгожителями. Но всё это в прошлом. Для нас куда важнее настоящее и будущее, поэтому оставим эту тему. Ты, наверно, задаёшься вопросом, почему даркан тебе помогает?

– Да. С чего бы приспешнику Лайданы мне помогать?

– Ну, я не совсем приспешник, – ответил он и захохотал. Затем, указав пальцем на свою голову, добавил: – У меня чистый разум, не поражённый хаосом.

– Как же так произошло, что вашу королеву поразил хаос?

– Я был там, Райсэн, – произнёс он и повалил следующее дерево ударом кулака. Что его так разозлило? – Я был там, когда всё это произошло.

Я промолчал, позволив ему выговориться.

– Я видел, как королеву поглотил хаос, – даркан замер в напряжении, его пальцы, сжатые в кулаки, тряслись. – Она сражалась с пустотным пожирателем – самым сильным гэрнитом, которого я когда-либо видел. Он каким-то образом проник в наш мир сквозь защитный барьер. Лайдане пришлось с ним сразиться. Она билась изо всех сил и победила, заплатив за это высокую цену. Пожиратель, лишившись телесной оболочки, проник в разум Лайданы.

* * *

Райнор. Двадцатью шестью годами ранее.

Он упрямо шёл вперёд. Одинокий странник, оказавшийся в чужом для него мире, не останавливался и упорно продвигался к цели. Каждый новый шаг давался ему с трудом – тело устало, почти обессилило. Порой страннику казалось, что оно жаждет смерти – свободы от боли в груди, страдания, безысходности. Но он, тяжело дыша, шёл несмотря ни на что, движимый ненавистью, безмерной злобой и яростью из-за невосполнимой утраты. Он потерял ту, которую любил, по вине глупых и невежественных людей – тех самых, что боялись непонятного, необъяснимого. Он не смог её защитить и лишь бессильно взирал на то, как она умирает у него на руках. Любовь всей его жизни смотрит ему в глаза, ласково улыбается, но всё же умирает. И она ушла. Ушла навсегда в иной мир, оставив его одного, обезумевшего от тоски, среди серости, глупости и невежества. Пока она была рядом, мир казался радужно прекрасным.

Странник долго бродил среди людей, продвигаясь из одного королевства в другое. Он смотрел на мир безразличным взглядом, а внутри него поселилась пустота, которая с каждым днём пожирала его изнутри, медленно лишая его всего человеческого. Даже душа постепенно исчезала. Однако пустое не может оставаться пустым, и странник неизбежно наполнялся ненавистью и всепоглощающей яростью. Возможно, он, в конце концов, обрёл бы смерть на острие какого-либо копья, но он услышал голос: древний, сильный, наполненный той же яростью, что и сам странник. Голос, который обещал вожделенную месть. Не просто тем, кто убил ту единственную и неповторимую, ради которой он жил, а всему миру людей. Всего-то следовало отдать себя во власть хаоса по своей воле. И странник отдал – всего без остатка.

И теперь он шёл к цели – к дворцу королевы дарканов. Он ещё далеко, но разве это имеет значение? Важна только месть, и дарканы станут инструменатми для её выполнения.

Над головой сияла россыпь ярких жемчужин звёзд. А он не смотрел на них – они уже давно не волновали его. Странник брёл по бескрайней степи, заросшей высокой, по пояс тёмной травой. Сильный ветер развевал его дорожный, уже потрёпанный дырявый плащ. За ним в воздухе над степью стелился чёрный дымный шлейф. Со стороны казалось, что это шторм каждое мгновение отрывает от тёмной фигуры кусочки, и, как пыль, подхватывает и уносит прочь. Вроде ещё миг, и упрямо идущий странник сам развалится на части и развеется по ветру. Но этого не происходило.

В левой руке он держал круглый щит, в правой – крепко сжимал рукоять надёжного скимитара, на клинке которого запеклась чёрная кровь. Чужая кровь. Он уже успел на своём пути убить нескольких дарканов, самонадеянно посчитавших, что те смогут с ним справиться. Наивные глупцы! Что дарканы могут противопоставить силе хаоса? Жалкую ваирагию тьмы? Вот и поплатились за недальновидность. И их королеву ждёт та же участь!

Странник неожиданно остановился. А вот и она. Сама явилась.

Перед ним, закованная в прочные, но не стеснявшие движения, доспехи, стояла Лайдана – королева дарканов. Она неотрывно немигающим взглядом чёрных без белков и зрачков глаз смотрела на врага, посмевшего нарушить границы её мира.

– Надо же, – спокойно изрекла она, протягивая вперёд руку, в которой из облака тьмы соткался изящный двуручный меч. – Прихвостень владыки хаоса в моих владениях. Недолго тебе осталось жить.

– Это мы ещё посмотрим! – прохрипел странник и вдруг с неожиданной быстротой ринулся в атаку.

* * *

– И что потом? – спросил я.

– Я успел предупредить только кадирров, – Талгас расслабился и зашагал дальше. – Мы покинули Райнор, прежде чем в нём воцарился хаос. Лайдану погубила её гордость. Дело в том, что хаос не может проникнуть в разум даркана, если он принимает истинное дарканское обличье. А наша королева была слишком горда, чтобы принять его.

Я засмеялся.

– Что смешного я сказал?! – прорычал даркан.

– Значит, она так сильна? Не представляю, что произойдёт, если она примет дарканское обличье. Смешно то, что, зная всё это, ты и Адари ждёте помощи от никчёмного человека, который даже и обычного даркана-то завалить не может. На что вы надеетесь, Талгас? Как я справлюсь с королевой дарканов?

– Справишься, – ответил он, повалив очередное дерево.

– С чего такая слепая уверенность? – моему недоумению не было предела.

– Ты не спрашивал себя, почему ты владеешь силой света, тьмы и огня?

– Нет. Считаю это даром.

– Ты родился, чтобы уравновесить свет, тьму, хаос и стихию.

– Спасибо, что возложил на меня ещё одну непосильную ношу.

Откуда Адари и Талгасу известно, для чего я родился? А моего мнения насчёт моего предназначения никто спросить не хочет? Может, я сам хочу его выбрать? Они так уверенно это говорят, что впору самому поверить.

– Шуточки тут не уместны, парень. Не ты выбрал судьбу. Она выбрала тебя и здесь ничего не поделаешь. Хочешь ты того или нет, но ты примешь её. И этого не изменить.

– Что-то от этого не легче. А если моя судьба – смерть?

– Ты ж не собираешься жить вечно, – проговорил даркан и захохотал. – Не волнуйся, парень. Пока я с тобой, тебе ничего не грозит.

Судьба. Покойный магистр часто говорил о ней. Но я не задумывался об этом всерьёз до сих пор. Даркан и кадирр помогают мне, чтобы я победил их королеву – ту, которую до сих пор никто не побеждал. Ну и в передряге я оказался! Двадцать шесть лет, прожитых в Алхалласе, прошли слишком спокойно и однообразно. А тут меня словно взяли, раздели и бросили в ледяной омут! Вылез из воды мокрый и продрогший. Глазом не успел моргнуть, а меня уже нарекли спасителем Ардана – на потеху королеве дарканов.

– Ну, вот мы и пришли, – произнёс Талгас и остановился.

Не знал, что недалеко от столицы поселились разбойники. Совсем обнаглели!

На небольшой, покрытой торчащими из травы пеньками поляне, на возвышении стояли три палатки, ограждённые невысоким частоколом, из-за которого выглядывали две дозорные вышки. На них заметил лучников – по одному на каждой. У костра, над которым жарилась туша оленя, расположилось ещё шестеро человек.

Живот заурчал от защекотавшего ноздри запаха жареного мяса.

Талгас усмехнулся:

– Голоден? Вот тебе ещё одна причина, чтобы устроить этим разбойникам смертельное представление. Убьёшь их, сделаешь полезное дело для королевства, заодно и поесть сможешь. Что вдвойне приятно, так не считаешь?

– Убить их? Это и есть тренировка?

Талгас кивнул.

– Это будет слишком просто. Немного хлопот доставят лучники, но и с этим разберусь.

– Только есть небольшое условие, – проговорил даркан. – Лучников убьёшь с помощью ваирагии тьмы. Сидящих у костра – силой света.

– Никакого ближнего боя?

– Именно. Учись высвобождать силу. В бою против дарканов это незаменимое оружие. И вот ещё. Попробуй совместить ваирагию огня с ваирагией тьмы, – произнёс Талгас, усмехнувшись. – Разберись с ними, потом я расскажу тебе ещё одну плохую новость.

– Ты не перестаёшь меня радовать, – сказал я, натягивая на лицо маску, чтобы скрыть татуировку и, выйдя из укрытия, зашагал к лагерю разбойников.

Первыми меня заметили лучники. Их предупредительный окрик всполошил остальных. Бандиты, схватив оружие, побежали мне на встречу. Лучники не выстрелили. Ну да, каких неприятностей ждать от одного человека? Но, тем не менее, луки не опустили, держат на прицеле. Бдительные ребята.

Остановившись в нескольких шагах от меня, бандиты злобно оскалились, как свора голодных псов. Один из них – видимо вожак – наперевес с двуручным топором вышел вперёд:

– Кто ты? Зачем пожаловал? Тебя кто-то прислал?

– На какой вопрос ответить сперва? – повторил я слова Талгаса.

– Тебе следует уйти отсюда, – произнёс другой с парой кинжалов в руках.

– Не люблю бандитов, – спокойно проговорил я. – Так что придётся вас убить.

Они удивлённо переглянулись, потом расхохотались:

– Убить? Ну, насмешил! Что ты сможешь в одиночку?

Одной рукой я стянул с лица маску, другую – протянул в сторону лучников и произнёс:

– Рай!

В тот же миг дозорные вышки объяли чёрные облака. Послышались дикие вопли бандитов. Ослеплённые тьмой, они упали с помостов. Надеюсь, насмерть. Оставшиеся предо мной разбойники ужаснулись увиденным, но быстро пришли в себя:

– Мать перемать! Это хранитель! – взвизгнул один из них.

– Убить его! – скомандовал вожак.

Отскочив назад, я вытянул руку в их сторону и создал огненный шар. Что ж, Талгас, посмотрим, получится ли:

– РАЙ!

Пламя в моей руке окрасилось в чёрный цвет. Не мешкая, метнул его в бандитов. Раздался взрыв. Вожака разнесло на части, а на остальных перекинулись языки тёмного огня. Бандиты вопили, катались по земле, тщетно пытаясь погасить пламя, которое беспощадно пожирало их тела.

Талгас, наблюдавший за этим, наконец, вышел из укрытия.

– Вот болван, – произнёс он, подойдя ко мне. – Я же сказал тебе, чтобы ты прикончил остальных светом.

– Прости, что разочаровал, – огрызнулся я.

– Но следует отдать тебе должное, – смилостивился он. – Не думал, что ты так быстро научишься объединять силу тьмы и стихии. Не плохо, парень. Теперь ты повелитель чёрного пламени.

– И что теперь? Предлагаешь гордиться этим?

Даркан пожал плечами, мол, мне решать.

– Ладно, пойдем, поедим. Заслужил, – произнёс он и захохотал.

Везёт мне на шутников. Он ещё хуже, чем Мидар!

Глава 4

Насытившись олениной, мы запаслись её остатками и собрались в путь. Талгасу и в голову не пришло обыскать лагерь разбойников. Наверно посчитал, что здесь ничего стоящего нет, но я поступил иначе. Нашёл немного серебряных монет. Пригодятся. Действительно важной находкой стал кинжал – прекрасная замена старому оружию, уничтоженному Талгасом.

– Ну что, парень? Ты готов? – спросил даркан, когда я закончил с обыском.

– Да.

– Отлично. Тогда идём. Этот лес мне порядком надоел.

Мы двинулись вдоль торгового тракта. Если повезёт, то доберёмся до границы без происшествий. Золотые и голубые лучи света пробивались сквозь кроны высоких деревьев, отчего казалось, что листья сияют и переливаются цветами радуги, словно драгоценные камни. Их мягкий шелест будто хотел успокоить напряжённого путника, поневоле попавшего в лес. Маленькие пичужки, порхающие с ветки на ветку, наполняли округу разнозвучной трелью. Под ногами в густой траве юркой стрелой прошмыгнула ящерка. Если бы не свалившийся на голову даркан с его разговорами о судьбе спасителя мира, я бы с удовольствием устроился под каким-нибудь деревом и занялся бы медитацией.

– Пока мы ели, я не хотел тебя прерывать, – произнёс я. – Что за новость ты хотел сообщить?

– Не знаю, с чего начать, – ответил даркан и пожал плечами. – Тебе она не понравится.

– Просто скажи, как есть.

– Адари, – наконец произнёс Талгас после долгой паузы.

– Что-то с ней случилось?

– Нет. Не совсем.

– Талгас, в чём проблема?

– Проблема в том, что ты ей слишком доверяешь, парень. Она заодно с Лайданой и приведёт тебя в ловушку.

– Так, подожди. Почему я должен верить тебе, а не ей? Может, это ты ведёшь меня в ловушку?

Я остановился. Талгас повернулся и посмотрел мне в глаза.

– Парень, мы с тобой это уже прошли. Убить тебя, пока ты слаб, не составит труда.

– Тогда чего ты ждёшь? Давай, сделай это, – поддавшись гневу, я стиснул кулаки.

– Мне это ни к чему.

– Что-то я тебя не понимаю.

– Её разум чист, – произнёс он, спустя некоторое время. – Она ведёт тебя в руки смерти не по своей воле. Её брат – Галфал – в плену у Лайданы. Она вынуждена исполнять все поручения королевы, иначе Галфала убьют.

Чем дальше, тем запутаннее. Поверить Талгасу на слово? Но почему? Жизнь дарканов закрыта для меня пологом тайны.

– Талгас, почему ты мне это рассказал? Почему тебя так заботит Адари?

– Видишь ли, у нас с ней был общий предок. Поэтому её судьба мне не безразлична, – Талгас развернулся и зашагал дальше: – Ты идёшь или по-прежнему не доверяешь?

От безнадёжности я последовал за дарканом. Иначе нельзя. Если меня хотят убить дарканы, то необходимо стать сильнее. И сейчас нет никого другого, кроме Талгаса, кто смог бы мне помочь.

– Подумай, парень. Я научу тебя убивать мне подобных, – произнёс он и расхохотался. – Я дам тебе оружие против себя.

Шли в молчании довольно долго. Хоть Талгас любитель шуток, но, видимо, и ему хочется иногда побыть в тишине. Я мысленно пожал плечами. Захочет, сам заговорит.

И всё же когда он примется за моё обучение? Вломить бандитам – сомнительная тренировка. В храме наставники были куда изобретательнее.

К вечеру лес поредел. Деревья, окрашенные в нежные цвета заката, прощались с заходящими за горизонт светилами. А тем временем, мы вышли на главный тракт. Преследователей нигде видно не было. Что ж, пока что удача на моей стороне.

Талгас тяжело дышал. Устал после такого перехода? Да и вообще, устают ли дарканы?

– Ладно, парень, – наконец прервал он молчание. – Я тебя оставлю до завтра. Мне пора.

– Уходишь? Мне идти одному?

– Боишься? – проговорил он и ехидно ухмыльнулся.

– Нет! Просто не люблю одиночество.

– Привыкай.

Даркан неожиданно растворился в воздухе, оставив меня наедине с мыслями, которые то и дело лезли в голову. Разные всякие мысли. В основном о моём будущем.

– Что ж, удачи, Талгас, – произнёс я в пустоту и зашагал дальше.

Дорога, мощённая речным камнем, тянулась вдаль. Редкий лес, словно полотно с прорехами, возвышался над ней по обе стороны. В небе замерцали первые звёзды, среди которых Диленис – путеводная звезда и Минир – блуждающая звезда – светили ярче всех.

Кого же я встречу первым: военный патруль, разбойников, подстерегающих в засаде, или торговцев? Хочется встретить третьих. Это избавит от проблем с первыми, ну а со вторыми я разберусь. Вспомнив происшествие в лесу, объединение силы тьмы и огня, мне стало не по себе. Не представляю, чтобы произошло, если б перестарался.

Впереди на деревьях заиграли отблески невидимого с дороги костра. Хоть и разжечь огонь не трудно, я поспешил на свет, надеясь, что встречу там кого-нибудь, с кем, может быть, скоротаю ночь, пока Талгас находится неизвестно где.

Я приблизился, но не успел и слова сказать, как оказался на прицеле нескольких зорких глаз дерионских пограничников. Бравые ребята. Селятся на окраинах королевства, носят лёгкие одежды из кожи, мастерски владеют мечами, кинжалами, а самое главное – самые меткие лучники Дэриона. Они, словно тени, бесшумно передвигаются в лесах, за что разбойники их недолюбливают.

Пограничников у костра было четверо. Позади меня из засады выскользнули ещё двое. Надеюсь, им ничего не известно про сбежавшего из столицы хранителя.

– Кто такой? – спросил один из пограничников. Его лицо закрывали маска и капюшон.

– Гетран из Вордина. Хранитель.

– Выйди на свет и покажи татуировку.

Не медля, я сделал, как велели. Символ стихии огня тёмным узором красовался на моей левой щеке. Они успокоились и опустили луки, но бдительности не потеряли. Видимо, им всё же известно про беглеца.

– Мне бы ночь провести, – сказал я. – Я вас не побеспокою и утром покину.

– Что ж, устраивайся, – произнёс тот же в капюшоне. Видимо, старший в отряде.

Я расположился подальше от огня, надеясь остаться в тени. Из неё легче наблюдать, да и внимания меньше привлекаешь. Сидел и молчал, скрестив ноги, в то время как они разговаривали. Беседа оказалась непримечательной, и я, отстранившись от всего внешнего, закрыл глаза и погрузился в медитацию.

* * *

Я стоял в середине сияющего круга. Слева за его границами росло незнакомое дерево. Справа ветер кружил листья в быстром танце. Впереди журчал небольшой водопад. Сзади же, весело потрескивал костёр. Это не то место, куда я пришёл вечером. Или я опять вижу сон?

– Райсэн, – нежно позвал женский голос. Он шёл отовсюду и был нигде. Я посмотрел по сторонам, но никого не увидел.

– Кто здесь?

– С тобой говорит повелительница стихий.

«Риданис?» – пронеслось в голове. Теперь понятно, что это за круг. Встав на одно колено, я произнёс:

– Готов служить вам, госпожа Риданис.

– Похвально, – произнёс голос, в котором прозвучали нотки довольства. – Быстро схватываешь и учишься.

– Я удостоился чести говорить с вами. Но почему?

– Люди, когда же вы научитесь слушать, а не задавать вопросы? – вздохнула повелительница стихий.

– Не поймите меня не правильно, госпожа, – я аккуратно подбирал слова. – Всего лишь интересно, почему вы избрали меня?

– Разве это важно? – вновь вздохнув, произнесла она.

– Ну, хорошо, – я мысленно пожал плечами. – Если это не важно, тогда что важно для вас?

– Для меня? – в её голосе прозвучала смешинка. – Это тоже не важно, Райсэн. Ты же не решишь мои проблемы вместо меня.

– А, по-вашему, чем я тогда занимаюсь? Разве защитить Ардан – это не проблема?

– Это не проблема, а твоя ответственность, – произнесла Риданис, в голосе которой теперь ощущалась строгость. – Я поддерживаю равновесие в Ардане, ты же его защищаешь.

– Я не просил возлагать на меня эту ответственность, – прошептал я. – Меня кто-нибудь об этом спросил?

– Да, ты не просил, – голос прозвучал слева, потом сзади и справа. – Ты родился с этой ответственностью. Ты не хочешь этого, но подумай: ты бы смог захотеть, если ещё не был рожден? Иначе тебе придётся признаться самому себе, что ты существовал задолго до своего рождения, – голос по-доброму хихикнул. – Ни у кого из родившихся не спрашивают, чего они хотят и хотят ли рождаться вообще, ибо спрашивать не у кого. Даже у нас, Великих Начал, появившихся в этой вселенной, не спросили, хотели ли мы этого. У каждого из нас свой путь. Твой – путь защитника. Ты не желаешь этого и вправе отказаться. У тебя, как и у всех жителей Ардана, есть право выбора. Но подумай, дитя, кто тогда пройдёт за тебя твой путь?

– Никто, – ответил я, подведя себя к неизбежности: вот я стою на краю пропасти, делаю шаг и падаю. Либо выживу, либо разобьюсь.

– Как бы там ни было, ты ведь уже всё решил перед разбитым алтарём хранителей.

– Вы хотите меня подбодрить, так? – спросил я неуверенно.

– Это одна из моих целей, – произнесла она и засмеялась. – Не всё так плохо, как тебе кажется, Райсэн. Что ты обретёшь, сделав одно, и что ты потеряешь, сделав другое? Ты ведь не знаешь. А я знаю. И желаю тебе только добра.

– Так что же меня ждёт?

– Друзья, любовь, родители, месть, разочарование, радость победы, ярость, власть и в конце пути – смерть.

– Да уж, зла вы мне точно не желаете.

– Рада, что вселила в тебя надежду на светлое будущее, – Риданис довольно хихикнула.

Я улыбнулся. Чувством юмора госпожа не обделена.

– Так, всё же меня ждёт смерть.

– Она ждёт каждого из вас. Кого-то она заберёт раньше, кого-то – позже. Но, если ты хочешь, я расскажу. Не хочу заставлять тебя. Надо, чтобы ты сам захотел.

– Захотел умереть?

– Бескорыстные поступки во имя добра всегда вознаграждаются, Райсэн. Я хочу, чтобы ты знал. Убьёшь главного врага, и смерть настигнет тебя. Пока жив твой враг, будешь жить и ты.

– Королева Лайдана? – спросил я.

– Нет, Райсэн. Великий хаос – лорд Гэргэрэт. Он твой главный враг.

Это какое-то издевательство! Сначала королеву дарканов, а теперь и повелителя хаоса сделали моей целью. А второй несравнимо могущественнее первой. Божество всё-таки! И как прикажете с этим разбираться? Вон, видишь ту горную покрытую снегом веришину, Райсэн? Нужно на неё взобраться, но без всякого снаряжения. Мы верим, что ты туда вскарабкаешься, но как только это сделаешь – умрёшь! Ну и зачем мне это надо?!

– Я думал, что надо защитить Ардан от дарканской армии. В действительности же – победить Хаос? Победив его, погибну. Но почему? Зачем мне жертвовать собой?

– Чтобы другие люди могли жить дальше.

– В Ардане слишком много мерзавцев и негодяев, которых я бы сам с радостью отправил на тот свет. Но погибать ради них? Нет, не хочу.

– Помня о мерзавцах, не забывай и о тех, кого бы ты искренне отблагодарил – хотя бы за то, что эти люди появились в твоей жизни. Хочешь, расскажу об истинной природе Хаоса.

– А что это изменит?

– Твоё отношение к людям. Да, в Ардане есть много тех, кто ведёт недостойную и грязную жизнь, но в этом виноваты не только люди, но и Гэргэрэт.

– Они сами это выбрали. Разве не вы, госпожа говорили, что у нас есть свобода выбора?

– Не отрицаю. Каждый сам выбирает, как поступать, что делать. Довериться стихии, которая даёт силы и вдохновение или пойти на поводу хаоса, поддавшись ярости и ненависти.

Наступило короткое молчание.

– Что ж, слушай, Райсэн, да внимательно, – наконец произнесла она. – Ибо всё, что сейчас ты услышишь – важно. Когда-то этот уголок вселенной был безжизнен. Мы – Великие Начала: Свет, Тьма, Стихия и Хаос – решили заполнить пустоту, сделать её красочной и разнообразной. В создании миров участвовали все Великие Начала. Никто из нас по отдельности не создал бы ничего завершённого. Первым появился Эвеонер. Сэнасер наполнил его светом и поселил в нём анаренов. Мы все были рады. Потом появился Райнор – мир Тьмы. Райшенис создала своих любимых дарканов. Мы вновь радовались. Настал мой черёд, и мы создали Ардан, в котором появились вы – люди. Он, отличаясь безграничным разнообразием, оказался самым красивым в тройке миров. Как ты думаешь, почему?

– Не знаю, – я пожал плечами.

– Всё благодаря Великому Хаосу: в мирах, созданных нами, нет строгого порядка, но весь этот беспорядок существует в равновесии. Ты никогда не увидишь двух одинаковых закатов или рассветов, никогда не услышишь двух одинаковых раскатов грома, никогда не найдёшь одинаковых деревьев, падение тысячи листьев осенью в красоте беспорядочного хаоса. Да посмотри на людей – вы все разные.

– Благодаря Хаосу? Тогда почему он пошёл против вас?

– Он создал свой мир – Хроннот. Создал сам, без нашего участия.

– Почему?

– Возгордился. Разнообразие наших миров было создано им, поэтому он решил, что сможет обойтись без нас. Хроннот оказался уродлив, тогда Гэргэрэтом овладела зависть, ярость и жестокость, – в её звонком голосе прозвучали тоскливые нотки. – Он вознамерился разрушить наши миры.

Немного помолчав, она продолжила:

– Свет Эвеонера ослепил его, а тьма Райнора оказалась непроницаемой для него. Они были защищены, но Ардан – нет. Он проник в мой мир, пытался разрушить его. С помощью Райшенис и Сэнасера я остановила Лорда Хаоса. Он не затронул хрупкость гармонии Ардана, его красота не пострадала. Но запятнать и исказить суть дорогих мне созданий – людей – он смог. Из-за него вы прониклись низкими чувствами: жадностью, лицемерием, подлостью, завистью, стремлением к разрушению. Благо, огонь в ваших душах не погас и всё ещё сопротивляется ярости Гэргэрэта.

– Если раньше он не мог проникнуть в Райнор, как это удалось после?

– С помощью человека. С помощью моего творения, – грустно усмехнулась она. Если бы я увидел её глаза, то узнал бы, плачет она или нет. – В Райноре уже давно живёт человек, чьё имя Фоен. Все дарканы считают его подкаблучником Лайданы, в действительности же он ею управляет.

– Как такое возможно? – удивился я. – Он же всего лишь человек!

– Человек, чей разум полностью поражен хаосом. Он пошёл на поводу у Гэргэрэта и позволил Лорду Хаоса через его тело провести в Райнор пустотного пожирателя – самого сильного гэрнита Хроннота. Лайдане ничего другого не оставалось, как сразится с ним. Она победила, но оказалась слишком ослабленной, тогда Гэргэрэт овладел её разумом.

* * *

Райнор. Двадцатью шестью годами ранее.

Клинки с воем разрезали воздух, сталкиваясь, высекали искры и оглушали округу громоподобным звоном. Странник, хоть и был человеком, с лёгкостью отражал удары Лайданы, блокируя их щитом, и постоянно пытался контратаковать. Но всё это не беспокоило и лишь забавляло королеву дарканов. В ней горела страсть битвы. Она упивалась ею и с каждым ударом радовалась всё больше. Когда-то давно, возглавив вместе с сёстрами, армию дарканов, отправленную на защиту мира людей, она в пылу сражения впервые ощутила упоительный вкус напряжённой борьбы. И, хотя с тех пор минуло тысячелетие, и чувство восторга притупилось, пробужденная однажды страсть никуда не девалась. В Райноре, она по праву носила титул сильнейшей воительницы. Не находилось бойца, способного одолеть её в поединке. Разве что сёстры были близки по силе, но даже они уступали королеве.

И вот она, наконец, встретила достойного соперника. Пусть и прихвостня Лорда Хаоса, но всё же… Поначалу её охватило изумление. Она готовилась одним ударом отправить нарушителя границ Райнора в объятья смерти. Но не тут-то было.

Странник держался изо всех сил. Его подпитывал Гэргэрэт, и только благодаря этому он был на равных с ней. Предыдущие дарканы оказались, не в пример Лайдане, слабаками. Всё, что ему требовалось – это победа. Только тогда он мог надеяться, что его месть свершится. Он, приняв на блок удары дарканшы, с криком бросался в атаку, а та, смеясь, уклонялась от удара, чтобы в очередной раз опустить клинок двуручного меча на его щит.

– Насколько тебя хватит, прихвостень Хаоса? – смеясь, спросила Лайдана. Клинок её двуручника, соскользнув с поверхности умбона[17], высек искры. – Я в своём мире, меня поддерживает тьма!

– Не храбрись, королева дарканов! – странник оттолкнул её щитом и ринулся в контратаку. – Победа всё равно будет за мной!

Веселье весельем, но пора было с этим заканчивать. Жаль, конечно, но целостность и защита Райнора важнее сражений. Лайдана грустно улыбнулась и, перейдя в вирадис[18], ускорилась.

Страннику и ранее приходилось сдерживать настиск дарканов. Выстоит – не впервой. Лайдана исчезла из поля зрения и в следующий миг оказалась перед ним с занесённым для удара мечом. Верный щит привычно закрыл хозяина. Оглушительно громыхнул тяжело опустившийся на металл чёрный клинок. Королевский двуручник расколол надоедливый щит, отсёк руку, впился в плечо врага и разрубил его от шеи до середины груди.

– Вот и всё, – с грустной усмешкой произнесла королева дарканов, выдернув меч из тела, рухнувшего на колени, противника.

Брызнула во все стороны чёрная кровь. Глаза странника расширились, голова бессильно откинулась назад, а потухший взгляд устремился к мерцающим во тьме звёздам.

«Я не могу проиграть!» – пронеслась запоздалая мысль: «Повелитель, дай мне силы!»

Лайдана отвернулась от поверженного врага, махнула мечом, стряхивая с него капли вязкой крови, и двинулась в обратный путь. Но не пройдя и десяти шагов, замерла, прислушавшись к хлюпающим и хрипящим звукам за спиной. Её лицо вновь озарила радостная улыбка. Ещё не всё! Бой не завершён!

Оглянувшись, Лайдана едва отскочила в сторону. Как раз вовремя, чтобы увернуться от хлестнувшего, в опасной близости от лица, чёрного щупальца, усеянного множеством кривых коготков.

– Собачка хаоса показала зубки? – злобно усмехнувшись, спросила королева дарканов.

Странник стоял, пошатываясь. Рана больше не кровоточила, но из неё наружу торчали три щупальца, которые, извиваясь, как бичи, с громкими хлопками хлыстали по земле.

Лайдана, не дожидаясь атаки со стороны врага, ринулась со всей возможной в вирадисе быстротой. Стремительным, незаметным глазу, вихрем она пронеслась мимо твари. Чёрный клинок прочертил дугу, и срубленные у основания щупальца, рассыпавшись в прах, развеялись на ветру. Королева дарканов на этом не остановилась. Ещё три удара, и враг не досчитался ещё одной руки, обеих ног и головы.

Лайдана, замерев в отдалении, разглядывала расчленённое тело и тяжело дышала. Давненько ей не приходилось так выкладываться. Отрубленные части тела зашевелились, обрасли щупальцами и впились в торс. Твари потребовалось совсем немного времени, чтобы восстановить тело странника.

– Да ты, я погляжу, упрямец, – недовольно произнесла Лайдана.

Сколько бы раз дарканша не расчленяла врага, он постоянно восстанавливался. И всё время пытался дотянуться до неё. На десятый раз, когда удерживать тело и сознание в вирадисе, стало сложно, противник, бессильно царапнув когтями щупальца по чёрным пластинам доспеха, почти достал Лайдану, отчего ей пришлось отскочить на безопасное расстояние.

Тварь уставилась на королеву дарканов белёсыми глазами. Неожиданно пространство между ними полыхнуло и взорвалось. Лайдану, успевшую поставить барьер тьмы, огонь и ударная волна обогнули с обеих сторон.

– Шутки кончились? – дарканша недобро усмехнулась. – Что ж, будь по-твоему.

Лайдана закрыла глаза. В тот же миг тьма вокруг противника сгустилась и, став вязкой, облепила его со всех сторон. Тварь пыталась вырваться, но, отрезанная от силы пространства, не могла ничего сделать. Лайдана открыла глаза и использовала ритаен[19].

Сверкнула яркая вспышка, и всю округу ощутимо тряхнуло. Казалось, что взорвалась тьма, что сама бездна распахнула клыкастую пасть, собираясь проглотить наглеца, посмевшего взглянуть в её глаза.

Через несколько мгновений бушевавшая вокруг буря тьмы успокоилась, оставив после себя в земле гигантский кратер.

– Перестаралась, – в наступившей оглушительной и вязкой тишине, усмешка королевы дарканов прозвучала чуждо.

Она улыбалась. Бессильно сидела на земле, подогнув под себя ноги и тяжело дыша, но улыбалась. Даже в сражении за Ардан против орд Хаоса она не использовала ритаен. Ну да. Ведь рядом были верные сёстры – Сианра и Нирай, всегда приходившие на выручку в опасные мгновения.

В этот раз пришлось сражаться одной. Но её это ничуть не тревожило. Схватка, в которой она выложилась почти на полную, скрасила однообразные, протекавшие всегда одинаково, дни.

Королева дарканов, расслабленная и обессиленная, не замечала, как к ней невидимо подкрадывается нечто бесформенное и жуткое. Скоро судьба Райнора должна была измениться. Будь у Лайданы хоть немного сил, восстановление которых после ритаена требовало времени, тогда история мира тьмы сложилась бы иначе. Но времени дарканше не дали.

Бесформенное нечто прыгнуло, выпуская невидимые цепкие щупальца, и в следующий миг округу оглушил душераздирающий визг обезумевшей королевы дарканов.

* * *

– Значит, всё зло исходит от лорда Хаоса, – подытожил я. – Но как он связан со мной? Почему сразив его, я тоже погибну?

– Твоё сердце, Райсэн, – с нежностью произнесла Риданис. – В нём бушует ярость Гэргэрэта. Просто ты, каким-то чудесным образом не давал ей выплеснуться. Она может дать огромную силу, но стоит оступиться, потеряться, и она поглотит тебя, превратив в бездушного гэрнита. Так что хорошо подумай, прежде чем воспользуешься ею. Со смертью Гэргэрэта, частичка твоего сердца умрёт, а вместе с ней и ты. Как ты поступишь, решать тебе. Я не стану навязывать тебе мои желания.

– Но как тогда решить? – спросил я в смятении.

– Пройди свой путь. Познай, что для тебя дорого. Обрети смысл жизни, который ищешь. И только после этого поймёшь, стоит ли жертвовать собой ради всех.

В любом случае я должен пройти через это. Так или иначе. Стать героем или обратиться во зло, способное разрушить всё. И если хочу успокоить душу, сердце и разум, то ничего другого не остаётся.

– Как тогда ярость Гэргэрэта проникла в моё сердце?

– Узнаешь, когда встретишь родителей.

– Когда же это произойдёт?! Я устал ждать!

– Всему своё время. Станешь ли ты спасением или гибелью Ардана? Зависит от тебя. Но я верю, что ты выберешь первое, когда осознаешь, ради кого и чего живёшь, – её голос стих.

– Постойте, госпожа Риданис!

– Прощай.

* * *

Я проснулся. Небо светлело над верхушками деревьев. Дотлевали, укрытые золой, угли костра и, растворяясь в холодном влажном воздухе, тянулась вверх полупрозрачная струйка дыма. За огнём уже никто не следил, с дороги ощутимо тянуло сыростью и утренней прохладой. Тишь да покой. Только падающие с ветвей деревьев крупные капли, скользили по листьям невысокого кустарника, пропадая в густой посвежевшей за ночь траве.

– Был дождь? – я удивился, так как одежда на мне осталась сухой.

– Ты наконец-то проснулся, – произнёс старший отряда пограничников. – Да, полил, откуда ни возьмись. Только странный он был. Залил всё вокруг, а нас обошёл стороной.

Действительно. Вокруг костра на несколько шагов земля осталась сухой. Госпожа Риданис, вы всё же пролили слёзы. Жаль, что разговор со мной принёс вам столько печали и грусти.

– Гетран, мы уходим. Нам надо продолжить патрулирование и поиски хранителя, нарушившего закон.

– Разве это не делает меня подозреваемым?

– Думаю, это не ты. Тот, кого мы ищем, сошёл с ума – сжёг своих братьев в Алхалласе. А ты совсем не похож на безумного.

– Рад это слышать.

– Что ж, будь здоров, – произнёс он и последовал за отрядом в гущу деревьев.

– Ну как провёл вечер? – послышался позади голос Талгаса, как только отряд полностью скрылся в чаще леса.

– Не плохо, – ответил я и, вздохнув, продолжил. – Не считая того, что поговорил с божеством нашего мира и узнал, что умру, дабы другие жили. Да. Не плохо.

– Судьба достойная героя, – проговорил Талгас и вновь расхохотался. – Что ж, пойдём. Поможем тебе красиво погибнуть в конце пути.

Талгас хлопнул меня по плечу, от чего я пошатнулся, но удержал равновесие.

– Только не вешай нос, – произнёс Талгас. В этот раз его голос прозвучал серьёзно, без издёвок. – Не каждый удостаивается чести поговорить с одним из творцов. Я никогда не слышал голос Великой Тьмы. Но хочу услышать. Ведь она мать всех дарканов.

Я промолчал. Вдруг задену даркана за живое. Одно лишь упоминание имени Райшенис заставляет его забыть о всяких шутках.

Глава 5

Через двадцать дней пути мы оказались в землях королевства Зарас. За всё это время ничего выдающегося не приключилось. На радость никого из преследователей мы так и не встретили. На границе наткнулись на дозорный отряд Зараса. Поговорив с пограничниками, мы разошлись, но они обещали, что будут следить за нами. Правда это была или ложь – не знаю. Возможно, они так сказали, чтобы мы с Талгасом вели себя мирно. В любом случае я не собирался ни с кем драться и привлекать к себе лишнее внимание без веских на то причин.

Талгас подшучивал над моей героической судьбой, пытаясь поднять мне настроение, только легче не становилось. Я утешал себя тем, что это всего лишь начало пути, а в дальнейшем, возможно, многое изменится.

Даркан неизменно исчезал по ночам, оставляя меня одного, а днём возвращался, как ни в чём не бывало. Чем он занимается в это время? Спрашивать бессмысленно – всё равно не ответит. Уверен, что его вполне устраивает то, что я не задаю лишних вопросов.

Постепенно местность стала холмистой, поросшей невысокой травой. Деревья изредка по одному или по несколько попадались то там, то здесь. А вскоре, вдали замаячил частокол стены. Мы приближались к первому поселению на окраине Зараса – к небольшой деревне под названием Ранеф. В памяти возникли картины прошлого года, когда я по делам храма здесь останавливался: маленькое, всего в двадцать дворов, спокойное, мирное и ничем особым не примечательное поселение.

– Тебе повезло, кстати говоря, – произнёс Талгас, едва мы достигли ворот деревни.

– Ты о чём? – подозрительно уставился я на даркана.

– А ты не чувствуешь? Я вижу, как колеблется твоя аура тьмы. Сосредоточься. Почувствуй.

Я прислушался к себе. Поможет? Ничего необычного. Всё так же, как и всегда.

– Нет, не чувствую. Даже колебания моей ауры.

Талгас вздохнул:

– Тогда придётся потренировать и твою голову, чтоб до тебя сразу всё доходило.

Он задумчиво почесал кулак и, заметив мой озлобленный взгляд, расхохотался.

– Но надеюсь, что до этого не дойдёт, – ухмыльнувшись, добавил даркан. – Ладно, идём. Побуду твоим проводником на время.

– Зачем? – недоумённо спросил я. Куда он собрался меня проводить?

– Увидишь.

Его манера говорить загадками и сыпать неопределённостями начинает раздражать!

Солдаты остановили нас у ворот. Расспросив о намерениях, пропустили. А тут, как год и назад, тихо. Потому оставалось только гадать, зачем в Ранефе нужен гарнизон. В деревне стражникам делать нечего: разве, что следить за порядком, да и здесь особых хлопот не наблюдалось.

– Талгас.

– Чего тебе?

– Ты обещал, что обучишь меня.

– Конечно.

– Когда?

– Не знаю. Наверно тогда, когда придёт время.

– Все вы такие: что госпожа Риданис, что Адари, что ты. Вы сговорились говорить загадками?

– Сговорились? С Адари ещё возможно. Но с повелительницей стихий?! Парень, ты в своём уме? – вновь прогремел уже порядком надоевший смех даркана.

Все одноэтажные, с соломенными крышами, дома в деревне были сделаны из дерева. Местные, стоило нам оказаться рядом, отвлекались от дел и с интересом разглядывали незнакомцев. Детишки в ужасе прятались, когда Талгас, подшучивая надо мной, громогласно хохотал. А ведь никто даже и представить не мог, что этот здоровяк – даркан.

– Так куда ты меня ведёшь?

– А ты ещё не понял? – проговорил Талгас, вздохнув.

– Вот потому-то я и уточняю! – злобно сверкнув глазами, процедил я сквозь зубы.

– Чем дальше идём, тем сильнее колеблется твоя аура, – ответил он, пожав плечами. – Почувствуй!

Я остановился, вновь закрыл глаза, обратившись в чувство. Где-то на краю сознания ощутил слабый всполох силы тьмы. И тут же по телу пробежала дрожь. Я открыл глаза и словно каким-то иным зрением увидел тот самый всполох. Идём значит туда.

– Признаю, – проговорил даркан, зашагав за мной следом. – Ты всё же иногда что-то можешь.

Он вновь расхохотался. Как же я хочу его придушить!

– Затих бы ты уже, хохотун!

– Хохотун? Так мило меня ещё никто не называл! – позади вновь раздался смех даркана.

Ещё немного и я потеряю терпение!

Мы оказались перед дверями в таверну. Об этом свидетельствовала настенная вывеска, вырезанная из дерева в форме бочки. Заведение, в отличие от обычных домов в деревне, было двухэтажным.

Всполох, всё ещё, был там, если иное зрение меня не обманывает. Недолго думая, мы с Талгасом вошли внутрь. Таверна отличалась от тех, что в Алхалласе. Вокруг всё сияло чистотой и ухоженностью. Люди тихо сидели на скамьях за деревянными столами и что-то меж собой обсуждали. В столичной таверне, напротив, весь воздух обычно пропитан запахом хмельного бароса, да и постоянно кто-то, по-пьяни, кого-то избивает. Если в Дэрионской столице в таверну заходили плотно поесть, выпить, повеселиться и подраться – ну, как уж без этого, то здесь люди отдыхали от повседневной работы.

Я подошёл к стойке. Трактирщик – полный невысокого роста пожилой мужчина, одетый в халат и зелёный фартук – задумчиво вытирал деревянную кружку зелёной шерстяной тряпочкой.

Я откашлялся, чтобы привлечь его внимание.

– Чего изволишь? – спросил он, переведя взгляд с кружки на меня.

Я, достав из кошеля две медные монеты, положил их на стол:

– Будь добр, налей две кружки бароса.

– Я не пью барос, – произнёс сзади Талгас.

– А это не для тебя, хохотун, – злорадно произнёс я, изобразив на лице довольную улыбку.

Ни намёка на раздражающий хохот. Наконец-то ему нечем ответить!

Взяв кружки, я направился к одному из посетителей, который в одиночестве сидел за столом, прислонившись спиной к стене и оставаясь неподвижным. Теперь всполох тьмы вокруг него проступил отчётливо, а моя аура буквально кричала, что предо мной сильный боец. Сев напротив, я поставил кружку перед ним. Талгас устроился рядом со мной.

Длинные тёмные волосы ниспадали незнакомцу на лицо, отчего становилось непонятным: он внимательно меня изучает или всё-таки спит.

– За мой счёт, – произнёс я.

– Благодарю. Тебе что-то надо?

Он был одет в лёгкую, но прочную на вид, броню из кожи. Видимо, так же, как и я, полагается на скорость и ловкость. Из-за спины, переплетённые чешучатой кожей, торчали две рукояти. Судя по их длине – одноручные мечи.

– Да, – ответил я. – Хочу поговорить.

– Спасибо за выпивку, но я не в настроении разговаривать. Отдыхаю. Если вы помолчите, то оставайтесь.

Мы с Талгасом переглянулись.

– Что скажешь? – спросил я.

– Такой же самоуверенный, как и ты, – ответил даркан.

– Значит, он нам подходит, – я довольно улыбнулся.

– Что ты, что он – оба слабаки, – фыркнув, бросил Талгас.

Незнакомец убрал волосы с лица:

– Вы, двое, не разговаривайте так, будто меня здесь нет. Я ведь всё слышу.

– И что с того? – с вызововм спросил Талгас.

– Ладно, – его глаза блеснули, а на лице появилась хитрая ухмылка. – Выйдем. Посмотрим, чего вы стоите.

Он залпом опустошил кружку, громко стукнул ею по столу и направился к выходу. Люди проводили его взглядом, затем их взоры застыли на нас.

– Ну что ж, парень. Пойдём, устроим зазнайке взбучку, – сказал Талгас.

– Я уже подумал, что вы испугались, – улыбнувшись, произнёс незнакомец, стоило нам выйти наружу. В руках он держал пару мечей, со скривлёнными и зазубренными клинками, а взгляд излучал решимость.

– Начнём, – сказал я, обнажая кинжал и косу.

– Милое оружие, – произнёс незнакомец и ринулся в атаку.

Быстро, молниеносно, неожиданно. Как я и думал – скорость и реакция. Я вовремя уклонился от удара – клинки сверкнули на расстоянии ладони от моего лица. Я отскочил и принял защитную стойку.

– А ты хорош, хранитель. Ты первый, кто избежал этой атаки.

– У меня ещё много сюрпризов для тебя.

Вновь быстрая атака и блеск лезвий в лучах света. Я увернулся и в этот раз.

– Определённо хорош. Как тебя зовут?

– Райсэн.

– И имя тоже достойное.

Я лишь усмехнулся в ответ.

К этому времени, ранее безлюдная улица наполнилась зрителями.

– Что здесь происходит? – властным голосом спросил один из патрульных.

– Всё в порядке, десятник, – стараясь задеть меня мечом, ответил незнакомец. – Просто преподам урок одному выскочке.

– Давай быстрее, Дэнджен. Заканчивайте этот беспорядок. Твоему брату я обязательно доложу!

Значит, Дэндженом тебя зовут. Хорошо. Тоже неплохое имечко.

– Не сомневаюсь, Гарт, – сказал он и снова ринулся в атаку.

В одно мгновение он преодолел расстояние между нами, оставив позади себя облако пыли, но в этот раз я не уклонился. Раздался звон стали о сталь. Мы, пытаясь пересилить друг друга, застыли в напряжении. Наши взгляды встретились. В его глазах горело яростное пламя.

– Достойный противник, – произнёс я. – Давно таких не встречал.

– Взаимно, – улыбнулся Дэнджен.

– Хочу, чтобы ты пошёл со мной.

– С чего бы? Я собираюсь прикончить тебя. Хотя жаль будет потерять такого соперника.

– Я направляюсь туда, где есть противники куда опаснее нас вместе взятых, – ответил я и нажал сильнее, заставив его отскочить.

– И что с того?

Вновь неистовая атака. Сталь звенела, клинки мелькали перед глазами блестящими дугами, обрушивая на меня удар за ударом. При всей его быстроте, он был ещё и сильным. Я не нападал, только защищался.

– Мне бы пригодился в пути опытный боец, – произнёс я.

– Ты слишком много чешешь языком, хранитель, – напирая на меня, ответил он.

– Похоже, слов ты не слышишь.

Следующий удар меча я блокировал, потом дёрнул лезвием косы и зацепил одну из зазубрин клинка. Ещё мгновение и противник остался с одним мечом в левой руке. Я убрал за пояс Агихар, оставив в правой руке кинжал.

– Продолжим? – спросил я и улыбнулся.

Дважды повторять не пришлось. Он вновь ринулся в атаку. Даже с одним мечом напор его ударов не уменьшился. Только лишь с кинжалом неудобно ставить блоки, поэтому я только уклонялся.

– Быстр же ты! – произнёс Дэнджен, продолжая натиск.

– Ты тоже, – сказал я в ответ, увернувшись от очередной атаки.

Толпа ликовала. Уверен, такого зрелища люди Ранефа ещё не видели.

– Ты вообще нападать собираешься?! – обрушивая на меня удары, спросил Дэнджен.

– Я не хочу тебя убивать, – улыбнувшись, ответил я.

– Ты ещё и самоуверенный!

Дэнджен отскочил назад.

– Ты меня окончательно разозлил! – процедил он сквозь зубы. – Посмотрим, как ты справишься с магией.

– Не тягайся… – только и успел я произнести, как в меня полетел огненный шар.

Взмахом руки я остановил его на расстоянии вытянутой руки от себя.

– Не может быть?! – воскликнул Дэнджен.

– Парень, главное не переусердствуй, – произнёс Талгас.

– Ты о чём?

– Воспользуешься силой тьмы, и Доу Шэ или кто-нибудь ещё нас найдёт.

– Но я ведь и раньше пользовался ею, – вспомнив избиение бандитов в лесу, сказал я в ответ. Я обратил взор к даркану, но краем взгляда следил за Дэндженом.

– Портал между Райнором и Арданом можно открыть только один раз через каждые три дня и три ночи. Врата миров расходуют большое количество силы.

– Эй! О чём ты там болтаешь? Не отворачивай от меня взгляд! – прокричал Дэнджен, и в следующий миг в меня полетело несколько огненных шаров.

Взмах обеими руками, и все они застыли в воздухе, не причинив вреда.

– Похвально, – произнёс Талгас.

Я круговым движением руки погасил огненные шары. Их сила развеялась в пространстве, смешавшись со стихийными потоками.

– Это просто невозможно! – повторил Дэнджен.

– Не тягайся со мной в магии, – договорил я ранее прерванные слова.

– Как тебе удалось?

– Хочешь научиться? – я улыбнулся. – Я всё ещё надеюсь, что ты пойдёшь со мной. Многому сможем научиться друг у друга. Да и у противников тоже.

Дэнджен подобрал меч и вложил оба в ножны за спиной, затем подошёл ко мне.

– Ты хочешь, чтобы я пошёл с тобой? – он заглянул мне в глаза. – Зачем?

– Пойдёшь со мной и узнаешь, – кажется, я перенял дурацкую манеру Талгаса говорить загадками.

Десятник Гарт с солдатами, тем временем, разогнали людей. Он подошёл к нам и прошипел:

– Кем бы вы ни были, я хочу, чтобы вы покинули деревню! Немедленно!

– Хорошо, – сказал я и протянул Дэнджену руку. – Ты со мной?

Он некоторое время, как показалось, раздумывал над ответом. Но всё же решился:

– Да, я с тобой, – пожав мне руку, ответил Дэнджен.

– Твой брат обязательно узнает, что здесь произошло! – проговорил десятник.

– Гарт, не утруждай себя. Я возвращаюсь домой и сам ему всё расскажу. Идём, Райсэн.

Лагерь гильдии «Драконы», главой которого был старший брат Дэнджена, находился в лесной глуши. Нам понадобилось полдня, чтобы добраться до места. Я удивился тому, что Дэнджен часто наведывается в деревню, ибо на такие путешествия уходит много времени. Как оказалось, ему нравится бродить по лесу, слушать пение птиц и наслаждаться временным ощущением свободы. Взглянув на него, не сказал бы, что он ценитель природных красот. Дэнджен скорее сорвиголова.

– И всё же, как ты это сделал, Райсэн? – спросил Дэнджен о моей способности останавливать и глушить чужую магию.

– Ты что-нибудь знаешь о ваирагии?

– Впервые слышу.

– Тогда слушай. Я сам с ней столкнулся совсем недавно – почти пол-энира назад. Поэтому Талгас меня поправит, если я чего не правильно скажу, – произнёс я, продираясь за Дэндженом сквозь кусты. – Ваирагия выше магии. Маг тратит собственные силы, чтобы колдовать. Ваираг, помимо этого, может использовать ещё и потоки силы окружающего пространства. То есть, он не ограничивает себя риесами. Но если израсходовать силу пространства, которая восстанавливается медленно, то и ваираг не сможет колдовать. Ему останется полагаться только на внутренние резервы, припасенные на всякий случай.

– Кроме этого есть ещё некоторые особенности, которые надо знать, – вмешался Талгас. – Ночью ваирагия тьмы эффективнее. Да и тёмная сила в пространстве по ночам восстанавливается не в пример быстрее, чем стихийная, не говоря уже о светлой. Днём – наоборот: свет преобладает и в силе, и в скорости восстановления.

– Свет, тьма? – удивился Дэнджен. – Я думал, что есть только стихийные силы.

– Есть ещё хаос, – добавил Талгас. – Но нас он не интересует.

– Это почему?

– Потому что это вражеская ваирагия, – даркан покачал головой. – Она может овладеть разумом того, кто ею пользуется.

Я продолжил, когда Талгас замолчал:

– Чужая магия, направленная на меня, становится частью потоков силы пространства, которыми ваираг способен управлять. С ваирагией такой же фокус уже не прокатит.

– Здорово! – восхитился он. – А я так смогу?

– Думаю, да, – я кивнул. – В тебе запечатан отголосок силы тьмы. Я вижу её иным зрением, доступным ваирагу. Правда, пока не знаю, как твою силу высвободить.

Дэнджен кивнул, затем сменил тему и заговорил серьёзным тоном:

– Скоро будем на месте. Когда встретитесь с братом, не шутите с ним. В отличие от меня он серьёзный человек. Как глава гильдии, он чувствует себя ответственным за подопечных бойцов и, уж тем более, за меня. Для него я легкомысленный младший брат, постоянно ввязывающийся в драки.

– Не сомневаюсь, – усмехнувшись, ответил я.

Лагерь «Драконов» выглядел довольно внушительно. Обширная площадь, очищенная от деревьев и ограждённая высоким бревенчатым частоколом. За оградой высились сторожевые вышки, с которых наблюдали за округой лучники. Мы миновали массивные, обитые железом, двустворчатые ворота, за которыми оказались несколько деревянных одноэтажных домов, небольшая арена на возвышенности холма для проведения тренировочных боёв, а напротив ворот вдали у ограждений стояло единственное двухэтажное здание, тоже сделанное из дерева. К нему-то мы и направились. Проходя через лагерь, заметил конюшню и кузницу.

– Не дурно для лагеря простой гильдии, – произнёс я.

– Здесь проходят подготовку будущие солдаты армии Зараса, – ответил Дэнджен, улыбнувшись. – Его величество Айдин Дар-Садрэн поддерживает гильдию.

Мы оказались внутри штаба гильдии. Я ожидал, по меньшей мере, увидеть напротив двери трон, ну хотя бы из дерева, на котором восседал бы старший брат Дэнджена, но обстановка оказалась простой и незамысловатой. Овальный стол, несколько стульев, стойки с оружием, лестница, ведущая на второй этаж – всё весьма по-солдатски.

На нас не обращали внимания, несмотря на то, что мы с Талгасом чужаки. Всё же, мы пришли с Дэндженом, да и я уверен, что охране лагеря наплевать на двух неизвестных, которых они, если что, прикончат в два счёта. Я мысленно усмехнулся: по крайней мере так думают охранники. Даже я не знаю, на что способен Талгас.

Люди увлечённо занимались делами. Все, кроме одного.

– Это Рагас, – сказал Дэнджен. – Старший помощник брата.

– Так-так, Дэнджен. И кого это ты привёл? – нахмурившись, спросил Рагас – полный мужчина, лет сорока. От него веяло силой. В карих глазах читалась суровость и строгость. Руки, скрещённые на груди, были словно два толстых бревна. Даже ростом он оказался чуть выше Талгаса. Великан, всем видом, внушал уважение.

– Это друзья. Ты же не думаешь, что я приведу в лагерь врагов?

– Думаю, если б ты привел врагов, ничего бы не изменилось, – презрительно фыркнув, сказал Рагас.

Иным зрением я увидел, как от тёмной ауры Талгаса повеяло яростью. Видимо слова Рагаса произвели на него нехорошее впечатление. Я положил руку на плечо даркана, пытаясь его успокоить. Ярость, исходящая от него, хоть и не исчезла, но ослабла.

– Ну и чего надо твоим друзьям?

– Просто хотят, чтобы я пошёл с ними. Зачем, не знаю, – улыбнувшись и пожав плечами, ответил Дэнджен. – Ты ведь понимаешь, что обсуждать это я буду только с братом?

– Он занят, – произнёс Рагас.

– Что ж, – наконец, заговорил я. – Тогда мы подождём снаружи. А то, не дай боги, воздух здесь станет удушливым от огня.

Мы с Талгасом повернулись и вышли. Спиной я ощутил, как в этот раз разозлился Рагас, вперивший в меня презрительный взгляд. Непорядок! Никакого уважения к хранителям.

Дверь за нами громко захлопнулась, Дэнджен остался внутри.

– Ну и чем займёмся теперь? – спросил я.

– Хм…

– Что «хм»? Может, воспользуемся их ареной? Думаю, тебе пора взяться за моё обучение.

– Ты ещё не готов.

– Почему?!

– Тебе ещё надо поднабраться ума, – ответил он и расхохотался.

– Так значит? Понятно, – ответил я, тщетно пытаясь сохранить хладнокровие. – Знаешь, в такие мгновения мне хочется тебя убить!

– Ну, так попробуй, – произнёс он, вновь разразившись хохотом.

Пальцы левой руки непроизвольно сжались в кулак. Он сильнее меня, и прекрасно это знает. Тогда почему он этим пользуется? Чтобы поиздеваться? Да, он сильнее. Ну и что с того?!

Ярость вскипела во мне. Я подпрыгнул и со всей дури врезал кулаком ему в голову. Удар оказался столь сильным, что я удивился самому себе. Даркана отшвырнуло в сторону. Он покатился по земле, поднимая вокруг себя клубы пыли. Я смотрел то на Талгаса, лежащего на земле в двадцати шагах от меня, то на свой кулак, не зная, что и думать. Надеюсь, не убил его. Даркан медленно поднялся. Капюшон, вечно скрывающий лицо, сорвался и обнажил лысую голову. На лице сияла довольная ухмылка.

– Знаешь ли, – произнёс он, потерев рукой челюсть. – Это больно!

Я, не мешкая, подбежал к нему.

– Ты как? В порядке?

Он вновь натянул капюшон, пряча чёрные, без белков и зрачков, глаза, отряхнулся от пыли и произнёс:

– Немного челюсть ноет, но в остальном – порядок.

– И как это у меня получилось? – проговорил я, уставившись на даркана.

– Я просто спровоцировал тебя, – ответил он и довольно ухмыльнулся. – Я всё ждал, когда же ты выплеснешь ярость, которая слила бы чувства и тьму воедино, сосредоточив их на одном ударе. Первая часть тренировки пройдена. Теперь ты готов.

– Значит, ты всё это время специально надо мной измывался, так? – спросил я, чувствуя, как новая волна ярости поднимается из глубин души.

– Да, это так. Я специально…

– Получи ещё! – удар, теперь в несколько раз сильнее предыдущего нанесённый в живот снизу вверх, подбросил Талгаса в воздух.

– Проклятье! – раздался крик взмывшего даркана.

Талгас рухнул вниз с большой высоты и поднял вокруг себя столб пыли.

– В следующий раз просто объясни на словах, что надо делать! – прокричал я.

Да уж. Хоть он и разозлил меня, но, признаю, тренировки принесли свои плоды. Я вздохнул и немного успокоился. А не перестарался ли я? Облако пыли рассеялось. Талгас лежал на земле и не двигался. В этот раз, взволновавшись не на шутку, я поспешил к даркану.

– Эй! Хохотун, с тобой всё в порядке?

Он медленно поднялся и стал отряхиваться от пыли. Выпрямившись, он посмотрел на меня с улыбкой:

– Ты определённо готов! Пора переходить ко второй фазе обучения.

– Только в этот раз без издёвок! – пригрозил я.

Даркан улыбнулся и сказал:

– Похоже, мы привлекли к себе слишком много внимания.

Вокруг собрались бойцы гильдии с оружием наперевес. Видимо, показ ужасающей силы их напугал, и они восприняли нас всерьёз.

Дэнджен прорвавшись через кольцо, подбежал к нам:

– Райсэн… Это… Это было просто невероятно! Услышав грохот, мы выбежали наружу и увидели твой удар, подбросивший Талгаса в воздух!

– Что-то ты слишком взволнован, – произнёс даркан, будто с ним ничего и не происходило. Он грозно посмотрел на удивлённого Рагаса. Уверен, что тот не мог взять в толк, как можно выжить после такого падения. И уж тем более не понимал, как такой карлик, как я – по сравнению с Талгасом – одним ударом отправил такого здоровяка в полёт.

– После такого зрелища ещё больше хочется пойти с тобой, – сказал Дэнджен.

– Я рад.

– Если и я так смогу, – произнёс Дэнджен, – то это будет потрясающе!

Он напомнил мне восхищённого ребёнка, которому только что показали красивый фокус.

– Так ты вряд ли сможешь, – сухо проговорил Талгас. – В тебе скрыта сила совсем иного рода.

– Что за сила? – удивился Дэнджен.

– Узнаешь скоро.

– Всем разойтись! – приказал высокий мужчина, оказавшись рядом с окружившей нас толпой.

– А вот и мой братишка, – приуныл Дэнджен. – Надеюсь, он не станет читать нравоучения.

Брат Дэнджена производил впечатление крепкого, закалённого в боях и привыкшего командовать, человека. Если Дэнджен носил лёгкие доспехи, то брат – его полная противоположность: на нём висела тяжёлая стальная кольчуга, полы которой достигали середины бёдер. От плеча к поясу тянулся кожаный ремень, который удерживал копьё, висящее за спиной. В одном только братья были схожи – у обоих в глазах горело яростное пламя. Когда люди разбрелись по делам, он произнёс:

– Я Кайджен – глава гильдии «Драконы». Вы, чужаки, устраиваете здесь бои и отвлекаете моих людей от дел! Я не потерплю у себя в лагере такого поведения.

– Я – Райсэн, а это Талгас – мой друг, – представился я в ответ. – Я хочу, чтобы Дэнджен отправился с нами.

– Мой брат? – удивился он. – И зачем он вам нужен? От него больше неприятностей, чем пользы.

– Тогда почему бы вам не отпустить его с нами? – улыбнувшись, спросил я.

– И в самом деле, – подхватил Дэнджен.

– Как бы там ни было, он мой брат, – ответил Кайджен. – Я отвечаю за него перед покойными родителями.

– Я давно не ребёнок, Кай! – выпалил Дэнджен. – Я могу о себе позаботиться.

Кайджен не обратил внимания на слова брата, продолжив:

– Всё же, зачем он вам? Если не узнаю, я не отпущу его.

– Придётся рассказать, – спокойно проговорил Талгас.

Вздохнув, я произнёс:

– Нашим королевствам угрожает опасность. Дэнджен сильный воин, а мне понадобятся союзники, чтобы противостоять армии дарканов.

Сказать, что лицо Дэнджена застыло от изумления всё равно, что ничего не сказать. Кайджен спокойно воспринял мои слова.

– Дарканов? – наконец спросил он.

Я кивнул.

Кайджен многозначительно хмыкнул:

– Хранитель, ты ненормальный. Ты знаешь об этом? Какие, в задницу, дарканы? Мой брат с вами не пойдёт.

– Тогда, может, решим всё поединком? – предложил я. – Если победа будет за мной, ты отпустишь Дэнджена с нами.

– Уверен? – глава «Драконов» усмехнулся. – Я уже побеждал монахов из Ордена Хранителей.

– Уверен.

Кайджен вперил в меня внимательный взгляд, словно пытался прочесть мои мысли… или напугать?

– Хм, дарканы… – хохотнул Кайджен и, развернувшись, направился к арене.

– Кайджен силён, – предупредил Дэнджен. – Он может и медлителен и неповоротлив, но силён.

– Справлюсь, – произнёс я и последовал за противником.

– Только без тёмной ярости, – произнёс вдогонку Талгас. – Он не переживёт таких ударов.

– Не волнуйся. Я не убью его. Но поверить в дарканов Кайджену придётся.

– Только не говори, что воспользуешься ваирагией тьмы! Даркан, который явится за тобой, прикончит тебя.

– Собираюсь, Талгас! Искренне надеюсь, что за мной придёт Доу Шэ. С ударами, которым ты меня научил, быстро с ним справлюсь и наконец, отомщу!

– Не будь самоуверенным глупцом! – Талгас схватил меня за плечо и резко повернул к себе. – Ты ещё не готов! Тёмная ярость – это всего лишь основы тёмной ваиргии! Для Доу Шэ ты не соперник! Не смей, Райсэн!

Я улыбнулся и положил ладонь на плечо Талгаса.

– Доверься мне, друг, – произнёс я, пытаясь разглядеть чёрные глаза, скрытые в непрозрачной тени капюшона. – Я не подведу.

Талгас ослабил хватку.

– Ты не готов, Райсэн, – почти шёпотом повторил он. – Будь осторожен.

– И долго вы будете разговаривать?! – прокричал Кайджен.

– Я не подведу, Талгас, – пообещал я и побежал в сторону арены.

Перескочив через ограду, я оказался один на один с противником. Кайджен достал из-за спины копьё и встал в атакующую стойку. Я обнажил кинжал и приготовился к бою.

– Кинжал против копья? – усмехнулся Кайджен. – Не слишком ли много в тебе уверенности, хранитель?

– Я постараюсь удивить тебя, – злорадно ухмыльнулся я. – Не важно, какое у нас оружие. Просто посмотрим, кто победит.

Кайджен рванулся ко мне. Резко остановившись в пяти шагах, ткнул копьём, метя в голову. Я уклонился от удара, но неожиданно оружие противника с размаху ударило меня в плёчо. Я не успел опомниться, как отлетел в сторону и оказался на земле. Обманный удар?

– Вставай, защитник Ардана, – Кайджен рассмеялся.

Ох, не стоило тебе смеяться. Сейчас ты напоминаешь Хохотуна! Всплеск злости заставил подняться на ноги. Нельзя применять тёмную ярость против Кайджена. Жаль, что сражаюсь не с дарканом! Надо перейти в ближний бой, чтоб он не размахивал копьём.

– Ещё не всё! – прокричал я и ринулся на соперника.

Рывком преодолев, разделяющее нас расстояние, я нырнул под копьё, и атаковал. Но вместо раскрытого противника наткнулся на древко, коим меня оттолкнули. Боли особой не почувствовал. Кайджен отпрыгнул и ударил ещё раз. Противно заскрежетав по лезвию выставленного кинжала, остриё копья ушло в сторону, и я опять рванулся вперёд… Но глава «Драконов», не терял бдительности. Он легко отскакивал, ловко прикрываясь древком и постоянно держась в отдалении. При этом несколько раз опасно контратаковал. Я не отставал, стараясь прижать его к ограде. Он это прекрасно понимал, и получалось, что я лишь гонял соперника по кругу, стараясь приблизиться и ударить.

– Ну что теперь скажешь! – яростно прокричал я, уворачиваясь от очередного выпада копья. Кинжал, как жало кайгера[20], устремился вперёд, тщетно пытаясь дотянуться до противника. Если продолжим в том же темпе, я быстро выдохнусь.

– Неплохо, хранитель! – смеясь, проговорил Кайджен. – Ты хорош, но тебе недостаёт опыта!

А ведь он прав. Моими противниками всегда были ученики храма огня. А с матёрыми волками сражаться до сих пор не приходилось. Мидар – не в счёт. Он хорош, по-своему. Но точно не мастер фехтования. Скорее умелый дипломат.

В следующем рывке, Кайджен ушёл в сторону, и неожиданно, бросив оружие, перехватил мой удар, выбил из рук кинжал и резким броском отправил меня в полёт.

– Не расслабляйся! – прокричал Кайджен в прыжке с поднятым над головой копьём. Когда успел?!

Я откатился в сторону и во время. В тот же миг копьё со всей силы ударило по земле. Я встал на ноги прыжком со спины и отскочил назад. Кинжал тоскливо валялся в стороне у ограды. Дотянуться не успею. Есть ещё коса, но к ней я пока не привык. Против опытного воина сейчас мне оружие не поможет. Надо что-то делать с копьём Кайджена.

Я вспомнил, как Талгас одним ударом раскрошил мой старый кинжал. Я почти уверен, что он также применил тёмную ярость. Но, скорее всего, даркан воспользовался чем-то ещё. Я сосредоточился, пытаясь вспомнить. Кайджен стоял в боевой стойке у другого края арены и оценивающе смотрел на меня, будто пытался предугадать, что же я предприму.

Что ты использовал, Талгас? Что?! Внезапно в голове вспыхнула картина, как во время удара рука Талгаса покрылась аурой тьмы. Проклятье! Почему в тот миг я этого не разглядел?! И как смог вспомнить то, что не видел? Ведь точно не видел!

Вокруг арены собрались воины гильдии. В этот раз Кайджен не препятствовал подчинённым, позволив наблюдать за битвой.

– Кайджен! Кайджен! – хором подбадривали бойцы предводителя.

Я встал в защитную стойку. Левую руку прижал к поясу и сжал в кулак, сосредотачивая на ней тёмную ярость.

– Эй, хранитель. Ты чего удумал? Хочешь одолеть меня голыми руками?

– Да! – прокричал я.

– Ты весьма забавный соперник!

Он с диким криком перешёл в атаку. Что ж, Кайджен, я готов. Давай! Десять шагов, восемь, семь… Я мысленно считал и выжидал. На счёте три я прокричал: – РАЙ!

Аура тьмы сгустилась вокруг левой руки, и я нанёс удар. Кулак встретился с острой сталью. Вспыхнула тёмная сила, и раздался взрыв. Клинок копья раскрошился, древко разлетелось в щепки, а хозяина оружия волной отбросило в дальний конец арены. Взрыв создал в земле неглубокую воронку, на дне которой я оказался. Удар разнёс ограждение арены и раскидал всех бойцов гильдии. Только лишь Талгас остался стоять на месте, скрестив на груди руки, как ни в чём не бывало. Воистину могучий даркан!

– Ну как, я справился? – спросил я, улыбнувшись.

Ничего не сказав, Талгас подошёл и легко стукнул меня по голове.

– За что? – возмутился я; всё моё уважение к даркану вмиг улетучилось.

– Болван! Зачем высвободил столько ваирагии? Да и зачем нужно было соединять ярость с аурой? Посмотри, что ты натворил!

Вокруг, приблизительно на сто шагов – разрушения и беспорядок: поваленные деревья, выкорчеванные из земли булыжники и везде клубы беспокойной пыли. Хорошо, что ударная волна не достигла построек.

– Что значит соединять ярость и ауру?

– Мог бы обойтись аурой тьмы и разрушил бы только оружие противника! Болван!

– Проклятье! Я был уверен, что в бою со мной ты использовал тёмную ярость и что-то ещё.

– Но, ты молодец, – успокоившись, смилостивился Талгас. – Не каждый в такой короткий срок усваивал два тёмных навыка, да ещё и умудрялся их объеденить.

– Что произошло? – очнувшись, спросил Кайджен. Простонав и скорчив лицо от боли, он поднялся на ноги. – Меня словно осадным тараном ударили. И где моё копьё?

– Прости. Я его уничтожил.

Кайджен, всё ещё кривясь от боли, рассмеялся:

– Твоя взяла! Но всё равно не поверю в сказки про дарканов.

Все медленно приходили в себя. Дэнджен подбежал к нам.

– Райсэн, это невероятно! – воскликнул он. – Ты должен научить меня этому трюку!

– Тебе это не дано! – прорычал Талгас. – Пора бы понять, что у тебя сила иного рода.

– В любом случае, – произнёс Дэнджен, – я иду с вами. Ты ведь победил!

– Рано радуешься. Ещё ничего не закончилось. Ты готов, Райсэн? – спросил Талгас.

– К чему?

– Врата Райнора открываются.

* * *

Возбуждённый Доу Шэ вбежал в тронный зал. Встав перед восседавшей на троне королевой дарканов, он опустился на колено. Фоен, как всегда, стоял справа от неё, а Сианра – отсутствовала.

«Странно, – подумал Доу Шэ, – этот человек никогда от неё не отходит. На месте госпожи Сианры я бы давно с ним разделался».

Каждый даркан ненавидел Фоена по весомой причине: человек – второй по положению и власти после королевы. И ни один из дарканов не мог ужиться с этой мыслью. Но с мнением Лайданы – сильнейшей в Райноре – приходилось считаться.

– Позвольте говорить, моя королева, – спустя мгновение, произнёс Доу Шэ.

– Говори, – безразлично произнесла Лайдана.

– В мире людей вновь всплескнула ваирагия тьмы, – Доу Шэ замолк и, спустя некоторое время, добавил: – Райсэн заявил о себе, и, похоже, за короткий срок стал сильнее.

– Это радует, – довольно улыбнувшись, произнесла королева. – Чем он сильнее, тем лучше.

– Но я не понимаю, моя королева, – удивился Доу Шэ. – Вы всегда расправлялись с врагами быстро и без церемоний.

– Не суй нос не в своё дело! Он будет жить столько, сколько мне потребуется!

Доу Шэ склонил голову.

– Я предпочитаю уничтожать врагов, пока они не стали серьёзной опасностью, – наконец, заговорил призрак теней. – Позвольте отправиться за ним и убить.

– Нет, Доу Шэ. Ты продолжишь наблюдения. Я сама решу, когда состоится твой поединок с Райсэном.

– Надеюсь, это произойдёт не тогда, когда он станет сильнее меня, – дав волю дерзости, ответил Доу Шэ, но сразу об этом пожалел, увидев, что королева поднялась с трона.

Лайдана, медленно спускаясь по каменным ступеням, обнажила двуручный меч, который возник в её руке, сформировавшись из облака тьмы. Глухой цокот стальных каблуков о каменные плиты эхом раздавался в зале, и для Доу Шэ каждый новый шаг королевы означал приближение смерти. Подойдя к подчинённому, Лайдана медленно опустила клинок на плечо Доу Шэ. Режущая кромка зазубренного лезвия еле касалась его шеи, и с большим трудом призраку теней удалось не дёрнуться. Лайдана некоторое время смотрела на подчинённого, потом нагнулась к лицу даркана. Взяв его за подбородок свободной рукой, взглянула в пустые глазницы воина и зловеще улыбнулась:

– Тебе стоит бояться меня, а не Райсэна!

Она убрала меч, медленно повернулась и зашагала к трону. Вернувшись на место, она приказала:

– Отправь за Райсэном рокана и проследи за их битвой! Посмотрим, чего достиг наш враг. Ступай.

– Слушаюсь, моя королева.

Доу Шэ покинул зал.

– А ведь он прав, – произнёс Фоен. – Стоит убить Райсэна.

– Замолкни, – Лайдана безразлично махнула рукой в его сторону. – Если Райсэн пройдёт через все испытания и доберётся до меня, я сама его уничтожу!

* * *

Воздух вокруг задрожал и загудел. Пространство над бывшей ареной разорвалось, как шёлковая ткань. Брешь расширилась, и из чёрной пустоты портала вылезло существо ростом в два раза выше Талгаса. Голова, украшенная кольцом искривлённых шипов, походила на змеиную. Тело покрывала плотная металлическая чешуя. Стоя на задних больших когтистых лапах, существо грозно размахивало хвостом с металлическим шаром на его кончике.

Конец ознакомительного фрагмента. Купить полную версию книги.

Сноски