Николь Майклз

Зажги мое сердце

Глава 1

В эту субботу Майк только и делал, что пил кофе, спал да бесцельно переключал телевизионные каналы. Чтобы день совсем уж не пропал даром, следовало закончить его бутылочкой пива в компании красивой женщины. Именно это и намеревался сделать Майк Эверетт. Потягивая горячий крепкий кофе, он подумал о свидании с еще более горячей, чем кофе, блондинкой. Последние несколько недель он невинно, а иногда и не очень, флиртовал с красивой соседкой. Однако в прошлую субботу в пивной рядом с его автомастерской эта самая соседка довольно недвусмысленно намекнула, что пора бы вывести их отношения на новый уровень. И слава богу. Ведь у Майка так давно не было женщины.

Только вот его сладкие размышления о предстоящем свидании за второй чашкой крепкого кофе прервал полный отчаяния звонок сестры Эрин. Ее муж уехал из города по делам, и Эрин как обычно потребовалась помощь. Несмотря на многолетние отчаянные попытки, Майк так и не научился ей отказывать. Вот почему уже спустя полчаса он направлялся к выкрашенному желтой краской дому рука об руку со своей шестилетней племянницей Бейли.

К крыльцу вела дорожка, аккуратно выложенная плитами из природного камня, которую обрамляли маленькие розовые цветочки. Всем своим видом этот дом напоминал идеальное сказочное жилище. Что, в общем-то, было не так уж необычно для крошечного городка Престон, расположенного в штате Миссури, хотя изрядно пугало Майка, проживавшего в помещении, напоминавшем огромный склад. Конечно, очень удобно жить за стеной собственной мастерской, однако открывшееся его взору зрелище заставило вновь задуматься о приобретении настоящего жилья.

Белые перила крыльца были украшены пестрыми лентами, а по обе стороны от входа покачивались огромные связки голубых и розовых шаров. Так что любому прохожему становилось ясно, где проводится вечеринка.

– Как красиво! – запрыгала от радости Бейли, когда они остановились перед дверью. – Правда, дядя Майк?

– Ну конечно, Бу. – По правде говоря, Майку показалось, что с украшениями немного переборщили. Хотя что он в этом понимал?

Сбоку от входной двери стояла грифельная доска с витиеватой надписью, выполненной голубым и розовым мелом. Бейли прочитала вслух, растягивая слова:

– Ве-че-рин-ка… в раз-га-ре. Вы-бе-ри-те кос… – Девочка задумалась, а Майк крепче сжал завернутый в лиловую бумагу подарок. Мда… Его сестре следовало уточнить, в чем состояло «небольшое» одолжение. На ее счастье, Майк любил свою маленькую племянницу больше всего на свете, поэтому постарался не обращать внимания на растущее в груди раздражение. Ведь теперь ему точно не удастся вздремнуть перед свиданием с Кэти.

– Выберите костю… – попытался помочь он племяннице, с тоской думая о таком манящем потертом диване в офисе.

– Не помогай мне, дядя Майк. Мама всегда дожидается, пока я прочту сама. – Бейли упрямо подбоченилась. Своей вспыльчивостью она так напоминала Эрин.

Не удержавшись, Майк улыбнулся.

– Прости, Бу. У тебя отлично получается.

– Выберите костюм… чтобы… остаться. – Развернувшись, Бейли широко улыбнулась. Майк улыбнулся в ответ, и на его лице отразилась гордость. Он обожал племянницу и был готов ради нее почти на все. Очевидно, это понятие включало в себя и необходимость рыться в стоящем под доской ящике, наполненном блестящими розовыми аксессуарами. На устилавший крыльцо коврик посыпались очки, тиары, перья и накрахмаленные юбки.

Когда Майк наносил последний штрих, надевая на шею племянницы ожерелье из нелепо крупных розовых бусин, дверь распахнулась, и с заднего двора донеслись громкие возгласы и визг.

– Бейли! – На пороге возникло еще одно крошечное существо женского пола, которое тотчас же бросилось обнимать племянницу Майка. Белокурые волосы виновницы торжества были уложены в два небольших пучка. Она немного отстранилась и выхватила из рук Майка сверток.

– О, мой подарок!

Дети, дети.

– Прошу прощения. Она немного перевозбудилась, – раздался мягкий женский голос, когда Бейли исчезла в глубине дома.

При виде стоящей на пороге восхитительной блондинки Майк застыл, а его глаза расширились. До сего момента ему и в голову не приходило, что на вечеринке могут присутствовать привлекательные женщины, но сейчас он и не думал жаловаться. Гостеприимная улыбка на лице незнакомки сменилась легким недоумением, когда ее взгляд коснулся ног гостя. Только теперь Майк осознал, что таращится на нее, как идиот, в то время как вокруг его ноги обмоталось боа из розовых перьев. Подняв боа, он бросил его в ящик.

– Не хотите ли зайти? – спросила красавица. Судя по тому, как она закусила губу, ее разбирал смех.

Майк медлил с ответом. Что такого, если он зайдет? Хотя сестра попросила всего лишь подвезти Бейли и сказала, что оставаться необязательно. Но внезапно Майку захотелось задержаться в этом доме. Совсем ненадолго. Он вынужден был признаться, что невероятно «розовая» атмосфера и девчачий визг, доносящийся с заднего двора, могут отпугнуть какого угодно мужчину. Но только не стоящая перед ним женщина.

– Я хочу сказать, в этом нет необходимости. Вы можете вернуться за Бейли в три. – Хозяйка дома, очевидно, почувствовала нерешительность Майка и уже собиралась уходить. Однако Майк машинально схватился рукой за косяк, чтобы она не захлопнула дверь.

– Разве что на минуту. Убедиться, что с Бейли все в порядке. – Он нес полную чушь. Об этом свидетельствовало и выражение лица хозяйки дома. Ведь достаточно было секунды, чтобы понять: не было в целом мире человека или ситуации, с которой Бейли не могла бы справиться, к великой досаде чрезмерно опекающего ее дяди.

– Что ж, тогда заходите. Вы смелый. Парочка других отцов убежала без оглядки. – Хозяйка дома засмеялась, и ее смех показался Майку искренним и ужасно сексуальным. Он не помнил, чтобы чей-либо смех произвел на него такое сильное впечатление. Смех же хозяйки дома оказался истинным совершенством.

Майк вошел в дом и тут же ощутил цветочный аромат. Он не знал, издавали ли его ароматические свечи или в доме этой женщины так пахло всегда. На двух мягких диванах громоздилось такое количество ярко-алых и голубых подушек, что из них можно было выстроить упирающуюся в потолок башню. Черт, Майк был бы не прочь вздремнуть тут пару часов. Хотя хозяйка дома привлекала его гораздо больше, и он не переставал восхищаться каждым дюймом ее тела, сплошь состоявшего из восхитительных изгибов.

Майк не мог отвести взгляда от крутых бедер и округлых ягодиц. Большинство женщин весьма неразумно считали, что подобная фигура нуждается в коррекции, хотя парней устраивало все. На кухне хозяйка дома обернулась, сказав что-то о сбежавших отцах, которых будет не хватать, и Майк кивнул, стараясь ничем не выдать своей глубокой заинтересованности.

Розовое платье с приколотым к декольте белым цветком плотно облегало полную грудь. Что это – букетик, какие прикалывают к корсажу на студенческих балах, или просто украшение, Майк не понял, да и не собирался забивать этим голову, поскольку цветок притягивал взор к соблазнительной ложбинке на груди. Казавшиеся невероятно длинными загорелые ноги женщины были обуты в розовые сандалии, также украшенные цветами. Господи, да что такое с этими цветами, и почему их вид вдруг показался Майку столь чувственным? Хозяйка дома схватила что-то со стола, и Майк заметил еще один цветок в ее собранных в гладкий «конский хвост» волосах. Каждая деталь в ее облике казалась на своем месте. Майк до того загляделся, что только теперь осознал смысл сказанного.

– О, я не отец Бейли. Я ее дядя, Майк. – Господи, какой же идиот! Дядя Майк? Ведь его с минуты на минуту представят похожему на Кена супругу, обожающему иностранные автомобили и суши и являющемуся идеальным отцом. Выглядел ли Майк так, словно только что представил эту женщину, прикрытой лишь цветочными бутонами? Нет, ему просто необходимо взять себя в руки.

– Прошу прощения, но я так и не представилась. Я – Анна Эдмонд. Мама Клэр. – С этими словами она распахнула стеклянную дверь, ведущую на задний двор, и оглянулась через плечо. Ее губы дрогнули, и ясные голубые глаза заблестели. Когда она заговорила, взгляд Майка упал на ее рот, и некоторые части его тела забили тревогу. Анна заговорщически понизила голос. Конечно же она совершенно не подозревала, что звучит он невероятно соблазнительно, но так оно и было.

– Вам лучше приготовиться, дядя Майк.

Майк вышел во двор, и ожившие девичьи грезы тотчас же решили назревающую в его штанах проблему. Теперь он знал, почему сбежали другие мужчины. Внешний вид заднего двора был выверен до мелочей, и Майк не мог не восхищаться этим. Однако с праздничным украшением переборщили настолько, что он даже не знал, что и сказать. Куда бы он ни повернулся, везде царило буйство красок, от чего трудно было сосредоточиться на чем-то одном.

Огромные цветы из розовой и голубой бумаги свисали с решетчатой крыши двора. Старинную карету, выкрашенную в белый цвет, заполняли подарки. На деревьях виднелись многочисленные розовые фонарики, и даже трава пестрела разноцветными конфетти. Все выглядело так, словно было изготовлено именно для этого особенного дня.

Столы ломились от ваз, наполненных розовыми и голубыми кексами и разноцветными леденцами. Рядом стоял огромный расписной бак с подарочными пакетами, украшенными именами гостей. Ну и ну. Майку приходилось бывать на свадьбах. Но даже их убранство выглядело гораздо скромнее.

Девочки по очереди били палками по огромному цветку, наполненному сладостями, и громкие звуки ударов вывели Майка из раздумий. Он стоял и глядел на происходящее довольно долго, чтобы привлечь внимание четырех женщин, стоящих в отдалении на траве. Очевидно, это были мамы приглашенных девочек. Черт! И почему он решил остаться? Майк еще ни разу в жизни не оказывался в подобной ситуации, поскольку это совершенно не вязалось с его образом жизни. Интересно, еще не поздно сбежать?

Он почувствовал, как хозяйка дома постучала пальцем по его плечу.

– Если выйдете во двор, я угощу вас «взрослым» напитком. – Анна подмигнула, и в голове Майка тут же зароилось множество очень «взрослых» мыслей. Но лишь до тех пор, пока он не взглянул на протянутую руку Анны, в которой она сжимала… кружку? В такие же вот керамические кружки его бабушка наливала когда-то маринад, густой суп гумбо или томатный соус. В этой же плескался ярко-розовый напиток, в который была вставлена полосатая бело-голубая соломинка. Господи, какого черта он здесь делает?

Анна ждала, и Майк понял, что ему все же придется выпить этот розовый лимонад. Он отодвинул соломинку в сторону.

– Я никогда этим не пользуюсь.

– О… да, конечно.

Майк поднес кружку к губам, не сводя глаз с Анны, которая в свою очередь не сводила глаз с его губ, заставляя Майка пожалеть о том, что он поленился побриться. Напиток оказался довольно приятным. Немного приторным на его вкус, но в обществе Анны Майк готов был пить даже детский сок. Он улыбнулся.

– Вкусно. Спасибо.

– Я добавила в него немного шампанского. Это детская вечеринка, но ведь и родителям хочется повеселиться.

– Я впечатлен. Вы продумали все до мелочей. – И Майк не кривил душой. Вечеринка действительно казалась ему выдающейся.

Анна улыбнулась и коснулась его руки. Это невинное и вместе с тем решительное прикосновение удивило его. Он опустил глаза и заметил на ногтях Анны розовый маникюр с голубыми кончиками – цвета мероприятия. Ее рука была мягкой и теплой. Майк напрягся, а потом почувствовал себя законченным идиотом. Анна увлекла его к группе женщин. Ему вовсе не хотелось разговаривать с этими мамашами, но пока его касалась рука Анны, он готов был следовать куда угодно. Нужно придумать, что сказать. Как-то разрядить ситуацию.

– У вас такой яркий маникюр. Перекликается с цветом украшений.

– Да, все убранство выполнено в оттенках малины и воды. Но… – Анна остановилась и отпустила руку Майка. – О, проклятье! Уверена, вы считаете меня смешной, но это в некотором роде… не знаю… моя сущность.

Анна пожала плечами, а потом склонила голову набок и лучезарно улыбнулась. Обладающая такой улыбкой женщина могла пробудить интерес мужчины даже к самому нелепому хобби. Майк улыбнулся в ответ и вновь перевел взгляд на восхитительно пухлые губы Анны.

– Нет, вы вовсе не кажетесь мне смешной. Мне даже нравится… ваша сущность.

Господи, вот теперь он окончательно сошел с ума. Он пытался приударить за женой и матерью на праздновании дня рождения ее дочери, нахваливая убранство ее двора, и, судя по обжигающему блеску в глазах Анны, его слова не оставили хозяйку дома равнодушной. Ему необходимо покинуть этот дом, но выражение лица Анны вызывало у Майка странную реакцию, заставляя каждый дюйм его тела сжиматься от напряжения. Она вовсе не казалась оскорбленной. В своей жизни Майк совершил немало вещей, которыми теперь совсем не гордился, но разрушение семьи никогда не входило в этот список. Необходимо прикончить этот розовый напиток, поскорее убраться отсюда и не появляться до тех пор, пока часы не покажут три, как и советовала Эрин. Майк слышал немало историй о скучных домохозяйках, живущих в пригороде, и вовсе не хотел становиться героем этих историй.

– Я представлю вас остальным. – Анна не оставила Майку шансов отказаться, поэтому он направился вместе с ней к группе женщин, изо всех сил старавшихся скрыть свое любопытство. Но насколько Майк знал женщин, они наверняка не пропустили ни слова из их с Анной беседы.

Анна представила его подругам и рассказала, где чей ребенок. Впрочем, Майк все равно не собирался это запоминать. Он не сводил взгляда с Анны, голубые глаза которой оживленно блестели, пока та разговаривала и смеялась.

Она была божественна. В каждом ее жесте и движении сквозила грациозность. При виде нее Майку начинало казаться, что больше всего в жизни ему хочется иметь такую вот жену и мать. Весьма интересное желание для двадцатидевятилетнего холостяка, который хоть и планировал когда-нибудь жениться, но еще ни разу не задумывался об этом всерьез. Обычно он загадывал не дальше еще одной бутылки пива, еще одного заказа, еще одной временной любовницы. Но Анна вдруг заставила его задуматься о том, что уютный дом с белой оградой и семья – единственное, для чего стоит жить.

Ну разве не чудесно было бы лежать на мягком диване с разноцветными подушками вместо тех, что пропахли пивом? Теплый уютный дом Анны располагал к крепкому сну и приятному времяпрепровождению. У Майка были женатые друзья, казавшиеся вполне счастливыми, но до сегодняшнего дня ему и в голову не приходило им завидовать. Анна была Бетти Крокер[1], Мартой Стюарт[2] и моделью из «Плейбоя» в одном лице, упакованная в голубую бумагу с украшением из розовых цветов. Ну какой мужчина устоит?

Такие вот мысли крутились у Майка в голове, пока он рассеянно наблюдал за тем, как открываются бесчисленные коробки с девчачьими игрушками и поедаются голубые и розовые кексы. Он даже умудрился избежать неловкой беседы с шумными говорливыми мамашами, обсуждающими учителей и красоту «настольного пейзажа». О чем они, черт возьми, говорят? О столах или ландшафте?

Прошло некоторое время, прежде чем Майк посмотрел на часы, показывающие четверть третьего, и понял, что уходить уже нет смысла. Кроме того, смех и веселье Бейли заставляли его чувствовать себя счастливым, хотя восхищенные вздохи женщин, в благоговении всплескивающих руками каждый раз, когда племянница называла его «дядей Майком», немного раздражали.

А еще Майк начинал выходить из себя, когда мамочки принимались обсуждать Анну всякий раз, когда она убегала на кухню, чтобы принести мусорные пакеты для оберточной бумаги и использованных одноразовых тарелок.

– Богом клянусь, не знаю, как ей это удается. Я хочу сказать, она украсила даже пакеты с едой. Я считаю себя счастливицей, если заказываю кексы в магазине. – Сказавшая это неприятная женщина сделала большой глоток «взрослого» напитка, и остальные закивали.

– Эллен сумасшедшая, если думает, что сможет устроить вечеринку, подобную этой, – произнесла другая женщина. – Вы видели фотографии на сайте Анны? Просто смешно, за что люди готовы ей платить.

– Правда же? – вновь заговорила первая женщина. – Я хочу сказать, что могу восхищаться такими вещами хоть целый день напролет, хотя знаю, что никогда не стану делать ничего подобного.

Майку казалось, что эти женщины говорят на каком-то непонятном ему иностранном языке, а их отношение к Анне раздражало, и очень сильно. Почему? Майк не мог ответить. Они просто завистливые стервы, вот и все. Сам он чувствовал лишь уважение к Анне и восхищался тем, что она сделала для своей дочери. Впрочем, Майкл не был женщиной, а они, как известно, время от времени ведут себя не совсем адекватно. Одно из замечаний пробудило в нем любопытство. Причем настолько сильное, что ему захотелось узнать больше. Сам того не замечая, Майк наклонился к рядом стоящей женщине. Должно быть, почувствовав его присутствие, она обернулась с широкой улыбкой на лице.

– Значит, у Анны есть свой сайт?

– О да. – Женщина полностью развернулась, и ее глаза заблестели. – Она ведет блог с еще двумя подругами. Он называется «Мой маленький идеальный мир». В нем она освещает свои вечеринки, а ее подруги публикуют посты на другие темы. Ну, знаете, такое сумасшедшее творчество, о котором мечтают все, но на которое ни у кого нет времени. Вы понимаете, о чем я?

Майк не понимал, тем не менее кивнул.

– Очень интересно.

– О, это действительно очень интересно. Вам следует… Впрочем, я не знаю, понравится ли это такому мужчине, как вы, но уверена, вы сможете отыскать на страницах блога что-то интересное для Бейли.

Майк пытался понять, что она подразумевала под фразой «такой мужчина, как вы», хотя начал догадываться, что именно, когда во дворе вновь появилась Анна. Рядом с ней шла еще одна женщина – симпатичная миниатюрная блондинка, одетая в джинсы и футболку. Ее кудрявые волосы были собраны в пучок, а футболка перепачкана какой-то субстанцией, весьма похожей на шоколад. Когда она подошла ближе, Майк разглядел надпись на футболке: «Лакомства Калли». Такую же надпись он видел на тенте кондитерской в конце Мейн-стрит.

Присутствующие тотчас же начали нахваливать ее кексы и пирожные, словно не поливали грязью все, связанное с вечеринками, всего несколько минут назад. Даже тон их голосов изменился. Неужели все женщины так же лицемерны? Майк слышал о подобном поведении, но теперь сам стал его свидетелем.

Внезапно что-то привлекло его внимание, когда он взглянул на Анну. Левой рукой она слегка теребила бусины на своем ожерелье. Так вот на ее безымянном пальце не было обручального кольца. Хм. Это еще интереснее. Мысль о том, что она… свободна, мгновенно изменила мир вокруг. Он вдруг закружился, а вся эта розовая… нет, малиновая мишура стала еще ярче и притягательнее. Не говоря уж о том, что чувство вины, терзавшее Майка, возомнившего себя разрушителем семьи, и вовсе исчезло, открывая перед ним множество возможностей. Анна поймала на себе его взгляд и улыбнулась, прежде чем снова отвернуться. Когда в последний раз улыбка женщины вызывала в нем подобное возбуждение?

Майк заметил задвинутый в угол гриль и тут же представил себя сидящим на этом дворе. Анна готовила бы ужин, а он потягивал бы из кружки прохладный лимонад. Черт возьми! Нужно это прекратить. Эта женщина и ее уютно-домашний образ жизни постепенно превращали мозг Майка в странную, неподдающуюся контролю субстанцию. Она восхитительна, стильна, но вместо того, чтобы представлять, какой сексуальной она будет выглядеть без этого платья, лежа под ним, Майк вдруг задумался о жизни, в которой есть место не только холодному пиву и жарким свиданиям, но и семье. То, как Анна заставляла все и всех вокруг выглядеть и чувствовать себя по-особенному, казалось Майку невероятно сексуальным и притягательным.

Посерьезнев, Майк принялся обдумывать обуревавшие его фантазии. Он никогда не был франтом и не обладал изысканными манерами. Он имел дело с грязными автомобилями, частенько забывал побриться и любил опрокинуть бутылочку, другую пива. И уж точно его предназначением не были дети, вечеринки и раскрашенные вручную пакеты со сладостями. Черт возьми, сегодня он надел свою лучшую футболку и джинсы и все равно чувствовал себя не в своей тарелке. Анна оказалась настоящей находкой. Только вот не для такого, как он.

Вечеринка подходила к концу, и Майк отошел от стола, чтобы забрать Бейли, когда все девочки ринулись в дом и побежали по лестнице на второй этаж. Последовать за ними было бы не слишком вежливо, поэтому он свернул на кухню и столкнулся с Анной. Они остановились в узком коридоре, соединявшем кухню с гостиной, и их тела едва не соприкоснулись. Декольте и виски Анны покрывали крошечные капельки пота, и Майк вдруг понял, что цветами пахнет не только ее дом, но и она сама.

– Вечеринка получилась чудесной. Судя по всему, Бейли отлично провела время, – произнес он.

– Спасибо, что привезли ее. В последнее время Бейли и Клэр очень сдружились. Мне тоже показалось, что вечеринка удалась. – Комплимент Майка искренне порадовал Анну, и это заставило его подумать о весьма непристойных вещах, за которые ему хотелось бы поблагодарить ее. Майк сделал глубокий вдох, пытаясь унять проснувшиеся низменные инстинкты, заставляющие его подойти ближе… пригласить Анну на свидание, дать ей понять, как сильно она его заинтересовала.

Но нет. Он уже решил, что этому не бывать. Тем более что сестра наверняка его убьет, если вместо того, чтобы оказать ей услугу, он попытается приударить за одной из мамочек. Как если бы Анна была женщиной, за которой можно вот так вот взять и приударить. Нет, она создана для любви и поклонения. Майк ждал, что она сделает шаг назад, но Анна ошеломила его тем, что, наоборот, подошла ближе.

– В общем я… э… собрала кое-какое угощение. – Майк опустил глаза и увидел в ее руках розовую коробку с логотипом «Лакомства Калли». Он вскинул бровь, и Анна тотчас же смутилась. – Я хочу сказать, на столах осталось слишком много кексов, и видит бог, мне не нужно лишних сладостей в доме.

Анна закусила нижнюю губу и очаровательно сморщила нос. Майк был уверен, что протягивая ему коробку со сладостями, она пытается с ним флиртовать. Ведь ни одной из гостей она не предложила забрать домой угощение. Во всяком случае, Майк этого не видел. Ему ужасно захотелось сгладить неловкость и сообщить Анне, что ее флирт не только не неуместен, но очень даже желанен.

– Вы – само совершенство. И должны есть столько сладостей, сколько захотите.

Майк подался вперед и легонько коснулся пальцев Анны, сжимающих коробку. Женщина судорожно втянула носом воздух, придав Майку смелости и решимости игнорировать внутренний голос, подсказывающий, что все это не слишком хорошая идея. Анна вновь легонько покусала нижнюю губу, пробуждая в теле Майка крайне непристойные желания. Проклятье!

– Спасибо. Уверен, предложенные вами сладости действительно… восхитительны, – пробормотал Майк.

Анна еле слышно охнула, и Майк испугался, что зашел слишком далеко. Но потом выражение ее лица смягчилось, а губы изогнулись в улыбке, ослабившей напряжение. Она была не его круга, да и он совершенно не подходил на роль примерного отчима. Во всяком случае, Майк надеялся, что так оно и есть. Так что же ею движет? Может, простое желание немного развлечься?

– Знаете что… – Анна склонила голову набок, и ее голос зазвучал мягче. – Примерно через час мы с Клэр собираемся в парк. И я была бы… очень рада, если б вы привезли туда Бейли. Я хочу сказать, они ведь подруги и…

– О, Анна, я бы с удовольствием, но… – Черт возьми, Майк ужасно хотел провести время с Анной, и эта мысль несказанно удивила его, равно как и ее приглашение. Но ведь у него свидание с Кэти, хотя он ни за что не признался бы в этом вслух. – Я не могу.

– О господи! Вернее, я хотела сказать, конечно. Извините ради бога. Сама не знаю, почему я это предложила… – Анна вновь очаровательно поморщилась, и Майк испытал настоящую боль при виде ее неловкости. Он не хотел, чтобы Анна сожалела о своей прямоте. Ведь при этом она выглядела очаровательно. Ну почему для прогулки в парке она выбрала именно сегодняшний день? – Сегодня суббота, и вы наверняка… о боже, вы ни за что не захотели бы прогуляться в парке. Забудьте. Девочки смогут встретиться в школе, гимнастическом зале или где-нибудь еще.

– У дяди Майка сегодня свидание. Он сам мне сказал. – Бейли спускалась по лестнице, и каждый ее шаг по скрипучим деревянным ступеням эхом отзывался в колотящемся сердце Майка, когда он наблюдал, как меняется выражение лица Анны. На нем отразилось понимание, смешанное со смущением.

– Что ж… вам повезло. Сегодня такой чудесный день. Просто идеальный для… э… свидания. – Анна говорила слишком уж весело и беззаботно, от чего напряжение в теле Майка росло, причиняя ему еще большее неудобство.

– Мне жаль… – начал он.

– О, да будет вам, перестаньте. – Анна вытянула руку, призывая его замолчать, и улыбнулась. – Не стоит. Просто позвольте мне… Просто подождите, пока я принесу пакет со сладостями для Бейли, и можете идти.

С этими словами Анна пошла прочь, и подол легкого розового платья поплыл за ней, обвиваясь вокруг ног. Майк заметил, как она потирает висок – жест, свидетельствующий о том, что она расстроена или смущена. Как же досадно, что их невинный флирт в мгновение ока сменился неловкостью. Интуиция подсказывала Майку, что Анна Эдмонд не так уж часто делает первый шаг и, скорее всего, повторения не последует. Во всяком случае в ближайшее время.

А может, это было для нее не так уж и важно. Вряд ли она искала серьезных отношений. И уж точно не с простым работягой, случайно оказавшимся на пороге ее дома. Возможно, флирт с ним был ничего не значащей пробой пера, прежде чем найти кого-то более подходящего, с кем можно построить семью и жить в этом очаровательном маленьком домике. Что ж, все к лучшему. Майк вовсе не собирался больше проводить время с женщиной, которой нужен любитель суши в строгом галстуке. Ведь он совсем не такой. После него на ее разноцветных подушках останутся пятна машинного масла. Нет, ничего не получилось бы. Майкл знал это с того самого момента, как впервые ее увидел.

Он выполнил поставленную перед ним задачу. Помог Эрин, целый день изображая отца. Теперь же пришло время возвращаться в свой совсем не розовый и не похожий на настоящий дом гараж с его мрачной спартанской обстановкой. А еще ему предстоит свидание с Кэти, хобби которой – он был уверен – отнюдь не невинно. Именно это и нужно сейчас, чтобы забыть о существовании Анны Эдмонд.

Глава 2

Гости наконец разошлись, Клэр уединилась в детской, чтобы разглядеть подарки, а Анна отправилась на кухню, где ее подруга Калли осторожно отмывала в огромной раковине винтажные вазочки для десерта. Как хорошо, что есть друзья, которые помогут убраться, даже когда их об этом не просят. Анна не знала, что бы она делала без Калли и еще одной близкой подруги Линдси. Эти две женщины были не только гениями, фонтанирующими идеями, сделавшими их совместный блог невероятно успешным, но и критиками, беспристрастно оценивающими работу Анны. Они стали самыми близкими людьми, всегда готовыми удержать от опрометчивого поступка. Как, например, сейчас.

– Калли, кажется, меня сейчас вырвет, – произнесла Анна, прижав руку к животу и опускаясь на табурет. Пришло время снять корректирующее белье и облачиться в домашние леггинсы. Но сначала нужно было как-то выбраться из этого болота неловкости и унижения, в котором она увязла по собственной глупости.

– Что случилось? – Калли насухо вытерла полотенцем белоснежное блюдо для кексов. – Все прошло отлично, а этот папаша и его мускулы лишь придали вечеринке пикантности. Ты видела его обтянутую джинсами задницу? Если бы тебе удалось сделать его частью декораций, заказов хватило бы на целое тысячелетие.

Анна с трудом подавила стон. Ну почему он остался? Если бы Майк просто ушел, как любой другой парень, все было бы хорошо. Но нет, он остался, хотя совершенно не планировал этого, тем самым заставив Анну думать, что она, возможно, его заинтересовала. А потом начал отпускать комментарии о ее сущности, и она… Господи, неужели она настолько старая и отсталая, что приняла невинное замечание за нечто многообещающее? Но нет, она не могла ошибиться, ибо была уверена, что уловила в голосе Майка вполне определенный посыл. Безумие какое-то. Ей тридцать два года, она мать-одиночка, с далекой от совершенства фигурой.

– Я совершила ужасную глупость. Даже рассказывать не хочется. – Анна уронила голову на ладони.

– Неужели ты наконец сказала Калли Хоббс, что ей не стоит надевать такие узкие джинсы?! – воскликнула Калли, и Анна ошеломленно посмотрела на подругу.

– Господи, как ты права. Матери пятерых детей не стоит надевать джинсы в обтяжку. Тем более желтого цвета. Мне кажется, у нее есть такие всех цветов радуги. Но нет, нет, нет. – Анна замахала руками перед лицом. – Все хуже. Гораздо хуже. И связано с тем потрясающим парнем. Он не отец Бейли. Он – ее дядя Майк. – Анна исподтишка посмотрела на подругу, которая мгновенно затихла. Ее глаза округлились, а на губах заиграла улыбка.

– Значит, дядя Майк? Звучит ужасно сексуально. – Калли отошла от раковины и села за стол рядом с Анной. – Так что же ты сделала?

– Дала с собой угощение. – Анна испустила полный страданий стон. Она изогнулась, сунула руку под платье, расстегнула лифчик, бросила его на стул и с облегчением вздохнула. При этом Калли даже бровью не повела.

– Послушай, дорогая, ты накормила всех, кто к тебе сегодня пришел. А это было непросто, – произнесла Калли.

– Нет, я вручила ему одну из твоих красивых коробок с логотипом, в которую положила кексы и пирожные. Чтобы он забрал их с собой.

– Ух ты. Довольно недвусмысленно. Хотя начать кормить его с рук было бы куда прямолинейнее. Знаешь, как это выглядит со стороны? Дав ему угощение, ты как бы предложила: когда будешь есть его, думай обо мне. В общем, ты поступила дальновидно, поскольку мои сливочные пирожные чертовски хороши.

– Ну да! Господи, какая же я дура. Ведь он именно так и сказал.

– Правда? И как же именно?

При воспоминании о словах Майка лицо Анны вновь приняло страдальческое выражение.

– Он сказал: «Уверен, предложенные вами сладости действительно восхитительны».

Глаза Калли округлились, а рот открылся помимо ее воли.

– Ну и ну. Постой, а как он это сказал? «Уверен, предложенные вами сладости действительно восхитительны»? Или «Уверен, предложенные вами сладости действительно… восхитительны»? Разница еле заметна, но она все же есть.

– Черт, я не знаю. Кажется, он сделал паузу и…

– Его глаза подернулись поволокой? – Калли подалась вперед и попыталась изобразить на лице томление. К счастью, она еще не знала, чем все это закончилось. Потому что все пошло совсем не так.

– Наверное, мне показалось, будто между нами проскочила искра, но ты еще не знаешь самого ужасного. Я попросила его… пойти с нами в парк. – Анна раздраженно всплеснула руками. Ее идиотское поведение непростительно и в высшей степени постыдно. Она никогда ни о чем не просила мужчин. Разве что выписывать чеки, чтобы оплатить вечеринки своих детей. А еще Майк ответил ей отказом с выражением сожаления на чрезвычайно притягательном и немного неряшливом лице. Кто бы мог подумать, что трехдневная щетина может выглядеть столь сексуально? Более всего на свете Анне хотелось ощутить ее прикосновение к своей коже. Только этого никогда не будет.

– О, дорогая, о чем ты только думала? – скептический и исполненный жалости тон Калли стал последней каплей. – Парк? Совсем не сексуально.

Анна подалась вперед и истерично воскликнула:

– Да, парк! Я дура, знаю. Невероятно соблазнительный, мускулистый, молодой – даже слишком молодой – парень пришел на мою вечеринку, а я пригласила его в чертов парк… со мной и моей дочерью. Что, черт возьми, со мной такое, а?

Последнюю фразу Анна произнесла почти шепотом, поскольку не хотела, чтобы ее брань услышала Клэр. Она редко ругалась. Обычно после разговора с бывшим мужем или в каких-то чрезвычайных ситуациях. На этот раз ситуация действительно была чрезвычайной. Анна прикладывала все силы к тому, чтобы не вспоминать незваного гостя, его растрепанные волосы и тугие мускулы. А его джинсы сидели на бедрах так, словно он только что вылез из своей холостяцкой постели и небрежно натянул их на себя. Атлетически сложенный, с ясными голубыми глазами, он сводил Анну с ума. И с чего она решила, что он ответит согласием на ее возмутительное предложение?

– На самом деле он не так молод, как ты думаешь. Поскольку мы ведем с тобой сейчас этот разговор, осмелюсь предположить, что он отказался.

– Ну, конечно же он отказался, Кэл. Посмотри на меня! Я пухлощекая мамаша, которая его поправила, когда он неправильно назвал цвет. Нет, Мистер Самый Сексуальный Мужчина, Который Когда-либо Ступал На Порог Моего Дома, это цвет малины, а вовсе не розовый, и вот ваш взрослый напиток с соломинкой, будь она неладна. Кстати, что собой представляет свидание в песочнице? – Анна ужасно на себя злилась. Одного только взгляда на этого мужчину должно было хватить, чтобы понять: он никогда ею не заинтересуется. – Наверное, он подумал, что я самая нелепая из женщин. Ну почему, Калли, почему?

– Господи, Анна, не стоит так себя корить. Я горжусь твоим поступком. Это хороший опыт, который вовсе не должен лишать тебя уверенности в себе. В следующий раз… просто не упоминай про парк и не приглашай на свидание детей. Хорошо? – С этими словами Калли поднялась из-за стола и, схватив полотенце, принялась вытирать оставшуюся посуду.

– Спасибо за поддержку, но это было ужасно. Я никогда не приглашаю парней на свидания. И знаешь почему? Потому что я не встречаюсь с парнями. Я устраиваю вечеринки для детей младше восемнадцати лет, а посему мне приходится общаться лишь с женатыми мужчинами и стариками.

– Ну перестань, – со смехом произнесла Калли, и Анна бросила на нее сердитый взгляд. – Ты же знаешь, что я шучу. Послушай, сегодня суббота, а это значит, что у меня грандиозные планы на вечер. Но, думаю, «Аббатство Даунтон»[3] и бутылка муската подождут.

Калли взяла оставшуюся бутылку игристого вина, стаканы и кекс и поставила их на стол перед Анной.

– Выпей бокальчик, закуси вино кексом, а потом прими ванну с пеной, пока я гуляю в парке с Клэр. Восемь новых Барби привели ее в такой восторг, что ей просто необходимо немного успокоиться.

Анна вновь плюхнулась на стул.

– Я тебя люблю.

– И я тебя. А по пути домой мы заедем в «Томатиллос» и съедим что-нибудь ужасно вредное. Коль уж изменять «Аббатству», то на полную катушку. Хочешь и тебе привезу жареного цыпленка?

– С сыром и гуакамоле? – тихо уточнила Анна, почувствовав себя немного лучше.

– Именно. В твоем состоянии это как раз то, что нужно.

Анна слабо улыбнулась Калли, собиравшей пакеты с посудой и упаковочными коробками. Она являлась владелицей «Лакомств Калли» – кондитерской, располагавшейся на главной улице Престона рядом с модными бутиками, ресторанами и антикварными магазинами. Наряду с этим она принимала активное участие в ведении блога «Мой маленький идеальный мир». ММИМ – так именовали себя три подруги. Анна создала этот блог четыре года назад, повинуясь сиюминутному порыву, после того, как организовала вечеринку мечты в честь второго дня рождения Клэр.

К тому времени ее брак начал потихоньку разваливаться, и вместо того, чтобы тратить нервы и силы на решение этой проблемы, Анна сосредоточила внимание на том, что могла контролировать. Никому не обязательно было знать, что они со Скоттом несчастны, тем более что ей было вполне под силу создать видимость полного благополучия. Анна надеялась, что создаваемая ею идеальная виртуальная жизнь станет реальностью. Она выросла в семье, где все любили и были любимы. Поэтому она мечтала лишь о том, чтобы ее дочь была окружена такой же любовью, несмотря на постоянные размолвки между родителями. К этому относились и великолепные праздники, посвященные дням рождения. Они запоминались на всю жизнь и заставляли Клэр чувствовать себя принцессой.

Самый первый большой праздник, устроенный Анной, оказался весьма успешным. Их со Скоттом друзей поразили фантазия и чувство стиля Анны, и ей захотелось разделить этот успех с целым миром. В тот же самый вечер она выложила фотографии в Интернет, снабдив их подробным описанием, и это положило начало блогу «Мой маленький идеальный мир».

Анна продолжала делиться идеями вечеринок и праздников, деталями изготовления украшений и найденными на блошиных рынках переделанными вещами и всего за четыре месяца набрала тысячу подписчиков. А потом события начали разворачиваться с поразительной быстротой. Компании начали предлагать Анне воспользоваться их товарами бесплатно, если она расскажет о них в своем блоге. Более того – они готовы были даже платить за рекламу. Двумя месяцами позже репортер из «Канзас Сити Стар» взял у Анны интервью для раздела «Дом и Хобби», а еще через некоторое время она уже вела еженедельную субботнюю колонку о домашнем хозяйстве и развлечениях. Но чем активнее развивалась карьера Анны, тем сильнее обижался на нее муж.

Он корил ее за слишком сильную привязанность к виртуальным друзьям, коими считал подписчиков блога. Только оба они прекрасно знали, что их брак затрещал по швам задолго до того, как Анна начала обзаводиться виртуальными друзьями. Скотт часто упрекал жену в неудовлетворенности его положением в обществе, в увлечении самосовершенствованием и в том, что она больше не та, кем была прежде. Обвинения мужа повергали Анну в шок.

Ирония судьбы состояла в том, что блог, созданный для того чтобы поделиться с окружающими счастьем, способствовал разладу в семье, хотя и не стал причиной развода. То, что Анна создавала с целью укрепить отношения с мужем, превратилось в способ убежать от проблем. Виртуальные отношения дали ей то, чего она не получала в реальной жизни. Женщины, посещавшие сайт, были добры к Анне и всячески ее подбадривали, восхищаясь творческой стороной ее натуры. И Анна чувствовала себя значимой, состоявшейся как личность и мать.

Поэтому, застав Скотта с любовницей в собственной спальне, Анна не испытала ничего, кроме гнева и… облегчения. Развод не заставил себя ждать, и Анну не оставляло ощущение того, что она проиграла.

Верные подписчики и фанаты поддерживали Анну как могли, и вскоре блог положил начало ее карьере организатора вечеринок. Эти же самые подписчики с распростертыми объятиями приняли двух подруг Анны, каждая из которых привнесла в блог что-то новое и полезное. Первой к Анне присоединилась Калли со своими кулинарными рецептами, а потом Линдси с дизайнерскими находками. Анну и ее подруг объединяло желание сделать свою жизнь чуть более привлекательной и значимой, а их дружба и поддержка помогли Анне пережить несколько тяжелых месяцев после развода. Но она ни о чем не жалела. Ни о создании блога, ни о расставании с мужем, ни о потраченных на развитие бизнеса усилиях.

Печально, но иногда Анне ужасно хотелось, чтобы в ее жизни был мужчина. Мужчина, который ценил бы ее попытки сделать все вокруг красивее и радостнее. Мужчина, который хотел бы ее, который заставлял бы ее чувствовать себя красивой и – она даже не осмеливалась мечтать об этом – сексуальной. Анна почувствовала себя такой только сегодня, когда Майк смотрел на нее с заднего двора. Но теперь она была уже ни в чем не уверена. Она все та же чопорная и благопристойная Анна. Так почему бы ей не расслабиться немного и не стать такой женщиной, каких желают потрясающие парни?

Калли вернулась на кухню после того как вынесла из дома несколько больших пакетов с мусором. Да благословит ее Господь!

– Я пришлю Клэр попрощаться. Напишу, когда будем возвращаться домой, чтобы ты успела спрятать вибратор. – Калли широко улыбнулась и выскочила из кухни, прежде чем Анна успела высказать свое недовольство.

Чмокнув на прощание Клэр, Анна со вздохом решила, что стоит провести появившееся свободное время с пользой. Она перекачала фотографии с камеры на компьютер и опубликовала в блоге небольшой рекламный пост о прошедшей вечеринке, решив разместить полное описание завтра. Прелесть такого вот поддерживаемого с помощью Интернета бизнеса состояла в том, что все происходило довольно органично, если, конечно, правильно построить свою работу. Каждый новый пост с фотографиями и информацией увеличивал количество читателей, стало быть, привлекал внимание рекламодателей и повышал доход. Анне нравился сам процесс и возможность работать дома, чтобы как можно больше времени проводить с Клэр.

В течение следующего часа Анна прикончила бутылку шампанского, съела кекс и докрасна напарилась в своей старой ванне с ножками в виде лап льва. Подобные вольности она позволяла себе нечасто. Анна как раз заваривала чай, чтобы взять с собой во двор и выпить его там, закусывая еще одним кексом, когда звякнул телефон. Похоже, ее подруга и дочь решили вернуться домой раньше. Она не сердилась на Калли. Постоянная болтовня Клэр очаровывала лишь первые несколько минут. Анна взяла со стола телефон и прочитала сообщение. «Ни за что не догадаешься, кто только что приехал в парк. Дядя Майк».

Глава 3

Майк был уверен, что изготовительница кексов заметила его. Досадно, ибо теперь он выглядел в ее глазах охотником. Майк и сам не понимал, почему решил сюда заехать. Конечно же он мог оправдаться тем, что парк находится по пути домой. Ну и что, что он решил воспользоваться окружной дорогой? И все же, черт возьми, о чем только он думал? Бейли с ним не было, так что его появление показалось бы по меньшей мере странным. Он вел себя точно по уши влюбленный подросток.

Сегодня вечером он идет на свидание, которое наверняка закончится у него дома. Вот о чем нужно думать, а вовсе не об Анне. У нее ребенок, она зарабатывает на жизнь организацией пышных вечеринок. А еще у нее на лбу написано: «Ищу мужа», и одно это должно было заставить бежать прочь парня, не заинтересованного в длительных отношениях. Интересно, какое платье надела бы Анна на прогулку в парк? И как бы выглядела без всех этих ярких украшений? Иными словами – как бы она выглядела обнаженной? В его постели, рядом с ним, с разметавшимися по подушке волосами и очаровательным румянцем на щеках.

Заехав в переулок позади своей мастерской, Майк заглушил мотор и откинулся назад, положив голову на спинку сиденья. День начался так легко, а теперь он никак не мог собраться с мыслями. Перед глазами Майка мелькали образы Анны, ее платье, ее прическа, ее губы, сомкнувшиеся вокруг покрытого розовой глазурью кекса. Черт!

Майк поспешно выбрался из машины и зашагал к магазину с розовой коробкой сладостей в руках. До встречи с Кэти оставалось чуть больше часа. Вот о чем ему нужно думать. Кэти милая и ужасно сексуальная. И как только он увидит ее снова, все вернется на круги своя. Но едва лишь Майк вставил ключ в замочную скважину, ему пришла блестящая мысль, которая кому-то могла бы показаться ужасной. Майк решил, что, может, и к лучшему, если он немного изменит себе и привычному течению жизни.

Он бросил ключи на пребывающий в беспорядке стол, осторожно поставил на него коробку со сладостями и пошевелил мышкой, чтобы пробудить компьютер от сна. Открыв поисковик, Майк приготовился набрать текст. Только вот какой? Мой маленький очаровательный мир? Быстро просмотрев ссылки, Майк нашел искомое: «Мой маленький идеальный мир».

Один клик, и он оказался на главной странице сайта очаровательной соблазнительной Анны. Его название, выполненное в приглушенных тонах и окруженное всякими девичьими украшениями и завитушками, приглашало в посвященный стилю жизни блог. Что это вообще такое? Майк использовал Интернет для своих мужских целей. Выискивал старые автомобили на сайте электронных объявлений, скачивал музыку и смотрел тупые видеоролики на канале Ютуб. Для собственного бизнеса Майк создал сайт, состоящий из одной страницы, на котором можно было найти его имя и контактную информацию. А ведение блогов оставалось для него чем-то неведомым.

На первой странице размещались фотографии со дня рождения Клэр. Майк просмотрел их все, и у него в глазах вновь зарябило от изобилия голубого и розового цветов. Анна крупным планом запечатлела кексы, детали украшений и, что Майку понравилось больше всего, кувшин с напитком для взрослых. А вот совместное фото девочек в праздничных нарядах. Майк улыбнулся, увидев лучащееся радостью лицо Бейли. Она обнимала Клэр за шею, и Майк вдруг понял, как та похожа на свою мать. Очень красивая девочка. Правда, немного болтливая, но все равно ужасно милая.

Вечеринка закончилась всего пару часов назад, и Майк не мог поверить, что Анна уже успела выложить отчет о ней в Интернет. Очевидно, она очень серьезно относилась к своему сайту. А почему бы и нет? Ведь это ее бизнес. Эта мысль заставила Майка задуматься о том, чтобы немного приукрасить и собственный сайт. Например, поместить фотографии из серии «до и после». Только вот станут ли его клиенты рассматривать эти фотографии? Его дела шли гладко и без сайта, но все же об этом стоило задуматься. Майк пролистал страницу вниз и увидел то, что несказанно его удивило. А именно – шестьдесят три комментария. Господи, неужели такое количество людей интересуются празднованием дня рождения совершенно незнакомого ребенка? В конце концов сегодня суббота, да и фотографии были выложены в сеть совсем недавно.

Майк продолжил листать страницы и обнаружил руководство по окрашиванию старого стула (кому это нужно?), рецепт изготовления шоколадных завитков (для чего?) и фотографии с еще одной тематической вечеринки. Она называлась «Звездные войны», чем и заинтересовала Майка. Здесь присутствовали герои фильма, одетые в настоящие костюмы Дарта Вейдера и Бобы Фетта. Какого черта? И у кого есть на это деньги? На другой фотографии можно было разглядеть «настольный пейзаж» – теперь он знал, что означает это выражение, – с праздничным тортом, световыми мечами и зелеными напитками. И завершала серию фотография виновника торжества с гостями, облаченными в костюмы падаванов[4]. Сумасшествие какое-то. Когда Майк был ребенком, ничего круче вечеринки в стиле Микки-Мауса нельзя было придумать. Он пробежал глазами остальные фотографии и рекламные объявления, нажимая на все заголовки, пока не дошел до самого интересного – «Познакомьтесь с нами». Майк кликнул.

Профессиональный фотограф запечатлел трех женщин стоящими в высокой траве. Их лица украшали широкие улыбки. Все выглядели невероятно привлекательно, но взгляд Майка тотчас же остановился на Анне. Ее распущенные волосы рассыпались по обнаженным плечам, и смотрелась она поистине божественно в белом платье без бретелек, подчеркивающем грудь. Майк пролистал страницу дальше и увидел еще одно фото, сделанное с того же самого ракурса, только крупнее. Улыбка Анны была столь широкой и счастливой, что на щеках образовались очаровательные маленькие ямочки. Майкл смотрел на эту фотографию целых пять минут.

Рядом располагалась краткая информация о том, что она начала вести свой блог после того, как организовала вечеринку для собственной дочери на тему «Принцессы и замки». Анна страстно любила свою семью и старалась делать так, чтобы каждый день жизни был по-своему запоминающимся. Даже Майк мог назвать несколько незабываемых моментов. Ему на глаза попалось словосочетание «мать-одиночка», и теперь он знал наверняка, что Анна свободна для отношений. Майку ненавистно было думать о ее несчастливом браке, и все же он испытал облегчение от сознания того, что она вовсе не озабоченная домохозяйка, спрятавшая обручальное кольцо, чтобы клеиться к гостям мужского пола. Так что, возможно, он действительно ее заинтересовал.

Нет, нет, черт возьми, нет. Майк взъерошил волосы. Нужно гнать от себя подобные мысли. Он поднялся из-за стола и направился в душ. Ему необходимо было постоять под горячими струями некоторое время, чтобы выжечь воспоминания об Анне, выгнать их через поры с помощью пара.

Полчаса спустя Майк причесался и надел свои лучшие джинсы и рубашку на пуговицах. Он чувствовал себя гораздо лучше и был готов к встрече с Кэти. Она работала парикмахером в небольшом салоне красоты на Мейн-стрит, а проживание по соседству способствовало тому, что они частенько виделись в располагавшемся неподалеку баре «Смоки». Майк сдружился с барменом Эйданом и несколько вечеров провел в «Смоки», флиртуя с Кэти, которая вовсе не возражала. Легкие, приятные отношения. Но ничего серьезного.

Без десяти шесть телефон Майка зазвонил. Он ответил, но, услышав голос на другом конце провода, тут же пожалел об этом. Звонил его давний, очень требовательный и очень богатый клиент Дэн Монзер. Майк недавно начал перебирать «Мустанг фастбэк»[5] 1965 года для его дочери Джессики, которой вскоре должно было исполниться шестнадцать лет. Майк не испытывал угрызений совести, беря деньги за свою работу, и все же ему немного претила мысль о том, что этот восхитительный и редкий представитель американской автомобильной истории подарят девчонке-подростку, которая наверняка будет мыть его на автоматической мойке, ставить на крышу свою дизайнерскую сумочку и писать сообщения, находясь за рулем.

– Дэн, чем могу помочь вам в этот субботний вечер? – спросил Майк, сделав ударение на словах «субботний вечер», поскольку его мастерская была официально закрыта.

– Мне нужно знать, когда будет готов автомобиль. Джилл запланировала провести торжество в загородном клубе четвертого июля, но у них прорвало канализацию. Весь первый этаж и кухню затопило, так что все мероприятия отменены. – В голосе говорящего слышалась злость. – Очевидно, даже сотни долларов, которые я оставляю в этом заведении каждое лето, не способны изменить ситуацию. Так что мы вынуждены перенести мероприятие. Могу я на тебя рассчитывать?

Черт! Прежде чем заняться автомобилем Монзера, Майку необходимо было выполнить еще два заказа. График был столь напряженным, что он еще не начинал заниматься «Мустангом» всерьез.

– Сколько у нас времени, Дэн?

– Примерно до середины июня. Все зависит от Джилл и от места, которое она подыщет. А поскольку после четвертого июля мы уезжаем на Гавайи, все должно быть сделано до этого.

Какая же тяжелая у них жизнь. Нужно устроить вечеринку для дочери так, чтобы она не помешала им улететь на острова на целый месяц.

– Хорошо, Дэн, я подумаю, что можно сделать. У меня напряженный график, но я очень хочу вам помочь.

– Мне необходимо, чтобы ты сделал это, Майк. Ведь я внес немалую лепту в развитие твоего бизнеса.

В словах Дэна Монзера таилась недвусмысленная угроза, но он не лгал. Он действительно помог Майку встать на ноги, когда несколько лет назад фотографии отреставрированного им «Шелби Кобра» 1965 года появились на страницах журнала, посвященного спортивным автомобилям. Неудивительно, что у Дэна Монзера оказалось много богатых друзей, увлекающихся дорогими игрушками. И вот теперь Майк хотел помочь Дэну, даже несмотря на то, что редкий автомобиль предназначался в подарок девочке-подростку.

– Хорошо, я вас понял, но это будет непросто.

– Я хорошо заплачу, Майк. Я знал, что могу на тебя рассчитывать. А проклятой вечеринкой пусть занимается Джилл. Буду держать тебя в курсе.

Внезапно Майка озарило.

– Послушайте, Дэн. Если вам интересно, могу посоветовать одного организатора вечеринок. У нее есть связи. Не знаю, занимается ли она организацией масштабных мероприятий, но позвонить стоит.

– В самом деле? У нее хорошая репутация?

Майк едва не рассмеялся. Трудно было сыскать более достойного и надежного человека. Майк склонился над столом и нажал на раздел «Контакты».

– У Анны отличная репутация. – «А еще она жутко сексуальна».

Как удобно. Всем женщинам стоило завести собственные сайты. Взглянув на экран компьютера, Майк продиктовал Дэну номер телефона и электронный адрес. После этого вновь нашел фотографию Анны и еще некоторое время смотрел на нее. Оставалось надеяться, что она сможет помочь Монзерам. Они заплатят хорошие деньги. Не то чтобы Анна в них нуждалась, но ведь чек на круглую сумму никогда не помешает.

Майк подскочил от неожиданности, когда чьи-то руки обвили его за талию.

– Сюрприз, красавчик, – раздалось чувственное мурлыканье Кэти.

Майк обернулся. Она стояла перед ним в весьма откровенном черном платье, плотно обтягивающем фигуру. Майк посмотрел на распахнутую дверь, которую стоило запереть изнутри, и поспешно изобразил на лице улыбку. Теперь, при виде Кэти, предстоящий вечер не казался таким уж привлекательным.

– Привет, – произнес Майк, осторожно высвобождаясь из объятий, и на лице девушки отразилось разочарование. Майк сделал шаг назад и схватил со стола ключи. – Готова? Я подумал, что мы могли бы прокатиться в город и подыскать какой-нибудь новый ресторанчик.

– Конечно. На что смотришь? – поинтересовалась Кэти. Майк оглянулся. Облокотившись о стол, Кэти рассматривала сайт Анны. – Симпатичная, хотя не так уж молода. Тут написано, что она мать-одиночка. Ты с ней знаком?

В голосе Кэти послышалась ревность. Что ж, прекрасно. А ведь у них еще даже не было свидания. Но Майка действительно беспокоило то обстоятельство, что ему постоянно хотелось встать на защиту Анны. Так что перестать думать о ней не получилось.

– Не совсем. Она организовала чересчур пышную вечеринку для своей дочери, куда я сегодня отвозил свою племянницу, и уже выложила фотографии. – Майк пожал плечами, а Кэти рассмеялась, заставив его почувствовать себя настоящим болваном. Он раскритиковал Анну после того, как сказал, что ему нравится ее сущность. Но ведь он не лгал. Тогда почему солгал сейчас Кэти?

– Поверить не могу, что ты поехал на детскую вечеринку. Это совсем на тебя непохоже. – Кэти провела пальцами по рукам Майка и широко улыбнулась. – К тому же можно заняться гораздо более интересными и приятными вещами. Что скажешь?

Правда состояла в том, что Кэти совсем ничего о нем не знала. Ведь Майк просто обожал проводить время с Бейли. Стоящая перед ним девушка не могла бы стать большей противоположностью Анне, даже если бы очень постаралась. Майк закрыл глаза и вздохнул, прежде чем выйти из здания и запереть за собой дверь. События развивались совсем не так, как он представлял. Соблазнительная блондинка, держащая его под руку, оказалась совсем не той женщиной, которая занимала все его мысли.

Глава 4

Анна потянулась на королевских размеров кровати и сунула руку под подушку, чтобы ощутить на своей коже прохладу простыни. На самом деле она не нуждалась в такой большой кровати, но очень ценила ее за удобство. К тому же это был единственный предмет мебели, который Анна забрала из их со Скоттом общего дома. Самое смешное заключалось в том, что эта кровать стояла в гостевой комнате. Потому что Анне даже думать не хотелось о том, что ее бывший вытворял в той кровати, которую она с ним делила.

Анна посмотрела на свободное место рядом с собой. Странно. Она готова была поклясться, что под утро к ней пришла Клэр. Анна приподнялась на локтях и взглянула на часы. О черт, она проспала до девяти. В ее мире это почти полдень. Даже в воскресенье. Что-то привлекло ее внимание, и она принюхалась. Ей кажется, или в доме что-то сгорело?

– Ма-а-а-ма-а-а! Твои оладьи готовы! – раздался голос Клэр.

– Проклятье! – Анна выбралась из постели, накинула на плечи халат и поспешила вниз по лестнице, ведущей на кухню. – Клэр, в следующий раз подожди маму, прежде чем начнешь готовить.

Дочь стояла посреди кухни на небольшом приставном стульчике. Из тостера выглядывала изрядно подгоревшая клубничная оладья. Еще одна – такая же обугленная – лежала на тарелке.

– Это будет твоя, ладно? А я приготовлю себе еще, потому что вторая сильно подгорела, – как ни в чем не бывало произнесла Клэр, распечатывая еще одну упаковку из фольги. – Я отдам тебе эту, потому что ты не любишь переводить продукты.

– О, спасибо большое за заботу. – Анна села за стол, отковырнула обгоревшие края и откусила немного. Что ж, вполне съедобно.

Она проглотила еще пару кусочков, а потом поднялась из-за стола и подошла к кофемашине, таймер которой включился два часа назад. К счастью, подогрев работал, хотя сам напиток напоминал скорее горькое месиво. Впрочем, это можно исправить, добавив в него сливок. Анне потребовалось по меньшей мере две большие кружки, чтобы прийти в себя после количества выпитого шампанского, призванного залить горечь разочарования. Анна не была уверена, но, кажется, ей снился весьма непристойный сон с участием вчерашнего гостя в ладно облегающих ягодицы джинсах.

Она никак не могла перестать думать о его появлении в парке. Собирался ли он повидать ее? Или просто ехал мимо привычной дорогой? Вряд ли. Ведь рядом с парком не было никаких крупных строений. Впрочем, Анна не знала, где он живет. Все эти мысли сводили ее с ума, но она решила не обращать на них внимания. Если бы Майк заинтересовался ею, он наверняка сказал бы об этом. Но нет. Вместо этого он отправился вчера на свидание. Проклятье! Возможно, в этот самый момент он просыпается после бурной ночи или пытается бесшумно выскользнуть из дома любовницы. Господи, как будто Анне не приходилось иметь дело с красивыми парнями прежде.

Ирония судьбы заключалась в том, что она была замужем за красивым парнем. Когда-то Скотт Эдмонд заставлял ее сердце отчаянно биться, а тело – трепетать в предвкушении. Анна работала в местном общинном колледже на факультете гуманитарных и социальных наук, когда впервые увидела симпатичного парня в шортах цвета хаки и клетчатой фланелевой рубашке. Он выглядел как скалолаз или модель из каталога «Л. Л. Бин»[6]. Его загорелые ноги привлекли внимание Анны, едва только он возник на пороге офиса. А потом Скотт принялся беззастенчиво флиртовать с нею, пока она оформляла его перевод в другую группу слушателей. В тот же день он пригласил ее на свидание.

Ухаживал Скотт невероятно романтично. Он брал Анну на шикарные вечеринки, устраиваемые его весьма не бедными родителями, и обращался с ней так, словно она была какой-то особенной и чудесной. Даже мать Анны не устояла перед его мальчишеским обаянием. Когда Скотт наконец сделал предложение, Анне казалось, она точно знает, чего он ждет от брака. А именно – того, что жена сделает его жизнь легкой, а дом – уютным, что станет устраивать замечательные вечеринки и будет чудесно смотреться с ним рядом. Анне и в голову не приходило, что она может ошибаться или что один из них станет несчастным, хотя в начале все казалось таким чудесным.

К несчастью, она позволила своему Прекрасному Принцу уговорить себя бросить колледж. Глупая ошибка, ведь Анна с таким трудом попала туда в двадцать лет. Ей пришлось даже обратиться за финансовой помощью, поскольку болезнь отца съела все семейные сбережения. В результате Анна осталась без образования и без профессии, которая помогла бы ей остаться на плаву после того, как она застала Скотта в собственной постели с женой его кузена. Благодарение Богу, к тому моменту Анна уже начала зарабатывать деньги с помощью блога, иначе она просто не знала бы, что делать.

После того как страсти улеглись, самым болезненным оказалось ощущение, что она подвела Клэр. Ведь Анна хотела, чтобы у ее дочери было такое же счастливое детство, как и у нее, когда ее в возрасте четырех лет забрали из приюта и удочерили. После развода Анна чувствовала себя самой ужасной матерью на свете. Слава богу, что мама в ответ на известие о разводе произнесла: «Ты достойна лучшего» – и без лишних вопросов поддержала ее морально и финансово, когда возникла такая необходимость.

Анна сделала еще один большой глоток кофе, и ее ноздри наполнил аромат ванили. Она старалась не думать о разводе, но прошло уже два года, а Анна все еще переживала свое фиаско. Очевидно, общение с красивым привлекательным парнем возродило к жизни мысли, которые она тщательно гнала прочь. Это было знаком, напоминанием о том, что лучше ей продолжать жизнь монашки.

Нет, Анна вовсе не собиралась позволить подобным депрессивным мыслям завладеть своим разумом. Она скучала по прикосновениям мужских рук и взаимному притяжению. Не то чтобы Скотт уделял ей много внимания в последнее время, но все же Анна начала думать, что хоть какие-то отношения все же лучше, чем полное отсутствие таковых. Любовь может оказаться скоротечной, не так ли? По крайней мере, в ее случае это оказалось именно так.

Клэр спустилась со своего стульчика и села за стол с идеально поджаренными оладьями в тарелке, когда телефон Анны зазвонил. Она не узнала номер, что было довольно странно, но все же откашлялась и приветливо поздоровалась.

– Здравствуйте. Это организатор вечеринок Анна? – спросил незнакомый женский голос. Незнакомка произносила слова отрывисто, а ее голос звучал бодро, словно она проснулась несколько часов назад и уже успела решить кучу мировых проблем.

– Да, это Анна.

– Прекрасно. Меня зовут Джилл Монзер, и я оказалась в затруднительном положении. Мои знакомые рекомендовали вас как мастера своего дела, и мне нужно, чтобы вы организовали самую красивую, самую роскошную вечеринку в честь празднования шестнадцатилетия моей дочери. Это возможно?

Ну и ну! Анна никогда не устраивала таких вечеринок. К тому же она успела выпить всего полчашки кофе, и посему была не готова мыслить здраво. Поэтому начала с банального вопроса:

– Итак, миссис Монзер, когда вы планируете провести вечеринку?

– В этом-то и проблема, Анна. Сказав, что оказалась в затруднительном положении, я еще мягко выразилась. Мы договорились обо всем в «Миллард Кантри Клаб», но у них случилась авария, и теперь нам приходится начинать с чистого листа. Мне нужно все: новое место, диджей, угощение, освещение, украшение зала… И все это необходимо подготовить до конца июня.

Анна едва не выронила чашку. Освещение? Ух ты!

– О! Хорошо. Что ж…

Она слышала в новостях о прорыве канализации. Ущерб оказался таким непоправимым, что хозяин клуба решил полностью переделать старое здание. «Миллард Кантри Клаб» посещали лишь очень состоятельные люди, а это означало, что миссис Монзер возлагает на нее большие надежды и ожидает многого. Но у нее также много денег. Анна даже не могла себе представить… Впрочем, нет, могла. Картины того, как бы она все устроила, уже начали мелькать у нее перед глазами. Единственной загвоздкой были сроки.

– Я понимаю, что это очень неожиданно и проблематично, Анна, – продолжала меж тем Джилл, очевидно, почувствовав неуверенность собеседницы. Анне действительно было немного не по себе от того, как потенциальная клиентка произносила ее имя – словно Анна заслуживала отповеди. – Но моя дочь очень на вас рассчитывает. Я всю жизнь обещала ей, что на шестнадцатилетие она получит самую восхитительную и незабываемую вечеринку на свете, и я хочу быть уверенной, что так оно и будет.

– Что ж… Джилл, дайте мне поразмыслить минуту. Мне бы очень хотелось…

– О, благодарю вас, Анна! Признаюсь, я испытывала некоторые сомнения, поскольку порекомендовал вас мужчина, но когда я набрала ваше имя в Гугл и поняла, что вы та самая Анна из «Моего маленького идеального мира», радости моей не было предела. Ваши творения дорогого стоят, и это именно то, что я искала. Идеальное сочетание классического стиля и ручной работы. И почему я не подумала о вас сразу? Можете набросать план и встретиться со мной за кофе завтра? Обсудим детали.

Ну и что на это ответить? Справится ли она с поставленной задачей? Да, справится. И хочет сделать это. Но кто тот загадочный мужчина, который порекомендовал ее богатой клиентке? Должно быть, отец какого-нибудь ребенка, побывавшего на одной из ее вечеринок.

– Конечно, Джилл. Где бы вы предпочли встретиться? И еще… Могу ли я узнать имя человека, меня порекомендовавшего? Мне бы хотелось выразить ему свою благодарность.

И Анна не кривила душой. Именно молва сделала ее той, кем она являлась сейчас, и ей нравилось посылать благодарственные открытки тем людям, кто так или иначе рекомендовал ее своим друзьям и знакомым.

– Прекрасно. Давайте встретимся в «Лакомствах Калли». Я знаю, что Калли помогает вам вести блог. А еще я никак не могу насытиться ее низкокалорийными кофейными пирожными. И кстати, я как раз хотела заказать ей праздничный торт, так что убью сразу двух зайцев. Может, вы поговорите с ней и убедитесь, что ее устраивают сроки и выбранное вами место.

Улыбка не сходила с лица Анны с того самого момента, как Джилл упомянула ее подругу. Приятно было осознавать, что она сможет разделить хлопоты с Калли. А еще Анна сразу поняла, где хочет устроить вечеринку. На ум ей сразу пришла потрясающая ферма недалеко от города, в которую она влюбилась еще два года назад. Оставалось только надеяться, что ей удастся договориться с хозяевами.

– Да, я смогу это сделать.

– Чудесно. В таком случае встретимся завтра в девять, Анна. Странно, но вас порекомендовал парень, который реставрирует для моего мужа старинные автомобили. Его зовут Майк Эверетт. Вот уж действительно не знаешь, где найдешь, где потеряешь. Еще раз спасибо. И до встречи.

Разговор давно закончился, а Анна все еще прокручивала в голове услышанное. Майк Эверетт? Парень, ремонтирующий старые автомобили? В ее адресной книге было много мужчин с именем Майк, но Анна не помнила ни одного с фамилией Эверетт, да еще работающего механиком. Впрочем, она никогда не интересовалась профессиями своих клиентов, да и они редко делились такой информацией. На ум Анне пришел только один Майк. Тот, о котором она не переставала думать со вчерашнего дня. Но он точно не мог ее рекомендовать. Они знали друг друга меньше суток. К тому же такой парень, как он, вряд ли станет рассказывать друзьям о своем визите на детскую вечеринку.

Эверетт, Эверетт, Эверетт. Прокручивая в голове это имя, Анна вышла в Интернет, набрала в поисковике: «Майк Эверетт, реставрация старых автомобилей», нажала на первую же ссылку. Открылся сайт журнала, посвященного спортивным машинам, и Анна взглянула на медленно загружающееся фото.

– Проклятый вай фай, – пробормотала она.

– Что такое, мамочка? – поинтересовалась Клэр. Она помешивала в чашке клубничное молоко, которое лилось через край прямо на стол, но Анна решила сделать вид, будто ничего не заметила. – Снова злишься на телефон?

– Нет, солнышко, все в порядке.

Вскоре фотография загрузилась настолько, что на ней можно было разглядеть блестящий спортивный автомобиль и стоящих рядом с ним мужчин. Анна увеличила изображение, и у нее перехватило дыхание.

– О господи!

С фотографии на нее смотрел не кто иной, как греховно красивый дядя Майк. Он выглядел моложе, но это был без сомнения именно он. Майк Эверетт. Одетый в футболку и потертые джинсы, он стоял, сунув руки в карманы, и широко улыбался. Судя по подписи под фотографией, он реставрировал для Дэна Монзера «Шелби Кобру» 1965 года выпуска. Рядом было более крупное изображение машины. Анна не слишком разбиралась в спортивных автомобилях, но этот действительно никого не мог оставить равнодушным.

Анна положила телефон на стол, взяла чашку с кофе и принялась раздумывать о неожиданно полученном заказе и о том обстоятельстве, что дядя Майк, с которым она была знакома менее суток, рекомендовал кому-то ее услуги. Что бы это значило? Может, именно для этого он приехал в парк? Не повидать ее, а поинтересоваться, возьмется ли она за заказ? Может, их общение было совершенно невинным. Она организовывала вечеринки, а он знал заинтересованных людей. И его жаркие взгляды вовсе ничего не значили.

И все же… она пошлет ему благодарственную открытку и непременно выскажет свою признательность, как делала это много раз.

Глава 5

– Ты, должно быть, меня разыгрываешь, приятель. Розовый фастбэк?

Майк тяжело вздохнул. Он был разочарован не меньше своего собеседника. Мануэль считался лучшим в своем деле на целую сотню миль вокруг и прекраснее кого бы то ни было понимал, что покраска классического американского спорткара в кислотно-розовый цвет настоящее святотатство. В свое время Форд выпустил несколько розовых автомобилей, но на этот раз хозяин выбрал слишком яркую краску. Майку на ум пришел малиновый оттенок в декоре дома Анны, и он улыбнулся.

– Знаю, дружище. Дерьмо, а не цвет, но нам за это заплатят, – пошутил Майк, постукивая ручкой по столу. – Монзер помогает нашему бизнесу держаться на плаву, так что давай все же сделаем этот «Мустанг» самым отвратительно-розовым, какой только можно представить.

Мануэль тяжело вздохнул.

– Ты прав. Но мое сердце разорвется, едва только я начну заливать в пульверизатор краску.

– Просто будь готов, когда я пригоню его к тебе в середине июня.

Майк закончил разговор и откинулся на спинку стула. Наступил понедельник, и он был на ногах с пяти часов утра, работая над «Шевроле Шевелл», который был почти уже готов. Осталось доделать кое-какие детали интерьера. И чем быстрее он закончит «Шевроле», тем быстрее возьмется за «Мустанг». Обычно Майк старался не брать слишком много заказов одновременно, иначе это отразилось бы на качестве работы, но отказаться от внушительной суммы слишком трудно, поэтому время от времени у него случались такие вот авралы, как теперь.

Майк взглянул на часы и понял, что уже перевалило за полдень. Неплохо бы пообедать, только вот в крошечном холодильнике хранилось лишь несколько замороженных буррито да тюбик острого соуса. К счастью, владелец закусочной на Мейн-стрит прекрасно знал предпочтения Майка. Схватив со стола ключи от машины, Майк направился к выходу, совершенно не ожидая увидеть на пороге женщину. Но она действительно стояла, склонившись перед дверью.

Появление Майка застало ее врасплох, и она попятилась. Майк несколько секунд наблюдал за тем, как неожиданная визитерша пытается сохранить равновесие, а когда понял, что падение неизбежно, подхватил ее под руку. Копна золотистых волос упала с ее лица, и Майк заглянул в ясные глаза восхитительной Анны Эдмонд.

Она наконец выпрямилась, и Майк вынужден был отпустить ее руку.

– Вы в порядке? – спросил он.

– Да, – ответила Анна. – Извините, я просто хотела оставить для вас кое-что.

Майк не удержался от улыбки, окинув взглядом наряд Анны, состоявший из бледно-желтой блузки, темно-синей юбки и желтых босоножек на каблуках. На пороге стояла небольшая розовая коробка из кондитерской Калли, к крышке которой был прикреплен конверт.

– Вы опять пытаетесь меня накормить? Судя по всему, я выгляжу так, словно постоянно испытываю чувство голода.

Анна ответила Майку немного смущенной, но ужасно сексуальной улыбкой, а потом поспешно отвела взгляд.

– Вовсе нет. Вернее, в этой коробке действительно угощение для вас. Но я просто хотела поблагодарить вас за рекомендацию. Я целых три часа беседовала с Джилл Монзер, и поскольку наша встреча проходила в кондитерской Калли, решила, что вам стоит попробовать ее булочки с корицей, хотя сама стараюсь ими не злоупотреблять. Словом, ваша сестра сказала, где вас искать, и…

– Анна, – прервал Майк новую знакомую, которая нервничала все сильнее. Она то и дело всплескивала руками и заглядывала Майку в глаза, хотя тут же отводила взгляд. Вот и сейчас ее зрачки расширились, а губы слегка приоткрылись. – Можно было постучать, – мягко произнес он. – Я бы очень расстроился, узнав, что вы приходили, но не дали мне возможности с вами повидаться.

Анна на мгновение замерла, но потом, как и тогда у себя дома, взяла себя в руки. Перемены в выражении ее лица завораживали и возбуждали. Майку хотелось, чтобы она знала это и ответила взаимностью. «Пофлиртуй со мной, Анна, хоть как-то намекни о своих желаниях».

Анна улыбнулась, и ее щеки окрасились еле заметным румянцем. Ну вот, уже что-то.

– Мне просто не хотелось вас беспокоить.

– Как такое возможно?

– О, не стоит меня недооценивать. Я могу вас удивить. – Анна наморщила нос, и Майк поймал себя на том, что ему начинает нравиться эта ее милая привычка.

Ему хотелось, чтобы она его удивила, только вот он подразумевал под этим нечто другое, чем она. Майку хотелось наблюдать за тем, как она избавится от короткой юбки, снимет блузку и покажет ему свое белье. Интересно, оно тоже желтое? Или его ожидает сюрприз? Анна выглядела благовоспитанной красавицей-южанкой, но Майку хотелось пофантазировать о том, что в постели она окажется вовсе не такой кроткой и благопристойной. И он действительно предавался таким фантазиям. А уж если быть до конца откровенным, то сегодня утром он проснулся в таком болезненном возбуждении, что снять его помог лишь прохладный душ, собственная рука и чувственные образы Анны.

Господи, они и сейчас стояли у него перед глазами.

– Хотите зайти? – спросил Майк. – Хотя внутри не слишком чисто. Детали, смазка, металлическая стружка… Но это моя сущность.

Анна рассмеялась, вспомнив, очевидно, их субботнюю беседу. Она поспешно наклонилась, и у Майка перехватило дыхание, когда перед его глазами вновь возник тот образ, которым он наслаждался сегодня в душе. О господи, неужели она действительно решила его удивить? Но вместо того, чтобы воплотить его фантазии в жизни, Анна подняла с земли коробку с булочками и выпрямилась.

– Ничего. Я действительно хотела всего лишь поблагодарить вас. – Анна протянула Майку коробку. Он взглянул на конверт, на котором аккуратным почерком было выведено: «Дяде Майку». Проклятье! Ну почему это выглядит так сексуально?

– Вам просто необходимо зайти, – возразил Майк. – Чтобы взглянуть на автомобиль, который я реставрирую для дочери Монзеров. Ведь он будет в центре внимания. – Анна на мгновение задумалась, и Майк вскинул брови.

– Хорошо. Наверное, вы правы. Вообще-то Джилл пожелала, чтобы торт украшала крошечная копия автомобиля из помадки. Так что, полагаю, мне действительно стоит на него взглянуть.

Майк понятия не имел, что такое помадка, но был готов согласиться с чем угодно, лишь бы только заманить Анну внутрь.

– Отлично.

Мастерская Майка располагался в старом здании, которое принадлежало его другу Дереку, работавшему архитектором и подрядчиком. Несколько лет назад Дерек купил собственность под офис рядом с железной дорогой, в квартале от Мейн-стрит. Судя по всему, раньше это здание использовалось в качестве магазина или склада. На первом этаже имелись большие гаражные двери, ведущие в просторное помещение, поэтому Дерек предложил Майку арендовать эту часть здания.

Майк провел Анну внутрь и поставил коробку с булочками на стол. Когда он обернулся, она уже с интересом разглядывала его крошечный офис: продавленный диван, шкаф с документами и огромный, заваленный бумагами стол. Интересно, о чем она думает? Их взгляды встретились, и Анна улыбнулась.

– Эрин сказала, что вы здесь и живете. Это так?

– Так. Не слишком подходящее место для жилья. Но это временно. – Майк откашлялся, представив, как выглядит в глазах Анны. Черт возьми, он живет в мастерской. И как это его характеризует? У Майка было достаточно денег, чтобы купить дом хоть завтра. И весьма приличный. Просто он не испытывал в этом необходимости. Сначала Майк действительно планировал обзавестись жильем, а потом решил, что глупо покупать дом, если бо́льшую часть времени он все равно проводит в мастерской. Да, он строил планы и лелеял мечты. Только все это касалось отдаленного будущего. И вот теперь Анна наверняка подумала, что он живет, как какой-то бродяга.

Майкл действительно собирался рано или поздно обзавестись землей. Дерек даже предложил придумать дизайн и спроектировать дом. Но последние два года эту роль продолжал исполнять магазин. Майк жил один и считал разумным экономить деньги, но сейчас испытывал острую необходимость объясниться перед Анной. Заставить ее понять, что магазин является для него чем-то бо́льшим, чем просто место для ночлега. Хотя какое ей до этого дело?

– У меня есть спальня и душевая. Так что все не так уж плохо. Это место вполне меня устраивает, поскольку я пока не готов заняться покупкой дома.

Анна рассмеялась.

– Знаете, я немного вам завидую. Никаких кукол в креслах и крошек на полу. Здесь так тихо и спокойно. – Анна казалась искренней, и Майк не заметил в ее глазах осуждения. Была ли в ней хоть одна отрицательная черта?

– Да, так и есть. Мне нравится включать музыку и абстрагироваться от всего. Никто мне не мешает.

– Звучит здорово.

– Идемте, я покажу вам «Мустанг».

Анна последовала за ним по короткому коридору, который вел в гараж. Так странно было видеть женщину в его святая святых. Как Майк и говорил, он проводил здесь бо́льшую часть своего времени, занимаясь тем, что у него получалось лучше всего: превращал ржавые драндулеты в произведения искусства. Он любил выискивать бриллианты в куче мусора и очень гордился тем, что не только возвращал им былую красоту, но и делал их еще лучше. Все работы Майк предпочитал выполнять самостоятельно, обращаясь за помощью лишь к специалистам по покраске, стеклам и отделке интерьера. Всему, что знал, Майк научился у отца и в училище.

Анна провела своими изящными пальцами по покрытому грунтовкой капоту «Шевроле Нова», а потом заметила «Мустанг», и на ее губах заиграла улыбка. Майкла впечатлило то обстоятельство, что она поняла, какой именно автомобиль принадлежит Монзеру.

Отец Майка обожал старые машины – от классических до гоночных – и привил свою любовь подрастающему сыну. Для обоих не было ничего более привлекательного, чем поиск сокровищ на свалках или среди газетных объявлений. А уж процесс восстановления захватывал отца и сына еще больше. Майк часто вспоминал, как они работали бок о бок с отцом. Теперь он наверняка гордился бы достижениями сына, и Майк испытывал неподдельную печаль от того, что отец этого не видит. Чак Эверетт, его единственный родитель, скончался от сердечного приступа, когда Майк учился в старших классах школы.

Майку ужасно повезло, что на момент смерти отца ему исполнилось восемнадцать лет. Его уже не могли отдать в приемную семью, поэтому он взял дальнейшую жизнь в собственные руки. Первым побуждением пребывающего в горе подростка было бросить школу и найти себе какое-нибудь занятие. Но эта затея ничем хорошим не закончилась. Его сестра училась тогда в колледже и была не готова поддержать брата. Майку, снявшему квартиру вместе с друзьями, оставалось лишь заверить ее, что у него все хорошо. Только вот он выбрал совсем не тех друзей, но разубедить его было некому.

Просто удивительно, что ему удалось выбраться с самого дна и не закончить дни в тюрьме. Со временем Майк залечил раны и вернулся к тому, что любил, – реставрации автомобилей. Лишь татуировки на плече и спине напоминали о его прошлом. Небольшая цена за возможность остаться в живых. А еще эти татуировки напоминали о том, как сильно он отличался от посетившей его женщины.

Майк подошел к стоявшей возле «Мустанга» Анне. Только теперь при взгляде на уродливый зеленый каркас со следами шпаклевки Майк осознал, какая трудная и кропотливая работа ему предстоит.

– Сомнительно, что такое может понравиться шестнадцатилетней девушке, – произнесла Анна.

Майк тихо засмеялся.

– Да уж, сейчас точно не понравится. Но судить еще очень рано. Ведь это оригинальный цвет. Я закончу жестяные работы, прогрунтую поверхность, нарисую белые полоски по бокам, поставлю восстановленный двигатель 351 Виндзор V8, отполирую хромированные детали, и вот тогда он будет выглядеть восхитительно. Если не принимать во внимание едкий розовый цвет, в который его попросили покрасить хозяева.

– Я слышала об этой просьбе. Ух ты! Даже представить сложно. Вы действительно справитесь с поставленной задачей? – поддразнила Анна и широко улыбнулась.

Майк прижал руку к груди, как если бы у него заболело сердце.

– Анна, ваше неверие в мои силы разрывает мне сердце. Я же не ставлю под сомнение использование вами керамических кружек вместо стаканов.

Анна округлила глаза, застонала, а потом тихо засмеялась.

– У меня потрясающие кружки, мистер. К тому же это тренд сезона, чтоб вы знали.

Звук ее счастливого шутливого голоса эхом прокатился по телу Майка, растаяв внизу живота. Возможно, он совершил ошибку, пригласив ее сюда, поскольку не мог допустить, чтобы она ушла, прежде чем он ее коснется. Анна подошла к другому автомобилю, и Майк наблюдал за тем, как ее рука скользит по его капоту. На ногтях Анны был все тот же маникюр, что и на вечеринке, который теперь ярко выделялся на блестящем черном фоне. Это зрелище ужасно заводило и будоражило.

– Вот этот мне нравится. – Анна улыбнулась через плечо, и Майку показалось, что ее красота затмила все вокруг. Наряд Анны никто не назвал бы непристойным, но при этом он лишь добавлял ей сексуальности. Майк двинулся к ней. Легкий ветерок, залетавший в распахнутые ворота гаража, теребил ее волосы.

– Это «Шевелл Супер Спорт». Редкий автомобиль и один из моих любимых. Третий по счету у моего клиента. Досадно, что он на них почти не ездит.

– И почему люди покупают что-то особенное, а потом этим не пользуются?

Майк пожал плечами. Хороший вопрос. Он вполне понимал желание сохранить что-то в целости и сохранности, но как говорил его отец: «Ты не можешь взять автомобиль с собой. А некоторые люди больше наслаждаются ощущением обладания, нежели потрясающим чувством скорости».

На губах Анны заиграла улыбка. Маленькая Мисс Совершенство уловила его настроение.

– А как бы поступили вы? – тихо спросила она.

Майк подошел ближе, не отрывая взгляда от Анны, а когда до нее оставался всего фут, опустил глаза и увидел, как вздымается и опускается ее грудь. Майку казалось, что он видит вспыхивающие между ними искры притяжения. И теперь ему хотелось попробовать это притяжение на вкус.

– Обладание захватывает, но нет ничего лучше отличной езды. – Голос Майка зазвучал глуше, и он заметил, как расслабился подбородок Анны. При этом ее грудь опала, словно Анна в буквальном смысле слова лишилась способности дышать. Она с такой готовностью отвечала на призыв, что у Майка захватило дух. Он подался вперед, положил руку на талию Анны и погладил ее подушечкой большого пальца. Господи, какая же она нежная. И теплая. А исходящий от нее сладкий цветочный аромат наполнял воздух вокруг, заставляя голову Майка кружиться.

Он с трудом удерживался от желания схватить ее обеими руками и крепко прижать к себе. Майк безумно хотел Анну, но позади нее стоял дорогостоящий автомобиль, на который он не собирался наваливаться всем своим весом. Даже в такие моменты Майку приходилось думать о своих малышках. А еще он боялся напугать Анну, хотя в глубине ее округлившихся глаз читалось отчаянное желание. Майк скользнул взглядом по ее восхитительно пухлым губам, а потом слегка наклонил голову…

– Майк! – раздался из офиса напевный голос.

– Черт! – Майк мгновенно отстранился и опустил руки.

– О господи, – вымученно выдохнув, Анна развернулась как раз в тот момент, когда в открытые ворота гаража вошла Кэти.

– Привет. О, извини, я не знала, что у тебя клиентка, – произнесла соседка, замерев на месте и смерив Анну оценивающим взглядом. Кэти старалась ничем не выдать своего смятения, но в ее голосе звучала горечь.

Черт, как не вовремя. Анна вовсе не клиентка. Она принесла ему булочки и записку. Она называла его дядей Майком. Однако Майк не стал разубеждать Кэти, потому что теоретически между ним и Анной ничего не было. Анна отвернулась и теперь внимательно изучала «Шевроле Шевелл», поскольку не могла смотреть ни на Майка, ни на Кэти.

– Позволь мне закончить, Кэти. Я приду через минуту.

Соседка перевела взгляд с Майка на Анну, а потом направилась в офис, прикрыв за собой дверь. Как бы Майку хотелось, чтобы она просто вернулась домой. В субботу вечером он отказался подняться в ее квартиру и сам поразился собственному поведению, но невероятно горячая и сексуальная Кэти вдруг напилась, как юная студентка, когда они забрели в бар рядом с домом. Пропасть меж нею и соблазнительной матерью-одиночкой в розовом летящем платье оказалась столь велика, что желание Майка провести ночь в постели Кэти улетучилось без следа.

– Что ж, я надеюсь, булочки с корицей придутся вам по душе. Я съела одну сегодня утром, хотя делать этого не стоило.

Перемена в голосе Анны была сродни удару под дых. Как и тогда у нее дома, все пошло не так, и Анна постаралась исправить положение, пытаясь вести себя нейтрально, словно между нею и Майком ничего не произошло. Но ему не нравилось, как она вдруг сдувалась подобно воздушному шарику, когда чувствовала смущение. Майку хотелось бы увидеть, как Анна ест булочку с корицей, чтобы потом слизать сахарную пудру с ее губ. Но прямо сейчас, зацокав каблучками по бетонному полу, она направилась к воротам. Майк не мог осуждать ее за это.

– Анна, не уходите.

Анна повернулась с лишенным каких бы то ни было эмоций лицом и посмотрела на Майка, а потом склонила голову набок, как если бы хотела понять, что у него на уме.

– Почему?

Майк не знал, что ответить. Неужели она не поняла, что он едва ее не поцеловал? Что все еще хотел этого? А Анна стояла перед ним в своем очаровательном наряде, с позолоченными лучами солнца волосами и уверенным и бесстрастным выражением лица. Еще минуту назад она выглядела так, словно готова была растаять в его объятиях, а теперь убегала. Майк сунул руки в карманы джинсов и молчал. Кэти ждала его в офисе, и ему совершенно не хотелось, чтобы она вернулась и расстроила Анну еще больше.

– Забудьте. И спасибо за булочки.

Анна посмотрела на пол под ногами, а потом вновь перевела взгляд на Майка.

– Не стоит благодарности. И еще раз спасибо вам, Майк.

С этими словами она вышла из гаража, обогнула угол здания и направилась к припаркованной на улице машине. Майк хотел было уже последовать за ней. Извиниться за то, что их прервали, и умолять, чтобы она позволила немного отмотать время назад. Больше всего на свете ему хотелось ее поцеловать, и он был уверен, что Анна хочет того же. Вот уже во второй раз он позволил ей уйти разочарованной и сбитой с толку после разговора с ним.

– Проклятье, – еле слышно выругался Майк.

Когда до его слуха донесся звук заработавшего мотора и шорох гравия под колесами, Майк вернулся в офис. Кэти сидела на столе, поставив ноги на стул и бросив футболку на монитор компьютера, так что теперь Майк отчетливо видел ее черный бюстгальтер. Черт!

И почему это зрелище совершенно его не заводит? Он ведь мужчина в самом расцвете сил, а у Кэти красивое тело. Только вот время выбрано неудачно. К тому же она вовсе не та женщина, с которой Майку хотелось быть. Однако Кэти заговорила прежде, чем он успел сообщить ей это.

– Я немного сбита с толку после того, что случилось в субботу. Я еще никогда так не напивалась.

Верилось с трудом. Майк видел, как профессионально она опрокидывает стаканы с ромом и диетической колой, но решил повести себя благородно и сделать вид будто поверил.

– Ничего страшного. Со всеми случается.

Кэти поманила Майка пальцем и немного откинулась назад.

– Но нам с тобой так и не удалось развлечься.

Действительно, не удалось, и Майк больше не был в этом заинтересован. Жаль, ведь не каждый день в его офисе оказывается полуобнаженная женщина. Вернее, такого вообще никогда не происходило, и вот теперь Майк не знал, как бы помягче объяснить Кэти, что он не нуждается в ее обществе.

– Кэти, послушай…

Рот девушки приоткрылся от удивления, и она выпрямилась.

– Ты что – разыгрываешь меня, Майк Эверетт? Я сижу перед тобой на столе почти голая, а ты говоришь: «Кэти, послушай»?

Кэти спрыгнула со стола и схватила футболку, заставив Майка почувствовать себя последним негодяем. А еще он чувствовал себя так, словно подвел весь мужской род, отказавшись от столь заманчивого предложения. Но он действительно не мог объяснить своего поступка. Вернее, мог, ибо это определенно было как-то связано с коробкой сдобных булочек, которая стояла на столе всего в нескольких дюймах от того места, где сидела Кэти.

– Я не дурочка, Майк. Ты мог бы сказать, что я тебе не интересна еще до того, как мы отправились на свидание. Хотя я совершенно не понимаю, что произошло. Ты сам меня пригласил. Ты флиртовал со мной на протяжении нескольких недель.

Кэти была права. Но что-то изменилось в последнее время. Майк искренне жалел, что так произошло, потому что его жизнь была бы гораздо проще, останься все как прежде.

– Кэти…

– О нет, даже не думай. – Кэти натянула футболку и схватила со стола сумочку. – Я думала, ты хороший. Ты мне очень нравился, и я действительно считала, будто между нами… что-то есть.

Майк вскинул брови, и на его лице отразилось искреннее недоумение. Он ведь был уверен, что Кэти тоже собиралась всего лишь развлечься и не подразумевала ничего серьезного. Черт! Плескавшийся в глазах Кэти гнев достиг угрожающего уровня.

– Ты самый настоящий засранец, – прорычала она, прежде чем с грохотом захлопнуть за собой дверь.

Майк закрыл глаза и тяжело опустился на стул. Господи, но почему все так обернулось? Его навестили две женщины, и обе ушли в гневе. Наверное, он обладает каким-то особым даром обращать в бегство представительниц прекрасного пола. Майк подумал о подарке Анны, и это напомнило ему о конверте.

Он взял его и поднес к носу. От бумаги все еще исходил еле слышный цветочный аромат. Майк перевернул конверт и вновь посмотрел на почерк Анны. Дяде Майку. Майк улыбнулся. Ну кто мог подумать, что это прозвище окажется столь сексуальным? Когда его произносила Анна, он вовсе не думал о Бейли.

Внутри конверта лежала небольшая открытка, украшенная желтыми горошками. В нижнем углу красовалась витиеватая монограмма «А». Ох уж эти женщины. Майк принялся читать.

«Майк, вы, должно быть, пожалели, что остались на вечеринке в честь дня рождения маленькой девочки, но я рада, что так случилось. Большое спасибо за рекомендацию. Для меня важно, что вы думали обо мне. Анна».

Анна и представить себе не могла, какой поворот принимали его думы о ней. Но то, о чем он думал сейчас, действительно пугало. Майку была ненавистна мысль о том, что он позволил ей уйти.

Глава 6

Пятницы были самыми загруженными в «Лакомствах Калли», поэтому Анна взяла себе за правило приходить по утрам и помогать. Она работала бесплатно, так как Калли Дэниелс давно уже стала ее самой близкой подругой. К тому же приятно было ненадолго выбраться из дома. Да и для блога польза.

Анна познакомилась с Калли два года назад на местном субботнем рынке. Это произошло сразу после того, как она переехала в Престон. Анна попробовала ее лепешки с черникой и чуть не умерла от восторга, настолько они оказались хороши. В последующие две субботы Анна купила другие изделия – тоже невероятно вкусные, а спустя четыре недели предложила Калли посетить сайт и разместить там свой пост. В нем Анна предлагала поделиться рецептом восхитительных лепешек с черникой. Пост получил невероятный резонанс – в чем Анна совершенно не сомневалась, – и завсегдатаи блога тут же влюбились в острый ум Калли и ее потрясающую выпечку. Ну а потом Калли стала неотъемлемой частью ММИМ и жизни Анны. Женщины проводили много времени вместе, работая над блогом и организуя вечеринки совместно с еще одной подругой Линдси. Калли была самым трудолюбивым человеком из всех, кого Анна когда-либо знала. К тому же она обладала сногсшибательной внешностью, только вот почему-то совсем не ходила на свидания.

В ведении Анны и Калли находилась организация вечеринок и угощение, в то время как Линдси занималась антиквариатом. Вот и сейчас она на пару недель уехала на Восточное побережье в поисках раритетных вещиц. Анна завидовала ее способности мгновенно срываться с места, но знала, что подруга любит такой образ жизни. К тому же Линдси вносила огромный вклад в их захватывающий бизнес и совместную работу над блогом. Анна не переставала поражаться многочисленным талантам и достижениям своих подруг, из которых читательницы блога извлекали для себя немалую пользу. Особенно Анна гордилась страничкой рецептов и была ужасно счастлива от того, что блог помог Калли осуществить ее заветную мечту.

В это утро Анна уже успела сварить три вида кофе, посыпать сахарной пудрой несколько кексов и как раз покрывала глазурью булочки с корицей, когда на пороге кондитерской возник Эрик в дизайнерских солнцезащитных очках на точеном, покрытом ровным загаром лице. Калли глубоко вздохнула.

– Ты понимаешь, что если бы пришел вовремя, солнце еще не успело бы подняться из-за горизонта? Эти очки на твоем носу свидетельствуют о том, что ты ожидал встретить на своем пути весьма разгневанного босса, Эрик. – Калли вымыла руки и направилась в холодильную камеру.

Молчание Эрика удивило Анну, ведь обычно он заглатывал наживку и вступал в словесную перепалку с Калли, которая забавляла обоих. Очевидно, Калли тоже это заметила. Она выглянула из камеры, переглянулась с Анной и кивком указала на Эрика, но Анна лишь недоуменно пожала плечами. Эрик складывал коробки для булочек – нудная и совсем нетворческая работа, которая совершенно не соответствовала его представлению о собственной профессии, ведь он считал себя настоящим творческим гением.

Калли подошла к другу и сжала его руку.

– Что происходит, Эр?

Однако Эрик лишь шмыгнул носом в ответ. Закатив глаза к потолку, Калли с трудом подавила стон. Анна знала, что Калли обожает Эрика – они обе его обожали, – ведь он сыграл немалую роль в развитии ее бизнеса. Ему уже исполнилось двадцать шесть лет, а он все не переставал верить, что каждый парень, с которым он сходил на свидание или переспал, и есть тот самый. Когда-то Анна и Калли считали его наивные романтические порывы очаровательными, но со временем они превратились в привычную рутину.

Анна и Калли без устали повторяли Эрику, что найти того единственного практически невозможно, независимо от того, гей он или натурал. У большинства мужчин на уме только одно. И это вовсе не желание сделать кого-то счастливым на всю оставшуюся жизнь. По иронии судьбы Эрик и сам был таким мужчиной, но в отношениях он руководствовался девизом: «Делай так, как я хочу, а не так, как я делаю».

– Мне жаль, дорогой, – произнесла Калли, сочувственно поглаживая Эрика по спине. – Вы с Дэвидом расстались?

Анна оглянулась через плечо. Эрик покачал головой, но не прекратил складывать украшенные розовыми полосочками коробки. Логотип на них соответствовал логотипу на форменной розовой футболке Эрика, обтягивающей его широкие плечи и спину. Он был очень красивым мужчиной – загорелым и мускулистым. Такое огорчение для женщин Престона – ведь он совсем ими не интересовался. Впрочем, это совершенно не мешало им ежедневно с ним заигрывать. К счастью для Калли, Эрик быстро сообразил, что его обаяние приносит пользу бизнесу, и поэтому эксплуатировал его на всю катушку.

Калли опустила руку, многозначительно посмотрела на Анну, а потом развернула Эрика лицом к себе.

– Так что же все-таки произошло?

– Я с ним порвал, – тихо ответил Эрик.

Калли испустила полный драматизма вздох.

– Но почему, скажи на милость, ты так поступил? Он был потрясающий, и ты ему нравился, если судить по твоим многочисленным рассказам о нем.

– Так и есть. – Эрик с тоской посмотрел в потолок, прежде чем возобновить работу. – Но он хотел слишком многого слишком быстро. Меня это душило.

– Эрик! – одновременно воскликнули Анна и Калли.

Калли всплеснула руками.

– Тогда чего, черт возьми, ты хочешь от жизни? Хотя, знаешь, лучше держи это при себе, так как, боюсь, ответ будет слишком пространным. Ты в порядке? Потому что сегодня пятница, и мы в запарке.

Эрик кивнул и наконец поставил на стол коробку.

– Да. Это даже хорошо, что мне есть чем заняться.

– Обещаю, простаивать тебе не придется. Поработаем сегодня на славу, а вечером отправимся в «Смоки». Как тебе такая идея, Анна?

– О… Я не…

Калли сверкнула глазами.

– Конечно. – Анна тут же сменила тон. – Звучит здорово.

Лицо Эрика осветила улыбка. Калли определенно умела разговаривать на его языке. В конце недели бар «Смоки» заполнялся до отказа. Большинство посетителей составляли студенты местного колледжа. Анна не слишком любила это место, в отличие от Калли и Эрика, которые были моложе нее на несколько лет. Нет, она неплохо проводила время в «Смоки», но танцы не привлекали ее так, как остальных завсегдатаев. Она чувствовала себя слишком старой для этого. К тому же Анна не любила проводить уик-энды без Клэр. К сожалению, на эти выходные девочку забрал к себе отец, поэтому избежать похода в бар будет не так-то просто.

Хотя, возможно, после двух весьма неловких встреч с одним привлекательным механиком поход с друзьями в увеселительное заведение как раз то, что нужно. Беззаботное веселье и ни к чему не обязывающий флирт наверняка помогут ей забыть о существовании сексуального Майка Эверетта.

Калли выхватила у Анны из рук поднос со свежими булочками и направилась к стойке, в то время как Анна и Эрик начали выкладывать булочки на еще один поднос. Работа в кондитерской постоянно напоминала Анне о том, как быстро развивался и становился прибыльным бизнес ее подруги. Ей потребовался на это всего год после переезда в Престон. Когда они только познакомились, Калли выпекала сдобу у себя дома, принимала заказы и торговала готовой продукцией на местном рынке. Она и сейчас продолжала торговать и еженедельно принимала заказы, только вот кухня была уже профессиональной, да и количество продукции увеличилось во много раз. Плюс ко всему Калли успевала дважды в неделю публиковать новые посты в блоге, и читательницы обожали ее рецепты и с нетерпением ждали новых. Какие-то из них представляли собой хорошо забытое старое, а какие-то являлись результатом творческих исканий Калли.

К девяти часам Анна сделала все, что наметила, наполнила свою термокружку кофе и попрощалась с друзьями. Она надеялась, что Калли и Эрик так устанут к концу дня, что уже не захотят идти танцевать, только вот надежда эта была очень слабой.

Вот уже дважды Майку довелось отведать сдобы из «Лакомств Калли», но это не помешало ему еще раз заглянуть в кондитерскую. Конечно же он проезжал мимо здания, где она располагалась, только вот посещал в основном бар по соседству, заправку да закусочную, где торговали бургерами. А если уж ему хотелось развлечься по-настоящему, то выбирался в соседний город. Майк был не из тех, кто посещает местные кондитерские, поэтому он и сам несказанно удивился собственному желанию заглянуть к Калли.

Хотя чему тут удивляться? Ведь он только и делал, что думал об Анне с того самого момента, как она покинула его гараж несколько дней назад. Майк не собирался наносить ей визит, поскольку она не оставила своего телефонного номера, но надеялся, что, возможно, встретит ее у Калли. Когда Майк открыл дверь, колокольчик над ней мелодично зазвенел. Калли стояла за прилавком и что-то писала в блокноте.

– Доброе утро, – весело поприветствовала она посетителя, не поднимая глаз.

Однако прежде чем Майк успел что-либо ответить, дверь, ведущая на кухню, отворилась, и его взору предстал молодой мускулистый парень, принесший с собой аромат свежевыпеченной сдобы с примесью того, что очень напоминало цветочные духи Анны. Майк на мгновение замешкался. Аромат был столь силен, что ему показалось, будто Анна здесь. Может, она находилась за той дверью, из которой появился сейчас незнакомый красавец? От этой мысли у Майка перевернулось все внутри, но прежде чем он успел задуматься о своей реакции на происходящее, красавец в розовой футболке с логотипом заведения заметил его и тотчас же переменился в лице.

– Приве-е-ет, чем могу помочь?

Что ж, ревновать к этому парню точно не стоило. Лучше уж позаботиться о себе. Майк взглянул на Калли, оторвавшуюся наконец от своего блокнота. На ее лице сияла широкая улыбка.

– Я знала. Мало кто остается равнодушным, отведав моих булочек.

Майк заметил, как стоящий за прилавком парень вскинул бровь.

– Господи, я имела в виду те, что продаю, – с улыбкой уточнила Калли. Она провела рукой по стеклянной витрине. – Все они здесь.

Майк улыбнулся шутке Калли, но комментировать не стал. Калли была очаровательна, только вот не о ней он думал все дни напролет.

– Осталось только две булочки с корицей, дядя Майк. Упаковать?

Майк тихо засмеялся и почесал затылок, удивленный тем, что Калли так его назвала. Значило ли это, что Анна говорила о нем? Эта мысль согрела ему душу.

– Да, конечно, – ответил Майк, разглядывая ассортимент кондитерской. – Они ужасно вкусные. Потому я и приехал.

– Ну, конечно, именно поэтому. – Калли взяла в руки фирменную коробку и положила в нее оставшиеся булочки. Майк заметил, что она улыбается чему-то позади него. – Что-нибудь еще? Может, кофе? Эрик только что сварил.

Майк оглянулся через плечо, и Эрик сделал вид, будто протирает венички для крема. Только вот Майк почему-то не сомневался, что парень секунду назад таращился на его зад.

– Конечно. Было бы здорово.

– Отлично. – Калли пробила чек. – С вас восемь долларов шестьдесят четыре цента.

Майка немного ошеломила стоимость пары булочек и чашки кофе, но он вытащил из бумажника десятку и начал было обдумывать способы выудить побольше информации об Анне, но потом решил, что это попросту смешно. Он же взрослый мужчина, а ведет себя как ребенок.

– Я знаю, моя продукция недешева, но она того стоит. И вам это уже известно. – Калли подмигнула. – Но знаете, Майк… кое-что очень важное я предоставлю вам совершенно бесплатно.

Что это – простое везение? Или же его намерения слишком очевидны? Калли закрыла отсек с деньгами и протянула Майку чек. После этого она убрала коробку с булочками в фирменный пакет, положив туда же салфетки и одноразовую вилку.

– Бедняга Эрик порвал сегодня утром со своим другом, – пояснила она с наигранным выражением печали на лице.

Майк слегка выпрямился, вновь бросил взгляд на Эрика и откашлялся.

– Мне жаль, приятель.

Эрик кивнул.

– Спасибо. Но я справлюсь.

– Как вы уже, возможно, знаете, – продолжала меж тем Калли, – лучший способ забыть парня – это напиться и найти другого.

Она это всерьез?

– Я это знаю? Не уверен, – пробормотал сбитый с толку Майк.

– Не волнуйтесь, Альфа Майк, я дело говорю. Короче, я, Эрик… – она кивнула на своего друга, а потом перегнулась через прилавок и, протянув Майку пакет, вполголоса продолжала, – …и моя самая близкая подруга, с которой мы планируем вечеринки, собрались сегодня вечером в «Смоки». Мы друг друга поняли?

Ха! Как же она ему нравится. Лучшая подруга на свете. Майк улыбнулся и кивнул.

– ОК. Спасибо.

– Всегда к вашим услугам. Эрик принесет кофе.

Майк обернулся и увидел Эрика с пластиковым стаканом в руках.

– Я предположил, что вам нравится в меру сладкий со сливками. Верно? – подмигнув, поинтересовался Эрик.

– Да, точно. Спасибо. – Майк судорожно сглотнул, желая поскорее отсюда убраться.

– А если уж хотите словить еще больший кайф… отправьте эти булочки в микроволновку на двадцать секунд. – Эрик кивком указал на пакет.

– Э… хорошо. Я попробую. – Майк осторожно взял из рук Эрика стакан с кофе и вышел на улицу, качая головой. Ведь только что состоялась самая продуктивная и вместе с тем самая неловкая беседа в его жизни.

Глава 7

Стоя в своей крошечной гардеробной, Анна тяжело вздохнула. Она понятия не имела, что можно надеть для визита в бар в пятницу вечером. Хотя это не имело никакого значения. Ведь она будет чувствовать себя не в своей тарелке в любом наряде.

Выходные без Клэр представляли собой некую смесь радости и печали. С одной стороны, нет такой матери, которая бы не мечтала хоть несколько часов провести без любимого чада и немного отвлечься от бесконечных вопросов, приготовления еды и попыток уложить его в кровать. Но, с другой стороны, Анне ужасно не нравилось то обстоятельство, что она понятия не имела о происходящем в доме Скотта, когда Клэр оставалась у него.

Нет, она не переживала за безопасность дочери и не сомневалась в том, что Клэр горячо любима отцом. Возможно, Скотт и разлюбил жену, но он по-прежнему обожал их дочурку, за что Анна была безмерно ему благодарна. Нет, она волновалась из-за всяких мелочей. Например, из-за реакции Скотта на упоминание Клэр о матери. Он, конечно, не скажет ничего дурного, но мысли ведь не всегда можно выразить с помощью слов. Понимал ли Скотт, насколько дурное влияние может оказывать телевидение на ранимую психику ребенка? И вдруг Клэр обнаружит в его мобильном то, что навсегда лишит ее невинности?

Но Анна ничего не могла поделать. Скотт тоже имел права на ребенка, поэтому они сразу оговорили визиты Клэр. Раз в две недели она проводила выходные у отца. Он забирал ее в пятницу после школы и привозил домой в понедельник утром. Но более всего Анну сердило то обстоятельство, что ночь воскресенья Клэр проводила у родителей Скотта. И это означало, что ему вовсе не нужно было заботиться о том, чтобы собрать ее в школу. Анна всегда считала, что настоящим родителем может считаться лишь тот, кто умеет одновременно готовить завтрак, собирать портфель и наносить на ресницы тушь. Но она любила бывшую свекровь и поэтому пыталась смириться.

В такие дни, без Клэр, Анна в основном работала, читала и много времени проводила в Интернете. Но сегодня Калли приготовила ей другое развлечение. Анна сняла черную юбку и бросила ее на пол рядом с тремя другими нарядами, которые успела примерить и забраковать.

– В этом ты будешь выглядеть потрясающе. – Калли указала на черное платье без рукавов, с глубоким декольте, выгодно подчеркивающее талию и грудь. Подол состоял из двух частей – плотной нижней и верхней кружевной. Это платье предполагалось носить с широким ремнем. Анне оно очень нравилось, только вот…

– Ни за что. Я его не надену. Видишь то желтое платье-рубашку? – спросила Анна, указывая на вышеозначенный предмет одежды. – Позади него на вешалке слишком маленькие наряды, а перед ним одежда для толстых. – Она всплеснула руками.

– Одежда для толстых. Господи боже мой! – Калли разочарованно уронила руки, все еще сжимая черное кружевное платье. – Анна, у тебя потрясающе соблазнительное тело. Что с тобой такое? Парни постоянно на тебя заглядываются.

Анна сморщила нос.

– Нет. Я такая толстая. – Она приложила руку к животу в желании доказать свою правоту.

– Господи, женщина, ты просто сошла с ума. У меня тоже есть живот.

Слова Калли развеселили Анну. Их животы не имели ничего общего кроме пупка. А живот Калли был гораздо более плоским и сексуальным. Она обладала гладким сильным телом танцовщицы. Все четыре года учебы в колледже Калли являлась членом танцевальной команды, и ее фигура до сих пор не утратила былой стройности и грациозности. Нечестно, что она зарабатывала на жизнь выпеканием умопомрачительной сдобы, но при этом не набрала ни единой лишней унции.

– Анна, ну примерь же наконец это чертово платье. Я пригласила тебя в бар, так что и наряд выберу сама. – Калли сорвала платье с вешалки и бросила его подруге.

– Никогда не слышала такого правила. – Анна надела платье, пригладила на груди и посмотрела на свое отражение в зеркале.

– Вот черт… это платье как раз для сегодняшнего вечера. – Калли наклонилась и принялась рыться в обуви Анны, беспорядочно сваленной в кучу. Из темноты раздался приглушенный возглас, а потом Калли выпрямилась с ковбойскими сапогами в руках. – С платьем будет идеально.

– Что? Мне давно уже не двадцать лет, Кэл. В таком наряде я буду выглядеть как легкодоступная девица на родео.

– Знаю. Но они идеальны.

– Да какое это вообще имеет значение? Я думала, все затевается ради Эрика. Нам следует подбирать наряды для него. – Анна уселась на кровать и натянула на ногу потертый сапог. – А кстати, где он?

– Минуту назад прислал сообщение, что уже в пути, – ответила Калли.

– Жаль, Линдси уехала. Я бы с удовольствием провела время с ней, пока вы с Эриком развлекаетесь. – С Линдси Анна никогда не скучала, несмотря на то что она была совсем не такой энергичной, как Калли.

– В таком случае, я рада, что она еще не вернулась. Потому что тебе просто необходимо выбраться из дома сегодня вечером. Я очень люблю Линдси, но, оказываясь в клубе вместе, вы становитесь нудными и старомодными.

– Не уверена, что «Смоки» можно назвать клубом.

– Это лучшее, что есть в Престоне. К тому же иногда мне просто необходимо потанцевать.

Анна встала с кровати и в последний раз оглядела свое отражение в зеркале. Она не могла не признать, что чувствует себя невероятно сексуальной и притягательной в этом наряде. Даже несмотря на то, что платье слишком сильно сдавливало грудь. Настолько, что можно было обойтись и без бюстгальтера. После того, что случилось на прошлой неделе, ей просто необходимо было вновь обрести уверенность в себе. Анне повезло, что Майк порекомендовал ее Монзерам, ведь у нее появилась прекрасная возможность отвлечься.

Анна очень гордилась тем, что ей удалось забронировать место для проведения вечеринки. Им стала чудесная ферма на окраине Престона, которой владела приятная пожилая пара. На протяжении нескольких лет Анна восхищалась этой фермой. Большой просторный дом украшало широкое крыльцо и колонны. Огромный амбар позади него показался ей отличным местом для проведения вечеринки. В амбаре давно уже не хранили сено и не держали скот, так что подготовить его к приему гостей не составит труда.

Когда Анна приехала сюда в среду поговорить с хозяйкой, ее взору открылся чудесный цветочный сад за домом. Ее сознание сразу же наводнили многочисленные картины того, как гости гуляют среди цветов, а потом направляются в амбар, где и состоится торжество. К счастью, Анна захватила с собой коробку кексов и приготовилась к долгим переговорам. Ее затея сработала, и хозяева фермы вскоре согласились предоставить свою собственность для проведения торжественного мероприятия.

После этого Анна наняла музыкантов и модного диджея для дискотеки и провела собеседования с представителями нескольких фирм, обслуживающих вечеринки. Все складывалось как нельзя лучше для ее первого грандиозного мероприятия, и Анна даже начала забывать о том, насколько нелепо чувствовала себя из-за того, что дважды за семьдесят два часа попала в расставленные дядей Майком чувственные сети.

В то самое мгновение, когда в его гараже появилась молодая женщина с пышным бюстом, Анна почувствовала себя полной идиоткой. Глупо было даже мечтать об этом мускулистом красавце. Должно быть, само провидение вмешалось, послав пышногрудую красотку, чтобы удержать Анну от полного фиаско. Ведь она никоим образом не могла соперничать с шикарной блондинкой.

Вздохнув, Анна вновь повернулась к зеркалу, слегка приподняла руками грудь и посмотрела на свое отражение. Эта самая грудь выкормила ребенка, но до сих пор выглядела весьма неплохо. Анна по-прежнему носила размер С, и ее грудь, благодарение Богу, еще не успела обвиснуть. Вздохнув еще раз, она направилась в ванную, где Калли наносила макияж.

– Может, тебе попадется какой-нибудь горячий парень, который по достоинству оценит твой ковбойский наряд. Так что вполне возможно, сегодня ночью тебе повезет, – поддразнила подругу Калли.

– Мне не нужен горячий парень. Я проигрываю, когда дело касается мужчин.

– Кто знает. У меня хорошее предчувствие, – возразила Калли.

– Ха! В последний раз, когда у тебя было такое же вот хорошее предчувствие, каждый парень, подходивший к нашему столику, интересовался Эриком.

– Знаю. И он несказанно гордился этим, – ответила Калли, в последний раз взбив кудри. После этого она обернулась и оценивающе оглядела подругу с головы до ног. – Ты такая сексуальная. Давай же сделаем это.

С воскресенья по четверг «Смоки» выглядел обычной забегаловкой. Но в пятницу и субботу хозяин заведения приглашал диджея из города, и оно привлекало такое количество посетителей, что по праву могло именовать себя баром. Анна никогда не любила подобные заведения, ибо ее совершенно не привлекала перспектива толкаться среди потных тел под оглушающую музыку. Но она была не прочь потанцевать и действительно неплохо проводила время. Теперь, когда она знала, кто такой Майк, кем он работает и где живет, Анна надеялась на то, что ему не придет в голову выпить пива в «Смоки». Ведь сегодняшний вечер был задуман для того, чтобы забыть о существовании этого мужчины.

Спустя шесть танцев и три напитка, Анна вспотела настолько, что начала протискиваться к стойке, чтобы попросить стакан простой воды. Несколько женщин средних лет флиртовало с крепким барменом, выглядевшим так, словно он всю жизнь состоял в банде байкеров. Его борода и покрытые татуировками руки слегка отпугивали, но когда он широко улыбнулся, заметив Анну, черты лица смягчились, сделав его почти красивым. Бармен подал Анне стакан воды, который та залпом осушила, когда с ней заговорила одна из сидящих возле стойки женщин.

– Вы, случаем, не Анна с веб-сайта о доме и семье?

Анна допила остатки воды и отерла со лба капельки пота.

– Да. Это я.

Ее смутил невинный вопрос, заданный в таком месте, как это. Ведь обстановка в «Смоки» совершенно не соответствовала тону ее блога, сосредоточенного на семье и домашнем уюте. Но поскольку колонка в местной газете набирала популярность, Анну стали узнавать все чаще.

– У вас тут свидание?

– О нет. Просто решила немного отдохнуть с друзьями, – с улыбкой ответила Анна.

– Но ведь для этого и существует вечер пятницы, верно? – Одна из женщин кивнула бармену. – Выпейте с нами. Мы ваши фанатки.

– О… нет. Не стоит.

– Эйдан, налей-ка ей стаканчик, – сказала женщина, чьи огненно-рыжие волосы были фривольно зачесаны назад, а некогда симпатичное лицо свидетельствовало о том, что жизнь ее складывалась непросто.

Анна протестующе подняла руку.

– Просто выполняю приказ. – Подмигнув, бармен подвинул Анне стакан. Ей не хотелось показаться грубой, поэтому стаканы звякнули, и Анна осушила свой. Напиток обжег горло, и она едва не закашлялась.

– О… ух ты! Это было… действительно здорово.

Рыжеволосая женщина рассмеялась. Ни ей, ни ее подругам не составило труда справиться со спиртным. Анна поблагодарила их, а потом извинилась, сказав, что ей необходимо найти друзей. Но сначала она отправилась в тускло освещенную дамскую комнату, оторвала бумажное полотенце и посмотрела на себя в зеркало. Потом взяла еще одно полотенце и промокнула вспотевший лоб. Помимо недавней порции спиртного, она выпила еще и те напитки, которыми ее угостили какие-то незнакомые мужчины. И вот теперь у нее слегка кружилась голова, а в груди росло чувство уверенности. Это радовало, поскольку Анна не любила, когда что-то выбивало ее из колеи.

Нельзя было сказать, что мужчины совсем не обращали на Анну внимания, и все же два напитка от незнакомцев ошеломили ее. Это стоило отпраздновать и, возможно, купить еще одну пару… ковбойских сапог. А те мужчины очень даже симпатичные. Анна вымыла руки и взбила волосы, которые слегка завила и оставила распущенными. Она не могла не признать, что выглядела сегодня более чем неплохо. Возможно, если бы она распустила волосы перед визитом к Майку, то блондинке не пришло бы в голову назвать ее клиенткой. Вновь пообещав себе не думать о дяде Майке, Анна вышла из дамской комнаты.

По клубным меркам было довольно рано, основная масса посетителей еще не подошла, и все же, по словам Калли, заведение было «многообещающе заполнено». А это значило, что они вполне могли найти классных парней, чтобы потанцевать, и вместе с тем не потерять друзей в толпе.

Анна направилась к столу, за которым сидели ее друзья, и обнаружила там одного из тех незнакомцев, который купил для нее напиток. Заметив Анну, он широко улыбнулся. О черт! Во что она вляпалась?

Несущиеся из динамиков глубокие басы перекликались с каждым шагом направлявшегося к Анне незнакомца, а она не сводила взгляда с двух болванов, которых называла друзьями, показывающих за спиной парня большие пальцы. Эрик даже попытался изобразить тигра и его оскал. Нет, она определенно любила этих двоих.

Анна встретилась со своим раздающим бесплатные напитки поклонником на краю танцпола, и он, обняв ее за талию, произнес:

– Нам просто необходимо потанцевать.

Анна заглянула ему в глаза, когда он допивал свое пиво. Интересно, сколько ему лет? Возможно, около тридцати. Или, нет. Скорее, ближе к двадцати пяти. Да кого это сейчас волнует? В руках и ногах Анны возникла небывалая легкость и приятное покалывание. Незнакомец поставил пустую бутылку на ближайший столик, а потом крепко прижал Анну к себе и увлек ее на танцпол.

От прикосновений крепкого торса мужчины у Анны слегка закружилась голова. Она обвила руками его шею и задвигалась в такт музыке. Приятно было смотреть в глаза мужчине и видеть в них не только дружеское расположение. Хотя Анна была абсолютно уверена, что видела точно такое же выражение в глазах Майка Эверетта на прошлой неделе. Но нет, она не станет о нем вспоминать.

Анна вновь сосредоточила внимание на симпатичном партнере и улыбнулась, когда его рука скользнула вниз по ее спине и легла на ягодицу. Хуже всего было то, что Анна позволила ему это. Да что с ней такое? Одно дело – выглядеть как продажная девица на родео и совсем другое – вести себя как таковая. И все же она не могла заставить себя остановиться или хотя бы начать беспокоиться о собственном поведении.

Когда незнакомец потерся об нее своим телом, Анна слегка повернула голову. Калли и Эрик танцевали позади них и смотрелись великолепно. Анна даже на мгновение подумала о том, какая жалость, что они не могут быть парой. Конечно же, Калли полжизни занималась танцами, поэтому каждое ее движение выглядело очень соблазнительным и чувственным.

Анна развернулась на сто восемьдесят градусов, чтобы посмотреть на друзей и немного остудить пыл кавалера, прикосновения которого становились все более настойчивыми. Калли танцевала прямо перед подругой с широкой улыбкой на лице. Анна же ощущала движения своего партнера у себя за спиной и вдыхала аромат его одеколона. Наблюдая за тем, как двигается Калли, Анна всегда ставила под сомнение собственную притягательность, но сегодня делать этого не стала, поскольку ей хотелось думать лишь о прикосновениях красивого незнакомца. Все они танцевали некоторое время вместе, а потом Калли наклонилась к подруге.

Конец ознакомительного фрагмента. Купить полную версию книги.

Примечания