Личность по своей феноменологии подразумевает развитие. Развитие личности может рассматриваться в двух взаимосвязанных планах: во внешнем плане – социальном аспекте ее становления и проявлении; во внутреннем плане – становлении рефлексивного плана самосознания и саморегуляции. В отечественной психологии (С. Л. Рубинштейн, А. Н. Леонтьев и др.) закрепилось представление о двух этапах становления личности: 1 – при обретении психологических средств самосознания, что связано с освоением речи в детстве, а также обретением способности подчиняться социальным нормам; 2 – когда человек начинает сам осознавать и подчинять своей воле свои мотивы, обретает способность к личностной рефлексии, что происходит в отрочестве.
Развитие личности также может рассматриваться в двух планах – социальное становление человека, поведение, деятельность (внешний план) и внутренний план развития личности (становление самосознания, мировоззрения, системы ценностей). Если первый план развития личности – явный (он чаще всего и подлежит изучению через наблюдение за поведением, деятельностью, социальной стороной жизни человека), то второй план скрыт от внешнего наблюдателя, хотя в определенной степени явен самому человеку при условии обретения способности к рефлексии и интроспекции.
Внутренний план развития личности для стороннего исследователя может быть явен только через различные знаковые репрезентации. В психологии выработан богатый инструментарий для «вытягивания» различных аспектов из внутреннего плана во внешний (различные опросные методы, проективные методы и т. д.). В основном они дают какие-то частные проекции или моментные срезы. Самосознание человека не константно. Оно все время находится в динамике. Развитие самосознания, по сути, и есть во многом развитие личности. Но как и за счет чего происходит это развитие? Как человек сам себя строит? Что для него оказывается значимым, ценным, на что он обращает свое внимание, акцентирует сознание? Как он осознает себя в мире через других? Что для него мир? Какую ценность имеют другие? Как человек сам себе (а не для исследователя) отвечает на вопрос «Кто Я»? И как часто он себе задает вопрос? И насколько ответы меняются с возрастом? Ответы на эти и многие другие вопросы в основном скрыты от наших глаз.
Пожалуй, один из немногий путей, ведущих к познанию внутреннего плана развития личности – анализ естественных репрезентаций самосознания человека для самого себя, то есть тогда, когда они не подразумевали внешний диалог, не решали презентационную задачу. А тогда, когда они явлены как внешняя форма внутреннего диалога – диалога с самим собой, диалогом для себя. Такой естественной формой являются интимные дневники спонтанного ведения.
Получение таких текстов для исследования – весьма непростая задача, ведь сам жанр не предназначен для какой-либо публичности, для показа. Е. Е. Чурилова проявила верх профессионализма и смогла собрать достаточный массив текстов личных дневников закрытого типа среди девушек, которые вели его с подросткового возраста до отрочества. И при этом еще смогли доверить их исследователю.
Дневниковые тексты давно интересны для психологии (Н. А. Рыбников, Л. С. Выготский и др.). Их ценность как для психологии личности, так и для возрастной психологии, явна. Но широкого распространения исследования, использующие личные дневники скрытого типа естественно не получили – по причине сложной доступности материала для исследования.
В монографии Е. Е. Чуриловой совершается относительно пионерская попытка детально провести анализ динамики репрезентации внутреннего плана развития личности, ее самосознания с отрочества до юности. Материал для анализа представлен только дневниками девушек, но в анализ попадают в основном универсальные процессы, в том числе связанные с механизмами развития личности – рефлексии, идентификации и обособления. А также отслежена возрастная динамика смысловых акцентов и особенностей содержательного наполнения звеньев самосознания. Безусловно, введение в анализ такого же типа дневников (не публичных, не опубликованных) юношей – еще более сложная задача, которая, надеюсь, будет когда-то решена и даст дополнительную возможность сравнения и выявления уже тендерных особенностей внутреннего плана развития личности посредством дневниковых текстов.
Так что данная монография – это значимая попытка углубления и содержательного наполнения процесса познания самосознания человека в логике его становления и развития. В ней показано, как происходит структурирование в самосознании жизненных событий, организуются регулятивные процессы, развивается рефлексия, меняется мировоззрение с отрочества до юности. Путь познания самосознания бесконечен, а методы и подходы – ограничены. Данная монография расширяет и дополняет широкий спектр работ, изучающих самосознание личности. И дополняет своей оригинальностью и глубиной. Предложенный подход исследования аутентичен самому феномену – внутреннему плану развития личности.
С благодарностью моей семье, близким и Учителям
От автора
Данная монография может способствовать расширению существующих знаний и представлений о репрезентации самосознания и внутреннего плана развития личности на этапах от отрочества до юности, о ключевых проблемах личностного становления, репрезентируемых в текстах дневников современных девушек с подросткового по юношеский возраст, и о возможных стратегиях и путях их разрешения, обусловленных особенностями внутреннего плана развития личности и становлением рефлексивности; об особенностях и структуре интимного дневника, которая во многом определяется личностной и возрастной спецификой самих девушек-авторов; о специфике психологического назначения личных дневников для девушек-авторов в отрочестве и в юности, а также при переходе от одного этапа развития личности к другому.
Отображенные в монографии результаты исследования могут применяться в образовательной сфере: в психологическом сопровождении личностного развития учащихся с подросткового по юношеский возраст с учетом индивидуальных особенностей и ресурсов саморазвития личности. Также результаты исследования могут найти применение в практике психологического консультирования (индивидуального и семейного), посредством учета полученных данных о субъективно значимых возрастных проблемах личностного развития девушек с подросткового по юношеский возраст и их психологическом потенциале к саморегуляции посредством ведения личных дневников.
Работа с текстом монографии, особенно для студентов психологических направлений, может способствовать актуализации рефлексии на свои личностные и профессиональные уникальные качества, связанные с самосознанием их развивающейся личности.
Монография адресована специалистам в области психологических дисциплин, философии, а также тех научных дисциплин, которые ориентированы на изучение человека и его личностных особенностей.
Введение
В настоящее время психология личности активно привлекает для исследования развития субъективного мира человека в онтогенезе материалы личных (интимных) дневников. Особо интересной представляется проблема репрезентации субъективно значимых возрастных проблем личностного развития в дневниковых текстах подростков и юношества, поскольку дневники – одна из форм бытования автобиографических текстов, широко распространенных именно на данных возрастных этапах.
В отрочестве и юности происходит активное становление внутренней позиции личности, рефлексивного самосознания и самоопределения жизненного пути. «Самость» человека обретает статус внутренней опоры мировоззрения, развиваются рефлексивные способности. В процессе развития от подросткового к юношескому возрасту происходят существенные изменения социальной ситуации, влияющей на развивающуюся личность, а также глубинные преобразования ее внутреннего мира, становление внутренней позиции. Изменяются ключевые личностные проблемы, которые требуют от развивающегося человека осознания и выработки собственного отношения, обретения психологических средств саморегуляции, произвольности социального поведения и т. д. Дневник может выступать эффективным средством разрешения этих сложных проблем личностного развития.
Личный (интимный) дневник спонтанного ведения может выступать для подростков и юношества в различных значениях: как средство организации рефлексии; опосредовать процесс эмоциональной саморегуляции; служить для фиксации значимых жизненных событий, для отображения и регуляции социальной позиции личности автора; выступать способом проработки значимых проблем возраста и др. Посредством ведения интимного дневника автор репрезентирует в знаковой форме свой внутренний мир.
Личность представляет собой феномен становящейся, постоянно развивающейся персоны, в первую очередь, подразумевающий самосознание. Исследование личности правомерно осуществлять посредством изучения особенностей самосознания, которое репрезентируется через культурно заданные формы (в том числе личный (интимный) дневник). Изучение репрезентации самосознания в дневниках спонтанного ведения позволяет проследить живой процесс становления и формирования внутреннего плана развития личности, ценностных ориентаций и интенциональных норм.
Сейчас большое распространение получают другие современные формы репрезентации (точнее – презентации) самосознания, которые ориентированы скорее на публичность, на социальность (социальные сети, блоги и др.). При этом такая форма культурного бытования нарративного текста, как личный дневник, продолжает свое бытование. Она менее доступна для исследования в силу своей «закрытости» и непубличности. При этом интимный дневник выражено несет в себе развивающий потенциал для личности, способствуя самопознанию, переживанию собственной уникальности, структурированию своего «Я». Изучение репрезентации самосознания, отображенного в текстах интимных дневников, предоставляет возможность исследовать глубинные процессы становления внутреннего плана развития личности; позволяет выявить средства становления рефлексивности самосознания.
Тексты личных дневников, становящиеся доступными исследователям, обычно имеют мужское авторство, а также чаще принадлежат перу известных людей, а их изучение возможно зачастую уже после их публикации. При этом, по различным данным, среди представителей современного отрочества и юношества дневники чаще ведут девушки. В исследованиях, опирающихся на материалы закрытого, непубличного типа, зачастую, более доступны тексты представителей своего пола. В связи с этим в нашей работе изучаются личные дневники именно девушек с регулярными записями на протяжении всего времени ведения с подросткового по юношеский возраст[1].
В качестве проблемного для нашего исследования выступает вопрос о том, каким образом посредством репрезентации самосознания в интимных дневниках современных девушек отображается становление внутреннего плана развития личности, выраженного через развитие форм, средств и содержания структурных звеньев самосознания, а также становление рефлексивности с подросткового по юношеский возраст?
Методологической основой нашего исследования, посвященного изучению особенностей репрезентации самосознания в личных дневниках современных девушек, стали утвердившиеся в отечественной психологии: идея о понимании развития внутренней позиции личности во взаимосвязи с социокультурными условиями, опосредуемыми знаковой функцией сознания, раскрытая в культурно-исторической теории Л. С. Выготского[2]; идея диалогичности сознания и самосознания человека, раскрытая в работах М. М. Бахтина[3].
В качестве фундаментальной теоретической опоры выступила концепция В. С. Мухиной[4] об универсальной структуре самосознания личности, состоящей из пяти звеньев, содержательное наполнение которых определяется реалиями развития и бытия личности и специфично на каждом этапе онтогенеза.
В своей работе мы также опираемся на субъектно-деятельностный подход С. Л. Рубинштейна, который позволяет рассматривать ведение дневника как особый вид психической деятельности, а сам текст личного дневника – как один из инструментов становления субъектности и внутренней позиции личности[5].
Рефлексивность в нашей работе рассматривается, вслед за В. И. Слободчиковым, как центральный феномен человеческой субъективности, без которой личность не может развиваться. При этом рефлексивность в личном дневнике понимается как средство конструирования целостной идентичности – личностной (рефлексия на себя) и социальной (рефлексия на других) (Л. Б. Шнейдер).
Целью исследования было определено выявление динамики содержания и средств репрезентации самосознания личности в интимных дневниках современных девушек с отрочества до юности.
В ходе работы были выявлены психологические особенности репрезентации самосознания личности на этапах отрочества и юношества, которая становится все более личностно-рефлексивной к юности; была определена специфика организации рефлексивного самосознания и содержательного наполнения структурных звеньев самосознания в процессе ведения личного дневника (с подросткового по юношеский возраст), репрезентированность в дневниках которого становится менее социально ориентированной; были определены особенности репрезентации форм внутреннего диалога при переходе от отрочества к юности, что выражается в смене диалогичности на монологичность; были выделены особенности возрастных проблем развития личности от отрочества к юности посредством ведения личного (интимного) дневника у современных девушек, изучена динамика изменения возрастных проблем развития личности с отрочества до юности, репрезентируемых в текстах личных (интимных) дневников, в том числе – в аспекте развития психологических средств личностной саморегуляции личностного развития авторов дневников. Выработан инструментарий для проведения семантико-психологического анализа текстов личных дневников. Данная работа дополняет научные данные в области психологии личности на этапах развития с отрочества до юности посредством изучения репрезентации самосознания, отображающегося в дневниковых текстах девушек, репрезентирующие глубинные процессы становления внутреннего плана развития личности.
Глава I. Проблема репрезентации самосознания личности в дневниковых текстах
Особенности самосознания личности являются объектом изучения междисциплинарных направлений гуманитарных наук. В научной литературе существуют разнообразные подходы к исследованию самосознания. При всем разнообразии теоретических разработок в области психологии самосознания, наиболее продуктивной для нашего исследования стала концепция самосознания, раскрытая в работах В. С. Мухиной. Данная концепция обусловила логику нашего исследования. Согласно ей, самосознание может изучаться через призму универсальной структуры, состоящей из пяти звеньев: 1 – имя, образ тела и духовный образ «Я»; 2 – притязание на признание; 3 – половая идентификация; 4 – психологическое время; 5 – социально-нормативное пространство (права и обязанности)[6].
Структура самосознания по В. С. Мухиной не только раскрывает сущностные многоаспектные особенности личности, но также является «продуктом» отражения системы отношений личности к себе и к окружающему миру. Это, в свою очередь, опосредует все действия, эмоции, чувства, переживания и эмоции личности.
Для исследования содержательного наполнения структурных звеньев самосознания требуются различного рода репрезентации – естественные (существующие и бытующие в культуре) и искусственные (спровоцированные и организованные исследователями). Дневники закрытого типа – одна из естественных форм репрезентации самосознания.
1.1. Проблема репрезентации самосознания личности в психологии и смежных науках
Одно из центральных понятий нашего исследования – репрезентация. Рассмотрим данное понятие и историю его становления; основные подходы к изучению репрезентации в психологии и смежных науках; основные направления психологии, обсуждающие данное понятие.
Само понятие «репрезентация» – междисциплинарное и используется в разнообразных областях научного знания, в том числе таких, как: социология[7], филология[8], психолингвистика[9], психосемантика[10], в каждой из которых ему дается свое определение и предлагаются соответствующие методы, позволяющие изучить феномен репрезентации.
В ряде филологических и психолингвистических исследований на материалах английского языка изучается репрезентация эмоций в личном письме, эссе, мемуарах, детской литературе, психологическом детективе, в фольклоре и в сказках[11]. Активно изучается эмотивность в поэзии, в политическом тексте, в анекдотическом жанре. Изучение репрезентации эмоций в текстах осуществляется посредством выявления особых эмотивных фрагментов текста. Исследование репрезентации эмоций в тексте способствует расширению существующих взглядов об эмоциональной картине мира, выражении и описании эмоций, эмотивном смысловом пространстве языковой личности, о специфике описания и выражения настоящих и прошлых эмоциональных переживаний и др.
Ряд исследований посвящен изучению репрезентации детства в автобиографической литературе[12]. Так, М. В. Ромашова[13] изучает типы и способы репрезентации советского послевоенного городского детства в воспоминаниях, опубликованных в последние пятнадцать лет. При этом под репрезентацией понимается отображение истории «типичного» детства изучаемой эпохи. Ей выделяются различные модели репрезентации детства, а также выявляется преобладание той или иной модели в определенную историческую эпоху. Она показывает обусловленность репрезентации в мемуарных текстах послевоенного времени такими основными факторами: тендерные особенности, профессиональная деятельность респондента, его социальный статус. Посредством репрезентации автобиографические воспоминания отражают уникальный индивидуальный опыт, многообразие персональной памяти и «наличие совершенно явных групповых паттернов и опыта, памяти и репрезентации»[14].
«Репрезентация» – понятие, наиболее широко употребляемое в философии. Общее философское представление о данном понятии может быть зафиксировано как «представление одного посредством другого». Репрезентация является конструктивной функцией знака (она создает знак и сама предстает как знаковый феномен). Понятия «знак» и «репрезентация» раскрываются через связь с презентацией как присутствием или наличием, что демонстрирует исторически-традиционный подход к их определению. Связь выражается в том, что феномен репрезентации изначально задается как «запаздывающий» или вторичный относительно присутствия – презентации. Репрезентация возникает в силу отсутствия (в момент репрезентирования) объекта, который она репрезентирует»[15]. Также данное понятие соотносится со значением «отображения», или образного представления.
Понятие репрезентации (от франц. representation – «представление», «изображение») – в психологии активно стало употребляться со времен А. Шопенгауэра и В. Вундта как вспомогательное понятие, служащее для выяснения сути представления[16]. «Ре-презентация» (или «реактуализация» – от нем. «репродукция присутствия», то есть презентации – полагающего переживания, восприятия) – «воспоминание в мысленно широком смысле»[17]. В переводе с латинского термин «репрезентация» (лат. repraesentatio – представлять) обозначает представленность, отображение одного в другом, одного посредством другого, изображение; при этом речь идет о внутренних структурах, которые формируются в процессе жизни каждого человека и в которых отображается, представлена его сложившаяся картина мира, социума и самого себя.
В психологии же термин «репрезентация» наиболее активно бытует в такой отрасли научного знания как когнитивная психология; хотя данное понятие встречается также, например, в гендерной психологии[18] (и обозначает символическое отражение – то есть всю атрибутику тендерного поведения, то, как личность «само-чувствует» и презентирует себя с точки зрения собственного тендера)[19], в психодиагностике существует понятие, пришедшее туда из когнитивного направления психологии, – «репрезентативная система», (при помощи которой человек получает информацию из окружающего мира, ориентируется в нем, отображая свое отношение ко всему происходящему в мыслях, чувствах, поступках)[20]. В разделе психологии, посвященном физическому и когнитивному развитию в раннем детстве, говорится, что основным отличительным признаком двухлетних детей (в отличие от младенцев) в том, что касается познания, является символическая репрезентация – использование действий, образов или слов для представления собственных переживаний или событий. Выделяется несколько аспектов символической репрезентации: способность использовать числа для представления количества объектов в упорядоченном ряду; приобретение навыков изобразительной деятельности. Появляясь примерно в два года, репрезентация развивается дальше (ребенок в четыре года лучше пользуется символами)[21]. Это способствует постепенному формированию социоцентрического мышления, которое необходимо ребенку, чтобы совершить переход от эгоцентрического к пониманию чувств и мыслей других людей.
Большое распространение получили исследования репрезентации в когнитивной психологии. Исходным этапом образования репрезентации является перцептивная информация. Такие психические явления, к примеру, как ощущения, мысли, чувства, переживания, мысленные образы не могут наблюдаться другими людьми непосредственно. Поэтому можно говорить о том, что репрезентации имеют личностный характер (персонифицированный). Со времен Л. Витгенштейна[22] изучение психических явлений построено на том, что о внутреннем состоянии другого человека узнают, наблюдая за его действиями и слушая его речь. С середины 1920-х гг. исследование мысленных образов получило новый импульс в связи со становлением когнитивной психологии. При этом многие исследователи считали, что в процесс познания включены как образные репрезентации, так и те, которые не имеют образного эквивалента. Поэтому стало интересным и важным выявить условия, при которых используются различные репрезентации, и то, как они связаны между собой. Но в нескольких проведенных исследованиях репрезентации мысленных образов рассматривались интроспективно, как феномены, методологически основываясь на взглядах Э. Гуссерля[23]. В англоязычных источниках, посвященных понятию «психологической репрезентации», речь идет о репрезентации некоторого объекта на уровне образов памяти или воображения. Поэтому в русскоязычной литературе на данную тематику репрезентация упоминается как некие «внутренние образы» предметов, явлений, ситуаций, которые переживаются и осмысливаются в отсутствие их праобраза[24]. Такой класс явлений Б. Г. Ананьев[25]и Б. Ф. Ломов[26], которые занимались разработкой проблематики, связанной с психологической репрезентацией, называли «вторичными образами». В настоящее время различают то, что принимается зрительным аппаратом человека и то, что воспринимается или репрезентируется его ментальными структурами. Мысленный образ трактуется как значимая часть внутренней репрезентации, которая отображает и способствует видоизменению информации об объектах, явлениях, событиях.
В современной науке существует более широкий взгляд на проблему репрезентации мысленных образов. К числу авторов, которые говорят о репрезентации как об особой форме обобщения при представлении реальности, относится М. Б. Ямпольский[27] – автор работ, посвященных истории репрезентации. При этом репрезентация наделяется чертами философской, культурологической и исторической категории. М. Б. Ямпольский говорит о том, что возможности научного применения данного понятия связаны, в первую очередь, с ее междисциплинарным характером. Такое понимание репрезентации способствует использованию в ее рамках широкого содержания, которое включает в себя предметы ряда научных дисциплин. При этом репрезентация как мысленный образ выступает в качестве теоретического конструкта, который позволяет моделировать процесс отражения доминирующих в общественном сознании идей о результатах человеческой деятельности[28]. М. Б. Ямпольский доказывает, что в таких продуктах человеческого творчества, как архитектура, живопись, литература, воплощаются определенные социальные представления, которые отображают мироощущение определенной исторической эпохи.
3. Фрейд говорил о том, что репрезентация первоначально является кинестетической, относящейся к эмоционально-чувственной сфере, но при этом она обязательно должна «взаимодействовать», пересекаться со зрительной, а потом – и с вербальной репрезентативными системами (чтобы «описать это событие», «выразить аффект словами»[29]). При этом пережитое событие становилось «вынесенным на свет»[30] и обозначалось словесно, получало вербальное выражение.
Сторонники современной когнитивной психологии определяют репрезентацию как «конструкцию, зависящую от обстоятельств»[31]. Репрезентации уникальны и построены в индивидуальном контексте. Когнитивные психологи под репрезентацией понимают некоторую теоретическую систему, которая создается для понимания, анализа, объяснения и прогнозирования поведения личности (то есть это – все мысли, переживания и поступки личности, помогающие ей накапливать опыт и развиваться).
В своей работе мы исследуем особенности репрезентации самосознания, самости, «Я» личности, базируясь на позициях нарративного подхода, который в последнее время стал активно применяться в научных психологических исследованиях (чаще – зарубежных[32]). При этом жизненный путь каждой личности воспринимается как осмысленное целое, существующее для других в форме завершенной (или рассказанной как завершенной) истории, текста/рассказа/легенды о себе. Дневник – это разновидность существования нарративного текста, отражающего автобиографические события автора дневника и рефлексии на себя и на других. Все события, выделяемые автором как личностно значимые, переживаемые, как оказывающие влияние на жизнь автора, важные в своих последствиях, вызывающие яркие переживания, эмоции и чувства нарратор отображает в своих дневниковых записях посредством текстовых репрезентаций. Психические репрезентации «Я» обязательно связаны с репрезентациями людей, персонажей, лиц, с которыми человек (автор нарратива – нарратор) встречается в повседневной жизни. Репрезентации «Я с другими» играют важную роль в обеспечении внутриличностной согласованности и вариабельности личностного функционирования[33]. В связи с этим Дж. Капрарад[34] говорит о важности идеографических репрезентаций, основанных на самоотчетах, для выявления паттернов взаимосвязей в системе представлений индивида. Это позволяет получить информацию об особенностях когнитивных процессов личности.
В своей работе репрезентацию самосознания личности мы будем понимать как отображение внутреннего мира личности через знаковую систему, которое, с одной стороны, является преломлением внешних событий (через систему личностных смыслов), а с другой, организует рефлексивный план личности, систему чувств, идей, переживаний.
В своем исследовании мы разводим данное понятие с термином «презентация», обозначающим, в свою очередь, «опубликование» себя, представление кому-нибудь. Термин «презентация» в контексте нашего исследования несет в первую очередь публичный характер (представление другому, другим), а термин «репрезентация» – субъективную нагрузку (представленность внутреннего плана личности во внешних формах).
1.2. Развитие самосознания личности с отрочества до юности
Рассмотрим особенности и закономерности личностного развития и становления рефлексивного самосознания, специфику социальной ситуации развития и характер построения межличностных взаимоотношений в подростковом и юношеском возрастах. Особое внимание уделим особенностям структуры самосознания и динамическим изменениям содержания всех звеньев самосознания с подросткового по юношеский возраст, репрезентируемым в личных дневниках современных девушек. Рассмотрение смыслового наполнения звеньев структуры самосознания мы будем осуществлять не отдельно для каждого из обозначенных возрастных этапов, а прослеживать особенности развития самосознания личности, репрезентируемые в дневниковых текстах, в динамике – при переходе от отрочества к юности.
Определим, каковы возрастные границы изучаемых периодов развития личности. В нашей работе мы будем основываться на традиционном понимании возрастной периодизации, где «подростковый возраст, отрочество – период жизни человека от детства до юности… (от 11–12 до 14–15 лет)», а «юношеский возраст – период жизни человека между отрочеством и взрослостью. В разных периодизациях возрастные границы юности расходятся, в следствие того, что возраст – объективная на конкретно исторический момент, хронологически и символически фиксированная характеристика и стадия развития поколения в онтогенезе…»[35]. Условная граница юношеского возраста, на который мы будем ориентироваться: от 16–17 до 21–25 лет. «Условность возраста обусловлена тем, что юность – исторически наиболее поздно сформировавшийся период в череде предшествующих взрослости возрастов»[36].
Внутренний мир личности и ее самосознание издавна привлекали внимание философов, ученых и художников. Поведение человека, так или иначе, соотносится с его представлением о самом себе (образ «Я») и о том, каким он должен или хотел бы быть. Изучение свойств самосознания, адекватности самооценок, структуры и функций образа «Я» представляет, поэтому, не только теоретический, но и практический интерес в связи с актуализацией в условиях динамически изменяющегося мира содействия развитию активной жизненной позиции личности.
Долгие годы психология оперировала понятием некоего усредненного социального субъекта, наделенного системой разнообразных функций, признаков, свойств. В последние время, под влиянием распространяющихся идей экзистенциальной психологии и расширяющейся практики консультирования, наметился поворот к анализу уникального жизненного опыта человека, субъективных способов проживания жизни отдельным человеком, их осмысления и упорядочивания. Психологии снова становится интересен отдельный субъект с его уникальным внутренним миром, автобиографией, самосознанием, обретенными смыслами существования.
